Сохранить .
Закат Рима Валерий Алексеевич Быков
        Ох, не уверен, что всё у меня в этом произведении написалось как хотелось. Как не мягко пытался обойти национальный вопрос, а всё равно как-то слишком жёстко получилось. Да и некоторые ситуации пожалуй были чрез меру экспрессивны. Вечно меня не в ту степь тянет.
        Надеюсь многие понимают, что на самом деле никаких войн с Китаем не предвидится, да ещё в столь ближнем (уже прошлом).
        По сути это всё просто сказка с парой мыслей, о которых всё же стоит задуматься. Только задуматься стоит в довольно мирном русле.
        Закат Рима
        Пролог.
        Домофон звонил довольно долго, похоже дома никого не было. Как мне не хотелось открывать самому, снимать перчатку, лезть замёрзшими пальцами в карман, пытаться нащупать магнитный ключ, и всё это после тридцати минут пребывания на морозе. В принципе не скажу, что путь от университета до дома так уж долог и тяжёл, но сегодня минус двадцать, всё же декабрь на дворе.
        -Здарово Сань.
        -Здарово.
        -Что ключ посеял?
        -Да не, просто всё никак не нащупаю, руки отваливаются.
        -Что ж ты без перчаток, давай открою.
        Ну хоть так, а то уж и не помню, где завалялась эта пластинка. Может и впрямь посеял, а то и дома забыл, сессия на дворе.
        -Да в перчатках я, просто снял, точнее с ними.
        -На лифте не поедешь?
        -Да ну его. Слышишь же, на верху гудит, своими до пятого быстрее добегу.
        Две минуты пробежки по ступенькам и вот уже моя стальная дверь. Кстати я совсем не запыхался, бегаю так каждый день. Может со стороны и придурковато выглядит, зато никаких проблем со здоровьем. Вообще, по моему, так пробежаться это нормально, и не важно что остальные думают, ну в самом деле не бабушка же я, чтобы пользоваться лифтом каждый раз, когда мне нужно подняться выше второго. Потом в лифте грязно и дурно пахнет, а на лестничной клетке довольно чисто, наверно потому, что идёт она немного обособленно от лифтов, и ей почти никто кроме меня не пользуется.
        Дома никого, на кухонном столе записка: 'Будем после десяти, борщ на балконе'. Я посмотрел на часы, сейчас ровно семнадцать, значит до тенниса полтора часа, ну может быть час пятнадцать. Но пообедать толком не получилось, как назло снова взяли газ. И не удивительно, вчера в новостях сообщали, что его цена опять взлетела. Теперь за тысячу кубометров европейцы платят по 560 евро. Ну, зачем продавать голубое топливо населению родной страны по 150, когда можно толкнуть немцам в четыре раза дороже? Придётся ограничиться бутербродами, да так и быстрее. Я налил себе чаю, подавился всухомятку, просмотрел новостной ролик. 'Вчера на восточной границе была пресечена беспрецедентная по масштабам кража леса, пограничникам удалось задержать вывоз в Китай трёх железнодорожных составов Сибирского кедра'. 'Результаты переписи населения показали, что в России проживает пятьдесят четыре процента русских, на одну семью приходиться в среднем 0,7 ребёнка, это катастрофа'. 'Только каждой двадцатой женщине удаётся создать семью'. 'Операция шторм три, проведённая на Кутузовском рынке, позволила задержать крупную партию
работающих там не законных эмигрантов численностью в три тысячи человек, эти люди жили не имея прописки в Московских квартирах'. Наверно последняя новость поразила и самого журналиста, это же надо трём тысячам народу набиться в такой сравнительно маленький рыночек, и могу поспорить наших там либо вовсе не было, либо по пальцам можно было пересчитать. Обидно за бабкины грядки, выращенное даже не продашь. Я переключил канал, 'И помни размер имеет значенье', классный клип нечего сказать, девчонка отымает деньги у учёного замарашки в потрёпанном пиджачке и бежит к блатному мафиози, стоящему в окружении ещё нескольких дамочек и шестёрок. Мне даже противно стало от этого клипа, типа бандиты это крутые парни, любите их девочки рожайте от них больше новых бандитов, а кому нужны вежливые правильные учёные? По следующему каналу какой-то бритоголовый репер, плотно покрытый татуировками, упорно доказывал, что то в своей скороговорке, ныне именуемой песней. По четвёртому шла реклама нового фильма года, '...отважный Джек накачанный как не каждая горилла, решается бросить вызов коварным учёным, с помощью роботов,
захватившим власть в конце двадцать первого века, начинает войну с их жестоким миром, за свою свободу, и за право заболевшей красавицы Джейн на жизнь. В конце фильма отважный герой взрывает все заводы по производству злобных роботов, восставшие жители проявляя чудеса человеческого мужества и самопожертвования, с боем уничтожают остатки армий злобных нелюдей, выходят за пределы своего разрушенного города, и оказывается, что земля на самом деле цветущий рай, а наглые технократы просто морочили всем головы'. Я выругался про себя, сюжет был полной чушью. И как этот фильм набрал пятнадцать миллионов долларов за три дня проката? Оставалось только выключить дурацкий ящик. Ну неужели никто не понимает, что компьютеры, космические корабли и даже обычные кофеварки, придумали вовсе не реперы и авторитеты, а миролюбивые и добропорядочные профессора и студенты.
        Надо бы и поделать что-нибудь, а то с этим теннисом совсем учёбу запустил. Похоже, в этом семестре отличником я уже не буду, без троек бы кончить. Хорошо хоть обрезанный ХР грузится всего пол минуты. Но с метрологией туго, можно только печально вздохнуть, и приняться переносить на машину проклятый эскиз. Сдавать завтра, сегодня наверно придётся пол ночи сидеть.
        Спустя десять минут кропотливой работы, ещё и свет взяли, остаётся надеяться, что не на долго. Пришлось выключать машину, аккумулятор у меня древний, еле дышит, хватает всего на пять минут, сохранить и выйти. Ну тогда хотя бы почитаю, уже довольно темно, но около окна ещё терпимо. Кстати вот и магнитный ключ, прямо на подоконнике оставил, какой же я растяпа.
        Время, всё, пора бежать. Я накинул свою ветровку, быстро закрыл дверь и спустился вниз. На первом я столкнулся, с Анастасией, матерью одиночкой. Года четыре назад у неё был классный парень, ездил на БМВ, таскал её на все дискотеки, но стоило ей забеременеть, и вот теперь ей даже алименты не платит. Насколько я знаю, она пыталась его заставить, даже заявление в суд подала, только вот официально, её дружок числится как безработный. Ну в принципе, откуда у него деньги на джип и дискотеки и так понятно, такие важные люди алименты не платят, а если что так сразу в зубы. Конечно, она сама дура, но мне её жалко, всего то двадцать один, вся жизнь под откос. Тем более, что она красивая, даже после родов стройная, грудь как у топ модели, офигенная брюнетка, вообще чудо, но вот прошлое. . Обидно и другое, у такого скота и ребёнок, скорее всего и не один, а кто из него вырастит, ещё один такой же, и кто в нашей стране лет через двадцать жить будет? Китайцы по моему даже не худшая альтернатива, если подумать, настоящие русские это же не вот такие, не бритоголовые, и не чеченская братва с рынков.
        -Здравствуйте Саша, как вам погода, - всегда мне улыбается, теперь для неё каждый студент, как настоящий принц, только кому теперь нужна эта подстилка с сыночком, с такой классной наследственностью. Могла бы мне и не пытаться улыбаться.
        -Привет, да довольно прохладно. Кстати Насть, дайка я твоему Егорке один вопрос задам, а то смотрел сейчас телевизор, просто статистика интересна.
        -Задавайте.
        -Егор ты кем стать хочешь?
        -Олигалхом.
        -А если кем другим?
        После не долгих раздумий:
        -Лэкетилом.
        -А ещё кем? - я надеялся, что хоть разок ребёнок выберет что-нибудь человеческое, но ни тут то было.
        -Амеликанцем.
        -Здорово, а почему?
        -Они богатые.
        -Хорошее поколение растёт ничего не скажешь, а я вот в детстве всегда мечтал ракеты строить. Спасибо Насть.
        Она как то странно посмотрела на меня:
        -Проснулся?
        -Счастливо.
        Стоило выйти из подъезда, ветер пробил ветровку на вылет, ну ничего не первый раз плестись по такому морозу. Потом на самом деле не так уж и холодно, нужно только вспомнить, что бывает ещё хуже, минус тридцать например, и сразу становится радостно на душе, что сегодня так тепло.
        Путь через собачий скверик удовольствие сомнительное, особенно в это время суток, когда все доблестные владельцы пит булей и боксёров выгуливают этих тупомордых тварей. Но на сегодня вроде обошлось, хотя нет, вон дурацкий ротвейлер зачем то ко мне трусит. Конечно же без намордника, зачем он ему? В нём же кусать неудобно, да и пешеходы уже не так бояться. А зачем ещё русскому порядочному гражданину заводить собаку, как не для того, чтобы пугать и травить соседей. Пришлось замереть и минуту постоять, псина понюхала мои руки и поплелась дальше, в принципе можно идти, безобидная попалась. Ну вот и граница этого большого собачьего туалета, построенного ещё в советские времена для детей от пяти до десяти. Ну конечно про туалет я загнул, тут же ещё полно горок и полянок, которые так хорошо подходят для разминки и тренировки породы кусачих. Потом, никто же не запрещает гулять здесь с детьми, гуляйте на здоровье. Всё же бойцовские породы собак нападают только если посмотреть им в глаза или случайно задеть, а если не делать резких движений, то и вовсе можно считать себя в полной безопасности. Пусть дети
соблюдают эти не сложные правила, и всё будет нормально, а если какой-нибудь боксёрчик всё же нападёт, то у заботливого хозяина всегда найдётся деревянный рычажок, чтобы не повредить при расжатии челюсти своего горячо любимого питомца. Короче, по моему мнению, все владельцы бойцовских или крупных животных последние свиньи, которым просто наплевать на остальных, ну да ладно, всё же скверик кончился.
        Около супермаркета 'Остап' опять метелили охранника, наверно новенький, проверяют на прочность. Я подошёл ближе, между тем в ходе поединка произошёл явный перелом. Одному из нападавших похоже сломали руку и он валялся скрюченным, а двое крутых парней решивших проучить замарашку охранника явно вели не достаточно здоровый образ жизни, при всей своей массе болтались как плетни и не успевали увернуться ни от одного удара. Спустя минуту бой был кончен, а охранник допинывал лежащих. В принципе он прав, сами напали, да ещё втроём, этих можно не жалеть. Хоть какая-то есть в мире справедливость, надеюсь только эти трое потом вдесятером не придут, а то мудакам не знакомы ни чувство меры, ни чувство собственной вины.
        После такой сцены можно призадуматься и над собачьей проблемой, что опасней пьяный, а ещё хуже если трезвый отморозок, или ризер шнауцер. Кстати стоит заметить, что второй куда предсказуемее первого. Да и не так уж много среди владельцев собак людей не достойных, наоборот, чаще обеспеченные, те кто хочет себя защитить, но всё равно проблема. А фактически все эти многочисленные мелкие преступления, такие как драки, собаки убийцы, следствие разрушения нашей социальной системы, проблемы с которой и не понятно как бороться. В любом случае нет никакого смысла бороться с собаковедами, когда в стране творится такое. Сначала надо бы всех смотрящих и авторитетов пострелять, потом уж только за собак приниматься.
        Ну чёрт с этой бытовой грязью, вот и институт, там спокойно, одни студенты, а ещё и Вера. Такой небольшой, но очень яркий цветочек в этой серой жизни. Я прошёл к вахте спорт комплекса:
        -Не подскажете, Шилова уже подошла?
        -Нет, ждите.
        Жаль, не взял чего-нибудь почитать, до тренировки минимум двадцать минут, Верки нет, ходит раз в неделю, не поймаешь. Какое уж тут может быть развитие отношений, как бы имя моё не забыла, придёт пощебечет и снова пропадёт. А я, как дурак ловлю каждый раз, всё же книжку носить необходимо, а если придёт можно и отложить.
        -О привет Сань. Как МЖГ?
        -Привет Дим, да ничего вроде, сдал, только вот на трояк.
        -Не везёт.
        -Ага, выпал вывод уравнения Бернулли, ну не помню я его, вот если бы устройство чего-нибудь...
        -Ума не приложу, как же ты так хреново учишься и научкой занимаешься, по идее тебе всё на пять сдать плёвое дело. И препод если что завысит, и сам должен всё знать.
        -Да научка это совсем не тоже самое, что учёба, близко, но не то. Там надо устройство знать, считать, как работает и никаких задач. Ничего не нужно запоминать наизусть, выводить, надо только делать и уметь.
        -Ну ничего, вот я перейду на третий курс, там посмотрим.
        -Ну да, сразу все карты в руки.
        -Конечно, стану перспективным парнем, все девчонки мои будут.
        -Это таким лысым с кольцами и мерседесом? Как в последнем клипе виагры?
        -Почти, вот получу степень и буду у тебя Верку отбивать.
        -А что её отбивать, она вроде как и не моя.
        -Так ты её всё время провожаешь, держишь так, что и не подойдёшь, ни фига себе не твоя.
        -Везде бы так, а не только два часа в неделю.
        -Ха, а я думал она твоя девушка.
        -Если бы...
        -Привет мальчики, что то мало вас.
        -Ещё придут, рано, Ирина Владимировна.
        Я взял старенький замок с ключом, которые тренер всегда носила в сумке и мы тут же отправились в раздевалку, чтобы реквизировать себе одну из кабинок. А то к семи часам обычно приходит пятнадцать групп, а мест всего двенадцать, занимать одну раздевалку на двоих не удобно. Приходится следить за соседями, вдруг что-нибудь утащат? Да и уходить придётся синхронно, или кому-то придётся ждать, два замка одним ключом не откроешь. В общем теснота полная, и это спорткомплекс элитного университета, будущее России. Даже в ширпотрепном фитнесс клубе, в подвале моего дома, где час занятий стоит всего двадцатку, и то стоят отдельные шкафчики. Правда у нас почище и матом не ругаются, так что в университете мне нравится больше чем там, место приятнее.
        -Блин, чё то нас мало сегодня.
        -Ты да я, да мы с тобой, да ещё Ирина Владимировна, итого шестерых насчитал хватит.
        Мы не много помолчали, переоделись и отправились в зал, всё-таки молчаливый мы народ отличники, с виду словно дауны. Я посмотрел на часы, уже семь, дурная у всех привычка опаздывать. С одной стороны это верно, занятия не обязательные, зачем сидеть просто так, когда можно придти в десять минут восьмого. С другой, пару раз было такое, что все опаздывали, а занятия отменяли, потому что никто не пришёл, да и просто как то это не верно всегда опаздывать, одно дело если случайно, совсем другое когда постоянно. Самое обидное, что в России принято опаздывать везде, и чем тяжелее и важнее занятие, тем больше опоздание. Одно дело теннис, тут интересно, больше, чем на двадцать минут опаздывать не стоит, совсем другое работа, особенно социальная. Даже градация какая-то есть, в некоторых профессиях даже так принято. Например, врачи всегда начинают не раньше, чем через пол часа после начала рабочего дня, а вот у паспортистов или в ЖКХ, не приличным считается опоздание меньше, чем на час.
        Верка конечно тоже опоздала, причём побив все рекорды, если уж что делать, то лучше всех, пришла в восемь. Хотя бы пришла, значит можно будет её проводить, поболтать, а на занятиях всё равно много не на говоришься.
        Меж тем, партии складывались из рук вон плохо. Я часто проигрываю, что уж скрывать спортсмен из меня не очень, а сегодня вообще всё из рук валится. Блин даже обидно, хочется быть лучше всех, хотя бы здесь перед Веркой, а на практике одни неудачи. Вот очередная подача, отбиваю еле-еле, шарик взлетает на пол метра над столом противника и тут меня Димка не жалеет, глушит не по-детски. Обидно, выгляжу полной растяпой, хожу на теннис целый год, а так ни чему и не научился. Наверно поэтому, последнее время Верка со мной и не играет, друг другом, а уровень врозь.
        -Саш, сколько времени?
        -Без десяти, идём?
        -Да пора, я пойду. Ирина Владимировна дайте ключ.
        Вера всегда сбегает минут за десять до конца занятий, прямо как золушка. Торопится, живёт за три девять земель, автобус ходит раз в час. Вот на него она никогда не опаздывает, если пропустит придётся стоять час до следующего. Всё же транспорт у нас ходит отвратительно, один автобус в час, это значит на линии работает максимум три машины, и это в Самаре, полутора миллионном городе, в наше то время. Я прошёл в свою раздевалку и стал быстро переодеваться, не стоит заставлять даму ждать, да что мне переодеваться, накинул куртку, переобулся и готов. Верка вышла почти сразу, она девушка бойкая не то что некоторые, переодевается моментально, всё же футбол, теннис, спорт.
        -Давно не ходишь.
        -Сессия, сам понимаешь, ох уж эти курсовые, никак сдать не могу, ужас какой-то. Позавчера пол ночи сидела.
        Она выпалила скороговоркой, с улыбкой, вышло как всегда очень мило. Не понимаю я её, то не ходит чёрте по скольку, потом придёт улыбается, 'извини, нет времени'. Недавно даже собирался на неё обидеться, никак не получается. Потом она учится на втором высшем, наверно и вправду совсем нет времени. Я открыл дверь спорткомплекса, пропуская её вперёд. И почему она упорно не замечает мои ухаживания, или может быть действительно не до меня сейчас? Всё же не для всех сессия безделье, насколько я знаю, большинство только в неё и учатся. А уж если что сдать не успел, вообще косяк.
        -А как английский поживает?
        -Десять тысяч знаков отчитала, осталось один текст рассказать и зачёт будет.
        -У вас зачётная неделя ещё не кончилась?
        -Ещё два дня.
        -А у нас сегодня последний день.
        Тьфу, опять какие-то сравнения, можно только язык прикусить. Даже обидно, ботаник ботаником, а нормально поддерживать разговор так и не научился.
        -Везёт же, четыре дня до нового года, отдыхай себе, а мы вот бегаем мучаемся. А ещё вторая моя сессия, боже мой, и всё в одно время.
        -Не так уж и везёт мне завтра идти метрологию сдавать, теперь придётся платно. Кстати, Вер, - я помялся чуть чуть и продолжил, - как насчёт того, чтобы сходить куда-нибудь, ну допустим после нового года, или вместе его встретить?
        -Нет, извини, но не получится, мы с родителями первого уезжаем в Египет, там встретим, и недельку проживём. Мне правда жаль, но никак, а потом как приедем сразу сессия. Даже целых две, сам понимаешь, не до кино будет.
        -Ну ладно, вообще съездить посреди этих морозов в Египет это здорово.
        -Люблю пляж, песочек, пальмы...
        -Бананы, кокосы, апельсины.
        -Апельсины с бананами на пальмах не растут, да и нет их в Египте. Эх ты двоечник распоследний.
        -Зато там много больших злобных нильских крокодилов.
        Я лязгнул зубами, и сделал пару жевательных движений, Вера засмеялась. Люблю когда вот так удаётся поговорить, посмеяться, надо сказать Верка наверно единственная девчонка с которой вот так получается. С другими я конечно тоже общаюсь, но все остальные видят во мне лишь потенциального мужа, отличника с большим будущим и возможно удачной карьерой. Так например одна из моих одногрупниц Лена, всегда со мной садится, скатывает, и делает вид, что я её мальчик. На самом деле у нас с ней нет ничего общего, мы почти не разговариваем вне уроков, а нужен я ей просто так, на всякий случай, чтобы старой девой не остаться, за не имением альтернативного варианта, ну ещё конечно, чтобы списать. И ещё пара девчонок с потока пару раз флиртовали со мной, но похоже исключительно ради самарской прописки. Короче всем от меня что-то надо, но в основном что-нибудь экономическое, причём ни с кем из них у меня нет ровным счётом ничего общего. Вот так вот прогуляться ляпнуть какую-нибудь чушь, и чтобы смешно и хорошо всё было, получается разве что с Веркой, жалко только видимся слишком редко, хотя может со временем всё и
изменится.
        -Не волнуйся, в море их нету.
        -Как нету?
        -Перевелись, их дельфины вытеснили.
        -И дельфинов не боишься?
        -Их тем более.
        -Так они даже крокодилов всех поели, а ты их не боишься?
        -Нет, ну всё пока, спасибо что проводил.
        Вот счастье и кончилось, дошли до остановки, тут можно спорить, но бес толку, всё равно спровадит. Конечно, я пару раз оставался, ждал с ней автобус, но в основном она меня тут же отправляет домой. На остановке полно народу, с ней вроде как ничего не случится, как будто я её только за этим провожаю.
        -Ну вот, проводил и никакой награды, совсем современные девушки совесть потеряли.
        -Иди, иди, замёрзнешь в одних эластиковых штанах стоять.
        -Счастливо.
        Ничего не оставалось, как развернуться и пойти домой. Жаль конечно, теперь месяца полтора не увидимся, считай до следующего семестра. Не понимаю я её, такое ощущение будто она действительно просто на теннис ходит и ничего более, а я какой-то случайный удобный фактор. Вроде почти год знакомы, а прогресса в отношениях никакого, даже наоборот, с тех пор как стал её приглашать то туда, то сюда, она вроде бы стала ходить реже. Не знаю ни телефона, ни фамилии, только то, что учится на седьмом факультете и всё. Короче остаётся только пойти и спокойно сдать сессию.
        Не далеко от скверика, меня чуть не сбила какая-то чёрная ауди, пронеслась мимо даже не подумав притормозить, плевать что на пути человек, здесь всё равно темно, никто и не узнает. Мне стало ещё грустнее, насколько же надо свихнуться, чтобы так плевать на всех подряд. Самое хреновое, что всё это поддерживается телевидением и государством, люди и так по своей сути свиньи, а их ещё и учат быть ими, ну неужели нельзя ввести цензуру на книги, фильмы, телевидение. Запретить эротические программы, сделать главными героями фильмов не безмозглых качков, а тех же студентов, профессоров, указать людям что можно, а что нет. Что крутого в ночных гонках на чёрном бумере, плевках на прохожих? Я показал вдогонку машине не приличный знак, реакция была моментальной, ауди развернулся и попёр обратно, чуть повторно меня не сбив, но проехав мимо. Из него вылезло два мужика в чёрных кожаных куртках. Не скажу что уж больно здоровых, примерно как я, сантиметров по сто восемьдесят.
        -Да ты чё сопля на кого прёшь?
        -Вы придурки вообще смотрите куда катите?
        Это был вызов оба попёрли на меня. В принципе я не плохо разбираюсь в боксе, так что мне удалось двинуть первому в морду, довольно удачно, я расквасил ему нос, и он с каким-то мычанием отошёл на секунду назад. Второму я собирался двинуть аналогично, но тот оказался быстрее и у меня от его удара из глаз посыпались искры, потом он сразу же не останавливаясь ударил ещё несколько раз. Но сказывался здоровый образ жизни, и университетское физ воспитание, мужик явно был по сравнению со мной слабоват. От моего ответного удара урод даже немного опешил, а из рассечённой брови полилась кровь. Сделал пару шагов назад, но тут как назло стал приходить в себя первый.
        -Мудаки вы чё совсем охуели? Чуть не сбили, теперь как собаки какие-то с цепи сорвались. Какого вообще?
        -Ты мне сука нос сломал, да я тебя зарою.
        -Так ты кретин сам напал.
        Я присмотрелся к морде, нападавшего идиота. Парень лет восемнадцати, стрижка короткая, мода нечего сказать, взгляд тупой как у собаки, ни капли разума. Наконец второй собрался и они пошли в атаку вдвоём, в этот раз тот которому я сломал нос бросился мне в ноги и вцепился в них, я со всей дури залепил ему кулаком в ухо, но в это время второй повалил меня борцовским приёмом, банальным толчком грудью. Вроде, это техника боя для борьбы с сверх мощными соперниками, в условиях численного превосходства. В другой ситуации можно было бы гордиться. Но меня подмяли, фактически приземлившись на меня и мои лопатки, и тут же стали бить по лицу. В таких условиях, лёжа под противником, освободиться довольно сложно. Я по сопротивлялся секунд пять, потом бросившийся на мои ноги встал и со всей дури пнул мне в голову, даже увернуться не получилось.
        Я пришёл в себя, лежа на спине. Было холодно, всё же мороз двадцать градусов, уши просто отваливались, пока меня били и я валялся, с меня слетела шапка. Как бы не получить обморожение. Я сразу напялил шапку и стал их потирать, пытаясь согреть. Болело в принципе всё, но кажется мне ничего не сломали, даже нос, хотя его в моей позиции вроде бы ломают в первую очередь. Проверил всю одежду, странно ничего не порвалось, даже часы работают, а провалялся я похоже минут десять, пятнадцать, то есть по били меня, и сразу бросили, наверно торопились. Хорошо хоть не убили, а может решили, что и так на морозе сдохну, всё же я куда крепче, чем обычная шпана и несколько десятков обычно смертельных пинков по голове и рёбрам, для меня просто сильные синяки.
        Теперь мне ничего не оставалось как по вздыхать и отправляться дальше. В милицию в принципе не подашь, да и искать не будут. Не надо было ходить ночью по тёмным переулкам одному. Классная у нас страна, напали, а нормально, сам виноват что чуть не сбили, надо во время с дороги уходить. А уж что то показывать вслед иномаркам с тонированными стёклами это вообще кретинизм, можно сказать получил за дело.
        Поднимаясь по лестнице, наткнулся на третьем этаже на кампанию придурков от пятнадцати до семнадцати. Школьники трепались о какой-то ерунде, а заодно распивали пиво и курили. Блин, может они никого и не трогают, но мне теперь ходить по этой грязи.
        Родители ещё не пришли, да и не должны, ещё пол десятого, а они же чётко написали, не позже десяти, хорошо хоть свет дали. Я прошёл в ванную, разделся и осмотрел себя. Надо сказать, не смотря на мою железность организма досталось крепко. Вся морда заплыла синяками и шишками, даже на теле было полно ушибов и синяков. Я провёл несколько раз холодной влажной тряпочкой по местам ушибов, и решил, что на этом мед помощь ограничится, вроде бы ничего серьёзного, к экзаменам следа не останется.
        Есть не хотелось, и я сел за метрологию, не хотелось терять время на бутерброды и всякую ерунду, быстрее сядешь делать, быстрее закончишь, в принципе если постараться, можно исправить все ошибки часа за два. Сидеть над курсовой в таком состоянии всю ночь сил нету, а делать надо, иначе потом препода не поймаешь. Ну почему я не купил её как все? Потратил бы те же триста рублей, что и за дополнительные занятия, зато сдал бы в срок, и на хорошую оценку. Но нет, покупать нельзя, это принцип, надо делать самому, пусть сложно, долго, но надо самому.
        Родители пришли в одиннадцать, я их почти и не заметил, живут себе в квартире и пусть, у меня своя жизнь, свои дела. Они меня тоже, сижу в своей комнате и ладно. Сказать по правде так было всегда, ещё с детства я жил сам по себе, наверно поэтому таким и вырос, таким не правильным. Слишком рано понял, что с родителей брать пример нельзя, даже не понял, а мне это они сами объяснили, не важно, что отец работает в банке, платит за мою учёбу, обеспечивает жизнь. Главное его жизненные принципы, гулять с кем попало если можно, пить, курить всё это не правильно, так же не правилен и остальной мир. Главное то, что при всех деньгах их жизнь пуста, отец хотел иметь стабильную зарплату и красавицу жену, он её получил. Красавица жена постарела, потолстела. Стабильная зарплата оказалась слишком стабильной, не только в меньше, но и в больше. Всё что осталось, страдать по вечерам хроническим алкоголизмом, и жалеть об умирающем государстве. А он ведь сам мне об этом говорил, у него исчезла цель в жизни, а его когда то звали в Москву, он сам отказался. Тут была красавица мама, квартира и стабильность, а в столице
пришлось бы напрягаться, работать. И вот к чему он пришёл, скромная серая обывательская старость, и это жизнь человека, который мог бы стать гением, заниматься наукой, иметь в жизни если не всё то многое. Конечно, сейчас он ещё не старик, всего сорок, но жизнь его уже сыграна, ничто не изменится. Поэтому отец и твердил мне, 'не повторяй моих ошибок, живи только мечтой'. Так что последние пять лет я только и делаю, что живу мечтой, а с родителями распрощался.
        К половине двенадцатого, метрологию удалось закончить. Довольно удачно, ещё утром я боялся, что придётся сидеть всю ночь, а справился за пару часов. Последняя проверка, всё можно скреплять стиплером, а пакет на завтра соберу утром. Всё равно мне к одиннадцати.
        Глава 1: Время горькое.
        Что за звон, мучительно соображаю, да это же будильник, пора вставать.
        -Заткнись противная пикалка.
        Как же болит голова, рёбра, не слабо же меня вчера отходили. Уже пол десятого, надо идти, сдавать курсовую. Я прошёл на кухню, сделал себе чай, посмотрел в зеркало, рожа битая, надо по не заметней в университет прокрасться, даже не помню, чтобы кто-нибудь с такой мордой приходил. Хотя нормальные люди списывают такие ситуации на бандитов, предпочитают сидеть дома на больничном. Это только у меня сессия, сдавать надо. Конечно же такие побоища не редкость, у каждого раз два такое в жизни бывает, я ещё каким-то чудом их избегал, а ведь пешком хожу каждый день, и не по самым благополучным районам. Но нечего нюниться, пора собирать пакет и идти. Я кой как запихнул чертежи с метрологией, свои листы, закрыл дверь и вышел. В этот раз спускаться по лестнице уже не хотелось, ноги подгибались, пришлось ждать лифт. Дверь открылась, внутри были Анастасия с Егором, похоже они ехали на первый.
        -Здравствуйте Саша, что с вами случилось, боже мой.
        -Привет, да так ничего.
        -Да так, обычное дело подрался маленько.
        -Вот скоты, да за что же вас то, и кто?
        -Да ни за что, проезжали мимо, лицо не понравилось.
        Тут Настя совершила совершенно неожиданную для меня вещь, улыбнулась и погладила меня по щеке.
        -Вот этого не нужно.
        -Ну почему вы хуже ёжика. - она сделала короткую паузу, и продолжила наступленье. - Но вы себя хорошо чувствуете, вам ничего не сломали, вы уверены, всё в порядке? Сотрясения мозга нет? Это были не местные, надеюсь у вас нет никаких проблем? Ну что же вы молчите?
        Лифт наконец добрался до первого этажа, как же иногда не хочется разговаривать, даже если человек хороший.
        -Нет, не волнуйтесь всё в порядке, счастливо.
        Я вышел первым, конечно, было бы приличнее пропустить вперёд себя женщину с ребёнком, но так уж я стоял, ближе к двери. Потом это дало бы ей дополнительное время для расспросов, чего мне совершенно не хотелось. Да и кто в наше время пропускает вперёд женщину с ребёнком, кому какое до этого дело, всем плевать, даже сами девушки к этому привыкли и считают это нормальным.
        Сам путь в университет был довольно спокойным, битая рожа в наше время в России дело нормальное. Только пара каких-то бабок обратила на меня своё внимание, впрочем довольно мимолётное, просто краем уха услышал: 'Молодёжь нынче совсем дикая пошла, вон как дерутся, нет бы работать'. Интересны же старые люди, считают, что можно просто так работать, только им и в голову не приходят такие вопросы как 'зачем?', 'на кого, и где работать?', как будто стоит пойти работать и мир сразу станет идеальным. Ну конечно, если все пойдут работать, мир сразу исправится, согласен, но только вот кто пойдёт работать в стране, где это не модно? Студенты? Да мы пойдём работать, мы умеем, только не все, и нас совсем не много. А куда денется вся эта вечно пьяная шпана? Пойдут ли работать наркоторговцы, сутенёры и всякие смотрящие и держащие районов? Навряд ли они пойдут, и пока они есть просто так идти работать не получится, хотя бы потому, что даже если ты и заработаешь что-нибудь, сразу отнимут. Классическая ситуация, кто первый посетитель любого новооткрытого магазинчика? Ответ, смотрящий за районом собирающий дань. У
кого-то поворачивается язык назвать это демократией, свободой? Думаю это скорее средневековый феодализм, есть князь, т. е. главный районный бандит, над ним князь повыше, и все эти князья играют в государство. Делают вид, что у нас есть ФСБ, президент, армия, законы, свобода. Да нет в нашей стране ничего такого, есть князья, им всё можно, не на бумаге можно, а на практике. Есть олигархи, они тоже где-то хорошо богато и по законам живут. Есть мы, простые люди, холопы, у нас нет пистолетов, братвы и армии, с ними можно делать всё. Если холоп играющий роль милиционера взбунтуется его тут же убивают, если другой холоп взбунтуется его тоже, а как же иначе, ведь князь он не один, у него есть сотня дружинников. В случае чего, пока там суд решит кто виноват, замочат и суд и пострадавшего и весь милицейский отдел. Вот и платят все два налога, один местному, а второй время от времени государству, государство то бригаду деньги трясти в случае чего не пришлёт. Такое конечно не везде, где-нибудь в центре больших городов, в крупных магазинах, таких гостей не бывает, а вот с ларьками и маленькими городами настоящая
беда. Вот тут и возникает вопрос, а зачем работать, если всё равно отнимут? А если можно отнять, да так, что никто не накажет, то зачем вообще что-то делать? Это так к слову о том, что ни первый не второй путь в нашей стране пока никуда не ведут, и пока это так никакие нефтедоллары экономику не поднимут. И если коммунистическая или иная, самая правильная народная партия действительно хочет добра народу, то пусть идёт громить не олигархов и правительство, а бандитов и дачи цыган. И уж точно не стоит бросать фразы про озверевшую молодёжь в спину порядочному студенту, хотя бы потому, что он представитель уже не многих оставшихся порядочных.
        В общем думы у меня были самые не весёлые, хорошо только, что в это время на улице никого нет, спокойно. Для собачников слишком поздно, они все уже на работе, а их хищники дома на замке. А для отморозков ещё слишком рано, они ещё не проспались после своего каждодневного ночного загула. Вообще идти было здорово, солнце, безоблачное небо, выпавший вчера снег немного прикрыл нашу обыденную грязь. Идёшь и можно представить, что наконец очутился в сказочном государстве, где всё спокойно и вроде бы люди живут. Только вот китайцы, строящие какой-то магазинчик портят всю идиллию. Сколько же их к нам понаехало, и вроде бы, что от них плохого, живут себе, работают, братвы среди них нет, вон даже наш пьяный мужичёк бригадир их пинает. Но никто же не понимает, что это сейчас так, а пройдёт двадцать лет, у них родятся и вырастут дети, и родится у них не по одному ребёнку на семью, а как щенят у собак. И это второе поколение будет уже не таким спокойным. Они вырастут на улицах, в жутких условиях, у них не будет ни морали, ни образования, они соберутся в банды, будут свинячить и истреблять остатки русских. И всё
то, что творится сейчас, а оно уже творится, только не везде, а на рынках например, покажется нам жалкими цветочками, только прелюдией к нашему полному вымиранию.
        Конечно, у нас есть всякие скинхеды, фашисты, и можно надеяться, что они этого не допустят. Только вот все эти рынки, корейцы, узбеки и китайцы, сейчас работают на нашу мафию, и она их защищает. Скинхеды с удовольствием мочат беззащитных иностранных студентов, часто и добропорядочных русских, но только не этих защищённых братвой работяг, которые в будущем нас всех и перебьют. Перебьют по праву числа, потому что лет через двадцать их будет больше чем нас. А сказать по правде им и перебивать всех нас не надо, часть конечно погибнет, защищая своё имущество и строй, остальные сами в них растворятся. И будем мы жить в шариатской республике Самара, а быть может, народная республика Дальний Восток подаст просьбу о вступлении в Китай. И дело вовсе не в экономике, не в армии, не в том, что наше государство не смогло бы справиться с другим. Дело в том, что нас заселят, растворят и переварят в себе, дело в правах человека, в прозрачных границах, дело в том, что у русского профессора прав на жизнь столько же, сколько и у китайского бомжа, а в таких условиях бомж размножается лучше. Но стоит ли считать его
из-за этого более жизнеспособным? Ведь китайский или даже узбекский бомж работник, не построит космический корабль, танк или самолёт, и не произведёт ничего такого, чем живёт наша цивилизация. Китаец без профессора не проживёт, даже лопату себе выплавить не сможет. И вообще он ни на что кроме ручного труда не способен. Многие орут о конкуренции, типа мы русские сами виноваты, что нас вытесняют, делайте больше детей и всё будет в порядке. Но в каких условиях их делать? Неужели кто-то считает, что образованная студентка с ВО может родить живя в общаге? Тем более, парам селиться в общагах, часто запрещается. А может молодая пара создать семью, когда ей негде жить, а новая квартира стоит минимум тридцать сорок тысяч евро? А задумывался ли кто-нибудь, почему в нашей стране такие дикие цены на жилье, быть может именно из-за этих сорока, пятидесяти миллионов переселенцев? Я уж молчу про всяких цыган и чеченцев, выстроивших на деньги, полученные от продажи наркотиков, настоящие дворцы на окраине нашего города. Они не работают, не учатся, ничего не умеют делать, у них даже документов на свои дома нет. Но уже
сейчас ни один мент не осмелится пойти и что-либо предпринять против них. А зачем? Они же платят чтобы их не трогали, а будешь возникать, один в поле не воин, сразу уберут. Если бы кто-нибудь из тех, кто позволил им там жить задумался над тем, какое будущее они готовят своим детям? Сколько в каждом из этих дворцов подрастает будущих убийц и наркоторговцев, достойных сменщиков своим родителям? На мой взгляд, чтобы понять, что нас ждёт, достаточно просто пройтись по городу, не от подъезда до остановки и от остановки до работы, и не там, где сконцентрировано русское население, а по всему городу. И это здесь, в европейской части страны, а что творится на дальнем востоке, или где-нибудь по ближе к югу? Призадумайтесь бабушки, кормящие нищего пятилетнего попрошайку, стоит ли ему давать пирожок без мышьяка? Потому что, быть может, именно этот попрошайка, и ещё десять его родных черножопых или узкоглазых братьев, вскормленных улицей, через десять лет убьют в темном переулке вашего внука, или сделают женщиной вашу пятнадцати летнюю внучку. Не законные эмигранты, да и законные граждане цыгане, не ходят в школу,
не смотрят фильмы про рыцарей, у улицы нет, и не может быть понятий о морали. У них нет мечты стать космонавтом, политиком или учёным, их желания ограничиваются тем, чтобы затащить в тёмный переулок запретный плод белую девочку, напиться до помутнения рассудка и погонять на большом чёрном джипе, набивая всем встречным морду. Есть гуманное изречение: 'Не они такие, улица их такими сделала', но раз уже сделала, раз они уже угрожают нашей жизни, самому существованию, то как можно продолжать позволять им плодиться, набирать силу? Конечно, теперь уже от них очень сложно избавиться, гораздо сложнее, чем не пускать их десять лет назад в Россию, но пустили, пройдёт ещё десять лет, мы ничего не сделаем, и что тогда? Что будет, когда наше государство совсем развалится, и на одного человека с высшим образованием будет приходиться не два паразита, а сто или двести? Если уже сейчас исправить всё, очень сложно, будет ли это вообще возможно потом?
        Но вот и родной университет, тут как всегда полно студентов, уже на подходе все посматривают на меня с сочувствием. Наши то сразу чувствуют свою братию, по походке, привычке идти с правой стороны тротуара, по уступанию пути другим прохожим. Наверняка большинство понимает, что отделали меня совсем не из-за того, что нарывался или заслужил. Жаль только, мой внешний вид зря напоминает окружающем о наступлении улицы, о том в какой стране мы все живём, и что в ней сейчас происходит.
        -Сань, здорова, кто это тебя так.
        -Привет, да так козлы одни не бери в голову.
        -Ну залечивайся удачи.
        Началось, теперь каждый второй знакомый будет подходить и спрашивать что случилось, как будто и так не видно, выражать своё сочувствие. Конечно, это правильно, все мы здесь люди, понимаем, что так нельзя, пытаемся поддержать пострадавших, но почему же при этом ничего не делаем? Ответ довольно прост, боимся, потому что живём не на улицах и не в стаях, ходим не на бокс и стрелки, а на математику с термодинамикой. И почему те, кто в девяносто первом создавал в нашей стране законы о равенстве, не подумали о том, что нельзя приравнивать учёных и студентов, к бандитам и пьяным безработным. На западе всё проще, там за сотни лет произошло расслоение общества на богатых и бедных. Богатые живут в одной части города, бедные в другой, там не произошло того смешения слоёв, как у нас, смешения в котором побеждают звери, а не люди. Теперь же нам только и остаётся, что бояться ходить по улицам. Может быть лично ко мне это и не относится, я здоровый, ко мне совсем кто попало не пристанет, а вот что делать студенткам, или тем кто послабже?
        После вестибюля я прошёл по первому этажу до того места, где должен был находится кабинет метрологии, и только там поднялся на третий. По первому с нашего факультета обычно почти никто и не ходит, мне совсем не хотелось объяснять каждому второму, почему я такой красивый. Напротив триста двенадцатого кабинета, где должны были принимать курсовые, стоял только Димка, хорошо хоть почти вся группа уже сдала, значит не придётся объяснять, что со мной, всем и каждому, а после новогодних праздников всё уже пройдёт. Тем более, выходные удлинили до десяти дней, как будто специально, чтобы усугубить в стране беспорядок, создать лишний всплеск преступности, но в этот раз мне это на руку. И кстати это другой Димка, мой одногрупник, друг, и вообще не плохой парень, только в отличии от меня он пьёт пиво, курит, время от времени ходит по дискотекам, но всё в меру, как и подобает порядочному студенту.
        -Привет, что это с тобой.
        -Не спрашивай, десятый раз всё рассказывать язык отсохнет, и так же видно.
        -Ладно, всё понятно, просто надо на автобусе ездить.
        -Автобус, трамвай, какая разница, как будто в этом дело, везде можно всяких встретить.
        -В людных местах тебя никто не ограбит.
        -Меня и не ограбили, просто побили и всё.
        -Зачем?
        -Ну, принято в нашей стране так, если крутой, значит всё можно.
        -Да ничего подобного, просто ты всё время шляешься по своим подворотням вот и результат, там же ни милиции никого нет.
        -Вот скажи, а у тебя в подъезде есть милиция?
        -Нет, но мы все друг друга знаем, если что можем вызвать, а чужие не заходят и всё нормально, вот такого мордобоя быть не может.
        -Может.
        -Вот ты знаешь кто тебя отделал?
        -Нет.
        -А знал бы пошёл бы к ментам и дело с концом, они бы разобрались. Да и не отделали бы тебя свои так.
        -Чёрт с тобой, у тебя просто район спокойный.
        -Просто я как ты не хожу где попало. О, здравствуйте Пётр Сергеевич.
        -Здравствуйте, бойцы последнего фронта, Сань что случилось то?
        -Да так, напали на улице, даже не знаю кто.
        -Бывает, надеюсь, ничего тебе не повредили?
        -Да нет ничего вроде.
        Наконец учитель справился с замком и мы зашли за ним. Не пойму и зачем этот кабинет закрывают? Ничего ценного в нём нет, старенькие парты стулья надёжно привинчены к полу, а тупые вандалы в этот университет обычно не поступают, мозгов слишком много надо.
        -Ну что раненый, давай посмотрю первым, - он взял у меня работу из рук и прошёл к преподавательскому столику, в принципе хорошо, а то кроме нас с Димкой тут было ещё человека четыре, и они пришли раньше - ну не плохо, вроде всё правильно. Кроме метрологии все зачёты получил?
        -Да.
        -Ладно четыре пойдёт?
        -А защищать? Потом, сегодня же последний срок...
        -Ну будем считать, что четыре это за синяки, иди отлёживайся, лучше бы вообще после праздников сдал, в таком состоянии нужно дома лежать, касторку пить.
        -Блин, ну почему я не додумался битым придти? Эх. - Диман изобразил истинное разочарование.
        -Удачи всем.
        -Сань, и не забудь про 'Полёт', сегодня идём.
        -Я не пойду.
        -Ты же обещал, не порядок, - я уже вышел из кабинета, но Димка выбежал за мной.
        -Нет.
        Но как назло мимо проходила Ленка, похоже она тоже ещё не отчитала эту несчастную метрологию. Теперь они выступят единым фронтом и заставят меня пойти на эту дурацкую дискотеку, ну бывают же в жизни настоящие проблемы.
        -Привет Лен.
        -Саш, что у тебя с лицом.
        -Побили маленько.
        -Ага совсем чуть чуть, но он вполне годен для сегодняшнего вечера, пришёл же сюда, зато пытается откосить.
        -Бедный.
        -И откошу.
        -Ну, может всё-таки пойдёшь, как-нибудь пожалуйста, - Ленка смешно закусила губки и сделала умоляющий взгляд, - я тебя до дома провожу, прослежу, чтобы никто не побил.
        Мне оставалось только согласится, отказать девушке не так уж и просто, по крайней мере для меня. Хотя в целом я конечно не прав, не прав уже из-за того, что припёрся в универ, слишком уж бесчеловечно отношусь к своему организму. Лёгкая курточка в морозы, побили, всё равно пришёл, но что поделаешь, теперь уже не отмажешься. В принципе я не очень то люблю ночные клубы и дискотеки, но всё же можно сходить с одногрупниками пообщаться. А 'полёт' это совсем не обычная дискотека с её торговцами экстази, драками и гуляющей улицей. В полёте строго следят за порядком, а ходят туда в основной массе студенты, так что там жить можно. Настроенье немного поднялось, ещё эта четвёртка это неожиданно, теперь и на экзамене проблем не будет, а то я боялся, что и тройку к сроку не добуду. Что ж, буду готовиться к вечеру, накладывать на синяки компрессы, поищу в аптеке какую-нибудь мазь краску от фонарей.
        Я спустился в гардероб. Как назло там выросла огромная очередь, и с чего бы, вроде сейчас строгих перемен нет, все ходят как хотят, но конечно у кого то могли быть занятия. Пришлось пристроится в очередь со всеми. Невольно бросилось в глаза. Передо мной стояла троица, похоже что друзей, девочка высокий мускулистый паренёк с постоянно играющим сотовым и ещё один на голову пониже.
        Конечно же свой интерес к девушке проявлял высокий, причём в довольно грубой форме, предлагая ей переспать. Девушка отказывалась улыбалась, но дружок не стыдился её лапать и продолжал уламывать. Второму оставалось только стоять в двух метрах и терпеть это свинство, может быть он бы с удовольствием дал первому в морду, но наверняка не равны ни силы, ни финансы. Обычное дело в нашей жизни, могу поспорить, что мускулистый рано или поздно завалит студенточку, и долго ли она сможет ломаться? Да и принято так, ничего не поделаешь, высокий же её не насилует, он просто настойчивый. Может в другом стране в другое время, тот что пониже и подрался бы с ним, но не у нас. Все слишком запуганы улицей и безнаказанностью, пожалуй последнее самое страшное, сильный может избить слабого, причём довольно сильно, и никто ничего не сделает, а надо бы каждое такое дело в милицию, и копать до последнего. Что же сейчас по всей стране происходит? Если такое творится даже в нашем благополучном университете? Что это за отбор, где лучшие особи - тупые накачанные буйволы? Кем же станет последующее поколение? Каковы шансы
средне статистического ботаника, при условии, что девяносто процентов нашего университета составляют парни? Самые крутые и богатые, часто это детки бандитов разберут себе всех, да со стороны прихватят. Что дальше, идти на дискотеку? Там полно парней покруче, шансов нет и подавно. Конечно, есть и женские институты, типа педагогического или медицинского, где учатся одни девчонки, но что с ними, они придут на туже дискотеку, и дальше можно не уточнять. Не спорю, какой-то процент будущих профессоров найдёт себе девчонок. Я хороший тому пример, у меня под боком всегда крутится Ленка, не скажу, что она мне нравится, но что делать? А что с большинством, как быть с другими? Конечно, было бы здорово, если бы напористые инициативные личности, не пропускающие ни одну тусовку блистали интеллектом и знаниями, никаких проблем с отбором бы не было. Но вот беда, как показывает мой печальный жизненный опыт интеллект и крутость, величины обратно пропорциональные. В принципе, проблему девушек решить не так уж и трудно, достаточно было бы уравнять пропорции в группах, как это делали в советском союзе, половина группы
женская, половина мужская и никаких проблем, почему же никто так не поступит?
        Я прошёл в вестибюль, последний раз бросил взгляд на своё отражение в зеркале. Вроде ничего, в меру примятый, довольно битый, ну что ж, говорят на Руси за одного битого двух не битых дают, хотя не у нас, это на Руси так было.
        Около ларька с китайцами стояла пара ментовских машин, джип и десятка. Ну, допустим новую десятку ментам ещё могли выдать, хотя бы как патрульную машину, но вот откуда у мента, с зарплатой двести долларов в месяц, джип, ума не приложу. Побирают наши стражи порядка, нечего сказать, поражаюсь, как такое возможно, люди ездят на джипе, заработать на него явно никак не могли, и никто из коллег даже вопроса им не задал. Стоило бы проверить их налоговую декларацию, и тут же всплыл бы весь состав преступлений, но это же Россия, тут законы не писаны, а потом не хватает денег на зарплаты учителям и промышленность. Фактически, в нашей стране крутятся огромнейшие средства, нефть, газ, транзит наркотиков в Европу, продажа детских органов, русских женщин, торговля оружием, мало ли ещё что. И всё это идёт как раз через таких Ментов на джипах, а оседает в виде огромных пригородных дворцов, дорогих японских яхточек, машин и золотых швейцарских часов. Создаёт впечатление ложной благополучности и видимой стабильности государства. Золотые часы, безделушка, стоящая огромнейших денег, ну почему бы не вложить эти
двадцать тысяч долларов в то, чтобы запустить стоящий цех какого-нибудь завода, делать хотя бы кастрюли, тем более там много и не надо, при условии, что воровать не будут. Но нет, запустишь цех, к тебе нагрянет толпа братвы, посадят на поводок и будут трясти деньги, вот и весь сказ и все причины. Заколдованный круг какой-то, все стимулы жить паразитом.
        -Здравствуйте, а что случилось то? - дурацкий вопрос, какое моё дело, но интересно.
        -Да вот китаёзы своего бригадира замочили. - мент курил, и похоже был не против поговорить, в принципе удачно, мог и послать любопытного.
        -Охренеть.
        -Да он сам виноват, мудак последний, взял да пинул беременную бабу вон того узкоглазого, прямо в живот, вот скот, ну эти и озверели сразу. Да за такое мочить надо, отморозков развелось...
        -Да действительно... А что с бабой?
        -Не знаю, да вроде не сдохла.
        -В больницу увезли?
        -Да, эти сложились, бабок принесли, ну и оплатили скорую.
        -А что с китаёзами будет?
        -Да ничего, встанут в очередь на принудительную депортацию, билет им так никто и не купит. Прикинь, у нас на регион шестьдесят билетов в год выдают, а за этими и не проследишь. Половина билетов пустыми уезжает, не являются на вокзал и всё, а кого и притащат по дороге на следующих станциях сходят, не уследишь, провожатый то всего один на весь вагон, да и тот, эхх. Короче так их из страны не выпиннешь, впускать не надо было.
        -Так у нас сейчас границы сплошная дырка. Сторожат то может и хорошо, но за взятку можно провести всё что угодно. А что касается восточных границ, то там вообще пусто.
        -Вот тут ты парень прав, совсем щас хреново стало, при союзе в помине такого не было, ну воровали. Но свои воровали, а не эти, и не так.
        -Ладно пойду я, чтоб вы всё же выпихнули узкоглазых.
        -Ну бывай.
        Времени было в обрез, нужно ещё переодеться, привести себя в порядок, поесть, отдохнуть маленько. Но блин горелый, по сравнению с этими китайцами проблемы мудаков, прямо на второй план отступают. А ведь такое происходит не только в России, но например и во Франции, где уже более тринадцати процентов населения составляют арабы, практически те же проблемы и в Германии. В США тот же дёготь, только расовый состав немного другой, негры, китайцы и латинос. Проблема эта совершенно новая, порождённая хвалёными правами человека и современными средствами транспорта, позволившими странам третьего мира колонизировать запад. И бежать уже некуда, весь запад пылает, варвары не у стен города, они давно смешались с нами, растворяют в себе и нас, и нашу государственность. Боюсь, многие её пока не до оценивают, казалось бы, те же люди, да ни те, учёности и порядочности в них по меньше. Ну, возьмём хотя бы ту же Францию, приехало и поселилось в ней восемь миллионов арабов, за пятьдесят лет они должны бы смешаться с населением, раствориться в нём, стать французами. Но не смешались, не растворились, и теперь требуют
ввода паранджи в школах, хамят и свинячат, и по нашей России тоже то тут, то там растут мусульманские храмы, и у нас происходит тоже самое. Только пока ещё у нас есть храбрые пьяные дяди Васи бригадиры, которые могут вот так взять, да и пинуть в живот китайскую самку, но долго ли они продержатся, если китайцы продолжат их душить то тут то там. Сказывается менталитет маленько, спасает то, что все иммигранты поставлены нашими хвалёными бандитами на колени, условия иные. Могу всех обнадёжить, в ближайшие десять лет мусульмане не осмелятся требовать от женщин носить в школах паранджу. Но вот подрастут они, окрепнут, станет их больше чем нас и что тогда смогут все бандиты и авторитеты? Тем более, что особой смелостью и патриотизмом они никогда не отличались.
        В общем, думы у меня были тяжёлые, но интересные, конечно я не царь, ни бог и не президент, но раз все они не задумываются над тем, что нас ждёт, не стоит ли призадуматься над этим простому студенчеству? Хотя бы в моём лице. Собачий скверик я миновал без проблем, в принципе он собачим то был только рано утром или вечером, а сейчас скверик, как скверик, разве что засран и обоссан не в меру, даже по нашим весьма не придирчивым русским меркам. На звонок домофона никто не отреагировал, значит родителей ещё не было. Карточка по любому была у меня, хотя бы потому что я помню как вчера ложил её себе в карман.
        -Саш, позвольте я открою?
        Опять Настя, ну как она меня вычисляет, хотя это не сложно. Помнится я говорил ей дня два назад, что пойду сегодня сдавать метрологию, всё что ей оставалось, это выйти в пол одиннадцатого погулять, а потом ловить меня на выходе из скверика. То что она попалась мне в лифте конечно случайность, ну может быть с искусственно повышенной вероятностью, она же выходила пол одиннадцатого. Не пойму и что во мне женщины находят, студент как все, только на всех ноль внимания, а ко мне липнут, не все подряд конечно, но многие. Ну в любом случае у меня богатый выбор, Елена, Верка или Анастасия, Димка мог бы только позавидовать. Хотя на счёт Верки не уверен, как то не так она ко мне относится.
        -Да, пожалуйста. Не замёрзла, полтора часа на морозе.
        -Ну не полтора, а всего час пятнадцать, потом до этого мы не гуляли, а в магазин ходили, сейчас только с горки.
        -И долго там были, минут пятнадцать, Егорка замёрз.
        -Я не замёлз мам.
        -Ну, он всегда так говорит. - она нарошно неуклюже развернулась в лифте, совершенно случайно задела грудью, хотя через её шубу и не очень чувствительно, и нажала на шестой этаж.
        -Вы на шестой нажали, - я нажал на стоп, перенаправил лифт на пятый.
        -Да вроде на пятый, ну как хотите.
        -Счастливо Насть.
        -Удачи вам. А на новый год куда-нибудь не сходим?
        Надо сказать довольно отчаянный шаг, ни одна девушка никогда никуда не пригласит парня, но почему то ко мне это не относится, так что отказываться мне уже не в первой. Я посмотрел на Настю, хоть и ребёнок, но довольно красивая, да только на кой она мне теперь подстилка. До Егора может быть согласился бы, сказать по правде тут же побежал бы за ней, как на поводке, только она бы не согласилась, и даже не взглянула бы на меня. Но теперь уже ей надо выпрашивать, погуляла пора и тёплое место найти, на самом деле это не любовь, а жёсткий экономический расчёт. Деваться некуда, студент парень спокойный и всегда заработает. Но нужно сразу было честь знать, а не спать со всеми подряд, знала же, что тот скот не женился бы на ней, зачем спала. А рассчитывать на то чтобы потом какого-нибудь типа меня найти, просто свинство, типа простит оденет обеспечит. Мой взгляд был холодным и жёстким до предела, хотя какой он может быть жёсткий у меня? Я же не бритоголовый верзила без капли разума в глазах. Но пренебрежения и отвращения в моём голосе было просто по максимуму, как будто я разговаривал с какой-то мерзостью,
даже не знаю с чего бы я ей так ответил, всё же она всегда мне улыбалась, и уж точно заслуживала такого обращения не больше тех отморозков, что меня разукрасили.
        -Ты своё погуляла, под кем хотела по стонала, вот и иди теперь подстилка...
        -Саш, да что ты такое говоришь, ты же...
        Эти слова её словно смяли и пробили, Настя совсем не ожидала такого ответа, такого мнения о себе. В её глазах с невероятной скоростью наворачивались слёзы, а лицо скривилось как у плачущей девчонки, наверно мне должно быть её жалко, только чем то я всё же отличался от всех остальных людей. Мне никогда, никого не было жалко, я хотел изменить этот мир, сделать его лучше, но я испытывал полнейшее равнодушие даже при виде ревущего ребёнка, что уж говорить о девушке. Наверно поэтому, у меня до сих пор не было подружки, что уж говорить не было и друзей. А может быть это просто особенность моего мировоззрения, такое происходит везде, а здесь сейчас лишь частный случай, если жалеть, то всех, стараться помогать всем, что толку от сочувствия здесь и сейчас? Можно считать меня чудовищем, монстром, потому что даже самые последние отморозки испытывают какие-то хотя бы элементарные чувства, но мне это просто не знакомо. Я не сделал ничего плохого, большинство моих друзей могли бы сказать, что я очень добрый и мягкий человек, не думаю, что кто-то мог бы даже заподозрить, какой моральный сатана живёт под этой
личиной. Но кой что всё же могу сказать в своё оправдание, просто не люблю артистизм, в этом мире столько грязи, что слова и утешение это мелочи. Стоит ли жалеть эту относительно счастливую мать одиночку, когда у неё есть квартирка, её мама и Егорка, если в нашей стране сотни тысяч, а то и миллионы полу рабынь проституток. Сказать по правде их не больше, чем нужно, чтобы полностью удовлетворить спрос на дешёвый секс. Можно ли после этого считать меня чудовищем, если между прочим, я как минимум не согласен с ситуацией, чем уже отличаюсь от слишком многих молодых.
        -Воспитывай своего достойного дитятю, пусть вырастет ещё круче папы. Удачи.
        Я нажал на кнопку десятого, уж не знаю на каком она живёт, но не нашестом и не на седьмом, а тут золотая середина, пусть сама перенаправит. Только через дверки лифта я услышал какой-то полу стон отчаяния и женского рёва, и фразу:
        -Ну не знала я тогда ещё, молодая была совсем, прости. - последние слова она прокричала каким-то истерическим криком, не знаю может быть у неё даже было какое-то подобие шока, наверняка она ждала иного ответа, или как утопающая хваталась за последнюю ниточку. Но лифт уже уехал слишком высоко, и кричать дальше не было смысла, да и она наверно поняла, что это абсолютно бесполезно.
        Я спокойно открыл квартиру, руки даже не дрожали, наверно у кого то другого должны бы были, но моё спокойствие было просто бесчеловечным. Всё же было грустно на душе, если б раньше встретил, да в другом мире... Раздевшись, сразу включил телевизор и поставил греться чайник, люблю чай. В принципе, я единственный в семье кто его пьёт, остальные предпочитают кофе или пиво, зачем им сдалась эта зелёная дрянь? Старая русская поговорка 'умирать здоровым обидно', даже если доживёшь до ста лет, не пьёт не курит значит не наш человек. Конечно, по мнению нормального современного парня гораздо правильней пить, курить, колоться и сдохнуть в канаве в тридцать пять. Я сел в кресло и стал ждать пока закипит чайник, пока не оттаял после улицы, ничего делать не хотелось. В новостях шла очередная сенсация. Где то в Пензе обнаружили незаконный притон, где против воли удерживалось более сотни не совершенно летних девушек, вполне понятно, чем их заставляли заниматься. Мне даже противно стало, работает такое заведение годами, все живущие в округе о нём знают, менты знают, но никто не осмелится и пикнуть, а то хозяева
огорчатся. И дело не в том, что ФСБ закрывает на это глаза, нет не закрывает, по крайней мере не всегда, беда в том, что все бояться пойти в милицию, сообщить некуда. А в Москву не каждый отважится поехать, разбираться, доказывать, особенно если район не очень, и товар из не слишком благополучных семей. Они бы может и не стали этим заниматься, да жизнь заставила, сломала сотни судеб, а ведь многие из этих могли бы найти себе мужа, хотя бы из тех же студентов, кому они теперь такие профессионалки нужны? Работала три года проституткой, это же клеймо на всю жизнь, разве что скрыть. И кто там заикается, что демографические проблемы обусловлены старением населения и тяжелыми жилищными условиями? Какой может быть рост населения, когда стольких людей бросают в такую яму? Что нужно, чтобы воспитать детей? Семью, папу, маму, заботу, и всё это в течении минимум двадцати лет. Какие могут быть папы и мамы, когда всё общество делится на бандитов мужского пола, и стонающих под ними проституток, у них нет и не может быть детей. И чем дальше мы идём, тем больше это проявляется, кто-то не верит? Пусть сходит на
дискотеку и посмотрит на то, кого предпочтёт процентов семьдесят восемьдесят девчонок. Студента очкарика, сыночка богатеньких родителей на новеньком джипе, или средне статистического накачанного обирателя ларьков. Скорее всего накачанного обирателя ларьков, тем более, что в условиях дискотеки он выглядит гораздо круче и презентабельнее, нежели богатенький сопливый наркоман с джипом. Возможно и джип понравится, но уж точно не очкарик из общаги. Конечно, не все такие, но это большинство, а оставшиеся десять процентов с китайцами не потягаются. Да и не достаточно много среди профессоров, инженеров и интеллигентов папочек многодетных семей. Большинство нормальных девушек, создав семью, рожают максимум одного ребёнка, пытаются его воспитать.
        Чайник закипел и звучно щёлкнул. Я налил, стал ждать пока заварится, вообще люблю чай распивать, могу пить один бокал минут тридцать, большинство так же пьёт пиво. В новостях затянули резину об опасности расширения НАТО на восток, проклятая Украина опять подала прошение о вступлении в северо атлантический альянс. А какой-то скандальный политик устроил настоящие общеевропейские дебаты в память жертв фашизма. После новостей снова какой-то сериал, в котором некий Саша Белый, перемочив всех не хороших офицеров ФСБ, становится самым богатым и офигенным бандитом Москвы, нечего сказать идеал современной молодёжи. 'Кем мечтаешь стать? Сутенером, все дают и платить не надо'. Я выключил, смотреть противно, в каком мире мы живём, что это за телевидение, неужели можно такое пропагандировать в массовом сознании? Конечно, такие как я или такие как какой-нибудь профессор ботаники, понимают, что это чушь, жизнь не может быть так устроена. Мы обращаемся к истории, вспоминаем как было, решаем как правильно поступить. А вот бритоголовому отморозку, который за ненадобностью не стал кончать школу, потому что с
судимостью в армию не берут это не понятно, его жизненная программа устроена так: 'Всё можно за что голову не открутят, если ботаник, значит безобидный, можно. .'. А что будет, если государство отморозков столкнётся с государством учёных? Навряд ли отморозки смогут создать достойную альтернативу высокоточному оружию и орбитальной группировке. Да что там война с государством учёных, а с теми же китайцами? И эта гадость сейчас происходит во всей западной цивилизации, мы европейцы стремительно вырождаемся. Какое уж тут может быть продвижение НАТО на восток. С виду всё спокойно, политикам с высоты ничего не видно, у них золотое время, подумаешь ларьки рэкитируют, какое им дело до наркоты на дискотеках и отморозках на улицах, у них охрана. Зато никаких международных проблем, Россия в большой восьмёрке, наша армия Китайскую порвёт, у нас же Су-37, если что Америка вступится, никаких угроз государственности. Только прямых, глобальных, а вот микро кризис, стремительная гибель населения, это разве не проблема, не угроза? Европейцев задавят не китайские танки и арабские террористы, а их гастарбайтеры. Ну
наверно можно было бы принять хоть какие-то меры, взять под контроль средства массовой информации, сказать людям 'быть честными и умными это хорошо, насиловать девушек и колоться это плохо'. Хоть кому-нибудь пришло в голову, сколько вреда принесли фильмы типа бригады? Понятия хочется, популярно и нельзя должны быть определены чётко.
        До дискотеки оставалось слишком много времени, я решил потратить его на прочтение 'Наполеона' Тарле. Не вольно удивляешься, и почему эта книга сохранилась в нашей областной библиотеке в количестве всего трёх экземпляров. Богатый язык, умные мысли, верный разбор причин возвышения Наполеона. Не думаю, что хоть один из современных модных авторов сравнится с Тарле, а ведь большая часть современной интеллигенции читает не его, а всякую чушь про то, как гном поссорился с эльфом.
        Чтение книги меня захватило, эту книгу можно читать и перечитывать. Не скажу, что в ней интересный сюжет, да и что за сюжет биография, но стоит восхищаться решениями, волей и принципами Наполеона. Сейчас бы нам его сюда, такой человек мог бы стать нашей последней надеждой, вывести нацию из этого ада. С виду он был зверем, использовал артиллерию против толпы, доверял только буржуазии. Но он бессердечно расправлялся с любыми беспорядками, при нём была создана система, где реально соблюдались права человека, он был деспотом, но люди стали жить лучше. В его тоталитарной и жестокой Франции люди были более свободными, нежели сейчас. Просто потому что они были свободны друг от друга, от страха, мелкой групповой иерархии и бандитов, это достигалось за счёт тотального государственного контроля. Была создана система, при которой люди боялись нарушать закон, система, в которой государство делало всё возможное для обеспечения прав личности и её свободы. И не важно, что свобода личности была не велика, зато она соблюдалась в полной мере. Один император, остальные равны. Сами законы не были либеральными, они
были правильными, потому что излишняя либеральность самих государственных законов, слишком часто выливается в деспотизм сильных, порождая внутренний мелочный деспотизм. Наполеон много воевал, убивал и грабил, это послужило причиной роста благосостояния граждан, но причина побед крылась в строе.
        Я поднял от книги глаза, часы показывали семь, пора было готовиться к вечеринке. Жаль не успел дочитать, ещё страниц семьдесят, смерть наполеона. А ведь он был великим человеком, мог поднять на свою защиту двадцать девять миллионов крестьян, но не посмел, потому что для него государство было важнее его собственной власти, а жакерия всё бы развалила, всё что он создал, с чем боролся. Я думаю, он правильно считал, только без корыстный и абсолютный правитель, исходящий из идеалов нации, может создать строй без коррупции, и не важно что это за строй - коммунизм или демократия, главное кто и ради чего правит. Только организация и контроль могут сделать из толпы людей, и ни в коем случай нельзя давать толпе право выбирать, просто потому что толпе нужен не космос и будущее, а хлеба и зрелищ, а после толпы хоть трава не расти.
        Блин, прошло ещё десять минут, всё пора. Ванная не заняла много времени, а вот с причёской пришлось конкретно повозиться. Гелей и фиксаторов не было, пришлось мочить волосы, расчёсываться, и одеваясь, ждать пока высохнут. Зато естественно и натурально, пусть подивится Ленка. В остальном, мой костюм был более чем прост. Во-первых, я не частый посетитель дискотек, точнее я был на них раза два в жизни. Во-вторых, мои друзья меня и так знают, а знакомиться с кем-нибудь там, я и не собираюсь. В-третьих, современная мода просто не по мне, терпеть не могу попугаев, чёрная кофта и джинсы вполне пойдут. А положа руку на сердце, все равно мне нечего одеть. Я же не трачу весь свой бюджет на кольца, модный прикид и дорогие причёски. Потом в наше время охранники супермаркетов выглядят стильно гораздо чаще, чем всякие зубрилки, у них же единственная цель и счастье в жизни это дискотека с девчонками.
        Глава 2: Последняя грань.
        В принципе я не опоздал, сейчас восемь ноль две, а в нашей стране прийти вовремя, всё равно что заранее, конечно никто из наших ещё не подошёл, я встал около двери и стал ждать. Шагах в трёх от меня, стояла ещё одна ранняя кампания, правда совсем не студенческого склада. Все поголовно курили и обсуждали, как круто им удалось стырить из супермаркета две бутылки дешёвого коньяка, охранник их шмонал, да как то не так. Действительно, было чем гордиться. Потом тема разговора сменилась, к кампании подошёл ещё один знакомый, как я заметил он приехал на мерседесе, естественно тут же оказался в центре внимания. Из его слов я понял, что он не давно приехал из Москвы, что там есть ...ый стриптиз бар, в котором можно за порядочную сумму снять классных девчонок. Конечно же наш герой так и поступил, чем и заслужил завистливые восклицания и одобрение со стороны своих товарищей. Не факт, что история была правдой, но мода в наши дни такова, что хвастовство успехами с проститутками, гораздо больше поднимает твой авторитет в глазах сверстников, чем отметки отлично в зачётке, хотя всё зависит от кампании. Жаль
только, что таких кампаний, как наша с Димкой и Ленкой, осталось слишком мало.
        Кто то подошёл ко мне сзади, и закрыл мне руками глаза, тут же Ленкин голос спросил:
        -Угадай кто?
        Я слегка вздрогнул, но вырываться не стал, всё же не били, хотя эта подлая атака сзади, была полной неожиданностью. Но меня сильно насторожило, что источник Ленкиного голоса, был чуть дальше, чем должен быть, значит глаза мне закрыла не она.
        -Даже не знаю, надо подумать. - я сделал не большую паузу, потом сказал жалобным голосом, - Лен, может попросишь свою подружку, чтобы она меня отпустила? Совсем задушит, станет в нашей группе одним битым меньше. А ведь за меня двух не битых дают.
        -Двух за тебя я бы не дала, половинку максимум. Кстати знакомься это Юля, составит нам кампанию, а то два разгильдяя на одну старосту это выше моих сил, за вами не уследишь.
        Я посмотрел на Ленкину подружку, в принципе я её знал, она с нашего потока. Правильная девушка, вроде отличница, не удивительно, что она Ленкина подружка, всё же из нашей песочницы.
        -Давайте знакомиться. Александр. Великий между прочим.
        -Даже так? - она улыбнулась, хотя нормально поясничать у меня никогда не получалось, как-то слишком старомодно, тем более в нынешний век принято шутить о сексе, и только о нём - Ну а меня Юля, запоминать с первого раза и на всю жизнь, иначе обижусь, а раз ты великий, то я троянская.
        -Хм... Так я великий в области исследования композитных материалов форсунок, а не тот из Греции.
        -Ну тогда ты не интересный, буду второго клеить, ладно Лен?
        -Только второго и можно, этого я сама по воспитываю. И пойдёмте внутрь что ли, трое одного не ждут, припрётся Димка, без нас войдёт.
        Мы прошли внутрь, никогда раньше не был в полёте, клуб оказался не таким уж и отхожим местом как я ожидал. Несколько этажей, кафетерий, отдельная танцевальная площадка, и везде безукоризненный евроремонт, никаких стареньких обоев и проржавленных перил советского периода, обычно выглядывающих из под верхнего наряда, как в остальных клубах. Да не удивительно, сюда же в основном ходят наши студенты, а число заглядывающих со стороны не столь велико, бузить тут нельзя, здесь крутая охрана и высокая крыша. А цена входного билета вполне позволяет сделать евроремонт, и организовать всё на европейском уровне. Хотя, что сейчас там за уровень? В Европе тоже не везде так.
        Мы сели за один из столиков напротив входа и стали ждать Димку. Девчонки завели разговор о каких-то новых картинках для сотовых телефонов, я же не мог вставить и слова. Хотя нет, пару слов я пожалуй вставил, ещё до разговора о сотовых Юлька посочувствовала моему разбитому фэйсу, на что я заметил, всякое мол бывает, но весь остальной разговор шёл только о сотиках. Не моя тема, да у меня и сотового нет, и никогда не было, наверно из-за моего странного иммунитета к масс культуре, никогда не интересовался тем, что не интересно, только из-за того, что остальные этим интересуются. А в итоге сижу вот теперь, молчун молчуном, как последний даун, а с девчонками молчать нельзя, нужно болтать о чём-нибудь, развлекать их, иначе так простым пнём для них и останешься. Наверно это не только моя беда, вообще общая проблема всех ботаников, ну не орёл блин. Хорошо хоть Ленка знает меня и с другой стороны, ценит хотя бы то, что не пью и не курю. И вообще ценит меня, вот опять сидит рядом, на вечеринку вытащила, даже как то стыдно, что бегаю за Веркой, а не за ней, сидит вот рядом, только пригласи потанцевать.
        Димка пришёл спустя пол часа. Судя по всему, он уже успел где-то употребить и отметить, уж не знаю что, но как говорится, было бы спиртное, а причина найдётся. Примечателен тот факт, что в отличии от меня он молчуном не казался, сразу втянулся в разговор и продолжил развивать тему о сотовых телефонах, а я вот и не представляю, как их можно столько обсуждать? Могу лишь сказать в своё оправдание, что я мог бы в десять раз дольше обсуждать тему эффективности применения атомных ракетных двигателей, о чём яркий Димка наверно не смог бы сказать и трёх слов. Только вот все мои литературные и технические познания, в ночном клубе как-то не к месту. Так они и сидели обсуждали какую-то чепуху, спрашивается зачем было платить по шестьдесят рублей за билет, когда точно также можно посидеть дома? Но дома же не весело, а тут друзья, музыка дискотека. По крайней мере таково мнение большинства.
        В одиннадцать открылся танцпол и Диман утащил туда Юльку, можно сказать мы остались с Ленкой наедине, только вот что толку, если разговор всё равно не клеится? В принципе сам виноват, друзья есть, общаться со мной никто не отказывается, а то что я двух слов вне работы связать не могу это уж мои проблемы. Так мы посидели с ней минут пятнадцать, она сообщила мне, что пересдала метрологию на повышение на пять, по улыбалась, похоже ей и так не плохо сиделось, после подошёл один наш знакомый с параллельного потока, не помню его имя, только фамилию.
        -Можно пригласить даму на танец?
        Я никак не отреагировал, по идее Ленка сама должна была решить. Она посмотрела на меня, потом вздохнула и согласилась.
        -Да можно.
        Они ушли, только уже через два шага моя можно сказать подружка весело смеялась над какой-то ерундой, которую ей ляпнул тот парень. Почему так происходит? Не знаю, просто как то с детства не общался с людьми вне работы, разговаривал только в школе или университете, остальное время занимался ерундой. Читал глупые книжки, учил историю не нужные иностранные языки, учился, вот и результат, у меня не то чтобы выработался иммунитет к масс культуре, скорее я просто оказался за обочиной жизни. Только оказался я там не так, как это получается у бомжей, а как то вне системно, в порядке уникума. Как будто меня из другого мира или времени закинули сюда и поселили. Ни один идеал, ни одна моя ценность с современными не совпадают. Вот взять туже Ленку, можно ли её назвать моим другом? Сомневаюсь, в гости мы друг к другу не ходим, гулять вместе тоже, а то что сегодня в полёт пришли, так это один раз в порядке исключения, и не скажу что мне здесь понравилось. Скучно как то, остальные веселятся болтают, но какое-то это всё не моё, я тут чужой и не к интерьеру. Как то сама обстановка и атмосфера ночного клуба с моими
представлениями о жизни не совпадает. Вот теннис с Веркой в принципе совпадает, а ночной клуб нет. Мне ничего больше не пришло в голову как собраться и пойти домой, всё равно танцевальная площадка на третьем, и никто не заметит моего ухода.
        Гардеробщик здесь работал чуть ли не круглосуточно, в это время очереди не было. Одежду мне выдали минуты за две, а ещё через минуту я бодро шагал по ночной улице в направлении своего дома. На душе, что называется кошки скребли, вроде причины нет, а обидно что я какой то не такой, и вроде как сам виноват, гулял бы себе танцевал с Ленкой, кто мне мешал? Настроение было при паршивейшее, и почему я такой кретин, ума не приложу, как с собой бороться. В общем, скажу точно, как бы не было скучно и плохо, но никогда не стоит вот так уходить, и оставлять где то с кем то свою девушку, надо делать ей навстречу шаги самому. А ещё рассуждаю о какой-то проблеме рождаемости, у себя во дворе разобраться не могу.
        Спустя пять минут я добрался до вчерашнего злополучного переулка, и тут мимо меня опять пролетает на огромной скорости проклятая чёрная ауди. Я показываю ей вдогонку вчерашний не приличный знак, тачка тормозит, сдаёт назад и из неё выходят два вчерашних мудака, естественно оба с разбитыми рожами. Тут происходит довольно неожиданная вещь, из задней двери вылезает Верка, вот её я тут никак не ожидал увидеть. Хотя понятно, конечно не в Египте дело.
        -Андрей стойте не надо, я его знаю.
        -Заткнись сука, иди в машину.
        Но Андрей, и его приятель и так не особо торопятся, видно последняя наша встреча ярко запечатлелась в их памяти.
        -Саша беги, я тебе потом всё объясню.
        Верка вцепляется в Андрея вышедшего из двери напротив водителя, и вроде пытается его удержать, хотя тот вперёд и не особо рвётся. И вообще мы все стоим и бычимся друг на друга, уроды упорно пытаются понять, а стоит ли нападать, природная трусость и боязнь борьбы с противником способным дать сдачи, упорно борется с заложенными с детства инстинктами, говорящими о том, что я авторитетом не являюсь и разбираться по понятиям потом не буду. Наконец Андрей слегка отталкивает назад Верку, та отходит шага на два.
        -Ну что козёл, мало мы вчера тебе дали? Ща ещё от ...
        Я не стал дослушивать, да и мне абсолютно не понравилось, что даже Вера гуляет с такими, наверняка и спит. Мне даже противно стало, всё же она на протяжении долгого времени ассоциировалась у меня с чем то чистым и высшим, по сравнению со всем этим скотским миром. Я не стал дослушивать, почти подбежал к Андрею, в это время второй только начал реагировать, но ему ещё нужно было оббежать машину, что требовало минимум пары секунд. Удара Андрея был почти не заметным, хоть он и попал мне по лицу, но всё же он был слабоват, наверно сказывались литры водки, пива и ночи доступных, не для всех конечно, девочек. Я схватил его за шею, переместился за спину, и просто повернул до хруста вбок голову. Сломать позвоночник оказалось на удивление легко, а провернуть её у меня получилось даже дальше, чем в некоторых фильмах, потом, этот урод был гораздо слабее меня, в принципе он отличался только дикостью и хамством, что вовсе не равно значению слова сила. Сказать по правде я и сам не думал, что могу так сделать, быстро точно холодно и расчётливо, как самая настоящая машина смерти. Верка, закричала, что я дурак
наделал. Но мне было не до неё ко мне уже подбежал второй, он был просто озверевший, странно, что у него не было оружия, а может и было, только за две секунды он не сообразил его вытащить. Я толкнул на подходившего второго ещё трепыхающееся тело, он как то рефлекторно зацепился за него, и это дало мне пол секунды, чтобы прыгнуть на него грудью и повалить. Упал он с первого толчка, тем более на улице было довольно скользко. Таким образом водителя задавило и тело Андрея, наверно ещё живого, потому что человек со сломанной шеей сразу не умирает, хотя всё зависит от того как повернуть, он просто не может двигаться, и я оказавшись сверху гарантировал его не подъёмность.
        -Знакомая ситуация согласись.
        Он что то невнятно прохрипел в ответ, что я скот и вообще не хороший, и не умный человек, что то имеющее подобный смысл, только иными словами. Бить его было довольно удобно, тем более сидя с верху, да и жалеть его мне было не за чем, они то меня не жалели. Я наносил удары по этому телу минуты две, пока оно совсем не вырубилось. По моему к тому моменту я ударил его раз семьдесят. Морда превратилась в какую-то кровавую жижу, глаза вытекли, нос был переломан и расплющен, восстанавливать этому здоровяку зубы наверно теперь уже ни один протезник не решится. Уж не знаю был ли он жив, но дёргаться он перестал удара после третьего. Я остановился и поднял глаза передо мной метрах в трёх стоял какой то мужик, вероятно случайный прохожий. Стоило ему сообразить, что я смотрю на него, он тут же дал дёру. Я оглянулся назад, Верка ревела сидя на снегу, похоже кроме не знакомого улепётывающего мужика здесь никого не было. Пора было подниматься, встав на ноги, я заметил, что весь ниже пояса заляпан кровью, она хлестала из разорванных вен на шее Андрея. Похоже, что именно после такого перелома шеи люди не выживают,
скорее всего он уже мёртв.
        -Откуда в тебе такая сила. Он же мастер спорта по... Ты что натворил идиот? - Веркин голос дрожал от истерики.
        -Убил.
        -Зачем??
        -А ты не видела? Чтобы меня не убили.
        -Они бы тебя не убили, я же сказала, что знаю.
        -Потом вы бы уехали, они бы тебя где-нибудь по трахали как всегда, и всё было бы нормально?
        Она заткнулась, похоже ей было плохо, да и вид у двух этих обезображенных трупов мало располагал к успокоению нервов.
        -Они бандиты, уроды и мудаки, им не место среди людей, под таким не прогибаться надо, а мочить их, везде мочить всегда. Вот как я сейчас в тёмном переулке.
        -Ты знаешь кто отец Андрея?
        -Мне плевать, такое же дерьмо.
        -Наш смотрящий, за городом, ты знаешь кто это?
        -Да подозреваю.
        -Тебя же теперь ни какая милиция не спасёт, никто.
        -Кто узнает?
        -Тот мужичёк расскажет, он всё видел, и то что я тебя знаю, и я расскажу кто ты и где тебя искать. И уже завтра утром они придут в университет, узнают твой домашний адрес и всё, конец тебе. И я щас сама им позвоню, и скажу что случилось, а не позвоню так они потом со мной разберутся. Я конечно совру, что ты со мной на теннис ходил и видела тебя пару раз, ну провожал, и что больше о тебе ничего не знаю, но они всё равно найдут, у Шиловой то про тебя всё записано.
        Самое интересное, что тут и врать на самом деле не придётся, потому что Верка и так про меня больше ничего не знает, ну может быть факультет может указать, но без фамилии это следствию мало бы помогло. Единственное, что могло представлять проблему, это то, что она должна сразу как освободится от меня, позвонить и сообщить о случившемся. А тогда папочка уродов уже утром сможет нагрянуть в мой универ, узнать там мой адрес, кто я, и к девяти десяти часам утра, заглянуть к нам на чашечку крысиного яда, или ещё какой отравы. Если же Вера не позвонит, то папочка узнает о смерти своего любимого сынишки, не раньше, чем найдут трупы и не определят чьи они. А там ещё пойди догадайся, что я студент и где меня искать. А мужичёк тоже быстро не настучит, если и настучит, то не сегодня, а то что я студент ему так же не известно. Вывод, надо убить Верку, тогда раньше, чем через сутки они меня не вычислят. Но убивать Веру я конечно не стану, я же не последний отморозок, может она и шлюха последняя, но не заслужила она этого. И вообще убивать людей нельзя, у каждого есть любимые, мечты, своя жизнь. Только эти двое
не люди, просто потому, что у них самих нет никаких понятий о чести морали, о том что можно, а что не допустимо, они сами меня чуть не убили. Им подобные тоже не люди, Вера всё же студентка, она человек, её надо беречь, как любого другого человека. Убивать нельзя, а вот взять её с собой, запереть в своей комнате, и оставить связанной в квартире, запросто.
        -Короче, стой и не рыпайся.
        Я взял труп Андрея, или просто урода, что его по имени называть? Засунул в ауди, потом поступил так же и с остатками его соратника, пока заталкивал невольно отметил, что тот тоже не дышит, не хило же я его кулаками по морде и насмерть. Потом закрыл все двери машины, авось до утра никто не заметит, может и дольше, что касается луж крови, в наше время это нормально. Главное, чтобы трупы не валялись. Я взял Веерку под руку:
        -Идём.
        -Куда идём? Зачем? - она побледнела.
        -Будем считать, что я тебя насильно увёл к себе домой, не дал настучать, ты умоляла меня не убивать и я сжалился.
        -Ладно...
        Какое то время мы шли молча, потом Верка не много оттаяла и стала меня расспрашивать. Я даже не много удивился, как стойко и холодно она перенесла смерть своего 'сверху'.
        -Ты знаешь, что этот второй парень, тоже Саша, как и ты, был мастер спорта по боксу? Не понимаю, как ты с ним справился, да и Андрей вроде карате занимается.
        -А я теннисист, не пью не курю, этого достаточно.
        -Бред какой-то.
        -Нет, у меня просто сами ткани прочнее, без жирка и прочей лажи.
        -Ты далеко живёшь?
        -Да, довольно далеко, ещё минут двадцать. Кстати, ты что шлюхой подрабатываешь?
        -Я не шлюха, он мой парень.
        -Вау, классный. - правда сказал я это совсем без энтузиазма, никакого восхищения.
        -Ну, не то что некоторые, у него по крайней мере не только сотовый, но и машина, и не запорожец. И когда я с ним познакомилась, он первый раз пригласил меня не через пол года. И не мялся, а сразу сделал, что нужно.
        -О класс, значит крутой парень.
        -Ты сам виноват, идиот, больно же.
        -Поторапливайся, и ещё, шлюшка, слушай и запоминай, ты за свои поступки сама отвечаешь, понятно? Не я, ни твой папа, ни кто то ещё. Видишь урод, знакомиться не надо, а хочешь денег, получай в рот. Я не виноват в том, что у тебя кто то на стороне, а хочешь кого то на стороне, ну и иди туда и ещё дальше.
        -Да пошёл ты, кретин.
        -Каждый человек сам за всё отвечает, голосует за тех или иных людей. Голосует вниманием, уважением, общением. И в зависимости от того кого выбирает большинство, формируется общая политика коллектива, я вот никогда не поддерживал уродов.
        -Да какой ты правильный мать твою.
        -Спорим, если бы все придерживались моей линии, у нас такой жопы в стране не было бы? И запомни, никто не виноват, что лично ты уважаешь хамство и свинство больше, чем порядочность. Поверь мне я бы мог тебя от иметь не хуже этого урода, сама выбрала, теперь получай своё.
        -Чтоб ты сдох.
        -Я сам их всех под нож пущу, даже не сомневайся.
        -Да пошёл ты бомж засранный.
        -А ты у нас кто?
        -Мой отец первый помощник губернатора между прочим.
        -Отлично.
        Вот так мы и шли до собачьего скверика, потом через него, ругались, матерились друг на друга, каждый доказывал своё, хотя думаю, Вере просто нужно было оправдаться. Не могла же она признать себя проституткой, люди вообще редко признают свои ошибки, свою вину, им бы всё на других свалить. Конечно, ей проще считать, что это я такой кретин не решительный, что у меня нет ни денег, ни машины, ни гроша за душой, конечно, во всём виноват я и только я. И куда мне лабораторной крысе до парня с ауди, и совсем не важно, что этот парень за свою жизнь сделал, зато он здорово зажигает на вечеринках, у него крутой папочка, ему всё везде можно. И как объяснить всем дурочкам на свете, что настоящие принцы чаще ходят пешком и зубрят историю с термодинамикой, а не потребляют экстази высшего качества в своих джипах и чёрных ауди последних моделей. А как вообще можно это объяснить, когда до сих пор всё телевидение и все кому не лень, твердят, что самый крутой парень это большой бандит или музыкальная звезда.
        -Вот здесь я и живу, не плохой подъезд согласись.
        -Да у вас тут довольно чисто, по сравнению с университетскими сортирами. Жаль, что ты это чистое место последний раз в жизни видишь.
        -Ну, здесь у нас не элитное жильё, бабушек гувернанток нет, зато спокойно, по крайней мере, когда такие как ты не заходят.
        Мы поднялись на мой этаж, в этот раз на лифте, всё же я был с ... Сказать с девушкой язык не повернётся, с бабой короче. Я позвонил в дверь, родители открыли минуты через две.
        -Саш, ты с девушкой?
        -Знакомьтесь, эту шлюху зовут Вера.
        Мы прошли на кухню, там я всё и рассказал отец хотел было обратиться в милицию, типа я же не виноват, сами напали. Пришлось долго и упорно доказывать дураку, что милиция меня просто выдаст им и всё, и вообще все его представления о мире и государстве слегка устарели. Но он же так хорошо разбирался в политике блин, в конце концов пришлось его отметелить, тем более он уже сам решил меня дурачка примерно наказать, да так отметелить, что он в дальнейшем и пикнуть не посмел, тем более действовать надо было решительно и быстро, а не спорить пол ночи, а потом всё утро. Надо сказать, что этот идиот совершенно не ожидал такого обращения с моей стороны, но я считаю, если кто на тебя руку подымает, пусть получает и ответ, в конце концов в этот раз он сам начал их распускать. А мне вовсе не хотелось получать по морде, из-за паники этого тупого, трусливого урода. Бить родителей плохо, но похоже это как раз тот случай, когда иначе никак. На семейном совете я решил так, бежать надо всем. Отцу поручалось, срочно, в течении сегодняшнего вечера, найти и занять у всех знакомых как можно больше наличности. Мы с
матерью должны были собрать все вещи, связать и закрыть в комнате Веру. Кроме того, мать сходила договорилась со своей соседкой, чтобы та зашла к нам в квартиру завтра после полудня, а я поднялся наверх к Насте. Вдруг соседка забудет про связанную Верку, всё же новый год, праздники. Настька уж точно мою просьбу выполнит. Мне не было известно где она живёт, но постучавшись к пяти шести соседям, мне удалось это выяснить. Я подошёл к её двери на девятом. Странная для нашей эпохи дверь, обычная деревянная, крашенная в красный цвет. Наверно ей лет пятнадцать, а то и двадцать. Звонка не было, тоже странно, пришлось стучать. Она выглянула из-за двери минуты через две. На заднем плане я слышал Настин голос 'мам это ко мне, я открою, иди спи, иди, иди', должно быть она смотрела в глазок. Потом дверь приоткрылась Настя выглянула, из-за неё.
        -Привет.
        -Здравствуй, ты что так поздно, передумал, пришёл жениться на подстилке? - она робко улыбнулась и поправила волосы упавшие на лоб, правда похоже они туда специально упали, чтобы их пришлось поправить.
        -Не совсем, у меня к тебе дело важное, но простое.
        -Заходи.
        Я вошёл, свет в коридоре, был выключен, видно тут все спали, но он был включён на кухне, в результате образовался некий свойский полумрак. Но вот в глубь меня Настя не пропустила, коридор был узкий, девушка стояла опираясь руками на обе стенки причём довольно близко ко мне. Я прямо застыл смотря на её тело, она стояла в ночном халатике с сильно опущенным и смещённым вправо вырезом, через который просматривалось много чего интересного. Тем более я смотрел немного сверху, и мне всё было прекрасно видно. Ткань была довольно тонкая, и по-моему на ней вообще не было нижнего белья, только халатик. Она постояла так пол минуты, потом подалась вперёд.
        -Дай замок закрою.
        -Закрывай.
        Она подошла ко мне, прижалась ко мне грудью и стала неторопливо проворачивать замок за моей спиной. У меня аж ком к горлу подкатил, ко мне так откровенно ещё никто не прижимался. И самое обидное отступать было некуда позади же закрытая дверь.
        -Ну вот, какое у тебя ко мне дело, - её лицо было прямо напротив моего, только она сантиметров на семь ниже.
        -Маленькое, может отойдёшь?
        -Не, не отойду, у тебя же ко мне дело, вот и терпи мои выходки.
        -Так дело то, совсем маленькое.
        -Так и выходки маленькие.
        Она поводила бедрами вперёд назад по моим, у меня от неё чуть оргазм не начался, о том как всё отвердело можно и не упоминать. Да ещё она как назло прижалась ко мне, нащупала всё так сказать.
        -Отойди, - я всё же набрался решимости оттолкнуть её, - в общем, дело вот в чём...
        -Слушай, Саш, а ты женись на мне, буду к тебе так каждый вечер прижиматься.
        Она потянулась было к ременной пряжке, пришлось ловить руки.
        -Стой, да нельзя же так.
        -Почему?
        -Просто потому, что мы люди, а не животные, слишком многие и слишком часто стали об этом забывать, ты же мне не жена, вообще никто, соседка, видимся максимум по пятнадцать минут в день.
        -Я тебя довольно хорошо знаю, вижу же что ты за человек. Саш, ну почему ты такой? Любой бы на твоём месте... А ты как ненормальный.
        -Это сейчас любой, и с любой, так нельзя.
        -Ну, я же не любая, - она снова подалась ближе.
        Никакого самоуважения, терпеть таких не могу. И самое главное, она просто за дурака меня держит, ничего кроме мужа на старости лет ей не нужно. Любви и в помине, откуда же она появится, если на самом деле мы с ней почти и не общались? Экономика, блин, везде экономика, даже в отношениях.
        -Да постой, не перебивай, и вот этого не надо, - вот разошлась не на шутку, я одернул её.
        -Ещё пятерых рожу, хочешь? Верная буду. Представляешь, приходишь домой, а там жена, дети, тихое семейное счастье, и никаких бед.
        -Не получится уже, слушай. Я человека убил.
        -Кто-нибудь видел? Кого? - она не на шутку испугалось, семейное счастье куда-то стремительно уплывало.
        -Да видел, знают, меня найдут это точно, я смог только оттянуть время когда узнают.
        -Так кого ты убил?
        -Сына нашего смотрящего.
        -Дяди Феди? У него же нет сына вроде, по крайней мере постоянного, скажем так.
        -Нет, смотрящего за городом.
        -Андрея, боже мой, - она даже побледнела, - тебя же теперь убьют, бедный мой.
        Теперь она начала ещё и плакать, цирк. Ну, может ей и жалко меня, допустим, может себя, но могу поспорить, при её то жизненном опыте, да в нашей стране, она вполне в состоянии натянуть в любой момент хоть голливудскую улыбочку. Просто обыкновенный цирк, даже сейчас она исходит из того, чтобы взять меня под контроль на случай если выкручусь, и почему то ей кажется, что такую заплаканную девушку все обязаны любить и уважать. А между тем теперь уже отошла на пол шага назад, и ей не до интимного. Я же уже не могу обеспечить гарантированную, стабильную, нищую, по меркам нормальных людей жизнь в этой ледяной во всех отношениях стране.
        -Ты его знаешь?
        -Да так, и чем я могу тебе помочь? Хотя если хочешь оставайся пока, тебя кто-нибудь видел.
        -Видел, я у всех подряд спрашивал где ты живёшь.
        -Дурень, зачем же ты и меня впутал? Что же нам теперь делать.
        -Слушай, там в моей квартире, дочка губернатора, его девушка, мы её свяжем и там оставим, а ты её завтра после обеда отпусти. Убивать её я не хочу я её знаю, долгая история, но они всё равно меня вычислят, просто я её в квартире запру чтобы у неё отмазка была, почему не сообщила.
        -Ты из-за неё убил? Она красивая, красивей меня? - она прямо закипела. Конкуренток женщины ненавидели всегда, даже такие профессионалки чувств, как Анастасия, на дух их не переносят.
        -Нет, просто она свидетелем была, не волнуйся.
        -Ладно, - она тут же успокоилась, как же мало нужно женщине, - я зайду к тебе завтра в два постирать бельё, убраться, конечно, найду её.
        -Спасибо, всё, я пойду.
        -Удачи.
        Последняя фраза была довольно холодной, и вообще её вид уже не вызывал особого сочувствия, слёзы высохли сами собой. Кстати, лишнее подтверждение её мотивов, теперь то ей не нужны от меня ни сочувствие, ни любовь, я же потенциальный труп, хотя и добрый знакомый. Выйти за меня уж точно не удастся, кормильцем не стану, а зачем ещё поддерживать отношения? А просьбу придётся выполнить, нужна же ей отмазка, а то вдруг соседи вспомнят как я её искал? Я спустился в свою квартиру, стал ждать отца, обидно как-то было, вот урод бы какой-нибудь на моём месте попользовался бы, развлёкся напоследок, а я как последний идиот. Нет, идиот по современным меркам, даже Ленка и то не одобрила бы, и вообще ни один нормальный человек. Можно спать со всеми подряд, пить водку, свинячить и жиреть как свинья, и пойдёт судьбы дорожка как у всех, до ближайшей ямы. Отгулять, состарится и умереть, а то и просто сдохнуть, это не по мне. Да и вкус к жизни испарится уже на следующий день, не будет ни чувств, ни радости, ни такого осознания происходящего как сейчас. Любовь и чувства всё же лишь тогда приносят истинное счастье,
когда они настоящие, а не от безысходности, и не ради удовольствия, как происходит теперь. Боли и неудачников море, а на каждом углу ночной клуб с дешёвыми шлюхами. И брошенная битая Настя та же потаскушка, только со вкусом, элементарной гордостью, и пожалуй поумней, ей не сутенёр и не случайный нужен, а один постоянный платильщик, который будет уважать и мало по малу беречь. Так что обойдётся, конечно то что она не нашла парня, это не только её вина, это беда системы, но это не может быть оправданием всех ошибок. Каждый человек сам отвечает за все свои грехи, он сам должен решить что можно, чего нельзя, а потом ответить по полной, за всё. Нельзя идти на поводу у жизни, поступать как все, плестись за толпой, надо иметь принципы следовать им, никогда их не переступать. Тем более наша система может дать любому человеку всё, кто мешал двоечнику Васе учится хорошо и поступить на бесплатное обучение в университет, потом стать великим учёным и получить нобелевскую премию в миллион долларов? Да никто ему не мешал, никто не виноват, что он увлёкся футболом, а потом стал вечно пьяным охранником из магазина. Не
надо было пить, курить, и приставать к отличнице Юле. А отличнице Юле не надо было давать Васе, только из-за того, что он самый сильный парень в классе и всем бил морду, тогда бы ей не пришлось становится толстой неудачницей тётей Юлей, матерью одиночкой многодетной семьи. Потому что тогда бы она поступила в университет, ведь ей не пришлось бы в восемнадцать зарабатывать продавщицей в магазине впрок денег, чтобы родить второго ребёнка. А в университете она бы нашла себе тихоню ботаника Колю, который любил бы её берёг, и в двадцать три увёз бы в Австралию или ещё куда, может быть просто заработал бы. Но уж точно не оставил бы её матерью одиночкой, не напивался и не бил бы. Кто виноват кроме самой Юли, что ей нравятся крутые мальчики бандиты? Кто виноват, кроме самой Насти, что она гуляла со своим ненаглядным, конечно её друг на хорошей машине, это совсем не пьяный Вася, но это далеко и не Коля. Наверняка когда-нибудь за ней ухаживал какой-нибудь ботаник, или была возможность самой протянуть ему руку, сама виновата мать одиночка. Каждый мог изменить свою судьбу, вырасти пьяным охранником или поступить в
университет, всё зависит лишь от самого человека, его труда, принципов и рвения. Глупо винить олигархов, что они уничтожили Россию, глупо Анастасии жаловаться на судьбу, у неё был выбор, она стала крутой девочкой, девочкой на год, а может и на месяц. Не имеет смысла её за это жалеть, но нельзя и пользоваться, иначе я сам стану дядей Васей, смотрителем Федей, или ещё кем-нибудь, пусть богатым, но бессмысленным человеком без цели и принципов в жизни.
        Собирая вещи, я включил новости. Шёл репортаж об учениях китайской армии в Маньчжурии, вроде это где-то не далеко от нашей границы. Точных сведений об учениях не было, только диктор сообщал, что численность группировки превышает миллион человек и двадцать тысяч танков. Нам бы такие силы, и организацию. И ничего, учатся китайцы, а ведь завтра новый год, а учения должны продлиться до четвёртого. Вот система, вроде праздник, а никто даже не заикнётся о законных выходных, как при Сталине. Сравнивая с нашей армией, даже стыдно за свою страну становится, у нас дедовщина, воровство, а уж что на дальнем востоке творится... Наверняка все выходные будут пить все кому не лень, что за государство? Может Московские, ещё какие-нибудь части, и смогли бы в случае войны чего выставить, например пять шесть самых совершенных в мире истребителей Су-37 и всё наверно. Хотя нет забыл, у нас же есть 'одна', целая эскадрилья стрижей, элитная часть. И всё это на фоне благополучной статистики, а какая она ещё может быть, ну кто будет сообщать о своей части или регионе в целом гадости? У всех всё хорошо, рождаемости нету,
преступления раскрываются, все дяди Васи укравшие в булочной бутылку палёной водки сидят в тюрьме. Меж тем я прислушался 'США выразили протест против учений около Российской границы'. Странно, даже США за нас вступаются, дожили, хотя это объяснимо, им же не нужно усиление Японии и Китая.
        С вещами было туго, мама постоянно хотела взять всякую ерунду, то какие-то фотки, приходилось постоянно выкладывать лишнее. Она плакала и ей было очень плохо, всё же она глупая старенькая женщина, и пойти некуда, её я особенно подставил. Куда ей теперь лететь, ехать заново жизнь строить, в нашем-то не спокойном мире, ей бы здесь на пенсию прожить. Называется замочил урода, с другой стороны всё же прав, так надо. Вера толкалась между нами, её пока ещё не связали, и она вроде как пыталась помогать. Сам себе, я также набрал порядочный запас всего, взял хороший нож, еды и довольно много одежды. Наконец вернулся отец, с деньгами конечно.
        -Сколько удалось собрать?
        -Не густо, две триста долларов, всего.
        -Не, нормально, короче, лапы в зубы и уходим. Вы с мамой берите себе две штуки всё же я сам виноват, а мне трёхсот хватит.
        -Саша, может ты с нами поедешь?
        -Не мам, так не пойдёт, тогда за нами точно кого-нибудь отправят, точнее за мной точно, а за вами может и не отправят, далеко и незачем.
        -А нам куда посоветуешь?
        -Да куда угодно, за бугор, и держатся там до последнего, экономить, подрабатывать как-нибудь. Ну билет на самолёт я думаю стоит баксов триста на двоих, а на тысячу семьсот, если экономить, месяца три прожить можно, потом вернётесь в Россию, только не в Самару, ну или ещё где приживётесь. Потом по двум билетам, они поймут, что вы без меня улетели. Только за бугор обязательно сегодня ночью, и на самолёте, в поезде догнать могут. А так сойдёте где-нибудь во Франции, и ищи вас, там же все чужие, связаться им не с кем.
        -Всё с нуля, твою мать...
        -Да, всё с нуля, прости пап, но вам в ближайшие лет десять носа лучше не высовывать, да и потом на телевизоре блистать не стоит. Хотя если паспорта и фамилию смените, все путём пойдёт.
        -Ты сам как? - хорошо хоть я его отметелил, теперь не выдвигает своих стариковских предположений, о том как можно поступить, великий же авторитет сила, поганые кулаки. Почему люди всегда её слушают, а не ум?
        -Знаешь, купи мне тоже какой-нибудь билет, пусть дорого, ты не экономь. В пределах двух сотен эконом класса можно улететь куда угодно, а ты купи куда-нибудь в Бангладеш, чтоб подальше и совсем не туда, куда вы полетите.
        -Итого у нас на всю жизнь останется полторы тысячи, плохо. Мы здесь за два месяца больше тратим.
        -Завтра тридцать первое, конечно можно попытаться утром добыть деньги из сбербанка, но это поздно и опасно, отделения сбербанка скорее всего закрыты, и будут закрыты до одиннадцатого, а к тому времени папочка Андрея установит и мою личность, и счёт, всё аннулирует объявит меня в международный розыск, чего только не произойдёт.
        -Да, ты прав, это деньги мёртвые.
        -Бедный мой Сашенька, - мама как-то не вовремя заревела, для неё мир сегодня рухнул в одночасье.
        -Да, всё в порядке будет, поеду в Москву, прибьюсь к каким-нибудь бомжам, куплю со временем липовый паспорт. Вырасту, стану человеком.
        -Вы вещи собрали?
        -Да.
        -Посидим минутку на дорожку? Эх, как же тебя угораздило, никогда бы не подумал, что ты так поступишь. Убил, мне в морду дал, куда мы теперь.
        -Выберетесь.
        Мы посидели минут пять посмотрели друг на друга, потом разошлись, я попрощался с родителями и они ушли, им ещё нужно было успеть на ночной рейс в Париж. Отец сказал что-то про то, как же я их на старости лет подставил, залетел и они ушли. Моя электричка должна была подойти утром, к пяти пятнадцати. Я планировал на одних электричках с пересадками, отправиться в Москву. По идее, завтра они будут ходить часов до шести вечера, можно уехать километров на пятьсот, шестьсот. Потом перекантоваться где-нибудь, аля бомж, и второго отправится дальше до Москвы. На пассажирский поезд нужен был паспорт, мне не хотелось оставлять след, собственно поэтому я и предпочёл электрички, да и с паспортом пора было распрощаться, теперь он для меня смерть в кармашке, уж лучше бомжом пожить, лет так пять десять. Кроме того, я занялся уничтожением всех фотографий, по маленьким просроченным чёрно белым фотографиям, хранившимся в архивах университета и милиции меня хрен опознаешь, а вот по цветным памятным домашним запросто. Пришлось выгребать все мамины вещи и сжигать её фотоальбомчики на сковородке, потом я занялся
компьютером. Часам к двум ночи, все без исключения видеоизображения, телефоны и сведения о родственниках, друзьях и знакомых были уничтожены. Теперь всё это можно было откопать только в университете или милиции, конечно таким людям обратиться туда не долго, но займёт ещё пол дня, а в первую очередь они обшманают квартиру. Удивительное дело, но Верка всё это время молча мне помогала, ни разу не попыталась ударить меня сзади по голове сковородкой, и даже не сбежала, женская логика.
        -Ну, пора вязаться.
        -Может потом? Как уходить будешь?
        -Неа, вдруг ты меня ночью в ванне утопишь? Вязаться будем.
        -Вот урод.
        Связал я её довольно не крепко, всё же ей пол суток так валяться, не хватало только, чтобы ей потом руки от нехватки крови ампутировали. Зато скотчем, он липкий, десять слоёв за спиной не больно то и отдерёшь, последний штрих на рот наверно был преждевременным, и даже лишним. Наверно стоило вознаградить её за то, что не сопротивлялась, но куда уж там. Никакой пощады женщинам, руки в скотч, саму на кровать, подушку под голову и пусть валяется до прихода Настьки. Лег рядом, вязал то я её в своей комнате, последнюю ночь хотелось провести там же, потом не плохо было бы проследить за ней пока сплю. Она поворочалась, помычала, наконец успокоилась у меня под боком. Хотя, что это за сон, полтора часа и на вокзал, в ночь, навсегда из своей квартиры, наверно последний раз лежу в тепле, теперь впереди годы улицы и нищеты, а из-за чего? Убил двух бандитов, вот дурак, сейчас спал бы в тепле в своей квартирке, жил бы как сурок в норке в ус не дул, как все, а Верка...
        Глава 3: Путь.
        Спать не хотелось, последние два часа дома, конечно здорово было бы уснуть, может быть чисто физически даже очень не плохо бы. Под боком тёплая Верка, но я понимаю, стоит закрыть глаза сразу прозвенит будильник, а башка будет жутко трещать от недосыпа. Всегда почему-то так, если проспать два часа вместо положенных восьми, то ощущения такие, что думаешь, лучше вообще бы не спал. На самом деле это не так, человек может жить месяц, если будет спать два часа в сутки, но свихнётся через три пять дней, если не будет спать вообще. Глаза я решил всё-таки не закрывать, просто полежал с выключенным светом, пять минут по детски помечтал, чтобы вот так под боком всегда сопела на кровати не связанная как сейчас тёплая Верка. Было бы не плохо, если бы она ещё и не моталась со всякими по ночам, но как же всё же судьба иногда шутит. Я встал, осторожно отодвинул привалившуюся дурочку, всё же именно просто дурочку, не сумевшую верно определиться в жизни, иначе бы она сейчас ко мне не приваливалась. Та же Анастасия, на её месте, ещё час назад огрела бы меня по башке сковородкой по тяжелее. Но осторожно не получилось
и она всё равно проснулась, уставилась на меня в темноте, хотя может быть она и не спала, просто лежала, создавала уют и притворялась.
        -Как-то, хреново всё у нас с тобой вышло.
        Она промычала в ответ что-то типа угу. Я пошёл выполнять то, ради чего встал, перво наперво было принято решение искупаться. Первую часть двух часов я выполнял долго и со вкусом, извёл изрядную долю шампуней и мыл имевшихся в ванной, зачем они теперь, кому останутся? Первый раз в жизни побрился с мылом, раньше всегда брился одной водой, теперь можно было и отцовской пастой. Почистил зубы, сходил в туалет, в общем сделал всё то, что люди делают, отправляясь в долгую командировку без минимальных бытовых условий. После приготовил себе шикарнейший ужин из пельменей и дурацкого кетчупа. Обидно, пельменей ещё много осталось, дурак, поторопился связывать Верку, могли бы вместе поужинать, когда я ещё поужинаю с более менее нормальной девушкой? Может она и не много шлюха, но всё же не курит, не колется, да и не за обычные деньги это делала. Но развязывать, потом завязывать опять долго, развязать то может и быстро, разрезал и готово, а вот опять заматывать минимум двадцать минут, и не стоит оставлять компрометирующих её улик, с чего бы мне приспичило её развязывать? Пришлось наслаждаться пельменями, потом и
чаем, в одиночестве. Меж тем, уже кончился второй бокал сверх сладкого чая, собраны все минимально необходимые вещи, а время только перевалило за пол четвёртого ночи. Я снова завалился на кровать, всё же не плохо бы ещё полежать в тепле, скоро начнётся кашмар. От предстоящей мне жизни можно было даже с ужасом содрогнуться, годы холода, а тем более сейчас зима, ненавижу мороз. Не весёлые думы, но пока что я ещё в тепле, лежу, под боком тёплая Верка, и уходить мне только через час.
        Меня двинули под рёбра, потом сильно толкнули, я даже свалился с кровати. Голова трещала, вокруг было темно, на кровати кто то что-то промычал. Да, вспомнил, наконец всё вспомнил, какой кашмар. Я отодрал от Веркиного лица скотч:
        -Чего мычишь?
        -Вставай соня, проспишь свою электричку. И... счастливо.
        -А, да, спасибо.
        И залепил рот скотчем обратно, потом ещё спасибо скажет. А то, что разбудила меня, так ей за это в ноги можно поклониться, могла бы спать себе под боком до обеда, но нет стерегла час, и разбудила, вот дура баба.
        -Слушай Вер, ты не обижайся, я не со зла, - и двинул ей по скуле, - прости пожалуйста.
        Она посмотрела на меня дикими глазами, каким бы не было скотским наше общество, наврядли её часто били, скорее всего вообще никогда не били. Но фингал под глазом ей очень пригодится, не дай бог кто-нибудь усомнится, что она не использовала хоть малейшую возможность выдать меня или навредить.
        -Ну, прощай Вер, не поминай лихом, не знаю кто виноват, думаю государство наше, ладно, удачи тебе, завтра тебя развяжут, знаешь. Ещё раз прости, не хочу чтоб у тебя проблемы были.
        Не слишком трогательно, но надо ли больше, мало тоже нельзя, всё же никогда больше не увидимся. И вообще, скорее всего, в ближайшие пару недель меня вообще замочат. На вокзал я отправился пешком, в принципе до него идти максимум двадцать минут, поезд только через сорок минут, а транспорт сейчас всё равно не ходит. Идти было довольно приятно, голова почти прошла, а жёлтые фонари и идущий снег навевали картины из теперь такого далекого детства, как тогда было спокойно, как сейчас ночью, когда снег засыпал всю повседневную грязь, зима разогнала всех гуляк по домам и можно просто идти и спокойно думать о своём. Куда же ушла вся эта жизнь, почему люди не хотят жить нормально, откуда взялось всё это свинство, зачем гадить в своих подъездах, пачкать тротуар из-за выпитой палёной водки, бить всем подряд морду, чтобы доказать свою крутость. Зачем она нужна крутость?
        На вокзале оказалось довольно людно, на перроне толпилось человек пятнадцать, стоит учесть, что пока ещё и пяти утра не было. Кстати, человек десять из пятнадцати были чурками, они довольно нелепо смотрелись со своими вещевыми мешками на фоне евродизайна нашего огромного Самарского вокзала, строили его наши, а зачем? Чтобы вот такие пользовались? Сколько стоит вокзал? Десять миллионов долларов? А взятка которую дали эти чурки на границе солдату? Билет до Саратова обошёлся всего в два доллара, выходит доехать на электричке дешевле, чем на поезде дальнего следования раз в десять, и документов никаких не надо, вот и чурки тоже прицелились на мою электричку. Я спустился на перрон, прошёл на путь, к которому должен был прийти мой поезд, стал ждать. Посмотрел на стоявшего в десяти метрах от меня мужика, он курил. И почему я не обзавёлся этой дурной привычкой? Нечего делать, мозги не парь, иди покури. Оставалось только стоять, зябнуть и думать что теперь меня ждёт, вот такая жалкая серая жизнь. Ни университета, ни тёплого душа после физкультуры, а что зимой в двадцати градусный мороз? Раньше, если
холодно, вышел на улицу добежал до университета, оттуда до дома, а теперь всё, впереди только улица, собаки, бомжи, холод и голод, безрадостно.
        Электричка пришла вовремя, всё таки капитализм сделал своё дело, в четырнадцать минут справа раздался шум колёс, загорелся свет и не торопясь, подошёл старенький, советский зелёный поезд. Двери открылись метрах в пяти от меня и пришлось пройтись. Эта станция была первой, пассажиров в поезде не было совсем, пятнадцать отъезжавших распределились по всему поезду, и мне достался целый вагон. Правда, на удивление холодный, если на улице было градусов пять мороза, то в вагоне от силы градуса два тепла. Деньги были убраны во внутренний карман джинсов, не украдут, я решил, что тут вполне можно и соснуть.
        И опять меня тормошили, правда в этот раз не так грубо, но и очнулся я не в тёплой квартире, а тормошила совсем не Верка:
        -Парень ты не спи, всё утащат.
        Я оглянулся вокруг, уже день, хоть и пасмурный, в салоне уже человек тридцать, тормошит меня какой-то солидный мужик лет пятидесяти, поезд куда-то едет, всё в порядке, карманы мои вроде никто не пытался выворачивать. Проверил внутренний карман, стопочка денег всё ещё там. Посмотрел на часы, уже одиннадцать, ну что ж, удачно выспался, и не обокрали.
        -Да я ничего, так на минутку.
        -А я смотрю, уже минут двадцать спишь, думаю сейчас проснётся, ни денег, ни билета, и в ста километрах от дома, попадёт парень на новый год.
        -Не, не попаду, мне до Саратова, ещё часов пять ехать.
        -До Саратова, на электричке? Ну, ты даёшь.
        -Зато дёшево и практично.
        -Кстати, до Саратова за пять часов ты наверно не доедешь, сейчас только Сызрань проехали, опаздывает поезд конкретно, раньше восьми, девяти, и не надейся.
        -Не порадовали вы меня. А вам сколько ехать? - не скажу что это было очень уж мне интересно, но хотелось поболтать, теперь когда мне остались последние часы мало-мальски человеческой жизни, пока во мне ещё видели человека, хотелось надышаться перед смертью, как студент перед экзаменом, только здесь, скорее как человек перед бомжовством. Наверно теперь только я стал задумываться, как же я боюсь того, что мне предстоит впереди.
        -Минут десять, всего пару остановок, упаси боже мне из одной области в другую на электричках ездить.
        -То ли, ещё будет, в жизни и не такое может случиться.
        -Случалось, вот я в армии служил... А ладно, проехали, ничего там хорошего нет.
        -Знаю, слышал.
        -Но пойти туда всё-таки стоит, а то нынче вся молодёжь косит, а на востоке китайцы вон свои учения проводят, не ровен час нападут. У них сейчас армия силища во.
        -Не нападут, им не выгодно, Сибирь и так в руки плывёт, а напасть сейчас...
        -Да много ты знаешь.
        Ну вот, уже на ты, сидел бы молчал, а так слушай старого пердуна, и доказывать ему бесполезно, он же как считает, если ему пятьдесят он обязательно умнее. Значит и в жизни больше понимает, и силы капитализма не дремлят, только и думают о том, как бы удушить матушку Русь. А кому она сдалась, на самом деле, идёт из России газ и ладно, забыли про нас. А вот нападёт на нас Китай, тут уж введут против него международных санкций на полную катушку. Он же сейчас силён, соперник США, хотя бы уже поэтому прямой агрессии Китая можно не бояться, разве что провокаций на границе. Кусочки китайцы могут отгрызть, сто метров, двести, но не сто километров. Так что все манёвры китайской армии показуха, единственное, что может быть опасно, это значительное увеличение численности китайского населения на востоке, как бы оно не решило создать вторую китайскую республику на месте пока ещё нашего дальнего востока.
        -Вот нападут китайцы, а у нас там знаешь какой развал на границе, я там три года назад служил, знаю. Там все пограничники перекуплены, частей наших военных почти нет, а те что есть, сидят себе в военных городках, да время от времени в Москву рапортуют, всё мол в порядке. И границы в помине нет, а как могут перекрыть полторы тысячи километров двадцать тысяч пограничников? А ваше поколение только в компьютер и играет.
        Уж не знаю, сколько там пограничников, прав ли мужик, но то, что граница с Китаем есть только на карте сущая правда. Идёшь по дороге, русский блок пост, свернул налево, тайга. А что до воинских частей, откуда у современной России, с её южными соседями и Чечнёй средства, чтобы защитить такую огромную границу на дальнем востоке? Найдётся с десяток далеко не элитных дивизий и всё.
        -Да знаю я всё, а что толку нам с вами обсуждать, сделать то мы ничего не сможем.
        -Эх, да просто сердце болит, раньше всё совсем не так было. А мне пора. Счастливо парень.
        -Вам тоже.
        Вот и вышел мужик, простой русский, бывший военный. Жизнь прожил, родину любил, что-то делал, а теперь только смотрит как всё гибнет. Сколько их у нас таких, тысяча, две, а что толку, тот поток людей с юга, разврата с запада и телевидения, скотской жизни с улицы, запросто их переломает растворит в себе, не удержат простые мужики сами по себе Россию, никак. Старые они, в гораздо более мирное время росли, способны ли они проследить за поколением, которое не смотря на все свои слабости и не способность размножаться, в простой жизни знает, умеет и понимает больше них?
        Я посмотрел в окно, там виднелась какая-то заснеженная степная деревенька, несколько полу развалившихся домиков, деревьев и степь. Может раньше здесь был передовой колхоз, жили крестьяне. Сейчас, скорее всего только бабушки, абсолютно пустая деревня. Это видно по покосившимся полусгнившим крышам и отсутствию молодых людей на улице. Кто были подались в город, остались только бабки. Печально, но факт, с реформами русская деревня окончательно умерла, основной источник национального населения исчез, растворился в экстази городских дискотек и разборках крутых рэкетиров. Можно до отупения вкладывать деньги в передовое западное хозяйство, теперь уже рентабельное производство хлеба, ничего не изменится, просто поздно, сколько не поливай, ни вкладывай удобрений нельзя что то вырастить, если нечем сеять. Нету в деревне молодых людей, вообще нету, в других деревнях где-то может ещё и есть, только совсем мало, и все поголовно мечтают уехать в город. Сталин создал ядерную бомбу, при Хрущёве отправили в космос человека, но зачем? Чтобы в Россию, на готовенькое, в двадцать первом веке приехали Узбеки и
пользовались тем, что было создано ценой гибели русской деревни? Есть ли смысл что то делать, если это не достанется твоим потомкам? Сейчас продолжают кричать об экономике, нефтедолларах, подъёме промышленности, последнем рывке к западу? Но зачем всё это, если оно достанется Узбекам, и всем тем, кому олигархи из-за выгоды дешёвой рабочей силы позволяют въезжать в РФ?
        Сидеть и смотреть в окно становилось зябко, в принципе я ещё до этого ночью замёрз, но пока спал как то не ощущалось. Немного подумав, решил походить взад вперёд, одет то тепло, только вот шесть часов в салоне промёрзшей электрички кого угодно заморозят, тем более, похоже, пока я спал на улице похолодало. Хорошо хоть на мою ходьбу никто внимания не обращал, все мёрзли, все понимали зачем я хожу туда сюда. Немного походив я всё же согрелся, главное не сидеть неподвижно, одежда тёплая здесь не так уж и холодно, терпеть можно. А вот в новогоднюю и после новогоднюю ночи, возможно туго придётся, сутки с половиной на улице, до утра второго и следующей электрички. Между тем, поезд всё сильнее запаздывал, диктор даже сообщил, что всем желающим будет возвращено десять процентов стоимости билета, то есть для меня шесть рублей. Все ругались, для меня же маленький праздник, значит меньше придётся на улице куковать. Всего часа на три, но уже шесть рублей сэкономил, и потом, три часа на улице совсем не мало. Ближе к трём дня, с противоположной от меня стороны, в вагон вошла какая-то старая бабка.
        -Горячие сосиски, горячие...
        Она медленно шла по салону, и предлагала всем купить, большинство отказывались. Наконец спустя минут пять она доплелась и до меня.
        -Сынок, хочешь купить? Не дорого пятнадцать рубликов. Сосиска с хлебом.
        Вообще мне надо бы экономить, но есть уж больно хочется. Конечно, один кирпичик белого хлеба стоит рублей двенадцать, а тут сосиска за пятнадцать, но когда я ещё сойду, и есть вроде хочется, даже очень, всё же уже пол дня ничего не ел, а привык питаться три раза в день, бедный студент блин.
        -Дайте мне одну, нет две...
        Две сосиски и два кусочка хлеба, довольно не плохой обед для бомжа, тридцать рублей, один доллар. Но так я не проживу, даже сейчас съел и не наелся, и жирные руки не об чего вытереть, тридцать рублей за обед это больно круто, мне же ещё жить на эти деньги и жить, может даже придётся новый паспорт со временем покупать. И вообще теплей не стало, и пойти согреться некуда, и почему я не одел ещё одну лишнюю кофту, пока время было? И грязно вокруг, и деньги зря потратил, купил бы себе буханку, наелся, а теперь мне денег может быть на день меньше хватит, ну почему всё так? Да ещё под новый год, именно со мной, веселился бы в 'Полёте' с Ленкой, всё было бы здорово. Сейчас сидел бы дома, ждал праздник, стол, ну может быть как всегда жаловался бы на свою студенческую судьбу, учил бы термодинамику и жевал бутерброд. А вот теперь живи всю жизнь бомжом. Даже как-то слёзы навернулись, так стало жалко себя, и почему я родился именно в этой дыре, а не в США или Европе? Почему не родился лет сорок назад, как мои родители, жил бы счастливым советским пионером, не знающим ни проституции, ни авторитетов, ни рэкета.
        Спустя несколько часов в вагон ввалилось несколько Ментов с автоматами, стали проверять у все удостоверения личности. Я сидел где-то в середине, тут вроде бы не так дуло, ко мне должны были подойти минуты через две. У меня всё внутри даже как-то замерло, 'неужели по мою душу? Так быстро отреагировали, Верка должна была сообщить не больше трёх часов назад, а может она разболтала, что я на электричке еду? Точно идиот, я же ей сам про поезд говорил, точнее при ней.' Между тем менты подошли ближе.
        -Парень, у тебя есть удостоверение личности?
        -Нет.
        -Вот блин, ну хоть что-нибудь, ты с кем едешь? Билет есть.
        -Билет есть, вот...
        -Мда, тебе лет сколько?
        -Семнадцать. - если играть то всерьёз, всё равно я на совершеннолетнего не смотрюсь, ну может не совсем уж маленький, но и на третьекурсника не тяну.
        -Значит едешь в Саратов, ты бы в следующий раз захватил паспорт чтоли, или какую справку о рождении, а то мы по идее должны арестовать тебя для выяснения личности.
        -Ну, я не подумал. - мне оставалось только промямлить. - обычно как то никто не спрашивает.
        -Ладно, всё с тобой понятно, то что ты не чечен и так видно, и одет нормально, но в следующий раз возьми какой-нибудь документ, а то будешь встречать новый год не с папой и мамой, а в обезьяннике с бакланами.
        -Всё, бывай.
        Проверявший меня бравый двадцати летний мордоворот вернул билет, и перешёл к следующему клиенту. Которому повезло существенно меньше, внешность у него была не европейская, документов не было, пришлось сунуть доблестным стражам порядка пару сотен российских. И вообще как я заметил, цена проезда для всех чурок без документов, была единой, двести рублей. Не дорого же бравые милиционеры продают нашу родину, и наверняка не первый день. А между тем, кто-то наверху в правительстве доложил президенту или премьер министру о том, что поток нелегалов по Саратовской железнодорожной ветке надёжно заблокирован. А сколько тут каждый день проезжает таких, 'переселенцев', тысяча, две? Из года в год пробираются к своему желаемому месту поселения, и селятся покупая у местных жителей их жизненное пространство и будущее их детей, возможно детей этих же милиционеров, за жалкие две сотни рублей. Думы совсем у меня не весёлые, и давить чурок голыми руками также не пойдёшь, один в поле не воин, а что со всеми случится позже? Что будет, когда чурок станет больше чем нас? Много больше? Почему каждый милиционер, пропускающий
их за двести рублей, над этим не задумывается? Ладно простой милиционер, но наверху то по идее умные люди сидят. Хотя наверно они все там сами по себе, каждый живёт для себя, урвал кусочек и доволен, и всем совершенно наплевать на то, что каждый из них урвал кусочек и проживает частичку будущего своих потомков. Проживает сейчас, проживает навсегда, совершает то, за что мне, а может моим детям придётся платить кровью. Потому что спустя двадцать лет в России вырастит новое многочисленное поколение узбеков, Чеченов и Таджиков. Они будут проповедовать ислам, их будет больше чем русских, и они нас, как мы их терпеть не станут, не станут терпеть также, как уже не терпят в своих родных странах. 'Аллах Акбар, смерть неверным шакалам'. Кто-то говорит о ксенофобии, жалуется на не соблюдение прав вероисповедания, а соблюдают ли эти права мусульмане у себя на родине? Достаточно вспомнить албанцев в Косово. Не знаю как остальные русские, а я вот уже сейчас еду тут в поезде и плачу кровью, может не именно мусульманам, но за ошибки предков. И думаю, пора бы уже всем понять, дальше так нельзя, дальше отступать
некуда, позади наше последнее и очень слабое поколение. А менты пускают в нашу страну таджиков за какие-то двести рублей с человека.
        После ухода прославленной милиции с грозными автоматами, особых приключений не было, сидел, молчал, ждал прибытие в Саратов. Только остался какой-то неприятный осадок и разочарование, вот люди, возможность сопротивляться есть, а сами идут к краю, государственные служащие нечего сказать. Я опять ходил туда сюда по вагону, и вообще основательно измаялся, всё ждал приезда в Саратов. С одной стороны понимал, там будет только хуже, придётся бороться, двое суток напролёт ходить по улицам, так же ничего не делать, но и оставаться в поезде никак не мог. Просто чисто ассоциативно сознание замкнулось на том, что приеду, и всё будет хорошо.
        Наконец, часов в девять раздался голос диктора 'Саратов, через пять минут, просим прощения у пассажиров за опоздание, в соответствии с законом об издержках вы можете вернуть себе до десяти процентов стоимости билета, в качестве компенсации за опоздание'. Поезд остановился, и я вышел на довольно безлюдной, совсем не европейского типа станции, похоже НТР сюда не заглядывала. А вот с десяток чурок сюда всё же добрались, кстати, вместе со мной, похоже ещё с Самарского вокзала, мигрируют потихоньку, расселяются по рубежам нашей просторной родины, была бы плодородная почва, а растение взойдёт, не было бы конкуренции. А какая у нас конкуренция, мы сами свою молодёжь похоронили, кого куда. Одних в ночные клубы, других в компьютерные, третьих... А осталось, кот наплакал, и те вот-вот исчезнут. Хорошо хоть погода глаз радовала, несмотря на то, что недавно шёл снег, сейчас было спокойно и тихо, причём довольно тепло, наверно градуса два не ниже. Я прошёл по перрону, зайцем перескочил пути, всё равно никаких возвышений не было, и отправился к зданию вокзала. Кассы конечно были закрыты, я про себя отметил
'получить деньги можно, но только у министра транспорта, и только если лично поймаете в Москве'. Хотя может мой скептицизм и не обоснован, просто сейчас уже девять вечера по местному времени, три часа до нового года, вот всё и закрыто. В расписании говорилось, что кассы заработают в девять утра третьего января. 'Блин, только третьего, да с девяти, а не с пяти, значит мне придётся тут баклуши бить уже двое с половиной суток, а не столько сколько планировал изначально, как бы кто-нибудь не направился в Саратов, за двое суток можно и вокзальные видеокамеры в Самаре проверить, узнать, что я полетел не на самолёте, а уехал с вокзала, и людей сюда отправить, с местными связаться, короче, нельзя мне тут сидеть, надо бы поискать способ перебазироваться. Может и пронесёт, не пронюхают, а может и нет '.
        Территорию вокзала я покинул в довольно печальном расположении духа, иди куда глаза глядят, города не знаю, денег в обрез и ещё пригодятся, да ещё все вокруг гуляют. Уже около выхода почувствовалось общее весёлое настроение города, ёлки, пьяные компании. Я свернул на какую-то широкую улицу, и просто пошёл по ней, лениво соображая, что же делать дальше, особенно если идти некуда, и денег нет. Мимо меня прошла пьяная молодая парочка, лет по семнадцать, даже как-то обидно резануло в глаза, счастливые, а я вот бреду себе в никуда. Всё-таки сам виноват в своих проблемах. А что делать когда деньги кончатся, да и вдруг опять менты поймают? Ограбить что ли кого-нибудь, хоть деньги будут взятку дать? 'Мда, ну и мысли у меня, вообще, по совести, сам попал сам и выкручивайся, а грабить, мало ли их у нас теперь грабителей, и всем надо, только лишний мазок грязи к картине общей лужи'. Хорошо было вот так идти, темно, спокойно, на улице никого, и постоянного шума и сквозняка поезда в помине нет, можно просто успокоиться. Передо мной шагах в тридцати плёлся один из чурок, ехавших со мной на электричке. Я
невольно заметил, что навстречу ему идёт тройка бритоголовых, а чукча продолжал идти не о чём не задумываясь, наверно счастлив был, что наконец добрался куда хотел. Когда они поравнялись, один из бритоголовых наотмашь двинул парню с юга кулаком в глаз, тот завопил было 'вы что, не бейте', но эти трое тут же набросились и стали допинывать. Я даже оторопел, шёл, шёл, а тут такое, да ещё ботинками с подковами. Как животные, звери какие-то.
        -Чё уставился, иди давай дальше, тебя же идиота защищаем, вали чё стоишь как пень, а ... с тобой.
        Они допиннали южанина, потом развернулись и быстро пошли обратно, как будто специально шли, чтобы встретить, а может и специально, ходят и ловят таких, фашисты. С одной стороны эти не берут взяток, как те уважаемые милиционеры в поезде, с другой, а если они ошибутся? Увидели одёжка драная, внешность южная и пинать, как-то неправильно, всё же скоты, а с другой стороны, правильно ли, что эти к нам едут, как с ними поступать? Оставлять у нас нельзя, высылкой никто не занимается, а такие вот уроды, просто реакция общества на собственное вымирание, реакция на восточное вторжение. Я подошёл к останкам того, что недавно можно было назвать человеком. Судя по всему, ботинки у уродов, действительно были необычными. Я посмотрел им вслед, к тротуару подъехал старый жигуль шестой модели, кампания погрузилась в него, и дала по газам, значит всё было спланировано, ловили приезжих у вокзала, только поймали одного из пятнадцати. И ботинки были с подковами и шипами, специально, чтобы убить, и никто сразу не увидел, что умышленно, типа по пинали и всё.
        В принципе мне ничего не оставалось делать как идти дальше, не вызывать же милицию? В целом было как-то стыдно за себя, ментов взяточников в поезде, и этих хладнокровных убийц, с одной стороны надо бороться с этими приезжими, но не так же. И потом, не думаю, что эта троица может таким же Макаром ликвидировать грузинского авторитета, а от него вреда куда больше, куда катится этот мир? Спустя минут пятнадцать неторопливой, но подпорченной прогулки дошёл до какого-то скверика, тут усиленно готовились к вечерним буйствам, что-то таскали, в стоящем рядом с ёлкой полу крытое кафе, кто-то уже отмечал. Проходя мимо кафе, случайно услышал:
        -Ну, а кто будет хот доги продавать, договаривались же Оксан.
        Я заглянул, около стойки стоял пожилой обрусевший кавказец и усиленно доказывал по телефону какой-то Оксанке, что она должна выйти на второе и третье на работу, мол они договорились, и платит он не мало, а погулять, она и после праздника успеет.
        -Эй, мужик, разговор есть.
        -Оксанка, ну я тебе припомню, всё. Да, что тебе парень?
        -Хочешь я пару дней постою, только заплати нормально, всё же новый год, время такое.
        -У тебя опыт какой-нибудь есть?
        -Есть, я уж стоял на Хот догах, - враньё откровенное, но он всё равно явно меня возьмёт, а вот сколько заплатит?
        -Штука устроит?
        -Тысячу за сколько часов?
        -Давай за двенадцать, смены две отстоишь, две рублями, по рукам?
        -У тебя ещё кому есть стоять?
        -Не.
        -Тогда давай я смены три отстою, плюс перекантоваться, а то у меня билет с документами стырили, - я улыбнулся и развёл руками.
        -Да не повезло тебе парень, давай так, перекантоваться и две с половиной.
        -И три, а если нет, так в другое место пойду, сейчас всем рабочие нужны, сам знаешь в новый год никто не работает. - может он этого и не знал, да и я этого не знал, но прозвучало убедительно, да и продавец я хороший, внешность и одежда приятная, а отсутствие документов похоже особых подозрений не вызвало, во первых воруют, во вторых, я русский, а это уже редкость в наше время, не может такого быть чтобы у меня и не было документов.
        -Ты студент?
        -Да.
        -Хорошо, - он улыбнулся - ну приступай тогда, прям сейчас, а то народ ходит, а смена считай первая десять часов будет, но за тысячу, главная ночь всё же. Вон там столик, толкаешь всё по пятьдесят рублей, с завтрашнего утра по тридцать. К слову, обычно хот дог стоит пятнадцать. После восьми можешь перерыв сделать до обеда, всё равно все спать будут, потом опять, и так до поздней ночи второго, будет тебе не один перерыв, а несколько, а получишь три, окей? И кстати, меня Ахмед зовут.
        -Да, идёт. Меня Николай. - а про себя подумал, 'леди Винтер'. И ещё, заплатишь сразу после каждой смены.
        -Хитрый русский, я честный человек, ну всё по рукам, а мне работать, и ты иди.
        Я и пошёл, вообще то я был очень доволен, заработаю ещё сто баксов, нашёл себе место, дело, и возможность провести эти двое суток не на помойке. Повезло, что новый год, в другое время конечно так не прокатило бы, но сейчас и милиция документы проверять не будет, все гуляют, и платят не как обычно. И всё это как снег на голову, шёл, думал что делать, а тут раз и решение. Можно даже с оптимизмом взглянуть в будущее, начало бродяжничества хорошее. Я подошёл к алюминиевой коробке для разогрева сосисок, стал разбираться, на самом деле сам ни разу нигде не торговал, что где брать не знал, но как делали видел, вроде не сложно. Через десять минут Ахмед притащил мне сотню сосисок и загрузил в секцию грелки, похоже он уже просёк, что я профан полный, но ничего не сказал, под новый год вообще туго с рабочей силой, тем более я ещё сравнительно дёшево ему обошёлся, некоторые по три четыре штуки за одну ночь трясут, сам знаю, ходил работать под новый год, только тогда у меня были документы и прописка, а сейчас я как бы бомж.
        -Ну вот и готово, выдвигайся вперёд перед кафе тоже зона моя, там берут легче.
        -Ладно.
        Вообще-то я надеялся на место кафе, оно полу крытое, у стены обогреватель и температура плюс пять семь градусов, на улице хоть и не мороз, но стоять похуже конечно. Стоило мне выдвинуться на позицию как враг сразу же пошёл в атаку, несколько человек сразу подошли и стали ждать когда же я закончу раскладываться, в общем торговля пошла. Правда делал я хот доги довольно медленно, но всё же очередь набиралась не только поэтому. Судя по всему, я был единственным, кто продавал в этом скверике хот доги, уж не знаю по сговору ли, или просто другим частникам меньше повезло с пробегавшей мимо раб силой, но монополия великая сила, никто даже не смотрел на цену, новый год раз в году, можно и потратиться. Чаще всего покупали русские, и это при том, что процент приезжих сейчас достаточно высок, всё же в центре городов большая часть наиболее обеспеченного населения это мы, только пару раз мне пришлось с омерзением брать деньги из рук каких-то сомнительных личностей, говорящих чёрте на каком языке. Часам к одиннадцати к нашему кафе подошло пару крутых, уже погулявших ребят.
        -Здорово браток ты новенький, что ли.
        -Ну, типа того, я тут на пару дней подработать, проездом в общем.
        -Понятно, ну стой, тут вообще-то спокойное место, хорошее, а ты откуда.
        -Да из Калуги, я не местный, ехал мимо, на поезд не попал, вот решил подработать.
        Тут им навстречу вышел улыбающийся Ахмед, наверно это была местная братва, уж не знаю, зачем они пожаловали, но похоже отношения мелкого бизнеса с ними давно уже сложились, и наезды с утюгами на живот и бесполезными попытками привлечения милиции ушли в далёкое прошлое.
        -Здорово Алексей, как жизнь?
        -Нормально, слушай, нам тут денег надо б, у тебя не найдётся часть за январь, понимаю не вовремя, но надо срочно пару тонн, мы тебе пол штуки скинем на этот месяц. Всё равно ты уже на зимние отпуска запасся всем, что только может понадобиться, а сейчас за одну ночь до... заработаешь.
        -Да найдётся, идёмте.
        -Ну, бывай браток.
        -Пока.
        Вот такая спокойная у нас братва теперь пошла, может и не спокойная, только теперь уже их дань воспринимается нормально, плати себе в срок, часть положенного налога государству, и всё положенное без утайки местному авторитету, а он тоже человек, всё понимает и не свинячит. И зачем с братвой сориться, если точка рентабельная они берут максимум процентов тридцать от выручки, ещё тринадцать государство, жить можно. А поссоришься, убьют, а скорее даже не убьют, а просто ларёк ночью случайно сгорит и всё. Вот так у нас везде теперь, и правительство в Москве спокойно, ни бандитизма, ни убийств в регионах почти нет, никто ни на что не жалуется, не то что раньше, когда предприниматели не хотели платить на лево. Теперь то каждый твёрдо знает, проще не платить государству, чем местному князьку, платит каждый, вот и спокойно стало, 'феодализм однако'. Даже крупные предприятия тот же автоваз, и то по своему платят, только там не предприятие платит, а в нём кто-то работает, ложит себе в карман, ворует, та же мафия по сути. И пока дела обстоят так, вводи пошлины на иномарке не вводи, производство рентабельным
не будет, просто потому, что всю прибыль сколько её не наберётся положит себе в карман какая-нибудь не очень солидная организация. Только фин директор оставит официальную прибыль на том уровне чтобы платить своим инженерам десять тысяч в месяц, и чтобы предприятие золотую рыбку не признали банкротом. А потом кто-то ещё удивляется, откуда появляются элитные районы города, застроенные трёх этажными особняками, откуда же у людей деньги берутся? И почему наше производство никак не поднимается?
        Стоять пришлось довольно долго, покупатели были разные и буйные и пьяные, и солидные русские парни с красивыми девушками в кожаных куртках. Ахмед стабильно, каждые пол часа подносил около полу сотни сосисок и забирал выручку, к концу ночи я уже валился с ног от усталости, а лица покупателей уже слились в сплошной серый поток. Хорошо хоть после трёх этот поток стал стремительно убывать. А Ахмед действительно неплохо зарабатывал, даже с учётом того, что судя по всему, платил минимум три четыре тысячи долларов в месяц на подогрев братвы. По-моему, только через мои руки за ночь прошло баксов пятьсот семьсот, и не думаю, что они облагались каким-либо налогом, документов то на сосиски никаких. А уж сколько дало само кафе, особенно если вообразить цены спиртного в новогоднюю ночь, можно только догадываться. Часов в пять Ахмед решил таки отпустить меня поспать.
        -Ну что Никит, вот тебе твоя штука, на сёдня хватит стоять, всё равно все спать идут.
        -Хорошо, а то я уже сдох совсем, в прошлом году в одиннадцать встал, да и то не выспался.
        -Но ты хороший работник, не куришь, от рабочего места не отходишь, если хочешь, найди документы, будешь тут каждый день стоять, а то Оксанка меня уже достала, а я тебе по три сотни за вечер буду отваливать.
        -Я подумаю, может позже как-нибудь.
        -Лады, а что касается места поспать, идём.
        Мы прошли во внутреннее помещение кафешки, там нашёлся складик с несколькими бочками пива, и двумя старым кожаными автобусными сидениями на двоих, лежавшими одно за другим, образуя кровать.
        -Ты можешь спать здесь, тут сейчас десять градусов, - он показал пальцем на висящий на стенке термометр - сам понимаешь, в гостинице тебя не поселишь, а тут вроде самое тихое, тёплое и спокойное место.
        -Да ничего, спасибо, пойдёт, даже кровать есть.
        -Ну, спи тогда, я тоже пойду, рабочий день у тебя в двенадцать начнётся, а здесь ещё одна торговка за прилавком останется, если что.
        -Окей, всё удачи.
        Я сел на сиденье, спать хотелось дико, но укрыться тут похоже нечем, с другой стороны тут было не так холодно. В конце концов решил снять куртку и воспользоваться ей, как одеялом, так как то привычнее, чем спать в ней, а под голову был удобный выступ на дальнем конце 'кровати'.
        Глава 4: Шторма первый ветерок.
        -Вставай давай.
        -Встаю уже, - я открыл глаза, спать уже не хотелось, как то быстро я стал высыпаться, наверно из-за того, что уснул сразу, устал то как собака.
        -Сейчас пол двенадцатого, стоять начнёшь через пол часа, поесть бы тебе не помешало.
        Действительно, желудок чуть ли не сводило, не ел нормально с вчерашней поздней ночи, разве что сосиску в поезде. Я посмотрел на будившую меня, женщина лет двадцати пяти, не уродина не красивая, брюнетка.
        -Ну, я пошла, я тут на обед закрылась, пельмени готовлю, если хочешь за пятнарик и тебе сварю, штук двадцать.
        -А тут и плита есть?
        -Конечно, электрическая, мы же готовим, так варю?
        -Да, я в доле. Как тебя звать?
        -Елена.
        -Саня.
        -Будем знакомы, подходи.
        Одеваться особо не нужно было, взял куртку и вышел в соседнюю склад, обед, мастерская, кухня комнату, спрятавшуюся за стойкой бара. Здесь за маленькой плиткой варился мой обед, на стене висел старенький радиоприёмник. Несмотря на не малые доходы, Ахмед явно не стремился афишировать свой достаток, отнимут.
        -Я включу?
        -Да, давай новости послушаем, там даже спец канал есть.
        -Интересуешься новостями?
        -Так, исторический факультет закончила, с красным дипломом.
        -Обидно.
        -Ещё бы, училась пять лет, ботанила, пошла преподавателем в ВУЗ, там пять тысяч в месяц, плюс тысячу, если курсы вести. А тут Ахмед пятнадцать платит, и безо всякого образования. И почему сразу кухаркой работать не пошла?
        Оно всегда так, если налоги маленькие, выгоднее идти туда, где деньги зарабатываются, а бюджет ничего не датирует. А так всегда и будет теперь, ввели маленький налог, пусть экономика развивается, а на практике всё равно, вместе с теневыми налогами, капитал не скопишь, а все отчисления идут в группу Б, лёгкую промышленность. Теперь в гос. секторе и не будет высоких зарплат, и из-за этого государство вступает в полосу саморазрушения, все самые сильные и инициативные из подрастающего поколения идут в тень, где денег больше. Баланс распределения денег не верен, поднимется экономика, в чём я сомневаюсь, Ахмед всё равно будет платить тридцать, а кафедра истории десять. Налоги должны быть сбалансированы, так чтобы деньгами были равно насыщены и рынок и гос аппарат, иначе страна так и будет тонуть в улице.
        -Действительно, я вот тоже учился, нашим выпускникам в КБ предлагали за семь работать, а я летом охранником в магазине подрабатывал, платили десять, даже чуркам из Узбекистана платили по семь восемь, считай столько же, а то и больше, чем нашим инженерам. Я уж молчу про то, что каким-нибудь учителям платят по три четыре, а стипендия студента вообще восемьсот, девятьсот, ужас в общем, куда мы идём.
        -Печально, но ты радио то включай.
        -Учиться просто глупо, а диплом и так можно купить, страна нечего сказать.
        -Ладно, ладно разошёлся, - она улыбнулась.
        -Включай.
        Я наконец разобрался как, оказалось, чтобы включить надо не на кнопку нажать, а покрутить колёсико. Новости оказались довольно интересными, и не слишком весёлыми: 'устойчивой связи до сих пор нет, бунт китайцев произошёл стихийно, и в настоящее время распространился по всей территории дальнего востока. Китай отрицает свою причастность к происходящему, его руководство уверяет, что не несёт ответственности за своих граждан принятых на территории России. Также неизвестно количество и расположение уцелевших воинских формирований, способных противостоять восстанию. Ситуация усугубляется тем, что восстание началось ночью, примерно во время смены года. Путин объявил, что меры по пресечению террористической деятельности будут...' Мы с Ленкой даже обалдели, не знаю как Ленка, но лично я был просто в шоке.
        -Ты понимаешь, чем это грозит?
        -Да, вполне.
        Между тем телевизор продолжил 'только что поступило сообщение, что президент отдал указ о посылке на восток, для подавления мятежа более чем двенадцати дивизий численностью девяносто шесть тысяч человек. Ситуация усугубляется низкой пропускной способностью транссибирской магистрали и не понятным почти полным отсутствием связи на всей территории восточнее Енисея и линии Абакан Красноярск, кроме Камчатки и ряда северных станций. Как и говорилось ранее, Китай полностью отрицает свою причастность к происходящему, однако готов в случае необходимости ввести свои войска на сопредельную территорию, для наведения порядка. Центральное командование РФ против введения войск и спутники внимательно наблюдают за расположившейся на границе группировкой потенциального противника. Что касается районов нефтепромыслов и газодобычи, то им угрозы не создаётся, они располагаются примерно на тысячу пятьсот километров западнее районов восстания, и все нефтегазовые поставки в страны западной Европы будут выполняться вовремя. ' Ленка разложила пельмени по тарелкам и мы принялись обсуждать ситуацию за едой.
        -Чёрт, весь дальний восток кишит китайцами, там теперь такая война начнётся.
        -Да не думаю, Сань ну сам подумай, что они могут, там же военные гарнизоны, авиация, местное население.
        -Какое население? Туда китайцев в последние пятнадцать лет миллионов пять десять въехало, и весь дальний восток давно скуплен японской и китайской мафией, потому они оттуда древесину и всё остальное сплошным потоком и везут.
        -А если Китай начнёт вооружения мятежникам поставлять? У нас армия то, миллион глупых парней, и половину надо на западных рубежах оставить, а кого набирать. Ты представляешь, что будет если в современной России мобилизацию объявить? Сейчас и так почти все косят, а кто на войну то пойдёт, бабушки с военкоматов всю нашу братву что ли погонят?
        -Ну не знаю, посмотрим ещё, может быть какое соглашение заключим.
        -Поможет ли оно? А так посмотрим конечно.
        Тут в комнатку завалился бодрый Ахмед, судя по всему, он уже успел и домой смотаться, и выспаться.
        -Слышали, что по радио вещают? Вот дурни, китайцы, зачем мятеж подняли, разорят только землю и дело с концом, поутюжат их танками и авиацией.
        -Может быть, может быть.
        -А нам работать надо, Санька иди выдвигай свою батарею на позицию, будешь деньги родной стране зарабатывать.
        -Иду.
        Уж не знаю, к чему он про деньги родной стране, его то деньги, точно моей стране не пригодятся, точнее до страны не дойдут. Тем не менее я выдвинулся на позицию и стал думать о том, что же делать с китайцами. Ну, я то конечно ничего с ними поделать не мог, а вот каковы наши перспективы, особенно если быстро подавить восстание не удастся, они организуются и Китай начнёт поставлять им оружие. В принципе, чтобы Россия потеряла дальний восток, как экономически деятельный регион достаточно просто раздать пару миллионов обычных винтовок и автоматов, даже не обязательно поставлять хотя бы старенькие комплексы ЗРК или ПТРК. Китайцев много, стрелять они будут ото всюду, а я лично сомневаюсь, что нашими силами возможно навести порядок на столь огромной территории. Даже взяв под контроль все наиболее крупные города, если это удастся, мы получим многолетнюю партизанскую войну лесников, короче беда из бед, и зачем мирные китайцы восстали? В принципе ответ прост, не гласная помощь страны победившего коммунизма. Так я весь день и простоял, почти ничего нового не услышав, только время от времени проходили люди
разговаривающие о восстании китайцев, что меня удивило, большинство им особенно не интересовалось, до восстания было дело только старичкам, да русским студентам, вот они его обсуждали, а остальным всё было по барабану. Ну, восстали и восстали, подумаешь гигантская забастовка, это же не Чечня, гор там нет, китайцы вояки паршивые, ну даст правительство гражданство паре миллионам узкоглазых и дело с концом. Потом, воевать то предстоит не им, а русским, ну кто в армию призовёт узбека или грузина, он же даже в военкомате не числиться, и вообще его вроде бы нет в стране. Вот так я и простоял весь день, мучимый сомнениями, и даже все проблемы моего бродяжничества отошли как бы на второй план, это же надо, война началась.
        Часов в десять вечера в одном из отдалённых кварталов послышались выстрелы, скоро всё стихло, видно авторитеты разбирались. Интересно, что не поделили в наше то мирное воровское время, сейчас же все учёные, обо всём договариваются. Часов в двенадцать, опять где то на другом конце города затрещала канонада, и даже прогремело несколько взрывов, но это далеко, хотя странно, что бой был довольно долгим, минут десять, на разборки не похоже, целая небольшая криминальная война. Всё же интересно, что там такое творится, я спросил у пары гуляк, но они сами ничего не знали. Наконец, спустя четырнадцать часов стояния, рабочий день закончился, Ахмед заплатил мне мою тысячу и ушёл выяснять, что же там происходит, со мной на ночь остался охранник Юра, но он сел играть в какую-то мини игрушку, и о нём можно было забыть. Вот русский человек, китайцы на востоке наших режут, а он тут играет в китайскую игрушку. Хотя, конечно, сам Китай нам войны не объявлял, с его темпами экономического роста, ему выгоден мир. Я уселся есть свои хот доги, правда купленные у Ахмеда не по тридцать, а по десять рублей. Включил радио:
'В настоящее время наблюдаются многочисленные попытки терактов на территории Москвы, всем гражданам рекомендуется соблюдать максимально возможный порядок, не ходите по улицам в одиночку, внимательно следите за людьми подходящими к вашим домам, если у вас есть оружие, достаньте его и применяйте против всех лиц дальне восточной национальности. Наблюдаются многочисленные жертвы среди мирного населения, попытки уничтожения правительственных учреждений и подстанций, не волнуйтесь, отключённый свет будет возвращён в кварталы в течении следующего дня.' А это уже серьёзно, массированная, великолепно спланированная операция по всей стране. Блин, да нам на самом деле войну объявили, а все китайцы фанатики, а сколько их сейчас в стране, миллион, три, да ни кому не известно. Вот хоть тут бандиты и всеобщая вооружённость населения пригодилась, думаю стволов в стране достаточно много, жаль только, что теперь всех подряд китайцев перебьют, и рабочих, и виноватых, и всех у кого глаза слишком узкие. Я посмотрел на себя в старенькое грязное зеркало и прищурил глаза, нет, на китайца всё равно не похож. Диктор продолжал
усердствовать: 'В настоящий момент, сил патрулировать всю Москву не хватает. Если вы находитесь в районе Чертановки, постарайтесь прибиться к войсковым колоннам, или зайти в дом с домофоном, не в коем случае не оставайтесь на улице, там действуют крупные группировки противника, целенаправленно убивающие мирных граждан. Если у вас имеется дорогой автомобиль, особенно с правительственными номерами, покиньте его. Если вы отдыхаете в Подмосковье, и у вас элитная дача, покиньте её немедленно', у меня аж сосиска из хот дога выпала. До чего дошли, истребляют русское население, сволочи. Оно вообще то понятно, стратегические объекты не уничтожишь, а вот убить на улице одного двух крупных гуляющих чиновников, запросто, и сразу возникает вопрос, а кем можно восполнить? В конечном счёте это сильно понизит способность государства к мобилизации и активным ответным действиям на востоке, тем более, если война дошла даже сюда, до Саратова, то в Москве наверно творится сущий ад. 'В настоящий момент силы шестнадцатой танковой дивизии пытаются вытеснить противника с территории казанского вокзала, бои ведутся с переменным
успехом. Противник оснащён переносными средствами ПТРК и стрелковым оружием. Не удаётся выбить противника и из района Чертановки, крупные силы местного ополчения' диктор замялся 'выставленные рядом местных предпринимателей, отчаянно пытаются удержать крупные соединения не понятно как оказавшегося там противника, правительственных частей расквартированных в столице явно не хватает для наведения порядка. Всем гражданам, способным держать в руках оружие, и имеющим его на руках рекомендуется сформировать ополчения для организованного отпора диверсантам. В связи с нехваткой войск, и способностью держать ситуацию под контролем только в центральных районах Москвы, было принято решение о выдвижении к городу восьми областных дивизий. Наблюдаются колоссальные жертвы среди мирного населения, противник уничтожил десятки жилых домов и даже нанёс несколько лёгких ракетных ударов по Кремлю'. Вдруг не далеко очень сильно грохнуло, затрещали автоматы, я бросился на пол, но похоже стреляли не по нам, а просто где-то рядом. Минут через пять всё закончилось.
        -Юр, идём выйдем, что творится.
        -Да вообще... Ща открою, ща узнаем.
        -Где-то рядом совсем.
        Мы вывалились на улицу, я посмотрел на право, там в конце сквера за деревьями что-то горело, опять послышались выстрелы, мы оба упали на землю. Хотя стреляли там же где и горело, примерно в километре от нас.
        -Что там?
        -Иху мать, там же здание районного МВД, ментовка короче.
        -Вот чёрт, похоже Ментов расстреливают.
        -Похоже. Эй ты куда пошёл?
        -Посмотреть. - я отвернулся и побежал.
        -Стой дурень, куда тебе, чтоб тебя.
        Сам не знаю зачем я туда попёрся, понесла нечистая, но надо же мне было узнать, перебили милицию, или они отбились? Уже на пол пути стал встречать десятки улепётывающих оттуда, мне на встречу простых граждан. Добежав, остановился метрах в ста за деревом, стал наблюдать. Толпа китайцев с автоматами стремительно отступала по улицам куда-то в район жилых домов. Время от времени бросая в некоторые окна, не понятно по какому принципу избираемые, гранаты. Их было наверно сотни две не меньше, вокруг МВД валялись трупы, причём как милицейские, так и простых граждан. Похоже само здание МВД взорвали откуда то сзади, но как то неудачно, а возникший пожар выгнал дежуривших милиционеров под огонь узкоглазых. Да и милиционеров было не много, только дежурные, человек пять семь. Не знаю уж, кто остался в здании. Больше было простых гуляк, похоже их расстреливали прямо здесь на площади, не стесняясь, мне ещё повезло, что узкоглазые отступали не в мою сторону, а куда-то в жилой массив. Повезло ли местным жителям, сомневаюсь, из-за домов постоянно слышались крики и стрельба. Больше всего меня задело то, что среди
трупов не было самих китайцев. Нападение было абсолютно неожиданным, никто ничем не успел ответить, только у одного из убитых милиционеров в руке был пистолет. Я тут же не постеснялся его прикарманить, обыскал труп, достал патроны, потом обыскал ещё один труп достал второй пистолет, ещё патронов, пригодится.
        -Эй, парень, стой не с места, стрелять буду, ты что творишь?
        -Оружие ищу, патроны, - я даже оборачиваться не стал - неужели не видишь, когда такое творится оно необходимо.
        -Ладно, понятно, ты видел сколько их?
        Ко мне подошёл здоровый мужик с пневматическим ружьём, похоже он только что подбежал сюда как и я, на взрыв.
        -До хрена, сотни три, все с автоматами, ушли туда, расстреливают всех на своём пути, ужас какой-то не знаю, что и делать.
        -Да что творится? Я тут сидел отдыхал с семьёй, а тут такой взрыв, и сотики не пашут. Не в курсе?
        -В курсе. Война началась, с Китаем, а это диверсанты, только официально Китай войну не объявлял. В Москве вообще настоящие бои ведутся, эти, уничтожают все правительственные здания и организации, по возможности препятствуют мобилизации.
        -А чего они тогда сейчас напали, а не вчера? Восточный бунт то вчера начался.
        -Ты их догони и спроси. И ещё, анализируя происходящее, могу сказать совершенно точно, на востоке не бунт, там сейчас уже все наши части разбиты, и всё под контролем китайцев. Там же узкоглазых, в пятеро больше, чем наших.
        -Пойдём по следу?
        -Ты оружие не возьмёшь?
        -Да у меня эта хрень знаешь как бьёт? У неё экстремальный насос и камера в три мега паскаля, не хуже пистолета, только перезарядить не каждый сможет.
        Между тем, к остовам МВД подошло ещё несколько без башенных смельчаков, и я решил организовать свой отрядик, так сказать по праву первенства и инициативы. Стоит заметить, что среди смельчаков не было ни крутых не бритоголовых, все простые молодые парни.
        -Значит так. Тут офицеры есть? - никто на мой вызов не отозвался.
        -Тогда слушай мой приказ, ты, ты, ты и ты - я ткнул в наиболее вызывающих у меня доверие.
        -А чё я то.
        -Тогда не ты, а ты. Слушай мою команду, всем забрать вооружение у мёртвых ментов. По праву военного положения, мобилизую вас всех в армию, создать боевой отряд, преследовать и попытаться вступить в бой с противником. Всем остальным искать оружие, при виде корейцев и китайцев, открывать огонь на поражение.
        Самое интересное, что не смотря на годы улицы все выбранные мной послушались, остальные вроде как занялись теми же делами, что я и сказал. Не скажу, что я собирался уничтожить этот китайский полк, шесть человек маловато, но вот догнать и убить пару тройку головорезов было бы не плохо. Тем более, что в данной ситуации, когда по улице бродят вооружённые до зубов узкоглазые, каждый убитый китаец, это пять десять спасённых жизней. А каждые десять минут, на которые мы сможем отвлечь их на себя, дадут кому-то время отступить или организовать вооружённый отпор. Хорошо хоть мои солдаты не знали сколько китайцев, а то все бы двинулись в противоположном направлении, а так жаждали боя и мести. Вероятно, никто не задумывался над тем, что исход боя может быть неудачным, или не столь удачным. Раз противник отступает, значит мы сильней, а то, что на самом деле он просто перемещается, это ещё не доказано.
        -Меня Вадим зовут, - мужик подал мне руку.
        -Меня Александр, Резцов.
        -По рукам.
        И наше отделение двинулось преследовать противника, надо сказать, что китайцы шли, а не бежали, я обогнул дом, затем другой, и вот мы уже оказались в заросшем деревьями дворике, напротив одного из китайских соединений. Я как-то не приметил сразу в тени отступающих китайцев, и они открыли огонь первыми, до них было метров семьдесят я как бежал сразу грохнулся в сугроб, и похоже в меня ни разу не попали. Дворик был полон деревьев. Тем более, сугроб был за каким-то навалом и довольно надёжным. Сзади послышалась брань и крики боли, отставшие метров на шесть от меня соратники, вовремя споткнуться не успели. Стрельба тут же прекратилась, вообще видно было плохо, фонарей тут не было, а русские автоматы Калашникова, которыми судя по всему были вооружены узкоглазые патроны расходуют моментально. Я даже печально подумал, этот отряд разобьют только тогда, когда у них кончатся боеприпасы. Потом, высунул руку из-за горки, и один раз выстрелил в направлении противника. Попасть с семидесяти метров из ППШ не возможно, так что никаких криков боли я не услышал, зато где-то сверху послышались шлепки пуль, попавших в
деревья надо мной. Теперь стреляло человека два, наверно заградительный отряд. Я выстрелил ещё раз, снова в ответ несколько очередей, не плохо, один мой боеприпас за рожок противника. Сзади послышалось:
        -Да успокойся ты идиот, сейчас и нас положат, чё ты Калашу сделаешь.
        -Сам кретин, смотри сколько они на каждый выстрел патронов тратят.
        Я выстрелил ещё раз, но в ответ уже никто не стрелял. Тот умница, что только что на меня орал было поднялся, и тут же послышалось сразу несколько очередей. Похоже, с той стороны двора засело человек пять не меньше. Я оглянулся на своё, почему-то замолчавшее воинство. Метрах в пятнадцати от меня, оставляя за собой обильный кровавый след, уползал с линии огня за дом, один из моих бойцов, похоже, ему прошили живот или грудь, жаль парня, решился же, пошёл за мной, остальные скажем так, героически пролили кровь за свою землю, жалко мужика, здоровый был. Вот всегда так, на войне лучшие, самые смелые гибнут, а трусливые уроды выживают, и в бой не идут. Я пополз вниз по дорожке, надеясь в перспективе выползти к идущей рядом с домом дорожке, и оставаясь за бугорком подползти на расстояние выстрела к противнику. Бугорок вообще-то не защита, но в принципе за ним меня вроде бы не видно, во всяком случае плохо видно. Прополз метра три, оглянулся и крикнул:
        -Эй, парень, постреляй в них.
        -Иди....
        -Надо, пойми, они же сколько людей перебьют, отвлеки, я к ним проползу.
        На мой крик тут же дали ещё пару очередей, похоже окопавшиеся напротив, уходить с позиции и не собирались. На моё удивление, раненый парень не стал ползти дальше, перевернулся на спину и сделал выстрелов пять в сторону противника, но что то не рассчитал, и ответная очередь попала ему в руку.
        -Иху мать...
        -Минуты через три выстрели так же ещё раз.
        -Да ты что ох... Посмотри.
        -Надо, ты другой рукой.
        Я пополз дальше, старался ползти как можно быстрее, три минуты время не большое, а ползти мне метров сто двадцать, уголком. Спустя пару минут раздался один выстрел в воздух и громкая отборная ругань со стороны раненого парня, в его сторону дали одну короткую очередь. Я полз дальше как мог, но похоже мне требовалось ещё минуты три, чтобы доползти до места моей предполагаемой стрельбы, к несчастью я так и не сумел определить откуда всё же ведут огонь. Полз какое-то время, но ползти дальше было просто опасно, бугорок кончался, залёг и решил подождать. Тут мой раненый сотоварищ совершил ещё один героический поступок, сделал серию выстрелов в направлении противника, одна пуля даже чиркнула об дерево в метре над моей головой. Тут же буквально в трёх метрах слева от меня раздалась очередь. Я резко встал, в двух метрах передо мной сидел на корточках китаец, стрелял через ограду, он только повернул голову в мою сторону. Я тут же выстрелил в лицо, только печально мелькнули его раскосые глаза, он был один, похоже его сотоварищи решили двигаться дальше в прежнем направлении, а этот диверсант вызвался
остановить преследующих. Я громко крикнул:
        -Эй, парень, я убил его.
        Мне никто не ответил, и не удивительно, учитывая характер ранения, тому сейчас не до криков. Печальна арифметика, шесть далеко не худших русских бойцов за одного китайца. Дружба народов блин. Я взял русский автомат, стал обыскивать труп, тот неприятно задёргался в конвульсиях. На трупе нашёлся ещё один рожок и граната. Пригодится, тем более, что теперь я понял, в любом бою автомат лучше пистолета, только в боевиках крутые дядьки шпарят из узи, попадая с первого раза. На практике, близко не подойдёшь, а из далека, из короткоствольного оружия не попадёшь.
        Повесив калаш на плечо, неспеша двинулся следом за уходившими диверсантами, догонять их больше не хотелось, но и уйти от боя совесть не позволяла. Уже за углом наткнулся на сразу несколько трупов противника, должно быть кто-то обстрелял их из окна ранее, ещё до того как мы начали их преследовать, хотя в такой темноте и не разглядишь откуда, свет то везде вырубили.
        Спустя несколько минут, где-то в отдалении послышался шум вертолёта, я даже не поверил от радости своим ушам, наконец-то какая-то ответная реакция властей. Спустя ещё минуту за домами раздались многочисленные автоматные очереди, а потом и мощный треск пулемётов. Я пробежал вперёд ещё метров сто, и выбежал из-за очередного дома на довольно широкую улицу. Внизу этой улицы, метрах в пятистах от меня висел вертолёт, подсвечивал разбегавшуюся китайскую роту прожекторами и усиленно обстреливал их из пулемётов. Узкоглазые отчаянно стреляли в ответ, но судя по всему машина была штурмовой, и на их ответный огонь внимания обращала очень мало. Я присел на колено, перевёл предохранитель в положение низ, прицелился и дал очередь по бегущим в мою сторону фигуркам. В плечо сильно толкнуло, с непривычки я чуть не оглох от собственного выстрела, не думал, что с близи это так громко. Рожок тут же кончился, наверно в нём было патронов пять не больше, а вот по фигуркам я не попал, всё же из автомата ни разу не стрелял. Они продолжали бежать ко мне, я попытался было перезарядить оружие, но запасной рожок почему-то не
вставлялся. Я поднял голову, меня уже заметили и один из бегущих стал целиться в меня, пришлось спешно пригнуться, к счастью я исчез с линии огня, но человек пять продолжали бежать ко мне, а вертолёт улетел куда-то в другую сторону.
        -Эй, парень, сюда быстрей.
        Я посмотрел влево, какая-то бабка открыла стальную дверь в подъезд и ждала когда я побегу к ней. Альтернативы не было, пришлось бежать к ней. Я ввалился в подъезд, а по двери дали несколько очередей, но что-то и в этот раз китайцы запоздали.
        -Повезло тебе малой, а я вот думаю спасу внученьке жениха. - она не громко крикнула - Женя, иди посмотри какой мальчик, обещала же найду жениха.
        Не понимающе посмотрел на бабку, по лицу сразу всё стало понятно. Она была очень стара, и вероятно уже не совсем в своём уме, старые люди часто теряют возможность мыслить здраво, начинают нести откровенную чушь, всё то, что им приходит на ум.
        -Спасибо вы мне очень помогли. Извините сейчас мне некогда.
        Я быстро прошёл ближе к лифту, там горела лампочка, стал рассматривать рожок, он оказался немного гнутым, поэтому в самый ответственный момент и не влез в паз, бабка зачем то прошла за мной.
        -Спасибо, идите домой, незачем вам тут мотаться.
        -А ладно, служивый иду, иду.
        Я присмотрелся, бабка была совсем старая, повезло, выбежала открыла дверь, не поленилась. Тут послышался звук разбитого стекла, и на лестничный пролёт влетела граната.
        -Иху...
        И я только и успел что было сил вжаться в углубление нераскрытых створок лифта, даже не знаю каким рефлексом сообразил, что это единственное в моей позиции доступное место, защищённое от взрыва. Я как при замедленных съёмках увидел пролетающие перед собой ошмётки бабушки и железные осколки гранты, потом глушануло, да так громко. Прошла секунда, я очнулся, хотя в глазах и не темнело, просто какой-то миг после взрыва не мог сообразить, кто я и что тут делаю. Звук просто выключился, я стоял в коридоре, рядом валялся изуродованный труп, я нагнулся, поднял автомат. Удивительно, но доблестная советская техника похоже совсем не пострадала. Рожок не хотел вставляться мирно, но спустя минуту мне удалось вставить его на половину, а потом защёлкнуть затвор, с размаху ударив магазином в стенку. Хорошо хоть боезапас от этого не взорвался. В душе молясь, чтобы автомат до сих пор не сломался поднялся на пролёт между первым и вторым окном, выглянул в окно через которое в подъезд забросили гранату. Китайцев уже и след простыл, только я наконец услышал как где-то трещала канонада, да вдалеке всё летал, светил на
землю и стрелял тот вертолёт. Хорошо хоть слух вернулся, значит перепонки не повредил, а то последствия от взорвавшейся в трёх метрах гранаты могут быть самые неприятные.
        Я услышал, рёв и шевеление сзади, увидел открытую дверь, спустился вниз по лестнице. Слева от меня, около жутко изуродованного трупа бабушки, вся в слезах и соплях сидела какая-то девушка лет двадцати. Вот в такой ситуации всегда чувствуешь себя виноватым, вроде как из-за меня убили, хотя кто виноват, что китайцы, напали, что мне бабка дверь открыла, вроде никто, а не было бы меня тут, и не бросили бы ей под ноги гранату. Я постарался как то успокоить, хотя наверно в данной ситуации лучше было промолчать, да и сморозил какую-то глупость:
        -Успокойтесь, пожалуйста, ей уже не помочь.
        -Сама знаю, идиот.
        -Мне правда, очень жаль вашу бабушку.
        Уж не знаю, почему она сказала последнее слово с таким нажимом, но как-то слегка задело, хотя в данной ситуации мне пришлось промолчать. Я оглянулся по сторонам, обшарпанный старый подъезд, обычные не приличные надписи, странно, невольно подметил, что почему-то никто даже и не пошевелился выглянуть за дверь, узнать что случилось, вот зайцы. Моё внимание переместилось на девушку, я не знал, что делать и минуту стоял в метре просто так, и наблюдал. Конечно, она не могла бросить здесь труп своей бабушки, всё же это был близкий ей человек, наверно она хотела потом похоронить. Женя постаралась поднять тело и занести в дом, но её попытки были тщётными. Ей никак не получалось удержать левой ногой дверь, и переволочь бабушку, видно спортсменкой она не была.
        -Ну, помоги же кретин!
        -Да, извините.
        Я невольно отметил, что девке стало лучше, быстро она оклемалась, поревела пять минут, и вот уже нашла себе дело, зациклилась, перетащить любимую бабушку в прихожку. Мы с ней довольно быстро внесли останки в квартиру. Она накрыла их какой-то клеёнкой села перед ней на колени и опять заревела. Я так и стоял как истукан, со своим автоматом, смотрел по сторонам. Квартира была однокомнатной, всё как обычно, телевизор в зале, очень ограниченный ремонт, но как-то очень спокойно. На столе горела свечка, между прочим очень глупо, узкоглазые могли и гранату в окно кинуть, всё же первый этаж. Хотя с другой стороны, на все окна гранат не напасёшься.
        Глава 5: Евгения.
        Прошло несколько минут, я продолжал всё так же стоять, и смотреть на уже успокаивающуюся Женю. Садиться как то не прилично, вроде грязный. Наконец она обратила внимание и на меня:
        -Что стоишь?
        -Ну ладно, я пойду.
        Я было собрался уходить, и уже сделал пару шагов в сторону двери. Она как то странно посмотрела на мой болтающийся через плечо автомат, торчащую из кармана ручку пистолета и грязную измазанную кровью одежду.
        -Стой, подожди. - она уже почти успокоилась, только периодически всхлипывала, встала с колен подошла, взяла за руку.
        -Идём, посмотрю, ты весь в крови, боже мой, что же там творится.
        -Да ничего особенного, китайцы по улицам бегают, всех подряд отстреливают. А кровь не моя.
        -А чья? И где ты умудрился так измазаться зимой? - мы сели на диван и она стала довольно забавно меня осматривать, заглядывать под рукава и одежду, похоже ей не верилось что это всё не моя кровь. Было б совсем забавно, если бы не смерть её бабушки и ещё одному богу известно скольких людей на улице.
        -Я когда трупы обыскивал, у МВД, и потом китайские...
        -Трупы?
        -Ну надо было оружие снимать с них.
        -Боже мой.
        Она нащупала у меня на левой руке какой-то гвоздь. Я посмотрел, и правда, торчит себе из руки, и как я мог не заметить. Даже не гвоздь, а осколок какой-то, наверно от гранаты, всё же не до конца меня выступ закрыл. А вот как заметил, сразу стало больно, хотя не слишком уж, но теперь чувствую, торчит какая-то дурная железка, чуть выше правой кисти, мешается.
        -Да ерунда.
        -Я сейчас, - она вышла на кухню, и уже спустя пол минуты вернулась с флакончиком зелёнки, бинтом и страшно смотрящимися кусачками.
        -Не нужно этого.
        -Надо, снимай куртку.
        -Снимаю, - пришлось подчиниться приказному тону медсестры.
        -Терпи.
        Она завернула мне рукав кофты, и выдернула кусачками железку, бросила на пол, ни сколько не заботясь о чистоте своей квартиры. В принципе было не больно, как будто царапина, хотя возможно это из-за усталости.
        -Ну, вот а ты боялся.
        Мне оставалось только улыбнуться. Она стала мазать зелёнкой и дуть, как маленькому ребёнку, я было дёрнулся, но уже поздно, пик щипания прошёл. Заматывала и завязывала она так же очень аккуратно, стараясь затянуть посильнее, чтобы кровь не бежала, и при этом не нажимать на рану.
        -Может, хватит бинта то?
        -Нет, чем толще тем лучше, когда тебе теперь ещё повязку наложат, а кровь бежит. Бинт нужен.
        -Ну нужен так нужен, спасибо.
        -Ничего, теперь всё будет в порядке.
        Она натянула и застегнула мне рукав, как будто сам бы не смог. Я немного помялся:
        -Ну, я пойду?
        -Куда? - она первый раз за время знакомства улыбнулась, впрочем мимолётно, и думаю, тотчас же вспомнила о бабушке. - Оставайся, уже совсем поздно, и эти твари везде бегают. А вдруг что случится? Мне одной страшно, останься пожалуйста. Ну хоть до утра, пока всё не кончится.
        -Думаю, это теперь долго не кончится.
        -Почему? А может, идём на кухне обсудим, извини пива нет, я не пью, но есть классный клубничный компот попьём, не хочу тут, - она печально показала на лежавшее под клеёнкой тело.
        -Ну, идём. Я тоже не люблю пиво.
        -Правда? Хотя слушай, давайка сначала помоемся, у нас есть немного воды в тазике, полотенца, да ты не стесняйся, воды не хватит, сотри грязь полотенцем, я потом всё постираю.
        Я оставил автомат на диване, и мы прошли в ванну. Вода была холодная и её было мало, пришлось, как и говорила Женя вытираться полотенцами, но оставаться таким грязным я тоже не мог. Когда я закончил, она перенесла на кухню всё ещё горевшую свечку и разлила по огромным бокалам клубничный компот. Сели мы на пол, конечно окна были плотно занавешены, но говорят пуля дура, а тут всё же хоть и решётки на окнах, но первый этаж.
        -Так почему это всё долго не кончится, - она задала вопрос как-то робко.
        -Ну, на востоке то власть взяли китайцы, теперь воевать с ними, поэтому...
        Разговаривали мы с ней долго, сидели, потихоньку пили компот, хотя наверно как то необычно для нашей страны...
        -...А бабушка стояла около окна всё смотрела, я спать легла, потом вижу выбежала куда-то, я быстрей одеваться, только подошла к двери тут взрыв...
        -...Я продавцом работал, у одного местного, как началось, прибегаю к зданию УВД, или МВД, не помню как там, а там ...
        -...А родители у меня были коммерсантами, их какие-то бандиты убили, я ещё маленькая была...
        -...Учился в аэрокосмическом университете, мечтал ракеты строить, потом...
        -...Нет, с парнями у меня что-то не складывалось, ни с кем, все пьющие, курящие, не могу с такими общаться, ужас какой-то. Зато я два иностранных языка знаю, и рисую хорошо...
        -...А мой, отец, да в сбербанке работал...
        -...А вот бабушка... Она была диспетчером на Байконуре...
        Мы в тот вечер долго говорили, обо всём о чём только можно. Хотя вернее сказать, той ночью, а часа в четыре утра легли спать, оба на кухне. Никто не хотел спать рядом с мёртвой Марией Георгиевной Гордеевой. Женя постелила два спальных места на кухне, всё же мы с ней были людьми правильными, не в первую же ночь вместе спать. Я только сейчас стал замечать какая же она красивая. Нет, на ней не было макияжа, на лбу была пара прыщиков, волосы короткие, и грудь не очень. По современным меркам совсем не топ модель, но у неё красивое лицо и голос напоминающий шелест осенних листьев, по моему она самая чудесная девушка из всех, которых я когда либо встречал. Засыпал я спокойным и счастливым, никогда ещё себя так не чувствовал, даже дома, тем более, мне кажется она не из тех, всех. Эта девушка, словно моя вторая половинка, лучик света в слишком хмурой действительности.
        Утром я проснулся от того, что кто то рядом со мной топтался. Повернулся, в десяти сантиметрах от моего носа стояла Женькина босая нога, на ней играл лучик солнца, посмотрел на верх, получилось заглянуть ей под юбку. Но она конечно была в нижнем белье, ничего сверх аморального.
        -Эй, не подсматривай.
        -Да я никогда, как меня можно в таком заподозрить, всё в монастырь однозначно.
        -Вставай лежебока, уже одиннадцать. Тут бутерброды, газ всё ещё не дали, ничего нормального приготовить не получится, извини. Запивать опять компотом.
        -Да за что извини то.
        -Ну как, встал мужчина, на столе пусто, стыдно.
        -Домострой сдаём на отлично?
        -А ты думал.
        -Ты ещё и готовишь?
        -Ещё как, вот дадут газ, свет, или хоть что-нибудь, придёшь в гости, попробуешь. - она на секунду замерла, словно ждала ответа.
        -Приду, обязательно попробую, как пригласишь.
        -Ладно, хватит болтать лежебока, вставай, всё уже готово.
        Я быстренько оделся, вещи были чистыми, ну почти, как будто их не стирали, а основательно обмели щёткой, и вообще все следы вчерашней грязи куда то пропали. Сделал пару шагов по квартире, огляделся. Помню же, в коридоре было грязно как в свинарнике, теперь чисто, даже автомат чист, только клеёнка в зале, печальное упоминание.
        -Пока ты дрых, я тут снег растопила, только, вот отопление взяли, ждать пришлось долго, пока растает. Ну убралась, а то жутко грязно было.
        -Понятно, наткнулся я на жуткую зануду.
        Я подошёл к ней, стоявшей около стола сзади, обнял и поцеловал в щёку. Потом, перешёл к бутербродам.
        -Сам ты зануда, не оставлять же всё так как было в конце концов.
        -Ну что займёмся делом. Где моя большая ложка.
        Ложки конечно не было, пришлось есть бутерброд руками. Спустя пятнадцать минут, как не растягивай а завтрак закончился. Просто так сидеть у неё дальше было как-то неправильно, возникло ощущение, что пора уходить, пребывание было как то логически завершено, поел попил, почистился.
        -Слушай, мне надо сообщить двоюродной сестре о Марии, телефоны и даже сотовые не работают, они живут в паре километрах отсюда. Надо как-то её похоронить.
        -Да, я пойду.
        -У тебя наверно тоже дел по горло, надо узнать как там родители, домой сходить.
        -Да я и собираюсь.
        -Только ты вечером обязательно приходи ладно? Поможешь похоронить, посидим, поговорим.
        -Я приду, всё хорошо, счастливо тебе.
        -Кстати, если что моя фамилия Гордеева. Счастливо.
        -Да я понял, всё будет нормально.
        Будет ли, после такой ночи? Выйдя за порог последний раз взглянул на Женю, развернулся и пошёл, что называется куда глаза глядят. В принципе куда идти было не важно, дома то у меня нет, свернул за угол и гуляй. Только вот ей признаться, что у меня дома нет никаких сил наверно не хватит, но придётся, этим вечером, обязательно, разгребутся похороны, перестреляют китайцев и всё будет хорошо, хотелось бы верить. История со мной и впрямь невероятная приключилась, чушь какая-то, вышел из дома, и как наваждение сняло. Отношения какие-то с ней завязал на ходу, не ночь а сказка какая-то, только похоронные команды на улицах увы не сказка, и автомат Калашникова на плече, и разрушения от стрельбы из тяжёлых вертолётных пулемётов на соседней улице. И вот эта неубранная мёртвая русская девочка, что валяется около обочины дороги, тоже не сказка. С другой стороны, что тут сказочного, у женщин же просто рефлекс на героев, на таких вот вежливых правильных молодых мальчиков с автоматами смело защищающих родину. Так и должно быть, просто предстал перед ней в выгодном свете, вот ей и захотелось любой ценой мне
понравится, чуть больше обычной правильности, завуалированное кокетство, и вот я уже без пяти минут её парень. Может быть она даже в меня влюбилась.
        Делать было нечего, для начала я решил зайти к Ахмеду, узнать что и как, не знаю зачем, просто посидеть радио послушать, потом, может он автомат купит? Какое-то время я шёл по улице, озирался по сторонам, все озирались на меня и мой автомат. Неожиданно, где-то недалеко раздалась новая ожесточённая канонада, раздались звуки мощных взрывов. 'Да сколько можно'. Я естественно как всегда побежал узнать, что случилось, спрашивается и зачем мне это сдалось? Пробежав метров триста, я обнаружил, что за очередным поворотом улицы, метрах в пятистах шёл бой, точнее не бой, а обстрел одного из рынков. Среди железных вагончиков рынка метались какие-то многочисленные фигурки, их ожесточённо расстреливало несколько танков, бэтээров и рота солдат с автоматами. 'Блин, кретины, эти же не в чём не виноваты'. Меж тем сделать я ничего не мог, тех кто расстреливал отговорить было бы сложно, да и не успевал я уже до них добраться, долго ли выпустить в такого противника боезапас? Я мог только наблюдать, как падали подкошенные фигурки китайских женщин, детей и всех тех, кто составлял население местного вещевого рынка.
Людей истребляли глупо, бесцельно, ни за что, из злобы, так поступать нельзя, это же не клопы, а люди, со своими чувствами желаниями, жизнью. Наверно такие расстрелы сейчас проводились по всей стране, расстреливали не за то, что виноваты, а за то что китайцы, или просто глаза узковаты. Варфоломеевское утро какое-то, после гугенотской ночи. Хотя с другой стороны, а кто их просил приезжать, жили бы у себя и всё. Конечно, они тоже люди, им кушать хочется, но и мы люди, и нашим детям хочется. Их приезд наша гибель, жалко, живые, дети, женщины, с одной стороны нужно быть добрым, щедрым и гуманным, но не ценой жизни собственных потомков. Может и не нужно их так расстреливать, они люди, но и пускать их сюда к нам не нужно было, а им ехать.
        Добравшись до ларька Ахмеда, я обнаружил на его месте одни головёшки. Хорошо, что я ушёл, а потом побежал воевать этой ночью, а то бы наверняка погиб. Судя по отверстиям покрывающим почти всю территорию площади, и ошмёткам ларьков, эту территорию основательно обстреляли из пулемётов. Мимо проезжала машина с военными, я услышал:
        -Ну ка останови.
        Оглянулся, грузовик остановился, с него спрыгнул рослый мужик в форме и направился ко мне.
        -Эй, парень, сдавай оружие, я понимаю оно везде теперь валяется, но приказано реквизировать, ни пистолетов, ни автоматов, ничего населению не оставлять. А то ходят всякие, подбирают.
        -Что ж, раз приказано, забирай, без проблем.
        Мужик подошёл, снял с меня автомат, за ручку вынул из кармана пистолет и забросил их в кузов. Судя по звуку, там за бортиком уже лежала небольшая горка таких железных предметов. Мне же ничего не оставалось как идти дальше, хотя я не особо и жалел об оружии. Если понадобиться, его и так сейчас не сложно достать. А боевые действия похоже уже прекращались, разобрались с узкоглазыми на удивление быстро, всем миром били, как и они всех. Каждый бандит, пьяница, продажный милиционер, все против них ополчились, хотя быть может не все решились выйти на улицы, но себя защищали с оружием в руках. А его в нашей стране пруд пруди. И вообще, судя по всему китайцев было не так уж много, отряда три может быть. Не заметно, много оружия в страну всё же не ввезёшь, просто напали неожиданно, в новый год, когда все до последнего спиваются, а на постах остаются считанные единицы, поэтому долгое время им никто и не мог дать сдачи. Зато все рынки в ответ зачистили вплоть до последнего корейского ребёнка.
        Побродив по городу ещё час, наткнулся на человека развешивавшего интересные объявления: 'Всем лицам призывного возраста ( от 18 до 40 лет ), срочно, в независимости от места проживания явиться в призывные пункты, по следующим адресам... Пройти военную проверку, получить удостоверения о пройденной проверке и указания о том, когда и в какую часть надлежит явиться. В стране вводится военное положение, все лица не имеющие специальных удостоверений, начиная с четвёртого числа будут арестовываться до выяснения личности и обстоятельств, в случае отсутствия причин не явки в военкомат, проступок приравнивается к дезертирству, виноватый зачисляется в штрафные батальоны'. Круто однако, я понимаю, сейчас по стране хаос, но призыв к четвёртому это через край. Если сегодня второе, значит у меня полтора дня, это могло вылиться в проблему, документов то у меня нет вообще никаких.
        Я подошёл к листовке, оторвал одну из полосок с адресом, засунул себе в карман. Теперь можно отправляться к Жене, сообщить ей безрадостную новость, помочь похоронить бабушку, провести с ней несколько дней и потом попытаться легализоваться в армии. А что касается регистрации, думаю её лучше всего проводить завтра вечером, чем позднее начну, тем позднее закончу, тем на поздний срок мне назначат отправление в часть, тем позже моя часть примет участие в боевых действиях, а это сильно уменьшает опасность погибнуть в первых рядах.
        К ней я дошёл минут за пятнадцать, но дома её не оказалось, было около часа дня, а мы всё же договорились встретится к вечеру. Пришлось сесть на лавочке у подъезда, и поджидать её возвращения. Мимо меня постоянно пробегали люди, что-то куда-то таскали, пару раз даже просили меня помочь, я конечно не отказывался, помогал проверял не вернулась ли Женя, и продолжал ждать. Вообще, на улице царило не обычное оживление, многие куда-то уезжали, лишь бы не идти в армию. По разговорам я так же понял, что идти защищать родину никто не хочет, и вообще многие похоже не считали Россию родиной, а относились к ней, как к месту жительства, не иначе. Все только и обсуждали как бы увильнуть, сидеть ли целыми днями дома, уехать в деревню или тяжело, тяжело заболеть. Сказывались последние годы нашей славной родины, чеченская кампания, дедовщина, общий страх мужского населения перед армией, а перед воюющей русской армией и подавно. Хотя с другой стороны, сегодня люди приводили улицу в порядок, убирали трупы, кто-то возился с разорванными линиями электропередач, а так обычно никто и в собственном подъезде подметать не
решится. Разве что договорившись об очерёдности с соседями, или за деньги.
        Женя пришла к пяти, привела с собой какого то мужика с парнем, представившихся дядей Юрой и Степаном. Как оказалось, Юра был мужем младшей двоюродной сестры Марьи Георгиевны. Мы пол вечера провозились с похоронами, пришлось съездить за город похоронить безо всяких почестей и гроба. Особых финансовых средств у Жени не было, ни о каких нормальных похоронах, в условиях, когда за ночь погибло несколько десятков тысяч человек не могло быть и речи. Даже за самый дешёвый деревянный ящик требовалось отвалить кругленькую сумму. Какую, мы даже не пытались интересоваться, её величину можно было предположить исходя из длинны очереди к гробовщику. Так что бывшую диспетчера Байконура, пришлось закопать в чистом поле, рядом с кладбищем, так многие делали. Ей ещё повезло, что её хоронила не похоронная команда в общей могиле, засыпая яму экскаватором, как хоронили многих, буквально в ста метрах от нас, а мы с Женей и её родственниками. На её могилке хотя бы поплакали, пусть только Женя, и поставили подобие деревянного надгробия с табличкой и букетиком дешёвых, не известно как найденных в этой неразберихе цветов.
        Женя заплатила своим родственникам тысячу пятьсот рублей, как бы в благодарность за помощь. Чувствуется родственнички это были те ещё, хотя наверно у них своих проблем было по горло, и девушке пришлось таким образом уговаривать их потратить на себя время. Вечер и половинку следующего дня мы провели в разговорах, довольно замечательно, только пытались не вспоминать о бабушке и том, что мне придётся идти регистрироваться в часть. Девушка умела замечательно переключаться, и не думать о плохом, хотя у нас было так мало времени, не до плохого. И вообще эти два дня были одними из самых счастливых в моей жизни, в принципе раньше всегда чувствовал себя чужим почти в любом обществе, ну не люблю я пиво, и пить тоже, а тут...
        К середине следующего дня заработало радио, телевидение до сих пор молчало, видно нашу инфраструктуру основательно потрепали. Хотя думаю за недельку другую наши всё восстановят, а въезд диверсантов впредь не допустят. Мы внимательно слушали всё, что сообщали. В новостях постоянно повторяли, что войны с Китаем не будет, всё это террористы, не имеющие никакого отношения к китайскому правительству. 'Поднебесная глубоко сожалеет о восстании своих угнетённых на территории России граждан', 'Фронт с восставшими стабилизировался по линии Красноярск Абакан', 'По всей территории РФ, сопротивление противника подавлено, боевые действия продолжаются только на территории Томска'. 'Правительство спешно готовит крупные части для отправки на восток, с целью ликвидации восстания'. 'Президент РФ уверил западные гос-ва, что поставки энергоносителей будут продолжаться в прежнем объёме, поскольку основные источники газа и нефти лежат северо восточнее границ восстания'. 'Нато потребовало от Китая прекратить поставки вооружений в восточную республику'. 'Камчатка с нетерпением ожидает прибытия Американского десанта, для
защиты региона от восстания'. 'Несмотря на обещания продолжения поставок и целостность нефте и газопроводов, цена за баррель нефти на Лондонской бирже взлетела до 70 долларов'. 'Президент сообщил, что переговоров не будет, мы будем воевать и победим'.
        Она меня не провожала, я сам так решил. Зачем ей толкаться на призывном пункте с солдатами, мне и самому будет не спокойно. Пусть уж лучше сидит дома и всё будет в порядке, а я вернусь, обязательно, я же обещал, вот только всё закончится. Я оставил ей триста долларов, она отказывалась, но я объяснил, что в городе проездом, а в армии у меня их наверняка отнимут, а ей они очень пригодятся. Где-то полтинник у меня всё ещё оставался, хватит. Мы простились, поцеловались, и она закрыла дверь. Я бодрым шагом отправился на приёмный пункт, внутри я был счастлив, как то всё определилось и устроилось, хотя вроде бы мир и рухнул. Отвоюю, вернусь сюда и всё будет в порядке, с любимым человеком можно жить хоть в однокомнатной квартирке, хоть где.
        Я посмотрел на часы, было семь вечера, мог бы посидеть подольше, да зачем? Часом больше, меньше, главное вернуться, а с получением военного удостоверения ещё могли возникнуть проблемы. Решать их в самый последний момент не хотелось. Надо было ещё и сам военкомат найти, хотя вот он, совсем не далеко. Двух этажное здание местного районного военкомата я нашёл почти сразу. Местами на здании виднелись пулевые отверстия, местами рамы были слишком новыми, вероятно его обстреляли, но здание не горело. Надеюсь персонала под новый год там не было, но когда я зашёл, меня встретили не одни голые стены, хотя по идее именно через сутки после начала кампании на востоке персонал должен был появиться, и только начать свою деятельность. Ещё раз стоит отметить хитрость подлых китайцев, начавших операцию не одновременно, а именно в разное время, чтобы максимально замедлить нашу реакцию, поразить пришедший после отдыха на работу стратегически необходимый персонал. Внутри никакой толпы призывников не оказалось, ни одного человека мужского пола от 18 до 40. Я спросил у шедшей куда-то мимо меня по коридору женщины лет
тридцати:
        -Вы не подскажете, где приёмная?
        -В армию?
        -Да.
        -Пройдите метров десять прямо, дверь направо. А вообще их тут несколько, только наплыва военнообязанных не наблюдается.
        -Совсем?
        -Да нет, было несколько десятков человек за два дня, а так, приходят люди, видят никого нет, ну и разворачиваются и уходят, всех в штраф бат не припишешь. Трусливое вы поколение, и вы валите домой молодой человек.
        -Обязательно.
        Что-то меня кольнуло я прошёл десять метров и не стучась вошёл в дверь приёмной. Слева от меня за столом сидел невысокий лысый коренастый мужик, лет пятидесяти, справа старая толстая женщина. Обстановка приёмной была скажем прямо небогатой, один древний советский заставленный бумагами шкаф, древний стол и ободранные кресла, в которых и развалилась приёмная комиссия. И всё это на фоне крашенных краской стен, даже в коридоре и то как то всё было лучше отремонтировано.
        -Да ладно вам, Ольга Владимировна, мы контроль над дальним востоком потеряли ещё в девяностых, просто никто об этом не задумывался, не надо было позволять...
        -Здравствуйте молодой человек, вы регистрироваться?
        -Да.
        -Ваши документы? - старуха похоже обрадовалась, видно посетителей тут было совсем не много.
        -Есть одна проблема... - я помялся.
        -Выкладывай, мы слушаем, поможем если что.
        -Я под новый год ехал в поезде в Ростов от бабушки, и меня обокрали, украли документы, деньги и всё остальное.
        -У вас было какое-нибудь звание, военная кафедра?
        -Не было.
        В принципе если бы сказал, что было они могли бы начать проверять, это было не допустимо. Лысый тяжело вздохнул:
        -Вы хоть своё имя и фамилию помните?
        -Конечно. Николай Станков, родился в г Ростове, место жительство Ростовская область, ул Ленина дом 14, кв 16. - я подумал и добавил - этаж второй.
        -Ладно, верю. Слушай парень, мы тебе поможем, во все документы пробьём, паспорт дадим, правда не сразу, пока удостоверение. А документы ты после службы восстановишь. Но такое дело.
        -Да, - я оживился, с чего бы дядя добрый волшебник решил оформить на меня паспорт Николая?
        -У нас первая партия готовится к высылке, через полтора часа, ты сейчас тут бегаешь, все документы мы тебе наскоро оформляем, и ты сразу в поход, по рукам?
        -По рукам. - обидно, не увижу больше Женьку, но мы же с ней уже обо всём договорились.
        -Что ж, иди в третий отдел, я сейчас туда позвоню, они тебя запишут куда надо, потом скажут что дальше, а ко мне тебе в последнюю очередь...
        Ну я и побежал, сделали мне всё кстати очень быстро. Обошёл штук десять кабинетов, в каждом мне сразу что надо поставили, делать принимальщикам было нечего, желающих посетить военкомат не было. В последнюю очередь, спустя пол часа, уже с небольшой кипой бумаг, подтверждающих существование некоего Николая Станкова, ввалился в кабинет приёмной. Лысый старичёк принялся заполнять какие-то последние бланки. Потом протянул мне удостоверение, уже со вклеенной туда моей фотографией, распечатать на принтере цифровое фото не сложно, сделали за 3 минуты.
        -Ну держи.
        -Спасибо.
        -Спасибо потом скажешь, как отслужишь. И смотри у меня, сбежишь по пути, всё аннулирую. Точнее просто не пошлю на до оформление, и не получишь паспорта. А служить особо не бойся, вас же не на фронт посылают, а в учебку, и готовить вас там будут минимум недели две, а потом пошлют не на фронт, а где-нибудь в тылу порядок поддерживать.
        -Есть. Ну я пойду.
        -Ровно через час в вестибюле этого военкомата, быть.
        Я вышел и тут же направился к ней, дойти до её дома десять минут, обратно столько же. Можно провести с ней ещё пол часа, ещё раз поцеловать в губы на прощание. Хотелось поймать каждую минуту.
        Глава 6: Томск.
        Ровно без пятнадцати девять я стоял в холле военкомата и ждал, когда же все соберутся. На пороге здания собралась не большая толпа провожающих, но их внутрь не пускали. Тем не менее они смотрели на парней через стёкла дверей и махали им руками, одна тётка всё время пыталась проломиться внутрь и кричала своему Ванюше, чтобы он дурак одумался, но её не пускали, остальные вели себя более достойно, хотя подозреваю, многие из присутствующих были очень низкого мнения об интеллекте тех, кто можно сказать добровольно согласился идти в армию. Между нами ходил тот лысый мужичёк и недовольно записывал прибывших, а их к этому времени набралось человек десять. Первая партия, остальные опаздывали, но время от времени кто-нибудь новый всё же подходил. Спустя пол часа, когда нас набралось человек двадцать пять:
        -Взвод, слушай мою команду, в кабинет четыре за обмундированием, шагом марш.
        Мы прошли в кабинет четыре, где нужно было сдать в камеру хранения все свои вещи, получить и переодеться в форму. Часы и деньги я конечно сдавать не стал, а засунул в один из закрывающихся карманов. Вообще солдатская форма оказалась неожиданным сюрпризом, в ней было полно удобных кармашков, а толстый материал был более чем удобен для носки.
        -Блин, а я вот денег взять не подумал, боялся отнимут, а надо в натуре было просто в карман засунуть и всё. Кстати меня Костяном зовут.
        -Меня Николай, - я протянул руку.
        Вообще мы довольно быстро перезнакомились друг с другом, ещё в раздевалке. Практически все из присутствующих оказались студентами, у половины из которых китайцы убили любимых девушек, или ещё кого. Отморозков среди нас похоже не оказалось, хотя жизнь покажет, с другой стороны ни один отморозок не пойдёт в армию добровольно, а тут вроде бы оказались самые правильные и сознательные. В общим познакомились мы сразу, тем более, что переодевался взвод долго, почти час, форму то выписывали всем по очереди, и автобус за нами похоже так и не пришёл. Мы даже успели не только познакомиться, но и обсудить общее политическое положение в мире и то куда нас пошлют воевать, и пошлют ли вообще.
        -Взвод, стройся, грузовик приехал.
        Мы все выбежали обратно в вестибюль, нас опять посчитали, а потом посадили в подъехавший прямо ко входу крытый газ. За погрузкой наблюдал тот лысый, и ещё двое солдат грузовика, водитель. и его напарник или помощник. Внимательно следили за тем, чтобы никто в последний момент не струсил и не дезертировал.
        Ехали мы долго, часа три, за это время порядочно продрогли. Несмотря на то, что на улице было где-то плюс два, сидеть в великолепно вентилируемом, не отапливаемом кузове, в довольно лёгкой форме было не слишком тепло. Зато за это время мы ещё основательней перезнакомились друг с другом, договорились, что если кто будет пытаться разводить дедовщину, мудаков сразу все коллективом бьём, и в части стоим друг за друга горой. Обсудили и положение в стране, судя по разговорам, все присутствовавшие здесь были редкими патриотами, никому не нравилось воровство в высших эшелонах власти, разбазаривание природных ресурсов, и общий грабёж нашей земли.
        Тренировочный центр располагался где-то километрах в ста двадцати от Саратова, в степи, где не было ни души. Как нам объяснили, всех тренировавшихся здесь, сразу после начала диверсий разослали по городам. Базировавшийся здесь ранее полк готовился уже месяц, и вполне мог преступить к ведению службы. Также нам объявили, что мы будем проходить здесь подготовку в течении двух недель, после чего будем распределены по указу министерства обороны.
        Под проживание нам выделили один из двадцати шести местных бараков, жутко тесный но зато со всеми удобствами низкого солдатского качества в виде туалетов и грязной холодной воды в водопроводе. После приезда все так устали, что сразу завалились спать, тем более, когда мы закончили раскладываться было примерно два часа ночи.
        -Взвод встать, пошевеливайтесь вашу мать. Всем построится на плаце. Через три минуты.
        'Ну началась жизнь в казарме'. Я как мог быстро застелил кровать, напялил форму, и на ходу застёгивая пуговицы поспешил на выход. Спустя минут пять мы уже построились. И какой-то человек в форме и погонах, вероятно наш командир зачитал нам:
        -Взвод, смирно, - все вытянулись кто как умел, хотя наверно не все имели представление о военной дисциплине, - слушай важную информацию. В связи с критическим не до набором частей, и тотальном срывом мобилизации, от командования был прислан указ о вашей сверх краткой подготовке. Несмотря на то, что никто из вас раньше не служил, на подготовку отведено всего трое суток, в течении которых, вы будете быстрыми темпами изучать устройства автоматов, проходить огневую подготовку и ещё ряд минимально необходимых учебных дисциплин.
        По строю прокатился не понимающий шумок. Три дня это не реально малый срок, мы конечно не самые бестолковые из вояк, но за это время ничему не научишься. Да никто и не планировал идти в бой через трое суток.
        -Краткий анализ ситуации показал, наша родина находится в очень тяжёлом положении. Боеспособность частей крайне мала, мобилизация недостаточна, и невозможна, многие военкоматы и их персонал не работоспособны, сознательность граждан слишком низка. В последние сутки также возросла террористическая активность на наших южных границах, погибли или потеряли боеспособность многие восточные части. Мы даже не можем организовать наступленье на восточную республику. А меж тем она стремительно усиливается, Китай поставляет ей вооружения и военных инструкторов, самих солдат. Призванных солдат нашей страны катастрофически не хватает, тем более, мы вынуждены держать крупные силы на западе для поддержания порядка в европейской части страны и защиты топливных магистралей в Европу.
        По взводу прокатился ещё один недовольный шумок, зря офицер упомянул топливные магистрали. Никто не хотел их защищать, почему то даже самые умные студенты, считают, что запад без нефти обойдётся, никому только в голову не приходит, что если начнутся сбои в поставках, отношение к России резко ухудшится.
        -Так что, готовьтесь товарищи от таких как вы, зависит слишком многое.
        Ура, ура, ура, никто конечно не прокричал, не маленькие уже, и популярные речи на таких не действуют, зато у нас есть гражданское сознание того, что мы нужны своему отечеству. И не важно что наше государство предпочитает корейских и узбекских рабочих, но не нас, а все деньги и ресурсы вывозит за рубеж, откладывая высокопоставленным чиновникам и олигархам на чёрный день. Главное то, что наш час пробил, вот мы и пришли в тот обстрелянный военкомат. Может кто-то обвинит нас в том, что нас мало? А кто в этом виноват, кого надо обвинять? Меньше надо было дырок молодёжью затыкать, слать в Афганистан, Чечню, не надо было снижать олигархам налог до 13% и ниже. Каждый дорогой Мерседес, купленный заграничный клуб челси, разворованные 70% средств министерства образования, каждый отличник платник и не имеющий жилья студент, всё это привело к тому, что нас тут сейчас стоит 25, а не по 10000 в каждом лагере. Во сколько раз можно поднять стипендию в одном университете, если просто взять и поделить его цену на студентов? И опять на нас вся надежда, послать ручеёк затыкать последнюю дырищу на восточном фронте,
пусть уж и двадцати пяти русских не останется, из Узбекских грузчиков ведь получатся лучшие учителя в университетах, чем из студентов. Поэтому им и платят сейчас больше, и в армию их не призывают, и в принципе у них обязанностей меньше.
        -Взвод налево. Шагом не многим вон к тому корпусу марш.
        И началось. Общую физическую подготовку за три дня не пройдёшь, и шагать толком не научишься, этому к счастью додумались и не учить. Все три дня были посвящены армейской дисциплине, порядку получения приказов и совершенствованию навыком обращения с АК74. Взвод видно решили формировать сразу, как нам объяснили пулемётный, каждому назначили его специальность, объяснили как действовать. Мне выдали пулемёт Калашникова, и я какое-то время учился собирать его и разбирать, также дали немного пострелять. Сложнее вышло с водителями, БМП в лагере не было, и им всё объясняли по учебникам, хорошо хоть у них были гражданские права. В общем свои обязанности за время подготовки мы уяснили не плохо.
        Что касается остальных курсантов, то только к седьмому января привезли ещё одну партию, сразу из двухсот человек. Как я понял, эти уже попали сюда не по своей воле, и командование приказало возиться с ними подольше. Они должны были обучаться по той же программе, что и мы, но уже неделю. К счастью нашему взводу пообщаться с ними так и не удалось.
        Утром восьмого января нас построили на плаце, погода была солнечной, на небе не было и облачка, командир зачитал боевой приказ.
        -Боевое соединение, укомплектованное добровольцами в вашем лице признано элитным, - по взводу прокатились смешки, - предполагается наличие высоких моральных ценностей у людей пришедших служить добровольно. В связи с этим, ваш взвод назначается министром обороны милицейским. Вы получите стандартное пулемётное вооружение, но ваша основная задача поддержание порядка на возвращённых территориях, пресекание мятежей в армейских подразделениях, и расследование случаев бандитизма военных. - потом командир печально добавил.- К несчастью первый же опыт войны на востоке, и наведения порядка на европейской части России показал, что не всегда наши военные поддерживают свою дисциплину на достаточно высоком уровне, особенно в ситуациях ослабления власти офицерского состава, например в зоне боёв с мятежниками, где наблюдается сильное падение организации в действиях армии. Поэтому, вас и назначили милицией, не подкачайте ребята.
        -Так точно.
        -Ваша задачей будет поддержание порядка на территории приграничной к Томску. Сейчас город окружён, большинство жителей его покинуло, но до сих пор не удаётся взять его под контроль. Численность наших войск недостаточна, враг многочисленен, а применение тяжёлой техники в городских условиях крайне затруднено, не в последнюю очередь по причине возможного нахождения в городе некоторого количества мирных жителей.
        Прямо с плаца, мы стали грузиться в грузовик, наше вооружение должно было встретить нас на месте. Часа четыре ехали в кузове, обсуждая, куда же нас угораздило попасть, некоторые спали. Я сидел и думал о всякое ерунде, например о том, что такая ситуация как сейчас в стране не допустима, и надо что-то менять, а то мы все ко дну пойдём, но с другой стороны как менять то?
        В самолёт мы грузились прямо с грузовика, большой транспортный ан-24. Здесь уже с нами грузили какие-то пулемёты, бочки с топливом и множество боеприпасов. Один из наших поинтересовался сколько лететь будем, ему сообщили, шесть часов. При этом никому не дали сходить в туалет, не покормили, просто почти сразу погрузили как самобегающий груз и всё. Так нас голодными, не отдохнувшими и отправили, хотя кормили в лагере всё же тоже не очень, такое есть не всегда хотелось даже на голодный желудок, но пища была свежей, просто дешёвой, много перловки гороха, различных каш, не слишком вкусное, но здоровое питание. А тут вообще не кормили, хотя четыре часа это конечно ещё не голод, но последний то раз кормили вчера вечером, а не четыре часа назад! И многие из нас обоснованно боялись, что в самолёте кормить не будут и подавно. Так в принципе и случилось, да ещё как назло в том секторе где мы летели очень плохо работала и лишь одна из десяти двенадцати необходимых лампочек. Так что пришлось лететь в почти полной темноте, и самое главное, через пару часов полёта, в салоне стало жутко холодно. Конечно, мы были
в тёплых костюмах, но лететь шесть часов, при температуре минус десять приятного мало.
        -Я слышал в Томске сейчас жуткие морозы стоят, наши части как немцы под Москвой вымерзают.
        -Про вымерзание я не слышал, а что касается морозов, так всего минус тридцать, там и похолоднее бывает.
        -Эк, всего минус тридцать! При минус тридцати себе всё отморозишь, посидишь минут пятнадцать и кранты.
        -И с китайцами также, им тоже холодно, быстрее кампанию закончим.
        -Да они все в домах сидят, костры жгут.
        -Мы тоже, пригороды же заняты.
        -Не знаю, мне как-то, что там у них, а мне вот уже здесь холодно.
        -Сам вызвался.
        -Да знаю. Просто говорю, хреново дело, сидишь тут неподвижно, не размяться ничего, мёрзнешь себе.
        Все очень боялись, что нас собьют, говорили, что китайские диверсанты бегают по окрестностям со стингерами и ловят самолёты на посадке. Но нас пронесло, наверно хорошо, что в Томск мы прибыли в четыре утра, никто не видел и не ждал посадку. Когда створки открылись на итак уже основательно замёрзших, голодных людей обрушился просто собачий холод. Плюс ко всему, всё происходило в почти полной темноте, о свете видно никто вовремя не позаботился, хотя подозреваю, что и о нашем прилёте никто никого специально не предупреждал. Хитрость военных, они то знали какие системы радиоперехватов стоят на японских китайских рациях. Выгружать всё заставили нас же. С одной стороны все мы были в перчатках и ватных куртках, с другой всё же наши костюмы явно, были совершенно не приспособлены к тридцати градусному морозу. В них можно было нормально чувствовать себя в десять, но не в тридцать градусов. Да мы ещё до этого сильно замёрзли. Так что уже спустя пять минут я понял, что попал в ледяной ад. Хорошо хоть кто-то из командного состава сжалился и мы разгружались не до конца, а минут пятнадцать, потом пришла другая
смена. Прозвучала команда:
        -Взвод 247 отставить разгрузку, за мной.
        И какой-то офицер провозил нас в тесные ещё не отогревшиеся казармы. Правда это уже было помещение, и температура в нём поддерживалась на уровне минус пяти, да такая толпа как мы должна была сама со временем надышать. Бельё нам не выдали, покормить после одиннадцати часового перелёта не покормили, просто сказали всем спать и всё.
        -Ладно, хоть не на снегу положили.
        -Реально, условия к чёрту.
        -Никто ничего себе не отморозил.
        Каким-то чудом никто не обморозился, наверно из-за того, что разгружались мы всего пятнадцать минут. Задержись на улице ещё минут на двадцать, и предположительная боеспособность подразделения сократилась бы вдвое. Что касается меня, то ужасно ломило ноги и руки пальцев, но за ночь я надеялся отогреться.
        Утром нам дали отоспаться, приказали выходить только ближе к двенадцати. Как всегда построили на плацу. Воздух был тих и спокоен, небо серое в тучах. Теперь я кой как отогрелся после ночи и уже так быстро не замерзал, но есть хотелось всё сильнее. Какой то офицер как всегда задался разъяснением наших обязанностей:
        -Слушай мою команду. Ваша часть поступает в распоряжение девяносто третьей дивизии. Оружие и техника будут выданы в пол первого, после получения всего необходимого вы немедленно направляетесь своим ходом в расположение дивизии.
        -А кормить будут?
        -Разговорчики, всем молчать, все вопросы по общпиту предъявлять в расположении дивизии. - в ответ на это мы подняли недовольный гул - Товарищи солдаты успокойтесь, ваше расположение находится на расстоянии десяти километров отсюда, если вы поторопитесь, то сможете пообедать уже часа через два. Здесь же в аэропорту нет специализированной столовой.
        Иными словами не было столовой для нас, зачем кому-то тратится, указ же по поводу кормёжки не поступал. А не быть столовой в принципе, в армейской части конечно не могло. Но куда деваться мы пошли получать своё снаряжение. Кстати, вопреки фильмам и байкам об армии, кривых пулемётов нам не выдавали. Техника и вооружение были старыми, но никем не использовались ранее, вероятно какой-то стратегический запас. Всё работало, и уже через час три машины БМП нашего пулемётного взвода шли куда-то на север к Томску. Командиром взвода был назначен какой-то офицер из местных, меня это мало пока ещё волновало, я то бы пулемётчиком в третьей машине. Спустя минут тридцать пути, вдоль дороги появились различные строения, я понял мы въезжаем в Томск. Всё вокруг было основательно разрушено, похоже тут поработала тяжёлая артиллерия и авиация. Несколько раз мы огибали сгоревшие БМП и тяжёлые грузовики. Встречалось, на дороге валялись трупы наших, очень давило на психику. Скорость передвижения резко замедлилась, под снегом начались какие-то невидимые ямы. Машины в принципе их довольно легко преодолевали, но теперь
пришлось ехать медленно. Примерно через час пути мы прибыли в штаб дивизии. Мы довольно долго сидели в своей машине, ждали приказа, когда нас расквартируют и накормят. Спустя минут пятнадцать ожидания, к нам подъехал блок горячей кухни, и прямо на улице начали кормить. Мой помощник Сергей заметил, что могли бы покормить где-нибудь в помещении, другим тоже не понравилось есть на улице. Действительно, в такую погоду каша к тарелке примерзала. Подбежал какой-то солдат:
        -Вы что кретины очумели здесь так стоять, а ну живо в БМП, щас шмальнут кого-нибудь из окна и дело с концом.
        -А что стреляют?
        -Ещё бы, постоянно из-за развалин только так, вам ещё повезло, что сейчас никто не сидит. А то вчера всё утро стреляли, только кто высунется, сразу очередь, и не понятно откуда, троих наших положили твари.
        От такого заявления стало как-то не по себе, все тут же стали озираться по сторонам и попрятались по своим местам. Я полез на своё место пулемётчика, сзади донеслось:
        -А если они нас например из РПГ-7В?
        -Да у них гранатомётов нет почти, только стрелковое...
        Тем не менее я твёрдо решил, лишний раз из машины лучше не выходить. Действительно, если вокруг бегает полно плохо вооружённых китайцев меня запросто могут снять из-за очередной кучи с мусором, а пока в машине, вроде в безопасности. Жизнь наверное всё же дороже возможности погулять. Спустя пятнадцать минут вернулся командир приказал отвести машины к ближайшему остову одного из зданий метрах в десяти и ждать распоряжений.
        Делать было нечего сидели прямо в машинах, грелись из печки постепенно прожигая запас солярки. Играли в неизвестно как добытые кем-то карты. Восемь человек в одной БМП, как шпроты в консервной банке. По идее БМП машина максимум на четверых, обычно половина отделения сидит сверху на броне, но не оставлять же товарищей на уличном тридцати пяти градусном морозе. А в машине где-то ноль. Если одеться потеплей можно обойтись и без помещения. И вообще, как я заметил, Томск край холодный, все постройки разрушены, здесь наверно не найдёшь сейчас и на десять километров вокруг ни одного по настоящему тёплого помещения, разве что комнатки генштаба. Здесь же даже землянку не выкопаешь, везде сплошная вечная мерзлота, нагреешь в такой комнате воздух выше ноля, будет болото. А построить на скорую руку что-то, способное выдержать тридцати градусный мороз, как же местные жители, ума не приложу, куда делось всё население города?
        Ночь прошла просто отвратительно. Во первых меня о сих пор мучал голод, походная кухня покормила нас кой как, во вторых я жутко замёрз пока отходил, в третьих это просто не выносимо, когда вот так всё время на ходу, в одежде и постоянный мороз, чувствую уже порядком начинаю уставать. Утром наш командир получил приказ наступать в составе батальона, я слышал как кто-то пытался возмущаться, мы де милицейский взвод. На что руководивший нашим взводом майор, резонно заметил, что если кому-то что-то не нравится ставка рядом, пусть идёт и доказывает это генералу. Но по моему всё правильно, милиция Томску сейчас не нужна. Здесь такие условия что и следить не за кем, никто не дезертирует, не дойдёт пешком и не доедет до дома на БМП по тридцати градусному морозу. И грабить здесь тоже никто не осмелится, во первых нечего, артиллерия и авиация проработали это место на славу. Первое время казалось же, что китайцы повсюду, погорячились, вот теперь вокруг одни руины. Во вторых никто не станет отходить от своей части, и даже просто не захочет вылизать из танка, БТР, или БМП, а то вокруг постреливают, правда как я
уже заметил редко. Части нашего взвода приказали идти пешими, мы же не торопясь поехали к северу, потом минут через десять пути встали и стали ждать. Что касается меня, даже не представляю, как те, что стояли на улице, простояли на морозе целый час. Хорошо, что как пулемётчик я сидел внутри.
        Часам к девяти началось, где-то дальше по дороге, на которой стояли наши БМП, причём довольно недалеко, но вне зоны нашей видимости затрещали очереди. Как и было запланировано, командир повёл редкой цепью четырнадцать человек в атаку. Мы вдевятером, оставшиеся в машинах просто сидели и ждали, оставить технику без охраны было нельзя, а дальше начинались такие завалы из кирпичей, что проехать не было никакой возможности. Стреляли довольно долго, но редко, причём звуки стрельбы всё удалялись, ни одного китайца за всё время я так ещё и не видел, хотя думаю, просто мне повезло. Если бы я был не пулемётчиком, а каким-нибудь помощником пулемётчика, санитаром или снайпером, бегал бы сейчас наравне со всеми, стрелялся бы с китайцами из АК74. Около трёх пополудни, когда мы уже основательно заскучали, пришла радиограмма из штаба перебазироваться. Мы развернули машины и вернулись к штабу, благо до него было совсем рукой подать. Бронетехника в таких условиях как здесь, штука вообще бесполезная, проехать то мы никуда не можем, зато уже почти пол бака за два дня потратили на обогрев. С другой стороны БМП, как бы
маленькая подвижная безопасная комната, куда можно залезть и погреться, больше негде.
        Ушедших тогда в атаку мы больше не видели, но на следующий день командование объявило о полном уничтожении противника на территории Томска, и начало вывод войск. Не знаю, возможно это даже было правдой, особых запасов дров и припасов у узкоглазых не было, выживать в тридцати градусный мороз их навряд ли кто учил. Думаю к девятому числу, когда мы тут появились, они и так сами почти все перемёрзли насмерть, а нашим солдатам оставалось только добить остатки. Потому и постреливали во время боя редко. Утром одиннадцатого я уже сидел в трюме самолёта летящего в Абакан. Там планировалось создать мощную наступательную группировку для начала наступленья на восток. Лететь было как всегда холодно, только в этот раз перелёт должен был занять не больше часа.
        Я сидел и играл со всеми в карты, когда самолёт вдруг неожиданно завалился на бок, удержаться мне не удалось и я грохнулся на левый борт, потом самолёт мотнуло в другую сторону, но в этот раз я уже удержался. К счастью тросы крепления ящиков выдержали и не лопнули. Я не на шутку испугался, остальные так же начали матерится, и орать 'что творится'. За бортом раздались еле различимые за гулом двигателей выстрелы, надеюсь стреляли не по нам. Сильнейшая тряска продолжалась ещё минут десять, в течении которой я уже ни раз распрощался со свой жизнью, но потом полёт вроде выровнялся, и мы пошли на посадку.
        Когда открылся трюм, многие вылетели из него бледные как сама смерть. В Абаканском аэропорту светило солнышко и было не так холодно, многие захотели вырваться из самолёта. Недалеко от нас матерился пилот.
        -Что случилось то? Почему нас так мотало?
        -Китайские истребители пытались сбить транспорт.
        -Какие, откуда, что за чёрт?
        -Да говорят древние какие-то, их на радарах вовремя засекли, но перехватить еле успели, бой вели уже около вашего транспорта. Выслали на перехват пару миг-25, сбили обоих только так, зря узкоглазые два самолёта потеряли. А вот если б сбили б ваш транспорт, вот жопа была б. Кстати поэтому вы дрова и мотались из стороны в сторону, чтобы уйти с их линии огня.
        -Да откуда у китайцев здесь истребители, отсюда до Китая тысячи три километров и потом, мы же с ними не воюем.
        К нашей толпе подошёл какой-то пилот, видно ему тоже хотелось поговорить об этом, может прихвастнуть чем-то:
        -Это не китайская армия, дальневосточники, китайцы им свои старенькие j-6, j-7 поставили, Китай же признал дальневосточную республику, теперь, наплевав на Европу ей всё поставляет.
        -Ладно, хоть официально с нами не воюет.
        -По сути те же китайские солдаты и воюют, едут через границу, технику поставляют, и никто ничего сделать не может, орёт Америка, трещит запад, но ядерную войну же с Китаем не начнёшь. Европа может разве что, также усиливать Россию.
        -Похоже, мы превращаемся в горячую точку.
        -Печально.
        -И Китай от наших ресурсов никогда не откажется, слишком большой кусок достался. И Европа нам не из благочестивых побуждений помогает, просто хочет себе наш газ, а не Китаю забрать. Твари они все. И ничего не поделаешь уже, мы же один из важнейших мировых источников сырья.
        -Вообще, не нужно было СССР разваливать, да плохо нам жилось, но хоть было бы будущее.
        -Нет, СССР тоже нафиг был не нужен.
        -А у меня дед...
        -Союз был государством на себя, он уже сгнил на корню, Россия должна быть великой, но не так. Просто сразу надо было как все идти, а не по уникальному пути.
        -Дерьмократ блин.
        -Россия не все, и как все ей не пройти, ни у одного западного государства нет такой границы, стольких соседей.
        -С географией нашей стране в натуре не повезло, мы ещё в школе проходили, нам чтоб уцелеть, надо выше всех прыгнуть.
        -А ну политики, строится всем, живо! Товарищ младший лейтенант, к технику.
        Никто и не заметил, как сзади подошёл какой-то офицер, но рявкнул он так, что все тут же напрочь забыли о том, как и что должно быть в России и решили ограничиться выбором собственного места в строю.
        -Слушай мою команду. Вещи к разгрузке, языками зря не чесать, там на восточном фронте каждый снаряд, литр керосина нужен, и как можно быстрее. Приступать.
        Мы тут же забегали взад вперёд, каждый нашёл себе дело, лишь бы не попасться под горячую руку. Потом отправились в какой то зал ожидания, и уже спустя пару часов на везли куда-то на грузовиках.
        В последствии я попал на тот фронт, который наступал вдоль транссибирской магистрали. Боевые действия мы вели вяло, да противник и не сопротивлялся почти. А зачем? Транссибирская магистраль длинная, узкая, наступали мы стабильно, но максимум по пол километра в день. В некоторые дни и ста метров не делали. Леса, мороз, холмы, глубокий и очень глубокий снег, и снова леса и жуткий тридцати сорока градусный мороз. Поломки машин, глохнущие двигатели. Китайская группировка толпилась в нескольких десятках километрах от нашей, не давала идти лесами и болотами. Быстрее всего получалось вдоль вала железной дороги, но и его китайцы постоянно срывали и минировали. И вообще, простейшая арифметика показывала, что такими темпами мы доберёмся до Иркутска дней так, тысяч через пять, лет через пятнадцать. Даже регулярные обстрелы китайской группировки реактивной артиллерией и авиацией успеха не приносили, слишком уж сильно она была рассредоточена. Зато пара неожиданных суицидных вылета китайских самолётов унесла тысячи жизней. Никто и не ожидал от них такой наглости, войска стояли плотно, как на параде. Десять
тяжёлых авиабомб, и... Хорошо, что я тогда был в стороне. И кстати самолёты были именно китайскими, и теперь уже не старьё какое-нибудь, а новейшие. Но смысл, мы учли ошибки, и два су-34 в небе, или одна установка с-300 наготове, и целые эскадрильи уже больше и не пытались приблизится к зоне наступленья нашей армии ближе, чем на триста километров.
        Спустя пару недель боевых действий началась хроническая нехватка топлива и артиллерийских боеприпасов, хорошо хоть от голода мы не страдали. А вот с топливом были реальные проблемы, раньше мы его жгли в печах, для обогрева машин, расход превышал все допустимые расчёты командования, и теперь его резервы видно подходили к концу. На движение колон ещё хватало, а вот люди начали хронически замерзать. Да и так мёрзли, обморожения были хроническими, мне ещё очень везло, я то всё время был в БМП. Но в начале как было, постоял на улице, помёрз, и в более менее тёплую, аля ноль градусов машину. Теперь же холодно было везде, внутри и снаружи, от сорока градусов не спасали никакие ватники, и огонь жечь также было не возможно, везде сплошные сугробы. К концу января наступленье заглохло окончательно. А ведь мы были единственным направлением, которое реально куда-то наступало по земле, остальные что. По тайге на машинах не по наступаешь. Местами высадили несколько десантов, по три даже четыре тысячи человек, и что. Ни техники, ни помощи, их либо уничтожили, либо сидели эти десанты сиднем, кого-то ждали,
китайцев то пруд пруди, наша авиация постоянное прикрытие над теми районами обеспечить не может. Улетят наши сушки, прилетит звено китайских j8, и вот уже летят в наш десант кассетные бомбы. Танков у дальневосточной республики, похоже, уже было не меньше, чем у нас. Так что десанты они давили за милую душу, оставалось только как мы, честно наступать своим ходом по земле, заранее предотвращая посредством тяжёлых орудий и реактивной артиллерии любые попытки противника дать организованный отпор.
        Вообще, многие из наших чертовски устали, из всех немного отъелся после Томска только я. Только теперь стал понимать, как хорошо быть пулемётчиком радистом в пулемётном взводе. Инженеры и сапёры день и ночь колымят на передовой, механик и водитель, каждый день по три часа копаются на морозе в моторе, решают проблему как бы завести эту дрянь и обеспечить работу печки. Те у кого нет места в машине также гребутся на морозе, а я сижу себе за пулемётом, дежурю. Иногда ещё меня просят перелезть к пульту, завести, но покидать тепло и уют родной бронемашины для этого не требуется, только нужду справлять морозно. Никто ко мне не придирается, я же ветеран из под Томска, у меня теперь даже орден святого Георгия есть, у нас ведь взвод попал в засаду, шестьдесят процентов вырезали. Знал бы кто подробности нашего полу дневного сидения. Но зачем уточнять, кроме нас девятерых их никто и не знает, совесть у меня чиста, приказов я не нарушал, кто же виноват, что я пол дня наступленья просто просидел в БМП, в километре от штаба? И орден меня уже здесь догнал, на великой русской транссибирской магистрали, не писать
же сейчас просьбу в Москву, чтобы меня 'Николая Станкова' его лишили. Да и вообще, в тех жутких условиях в которых мы находились не было и не могло быть ни свинства, ни дедовщины, тут каждый был матёрым воякой, либо трупом, либо героем.
        Меж тем, по радио доходили тревожные слухи об осложнениях на русско-грузинской границе, новых столкновениях в Чечне. Не виданном разгуле преступности в самой стране. Тотальном срыве военного призыва, массовым дезертирствам из немногочисленных тренировочных лагерей. Мне было даже как-то смешно и грустно, когда я первый раз услышал об этом, невольно даже пришла в голову мысль о последнем ручейке нашей молодёжи, не способной уже заткнуть очередную дырку наших политиков. Призвали последний русский взвод из двадцати пяти человек в Саратове, Самаре, в каждом городе по последнему взводу, самому последнему, и они пришли добровольно, сами, только потому, что на то, что кто-то из нас назвал нашей землёй, нашей ли? кто-то напал, и некому её защитить. И погрузили их в холодные, не отапливаемые трюмы самолётов, и отправили под Томск, Абакан, в ледяные поля битвы за Сибирь, и погибли они в китайских засадах, инженерных частях, погибли все те, кто сражался, а не пил пиво у себя дома. А теперь кто-то ещё удивляется, почему не идут воевать за Россию наркоманы, игроманы, классные парни с дискотек, авторитеты, зэки
и бандиты, узбеки, чеченские и грузинские криминальные диаспоры, и все те, кто почему-то не идёт в военкомат. Было выгодно, въезжали китайские гастарбайтеры, было выгодно въезжали граждане СССР с юга, было выгодно, вводили платное образование, было выгодно, открывали ночные клубы, было не выгодно, перестали платить стипендию студентам, хотелось девушкам гулять с крутыми парнями, они гуляли, стали модны ночные клубы в них ходили. Мерседес парня стал весомее оценки отлично по термодинамике, а девушка предпочла распущенного сына мафиози спокойному и доброму Инженеру, что ж... Теперь, даже Украина требовала какие-то кусочки причерноморского побережья, и уступили президент и гос дума. Можно только сожалеть об обидном выходе из союза Белоруссии, недовольстве снижением поставок энергоносителей на западный рынок. Хотя по моему, да и по мнению многих других наших сограждан, в таких условиях как сейчас, всего десяти процентное снижение поставок это ещё удача. Хотя с другой стороны, баррель нефти теперь уже стоил не шестьдесят пять долларов, как месяц назад, а все девяносто, и по мнению запада это было верхом
возможного, грозило тотальным дефицитом бюджета и вовсе не было заложено в экономическую программу на две тысячи седьмой год. В общем единственное сословие, которое от всего этого очередной раз сорвало дикую прибыль, это наши горячо любимые совсем не многочисленные олигархи, которым со времён отмены экспортного налога идёт процентов девяносто всей наличности от продажи нашей страны. В общем ситуация в стране всё ухудшалась, а мы передовики фронта, в первую очередь ощущали это на себе в виде тотального дефицита всего необходимого для наступления. Долго так продолжаться не могло, даже я стал задаваться вопросом, а что будет когда кончится последний снаряд, литр керосина, когда в ответ на очередной налёт китайской авиации уже не найдётся ракеты С-300. Тем более, что последнюю неделю, поставки всего прекратились вовсе.
        Пятого февраля пришло сообщение о подписании с Китаем мирного договора. Большинство военных это привело в настоящее бешенство. Как бы нам не было плохо, как бы не трещали тыл, но никогда ещё Россия, не заключала мир с противником, потеряв тридцать процентов территории. Ну положа руку на сердце, заключала конечно, в 1918ом например. Но кто в этом признается? С другой стороны, тогда мы не могли воевать, немцы наступали, а сейчас? Да плохо, голодно, но это же вшивая китайская армия, мы её давим на восток день за днём, у них нет шансов. Как не обидно, но мир был заключен, заключен не нами, заключен Европой и Китаем, олигархами и всеми кто пёкся о мировой экономической стабильности. Никому не было дела до мнения народа сырьевого придатка, до его желания и способности воевать до конца. Поставки энергоносителей должны быть стабильны, войны не допустимы. Запад решил, президент и главнокомандующий подписали, наверняка так трещала пресса и весь народ, хотя если подумать не всё так просто. Наверняка решение было не лёгким, и было сделано исходя из анализа ситуации в России и Китае. На самом деле не думаю,
что мы смогли бы наступать и далее. Китай то мог поддерживать такой темп сколь угодно долго, посылать новые и новые десятки тысяч добровольцев, да какие десятки, миллионы, и никаких сверх нагрузок при этом не испытывал бы, а вот наша полу развалившаяся экономика навряд ли бы смогла. На самом деле не все не популярные решения правительства являются следствием его предательства, тут мы даже вовремя и удачно договор заключили, иначе бы могли и всю Сибирь потерять. Просто, правительство у нас не слишком могучее и хорошо организованное, делает всё что может, но может не много. Плавает от компромисса к компромиссу, чтобы и все олигархи за границу не откочевали, и народ с голодухи не умер и вроде как не совсем мы развалились.
        Вплоть до седьмого мы совершали 300 километровый марш бросок на восток. Хорошо хоть на восток, наш президент видно как-то извернулся и выторговал территорию, а то могли бы и на запад. Китайские соединения больше не минировали дороги, мы стремительно следовали за ними, пока не вышли на линию новой восточной границы нашего государства. Здесь уже мне пришлось основательно погнуть свою спину на подготовке новых укреплений и блиндажей границы. За то я мог каждый вечер радостно слушать радио о том, что спадает напряжённость на южных границах, и вроде бы стабилизируется внутренняя обстановка в стране. Откровенно говоря, к концу января я уже начал бояться как бы не развалилось на части наше государство. Но теперь видно кризис мы пережили, надеюсь правительство учтёт ошибки прошлого, может быть скоро отменят военное положение и меня вернут на гражданку? Труд день ото дня становился всё ударнее и ударнее, самое интересное, за что все трудились, никто ведь не платил, и вроде бы угроза гибели государства отошла куда-то далеко. Правительство ежедневно рапортовало о восстановлении линий энерго и водоснабжения,
уровня жизни и обеспечения населения. Даже карточную систему отменили. Можно сказать, кризис был преодолён, теперь можно было и подумать о том, как бы насолить Китаю ещё, а то международных экономических санкция явно было мало. Тем более наше правительство видно искренне верило, что дальний восток на всё же вернут, просто из-за того, что за это яро выступал весь западный мир. Воевать с Китаем за него конечно никто кроме нас не собирался, но такое и не прощается. Наконец, двенадцатого нашу часть отозвали в Москву, запахло скорой демобилизацией.
        Глава 7: Революция.
        Мой, или не совсем мой, но тот на котором я летел, транспортный ил-28 приземлился в Москве в шесть тридцать утра. Когда наш взвод выходил из трюма было ещё темно, но уже приятно подуло в лицо плюсовым тёпленьким зимним Московским ветерком. Даже в трюме транспорта было от силы минус пять, здесь же плюс два, впервые за этот страшно долгий месяц я мог стоять на улице, и не думать о том, что у меня сейчас отмёрзнут пальцы в толстенных рукавицах, или будет обморожено лицо. Но несмотря на тёплый приветливый ветерок, само командование оказалось не приветливым, на нас что-то прокричали, типа того, 'что вы стоите уроды?' и заставили разгружать самолёт.
        Вопреки обыкновению никто нас не заменил, и мне пришлось проторчать на разгрузке как минимум час. За это время я только одно понял, ситуация в столице совсем не такая уж спокойная как сообщают в новостях. Иначе бы не прислали нашу часть с фронта, и самое главное, в трюмах наших самолётов не привезли бы ящики с оружием. Покормить нас после погрузки так же никто не удосужился. Вот этого я никак не понимаю, ладно не кормили под Томском, там провиант на чужих солдат жалко было переводить. Но здесь, столица, центр, никаких проблем с припасами, и тоже не кормят. Вообще почему-то в нашей стране к перебазирующимся солдатам относятся как к грузу, предполагается, что мы есть не должны. Я ещё понимаю, когда раньше призывники ехали в часть, их не кормили просто из-за того, что они из дома с собой месячный запас везли, но мы то с фронта.
        После разгрузки мы примерно час толпились в каком-то зале, ждали отправки на грузовиках. Кстати, тут я впервые и наткнулся на листовку какой-то партии 'Русского возрождения' призывавшей к свержению правительства и возврату восточной Сибири. Я то отнёсся к этой идее довольно скептически, отбить дальний восток заселённый минимум десятью миллионами китайцев нам навряд ли удастся, тем более, что народная республика стремительно укрепляет её оборонительный потенциал. И вообще это уже дефакто Китай. Так же у меня вызвал определённый скептицизм и призыв к чистоте русской нации, по моему сейчас русским уже никого нельзя назвать. Я конечно сам против приезжих, но позвольте, если человек приехал в страну тридцать лет назад, он уже русский. И вообще кого считать чистым, а кого нет? Тем не менее листовки вызвали неподдельный интерес моих сослуживцев. Написано было приятно и привлекательно, в духе всё русским и ничего иностранцам. Тем более, в последнее время многие всё больше стали задумываться о вредности приезжих, и необходимости ведения национальной политики, многие и разочаровались в том, что современное
правительство делает всё наоборот. Сам помню, как взбесился, когда министр по миграционной политике заявил в прямом эфире первого канала: 'Нужно делать всё, чтобы каждый приезжий имел возможность легко получить гражданство Российской Федерации'. Так что программа этой партии была просто маслом к хлебу.
        Часов в девять нас всё же соизволили погрузить в грузовики и отправить в какую-то часть, естественно так ни кому из нас и не сообщив куда мы едем. Однако, путь мы держали в столицу, многие солдаты уже шутили, что будут ходить в самоволку гулять на красную площадь. Я же уже понял, что ни чем хорошим нам приезд в столицу не грозит, войска поближе к Кремлю стягивали не спроста.
        Каково же было удивление солдат, когда грузовики отправились в центр, а потом выехали на красную площадь. Многие, мягко скажем, были сильно удивлены, не понятно зачем нас всех сюда везли, может быть на парад? Многие перешёптывались, пытались понять. Я здесь никогда не был, но всегда мечтал оказаться, тоже смотрел во все глаза, вообще сказать по правде, для меня лично увидеть рассвет над Кремлём было куда приятнее, чем коротать ледяные серые утра, с вечно облачным небом, в битве за транссибирскую магистраль.
        В воротах нас поджидал жёсткий пропускной режим. В начале было начали проверять на наличие оружия каждого, потом узнав, что в ящиках лежавших у нас в ногах, штабелями разложены автоматы АК-74 с полным боекомплектом, решили махнуть на нас рукой. За воротами оказался солидных размеров двор, под пристальным наблюдением тяжёлой турельки стоявшего недалеко БТР нам приказали построиться. Я не торопясь, щурясь по сторонам вылез из кузова и построился вместе со всеми. Перед нашим строем вышел какой-то высокопоставленный офицер, в новеньком с иголочки парадном мундире, я присмотрелся по внимательнее, три звезды без полосок, хрен знает что за погоны, точно могу сказать, раз без полосок не лейтенант. Между тем офицер начал речь:
        -Здравствуйте товарищи Сибирские герои, я генерал полковник Фёдоров Иван Дмитрич, наслышан о ваших героических подвигах, - даже на мой взгляд упоминать слово герой два раза было перебором, мы же не Кронштадские матросы, чтобы нас можно было с агитировать на что-нибудь такой примитивной броской речью, эх не уважают высшие чиновники советской закалки простых людей, а они сейчас стали гораздо умнее, чем раньше, - Я сразу хочу перейти к делу. Зачем вас вызвали как вы думаете?
        Довольно тупо спрашивать у роты солдат, что она думает, никто из нас даже и не ожидал такой цирковой выходки. Все стояли как бараны, генерал так и не дождавшись ответа продолжал:
        -В нашей стране сейчас сложилась тяжёлая предреволюционная ситуация. Все вы знаете, что положение на восточном фронте было аховое, не было ни частей ни боеприпасов, никакой возможности воевать, - вот в этом я не был уверен, конечно ситуация была не сахар, но если бы нам просто всё вовремя подвозили, мы бы ещё какое-то время Китайцев пожали. - Сейчас многие политические силы, тем не менее, обвиняют правительство в предательстве. Пытаются дестабилизировать обстановку в стране, и обещая народу возвращение дальнего востока пытаются прийти к власти. Вас всех привезли сюда, потому что вы лучшие, самые надёжные самые боеспособные части, воевавшие понимающие, что мир мы заключили с Китаем не просто так. Мы должны... .. Кроме того, ваша ежемесячная зарплата составит тысячу двести долларов.
        В общем он долго там ещё что-то говорил, увещевал, объяснял, что мы как истинные патриоты должны поддержать в трудную минуту своё государство и президента, но мне это было абсолютно не интересно, мысль я его понял, так стоял делал вид что слушал. Думаю, генерал слишком много раз повторял одно и тоже, говорил он всё правильно и верно, да больно нудно.
        После длинной и убедительной речи нам всем объявили, что отныне мы все входим в состав четвёртого президентского полка. Я даже удивился, уже четыре, много однако, раньше вроде всегда один был. Хотя кремль велик, все поместятся. Потом сразу после речи повели в столовую, где меня впервые за долгое время ждал шикарнейший по солдатским меркам ужин. На столе даже нашлось пиво и красное вино, видно нас стремились задобрить как могли. Всем и всегда нужны верные и надёжные части, только вот лучше иметь верный и надёжный свободный народ. А если власть начинает ради своего существования прибегать к силе, это говорит о многом. Хотя тут трудно судить наверняка, смутьяны бывают не только тогда, когда у власти одни бессовестные диктаторы. Пить я в этот вечер не пил, но поел в три брюха. Мои сослуживцы не раз звали выпить, но мне не до питья было, кончилось голодное время, ну что ж послужим пока президенту хуже не будет. Хотя с другой стороны, кормили тут как-то не правильно, гамбургеры из Макдоналдса, дешёвая пицца, всё равно не моё, хотя это гораздо вкуснее примерзающей на морозе к тарелке перловки.
        Сразу после обеда нас повели мыться, откровенно говоря давно бы надо, только. Я например весь не мылся больше месяца, наверно с тех самых пор как ушёл тридцатого из дома. Потом проводилась тотальная медицинская проверка, хотя скорее не проверка, а перепись наших качеств. На самом деле каждый второй из нас, по состоянию здоровья не должен бы по идее служить в армии, и уж точно не в президентском полку. С другой стороны, свою боеспособность мы уже давно доказали, и два моих ордена за битву за Томск и Транссибирскую магистраль красноречиво об этом свидетельствовали. Снова же, в битвах я как бы участвовал и нет, делал свою работу, а то, что те десять авиабомб упали на меня, что я не попал в те пятнадцать человек ушедших редкой цепью в Томске, это не моя заслуга, просто удача. Но теперь я стал элитой, и мог сказать на свои награды, я просто делал свою работу.
        В бараке после ужина все естественно сразу стали обсуждали как тут классно будет служить:
        -Блин, платят бешеные деньги, кормят, горячая вода.
        -Надеюсь, мы тут всерьёз и надолго.
        -Самое главное тут как бы и воевать не придётся.
        -А эти грёбанные листовки?
        -Да кому они нужны на...
        Проснувшись на следующий день, многие опять нашли на своих кроватях призывающие к бунту листовки. Вообще, если учесть, что листовки дошли даже сюда, дело пахло керосином, значит не зря нас сюда привезли и задабривают. О листовках было немедленно сообщено начальнику батальона, он прибежал и довольно быстро отнял большинство экземпляров. Хотя большинство уже успело прочитать их раз по пять. Суть сводилась к следующему, правительство нас предало, если так дальше пойдёт стране конец, необходима новая власть которая наведёт порядок, и тд, и тд... Может оно конечно и так, власть то необходима, только вот будет ли новая власть справедливей, сомневаюсь. Но по моему большинство солдат уже согласилось, что отдавать Сибирь было предательством, да их били трепали, они вроде бы знали как всё там было плохо. Но и тот кто на нас поставил, попытался купить, похоже тоже недооценил ситуацию на восточном фронте, не всё так уж там совсем плохо было, как командиры и журналисты жаловались. Не успели за месяц из нас боевой дух выбить, теперь большинство считало поступок правительства предательством изменой и тп.. Я уж
не говорю, что 1000$ можно и на гражданке из ларька выбить. Уверенности в том, что мы здесь пробудим достаточно долго, чтобы заработать с такой ставкой себе на жизнь тоже не было. В общем все давно хотели новое правительство, и не важно какое, лишь бы не из старых партий.
        В это утро, после листовок нас покормили, и видно командование пришло к выводу, что мы посидим в казарме. Хотя это было педагогически не грамотно, нужно было гонять нас по спорт залам, плацам и взде, где только можно, чтобы у нас побыстрее выветрилась из головы вся листовочная дурь. В казарме все тут же принялись обсуждать, стоит ли примыкать к восставшим? Или всем и здесь хорошо, мнения были самые противоречивые. Я в принципе решил примкнуть к партии, считавшей, что нам и у правительства под боком тепло, а за измену и наказать могут. Не скажу, что я разделял общее мнение моей группки. Мне то не хотелось революции, из-за того, что на мой взгляд, политика старого правительства была вполне верной. В такой ситуации, как сложилась, это был самый разумный из выходов, слишком уж сильно ударили диверсанты, и слишком прогнило наше государство, не до войны было.
        Часов в двенадцать к нам вошёл какой-то неизвестный лейтенант, приказал построится, хотя перед койками это было сделать ох как не просто и начал речь:
        -В настоящее время, в Москве уже началось восстание, многие и многие части нас уже поддержали, если вы будете гнуть линию правительства, вас всех уничтожит революционный комитет. Вы же настоящие патриоты, возьмите вместе со всеми контроль над Кремлём, закончите этот переворот безкровно, в самом городе, за стенами Кремля он уже совершён, - и уговаривал какое-то время в том же духе, все как слушали его как бы с интересом, и не шевелили и пальцем. Врёт, или не врёт, вот в чём вопрос, восстанем нам одни по шее дадут, не восстанем другие.
        В это время на улице раздались крики измена, пара выстрелов, потом к нам вбежал какой-то солдат со словами:
        -Ну, вы там скоро, мы уже закончили без вас. Президент арестован, только в шестнадцатом коридоре шестеро каких-то идиотов засели.
        Вопрос был решён сам собой, не пришлось даже посылать разведчика, чтобы узнать, врёт лейтенант или нет.
        Нам было приказано, до особых распоряжений оставаться в казарме. Тем не менее мы вышли и обчистили стоящие неподалёку шкафчики с оружием, на этом наше неповиновение и ограничилось. Просто в такие времена, как перевороты, у многих возникает желание ликвидировать тот или иной отряд солдат, мешающий чьим-то целям. Было бы лучше, если отряд был на этот случай вооружён.
        Весь день мы просидели в бараках, только время от времени прибегал человек, сообщавший нам очередной приказ, оставаться на месте, ничего не предпринимать. А вот революция уже давала о себе знать, нас никто не кормил, и даже электричество взяли, хотя уж где-где, а в Кремле по-моему это не допустимо. Здесь же расположен центр управления страной.
        Внутренняя обстановка внутри нашей роты мне также нравилась всё меньше и меньше. Вокруг нескольких уродов сложился целый небольшой коллективчик парней, которые уже пытались отдавать на право и на лево приказы и свинячить. Студентов среди нас было не так много, война кончилась, управления над нами не было, началось...
        Вечером, к нам забрёл какой-то отрядик волантёров покормить части. Они стали раздавать нам хавчик и соки. Мне сразу не понравилось поведение наших новый вожаков, они приставали к девушкам, сильно побили одного пытавшегося вступиться парня. Некоторые из наших солдат рычали на них и угрожали, мы все чуть было не передрались, отморозков много, но и приличных людей ещё осталось. Только жаль, что нормальные люди часто бывают туповаты, так сказать жизнью не учены, и слишком поздно объединяются. Всё закончилось довольно благополучно, волантёры свернулись и ушли, а с наружи за нами присматривало несколько революционно настроенных автоматчиков. Ссорится нашим с ними не хотелось, никто их не преследовал больше не пристовал, хотя и те посмотрели на выходки в меру сквозь пальцы. В принципе, возможно охранникам было пофигу, возможно они даже ни чем и не отличались от нашей братии. Разве что тем, что приехали ранее, и лидеры восставших лучше с ними успели познакомиться, сразу с началом переворота организовать из них патрульные отряды.
        Часов в одиннадцать к нам зашёл всё тот же офицер:
        -Вам приказано бросить на один из центральных офисов недалеко отсюда. Там засело около двадцати человек корпоративной охраны, вооружение пистолеты, ваша рота их быстро сомнёт. Помните, все вы служите своему отечеству, пришло не лёгкое время, не срамите себя.
        Особого дружного 'есть' не было, но мы повиновались. Уже через пять минут строевым шагом прошли мимо колокола и царь пушки, вышли из боковых ворот кремля. Марш к занятому зданию занял не более десяти минут. В столице мне сразу не понравилось, на улицах валялось полно трупов, не то чтобы совсем много, но сам факт того, что их никто не убирал говорил о многом. Системы жизнеобеспечения явно пребывали в полном ауте. На улице была ночь, но свет горел как-то уж слишком локально, я видел, что в районах вдалеке его не было вообще. Трудно это описать точнее, но город словно весь был пропитан полнейшей анархией. Я до сих пор не разобрался в программах революционеров, возможно они были даже сверх патриотичны, но то что творилось на улицах явно ими не предполагалось. И это ещё моё поверхностное мнение за пять минут. Они просто не учли того объёма скотства, которым пропиталось всё наше общество в последние годы. Во времена смуты и безнаказанности вообще, во многих такое свинство просыпается, что можно только удивляться, а уж в нашей современной молодёжи, взрощеной на вольном сексе и фильмах об
изнасилованиях... Взять хотя бы отморозков нашей роты, распустились, ещё с волантёрками, а те просто пришли покормить. Была бы часть чуть по распущенней, не обстрелянной, не было бы тут героев войны. Девушки получили бы массу долговременных физических ощущений, от многих соскучившихся по женщинам давно уже испорченных придурков. И навряд ли хоть кто-нибудь решился бы в такое время за них заступиться, за это часть наказать, военная сила то всем нужна, её задобрить нужно. А ведь мой однополчане ещё по моему последними отморозками не были, скорее просто наглой молодёжью, бывают гораздо хуже и злее. Всё же большинство из наших в момент начала этой кутерьмы были обычными призывниками.
        Около цели не стреляли, только человек восемь с автоматами и пистолетами держали под прицелом улицу и выход из здания. Само здание представляло собой двадцати этажный стеклянный комплекс какой-то фирмы, никогда не был в Москве и понятия не имею что там, но раз столько охраны, что то важное.
        -Значит так солдаты. В этом здании засело около двадцати человек охраны, вооружение плохое, лёгкое, вы их легко сомнёте. Они там сидят с самого начала переворота, вот уже почти сутки как, контролируют ситуацию... Сдаваться не собираются, по крайней мере в ближайшие пару дней, они верят в контр революцию, нам это здание нужно, и чем быстрее тем лучше. Приказываю, сломить сопротивление охраны, и взять здание штурмом, оборудование по возможности оставить целым. Первым пяти прорвавшимся к десятому этажу обещаю выдать звание офицеров, раньше вы были элитой, при новой власти вам ещё предстоит доказать элитность, подтвердите её сейчас. Помните, вы сражаетесь за родину, она на многое готова для своих героев.
        Я краем уха слышал, как ещё ведутся переговоры: 'Сейчас вам задницы подпалят, складывай пукалки, пошёл ты...' Судя по обстановке, до нас тут особо не воевали, кроме пары бездействовавших огневых точек, ни что не говорило о противостоянии. Разве что молодёжь активистов, собравшаяся за углом это так, вообще ни к месту. Наверно у нового правительства вообще было туго с нормальными войсками, вот и нас погнали.
        Атаковали мы спустя минут пять. Рота окружила здание широкой цепью, а потом центральные, и я вместе с ними пошли на штурм. Огонь мы вели прицельно, с расстояния метров тридцать, с другой стороны улицы. Сопротивляться у противника особо и не получилось, пара выстрелов из пистолетов с расстояния в тридцать метров почти ничего не решила, зато дружный залп очередью из пятидесяти стволов автоматов превратил всё входное помещение здания в швейцарский сыр. Тем более, что с нашей стороны было темно, а в здании стоял автономный генератор, и холл был не умно освещён. Похоже, никто из засевших внутри вообще подобной атаки не ожидал, что они ожидали не знаю. Мы перезарядили рожки, и все ломанулись вперёд, не знаю куда было торопиться остальным, что до меня, я порядочно приотстал, мы же перебили только охрану первого этажа, наверняка там ещё осталось три чёртовых дюжины охранников. Когда я только перешагивал разбитое стекло витрины, внутри уже слышалась интенсивная пальба, видно кому-то не терпелось доказать свою лихость. Первые пару этажей лестницы я преодолел также не торопясь, на них уже хозяйничали наши
солдаты и мне трусливому цыплёнку делать было нечего. И слава богу, потому что мне абсолютно не хотелось погибать за непонятно чьи идеи, по не понятно чьему приказу. Также мне было не понятно зачем вообще было брать это здание, резать корпоративную охрану, они бы что, сами не сдались? А вместо этого я вот теперь иду, и то и дело натыкаюсь на трупы ни в чём не повинных людей, изредка даже на наши.
        Этажа с пятого раздался крик женщины, я поспешил туда. Случилось то что ненавижу больше всего, в пяти метрах от входа на лестницу, та пара лидирующих отморозков насиловали чью-то секретаршу. Совсем ещё молодую девушку, кто же надевает в такое время белую рубашку и коротенькую юбочку с колготками? Один зажал ей рот, и держал, другой раз за разом... Бедная девочка могла только мычать и с ужасом смотреть в лицо одному из этих отморозков. Вообще, очень распространённая сцена времён анархий, такой кошмар начинается всегда, когда простым солдатам дают понять что они единственная безнаказанная опора правительства. Право силы, феодализм, какой бы благой не была цель революционного комитета, но ни при одном перевороте, этого избежать ещё никому не удавалось.
        Я решился, эти двое уже не первый раз себя так проявляют, скольких они ещё?... Ну, бывают такие люди, что поделаешь, их оставлять в живых просто не допустимо. И потом, даже если расценивать корпоративную охрану как комбатов, с которыми мы воевали, эта секретарша, в первую очередь женщина уж точно просто случайная жертва, а женщин надо беречь, особенно от таких. Я подбежал к этой паре, и воткнул насильнику в спину штык нож автомата. Он дёрнулся извернулся и попытался, дотянуться до своего ножа. Второй тем временем подался назад и схватился за свой нож, девушка упала куда-то в бок и стала отползать. Но раненый уже не мог действовать быстро, и развернувшись было ко мне передом, спустя пару секунд после ранения уже начал захлёбываться кровью из пробитого лёгкого, я двинул его штыком в лицо ещё раз. Он попытался рефлекторно закрыться руками, но не успел. Второй ругнулся матом, прыгнул было ко мне, но споткнулся о стул и ноги женщины, мне хватило этого, чтобы продолжая движение после удара первого штыком в лицо, двинуть гада прикладом в голову. Тот окончательно упал на четвереньки, и я добил его ударом
штыка сверху в шею.
        -С вами всё в порядке, они вам ничего не повредили.
        Но девушка ничего мне не ответила, она могла только плакать, видно совсем молоденькая, лет восемнадцать. Судя по всему, у неё был шок, она смогла только закрыться плакать застегнуть разорванную рубашку и сдвинуть ноги.
        -А ну солдат стоять, руки на стену.
        Я обернулся, это был один парень из нашей роты.
        -Ты что натворил, кретин, на кой ты их, идиот?
        -А ты не видишь, они её насиловали.
        -И что, тебе какое дело? Баран. Я тебя щас прям тут положу идиот.
        Я вспомнил, этот вроде их дружком был. Хорошо хоть сразу не пристрелил, хотя похоже он ещё сам не решил, что со мной делать. А вообще на улице так не принято, девчонки всегда ломаются, а вот убивать не хорошо. Потом, по идее вся рота товарищи, должны друг друга от всего покрывать, а я такой мудак, совсем не по братски...
        -Что тут у вас творится вашу мать?
        К нам подбежал наш командир, я печально посмотрел на девушку, сидит себе в уголочке хнычет и всё похрену. Нет, бы вступилась, пару слов сказала.
        -Я девушку защищал, эти её насиловали.
        -Какую?
        -Эту.
        Я показал влево от себя, командир подбежал поближе, заценил полураздетую девчонку. Она заползла под стол, обхватила ноги руками и постепенно увеличивала громкость своего рёва.
        -Красивая. Но, на кой ты их убил то?
        -Они сами меня пытались, но не смогли.
        -Значит так идиот, - командир, похоже, что то не хорошее про меня уже решил, - арестован, будешь отправлен в участок, там решат что с тобой делать. Я тебя тут расстреливать не хочу.
        Командир наш стоял буквально в пятидесяти сантиметрах от меня, а изначально арестовавший меня солдат уже опустил автомат. Я быстро и чётко вытащил из-за пояса командира его пистолет, и просто выстрелил ему в упор в голову, он только и успел, что повернуться, а потом сразу в лицо второму. Схватил свой калаш, и быстро с беспристрастным ко всему выражением на лице, пошёл вниз по лестнице, закрыв до щелчка дверь в комнату секретарши. Успел сделать шагов пять и тут же столкнулся с идущей вверх пятёркой наших:
        -Сань, что там?
        -Да так ничего, у меня срочное сообщение.
        И побежал дальше вниз, никто меня не останавливал. Должно быть они смогли открыть дверь слишком поздно, я успел выйти из здания и не отвечая ни на чьи вопросы направился куда глаза глядят. Несколько из наших человек, из дежуривших снаружи похоже заметили меня, и побежали в направлении моей удаляющейся от здания фигурки.
        -Эй, братишка, как там. Ты куда?
        Я посмотрел на них получше, скины, терпеть не могу. Это же надо было додуматься привлечь к перевороту такую молодёжь, она конечно активная, патриотически настроенная, оно и понятно, но вот что это за люди хоть кто-то подумал? Направил на них автомат, они тут же застыли как вкопанные:
        -Во первых, я тебе не братишка, далее задача выполнена, а мне нужно доставить одному человеку важный секретный пакет с документами. Так что гуляйте.
        -Да ты псих какой-то ладно, спокойно парень, нет проблем, мы же свои.
        Я тут же пошёл дальше, они постояли, поглазели мне в спину, и вернулись на свой пост. Слава богу пронесло, могли бы и докопаться, ничего бы хорошего не вышло. Вообще удивительно, что за мной никто не бросился в погоню, прошло минимум две минуты, а мне ведь пришлось не бежать, а просто быстро идти. Я прошёл ещё метров двести, невольно стал обращать внимание на то, что творилось вокруг. Везде было грязно, валялись побитые автомобили, расклеены листовки. Такое ощущение, как будто в этой части города пронёсся людской ураган, замесил всю весеннюю грязь, что была и ещё добавил от себя. Правда о людях судить было сложно, всё-таки сейчас была глубокая ночь и улицы были пусты. Тем не менее задача передо мной стояла простая и понятная, найти ночлег, да так чтобы меня кто-нибудь приняв за мародёра не пристрелил. Тем более, наверняка сейчас большинство граждан запёрлись в своих подъездах и пристрелят любого в военной форме, кто только заикнётся о том, чтобы его куда-то впустили. Побродив минут сорок по городу, основательно заблудившись, не найдя ни одной открытой двери в жилой дом, и ничего подходящего, решил
ограбить небольшой встретившийся по пути, ещё не тронутый продуктовый супермаркет. Не думаю, что сейчас, в такое время найдётся кто-нибудь желающий выехать на перехват по звонку, скорее всего уже не работающей сигнализации. Я просто разбил прикладом стеклянную дверь и вошёл, света не было, но и на улице совсем уж темно не было. Кой что из стоявшего на ближних к окнам полках можно было различить. Я взял под столиком кассира с десяток пакетиков, сложил их один в один по три, чтобы не разорвались, запихнул парочку в карман, и принялся заполнять две импровизированные тройные сумки. Взял себе фонарик, целую пачку батареек к нему, две зажигалки, набрал море самых разных чипсов шоколадок и соков, но этим пришлось и ограничиться, остальное было глубже, где темно, и не достижимо. Поел прямо в супермаркете, потом вышел с сумками на улицу. Подумал, вернулся и начал обчищать кассы. Открываться сами они не хотели, но штык нож штука классная, вскрыл быстро. Жаль, ни в одной из касс бумажных денег не оказалось, одно серебро. Десяти и пятидесяти копеечные монеты выкинул сразу, а вот одно, двух, пяти и десяти рублёвых
нашлось килограмма три, два тяжёленьких кармана. Наверно несколько тысяч мелочью, пригодится. Теперь надо было как-нибудь сменить одежду с военной на гражданскую. Для начала я просто срезал штыком погоны и нашивки кремлёвского полка. Ну теперь можно и за дранного курсанта, если что сойти. Блин, вот опять, ни с того ни с сего влип в какую-то сомнительную ситуацию. Опять убил уродов, теперь это конечно не сын смотрящего, но наверняка Николаю Станкову это припомнят, прямо как тогда. Служил бы себе в элитной части... Хотя нет, какая это элитная часть, снятые с фронта отбросы, не все но многие, в Кремлёвском полку то совершенно случайно оказались, так что в этот раз не жалко, и этих не жалко. А положа руку на сердце, и тогда было не жалко, всё равно это бы всё началось, таких истреблять надо, а не бояться, в этом и заключается защита родины. А если бояться, закрывать глаза, терпеть, будет всё как сейчас, даже хуже. Не меня трогают и ладно, принцип для трусов, обязанность каждого кто что-то может, сделать всё, чтобы такого не происходило. Часов у меня не было, сколько было времени до конца ночи я
представлял очень примерно, ну сейчас где-то час, побродив ещё пару нашёл небольшую книжечку с подробной программой новой власти. Прикинул, страниц пятьдесят, присел на скамейке в одном из двориков и решил просто посидеть.
        Достал из кармана фонарик, открыл книгу, стал читать. Первое, что мне не понравилось в новой программе, это статья о национализации ресурсодобывающих компаний, значит все русские капиталы утекут за рубеж и там останутся. Второе, это полу фашистская программа очистки нации от иностранцев, тоже здорово, у нас сейчас русских пол страны только, и то не понятно кто русский, а кто не очень, у всех родственники друзья, кто от кого чистить будет? Жёсткая борьба с коррупцией слова пустые, все с ней борются, кто-то лучше, кто-то хуже, а жёсткость не показатель эффективности. Некоторые пункты мне конечно понравились, например бесплатное образование, пенсии, расходы на науку, борьба с организованной преступностью, возвращение дальнего востока, но как то умалчивалось, на какие деньги всё будет осуществляться. И как вообще уговорить Китай всё вернуть, тем более, что он официально дальний восток как бы и не занимал. Там же восстание русских граждан, не начинать же из-за этого с народной республикой ядерную войну. Обещаний было много, и таких, какие всем бы хотелись, патриотических, но не понятно каким образом
осуществимых. Единственное, что было понятно, новое правительство не марионетка запада, во всяком случае если предыдущее не было марионеткой, то новое вообще от него не зависит, и весь этот сыр бор Европе совсем не выгоден, наверняка грозит сбоями в поставках топлива. Можно сказать одно, если новые глупить не будут, справятся с ситуацией, я буду очень рад.
        Просидев ещё несколько часов во дворике, пришёл к выводу, что наверно мне следует пробираться в Саратов. Конечно Москва это круговорот событий, но идти мне здесь было некуда, делать нечего, сидеть на лавочке смысла нет, а там Женя счастье и квартира. Значит надо пойти поискать вокзал, или для начала найти кого-нибудь, кто подскажет где он. Мне надоело сидеть, какой бы я не был уставший, выспаться здесь было не возможно. Взял свои пакетики и зашагал куда глаза глядят. Минут через пятнадцать наткнулся на куда-то спешивший патруль, наверно, первый за всю ночь, те подошли ко мне:
        -Кто такой, из какой части, куда идёшь?
        -Не ваше дело, - и красноречиво сняв с предохранителя, направил на них автомат.
        -Ты что братан? - парни видно такой борзости не ожидали.
        -Короче, я вокзал ищу, где ближайший? Домой свалить хочу, хреновый из меня революционер.
        -А что тогда автоматом пугаешь, спросил бы да и всё.
        -Вы ж не спроста ко мне подвалили, наверняка что-то хотели. Поймите меня правильно, никого стрелять не хочу.
        -Ну, в общем иди туда, - один махнул рукой, - километров пять отсюда.
        -Спасиб, держи.
        Я протянул одному флягу сока, мы расстались. Надеясь, что милиция не наврала отправился куда указали. Может и нагнали конечно, но всё равно куда-то идти надо, а врать им по идее незачем, а то что автомат на них направил, они вроде не особо обиделись, просто поняли, я человек решительный, лучше не докапываться.
        Спустя минимум час ходу по одинаково загаженным, не освещённым улицам, дошёл до вокзала. Повезло, не обманули парни, а то могли бы, просто так, назло. Но вот на вокзале никого не оказалось, даже патрулей, абсолютно пустое место, оставалось только попытаться дождаться утра. И я понял ещё одну вещь, похоже, что идти на вокзал было откровенной глупостью, поезда сейчас совсем не должны были ходить. Если уж в городе даже света нет, о железной дороге можно было и не мечтать. Посетовав не хорошими словами, про себя, на судьбу и свою глупость отправился в здание вокзала. Устал я до чёртиков, всё же не спал с раннего утра, а уже считай эта ночь кончается, да и событиями последние сутки были просто пересыщены. Прошёл внутрь вокзала, он конечно был не заперт, здесь около одной из стенок имелись очень удобные для сна лавки, на одной из них я и решил выспаться, идти то всё равно некуда, а тут почти уютно, во всяком случае чище, чем на улице. Поставил пакеты с хавчиком под скамейку, улёгся поудобней, положил голову на локоть и закрыл глаза.
        Глава 8: Правосудие.
        -Не сопротивляться!
        Мне заломили руки за спину и стали чем-то вязать. Я поднял голову, вокруг был полумрак, в окне невдалеке светил свет пасмурного дня. Посмотрел на право, двое каких-то солдат вязали мне руки, ещё небольшая толпа человек семь стояли рядом.
        -Да вы что очумели, что напали то парни?
        -Ты ведь дезертир так? Почему тут с оружием валяешься, документы.
        Ну да, конечно, пришёл какой-то служащий утром, проверять как тут вокзал, а я тут дрыхну с автоматом, полными мелочи карманами и продуктовыми пакетами под лавкой. Вот и вызвал горе силы правопорядка.
        -Да, у нас не понятно что с частью, разошлись все кто куда, понятие не имел что делать.
        -Бывает, вот мы и проверим, сейчас доставим в отделение, там тебя по спискам пробьют, может и отпустят. Только вот за мародерство ответить всё равно придётся.
        -Да ладно придётся, не пугай парня, за хавчик навряд ли кто расстреляет. Поругают и всё, главное чтобы не дезертиром был.
        -А что тогда? Да хрен знает, ну в штрафной батальон пошлют, маму до конца революции не увидишь. Ладно хватит тут валяться, поднимайся.
        Меня подняли за руки и повели, какой-то паренёк потащил за нами пакеты. Блин, столько чипсов и соков набрал, но видно не судьба мне принглс наесться. Вели меня за руки с обоих сторон, жёстко, но без всяких там толчков и издевательств, и то для нашей страны уже великий прогресс.
        -А зачем в штрафной батальон, разве где-то революция не взяла власть в свои руки?
        -Вроде везде взяла, но мы же скоро с Китаем воевать будем, дальний восток возвращать то как-то надо.
        -Классная идея, блин, мирились, мирились, теперь возвращать опять, а если китайцы возьмут да не отдадут.
        -Да ладно ты не ссы, ты знаешь как мы их гнали по Сибирской магистрали, по двадцать пять километров в день делали, месяц два, и китайцы мира сами запросят, у нас же авиация, техника.
        -Откуда мне знать, мне сблизи то не видно было.
        -Типа ты там воевал?
        -Да воевал.
        -И вы их не гнали?
        -Наступали и еле еле, а в конце вообще перестали.
        -Прорвёмся, теперь воровать меньше будут, нефть и газ Европе нужны, мы китайцев сделаем.
        -Хотелось бы верить.
        Меж тем, мы наконец добрались до того, что играло роль милицейского участка. Похоже, ещё пару дней назад это играло у местных роль школы, по крайней мере, убрать табличку 'гимназия' ещё не успели. Здесь было полно народу, причём таких пленных как я, также была целая куча. Всех вели под руки какие-то люди в форме, похоже временными милицейскими новое правительство назначало чуть ли не каждого желающего. Разумно в принципе, так можно быстро навести в стране относительный порядок. Меня подвели к человеку, сидевшему за одним из расставленных здесь письменных столов, и делавшему записи в тетради, здесь таких людей было несколько:
        -Ваши фамилия имя?
        -Александр Резцов, - я прикинул, что за Николаем теперь числится больше преступлений.
        -Дезертир?
        -Никак нет, вообще в армии не служу?
        -Откуда форма?
        -Случайно.
        -Эй, парень хватит гнать.
        Один из моих конвоиров протянул мои документы переписчику:
        -Николай Станков, рядовой, задержали на вокзале. Может, за ним что то серьёзное?
        -Ай, яй, молодой человек, зачем же вы врете. Как то подозрительно, скорее всего и вправду дезертир.
        -Не дезертир.
        -Зачем врёшь? Почему комбат, а застали на вокзале? Должен быть в части, сражаться за нас или против, вот узнаем чей дезертир.
        Мне осталось только прикусить язык, спалился блин. И самое противное, ничем хорошим мне это не грозило, наверняка на меня настрочили рапорт в стиле, предал, дезертировал, расстрелял товарища. В этот раз я совершил ошибку, от документов надо было сразу избавляться. Всё равно в этой стране они бы ещё долго не играли особой роли, зато, если бы у меня их не было, хрен бы кто доказал, что я вообще где-то служил, воевал, и кого-то убил. Ходил бы везде, бандит не бандит, никто бы не придрался.
        -Рассказывать что натворил, будешь?
        -Не.
        -Ну и чёрт с тобой, так, президентский полк, не хило. И что там могло случится? Я пошлю рапорт, ответят. А пока подождёшь в камере со всеми, хотя лучше бы тебе самому признаться, так быстрее.
        -Шли. Одинаково быстро ответят.
        Меня впихнули в перезаполненный всякими сомнительными личностями, когда-то детский класс, с решётками на окнах. Здесь было человек пятьдесят, на новоприбывшего никто даже внимания не обратил. Вероятно, новенькие тут были не редкостью, поди всех за пол дня согнали. Общество тут было самое разное, похоже здесь собрали и конкретных отморозков, и вполне нормальных людей. Была пара избитых мужиков в дорогих пиджаках, простые солдаты, какие-то бритоголовые отморозки и самые натуральные матёрые зэки. Наверно, все кто сюда попался решили побуянить в революционную ночь. Пожалуй, можно только поаплодировать революционному правительству, столько народу в первую же ночь отловили. Даже если половину не за что, потом отпустят, зато скольких отморозков придержали.
        Пара верзил посмотрела на меня изподлобья, но привязываться никто конечно не стал. Чудо я было страшное, весь грязный, в драной, рваной, изляпаной кровью военной форме. Совсем не похож на доброго безобидного парня, которым я был ещё каких-то два месяца назад. Сейчас, ни один матёрый зэк ко мне приставать не рискнёт, правда с другой стороны любая девушка тут же сбежит при моём появлении. Я особо не стесняясь прошёл к окну, пока шёл, один мужик слегка поддал меня плечом. Тут же получил от меня мощнейший удар в морду, и немедленно успокоился. Ни у кого не возникло ни малейшего желания, изучать мои боевые возможности дальше. Даже пострадавший мужик стал вести себя мирно, как ангелочек, лишь бы я не вспомнил про его существование, о сдаче не было и речи. Я сел за дальнюю парту у окна, и стал изучать сделанные на ней за долгие годы надписи, всегда интересно ознакомиться с детской фантазией. Только вот не понимаю, как можно оставлять совсем взрослые изображения эротических фантазий и шуток старшеклассников, читать детям по младше? Потом перешёл к изучению того, что происходило за окном, там приводили всё
новых и новых преступников. Наверно хватали каждого, у кого не было документов, или кто просто не нравился проходившему патрулю.
        -Эдак, они, молодой человек, нас всех пересажают.
        Я повернулся, ко мне подсел один из трёх одетых в дорогие пиджаки мужиков. Видно он хотел о чём то поговорить, не знаю почему выбрал именно меня, может я показался ему слишком крутым и он хотел стать моим другом?
        -Тех, кого надо в основном и сажают.
        -Ну, не всех.
        -Всех. - я своим равнодушным тоном, как отрезал, и не знаю где я так научился. Хотя в последнее время столько пришлось пройти...
        -Ладно, хорошо всех, - мужик поспешно согласился, - вы ведь из президентского полка? Я слышал, потому что нас как раз в эту камеру переводили, в другой били.
        -Что хотел? - наверно вопрос был даже чрезмеру резок, но меня поведение мужика даже забавляло.
        -Поговорить, просто поговорить. Слушай, что там с президентом, его не убили, и что там вообще творится?
        -Не знаю, мы всё время в казарме сидели, - я решил немного оттаять, - потом нас повели одно здание штурмовать, там я со своими поссорился и отстал.
        -Они всю Москву захватили, да?
        -Да всю. И, похоже, страну всю, и вообще мы все теперь в другом мире живём.
        -Жаль.
        -А мне нет, видишь всех присутствующих здесь уродов.
        Уроды искоса на меня посмотрели, но предпочли не заметить эту фразу. Мой непомерно крутой нрав уже успел себя проявить, а собраться в нормальные стаи они ещё не успели, проверять меня опять никому не хотелось, и потом, вдруг я паханом стану, что со мной ссориться?
        -Вижу.
        -Старая власть этих здесь собрать не смогла, а новая смогла, и избавится от них. Раньше они свинячили в три горла везде, и ни одному менту до них дела не было, а ты посмотри на улицу сейчас, постоянно новых ведут.
        -А мы при чём?
        -И мы тоже не сахар, я дезертир, ты, да что ты, тоже наверно что то натворил.
        -Выбираться из этой страны надо, здесь скоро такое начнётся, раньше то было... А теперь хоть вешайся.
        -Кому надо?
        -Всем нам, ты не понимаешь. И тебе и нам, а мы с тобой потом рассчитаемся.
        -Я то понимаю, а почему именно со мной?
        -Ты крутой, сразу видно, а нам помощь нужна. Потом, в президентский полк кого попало не берут, там психологический отбор и всё такое.
        -Тем двоим тоже?
        -Да и им, хочешь, мы с тобой контракт заключим, всё как надо оформим, будешь нашим наёмником, бежать поможешь, мы тебе потом скажем, - он сделал паузу - двадцать пять тысяч долларов заплатим.
        -Я подумаю.
        Так мы и просидели с мужиками до вечера, делать мне всё равно было нечего, сидеть скучно. А эти вроде образованные продавцы родины были. Они сразу выехать не успели, надеялись революция припозднится, все средства свои в швейцарский банк, или куда там ещё надо было, перевести не успели. У них тут ещё миллионы оставались, но что уж теперь поделаешь? Но и там уже много, лишь бы им кто-нибудь помог отсюда живыми выбраться, без охраны то они уже давно по улицам не ездили, что с ними будет. Вот и искали себе в помощь хоть кого-нибудь, лишь бы не совсем отмороженного. А если я их довезу живыми до любой Европейской страны, они мне уже и пятьсот тысяч евро готовы заплатить будут. Ну что мне терять было, согласился конечно, терять пока нечего, а так вдруг как-нибудь само собой всё получится, глядишь и Женьке новую дачу на южном побережье Франции куплю, а то и здесь всё образуется. Хотя Женьке, или может быть всё же Веерке? Даже не знаю, но пока что рано об этом, я сам то пока сижу в тюрьме, и жду когда моим тюремщикам станет известно, какой я бессовестный негодяй и убийца.
        За мной пришли вечером, просто открыли дверь и позвали по имени и фамилии, по моей новой конечно. На меня тут же надели наручники и подвели к тому писарю, мимо которого проводили ещё днём.
        -Ну что, вот и разобрались Николай Станков. Приказано, срочно, под охраной доставить в Кремль, для суда, и чего то там ещё.
        У меня даже ноги стали ватными, одно дело когда сидишь в такой неразберихе и надеешься, что на заявление о тебе отреагируют через два месяца, когда уже поздно будет, и ты ноги сделаешь из страны, и вообще уже богатым станешь. Совсем другое дело узнать, что кто-то в маленьком, именно твоём кусочке неразберихи разобрался, и именно в твоём деле, да не до конца, и тебя сейчас такого хорошего поведут расстреливать, а то и на что-нибудь похуже.
        -Да я ж не виноват ни в чём.
        -Ничего не знаю, на суде всё скажешь.
        Меня подняли за руки и повели. Влип блин, надо было сразу всё постараться этому комиссару объяснить, когда он сам хотел слушать, наверняка бы поверил, хоть проверил, нашли бы ту изнасилованную секретаршу, разобрались. Ну, самое страшное, впаяли бы сколько нибудь лет лишения свободы за глупость и всё, да и то не факт. Теперь вот ведут и не слушают, остаётся только надеяться, что смогу сбежать. Тем не менее, сбежать мне не удалось, вели меня в Кремль четверо, руки были связаны, держали постоянно. Я пробовал раза два рвануться, но не тут то было, даже вырваться не получилось, только по башке пару раз получил.
        До кремля мы шли минут сорок, не слишком до него отсюда далеко было. После неудачных попыток сбежать, я решил пока смириться с судьбой и идти прощаться с жизнью. Дышать осенним воздухом, дивиться на то, что трупы с улиц всё-таки убрали, и вроде запахло наконец весной. Только уж после больно холодной и кровавой зимы, зато пока я шёл, впервые за долгие годы не наткнулся ни на одну бойцовскую собаку без намордника, и ни на одного пьяного или трезвого отморозка, везде мотались патрули. С другой стороны это же Москва, а что твориться где-нибудь в Самарских переулках, кто знает? Может быть в десять раз хуже чем раньше было?
        В воротах Кремля проверили наши документы, конвоиры крикнули, что опасного государственного преступника ведут, меня впустили, а мои спутники убрались восвояси. После непродолжительного пути по двору и каким-то коридорам, провели в какое-то подобие тюрьмы. Один из охранников открыл клетку.
        -И долго мне тут в этой дыре сидеть?
        -Да кто тебя знает? До суда естественно, а это уж зависит не от нас. Как понадобишься, вспомнят.
        -Жаль.
        Меня молча втолкнули в камеру, закрыли и ушли. Я осмотрелся, клетка самая натуральная, древняя, лет сто наверно, и замок как в сказке, навесной. Сиденье, старая не крашенная серая деревянная лавка. Свет сюда просачивается из маленького открытого зарешечённого окошка моей клетки. Можно даже подтянуться наверх к прутьям, просунуть между ними руку поймать капельку начинавшегося на улице дождя, посмотреть на серое унылое облачное небо и стоящих на посту около выхода из ворот десяти солдат.
        Я какое-то время повисел на руках, посмотрел на улицу, потом сел и стал сидеть и думать о своей жизни. О том, что я делал не так, почему всё так тупо сложилось. Почему у меня ничего не получилось с Веркой, и зачем она вообще ходила на теннис. Почему ничего не получилось с другими, у всех же получается, а у меня нет, пришёл к выводу что и получается наверно не у всех. Просто кому-то везёт, кому-то нет, кто-то сразу после первой ломается, спивается, или просто становится обычным ничтожеством, а кто то идёт по жизни, мучается пытается бороться, хоть и бес толку. Вот я боролся, боролся, как мог, и что получил? А кто-то с кем попало, с кем успел, и в итоге всех девчонок под себя, и таких как Верка и плохих. Вообще, во всех моих бедах, проблемах других людей которых я знал, виновато государство, построившее на своей земле просто царство зла какое-то. Всё же страной должны править не толстосумы, а умные патриоты, иначе никак, глупые сами бед натворят, а толстосумам плевать на всё. Вот и докатились, и я докатился, слишком часто не уступал, гнул свою линию, или наоборот уходил без боя, когда запросто мог
победить, как тогда с Ленкой в полёте. Всё же жить только по принципам нельзя, необходимо ещё иногда думать о последствиях своих принципов. С другой стороны, если бы все жили по принципам, я бы сейчас тут не сидел и не ждал, когда за мной придут. Меж тем сидеть было не приятно, с одной стороны не хотелось проспать возможно последние минуты жизни, с другой последние несколько суток выспаться нормально мне всё не давали. Осталось только на всё плюнуть пристроится посреди лавки, стараясь не дотрагиваться до мокрой стенки, и заснуть.
        Сон был какой-то странный, в нём были Димка, Верка с Ленкой и та секретарша за которую я недавно вступился, они всё время что то делали, веселились и о чём то со мной разговаривали. Я никак не мог понять, что мы делаем, потом понял, космическую ракету. Потом в самый счастливый момент, пришли какие-то люди сильно смахивающие на Андрея и каких-то бандитов, всех забрали, а меня побили. Девчонки что-то кричали, но никто из нас как не пытался ничего не смог сделать, и вообще все мы ещё были дети. Я остался один в пустой тёмной комнате, только на полу валялось несколько пустых бутылок из под водки. Мне было горько, холодно, обидно и одиноко. Глупый сон.
        -Просыпайся, слышь ты.
        Я открыл глаза, чувствовал себя каким-то отдохнувшим, посмотрел на будившего меня охранника, быстро встал.
        -Идём.
        -Не многословно, нет бы, сказать доброе утро.
        -Парень, заткнись а.
        -Иду.
        На меня надели наручники, потом снова провели по каким-то коридорам, мы спустились по железной лестнице под землю. Снова, какое-то время шли по забетонированному коридору, потом вылезли на поверхность. Было ещё довольно рано, наверно часов девять, я посмотрел на восток, закат только разгорался, красиво, вдохнул запах мокрого весеннего утра. Конечно ещё только февраль, но всё уже тает, значит весна, как не хочется умирать. Дурацкий мир, кто-то лезет, а ты сам потом ещё и виноват, типа защищаться не надо было, везде право силы. В спину толкнули:
        -Идём, не зевай. Ещё насмотришься.
        -По аккуратнее. Если бы.
        -Время не трать.
        Наконец мы вошли в какое-то здание. Мои спутники показали свои удостоверения, мы прошли ещё метров двадцать по коридору, поднялись на третий этаж, и уткнулись в одну из дверей. Я прочитал написанную маркером картонную табличку: 'Зам директора службы гос безопасности'. Мой конвоир постучался, из-за двери крикнули: 'войдите'.
        -Тебе туда.
        Конвоир открыл дверь.
        -Проходи.
        Я вошёл. В кабинете за столом сидел матёрый знакомый мне лысый мужик из Саратовского военкомата. Я даже немного обалдел встретив его здесь.
        -О, привет Николай, как поживаешь?
        -Да вот расстрела жду.
        -А ты не жди, не дождёшься, хотели в начале расстрелять, а потом как разобрались.
        -Разобрались?
        -Ну да, девчонка та, за которую ты вступился зубами, клыками и когтями за тебя. А потом ещё и я подключился, так что на твоём деле сейчас подпись директора гос безопасности, оправдан.
        Я даже не поверил своим ушам, вообще-то последнее время я уже как бы начал смиряться, что меня расстреляют, причём в самом ближайшем будущем. А тут такое.
        -Посмотрел я на твои медали, за Томск, транссибирскую магистраль, теперь ещё и орден чести вот скоро дадут, да подумал. А не пойти ли тебе служить в наше ведомство, гос безопасность? Человек ты проверенный, надёжный, последним поступком вообще героем стал, хоть и молодой, а в жизни больше меня старого видел. Идём? Сразу полковником?
        -Почему сразу полковником то?
        -Народу с головой у нас не хватает, вообще беда, а ты парень нормальный. Итак, идёшь?
        -Иду конечно, - я не много опешил.
        -Лев Константинович Болотников. Генерал майор российской империи.
        Он протянул мне через стол руку, я её изумлённо пожал.
        -Империи? У нас вроде совсем демократия ещё недавно была.
        -Садись, - я присел - теперь империя, время смутное, нужна жёсткая рука, нашлась такая, порядок наведём, а то последние годы... Да сам всё должен понимать. С вчерашнего дня, шестнадцатого февраля, если ты дату забыл, была создана Российская империя.
        -Ну, хорошо, послужим империи.
        -Кстати, мне бы хотелось знать твоё настоящее имя, ведь Николай это ширма, так?
        -Александр Резцов.
        -Помню такого, резвый ты однако, слышал, завалил сынка... Эх, живут же в России люди, быть тебе генералом. А России великой.
        -Да быть, вы то как тут оказались...
        -Это долгая история... Ну на тебя то у меня пол часа найдётся.
        Мы посидели, обсудили, кто как жил, что делал. Мне выдали новые документы и назначение. За эти пол часа я узнал много интересного и пугающего меня. Например, о расколе с западными державами, угрозе их интервенции. Об объявлении войны восточной республике, как выяснилась к настоящему моменту война шла уже шесть часов, хотя конечно что они там навоевали будет не понятно ещё долго. Пугал и выход из состава России Чечни, Ингушетии и Дагестана, половины Кавказа, Калининград был временно возвращён под управление Германии, представляю. Хоть Россия и становилась империей, но возможности нового императора были предельно ограничены, проблем по горло, а головы на его плечах видно не было, один голый патриотизм. Ну, зачем например он в такое время начал программу чистки страны от нелегальных иммигрантов? Во первых их от своих не отличишь, во вторых это грозило взрывом обстановки в регионах и всеобщим хаосом. Финансовая система страны тоже была на дне, об этом мне бодренько сообщил Лев Константинович, они типа напечатали в столице новые деньги, а старые аннулировали, так удобнее. Я подумал, это грозит скорым
голодом в городах, и вообще чем только не грозит. Я уж молчу про отсутствие газа, электричества и снабжения топливом. Про производство молчу, его и раньше не было, не так обидно. Похоже, первые успехи в ликвидации последствий переворота, были случайными успехами. Быть может я конечно, что то не понимаю, но то что сейчас вводило правительство сильно смахивало на примитивную форму военного коммунизма. Хотя с другой стороны, этот пост революционной паралич явление в истории обыкновенное. Прежде, чем в новом гос-ве сложатся новые элементарные отношения между правительством и людьми, должны пройти минимум недели. И они будут очень тяжёлыми, особенно учитывая международную обстановку, дикий взлёт на энергоносители на мировом рынке, и груз всех старых проблем. Какие бы не были лозунги и идеи, любая революция шаг назад, и в тяжёлое время она не допустима.
        От Болотникова я вышел уже полковником, может грязным и неотёсанным, но уже с удостоверением. В течении часа решал вопрос получения нормальной формы, транспорта и денег на первое время. Счастье, что в кремле были богатые запасы старого правительства, пока ещё проблем с этим не было.
        Назначения я получил под Псков, там были беспорядки, возникала угроза со стороны Прибалтийских государств. Мне поручалось навести там порядок, и привести в боеготовность армию. На выполнение задание мне выдавался бумажный приказ, подписанный лично императором, вертолёт с полным баком и трое вроде бы прытких помощников. Не слабое задание для полковника, похоже людей у империи мягко скажем не хватало, по крайней мере в звене высшего управления. По улицам бегали сотни тысяч полицейских, многие были готовы немедленно и бескорыстно выполнять приказы, многие в последние два дня поверили в чудо, но поручить что либо серьёзное было не кому. Все управленцы, богачи, что управляли гос-вом разбежались, а те кто сейчас пытался им управлять вероятно это совсем не умели. Похоже, в ближайшее время народ сильно разочаруется в своём правительстве.
        Мы вылетели в направлении Пскова около полудня.
        Глава 9: Псков.
        Наконец под брюхом машины стали появляться домики Пскова. А то последний час я вообще уже стал сомневаться, что мы сегодня долетим, было уже шесть, два раза садились на дозаправку, реквизировали на гос нужды керосин с бензоколонок.
        Прилёт в Псков также ничего не решил, в том и прелесть хаоса, тут не было нечего. Здание мэрии города пустовало, никаких центров управления не существовало, в городе периодически постреливали. На самом деле моё назначение было глупым и бесперспективным, пустое разбазаривание средств, но раз прилетели, необходимо было с чего-то начинать.
        В здании мэрии нашёлся солидный запас ручек и бумаги, конечно здесь уже успели побывать мародёры, не одни и не один раз, но мукулатура с ручками, к счастью не входят в список ценностей. Я посадил обоих пилотов и своих помощников за составление листовок. По моему мнению было необходимо расклеить их по всему городу, объявить что власть вернулась, пусть люди приходят и служат. В объявлении указывалось, что ситуация тяжёлая, и кому-то необходимо явиться иначе на улицах так и останется хаос. Особенно нажимали на идею, что мы единственные официальные представители правительства, что жить без правил не возможно, и любая помощь нам, является помощью себе. В принципе это была просьба, а не приказ. Вечером мы все рассредоточились по округе, расклеили листовки, один из пилотов почему-то не вернулся. Его напарник порывался пойти искать, очень переживал, но я не пустил.
        Если убили, значит уже не поможешь, зато ещё кого-нибудь потеряем. Лучше подождать до утра, и посмотреть на реакцию жителей.
        На следующее утро я реквизировал оставшегося пилота и вместе с ним, отправился на вертолёте в то место, где раньше должна была располагаться ставка пятой, шестой и седьмой дивизий округа. Ещё при подлёте к военному лагерю, мы заметили, что там довольно пусто. Но стоило нам приземлиться на вертолётной площадке, как к машине тут же подбежал какой-то офицер:
        -Младший лейтенант Рогов. Назовите себя.
        -Полковник Резцов, особые полномочия, - я продемонстрировал удостоверение и указ императора, в ответ услышал.
        -Вы арестованы, мы не подчиняемся императору, - он махнул рукой, из-за одной из построек выбежало несколько солдат.
        -Ох, парни, что же так агрессивно, мы же все свои.
        -Потому мы вас и не сбили, а просто арестовываем для переговоров.
        -А без ареста никак нельзя?
        -Переговорите с генерал лейтенантом Гуровым, он сейчас километрах в 20 к северо-западу отсюда. Мы ему от радируем, он скажет как с вами дальше поступить.
        Минут через десять наша судьба определилась, к нам в вертолёт запрыгнуло трое солдат, и лейтенант приказал им проследить за тем, чтобы мы держали курс на северо-запад. Спустя десять минут мы уже садились в каком-то небольшом селе. Я посмотрел вокруг, ни следа цивилизации, разве что пара развалившихся коровников и ржавый трактор, и не поверишь, что ты сейчас находишься чуть ли не в центре восточной Европы, а в десяти километрах отсюда уже начинается Евросоюз. На встречу нам выбежало несколько грязных по ушки солдат, с автоматами на изготовку. Они провели меня по лужам, в какой-то старый потрёпанный деревенский домик с низеньким потолком.
        Я низко нагнувшись вошёл в горницу. Здесь стоял стол, на котором была навалена горка карт. Я представился:
        -Полковник Резцов, особые полномочия.
        Особо ни на что не надеясь, предоставил прочитать главнокомандующему лист приказа императора. Тот его подробно и скептически изучил, рассмотрел печать.
        -Откровенно говоря какой-то спектакль, фарс, не бумага а рисунок.
        -Так вот...
        -Но мы наблюдали на радарах откуда вы прилетели, я слышал что творится в Москве.
        -Там всё под контролем.
        -Ну да, ни горячей воды, ни электричества, ни связи с частями стратегического сдерживания ничего. Даже с нами и то нет связи. И кого прислали.
        -Кстати, несмотря на мой возраст я успел много где побывать, у меня три награды, так что не удивляйтесь.
        -Какие же?
        -За Томск, за транссибирскую магистраль и орден мужества.
        -Такой молодой, ну что ж, распоряжайтесь, давайте введу вас в курс дела, вы ведь здесь за этим?
        -Вы ведь не подчиняетесь его величеству, - я даже немного опешил.
        -Кто сказал?
        -Рогов.
        -А кому же мне молодой человек ещё подчиняться? Вы всё же правительство, надеюсь не худшее из тех, что было. Давайте приступим, обсудим что делать, - он скептически заметил, - вы мне что-нибудь прикажете, хотя лучше вам помолчать.
        Из разговора с ним я узнал, что НАТО ещё с конца января сконцентрировало по ту сторону границы мощнейшую группировку войск, но нападать они не торопились, следили за разрешением Русско-китайского конфликта. Со становлением нового, как бы не законного правительства, и прекращением российского экспорта углеродистых ресурсов, решение о вторжении было считай принято, по данным разведки Гурова, последние сутки шла интенсивная подготовка к вторжению, которое могло начаться в любой момент. Официально конечно на нас никто не нападал, НАТО просто собиралось навести на территории России порядок, прекратить усугубление гуманитарной катастрофы. В принципе это даже частично соответствовало истине, на нашей земле действительно был хаос, только мы вот не собирались утверждать за собой официальный статус колонии. Во всяком случае не собирались мы с генералом и наверно императором, в остальных быть уверенным трудно.
        -А как с Псковом?
        -Плохо, там местный авторитет Абисмал взял город под свой контроль, ждёт натовцев, сдаться, они его видно купили. Отбивать город смысла не вижу, туда бы пришлось бросить все наши силы, это долго и сложно, лучше потратить их на врага. Тем более войска сейчас рассредоточены, к бою готовы и находятся на боевых позициях. Только боюсь стойкость у них низковата и дисциплина не та, долго мы натовцев не удержим. Хотя Россия велика, главное приостановить, а дальше, как всё затянется, ещё посмотрим.
        -А я там людей оставил.
        -Не до них уже. И вообще, думаю вам лучше остаться здесь, эта деревушка хорошо замаскирована, я до неё от соседней пешком шёл, тащили на себе оборудование. Тут только два десятка солдат, ваша машина пусть улетает. Ездить на автотранспорте не безопасно, а почему не сбили вашу вертушку, ума не приложу, повезло. И менять что то уже поздно, всё что нужно было сделано, а дальше бог с нами.
        Последующие пол дня мы провели как на иголках, ждали начала атаки, разведчики попеременно рапортовали о выходе сил противника на рубежи атаки. Мне около девяти всё уже так надоело, что я решил пойти спать. Ушёл в заднюю часть домика, нашёл кровать устроился поудобнее и всё.
        В два часа ночи меня разбудили, я прошёл в импровизированный зал, где и располагались все карты.
        -Напали. Ночью, наносят авиа удары по нашим частям. Но у нас ещё что, уйма бомбардировщиков дальше на восток и юго-восток пролетела, некоторых сбили, не такие уж они не сбиваемые эти натовцы.
        Сражение шло всю ночь, остаётся только поражаться как это Гурову удалось наладить такую связь в пределах своих трёх дивизий в такое смутное время как сейчас, избавиться от пьянства и свинства в среде солдат, но факт, нам постоянно приносили новые и новые сведения. В начале боевые действия складывались даже удачно, наши танки втянувшись в ближние бои смогли разгромить многие колоны противника. Скорострельность их орудий сильно превосходила орудия Леопардов противника, а лёгкая германская броня пробивалась с первого же попадания. Проблему только представляла авиация, у нас её в настоящий момент не было вовсе, ближайший аэродром находился километрах в пятидесяти и Гурову не подчинялся. Боюсь, как бы все самолёты не уничтожили на земле. К четырём часам утра все основные колоны противника понесли значительные потери, но вместе с тем сильно активизировалась авиация. Мы несли всё большие потери, а враг сумел отвести часть своих войск подальше от наших. К пяти часам когда мы разбили четыре дивизии противника, к нему подошло подкрепление с соседних фронтов ещё из пяти, кроме того, значительные силы врага,
легко взломав оборону других военных секторов вышли нам во фланги. Ситуация стала превращаться в критическую, наши части начали массовую сдачу в плен. Всё же солдаты были не высшей стойкости, стояли пока их держала железная пука и вдолбленная страхом дисциплина, стоило им понять, что это НАТО, и мы проиграли, и всё, большинство сразу же выбрало мир. К утру стало понятно, что наши дивизии по большей части либо уничтожены, либо просто выведены из строя. Правда в ближнем бою, когда дальность боя оружия НАТО не играла такой существенной роли, им также удалось сильно потрепать противника. Причём натовцы потеряли даже больше войск, чем мы сами, несколько их колонн вообще попали под огонь залповых реактивных установок град, что вызвало огромнейшие потери. Стремительное наступление противника на нашем направлении было сорвано. Зато по данным Гурова у противника оно куда успешнее развивалось на остальных участках фронта, которыми командовали куда менее талантливые организаторы. Там даже не все части смогли оказать хоть какое-то сопротивление. Часов в семь утра, в нашу деревню въехала колона натовской
бронетехники. Солдаты решили сдаться без боя. Генерал Гуров подошёл ко мне:
        -Ну, удачи сынок, всё, проиграли мы Россию, мне просто стыдно. Хотя я сделал всё что мог, просто за народ обидно, все умерли, почти одно дерьмо осталось, и последних эти добьют.
        -Не добьют.
        -В любом случае, не хочу быть военнопленным, им достаться.
        -Да ладно вам...
        -Тебе меня не понять, всё удачи.
        Он вышел в соседнюю комнату, спустя минуту раздался выстрел. Я не ходил проверять, итак всё понятно, спустя пару минут, в комнату ворвалось несколько солдат НАТО. Мне сообщили, что я взят в плен. Один из солдат проверил мою форму на наличие оружия. Меня вывели наружу, остальные стали осматривать документы и карты, лежавшие в комнате. Хотя это уже не имело смысла, наше сопротивление сломлено, и тех частей, на которых имелись сведения, уже не существовало, это я знал точно.
        -Ваше звание?
        -Полковник.
        -Имя, фамилия, личный номер.
        -Резцов Александр, личного номера нет.
        -Вы являетесь военнопленным, сейчас вас отвезут в центр управления, а оттуда куда сочтут нужным.
        Меня посадили в неизвестно откуда взявшийся вертолёт, и он направился куда-то на запад. Обращались со мной как с персоной вип класса. Я сидел в кресле без наручников и свободно смотрел на то, как подо мной проплывали идущие на восток колоны врага.
        Глава 10: Европа.
        Вертолёт совершил посадку в одном из полевых штабов военного командования. Один из конвоиров проводил меня в палатку и сообщил, что мне длительное время придётся провести здесь. Спустя час ко мне зашёл какой-то гражданский, по крайней мере на нём не было формы.
        -Здравствуйте Саша.
        -Я бы хотел с вами поговорить, если не хотите можете не отвечать, мы чтим военный кодекс.
        -Ну, давайте обсудим.
        -Вы были организатором обороны?
        -Нет, генерал Гуров. Он покончил с собой, просто потому что посчитал, что Россия погибла, а может, чтобы вам не достаться, не знаю.
        -Вы хотели бы с нами сотрудничать?
        -В чём это должно проявляться?
        -Возможно, вы хотели бы что-нибудь рассказать про императора, сделать про него некоторые публичные заявления?
        -Я почти ничего о нём не знаю, я вообще не ожидал, что меня назначат на столь высокую должность.
        -Ваше мнение о боеспособности русской армии на настоящий момент?
        -Никакая, вообще зря вы напали, и зря задаёте эти вопросы, я не могу на них правильно ответить.
        -В вашей стране пришли к власти не те силы, и она переживает очень тяжёлое время, была необходима наша помощь.
        -Это разве помощь?
        Мы какое-то время ещё глупо и односложно переговаривались, я ничего особо важного не сказал, от сотрудничества не отказывался, делать ничего не собирался. В конце концов, разговаривавший меня военный обещал, что в скором времени, скорее всего уже завтра, меня отправят в Женеву, также он пообещал, что со мной не будут обращаться как с военнопленным, и в целом остался мной очень довольным. Особенно ему понравилось то, что я считаю, что в стране должна быть демократия и рыночная экономика, то что нужно торговать с другими странами, хорошо, что я не пояснял как я всё это вижу. И не уточнял, что не так сейчас, из того, что должно быть.
        Я сидел в свой палаточной тюрьме до вечера, часов в десять мне занесли весьма не плохой ужин. Сказать по правде так меня не кормили даже в Кремле при президенте, ну ещё бы, теперь я был довольно высоким государственным чином. Тем более часть военной славы генерала Гурова автоматически переносилась на меня, мы же командовали вместе. Хотя думаю, я только мешал, просто Гурову нужен был верный запасной, а ещё он почему то увидел во мне просто хорошего человека, вот я и оказался рядом с ним.
        На следующее утро, спустя час после того, как я встал, ко мне зашёл какой-то офицер, на ломаном русском приказал следовать за ним. Пришлось пройти метров сто. Я получше присмотрелся, что это была за база. В центре стояло несколько бетонных домов, вероятно, остатки какого-то ещё советского военного лагеря. Вокруг него расположился крупный палаточный городок, правда людей и техники было мало, вероятно все ушли на восток, хотя не знаю. Мы прошли к небольшому двух местному вертолёту, стоявшему на окраине. Офицер поинтересовался на английском, знаю ли я этот язык, мой ответ был утвердительным:
        -Я должен проконвоировать вас до Варшавы, где вы вероятно и будете находиться достаточно длительное время.
        -Ладно.
        Спустя четыре часа полёта я был доставлен в пригород польской столицы. Вертолёт сел в каком-то небольшом городке, который по заверениям моего тюремщика являлся Натовской военной базой, правда уж больно она была мирной. Пока меня вели в здание местного управления, я максимум три раза видел людей в форме. В остальном вокруг сновали обычные гражданские, только нравы здесь были пожалуй по лучше, чем в нашей стране. Всё же сразу бросается в глаза, когда на улице непривычно чисто и не ругаются матом. Хотя в военных городках порядки обычно получше, чем на обычных улицах, так было всегда.
        Начальника гарнизона ждать пришлось не долго, минут пятнадцать. Я вошёл в приёмную вместе с моим конвоиром, всю дорогу тот не спускал с меня глаз, хотя на мне и не было наручников, я мог бы сбежать от него в любой момент, скорее всего мне бы даже удалось справиться и с самим конвоиром, угнать вертолёт, взять заложника. Я не поступал так, только из-за того, что бежать мне было некуда, даже в моей стране, если бы я чисто теоретически смог бы добраться туда через воюющую границу и линию фронта, мне бы не оказали такого приёма, как оказывали сейчас здесь, высокопоставленному военнопленному. И потом, тут у меня был статус, довольно высокий, впервые за последние месяцы, меня хорошо кормили, решали за меня все проблемы, почти курорт.
        Конвоир сдал меня и был таков, похоже, у него были свои дела в этом городишке. Что он там наговорил начальнику, понятия не имею, немецкий не учил, обратились ко мне на русском.
        -Давайте познакомимся. Джек, - он протянул мне руку, - в ближайшие несколько месяцев вы будете гостем на моей военной базе.
        Я посмотрел на командующего, не скажу точно откуда, но увидеть здесь, в Польше на таком посту лицо кавказской национальности для меня было неожиданностью. Обычно приезжие если и занимают какие-либо должности, то не слишком высокие.
        -Александр, не скажу что мне приятно, - я пожал ему руку, - но надеюсь, мы будем поддерживать с вами добрые отношения.
        -Мне сообщили, что вы настроены не очень враждебно к силам альянса, это очень хорошо. Мне не придётся держать вас в камере или приставлять к вам нескольких охранников. Пожалуй, единственное, что я вам запрещу, это покидать территорию военного городка.
        -Это здорово.
        -Ещё до вашего прилёта я читал на вас досье. Должен уведомить вас, что возможно вас включат в состав нового правительства России, после того конечно, как мы наведём там порядок. Так что вам нет никакого смысла сбегать от нас или вести анти союзную деятельность.
        -Странно, я думал, вы теперь не допустите к управлению страной никого, кроме своих военных специалистов.
        -Поймите нас правильно, нам ваша страна, сама по себе не нужна, но посмотрите вот эту газету.
        Он протянул мне страничку из Лондонской таймс. Я даже удивился про себя, откуда это, у начальника гарнизона, здесь, в такой дали, свежие сегодняшние, от 19го февраля, лондонские газеты. Открыл страничку, бегло пробежал глазами: 'Цена за баррель нефти, всего за трое суток беспорядков в России выросла до фантастической отметки 190 долларов', 'Глобальный мировой энергетический кризис, литр бензина пять долларов', 'Падение Нью-йоркской фондовой биржи'.
        -Печально, на компьютерные игрушки европейским детям хватать не будет.
        -Постарайтесь понять, у нас не было выбора, последний месяц на территории РФ был полный хаос, мы должны были...
        -Нам и без вас хорошо.
        -Не перебивайте, пожалуйста. Вы не просто так за полтора месяца смогли стать приближённым вашего императора, получить власть, верно?
        -Откровенно говоря, просто так, и совершенно случайно.
        -Вы ещё молоды, многого добьётесь в жизни, у вас будет шанс возродить свою родину, вы многому научитесь, наше сотрудничество будет полезно обоим сторонам.
        -Хотите сотрудничать? Бред.
        -Почему же? Это разумно, мы вам власть, вы обязуетесь продавать нам ресурсы, и не слишком дорого. Войну с Россией мы выиграем, наши части уже сейчас, на двух основных фронтах углубились на пятьсот и шестьсот километров. Северо западному фронту осталось всего четыреста километров до Москвы.
        -Вы же не взяли крупные города, Петербург, Смоленск, Новгород, Курск, Ростов.
        -Вообще-то всё кроме Петербурга и его пригородов взято. Они сами сдались.
        -По сценарию Пскова?
        -Да.
        -Мне стыдно за свой народ.
        -Почему же? Многие просто не считают императора законной властью.
        -Им всем нужен доллар, и тёплая постель из китайских ниток, и немецкий автомобиль в гараже в придачу.
        Вообще, я расстроился, я конечно понимал, что фронт у нас никакой и армия держится только на чём-то давнем, на строгости и жестокости тех же командиров. Понимал, что нет резервов и глубокоэшелонированной обороны, только несколько десятков пограничных пугательных дивизий, и море еле летающих стареньких миг-23, и ему подобных самолётов, среди которых пёстрой кучкой выделяется пять шесть вполне современных и боеспособных крыльев миг-29 и су-34. Но я надеялся на наше пространство, на то, что в европейских армиях одни гомики и наркоманы. Надеялся, что в малочисленной европейской армии просто не хватит солдат, чтобы оккупировать многочисленные города и ключевые дорожные узлы России. Хотя конечно, если половина городов, как наш доблестный Псков будет взята под контроль всякими там бандитами, мелкими князьками, которые не допускают кровопролития на своей земле, ни о каком сопротивлении оккупантам не будет и речи.
        -А как же наши стратегические ракеты? Просто интересно, можно наверно мне рассказать, я же всё равно ваш пленный, секрет не разболтаю.
        -Ну раз интересуетесь. Мы ещё вечером семнадцатого нанесли по ним неожиданный массированный авиационный удар. Ракетных комплексов у вас было не так уж и много, время смутное, боеготовность нулевая, потом они все отслеживались со спутников, раз и не стало их. По нашим данным в строю оставалось всего 56 стратегических ракет, все они были уничтожены одним ударом за пол часа. А ваш чёрный чемоданчик, с исчезновением президента, вообще куда-то потерялся.
        Я не знаю, было ли всё что мне рассказали правдой, в любом случае никто из меня секретную информацию не тянул, да и не знал я ничего такого важного, так что причин отказываться сотрудничать не было. А в том, что Россия, в том состоянии в котором я её покинул, не выдержит натиска НАТО, я и сам был уверен, если начальник этого городка, не знаю уж какого он был звания, и привирал в чём-то, то разве, что в сроках.
        -Значит, я свободен? Могу ходить где хочу?
        -Да, вот возьмите ключи и адрес, - он протянул мне через стол листок с ключами и конвертиком, - там двести долларов на расходы, ключ от вашей комнаты, удостоверение и некоторые рекомендации по вашему быту. Где то же вы должны пока что остановиться.
        -Спасибо.
        Я вышел, сразу же пошёл искать свой номер. Одна из проходивших по улице девушек, подсказала, куда мне идти. Пока шёл к номеру, просто наслаждался спокойствием, пожалуй, такие военные городки, последнее место где ещё можно чувствовать себя в этом мире человеком. Ни бойцовских собак без намордников, ни пьяных ублюдков и чёрных ауди с авторитетами внутри. Идёшь себе, и как-то забываешь о преступности, и всех прелестях современной жизни. Наверно, иногда избыток дисциплины всё же бывает полезен, отказывая себе в части свобод, можно избавится от огромной массы грязи, в конечном счёте, сделать свою жизнь лучше.
        Наконец я нашёл небольшой, аккуратненький трёх этажный особнячок. В холе, молодая симпатичная вахтёрша южной внешности объяснила на ломаном английском, как мне пройти к своей комнате. Я прошёл к себе на третий этаж, про себя отметил, вот и сюда добрались. Ну конечно, молодая, очень стройная и привлекательная, особенно по сравнению с обычными европейками девушка это здорово, каждый захочет иметь такую вахтёршу. Как и бизнесмен спокойного неприхотливого китайского рабочего. В принципе, в Европе та же гадость, и почему никто не замечает, что воевать надо не друг с другом? А с теми, кто открывает ночные клубы для молодёжи.
        В моём однокомнатном номере всё было чисто и здорово, абсолютно по европейски. И самое главное, по сути это была не комната, а небольшая отдельная квартира с душем и остальными удобствами. Я завалился на диван, посмотрел телевизор, там шли либо те же передачи про супер бизонов и шоу, что когда-то и у нас, либо уже известные мне новости о непомерно взлетевших ценах на нефть и новой революции в варварской России. И варварская Россия мне совсем не понравилась, чувствуется, при всей своей порядочности европейцы нас, таких же представителей европеоидной расы не слишком уважают. Относятся, как к людям второго сорта, 'русская нефть и газ', всё что их интересует. Мне это совсем не понравилось, с такими не договоришься. Они совсем не осознают то, что Россия это не только источник нефти, но ещё и великая наука. В новостях сообщалось об очередных успехах на восточном фронте, какой то главнокомандующий заявлял, что Москва будет взята в кольцо блокады не позднее чем через сутки, сейчас уже до неё рукой подать. 'Никакого легендарного героического сопротивления русской армии не наблюдается, города сдаются без
боя, императора в грош не ставят'. 'Министерство иностранных дел США выразило крайнюю озабоченность наступлением Китая на территорию РФ, восточная республика совершила марш бросок вдоль транссибирской магистрали и высадила ряд воздушных десантов на нефте и газо промыслы РФ, взяв их под свой контроль'. 'Кавказские гос-ва образовали новое исламское государство Великий Кавказ, и начали наступленье на север'. Мне всё это очень не понравилось, как там Женя, остальные? Похоже, пока я тут отдыхал, в России творился настоящий ад, государство гибло, а его последние ошмётки, в виде Российской империи на базе военного коммунизма уже сжались до размеров Московской области. Всё это было очень грустно, а кто виноват, во всём? В том, что в самый тяжёлый час вдруг оказалось, что в нашем народе просто некому просыпаться и защищать родину? Кто виноват в том, что последние, которых давили как клопов при жизни, погибли где-то в наступленье под Томском и транссибирской магистралью, дав нашей стране её, наверно, уже последнюю в истории военную победу? Люди то в России оставались, но теле это были русские? Может по крови и
те отчасти, а вот по духу; классные парни с ночных вечеринок, любители красивых девочек и дорогих машин, плюс ещё те... Всё это было печально.
        Просидев пару часов за телевизором, отправился искать библиотеку, день был длинный, а указания гласили, что заниматься со мной начнут лишь со следующего ура. Библиотеку я нашёл довольно нескоро, оказалось большинство вообще никогда не слышали о том, что она в части есть, наконец я додумался спросить у какого-то мужчины постарше, лет шестидесяти, он без особых усилий объяснил мне на чисто русском, как её найти.
        Но библиотека меня с первого взгляда тоже испугала, на передовых полочка красовались одни фэнтэзи и фантастика, в своих сверх красочных, ультрамодных обложках. Если молодёжь здесь, что и читала, то наверняка только такое, а жаль. Я обратился к библиотекарше сначала на русском, но девушка турчанка его не знала, зато не плохо болтала по английский:
        -Вы не могли бы дать мне почитать что-нибудь серьёзное?
        -Что вас интересует эльфийская Диология, Дюна, игра Эндрю, Вавилон 5?
        -Нет, мне серьёзное.
        -Кларка?
        -Исторические труды есть?
        -Я поищу. Вам любой исторический труд, или что-то определённое.
        -А.. Давайте любой, что найдёте, только выберете книгу постарее и без ярких картинок.
        Спустя минут десять, девушка вернулась со старым толстым томиком истории. Я придирчиво осмотрел его, он был 1937го года выпуска, значит его напечатали ещё до войны, до фашистов и советского союза. Никаких идеологий, книга мне сразу понравилась.
        -Давайте удостоверение сюда, - я протянул, - один доллар читать здесь, пять долларов домой на ночь.
        -Я здесь почитаю, вот доллар. Вы до скольки работаете?
        -С трёх до десяти.
        -Отлично.
        Сел за дальний столик и открыл оглавление, начал просматривать, девушке моё поведение видно не понравилось, тем более, что ближние столики читального зала были в метре от её рабочего места, и ей явно было очень скучно сидеть и красить здесь свои ногти, видно эта турчанка, несмотря на профессию не слишком любила читать:
        -А зачем вы так далеко сели?
        -Чтобы вы мне не мешали.
        Девушка аж поперхнулась от такой наглости, вероятно она здесь пользовалась успехом у молодёжи. Но ничего колкого придумать в ответ так и не смогла, хотя наверно ей очень хотелось. Меж тем я наткнулся на интереснейший пункт 'падение Рима'. Нашёл книгу и принялся читать. Так и просидел несколько часов. Книга мне очень понравилась, не смотря на то что она была написана примерно семьдесят лет назад, там я нашёл много интереснейших мыслей, очень похожих на наше время. Так одним из предположений древнего историка было то, что Рим погиб не из-за могущества варваров, а собственной слабости и разврата. 'Когда мораль в обществе потеряла всякую ценность, а сила гладиаторов превысила значимость учёных, куртизанки стали зарабатывать больше великих полководцев, а число рабов превысило число самих римлян во много раз. Государство начало процесс саморазрушения, если и приходил к власти великий полководец, ему не на кого было опереться и он погибал. Никого больше не интересовали интересы государства, значение имели лишь женщины и собственная прибыль. Вольные отношения и наложницы разрушили сами понятия о семье и
системе родни и наследников.'. Часам к шести, стали подходить молодые солдаты, брать у турчанки какую-то ерунду, болтать и шуметь. Я прочитал последние два абзаца: 'В 409 году нашей эры, осадив Рим в третий раз, вождь варваров Аларих взял его штурмом, у Рима почти не оставалось войск и его защищала лишь не многочисленная гвардия ново сменённого императора Гонория. После этого уже ослабленный, и ни на что не способный Рим не мог противостоять варварам. В течении последующих лет императоры Рима менялись более двадцати раз, пока в 476 году нашей эры, один из германских военачальников не низложил последнего римского императора Ромула, Августула. Так закончилась эра великой римской империи, казалось бы у Рима не могло быть врагов, их и не было долгие годы, никто не мог противостоять этой державе. Но чрезмерная любовь римлян к роскоши, отсутствие стремления развиваться и сознание своего уже достигнутого превосходства над другими привели к тому, что древняя величайшая в мире империя сгнила на корню. У римлян, просто не было желания что то делать, им хотелось торговать, отнимать у других народов, но не
работать самим.'.
        В читальном зале становилось слишком шумно, к турчанке пришли её любимые друзья, принесли пиво, в общем начали отдыхать, как полагается, после очень тяжёлого семичасового трудового дня. Наверно, этот читальный зал играл роль некой комнаты отдыха, у турчанки шли рабочие часы, параллельно она развлекалась с друзьями посетителями, возможно своим парнем. Я подошёл к столику, мне кто-то что-то сказал на польском, я повернулся, посмотрел ему в глаза своим ледяным, убийственным взглядом человека прошедшего через всё, через что только можно, вояка чуть не удавился. Турчанка, лизавшаяся с каким-то парнем махнула рукой, типа чтобы я подождал. Я положил книгу на столик и вышел, сама оформит всё что нужно.
        На улице уже стемнело, военный городок слегка приуныл, здесь не было ночных баров и казино поэтому было довольно спокойно, а центры развлечений сместились вот в такие читальные комнаты. Я вспомнил, что где-то на другом конце городка должна быть небольшая речка, направился туда. Идти спать было ещё рано, в том, что я смогу себе найти в этом городе хоть одного друга, провести вечер, я сильно сомневался. Пришла мысль, просто побродить по городу, хотя много здесь не на бродишь, военная область то, круг диаметром три километра.
        Наконец, добрался до реки, постоял на берегу, она уже растаяла, всё же Европа в эпоху глобального потепления место довольно тёплое. Если не ударяют какие-нибудь вне погодные заморозки, типа тех, о которых рассказывали в новостях прошлой зимой. Стоять около речки было довольно скучно, но мне было приятно. Постоять в почти тишине на берегу, всё же отголоски цивилизации сюда доносились, особенно меня бесил звук врубленного где-то далеко на полную мощность магнитофона рэпа. А так не плохо было посмотреть в темноту с другой стороны, полюбоваться звёздами на сегодня довольно чистом небе. Когда же мы в конце концов их достигнем, и достигнем ли когда-нибудь такими темпами? Если мы рухнем, это же будет не падением римской империи, у нас же полно ядерных бомб и химических заводов, ресурсы мы все выработали под метёлку. Ну, если не все, то лет через сорок уж точно выкачаем последнюю тонну нефти, добудим последний грамм Урания. Цивилизации пришедшие после Рима получили ещё чистую, девственную планету, ну может быть только в Европе человечество уже сняло пенку, прокопало свои самые первые, совсем не глубокие
шахты. Если же кто-то придёт после нас, переживёт тысячелетие кризиса, а то и дольше, которое последует с падением нашей цивилизации. Что достанется той третьей будущей великой империи? Да ничего, голый пустой мир, горы выработанной руды на Украине, истощённые до предела шахты, выкачанные до суха нефтяные скважины. Заражённые земли и еле выживающая на самой грани биосфера. Если не будет ядерной войны, совсем то мы конечно не вымрем, но вот поднимемся ли мы из ничего? Сомневаюсь, значит нельзя допускать, чтобы империя пала.
        От тяжких дум меня оторвал прозвучавший где-то вдалеке выстрел. Я по военному развернулся на сто восемьдесят градусов, и зашагал к своему новому месту жительства.
        На следующее утро меня отправили учиться, довольно нудная бабушка учила меня примитивной экономике, которую я терпеть не мог, но кой как всё же понимал в университете. Потом какой-то юрист читал лекции на тему гуманности, наслышался я их в армии, и соблюдения прав человека в современном обществе. Особенно напирали на то, что все люди равны и о них надо заботится, хотя по моему этот юрист сам не осознавал какую чушь он несёт, да и не понимал о чём говорит, просто, как попка повторял заученные наизусть популярные лозунги большой политики. Третьей парой шла история Европы, там меня также усиленно приобщали к её обще культурным ценностям свободе и идеям.
        Занятия шли стабильно каждый день, после них я шёл читать в библиотеку, где оказалось полно старой исторической литературы, в том числе о Риме. Молодёжь появляться в читальне перестала, им теперь было не до турчанки, а разгульная девка не как не могла взять в толк, почему такой солдат как я не обращает внимания на такую активную девицу как она. Тем не менее это не мешало мне читать, а поведение брошенной всеми даже забавляло. Она не была плохой или злой по натуре, просто так уж её воспитали, для неё целоваться с кем попало или менять парня каждую неделю было такой же нормой, как для меня жениться и быть верным одной всю жизнь. Всё же жизненные ценности и манера поведения, закладывается с детства средой общения, друзьями, и если у неё они сложились таковыми, увы её уже поздно перевоспитывать и глупо за это наказывать. Жаль только, уж слишком у многих в последние годы заложились такие ценности. Временами я гулял по берегу реки, смущал своим не приличным поведением некоторых других заинтересовавшихся странной персоной девушек. Которые никак не могли понять, почему же парень отказывается пойти выпить
с ними пива. Не понять современному западному менталитету, такого чайника как я, хотя мог бы... Да не хотелось на этих ровняться... В общем вёл довольно скучную по меркам большинства жизнь. На самом деле я отдыхал, отдых мне нужен был позарез, предыдущие месяцы просто подкосили меня. А тут мне грозило две недели подготовки-отдыха на этом своеобразном живущем своей жизнью, Варшавском курорте военном городке. Я уже твёрдо решил, как дорвусь до власти, всё изменю, сразу конечно не удастся, но во всяком случае попытаюсь. Так всё оставлять нельзя, наша цивилизация просто идёт семимильными шагами к краю. Проблема же не одна, не только терроризм и демография, но ещё и ресурсы, оружие массового поражения и опасность скатывания к какому-нибудь восстанию машина, как в фильме терминатор. Опасностей море, темпы освоения космоса принесут успехи лет через тысячу, а пик кризиса придётся на 2030е-40ые годы.
        В новостях ежедневно сообщали: об успехах на восточном фронте, лёгкой оккупации Москвы и других регионов. Начале военных действий с восточной республикой, высадкой Американских десантов во Владивостоке. Объявлении войны кавказскому государству, которое слишком далеко забралось на север и не желало ограничиваться Кавказом. Вступлении из-за кавказа в войну Ирана, и объявлении войны ещё целому ряду государств, восстаниях в Ираке и Афганистане. Полному прекращению поставок нефти в Европу, проблемах армии с топливом, активации стратегического нефтяного запаса США. Начале эксплуатации законсервированных нефтяных шахт северо-американского континента. Постоянно сообщалось о глобальных мусульманских беспорядках в странах Евросоюза, и время от времени даже США. Тылы этих государств, похоже, просто сотрясались от них, подозреваю, просто не всё и не всегда сообщалось в новостях. Всё это происходило на фоне полного краха мировой экономики и торговли, связанных с небывалыми нагрузками для застоявшихся, хоть и могучих экономик стран запада. Боевые действия складывались удачно, западные армии легко расправлялись
с техникой противника, наступали на многих направлениях, не несли особо серьёзных потерь, но тылы капиталистических империй просто трещали. Никак не получалось перевести экономики на военные рельсы. Боевые действия неожиданно приобрели не бывалый размах, весь запад воевал против всего востока, время мобилизации было ничтожно малым. Запад уже теперь не мог вести боевые действия на всех фронтах. Слишком дорого ему давались его солдаты, техника, высоко точное оружие, слишком во многих местах потребовалось их присутствие.
        Я пребывал на военной базе под Варшавой всего неделю, между тем мир просто вспыхнул. Новости пестрели заголовками битв, удач и неудач. Все уже и забыли про Россию, всех интересовала только битва с восточной республикой, небывалая многочисленность её армий, и завидная для европейцев стойкость вражеских армий. Главное все забыли про меня, возможность стать президентом или каким-нибудь временно кукольным, премьер министром России стремительно уплывала из моих рук. В воздухе чувствовалась война, и ещё чувствовалось, что то не так идёт у Европы, что то изменилось в этом новом мире, как-то слишком уж многочисленны и могучи стали косолапые и неумелые враги.
        Глава 11: Последняя битва.
        28 го февраля утром позвонил телефон моего номера. Наконец то что-то стало касаться и меня, а то уже начинало надоедать отдыхать на фоне тех бешеных событий, которые творились в мире:
        -Александер Резянов?
        -Да, это я.
        -Командующий Ройнов, просил вас явиться к нему к 9-30 сегодня.
        -Без проблем.
        Я посмотрел на часы, там было девять, ещё успею. Доел свой гамбургер, и не торопливым шагом отправился к командующему. Где то за десять минут до срока вошёл к нему в приёмную, он помахал мне рукой, чтобы я садился, сам же продолжал говорить по телефону. Минуты через две он закончил.
        -Так, Александр. Своей стране вы ещё конечно тоже послужите, но сейчас у нас возникла в вас другая потребность. Вы должно быть следите за обстановкой?
        -Слежу.
        -Нам не хватает опытных, способных командиров, способных командовать, например, дивизией. А вы вроде полковник, и тогда под Псковом руководили сразу несколькими.
        -Я там мало руководил, но с вашим предложением соглашусь, я патриот и стремлюсь в Россию.
        -Это здорово, я боялся вы не согласитесь, всё же сидеть здесь, ждать конца войны, наверняка куда приятнее, чем идти в действующую армию.
        Я пожал его смуглую руку и мне снова стало интересно откуда же он такой?
        -А вы кто по национальности, в вас явно течёт кавказская кровь.
        -Совсем не кавказская, я поляк, моя семья издавна здесь живёт, думаю мои предки мигрировали сюда лет четыреста назад. Так что внешность бывает обманчива.
        -Да уж, просто не люблю всяких с юга, а тут смотрю вы. Вроде очень интеллигентный человек.
        -Поговорим о деле. Вот распоряжение о назначении вас командиром в двадцать шестую дивизию, она как раз стоит под Самарой, вот пакет с документами о ситуации на фронте, он секретен. Вылет сегодня вечером в 22-00 с одного из аэропортов Варшавы, в двух часах езды на машине отсюда. Ваш автотранспорт прибудет в восемь, а сейчас вам понадобиться изучить документ.
        -Да, ещё, я бы хотел получить назад все свои военные награды, я знаете ли их очень ценю.
        -Но у меня их нет.
        -Их забрали в том лагере, в Эстонии, они наверняка где-то у вас.
        -Я пошлю запрос.
        -Большое спасибо.
        Я распрощался с руководителем военного городка и отправился к себе в комнату изучать инструкцию. В принципе всё то что я изучал в инструкции мне уже было ранее известно, уточнялись только некоторые подробности. В общих чертах: в армии Евросоюза, последние трое совсем не было горючего, добыча нефти на территории Европы сейчас не велась вовсе. В предыдущие два месяца поставки из России были не регулярными и правительства потихоньку расходовали резервы, чтобы избежать катастрофического дефицита и непомерного взлёта цен, что могло привести к краху фондовой биржи. С началом военной кампании поставки нефти обеспечивали лишь 30-40% от потребляемой, и то значительная часть шла танкерами. Кроме того сама военная кампания в России потребовала расхода огромнейших запасов ресурсов на передвижение войск. В результате, в последние дни начался жесточайший дефицит горючего, из-за чего трое суток назад все наступательные действия альянса были прекращены. США обещало обеспечить Европу своими стратегическими запасами, но явно в недостаточном количестве, и поставки ещё не начались, создалось тяжелейшее положение.
Впервые за долгие годы в небе господствовала не европейская авиация, хотя совершенные системы наземной ПВО запада кой как защищали части от действий авиации каквказцев и Персов. Кроме кратких данных о запасах нефти, в пакете имелась и информация о тех частях где мне предстояло служить. В настоящий момент, моя дивизия удерживала оборону где-то на северной границе Самарской области. У неё не было ни боеприпасов ни топлива, ситуация сложилась тяжелейшая. В мою задачу входила, вербовка в ряды европейской армии местных жителей, удержание позиций. В общем я должен был прилететь с мешком наличных денег в евро и долларах и всё организовать, конечно не каждый европейский генерал мог бы выполнить эту задачу. Я взялся за трубку, и позвонил начальнику городка, жаль что я до сих пор не запомнил его фамилию:
        -Здравствуйте, это Александр Резанов, по поводу моего задания... Я всё также берусь за него, я даже готов взять на себя ответственность за весь фронт.
        -Это радует, но зачем вы звоните?
        -Я всё выполню в лучшем виде но... - я сделал эффективную паузу.
        -Но вы хотите себе больше денег?
        -Я хочу, официально звание генерала полковника НАТО, пять миллионов долларов и евро на счету в Швейцарском банке, и гарантий, что смогу делать на территории России, когда всё успокоится, всё что захочу.
        -Вы считаете себя таким не заменимым? Молодой человек какой же вы ребёнок.
        -Ну, - я понял, что слегка погорячился, отморозил величайшую в своей жизни глупость, вот пришла в голову идиотская мысль и так сорвался.
        -Вернёмся, к вашему ранее установленному окладу 3 тысячи в месяц, и пятиста тысячам на руки, для организации поддержки населения, при сохранении вашего звания полковника, и планов моего руководства о вас. А о разговоре забудем, хорошо?
        -Так точно.
        Я положил трубку, стало даже как-то стыдно за себя, вот иногда бывает, язык вытянется на пять коробков блин. Светлая мысль сменилась трезвой реальностью, мне предстояла командировка в место очень плохое и холодное, с целью очень сомнительной. Но как бы там кто не считал, а я русский, христианин, представитель западной цивилизации, где вроде бы чтут свободу, терпимость, уважают женщин, хотя бы в некоторых частях общества. В любом случае меня воротит от одной мысли о многожёнстве, парандже и всём мусульманском рабстве и тоталитаризме, хотя бы уже поэтому я должен выступить на стороне запада. Пусть даже под флагом НАТО, главное понять, мы все запад, и законы шариата, это не про меня.
        К восьми за мной приехал автомобиль, не больно шикарный, зато экономный, двухместная лёгкая спортивная БМВ, всегда мечтал о такой. Во время пути через предместья Варшавы я заметил, что у обочины стоит множество сгоревших машин, и вообще, мягко говоря очень грязно, и это здесь в Европе! Я решил узнать, неужели тут так всё плохо у водителя:
        -Почему эти машины сгорели? Неужели так студенты бунтуют?
        -Если бы студенты, эти то бездельники просто сидят по компьютерным клубам и никого не трогают, ну разве что иногда попадутся какие-нибудь. Китайцы с мусульманами просто взбесились. Не все конечно, у меня в принципе полно знакомых иностранцев, вполне нормальные люди, но многие недавно приехавшие, из тех что живут отдельными кварталами, вот они просто озверели, мы же с их государствами воюем, а они то все правоверные, тут вчера вечером такое творилось. Милиция еле еле их разогнала.
        -Разогнала, а если они убьют кого-нибудь? Их же толпы, никто в них не стреляет?
        -Нет конечно, как можно, они же граждане нашей страны, тоже люди.
        -А что ваша молодёжь молчит?
        -Так кто же на улицу пойдёт когда там такое творится?
        -Так их всего процентов десять от населения.
        -Ну да, по молодёжи их процентов шестьдесят, и потом они же не студенты, в компьютерных клубах не сидят и вообще как то гораздо злее, - водитель как то обречённо посмотрел на меня.
        -Конечно, поэтому и нужно в них стрелять, они то вас не терпят. Орут про джихад, бросаются как бешенные стоит что-нибудь им наперекор сказать, стоит ли таких в свою страну пускать?
        -Но они же тоже люди.
        -Они сами то, к вам как к людям не относятся, и как люди себя не ведут.
        -Многие мои друзья выходцы из других государств, очень порядочные люди.
        -Я у себя на родине тоже многих таких знал, но то были ассимилировавшиеся, кто приехал в советский союз, поступив в институт, те кто хорошо учился. Они люди, нормальные, да они похожи на этих, те же узбеки, но они нормальные люди. А вот миллионы чернорабочих это уже не люди.
        -Многие русские тоже бандиты.
        -Многие, да, от них не избавишься, и ничего хорошего в этом нет, но это не причина пускать на свою землю миллионы кого попало. Я вот думаю, можно было пускать на свою землю иностранцев, но не столько и не таких, ну приезжало бы десять, двадцать тысяч в год, но не больше!
        -Да вы фашист какой-то, ненавижу таких, всегда презирал.
        -Ну, считай, я фашист, хотя свастику никогда не уважал, и не считаю, русских лучшей нацией, просто...
        Я посмотрел в окно, банда каких-то подростков кого-то пинала.
        -Ну ка притормози.
        -Не положено, а ну быстро, - я достал и навёл на него свой пистолет. Теперь то он у меня был, последние три часа я официально считался, не генерал, но всё же полковником НАТО.
        Машина притормозила, я приоткрыл дверцу и выбежал, за это время мы проехали метров сто от банды, и мне пришлось пробежаться. Меня заметили, ещё когда я вылезал из машины. Банда прекратила пинать кого-то, и не торопясь побежала в мою сторону, время от времени покрикивая что то про джихад, смерть неверным и тому подобное, вроде дети, да не совсем. Метров с сорока я выстрелил, бегущие ко мне подростки тут же остановились, развернулись и с криками побежали от меня. Я выстрелил в их направлении ещё несколько раз, один из бегущих упал. Попасть с такого расстояния из пистолета не просто, но видно мне повезло. Наконец я добежал до подстреленного, в это время раздался визг тормозов и БМВ остановилась напротив раненного, открылась дверь. Тем временем я подошёл к раненому, это был молодой парень лет четырнадцати. Я посмотрел на его ботинки, они все были в крови, из машины наконец-то вылез мой шофёр, встал рядом и застыл, таращясь на истекающего кровью, раненого в спину ребёнка. Маленький четырнадцати летний религиозный фанатик что то зашипел на польском, его глаза светились жуткой ненавистью и злобой.
        -Что он шипит.
        -У.
        -Что шипит спрашиваю?
        -А он... Ну... Ты шакал, мы вас всех вырежем, вы неверные, ваши женщины все отверженные не чистые и всё такое.
        Я навёл на него пистолет и несколько раз с омерзением выстрелил в голову.
        -Да ты что творишь, ты что с ума сошёл, он же ещё совсем ребёнок, ничего не понимает, ему объяснить можно, ты маньяк русский, чудовище, я на тебя в полицию заявлю, ты что натворил, зачем стрелял, зверь, монстр, - он сбился на польский, я перестал понимать, хотя некоторые слова в польском угадывались.
        Мой шофёр пошёл было на меня но я направил на него пистолет, хотя тот и был заряжен но поляк остановился. Я быстренько перезарядил, пистолет, направил на поляка.
        -Тебя как зовут?
        -Янис. Маньяк.
        -Маньяк фамилия?
        -Ты маньяк.
        -Янис идём за мной.
        -Зачем? И меня убьёшь, да до тебя доберутся, полиция, у нас не такие как в вашей чёртовой стране, доберутся.
        -Нет, тебя я не убью, идём за мной, идём, идём.
        Я поманил его рукой, Янис пошёл за мной. Пройдя метров десять он наконец заметил и то тело, которое пинали. Тут же побежал к нему, всё же этот Янис был не плохим парнем. Я тоже пробежался, чтобы сильно не отставать. Девочка была мертва, маленькая такая светленькая, лет пятнадцать, с крестиком на груди. Лицо было не разобрать, отпинали её очень сильно. Изо рта трупика, и того места, которое вероятно получасом ранее было носом лилась ещё тёплая кровь. Тот примерно четырнадцати летний парень, которого я подстрелил, явно был не самым старшим из кампании.
        -За что они её так? Нехристи.
        -Мало ли? Девочка попалась капризная, с характером, такие уж они наши европейские женщины. Ляпнула что-нибудь не то про их аллаха, ну эти и озверели. Эффект примерно тот же, как если например, случайно наступишь на лапу питбулю или другой бойцовской собаке.
        -Но почему?
        -Потому, что они не мы, потому, что если ребёнку всю жизнь внушают искреннюю ненависть к белым, он начинает их ненавидеть. Их так воспитывают, тут дело даже не в расе и не в генетике. Просто многим из них с детства твердят, мы шакалы неверные нас давить надо, они и давят. Ты только проснулся, ни разу по тёмной улице не ходил? Не общался с такими? Повезло бывает, а я вот и раньше много раз сталкивался, и знаю, они такие не везде, но есть и рядом, уже сейчас. Они бывают белые и чёрные, узкоглазые и русские, и цели у них разные, но их сейчас в подворотнях гораздо больше, чем десять лет назад.
        -Но раньше такого не было.
        -Было, уже было, просто пока был мир, пока полиция могла вовремя отреагировать, они не смели вести себя так, все эти организации забивались поглубже в норы. Но стоило наступить кризису, и они из нор вылезли. А современные европейцы, да и что уж говорить, многие из граждан моей страны. Живут где-то не там, играют в компьютерные игрушки, стараются не видеть дальше своего носа. А эти, которые девочку убили, лишь один пример, одна из таких группировок, и их пруд пруди, целые гос-ва такие есть. И всё это из-за того, что некоторые сильные люди мира сего, слишком заигрались в прибыли экономик, и забыли, что этим заняться нечем. Хотя что до именно этих, тут немного другая история...
        -Не знаю.
        -И не знай, бросай её, мы ей не поможем уже.
        -Но...
        -Что но? Твоя страна последние дни доживает, не до всех теперь, не до традиций, надо действовать. Мне надо на фронт, тебе работать, и хорошо работать, а не сопли жевать и идти напиваться.
        Мы сели в машину и молча поехали. Мой шофёр гнал, он был очень зол. Может на меня, может ещё на кого, главное он перестал называть меня маньяком и фашистом. Увидел девочку, проснулся, и сразу многое понял, не стоит всё же называть фашистом любого, кто задумывается над национальным вопросом, всё же быть может, этот человек просто чуть больше в жизни видел, и потому больше понимает.
        На аэродроме меня какое-то время игнорировали, потом выдали мешок денег в
200тысяч долларов, дали расписаться на каком-то левеньком листочке и сказали идти на четырнадцатый рейс. На вопрос, почему мне выдали всего 200тыс а не два по пол миллиона в евро и долларах, мне ответили, что деньги не пришли. Смотря на то, на каком листочке мне пришлось расписываться, я понял, что крупные начальники круто зарабатывают не только в нашей стране. Всё же глупый этот поляк, не понимает, я ведь лечу за него воевать, быть может от того сколько у меня будет денег, зависит, сложится фронт или нет. Мы победим, или иранцы придут через год осаждать Варшаву. Хотя с другой стороны, миллион двести тысяч, что от них толку? У нас в России такие деньги не столь уж и солидны, целую армию наёмников как рассчитывает верховное командование, на такие деньги не наберёшь, ну никак.
        В самолёте мне выдали парашют, на случай если что-то случится я мог выпрыгнуть, мне даже место выделили около люка, я то был вип пассажиром, а не грузом, как большинство остальной, присутствовавшей на борту пехоты. Также мне выдали новый костюм, сильно смахивающий на костюм российского военного, объяснили, что это для маскировки, если кто-то меня обнаружит, никто не должен заподозрить во мне НАТОвского военного, иначе сразу убьют. Те кто будет десантироваться со мной знают кто я, а для 26ой дивизии мне выдали спец приказ, документы и пояснение. А самое главное, здесь на аэродроме, меня наконец догнали три моих ордена, которые я теперь очень ценил. Просто потому, что мне их выдали в России, в той России, которую ещё можно было назвать русской, независимой страной.
        Спустя два часа полёта, мы уже летели где-то над Москвой. Здесь, впервые, по самолёту объявили воздушную тревогу, это значило, что я в случае чего должен открывать люк и выпрыгивать, а остальные должны были ждать пока выпрыгну я, а потом пытаться выпрыгнуть тоже. Как бы готовность к этому. Меж тем нас начало мотать, я вспомнил, примерно так же меня когда то уже мотало, когда нас пытались сбить китайские истребители. Только тогда было гораздо холоднее, и мы были хуже закреплены.
        Ещё через час полёта пилот сообщил, что мы приближаемся к Самаре. Связи с аэродромом нет, и нам предстоит какое-то время летать кругами и ждать связи. Хотя на самом деле её и раньше не было, просто считалось, что облака просто экранируют сигнал, слишком слабого дивизионного передатчика, или его повредили. Спустя двадцать минут связь так и не появилась, пилот сообщил, что по инструкции надлежит провести десантирование личного состава, и совершить посадку на авиабазе под Смоленском. Я уже собирался выпрыгнуть, но пилот связался с командованием и сообщил новые инструкции. Выпрыгивать надлежало только мне, остальным вернуться, связи с 26ой дивизией, нет с утра, возможно она погибла, или перебазировалась и в любом случае высадка слишком опасна, слишком велика скорость ветра, нет связи. 'чёрте с два европейцы своих берегут, даже в такое время, ну что ж один так один'. Через минуту я уже выпрыгнул из кабины самолёта.
        Никогда раньше не прыгал, но почему то был уверен что смогу, и смог. Мне в лицо ударил сильный ледяной ветер, десантировался то я с огромной высоты, в двенадцать километров. ниже нельзя, а вдруг самолёт собьют? Тем не менее я был не против, пяти минутный запас кислорода и полетел, зато есть целых четыре минуты полюбоваться окрестностями и насладиться свободным полётом. Насладиться видом окрестностей у меня не получилось, на улице была абсолютная темнота, я куда то нёсся вниз, считал секунды и ждал когда же можно будет открыть парашют. Видно я редкостный трус и сильно прогадал с высотой, когда я дёрнул кольцо и попытался дышать без мини маски, это удалось мне с большим трудом. Не знаю на какой я ещё был высоте, наверно километрах на четырёх пяти. С другой стороны, прыгал я первый раз в жизни, в полной темноте в слепую, не имея никакого опыта, получив самые нечёткие и расплывчатые инструкции на тему, когда, что и как надо делать. Летел я довольно долго, минут тридцать сорок не меньше, хорошо хоть не задохнулся. Потом наконец увидел совсем не в далеке под собой что то похожее на деревья, посветил
вниз фонариком, хотя делать это по инструкции категорически запрещалось. Но мне было плевать на инструкцию, мало кто может заметить ночью, зимой, световой импульс направленный вниз, в течении двух секунд. Тем более, я высаживался не в составе десанта, а сам по себе. Внизу оказался какой-то лес, причём совсем рядом, причём я двигался относительно него с довольно большой скоростью, ветер был сильный, я быстро спрятал фонарь и приготовился падать. Ветки захлестали меня со всех сторон, но вопреки всем фильмам парашют не удержали, и до земли я долетел.
        Постояв немного в довольно глупом положении, верхняя часть парашюта так и осталась на ветвях, вылез из строп и отошёл метров на пять. Стукнулся лбом о какое-то дерево, хорошо хоть шёл медленно, ничего себе не повредил, если повезёт и следа не останется. Подумал немного, достал на ощупь фонарь, включил и осмотрелся по сторонам. Я стоял в тающем весеннем лесу, снег было не очень много и он был какой-то сырой. Открыл блок системы глобального позиционирования, щёлкнул тумблером, жидкокристаллический дисплейчик засветился. Я ткнул пальцем в команду определение координат, на экране появилась надпись уточнение пошло. В настоящий момент этот трёх килограммовый ящичек занимался тем, что уточнял по времени прихода сигнала расстояние от меня до трёх спутников на орбите, таким образом, вычисляя моё месторасположение на карте с точностью, плюс минус двести метров.
        Спустя две минуты работы, ящичек пропищал о том, что поиск окончен. Я заглянул на дисплей, не поверил своим глазам. Я был где-то посреди излучены Жигулёвского заповедника, мне казалось, что самолёт должен был выбросить меня минимум километров на сорок севернее. Этот район, по идее контролировался боевиками Кавказской народной республики, а может быть, и никем не контролировался. Я начал связываться с командованием, через пятнадцать минут мой командир Кольстров, латвиец.
        -Товарищ Кольстров, я высадился совсем не там, где рассчитывали.
        -Где?
        -В десяти километрах к северу от Самары?
        -Это слишком далеко от области расположения 26 ой дивизии. Слушайте, вы туда уже не доберётесь, я меняю вам задание, пробирайтесь в Самару, и сообщите о ситуации. У нас полный хаос со связью, причина неизвестна, везде сплошные тучи.
        -Как же я с вами связался?
        -У тебя новый передатчик шестого поколения, таких ни у кого нет, плюс спец канал на спутнике, специально только тебя одна антенна и слушает. Давай пробирайся в Самару.
        -В чём причина облачности?
        -В настоящее время мы считаем, она искусственная, создана посредством применения специальных химических соединений созданных в советском союзе. Пробирайся, сообщи.
        -Я же не один такой?
        -Нет не один, есть ещё спец разведывательные группы, но в данном районе один, вашему самолёту ещё очень повезло, что он залетел так далеко на юг и его не сбили. Говорят, у кавказцев полно трофейной русской авиации.
        -Хорошо, пробираюсь на юг к Самаре, постараюсь обо всём сообщить. Конец связи.
        За трофейную русскую авиацию было обидно, хотя вполне возможно. Во многих республиках добровольно вступивших в кавказскую, было полно русских войск, возможно значительная их часть, сама, по приказу собственного командования, к этим республикам и примкнула. Но обидно не обидно, а надо действовать, да и вообще, что уж говорить, кто теперь только кому не служил. Я оказался ближе к НАТО воевал за НАТО, против востока, кто-то оказался ближе к югу, теперь воевал против НАТО, кто-то ещё совершенно случайно оказался под оккупацией китайских войск, воевал теперь за них. Ну не было уже русской стороны, что поделаешь, у каждого своя правда, у всех плохо. На самом деле теперь оставалось только за себя воевать, родины уже не было.
        Я посмотрел на часы. Без пятнадцати четыре, двадцать девятое февраля. Что ж, ещё сутки и весна наступит. Посмотрел на компас, повернулся градусов на сорок, включил очки ночного видения и пошёл через лес к Самаре. Снег был липкий и неудобный, шёл я медленно, но к шести утра всё же удалось выйти к берегу Волги. Тут я немого подумал, отошёл чуть подальше в лес, залез на одно из деревьев, и привязал к верхушке, на высоте метров десяти к кроне скотчем сто девяносто тысяч. Ещё десять положил под майку, а штуку спрятал в пакет. Там же, я оставил и все свои ультра дорогие насадки, типа очков ночного видения, супер передатчика и всего остального. Остались у меня только десять тысяч долларов и ордена за пазухой.
        Я вышел на берег, посмотрел на часы, было пятнадцать минут седьмого, но пока ещё слишком темно, не видно, где можно идти а где нет, лёд то уже подтаявший, без очков ночного видения как то в темноте хуже видно. Пришлось сидеть ждать рассвета. Он уже начинался, и я мог наблюдать прямо перед собой постепенно краснеющее небо, но до того как станет светло, оставалось ещё часа два. Эти часы я сидел мёрз, любовался своим городом, сколько живу в Самаре, до сих пор ни разу не видел его с этой стороны реки. Кстати, отсюда издалека мне казалось, что ничего не случилось, город прежний и войны не было, он словно замер, как в сказке. Хорошо хоть его не бомбили, хотя я понимал, теперь, когда эта часть страны под властью кавказской шариатской республики, начинка моей родины очень сильно изменилась. Я немного читал в самолёте законы и правила Кавказа, как жаль, что юг добрался сюда окончательно. И самое обидное мы сами это допустили, не только тем, что впускали страну южан. А главное тем, что когда понадобилось её защищать, многие не пошли в военкоматы. Когда надо было работать, большинство напивалось, когда надо
было учиться, студенты играли в компьютер, устраивали кибер соревнования в те часы, в которые можно было где-то работать, или тренироваться в спортивном клубе. Большинство не поддержало тех, кто пытался их защитить, наплевало в лицо русской армии и правительству, всем тем активистам, которые хоть что-то пытались изменить, все сами виноваты.
        Я встал, потянулся, и пошёл к замеченной мной в километре ниже по течению, протоптанной через лёд дорожке. Ещё, когда посветлело, я понял, что город всё же прежним не остался, некоторые здания хоть и стояли, но были обожжены, видно война и мой город не обошла стороной, хотя быть может и не разрушила. Часам к девяти я почти закончил свой переход через волгу. Ничего со мной не случилось, в феврале переправа ещё крепка, и по волжскому пути вполне можно пройти. Когда я подходил к набережной, ко мне навстречу вышло несколько военных в зелёной форме. Они не шли навстречу, просто стояли и ждали когда я к им подойду. Когда я приблизился к ним довольно близко я узнал одного из них.
        -Димка. Привет, рад тебя видеть. - тот протёр глаза и закричал.
        -Санёк, парни это мой друган старый знакомьтесь.
        Я подошёл к ним.
        -Ну, как тут у вас дела?
        -Хреново, народу мало уцелело. Сначала революция, потом через нас кавказцы наступали на империю, потом на них НАТО, чтоб ему, потом назад кавказцы. И каждый раз... В общем ужасно.
        -А как Ленка, остальные?
        -Ну, - Димка погрустнел, - с девчонками в общем проблема, эти кавказцы жутко злые были.
        -Эй, Дим, ты поосторожней со словами.
        -Это наш командир, Рустан, он Дагестанец, я у него в отряде, мы переправу проверяем, в каждом отряде кавказец, один из граждан трёх республик, он как офицер, высшее сословие, теперь так у нас.
        -И давно? - я сразу многое понял, не давно, но все бояться.
        -Неделю.
        -Кстати, что у тебя в сумке?
        -Я открыл, показал там было немного хлеба, нож и двести долларов.
        -Деньги откуда? Так я же с севера, там как Американцев мочили.
        -Понятно. Слушай парень, ты б выбросил их, а лучше прям здесь пред нами сожгём, все американские и европейские деньги, неверных, сжигать надо. Так велит наш лидер.
        -Да Сань, это так, придётся сжечь, да ты всё равно их никак не используешь, только проблем наживёшь.
        Я достал из-за пазухи остальные десять тысяч, и поджёг зажигалкой.
        -А эти откуда?
        -Да говорю же, Американца встретил, ограбил.
        -Ты воевал за Кавказ? - глаза Рустана сразу наполнились уважением.
        -Не совсем, я за Россию воевал, а там потом шёл долго, домой шёл. Так что с Ленкой?
        -В общем все девушки в гареме теперь или на рынках, мы же тут не совсем полноправные, неверные. Хотя кто хочет, может пойти на рынок и купить себе жену, сейчас власти уже запрещают русских драть, это когда первый раз шли они жён и имущество брали.
        -А вы отдавали.
        -А что мы могли.
        -Русские глупый народ, плохо сражались, - Рустан усмехнулся, - все дети наши будут. Вы все собаки умрёте.
        -Ладно, я идти могу?
        -Иди.
        -Только зайди к баю, это вон там, а пусть тебя твой друг Димка проводит.
        Мы пошли с Димкой к баю, он объяснил мне, что бай выдаст мне специальную бумажку, типа паспорта, запишет, где я живу, когда я выберу себе жилище, а их сейчас много пустых. И это всё что пока требуется, ну кроме того, чтобы не пить, не курить, молиться аллаху пять раз в день, не грабить и уважать правила мусульманской республики. Также мне лучше всего всегда и везде таскать с собой автомат, времена теперь лихие... Ещё Димка объяснил мне, что почти все, кого во время штурма захватили, считаются рабами, все женщины чья-то собственность, и её можно купить. Сам Димка был свободным гражданином, его в плен не взяли, как собственность не приписали, он прятался дня три, потом вышел, пошёл и записался к баю как мусульманин. Я тоже сейчас могу записаться к баю как правоверный, потом попытаться купить женщину и наладить свою жизнь как Димка. Кстати, торги будут сегодня вечером, в шесть, в здании губернского рынка, можно прийти. Заплатить можно чем угодно, лишь бы продавец согласился. Димка даже сам три дня назад на этом рынке был, видел пару знакомых девчонок, но сделать ничего не смог. Одну пытался выкупить,
хотел свой труд на год заложить и всё что было, но девка хоть и была уценённая, беременная, а кавказец не продал. Вообще, Димке это не нравится но выбора не остаётся, говорят Европа дует везде по страшному, вот и местные части мусульмане вдребезги разбили. Слишком уж мало натовцев, трусливые они были и не стойкие.
        К баю стояла довольно большая очередь, я заметил, что большинство было с оружием, вообще почти все постоянно таскали с собой средства защиты, видно за счёт этого и поддерживался мир, каждый знал, если что ему выстрелят в ответ. Мы прождали минут сорок, за это время мне пришлось первый раз в жизни помолиться аллаху. Что же делать, может я в него и не верю, но не начнёшь молиться, все местные мусульмане тут же нападут и растерзают. Невольно мне вспомнились давние гонения на скинхедов, какие бы они не были отморозки, законы современных шариатских государств, типа Чечни 94-98х годов, Ирана, Африканских государств, по сравнению с ними всё же не сопоставимы по жестокости. 'Держаться надо было за свою страну, а не в компьютер играть, нечего сказать.'. К баю мы всё-таки попали, и он меня записал, и выдал небольшое синенькое удостоверение на подобии студенческого. Я присмотрелся повнимательнее, студенческий это и был, только на нём правоверные мусульмане написали ещё несколько своих надписей. Вероятно, кому то в плен попало несколько типографий, способных печатать такие. Квартиру я себе приписал свою,
адрес я помнил наизусть, а бай сказал, если занята или уничтожена, прийти ещё раз и адрес переписать. Как документ на занятие квартиры, годилась бумажка с печатью бая и датой моей заявки. Одновременно печать о получении квартиры ставилась и в 'студенческий'. Не хитрая система. Но когда за подделку документов расстрел, никаких проблем с фальшивками.
        В моей квартире никто не поселился, она была закрыта на ручку, без замка, но похоже что ничего ценного никто в ней не нашёл. Многие вещи сохранились, я и занялся их разборкой. А самое главное, остался целым, верхний замок от металлической двери, он открывался и закрывался, без ключа изнутри, и с ключом снаружи. Один комплект ключей хранился под отодвигающимся кусочком кафеля в прихожке, так что мне даже не пришлось париться с закрыванием двери. Стёкла для двух разбитых окон, я реквизировал из уцелевших в соседних квартирах. Часам к четырём навёл в квартире порядок, занимался ерундой. Подыскивал в соседних квартирах скарб, приводил всё в порядок, многие квартиры были пустыми, большинство населения предпочло занять элитные, или целые дома. Да и населения оставалось процентов десять, многие ушли на север, да там китайцы и война. Хотя наверно к китайцам всё же лучше, у них хоть таких законов варварских нет. Хотя то что здесь сейчас, это вообще не законы, а просто дикий лес. Исламское гос-во сразу после войны. Так что оставалось только зимовать, я уже знал, что европейцев погнали, добраться до сил
альянса сейчас было не реально, оставалось только ждать их возвращения, если вдруг когда-нибудь.
        В пол шестого я отправился на губернский рынок, захватил свои медали. Мне захотелось выкупить кого-нибудь, вдруг увижу знакомое лицо. Ненавижу рабство, а оно похоже пустило в нашем городе глубочайшие корни. На рынке было шумно, торги уже начались, их вообще начинали не ровно в шесть, а кто как придёт. Я ходил между рядами и искал глазами знакомых. Тут было полно девушек, даже красивые были, но никого из них я не знал, из рабочих рабов я также не нашёл никого. Многие видели что я русский, просили чтобы я их купил, видно захватившие их Ханы не злоупотребляли понятиями человечности. Хотя те кто исходил из таких понятий здесь никого не продавали. Пока что я просто ходил между рядами, смотрел цены. Отмечал, кто больше ценится кто меньше. Молодые ценились высоко, особенно красивые девушки, до 15 дукатов, хорошие рабочие до десяти, старенького профессора можно было приобрести за один два дуката. Труд свой можно было также продать, где-то исходя из дуката за год. Вообще, дукат это было много, человек у которого было дукатов двадцать, мог себе хорошую лошадь купить. Тут я неожиданно услышал, дочка
губернатора, красивая, стройная здоровая, смотрите какая, будет вам замечательной женой. Я протолкнулся к торговой сценке вокруг которой столпилось с десяток мужиков, там стояла на поводке абсолютно голая Верка.
        -Кто сколько потребует за этот самородок? Представляете, каково переспать с ней ночь? Пустить в неё своё семя, я сам, - толстяк мерзко улыбнулся, - столько раз это делал.
        Он явно хотел возбудить всех окружающих, чтобы набить цену, быть может он даже был опытным торговцем. Я бы в другом месте незамедлительно выпустил в него очередь из своего автомата, но сейчас мне надо было спасать Верку, спасать любой ценой.
        -Итак, кто хочет купить это молодое сексуальное чудо?
        -Так если ты в неё семя пускал, она ж беременная.
        -Нет, за этим следили, здоровая, не беременная, гарантию даю. Пятнадцать дукатов.
        -Эй, а не деньгами примешь? - я наконец справился с собой со злобы.
        -Смотря что.
        -Медаль героя, битвы за Томск. В ней золото есть.
        Я посмотрел на Верку, похоже она меня не узнала, хотя за последние два месяца я не слабо изменился, кроме того был грязный как свинья. По-моему самой Верке уже было абсолютно на всё наплевать, стояла как корова, досталось же ей с этой войны.
        -Кто-нибудь ещё что-нибудь хочет предложить? Медаль раз.
        -Десять дукатов за эту возможно беременную.
        -Десять дукатов и медаль вещи не сопоставимые, думаю дукаты лучше. Дукаты раз. Дукаты два.
        Я подумал, торговаться смысла нет, ставить так по максимуму. Так хоть можно кого-то запугать, вдруг никто и торговаться не станет. Тем более моя последняя имперская медаль дорогого стоит.
        -Три медали, медаль битвы за Томск, за транссибирскую магистраль, и имперский орден мужества высшей степени.
        Верка наконец заинтересовалась, кто же это за неё торгуется, ну конечно, ордена значит хотя бы русский, а не араб какой-нибудь. Она посмотрела в мою сторону, как-то тупо и забито, но похоже не узнала, никакой радости во взгляде не было, зато я заметил под глазом порядочный синяк, который сейчас похоже уже заживал. Каким же скотским стал этот мир, кто-то хотел как лучше, но как в итоге вышло?
        -Тридцать дукатов за девку.
        Торговец сразу оживился:
        -Продано.
        -А если медали с автоматом, - я даже не нашёлся что ещё предложить. Мне на какой то миг стало просто плохо, словно ком в голе застрял, а что то железное перехватило сердце. Этот не реальный невольничий рынок, проданная Верка, как же я не так воевал, что не так сделал? Может быть, стоило сдастся там, под Псковым, а не уничтожать одну натовскую дивизию за другой? Может быть европейцы бы такого не вытворяли? Неужели всё так и будет...
        -Продано мальчик, значит всё, продано уже.
        Подбежал бай, я отошёл чуть чуть назад, твёрдо решив убить, как только новый хозяин Верки выйдет за пределы рынка. Да, я бы и сейчас убил, но тогда она так и останется рабыней, а ведь она это кусочек ещё уцелевшего нашего, русского мира, того моего старого мира, ещё до ауди. Тем более она, та старая Верка, что разбудила меня тогда, та что хоть и обманывала но ходила со мной на теннис. Тем временем бай закончил оформлять сделку на Верку, новый хозяин накинул на неё какую-то тряпку. И стоял около сценки оглядывался по сторонам. Потом увидел меня, и пошёл на встречу.
        -Эй, мальчик, слушай, дай мне свои медали, я тебе девушку.
        -Да сейчас, всё оформим, - я не нашёлся что и сказать, такого счастья и не мог ожидать, собирался уже отбивать её с оружием, не смотря ни на что, - но зачем вы её купили?
        -Экономика дарагой, если бы я потом покупал эти медали у того продавца, он бы мне их дароже продал. А так давай оформляй.
        Мы оформили, Верка стояла рядом, мне передали её поводок, мы пошли вон с рынка. Стоило нам выйти за пределы этого жуткого места, Верка подала голос.
        -Ну что будешь меня пользовать теперь?
        -А тебе тот предыдущий больше нравился?
        -А ты я смотрю... - она замолчала, тут наконец до неё стало доходить, - Саша, это ты, откуда? Ты...
        Она заревела, мы обнялись... Ничего не мог поделать, по-моему в данный момент эта плачущая неудачница была для меня дороже всего на свете.
        Эпилог.
        Была ли Верка беременна, это и не важно, история об этом умалчивает. Важно, что всё же её худо бедно спасли из этого ада. И молодая пара могла продолжать жить на своей земле, были ли они счастливы после неизвестно, зато уж точно ценили друг друга превыше всех прочих людей. Жили вместе, может совсем не в том гос-ве где хотелось бы, зато кто-то понял, что лучше держаться не богатых и крутых, а просто хороших людей. Хотя возможно понял этот кто-то слишком поздно, и за всё это оба супруга заплатили известную серьёзную цену. Хотя если бы они её не заплатили, быть может всё кончилось бы для них совсем не так... Ведь только справляясь с трудностями, особенно непомерными, люди становятся сильнее и умнее.
        Армия запада на территории России была разгромлена с 28го февраля по 1 марта. Облачная занавеса поставленная с помощью химического оружия не позволила НАТО отслеживать со спутников атаки противника, а окончившееся топливо, запасы которого давно уже были в Европе сильно ограничены, напрочь парализовало авиацию и все средства связи. Боеспособность натовских войск вообще была крайне низкой, ну не умели они героически биться насмерть, слишком уж мирными и спокойными были последние годы. На других фронтах война шла с попеременным успехом, по всему миру, но затянувшись привела к окончательному поражению запада. Америка не могла в одиночку поставлять всем своим союзникам, из своих запасов нефть, бесконечно долго. Да Американские запасы нефти были велики, на них НАТО могло воевать два месяца, три, но не дольше. Тем более, что РФ ресурсы уже не поставляла, а выход из персидского залива контролировал злобный и коварный Иран.
        Слишком велик был и процент мусульман в европейских странах, слишком сильно те слушались своих религиозных лидеров. Слишком много сил нужно было тратить на подавление беспорядков. Борьбу с теми, кого вроде бы защищала Женевская конвенция и законы о правах человека, которые так уважали европейцы, и их политики. Не понимавшие простейшую из истин, что тем права которых на жизнь они соблюдали, до их собственных прав было до лампочки.
        Европа всё же не проиграла эту войну, ей просто как некогда древнему Риму обрезали усы. Никто не оккупировал Вашингтон, кавказцы не смогли дойти даже до Варшавы. Но у неё уже не было стабильной опоры и стены, как некогда была ранее в лице России, не было и источника ресурсов. Был положен конец её экономическому могуществу, а выродившееся слабое, ни на что не способное молодое поколение. Выросшее в условиях ночных клубов, дешёвых экстази, компьютерных игр и всеобщей непомерной лени, конечно же ничего не могло противопоставить организованным дисциплинированным китайцам и тем же мусульманам. В начале 21го века Европа и Америка ещё держали мировое гос-во в своих руках, но увы, это было обусловлено силой инерции, и ранее накопленными знаниями. Теперь же этим странам оставалось только доживать свой век, смотреть на то, как всё более и более усиливаются молодые, лишённые демографических и криминальных слоёв населения гос-ва.
        Теперь уже весь газ и нефть Сибири шли не на запад, а в Китай. Не было и России, её ослабленный наркотиками, демографическими и другими проблемами народа. Из-за последующей на его территории жестокой бойней за ресурсы, бойней продиктованной межрасовой ненавистью и другими причинами, русский народ почти полностью потерял свою страну, да что уж там почти. Многие пытались её сохранить, пытался и президент и император, но в конечном счёте причины падения были положены ранее, в неправильной политике, неправильном отношении, не только к самому населению русским или приезжим чеченцам. Но и к отдельным слоям населения, криминалу, студентам, профессорам и обычным людям. Быть может даже, всеми не любимый президент как раз и видел, и понимал всю глубину проблемы, потому и был заключён мир с Китаем. потому Россия шла на уступки, но вот остальные, та же Европа, народ, старички не смерившиеся с потерей дальнего востока... Ну не нужно было в тяжелейшее время, разрушать своё гос-во окончательно, создавать империю мечты без системы управления, не способную выполнить ничего из обещанного. Иногда старый корабль на
плаву, всё же лучше нового заведомо более тяжёлого, чем вода. Хотя это не значит, что можно надеяться на старый корабль.
        Ошибся император, ошибся президент, ошиблись и страны Евросоюза с США, не верно выбравшие своим главным врагом нас, таких же европейцев, а не тех кто на самом деле нам всем угрожал.
        Самое страшное заключается пожалуй всё-таки в том, что современные восточные страны, обладая могучими экономиками, тем не менее почти не ведут фундаментальных исследований. Они только закупают готовые технологии запада, а потом предельно массируют производство, создавая ультра рентабельную и конкурентно способную экономику. Чего не скажешь, о слабеющих европейских гос-х, ведущих различные очень глубокие исследования. А между тем, ресурсы нашей планеты неуклонно идут к концу. Многие относятся к этому очень безразлично 'ну на мой век хватит, я сделать ничего не могу'. Между тем уже стоит вопрос, о выживании нашей расы.
        Новым гос-м, которые придут на смену нашему западному миру, если придут. Просто не хватит ресурсов, чтобы повторить уже пройденный нами путь. Значит, его обязаны закончить мы, вторая великая цивилизация после Рима. Осталось тридцать лет. Сейчас на освоение космоса Россия тратит 10млрд долларов в год, при ВВП около 800, а США
16млрд в год, при ВВП 7 триллионов. Это слишком мало, если Россию ещё можно оправдать, то вот расходы США, съедающие волчью долю мировых ресурсов навряд ли. Большинство гос-в вообще ничего на космос не тратят, или тратят деньги на то, чтобы повторить весь космический путь с нуля, создать собственный путь к звездам, на практике лишь к нижней орбите и баллистическим ракетам. В целом на планете торжествует общество потребления, которое как саранча перерабатывает всё, что добывает в сникерсы и дорогие авто. При этом, подчас не злоупотребляя усилиями даже на такие элементарные вещи, как нормальное воспитание своих детей.
        А ресурсы идут к концу, на учёных плюют с высокой башни, европейцы контролировавшие всё, постепенно вымирают. И всё это в конечном счёте ведёт к развалу второй Великой, может не Римской, но Западной империи.
        Россия продолжает гонку с западом, поддерживает противные ему режимы. США всё дальше задирает нос, и вот уже начинает ложно считать, что могла бы справиться с Россией. А между тем никто и не замечает, что к югу от России проживает 3 миллиарда, ни на что не способных, плодящихся как кролики людей. Которые, уже сейчас приезжают в РФ, и пытаются всеми силами в ней остаться. Кто-то говорит про борьбу с ксенофобией и расовой ненавистью, но хоть кто-нибудь задумался, а что это за люди растворяют ослабленный русский народ? Задумываются ли они о науке, экологии, или чём либо, о чём думают рядовые русские граждане. Уважают ли они нас самих, как относятся к нашим женщинам? Стоит ли всеми способами облегчать им получение гражданства?
        Никто и не замечает, что в самих США продолжается стремительный рост численности негров и латиносов, которые танцуют рэп и ненавидят белых. И сказать по правде многих только это и интересует, а сколько у них детей? Права человека, да это великая ценность, но всех ли можно назвать людьми? Человек тот, у кого есть высшее образование, человеком является любой ребёнок, любой, кто терпит мнение других. Но является ли человеком негр, избивающий белого в переулке в тёмном квартале, только за то, что он белый, и избивающий, только потому что боится убить, из-за проблем с законом. Является ли человеком Иранский религиозный фанатик, готовый застрелить любого, кто не молиться пять раз в день, готовый продать на рынке женщину, или 'наказать' иностранку за то, что она не носит паранджу. Конечно, это не значит, что нужно пойти и убить всех фанатиков, да это и не выход, они сами могут нас всех убить. Просто о том, а стоит ли их пускать, и как от них избавится, нужно думать на гос-м уровне, а не на уровне нашей не многочисленной, часто отмороженной и многострадальной молодёжи.
        Варвары уже на границе империи, их уже больше, чем нас. Они приезжают в саму империю разрушают её изнутри.
        Но сильнее всего мы разрушаем её сами, разрушаем по-разному. Кто-то разрушает сидя в компьютерном клубе, живя на шее у родителей и не умея ничего делать. Другой аналогично проводит время на дискотеке, попивая пиво и ухаживая за семнадцати летними женщинами, двух недельного романа ради. Третья разрушает своё будущее гуляя с компанией таких крутых парней с банками пива, вместо того, чтобы поискать нормального парня где-нибудь на спортивной секции в элитном ВУЗЕ. Четвёртый берёт взятки, пятый ложит себе в карман часть денег выделенных на космическую программу РФ. Шестой, захватив со своей бандитской группировкой нефтяную компанию, покупает футбольные клубы или виллы за границей. Кто-то же просто опустил руки и не решается биться за свою жизнь, довольствуясь ошмётками дошедшими до него, от всей этой братии.
        Развалится западная империя или нет, зависит от всех нас.
        .

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к