Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / AUАБВГ / Бульба Наталья: " Суровые Ведьмины Будни " - читать онлайн

Сохранить .
Суровые ведьмины будни Наталья Бульбa
        Виктория Майкова
        #
        Наталья Бульбa Виктория Майкова
        Суровые ведьмины будни
        День первый. Как молоды мы были…
        Бабка Йожка Туся
        Лежу. Мягко и упруго. Нет, не столько мягко, сколько упруго, но… какие-то странные опасение вызывает.
        Тьфу-тьфу-тьфу… мужским духом пахнет.
        И откуда у нас тут мужики, если кроме меня, моей сверхзвуковой метелочки, да настоечки, которой я свое средство передвижения сбрызгивала для невидимости, чтобы лишнего внимания в полете не привлекать, на той поляночке никого и ничего больше быть не может?!
        Эх!!! Опять эти новости меня подвели! Ведь сколько раз себе уже говорила, капаешь ингредиенты, не просматривай биржевую сводку. Падают индексы, пусть и валятся, а не то… Похоже, я лишнюю капельку вытяжки из мухоморчика в варево скинула.
        Вот ведь… Будь неладны эти акции РЖД! На них меня и проняло!
        Ладно, кляни - не кляни себя теперь, а нужно соображать, куда попала и что теперь делать.
        Открываю глаза и… закрываю снова. Потому что то, что подо мной, только в страшном сне и может присниться.
        - Может, ты все-таки слезешь с меня! - раздается грозный рык, после которого желание открыть глаза исчезает напрочь.
        Это же надо было так опростоволоситься!!!
        - Нет, чтобы обнять, приголубить, так орет, словно не мужик совсем, - ворчу себе под нос и сползаю с оказавшегося подо мной демона.
        Глаза пришлось все же открыть, так что пока по его телу передвигалась, успела не только ощутить, но и отметить его ладненькую, соблазнительную фигуру и вполне симпатичную (для демона) морду.
        - Если каждую, которая вдруг на голову падает, еще и обнимать… - довольно грубо ответил мне этот экземпляр мужественных и самовлюбленных и добавил…
        Но все остальное я решила пропустить мимо ушей. Для воспитанных Бабок Йожек, к клану которых я относилась, слышать это было просто невыносимо.
        Но так как ничего другого я в этой ситуации не ожидала, решила сделать вид, что он ничего не говорил.
        - Слушай, - начала я весьма вежливо, - а куда я попала?
        - На меня, - снова рыкнул он и повторил то, что наша цензура заменила бы на попискивание. Весьма долгое попискивание.
        Своему терпению я даже позавидовала. Потому что его хватило даже на то, чтобы спросить снова. При этом исподволь разглядывая мою неожиданную подушку безопасности. Не попади я на него, вполне могла зашибиться.
        - А поподробнее можно? Что за мир? Кто правит? Кто с кем спит?
        Эх! Последний вопрос задавать не стоило. Демон посмотрел на меня таким взглядом, словно я собиралась выведать их все военные тайны.
        - А ты, вообще, откуда такая, любопытная? - он грозно сдвинул брови к переносице и сделал шаг мне на встречу.
        Так многозначительно, что я даже несколько опешила. Не столько от этой многозначительности, сколько от того, как внушительно это выглядело. Да… повезет кому-то… Груда мышц с грациозностью тигра. И очень похожим оскалом.
        - Путешествую я, - расправив плечи и нагло глядя ему в глаза, прошипела я. Вдруг испугается. - На Лысую Гору летела, да вот, с курса сбилась.
        - Ведьма, что ль? - как-то слегка успокоился демон. - То-то смотрю: рыжая, голубоглазая, да оборзевшая. Далеко ж тебя занесло.
        И столько в его голосе было ехидства… Ладно, ты у меня еще доиграешься. Но это потом, сейчас и более насущные вопросы ждут.
        Во-первых, Лысая Гора в этом мире есть. Теперь бы до нее добраться, а оттуда уже и домой можно. Во-вторых, ведьмы в этом мире тоже существуют. Значит, не все потеряно. Рано или поздно, да наткнусь. Мы друг друга в беде не бросаем.
        Это то, что хорошо. А теперь то, что плохо. Лишняя капелька такого эффекта дать не могла. Вывод: чьи-то происки. И не факт, что только со мной. Так что, кроме того, что самой выбраться надо, нужно еще и о девчонках что узнать.
        И тут бы неплохо хотя бы такого помощничка, как этот, но… Судя по тому, как он на меня смотрит, рыцари здесь уже давно перевелись. Так что рассчитывать на моральную и физическую поддержку не приходится. Ну и… демон с ним.
        - Ведьма, ведьма. - Хмуро отвечаю я, еще раз, но уже с сожалением, его рассматривая.
        Уж больно колоритный экземпляр. И не только для того, чтобы посчитать себя в относительной безопасности, но и…
        Отставить о развлечениях! Не до них. Хотя… прохладной ночью, да такого под боком…
        Опять я не о том думаю!
        - Ну, тогда… - он как-то ядовито улыбнулся. - Ты попала именно туда. Наш повелитель уже давненько себе в гарем такую ищет.
        И снова шагнул ко мне.
        Лучше бы он этого не делал. Я, конечно, со своим 44 размером и весом в 55 кг против него, что тростинка под ураганным ветром, но курсы самообороны закончила.
        Схватить-то он меня успел, но явно не ожидал, что я буду извиваться змеей, успевая впиваться в него нарощенными ногтями повышенной прочности и вгрызаться зубами. Так что лучшее, что он мог сделать - вырвать меня вместе с клочьями собственной одежды и кусками плоти и отбросить, как можно дальше.
        - Ведьма!!! - прошипел он, пытаясь осмотреть урон, который я успела ему нанести.
        - А ты не лезь, - торжествующе фыркнула я, очень некультурно сплевывая то, что осталось у меня на зубах. - Лучше бы сказал, в какой стороне Лысая Гора находится?
        Тот, похоже, не ожидал такого нахальства, потому что сначала махнул головой в сторону едва виднеющейся тропинки, которая вела вглубь чащи, а только потом смачно выругался.
        - Может, проводишь?
        Я решила, что раз уж начала наглеть, так вполне могу и о помощи попросить. Я хоть и не знала, что тут и как, но то, что этот темнокожий красавчик с весьма привлекательным хвостиком вполне способен меня защитить, догадалась.
        - Ага! - язвительно ответил он, как-то быстро приходя в себя. - Если только в другую сторону.
        Из чего я сделала вывод, что в другой стороне находится тот самый повелитель, у которого гарем. Теперь я точно знала, куда мне идти не стоило.
        - Ну и… с тобой, - уже не удивляясь мужскому бессердечию, тихо прошептала я. Будучи совершенно уверенной, что он меня услышал.
        И, подхватив метлу, направилась туда, где яркая веселость лесной полянки сменялась сумраком густого леса.
        - Эй! - окликнул он меня, когда я уже собиралась шагнуть под сеть густо переплетенных ветвей. - Тебя зовут-то как?
        'Тусей меня зовут. Тусей' - мысленно проговорила я, а вслух прошипела, вкладывая в это всю ту злость, что скопилась у меня за это весьма не доброе утро.
        - А не пошел бы ты… на Лысую Гору.
        И, не оглянувшись, шагнула в темноту. Чтобы мы, ведьмы, боялись дикого зверья или какой нечисти!!! Уж больше людей и всяких других разумных опасаться стоило.
        Остановиться меня заставил отборный мат. Пришлось не только замереть от неожиданности, но и обернуться, а потом…
        Так звонко я уже давно не хохотала. Хотя было мне совсем не до смеха. Забыла я, о чем меня бабуля предупреждала, передавая дар перед уходом в мир иной.
        'Сердишься когда, не желай никому дороги мудреной. Верными твои слова станут. И не найдет тот, кому слова эти будут предназначаться, ни сил, ни покоя, пока пожелание твое не исполнит'.
        Судя по тому, как корежило демона, пытавшегося отправиться по другой тропинке, идти на Лысую Гору придется нам вдвоем.
        Вот только… как ему сказать, что я этого не хотела?
        Стажерка Марыся
        Ох, и волновалась же я перед вылетом!
        Первый раз все-таки.
        Лоханусь - и даже стажеркой мне не быть. Так и останусь ведьмой-самоучкой - ни тебе толком порчу навести, ни снять, ни приворожить.
        Собиралась я тщательно. И даже про дресс-код не забыла, хотя платье, вообще-то, в последний раз в школе надевала. Все чин-чином: и платье вечернее, и шпильки, и даже косметику прихватила.
        А вот лететь в нем - нет уж, увольте. Я уж лучше в левайсиках своих любимых.
        Тем более, что мне до начала шабаша не прохлаждаться придется, а транспортные средства бабкйожкинские ремонтировать. У половины девчонок, как всегда, то на метлах прутики перепутались, то педальку газа на ступе заедает, то вертикальный взлет не работает, то режим невидимости сбоит.
        Что поделаешь… они с техникой не дружат, а я с колдовством.
        Точнее, однобокое оно у меня какое-то получается.
        С любой живой тварью или с растением каким договориться могу, и колдовать не надо. Попросить только.
        А вот с людьми - ну никак.
        Осталась одна надежда - на ковен бабкйожкинский. Если они из меня полноценную Бабу Ягу не сделают, то уж никому другому это точно не удастся.
        Вылетела я пораньше, чтоб успеть с работой до шабаша справиться.
        А уж метла у меня… моя гордость.
        Я ж еще не стажерка даже, метлу взять неоткуда.
        Так мне Туся, подружка моя закадычная, свою старую отдала, чтоб до Лысой горы было на чем добраться. Ну а я этой метле такой тюнинг крутой закатила…
        Теперь и по городу на ней разъезжать можно - она ж теперь трансформер: хочешь - байк, хочешь - кабриолет. И летает быстрее - спойлеры моего собственного изобретения, прутики по-особому подстрижены да обработаны. Не метла получилась, а чисто болид Формулы-1.
        Долго ли, коротко, но добралась я до Лысой горы без приключений. Приземлилась на стоянке, а там уж очередь выстроилась, все меня поджидают с жалобами на свою технику.
        Пришлось сразу в работу включаться.
        Девчонок выслушала, расспросила, да и прогнала с полянки, чтоб не мешали. В рабочее переоделась и давай чинить-настраивать.
        Работаю я - то в ступу залезу, то под нее на салазках заеду, и вдруг чувствую, из рук все валиться начало, будто под руку кто-то смотрит. Ну, я вида не подаю, из-под ступы выезжаю, инструментик свой перебираю, да незаметно так по сторонам осматриваюсь.
        А поляна ивами плакучими окружена, старыми, ветви до самой земли. Попробуй, угляди среди них что-нибудь…
        Может быть, и не углядела бы, да только он сам себя выдал. Хвостом.
        Сидит на ветке тихо, не шевельнется, только глазищи зеленые в полумраке сверкают. А вот хвост из стороны в сторону так и хлещет.
        Я обратно под ступу быстренько закатилась, а сама от восторга только что не повизгиваю.
        Демон! Настоящий!! Класс!!!
        Точно такой, как Туся описывала.
        Сейчас я его…
        А что? Имею право.
        Не положено посторонним на Лысую гору забираться, а во время шабаша особенно. Чревато неприятностями в лице большого количества ну очень злых ведьм. А я хоть не ведьма еще, а только учусь… Но кое-что и я могу.
        Плотоядненько улыбаясь, выкатилась из-под ступы.
        Встаю, спиной к нему поворачиваюсь, к ступе подхожу и внутрь нее наклоняюсь. Педаль тормоза барахлит, понимаете ли, вот и приходится бедной девушке мучиться - то внутрь ступы, то под нее, то за инструментом нагнуться. И спина устала, потянуться надо, спинку размять, плечики расправить…
        Шортики то на мне коротенькие, так, не шорты, а одно название. Да и маечка не лучше.
        Хи-хи, вот и посмотрим, сколько ты там тихо просидишь… Хвост совсем с ума сошел, того и гляди, оторвется.
        А сама еще очки специальные одела, мое ноу-хау. С виду - простые увеличительные, чтоб с мелкими деталями работать, только темные, а на самом деле - чего в них только нет. И бинокль, и тепловизор, и ауровизор… в общем, полезная штука. Умеет все то, что мне самой пока не по зубам.
        Ступу обошла, чтоб к нему лицом оказаться, и рассматриваю гостя непрошенного.
        А хорош, гад, слов нет. Одни выражения и остались. Нецензурные. Ну и междометия еще. Восторженные.
        Притаился на ветке на корточках, гибкий, как кот. Из одежды только узкие кожаные штаны да безрукавка. А они не столько скрывают, сколько подчеркивают все это мускульно-скульптурное великолепие. Грива черных волос аж до пояса. Любая девка обзавидуется.
        Может, не сдавать его ковену? Для своего личного пользования оставить?
        Рассматриваю я его, делаю вид, что работаю, а сама потихоньку заклинание-просьбу плету, к ивушкам-голубушкам обращаясь. Как почувствовала, что готово, что ветви-корни к нему подобрались, очки сняла и говорю:
        - И долго ты там сидеть собираешься? Может, подойдешь, познакомишься с девушкой?
        Только он от неожиданности отошел и спрыгнуть собрался, я замыкающее слово и шепнула. Ветви его вмиг за руки-ноги оплели, в стороны растянули, как муху в паутине.
        Висит, глазищами на меня сверкает, зрачки в щелочку стянуло от злости. А вот будешь знать, как за ведьмами подглядывать.
        Стою, смотрю на него… и никаких мыслей, кроме неприличных, в голову не приходит. У меня ж проблемы с личной жизнью, мужики по жизни ведьм боятся, а как еще и с плоскогубцами или паяльником меня увидят - так сразу исчезают в неизвестном направлении.
        А тут такой экземпляр - и весь мой. И не сбежит - ивушка крепко держит.
        Ну и захотелось мне похулиганить. Кто ж знал, к чему это приведет…
        Я медленно так, от бедра, подошла, с ног до головы его осмотрела. Ладошки под безрукавку запустила, по груди прошлась, по спине, коготочки чуть выпустила, вдоль позвоночника провела…
        Ага, есть контакт: зрачки расходиться стали, дыхание потяжелело. А мы вот сейчас…
        Прижалась всем телом, ладошки совсем уж расшалились - одна по груди, да по спине гуляет, вторая в шевелюру забралась. Я на цыпочки приподнялась, за шею обхватила и поцеловала. Демон на секунду замер, а потом как ответил… Еле оторвалась. Это ж надо, так целоваться…
        Стою, пытаюсь дух перевести, а его хвост… я ж про него забыла!!! Он и остался на свободе. И сейчас за талию меня крепенько так обхватил, а кисточка пушистая под топик забралась. Мр-р-р, даже возражать не хочется. А он хвостом меня поближе подтягивает и давай опять целоваться…
        Вот тут я и прокололась. Так увлеклась, что попросила ивушку его отпустить. Уж больно хотелось продолжить изучение расы демонов в лице одного отдельно взятого зеленоглазого субъекта.
        А этот мерзавец, как на свободе оказался, меня вначале обнял, по шее губами прошелся - я вообще дышать перестала, и на ушко тихонько так шепнул:
        - Ну что, ведьма, пойдем?
        - Куда? - еще не чувствуя подвоха, промурлыкала я.
        - Ко мне домой. - щелчок пальцев и открылся серый зев портала.
        Попробовала я выдраться, да куда там. Не руки - железо кованное. Схватил он меня в охапку и нырнул в портал, я даже пискнуть не успела. Только подумать: 'Вот и попала ты, голубушка, Бабка Йожка недоделанная, как самая последняя попаданка…'.
        День тот же, первый. А как все начиналось! Туся
        - Стерва, - прорычал он раз в двадцатый.
        Хорошо еще, промежуток между этими рычаниями был достаточно долгий, чтобы я успевала успокоиться.
        Нет, я, конечно, и сама знаю, что стерва. Но когда мне об этом говорят другие… Я возмущаюсь до глубины души, уверяя, что более белой и пушистой, чем я, во всем нашем мире не найти.
        Но чтобы реально такой становиться… Я что - дура?! Попробовала разочек, так тут же оказалась запертой в четырех стенах. И началось: утром завтрак, потом обед из четырех блюд, потом ужин… со всеми последствиями. Носки по углам, стирка, разговоры про то, что женщина должна знать свое место. Тут и не у рожденной ведьмой клыки вырастут. Так что я быстренько расставила точки на 'и', вновь обрела статус свободной барышни и занялась тем, что мне нравилось.
        А работы у Бабки Йожки не меряно. Той отварчик нужен, чтобы муженек на сторону не глядел, той настоечку, чтобы по глупости когти не выпускала, когда не следует. То доброе слово скажи, то рявкни так, чтобы посуда в шкафу тоненько зазвенела, то бутылочку распей, чтобы слезами горюшко-обида вышла.
        Так и кручусь, иногда не ведьмой себя ощущая, а бюро добрых услуг. Одна радость, встречи с подружками на Лысой Горе. Нет, мероприятие, конечно, официальное, но когда мы смотрели на статус посиделок, когда у всех кровь кипит, на авантюры и каверзы толкает. Тем более что подружки у меня, под стать меня самой. И словом, и делом, и снова словом.
        - Стерва. - Раздалось опять позади меня.
        Пришлось оглянуться и сверкнуть очами. Так… слабенькая ворожба, чтоб отпугнуть только, но на тех, кто с нами не встречался раньше, действует. Только не на моего спутника. Его оскал был очень запоминающимся. Будь у меня психика послабее, пришлось бы немедленно в кустики бежать. А так только вздохнула тяжело и пошла дальше. Рано или поздно, но ему надоест. Вот тогда и поговорим.
        Жаль только, что рано уже прошло, а до поздно не известно, сколько еще идти. По моим внутренним часам, которые шли с точностью до доли секунды, двигались мы по этой тропиночке уже пару часов. Не очень быстро так двигались.
        Так я ж не на прогулку по лесу собиралась, а на шабаш. Там свой дресс-код, дамам надлежит быть в вечерних туалетах и при каблуках. Хорошо еще, шпильки я недолюбливаю, так что 7 см к своему росту только добавила. Но попробуй на этих 7 по прелой листве, да по сухостою… Ноги переломать можно. А метлой теперь уже не воспользуешься - одноместный транспорт. Нет, можно было и забыть, что демон по собственной дурости за мной вынужден следовать, но… не изверг же я. Стерва всего лишь.
        - Стер…
        Больше терпеть я уже не могла.
        Резко развернулась и двинулась ему навстречу. Знаю ведь, что отступить у него не получится. Как только шаг в сторону сделает, опять крючить начнет. Вот и пользуюсь его беззащитным положением. Впрочем, еще неизвестно, чье положение более беззащитное.
        Одна радость, что пока ему его судьбу описывала, успела себя за язык поймать. А то бы и секретик своего проклятия выдала. Если верить, что в какую сторону не пойди, окажешься там, куда тебя послали, можно чувствовать себя совершенно свободным. И хотя он и своим умом до этого когда-нибудь дойдет (не производит он впечатление недалекого), пока это не случилось надо пользоваться своим положением.
        - А не пошел бы ты…
        Его рука успела закрыть мне рот прежде, чем я закончила говорить.
        Я же сказала, что умненький. Одного раза хватило, чтобы знать, на какие слова реагировать.
        Так и стоим. Смотрим друг на друга. У него глазки черненькие, так и сверкают. Клыки в ухмылке оскалены. Типа, поговори у меня теперь.
        Поговори, говоришь…
        Хорошие у него сапоги. Я на них сразу внимание обратила. Кожа настоящая, у нас такую, днем с огнем не сыщешь. А если сыщешь, то на цены глянув, тут же избавишься от желания их приобрести. Нет, я себе такие позволить могу. Но жаба давит. Чтобы за это… да я лучше себе еще парочку флакончиков духов возьму, да белье… нижнее. Вот за него я никакие деньги не пожалею.
        Так о чем это я… Совсем склероз по молодости лет замучил. А… про сапоги, хорошие.
        Да только каблучку моему, остренькому, эти сапоги не преграда. И вес хоть и небольшой, но фактор неожиданности свою роль играет. Пусть скажет спасибо, что я другим способом избавления от агрессора не воспользовалась. Одно остановило: после такого способа о возможности соблюдения мирных договоренностей можно забыть окончательно.
        - Я не стерва. - Пытаюсь я сохранять спокойствие, несмотря на то, что он обо мне сказал уже так много, что о некоторых вещах я просто не догадывалась. Ну, скажите, разве могла я предположить, что ноги у меня кривые, а моя роскошная рыжая шевелюра похожа на козлиную бороду? - Я просто жертва обстоятельств.
        Надо же… подействовало. Стоит, смотри на меня и молчит. Похоже, думает.
        - Зовут-то тебя как, жертва обстоятельств. - Выдавливает он с трудом, неожиданно вспомнив про воспитание.
        - Туся меня зовут, - отвечаю я, радуясь, что лед тронулся.
        Ну не люблю я военных действий. Ладно там, яд в бокал с вином, стилет в бок во время танца, пожелание долгого пути… Но военные действия… Моя психика их не выдерживает.
        - А тебя? - спрашиваю теперь уже я. Надо же знакомиться. Пусть и пару часов спустя.
        - Эндри, - хмуро представляется он. И добавляет, окинув меня быстрым взглядом с явно плотоядной подоплекой. - К вечеру в городке небольшом будем. Нужно будет тебе одежду поприличней найти. А то наши поймут неправильно. У тебя деньги-то есть?
        Рано я назвала его умненьким. Ему до этого состояния еще…
        - Нету у меня денег. Если только камушки.
        И вытягиваю из-под рукава один из браслетиков. Платиновую змейку с довольно крупным изумрудным глазком. Вещь, конечно, красивая, но…
        От подарков своих бывших я предпочитаю избавляться. А тут такой случай…
        - Этого еще и на пару лошадей хватит. - Неожиданно радостно заявляет он.
        Я же… пытаюсь представить, что можно будет приобрести на тот, который я предпочла не показывать.
        Марыся
        Вышли мы из портала во дворе замка. Или крепости? Я ж их только в кино и видела, как отличить?
        Кругом стены высокие с зубцами, по стенам дозорные ходят, во дворе группа воинов в полном вооружении. И все демоны. Один лучше другого! Мамочка моя! Да тут хроническое разбегание глаз заработать можно!!!
        Я и о своем похищении забыла. Потом подумаю. Успею. Куда попала и как мне отсюда выбираться.
        Видать, заерзала я как-то слишком заинтересованно на руках у моего похитителя. Нахмурился он, бросил подбежавшему слуге: 'Управляющего ко мне'. А сам стоит, меня крепко держит, на землю не ставит. Ну а мне-то любопытно, демоны ж не просто так стоят, прохлаждаются. Вон одна пара воинов на мечах рубится, другая - на длинных шестах… чтоб я такое зрелище пропустила?! Да не в жисть!
        Не хочешь меня на резвы ножки ставить? Ну и ладно. А мне так смотреть неудобно.
        Подтянулась я за шею его мощную, ну и уселась на предплечье, как детей носят. Ребеночек, правда, получился великовозрастный, да и грудь моя на уровне его носа… Ничего, потерпит. Зато у меня обзор - лучше некуда.
        Сижу, наблюдаю, от восхищения дыхание затаила.
        Ну и не заметила, как управляющий подкатился, а с ним двое дюжих мрачных слуг.
        Демон мою тушку им в руки передал, управляющему бросил: 'привести в порядок и в мои покои', а сам к воинам повернулся и про меня словно забыл.
        А слуги меня с двух сторон под рученьки подхватили и к замку повели.
        Я вырываться не стала. Зачем? Все равно отсюда без моей метелочки не сбежишь. Лучше спокойненько осмотреться, информации подсобрать, чтоб на Лысую Гору не с пустыми руками возвращаться. А пока… будем рассматривать это как вынужденный отпуск и постараемся получить максимум удовольствия.
        Замок из серого камня, с искоркой, на гранит похожего. Башни высокие, окна - бойницами… Война у них, что ли?
        Завели меня в холл - огромный, с потолочных балок штандарты свисают, вдоль стен доспехи стоят… Впечатляет. Как на экскурсии в музее.
        Навстречу три служанки вышли, одна постарше, две помоложе, в реверансе присели, приказ, дословно повторенный, выслушали и эстафету по конвоированию меня бедной приняли. Иду я за ними, а сама о местных интересностях размышляю.
        Значица так. Гарнизон в боевой готовности, на стенах посты, ворота закрыты наглухо. Война у них? Похоже…
        Тогда почему их господин по чужим землям шляется, за ведьмами подглядывает?
        А если бы не на меня, лохушку неопытную, попал, а на кого из наших бывалых? Так его бы на шабаше… Ну в общем, потом долго бы по психоаналитикам бегал и о ведьмах даже думать боялся.
        И еще, что интересно… Воины все - демоны. А вот слуги - люди. И управляющий, и служанки эти. Причем видно, что деревенские - все крепкие, румяные, ладони широкие, к работе привычные.
        Пока думала, да по сторонам озиралась - пришли мы. Двери передо мной открыли, ступила я за порог и ахнула. Мать моя ведьма! Да все наши спа- и прочие салоны красоты на осине удавиться могут!
        Зал огромный, весь в цветах и деревьях в кадках. В полу несколько бассейнов - и больших, и маленьких, и во всех вода разного цвета. Аромат - сказочный. То ли от цветов, то ли от всяких банок-скляночек, в изобилии у каждого бассейна расставленных.
        А что, не так уж плохо я попала.
        Пока моя метелочка ко мне путь не найдет, поживу, как жена олигарха. Спа каждый день, массажики, а ночью… чует мое сердце, скучать не придется. Так я и не против… Отдыхать - так по полной. А я в отпуске уже три года не была. Заслужила немного релакса.
        Взялись за меня серьезно: в трех бассейнах отмывали, массировали, натирали, умащали. Ну и маникюр-педикюр, конечно. Даже волосы мои длинные, непокорные ухитрились волосок к волоску уложить. Эх, мне бы такого бальзамчика домой прихватить. А то после наших - все грива дыбом, сразу видно, что ведьма, и не замаскируешься…
        Как закончили - в легкий шелк одели да к столу пригласили: дескать, извольте подкрепиться, пока господин занят. Я, естественно, себя уговаривать не заставила, к столу села, вина пригубила…
        Наивная. Разомлела, расслабилась… Нет, чтоб подумать, что демонов недаром демонами кличут. Только голова закружилась и все. Больше ничего не помню.
        Очнулась я на большой кровати. За окном темно. В комнате полумрак, интимчик, так сказать. Светильники по углам комнаты еле теплятся. И нет никого.
        Хотела я рекогносцировку на местности провести. Встать попробовала - а не тут-то было. Этот мерзавец… Загрызу!!! Даром что у него клыки больше!!!
        Отомстить решил, отыграться.
        На руках-ногах моих браслеты кожаные, веревками к столбикам по углам кровати привязанные. Крепко, не оторвешь. И лежу я, точно как он в ивушкиных ветвях висел.
        Это что ж он задумал-то, ирод?!
        Я ж его только подразнила слегка, и отпустила. А он…
        Голову подняла, попыталась себя оглядеть. Ну хоть одежда, какая-никакая, присутствует. Хотя одеждой это назвать трудно. Только юбка пышная на нее и похожа, а остальное - набор лоскуточков с вышивкой.
        Пока я все это безобразие рассматривала, мой похититель вошел.
        Шлепанцы у входа сбросил, а дальше босиком заскользил.
        Я опять засмотрелась, даже о своем плачевном положении забыла. Традиция у них, что ли, с полуобнаженным торсом ходить?! Из одежды - черные шелковые шаровары да парчовый халат внакидку. Волосы на уровне плеч в хвост схвачены. Зрелище не для слабонервных.
        Подошел к столику у окна, вина в бокал налил. Стоит, на меня смотрит, улыбается. Плотоядненько так, с предвкушением.
        Я чуть было опять в своих путах не задергалась, но собралась, зубы сжала. Не дождетесь. Бабки Йожки попадают, но не сдаются!
        Пора инициативу в свои руки брать. Воздуха в грудь набрала и спрашиваю ехидненько так:
        - Как тебя хоть звать-то, чудо в перьях?
        - Вирран аль Террен, к Вашим услугам. - легкий поклон, правая рука к сердцу прижата. Как на светском рауте, право слово. 'Чудо в перьях' предпочел мимо ушей пропустить. И правильно. А то, если б я эту тему развила…
        - И зачем ты на Лысую гору полез, Вирран, да еще накануне шабаша?
        - Хотелось посмотреть, так ли человеческие ведьмы хороши, как о них рассказывают.
        - И что, посмотрел?
        - Посмотрел. Хороши, ничего не скажешь. И игру ты интересную придумала, ведьма. Мне понравилось. Только теперь я водить буду, ты не против?
        ОЙ, куда-то не туда разговор свернул… Вон как смотрит, глаза аж сверкают. Я себя кроликом перед удавом чувствую. Что бы еще такое сказать, что б отвлечь его от моей тушки, маленькая она, невкусная… Не успела.
        Он уже на кровати рядышком расположился. Голову мою приподнял, к губам бокал подносит. Я отвернуться попыталась - не дал. Пей, говорит, не бойся. Ты же видела, я из этого бокала пил.
        Пришлось выпить. Вкусное вино, мягкое, бархатное…
        А демон рядышком лежит, взглядом уж дырки прожег, но рук пока не распускает, хвост только. Волосы мои сквозь пальцы пропускает прядь за прядью.
        - Как твое имя, ведьма?
        - Мара.
        - Мара… - дыхание огнем шею опалило, руки и хвост… ну полный беспредел творят, и пожаловаться некому.
        Да что ж это такое делается, я ж не железная!!! Садист хвостатый!!!
        Пока креплюсь, от поцелуев его отворачиваюсь, а сама… вздохнуть не могу, сердце где-то в горле колотится. Интересно, он тоже что-то подобное там, у ивы, чувствовал? Тогда прощаю. И признаю право на мщение.
        Ответила я на его поцелуй, как тогда на горе… А как ответила, так путы и пропали. Руки мои сами собой на его шее сплелись. А дальше… не думала я никогда, что страсть и нежность рядом идти могут, да еще таким пламенем полыхать. Ни о чем не жалела, ни о чем не думала, просто любила.
        Заснула я на его плече, а когда утром глаза открыла, его уже рядом не было. Только роза алая на смятой подушке.
        А на сундуке в ногах кровати два наряда разложены. Один - женский, платье шелковое, жемчугом вышитое, и туфельки атласные. Другой - мужской, типа того, что на нем вчера был, только жилет на шнуровке и белая рубашка приложена. И еще сапоги до колен.
        Надо же, и выбор предоставил…
        В пору растеряться. Не слишком ли ты совершенен, милый мой демоненок?
        Или знаешь, что ведьму силком не удержать, все равно водой сквозь пальцы просочится? Вот и делаешь так, чтобы сама захотела остаться?
        А зачем я тебе? Зачем на Лысую гору полез в канун шабаша? Приключений захотелось? Не верю. У вас тут, похоже, и так вся жизнь - сплошное приключение.
        Так зачем?
        Чует мое сердце, не все так просто, как кажется. А бабйожкинское сердце - вещее… и еще знает оно, что сегодня ночью не было ни фальши, ни расчета. Если что и было до этого - все сгорело в этой ночи, пеплом развеялось.
        А что будет… поживем - увидим.
        Взяла я мужской костюм и направилась в купальню.
        Сейчас у меня одна задача - сбор информации. Не дело слепым котенком в углу сидеть, когда кругом такие непонятки творятся…
        День второй, плавно переходящий в третий. От перестановки мест слагаемых… Туся
        Как он и предсказал, городок был небольшим. Чтобы не смущать местное население, Эндри накинул на меня свой плащ, который мне пришлось придерживать руками, чтобы он в виде мантии за мной не волочился, и натянул пониже капюшон. Для безопасности, как он сказал.
        Я не стала уточнять, о чьей безопасности шла речь. Потому что и так было понятно, что не для его. Вооружен он был. И на мой дилетантский взгляд, вполне прилично. Меч, замотанный в плотную ткань за спиной, два кинжала на поясе, еще столько же в сапогах.
        Повезло мне, что в тот момент, когда я на него свалилась, он решил себе привал устроить и все, что лишнее было, лежало от него неподалеку. А то бы… вряд ли мне приземление на него понравилось.
        Кстати, метлу свою мне пришлось уменьшить, чтобы она в глаза не бросалась, да под плащ спрятать. Хорошо еще, заклинание это и в этом мире работало, а то вся наша конспирация пошла бы коту под хвост.
        На предложение демона подождать его в гостинице, пока он будет браслетик на золотые менять, да одежду мне подбирать, я ответила ему категорическим отказом. Мало, что он меня часть дороги стервой называл, так еще и за лохушку держит… От наивности меня излечили еще в раннем детстве. А уж когда я научилась чужие денежки считать, то и ее остатки растворились в понятии 'упущенная выгода'. Чего-чего, а такого я себе не позволяла.
        Пожилой гном в ювелирной лавке долго охал, удивляясь тонкости работы. Пытался угадать мастера, но когда Эндри упомянул, что у дракона взял, когда тот в тресшас (высокоинтеллектуальная игра, типа нашего домино, это я выяснила чуть позже) проиграл, замолчал и выложил на широкий прилавок десяток монет.
        Потом была одежная лавка, где тот же демон выбрал мне пару дорожных платьев, в которых можно было ездить в мужском седле и сапожник, который едва не рухнул в обморок при виде моих туфелек. Здесь даже тратиться не пришлось. И это несмотря на то, что дорога по лесу им на пользу явно не пошла. Так что я стала обладательницей пары сапог, которые обтягивали мою ножку, словно перчатка руку, и вполне приличной обувки, очень похожей на легкие танкетки, для которой не была страшна мощенная камнем мостовая.
        Следующий поход по лавкам мы устроили уже после того, как я переоделась и спрятала свои рыжие лохмы под длинным шарфом, как мне объяснил демон, эльфийской работы.
        Стоило признать, что все это мне дивно шло. Глубокого темного цвета платье, плотно облегающее мою довольно хрупкую фигурку, нежно голубой шарфик, идеально подходящий под цвет моих глаз, который я накинула на голову и замотала вокруг шеи, подчеркивая ее волнующую линию.
        И не говорите мне, что не стоило себя так преподносить на землях демонов, где повелитель хочет заиметь ведьму в свой гарем! Сама знаю. Но считаю, что барышня в любых условиях должна выглядеть достойно. А те проблемы, которые при этом могут возникнуть…
        У меня теперь есть спутник. Вот и пусть это будут его проблемы. Ну а уж если не справиться… Моя метла, которая сейчас была похожа на небольшой посох мага, была при мне. Давая возможность просто скрыться с места преступления.
        Набрав кучу всяких мелочей, которые могут пригодиться даме во время путешествия, и достаточно попортив демону нервов, выясняя, какое ему больше нравится белье. То, которое шьют у эльфов, из тончайшего кружева, способное сломить остатки воли любого мужчины уже само по себе, без помощи того, что находилось под ним, или то, что предпочитали демонессы. Плотные обтягивающие шортики и коротенькие топики. Он, может быть, и хотел сбежать от этого издевательства, но, увы, не мог. Намекнула я, что это не единственное проклятие в моем багаже. И если он не хочет… Он не хотел.
        Пусть радуется, что мучения его закончились быстро. Как я уже сказала, стервой я была, а вот извергом - нет.
        - Куда двинемся дальше? - Спросила я у Эндри, когда мы закончили ужинать в обеденном зале гостиницы, в которой решили остановиться.
        Утром мы собирались отправиться на конюший двор, подобрать себе средства передвижения, а уже потом тронуться в путь. А он нам, как я поняла, предстоял весьма долгий. И не столь безопасный, как мне бы хотелось. Дорога на Лысую Гору шла через Проклятые земли. А я-то уж знала, что просто так такие названия не даются.
        - Есть тут одно место. - Загадочно протянул он и оценивающе на меня посмотрел.
        И так это выглядело, что я себя малолеткой зеленой себя почувствовала. Вот ведь…
        - А девушек туда пускают? - Уточнила я, прикинувшись невинной овечкой.
        Знал бы он, как мы с девчонками… Это хорошо, что он не знал. Запер бы сейчас в номере и отправился один.
        - Вообще-то пускают. - С сомнение в голосе произнес он и загадочно облизнулся.
        Напугал! Пришлось мне однажды в закрытом заведении официанткой работать. Было дело, муженька одной клиентки пришлось на чистую воду выводить. Так там, любители острых ощущений, с моего живота, как с тарелочки пищу вкушать изволили. И вечно вилочку в кожу воткнуть норовили. Правда, когда тот хмырь мне все-таки в руки попался, мы с той самой клиенткой его на прочность проверили. Говяжий стейк с кровью на его телесах острым ножичком шинкуя.
        - Ну, тогда чего сидим? Пошли. - Фыркнула я, поднимаясь с табуретки.
        Не мог заведения приличней найти.
        - Ну, пошли. - Хмыкнул он, поднимаясь следом.
        Мы и пошли. Идти оказалось не очень-то и далеко. Пару раз свернули направо, два раза по столько - налево. Потом прошли каким-то вонючим закоулком, потом опять свернули… Мне такая ходьба явно что-то напоминала. Одно оставалось неясным, то ли он хотел слежку сбить, то ли иметь возможность от меня избавиться. Не будь я ведьмой, дорогу обратно точно бы не нашла. Впрочем, лично я и искать не собиралась. На гостинице нашей флигелек был заметный. Так вот с того места, куда мы пришли, его очень хорошо видно было. Достаточно лишь на соседнюю улицу перейти.
        Подошли мы к дому, который в глубине сада стоял, по узенькой дорожке добрались до крылечка. А дверь-то и закрыта. Но моего спутника это нисколько не смутило. Постучал он замысловато и уже через пару минут дверь и приоткрылась. Высунулась оттуда морда еще одного демона, тот окинул нас внимательным взглядом, и пропустил.
        Вошли мы в коридор. Длинный и темный. Потом спустились по лесенки куда-то вниз, там наткнулись еще на одну дверь и…
        Эх! Вот меня-то здесь точно не хватало.
        Комната была очень большой. И, насколько я успела понять по беглому осмотру, она была здесь не одна. Ткань тяжелых портьер кое-где слегка колыхалась, выдавая движение воздуха за ними. На небольшом возвышении извивалась полуобнаженная девица, на полу рядом с ней валялась недостающая часть одежды. Но на стриптиз это было даже близко не похоже.
        Вокруг с десяток столов, за которыми сидели не только демоны, но и люди. А еще неизвестно кто, кого я определила, как эльфов. Кто они были на самом деле, мне было неизвестно, да и выяснять особого желания не было. Не принципиально.
        Большинство были заняты игрой. В основном в тресшас и нечто, с первого взгляда напомнившего мне банального подкидного. Все, теперь мне точно скучно не будет. Кто-то пил. Судя по недовольным мордам и лицам, это были те, кто уже проигрался. Кто-то, а таких было единицы, посматривал на барышню. Если принять во внимание выражение их морд и лиц, им не хватило на то, чтобы уединиться за портьеры.
        Ладно, Эндри, запомним и запишем. Как ты скромную и воспитанную даму в притон привел. Если что, тебя виноватым и сделаем.
        Нам указали на один из дальних столиков. Пока еще пустых. Мы и отправились туда, притягивая к себе взгляды. Много взглядов, почему-то направленных не столько на меня, как я того ожидала, а на моего демона. Надо же, я его уже своим считаю!
        - Чем займемся? - С наглостью прожженного Дон Жуана посмотрел он на меня.
        - А в картишки… - Ухмыльнулась я.
        - Во что? - уточнил он. Похоже, это словечко здесь не знали.
        - А вот в то, во что теми картинками играют. - Кивнула я в сторону ближайшего стола.
        - А ты знаешь, как в это играть? - хмыкнул он.
        - Ты научишь, - невинно взглянула на него я.
        - А в это просто так не играют, - попытался поймать меня он.
        - А как в это играют? - продолжила строить глазки я.
        - Ну… - несколько замялся он, но тут же добавил. - На желания.
        Вот именно это мне и нужно было.
        - Да?! - пожала плечами я. - А у нас еще и на раздевание.
        - Это как? - проявил он свою заинтересованность.
        Ну, я ему и рассказала. Уже к середине своего повествования сообразив, что теперь он уже мой. Вместе со всей своей одеждой.
        Почему я так решила? Да потому что мухлевать, играя в карты, я научилась раньше, чем произносить мама и папа. Такая уж жизнь у меня была. Веселая.
        Туся… сумма не изменилась.
        - Извини, так получилось, - мило улыбнулась я ему, после того, как он был вынужден снять камзол.
        - Прости, я не хотела, - повторила я, позволив ему снять один сапог, а не оба сразу.
        - Ну, милый, учиться играть надо было. - Лукаво прошептала я в самое ушко, после того, как он был вынужден снять рубашку, открыв мне для изучения великолепный торс.
        Услышав в ответ его шипенье: ' Ведьма!!!'
        После чего он снова потянулся к колоде.
        - Может, не стоит? - Попыталась я его образумить, но это оказалось бесполезно.
        Впрочем, именно на это я и рассчитывала. Потому что следующими были штаны.
        И к тому времени, как это случилось, в зале, кроме нас, уже никто не играл. И я их очень хорошо понимала. Такого азарта, такого накала страстей, как тот, что демонстрировали мы с Эндриком, до нас не было.
        - А я вот так! - Рычал он, хлопая по столу очередной картинкой.
        - А на ваше заявление мы ответим своим. - Нежно улыбалась я, доставая очередной козырь, которого уже давно не могло быть в колоде.
        Но это были такие мелочи, по сравнению с тем удовольствием, которое мы доставляли друг другу.
        - А я…
        - А ты опять проиграл, дорогой. - Наклонилась я к нему через стол и чмокнула воздух перед ним.
        - Ведьма!!!
        - Знаю. - Хмыкнула я. И добавила. - Штаны снимаешь вон там…
        И показала на ту самую площадочку, где при нашем появлении выплясывала девица. Стоило заметить, человеческая девица.
        - Я отыграюсь. - Хлопнул он по столу.
        - Ты уже пробовал, но у тебя не получилось. - Проворковала я, и, откинувшись на спинку высокого стула, закинула ногу на ногу в ожидании представления.
        - А может быть, за него попробую отыграться я. - Взглядом согнав моего спутника со стула, напротив меня присел демон.
        Нет, это был ДЕМОН. Короче, выглядел он не столь безобидно, как мой хмурый друг. Хмурый?! Да он едва счастливую улыбку сдерживает, потому и морда кислой кажется. Похоже, меня кто-то разводил по полной.
        Наивные! Неужто до конца не осознали, что с ведьмой дело имеют. Да мы с девчонками такие фокусы на раз просекали. Тяжко одной, конечно, будет, но где наша не пропадала. Не посрамлю я честь бабок йожек земли родной.
        - Ну, попробуй. - Улыбаюсь я ему. - Только назовись сначала. А то я с незнакомцами в эти игры не играю.
        - Азаиром меня зовут - И смотрит на меня так странно, словно я должна знать, что это значит.
        Я же, в ответ, только плечами пожала. Азаиром, так Азаиром. Да хоть бедою назови, самое главное, чтоб поплыла.
        Ну, я колоду в руки взяла, ему протянула, мол, давай, тасуй да раздавай.
        Нет ведь, сидит, гаденько так ухмыляется и головой качает. Мол, сама.
        Ну, сама, так сама. Мне же проще. А народ вокруг собрался, аж дыхание затаил, с рук моих глаз не сводит. Ну, я карты веером разложила, в колоду собрала, из ладошки в ладошку дружненько перебросила, опять разложила. Пока они на фокусы мои глазели, я с мастью козырной определилась, и порядок карт запомнила. Первые пару раз проиграть мне надо было, чтобы укрепить его во мнении, что все именно так, как он того и хочет. Ну а уже потом…
        Все так и получилось. Проиграв, едва слезу не пустила от избытка чувств. Шарфик эльфийский с себя сняла, рыжей гривой встряхнула, да тяжко так вздохнула. И народ, который поближе к нам подтянулся, тоже вздохнул. В предвкушении.
        Во второй раз пелеринку с платья рядышком положила. И не было больше на моем лице выражения полного восторга. Особенно когда Эндрик оба сапога обратно натянул. Договоренность у нас такая была. Если я проигрываю - раздеваюсь. А он, стало быть, одевается.
        Прежде, чем в третий раз раздать, предложила Азаиру компанию увеличить. Мол, пусть и мой спутник в игре поучаствует. Негоже здоровому мужику, да за чужую спину прятаться. Тот ничего против такого варианта не имел. Ну а я и рада. Мы-то в институте по трое-четверо играли, потому я и привычная за картами следить, да и мухлевать так намного проще.
        Короче, дело пошло. Азаир камзол снял - я пелеринку вернула. Эндрик один сапог - я шарфик поверх волос повязала. Азаир сапог - а мне нечего возвращать: сижу, улыбаюсь. Если б можно было в долг записать, но они никак не соглашаются. Я шарфик сняла - Азаир сапог надел. Эндрик второй снял - я шарфик повязала. Я шарфик сняла - Эндрик сапог надел.
        Потом мне надоело. Один с голым торсом сидит, а второй почти при полном параде. Ну и довела их обоих до одних штанов.
        Раскладываю, предчувствуя, как очень скоро эта парочка будет передо мной стриптиз устраивать. Играем. Дело к этому и идет. Последний ход…
        Азаир проигрывает и снова на меня так гаденько смотрит. И чего им надо?! Все по-честному, если не считать ловкости рук. Но так ведь, не пойман - не вор.
        - Ты знаешь, с кем играть-то села? - Наклоняется ко мне Эндрик и ядовито шепчет на ушко.
        - Что, знаменитость какая? Или олигарх местный? - Спокойно спрашиваю я, заранее пытаясь сообразить, в какую дверь, если что, сбегать.
        А самое главное, как к этой самой двери пробиться. Зрители плотной стеной стоят. Видно со зрелищами у них туго. Было. До моего появления.
        Тот хоть и слова не все понял, но смысл уловил. Кивает. Радостно.
        - Ага. Повелитель он наш. - И обратно на стул садится.
        Скромненько так. Мол, извините, так получилось.
        - А, - говорю, - повелитель. Так тем более должен знать, что карточный долг - долг чести.
        От моего заявления в зале повисла напряженная тишина. Ну а я, воспользовавшись моментом, негромко так, но с внутренним вдохновением, произношу:
        - А не пошел бы он…
        Эндрик, вместо того, чтобы рот мне затыкать, кидается на повелителя и закрывает его собой. Телохранитель, блин, доморощенный. Он бы ему еще уши ладошками прикрыл, чтобы тот слов неприличных не услышал.
        Те, кто толпой вокруг нас стояли, как-то резко рассеялись, словно опасность почувствовали. Ну а я, резко воспользовалась ситуацией и кинулась к выходу. Пока еще кое-кто не сообразил, что заканчивать свое проклятие я и не собиралась.
        Делать мне больше нечего, как неизвестно куда главного демона отправлять. Лично я еще жить хочу. А при таком раскладе даже собственное везение сделает вид, что мы с ним не знакомы.
        Выскочила я из дома, даже не успев удивиться тому, что охраны, которая должна была бы сопровождать, столь высокородное лицо не наблюдаю. Впрочем, мне оно только на руку.
        Вместо того, чтобы на улицу кинуться, я в парк свернула. Когда мы еще в это заведение шли, приметила я там незаметную беседку, всю увитую гибкими стеблями и усыпанную яркими цветами. Вряд ли у кого из моих возможных преследователей мысль появится, что я и убегать-то никуда не собиралась.
        Нервничать мне было ни к чему. Даже если они в гостиницу отправятся, да потом засаду там на меня устроят, я вполне могу туда не возвращаться. Золотые, которые от продажи браслета остались, у меня. Цену я им теперь хорошо знаю. Так что не пропаду. Лавки утром откроются, так я себе внешность слегка подправлю, чтобы при самом сильном желании меня так просто найти нельзя было. А уж дорогу узнать… так язык есть. Он и до Лысой Горы доведет. Да и метла моя, вот она, родимая. Сама за лаской под руку просится.
        Оставалась одна проблема - Эндрик. Но с этой проблемой он теперь пусть сам разбирается. Я его не заставляла меня так подставлять. Так что сходит на горку, избавится от моего пожелания, да заживет себе спокойно, вспоминая обо мне, как о страшном сне.
        Кстати о сне… Беседка оказалась именно такой, как я и предполагала. Схороненная от лишних глаз довольно густым кустарником, да увитая плющом.
        Открытым остался только вход аркой, да и то на него несколько длинных плетей свисало, от чужих глаз то, что находилось внутри, пряча. А там как раз скамеечка широкая, чтобы ночь пусть и не со всеми удобствами провести, так хотя бы в безопасности.
        А уж утром…
        На том и остановилась. Укрылась пелеринкой, пожелала себе спокойной ночи и закрыла глаза. Утро вечера мудреней. Даже у Бабок Йожек.
        Туся. День третий. Не давайте детям спички.
        Вопреки моим пожеланиям утро не то, что мудрым - добрым не оказалось. Какая к ведьмам может быть мудрость, когда полночи спать не давали, а вторую половину я сама с трудом свои косточки на деревяшке пристраивала.
        Сначала бежали туда. Кричали громко. Потом бежали обратно. Опять кричали. Потом вроде все затихло, я даже задремывать начала. А потом как рыкнут, у самой беседочки. Ну, я клубочком в уголочке свернулась, лежу, не дышу. А тут букашка подлая, плюх мне на нос и ну по нему круги наматывать. Извелась я вся, от желания чихнуть. Еле-еле сдержалась.
        Потом, вроде, страсти снова улеглись. Ну и я вместе с ними. Локоток под голову, ноги вытянула, как-то сразу ощутив, что костей у меня значительно больше, чем когда я на перине лежу. Опять себе спокойно ночи пожелала и глазки закрыла.
        Только туман сна проясняться начал, девчонки мои в сновидении проявляться, да на фоне Лысой Горы… А тут, как ухнет! Не знала я, что в этой местности совы водятся. Испугалась так, что чуть заикаться не стала. Но и тут удержалась: опять в округе беседки шевеление ощутила.
        Окончательно смолкло все только к рассвету. А тут уже и просыпаться надо. Ну, я и проснулась. Из беседки выглянула - никого. Воздух понюхала - свежестью пахнет. Да травкой. Да… это нюхать я не стала.
        Я к интуиции, за советом. Так, мол, и так, стоит мне выходить или еще подождать. А она… Короче, послала она меня. Очень далеко. Хорошо еще, не ей, а мне бабушка дар свой передала. А то бы ведь и пошла, куда послали.
        Были у нас с ней некоторые разногласия. Во взглядах на мою жизнь. Вот она мне их и припомнила. Ну и ладно, зато теперь квиты. В следующий раз вполне могу к ней обратиться. Не имеет теперь она морального права мне отказать.
        Обидно, конечно, что самой все решать приходится, но такая уж наша женская доля. Все на свои хрупкие плечи валить.
        Накинула я на себя морок, старухой, прикинувшись. Из метлы клюку сделала, и пошла потихонечку. Но не в те ворота, через которые мы заходили. Деревья хоть и плотно стоят, да калиточку в заборе я все равно приметила. Правда, калиточка та оказалась с копьями торчащими, но в детстве, когда по чужим огородам с соседскими пацанами лазила, и не через такие перелезать приходилось. Вот что значит, умения и навыки!
        Вышла я на узенькую улочку, огляделась. Как-то подозрительно пусто. А идти надо. Ну, я и пошла. В сторону гостиницы. Флигелек-то видный, заблудиться трудно.
        Это я на тот случай, если демонам до меня дела никакого нет.
        Зря надеялась - есть дело. Утро раннее, население видно спит еще крепко, потому как на улице почти никого нет, а у гостиницы прямо-таки оживление. Причем, какое-то суетливое. Очень похоже на то, когда угодить хотят, а не знают, как.
        Я грустно так улыбнулась и поплелась в ту сторону, где ряды торговые были. Морок, конечно, дело хорошее, но уж больно утомительно. Чуть отвлечешься на что сильно, а он уже и поплыл, потек, выдавая то, что под ним прячется. Куда уж лучше внешность с помощью подручных средств менять.
        Те лавки, в которых мы с демоном были, я стороной обошла. Не для меня они. Мне б чего попроще. Но не настолько, чтобы уж совсем нищенкой, а так, чтобы среди большинства не выделялась. Хорошо еще, успела я заметить, в каких одеждах это большинство ходит.
        Как задумала, так и сделала. Платье теперь на мне добротное было, но не столь броское, как то, что я с Эндри выбрала. И сапожки, и перчатки и… шляпку, под которую волосы убрала. И с лицом слегка поколдовала. Благо, чем носик припудрить, да глазки подкрасить, в этом мире уже знали.
        То, что на мне раньше было, как могла аккуратно свернула и в баул прибрала. Пригодится.
        Мысленно финансы свои пересчитала, плану своему обрадовалась - экономным он оказался. За браслетик мой мы получили пять тугриков и столько же сегриков. Один сегрик пришлось на медники разменять. Это на то, что по мелочи брали, да за гостиницу за один день заплатили. За всю одежду мою, что вчера купили, сегрик отдали. А сегодня я медниками обошлась. В итоге у меня все тугрики в целости остались, два сегрика и горсть медников, которые кошелек замшевый на поясе весьма чувствительно вниз тянули. Пришлось, чтобы взгляд не привлекал, отводящий глаза наговор на него наговаривать.
        К тому времени, как я дела все свои закончила, проголодалась сильно. И не только проголодалась. Но и… Об этом воспитанные дамы вслух не говорят. Но отсутствие био-туалета на улице меня огорчило. Вот ведь проблема! Повелителя демонов в карты обыграть - как здрасьте. А вот…
        Но, как я уже говорила, было бы желание, а язык и до Киева доведет. Ловлю на улице первую попавшуюся женщину приятной наружности и внешне подходящего достатка и наваливаю ей лапшу на уши, выясняя, не может ли она мне показать, в какой стороне находится гостиница, в которой я могла бы остановиться переночевать и с обозом каким договориться. Об обозе Эндрик упомянул, когда рассказывал, как дальше поедем.
        Или дамочка оказалась сердобольной, или моя лапша подействовала, но мне не только рассказали и показали, но даже и довели до самых дверей. А дальше я уже и сама справилась. Комнатку взяла небольшую, но со всеми удобствами, которые очень мало напоминали те удобства, к которым я привыкла. Но хоть не ночной горшок. Водопровод, какой-никакой, а есть. Жаль только, без горячей воды, ее слуга для ванны таскал ведрами. Можно было, конечно, и каким-то порошочком воду подогреть, но стоило в три раза дороже. А мне шиковать было не с руки. Пока.
        В хлопотах и раздумьях день пролетел незаметно. А ночью я спала, крепенько. Лишь о девчонках беспокойство даже в сон прорывалось. Так и чудилось, что они меня зовут. Вот только о помощи просили, или сами меня найти пытались, так и не поняла.
        А утром сам хозяин гостиницы меня к обозу проводил. Место в повозке он мне еще накануне выкупил. За отдельную, естественно, плату.
        Ну, я и поехала. Села с краешку, чтобы можно было напоследок хоть немного город посмотреть. Вместе с Эндриком-то мы не сильно гуляли, а одна я поостереглась. Хоть и невозможно меня по виду узнать, а вдруг у них какие средства магические есть. Уж если даже я могу нужного человека мне найти. Правда, меняя внешность, я меняю и свой внутренний мир, подстраиваясь под образ, но чем, говорят, черт не шутит…
        А город у демонов миленький такой. Чистенький, аккуратненький. И не такой маленький, как меня мой бывший спутник убеждал. Улочки камнем мощеные, да и дома тоже каменные. Деревьев много: сады-полисаднички, клумбочки с цветочками, горшочки на балконах. Идилия…
        Была. Пока мы к воротам не подъехали, которые закрытыми оказались. И демонов рядом с ними… Судя по тому, что одеты все одинаково - регулярные войска. Как положено, все при оружии.
        Глянула я на них, и едва с лица не спала. И без ворожбы понятно, что по мою душеньку. Одна надежда, что ищут рыжую, в темно-синем платье и наглую. А я - скромненькая и серенькая. Как ты мышка, которая вечно не причем.
        Всех желающих покинуть город попросили с повозок сойти. Мол, каждую досмотрят и за ворота пропустят. Ага! Если с первым я еще могу согласиться, то в отношении второго очень сильно сомневаюсь. Кого-то может быть и выпустят, но меня, если опознают, уж точно нет. Одна надежда на удачу-везение, которая даже в самые пакостные времена обо мне не забывала.
        Так что стою, жду своей очереди. Вроде бумаг никаких не требуют, перстней родовых - тоже. Да и демон мой говорил, что лишь у титулованных особ всякие опознавательные знаки есть, а те, кто попроще, одним именем и довольствуются.
        Пока я обо всем этом думала, очередь и до меня дошла. Походит ко мне демон, дружелюбно скалится. А меня от размера его клыков едва в дрожь не бросает. Да и от разворота плеч, в которых трех меня потерять можно.
        - Ваше имя, госпожа.
        Вежливый такой. Некоторых бы продавцов ему на стажировку, чтобы знали, как с клиентом общаться нужно.
        - Марьяна из Залесья. - Тихо ответила я и опустила глаза.
        Имя я запомнила, когда Эндрик по моей просьбе рассказывал, как здесь младенцев женского пола нарекают. Да и деревушку Залесье он тоже вскользь упомянул, когда я выпытывала его о маршруте на Лысую Гору. Человеческое поселение на той стороне границы земель демонских.
        - И с какой целью Вы, госпожа Марьяна, в Залесье едите? - спрашивает он меня культурненько.
        - Домой возвращаюсь. Сестру родную проведывала. Ребенок у нее второй родился. Вот я по хозяйству ей и помогала, пока она слаба была. - проворковала я, не поднимая глаз.
        - А не покажет ли мне госпожа Марьяна из Залесья, свои ручки с изящным маникюром, которым она сестре по хозяйству помогала, - раздался из-за спины голос, который я при всем своем желании ни с каким другим спутать не могла.
        Ладно. Проигрывать я тоже умею. Временно.
        - Может, тебе, Азаир, еще показать, где находится ключ от квартиры, в которой деньги лежат? - уточнила я довольно дерзко, надеясь, что если меня и будут убивать, то не здесь.
        Все-таки, свидетелей слишком много.
        - Я думаю, это вполне может подождать. - Он прошелся плотоядным взглядом по моему телу, едва не облизываясь от предвкушения. - А вот кое-что другое, вряд ли. - И добавил, обращаясь к кому-то за моей спиной. Уже совершенно другим тоном. - Отвезите это чудо в мой дворец и приведите в более приличный вид.
        Моего мнения о том, хочу я этого или нет, к сожалению, никто не спрашивал.
        А зря.
        Марыся
        Выход из замка нашла я легко. Как ни крути - ведьма, хоть и не обученная.
        А выйдя, сразу туда пошла, где мы вчера с Виром из портала вышли. Подсказывало мне что-то: если и смогу узнать что путное - так среди воинов, а не слуг.
        Ну и направилась к воротам.
        Иду, а сама думаю: не иначе как магически мои наряды создавались. Я, хоть мужское и надела, не могла не потешиться, женское платье не примерить. А оно как влитое сидит. Что надо - подчеркивает, что не надо - скрывает. Вот бы нам, Баб Йожкам, такие заклинания… Это ж какая экономия времени и нервов. Бабоньки мне не простят, если я их не добуду. Еще одна задача для стажерки-диверсантки в тылу врага.
        Пока шла да думала, как у здешнего мага (есть здесь такой, нутром чую!) этот секрет выпытать, к площади, что перед воротами, подошла.
        А там все, как вчера. Дозорные на стенах, отряд в полном вооружении во дворе: часть воинов отдыхает, часть - на плацу разминается, силушкой меряется.
        Присмотрелась я, определила главного, и к нему с поклоном. Так, мол, и так, чужая я, нездешняя, ничего не знаю, защитить себя не сумею, дозвольте поучиться. Он стоит, меня задумчиво так рассматривает… старый, опытный. По виду - не на много старше остальных, но такая бездна времени из глаз на тебя смотрит - жутко становится.
        Пока он размышлял, мой зеленоглазый появился. На меня вопросительно глянул, и я будто голос его слышу:
        - Что, поучиться хочешь?
        - Хочу - отвечаю. Тоже мысленно.- Вижу я, в вашем мире без этой науки никуда.
        - Хорошо, - согласно опускает ресницы, - только поосторожнее.
        И к старшему повернулся. На меня подбородком указал и кивнул. А сам на тренировочную площадку направился.
        Ну, я старшему опять кланяюсь и представляюсь.
        Он тоже в ответ: 'Баал'. Ну и имечко…
        Уж не тот ли это тип, которому на Земле в древности поклонялись, а в средневековье детей пугали? Этот может, ох может…
        Баал ухмыльнулся, словно мысли мои прочел, и на плац направился. Ну а я за ним, как маленькая тележка. Пришли, у стоек с оружием стали. Он меня и спрашивает:
        - Что умеешь, Мара?
        - Ничего.
        Он со стойки два деревянных меча снял, один мне бросил. И говорит:
        - Верховой езде и мечному бою я тебя учить буду. А рукопашному - вот тот юнец. - и кивает на соседнюю площадку, где два демона друг друга в пыли валяют.
        И завертелось…
        Вначале меня Баал часа три мучил, да так, что я ковшик с водой потом ко рту поднести не могла - или промахивалась, или расплескивала.
        Потом посадили меня на какого-то зверя. По виду конь, а в пасти клыки волкам на зависть. Когда этот четвероногий садист мою бедную Мадам Сижу окончательно в отбивную превратил, меня с него аккуратненько сняли и в когтистые лапки того 'юнца', что меня рукопашному бою обучать должен, передали.
        Поставил он меня на ноги, сам напротив встал, объяснять что-то начал… а я с трудом вертикаль удерживаю - руки трясутся, колени дрожат, попа со спиной волками воют. В общем, попробовал он какой-то приемчик мне показать, да не вышло ничего. Вместо того, чтобы в сторону уйти, как он показывал, я в конечностях своих многострадальных запуталась, на пятую точку с маху села и встать больше не смогла. Демон, правда, понятливый попался - слуг кликнул, приказал меня в купальню отнести. А сам подмигивает: дескать, завтра с его урока начнем, а то после Баала ему опять ничего не достанется.
        В купальне меня служанки уже ждали, одежду пыльную сняли, и за тушку мою бедную, синяками покрытую, принялись. Вымыли, вытерли и на стол массажный уложили. А я массаж страсть как люблю. Да еще и с такими маслами - сплошной натурпродукт, никакой химии.
        Лежу я, мурчу от удовольствия, расслабилась, чуть не засыпаю. И не заметила, когда руки сильнее и жестче стали, уж точно не женские, пусть даже крестьянские. Очнулась, лишь когда этот массаж из лечебного в эротический переходить начал.
        Поворачиваюсь - а это Вирран. И ни одной служанки кругом, всех прогнал, догадливый мой. Сам уже топ-лесс, так сказать, кожа влажная, глаза хитрющие, так и норовит массаж с моего тыла на фасад перенести. А я и не возражаю…
        В общем, сделали мы небольшую паузу в банных делах.
        Кто бы мне сказал раньше, что демон таким ласковым и нежным быть может - не поверила бы. Будто все мои мысли и желания наперед знает… волшебство, да и только.
        А потом перенес он меня на руках в бассейн, сам вина налил в бокал золотой, богато украшенный, и тоже в воду забрался. Спиной на стенку оперся, меня к груди прислонил, обнял, шею поцелуями щекочет и бокал к губам подносит. Глоток мне, глоток ему. Да еще шепчет на ушко:
        - Люб ли я тебе, Мара? Хорошо ли тебе со мной?
        - Люб, - отвечаю. Да и как тут иначе ответить, когда на каждое прикосновение тело песней отзывается, а душа крылья расправляет. - Хорошо мне с тобой.
        Одно странно, опять один бокал налил.
        Ну, вчера понятно, хотел показать, что отравы никакой в вине нет. А сегодня? Нехватка посуды? А впрочем, какая разница. Все равно у меня руки до сих пор дрожат.
        Лежим мы, вода журчит, луч закатный на мраморе белом играет… Красота да и только. Ну, я и решила к расспросам потихоньку приступить, а то за весь день не то, что расспрашивать демонов, слова вымолвить времени не было.
        - Скажи, Вир, война у вас идет? Или ждете ее? Крепость на военном положении, а кругом вроде тихо.
        Помолчал мой милый с минутку, вздохнул тяжко, ну и рассказал мне следующее.
        Крепость эта, Торрен, их родовое поместье, на границе трех государств расположена - демонов, дроу и светлых эльфов. А род их издревле Стражами восточных границ называют.
        В древности, когда эти расы еще воевали друг с другом, здесь самая горячая точка была, первый удар на себя принимала.
        А сейчас… нет, войны нет, все давно мирно живут, кто круче не выясняют. Вот только последние два года стали разные непонятки происходить у границ всех трех государств. То деревеньку приграничную сожгут, то охотников или грибников в лесах убьют, то скот угонят. Причем, что интересно: если что в Галероне случилось - все следы на дроу или эльфов указывают. А если в Тинариане или Элидоре - то на демонов.
        Вот и вытанцовывается такая картина, будто хочет кто эльфийские государства на Галерон разом натравить. Но нынешние правители у всех - не юнцы зеленые, на провокации не ведутся.
        Но и жалобы пострадавшего населения, в политике неискушенного, тоже игнорировать не могут. Вот и перешли все приграничные крепости эльфов и демонов на военное положение. Чтоб по первому зову до места добраться, и там сообща супостатов ловить. Да только пока никому это еще не удалось.
        Да-а-а, картина-то нерадостной получается. Большой политикой запахло… то есть завоняло, так точнее будет.
        - А кандидаты на роль провокатора есть? - спрашиваю. - Ясно же, что кому-то нынешний Повелитель демонов сильно на хвост наступил, ежели этот кто-то всеми неправдами стремиться Галерон в войну втравить. А там под шумок можно и до трона добраться.
        - Есть, - вздыхает мой ненаглядный. - Киран, глава клана демонов ночи. Когда-то мы были одним народом. Давно это было, еще в эпоху Великой Войны. Мы тогда с дроу воевали, долго, кровопролитно, но никто победить не мог. Мы - как воины сильнее, они - как маги. Киран тоже королевской крови, одной из младших ветвей, стал настаивать на применении черной магии, чтоб победы добиться. А Повелитель категорически запретил. Киран тогда всех своих сподвижников и магов темных собрал и в горы ушел. Несколько раз на жизнь Повелителя покушался, но неудачно. За эти годы переродились они, силу огромную обрели, обычным магам неподвластную. И, похоже, решил Киран, что пришло время реванша.
        Помолчал Вир, в макушку меня чмокнул и говорит:
        - Теперь ты понимаешь, почему я рад, что ты решила воинской наукой заняться. Смутное время сейчас, никто не знает, что завтра будет… Ладно, пора идти. За ужином я тебя с нашим магом познакомлю. - Подмигивает мне лукаво. - Ты его, кажется, пытать хотела. Вот и попытаешь.
        - А ты откуда знаешь?! - ахнула я.
        - А я тебя слышу. И чувствую.
        - Что, все?! - в пору в панику удариться. Как же мне отсюда убегать, если я под таким колпаком?!
        - Нет, не все. - Смеется, от моих тумаков уворачиваясь. - Мысли - если в глаза друг другу смотрим, а чувства - только яркие, и то, когда ты не закрываешься.
        Вот тебе и демон. Со вчерашнего дня знакомы, а он уже мои мысли читает…
        Чует мое сердце бабёжкинское, что-то здесь не так, темнит мой зеленоглазый. И кого-то хвостатого и хитрого на чистую воду выводить придется.
        И выведем, не впервой.
        Вот только на секунду страшно стало, а вдруг вода эта чистая разочарованием для меня обернется? И вместо любви, в которую я почти поверила, только ложь и расчет найду?…
        День все тот же. Празднование дня взятия Бастилии. Туся
        Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять…
        Звука от врезавшейся в землю статуэтки я не услышала.
        Да, высоко сижу, далеко гляжу. К тому же, уже давно. НАДОЕЛО!!!
        Я барышня компанейская, длительное одиночество не люблю. Да и клаустрофобия у меня. И не важно, где этот клаустро находится: в подземелье или высокой башне. Все равно фобия.
        Оглянувшись, осмотрела руины, которые остались от комнаты, в которой меня заперли. Все, что можно было, разбить - разбила. Все, что нельзя была разбить - порвала. А что не разбивалось и не рвалось, выбросила из окошка. Хорошее такое окошко, стрельчатое, с красивыми цветными стеклышками. Забыла, блин, как называются! А, какая теперь разница. Если они теперь никак не называются, кроме, как осколки.
        - Свободу заточенным в башне ведьмам!!! - заорала я во весь голос, а в конце, даже закашлялась от переизбытка рвения.
        Эх, жаль, выкинуть больше нечего! Стресс у меня, который срочно снимать надо. А из всех подходящих способов только этот и остался. Да и тот, весь закончился.
        Хотя… Я опустила взгляд на элегантные сапожки на своих ногах, которые дополнили мой туалет. Очень элегантные сапожки. Но, как говорится, искусство требует жертв. И если нельзя принести в жертву само искусство…
        Осталось до них лишь добраться. Сидела я на подоконники, свесив ноги на ту самую сторону, где каменная стена башни убегала далеко вниз.
        А что, высоты я не боюсь, да и вид из этого окошечка открывался просто замечательный. Направо посмотришь - городок, в который я так неудачно забрела, увидишь. Налево посмотришь - поросшие хвойным лесом горы увидишь. Прямо посмотришь - загородный дворец повелителя весь, как на ладошке. А вниз посмотришь… кучка того, что еще недавно было обстановкой.
        А ведь все так хорошо начиналось. Во дворец меня доставляли так, словно я могла рассыпаться от малейшего неосторожного прикосновения. В карету - под ручку. Из кареты - под ручку. К парадному крыльцу подошли, все предупредить норовили: 'Осторожно, ступенечка. Осторожно, еще одна'.
        Одно из двух: или демона главного так бояться, или меня совсем за дуру держат. Если второе, то я не гордая, стерплю. Это даже к лучшему, если тебя недооценивают. А вот если первое…
        Ладно, и с этим разберемся. Всему свое время.
        Привели меня сначала в купальню. Нашим олигархам такое даже не снилось. Мрамор, не мрамор, я в таких вещах не очень хорошо разбираюсь, но миленько. Один бассейн небольшой, вода над ним паром курится. Второй побольше, там что-то все время булькает и фырчит. В третьем вода молочно белая и ароматом от нее приятным тянет. Между ними лавки широкие, тканью накрытые. Рядышком столики со всякими баночками, бутылочками, плошечками. Солнце через витражи цветные красками на полу и стенах играет.
        Демоны меня пятерым демоницам передали, а сами самоустранились, за дверь вышли.
        Ну, думаю, сейчас разборки будут. Обычно так и происходит. Если на какого мужика спрос повышенный, а тут еще одна конкурентка появляется, то хорошим ничем такие ситуации не заканчиваются.
        Я уже приготовилась устроить войнушку местного масштаба, как тут же осознала, что мои выводы оказались неправильными. Девчонки темнокожие смотрят на меня без злобы. А даже с некоторым сочувствием.
        Сразу стало понятно, что из двух возможных выводов, правильным оказался насчет повелителя. Я, может быть, и дура, но не в такой степени, как боятся главного демона.
        Все это, конечно, неприятно, но еще не повод, чтобы лишать себя удовольствия.
        На попытку помочь снять платье ответила отказом. Ладно бы еще мужчина… а так, я и сама раздеться могу. Все остальное напоминало сладкий сон. Меня терли, массировали, опять терли. Намыливали, смывали, втирали, размазывали, растягивали, окунали. Потом растерли насухо, причесали, обрядили в новое платье, напялили сапожки и отконвоировали в башню.
        Даже не накормив.
        Минут пять я сидела спокойно. Ну, мало ли, какие дела их задержали. Вот, думаю, сейчас дверь откроется и появится кто-нибудь с подносом, вкусностями заставленным.
        Не появился.
        Следующие пять минут я стучала в дверь и требовала меня выпустить.
        Не выпустили.
        Еще столько же я в вольном переводе цитировала выдержки из УК (Примечание переводчика: Уголовный Кодекс).
        Не помогло.
        Затем я вспоминала все нецензурные слова, которые выучила за свои двадцать пять лет.
        Не подействовало. Хотя слов оказалось много.
        Потом… потом, проносясь метеоритом мимо столика на изогнутых долларом ножках, случайно уронила стоящую там вазу. Без цветов. Были бы цветы, вряд ли я такой погром устроила.
        Это оказались первые, но далеко не последствие осколки. К сожалению, все с теми же последствиями.
        - А я не хочу, не хочу по расчету, а я по любви, по любви хочу. Свободу, свободу, мне дайте свободу. Я птицею ввысь улечу. - Взвыла я пароходной сиреной и потянулась к сапогу, совершенно забыв, и про высоту, и про то, что сижу на самом краешке.
        Испугаться даже не успела. Меня так крепенько за талию подхватили и обратно в комнату втянули.
        - Птичкой, значит. - Хмыкнул Азаир, разглядывая недовольство на моем лице.
        Эх! Не отобрали бы мою метелочку, показала бы я ему и птичку, и фигушку, которая бы вместо меня осталась. А не экспроприировали бы второй браслетик, послала нашему Змею Горынычу на КПК коротенькое сообщение. С требованием огневой поддержки. Он бы тут не то, что камня на камне, а и пепла на пепле не оставил. Грозный он у нас, когда Бабок Йожек кто обидеть пытается. Правда, сколько себя помню, никто еще здоровьем своих нервов не рисковал.
        - Ага. - Хмурю я брови, пытаясь хоть немного увеличить расстояние между ним и мною. Уж больно близко стоит, последние здравые мысли из головы своим присутствием вышибает. - Пикирующим бомбардировщиком.
        Вот ведь кадр заморский! Такое ощущение, что он меня даже не слышит. А если слышит, то не видит. А если не видит… То-то я думаю, чего это он меня все ощупью, да ощупью. Лапки загребущие уже по моему телу, как у себя дома прогуливаются.
        - Мы ужинать-то будем? - уточняю я, пытаясь без кровопролития убрать его руку с того места, которое несколько ниже талии.
        - Будем, - шепчет он, наклонившись к моему ушку. - Тобою.
        - Каннибал, что ли? - удивляюсь я, пытаясь осмыслить возникшую перспективу.
        Вот ведь, о чем угодно подумать могла, когда сюда попала, но чтобы мною закусывали…
        - Кто? - спрашивает он.
        Видно слово незнакомее его удивило.
        - Ты, - заявляю я и хлопаю ресничками.
        - Нет, - констатирует он.
        - Почему? - теперь уже ничего не понимаю я.
        - Что почему? - хмурится он.
        - Почему не каннибал? - Вот ведь… Повелитель на мою голову непонятливый, какой попался.
        - А надо? - Не врубается он.
        - Да нет, - радуюсь я, что ошиблась в своих выводах. - Вот и не надо начинать.
        - Чего начинать. - Впадает он в ступор.
        - Кушать меня не надо начинать, - пытаюсь я объяснить ему совсем уже доступно.
        - А я и не собирался, - начинает оправдываться он.
        Вот так всегда! Сначала барышню введут в заблуждение, а потом еще и виноватой сделают.
        - А чего тогда говорил? - теряю терпение я.
        - Когда? - начинает злиться он.
        - Да только что, - пытаюсь напомнить ему я.
        - Да не говорил я такого! - рычит он.
        Нашел, чем напугать. Слышал бы он, как наш Змей Горыныч рычит, когда к нам всякие тролли в гости заглядывают. Так рычит, что даже мы побаиваемся.
        - Говорил, - говорю.
        Ну, если я помню, что он говорил, не буду же я говорить, что не говорил.
        - Не говорил, - пытается убедить он меня в обратном.
        - Нет, гово…
        Больше ничего сказать я не успеваю, потому что он применяет военную хитрость и решительно меня целует.
        - Н-е-т, г-о-в… - делаю я еще одну попытку добиться справедливости, но замолкаю.
        Уж больно хорошо, демон, целуется. Намного лучше, чем тот красавчик, которого я на спор с девчонками из-за соседнего столика в ресторане увела. Мы тогда еще небольшой погром устроили, когда та дама, что вместе с ним была, пришла нам претензии предъявлять. А не надо своих мужиков без контроля оставлять. Ей, видите ли, надо было носик припудрить. Раз мужик с тобой, пудри в пределах видимости. Чтобы ни одна, ни-ни…
        Мысль, конечно, была интересная, да и воспоминания приятные, но этот хмырь, посчитав, что ему все дозволено, начал по спине лапами елозить, шнуровку у платья расшнуровывать. Ага!!! Видели мы таких быстрых. Ты сначала накорми, напои, кучу ласковый слов наговори, а уже потом за шнуровку хватайся. Если тебе позволят.
        Я реснички слегка приподнимаю, чтобы обстановку оценить. Хорошая такая обстановка. Повелитель уже не сомневается в своей окончательной победе. На морде блаженство и предвкушение большими буквами нарисовано.
        Наивный!!! У ведьм для таких случаев чего только не припасено.
        Но войны я пока не хочу. Моя метелочка еще ко мне дорогу не нашла. Это Афина всю нашу технику одним заклинанием закляла. Куда бы теперь наши средства передвижения не спрятали, не скрыли, те обязательно к хозяйке воротятся. Если надо даже туманом обернутся, но в малейшую щелочку пролезут. Так что мне просто нужно протянуть время.
        Ну и протянула. Глазки закатила и обмякла в его руках. Уж обморок симулировать я еще в младшей группе детского сада научилась.
        Он сначала на мою уловку не клюнул. Хмыкнул самодовольно, тряхнул легонечко. Но не зря же девчонки говорили, что по мне сцена плачет. Я только еще ниже у него по рукам сползла. Ну а бледность…
        Годы тренировок и непосильного труда.
        Азаир перехватил меня поудобнее, и ладонью аккуратненько по лицу. Не помогает. Он, видно, хотел положить меня куда-нибудь. А некуда!!! Кровать-то осталась. Но ни перинки на ней, ни простынки, ни подушечки, ни балдахинчика. Все клочками ткани, да пухом с перьями на полу лежит.
        Ну, он меня на руки, пинком дверь распахнул и вниз понес.
        Я же предупреждала своих конвоиров: не надо меня наверх.
        Туся. День тот же, третий, несколькими этажами ниже.
        - Ик… - раздалось с другого конца огромного обеденного стола.
        Справа же… доносится очень неприличный для приличного общества звук.
        И почему это, спрашивается, вместо того, чтобы посмотреть в ту сторону, повелитель с насмешливой улыбкой поглядывает на меня?! Он что, считает, что это мои проделки?
        Правильно считает! Это моя маленькая месть. А будет…
        - Ик… - раздалось снова оттуда же.
        - Может, пожалеешь, беднягу? - наклонился ко мне Азаир.
        Меня бы кто пожалел!!!
        - Как гадости перестанет всякие думать, само пройдет, - недовольно пробурчала я и уставилась в свою тарелку.
        Он что, не мог спросить, чего моя душенька на обед желает? А может, не хочу я на ужин большого куска мяса обильно политого соусом? Может, я хочу салатика с постным маслицем? Или кефирчика обезжиренного?
        - Ты что, мысли читать умеешь? - уточняет он, и бровки так грозно сводит к переносице.
        - Тут и уметь не надо, - передергивая я плечами. - У него на морде все написано.
        Азаир, словно желая в этом удостовериться, переводит взгляд на своего лорда, от чего тот начинает заикаться еще самозабвеннее.
        - Ничего не вижу, - грустно сообщает мне повелитель.
        Я же… тяжело вздыхаю. И откуда он мне на голову такой непрокий свалился. А еще повелитель!
        - А ты внимательнее посмотри. Вот по лбу буковки бегают. И где он меня видел. И с кем. И по какой причине. А вот теперь уже и про тебя. Какой идиот мог такую, как я, не только в свой дворец притащить, но еще и за стол посадить.
        Я, конечно, не рассчитывала, что Азаир и вправду идиот, и кинется немедленно разбираться со своим подданным, но надо же немного настроение себе поднять. Раз уж мне его так испортили.
        - А тот, второй, что думает? - многозначительно улыбается мне демон. Похоже, считая, что я теперь ему порядок в его вотчине буду наводить.
        А не нанималась я! Ты мне сначала условия контракта объясни, про вознаграждение упомянуть не забудь. А уж я потом подумаю.
        - Что грудь у меня маленькая, и самая слишком худенькая, в постели потеряться могу.
        - В постели говоришь… - Как-то весь подобрался мой собеседник.
        Кажется, он, так же, как и я, это счел более оскорбительным, чем первое.
        - Ага, - говорю.
        А сама посматриваю на того слугу, который приближается к стоящему неподалеку от нас поросеночку.
        Гады-демоны! Я им сейчас покажу, поросеночка!
        Слуга только ножичек заносит, чтобы, значит, его на порции порезать, а тот… Мордочку приподнимает и глазками на него: хлоп, хлоп. А потом как хрюкнет, даром, что крупой фаршированный, да корочкой румяной покрытый. А потом как завизжит… Словно его режут.
        А через мгновение уже непонятно, кто визжит сильнее. Мой поросеночек или дамы за столом.
        Все повскакивали. Из опрокинутых бокалов красное вино на пол стекает, кто-то тарелку от переизбытка чувств уронил, и ее звон так гармонично вписался в какафонию звуков. Другой пытался подальше от места событий ретироваться, так на разлитом-разбросанном поскользнулся…
        Крик, слова нецензурные, 'ик' с одной стороны, 'пук' с другой стороны…
        Славно так развлекаюсь. А самое главное, что это даже не заклинания. Так, разминка для подготовительной группы детского сада будущих Бабок Йожек. Вот с поросеночком уже посложнее. Но ненамного. Мы с девчонками такие фокусы за балаганные держим. Чтобы особо ретивых поклонников, не умеющих себя с барышнями вести, отваживать.
        - А где Эндрик? - с невинной улыбкой спрашиваю я повелителя, спокойно взирающего на все это безобразие.
        А ничего… С выдержкой у него все в порядке. Даже уважение к нему просыпаться начало.
        - Опасается тебе на глаза показываться, - ласково так улыбается мне в ответ Азаир. - Боится, как бы ты его еще, куда не послала. Хорошо, что мой летний замок по дороге на Лысую Гору находится. А то он попытался в другую сторону направиться…
        Насколько я могу судить по расплывшейся физиономии демона, зрелище было не менее впечатляющим, чем то, что сейчас разыгрывалось перед нами.
        - А ты его давно знаешь? - уточняю я крайне осторожно, готовая тут же уйти на заранее подготовленные позиции.
        Были кое-какие странности, которые не сразу мне в глаза бросились. Но то, что мой спутник оказался не простым демоном, я просекла. Пусть и довольно поздно. Догадки появились, когда он перстень на руке гербом вниз перевернул, ну а уж окончательно окрепли в том самом, игровом заведении. И не только по тому, как дернулся хозяин, когда его заметил. Уж больно в шоковом состоянии находились невольные зрители, когда он разоблачаться начал.
        - Да уж давненько, - усмехнулся Азаир. - Вот как он родился, так с того дня я его и знаю. - И подлил мне вина в бокал.
        То ли желая споить окончательно, то ли… чтобы все, что он дальше скажет, как в тумане воспринималось.
        Наивный! Да все, что сейчас в мой фужер попадает, не крепче воды становится. Я что, враг себе, в незнакомом месте, с незнакомыми личностями, доверия к которым у меня совершенно не испытываю, буду свой организм алкоголем дурманить!!! Вот с девчонками…
        Воспоминания о них окончательно испортили мне настроение. Где они сейчас, что с ними? Как Афиночка, добрая душа? Где Прынцесса, которая жесткой только кажется, а так… за каждую из нас готова горло перегрызть? Где Тигрра, со своим кошачьим: гуляю сама по себе, и преданностью нам всем? Где девчонки-стажерки, у которых уже есть все, что нужно будущим Бабкай Йожкам, но еще не хватает опыта?
        Короче, чувствую, начинаю расклеиваться. А делать этого сейчас категорически нельзя. Уж больно многозначительно смотрит на меня повелитель.
        - Только не говори, что ты повитухой подрабатываешь? - фыркаю я в кулачок, а сама с легким содроганьем жду ответа.
        Ну как я не могла заметить, что и глазки у них одинаковые. Да и по остальным чертам лица явная схожесть наблюдается.
        - Да нет, - гаденько так ухмыляется он. Но прежде, чем ответить, быстрым взглядом окидывает то, что вокруг творится. Впрочем, от того, что было, уже почти ничего не осталось. Точнее, никого. Разбежались. Предатели!!! - Сын он мой, младшенький.
        Вот попала!!! Хорошо еще, ни я к Эндрику, ни он ко мне никаких чувств, кроме дружеской симпатии, не испытываем. Даже когда на его обнаженку смотрела, только с точки зрения эстетического удовольствия оценивала. А вот папочка его…
        Да, про повелителя можно было сказать только одно: великолепен. Все в нем есть. Мощь тела с силой духа вполне друг друга стоят, да и с характером все в порядке. И шутки воспринимает, и на проказы не обижается, но при этом достоинства своего не теряет. Всем хорош мужик, одно плохо - повелитель. А этот, к тому же, вполне способен одновременно и личные интересы преследовать, и государственные не забывать. Самое страшное сочетание.
        - А… - Пожала я плечиками.
        А сама думаю, что все могло бы быть совсем нехорошо, если бы метелочка моя уже дорожку ко мне не нашла. Чувствую я, как она в темном уголочке пристроилась, из места того, где ее держали выбравшись. Теперь куда я, туда и она. А где она, там и нас обоих уже не будет.
        - Ну что, голодна ли ты еще, моя ненаглядная?
        Вот ведь… и слова, какие знает. Я уже про интонации даже не заикаюсь. Так и хочется патокой растечься.
        - Нет. - Тяжело вздохнула я, демонстрируя ему всю степень моего раскаяния.
        Надеюсь, поверит.
        - Ну, тогда пойдем. - Встает он и подает мне руку.
        Крепкую мужскую руку, на которую так хочется опереться. Да только… Таких, как я у него двенадцать на дюжину. А я всегда мечтала быть одной и единственной. И если уж не на всю жизнь, то и не на день-два. А хотя бы… Ребеночка родить, на ноги его поставить, внуков на руках подержать, да на правнуков посмотреть…
        - А куда? - Наивно хлопаю я ресничками.
        Наслаждаясь его самодовольной улыбкой. Настоящий мужчина! Победитель и укротитель! !
        Наивный… Но это я уже говорила. И если кому кажется, что между всем, что я о нем думала и тем, что сейчас сказала, есть противоречие - сильно он ошибается. Можно быть самым, самым, самым и… глубоко заблуждаться в отношении женской природы. Потому как природа это женская, стихии сродни. И невозможно ее ни понять, ни предугадать, ни укротить. Ее можно только пережить. Если вдруг повезет.
        - В спальню. - Спокойно так констатирует он и взглядом, в котором начинает разгораться огонь, проходит по моему телу.
        Я же говорила, что наивный. Я сейчас похожа на лес после длительной засухи. Только чиркни спичкой, все вокруг вспыхнет, никому не спастись. Мы потому на Лысой Горе свой шабаш и устраиваем, что силы в нас кипят, бушуют. Вот и забираемся куда подальше, чтобы пеньем да танцами накопившееся напряжение сбросить. А потом и обратно к людям обычным можно.
        - А долг карточный? - Напоминаю я ему.
        Ну не люблю я, когда то, что мне должны, не отдают вовремя.
        - Будет тебе и долг карточный. - Ухмыляется он, а сам глазками уже до нижнего белья моего добрался. - Как только в спальню попадем, так и будет тебе долг.
        - А… - многозначительно тяну я и даю своей метелочке команду следовать за мной. Да кошелек с монетками, на котором моя метка стоит, по дороге прихватить. Нечего им добро оставлять. У повелителя и своего хватит, а мне еще дорога дальняя предстоит.
        Вот только стриптиз в исполнении повелителя демонов посмотрю и в путь.
        Марыся
        К ужину нарядили меня, ровно королеву.
        В зеркало посмотрела - сама себя не узнала. Это вам не левайсики с топиком до пупа, тут действительно себя и женщиной, и колдуньей почувствуешь…
        Платье серо-розового шелка (кажется, такой цвет в старину 'пепел розы' называли) мелким жемчугом, розовым и серым, вышито. Колье и серьги длинные, затейливого плетения из такого же жемчуга, только крупного. Волосы в прическу высокую уложили…
        Выхожу я из комнаты - а там Вирран меня уже ждет.
        Как с картинки - то ли прынц, то ли пижон: все белое - и камзол, тонкой золотой нитью вышитый, и рубашка, и брюки. Даже сапоги высокие, мягкие - и те белые! Только на левом рукаве бант цвета моего платья повязан.
        Ну, с этим даже мне, дремучей современной девушке, все понятно. Официальный кавалер, так сказать.
        Плывем мы под ручку по длинному коридору, вдоль стен доспехи стоят, а на стенах портреты развешаны. Предков, я так полагаю. Демонессы в вечерних нарядах, демоны в парадных камзолах, мундирах, доспехах…
        Красивые предки у моего зеленоглазого, понятно теперь, в кого такой удался.
        Иду я, портреты рассматриваю, иногда вопросы задаю - кто да что.
        И вдруг… сердце аж удар пропустило. И заныло тревожно. Уж не тот ли краешек чистой воды показался, на которую мне одного демона вывести надо?
        У самой залы, куда мы направлялись, портрет висит. Большой и необычный. Ох, необычный…
        На других портретах все предки по одному нарисованы, а тут супружеская пара.
        Мужчина, черноглазый и беловолосый, окруженный ореолом такой мощи и власти, что голова сама собой перед ним склоняется. И женщина с длинными, черными, как ночь, волосами и глазами цвета молодой зелени. Держит мужа под руку, голову чуть назад, на его плечо, откинула. Взгляд насмешливый, дерзкий, в уголках губ улыбка притаилась. А он… вроде бы лицо непроницаемое, властное, но с такой нежностью ладонь тонкие пальцы жены прикрывает… И спрашивать ни о чем не надо, талантливый художник рисовал.
        И все бы ничего, красивая любящая пара, если бы не одно 'но': мужчина демон, а женщина - человек. Ведьма. Все нутро мое бабйожкинское об этом кричит.
        Я к Виррану так развернулась, что он на шаг отступил.
        - Кто это? - почти шиплю.
        - Основатель нашего рода и его жена. - Правду говорит, чувствую, но уж больно глаза виноватые…
        - Человеческая ведьма?! - не спрашиваю, утверждаю.
        - Да. Об их любви в нашем роду легенды ходят.
        - Поэтому ты на Лысую гору полез? По стопам предка, так сказать?
        - И поэтому тоже. Мара, - за руку меня взял и просительно так в глаза заглядывает, ну чисто кот из Шрека, - пойдем, нас все ждут. Я тебе вечером эту историю расскажу, обещаю.
        Ладно, не стала я свою ведьминскую натуру до конца демонстрировать, если что - всегда успею. Позволила себя под ручку взять и к дверям залы подвести.
        Двери слуги распахивают, а там… и это называется ужин?!
        И когда гости успели понаехать? Или они в гости тоже порталами ходят?!
        Длинный стол полон, от сияния драгоценностей в глазах рябит. А во главе стола два места пустых, кресла с высокими резными спинками. Жаль, не спросила, какой титул мой похититель, на деревьях прячущийся, носить изволит? Уж больно эти кресла от всех остальных отличаются… но сейчас уже и не спросишь.
        Ничего, будет ему вечером допрос с пристрастием.
        Мы в залу вошли - все встали, и, пока мы к своим местам шли, стояли. И лишь одновременно с нами на стулья опустились. Все страннее и страннее…
        Смотрю я на стол - а между нашими приборами опять кубок давешний, золотой с инкрустациями стоит. Правда, на этот раз и другие бокалы присутствуют.
        Не нравится мне это. Что-то с этим кубком определенно связано… Знать бы, что… а интуиция моя бабйожкинская уже в истерике бьется, кричит, что вляпалась я по самое 'не балуй'.
        И что делать?
        То ли марку держать, то ли прямо сейчас, прилюдно, то есть придемонно, разборки устраивать?
        Победила гордость. Бабйожкинская. Решила марку держать.
        А Вирран тем временем встал, собственноручно вина в кубок этот треклятый налил. Мне руку протянул, пришлось тоже встать. Взял его за ножку обеими руками и стал говорить что-то на странном гортанном языке. Я ничего, кроме имени его, не разобрала. Потом ко мне повернулся, отпил из кубка и мне его протягивает. Делать нечего, пришлось взять. А Вир мне шепчет: 'три глотка'. Отпила, обратно протягиваю. Демон ладони поверх моих положил, к гостям развернулся. А они что-то прокричали на том же языке. Ох, что-то воодушевления в голосах многовато…
        На этом церемонии закончились. Как только мы на стулья опустились, слуги вдоль стола с кувшинами засновали, и началось нормальное застолье.
        Вот только вопросов у меня накопилось ненормальное количество. К одному хвостатому субъекту, беззастенчиво пользующемуся доверием одной молодой, наивной ведьмы.
        Еле я этот ужин отсидела, просто не в мочь было. Хорошо маг придворный рядом сидел, хоть не зря время провела. Вначале он ничего о заклинаниях портняжных рассказывать не хотел, отпирался и отнекивался. Но тут я вспомнила, как учила меня Туся языки развязывать. Волшба простенькая, но в нашем мире и она мне через раз удавалась. А тут только попробовала - получилось! И 'сыворотки правды' не надо! Маг не только все рассказал, но и пообещал к завтрашнему утру доставить мне свиток с заклинаниями, собственноручно написанный, да еще и с подробной инструкцией по применению. Вот девчонки порадуются!
        В общем, к десерту настроение у меня улучшилось. Я даже решила хвостатого вначале выслушать, а уж потом решать, что мне с этим самым хвостом делать - сразу вырвать или пока оставить.
        Как только после ужина в наших покоях оказались, я ему сразу о его обещании все рассказать напомнила.
        Вир заметно погрустнел, но отпираться не стал. Усадил меня в кресло у камина, сам рядом в таком же устроился. Налил вина в два бокала (наконец-то два!), один мне протянул. А сам задумчиво на пламя в камине смотрит. Помолчал пару минут, вздохнул и начал:
        - Прадед мой Альдред аль Террен был младшим сыном тогдашнего Повелителя. И еще обладал он сильным магическим даром. Поэтому воспитывали его не столько как принца крови, сколько как мага. Среди его учителей были и дроу, и эльфы, и драконы. Он много путешествовал по мирам, и везде учился. Его величайшим даром было примирять непримиримое. При нем прекратились войны между нами и дроу, а дроу и светлые заключили перемирие. Пришло время, когда Повелитель озаботился поиском подходящей невесты для своего сына, чтобы не пропал столь редкий дар, но прадед решительно отверг все кандидатуры. Проходили десятилетия, а Альдред оставался одинок. Но однажды он вернулся из очередного путешествия с молодой женой, правда, связанный с ней только малой брачной клятвой. Но Повелитель был рад и этому. Никто так и не узнал, в каком мире он встретил эту человеческую ведьму. Но то, что они любили друг друга - было очевидно для всех.
        Я невольно вспомнила портрет. Созданы друг для друга - это единственные слова, приходившие в голову при взгляде на эту пару…
        - Через год Лаэна все же согласилась на полный брачный ритуал. У них родилось двое сыновей. Когда дети подросли, выяснилось, что они не только в полной мере унаследовали магический дар обоих родителей, но и обладают врожденным иммунитетом к любому внешнему магическому воздействию, даже к магии крови. Когда началась война с ночными, именно братья Террен несколько раз спасали жизнь Повелителя, да и победили мы только благодаря им. Но цена той победы для семьи Террен оказалась слишком велика. В последней битве погибли Лаэна и ее младший сын. Альдред так и не смог примириться со смертью жены, вновь начал путешествовать, не возвращаясь домой годами. Однажды он передал все права и титул старшему сыну, и вновь уехал, на этот раз уже навсегда. Никто не знает, умер он, или до сих пор жив.
        Вир помолчал, отпил несколько глотков вина, и продолжил:
        - С тех пор сменилось три поколения, наш дар ослаб… И, хотя каждый из мужчин нашей семьи женился только по любви, как и завещал Альдред, никому не удалось встретить свою ведьму.
        - И ты тоже решил попробовать.
        - Да. Решил. - Он посмотрел мне в глаза. - И встретил тебя.
        Ну вот, вывелся демон на чистую воду. Сам. И выводить не пришлось… кто бы знал, что ключиком ко всему старый фамильный портрет окажется.
        Сижу, в огонь смотрю, слезы сдержать пытаюсь.
        Так, значит, породу тебе улучшить надо, утраченные способности возродить, как предок, видите ли, завещал… А я тебе что, племенная кобыла?! А о моих чувствах ты подумал?!
        А я-то почти поверила в его любовь. Дура наивная. Какая любовь, долг один - перед родом и памятью предков. Аристократ чертов…
        Слезы глаза застилают, и не вижу я, как огонь в камине стеной взметнулся, ветер зверем за окном завыл, в стекло бьется.
        А Вирран ко мне кинулся, на колени перед креслом встал. Лицо мое в ладонях сжал, в глаза заглядывает и шепчет:
        - Милая моя, ну не надо так. Да, искал я ведьму, которая моей женой согласилась бы стать. Но не знал я, что тебя встречу, что долг любовью станет. Ты же меня чувствуешь, так прислушайся, услышь мое сердце…
        И правда. Вспомнила я, как после нашей первой ночи сказала себе, что весь расчет сгорел в ней, пеплом развеялся… Тогда своему сердцу поверила, хоть и понимала, что не просто так он на Лысую гору полез. А сейчас, когда узнала, зачем и почему он это сделал, что изменилось?
        Опало пламя в камине, ветер за окном стих.
        Обняла я демона моего ненаглядного, в глаза его зеленые, ведьминские посмотрела.
        Если уж верить - то до конца.
        Может быть, и пожалею я потом об этом, но… лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном.
        Туся. День все тот же, третий. А вот с дислокацией…
        Мечты мои сбылись и… не сбылись.
        Дворец повелителя я покинула. Но… не одна и не сразу. Но, все по порядку.
        Добирались мы до его покоев довольно долго. Он роль буксира исполнял, ну а я, следовательно, той баржи, которую он тянул. Короче, упиралась, как могла. Даже понимая, что весовые категории у нас с ним совершенно разные. Но с натурой вредной ничего поделать не смогла.
        А потом ему мои выкрутасы надоели, он меня на руки подхватил и понес. Словно пушинку. Впрочем, ничего удивительного в этом не было - представительный мужчина.
        Добрались. Двери нам охрана открыла, успев до того, как он примерился пинком это сделать. Вот ведь, не мгновения ждать не хотел!
        Через гостиную он пролетел так, что я даже обстановку рассмотреть не сумела. Оружия много на стенках заметила, а все остальное одним пятном цветным смазалось. Через порог спальни переступил, меня на пол поставил, дверь за спиной плотненько прикрыл и улыбнулся мне так, очаровательно. И ладно бы во все свои тридцать два, так там от одного взгляда на клыки все сорок восемь мерещились.
        - Ну что, будешь карточный долг принимать? - А у самого глазки блестят. Ну, чисто подросток первый раз до женского тела допущенный. Не увидела бы сама, ни за что не поверила.
        - А у меня лучше предложение есть. - Делаю вид, что не замечаю его нетерпения, но слегка отступаю назад. Даже понимая, что мне сейчас лучше быть как можно дальше от того, что у меня за спиной расположено.
        - Еще сыграть? - Быстро соображает демон и, хитренько улыбаясь, кивает. - Давай.
        А сам, словно волшебник, буквально из воздуха колоду достает.
        Я же говорила, что гад. Точно притворялся. Но что бы я не думала, отказываться поздно. Так что плюхаюсь я прямо на ковер, юбку под себя подоткнув, и жестом предлагаю ему расположиться напротив. А он и не гордый, оружие, вместе с ремнем, на котором оно висело, в угол закинул и пристроился неподалеку.
        Карты веером, как я не так давно, разложил, снова в колоду собрал, из одной лапы в другую ловко перебросил, перетасовал и начал раздавать. Ухмылкой все это сопровождая, да легким подергиванием хвоста, от одного взгляда на который у меня мурашки по телу бегут. Уж больно сексуально все это выглядит.
        Ну и дораздавался. К финишу мы пришли ноздря к ноздре. У меня из одежды только простынь, в которую я завернулась, когда из нижнего белья только нижняя часть и осталась. Он же посчитал, что вполне может смущать меня кубиками мышц на животе, сильными руками, при одном взгляде на которые душа замирает, и великолепными ногами, глядя на которые я почему-то представляла его и себя, бегущими по берегу моря при чарующем свете двух лун.
        К тому же у меня в руке одна карта, и та не козырь. И у него одна карта. И я точно знаю, что тоже не козырь,
        Вот так сидим и друг на друга смотрим. Он с легкой издевочкой - ход то его. А я с некоторым энтузиазмом. Раз масть так распорядилась, так чего себя удовольствия лишать. Когда еще придется с демоном в такой интимной обстановке встретится. Так хоть вспоминать будет о чем, когда домой вернусь. Смотришь, как-нибудь дочери расскажу о своих похождениях в чужом мире.
        Да и ему радость. Сам сказал, что давно уже мечтал с ведьмой познакомиться.
        И такое мгновение это сладостное: кровь кипит, адреналин зашкаливает, взгляды встречаются вспышками сверхновых, чуть глазами не туда поведешь, от явных признаков того, что вскорости с тобой сделают жар по телу волной пробегает. Да только паузу до бесконечности держать нельзя. Кладет он карту на пол, а я свою сверху.
        Ничья! Это ж надо было так провидению угадать, чтобы слово судьбы последним оказалось. Точно знак свыше.
        Ну и не стала я сопротивляться, когда он лапкой своей меня к себе притянул, да пока целовал крепко, от простынки избавил. Да и потом, отдала ему не только тело свое, но и огнем, что в душе моей пылал, поделилась. Любо это, когда такой сильный мужчина твое имя взахлеб повторяет, заклинанием его произносит. Так что позволила я себе ненадолго от дел насущных отвлечься.
        Но… не забыться.
        Он мое имя шепчет, а я, чуть отдышавшись от крепких рук его, другие слова вывожу, сон крепкий на него насылая. И сама бы с удовольствием на мягкой кровати, да прижавшись к крепкому телу, в сладость отдыха окунулась. Да нельзя мне, путь-дорожка на Лысую Гору ждет.
        Для мужчины женщина, даже самая желанная, лишь на ночь игрушка. Пока луна на небе, любить будет жарко, и сам веря тому, что в страсти говорить будет. А как солнышко над горизонтом подниматься начнет, другие дела-заботы ночную возлюбленную из головы, да из сердца изгонят.
        Я же… предпочитаю быть мечтой. Задела крылом и умчалась вдаль. Оставив вместо себя лишь недоверчивое: 'А было ли?!'
        Сморил его сон. Дыхание выровнялось, лицо расслабилось, на губах сладостная истома невесомой улыбкой отметилась. И я засобиралась.
        Не таясь в купальне запах его тела с себя смыла. Не удивилась, одежду для меня приготовленную увидев. Думал, видно, что пока от той, что на мне была, избавлять будет, клочьями ее на ковре оставит. И оставил бы, если б не игра карточная. И смутило лишь то, что вместо платья костюм мужской. Но идей никаких не возникло, и я решила, что это не самая главная моя забота.
        Оделась, в гостиную вышла. А моя метелочка уже там, вместе с кошелем, за которым я ее отсылала. Так что ступила я на балкон и…
        Земля прощай, в добрый путь.
        Перелетела за крепостную стену, даже ни разу не оглянувшись. Хоть сердце от тоски-кручинушки сжималось. Не скажу, что Азаир оказался мужчиной моей мечты. Просто не мечтала я ни о принце заморском, не о повелителе, ни о ком другом из мужского племени. В нашем мире редко кому удавалось ведьму на узы брачные уговорить - свободу мы любим. Ветер в лицо, полеты наперегонки с птицами, танцы до самого рассвета. Да и мало кто готов смириться с тем, что мы можем и погоду усмирить, и коня на скаку взглядом остановить и послать так далеко, что обратно возвращаться замучаешься.
        Но то, что в душе моей память о нем навсегда останется, и без гадания-предсказания знаю. Да только выбора у меня нет. У него своя жизнь, у меня - своя.
        Потому и заставила себя отбросить все мысли о нем. Вот позже, когда все уже будет позади, и в подушку повою, и девчонкам поплачусь. А пока…
        Лечу дальше, наслаждаясь тем, как красиво две луны друг за дружкой по небосводу гоняются. Ну и на дорогу, что подо мной вьется, тоже посматривать не забываю. Все-таки единственный ориентир мой.
        Вот в очередной раз вниз взглянула и… метлу в пике отправила. Выровняла уже в последний момент. Лихачка, блин. Маруся меня такому фокусу научила, вот теперь и пугаю тех, кто нервами послабее.
        Не в этот раз.
        Ножками на землю встала, подошла к Эндрику, который при виде моих выкрутасов лошадей остановил, да спешился, меня дожидаясь.
        - Чего стоим? Кого ждем? - уточнила я, приподняв бровки.
        Не скажу, что совсем уж неожиданной встреча оказалась, но не рассчитывала я его так быстро увидеть.
        - Тебя, - фыркнул он и вдруг рассмеялся звонко. - А я благодаря тебе у отца желание выиграл.
        - Это как? - спросила я, начиная догадываться, чем это я ему могла так подыграть.
        - Да я ему сказал, что сбежишь, а он все пытался доказать, что от таких, как он, не сбегают.
        - А больше ни на что не спорили? - нахмурилась я.
        - Не. - Опять засмеялся он. - Я же видел, как ты его взглядом пожирала. Так что даже заикаться не стал, что ты в его руки не дашься.
        - Я не пожирала. - Показала я зубки, пытаясь повторить плотоядную улыбку демона.
        - Пожирала, пожирала! - Буквально давясь смехом, уверял меня демон в том, что я и без него знала.
        Будем считать, что ему очень повезло. Огрызаться мне сейчас не хотелось.
        - Ладно, фортуна сегодня на твоей стороне. - Спокойно заметила я, дожидаясь, пока он окончательно успокоиться. - Так чего ты меня ждал?
        - Так на Лысую Гору ехать. Ты ж меня туда послала. А одному скучно, вот я и решил, раз ты все равно в ту сторону направляешься, компанию составить.
        - Компанию, говоришь? - Теперь уже хмыкала я. Очень недоверчиво.
        - Ну… - протянул он, раздумывая, стоит ли открывать первой встречной то, что он хотел бы скрыть. Но, похоже, решил, что я уже не совсем первая встречная и со мной вполне можно поделиться своими тайнами. - Есть у меня дельце в Проклятом лесу. Одному мне точно не справиться, а вдвоем…
        - А с чего ты решил, что я помогать тебе стану? - спросила я, уже зная, что даже если он не придумает ничего, что я сочту весомым, все равно помогу. Просто из природной вредности.
        - Ведьм там не любят. - Как-то сразу став серьезным, ответил он. - А я хоть и младший, но сын повелителя. Ты мне поможешь, а я - тебе.
        Что ж… звучало вполне убедительно. И я киваю головой, складывая свою метелочку в компактный сверток. Пусть путь верхом будет и подольше, но, как говорится, тише едешь, дальше будешь. А вот насколько дальше… мне предстояло только узнать.
        Туся. День четвертый. Пока еще не наступил.
        - Куда мы едем? - спросила я Эндрика, когда мы свернули с широкого тракта на неприметную тропинку, убегающую в ближайший лес.
        - Хочу убраться с дороги, - усмехнулся он и, заметив мой взгляд, в котором недоверие к нему смешивалось с желанием разобраться до конца с вопросами доверия весело скалясь, заметил. - Ты что, думаешь, он там спит себе спокойно, переживая в сладостной истоме мгновения общения с тобой?
        Стоило признать, именно так я и думала. Уж навеять крепкий сон я умела, когда еще в стажерках ходила. Да вот только он, похоже, моей уверенности в этом не разделял. Потому, как увидев недоумение на моем лице, так и залился задорным смехом.
        - Туся, - начал он едва ли не задыхаясь, - не знаю, что за мужики в вашем мире живут, но у нас, ни один уважающий себя демон, ведьме не поверит. А тем более повелитель. К тому же, на него твои штучки не действуют, и если он тебя отпустил, то только для того, чтобы иметь возможность поохотится.
        - Вот гад!!! - взревела я с яростью, которой от себя совершенно не ожидала.
        Я, видите ли, почти влюбилась! Я уже тосковать начала, еще не успев его покинуть, а он… Все остальные эпитеты, которыми я его награждала и мысленно и вслух, переводу не подлежали. Жаль, что продолжалось это недолго. Увидев, с каким воодушевлением смотрит на меня Эндрик, повторяя все те словечки, что слетали с моих губ, вынужденно остановилась. А то потом останется в их летописях: была, одарила новым языком и ушла.
        - Зря ты на него так. - Отметив, что я начала успокаиваться, с легкой грустинкой улыбнулся мне демон. - Была бы ты ему безразлична, уже давно сидела в его гареме. А раз дал уйти, значит, рассчитывает, что одумаешься и вернешься. Жаль только, что ошибается он.
        Я так бровку задумчиво приподняла и молчу, жду продолжения. Уж больно интересно, чего еще этот умненький отпрыск великого батюшки скажет. А он и не гордый, смотрит спокойно на меня и говорит.
        - Может, и осталась бы ты, но тянет тебя в путь что-то. Или… - теперь уже он вопросительно на меня смотрит, - или кто-то?
        А ведь прав он. Как бы ни хотелось мне с ним поспорить, но знаю, начнешь врать-изворачиваться, тяжело будет расположение себе вернуть.
        - И что-то, и кто-то. - Стараясь не показать своей тревоги, отвечаю я ему. - Чувствует мое сердце, что ни одна я в этот мир попала, но и подруги мои здесь же. Вот и тороплюсь добраться до единственного места, где мы с ними встретиться можем. Там уже и точно узнаю, нужна ли кому из них помощь.
        - Подруги? - Его улыбка стала многозначительной.
        И ведь сам предупредил меня, чтобы с демонами ухо востро держала! А я, как наивная дурочка, на его сочувствие попалась! Если так и дальше пойдет, веселой наша дальнейшая дорога будет.
        - Подруги. - Подтверждаю я, раз деваться больше некуда. Ну не начну же я сейчас отношения с ним выяснять. Впредь умнее буду.
        Но, видно, что-то такое мелькнуло в моем лице, что он сразу стал серьезным.
        - Ты не сердись на меня. Отец, как мама наша погибла, так ни на одну женщину больше не смотрел, так, как на нее. Ты - первая. Потому и беспокоюсь, что хотел бы для него любви хоть немного. Но, - и в его глазах темных такая тоска волной всплеснулась, что даже мое сердце его болью затопило, - не мне решать. Только тебе и ему.
        После этих слов мы и замолчали. И хотела я ему вопрос о маме его задать, но… Как-то он сник весь, после слов своих. Да и про мое настроение только и можно было сказать: упадническое.
        Но… солнышко из-за нашей спины все выше поднимается, просыпающийся лес глаз и слух радует, тропинка под копыта вьется. Жизнь продолжается! А раз она продолжается, то и хандрить нечего. Как у нас говорят: будет день, будет пища.
        Похоже, спутник мой так же, как я и думал. Смотрю, во взгляд его, которым он меня нет-нет, да окинет, живость возвращается. Ну, я и решила воспользоваться моментом, не догадываясь, чем мое любопытство обернется.
        - И далеко мы собрались?
        Он взглядом вскинулся и… тяжело вздохнул.
        - Переждать нам денечек нужно. Пусть отец нас опередит, а мы уже следом за ним без особых проблем поедем.
        - Думаешь, не догадается?
        - Если бы знал, что ты со мной, догадался бы. А так…
        И вновь улыбка сошла с его лица. А в глазах… такая тоска, что мне даже дышать трудно стало. Уж больно глубоким и искренним чувство его было. А мы, бабки йожки, к такому очень чувствительные.
        - Так милый мой друг, - я притормозила лошадь, которая на лошадь была похожа только тем, что имела хвост и копыта, и спешилась, - или ты мне сейчас все, как на духу рассказываешь, или…
        - Может, доедем, - нахмурился он еще сильнее, - тут немного осталось. Сама увидишь.
        Собиралась я на своем настоять, очень мне не хотелось опять наверх лезть, но уж больно глаза у него были жалобные.
        Хотя… Не были они жалобными. Не бабой он был - мужиком. Потому и тяжесть, что на душе у него лежала, наружу не выпускал. А то, что до меня доходило, так это уже благодаря способностям нашим, да простенькому заклинанию, которое он хоть и заметил (по глазам видела), но сделал вид, что его маленькие секреты вполне могут стать моими.
        Да и держался он хорошо. Если и позволял плечам дернуться вниз, то лишь на короткое мгновение, которое мелькало жарким маревом в воздухе, чтобы тут же пропасть.
        - Ладно, уговорил, - проворчала я, снова забираясь на этого четвероногого монстра. Все ж таки, на моей метелочке намного удобнее. Да и ветер в лицо, обдувает.
        Ехать и вправду оказалась недалеко. Часа не прошло, как в лесной чаще, куда мы забрались, светлеть начало, на близкую полянку намекая. Потом свежестью потянуло - речка близко, а потом…
        Если бы не легкий запах дыма в пряном лесном воздухе, проехала бы мимо, не заметила. Так этот деревянный домик удачно вписался между величавыми деревьями. И ведь не маленький - два этажа, и две башенки с двух торцов еще выше к небу тянутся.
        - Вот мы и добрались. Здесь день-два переждем, и снова в путь тронемся.
        - Ты обещал… - начала я, но сбилась с мысли, когда на крыльцо выскочила девушка лет пятнадцати. Стройненькая, до ощущения тростинки, но уже вполне округлившаяся в тех местах, которые так притягательно действуют на мужчин. С длинными распущенными волосами, что струясь, прятались за ее спиной.
        На меня она бросила только один взгляд, а вот на Эндрика…
        Радостно взвизгнув, она бросилась ему навстречу и скрылась в его объятиях. И таким безграничным счастьем на меня повеяло, что, не желая того, вспомнила я, с какой нежностью смотрел на меня его отец, как сильные руки, украшенные когтями, осторожно касались моей кожи, как его губы ловили мое дыхание…
        - Я обещал тебе все рассказать. - Прервал мое путешествие в ушедшую в прошлое ночь голос демона. - Но сначала познакомься. Это - моя дочь, Ратона.
        Теперь уже точно день четвертый. Марыся
        Быстро ночь жаркая пролетела. Уже светать начало, когда мы заснули.
        Но выспаться мне не дали.
        Только утренний луч в комнату заглянул - а Вир уже меня будит.
        - Пора вставать, - шепчет, поцелуями шею щекочет, - Баал опозданий не прощает.
        У-у-у, и зачем только напомнил об этом хвостатом изверге. Я аж проснулась.
        Впрочем, все они тут… хвостатые.
        Пришлось проснуться окончательно и с кровати свою бедную тушку, демонами зверски истерзанную, стащить. Вир служанку позвал, а сам в соседнюю комнату смылся, тоже одеваться.
        Служанка сноровистая попалась. И десяти минут не прошло, как я была готова. А Вир меня уже ждал. Думала я, что мы сейчас к выходу пойдем, да только Вир меня в другую сторону по коридору повел.
        - Куда мы идем? - спрашиваю.
        - В сокровищницу. Хочу тебе одну вещь отдать.
        - А почему сюда ее не принес?
        - Нельзя. Неизвестно, дастся ли он тебе в руки.
        Он? Уже интересно…
        Путь к демонской сокровищнице неблизким оказался. Как и следовало ожидать, была она в подземелье. Пока мы туда спускались, попробовала я ступеньки считать, да только после трехсотой сбилась. Глубоко закопались, прямо ядерный бункер.
        Да и система безопасности не хуже.
        Когда лестница кончилась, оказались мы на небольшой прямоугольной площадке, напротив массивных дверей, металлом окованных. В центре площадки круг, светлым камнем выложенный. Вир меня на последней ступеньке оставил и строго наказал с нее не сходить, а сам в центр круга встал. Его тотчас белым светом залило, откуда-то с потолка льющимся. По световому конусу вначале красные всполохи пробежали, потом они голубыми сменились. И все погасло.
        Демон ко мне подошел, за руку взял и со мной вместе опять в круг встал. За моей спиной стоит, обе моих ладони раскрытыми на своих держит. Опять свет на нас тяжело, как поток воды, упал, я даже задыхаться начала. Хорошо, что недолго это продолжалось. Вспыхнули переливы всех цветов радуги и пропали. А двери сами собой отворяться стали.
        Внутрь зашли, так я чуть вывих шеи не заработала, так головой по сторонам крутила.
        Сколько всего кругом - и золота, и каменьев. На стенах прозрачные футляры с драгоценностями такой красоты, что мое женское 'я' тут же взвыло дурным голосом 'хочу примерить!!!'. А Вир мою руку не выпускает и дальше ведет, только приговаривает успокаивающе: 'Успеется, сейчас времени нет, вечером придем - хоть все перемеряй'.
        В таком режиме он и дотащил меня до последней комнаты. Точнее круглого зала. С оружием. Чего здесь только нет… доброй половине я не то, что названий не знаю, но и способах применения догадаться не могу.
        Тут мое нормальное женское 'я' впало в кому, а ненормальное и совсем не женское, наоборот, активизировалось.
        Не знаю, в чем тут дело - в папином воспитании или отягощенной им же наследственности, но к холодному оружию я всегда была неравнодушна. А мечи, особенно японские, вообще повергали меня в экстаз и трепет.
        Мне было около восьми лет, когда папа начал меня учить азам ножевого боя, стрельбе из пистолета и винтовки (были у нас винтовка-мелкашка, макар и самодельный дамский револьвер в кладовке припрятаны).
        Нет, вы не подумайте чего, папа мой был добропорядочным советским инженером, но, видимо, казачья кровь брала свое. Всю жизнь его на экстрим тянуло. Наверное, поэтому и на маме отважился жениться, ведьма в женах тоже адреналина в крови добавляет, и немало.
        Не знаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы мама с папой довели свою науку до конца. Да видно, не судьба была. Погибли они в автокатастрофе, когда мне тринадцать едва стукнуло. Вырастила меня бабушка по отцовской линии. А мама моя сиротой была.
        И вот сейчас стою я в зале моих грез, от количества и разнообразия оружия глаза разбегаются, а мне говорят: 'выбирай меч, какой хочешь'
        Оказывается, мечты иногда сбываются!!!
        И пошла я вдоль стен, от стойки к стойке. Смотрю, любуюсь, некоторых кончиками пальцев касаюсь… и прислушиваюсь: не позовет ли какой? А ощущения от каждого меча разные, у каждого свой характер и своя судьба. Но созвучного мне пока не встретилось.
        Вир у входа стоит, с интересом за мной наблюдает, но не вмешивается. Ждет.
        Я уже почти круг завершила, когда будто толкнул меня кто-то. Остановилась, смотрю во все глаза, а руки сами к этой паре тянутся - меч и кинжал в простых ножнах, обтянутых черной кожей. Как раз для меня. Куда простой Бабке Йожке все это золоченое великолепие, камнями драгоценными усыпанное. Мне бы что попроще.
        На Вира посмотрела, спрашиваю 'можно?', он в ответ кивает, вот только взгляд напряженным стал.
        Я меч в руки взяла, клинок из ножен осторожно освободила. Прямое обоюдоострое лезвие с золотой гравировкой в виде дракона у гарды. Я легонечко пальцами вдоль клинка провела… вдруг смех, звонкий, задорный, где-то чуть слышно прозвенел. Почудилось, что ли?
        А демон заулыбался, сияет, как ясно солнышко.
        - Он признал тебя. Теперь мне будет спокойнее - он сможет тебя защитить, если меня не будет рядом.
        - Кто, меч? - признаться, я растерялась. Ну, что я могу защитить себя с помощью меча - это понятно. Но чтоб меч сам меня защищал… он что, одушевленный?
        - Его имя Аллэн. Альдред и Лаэна вместе зачаровывали его для своего старшего сына. Этот меч - и защитник, и учитель. Если ты не сможешь защититься - он сам твою руку поведет. Любое движение, однажды тебе показанное, раз за разом поможет повторить, пока ты сама не сделаешь его правильно. Все дети нашего рода начинали постигать воинскую науку с его помощью. Ты, конечно, не ребенок, но и для тебя он будет помощником.
        - А кинжал такой же?
        - Да. Это неразлучная пара. - Вир улыбнулся, ласково коснувшись ладонью рукоятей.
        - А теперь пойдем. Не стоит злить Баала. От него и я тебя спасти не смогу.
        - Почему? Ты же его господин.
        - Я еще и его ученик. Негоже ученику учителю приказывать.
        Помог Вир мне перевязь одеть, показал, как клинки на ней закреплять. И повел к выходу. Я уж было приготовилась вверх эти сотни ступенек топать, но, как только двери сокровищницы за нами затворились, и мы на первую ступеньку встали, демон портал прямо к казармам открыл.
        Баал нас уже дожидался, под старым дубом в тенечке лежал.
        Как нас увидел, на ноги вскочил, одним взглядом всю картину охватил - и довольное лицо Виррана, и мою до глупости счастливую физиономию, и ладони, на рукоятях клинков сжатые. На долю мига позволил себе ухмыльнуться, но тут же с серьезным видом поклонился Виррану, а потом мне. Рукой в сторону площадки повел:
        - Прошу вас, госпожа.
        Что это с ним? С утра по голове чем-то тяжелым успели приложить? Интересно, и кто такой ловкий выискался?
        Вчера, помнится, он мне беззастенчиво тыкал и, иначе чем ведьмой и неуклюжей человечкой, не величал. А тут 'госпожа'…
        - Снимите перевязь, герцогиня. Мы начнем урок с деревянных мечей.
        Я послушно взялась за пряжку поясного ремня, когда до меня дошло. Как до жирафа. Гер… ЧТО?! Как он меня назвал?!!
        Стою столбом, взгляд с одного на другого перевожу. У старого демона ехидство в глазах так и плещется, молодой глазищи свои зеленые, лживые от земли не поднимает.
        А Баал с этаким великосветским сдержанным удивлением в голосе:
        - Как, мой герцог, Вы не объяснили своей жене смысл вчерашнего обряда?
        Жене?!!
        Ах ты, гад хвостатый, а меня ты спросил?!! Ну погоди… Либо ты мне сейчас же развод дашь, либо я овдовею.
        Ярость волной во мне поднялась, костром в небо взметнулась.
        Душой потянулась, рукой повела - земля вздыбилась, сбила демонов с ног. Ветер поднялся, пыль да песок в лицо им кидает, во все стороны перекатывает, встать не дает.
        Баал ухитрился в сторону откатиться, я его преследовать не стала. Хоть и хотелось мне эту ухмылочку ехидную с морды его клыкастой стереть.
        А Вир мне кричит сквозь шум ветра:
        - Мара! Выслушай!
        - Что слушать?! Очередную ложь?! Ты на мне обманом женился, так разведешься по правде!
        Ветер уже ураганом свищет, ветки и листья с дуба сбивает, и всем этим добром демона забрасывает. А тут еще и дождь пошел. Во что этот красавчик превратился - смотреть без смеха нельзя. Вот только мне не до смеха было.
        - Я тебя не обманывал!
        - Ты мне вчера хоть слово сказал?! Ты меня спросил?! - кричу, пытаясь в него еще и молнией попасть.
        - Я тебя дважды спрашивал, по обычаю! Остановись, я все объясню!
        - Спрашивал? Когда?! И почему я этого не помню?! Развод! - взвыла я, переходя на ультразвук.
        - Все, хватит! - вдруг взмыл демон на ноги. - Не смей произносить этого слова!!!
        И резко ладонь вниз опустил.
        Стихло все разом. И ветер, и дождь, и земля успокоилась.
        Упс, так он так с самого начала мог? Ой-ёй… Кажется, попала я не по-детски…
        Вир ко мне идет, а я даже пошевелиться не могу. Говорить, кажется, тоже. И когда заклинание успел наложить - ума не приложу. А говорил - дар иссяк…
        Подошел вплотную, за подбородок лицо приподнял, в глаза смотрит. А зрачки вертикальные; злится, значит. И медленно, четко, как маленькому ребенку, объясняет:
        - Вчера я принес малые брачные клятвы. Это означает, что я женат и принимаю на себя все обязательства мужа по отношению к тебе. Перед этим я дважды предлагал тебе себя и свою любовь. И дважды ты согласилась. Брачный кубок был свидетелем.
        Все черти этого мира! Ведь чувствовала я, что с этим кубком что-то не так! Так нет, чтоб остеречься!
        - Но клятвы принес я, а не ты. - Продолжил демон. - По нашему закону ты свободна и можешь уйти в любой момент. Достаточно лишь объявить об этом при свидетелях. И никто не посмеет тебя удерживать.
        'Даже ты?' - хотела я поинтересоваться, но язык не слушался.
        - Даже я. - подтвердил Вир. - Брак становится нерасторжимым лишь после того, как и женщина произносит брачные клятвы. Такой обряд называется полным. Тогда лишь смерть одного из супругов освобождает другого. И я хочу, чтобы ты принесла эти клятвы добровольно, потому, что этого захочет твое сердце. А пока я буду рядом с тобой, буду любить и оберегать. И отпущу, если ты этого захочешь.
        Я почувствовала, что могу говорить, но что сказать - я не знала.
        Ярость уступила место растерянности. Как ни крути, после смерти бабушки это был первый человек, тьфу, демон, в общем, неважно, которому была небезразлична моя судьба. Который хотел связать свою жизнь с моей…
        Очевидно, мой взгляд достаточно точно отразил мои переживания, так как магические путы исчезли, а Вирран, одним жестом вернув себе и Баалу приличный вид, обнял меня за плечи, легко коснулся губ и сказал:
        - Прошу об одном: подумай и не руби с плеча. Не губи то, что только зародилось.
        Последующие часы я только и занималась тем, что рубила.
        После ухода Виррана, благоразумно исчезнувшего с моих глаз, я поняла, что думать я не могу, а возвращаться в замок - не хочу, потому как через пару минут начну крушить все, что под руку попадется. А раз так… то надо использовать полученную дозу озверина с пользой. И потребовала от Баала продолжения урока. Что, как мне показалось, вызвало у него вздох облегчения.
        Мажордома, пришедшего пригласить госпожу герцогиню к обеду, я отправила восвояси, вызвав маленький смерч, доставивший беднягу прямо к крыльцу замка. Правда, изрядно потрепанным.
        Но, когда на обед позвали воинов, я решительно увязалась за Баалом. Гордость - гордостью, но кушать-то хоцеца.
        Демоны, конечно, слегка обалдели от такого соседства, затаились, настороженно присматриваясь. Но, когда увидели, что новоявленная герцогиня великосветскую даму из себя не корчит (знали бы они, что я просто не знаю, как это делается), а с аппетитом уминает кашу из общего котла, чуть расслабились. За столом зазвучали шуточки, часть из которых была явно по мою душу, но я предпочла их не услышать.
        Я просто наслаждалась невероятным для Земли зрелищем.
        Около пятидесяти великолепно сложенных мужчин (демоны товарищи чистоплотные, перед обедом одним умыванием и мытьем рук не ограничились: пыльные безрукавки сняли, по пояс обмылись). Шевелюры у всех роскошные, самые короткие - чуть ниже плеч, самая длинная - у Баала, ниже пояса. Каждый красив по своему, каждый опасен так, что вскипает кровь.
        Потом кто-то поинтересовался, а правда ли я из другого мира (наверное, видел сцену моего прибытия), а все ли девушки там носят такую одежду и т.д., и т.п. Я честно пыталась ответить на все вопросы, рассказывала, объясняла, даже попыталась создать в воздухе мысленную проекцию улиц своего города…
        И мне это удалось!!! Меня Туся давно научить пыталась, заклинание я помнила, но увы… Впрочем, я уже говорила, на Земле мне ничего не удавалось, кроме растений и животных, а тут, в этом мире все по другому стало, словно признал он меня и с готовностью на мой зов откликался.
        А если вспомнить, какой роскошный первый семейный скандал я тут учинила - да недавно я и мечтать не смела, что стихии на мой зов отзовутся.
        Вывод: программа обучения срочно нуждается в корректировке. Военное дело, конечно, никто не отменяет, но занятия магией мне просто необходимы. Так что после обеда пойду отлавливать следующего мученика - придворного мага. А то, чудится мне, жизнь у него больно скучная. Теперь будет веселая.
        Злорадно хихикая, мой внутренний голос пропел: 'Держитесь, демоны, русские идут!'
        Туся
        Сижу я себе на крылечке, смотрю на то, как местная зверюшка, точь в точь на белку похожая, только черненькая, шишку потрошит и думаю. И думы у меня не то, что невеселые, а тревожные такие думы. И рассказ Эндрика покоя не дает, и задумчивый взгляд Ратоны, в котором искрами вспыхивала надежда, чтобы тут же потухнуть. И повелитель, которого я теперь никак иначе как гадом хвостатым не называю. И ведь понимаю, что не заслужил он такого, но… виноватого во всех бедах надо было найти, а он самой подходящей кандидатурой для этого оказался.
        Вот и теперь, стоило только ненароком о нем вспомнить, как тело жаркой волной обдало, словно вот он, рядышком, руки ко мне свои сильные протягивает. Я ж говорю, гад!
        Жаль только, не было времени у меня на то, чтобы о том, что я с ним сотворю, как только он мне на глаза покажется, рассуждать. Другие проблемы в полный рост передо мной встали, да еще и руками замахали, чтобы не говорила потом, что не заметила.
        А проблемой той стал рассказ Эндрика. Это же надо было парню так вляпаться!
        В двух словах выглядело это так. Мальчиком он был избалованным. До определенного возраста. Но тому и объяснение было. И не только то, что младшеньким он был.
        Жена повелителя погибла, когда его защищала. Войнушка у них тут была, с попыткой захвата власти. И хотя повелитель сделал все, чтобы уберечь свою любимую, проглядел предателя в своем окружении. За что и поплатился. Сумел прийти на помощь, когда она уже смерти в глаза смотрела. Ну и поклялся исполнить ее последнюю просьбу - воспитать самую младшую свою кровинушку не как одного из возможных наследников, а дать ему свободу выбрать, какая жизнь по душе его будет. Вот Эндрик и довыбирался.
        В одном из своих странствий по чужим землям встретил девушку, в которой изящность тела сочеталась с красотой души. Ну и влюбился до беспамятства. Ну и та ему ответила взаимностью, правда, предупредив, что уже сосватана.
        Вот только имя своего жениха не назвала. А когда Эндрик сам его узнал, неладное своей демонской душой ощутив, поздно было: Светала (так зовут его возлюбленную) уже дитя под сердцем носила. Его дитя.
        Ну, тот, недолго думая, и выкрал барышню из дома ее отца (пока там об этой новости не прознали) и увез к своему другу, о котором мало кто догадывался, потому что тот человеком был. А демоны с людьми не очень-то и общались. И ведь нет бы, к отцу кинуться да все ему рассказать, совета попросить - решил, что сам со всем справится.
        В любом другом случае, так, возможно, и случилось бы. Парень он высокородной крови, клятвы брачные дать не противится. К тому же для демонов все равно, в браке или нет, дите родилось. А уж ее родители с таким положением рано или поздно, но смирились бы.
        Но возлюбленная его не просто человечкой была, а… ведьмой. Причем с силами яркими, необычными. Кроме того, что стихии ей подчинялись, могла она будущее видеть и на него влиять. Вот только… как только ребеночек себя проявил, почти полностью лишилась она своего дара и вновь обрести его должна была лишь тогда, когда дите от молока ее откажется. А женихом, который очень рассчитывал ее заполучить, оказался глава клана демонов ночи, в далеком прошлом отколовшейся ветви от обычных демонов, которые овладели страшной силой магии крови.
        Вот и кинулся он невесту свою разыскивать. Ну и разыскал, как раз в тот день, когда мир услышал первый крик Ратоны. Дочь Эндрику удалось спасти, а вот друга и возлюбленную - нет. Друг погиб, а Светала попала в руки воинов Кирана. С тех пор и искал мой спутник ее следы по миру, потому как не знал, где его враг-соперник ее держит. Сомневаясь даже до некоторого времени, что жива она осталась.
        А незадолго до моего появления довелось ему встретиться с одной из моих сестер местного производства. Та поверила в то, что любовь его так и не остыла и согласилась в будущее заглянуть. Многого не увидела, лишь место, где он меня встретит, меч, который должен ему помочь в схватке с Кираном, да пещеру в горах, что через Проклятые земли тянутся, где уже столько лет тяжелым сном спит его возлюбленная. А вот того, соглашусь ли я ему помочь, и удачен ли путь его будет или нет, разглядеть не смогла. Впрочем, уже и этого много было.
        Вот после этого рассказа и сидела я на крылечке, думу думая. И каждый вопрос, на который я искала ответ, только новыми оборачивался. Вроде и Бабка Йожка я, но все, что мне с рождения дано было, лишь в мирных целях использовала. А тут даже не предчувствие нашептывало, сама знала, что оружие в руки придется брать. И не только для своей защиты - жизнь чужую отнимать. И хотя свободу другого существа тоже благородной целью можно было считать, душе, привыкшей к иному, трудно было такое принять.
        Да только деваться, похоже, мне было некуда. Ведь даже меч, который он с собой вез, в его руки не дался. И в ножны не пошел. Как в тряпку завернутый хранился в сокровищнице у батюшки, так в путь-дорогу и отправился. Когда же я его развернула, чтобы доказать, что Эндрик ошибается, считая, что именно меня он дожидался, тот едва ощутимым теплом отозвался на мое прикосновение. А когда я его подняла, так таким ликованием в душе откликнулся, что я на мгновение себя потеряла, растворившись в солнечных бликах, заигравших на его гранях.
        - Ратона обедать зовет, - присел со мной рядышком Эндрик.
        Вроде и вопроса не задал, а отвечать придется. Потому как по себе знаю, насколько тяжелым может быть ожидание.
        - Отцу про дочь, почему не сказал? Стыдно или боишься, что не примет?
        Улыбнулся он мне. Не то, чтобы горестно, а с некоторой тяжестью.
        - Сам я ее потерял, сам и найти должен. К тому же, если повелитель к этому причастен будет, опять война начнется между нами и ночными. А мы только-только к миру привыкать начали.
        - Значит, стыдно, - перевела я его речь на свой язык.
        Потому как успела уже понять, что демонам, что тем, что другим, только дай повод мечом помахать. И если уж захотят в войнушку поиграть, то причину найдут. Не эту, так ту.
        - Стыдно, - признался он. Спокойно так.
        Вот ведь картина какая странная: отцу - стыдно, а ведьме залетной - не стыдно. А может, так и должно быть? Я - человек чужой. Сегодня здесь, завтра…
        Похоже, не верит он, что у нас с главным демоном, что серьезное может быть. Потому и в том, что гложет, не стыдится признаться.
        - Говоришь, по дороге на Лысую Гору ночной твой враг логово устроил?
        - Даже сворачивать никуда не придется, - подтвердил он еще раз то, что уже мне рассказывал. - От той пещеры до места твоего, пара дней верхом останется. И то потому, что тропинка кругами вьется. А если на метелочке твоей, то совсем близко будет.
        И ведь не уговаривает он меня. Ни в глаза не смотрит, в ожидании моей реакции, ни голосом свою заинтересованность не проявляет. Так говорит, что уверенность моя все крепче становится: не пойду я с ним, так один отправится. Но мне-то ведомо то, о чем он не догадывается. Раз будущее меня показало, значит не обойтись ему без моей помощи. А раз так…
        - А никакой другой дороги нет, чтобы не ждать, когда батюшка твой с погоней нас обгонит? - с легкой хитринкой в голосе спрашиваю. Потому как чувствую, как разгорается такой задор в душе, от которого самой страшно становится.
        Нет, не за себя, конечно же. За того, кто под этот самый задор попадется. Потому как игры одного демона требуют, чтобы месть другому незабываемой была. Будет когда-нибудь Азаир своим внукам рассказывать, как одна из его барышень его старому недругу рога пообломала. И хоть я сама слышать этого не буду, но даже от одного представления на сердце приятно становится.
        А уж когда сама девчонкам буду о своих приключениях докладывать…
        Эх! Самое главное, чтобы самой в этих самых похождениях жизнь свою не оставить.
        Подумала только, и сама себе подзатыльник дала. Мне еще шефство над Марысей держать, а я о глупостях всяких рассуждаю, беду на себя накликиваю.
        - Есть, - улыбается он во все свои… - Но отец о ней тоже знает, ездили мы с ним как-то по ней. Правда, давно это было, но на память он никогда не жаловался. Так что риск большой будет.
        - А… - махнула я рукой. - Куда уж больше, чем сейчас имеем. Пойдем обедать, а с утречка уже и в путь. Потому как если нам суждено с ним встретится, хоть зайцем петлять будем, а в лапы к нему попадем.
        Похоже, ему и самому не терпелось быстрее в дорогу отправиться. Потому и не стал убеждать меня задержаться. Лишь головой кивнул, поднялся первым, да руку мне подал, помогая встать.
        И все было здорово, если бы мысль одна в голове растревоженной птахой не билась: а что я с мечом-то делать буду? Если я его раньше даже в руках не держала.
        День пятый. Для кого дорожный, а для кого - хлопотный… Туся
        В дорогу мы отправились, как и решили, рано утром. Солнце еще даже не успело выглянуть из-за крон высоких деревьев. Ратона накормила нас завтраком (хозяйственная девочка, надо бы в хорошие руки пристроить) и собрала еды с собой. Эндрик когда увидел это изобилие, попытался половину оставить, сославшись на то, что лошади такого просто не вынесут.
        Ну, ну… эти лошади не просто вынесут, а даже и не заметят.
        Если бы я знала, что демоны такие злопамятные, спорить с ним и настаивать на своем мнении не стала бы. Но… догадалась я об этом слишком поздно.
        Тропинка, по которой мы ехали, петляла, как тот самый заяц, о котором я так несвоевременно вспомнила. То к руслу реки по такому косогору, что я предпочла спускаться туда с закрытыми глазами и надеясь только на милость провидения. Потом наверх: коняшка моя скачет, как тот горный козел. И я с ним… скачу, зубами дробь выбивая, и мысленно складывая угрозы, которые в голову приходят, в заветные кладовые памяти, чтобы не забыть. Затем в овраг, потом из оврага. Там дерево поперек тропинки сваленное лежит, в другом месте ветви деревьев так низко склонились, что пришлось по спине лошади распластаться.
        Короче, к обеду я поняла, что нет у меня врага страшнее, чем этот смуглый хвостатый красавчик, вместе с его папенькой и всем их родом.
        На привал мы остановились у реки - как раз к ней в очередной раз и спустились. Я сползла с лошади прямо под ее копыта и решила, что лучше умереть здесь и сейчас, чем терпеть и дальше это издевательство. Когда мы ехали к домику, где Эндрик скрывал Ратону, я так не устала, как за эти несколько часов. Правда, тогда мы не ехали, а шли. Но это я поняла только сейчас.
        Мой спутник, догадавшись, что переборщил с местью, перетащил меня подальше от нагло ухмыляющейся животинки и сам взялся за обустройство временного лагеря. Я же… перевернулась на спину и затихла, наблюдая за тем, как по небу плывут облака, ветер колышет листики на ветвях деревьев, летают бабочки. Красота!!!
        Самое главное, вовремя преувеличить собственные слабости. Знал бы этот кадр, какие кульбиты мы с девчонками в воздухе на своих метлах устраиваем! И все это после ночи плясок у костра! А после этого весь день опытом делимся и… снова пляски. И опять кульбиты. Так что эта прогулка не страшнее легкой разминки. А то, что сползла… так с непривычки.
        Так я засмотрелась на то, что надо мной творилось, что почти пропустила тот момент, когда Эндрик в мою сторону направился. Тут я глазки прикрыла и умирающим лебедем прикинулась.
        - Пойдем, перекусим, - тревога в его голосе хоть и была, но… чисто символическая. Ничуть он не поверил в мое возможное прощание с этим светом.
        Не очень-то и надо было!
        - Мыть посуду не буду, - хмыкнула я, переводя себя из горизонтального положения в сидячее.
        - А тебя никто и не заставляет, - фыркнул он, покачивая головой. - Я и сам справлюсь.
        Я даже от его слов умилилась. Это же надо, какой спутник мне попался. Все бы мужчины такими были, цены б им не было.
        Поднялась я, слегка, покряхтывая. Кульбиты - кульбитами, а овраги - оврагами. Снова плюхнулась у разостланной на траве тряпицы, на которой приготовленное его дочерью богатство уже разложено было.
        - А чего горяченького? - протянула я капризно, не наблюдая никакого, даже самого захудалого костерка.
        - К вечеру доберемся до деревушки, там тебе и горяченькое и горячительное будет, - спокойно ответил он мне, отрезая ломоть мяса от большого куска. - Она хоть и небольшая, но рядом с торговой дорогой находится. Так что гостиница там вполне приличная. И кормят вкусно.
        - Ты потому и запас брать не хотел? - не стала я больше испытывать его терпение. И так уже понятно, что за всеми моими выходками он меня настоящую видит. И хотя можно было доказать ему, насколько он не прав, делать я этого не стала. У нас с ним впереди было дело серьезное, а такие вещи шутки только до поры до времени терпят.
        - Потому и не хотел, - подтвердил он мне. А потом посмотрел на меня, со странной нежностью. - Но спасибо, что заставила меня это сделать. Не подумал я, что Ратоне приятно это будет.
        - И давно она у тебя в лесу живет? - сделав себе бутерброд, спросила я. Пока в домике том были, не было возможности его расспросить. Не хотела отнимать у них время.
        - Да уж пару лет. В этом домике как раз та ведьма живет, про которую я тебе говорил. Сейчас она по делам своим в человеческие земли отправилась, потому Ратона и одна. Но место то заговоренное: без меня или хозяйки к нему никто не приблизится.
        Не стала я его разочаровывать. Защита там была хоть и весьма основательная, но… не к избушке она привязана, а к самой ведьмочке. И стоит ослабнуть той, или, что еще хуже, погибнуть, как от защиты одни ошметки останутся. И хотя этой ночью заговорила я пару камушков, что поблизости положила, но надежды на них тоже мало было. Так что уберечь он дочь мог только одним способом: найти ее мать, да признать ее своей женою. И отцу своему скорее представить. Насколько я уже повелителя сумела понять, он в обиду своих не дает.
        - Ладная она у тебя девушка. И лицом хороша, и по хозяйству справная. Думал уже о муже для нее?
        Эндрик на меня зыркнул, но тут же взгляд опустил.
        - Не хочет она о замужестве думать. Надеется, что силы ее проснутся, и станет она такой же, как и вы, ведьмы.
        - А тебе этого очень не хочется, - улыбнулась я озорно. - Или ты думаешь, жизнь у нас не веселая?
        - Да не думаю я так, - вспыхнул он. - Но мало у кого из вас семья бывает, детки рождаются. А я кровь от крови своей хочу, хочу не только на детей своих смотреть, но и на внуков.
        Мне ничего не оставалось делать, как весело засмеяться.
        - Глуп ты еще. Сразу видно, что младшенький. - И не дав ему вскинуться, спокойно на него взглянув, продолжила: - Среди нас тоже разные бывают. Кто-то всю жизнь со своей свободной по миру ходит. Кто-то успевает и делом своим заниматься, и семью в своих нежных ведьминских ручках держать. Но одно скажу точно: принуждать нас невозможно. Мы, как ветер. Сквозь пальцы пролетим, не заметишь. А попытаешься удержать, получишь ураган. Так что с дочерью не спорь, а покажи ей все возможные варианты, чтобы выбор у нее был. И если она увидит, что иметь мужа и детей радостно, то сама сделает так, как тебе захочется.
        - А ты? - посмотрел он на меня с улыбкой.
        - А я? - хмыкнула я в ответ. - Не встретила того, с кем захотела бы остаться. Но если встречу, счастье свое в чужие руки не отдам.
        - А отец? - и опять хитринка во взгляде.
        И чего это ему интересно, неймется. Не знала бы точно, что рядом никого нет, посчитала, что для него и старается. Или?
        Нет, уж в лесу я вполне присутствие постороннего могу ощутить.
        - Встреть я его в своем мире, вряд ли мимо прошла, - не стала я скрывать от него то, что испытала, увидев главного демона. - Но у нас с ним будущего нет, так чего ж себе и ему сердце рвать. Обоим легче будет, если судьба вновь не сведет.
        - И ты так просто об этом говоришь! - возмутился он, отодвигая от себя походную баклажку с вином. - Неужели даже шанса ему и себе не дашь!
        - Шанса?! - вскочила я, отбрасывая недоеденный бутерброд. - Я от одного его поцелуя голову потеряла! Мне до сих пор его прикосновения чудятся! А ты представь, что будет, если я нам с ним этот самый шанс дам! Да его потом из сердца выдирать придется! Или ты считаешь, что раз ведьма, так и любить не умею?! Умею, только никто об этом кроме меня не знает. И про мокрую подушку, когда еще в школе влюбилась в соседа по парте, и про то, как сидела на берегу реки, смотря в воду и видя в ней лицо того, кто лишь один взгляд на меня кинул и прошел мимо. Я после каждого раза себя по кусочкам собирала. Так то влюбленность была, а здесь почти мужчина моей мечты. И ты говоришь про шанс!!!
        - Извини. - Я и не заметила, как он оказался рядом. - Почему-то глядя на вас, я всегда считал, что легкомысленнее, чем ведьма, существ нет. Не думал, что и вы страдать умеете.
        - Умеем, - уже почти успокоившись, произнесла я. - Но никому не показываем, потому, как гордые. И не любим, когда нас жалеют, потому и чувства свои скрываем. Потому и улыбаемся, когда больно, потому и поем, когда плакать хочется. И ты помни об этом, когда любимую свою из плена вызволишь. И не делай ошибок, которые другие совершают: пусть дверь в твоем доме для нее всегда открыта будет. Тогда она от тебя точно никуда не уйдет, а если уйдет, то обязательно вернется. Потому что мы всегда возвращаемся туда, где нас любят и ждут.
        - Но не в твоем случае, - грустно улыбнулся он.
        - Но не в моем случае, - как эхо повторила я.
        После тех моих слов разговор как-то утих. У меня настроения не было его продолжать, а Эндрик о чем-то серьезно задумался. Лишь время от времени кидал на меня странные взгляды. Надеюсь, он не задумал глупость какую совершить, типа того самого шанса, против которого я так рьяно выступала. Но как бы я не хотела разобраться в том, что творилось в его голове, понимала, что вряд ли мне это удастся. Я ведь ведьма, а не Вольф Мессинг.
        Потом мы собрали остатки еды обратно в узелки, упаковали в седельную сумку, мусор, который после нас остался, закопали в неглубокую ямку и снова тронулись в путь. И хотя дорога так и продолжала напоминать заячий след, ехали мы медленнее, потому и не столь утомительно.
        Эндрик молчал, к чему-то напряженно прислушиваясь. Но по тому, что лицо его продолжало оставаться спокойным, я решила, что он просто перестраховывается. Ну и не стала ему мешать. Тем более что и мне было чем заняться - лес вокруг нас был просто изумительным. Вроде и похож на наш, но и зелень кажется ярче, и птички поют задорнее, да и солнышко одаривает теплом с нежностью. Короче, курорт, да и только.
        Вот, вот! Мысль, мелькнувшая вслед за этим сравнением, хоть и отдавала горечью, но очень точно отражала мое отношение к некоторым встретившимся на моем пути индивидам. Раз курорт, то и роман этот можно считать курортным. Был и… нету. И только одни воспоминания.
        Уже вечереть начало, когда демон мой молчаливый ко мне поближе подъехал и рукой показал на холм, который с редколесья, по которому мы как раз ехали, хорошо виден был.
        - За ним как раз та деревушка, про которую я тебе говорил. В основном там демоны живут, кузнечным делом занимаются. Но люди тоже есть, так что на тебя никто сильно глазеть не будет. Меня там никто, как сына повелителя не знает - наемник я.
        - А я? - ехидненько хмыкнула я, уже догадываясь, что он мне на это ответит. И ошиблась. Видно, начиталась я в свое время всяких фэнтезийных историй.
        - А ты жена моего побратима. Во время последней войны с ночными демонами такое не один раз случалось, так что никто не удивится. И едем мы к нему: он в гарнизоне в Заречье служит, ну а я его собрался проведать и тебя с собой прихватил. Будь кто другой, на репутации бы твоей сказалось, а побратим, это как отец родной. И сам не посмотрю, и в обиду никому не дам.
        В ответ я только кивнула. А себе зарубку в памяти поставила: как можно больше о мире этом узнать. Похоже, при всей его суровости, много здесь и хорошего было. Только не на виду это все, в глаза не бросается.
        Ехали еще с час. Лес становился все реже и реже, а солнце все ниже клонилось к горизонту. Вскорости уже должна была взойти первая из двух лун этого мира - она успевала появиться, пока еще последние лучики дневного светила радовали взгляд.
        Мы объехали холм, на который мне Эндрик показывал, и тут же уперлись в ограду первого в деревне дома. Добротный такой, из камня в два этажа выложенный. Огород справный, грядочки ровненькие, точно такие же, как у моей бабушки были. Я к ней каждое лето приезжала, на молочко домашнее, парное. Самое счастливое это время в моей жизни было. Одна забота: не попасться, когда с соседскими пацанами в набег на очередной сад пойдем. Но я всегда быстрой и шустрой была, да и ребята меня никогда в обиду не давали.
        А потом я постарше стала, как-то пару лет не приезжала. А когда заявилась, то вместо брюк уже юбку носила. В тот день, когда я нагрянула, в местном клубе танцы были, ну и я, никому ничего не сказав, ни с кем из своих старых знакомых не поздоровавшись, туда и отправилась. Сюрприз делать.
        Короче, не узнали они меня. Долго я потом на них дулась. Это когда мы уже на следующий день у калитки встретились. Да только вечер тот не этим мне запомнился. А парнем, постарше, который меня на медленный танец пригласил, а потом до дому проводил. В первый, но далеко не в последний раз. Вот после того лета я себе зарок и дала: если не судьба, то и не надо начинать. Когда нет в жизни общего, когда по разному мир видишь, не будет из того толку.
        А когда нарушила самой себе слова сказанные, вновь пришлось тот же урок проходить.
        Задумавшись о событиях своего не столь и далекого прошлого, я пропустила тот момент, когда Эндрик спешился и подошел к демону, стоящему у ажурной кованной ограды. Судя по улыбке последнего, он не просто знал моего спутника, но и был рад его видеть.
        Говорили они не долго, я еще не успела для себя решить, то ли мне последовать примеру младшенького демоненка, то ли продолжать возвышаться над ними. Хорошо, что не последовала. Только и успела, что на миг ресницы опустить, а он уже опять верхом сидит. Дернул поводья и по мощенной камнем дороге дальше едет. Ну и я за ним тоже… Еду. От любопытства едва голову не свернув.
        Почти до середины деревеньки, которая, на мой взгляд, скорее на городок похожа была, доехали, а ни одной кузницы я не увидела. Только хотела спросить, а демон уже на мой вопрос отвечает:
        - Здесь только живут, да торгуют. А работают подальше, у реки. Там несколько больших кузней, да и маги предпочитают там же заклинания на выкованное накладывать. Там же и плац небольшой, чтобы и потренироваться можно было, и оружие опробовать.
        Стоило признать, мысль разумная в этом была. Как представила я себе, как эту приятную тишину нарушает звон молотков, да покрикивание кузнецов. Те в моем представлении кроме как громогласно одаривать всех окружающих нецензурными выражениями, никак иначе разговаривать не могли.
        - А потом можно будет посмотреть? - уточнила я, не без умысла. Уж больно хотелось свою гипотезу на практике проверить.
        - Завтра и проверим, - улыбнулся он мне. - И оружие тебе подберем по руке.
        - Мне?! - взвилась я, едва не выпав из седла. - Да я ничего, кроме кухонного ножа в руке не держала.
        - Раз кухонный держала, - теперь уже откровенно смеялся он, - то и с кинжалом справишься.
        Не стала я его предупреждать, какими последствиями чревато его предположение. То, что с кинжалом справлюсь, сомнений у меня не было. Все ж отец мой из потомственных офицеров. Да не из тех, кто в штабах, на высоких должностях. Сколько себя помню, всегда вокруг меня был специфический запах казармы, стоящие в углу портянки после очередного марш-броска с молодыми и полосатый тельник. Ну а я, как положено, была дочерью полка. И сидя на КПП орала, едва научившись говорить: 'Как хорошо быть генералом'.
        Так что со всем, что можно метнуть в цель, знакома была еще с пеленок, в роли которых иногда выступали и портянки. И стрелять умела. Не скажу, что каждый раз в десятку попадала, но мимо мишени никогда не промахивалась. А потом, и нунчаками баловалась. Правда, без особого успеха. Но не потому, что руки не оттуда росли, просто, когда повальное увлечение ими началось, я уже к другому тягу ощутила и в стажерках у бабок йожек бегала.
        - Если что, - решила я оставить последнее слово за собой, - я тебя предупредила.
        Тот только головой кивнул и направил своего клыкастного монстра к трехэтажному дому, который выделялся на фоне остальных не только высотой, но и изяществом отделки. Все остальные немного, но попроще были. У этого же и окна витражные, и балкончики с витыми столбиками, которые перила поддерживали, и скульптуры перед входом.
        - Вот мы и приехали, - произнес он, снова спешиваясь и подавая повод подбежавшему к нам юному демоненку. - Тебе помочь или сама спустишься?
        - Да уж сама, - скромно улыбнулась я ему, помня о легенде, которую он для нас придумал. - Или у побратимов принято чужих жен с лошадей снимать?
        - Ну и ведьма же ты! - весело фыркнул Эндрик. - Ты и с отцом также ехидничала?
        А вот этот вопрос ему не стоило задавать. Потому как болезненный он оказался. Да демон и сам это понял, заметив, как легкость ушла из моего взгляда.
        - Тебе бы подумать еще, стоит ли от собственного сердца бежать? - Вопреки моему желанию, он все-таки помог мне спешиться, и теперь стоял рядом, глядя мне в глаза.
        - Я уже все решила, - резче, чем мне хотелось бы, ответила я ему. И решительно добавила: - И давай больше не будем об этом. Тебе о своих проблемах думать стоит, а не о моих.
        - Давай не будем, - как-то быстро согласился он и, не дожидаясь, когда я хоть как-то отреагирую на его слова, направился к двери, у которой нас уже ждал хозяин. По крайней мере его уверенный вид, в котором дородность сочеталась с доброжелательной улыбкой, именно об этом и говорил.
        - Ты к нам надолго? - вместо приветствия спросил он у моего спутника, кинув на меня быстрый, но внимательный взгляд.
        - До утра - точно, а там посмотрим, может, еще на денек задержимся. Познакомься, Син, это - жена моего побратима, Туся. Как узнала, что я к ее мужу в гости собрался, так упросила ее с собой взять.
        - Так хорошее дело, - как-то подозрительно радостно воскликнул демон. - И далеко твой побратим служит?
        - В Залесье. Как гарнизон там увеличивали, так туда и подался. Собирался вскорости и жену забрать, но пока не получается у него. Ты же знаешь, не спокойно в тех краях, вот и беспокоится за нее. Но сейчас, вроде, потише стало, вот я и не отказал в просьбе.
        - Ну и ладно, - согласился тот, продолжая смотреть на меня с улыбкой. - Приготовлю я вам комнаты на втором этаже, да прикажу воды согреть, чтобы пыль могли с дороги смыть. А вы пока подождите в зале. Жена моя вам пряного настоя подаст. Да и пироги только подошли, с пылу с жару.
        В отличие от меня, Эндрик совершенно спокойным кажется. А у меня на душе кошки скребут. Чувствую я, подвох во всем какой-то, но понять не могу. Каждое слово, каждый взгляд подозрительным выглядит. И вижу, что ничего подозрительного нет вокруг, а вот, не на месте сердце, и все тут.
        И только я решила своему предчувствию довериться и попросить Эндрика забрать из седельной сумки, которую пообещали сразу в комнату отнести, сверток с метелочкой моей, как тот подхватил меня под руку и вежливо внутрь повел. Ну а там на нас как налетели…
        Увидев радушие хозяйки, я поняла, что мне лучше сдаться сразу, чем выслушивать ее заверения в том, что у нее все только самое свежее, самое вкусное и самое красивое.
        Стоило признать, что ни единым словом она не солгала. Травяной настой, разлитый в большие глиняные кружки, хоть и был горячим, но освежал не хуже родниковой воды. Пирожки с ягодой сменили пирожки с мясом. И от того, как уменьшалось их количество на тарелке, у меня возникали очень нехорошие мысли о том, что так можно и расстаться с хрупкостью своей фигуры. Потому что отказаться хотя бы от одного из них, было просто невозможно.
        Но пришлось, и я этому была только рада. Вернувшийся в зал хозяин, отдал нам ключи от комнат и рассказал, куда идти. Мы и пошли, после того, как я поблагодарила демоницу за радость, которую она доставила моему желудку. Похоже, в ее лице я обрела вечного друга.
        Мы поднялись на второй этаж и прошли до конца коридора. Прежде, чем отправиться к себе, Эндрик решил показать мне, где и что в комнате находится и как этим пользоваться. За что я ему была благодарна. Я уже поняла, что некоторые стороны быта у демонов весьма неплохо развиты, но, как и положено женщине, предпочитала, чтобы мне напомнили, на какую пимпочку надо нажать, чтобы в ванну потекла вода.
        Я дверь своим ключом открыла и, ничего подозрительного не заметив, внутрь первой вошла. Ну а Эндрик за мной и дверь аккуратно прикрыл. И только я успела подумать, что вроде как путь к отступлению он мне отрезает, как из спальни, что по правую сторону от меня, еще одно действующее лицо показалось. И хотя внешне человеком это лицо выглядело, но стоило мне лишь услышать голос, как я поняла, кого именно в эту гостиницу нелегкая принесла.
        - Я уже устал вас здесь ждать.
        Марыся
        Мага я нашла без труда. Первый же встреченный мальчик-служка проводил меня к высокой башне из дикого камня, густо увитой диким плющом. Постучал тяжелым медным кольцом по двери, проорал диким голосом: 'Госпожа герцогиня к господину магу' и оперативно испарился.
        Маг, как дверь открыл, сразу в извинениях рассыпался, дескать не готов еще свиток для госпожи герцогини, но к вечеру… на этом я его словоблудие прервала, от дверей оттерла, внутрь прошла. А что? Раз уж я тут хозяйка…
        А сама воркую: а не поможет ли милейший маг овладеть мне азами магии стихий? Ну и другими полезными вещами, так как не дело, что б у такого сильного мага, как мой супруг (надо же, произношу - и уже не морщусь!) была жена-недоучка, позорящая имя славного рода (и где ж я таким витиеватостям научилась?).
        Маг и хотел бы увильнуть, но… субординация - великая вещь. Согласился.
        Ну и пошла потеха.
        Для начала стал он выяснять, что у меня получается, а что нет.
        После того, как я попыталась обратиться к Стихиям Воздуха и Земли, от лабораторных стеллажей остались щепочки вперемешку с битым стеклом, а из каменных плит на полу не уцелело ни одной.
        Маг, изо всех сил стараясь сохранить самообладание, предложил перенести занятия на полигон, чему я только обрадовалась. Все-таки такая бессмысленная порча имущества была противна моей рачительной натуре.
        А маг этот, Руфус, вообще занятный персонаж. Полукровка, рожденный смертной женщиной от темного эльфа. После смерти матери, десятилетним ребенком, он оказался не нужен ни той, ни другой родне. Люди просто боялись юного мага, как боятся всего чуждого, а эльфы… они полукровок никогда не признавали.
        В отличие от демонов, у которых от родителя любой расы рождается чистокровный демоненок, эльфы-полукровки были лишь бледной копией оригинала. Конечно, по человеческим меркам и они были очень красивы, сильны и выносливы, но… они были лишь долгожителями, а не бессмертными, и в магии тоже значительно уступали чистокровным.
        Руфуса встретил и приютил отец Виррана. Он же и обучил мальчика всему, что знал сам. У демонов никогда не было предрассудков по поводу смешанной крови, или внебрачного рождения. Они признавали всех детей, и относились к каждому сообразно его личным качествам. Руфус же оказался всесторонне одаренным магом, к тому же с большими способностями к пространственной магии и предвидению.
        И теперь под его руководством мне предстояло осваивать магию.
        На полигоне я попыталась обратиться к Воде, что мне тоже удалось. Ручей, протекавший у самой площадки, охотно повиновался, выплескивая вверх фонтанчики, водные шары формировались легко и летели в нужном направлении. Дождь я уже дважды вызывала, так что не стала портить погоду.
        А вот с огнем не заладилось. Нет, разжечь костер, или пламя увеличить - без проблем. А вот магический огонь… файербол с мою ладошку это максимум.
        Странно, я ж утром своего благоверного чуть молнией не долбанула… или это из другой песни?
        В общем, маг решил пока заняться самыми 'отзывчивыми' для меня стихиями - Воздухом и Землей, и защитной магией.
        Как вечер настал - я даже не заметила. Мы с Руфусом успели раз пять поссориться, помириться, повалять друг друга по земле, пару раз долбануть файерболом (он меня), поставить пару-тройку подножек (я ему, ветром или землей), полить дождичком… ну и так далее.
        Вид у нас был живописный, настроение - прекрасное. Как говорится, они нашли друг друга.
        Слугу, пришедшего вместо мажордома звать нас к ужину, Руфус пожалел и, выдернув из-под загребущих лапок моего торнадо, отправил беднягу телепортом прямо на кухню.
        Вероятнее всего, следующего засланца постигла бы та же участь, но… им оказался сам герцог. Файербол и 'воздушный кулак' были тут же свернуты, а лица приняли выражение 'А я что? А я ничего, просто погулять вышел…'.
        Вир ответил кивком на церемонный поклон Руфуса, с непроницаемой мордой лица оглядел следы учиненного нами разгрома, поинтересовался 'как успехи моей супруги? , с той же мордой выслушал подробный отчет о содеянном, щедро сдобренный похвалами моему таланту, и, предложив мне руку и напомнив магу о скором ужине, открыл портал. Похоже, приводить меня в порядок одним щелчком пальцев он не собирался.
        И точно, из портала мы вышли прямо перед дверями местного SPA-салона.
        Так вот что ты задумал, дорогой. Не выйдет.
        Во-первых, я сама еще не знаю, что я решила. Только догадываюсь.
        А во-вторых… рановато еще мириться. А в этой обстановке… ага, примирения избежать не удастся.
        Так что, когда Вир открыл передо мной дверь, я не спеша прошла вперед, стараясь дразнящей улыбкой отвлечь его внимание, и, быстро развернувшись, захлопнула дверь перед его носом, тут же задвинув тяжелый засов.
        О, конечно я понимала, что ему эти двери на один пинок, и что кроме этого входа есть еще и другой, для прислуги, и что демону и магу не проблема добраться до балкона всего лишь третьего этажа…
        Но я знала, что Вир прекрасно понимает: воспользуйся он хоть одной из этих возможностей и примирения он не увидит, как собственных ушей без зеркала. Про рака не говорю, потому как у такого и рак свистнет, и щука заговорит.
        Расчет оказался верным. За дверью зажурчал бархатный голос, увещевая и уговаривая. А я, запретив себе слушать, напевая под нос, направилась к особо полюбившемуся бассейну. Быстренько разделась, залезла в воду, и, припомнив рассказ Руфуса об устройстве внутризамковой системы связи, мысленно позвала служанку.
        А когда она не замедлила появиться, мне осталось лишь поздравить себя с маленьким успехом. И расслабиться в ее умелых руках.
        Глаза я открыла, лишь когда чье-то вторжение возмутило магический фон. Я ощетинилась, но это оказалось всего лишь платье из черного бархата, туфельки к нему и довольно большой замшевый футляр, возникшие на кресле у туалетного столика.
        Так что к ужину я спускалась во всеоружии.
        Платье мне удивительно шло, а великолепное изумрудное колье и серьги прекрасно оттеняли цвет моих глаз. Пребывать в плохом настроении, когда выглядишь ТАК - просто верх глупости. Так что настроение у меня было прекрасным.
        Вирран встретил меня у лестницы и повел в столовую, ни звуком не выдав свое возмущение по поводу моей проделки.
        Ужин прошел в теплой, если не сказать раскаленной, и вполне дружеской атмосфере. Невозмутимая физиономия Вира начинала меня порядком злить, а понимание, что все мои успехи, сегодняшние или грядущие, на фоне его возможностей просто пшик, вызывало желание отыграться хотя бы на своем привычном поле. То есть довести до белого каления.
        К осуществлению этого плана я приступила немедленно.
        Нет, внешне все выглядело безупречно, никакого флирта.
        Я просто принялась обсуждать со своими наставниками - Баалом и Руфусом - сегодняшние занятия, вспоминать допущенные мной ошибки, что вызывало взрывы смеха, взаимные подколки, обещания отомстить. Потом дошла очередь до планов на завтра, вызвавших не меньшее оживление в наших рядах.
        Вирран все еще сохранял подобающий герцогу вид, но кончик хвоста метался под стулом, как ошпаренный, периодически хлестко хлопая по моей юбке. До него, похоже, стало доходить, что большая часть моего дня прошла без него, в соответствии с моими планами, и что так будет и впредь. И интересоваться его мнением по этому поводу я не намерена.
        Однако он мужественно дождался конца ужина, и только вконец измочаленная кисточка хвоста красноречиво повествовала о его чувствах. Удалились мы из залы так же степенно, как и пришли, но в другом настроении: я - вполне благодушном, Вир - поскрипывая зубами.
        Он с крейсерской скоростью направился к своим покоям (т.е. теперь уже нашим), крепко придерживая мою ладонь на сгибе своего локтя. Спорить или вырываться я не собиралась, но он все-таки перестраховался, очевидно опасаясь, что и эту дверь я могу захлопнуть перед его носом. И обе створки тяжелых резных дверей гостеприимно распахнулись под его взглядом, чтобы тут же сомкнуться за нашей спиной.
        Но как он не спешил, я успела почувствовать свою метелочку, притаившуюся в углу в режиме невидимости. Нашла-таки хозяйку, моя хорошая! Из другого мира дорогу нашла! Мне аж от сердца отлегло. Все-таки знать, что в любой момент можно просто улететь - дорогого стоит. Я ей только команду успела дать следовать за собой, как уж двери за нами закрылись.
        А там… семейная сцена номер два. Тихая.
        Я к туалетному столику подсела, прическу распускать стала. Сложная она, шпилек много, а я и не спешу…
        Он камзол снял, оставшись в одной рубашке из тончайшего полотна. Пуговицы почти все расстегнул, так сказать 'наглядная агитация в действии'. Сел в кресло у камина, вина в бокал налил (в обычный наконец-то, хрустальный), за мной наблюдает.
        А взгляд… у меня от него пальцы в волосах путаться начали.
        Когда я третью шпильку уронила, налил второй бокал, ко мне подошел, вино протягивает, а сам:
        - Позволь, дорогая, помочь тебе.
        Помог.
        Только этот гад хвостатый может одновременно шпильки из волос вытаскивать и массаж головы делать кончиками пальцев. И еще дополнять все это невесомыми поцелуями в шею и плечи.
        А все вышеперечисленное в сочетании с бархатным вином, сверкающей паутиной легкого хмеля опутывающим сознание…
        Короче говоря, сцену устраивать мне расхотелось минуты через три.
        И когда Вирран поставил меня на ноги и, прижав к себе, жадно приник к губам - я не возражала. И приняла в происходящем самое деятельное участие.
        Расшнуровал ли он платье сам, или прибег к магии - я не поняла.
        Зато когда Вир, подхватив меня на руки, понес в спальню, я наконец-то смогла дотянуться губами до его шеи. Ну интересно мне было, это только у меня больное место, или не только?
        Как выяснилось - не только. И лучше бы я этого не делала. Эта простая ласка привела демона в такое неистовство, что я всерьез стала опасаться за целостность своей тушки. Впрочем, это была последняя внятная мысль, посетившая мою голову, дальше все утонуло в водовороте страсти и нежности.
        Засыпая в кольце его рук и хвоста, я впервые в жизни чувствовала себя защищенной. Любимой. Нужной.
        И впервые я подумала, что этот мир за пару дней стал мне более родным, чем тот, неожиданно покинутый и уже полузабытый.
        Увы, наверное, это общее свойство всего хорошего: оно быстро заканчивается.
        Туся. День все тот же, пятый. Но лучше бы он не начинался!
        - Нет!!! Ты вообще соображаешь, что собираешься сделать!!!
        Первые пять минут после 'исповеди' Эндрика Азаир молчал, бесстрастно смотря куда-то мимо сына. Не знаю, как бы это выглядело в человеческой личине, но в его истинном облике смотрелось весьма впечатляюще.
        Затем, когда я едва не задохнулась от нехватки воздуха, потому что все это время не дышала, он перевел взгляд на меня и, заметив, что стадию мертвенной бледности я уже прошла и подхожу к цвету весенней зелени, схватил меня за плечи и резко дернул. Вот только не сразу сообразил, что в таком состоянии мышцы я едва контролирую. Ну да ладно, голова осталось на плечах, и за то спасибо. Тем более что дышать я начала.
        Вернув меня в кресло, где я сидела, он вновь отошел к двери. Видно продолжал опасаться, что кто-нибудь из нас двоих предпримет попытку к побегу. Не знаю, как Эндрик, но лично я свои шансы оценивала бы в данном случае, как нулевые.
        После этого он начал говорить. На это у него ушло не больше десяти секунд. И вся его речь свелась к короткому: 'Я еду с вами'.
        Вот и поговорили.
        Первым попытался вразумить папеньку его раздолбай сыночек. Почему раздолбай?! Да потому, что присутствие посторонних в этой деревне он ощутил, как только мы к ней подъехали. И вместо того, чтобы дать мне команду: 'Тикай', он решил сдаться на милость победителя.
        Нет, я, конечно, понимала, что даже мы вдвоем против его отца, что слепые кутята против волкодава, но… вероятность успеха у данной авантюры была. Потому как вряд ли главный демон мог предположить подобную наглость с нашей стороны.
        Ладно, поздно волосы на себе драть, раз не догадалась кое-кому допрос с пристрастием устроить, как только первые сомнения в честности сделки появились.
        В общем, попытался Эндрик собственному отцу!!! тонкости внешней политики объяснить. И о жизни его побеспокоиться.
        На второй его реплике я снова чуть к предкам не отправилась. Только теперь уже от смеха. Такое точно ни в одном кино не увидишь. Стоит этот…
        Хотела я его размеры преуменьшить, но решила до конца честной остаться. Сынок папеньке в размерах лишь немного уступает. Но, глядя на него, хочется произнести: крутой, а глядя на отца - матерый.
        Но дело не в габаритах, а во внутреннем состоянии. Азаир стоит словно скала, для которой все наше мельтешение, что легкий летний ветерок. А Эндрик напротив него суетливо руками машет, пытается доказать, что ну никак нельзя тому с нами отправляться.
        Посмотрела я на это и решила тоже в разговор вклиниться. Сначала говорила тихо и рассудительно. Приводя аргументы, выстраивая гипотезы возможного развития дальнейших отношений с ночными демонами, коль Киран о присутствии повелителя узнает. Спустя какое-то время, сообразив, что тот половину моих слов мимо ушей пропускает, начала давить на жалость. А вдруг его убьют или покалечат, как его демоны без него жить будут? И так проникновенно говорила, что едва сама не заплакала, расчувствовавшись. А Эндрик, так тот не сдержался, плечи опустил, в пол смотрит.
        Да только Азаир даже бровью не двинул. Лишь глядит на меня многозначительно и… по глазам вижу, раздевает.
        Тут я слегка разозлилась и взяла на полтона повыше. И еще раз, все то же самое, но уже другими словами.
        О том, что полководец должен стратегические планы разрабатывать, а уж исполнять их обязаны другие. И кто этими другими будет.
        О том, кто, где, и на каком коне…
        Про лозунги и призывы не забыла, вспомнила самых знаменитых наших полководцев и их грандиозные сражения. Все, что после курса истории в голове осталось.
        Красивая речь получилась. Чуть сама не воодушевилась. А этому…
        Пришлось добавить еще полтона. Иногда нужно гаркнуть, чтобы до некоторых дошло.
        Не дошло… Только улыбка на лице появилась. От которой захотелось заныкаться куда подальше. Только после этого, теперь уже до меня самой, доходить начало, на кого я, вообще-то, кричу. Вот только с подобострастием у меня всегда плохо было, а с логикой, хоть и немного, но лучше. И я прекрасно понимала, чем все закончится, если, не дай стихии, операция пройдет не так успешно, как планировалась.
        Я же никогда себе не прощу того, что невольно виновной в его бедах буду. Хотя и догадывалась, что не столько ради моих красивых голубых глаз он решил в эту авантюру ввязаться, а ради возлюбленной своего сына. Но от этого легче не стало.
        Ну, я и решила сделать ему предпоследнее китайское предупреждение. Потому как о последнем думать не хотелось. Вот и заорала так, что сама чуть не оглохла. И тут же поняла, что с высотой звука слегка переборщила: мозаика в окнах звонко так задребезжала, а Эндрик так интересно головой мотнул, словно взрывной волной слегка задело.
        А вот Азаир… бровки грозно свел и шаг в мою сторону сделал. Тут я и осознала, что либо кранты мне сейчас придут, либо… пришло время для последнего.
        Мордочку испуганную сделала, в кресло вжалась, словно раскаяние испытывая, только что зубами дробь не выбиваю. А самое главное, взгляд от него прячу, чтобы раньше времени о моем коварстве не догадался.
        А он так подошел поближе, склонился ко мне, да упавшую на лицо прядь аккуратненько за ушко убрал.
        - Я еду с вами.
        И голос спокойный такой. Не поспоришь против такого голоса. Потому как ни один аргумент против него не выстоит.
        Ну, я тяжело вздохнула, словно с участью смиряясь, и… резко выдохнула:
        - А не пошел бы ты…
        Туся. День шестой. А не пошел бы он…
        Утро наступило слишком быстро. Не знаю, отчего я проснулась: взгляда или нежных, осторожных прикосновений Азаира, но возвращение из сна было очень приятным.
        - Ты - моя, - с придыханием произнес он, заметив, что я открыла глаза.
        Собственник!
        - Твоя, твоя, - мурлыкнула я, не собираясь спорить с очевидным.
        Не дав прозвучать моему проклятию единственным, но весьма действенным способом, он натолкнул меня на две, весьма ясных мысли. Первой была о том, почему это я должна думать за того, кто и сам понимал все, что я пыталась ему доказать. И раз уж он считал, что для него важнее отправиться с нами, но все остальное - его проблемы. И как он будет их решать, не мое дело. Тем более, что было вполне вероятным мое полное непонимание сути происходящего. И то, что рассказал мне Эндрик, могло быть частью совершенно иной истории.
        Вторая была не менее, если не более важна. Сколько бы не было отпущено мне и ему, все это принадлежало нам. И тратить столь драгоценное время на то, чтобы препираться, было просто глупо. А глупость никогда не была в чести у Бабок Йожек. И если я не хотела выглядеть таковой в глазах своей подопечной, которой мне еще передавать опыт, то стоило очень быстро исправляться.
        Как раз и возможность для этого демон мне предоставлял. От его настойчивых губ, от сильных рук, которыми он прижимал меня к себе, сбивалось дыхание и все мои аргументы 'против' становились 'за'.
        А вслед за этими двумя, откуда-то из глубин моего подсознания выползла еще одна. Трясясь как лист на ветру, пристроилась в уголочке незваным дальним родственником, и, робко поглядывая на меня, заикаясь, прошептала: 'А может, останемся здесь навсегда?'
        Хотела я ей ответить в духе нашего бабко-йожкинского: не дрейфь - прорвемся, но не смогла. В тот момент Эндрик, осознав, что при некоторых разговорах лишним свидетелям делать абсолютно нечего, покинул мой, ставший уже нашим, номер. Азаир же воспользовался этим, чтобы перейти от разведки боем, к крупномасштабному наступлению сразу по всем фронтам.
        Когда я, вклинившись в короткую паузу между поцелуями, вяло высказалась на тему того, что неплохо было бы сначала помыться, он лишь кивнул, тут же внося коррективы в свой план. Мылись мы долго и самозабвенно. То, как он промывал мои волосы, едва касаясь головы подушечками своих увенчанных когтями пальцев, можно было с уверенностью назвать высшим пилотажем. И… утонченной пыткой.
        Но… Бабки Йожки так легко не сдаются, и я только фыркала, когда он в очередной раз заглядывал мне в глаза, проверяя, готова ли я признать свое поражение. Не дождался.
        Не выдержала я, когда он начал массировать мне стопы ног, рассказывая при этом, что он со мной сделает, когда мы покинем эту небольшую, но очень уютную купальню. Все предстоящее было настолько соблазнительным, что моя выдержка с хрустальным звоном осыпалась к его ногам.
        Стоило признать, что он меня ни в чем не обманул!
        - Уже пора вставать? - вяло поинтересовалась я, видя ответ в его глазах. Там было что угодно, но только не необходимость это делать.
        - Нет, моя радость, - улыбнулся он, касаясь губами моего плеча, от чего я невольно вздрогнула.
        - Тогда я подремлю еще, - сонно проворчала я, делая попытку отодвинуться от него и уткнуться носом в подушку. Очень хотелось смеяться.
        - Да, радость моя, подремлешь, - хмыкнул он мне в самое ухо и вернул себе под бок.
        - А когда мы поедем дальше? - попыталась я сменить направление его мыслей.
        - Не сегодня, моя хорошая.
        И хотя задавать вопросы мне на тот момент уже давно расхотелось, я сделала еще одну попытку:
        - Мы чего-то ждем?
        - Скорее, кого-то, - клыкасто ухмыльнулся он, давая мне понять, что некоторым (читай: мне), с разговорами пора уже и завязывать.
        - А кого? - не удержалась я.
        - Увидишь - узнаешь.
        По моим ощущениям, в этом месте его ладони уже должны были сомкнуться вокруг моей шеи. Он же… лишь продолжал меня целовать, терпеливо дожидаясь, когда мне надоест его изводить. Лично мне… уже давно надоело. Но должна же я была держать марку.
        - Ты что-то от меня скрываешь? - обиженно протянула я.
        - Ага, - радостно подтвердил он и окончательно лишил меня права говорить.
        Не догадываясь, ведьмы никогда не сдаются - лишь делают видимость этого, и… не приручаются.
        Трудно сказать, сколько времени прошло с того момента, когда последняя мысль покинула мою голову и до того мига, когда первая из них осмелилась вернуть меня в реальный мир. Впрочем, реальным его назвать было трудно. Несмотря на то, что все вокруг, включая продолжавшего прижимать меня к себе демона, казалось таковым.
        - Ты останешься со мной, - он не спрашивал, не мечтал, он - просто констатировал факт.
        Вернув одной фразой понимание того, что в каждой сказке есть вот такой самоуверенный кадр, который привык решать все сам, и не намерен считаться с чьим-либо мнением по этому поводу.
        Можно было, конечно, прямо сейчас взять и поспорить с ним. Но… в отличие от большинства стажерок, которые тут же ринулись бы в бой, отстаивая свое право на собственную свободу, я была уже полноценной Бабкой Йожкой и знала: стойкость и упорство в данном случае не помогают.
        - Но я должна удостовериться, что с моими девчонками все в порядке и попрощаться с ними, - нежно улыбнулась я ему, вырисовывая пальцами узоры на его плече.
        - А может, - поймался он, - пригласишь их на нашу свадьбу?
        - Свадьбу?! - воскликнула я, окончательно сбив его с толку выступившими на моих глазах слезами. - Ты хочешь, чтобы я стала твоей женой?!
        - Ты будешь моей женой, - с каким-то внутренним спокойствием, от которого я начала сомневаться в удачности собственной игры, произнес он. - Как только мы вытащим возлюбленную Эндрика и вернемся в столицу, я назову тебя своей женой. А лет через сто, когда мой старший сын будет готов занять мое место, поселимся в том замке, где ты уже была. Ты родишь мне детишек, и мы будем их воспитывать.
        О, небеса!!! Девчонки, я вляпалась по полной!!! Змей Горыныч… ты где?! Пора организовывать спасательную операцию для одной идиотки-ведьмочки, у которой не хватило ума понять, что не надо с некоторыми незнакомцами садиться играть в карты.
        - Через сто лет, если доживу до этого времени, я буду хоть и миловидной, но старушкой, которая вряд ли будет вызывать у тебя какие-то чувства, - с грустью заметила я, ничем не выдав того, что творилось в моей голове. - Я хоть и ведьма, но моя сила позволит мне лишь намного дольше сохранить свою молодость. Но и надо мной время властно, так что лет через пятьдесят-шестьдесят я начну медленно увядать, собирая свой дар для своей преемницы.
        - В нашем мире - проживешь, - его улыбка была торжествующей. В вашем просто не хватает магии, чтобы поддерживать таких, как ты. Здесь же ее намного больше. Так что и через сто лет ты будешь столь же привлекательной для меня, как и сейчас.
        - А гарем? - нахмурилась я, принимая все, что он сказал, к сведению.
        Раз магии здесь больше, то и наши заклинания, да наговоры должны быть более сильными. Осталось выяснить - насколько, да соотнести это с тем, что может сам демон.
        После моего вопроса в его глазах демонята заплясали.
        - Я - повелитель. Мне положено.
        - А я - ведьма, - улыбнулась я ему. - Мы барышни ветреные.
        - Ты - моя, - прорычал он, нависая надо мной бронзовой скалой. Очень разъяренной бронзовой скалой.
        - Тебе положено, а мне? - жалобно проблеяла я, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.
        - Тебе?! - Я уже его почти боялась! - Тебе?! - повторил он, похожий на замерший на мгновение смерч. И вдруг… как тот же смерч, способен рассеяться в воздухе, так и он, вдруг как-то сник, отчего мое сердце сдавила боль. - Ты - ветер. Как тебя усмирить? Как можно лишить тебя свободы? Как запереть в клетку, требуя шалить лишь для меня одного?
        И пока он говорил, я была вынуждена ежесекундно напоминать себе, с кем имею дело. Потому что как бы искренне не звучали сейчас его слова, я не могла не допускать мысль о том, что и он играет со мной. И от этого становилось горько. Потому что он был первым мужчиной в моей жизни, с кем мне не хотелось быть ведьмой. С кем я желала быть просто женщиной: любящей и любимой. Но будь я такой, вряд ли бы привлекла его внимание.
        Однако его вопросы требовали ответа. И хотя я знала, что ни один из них не будет верным, сделала все, чтобы вернуть этому утру легкость и нежность.
        - Шалить и летать вместе со мной. А клеткой сделать весь этот прекрасный мир. И избавиться от гарема.
        - Первые два предложения мне очень нравятся, - улыбнулся он мне. Но его глаза были слишком близко к моим, чтобы я ему поверила. Он, так же, как и я, не хотел портить наступающий день. - А вот третье…
        - Ты хочешь его обсудить? - наигранно нахмурилась я, откидывая его на подушку и теперь уже сама нависая над ним. Заметив, как ему нравится, когда мои волосы падают ему на лицо. - Прямо сейчас?
        Увы… сделать нам этого не дали. Стук в дверь раздался уж больно не вовремя.
        Туся. День все тот же, шестой. Он не пошел…
        Я стояла на берегу реки и смотрела на бегущую воду. Редко я доходила до такого состояния, когда для того, чтобы успокоиться, мне требовалась подобная помощь. Но лишь вода или огонь могли вернуть мне душевное равновесие, когда самой не удавалось справиться с разбушевавшимися чувствами. А прошлый вечер, ночь, а, самое главное, утро, сумели это сделать.
        Тяжело, когда удар в спину наносится тем, от кого его уже совсем не ждешь.
        - Ты не правильно все поняла, - как-то отстраненно произнес стоящий за моей спиной Эндрик.
        Поразительно! Ему хватило полчаса, чтобы найти слова, с которых начать объяснять мне, что когда некая демоница виснет не шее у мужчины и шипит на ту, чей запах еще ощущается на его теле, можно ошибиться в понимании ситуации.
        - Ты хотел сводить меня к мастерам, - вместо того, чтобы объяснять ему, что на моей памяти его отец не первый красавчик, пользующийся особой любовью дам, я предпочла перевести разговор в нейтральное русло.
        В эту ловушку я загнала себя сама. Пообещав одному помочь в спасении его возлюбленной, и согласившись со вторым, что он имеет право самостоятельно решать, что именно ему делать.
        Результат был предопределен: я стою на берегу реки и в набегающих на берег пенных барашках пытаюсь разглядеть, что этот достойный сын мужского племени делает с той барышней в той самой комнате, где еще не так давно он произносил слова, которые жаждет услышать любая женщина: 'Ты - моя'.
        - Ты даже не хочешь услышать моих объяснений, - повторил попытку убедить меня в неправильности моих же выводов жертва проклятия.
        - Тогда я пойду сама, - прошептала я, тяжело вздыхая.
        Мы и так разговаривали каждый сам с собою, так что можно было не утруждать себя переходом с монолога на диалог.
        И, сделав вид, что в упор не замечаю его присутствия рядом, направилась в сторону расположенных вдоль берега реки кузниц. Стараясь не вспоминать, как хорошо было ночью, и как не очень хорошо стало утром.
        Когда раздался стук в дверь, я вопросительно посмотрела на повелителя, уточняя, то ли это, чего он ждал. И когда он кивнул, воспользовалась моментом и, прихватив с собой одежду, скрылась в купальне. Не забывая прислушиваться к тому, что происходило за закрытой дверью. Будучи одной в чужом мире, да еще в обстановке, когда до конца не знаешь, кому стоит, а кому не стоит верить, окончательно расслабляться не стоило.
        Несмотря на шум льющейся воды, я расслышала радостные восклицания. Причем голос демона казался мне добродушно-урчащим, словно встреча с появившимся незнакомцем была ему желанна. Потом разговор стал более приглушенным, но пару раз Азаир повышал голос, словно кому-то что-то доказывая. Затем все стихло. Не скажу, что очень подозрительно, но уж больно неожиданно.
        Я как раз к этому времени полностью привела себя в порядок, так что решила, что вполне могу удовлетворить собственное любопытство.
        Лучше бы я этого не делала! Впрочем, вряд ли бы это что-либо изменило.
        Когда я появилась в комнате, повелитель сидел в кресле, а у него на коленях… обнимая за шею и что-то нежно шепча в ушко, сидела весьма миленькая демоница, возраст которой при всем моей желании я определить не смогла. Заметив мое появление, она окинула меня оценивающим взглядом, недовольно фыркнула и вновь прижалась к Азаиру.
        Я же… Контраст между тем, что было всего несколько минут тому назад и тем, что я видела сейчас, был настолько разительным, что даже слова проклятия не сумели сорваться с моих губ. И все, на что хватило моих сил, спокойно пройти мимо парочки, не обратив внимания на то, что демон порывается подняться мне навстречу и аккуратно закрыть за собой дверь.
        Жаль, уйти, далеко не удалось. Только я вышла в коридор, а навстречу мне идет Эндрик. Не знаю, что и какими буквами было написано на моем лице, но он, заглянув на мгновение в ту комнату, из которой я вышла, кинулся за мной следом.
        Догнать он меня сумел только у самой реки. И то лишь потому, что топиться в моих планах не значилось.
        - А ведь ты ревнуешь?! - с неожиданным энтузиазмом в голосе вдруг хмыкнул младшенький, преграждая мне путь.
        - Тебе Лысой горы мало? - с поразившим меня саму холодом уточнила я у него.
        Да только моя угроза на него не подействовала - храбрый малый.
        - Вряд ли тебе удастся найти более гиблое место в нашем мире.
        - Не найду, так создам, - я чувствовала себя одновременно Снежной королевой, Гердой, Каем, Бабой Йожкой и Змеем Горынычем. Взрывоопасное сочетание.
        - Не завидую я отцу! - чем мрачнее становилась я, тем веселее было ему.
        Наверное, я забыла его предупредить, что мы - ведьмочки, очень терпеливы. Но когда наше терпение заканчивается…
        Сначала слегка потянуло паленой шерстью, затем, когда вонь стала почти невыносимой, чтобы ее не заметить, кисточка его хвоста вспыхнула серебром и начала рассыпать вокруг себя искры, очень похожие не бенгальский огонь.
        - Ведьма!!! - заорал на меня Эндрик, не выдержав такого издевательства над одной из самых привлекательных частей своего тела.
        И тут же лишил меня удовольствия и дальше наслаждаться этим зрелищем. Мое заклинание было из разряда 'детских', потому и быстро сдалось, уступив его магии.
        - Сама знаю, - хмыкнула я, чувствуя, как начинает подниматься настроение и снова двинулась в ту сторону, откуда доносился звук молотов.
        - А еще…
        Он явно хотел сказать еще что-нибудь, не совсем лицеприятное, но я ему не дала такой возможности. Резко развернувшись, язвительно заметила:
        - Тебе не кажется, что ты еще не рассчитался со мной за карточный долг? - многозначительно протянула я, делая шаг ему навстречу.
        - Прямо сейчас? - невозмутимо уточнил он, словно ничего другого от меня и не ожидал.
        Но… отступил назад
        - Тебе не хватает зрителей? - приподняла я бровь. - Так подожди, я сбегаю, позову, - я вновь шагнула к нему.
        До воды оставалось всего несколько шагов.
        - А не боишься? - его взгляд явно говорил о том, что он задумал пакость.
        Так и я… ничего хорошего от него не ждала.
        - И чего же я должна бояться? - я решила, что вполне могу позволить себе немного поиграть в предложенную им игру. Тем более что взамен злости от предательства в моей душе явно зарождались планы мести.
        - Вдруг, кто чего неправильно поймет, - демон улыбнулся во все свои… не считала, сколько зубов, и сделал попытку вернуться на утраченную им позицию.
        - Это ты про папеньку своего что ли? - хотела я возмутиться от такой наглости, но посчитала, что время еще не пришло.
        Лучше бы я про него не вспоминала. Обратив внимание, что Эндрик теперь не только скалится, но еще и куда-то мне за спину поглядывает, решила проверить, чего он там интересного увидел. Ну и проверила.
        Идет так решительно повелитель в нашу сторону и демоница та за ним, едва поспевая, бежит.
        Вот ведь гад! Меня довел, ее доводит… Я, конечно, против всяких, кто на шею чужим мужикам вешается, но женскую солидарность еще никто не отменял.
        Короче, я не выдержала. Спину распрямила, плечи развела и потянулась душою ко всему, что меня окружало, как бабушка учила.
        Слышу, на зов мой вода откликается - забурлила, запенилась. И ветра сильного нет, а она уже волнами вздымается. А когда и тот откликнулся, так едва ли не стеной встала. А вокруг уже ураган бушует, под стать тому, что внутри меня бесчинствует. Волосы мои по воздуху разметает, пряди в лицо бросает.
        Земля под ногами гулом отзывается. Еще чуть-чуть и трясти начнет. И только огонь, что в кузнях пылал, я звать не стала. Не виновны те, кто сейчас мечи ковал, в том, что их повелитель столь ветреным оказался. Над чувствами моими посмеялся.
        Всего несколько мгновений я с местными стихиями развлекалась, а последствия оказались весьма удручающими. Для некоторых. Не говоря уже о том, что жители того городка, этой вакханалией привлеченные, на безопасном расстоянии от нас столпились и дружненько так обсуждают то зрелище, что перед их глазами развернулось.
        Стоило признать, что два мокрых, грязных, с разодранной одеждой и спутанными в мочалку волосами демона стоили того, чтобы на них посмотреть.
        Вот только почему-то ни один из них злым не был. И это, похоже, было моим упущением, которое я собиралась исправить в самом скором времени.
        Туся. И вновь день шестой. Лучше бы он пошел…
        Демоница, оценив, что ее внешний вид в этой вакханалии ничуть не пострадал, хитренько мне так улыбнулась, затем подошла поближе и представилась:
        - Лирайна, дочь одного из этих двоих и сестра другого.
        - Ага, - кивнула я, потому как сказать что-либо по этому поводу было трудно.
        Один гад хвостатый вместо того, чтобы сразу предупредить, что ждем мы его родную кровиночку, решил надо мной эксперимент провести, а второй ему в этом всячески помогал. И все это вместе взятое тянуло на наезд в особо крупных размерах, совершенный по предварительному сговору двух лиц. И наказание за это полагалось соответствующее.
        Но пусть мне и очень хотелось как можно скорее добраться хотя бы до одного из них, чтобы он осознал всю меру своей вины, я решила повременить со священной местью. Что такое терпение - я знаю. Бывает, смотришь, как вверх-вниз скачут фондовые индексы и думаешь: ну вот, сейчас, пора. Но сама себя убеждаешь: нет, еще рано, надо еще немного повременить. А потом бабах… и ты в прибыли. А те, кто поторопился, локти себе кусают.
        Так что разборки будут, но… именно тогда, когда их уже ожидать перестанут.
        - Пойдем, позавтракаем, пока они себя будут в порядок приводить, - предложила Лирайна.
        И я опять кивнула. Но теперь уже по другой причине предпочла отделаться жестом: один неосторожный взгляд на тех самых, кому теперь придется себя приводить в порядок, и я начинаю задыхаться от душившего меня смеха. Не думала я, что картинка окажется столь живописной.
        Ну, мы и пошли. Лично я… сопровождаемая восторженными взглядами. Похоже, барышни, умеющие творить подобное, у населения этой деревушки пользовались уважением. Впрочем, насколько я уже успела понять, демоны предпочитали дам, с которыми можно было не только приятно провести время ночью, но и встать плечом к плечу в бою.
        Жаль только, в отношении меня они несколько ошибались. Для своего мира я была довольно бойкая и вполне могла дать отпор. Если не физической силой, то хитростью. Если не хитростью, то способностями, доставшимися мне от бабушки. А если и они не помогут, то… бабки-йожки всегда славились тем, что 'своих' не бросали. К тому же мы всегда могли рассчитывать на помощь нашего Змея Горыныча. Против него оружия в моем мире еще не придумали. А вот здесь…
        Здесь я была просто скромной ведьмочкой, в активе у которой была ее наглость и непредсказуемость, а вот в пассиве…
        Каждый раз, вспомнив про своих девчонок, я чувствовала себя такой одинокой. Помню, нападет на меня хандра, Афина с Прынцессой как разнос устроят, так тут же бодрость в организме появляется. Или Веточка что-нибудь прикольного подкинет, так улыбка на лицо сама возвращается. Или Марыся предложит метелочку усовершенствовать, и мы потом с ней вдвоем с ветром на перегонки носимся. А Фролга, а Тигрра, а Кира, а Василиса, а Нюрка, а Маня, а наша травница Зельда, а новенькая стажерка Нани, а Яблонька…
        Эх, прочь тоска от сердца моего! Не время кручиниться, если хочу как можно скорее их увидеть.
        Вернулись мы с демоницей в гостиницу, а нас там уже ждут: хозяин с хозяйкой. И взгляды у них такие… короче, знают они, кого я слегка потрепала. Ну и встречают по достоинству.
        А я что… мне уважение, и я тоже. Сели мы с Лирайном за уставленный яствами стол, поблагодарили тех, чьей щедростью он был накрыт, пригласили к нам присоединиться. И как-то ладно так у нас с демоницей все получается, словно из нашего она племени, даром, что еще недавно не меня недобро зыркала. Но это видно, по просьбе отца.
        Не успели мы еще кружки с травяным отваром поднять (не будем же мы утро с горячительного начинать - чем тогда заканчивать придется?), а тут и эти двое появляются. В том же виде, в котором и на берегу реки были. И несут они это вид, как самую дорогую награду.
        Вот ведь… Если уж повелитель, то хоть усыпанный драгоценностями, хоть в лохмотьях, но… повелитель.
        Хозяин собрался сбежать, но я успела придержать и попросила только стулья принести. Для вновь подошедших. Тот на меня так многозначительно посмотрел, хмыкнул в усы и… сделал, как я и просила.
        - Вы б руки хотя бы помыли, - фыркнула я, наблюдая, как эти устраиваются напротив.
        - Да уже, - отвечает мне спокойно Азаир и протягивает через стол идеально чистые ладони с изумительным маникюром.
        - Да для него нет ничего проще, как вернуть себе обычное обличье, - наклонившись, шепнула мне на ухо Лирайна.
        - Я это запомню, - также тихо произнесла я, и глубоко вздохнула, намекая ей на степень моего озверения.
        - Не забудь позвать, когда соберешься отыграться, - хихикнула она.
        Я на нее укоризненно посмотрела:
        - Детишкам кое о чем лучше не знать.
        - Да я старше тебя раза в три, - недовольно прошипела она.
        - Дело не в возрасте, а в состоянии души, - хмыкнула я, и… весело улыбнувшись, кивнула. Будет ей развлечение.
        - Вижу, вы уже познакомились, - повелитель смотрит на меня безмятежно, но в его глазах нет-нет, да вспыхивают лукавые искорки.
        Как бы мне самой не стать его очередным развлечением!
        - Если между двумя барышнями нет мужчины, то они всегда найдут общий язык, - ответила я ему и так посмотрела, что он больше мог не сомневаться, что события на берегу были лишь началом в череде подобных происшествий.
        Да только, его это нисколько не пугало. Похоже, меня собирались приручать, как необъезженного скакуна. Ну-ну…
        - Лирайна - сильный маг и хороший воин, - продолжил между тем Азаир, словно не заметив намека. - Она займется твоей тренировкой, да и присмотрит в случае чего.
        - Какой еще тренировкой? - Вот чувствовала я, что добром мое знакомство с этими типами не закончится.
        - Насколько я понял, меч в руках ты раньше не держала. - Все так же, без всяких эмоций отреагировал он на мой наезд.
        - Меч?! Нет. Пистолет - держала. Автомат - тоже. А вот меч - нет, и не собираюсь.
        Он словно и не заметил, что говорить я уже начала на повышенных тонах.
        - А как же ты с Кираном собираешься сражаться, если в видении той ведьмы именно ты одержала над ним победу. Да и Искра тебя хозяйкой признала.
        - Искра? - уж поняла, что игрушка та острая с именем оказалась. Но отчего-то имя у нее было женское.
        - Так ведьме он когда-то и принадлежал, - словно не заметив моего недоумения, продолжил демон. - Для любого из нас он слишком легким будет, а для тебя в самый раз. Да и не простой это меч - вряд ли бы за столь короткое время тебя смогли научить, да он сам учителем станет. Самое главное, чтобы ты ему довериться смогла.
        Довериться, говоришь?! Железке этой!
        Хотела я съязвить, а потом вспомнила про свою метелочку и поняла, о чем он говорит. Как только мои руки коснулись моей летучей подруги, я сразу поняла, насколько крепко мы с ней связаны. И верю я ей даже больше, чем самой себе. Мои желания переменчивы, как погода весной, а она… всегда со мной. Куда я, туда и она.
        Теперь мне предстояло обрести еще одну подружку. И, стоило это признать, первый шаг на этом пути уже был сделан. Когда я ощутила в руке его (ее?) тяжесть, почувствовала себя более уверенной.
        - И когда начнем? - я уже давно поняла, что спорить по мелочам не стоит. Лучше дождаться, когда их наберется на полноценную месть.
        - А вот позавтракаем, потом сходим к кузням, подберем тебе оружие по руке, там и начнем.
        - А переодеться? - лукаво улыбаюсь я ему, напоминая про его экзотический для повелителя вид.
        - А мне и так хорошо, - тянет он с насмешкой. - Есть чем гордиться.
        Ну, гад хвостатый! Ты доигрался.
        Если бы я знала, что это было только начало.
        С Эндриком они все-таки переоделись. И вот, что было удивительным: он хоть и не скрывал, кем является, но никакого подобострастия к его титулу я не замечала. К нему подходили, уважительно кланялись, уточняли, не могут ли чем помочь, спрашивали его мнения, и было заметно, что вся эта учтивость идет от сердца, а не требований этикета.
        Спустившись к реке, мы прошли в сторону кузней. Рядом с каждой из них на специальных подставках оружие разложено. Посмотришь - глаза разбегаются, чего там только нет. Большинству из того, что выложено, я даже названия не знаю. А просвещать меня никто не торопится, не на экскурсии, по делу мы здесь.
        Мои утренние проделки известны уже всем: повелитель с мастерами разговаривает, на меня показывает, а те едва улыбки сдерживают, да с какой-то нежностью смотрят. А мне от этих взглядов приятно становится. Да и вообще ощущение странное у меня в последние дни, словно родниться я начала с этим миром, словно как домой после долгой разлуки вернулась. И если первое время все незнакомым казалось, то теперь вспоминалось потихонечку.
        - Туся, - я так задумалась об этом феномене, что не заметила, как к очередному выставочному стеллажу приблизились, - возьми-ка вот этот.
        И протягивает мне… и даже я, своим дилетантским глазом вижу, что на Искру он похож, как брат-близнец.
        - А почему я не могу тренироваться тем? - тихонечко уточняю я у демона, подойдя поближе.
        - Искра - боевой меч и его нельзя унижать, давая совершенно необученному новичку. Вот пообвыкнешь немного, тогда уже и посмотрим.
        Будем считать, убедил. Взяла я меч в руку, как Эндрик показывал. И даже мне самой видно, что ладно он в моей руке лежит. Да и плечи сами собой распрямились. С осанкой у меня никогда проблем не было - когда танцуешь, это первое что учишься держать, но тут спина идеально прямой стала. Вот что оружие делает с человеком!!!
        Рано я начала гордиться собой и радоваться этому приобретению.
        В обед на стул меня сгружали, а кормили с ложечки. Тело не болело - оно дрожало мелкой дрожью. Уж на что я считала себя физически развитой, но все те навыки выносливости, которые у меня были, мне явно не помогли.
        Дав мне после еды передохнуть часочек, повелитель самолично сделал мне массаж, возвращая жизнь в мои мышцы. Не знаю, была ли какая-нибудь эротическая подоплека с его стороны, но с моей не было даже мыслей о предстоящей мести.
        Потом меня гоняли снова. Причем, Лирайна оказалась хоть и терпеливой, но очень требовательной учительницей. И мне оставалось только благодарить сержанта в одной из рот отца, который на спор со своим собственным командиром, попытался доказать, что даже из бабы можно сделать солдата. Через полгода каторги я проходила полосу препятствий второй. Первым был сам этот сержант. А тот старлей, за высокие показатели в боевой и физической подготовке, досрочно получил капитана. Так что если бы не это…
        Солнце уже давно скрылось за дальним лесом, когда Азаир внес меня в номер. Сам раздел, сопроводил в купальню, помыл и отнес в постель, с улыбкой поглядывая на стонущую меня. А сам отправился смывать пот с себя.
        Наивный!!!
        Вот так, в самый неожиданный момент и наступает время для мести. Вряд ли кто мог заметить, что именно положила я в заклятый карман, в очередной раз свалившись в прибрежную тину. Тренировались мы на берегу заросшей камышом заводи, чтобы не привлекать внимания к издевательству надо мной.
        Я, насколько могла, быстренько вскочила с кровати и вместо себя под одеяло положила большую жабу. И ведь самую страшненькую выбрала - там были и посимпатичнее.
        Все остальное было дело техники: окна и двери он не просто закрыл, но еще и зачаровал, чтобы я не сбежала. А мне этого и не надо. Он все на магию рассчитывал, а у нас, бабок-йожек, совершенно иные методы. Нам наши наставники не просто так в головы вбивают, что чем проще - тем лучше. Вот и используем мы то, что издревле самым простым, а потому и надежным считается.
        Вот и я наложила на себя отводящие взгляд заклинание, которым обычно лешаки пользуются, когда путника с дороги сбивают. Смотреть в упор будет, а не увидит. Самое главное, чтобы не коснулся случайно, тогда теряет оно силу. Потому, когда в лесу плутать начинаешь, не глазам - рукам доверять стоит.
        Теперь оставалось лишь Азаира дождаться. А он и не задержался, видно торопился любовью моей насладиться.
        Заходит в спальню, даже полотенцем не прикрывшись, к кровати подходит, одеяло откидывает…
        Выражение его лица перестает быть предвкушающим. А тут еще это страшилище так эмоционально издает: 'Ква'.
        Я едва себя сдерживаю, чтобы не расхохотаться в голос. За его спиной стою, чуть дернется, как раз на меня наткнуться может.
        - Туся? - Он кидает взгляд на дверь, на окно, но… там все, как и должно было быть.
        Догадываясь, что я вполне могу его разыгрывать, он опускается на пол и заглядывает под кровать. Как и следовало ожидать, там меня нет.
        Он откидывает штору - пусто. Заглядывает в массивный шкаф - и там никого. Выходит в гостиную - мог этого и не делать. Возвращается в спальню, одевается и выходит из номера.
        Как я понимаю, за подмогой. Не знаю, обучена ли Лирайна этим фокусам, но даже если и да, то вряд ли она меня выдаст.
        Спустя несколько минут появляются уже втроем. И, насколько я вижу, демоница в таком же недоумении, как и эти двое.
        - Ты заклинания проверил? - похоже, уже не в первый раз спрашивает она у отца.
        Тот, вместо ответа, смотрит на нее таким взглядом, что сомневаться в том, что он хотел ей сказать, не приходится.
        - Ты что-нибудь слышал о том, чтобы ведьмы принимали другую форму? - Теперь уже Эндрик проявляет свою эрудицию. Наверное, представляет свою возлюбленную в подобном виде.
        - Только метаморфы. Но она - человек. - Качает головой повелитель.
        - А может, проклятие, - выдает гениальную идею Лирайна.
        - Тогда что послужило активатором? - На полном серьезе смотрит на нее Азаир.
        Вот он, мой звездный час!!!
        - Ты… - словно сквозь туман доносится до них мой голос. Еще один фокус из разряда самых простых.
        - Туся? - вскидывается он и пытается определить, откуда идет звук.
        - Если любишь - поцелуй, и я вернусь, - дуновеньем ветерка у самого его уха.
        Демоница, похоже, начинает о чем-то догадываться, уж больно нервно ломает пальцы, словно из последних сил сдерживается.
        Да только папенька словно и не замечает.
        - Ты знаешь о подобном? - обращается к ней, и в его взгляде - надежда.
        - Знаю, - кивает она. Я же… сползаю по стене, к которой прижалась. Из нас с ней получится неплохая парочка. - Проверка у них такая. Если ты ее суженным являешься, то она снова станет женщиной, а нет… придется искать того, кто сможет ей человеческий вид вернуть. Потому как только предназначенный ей мужчина, поцеловав лягушку, получит невесту.
        - Вообще-то, это - жаба, - с некоторой подозрительностью в голосе произносит повелитель и внимательно смотрит на дочь.
        Но у той во взгляде только сочувствие и ничего более.
        - Почему я об этом никогда не слышал? - вот ведь… врагу не сдается наш гордый Варяг.
        - Ты же фольклором не увлекался, - парирует она. - А нам про ведьм в Академии рассказывали. Просто они этого не афишируют, кому захочется, чтобы все знали, что они лягушками становятся.
        - Тогда уходите, - выбрасывает он белый флаг.
        А я… зажимаю себе рот двумя руками, чтобы не хрюкнуть.
        - Я лучше останусь, - спокойно отвечает ему Лирайна. - После возвращения она может буйной немного быть. Такие изменения даром не проходят.
        Я покажу ей… буйной! Хотя, будь я на ее месте, все бы сделала, чтобы остаться.
        Главный же демон лишь тяжело вздыхает и подходит к кровати. Наклоняется к жабе… надо же, именно в этот момент той надоедает сидеть смирно, и она прыгает, нацеливаясь почему-то на Эндрика. Тот от неожиданности хватает ее и пытается удержать в руках.
        То ли жаба оказалась очень склизкой, то ли у нее были планы на этого молодого демона, но все последующее со стороны напоминало ее явное желание прикоснуться к его губам.
        Дышать я уже не могла.
        Несколько минут схватки, передвижений по комнате, каждое из которых грозит мне разоблачением, если я вовремя не уберу руки-ноги, и жаба оказывается в руках Азаира и все замирают, в ожидании нежного поцелуя.
        Сынуля не сводит глаз с папаши, наблюдая за этим действом, дочурка усиленно борется со смехом, а я…
        Ну не хочу же я целоваться с тем, кто до этого проделывал нечто подобное с жабой!
        - Дорогой, а что здесь происходит? - Удивленно произношу я, сбрасывая заклинание, когда он уже едва ли не касается губами ее мордочки.
        Судя по тому, что я вижу, убивать меня будут долго и самозабвенно. Если он вовремя не вспомнит, что бабки-йожки не сдаются!
        Туся. И опять день шестой. Долгий.
        Прошла уже целая минута, как я должна была отвоевывать свою честь и свободу, а он все продолжал стоять и многообещающе улыбаться. Мне это уже даже надоедать начало.
        Но только я ему об этом собралась сказать, как он так мило произносит:
        - Дорогая, тебе так идет та ленточка.
        Я в недоумении смотрю на него:
        - Какая ленточка?
        - Та красненькая ленточка, которую я вплел тебе в волосы, пока ты пыталась не попасться мне под руку.
        Мое недоумение сменяется пониманием того, как меня обдурили. Ну а детки, заметив изменение выражения моего лица, решили сделать самое правильное в этой ситуации - сбежать. И скрылись, пока мы буровили друг друга взглядами.
        - Так ты… - начала я хрипло.
        - Радость моя, - он улыбался одновременно нежно и… грустно, - в моем возрасте все эти розыгрыши уже давно известны. Правда, в твоем исполнении они выглядят весьма привлекательно.
        - Ты… - взревела я и двинулась ему навстречу.
        Я, значит, тут ему месть готовлю, варианты перебираю, голову ломаю, как бы сделать так, чтобы потом вспоминать можно было со смехом, а он…
        - Это было очень трогательно, - продолжает этот гад хвостатый и отступает в сторону кровати. С намеком. Мол, лично он не против перенести примирение на тот плацдарм.
        Рано он намеки начал делать - я еще вся киплю от возмущения.
        - Верни эту животину в ее естественную среду обитания, - рычу я и показываю на жабу, которая переводит удивленный взгляд с меня на него и обратно.
        Все-таки, не зря я выбрала именно ее. Умная оказалась.
        - Как скажешь, - кивает он головой и поворачивается в сторону земноводного.
        И только поднимает руку (видно, хотел порталом отправить на берег реки), как она выдает свое коронное: 'Ква', а потом добавляет, вполне человеческим голосом:
        - А ты уверен, что я туда хочу?
        Я впадаю в легкий ступор и пытаюсь протолкнуть воздух в легкие - не туда пошел.
        А она укоризненно наклоняет так голову и продолжает:
        - Хочешь сказать, что у вас жаб говорящих не водится?
        Я перевожу взгляд на Азаира и, судя по тому, что я вижу на его изумленной морде, у них до этой минуты тоже не водилось.
        Вместо ответа я качаю головой и… вспоминаю про Василису. Нет, не ту, которая из сказки, а нашу Василису. Она умеет такие вещи проделывать. Но, то было только в полнолуние и лишь тогда, когда хотелось кого-нибудь по-крупному разыграть.
        Теперь понятно, что это мое подсознание окольными путями довело до сведения моего сознания, как демона разыграть. А я уж подумала, что мое ноу-хау.
        Приходится кивнуть, мол, водятся.
        - Тогда руки в ноги и тащи меня обратно. У меня свидание на берегу, а тут некоторые личную жизнь не дают наладить.
        Пришлось собираться и в сопровождении повелителя отправляться на то место, где тренировались.
        Вышли мы на улицу, а там… две луны в догонялки друг с другом играют. А когда к реке подошли, я вообще с трудом мечтательный вздох сдержала: две дорожки по воде стелятся, в струе течения мерцают. Красота!
        Я даже все свои обиды забыла.
        Оставили мы жабу, еще раз перед ней извинились, пожелали счастья в личной жизни, на что она ехидно заметила, что это кое-кому тоже пригодится, и обратно двинулись. Да только недалеко от того места дошли - Азаир, похоже, тоже романтичность момента прочувствовал. Как за кустики зашли, так сначала к себе прижал, поцелуями лицо, шею осыпая, а потом взял на руки и… я даже испугаться не успела, а мы уже в спальне.
        А там уже без всяких слов все друг другу простили.
        Почти.
        Я уже засыпала, утомленная его любовью, когда услышала тихий шепот. И если сначала не придала значения, мало ли что он говорит на языке, который я не понимаю, то когда вверх по моей руке пополз легкий холодок, встрепенулась. Я хоть и не понимала, что именно происходит, но гадости предчувствовать научилась еще в малолетстве.
        Магический светильник вспыхнул ярким светом (это первое, чему я научилась в этом мире), и я с ужасом увидела на своей левой руке замысловатый рисунок, который начинался в центре тыльной стороны ладони и по спирали полз до самого плеча.
        - Это что?! - я вскочила с кровати, прикрывшись простыней.
        Вот ведь как странно, до этого момента не стеснялась, а тут неприятно было оставаться обнаженной.
        - Это знак того, что ты - будущая повелительница демонов. - В отличие от меня, он своей наготы не смущался.
        - Я - кто?
        А ведь мама говорила: 'Деточка, держи мужчин на расстоянии пушечного выстрела. И чем он тебе дороже, тем дальнобойнее должна быть пушка'.
        - Ты - моя невеста. И каждый из моих подданных должен проявить к тебе такое же уважение, как и ко мне.
        Похоже, шутки закончились. И тот белый и пушистый демон, которым он был совсем недавно, снял маску, показав себя настоящего. Впрочем, чему было удивляться. Кроме собственной глупости и наивности.
        - А ты меня спросил? - пытаюсь я решить проблемы дипломатическим путем.
        Меня он даже не слушает.
        - Мы завтра тронемся в путь. И для тебя так будет безопаснее.
        - Ты мог объяснить, - повторяю я свою попытку.
        - Я прикрою себя человеческой иллюзией. Мы с тобой поедем, как муж и жена. А Эндрик и Лирайна будут нашими телохранителями. И так будет, пока не доберемся до замка моего младшего родича - стража восточной границы. Там, в присутствии свидетелей я произнесу малую клятву.
        - А есть еще и большая? - я решила слегка поучаствовать в его монологе, надеясь, что так он быстрее одумается.
        - По малой клятве, я становлюсь твоим мужем, но ты можешь воспользоваться возможностью и стать свободной. Только дети, когда они появятся, останутся со мной. Большую клятву невозможно отменить. Только смерть одного из супругов даст свободу второму.
        - Что-то ты скромно наглеешь, - ухмыльнулась я, понимая, что мне пора подумать об экстренной эвакуации.
        - Я хочу, чтобы на большую клятву ты согласилась добровольно.
        Да… интересная картина получается. Начиная с того, что стоят два голых индивида и разглагольствуют на тему брака. И заканчивая тем, что за свою свободу я не держусь, но терять ее намерена только по собственной инициативе.
        - Я рада, что все разъяснилось до того, как я окончательно и бесповоротно в тебя влюбилась, - бросила я и, подхватив свою одежду, отправилась в купальню. Я прекрасно понимала, что максимум, что мне будет позволено - одеться. А вот покинуть этот номер… вряд ли.
        Но, как говорится, против лома нет приема, если нет… заранее подготовленных путей отступления.
        Пока я одевалась, мысленно позвала метелочку. Та откликнулась сразу, вот что значит, и огонь и вода и медные трубы. В каких только переделках мы с ней не были. Если кто думает, что у бабок-йожек жизнь веселая - очень ошибается. Когда стажерок ищем, в какие только передряги не попадаем. Они ж не всегда понимают, почему их на 'подвиги' тянет, вот и приходится иногда из всяких проделок вытаскивать. Да и в детективном агентстве клиенты разные попадаются. Так что аварийный вариант у нас всегда в запасе есть. И против магов, кстати, тоже. На Земле они нередко встречаются. И особой симпатии к ведьмам не испытывают.
        Оставался нерешенным лишь один вопрос, но… можно считать, что и этот вопрос я тоже решила.
        Вопреки моим опасениям, он не стал меня беспокоить. Посчитал, наверное, что посижу немного в купальне, порыдаю, и осознаю, что деваться мне некуда. Раз уж он такой здесь крутой. А потом и со всем остальным смирюсь.
        Наивный. Но об этом я уже говорила.
        Когда я вернулась в спальню, он сидел в кресле, накинув халат, и ждал меня. И не только он. В приоткрытую дверь гостиной я видела замершую у стены метелочку. А рядом с ней и все остальное, что мне было необходимо.
        Я прошла мимо него, подняв по пути сапоги, присела на краешек постели, обулась.
        - Ты не сможешь покинуть номер, - его голос был спокоен.
        Одно радовало - торжества в нем тоже не было. Возможно, еще не все потеряно и когда-нибудь он поймет, что женщины - не крепость. Силой нас не взять.
        Затянув потуже ремень, на который подвесила мешочек с деньгами, внимательным взглядом окинула комнату: ничего ли не забыла.
        - Может, я и поторопился…
        Я резко обернулась и смерила его брезгливым взглядом.
        - Ты не поторопился, ты - совершил ошибку. И я даю тебе последний шанс, чтобы ее исправить. Убери рисунок с моего тела.
        - Это ничего не изменит, - его глаза были холодными. - Ты признала, что принадлежишь мне.
        - Это ты про ту шутку? - вспомнила я наш разговор.
        - Ты посчитала это шуткой?! - Он поднимался с кресла медленно, но… каждое его движение было похоже на смертельный бросок.
        Объяснять ему, что именно я считала, не рискнула. Не стоило доводить его до бешенства. Кто знает, на что он способен в подобном состоянии.
        - Я тебя еще раз прошу, убери рисунок с моего тела.
        Теперь, когда я знала, что буду делать, ко мне вернулось привычное спокойствие и хладнокровие. А то если вспомнить все, что я творила в этом мире… самой стыдно становится. Не квалифицированная и пользующаяся уважением бабка-йожка, а натуральная блондинка. Да еще и дочь олигарха.
        - Даже если бы мог - не убрал.
        - Хорошо, - киваю я и направляюсь в гостиную.
        Продолжая анализировать его поведение и свои шансы на побег. И с тем и с другим вопросов не возникает. Он ведет себя так, как и положено демону-повелителю. В моем представлении и сообразно тем знаниям, который я уже успела получить. И в отношении вероятности исчезнуть, громко хлопнув дверью, сомнений тоже нет. Та россыпь стразов, которая украшает мою метелочку, не просто дань моде. В каждый из сверкающих кристаллов вложены наши знания и умения. И силы тех, кто благословлял нас на нашем пути. Да и Змей Горыныч лапу к этому приложил. И не одну… уж он за нас, девчонок, горой.
        - Туся… - Он делает шаг в мою сторону, но метелочка с заветным камушком оказывается у меня в руках быстрее, чем он его заканчивает. Так что мне не удается узнать, что же он хотел сказать.
        Я произношу заклинание, которое завесой прикрывает мои глаза, нос и уши, срываю кристалл и бросаю его под ноги демону.
        Все дальнейшее напоминает одновременный взрыв двух гранат: свето-шумовой и со слезоточивым газом. К тому же, противомагической волной срывает все, чем он успел укрепить этот номер, а порывом ветра выбивает стекла.
        Отреагировать Азаир не успел - каждый из нас был силен на своем поле, и мои земные игрушки оказались ему не по силам. Но это не значило, что он был выведен из строя надолго.
        Схватив плащ и Искру и сумку с вещами (ну не оставлять же нажитое праведным трудом добро) вскочила на метлу и… вылетела в окно, делая вид, что не расслышала его разъяренного рева.
        Уже день седьмой, что не сильно-то и радует. А потом восьмой и т.д. Туся
        Пять секунд - полет нормальный. Будем считать, что мне повезло, потому как пока активируются все заклинания, которые на метелочку навешаны, я хоть и не идеальная мишень, но при сноровке вполне могу быть сбита. А повелитель, как я уже поняла, маг не из последних. Если не сказать точнее - из первых.
        Но не только удача, но и расчет были на моей стороне, потому и наступило время подумать о будущем. С озвучиванием ответов на вопросы: зачем, куда и как? И если с первым и вторым все понятно: туда же и затем же, то вот с последним…
        'Хватит, - оборвала я сама себя. - Или тебя за красивые глазки в конторе держат?!'
        Признав, что не только за красивые глазки, но и за наличие мозгов, я тут же спланировала к той самой заводи, вспоминать которую буду до скончания своих дней.
        Жаба, как я и предположила, была на месте. Не зря же она голос человеческий подала, меня о своей сущности предупреждая. Вот только жабой назвать это чудо природы теперь было сложно. Ехидненько поглядывая на меня и поигрывая сорванной веточкой, меня дожидалась разбитная девица мальчишеской наружности. Короткие взъерошенные волосы, большие глаза, взгляд, от которого готов простить даже то, чего еще и в мыслях нет, белозубая улыбка, от которой тоже хочется растянуть губы в оскале. Выпуклости в нужных местах фигуры присутствуют, но не слишком бросаются в глаза.
        Короче, глядя на нее, хочется:

1. Доверить ей ключи от квартиры, где деньги лежат. Добавив туда же номера счетов в оффшорных зонах, куда через подставные фирмы шеф моего 'официального' рабочего места 'уводит' принадлежащие собственникам деньги.

2. Ввязаться в какую-нибудь авантюру.

3. Благополучно из нее выбраться.
4. Снова ввязаться и так до бесконечности.
        Одним словом, гипноза не нужно, чтобы отдать себя ей с потрохами. Одно радует, лохом я не была, и прекрасно знала, чем именно встречи с такими особами заканчиваются.
        - А теперь быстренько возвращаемся в деревню и спать. Утро у нас с тобой будет ранним.
        И ни тебе здрасьте, ни как зовут, ни чего надо. Объяснение может быть только одно.
        - С даром твоим все понятно, - хмыкнула я, уменьшая метелочку. - А вот с интересом?
        - И с интересом тоже все довольно просто, - она не стала прикидываться, что удивлена моей догадливостью. - Как только доберемся до дома, я тебе все расскажу.
        Ну, мы и отправились обратно. Только не на тот конец, где гостиница была, а в тот… Теперь я знала и то, кто из демонов окажется нашим помощником. Тот взгляд, который бросил на меня при встрече хороший знакомый Эндрика, все это время не давал мне покоя. Было в нем любопытство, но лишь как необходимое добавление к тому, что за ним скрывалось. Ждал тот типчик кого-то и, заприметив меня, сравнивал с тем описанием, которое у него было. А когда понял, что я и есть та самая, тут же успокоился.
        И каким образом он связан с этой дамочкой тоже не секрет. Увидев одного ребятенка демона и ведьмы, я теперь легко могла опознать и другого смеска. Их выдавали глаза, наполненные силой стихии. И хотя в нас, бабках йожках, тоже можно было при желании разглядеть нечто подобное, не было в нас той бескомпромиссной ярости, которая проглядывала у них.
        Было довольно темно, но заклинание ночного зрения сделало свое дело - мы хоть и пробирались через кусты и заросли похожей на папоротник травы, вымахавшей выше моего роста, но я не разу не оступилась и не зацепилась за торчащие веточки.
        Когда мы остановились у задней калитки в высоком заборе, вдалеке, откуда мы шли, засветились магические огоньки и раздался гулкий шум. Все понятно… кое-где началась погоня.
        Девушка бросила туда торжествующий взгляд, подмигнула мне и только после этого постучала по деревяшке костяшками пальцев, выбивая замысловатый ритм. Дверца тут же открылась, запуская нас внутрь.
        - Я уже начал переживать. - Тот самый демон, которого я и ожидала увидеть, закрыл калитку и, притянув мою спутницу, прижал ее к себе.
        - И зря, - хмыкнула она. - Я же сказала тебе, что все будет хорошо.
        - Ладно, егоза, - он отпустил вырывающуюся девчонку и повернулся ко мне. - Меня зовут Ханэрь и я…
        - Отец этой прелестной особы, - закончила я за него, получив от этой самой 'прелестной особы' уважительный взгляд.
        - Тогда идемте в дом, там и поговорим.
        В отличие от своей родной кровинушки, которая была спокойна, как танк, этот все чаще посматривал в ту сторону, где явно проходили розыскные мероприятия. Только зря старались. Если и были на мне какие местные средства слежения, то когда рванул камушек, ничего от них не осталось. Там в основе такая замысловатая штука была, что Змей Горыныч, рассказывая о принципе ее действия, обошелся всего несколькими словами: 'А… все равно не поймете'. Ну а мы и настаивать не стали - это он у нас специалист.
        Да и приятельница моя новая по дороге тоже не просто так петляла, как заяц. И ведь ни одной ловушки, ни одного отводящего глаза заклинания не оставила. Все только на просьбах - ветру, чтобы пыльцой тропинку засыпал, траве, чтобы поднялась после того, как нога наша ступала. А стоило нам на крыльцо взойти, как с неба заморосил косой дождик, окончательно смывая то, что могло остаться.
        А что самое главное… вряд ли повелитель даже мысль допускал о том, что кто-то из его подданных ведьме, которую он всем продемонстрировал, как свою возлюбленную, помогать скрываться будет.
        Так что мне оставалось лишь утвердиться в том, до чего я додумалась пока шла сюда, да спать лечь. Вряд ли утро для меня будет поздним.
        Все, как я предполагала, так и оказалось. Рассказ Аделины (я едва не сдержалась, чтобы не рассмеяться: во-первых, это имя шло ей, как корове седло, а во-вторых… стажерка Адель, которую она мне напомнила, была довольно крупной и дородной девахой, у которой все выпуклости, в отличие от моей новой знакомой, были не только на месте, но и того самого размера, который так любят мужчины) был довольно коротким, но очень поучительным.
        В этом мире, такие как я, не пользовались особой популярностью. Нигде, кроме… правильно, земель, на которых жили демоны.
        Несколько раз в истории хвостатых случалось, что именно ведьмы становились женами тех, в ком текла кровь правящего рода. И каждый раз, когда такое происходило, удача сопутствовала власти такого повелителя. Да и способности наши, смешиваясь с возможностями демонов, давали очень интересные результаты. И с потомством проблем не было: сыновья чаще всего рождались демонами, а девочки - человечками, хоть и считались смесками. И хотя и в наследниках тоже примесь нашей крови была, но это никак не влияло ни на силу, ни на способность переходить в боевую форму.
        Вот и платили ведьмы демонам за любовь и заботу своей лояльностью. Потому и не отказали Эндрику в желании узнать, где находится его возлюбленная и сможет ли он ее спасти. Но не рассказали, что спасительница, роль которой я решила взять на себя, окажется с характером, а повелитель захочет этот характер усмирить, как норовистого жеребца.
        Выслушала я рассказ Адель, головой кивнула и задала единственный вопрос, который у меня возник.
        - И как мы отсюда выбираться будем?
        А Ханэрь хитренько на меня так смотрит и говорит:
        - До Карнаша на телеге, а там встретят и дальше в путь отправят. Все в деревне знают, что я с дочками собрался за покупками.
        - С дочками? - переспросила я, предугадывая его ответ.
        - Моя старшая как замуж вышла, так здесь и не была, да и похожа ты на нее очень. А вчера приехала. Неожиданно.
        - Неожиданно? - ухмыльнулась я.
        Похоже, Киран успел не только Эндрику жизнь испортить, раз ради того, чтобы я избавила этот мир от его присутствия, мне готовы помогать. И почему не хотят, чтобы их повелитель в этом участвовал, тоже понятно. Я - залетная. Даже если и сложу голову, то не жалко. А он - свой, и рисковать им никто не хочет.
        Можно было бы, конечно, на все это обидеться, но… по-своему они правы.
        А если я не хочу, чтобы история эта для меня плачевно закончилась, мне просто нужно сначала подумать, а потом уже голову в петлю совать. А времени для раздумий, судя по карте, которую я у Азаира видела, у меня будет предостаточно - успею и устать от этого занятия.
        Из деревни мы выехали, когда солнце уже высоко стояло. Стражи на выезде стояли, но на нас только посмотрели и пропустили. Впрочем, даже если бы и пригляделись, узнать в скромной барышне с туго заплетенными косами и в ярком цветастом платье, которые здесь явно были в моде, ту рыжую бестию, которой я была еще только вчера, было сложно.
        По дороге еще несколько раз мимо нас патруль проезжал, но опять, только бросят взгляд и дальше едут. И если сначала у меня даже сердце обмирало, а вдруг, какое из оставленных на мне повелителем заклинаний сумело сохраниться, то потом мы с Адель не отказывали себе в том, чтобы построить глазки. За что ее папенька неоднократно одаривал нас суровым взглядом. И лично мне доставалось значительно чаще.
        В Карнаш мы прибыли уже глубокой ночью. Как меня и предупредили, нас там уже ждали. Тоже демон и… тоже женатый на ведьме. Похоже, мы, действительно, пользуемся здесь популярностью. Хозяйка, не тратя времени на представления, завела нас в комнату на втором этаже, показала, где находится купальня, пока мы с Адель смывали дорожную пыль, накрыла на стол и ушла. Так больше и не появившись. Даже в дорогу проводить не вышла. Как объяснил потом Ханэрь, против того она была, чтобы возлюбленной самого повелителя помогать. И не потому, что не испытывала к нему особой симпатии, скорее, наоборот. Считала, что раз он решил что-то, то мое дело было принять его решение.
        Что ж… она в таком взгляде на жизнь нашла свое счастье и доказывать ей, что может быть и по-другому, я не собиралась.
        А вот утром меня ожидал сюрприз. Вместо уже знакомого мне демона вместе со мной отправлялся другой. И мало сказать, что он был незнакомым, но он был еще и самоубийцей, потому, как изображать должен был моего жениха, который везет меня в Тарин к родителям. Свадьбу играть. А Адель при мне служанкой.
        Ну-ну… знаем мы таких служанок, которые развязав корсет невесте и уложив ее спать, отправляются в постель к жениху. Мне не нужно даже быть ведьмой, чтобы прочесть все, что было в их взглядах. Надеюсь, повелитель, когда до нас доберется, учтет это как смягчающее обстоятельство для нашей участи.
        Платье у меня уже было другим: обтягивающий верх, очень похожий на мужской колет, который надевался отдельно, и длинная юбка с глубокими разрезами по бокам, под которой носили штанишки типа наших лосин. А что?! И приличия соблюдены и вполне удобно верхом ехать. Плащ с капюшоном завершал образ невинной девицы, только собирающейся вступить во взрослую жизнь.
        Очередной сюрприз ждал меня на первом же привале, который мы сделали. Довольно скромно перекусив и немного передохнув, Маркус переглянулся с Адель и… предложил мне составить ему компанию. Чем именно мы будем заниматься, оставшись наедине, я поняла довольно быстро. Ему достаточно было лишь взять в руки ножны с мечом, чтобы все вопросы у меня отпали сами собой.
        Не знаю, все ли демоны такие хорошие учителя, мне так везло или Искра решила, что просто обязана мне помочь, но к концу того часа, который он гонял меня по траве, я научилась отбивать хотя бы часть из его ударов. Остальные вязли в защите, которую обеспечивал специальный амулет, отдаваясь в моем теле лишь резкой болью, но без летальных последствий.
        Следующие три дня были похожи на этот. На рассвете приходила Адель, буквально скидывая меня с постели - я уставала так, что за возможность просто выспаться была готова простить всем и все. Пока я умывалась и заплетала косы, рассказывала мне о подробностях проведенной ночи, вызывая у меня глухую зависть. И ведь надо был сбегать, чтобы лишить себя возможности расслабиться в крепких мужских объятиях. Потому мы быстренько завтракали и снова отправлялись в путь. И мне оставалось лишь радоваться, что вечером меня ждал не сон под открытым небом, а очередной постоялый двор, которых на этой дороге оказалось множество.
        Мои мечты о повелителе, которые я с выработанной годами настойчивостью гнала от себя, в последний день перед Тарином едва не стали явью. Мы как раз остановились, чтобы перекусить и потренироваться, когда вдалеке показался отряд всадников. И мне не нужно было быть ведьмой, чтобы ощутить приближение того, о ком я думала.
        Маркус тут же приказал мне отправиться к ручью, что тек неподалеку, а там скинуть верхнюю часть платья, которую здесь называли лифьем, и остаться в тонкой прозрачной рубашке, которая надевалась под него.
        Его предусмотрительность я оценила довольно быстро. Двое всадников, приблизившись к нашей стоянке, спешились и заговорили с моим 'женихом'. Слов я не слышала, но тон, которым он им отвечал, был довольно спокойным. Потом раздались шаги и я, резко обернувшись, взвизгнула, прикрываясь так, чтобы укрыть и лицо.
        Через несколько мгновений до меня донеслись слова извинения и пожелания удачного пути. Потом была еще пара фразы, которые расслышать мне не удалось, но смысл которых стал ясен по раздавшемуся хихиканью. И на пригорке остались мы одни, да оседающая пыль, говорящая о том, что встреча с Азаиром мне не приснилась.
        В Тарине мы не задержались - город был наводнен воинами повелителями. И барышень, даже в сопровождении женихов рассматривали внимательно. Хорошо еще, не ощупывали.
        Нам повезло, что в городской страже служил побратим Маркуса, который и вывел нас из города. Правда, легенду мы слегка изменили: теперь мы направлялись в Залесье к моим 'родителям', потому как я настояла на том, что рожать я буду только у них. Пришлось вносить коррективы и в мою внешность и средства передвижения. Вряд ли бы кто поверил в мою беременность, продолжай я дефилировать верхом. Но как только башни Тарина скрылись за холмом, я тут же избавилась от подушки, заменяющей мне живот и перебралась на коня, с которым за эти дни даже сроднилась.
        Из опасностей, подстерегавших нас на нашем пути, оставалась лишь крепость Торрен, стоящая на границах четырех земель: демонов, человеческих, светлых и темных эльфов, да невысокая горная гряда, за которой как раз и обосновались демоны Ночи. Но именно в тот момент, когда я посчитала, что вполне могу слегка расслабиться перед тем, как готовиться к следующей проблеме, удача решила, что уже достаточно сопутствовала нам.
        Первой тревогу подняла Адель - подняв руку, потребовала остановиться. Как оказалось, будущее она видела, только впадая в нечто, подобное трансу, но в этот раз мрачные картинки замелькали перед ее внутренним взором наяву.
        Потом ощущение надвигающейся беды нахлынуло и на меня. Но когда я попыталась ощутить направление, откуда она идет, мой инстинкт самосохранения выдал, что для спасения у меня осталось лишь два пути - вверх или вниз. И хотя у меня под рукой была метелочка, воспользоваться ею я не могла. Нас было трое, а 'грузоподъемность' моего летательного аппарата была рассчитана лишь на двоих. Да и то, таких, как мы с Адель. И хотя ее жизнь тоже значила немало, оставить демона одного я не могла.
        Прими его Искра… Даже прими его Искра, при серьезной опасности ему одному не справится. От меня же… было мало пользы в мечном бою, но много сюрпризов, когда речь заходила о запрещенных приемах.
        Я сползла с лошади, игнорируя возмущенный взгляд Маркуса. Доказывать ему, что бежать нам некуда, я не собиралась. Достала метелочку и, пошептавшись с ней, крикнула девушке, ставшей мне за это время подружкой.
        - Адель, подойди ко мне.
        Та, хоть и нахмурилась, но просьбу выполнила.
        - Садишься и летишь с Тарин за подмогой. Как туда доберешься, метелочку отпусти, все равно она на вес демонов не рассчитана.
        - Лететь нужно тебе, - попытался спорить со мной этот ребенок. Хотя… судя по тому, что они вытворяли в постели с Маркусом, ребенком она уже давно не была. Но ситуации это не меняло.
        Один взгляд, которым я обычно одаривала своего шефа, когда он пытался вляпаться в очередную авантюру, за которой обычно следовали финансовые потери в особо крупных размерах, и девчонка, шмыгая носом, исполняет то, что я от нее потребовала.
        Еще пара мгновений и она исчезает в мареве срабатывающих при взлете защитных заклинаний.
        - Их много? - Маркус уже стоит рядом, и с нежностью оглаживает рукоять своего двуручника.
        - Для нас хватит, - улыбаюсь я ему и отвязываю притороченную к седлу Искру, замотанную все в ту же тряпку. - Если я начну тебя о чем-нибудь просить, постарайся не переспрашивать, зачем мне это надо.
        - Договорились, ведьма, - хмыкнул он и резко свистнул, отгоняя лошадей подальше.
        - И если что… - начала я, собираясь попрощаться на всякий случай.
        Вот только сделать этого не успела, заглядевшись на всадника, который показался первым из вспыхнувшего всеми цветами радуги портала.
        Марыся
        Ранним утром, когда прозрачная чистота рассвета уже омыла мир, прогнав ночные тени, ощущение чужого присутствия душной волной накатило на меня, принеся с собой предчувствие беды.
        Вир вскинулся одновременно со мной, но за оружие хвататься не стал. Лишь прикрыл меня покрывалом, до этого небрежно сброшенным в изножье кровати, набросил на плечи халат и встал перед туманным облачком в центре комнаты, постепенно обретающем облик демона в дорожной одежде.
        Впрочем, при всей простоте одежды, заподозрить в простоте ее хозяина было просто невозможно. Это был ДЕМОН. Именно так. Всеми большими буквами. Ореол власти и мощи, плащом окутывающий его, казался видимым, настолько силен он был.
        Хоть и мало что о жизни Галерона я знала, но в том, что сейчас вижу перед собой его владыку, сомневаться не приходилось.
        Да и несомненное фамильное сходство с портретом Альдреда прослеживается…
        - Вирран, ты мне нужен. - Повелитель не стал тратить время на приветствия. - Возьмешь всех всадников, находящихся сейчас в замке. Когда будешь готов - вызови меня, я дам привязку портала.
        - Да, Повелитель. - Вир коротко поклонился. - У меня пятьдесят воинов.
        - Этого будет достаточно. Не задерживайся.
        И исчез.
        Я встала с постели и подошла к Виру, обняв за талию и уже привычно расположившись в кольце рук, тут же сомкнувшихся за моей спиной.
        - Я должен идти.
        - Я понимаю.
        - Мара, - он заглянул мне в глаза, - если ты все же решишь уйти - прошу, дождись меня. Ты не сможешь пролететь над человеческими землями. Дождись - и я провожу тебя. Даю слово.
        - Я буду ждать. А ты… будь осторожен.
        Последний поцелуй, и Вир исчезает за дверью купальни, чтобы буквально через несколько минут появиться уже одетым. Перевязь с клинками сама подлетела и скользнула ему в руки. Дверь спальни приоткрылась, пропуская, и плотно закрылась за его спиной.
        А я метнулась в купальню, понимая, что мне надо очень поспешить, чтобы успеть проводить Вира до портала.
        Успела. Когда я подбежала к казармам, все всадники в легких доспехах уже выстроились в колонну по двое. А Вирран, стоявший рядом с Руфусом, начал открывать портал. Когда серая туманная арка обрела стабильность, Вир вскочил на коня и первым подъехал к ней.
        Я замерла: обернется или нет? Если не обернется… Но загадать я не успела. Он обернулся и с ободряющей улыбкой помахал мне рукой. И лишь после этого скрылся в пелене серого тумана.
        За ним потянулась вереница всадников, парами въезжающих в зев портала.
        И лишь когда он закрылся, поглотив последних воинов, я перевела дух и, неожиданно для себя, громко хлюпнула носом.
        Туся. День одиннадцатый. Мама, роди меня обратно.
        Я уже давно не задавалась вопросом, почему красота, которая призвана спасать миры, так часто бывает жестока и беспощадна. Не стала выяснять это и сейчас. Просто смотрела на появившегося первым демона, верхом на черном жеребце столь впечатляющих размеров, что сами собой возникали мысли о том, кто же был его предком. Нет, мне доводилось видеть на картинках тяжеловесов, но этот… явно давал понять, что нахожусь я в фэнтезийном мире.
        О личности же всадника я тем более не задумывалась - имя возникало само собой. Как и понимание того, что если Аделина не успеет с так необходимой сейчас помощью, то в родной мир мне уже никогда не вернуться. Признаться честно, такой поворот событий меня совершенно не устраивал, но это не было поводом для того, чтобы оставить Маркуса одного.
        - Ты знаешь, а ты неплохая девчонка. Пусть и ведьма, - хмыкнул тот, о ком я только что подумала.
        Похоже, наши шансы он оценивал так же, как и я.
        - Ему нужна я. Если ты не станешь меня защищать, сможешь выкрутиться и вернуться с помощью. - Я понимала, как называется то, что предлагала демону. Как понимала и то, что вполне могу быть прибита им же и еще до того, как до меня доберется Киран.
        - Думаешь, в постели с ним будет лучше, чем с повелителем? - брезгливо произнес тот, давая понять, что на соответствующий совет я получу именно то направление, в котором мне и следует проследовать.
        Направление! Что-то я расслабилась за несколько дней относительно приятного путешествия и забыла о запрещенных приемах. Вот интересно, есть ли в этом мире место, где этого отщепенца будут 'рады' видеть?
        - У вас тут есть кто-нибудь типа амазонок? - быстро шепчу я Маркусу, только в конце сообразив, что не все слова в этом вопросе ему могут быть понятны. И тут же добавляя, для находящихся 'не в теме', - Короче, воинственных барышень, которые очень не любят мужиков на своей территории.
        Тот даже оглянулся на меня, взглядом давая понять, что неординарные вопросы некоторых экзотических любительниц приключения сбивают его с воинского настроя. А на фиг настрой, если мы попробуем решить проблему путем, уже давно прописанном во всех учебниках по стратегии: пришел, увидел… ушел ни с чем.
        Сообразив по моей физиономии, обещающей много изощренных зверств любому, кто не сделает так, как я прошу, соизволил ответить:
        - Есть. Твои, кстати, сородичи - ведьмы. Они называют себя кланом тсерв. Те, кому удалось выжить, попав им в руки, рассказывают о таких изуверствах, что Кирану впору наниматься к ним учеником.
        - И где они находятся?
        Я уже шипела, потому, как нас плотненько так окружили со всех сторон. Считать количество присутствующих я не стала, чтобы не сбиться на второй сотне - их было слишком много. За ценную добычу считает, изверг хвостатый. Может, и ценная, но не его. Не скажу, что приятно считать себя трофеем, но когда воспоминания возвращались к проведенным с Азаиром ночам, моя душа не противилась им быть.
        - А вот в Проклятых землях они и обитают. Их даже нечисть, живущая там боится.
        Похоже, прогулка нам предстоит веселая. И так от одного слова - проклятые, в дрожь бросает, а тут еще и такая компания. Но… неужели женщина с женщиной общего языка не найдет. А уже если я им сделаю подарочек в виде Кирана, так они мне еще и должны останутся.
        - Значит так, - хмыкнула я, едва сдерживая смех от открывающихся перспектив, - поперед батьки в пекло не лезть. Мне не мешать, жизнь - беречь.
        И столько в моем голосе было командирского, что Маркус спорить не стал. Впрочем, эта причина его молчания была не единственной.
        - Так вот ты какая, ведьма. - Демон подъехал довольно близко к нам, нисколько не смущаясь тем, что в моей руке играла солнечными бликами Искра.
        - Говорили мне, что вежливость у тебя не в почете, Киран, да я не верила. Жаль, что приходится признавать свою ошибку.
        Первый ход пешки оказался удачным. У него и раньше не было в глазах желания немедленно воспользоваться своими преимуществами, теперь же его интерес перешел из разряда плотоядных, в разряд: кто это у нас тут разговаривает, когда ей никто разрешения не давал!
        - Только не говори, что ты сама в гости шла, чтобы проверить, правду ли обо мне рассказывают, - язвительно прошипел он, склонив голову, чтобы лучше меня рассмотреть.
        Пусть смотрит! Чем дольше, тем сильнее вокруг него мои чары клубятся. И хотя считается, что на демонов они не действуют, это далеко не так. Нити связей все равно образуются, и наступает момент, когда исчезает неприязнь и появляется ощущение некоего единства.
        - В гости - приглашают, - насмешливо улыбнулась я ему, и кокетливо повела плечом, - а мы были незнакомы. Но путь держала в ту сторону, так что на возможность передохнуть в приятной компании рассчитывала. Знакомо мне, что за злобными наговорами чаще всего зависть стоит. А раз завидуют, значит, скучно не будет.
        - Странная у тебя логика, женщина. - Он хоть и пытался сделать вид, что недоволен моими словами, но я видела, что они ему приятны. - А за невежливость не суди, твои сестры ничего иного и не заслуживают.
        Он соскочил с коня и шагнул в мою сторону. Но заметив, что я не тороплюсь убирать оружие, удивленно приподнял бровь.
        - Так у нас вроде мир.
        - Так у нас вроде кто-то забыл представиться. - И какая разница, что на мне запыленный мужской костюм, если чувствую я себя королевой. А моя улыбка, которой я его одарила, полна снисходительного сочувствия к его непонятливости.
        Но он очень быстро учился.
        - Глава клана ночных демонов, к вашим услугам, леди. - Он склонился в изящнейшем поклоне, не забыв до последнего наблюдать за моей реакцией.
        Наивный.
        - Туся, - прощебетала я голосом крашеной блондинки и закатила глаза. От переизбытка чувств.
        На то, что он окажется глупым, я даже не рассчитывала. Так что когда его глаза начали наливаться алым, спокойненько так встала в стоечку, которой меня эти несколько дней учили.
        - Ты будешь молить меня о пощаде, - он не шелохнулся, но от него повеяло такой силой, что сомневаться в катастрофичности нашего положения не стоило. Наступила пора переходить на другой уровень игры.
        - Это хорошо, что у вас здесь тоже блондинок не любят. Ты уж меня извини, я решила проверить, нормальный ты мужик или нет. А то вокруг одни озабоченные.
        Судя по некоторому напряжению лицевых мышц, он пытался думать. Похоже, весьма успешно.
        - Это ты про родственничка моего? - уже значительно спокойнее спросил он, и вновь перевел взгляд на меч.
        - А про кого же еще. Женюсь, говорит на тебе. А оно мне надо, сидеть взаперти, да представлять себе, как он с дамочками из гарема веселится. Я же барышня вольная, свободу люблю.
        - Он жениться на тебе собирался? - с удивлением спросил демон и сделал попытку приблизиться.
        Но я покачала головой и повела в его сторону клинком.
        - Ага. Даже что-то шептал, после чего у меня на руке рисунок появился. - Со злобой шиплю я.
        Вот только злость моя не на Кирана направлена, а на гада хвостатого, которого все нет, да нет. Я уже не знаю, чем еще этому кадру зубы заговаривать, а предчувствие появления новых действующих лиц все не просыпается.
        - Невеста повелителя!!! - В его взгляде царил восторг. - Я даже не рассчитывал на такую удачу.
        - Все как всегда, - покачала я головой и с грустью посмотрела на демона. - Я думала, а ты…
        По моей щеке потекла одинокая слеза. Интересно, как бы я ее из себя выдавливала, если бы не заговор.
        - Что я? - нахмурился он, явно не понимая суть моих претензий.
        - Все вы одинаковые, - вторая слеза покатилась по щеке. - Инопланетяне, блин.
        Ни одно из этих слов ему не было знакомо, но это не мешало ему понять, что его оскорбили. Да только как-то странно оскорбили, что это именно он начал чувствовать себя виноватым.
        Ну, это я так подумала, наблюдая за многократной сменой выражения его морды.
        - Кто одинаковый? - счел нужным уточнить у меня он и как-то странно повел плечом.
        И хотя я еще никогда не видела подобного движения, нехорошие предчувствия не замедлили появиться. Потому что эта странность накладывалась на другую - в отличие от меня, он казался невооруженным.
        Казался… плащ был накинут на плечи и рук его я не видела.
        - Мужчины, - протянула я, догадываясь, что на этом наша игра в кошки мышки закончилась. И кошка очень недовольна ее счетом.
        Я не ошиблась.
        В его глазах, когда он посмотрел на меня, не было ярости. Там был мой приговор. И насколько бы не растянулось приведение его в исполнение, он все равно был смертельным.
        Еще одно движение плечами и ткань соскальзывает на траву. Белая туника, черные брюки, заправленные в высокие сапоги, по два широких серебряных браслета на предплечьях. Густые черные волосы выглядят настолько тяжелыми, что даже резкий порыв ветра не тревожит ни одну из спадающих на грудь и спину прядей.
        Что ни говори, но он - красив. Но - холоден. В отличие от Азаира, в котором ощущается жизнь, в этом есть только смерть. И понимание этого приводит меня к вопросу, ответ на который находится сам собой. Он знает, что повелитель вот-вот появится здесь. И я… служу ему приманкой.
        Никогда!!!
        Я кидаю за спину, Маркусу:
        - Не лезь. - Очень надеясь на то, что он послушает меня.
        И делаю шаг вперед, снимая с лица маску малолетней идиотки. Впрочем… судя по ситуации, я - она и есть.
        Искра взмывает в небо, отдавая салют моему безрассудству и… только теперь замечаю, что мой противник совсем не безоружен. Об этом оружии я слышала и раньше, но увидеть довелось только в этом мире, на стене в кабинете моего возлюбленного. Странное, необычное, с красивым названием - катар. И… смертельно опасное. Вот именно такое, пристегнутое к руке демона, я и наблюдала сейчас.
        - А не пошел бы ты… - начинаю я и, не заканчиваю.
        - Именем повелителя!!! - Разносится над лугом громкий голос и со всех сторон вспыхивают открывающиеся порталы.
        - А не пошел бы ты… к тсервам! - заканчиваю я начатое. Воплем, от которого сама едва не глохну, выплескивая из себя радость.
        Успел!!!
        Почти…
        Я вряд ли бы сумела уйти от удара, если бы Маркус не оттолкнул меня в сторону, встав на мое место. Миг, и он отлетает на траву, и я вижу, как алая кровь струится из огромной раны у него на животе, заливая собой все вокруг.
        Тройное лезвие, раскрывающееся во время удара!
        Мамочка!!! Я хочу жить!!!
        И эта была последняя разумная мысль, потому что возможности думать у меня больше не было.
        Лишь замечать, как словно во вспышках софитов, разрывающих творящуюся вокруг вакханалию, проявляются кусочки мозаики.
        Кони сшибаются друг с другом….
        Падают всадники под копыта…
        С визгом встречаются мечи в воздухе…
        Алое пятно на зеленой траве становится похожей на разлитый томатный соус, в котором увязла решившая полакомиться мошка…
        Кто-то истошно кричит: 'Туся!' - и я вижу растрепанную Аделину, которая сидит за спиной у так хорошо знакомого мне демона. И он тоже что-то кричит, но я уже не могу его слышать, потому что лезвие катара оказывается слишком близко от меня, и я успеваю только взмолиться: 'Искра, помоги!' - и двинуться навстречу приближающейся смерти, чтобы разделить ее с тем, кого признала врагом.
        Лишь потому, что друзей друзьями назвала раньше, чем встретила его.
        И боль вонзилась в тело, заливая его огнем. И я попыталась закричать, вырывая ее из себя, но вместо крика в горле родился хрип, захлебнувшийся в наполнившей рот крови.
        Ноги подкосились, но упасть я не смогла - меч, который я продолжала держать в слабеющей ладони, оставался в боку Кирана, а его катар…
        Наверное, это была судьба, умереть в объятиях демона.
        Мы рухнули на траву вместе. И его глаза, из которых уходила жизнь, были напротив моих, которые застилал алый туман и слезы бессилия - я не хотела умирать в чужом мире.
        Вот только… судьба не спрашивала моего мнения.
        И когда я почувствовала, что следующий удар сердца будет последним, я услышала, как Киран едва слышно прошептал: 'Я буду ждать тебя там'.
        Но ответить ему я не смогла. Не успела…
        Марыся
        Уже несколько дней я слонялась по замку, не в силах унять гнетущее изматывающее беспокойство и предчувствие беды.
        Пытаясь подавить приступы бешенства, вызванные ощущением своего полного бессилия, я проводила почти все время на тренировочной площадке, надеясь, что основательные взбучки от Баала помогут восстановить мне хоть тень душевного равновесия.
        Не помогли.
        Я сломала три деревянных меча, получила две дюжины шикарных синяков, привела свой костюм в состояние лоскутного набора, но избавиться от шпильки, прочно засевшей в сердце, так и не смогла.
        Воины старались держаться подальше от своей озверевшей герцогини, и только Баал раз за разом выгонял меня на площадку, позволяя в схватке выплескивать свои чувства.
        Солнце уже клонилось к горизонту, когда пространственные пласты всколыхнулись, оповещая об открытии портала. Руфус во мгновение ока оказался на площадке, давая привязку. Возникла уже знакомая арка серого тумана, и из нее стали выезжать воины разной степени потрепанности. К моей радости, тяжелораненых среди них не было.
        Я напряженно всматривалась в их ряды, ожидая появления Виррана, но его все не было. Успев десять раз побледнеть, покраснеть и выругаться словами, в знании которых я себя и не подозревала, я сообразила, что он держит портал на другой стороне и пройдет последним.
        И только я перевела дух, как из портала выехал давешний демон с большой буквы, бережно прижимавший к себе залитую кровью фигуру без доспеха, слишком маленькую и хрупкую для демона. Подросток? Женщина? Я не смогла разобрать. Но что-то до боли знакомое было в ее очертаниях…
        Главный демон осторожно передал свою ношу ближайшему воину, спешился и тут же опять подхватил ее на руки. Голова раненого бессильно откинулась, открывая лицо и… мой вопль 'Туся!!!' был слышен, наверное, и за пределами замковых стен.
        Я подбежала к подруге, увидела бледное лицо, посиневшие губы, одежду, залитую кровью настолько, что с трудом угадывался ее первоначальный цвет… и, не помня себя, фурией налетела на демона, шипя, как кобра с отдавленным хвостом:
        - Что ты с ней сделал, урод хвостатый?!!!
        'Урод' с интересом оглядел мою встрепано-замызганную персону и поинтересовался, ни к кому конкретно не обращаясь:
        - Это что за чудо?
        Хорошо, хоть чучелом не назвал.
        - Герцогиня аль Террен, Повелитель, - вынужден был ответить Руфус, стоявший ближе всех. Остальные сосредоточенно рассматривали носки своих сапог.
        - Ведьма, - констатировал демон очевидный факт и добавил: - Не повезло моему родичу.
        - А мы сейчас посмотрим, кому это не повезло, - продолжила я арию кобры без оркестра, - отдай мою подругу!!! Ей врач нужен, а ты…!!!
        Повелитель вроде бы не делал никаких пассов, руки-то заняты, но в следующий миг я не смогла не только двигаться, но и говорить. Да что там, даже шипеть не получалось.
        А он четко, как для ребенка, проговорил:
        - Я ей ничего не делал. Ее ранил Киран. И сейчас ей нужна помощь, а не истеричные вопли. Поняла?
        Я согласно опустила веки, так как все остальное не слушалось, и в тот же момент оказалась свободна.
        А рядом уже стоял Вирран. Взяв меня под руку, он с видимым напряжением произнес:
        - Повелитель, позвольте представить Вам мою супругу…
        - Познакомились уже, - ухмыльнулся главный демон. - очаровательное создание, но слегка шумное. Как выяснилось, подруга моей невесты.
        Невесты?! Повелителя?!! Ну, подруженька, ты даешь…
        Но долго хлопать отвисшими челюстями Повелитель нам не дал, рыкнув так, что даже я стала по стойке смирно.
        - Комнату, лекаря, всем магам собраться там же.
        Руфус, икнув от испуга, тут же перенес нас в гостевые покои, где уже ждал замковый лекарь и две служанки с чистыми бинтами и горячей водой. Оперативно, ничего не скажешь.
        Бережно опустив Тусю на кровать и жестом приказав лекарю и служанкам приступить к делу, Повелитель стремительно вышел в соседнюю комнату, вынуждая нас последовать за ним. Нас - это Виррана, Руфуса и меня.
        Взгляд его на мгновение затуманился и в комнате возник новый персонаж: высокий блондин, выглядящий более хрупким, чем собравшиеся здесь демоны, но не более слабым.
        - Альвиан, сильнейший из ныне живущих магов жизни. - отрекомендовал вновь прибывшего Азаир, явно специально для меня, неграмотной, быстро представил магу всех присутствующих и перешел к делу.
        - Моя невеста тяжело ранена. Практически она при смерти. Мне удалось удержать ее на грани, но восстановить внутренние повреждения я не могу.
        Альвиан кивнул и стремительно вышел в спальню. Вернулся через минуту, обвел нас взглядом тигра на охоте и телеграфным стилем сообщил:
        - Мне нужна помощь всех присутствующих. Начинаем немедленно. Освободите пол. Мел.
        Ну и тон! Никакого почтения к титулам. И, что удивительно, никаких возражений от персон, эти самые титулы носящих. Чайный столик, кресла и ковер с паркета как ветром сдуло.
        Маг, не глядя, подхватил мелок, протянутый ему Руфусом, и начал чертить на полу пентаграмму.
        - Несите раненую.
        Азаир сам принес мою подругу, бережно уложил в центр рисунка. Вид крови, уже успевшей проступить на свежих повязках, заставил меня тихонечно завыть от отчаянья. Тусенька, подруженька, как такое могло случиться…
        Маг замкнул контур, встал в вершине луча в головах у Туси.
        Показал на левый луч:
        - Повелитель.
        Правый:
        - Герцог.
        Затем указующий перст уперся в меня с Руфусом.
        - Вы - в ноги.
        Он что, на телеграфе всю жизнь работал?! В две смены…
        - Создаем контур Силы. В лечение не вмешиваться. Повелитель Азаир, поддерживайте сердце. Миледи, - взгляд прозрачных серых глаз обратился ко мне, - вы неопытны. Поэтому поясняю: задача каждого насыщать свой полюс Силой и удерживать связь с соседями. Просто закройте глаза, вы увидите контур звезды. Не дайте своему лучу погаснуть. Это все, что от Вас требуется. Начали.
        Я послушно опустила веки, расслабилась. Звезда тут же возникла перед глазами - золотистый светящийся контур и разноцветные огни в вершинах лучей. Как и следовало ожидать, мой огонек оказался самым тусклым.
        Не-е-ет, так не пойдет. Мне, конечно, с этими гигантами магии не тягаться, но кое-что и я могу. Тем более для любимой подружки. Я открылась, щедро отпуская Силу.
        Постепенно мой лучик засиял достаточно ярко. Но опыта мне действительно не хватало, так что подсмотреть, что делал маг, не удалось. Пришлось полностью сосредоточиться на своем луче.
        Только когда Альвиан устало прошелестел: 'Все. Заканчиваем.', и контур стал гаснуть, я открыла глаза. На негнущихся, дрожащих ногах подошла к подруге, махом опустилась на пятую точку и облегченно заревела. Сейчас Туся выглядела тяжело больной, но, хвала Стихиям, не умирающей.
        Подошел Азаир, бережно поднял ее на руки и вышел в спальню. Руфус последовал за ним.
        Я попыталась встать, но ноги предательски подгибались, пришлось опять опуститься на пол под заинтересованным взглядом мага. Словно защищая от этого слишком явного интереса, рядом воздвигся Вир, легко поставил меня на ноги, крепко придерживая за талию на случай очередного бунта непослушных конечностей.
        Маг прозрачно улыбнулся этой демонстративной защите, всей пятерней, как расческой, откинул назад густые волосы, открывая уши с удлиненным кончиком.
        Эльф! Светлый! А я тормоз, могла бы сразу догадаться. Кто еще может быть магом Жизни, да еще и сильнейшим?
        Хотя и он сейчас выглядит довольно утомленным. Видать, не просто было мою подружку от самой смертной черты возвращать…
        - Могу ли я узнать, на какой магии специализируется госпожа герцогиня?
        У-у-у, да что же это такое, теперь все со мной этаким 'высоким штилем' разговаривать будут?! Да я так нормальную речь забуду! Баал - и тот выкать начал!
        - Ни на какой, - сердито выпалила я, игнорируя тот факт, что вопрос был явно адресован Виру, - Я только два дня назад учиться начала.
        Безмерное удивление в серых глазах заставило моего мужа неохотно пояснить:
        - Герцогиня родом из техногенного мира.
        Маг задумчиво кивнул, не сводя с меня глаз. Взгляд у него… рентген-установка в родной поликлинике отдыхает.
        - Кто является наставником ее сиятельства?
        И на этот раз я вклинилась в разговор, опередив ответ Вира. Бабйожкинский стервозный характер за титулом не спрячешь. А я и пытаться не собираюсь.
        - А почему Вас это интересует, милейший? Себя хотите предложить на эту роль?
        - Восхищен вашей проницательностью, миледи, - с поклоном и тщательно замаскированной улыбкой в голосе ответил блондин. И уже с полной серьезностью произнес, обращаясь к Виррану: - У Вашей супруги явная склонность к магии жизни. И, если Вы сочтете это возможным, я готов обучать ее.
        - Вы уверены в своих словах, дорогой Альвиан? - звучный голос Повелителя застал нас врасплох. И как он, при таких габаритах, да еще и в сапогах, ухитряется бесшумно передвигаться?
        - Уверен, как никогда, Повелитель Азаир.
        - Это хорошая новость и мы обсудим ее позже, когда герцогиня отдохнет и восстановит силы.
        Сказано это было столь заботливо-непререкаемым тоном, что даже моя стервозность сделала книксен и послушно направилась к дверям. А я последовала за ней. Игнорировать намек, равносильный прямому приказу, я не рискнула. Умеет этот демон быть чертовски убедительным…
        К тому же и без дополнительных разъяснений понятно, что сейчас состоится военный совет, на котором мне делать нечего. Я лучше с подругой побуду, пригляжу, чтоб все ладно было. Нельзя ей сейчас одной оставаться.
        Путь в соседнюю комнату показался мне очень длинным. Поминая тихим добрым словом и демонов, и их гигантоманию, столь явно проявившуюся в строительстве (то ли дело моя земная спаленка в шестнадцать квадратов), я все же добрела до огромной кровати под голубым балдахином. Бессильно рухнула в кресло, стоявшее у изголовья, твердо намереваясь провести в нем всю ночь, как бы всякие зловредные типы не пытались меня из него выковырять.
        И это у меня склонность к магии Жизни?! Да меня будто танк переехал!
        Если бы ритуал продлился еще минут десять, то этим хвостатым и ушастым пришлось бы в срочном порядке второй проводить - для меня!
        Да хоть бы и пришлось… оно того стоило. Сейчас вид подруги уже не внушал ужаса своей безысходностью. Дыхание, хоть и оставалось поверхностным, выровнялось; синюшная бледность уступила место обычной, губы чуть порозовели.
        Успокоившись, насколько это было возможно в подобной ситуации, я устроилась поудобнее в глубоком кресле и настроилась на долгое бдение. Но усталость взяла свое, и, незаметно для себя, я соскользнула в странное состояние между явью и сном, с одной стороны чутко прислушиваясь к Тусиному дыханию, а с другой - погрузившись в зыбкие видения-воспоминания о нашей прошлой жизни, такой недавней и уже полузабытой, словно стертой из памяти неуемной кипучестью этого мира.
        Почему-то я была уверена, что дни, проведенные Тусей в нем, были куда более насыщенными, чем мои.
        Как ни странно, именно она, моя старшая подруга и наставница в нелегком бабйожкинском житии-бытии, обладала бесшабашностью и веселой удалью, в отличие от меня, куда более осторожной, несмотря на молодость. Мне хватало гонок на любимом байке для получения необходимой дозы адреналина, а она отличалась редким талантом влипать в разнообразнейшие приключения в самых неожиданных местах.
        Вырвана я была из этой уютной полуяви весьма варварским способом. Кто-то нагло просунул руки под мою расслабленную тушку, явно намереваясь вытащить меня из полюбившегося кресла. Сознание, хоть и затуманенное сном, отреагировало довольно оперативно. Руки были опознаны, как чужие, запах тоже оказался незнакомым, а посему резкий удар головой вперед наобум Лазаря, пинок в коленку и смачный укус ладони, продолжавшей крепко удерживать мое плечо, последовали незамедлительно.
        Отскочив в сторону, я выставила когти в сторону нахального визитера и зашипела, как качественный паровой утюг.
        Впрочем, шипение пришлось в срочном порядке прекращать. Передо мной стоял Азаир собственной персоной и с интересом рассматривал пострадавшую царственную длань.
        ОЙ - тихо пискнула моя душа, поспешно скрываясь в пятках. И что теперь будет? Что у них тут полагается за покусание… тьфу, искусание… опять не то! Короче говоря, за ЭТО?
        Правда, при первой нашей встрече мне показалось, что с чувством юмора у главного демона все в порядке. Но… кто знает, насколько? А с терпением? Кто бы рассказал… хотя, если он рискнул назвать невестой мою подружку - они у него воистину безграничные.
        - Я восхищен Вашим боевым духом, миледи. И благодарю за то, что Вы были рядом с моей невестой все это время, несмотря на усталость.
        Уф-ф-ф, кажется пронесло. Правильный мужик. Но кто сказал, что я оставлю подругу одну?
        - Вы можете пойти отдохнуть. Я буду здесь до утра.
        Азаир уже снял перевязь и шагнул к креслу, когда я перегородила ему дорогу, подбоченившись в лучших традициях Диканьки.
        - Я никуда не уйду.
        - Вы нуждаетесь в отдыхе, дорогая племянница.
        Дорогая кто? Ну да, если Вир ему правнучатый племянник, то я, стало быть… Забавно получается. Следовательно, моя подруга в скором времени станет моей тетушкой? Хи-хи.
        А ведь мне эта идея нравится - лучшая подруга в качестве родственницы.
        Повелитель, воспользовавшись моим замешательством, мягко обнял меня за плечи и подвел к Виррану, только что вошедшему в комнату.
        - Позаботьтесь о жене, герцог. Утром вы оба должны быть в хорошей форме. Миледи, - он повысил голос, заставив меня проглотить возражения, - завтра вам придется провести здесь весь день. Альвиан будет следить за состоянием Туси, но неотрывно быть при ней не сможет, его помощь нужна в казармах.
        Вир решил проблему моей транспортировки простейшим способом - подхватил на руки и целеустремленно направился к дверям. Видимо, опасаясь, что я продолжу отстаивать свое право провести ночь рядом с подругой.
        Уже на пороге нас догнал голос Повелителя, полный затаенного веселья и ехидства:
        - Я вижу, что спокойная жизнь закончилась не только для нас, родич, но и для всего царства.
        - Зато и врагам скучать не придется, - ухмыльнулся мой муженек, - Две ведьмы, да еще и подруги, в правящем доме…
        - Три. - невозмутимо поправил племянника Азаир.- у моего младшего жена тоже ведьма. И что-то мне подсказывает, что эти трое быстро найдут общий язык.
        Вирран удивленно замер, а я оторвалась от мочки его уха, которое тихонько покусывала, проверяя пределы его выдержки, и с интересом прислушалась к разговору. Еще одна ведьма? Ура! Нашего полку прибыло!
        - Эндри женился? Когда?
        - Давно. Это долгая история. - Азаир опустился в кресло и, уже не скрывая усталости, откинулся на высокую спинку. - Завтра расскажу. Иди, уноси свое сокровище, пока она и тебя не покусала.
        Я напряглась, но в его голосе звучала лишь добродушная усмешка, позволяющая надеяться, что переселение моей скромной персоны в ближайшую темницу не состоится.
        А Вирран медлил, задумчиво уставившись в пространство.
        - Три ведьмы… - протянул он, с трудом отрывая взгляд от чего-то, видимого только ему, и переводя его на Азаира, с видимым напряжением ждущего продолжения. - Как в Пророчестве.
        - Как в Пророчестве… - эхом повторил Повелитель, в долю секунды преображаясь в тигра, готового к прыжку. - Возможно. Но, - он предостерегающе поднял ладонь, - обо всем поговорим завтра.
        Вир согласно наклонил голову и выскользнул за дверь.
        Против ожидания, портал к нашим покоям он открывать не стал, а пошел пешком, крепко прижимая меня к себе и ненавязчиво подставляя мочку уха, явно намекая на 'продолжение банкета'. Но меня сейчас больше занимало услышанное.
        Что за Пророчество такое? И почему его упоминание вызвало такую реакцию Азаира? И при чем здесь мы с Тусей?
        Но добиться внятного ответа мне не удалось. Вир отговаривался тем, что, дескать, пророчество древнее, туманное, и текст он толком не помнит, и вообще это неважно, просто к слову пришлось…
        Чувствуя себя то ли гестаповцем, то ли акушеркой, я продолжала приставать с расспросами, а Вирран упорно продолжал изворачиваться.
        В конце концов, я сдалась, философски решив, что если это пророчество не исполнилось за чертову уйму лет, то маловероятно, что оно исполнится за одну ночь. Так что не стоит эту самую ночь себе портить. Завтра в библиотеку наведаюсь, выберу пару хроник и почитаю, у постели подруги сидючи. День длинный, успею что-нибудь найти.
        Повеселев после принятия этого эпохального решения, я занялась шнуровкой рубашки своего партизанистого супруга и сравнительным анализом гладкости кожи на шее и груди, что заставило его вначале ускорить шаг, а потом перейти на бег. Так что к дверям наших апартаментов мы подлетели уже на легком галопе…
        Утро наступило как-то неожиданно.
        Отчаянно зевая, я с трудом оторвалась от подушки и с благодарностью приняла помощь в транспортировке до купальни от уже одетого и полностью собранного Вира. Железный он, что ли? Вчера такой день был - только врагам и пожелать. А вот ночь… такое я намерена желать только себе, любимой, ну и лучшей подружке, конечно. Когда она выздоровеет.
        Та-а-ак, а как ее здоровье? Я же ее целую вечность не видела…
        Эта мысль окончательно прогнала остатки сна, заставив меня проявить чудеса скорости и собраться за несколько минут, заслужив одобрительный взгляд супруга.
        Мелочь, а приятно.
        Кстати, супругом я его величаю, даже про себя не морщась. Что тут скажешь. Любовь зла, полюбишь и… демона, а не то, о чем вы сейчас подумали.
        Военный совет проходил в кабинете гостевых покоев. Азаир выглядел утомленным, но на убедительности царственного рыка это никоим образом не сказалось. Совет был закончен в рекордно короткие сроки со следующими результатами: Повелитель с племянником, Руфусом и большей частью замкового гарнизона в придачу к своему отряду отправляется к месту сражения на разведку местности и вернется только через несколько дней. На это время старшим в замке остается Баал, не только опытный воин, но и маг, как я поняла, не из последних, хоть и предпочитающий холодную сталь заклинаниям. Альвиан отвечает за лечение невесты Повелителя и остальных, раненых во вчерашней стычке воинов. Я - становлюсь бессменной Тусиной сиделкой до ее выздоровления, или до возвращения жениха, никому пост у ее постели уступать не желающего.
        Коротко и ясно.
        Уже через полчаса всадники в полном доспехе попарно въезжали в дымную арку портала, а я сидела возле подруги, с тихой радостью созерцая перемены в ее облике. Казалось, что обморок сменился глубоким сном, какой случается с человеком, пережившим кризис тяжелой болезни.
        Вскоре появился Альвиан, осмотрел Тусю и остался весьма доволен. В своем обычном телеграфном стиле он сообщил, что опасность миновала и в ближайшие дни она придет в себя. Лечение, естественно, будет продолжено. А сейчас, пока лекарь меняет повязки, у нас есть некоторое время, чтобы посетить лазарет, где он проведет для меня первый урок по лечению легких колотых и резаных ран.
        Пришлось тащиться за новоявленным учителем.
        К моему удивлению, эльф оказался толковым наставником, несмотря на свою манеру изъясняться. Его объяснения, при всей своей краткости, были достаточными, чтобы попробовать действовать самостоятельно. И вскоре я могла похвастаться тремя успешно заживленными порезами.
        После этого мне доверили глубокую колотую рану бедра. Раненый демон, ветеран из личной гвардии Повелителя, с интересом наблюдал за моими потугами, словно не чувствуя боли, и даже подбадривал, когда я готова была разреветься от бессилия. Хлюпая носом и с виноватой благодарностью погладывая на невозмутимого воина, я продолжала попытки зарастить рану. В конце концов, когда, казалось, уже все присутствующие потеряли терпение, мне это удалось. Однако целитель выглядел довольным и даже снизошел до похвалы, высказанной прилюдно, то есть придемонно.
        Изрядно устав после всех этих магических опытов, я все же нашла в себе силы дойти до библиотеки, после чего вернулась в спальню Туси с твердым намерением сегодня эту комнату больше не покидать.
        День тянулся медленно, тягуче, словно время тоже устало после безумного потока событий, уместившихся в несколько последних дней.
        Я успела одолеть половину 'Хроник Галерона' - инкунабулы, внушающей благоговейное почтение своим весом и размером, периодически перемежая чтение здоровым сном. Несколько раз приходил эльф. Шаманил над телом моей подруги и опять куда-то уходил. В лазарет, наверное. А я оставалась. Сидела на краешке кровати, гладила тонкую руку и шепотом вспоминала наши многочисленные проделки, зачитывала вслух выдержки из 'Хроник', надеясь, что она меня все-таки слышит и сможет должным образом оценить эти перлы изящной словесности…
        Вечером я приказала принести ужин и мою одежду, решив переночевать не в кресле, а более цивилизованным образом, на кровати. Благо, места на этом гиганте от демонской мебельной промышленности было более чем достаточно. Засыпала я, утешаясь мыслью, что это напоминает наши совместные ночевки на моей квартире, вот только задушевные разговоры до утра нам сейчас, увы, не вести…
        День начался для меня с рассветом, громко и неожиданно.
        Первым пришел Альвиан. Как выяснилось, излишней вежливостью, когда дело касалось его пациентов, он не страдал и ввалился в комнату практически без стука. Не обращая ни малейшего внимания на мои возмущенные вопли вкупе с полупрозрачной ночной рубашкой, которую я пыталась прикрыть одеялом, осмотрел Тусю и сообщил, что ждет меня в лазарете через полчаса.
        На смену ему прибежала горничная, сумевшая привести мою полусонную персону в порядок за рекордных двадцать минут. Что дало мне возможность прибежать в лазарет к назначенному времени и, вдобавок, твердо решить при первой же возможности научиться телепортироваться хотя бы в пределах замка.
        После получения очередной порции знаний по целительству, мне пришлось убедиться, что положение хозяйки замка имеет и свои отрицательные стороны. Прислуга, здраво рассудив, что в отсутствие герцога все возникающие вопросы должна решить герцогиня, то бишь я, прислала ко мне разведчика в виде управляющего. Наверное, сочли его наименее ценным членом коллектива. Через час, потраченный на добывание распоряжений у госпожи, упорно не желающей их отдавать, управляющий ретировался, оставив мне головную боль и стойкий комплекс неполноценности, так как выяснилось, что в делах хозяйственных я понимаю еще меньше, чем в магии.
        После всего этого я с трудом вспомнила, что еще не завтракала, а мой внешний вид после посещения лазарета мало соответствует моему нынешнему положению. И потащилась в сторону замка, благодаря Стихии за то, что, по крайней мере, Баал справляется с гарнизоном самостоятельно и ничего от меня не требует.
        Моя горничная, человеческая девушка с удивительно земным именем Глаша, и на этот раз оказалась на высоте, оперативно обеспечив меня ароматной ванной, прекрасным нарядом и аппетитным завтраком, сервированным на маленьком столике в Тусиной комнате. И все это без дополнительных распоряжений!
        Увы, настроение, слегка улучшившееся после созерцания себя в зеркале, вновь стало портиться, стоило мне увидеть подругу, по-прежнему пребывающую в сне-обмороке. Хоть маг и уверял, что ее жизнь вне опасности, и сейчас она просто спит, глубина этого сна меня пугала.
        Я заставляла себя есть, но кусок не шел в горло. Воспоминания о наших завтраках, о Тусиных шуточках-прибауточках над моей неисправимой совиной натурой, непрошенными гостями вторгались в мои мысли, заставляя слезы опять наворачиваться на глаза.
        Как бы я хотела опять услышать ее голосок, елейно выводящий: 'Марыся, дорогая, опять ты соль в кофе сыпешь…'
        Глотая завтрак пополам со слезами, я поминала тихим проникновенным словом и подружкин талант находить себе неприятности; и того, кто этой самой неприятностью оказался, в красках расписывая, что именно его ждет в недалеком будущем; и то, что я устрою своей непутевой подружке, если она еще раз попробует учудить что-то подобное, и, вообще, не очнется сию же минуту…
        Прервал этот грозный монолог исчезающее слабый голос, не лишенный, впрочем, фирменного ехидства:
        - Жадюга. Опять одна жуешь. Нет, чтоб с подругой поделиться…
        Туся. День… Начало новой жизни.
        Что-то прикоснулось к моей щеке, вырывая меня из беспамятства. И хотя было оно легким, мимолетным, его хватило, чтобы царившая в моей душе тьма отступила, выпуская меня из своих чертогов.
        Я поторопилась, лучше бы продолжала наслаждаться обволакивающим меня покоем. К тому, что предстало моим глазам, я оказалась не готова.
        За небольшим столиком, рядом с кроватью, на которой я лежала, сидела Марыся и, глотая слезы вперемешку с едой, монотонным голосом повторяла слова, которых никогда не позволяла себе в той, нашей прежней жизни. И хотя некоторые из них мне были неизвестны - некоторое время она жила в одной из бывших союзных республик, смысл их улавливался без труда.
        Сводился он к одному: если я немедленно не открою глаза, то лучше мне этого никогда не делать.
        Не знаю, кто как, но лично я в этом противоречия не видела.
        Так что не это смутило меня, а слезы, которые текли из ее покрасневших глаз. Такого на моей памяти еще не было.
        Сказав себе пару ласковых о том, кем надо быть, чтобы довести свою подругу-ученицу до подобного, я посчитала, что чем быстрее привлеку ее внимание, тем быстрее услышу все, что она обо мне думает, раскаюсь, клятвенно заверяя, что такого больше не повторится и вымолю ее прощение.
        - Жадюга! Опять одна жуешь. Нет, чтоб с подругой поделиться. - Мой голос был неприятно слабым и хриплым. Но не это было важным - она меня услышала.
        - Ах ты…
        Все остальное я решила пропустить мимо ушей, посчитав, что недостаточно самокритична для того, чтобы это услышать.
        Затем меня мяли, душили, снова мяли, опять душили, сопровождая все это всхлипываниями, вытираниями носа и угрозами прибить, если я еще раз вздумаю ее так напугать и… весьма подробным рассказом о том, как меня возвращали к жизни.
        Судя по всему, самое интересное я пропустила.
        Потом на шум прибежал лекарь-целитель-мега-супер-маг, да еще и эльф.
        Длинноухих я еще в этом мире не видела, но слышала о них много. Лестного и, одновременно, не очень.
        Красавцами они были, утонченными и возвышенными, что полностью соответствовало действительности. Смазливый тип, тут же получивший от меня весьма нелестную кличку 'душка'. Продержалась эта кличка недолго. Вторая часть мнения об этой расе тоже оказалась правдивой - язвительность эльфа вполне могла спорить с его красотой. Но, возможно, это было к лучшему. Я не заметила, как начала огрызаться в ответ, тут же перестав ощущать себя только что вернувшейся с того света.
        Жаль, но даже это мне не помогло.
        Короче, меня снова начали мять, душить, и задавать множество глупых вопросов о моем самочувствии. Он этих самых вопросов мое самочувствие поднялось еще на один порядок, что я и решила продемонстрировать этому самому мега-супер-магу. Пока до него не дошло, что с теряющими над собой контроль бабками-йожками лучше не связываться и он, отчитавшись перед Марысей (Марысей?!) в том, что я в его услугах больше не нуждаюсь, исчез за дверью.
        Весьма своевременно, потому как терпение, с которым у меня в последнее время были большие проблемы, уже закончилось.
        Пока моя стажерка в перерывах между всхлипами пыталась передать мне события последних дней, она как-то не сочла нужным упомянуть о том, где мы находимся, почему одета так, словно она жена шейха из Саудовской Аравии, и все ли в порядке с повелителем. Судьба Кирана меня тоже интересовала. Но значительно меньше.
        Так что исчезновение третьего-лишнего оказалось вполне своевременным. Пора была напомнить этой юной бабке-йожке, кто из нас двоих старший.
        Стажерка поняла это раньше, чем я успела что-либо сказать. Предупредив, что только распорядится по поводу еды (этот момент мне тоже показался очень любопытным), выскочила за дверь, вернувшись подозрительно быстро. Было похоже, что те, кому она отдавала распоряжения, находились сразу за ней.
        Присела рядом, скромно разгладила несуществующие складочки на юбке шикарного платья, тяжело вздохнула и…
        Это же надо было столько наворотить! Вот и оставляй стажерку без надзора.
        Отбросив все эмоции и попросив Марысю помолчать немного (что для нее никогда не создавало сложности), я еще раз прошлась по основным событиям, выделяя из них те, над которыми стоило серьезно подумать.
        Первым оказалось то, о котором менее всего было известно. Пророчество! Упоминаний о нем моя подопечная, ныне герцогиня, пока не нашла, но судя по тому, что ее муж был несколько взволнован этим фактом, его текст нам с ней должен быть интересен. Правда, пока возлюбленная Эндрика была в руках Кирана, можно было слишком не напрягаться, но… я предпочитала не ждать неприятностей, а разбираться с ними задолго до того, как они обещали зайти в гости.
        Следующим пунктом в моем списке шел повелитель темных. Данные были косвенные, но их оказалось достаточно для того, чтобы сделать вывод: он жив. Странно, но меня это не слишком-то и огорчило. Воспоминания о том миге, когда он нанес свой удар, заставляли мое сердце истошно биться. Но… был в них его взгляд, в котором я явственно видела сожаление. Да и то, что я все еще была жива, вряд ли можно было объяснить только чудом и мастерством эльфа. Скорее, темный демон просто не желал моей смерти и давал тот шанс, которым и воспользовалась дружная компания во главе с Азаиром.
        Тот самый, который занял почетное третье место. По идее, он должен был быть на первом, потому как продолжал именовать меня своей невестой. Но… невеста - не жена. Шансы здесь пятьдесят на пятьдесят, да и последние пятьдесят хоть и пугают, но не до такой степени, чтобы поднять женишка в рейтинге.
        Потом следовали Маркус с Аделью. Насколько я поняла из весьма подробного, пусть и слегка сумбурного рассказа Марыси, мой спутник тоже остался жив и находился сейчас под наблюдением того же эльфа, что и я.
        Это служило гарантией того, что на разборки к Азаиру он попадет в достаточно здоровом виде, чтобы его можно было еще пару дюжин раз отправить к предкам и вернуть оттуда. Вряд ли повелитель простит этого демона достаточно просто.
        Адель же отправили к отцу. С обещанием, что мужа этой разбитной девице Азаир подберет сам. Мне ее уже заранее было жаль.
        Ну, а на вкусненькое я оставила саму Марысю. Теперь уже герцогиню. И, что было видно по ее мордашке, этим фактом она не тяготилась - успела полюбить своего Виррана.
        А раз так… пусть будет счастлива. Мы - бабки йожки, не часто находим свою вторую половинку, чтобы ими разбрасываться.
        А это значило… мне надо исчезнуть из этого замка так, чтобы подозрение не пало на подружку. Усложнять ей семейную жизнь я не собиралась.
        - Никуда ты одна не пойдешь. - Взгляд стажерки был чуточку ироничным.
        То, что она меня 'просчитала' было не удивительно, общение с техникой требовало развитого логического мышления. Удивительным было другое - она собиралась идти со мной.
        - А Вирран? - Я не собиралась ходить вокруг да около, предпочитая прямой вопрос и… столь же прямой ответ.
        - А Азаир? - Получила я то, что ожидала.
        - Он мне не муж. - Нашла я весомый аргумент.
        - Зато он - повелитель, - хмыкнула эта бестия.
        И ведь не поспоришь. Еще не известно, что из сказанного является более непреодолимым препятствием?
        Легкую перепалку, которая лучше иных способов доказывала, что мы - живы, пришлось отложить. После осторожного стука и данного стажеркой разрешений войти, в комнату начали входить… Я перестала считать после первой дюжины. Причем, девушка из входивших, ставивших одну тарелку на стол и уходивших, была только одна. Та самая, что руководила парадом.
        Скорее это было похоже на смотрины. Хорошо еще, успела подтянуть одеяло к подбородку.
        Марыся на происходящее смотрела снисходительно. Лишь попросила юную демоницу приготовить для меня ванну и одежду. Пришлось пояснить, что под одеждой я понимаю брюки и рубашку, но никак не платье.
        Девица спорить не стала. Даже тогда, когда моя подопечная, о чем-то на мгновение задумавшись, потребовала мужской костюм и себе. Нет, устраивать побег так скоро мы не собирались. Я еще было несколько слаба для подобных выкрутасов, да и поблагодарить Азаира за спасение стоило. Стажерка описала его появление со мной на руках в таких красках, что я это прямо-таки видела.
        Горячее еще не подали, а черные кожаные брючки, белая рубачешка и черный с серебром камзол торжественно были водружены на ближайшее кресло. Рядом встали сапожки на небольшом каблучке. Как раз то, что надо.
        Я приподняла бровь, уточняя у Марыси, в состоянии ли она меня немного подождать, получила в ответ очередной задумчивый взгляд, в котором читалась знакомая последовательность действий: стол, закуски, вино (его еще не было, но я не сомневалась в его появлении), более подробный вариант воспоминаний, вино, разговор о мужчинах, вино, план спасения утопающих, опять вино…
        Затем последовал решительный кивок, последствия цепочки обещали быть катастрофическими, поэтому купальня должна была встать в списке первой. Во избежание, так сказать.
        Девушка, которую Марыся назвала Глашей, несмотря на мои протесты, помогла мне помыться, затем высушила заклинанием волосы и, по моей просьбе, заплела в косу волосы. И пока она мной занималась, я старательно отводила взгляд от своего тела. Шрамы уже нельзя было назвать уродливыми, но я вполне могла представить, что было, когда меня приволокли в этот замок.
        Желание поблагодарить Азаира стало едва ли не навязчивой идеей. И с этим надо было срочно что-то делать. Я очень хорошо знала, что бывает, когда хвалишь мужчину. Перспектива, чтобы из меня начали вить веревки, меня не прельщала.
        Когда я вновь появилась в комнате, больше похожей на небольшой большой зал в большом музее, моя стажерка уже от нетерпения выстукивала на крышке стола 'Танец с саблями'. Рядом с ней сидел эльф, которого мы так удачно совсем недавно выгнали и незнакомый мне демон, которого Марыся решила мне не представить.
        Заметив ее взгляд, в котором на головы двух залетных обещались все кары небесные, я решила взять инициативу их очередного изгнания на себя. Спустя пару минут, осознавшие, что будет значительно лучше, если повелитель откажется от мысли сделать меня своей женой, они тихо и незаметно покинули покои.
        А мы, с воплем: 'Как ныне сбирается вещий Олег отмстить неразумных хазарам', - который уже давно стал нашим вариантом боевого клича, передислоцировались на пол, перетащив туда со стола множество тарелочек, которые должны были стать моим легким завтраком-обедом-ужином.
        Если это был легким, то…
        Это был не тот вопрос, над которым стоило сейчас задумываться. Блеск в глазах подруги яснее многих слов говорил о том, чем мы сейчас будем заниматься.
        Надо было меня спасать, чтобы… Об этом тоже можно было подумать и завтра, на больную голову.
        Марыся многозначительно протянула:
        - И-и-и-и, - с каждым новым 'и' вытягивая все выше и выше, затем резко остановилась, словно поперхнувшись, откашлялась и несколько невразумительно закончила, - ик.
        Так, подумала я, этому столику больше не наливать и передвинула поближе к себе бутылку. Увы, мои действия не остались незамеченными, а благие намерения - неразделенными. Стажерка, которая, насколько я помнила, должна была меня слушаться, ловко выхватила вожделенный предмет прямо у меня из рук и, с обреченностью храмовой жертвы, произнесла:
        - Буим пить.
        Это 'буим' произвело на меня неизгладимое впечатление, и я не нашла в себе сил ей отказать, лишь кивнула: 'Буим'.
        Все, что было после этого, напоминало одновременно черное фэнтези, фильм ужасов, боевик и нечто, не попадающее ни под один из известных жанров.
        Когда мы выдавили из второй бутылки последние капли, а на тарелке закончился мой любимый виноград, Марыся решила исправить ситуацию. Не знаю, что она собиралась сделать, но открыв в очередной раз глаза, которые так и норовили закрыться и отправить меня баиньки, я как-то очень активно удивилась влажной серостей камней вокруг, тусклому освещению и двум демонам, явно при исполнении, которые, глядя на нас, пытались вымолвить хоть слово.
        - Извините, - скромность будущей бабки-йожки была выше всех похвал, - мы не туда попали.
        Посчитав, что пора брать дело в свои руки, я ляпнула первое пришедшее на ум заклинание. Вид с крыши замка был великолепен, но некоторый уклон плохо сказывался на нашей ориентации в пространстве, так что пришлось вызывать средства передвижения. Метелочки отреагировали мгновенно, а вот демоны подкачали. Когда мы с Марысей устроили стрельбу по движущимся внизу мишеням не первой свежести помидорами, которые появлялись в наших руках, словно по мановению волшебной палочки, большинство из них оказались залитыми соком томатов, не успевая уклоняться от самонаводящихся снарядов.
        Потом стажерка, перекрикивая свистящий в ушах ветер, заявила, что подобное поведение недостойно двух воспитанных барышень. Мне стало стыдно, эти слова должна была сказать я, вразумляя собственную ученицу, но азарт, а самое главное, добравшееся, наконец, до мозга осознание того, что я осталась жива, заставляло кровь бурлить. Поэтому, вместо очередного помидора в моей руке появился небольшой такой арбузик, всего лишь на пару килограмм.
        Его полет сопровождался высоким звуком, под который мы с Марысей попытались подстроиться. Увы, голос к этому времени был беспощадно сорван выпитым вином, пеньем трио с каким-то залетным зверем, оказавшемся на крыше, и ветром, сопровождавшим наши кульбиты уже в воздухе.
        Смачное 'чпок' мы расслышали лишь потому, что летели в этот момент на бреющем. Увы, именно это нас и погубило. Огромнейший драгур, с не менее огромным всадником, в котором я хоть и с трудом, но опознала Азаира, очень некстати оказался на моем пути. Ни свернуть, ни набрать высоту я не успевала. А вот он…
        Я только успела закрыть глаза, понимая, что меня сейчас размажет тонким слоем, как меня уже нежно прижимали к себе. Пришлось их открывать.
        В его взгляде… в таком водовороте чувств разобраться сложно и в более трезвом виде, но из всего увиденного я смогла сделать однозначный вывод: убивать меня если и будут, то не сразу. Самое главное было не дать повод. Раньше времени.
        Я и не дала. Уткнувшись носом ему в грудь, облегченно вздохнула, словно его присутствие рядом было самой надежной защитой, и даже позволила поцеловать себя в висок. Но высшим моим достижением оказалось молчание, что было весьма сложно, после сказанной им фразы:
        - Я же говорил тебе, Вир, что нам стоит поторопиться.
        Марыся. День… Начало новой жизни.
        Когда в руках моей неугомонной подружки материализовался арбуз, мне стало искренне жаль своих демонов. Ну они-то чем виноваты?! Разве что тем, что оказались одной расы с мужчиной, которому, кажется, удалось зацепить ее сердце. Но останавливать ее я не стала. Ей явно надо снять напряжение, а моему гарнизону не помешает маленькая отработка команды "Воздух".
        Полосатый снаряд со свистом полетел вниз. Мы бросили метлы в пике, чтобы выйти из него в тот самый момент, когда раздалось жизнеутверждающее "Чпок!", и сочная алая мякоть дождем оросила доспехи воина на огромном черном драгуре, первым из отряда въезжавшем во двор крепости.
        Все последующее уложилось в пару секунд.
        Воин протягивает руки, и Туся, с отчаянной смелостью камикадзе пытавшаяся на бреющем полете проскочить под брюхом драгура, оказывается крепко прижата к сладким и липким доспехам.
        Я успеваю только хмыкнуть, отмечая великолепное чувство юмора повелителя (это ж надо, так изящно отомстить!), как метелочка предательски выворачивается из-под моей мадам Сижу и, наподдав по ней для придания дополнительного ускорения, отправляет меня прямиком в объятия демона, ехавшего на шаг позади Азаира. На мое счастье, кольчуга этого оказалась относительно чистой.
        - Я же говорил тебе, Вир, что нам стоит поторопиться.
        На что мой муженек с великолепным самообладанием ответил:
        - Вы были правы. Мы успели вовремя: крепость уцелела, а гарнизон еще не сдался ни милость победителя.
        Язва.
        Голова ощутимо кружилась после фигур высшего пилотажа, а организм активно заявлял, что скромнее надо праздновать, скромнее. Но настроение было прекрасным, и даже предательство родной метелочки, подчинившейся этому хвостатому, не могло его испортить. Все-таки не каждый день празднуешь воскрешение лучшей подруги. А в перспективе, еще и тетушки! Ик! Вот только кажется мне, она сама от этой перспективы не в восторге…
        Неспешным шагом подъехали к крыльцу. Спешились.
        Азаир, не выпуская добычу из объятий, тут же направился к своим покоям. Судя по напряженной спине, готовит разбор полетов. В деталях.
        Попытка утвердить мою тушку на двух конечностях успехом не увенчалась. Меня ощутимо повело, и Виррану пришлось принимать меры по спасению остатков моего достоинства. Или своего? Вопрос, конечно, интересный…
        Нежных объятий, подобных азаировым, я не удостоилась. Меня просто перекинули через плечо и понесли, как добычу, в пещеру. Так что прочесть в глазах разгневанного супруга свою дальнейшую участь я не могла. Зато имела возможность созерцать хвост, нервно хлещущий по голенищам сапог. Философски решив, что двум смертям не бывать, я принялась методично выдирать волоски из покрывавшей его шелковистой короткой шерстки. Вир вздрагивал, тихо шипел сквозь зубы, но молчал, лишь ускоряя шаг.
        Зато, как только двери наших покоев закрылись за нами, поставил меня на ноги и грозно прорычал:
        - В душ! Холодный!! Сейчас же!!!
        Ага. Напугал. Дрожу, бегу и падаю.
        Во-первых, после фирменного рыка моего земного соседа Васьки Кирпича, напугать меня может только коллективный рык львиного прайда на охоте. И то, если охота будет вестись на меня.
        А во-вторых, зрачки нормальные, значит, не злится по-настоящему. И нечего меня тут на понт брать.
        Но виноватой я себя все-таки чувствовала. С помидорами получился явный перебор. И завтра придется пойти в казармы и извиниться перед воинами. Они-то никакого отношения не имеют ни к Тусиным, ни к моим сложностям в личной жизни. А я, герцогиня новоиспеченная, недопеченная точнее, такое устроила. Стыдобище…
        А посему в душ, так в душ. Спорить не буду. Тем более, что устала я.
        Я стянула сапоги и покладисто побрела в сторону купальни, раздеваясь на ходу. Последними мое тело покинули брюки, снятые уже в дверях. Кинув прощальный взгляд на супруга, изо всех старающегося сохранить невозмутимость на морде, я скрылась за спасительной дверью.
        Состояние было странным. Одна часть меня была достаточно трезвой, чтобы адекватно воспринимать окружающее, а другая - пьяной ровно настолько, чтобы море было по колено.
        Конечно, ни в какой душ, да еще и холодный, я не полезла.
        Пустила горячую воду в мини-бассейн, кем-то по ошибке названной ванной, щедро плеснула ароматной жидкости из одного из хрустальных флаконов, во множестве стоявших у края этого водоема.
        Теплая вода, тихий шелест лопающихся пенных пузырьков, мягкое полотенце, свернутое валиком под головой, расслабили меня настолько, что я задремала. День все-таки выдался бурный.
        Разбудило меня ощущение чужого настойчивого взгляда.
        Вир стоял над моей головой, сцепив руки на пояснице, и изо всех сил изображал разгневанного супруга. Как же, устал страдалец ждать, пока купальня не освободиться…
        Я с удовольствием оглядела его фигуру, облаченную в узкие штаны из мягкой кожи, которые здесь надевали под доспех, и тонкую батистовую рубашку, провокационно распахнутую на груди, и, запрокинув руки за голову, потянулась все телом, прекрасно зная, какое зрелище предстает Виру с высоты его роста. Афродита, из пены рожденная. А сама коварно примерялась в это время, как бы половчее цапнуть его за щиколотки и стянуть в воду. Если мне позволят это сделать, конечно.
        Не позволили.
        Запястья шаловливых ручек были плотно сжаты, и демон одним движением достал меня из воды и поставил на край бассейна, обтекать. А сам, во мгновение ока раздевшись, спрыгнул в воду и с блаженным видом устроился у бортика, в точности скопировав мою позу.
        Издевается, гад.
        Полежав с минуту, Вир приоткрыл глаза и, хитро посматривая на меня из-под густых черных ресниц, тягуче потянулся, заставив тугие клубки мышц заиграть под влажной кожей… Отвлекающий маневр удался на славу. Засмотревшись, я не успела уйти от захвата (честно говоря, я его и заметить не успела). Стальные браслеты рук сомкнулись на моих щиколотках, и с диким воплем "Банзай!" я рухнула в бассейн, выплеснув при этом половину его содержимого.
        Прорычав: "Бабки Йожки не сдаются!", я тут же попыталась взять реванш, нацелившись своими далеко не демонскими клыками на мужнину шею.
        Увы, это и было моей основной стратегической ошибкой. Лучше бы хвостовую эпиляцию продолжила… Шея у него была под стать моей, то есть самым слабым местом организма. И посему прикасаться к ней было небезопасно. Мне милостиво было позволено только куснуть разочек, и в следующий момент уже Вир навис надо мной, демонстрируя фирменный демонский оскал и перейдя в решительное контрнаступление, в результате которого я уже через пару минут признала себя побежденной. И даже позволила отнести себя в спальню, старательно изображая военный трофей на плече довольно взрыкивающего демона.
        Будем считать, что план по отвлечению внимания герцога от воздушных выкрутасов одной непутевой герцогини оказался успешным. Я мысленно поздравила себя с маленькой победой. Третий семейный скандал завершился, так и не начавшись. Растем. А то, что начиналось вместо него, нравилось мне гораздо больше. В конце концов, не стоит забывать, что наш медовый месяц в самом разгаре…
        По крайней мере, до завтрашнего утра. А утром… мы еще что-нибудь придумаем. Этакое. Под чутким руководством моей боевой подруги это будет несложно.
        Позже, глубокой ночью, когда мы наконец-то смогли оторваться друг от друга, Вирран молча подхватил меня на руки и вышел на балкон. Этой части наших покоев до сих пор как-то удалось избежать моего внимания, и сейчас я с радостным удивлением рассматривала этот шедевр местной архитектуры, расположившийся на самом верху суровой внешне цитадели.
        Перила изящной ковки перемежались тонкими мраморными колоннами, поддерживающими полукружья решеток, густо увитых водопадом вьющихся роз, создающими надежную преграду нескромным взглядам. Просторная площадка, в изобилии украшенная столь милыми демонским сердцам деревьями и высокими цветущими кустами в кадках. Притаившийся среди них диванчик-качели и… купол звездного неба над головой - черный бархат, щедро усеянный льдисто сияющими бриллиантами. Всматриваешься в него, и - то ли взлетаешь ввысь, невесомо и свободно, то ли погружаешься в беспредельный звездный океан…
        Завороженная зрелищем, я почти не заметила, как Вир опустился на диван, по-прежнему прижимая меня к себе, как укутал неведомо откуда взявшейся шелковой шалью… и только тихий голос разбил звенящую тишину, возвращая меня с небес на землю:
        - Мара, не покидай меня, прошу.
        - Я никуда не уйду, - выпалила я, но тут же поправилась, не желая лгать ему даже в малости, - только если на время. Ненадолго. А потом я обязательно вернусь.
        - Вернешься ли?
        Нотки обреченности в его голосе подтвердили мои самые пессимистические прогнозы.
        - Киран жив, да? - озвучила я свою догадку, сделанную скорее интуитивно, чем на основании каких-либо фактов.
        - Жив. И мы опять оказались на грани войны с ночными. В этой ситуации даже поход на Лысую гору становится равносильным самоубийству.
        Знал бы он, куда мы собираемся…
        Но этого я ему не скажу. Меньше знает - лучше спит.
        И, прерывая бесплодную дискуссию, я закрыла ему рот поцелуем.
        Но Вир все же сумел задать еще один вопрос:
        - Почему ты осталась со мной?
        - Потому, что ты меня отпустил…
        Утро наступило непростительно быстро. Только что я смежила веки, поддаваясь усталости долгого и бурного дня, а уже опять солнечный луч нахально щекочет веки, а губы - виски, шепча: "Пора вставать!".
        В ответ на мое протестующее бурчание мне сообщили, что Повелитель уже проснулся и скоро будет в столовой, а нам, согласно этикету, надлежит быть там раньше него.
        Проклиная на все лады и этикет, и всех ранних пташек вместе взятых, я все же позволила отнести себя в купальню, одеть в выбранное Виром жемчужно-абрикосовое платье, и даже проснулась настолько, чтобы уложить волосы и надеть украшения самостоятельно. В назначенное время мы чинно вышли из покоев под ручку, являя собой образец супружеской пары. Если не считать, конечно, моей так и норовящей выскочить из суставов челюсти.
        У входа в трапезную стояли, против обыкновения, четверо гвардейцев: двое наших, двое - Повелителя. И одним их них оказался тот самый седой ветеран, которого я давеча лечила. В отличие от непроницаемых морд остальных, этот успел подмигнуть мне настолько многозначительно, что я на мгновение растерялась, пытаясь понять, что бы это значило. Но двери уже отворялись, гулкий голос мажордома возвестил наше прибытие, и мне пришлось перешагнуть порог, постановив разобраться с этим позже.
        Руфус и Альвиан только успели поприветствовать нас, как мажордом объявил о прибытии Повелителя с невестой. Мужчины склонились в поклоне, а я, присев в глубоком реверансе и не забыв мысленно поблагодарить авторов всех исторических книг, прочитанных мной, за эту неоценимую науку, изучала вошедших, пытаясь определить, какой стадии примирения и взаимопонимания им удалось достичь этой ночью.
        Увы, картина складывалась не самая обнадеживающая. Азаир ощущался усталым и напряженным, а Туся… все, что я могла четко сказать - что мыслей о побеге она так и не оставила.
        Туся.
        Нежность объятий не прекратилась и тогда, когда мы неожиданно быстро оказались одни в покоях, в которые он меня внес. Судя по неопознаваемому мною интерьеру, это были покои повелителя. Глядя на них, стоило признать - скромностью они не страдали. Впрочем, в оправдание моего демона нужно было упомянуть, что за все время нашего с ним знакомства, склонности к тщеславию я у него не заметила. И это, на мой взгляд, было плюсом.
        Жаль, что все остальные минусы его перевешивали.
        Крикнув кому-то невидимому, чтобы немедленно приготовили ванну, он сгрузил мое тело на широкую кровать, нисколько не смущаясь тем, что бомбардировка помидорами сказалась и на мне, и начал аккуратно меня раздевать, что-то негромко повторяя.
        Кульбиты в воздухе сделали свое дело - уши заложило, словно ватой, так что при всем своем желании услышать сказанного я не могла, а читать по губам еще не научилась. Да и состояние после нескольких бутылок вина мало этому способствовало.
        - Ась? - уточнила я недоуменно, когда заметила в его речи паузу и вопросительный взгляд.
        Повелитель что-то вновь сказал, уже погромче, но… в голове царил туман, тело все еще стремительно куда-то неслось, а перед глазами время от времени мелькали звездочки.
        Пришлось и мне повторить:
        - Ась?
        Похоже, с пониманием у него было все в порядке, потому что очередной фразы не последовало, а вот его ладони мимолетно коснулись моих висков, отгоняя все последствия бурно проведенного празднования моего воскрешения.
        - Ну что, горемыка, полегчало?
        В его голосе было столько неутоленной нежности, что слезы на моих глазах выступили сами собой. Да и руки вели себя как-то излишне самовольно, обхватив его за шею.
        - Я глупая, да? - Моя попытка сдержаться, полностью провалилась.
        Наверное, я только теперь до конца осознала, чем мог закончиться для меня тот необдуманный поступок. Осознала и… испугалась. Ненадолго. Я не любила бояться, к тому же, считала это не конструктивным.
        - Ты самая лучшая! - успокоил меня демон, шепча в самое ухо.
        - Но ругаться ты все равно будешь, - фыркнула я ему в ложбинку на шее, ощутив, как по его телу прошла дрожь.
        Самый лучший способ отвлечь мужчину от ненужного тебе разговора, перевести его желания в другое русло.
        - Я подумаю, - хрипло выдал он, явно решая непростую задачку.
        Приказ о купальне прозвучал, да и мой взъерошенный после прогулки по крыше и полетов вид явно намекал на то, что водные процедуры мне нисколько не помешают. Но мои объятия становились все сильнее, а взбудораженное дыхание намекало на то, что ему стоит поторопиться с решением.
        Стоило отдать ему должное, он оправдал высокое звание повелителя демонов. Помыта я была в рекордно короткие сроки. И… им самим. Не знаю, из каких уж сил он себя сдерживал, но устоял перед всеми моими попытками соблазнить его прямо там. А уж я старалась, окончательно избавляя его от желания высказать мне все, что он думает о моем бегстве.
        Ну, к чему ему трепать себе нервы сейчас, если я все равно скоро сбегу снова.
        Ночь была бурной. Похоже, до Азаира тоже только дошло, что я могла погибнуть, и он пытался уверить себя в том, что все самое страшное уже позади. И когда он, явно с трудом контролируя собственную силу, прижал меня к себе, мне стало даже немного грустно. И… стыдно. Азаир любил меня, пусть не так, как это виделось в моих возвышенных мечтах (в меру деспотично, но уважая мою жажду свободы), но зато искренне.
        Я же… я тоже любила его, но без клетки, в которую он меня собирался посадить.
        Но эти мысли появлялись, чтобы тут же скрыться под натиском его губ, жаждущих поцелуев; рук, которые то касались с осторожностью, словно опасаясь того, что я могу исчезнуть, раствориться в приглушенном сумраке, то выдавали бушующую в нем страсть, то заставляли принять, что я принадлежу ему полностью и… навсегда.
        Заснула я где-то между своим тысячным заверением, что больше так не буду (это про побег) и его убежденным: "Я тебя больше никуда не отпущу". А вот проснулась… от того же самого, от чего уже однажды просыпалась. Ощущение магии и холодка, ползущего по моей руке.
        Как избавиться от свидетельства своей принадлежности этому конкретному демону, я уже знала, поэтому решила никак не реагировать на его самоуправство. Доказывать ему, что он не прав, в такую чудесную ночь, желания у меня не было.
        Второй раз я открыла глаза, когда залихватские голоса воинов на тренировочной площадке, которую мы вчера с Марысей подвергли бомбардировке помидорами, возвестили о начале нового дня. И сразу наткнулась на напряженный взгляд демона. Судя по всему, он так всю ночь меня и караулил. И не просто караулил - разрабатывал план, в котором мне предстояло играть роль мышки, а ему, соответственно…
        Ну это, милый, мы еще посмотрим.
        Вместо того чтобы накинуться на него с претензиями, ползком забралась повыше и нежно поцеловала его в нос. Для разнообразия. Не всегда же мне шипеть растревоженной змеей.
        Азаир такого явно не ожидал, но вида не подал. И даже позволил зарыться пальцами в его густую шевелюру.
        - Ты примешь мою клятву?
        А разве я чего-то иного ожидала?!
        - А у меня есть выбор? - с легкой грустью заметила я, пропуская прядь его волос между пальцами.
        Демон, осторожно ухватив меня за плечи, слегка отодвинул от себя, пристально посмотрел мне в глаза.
        - Я же вижу, ты любишь меня. Так почему ж просто не хочешь просто признать это?
        Не самый хороший разговор, а день только начинается. Если так будет продолжаться, то закончится он еще хуже.
        - Я приму твою клятву. - Я слегка повела плечами, намекая, что меня пора отпустить, и когда он сделал то, о чем я просила, пристроилась рядом с ним.
        Мы оба знали, что все совсем не так, как мы пытаемся сейчас представить, но, ни у одного из нас не хватило смелости, чтобы сказать то, что было на душе. Он, не веря в то, что добился своего, побоялся спугнуть мгновение покоя, в котором мы были вместе, а я… пыталась уверить себя в том, что не пожалею о принятом вчера решении.
        Странно, но ночь способна скрыть в себе множество мелких проблем, лишающих жизнь легкости, мостами связать между собой края пропасти, подарить крылья желающим летать. Но приходит день…
        - Нас ждут.
        День вступил в свои права, требуя выполнения установленных им законов. И если бы мы даже и могли ослушаться…
        Словно черная кошка пробежала между нами. И хотя я понимала, что стало причиной появившегося холодка, сделать ничего не могла. А может, я еще не была достаточно жива, чтобы понять, насколько это здорово.
        - Я не задержу тебя. - Прихватив с собой шелковый халат, лежащий на кресле рядом с кроватью, я бросилась в купальню. Чтобы не наделать глупостей, мне нужна была передышка. Пусть и столь короткая.
        Когда вернулась в спальню, демон, не прикрывшись даже простыней, стоял у окна и смотрел вдаль. То ли он не услышал, как я открыла дверь, то ли происходящее за заросшими хвойным лесом горами интересовало его больше, чем мое появление, но он не шелохнулся и тогда, когда я подошла к нему вплотную.
        И было что-то в его позе, ранящее сильнее, чем любые слова. Нет, он не выглядел сломленным, не казался растерянным, если только… разочарованным.
        - Я приму твою клятву. - Мой голос не дрогнул, хотя и казалось, что все внутри меня звенит натянутой струной. - Но только после того, как мы вернем жену Эндрика.
        - Ты в этом участвовать не будешь. - Он так и не обернулся ко мне.
        - Значит, я правильно поняла, что Кирана я не убила.
        Ответа я не дождалась.
        Моя попытка найти взаимопонимание с треском провалилась. Что ж… разве я чего-то иного ожидала?!
        Посчитав, что дальнейший разговор приведет только к битью посуды, я, многозначительно хмыкнув, направилась в гардеробную. Будем считать, что я его предупредила, а уж насколько он понял смысл моего хмыканья, нам с Марысей предстояло узнать.
        Окинув взглядом множество платьев, остановилась на довольно простеньком, но не лишенном очарования. Все остальные пришлось забраковать, со шнуровкой в одиночку мне не справиться, служанка утренней побудкой была не предусмотрена, а просить помощи у Азаира казалось чревато последствиями.
        С застежкой пришлось помучаться, но оно того стоило. Белая ткань, похожая на атлас, водопадом струилась по телу, обрисовывая все его изгибы - даже самая маленькая месть должна быть болезненной. Волосы я убрала в тяжелый узел, оставив свободными несколько прядей на висках. На ноги надела такие же ослепительно белые атласные туфельки на небольшом каблучке.
        Посмотрев в зеркало и оставшись довольной, лишь на мгновение задумалась над двумя вопросами: откуда в этом замке так много подходящей мне одежды и… в чем будет Азаир.
        Выйдя не в спальню, а в гостиную, получила ответ на второй из них: повелитель был в черном.
        Многообещающее сочетание. Начиная с отражения позиций, на которых мы закончили наше общение и заканчивая… традиционными цветами для жениха и невесты. На моей родине.
        Судя по удовлетворению во взгляде Азаира, последняя моя мысль не была безосновательной. А значит, ему удалось меня просчитать. Нельзя сказать, что я этому сильно огорчилась, скорее, приняла к сведению. Повелитель только казался простым и прямолинейным, играя при мне лишь две роли самого себя, на самом же деле был весьма разносторонней личностью. И хотя признаков этого проявлялось не столь уж и много, чтобы сделать этот вывод на основе наблюдения за ним лично, мне стоило просто оценить, как воспринимали его другие, чтобы понять эту сложность. Так что… чем больше у меня будет информации, тем проще будет добиться того, что не мыслью - ее предощущением скользило по грани сознания.
        До тех пор, пока он будет воспринимать меня как взбалмошную девчонку, добиться от него признания моей свободы мне не удастся. И если я действительно хотела стать ему женой - а я этого хотела, как бы не пыталась убедить себя в обратном - мне предстояло доказать ему, что я могу быть не только необузданной стихией, что ему во мне очень нравилось, но и той, что имеет право высказывать свое мнение.
        - Почему ты решила, что Киран жив?
        Я так задумалась над стоящей передо мной задачей, что не заметила, как мы подошли к высоким, украшенным искусной резьбой дверям, рядом с которыми, застыв, стояли четверо демонов. О том, что находится за ними, мне было известно, один из порталов, который открывала вчера новоявленная герцогиня, привел нас именно в этот коридор. Вот тогда она мне и рассказала, как ее успела достать великосветская обстановка за столом в большом обеденном зале.
        - Отряд, с которым ты вернулся, больше был похож на разведывательный. Если бы Киран погиб, ты бы вряд ли не воспользовался возможностью разделаться с ночными. А я пока не наблюдаю особого желания устроить небольшую войнушку.
        Азаир замер, отпустил мою руку, которая уверенно лежала на его локте, и даже сделал шаг назад, чтобы было удобнее осмотреть меня с ног до головы.
        - Ты разбираешься в этих вопросах? - Присутствие посторонних его нисколько не беспокоило.
        - Мой отец - офицер. - Отметив на его лице легкое недоумение, тут же поправилась. - Он из тех, кто обучает воинов. А я много времени проводила рядом с ним.
        Мгновение задумчивости, еще один оценивающий взгляд и… неожиданное признание:
        - Возможно, я несколько ошибаюсь в отношении тебя.
        Удивляться я не стала, опять же по рассказам Марыси успела понять, каким уважением пользовался мой демон у своих подданных. Чтобы добиться такого, он должен был научиться, в том числе, и признавать собственные ошибки.
        - Это значит, что я могу продолжить обучаться владеть мечом? - решила я воспользоваться случаем.
        - Я даже знаю, кто будет твоим наставником, - усмехнулся он, слишком явно намекая на то, что меня ожидает сюрприз. И уже серьезнее добавил, - Да и с магией твоей надо разобраться, было что-то на той поляне, до сих пор не дающее мне покоя.
        Его слова заставили меня вздрогнуть и, словно воочию, вновь вернуться в тот момент. Мой меч… катар Кирана… кровь… теплая, манящая к себе, что-то шепчущая моему угасающему сознанию…
        Он был прав, с этим надо разобраться.
        Но вслух я ничего не сказала, лишь кивнула, соглашаясь. Да и не успела бы я прокомментировать его замечание.
        Я не заметила, как именно он приказал открыть дверь, но не обратить внимания на открывшееся моему взору великолепие было невозможно.
        Потому как… нас уже ждали.
        Марыся. День….
        Если чутье и говорило, что не все так безоблачно, как кажется, глаза могли лишь восхищаться вошедшей парой. Они великолепно смотрелись рядом, оттеняя достоинства друг друга. Повелитель в черном камзоле напоминал могучую скалу, незыблемую и неприступную, а хрупкая Туся в струящемся белом шелке вызывала ассоциацию с хрустальной чистоты потоком. А вода, как известно, камень точит. Точнее, уже, похоже, подточила… Но и ее ручью уютно и комфортно течь в надежных объятиях гранитного русла.
        Интересно, а они сами это понимают?
        Или все еще тешатся иллюзиями своей тщательно выпестованной самодостаточности?
        Посмотрим… Чует мое сердце, это светское мероприятие скучным не будет. Знать бы еще, кто и за чей счет развлекаться станет. Вчера мы с Тусей зажигали, а сегодня… явно не наша очередь.
        Гвардейцы Повелителя скользнули в трапезную, закрыв за собой двери, и застыли возле них неподвижными статуями.
        Повинуясь жесту Азаира, мы расселись по местам. Тихо, как мышки, сидели, дожидаясь пока слуги разольют вино по бокалам и исчезнут за тяжелыми драпировками.
        Азаир поднял бокал, обвел всех присутствующих взглядом, от которого у меня невыносимо засвербило в районе копчика, явно намекая на грядущие неприятности.
        - Через три дня в этом замке состоится малый брачный обряд. Я принесу клятвы моей невесте.
        Все склонили головы, приветствуя свою будущую повелительницу, и только эльф ограничился легким наклоном, с нескрываемым интересом вглядываясь в мою подружку. Как будто за время лечения не насмотрелся.
        Не знаю, что смог увидеть он, а я ясно видела, как ее глаза на мгновение вспыхнули непокорным огнем. Ох, кажись, зря Вирран с Руфусом лбы морщат, мучительно прикидывая, как успеть организовать торжество, достойное их повелителя, за столь малый срок. Не бывать этой свадьбе, разве что кандидатуру невесты срочно заменят. Да и молчание ее настораживает. Обычно она за словом в карман не лезет, если что не по ней - сразу сообщит, куда и с какой скоростью следует отправиться оппоненту. А сейчас словно воды в рот набрала.
        - Мы на грани войны с ночными, поэтому пышность неуместна, - продолжил Азаир. - Однако ритуал должен быть соблюден в точности, поэтому проследите, чтобы представители всех Древних родов присутствовали на нем.
        - Да, Повелитель, - подал голос Руфус. Как я понимаю, информационно-транспортное обеспечение лежало на нем.
        На этом утренняя планерка, вроде бы, закончилась, и мы наконец-то приступили к завтраку. Через несколько минут относительного покоя, когда я успела порадовать себя тремя кусочками неопознаваемого, но не становящегося от этого менее восхитительным блюда, вопрос главного демона заставил меня подавиться четвертым.
        - Не объясните ли, дорогая племянница, почему вчера, забрасывая воинов овощами, вы все время кричали 'воздух!'? По моим наблюдениям, к Стихии воздуха вы не обращались.
        - Видите ли, Ваше Величество, - кажись, я что-то не то ляпнула, судя по выражению морд демонов и едва уловимой усмешке эльфа. Ничего, переживут. Вот если бы я его товарищем назвала - тогда другое дело. Пришлось бы мне срочно на Тамбовщину эмигрировать. - На нашей родине существуют летательные аппараты, которые используются для атак с воздуха. Воины, находящиеся в них, могут обстреливать войска противника или сбрасывать бомбы. Когда начитается подобная атака, подается команда 'воздух'.
        Следующие 10 минут были потрачены на попытки объяснить, что такое бомба, порох, пулемет… В конце концов, созданная в четыре руки, а точнее в две головы с Тусей, видео-проекция внесла относительную ясность в этот ворох вопросов, которыми нас забросали любопытные вояки.
        Было очевидно, что наш рассказ породил целый сонм идей, одну из которых озвучил сам Азаир.
        - Ваши метлы могут поднять в воздух нашего воина?
        - Наши - нет. Они на наш вес рассчитаны. Но можно попытаться создать другие, большей грузоподъемности. Структуру заклинания Туся знает, - я вопросительно взглянула на подругу, и, подучив подтверждающий кивок, продолжила, - А я его усилю с помощью стихии Воздуха. Должно получиться. Но удержаться на метле непросто.
        - Думаю, что это не сложнее, чем удержаться на спине необъезженного драгура, - сверкнул клыкастой улыбкой Повелитель. - Кстати, сегодня утром доставили молодого, еще не имевшего хозяина. Это мой свадебный подарок Вам, герцогиня. После завтрака вы сможете познакомиться с ним, а также увидеть мастерство наших наездников.
        - Благодарю Вас, - я склонила голову, искренне надеясь, что это хотя бы отдаленно соответствует требованиям этикета. Хотя… что-то я не замечала за Азаиром особого внимания к его соблюдению. Повелитель демонов пользовался искренним уважением своих подданных, и вполне мог себе позволить пренебречь этой бессмысленной суетой, довольствуясь соблюдением элементарной субординации.
        После этого разговор плавно перешел на обсуждение достоинств различных пород драгуров и методов их приручения, полностью поглотившее внимание мужчин, что позволило нам с Тусей без помех насладиться завтраком. Кушать после беспокойной ночи хотелось изрядно.
        Однако, когда уже подали десерт, и у меня забрезжила надежда, что мои дурные предчувствия не оправдались, грянул гром.
        - Дорогой родич, Ваша жена и моя невеста недавно в нашем мире и ничего не знают о нем. Это делает их беззащитными. Поэтому я считаю необходимым приставить к ним надежных телохранителей, способных не только обеспечить их безопасность, - в тоне демона явно слышалось: 'в том числе, и от них самих', - Но и научить основам самозащиты.
        Ну, вот и все. Приплыли. Теперь при мне будет неотлучно находиться какой-то хвостатый Рэмбо, и не то, что о побеге, о мирных девичьих посиделках можно забыть.
        Похоже, Туся в полной мере разделяла мои опасения, так как она нарушила наконец-то свое молчание и пропела елейным голоском:
        - Но так ли это необходимо? Ведь здесь, в крепости, мы в полной безопасности. Конечно, мы продолжим изучение ратного дела, но телохранитель?…
        - Увы, дорогая, - Повелитель был безупречно нежен, поднося к губам тонкие пальцы моей подружки, но я почему-то была уверена, что видела в бездонной черноте его глаз тщательно скрываемое ехидство, - события последних дней показали, что в нынешней ситуации было бы непростительной безответственностью пренебречь любой возможностью оберечь вас.
        Цитируя незабвенного Дюма, это был упрек, облеченный в такую форму, что к нему нельзя было придраться. Мы с Тусей дружно опустили глаза долу, всем своим видом демонстрируя полное осознание и раскаяние в содеянном. Хотя надеяться на то, что это будет принято за чистую монету, не приходилось, но… соблюсти внешние приличия все же стоило.
        - Вашего телохранителя, герцогиня, я представлю Вам прямо сейчас. А с вашим, моя дорогая, вы познакомитесь немного позже. Скьёльд!
        Я только успела хмыкнуть про себя, оценив иронию имени* неизвестного пока пострадавшего, как от дверей отделился мой давешний пациент и замер в ожидании.
        - Отныне ты отвечаешь за безопасность герцогини аль Террен. Глаз с нее не спускать.
        Седой воин коротко поклонился и занял место за спинкой моего стула, стремительной плавностью движения заставив усомниться в видимой солидности своего возраста.
        Ну вот, с подмигом все прояснилось. Выходит, он все заранее знал. Интересно, а моего муженька Азаир поставил в известность? Похоже, что нет. Уж больно у него физиономия была кислая, наверное, представил, как тот будет 'глаз не спускать' с моей персоны. Интересно, а если я в купальню направлюсь? А ночью как?
        Мои размышления были прерваны Повелителем, поднявшимся со своего места, и с Тусей под руку направившемся к дверям. Пришлось пристраиваться в кильватере и идти знакомиться со своим свадебным подарком, молясь про себя всем Стихиям, чтобы мне не пришлось сейчас демонстрировать свое искусство верховой езды, в моем исполнении выглядевшем не искусством, а жалкой пародией. Кроме того драгуров я элементарно побаивалась. Огромные всеядные зверюги, намного крупнее обычного коня, к тому же полуразумные. Я искренне восхищалась их красотой и мощью, но предпочитала делать это на расстоянии. Но стоили они дорого, так что оценить щедрость подарка я могла.
        Руфус перенес нас прямо к одноэтажным строениям, которые я старой памяти упорно именовала конюшнями (ну не драгурнями же их называть). Повелитель сразу направился к просторной площадке, огороженной двухметровым забором из металлических прутьев, с небольшой калиткой на нашей стороне и довольно широкими воротами на противоположной.
        Азаир что-то тихо говорил своей невесте, поглаживая ее руку, лежавшую на сгибе его локтя. Но, как я не старалась, ни одного слова расслышать не смогла. Зато ощутила слабый отголосок заклинания тишины. Похоже, этот разговор для чужих ушей не предназначался.
        Когда же на противоположной стороне открылись ворота и два конюха вывели мой подарок на длинных чумбурах**, сторожась и стараясь держаться подальше от злобно всхрапывающего драгура, раздался дружный вздох восхищения, не поддержанный только мной и Тусей.
        Это был не драгур, а драгуриха… скажем так, кобылица. Белая, как снег, с неожиданно голубыми глазами и черной звездой во лбу, словно негативный снимок драгура Виррана. Она была легче и изящней, чем те драгуры, которых мне уже приходилось видеть, но я не поручилась бы, что и характер у нее был легче. Что-то мне подсказывало, что по части упрямства и своевольности она даст фору любому.
        Повелитель повернулся ко мне, лукаво щурясь:
        - По нашему обычаю, драгура объезжает его будущий всадник, - и, после короткой паузы, во время которой я успела проститься с жизнью, по крайней мере в добром здравии, продолжил: - Но так как вам это не под силу, это может сделать тот, с кем вы связаны узами крови или брака. Надеюсь, мой племянник не откажет мне и сделает это для вас.
        Та-а-ак, он что, решил меня вдовой сделать? Так не согласная я!
        Но рядом со мной лежал камзол мужа, небрежно сброшенный им прямо на землю, а Вир уже был в загоне, неспешным плавным шагом приближаясь к кобылице. Протянул руку, успев увернуться от клацнувших зубов, и схватил зверя за недоуздок***, с силой удерживая его голову. Конюхи смотали чумбура и быстро ретировались за ворота. А Вирран одним движением взлетел на спину взбешенного драгура и…
        То, что происходило в дальнейшем, поразило меня до глубины души. Я уже не раз видела, насколько искусны демоны в искусстве вольтижировки, но то, что Вир демонстрировал сейчас - описанию не поддавалось. Он словно сросся с бешено мечущимся животным, спрыгивал на землю, когда оно пыталось перекатиться через спину, раздавив дерзкого седока, вновь взмывал вверх - легко, стремительно, и это без седла и стремян… Раз за разом повторяя невероятные трюки, пока, наконец, упрямая кобылица не сдалась, признавая силу всадника.
        Вирран подъехал к калитке, запыленный, с растрепавшимися волосами, но довольно улыбающийся, соскочил на землю, крепко держа кобылицу за недоуздок. Азаир втолкнул меня внутрь, что-то сунув в ладонь. Я робко подошла к белоснежной красавице, медленно протянула открытые ладони, как всегда делала, знакомясь с собаками. Что поделать, раньше с другими животными мне общаться не приходилось. Оставалось надеяться, что сей четвероногий друг демонов расценит этот жест так же, как расценивали его лучшие друзья человека, и не отхватит мне мимоходом часть конечности.
        Кобылица насмешливо фыркнула, обнюхивая мои ладони, слизнула подношение, на проверку оказавшееся незнакомым мне фруктом. Обошла кругом, шумно внюхиваясь, и, помедлив пару мгновений, игриво боднула меня головой в плечо. От этого движения я отлетела в объятия мужа, а зрители дружно рассмеялись с видимым облегчением.
        - Она признала тебя! - Вир взял мою ладонь в свою и положил на конский лоб, осторожно поглаживая. - Как ты ее назовешь?
        - Юки. На одном из языков Земли это слово означает снег.
        - Я рад, дорогая племянница, что мой подарок пришелся Вам по душе. - Азаир довольно сощурился, переводя взгляд с меня на Тусю и склоняясь к ее руке. - Теперь я хочу сделать то же самое для моей невесты.
        Моя подружка только успела протестующее мотнуть головой, явно собираясь озвучить все, что она думает о драгурах вообще и о некоторых демонах в частности, но высказываться было некому. Повелитель уже шел навстречу конюхам, выводившим на песок загона оживший отблеск закатного зарева. Золотисто-рыжая кобылица, удивительно схожая цветом с волосами моей подруги, замерла, настороженно глядя на приближающегося демона.
        В отличие от Вира, Азаир снял и рубаху, демонстрируя великолепное сложение и грацию матерого хищника. Казалось, что вместе с роскошным камзолом он сбросил груз многих лет и тяжкой ответственности правителя. Сейчас, в этот миг, это был лишь мужчина, стремящийся произвести впечатление на любимую женщину.
        Я подошла вплотную к решетке, чтобы не пропустить ничего из предстоящего зрелища. Аналогия между необъезженной кобылицей и моей непокорной подругой была слишком прозрачна, чтобы не вызывать у меня интереса к дальнейшим действиям Азаира. Я не сомневалась в результате его усилий, но мне было важно видеть, КАК он будет действовать.
        Судя по напряженному лицу Туси, ее одолевали схожие мысли.
        Азаир плавно скользил к драгуру, слегка разведя в стороны открытые ладони рук, и мягко приговаривая что-то успокаивающее. Расстояние не позволяло разобрать слова, но было видно, что к его речи прислушиваются. Он сумел подойти почти вплотную, уже протянул руку к недоуздку, когда рыжая, зло взвизгнув, встала на дыбы, явно целясь копытами в нахального визитера. Демон стремительным кувырком ушел в сторону, оказавшись у ее левого бока. Не беря в руки недоуздка, он приник к ее шее, гладя и продолжая шептать что-то ласковое. Рыжая бешено металась по загону, пытаясь оторваться от демона, но напрасно. Как бы она не старалась, Азаир все время был рядом, держа руку на холке или шее и чудом успевая уворачиваться от стремительных копыт.
        Судя по растерянным и восхищенным лицам зрителей, такого еще не бывало. И я была с ними полностью солидарна. Зрелище действительно заслуживало восхищения, даже если и не все понимали его истинную подоплеку. Я взглянула на Тусю, с напряженным вниманием следящую за происходящим. Если у нее и были вопросы или сомнения, то сейчас Азаир давал ей ответ. И я не верила, что она не понимает этого. Вот только верит ли…
        Тем временем, рыжая упрямица резко остановилась посреди загона, в последний момент отпрыгнув так, чтобы оказаться 'морда к морде' с демоном. Сейчас в ней не было злости, а только любопытство. Сторожко вытянув шею, обнюхала приставучего визитера, удивительно напоминая в этот момент волчицу-переростка, фыркнула и опять отпрыгнула в сторону, словно приглашая поиграть. Азаир с готовностью откликнулся, одним прыжком преодолев немаленькое расстояние и ласково коснувшись ладонью ее шеи. Несколько минут поиграв в эти салочки, драгуриха, наконец-то успокоилась и, подойдя к демону, положила голову на широкое плечо. Азаир обнял ее за шею, поглаживая и пропуская между пальцев шелковистую гриву. А потом направился в нашу сторону, так и не коснувшись недоуздка. Рыжая шла рядом с ним сама, словно это было для нее самым привычным делом.
        Подойдя к нашей ошеломленно молчащей группке, за руку вывел Тусю вперед и тихонько подтолкнул к кобылице. Темно-карие и голубые глаза встретились, вглядываясь, чувствуя, знакомясь… и расцвели одновременной улыбкой.
        Кажется, две рыжих бестии нашли общий язык. А разве могло быть иначе?
        Но, увы, недаром применительно к слову 'счастье' чаще всего употребляют слово 'миг'.
        Еще не успел угаснуть отсвет Тусиной улыбки на лице Азаира, когда к нему подошел гвардеец и что-то тихо сказал, явно стараясь остаться неуслышанным.
        'Привести' - коротко бросил демон, во мгновение ока превращаясь из мужчины, гордого доставленной радостью, во всесильного Повелителя.
        Со стороны лекарни к нам направлялись трое демонов: два гвардейца Повелителя в полном доспехе и третий, безоружный, в одной рубашке, не могущей скрыть нескольких повязок на теле и руках. Я узнала в нем одного из своих пациентов, привезенных после стычки с Кираном в крайне тяжелом состоянии. Он и сейчас еще двигался неуверенно, то и дело спотыкаясь, так что гвардейцам приходилось не столько конвоировать, сколько удерживать от падения.
        Пока я гадала, в чем мог провиниться этот воин, судя по всему храбро сражавшийся, демоны приблизились к нам, и арестованный опустился на одно колено перед Азаиром, склонив голову в неподдельном раскаянии:
        - Повелитель…
* Skjoldr Скьёльд - древнеисландское имя, означает 'щит' **Чумбур - веревка, с помощью которой привязывают лошадь, когда она находится в недоуздке. Бывают тесьмяные, цепные или веревочные ***Недоуздок -уздечка без удил, назначение которой содержание лошади на привязи. Относится к предметам конюшенного обихода и бывает из кожи, тесьмы.
        Туся. День… Утро добрым не бывает.
        Народную мудрость о том, что утро добрым не бывает, я усвоила давно. А уж сколько раз получала подтверждения… со счета сбилась. Этот же случай можно было назвать классическим.
        То, что я права, было заметно в тревожном взгляде моей подруги-ученицы, который она время от времени бросала на меня. А если добавить к этому явный интерес к моей скромной персоне эльфа с зубодробительным именем…
        Смотрел маг на меня так, словно только что открыл Америку.
        Не вытаскивай он меня с того света, я, может, и поверила бы в эту версию, но…
        Основательно подумать над множеством больших и маленьких фактов никак не удавалось. Я, конечно, могу делать одновременно кучу разных дел, но не тогда, когда меня ставят в известность, что мне через три дня выходить замуж. И не надо говорить, что я уже об этом и сама знала - слабая надежда на то, что мой сказочный повелитель демонов одумается, продолжала трепетать в моем сознании.
        Несмотря на испытанный шок - слишком близко было до знаменательного события, стало легче. Какая-никакая, а определенность.
        В тот момент, когда он это произнес, включился таймер обратного отсчета. Конкретного плана побега у нас с Марысей не было, но в том, что он появится в самое ближайшее время, я не сомневалась. Подружка, судя по всему, тоже.
        Пока это не произошло, я решила, что раз уж такой праздник, то можно потренировать собственную выдержку. Условия были… нарочно не придумаешь.
        Первый раз я едва не сорвалась, когда мой возлюбленный, накрыв нас заклинанием тишины, решил поговорить о… детях.
        Теоретически я была не против. Процесс тоже не вызывал во мне отвращения. Но сама перспектива мне совершенно не нравилась. Не знаю, как для других, но для меня дети были, как та священная корова. Мое и никому не отдам! Из этого следовало, что пока ребенок не вырастет, я буду находиться рядом с ним, сдувая пылинки и подкладывая соломку. Если продолжить рассуждения дальше - в ближайшие лет сто мне предстояло постоянно лицезреть лик этого наглого эгоиста.
        Почему сто? Если вспомнить о проделках младшенького Азаира, то и все двести. Живут они долго, ума набираются медленно.
        А если он захочет еще одного?! А если родится девочка?! А внуки!
        Вот именно так 'теоретически - за' превращается в 'категорически - против'.
        Только прямо сказать демону об этом я не могла, вовремя заметила блеск в его глазах. Он готов был немедленно убедить меня в том, что я просто жажду родить от него ребенка.
        Ага! Хвостатенького!
        Мама моя, родная, роди меня обратно. Как же я его своим родственникам покажу?!
        Второй раз я была готова вцепиться в его морду когтями, когда он начал устраивать корриду с драгурихой - моим подарком. Уж больно это было похоже на 'укрощение строптивой'. Мне очень подробно, а самое главное - убедительно, показали, как именно будут ломать мое сопротивление и чем это все закончится.
        Ну-ну… мне стоило взглянуть в глаза кобыле, чтобы понять то, что она хотела мне сказать. Иногда не стоит действовать напрямик, путь хитрости может быть более действенным и, что самое главное, менее кровопролитным.
        Но это был не первый вывод, сделанный мною из увиденного. Теперь я знала, почему эволюция в нашем мире начала избавляться от экземпляров, подобных моему демону. Для нас, женщин, они были смертельно опасны. Не заметишь, как вся твоя жизнь сведется к ожиданию мужа из очередного похода.
        На третий раз самообладание меня подвело. Раненого демона, который опустился на колени перед повелителем, я узнала сразу, пусть он и не был больше похож на того лощеного красавца, который учил меня владеть мечом, выдавая себя за моего жениха.
        Первую сказанную Маркусом фразу я пропустила, кровь билась в висках настолько оглушительно, что забивала все звуки. А вот следующую, произнесенную моим хвостатым гадом, не услышать было невозможно.
        - Казнить мне тебя, что ли?
        И взгляд такой, снисходительный. Словно своим предложением он одолжение этому мальчишке делает.
        - Как решит мой повелитель, - откликнулся тот спокойно.
        Обмотанный бинтами, похудевший, с залегшими под глазами тенями, с двумя гвардейцами за спиной, но настолько уверенный в своей правоте, что горло сжало. И от гордости за этого еще совсем ребенка, и от осознания того, что мой ручной лев на самом деле - необузданный хищник. И игры с ним весьма опасны для жизни.
        - Ты подверг опасности будущую повелительницу! - Голос громыхнул раскатом грома.
        Ой, мамочка! Что-то мне резко захотелось оказаться как можно дальше отсюда. Вот только сделать я этого не могла. Все это случилось из-за меня, мне же и исправлять.
        - Азаир.
        Я произнесла его имя тихо, чтобы лишь привлечь к себе его внимание. Вокруг были его подданные, и я не хотела совершить еще какую-нибудь ошибку, за которую пострадают другие.
        Но в ответ получила такой взгляд, что желание спорить с ним или перечить ему пропали напрочь.
        - С тобой об этом мы поговорим позже, - прорычал он негромко, с тем же выражением лица, от которого мне хотелось провалиться сквозь землю.
        - Да, мой повелитель, - склонил голову Маркус, чтобы тут же ее поднять. - И я готов любому наказанию.
        - К любому? - фыркнул Азаир язвительно и… переглянулся с мужем Марыси.
        Я резко выдохнула сквозь стиснутые зубы. Похоже, передо мной разыгрывали очередное представление. Запугать решил, что ли?
        - К любому. - Равнодушию демона к собственной судьбе можно было только позавидовать.
        Пока я отмечала это, мозг лихорадочно перебирал возможные варианты. Что такого мог удумать этот гад, отчего у него в предвкушении раздуваются ноздри. Если только…
        Взгляд упал на застывшего за спиной подруги новоявленного телохранителя. То-то я удивилась, что проявленная моим женишком забота о своей родственнице не распространилась и на меня.
        Ну, Азаир! Я тебе еще припомню эти мгновения.
        - Хорошо, - удовлетворенно кивнул хвостатый гад и, еще более накалив обстановку многообещающий улыбкой, продолжил: - С этого мгновения твоя жизнь принадлежит моей невесте. Ее охрана и обучение мечному бою станет искуплением твоей вины. И если с ней что-либо…
        Заканчивать он не стал, смысл сказанного и так был понятен. Если я вздумаю вляпаться в какую-нибудь авантюру и со мной что-нибудь случится…
        Напугал! Теперь я была уверена, что предупреждение относилось скорее ко мне, чем к Маркусу. А раз так… Самое главное, чтобы ничего не случилось. А над этим уж мы с Марысей постараемся.
        - Все будет по воле моего повелителя. - В голосе Маркуса уже не было того оптимизма, с которым он соглашался быть казненным.
        - Альвиан, как ты оцениваешь, когда он будет способен исполнять мой приказ?
        Эльф, к которому обратился Азаир, продолжая демонстрировать деспотизм, чуть заметно улыбнулся мне (мне?) и неспешно произнес:
        - Я займусь его скорейшим выздоровлением. Но пара дней мне на это потребуется.
        Надеюсь, никто не заметил, как мы переглянулись с Марысей, переводя стрелки таймера на день назад. Ее телохранителю смертная казнь за наш побег пока не грозила, а подставлять Маркуса во второй раз мне не очень хотелось.
        Азаир, соглашаясь, кивнул, хоть и выглядел при этом несколько недовольным. Но вряд ли он не понимал, что от воина, который не очень хорошо стоит на ногах, многого ожидать не приходится.
        На этом представление было закончено и этот саблезубый тигр, притворяющийся котенком, небрежным жестом потребовал увести несчастного. Тот скорбный взгляд, которым одарил меня уходящий демон, я запомню надолго. Неужели он предпочитал смерть моей охране?! Мне показалось, что мы с ним вполне нашли общий язык. Наверное, я ошибалась.
        - Теперь мне будет хоть немного, но спокойнее, - протянул Азаир и, словно только сейчас заметил, обернулся к подскочившему к нашей группке воину. - Гонец с Проклятых земель?
        - Да, мой повелитель, - четко ответил тот, склоняя голову.
        Тут же проснувшееся чутье меня не обмануло. Наши мужчины собирались заняться самым важным мужским делом - поиграть в войну. Очень своевременно.
        - Мы с герцогом просим нас извинить, но… - договаривать он не стал, лишь нежно поцеловал мою руку. - Я надеюсь, вы не будете без нас скучать.
        - Не беспокойтесь, Азаир, - хмыкнула герцогиня, - я покажу вашей невесте замок. Вчера нам не удалось осмотреть все. - И не успел демон изобразить испуг, якобы представляя возможные последствия предстоящей мне экскурсии, как она, с ласковой улыбкой, которая могла ввести в заблуждение кого угодно, но только не меня, пропела: - Вир, ты же не против, если я в сокровищнице подберу своей будущей тетушке подарок. Такое знаменательное событие…
        Я выгляжу все еще недовольной, но позволяю увидеть Азаиру в своих глазах надежду. Ну, должен же он знать, что женщины любят всякие безделушки.
        Как я и предположила, герцог смотрит на своего господина в ожидании монаршего соизволения, получает одобрение этого плана (ну что может случиться в сокровищнице с двумя барышнями, кроме устойчивого косоглазия?) и кивает.
        - Тебя проводить?
        Теперь закатывает глаза уже Марыся. Так оскорбить собственную жену! И ведь не переигрывает, чисто два голубка воркуют.
        - Я только переоденусь, - улыбаюсь я подруге и только что не пританцовываю от нетерпения, как застоявшаяся в конюшне лошадь.
        У моего милого на морде явное облегчение, словно теперь он знает, как меня усмирять. Впрочем, выводы я делать не тороплюсь, этот кадр относится к категории абсолютно непредсказуемых.
        Наши мужчины покидают двор, забирая с собой эльфа, местного мага и еще одного обманчиво грузного демона, на которого моя ученица смотрит с уважением. Надо запомнить эту личность, на тот самый, пожарный случай. Чтобы за столь короткое время заслужить подобное отношение моей подруги… постараться надо.
        Мы тоже не задерживаемся, мало ли сколько времени у нас в запасе. Вдруг им быстро наскучат их игрушки, и они решат заняться нашими.
        Телохранитель подруги следует за нами, но ее это не смущает, а меня - тем более. Вряд ли его полномочия распространяются и на форт Нокс этой крепости.
        В подземелье мы оказываемся минут через пятнадцать. С учетом довольно извилистого маршрута и множества магических ловушек, мимо которых мы пробираемся без потерь благодаря хорошей памяти моей подопечной, на переодевание мы затратили каждая минуты по две. Не знаю, при каких обстоятельствах возможно повторить этот рекорд.
        - Можешь говорить, - милостиво разрешает она, как только за нами закрывается массивная дверь и опускается решетка, отгораживая нас и от приставленного к ней демона. - Здесь нас подслушать невозможно.
        Я пользуюсь ее разрешением, посчитав, что десяток минут вполне могу потратить на то, чтобы выпустить пар. Речь моя не отличается высоким стилем и сводится к одному: лучше этому, хорошо знакомому мне демону меня не доводить. Потому как в гневе я страшна, а в мести - изобретательна.
        Марыся смотрит на меня с сочувствием, и хотя по глазам вижу, что никак не понимает, чего мне еще, глупой, нужно, но от мысли о побеге не отказывается. И то праздник.
        Возможность высказаться успокаивает, и заканчиваю я свою речь довольным смехом. Прибывший гонец дал мне то самое время на передышку, которого мне и не хватало.
        - Он тебя любит.
        Я игнорирую замечание подруги, прекрасно понимая, что она догадывается о причинах, толкающих меня к побегу. Мы не раз говорили с ней о внутренней свободе, ставя ее значительно выше внешней.
        Замужество не пугало меня, тем более что Азаир, как верно подметила Марыся, меня любил. А я… любила его, не стыдясь признаваться самой себе в этом.
        Но… я хотела иметь дом, в который я могла бы каждый день возвращаться, мужа, встрече с которым бы радовалась, а не навороченную клетку, из которой меня будут выпускать в особо торжественных случаях. Да и дел у меня на Земле было немало. Сколько необученных бабок йожек ждут, когда их найдут и научат пользоваться своими способностями.
        - Нам нужен план замка. Не поверю, что в нем нет какого-нибудь потайного хода, про который все уже благополучно забыли.
        - Архивы рода? Библиотека? - тут же подхватила мою мысль подруга.
        - Не думаю, - с усмешкой заметила я. - Слишком ценно, а библиотека хоть и защищена, но не настолько.
        - Там черт ногу сломит, - со знанием дела возразила мне Марыся. И словно подтверждая мою мысль о том, что она там уже была, добавила: - Там столько книг, что и за сотню лет не просмотришь все.
        - У нас с тобой ста лет нет, - хмыкнула я. А потом ляпнула, представляя, настолько 'логично' это смотрится со стороны: - Будем искать здесь. Не найдем, придется думать, как выбить эти знания из твоего мужа.
        - Пытками, - угрожающе рыкнула она, весьма точно пародируя Азаира, но не довела роль до конца и засмеялась. - Я начинаю надеяться, что мы здесь ничего не найдем.
        Бедный Вир, мне его было уже заранее жалко. Если Марыся за что берется, делает это обстоятельно, не отступаясь, пока не добивается своего.
        Насладиться праздником воображения я ей не дала, прервав, насколько я поняла по ее пылающему взгляду, на самом интересном месте. Спрашивать, на чем она остановилась, изобретая будущие измывательства над собственным супругом, не стала. Вдруг, испугаюсь.
        - Я начинаю справа от двери, ты - слева. Ищи все, что может быть похоже на карту: свитки, старые книги, гобелены. Выноси все в центр (там было свободное место, и стоял круглый стол с двумя креслами, как раз для нас), разбираться будем позже.
        - Думаешь, успеем? - с легким напряжением в голосе уточнила у меня подруга.
        - Думаю, что они поймались на любви женщин к безделушкам и сейчас наслаждаются покоем. А чтобы утвердить их в этом мнении, потребуем обед сюда, а потом и ужин.
        - А завтра продолжим, - поймала она мою мысль, - и уже сами устроим набег на кухню.
        - Как хорошо, что у тебя муж запасливый, - уже откровенно смеялась я, окидывая взглядом то, что напоминало забитый до предела склад крупной оптовой фирмы. - Трудно сразу на чем-то остановиться.
        Ответив мне таким же смешком, Марыся отправилась выполнять приказ.
        Первой, что-то, похожее на древний свиток обнаружила именно она. Залихватски свиснув, позвала меня. Но вместо того, чтобы подойти, я жестом указала ей на стол. Если она считает найденное подходящим объектом для изучения, пусть тащит туда.
        Потом я в груде украшенных чеканкой и камнями кубков заметила приличного размера фолиант. Пришлось поднапрячься, чтобы перетащить его в центр этого огромного помещения. Он явно не был рассчитан на мой вес.
        Затем я позволила себе задержаться у изящной шкатулки, заполненной бусами, серьгами, браслетами и кольцами. Красиво, блин. Я, все-таки, женщина и ничто женское мне не чуждо. Пусть и в весьма скромных размерах.
        Прибросив на себя небрежно брошенное на огромный сундук платье, окликнула подругу. Черный бархат, серебряная вышивка, россыпь камней на лифе. Марыся подняла большой палец, подтверждая мое собственное впечатление - платье было великолепно.
        А потом я увидела ЕГО и не нашла в себе сил пройти мимо. Он словно магнитом притягивал меня к себе, очаровывая скромным изяществом линий, отблесками света от магических светильников на узком лезвии.
        Рукоять отозвалась мягким теплом, когда я сжала ее в ладони, а рука сама прочертила клинком в воздухе замысловатый вензель.
        - Туся! - Голос подруги вывел меня из оцепенения, но вздрогнув от неожиданности, я случайно коснулась острым кончиком кожи.
        Выступившая капля крови показалась мне вспыхнувшим на теле огнем, но прежде чем я успела вскрикнуть, она исчезла, впитавшись в сталь. Подскочившая ко мне Марыся успела заметить лишь вспыхнувший зловещим светом черный камень, служивший кинжалу навершием.
        Марыся. День все тот же….
        Ну что за привычка тянуть руки ко всяким железякам, да еще и острым?! Ведь знает же, что это всегда плохо заканчивается!
        Забыла уже, чем всегда оборачиваются попытки мне помочь, когда я очередной раз ее ступу в гараже ремонтирую? Ощущение, будто привычный инструмент в тусиных руках оживает и начинает изобретательно и жестоко мстить за все годы непрерывной эксплуатации.
        Честно говоря, я вообще не понимаю, как она мечному бою будет учиться. Железо и моя подруга - вещи несовместимые.
        Ну вот, опять порезалась.
        Помянув тихим, незлым словом всяких хвостатых, разбрасывающих оружие(,) где ни попади, я полезла в карман за бинтом. Благо, вчера утром я посещала лекарню именно в этом костюме.
        Но, к моему удивлению, Туся разглядывала обидевшую ее железку без обычного горестного недоумения, как правило, выливавшемся в одном крике души: 'За что?!'. Нет, сейчас в ее глазах был восторг и непререкаемая категоричность ребенка: 'Мое! Никому не отдам!'.
        Пока я пыталась перевязать порезанный палец, потом, чертыхнувшись, вспоминала, что теперь-то я могу с такой пустяковой ранкой и без бинта разобраться, и сосредоточенно заращивала порез, Туся продолжала самозабвенно любоваться кинжалом, невольно заставляя вспомнить неподражаемое 'Моя пре-е-еле-е-ешть!'.
        - Мара… Я его возьму? - да уж, проняло мою подружку. Таких интонаций я у нее отродясь не слышала.
        - Бери, если хочешь, - фыркнула я, настойчиво отгоняя воспоминание о багровой вспышке в глубине черного кристалла, венчающего рукоять, - но только будь осторожнее. Не порежься опять.
        - Ага…
        - Туся, тебе в нем ничего странным не кажется? - решилась я озвучить свои смутные сомнения.
        - А? - голубые глаза наконец-то сфокусировались на мне, и моя подружка-наставница постепенно стала обретать привычный облик опытной Бабки Йожки с весьма внушительным послужным списком, - Кажется. Но разбираться с этим мы будем потом.
        Она сунула клинок в засапожные ножны и решительно пошла в сторону еще не обследованных завалов ценного имущества.
        - Добро, - я не стала спорить и направилась к брошенному на полдороги внушительному фолианту.
        Название сего увесистого труда - 'Летопись дома аль Террен' - было мне уже знакомо, читала аналогичный, сидя у Тусиной постели. Но место хранения этого экземпляра внушало надежду, что я не зря тащу его к столу, напоминая себе бурлака на Волге.
        Добравшись до стола, я оглядела наши трофеи. Две инкунабулы и свиток, ветхий настолько, что, кажется, готов рассыпаться от первого дуновения ветра.
        Переглянувшись, мы единогласно решили начать с него.
        Крайне осторожно, действуя в четыре руки, развернули свиток на столе, жадно вгляделись и… издали дружный вздох разочарования. Вся поверхность пергамента была исписана стихами.
        - В прощальном пламени заката… - начала было нараспев читать Туся, но тут же насмешливо фыркнула и скомандовала: - Сворачиваем. Для лирики времени нет.
        Следующей мы водрузили на стол 'Летопись'. Массивная медная защелка на переплете открылась на удивление легко, обещая посвятить нас в тайны рода аль Террен…
        Увы. Нас опять ждало разочарование. Книга с точностью до запятой повторяла текст библиотечного экземпляра, что в сочетании с ее более древним видом позволяло предположить, что это был подлинник, а в библиотеке хранилась более поздняя копия.
        Но нам это ничем помочь не могло.
        Вторая инкунабула оказалась вместилищем подробных описаний приемов борьбы со всевозможным оружием и без такового. Что было, безусловно, интересно, но тоже никак не соотносилось с решением стоящей перед нами задачи.
        Мрачные, как ночь перед рассветом, мы сидели за столом, молча глядя на не оправдавшие наши надежды сокровища.
        Где еще искать? В библиотеке? На нее и года не хватит, не только тех жалких двух дней, которыми мы располагали.
        В кабинете? Так наши мужчины, решившие поиграть в войнушку, в ближайшее время там дневать и ночевать будут. А если ночевать и не там… то нам это все равно не поможет.
        И все-таки, почему эти, не содержащие никакой секретной информации, книги хранятся в сокровищнице? Нелогично. А демоны, как я успела заметить, чертовски логичны и последовательны в своих действиях…
        А вдруг эти книги не то, чем кажутся?
        Задумавшись, я машинально крутила на пальце перстень-печатку, врученную мне Виром после первого семейного скандала, - уменьшенную копию перстня, украшавшего собой правую руку герцога. С вытянутого ромба, разделенного вертикально на черную и белую половины, на меня смотрела золотая сова, держащая в лапах меч - герб рода аль Террен.
        И точно такая же сова была выгравирована на защелке 'Летописи'…
        Повинуясь внезапному импульсу, я прижала к ней перстень, совмещая изображения. Инкунабула на мгновение окуталась ярко светящимся маревом, заставившим нас отшатнуться. А когда оно рассеялось, нашим глазам предстала совсем другая книга - намного больше и толще первой, в черном деревянном переплете. Только название осталось прежним. Да, дела… я ее теперь, пожалуй, и с места не сдвину. Хорошо, если она обратно превращается. А если нет? Как мы будем следы своих изысканий скрывать?
        - Марыся, ты гений! - Туся от избытка чувств звонко чмокнула меня в щеку и в нетерпении затеребила рукав. - Открывай(,) давай, не томи!
        Я осторожно, на всякий случай рукой с перстнем, открыла защелку и перевернула первую страницу.
        Эта 'Летопись' отличалась от библиотечного варианта, как архив спецслужб от газеты. Вроде описаны одни и те же события, а разница между ними… К тому же здесь обнаружился подробный поэтажный план замка и планы всей крепости - не только чертежи, но и описания магических ловушек и ключей к ним, стационарных порталов и подземных ходов! Именно то, что мы и искали!
        Изобразив от восторга нечто вроде победного танца воинов племени Тимбукту, мы набросились на чертежи, с жадностью поглощая информацию. Вот когда я с благодарностью вспомнила кратковременный роман со студентом архитектурного, оставивший мне в наследство стойкую неприязнь к блондинам и умение разбираться в строительных чертежах.
        Подземных ходов обнаружилось множество - вся территория крепости ниже минус второго уровня напоминала качественный голландский сыр. Но из крепости вели только два. Один шел на юг к центральному тракту, к столице Галерона, т.е. в направлении, одно упоминание которого вызывало у моей подружки нервный тик. А вот другой тянулся на северо-запад и выходил на поверхность в лесу, неподалеку от Залесья - большого села, где было крупнейшее в этих глухих местах торжище. Можно было счесть его подарком судьбы, если бы не одна традиционная ложка дегтя, как водится, портившая вкус всего подарка. Вход в него находился в казармах, в кабинете начальника гарнизона. А если вспомнить, кто был этим самым начальником… Безнадежность предприятия становилась очевидной сразу.
        Вновь помрачнев, мы, молча, гипнотизировали карту, словно надеясь, что злополучный вход волшебным образом переместится в более подходящее место. В женскую купальню, например, или в библиотеку… но, увы, этого, конечно, не происходило.
        Наконец Туся решительно выпрямилась и скомандовала:
        - Отставить уныние! Чтобы мы, да не придумали, как до него добраться?! Вот что: иди за обедом, заодно и бумагу с чем-нибудь пишущим прихвати. Запишем все, что может пригодиться. Вернешься - попробуем тот же фокус с этим добром проделать, - она кивнула на вторую книгу и свиток, - Наверняка, и с ними не все так просто.
        Предложение было разумным. Если ничего не придумывается, нужно взять паузу и посмотреть на проблему с другой стороны. К тому же о завтраке, испорченном измывательствами Азаира, организм уже забыл и настойчиво требовал продолжения банкета.
        Телохранитель ждал меня на последней ступеньке лестницы - ближайшем к сокровищнице месте, где мог находиться посторонний без вреда до здоровья. Сидел, привалившись к стене, в обманчиво расслабленной позе опытного солдата, привыкшего использовать для отдыха любую возможность и, кажется, дремал. Но стоило мне появиться на пороге сокровищницы, стремительно перетек в вертикальное положение и замер, выжидательно глядя на меня.
        Я запечатала двери и направилась вверх по лестнице, остро жалея при этом, что создание порталов мне пока недоступно.
        - Сейчас я распоряжусь насчет обеда, зайду в свои покои и вернусь назад. Раньше ужина мы не выйдем. Так что можешь быть свободен. Отдохни, разомнись… нечего под дверью сидеть.
        - Нет, госпожа.
        - Что нет?
        - Нет - я не могу вас оставить. И нет - вы не можете оставаться в сокровищнице до вечера, так как сегодня должна состояться первая тренировка. Минимум два часа. Приказ Повелителя.
        - Что-то я такого разговора не припомню. Обучение - да, но не было сказано, что оно должно начаться именно сегодня, - прошипела я, начиная наливаться благодарностью к Азаиру, который, даже занимаясь любимыми мужскими игрушками, ухитряется ломать наши планы.
        - Личное распоряжение Повелителя. - Воин стойко проигнорировал мой воинственным шип, всем своим видом демонстрируя, что любые мои капризы будут исполнены, кроме тех, которые не согласуются с приказами Азаира.
        - Скьёльд, послушай, - я сменила тактику и попыталась зайти с другой стороны, - свадьба через три дня. Это очень короткий срок для подготовки, ты же понимаешь. Ни мне, ни невесте сейчас не до тренировок. Есть более важные дела. Вот после свадьбы и начнем. Хоть по три часа, как скажешь.
        Ответом мне послужила черная пустошь взгляда.
        - Начнем сегодня. В любое удобное вам время.
        Последний реверанс меня не впечатлил. Ясно было, что это не уступка, а следование духу приказа - ведь точное время в нем не значилось.
        Проклиная на все лады, но про себя, предусмотрительность повелителя, явно решившего не оставлять нам слишком много свободного времени, я потопала вверх по лестнице. Телохранитель одним прыжком опередил меня и пошел впереди, держась так, чтобы я все время была за его левым плечом.
        Учитывая ситуацию, пришлось поторопиться.
        Распорядившись первому встреченному слуге насчет обеда, я направилась к своим покоям, мстительно представляя, как сейчас захлопну дверь перед носом Скьёльда. Хотелось хоть на несколько минут избавиться от его присутствия.
        Увы, даже этого скромного удовольствия я была лишена. Демон успел перехватить меня на пороге, прислонил спиной к дверям, а сам быстро, но тщательно осмотрел покои. И лишь после этого вышел, оставив меня наедине с моей злостью.
        Попыхтев на манер перегретого чайника, я все же взялась за поиски 'чего-нибудь пишущего'. Идея тащить через весь замок чернильницу и рулон пергамента не вдохновляла меня совершенно. Единственная надежда была на переметную суму моей метлы, в которой всегда хранилось великое множество всякой всячины. Толстая тетрадка, в которой я обычно записывала заклинания, и шариковая ручка значительно подняли мне настроение, позволив даже улыбнуться телохранителю, ждавшему меня в коридоре.
        Он одобрительно кивнул, увидев на мне перевязь с фамильными клинками, хотя… на мгновение мне показалось, что в его глазах промелькнула боль. Но времени понаблюдать за собой он мне не дал, быстрым шагом направившись в сторону сокровищницы.
        Слугам в переходы, ведущие туда, доступ был запрещен, так что мне пришлось самой тащить тяжелый поднос с едой, что ни к наблюдениям, ни к размышлениям как-то не располагало.
        Пройдя последний контроль и распечатав двери, я ввалилась в сокровищницу, напоследок оглянувшись на демона, привычно устроившегося на последних ступеньках лестницы. Он смотрел мне вслед, но понять выражение его глаз я так и не смогла, будучи уверенной только в одном: равнодушным оно не было.
        Тусю я застала за чтением. Увидев меня, она потянулась, разминая затекшую спину (из-за размеров книги читать приходилось стоя), и сообщила:
        - Интересная у тебя семейка.
        - Не у меня, а у Виррана, - буркнула я, устраивая поднос на полу и опускаясь рядом. Снять этого книжного монстра со стола не представлялось возможным.
        - У тебя, у тебя, - рассмеялась подружка, по-хозяйски нарезая мясо. - Или ты хочешь сказать, что разорвешь клятву и вернешься на Землю?
        - Нет, - ответ дался мне тяжело: я не хотела ни лгать, ни расстраивать ее. Но, увы, одно из двух было неизбежным. - Я пойду с тобой, помогу всем, чем смогу, провожу домой, но потом вернусь.
        - Вот видишь, - она улыбнулась с легкой грустинкой, но тут же задорно мне подмигнула. - Не грузись. Будешь приезжать в гости. Да и детишкам твоим стрелялки-бродилки с интернетом явно понравятся.
        - Каким еще детишкам? - оторопела я. Об этой стороне брака я как-то еще не задумывалась. Мне пока и так развлечений хватало.
        - Будущим! - расхохоталась Туся и с аппетитом вгрызлась в роскошный бутерброд.
        Я промолчала, отдавая дань своему.
        Сообщать о предстоящей тренировке и тотальном изменении наших планов я не спешила, по опыту зная, что голодная ведьма гораздо опаснее сытой, и реакция ее на подобные пакости может оказаться непредсказуемой.
        Когда содержимое подноса уменьшилось наполовину, я рискнула сообщить Тусе о предстоящей тренировке и о том, что отсидеться в сокровищнице не получится. Я была уверена, что мой новоявленный телохранитель нас и отсюда выковыряет в служебном рвении.
        - Вот гад хвостатый! - с чувством выругалась подруга, - Интриган… Ладно, придется выкручиваться. Дожевывай и проверь свиток и книгу своим перстнем. А я пока нужные планы замка перерисую.
        Вторая инкунабула на проверку оказалось фамильной книгой заклинаний, вызвавшей у меня неподдельный восторг их количеством и разнообразием, а также навязчивое желание немедленно с ними поэкспериментировать. Сейчас, увы, невыполнимое.
        А вот свиток… когда буквы, от прикосновения кольца заметавшиеся по пергаменту с резвостью тараканов, сложились в новый текст, первый же прочитанный абзац заставил меня ойкнуть.
        - Туся! Посмотри на это! - мой истерический шепот был слышен, наверное, во всех уголках сокровищницы.
        Подружка не заставила себя ждать, видимо интонации моего голоса убедительно свидетельствовали, что случилось нечто неординарное. Хотя, если подумать, все, происходящее с нами в последнее время, попадало под эту категорию.
        Быстро пробежав глазами несколько колонок текста, она замерла, глядя куда-то вдаль, и прошептала:
        - Записки Альдреда по магии крови… Киран… Значит, не только его род владел этими способностями.
        - Вир как-то сказал, что Дар Альдреда был уникален, он обладал способностью примирять непримиримое…
        Туся подняла мою руку так, что фамильный перстень оказался у нас перед глазами.
        - Черное и белое, жизнь и смерть, неразделимые для наделенного мудростью. Значит, Альдред владел магией крови. А в летописи об этом ни слова.
        - А его потомки эту способность утратили.
        - Или просто не хотят к ней обращаться, чтобы не уподобляться Ночным… Так или иначе, для нас этот свиток - просто подарок судьбы.
        - Ты собираешься это использовать? Я даже читать без содрогания не могу, - я непроизвольно передернулась, прогоняя внезапный озноб.
        - Правда? - Туся удивленно взглянула на меня, потом еще раз прочла несколько строк из свитка и пожала плечами. - Вроде, все нормально. К тому же, теперь мы сможем бороться с Кираном его же оружием.
        - Сможем ли?
        - По крайней мере, будем знать, как защищаться. Значит так. Ты занимаешься фамильными заклинаниями - выписывай все, что нам может пригодиться. А я оперативно штудирую этот талмуд. Времени у нас мало. А завтра… неизвестно, как все сложится.
        Следующие два часа мы провели с пользой. Я исписала полтора десятка страниц убористым почерком, тщательно конспектируя наиболее полезные (и простые) заклинания, а Туся успела прочесть весь свиток, но не записала ни строчки. А на мой вопрос вполне резонно заметила, что этот текст лучше из сокровищницы не выносить, да и запоминается он легко. 'Слишком легко' - проворчала я про себя, но заострять внимание на этом не стала.
        Когда настало время покинуть наше убежище, я вернула всем предметам первоначальный облик и растащила все по местам, чтобы скрыть следы наших изысканий. Мне не хотелось, чтобы Вир, заглянув в сокровищницу (почему-то я была уверена, что он будет здесь не позднее завтрашнего вечера), обнаружил, что тайны его рода раскрыты двумя не в меру шустрыми ведьмочками. Меньше знает - лучше спит. А здоровый сон своего мужа я была намерена поберечь.
        Уже у самых дверей я вспомнила о нашей 'легенде'. Не стоило недооценивать память и наблюдательность наших мужчин, рассчитывая, что они забудут о ней.
        - Подарок, Туся. Возьми что-нибудь. - я махнула рукой на сверкающее великолепие.
        - Подарок? - задумчиво почесав кончик носа, она метнулась к сундуку и подхватила черное платье, так впечатлившее ее, - Это подойдет?
        Я скептически оглядела выбор подруги. Платье было, бесспорно, великолепным, но до свадебного подарка, на мой взгляд, не дотягивало. Все-таки, будущая повелительница.
        - Маловато будет. Неубедительно. Надо еще драгоценности к нему.
        - Драгоценности… - пропела Туся, танцующим шагом продвигаясь вдоль череды прозрачных футляров, украшающих стены. Выбор был богатым, т.е. наиболее трудным. Предки моего муженька, похоже, отличались хозяйственностью гномов и все тащили в дом, ничуть не смущаясь разницей в стилях.
        - Эти! - мы воскликнули почти одновременно. Комплект из очень длинных серег и двух браслетов, массивных, но выглядевших изящными благодаря тонкому плетению металла, украшенных такими же камнями, что и лиф платья, подходил к нему изумительно.
        Повеселев, я запихнула футляр в сумку, Туся перекинула платье через плечо, и, напевая наше фирменное 'Как ныне сбирается вещий Олег…', мы направились к дверям.
        Облегчение на морде Скьёльда, когда мы наконец-то возникли на пороге сокровищницы, сменилось ошеломлением, когда он разглядел тусин трофей. Видеть такую реакцию на этой обычно непроницаемой физиономии было настолько странно, что я поинтересовалась:
        - Что-то не так?
        - Это платье… - Демон с видимым усилием перевел взгляд на меня и замер, так и не сформулировав вопрос.
        - Невеста Повелителя выбрала в качестве свадебного подарка. А что, есть какая-то проблема?
        - Госпожа сама смогла взять его?
        - Да, сама. - Эта неадекватная реакция на кусок бархата начала меня раздражать. - Так в чем проблема?
        - Это платье принадлежало Лаэне, первой герцогине аль Террен. - Мне показалось, или в его глазах опять промелькнула боль?
        - И что?
        - Она говорила, что только подобная ей сможет надеть это платье.
        - Что значит 'подобная'? И откуда это знаешь ты? - раздразнил-таки мое любопытство, старый черт.
        Но ответа не последовало. Демон развернулся и пошел вверх по лестнице, привычно оставив нас за левым плечом. И лишь через несколько минут, уже выйдя в коридор, ведущий к покоям повелителя, бросил через плечо:
        - Я давно служу правящему дому.
        Давно - это как? Четыре поколения, что ли? Так это даже для демонов перебор… нет, темнит он. Что-то с ним не так. Вот только что?
        Вспомнив уроки Руфуса, я попробовала посмотреть на своего телохранителя особым зрением, позволяющим отследить магический фон объекта. Вгляделась и непроизвольно присвистнула. Ничего! Совсем ничего!
        Дело в том, что среди демонов рождалось немного сильных магов, намного меньше, чем среди эльфов, например. Но и персонажей с полным отсутствием магических способностей практически не встречалось. На домашние мелочи, типа заговорить оружие от ржавчины, или сапоги от промокания, были способны почти все.
        А тут… в наличии полное отсутствие.
        Для проверки я посмотрела на Тусю и тут же отвела взгляд, обожженный алыми всполохами в ее ауре. Жаль сравнить не с чем. Раньше тоже так было?
        Но так или иначе, спецзрение исправно работает.
        Выводов напрашивалось только два: или он действительно не обладает никакими магическими способностями, или… они настолько велики, что позволяют ему полностью экранироваться.
        Погрузившись в эти размышления, я не заметила, что мы уже подошли к Тусиным покоям. Подружка, бросив нам: 'Я быстро', скрылась за дверью, и буквально через минуту возникла вновь, уже без своих трофеев, но при перевязи и мече.
        Туся и меч! Все чудесатее и чудесатее.
        - Откуда? - кивнула я в сторону меча. Показывать пальцем казалось неправильным, а коснуться его я не решилась.
        - Подарок Азаира. Искра.
        - Аллэн, - коснулась я рукояти своего. - Подарок Вира. Похоже, наши мужчины мыслят на редкость одинаково.
        Туся фыркнула, соглашаясь, и повернулась к Скьёльду.
        - Куда теперь?
        - На тренировочную площадку. Нас уже ждут.
        Нас уже действительно ждали.
        Но не мой личный мучитель Баал, а еще один гвардеец повелителя. Тоже немолодой, но с лукавой и подвижной физиономией, выдававшей в нем записного шутника и забияку.
        - Лукас.- представил его мой телохранитель. - Редкий разгильдяй, но один из лучших мечников гвардии.
        'Разгильдяй' хмыкнул: 'Не льсти, не дама', довольно сощурившись, оглядел наши тушки, и поинтересовался:
        - Твоя которая?
        Вот хам… ответ Скьёльда опередил меня на мгновение.
        - Я обучаю герцогиню. Ты работаешь с госпожой Тусей. И постарайся не забывать, что она твоя будущая повелительница.
        Лукас отвесил издевательский поклон и направился к стойке с оружием.
        - С чего начнем?
        - С азов.
        - То есть с палок… - ухмыльнулся демон и подхватил со стойки четыре деревянных меча, хвала Стихиям, все-таки выбрав для нас более легкие.
        - Итак, леди, приступим. Наша цель научись вас защищаться и в том случае, если ваши магические способности окажутся полностью заблокированы. Поэтому магией не пользоваться. Есть только вы, меч и противник. Все понятно?
        Мы, молча, кивнули, занимая места напротив учителей, случайно потерявших где-то буквочку 'м'. Туся успела послать мне взгляд, который можно было перевести, как обещание крупных неприятностей одному конкретному демону, и понеслось.
        Атака - блок. Раз за разом, до полного автоматизма.
        Атака - блок - контратака. Еще раз сто.
        Вот когда я с благодарностью вспомнила трехчасовые издевательства Баала. Конечно, многому за неделю я научиться не могла, но сейчас довольно уверенно повторяла простейшие связки, не путаясь в собственных конечностях.
        Темп увеличивался, движения усложнялись.
        Атака - уход - контратака.
        К моему удивлению, Туся легко справлялась с заданием, танцующе ускользая за спину демона и атакуя его сзади. В ее физической форме я не сомневалась, все-таки армейское детство и многие годы занятий танцами не прошли для нее бесследно, но сейчас было видно, что с основами мечного боя она тоже успела познакомиться. Сделав себе зарубку на память выяснить, кто же приложил лапу к ее воспитанию, я сосредоточилась на своем оппоненте. В ход уже пошли подножки и секущие удары мечом по ногам, так что времени смотреть по сторонам просто не было.
        Поэтому момент, когда Туся кубарем вкатилась между мной и Скьёльдом, стал для меня неожиданностью. Очевидно, какая-то подножка все-таки достигла цели.
        Пыльная и злая, она рывком поднялась на ноги, проигнорировав протянутую руку Лукаса. И с упрямством бульдога вновь направилась к их зоне площадки, явно желая взять реванш, не заметив, что заветный кинжал остался лежать в пыли.
        - Туся! - я хотела поднять 'ее прелесть', но ощутимый удар тока по пальцам заставил меня отдернуть руку. Что за черт?!
        Скьёльд мягко оттер меня в сторону и поднял кинжал, внимательно рассматривая непокорное оружие. И, кажется, не испытывал при этом никаких неприятных ощущений.
        Кристалл же в навершии рукояти вновь засветился багрянцем, словно приветствуя держащую его руку.
        - Откуда это у Вас, госпожа? - вопрос прозвучал ровно, но настойчиво, не оставляя возможности его проигнорировать.
        - Выбрала в сокровищнице, как один из подарков к свадьбе, - ответила я за подругу.
        - И он пришелся Вам по руке? - некоторая двусмысленность интонаций заставила нас напрячься.
        - Да. - Сухо сказала Туся, забирая кинжал из рук телохранителя и вновь пряча его в засапожные ножны.
        - Будьте осторожны с ним, госпожа. Это очень… острое оружие.
        - Успела заметить, - буркнула моя подружка, разворачиваясь к нам спиной.
        Демон проводил ее задумчивым взглядом, так и не заметив такого же моего. Непонятки в его поведении озадачивали, взывая к поискам разгадки, но времени на это, увы, не было.
        Появление слуги с сообщением, что наши мужчины ожидают нас, чтобы сопроводить на ужин, было встречено с радостью. А появление Руфуса - с неподдельным восторгом, так как спасало нас от долгого пешего пути на истерзанных ногах.
        Маг доставил нас прямиком в центральный холл жилого этажа, из которого два коридора вели в левое и правое крыло замка. На них стояла защита, не позволявшая никому, кроме самих хозяев, проходить сюда порталом, так что холл был ближайшим местом, куда Руфус мог провести нас. Поминая добрым словом демонскую паранойю, мы расползлись 'по домам'. Я - с облегчением, Туся - не скрывая мефистофельской улыбки. Похоже, она планировала сполна отыграться за сегодняшнюю заботу. И мне оставалось лишь мысленно посочувствовать бедному демону, которого угораздило влюбиться в Бабку Йожку.
        Вир встретил меня поцелуем, подхватив на руки, едва я перешагнула порог, и сразу отнес в купальню. Ванная уже была готова, обещая целый час тихого блаженства, а близость любимого мужчины кружила голову. Откровенно говоря, я плохо представляла себе, как я его покину, пусть даже на время. Я не хотела причинять ему боль, но не могла сейчас ничего сказать, кроме сказанного ранее, не опасаясь, что он догадается о запланированном побеге. Поэтому мне оставалось лишь пылко отвечать на его ласки, пытаясь прикосновениями выразить глубину своих чувств.
        В назначенный час мы вышли из покоев, являя собой образец супружеской пары. Вир выглядел вполне довольным жизнью. А я… лишь твердо решив написать прощальное письмо с обещанием непременно вернуться, мне удалось обрести подобие душевного равновесия.
        В трапезной зале нас ждал весь местный бомонд. Даже несколько новых лиц прибавилось, хотя гости на свадьбу Туси должны были начать прибывать лишь послезавтра утром. Представить мне их не успели, так как следом за нами мажордом объявил о прибытии Повелителя.
        Что сказать… вошедшая пара была великолепна. Азаир без лишних слов и титулов просто подавлял своей мощью, а его спутница…
        По залу пролетел вздох восхищения. А Скьёльд, стоящий за моим стулом, чуть слышно выругался и подался вперед, заставив пошатнуться это монументальное сооружение. Резное дерево спинки жалобно хрупнуло под его пальцами, но демон не обратил на это ни малейшего внимания. Он просто пожирал взглядом мою подругу. Не спорю, в платье и драгоценностях, прихваченных нами сегодня из сокровищницы, она была ослепительна. Черный бархат оттенял осеннее золото волос и белизну кожи, а тяжесть серег - изящество шеи. Но чтобы так реагировать?! Еще одна непонятка в копилку загадок моего телохранителя.
        Увы, времени разгадывать их у меня нет. А когда я вернусь… как бы он из моего телохранителя не превратился в моего тюремщика. Не хочется думать о грустном, но вряд ли Азаир, при всей широте своих взглядов, простит мне деятельное участие в побеге своей невесты. Так что шансы оказаться в темнице вместо супружеской спальни можно оценивать, как достаточно высокие. Но… где наша не пропадала. Своей подруге я в любом случае помогу. А с проблемами буду разбираться по мере их возникновения.
        Туся. День….
        Тянуть дальше было невозможно. По агентурным данным, добытым Марысей, мой телохранитель должен был приступить к своим обязанностям завтра поутру. Так что у нас оставалась половинка сегодняшнего дня, часть из которой была занята очередной тренировкой и ночь.
        Ночь… рассчитывать на то, что ночью нам с подружкой удастся избавиться от своих мужчин, было наивно. Да и попасть надо было не просто в казарму, а в кабинет начальника гарнизона. А им был… вспоминать об этом демоне мне не хотелось, успел он произвести на меня соответствующее впечатление. Один вчерашний вечер чего стоила!
        Мысль работала в многопроцессорном режиме. Варианты возникали, обрабатывались со всеми визуальными и аудио-эффектами, некоторые из которых вызывали истерический хохот, сначала у меня одной, а затем уже и у ученицы, когда она настойчиво вытребовала, чтобы я поделилась с ней результатами творчества моего воображения.
        Особенно мне понравился тот, где мы ползли по-пластунски, стараясь ничего не задеть выступающими частями тела и прихваченным с собой багажом. Если принять во внимание, что нужное нам помещение находилось в дальнем конце казармы и вел к нему длинный коридор, в котором (по словам той же Марыси, старым схемам мы в этом случае не доверяли) находилось как минимум два дежурных поста, а демоны, как и эльфы, превосходно видели в темноте, то выглядело это не только комично, но и самоубийственно.
        Еще одним способом проникнуть в кабинет, был дымоход камина. В связи с теплым временем года вряд ли его зажигали, так что процесс копчения нам не грозил. Но вот какими мы из него вывалимся…
        Найти причину навестить начальника гарнизона, там ударить его чем-нибудь тяжелым по голове… От этого зрелища я сползла по ближайшей стене. Чтобы добраться до его головы, нужно, как минимум, заставить его сесть на стул, да и то подпрыгивать придется. Да и не сядет он в нашем присутствии.
        Опоить… алкоголь на них практически не действует, да и подозрительно будет.
        Намагичить какую-нибудь дыханиеспирающую дрянь… для себя придется еще и противогазы сооружать, а с их конструкцией лично я плохо знакома. Да и долго все это.
        Соблазнить… Боюсь, этот оловянный солдатик относится к категории особо стойких, остановит нас еще на дальних подступах, да отправит разбираться к суженым.
        Устроить поджог в противоположном крыле, а самим под этот шумок проникнуть в его хоромы…
        В этой идее было нечто привлекательное, вот только делать это все днем… слишком много свидетелей, каждый из которых вполне способен задаться вопросом: и куда это несутся эти две невменяемые барышни?
        Чем больше вариантов я отвергала, как не прошедших критический разбор, тем сильнее склонялась к тому, что бежать мы можем только ночью. А для этого только и нужно было - устроить небольшой шухер.
        Правда, и в этом случае оставался телохранитель Мары, но уж с этим мы должны были справиться. Он, как и всякий другой демон, был далеко не хрупкого телосложения, но мог подпустить достаточно близко, чтобы мы смогли вывести его из дееспособного состояния. Временно, конечно. Не душегубы же мы, только и хотим, снова обрести свободу, которой нас лишили.
        - Ты устроишь мне прогулку по галереям крепостной стены у южных ворот? - Идея родилась, как всегда, неожиданно. Но… во всей своей красе.
        Ученица посмотрела на меня вопросительно, но я никак не прокомментировала свое пожелание.
        - До или после тренировки?
        - До. После нам будет не до прогулок.
        Выдержка Марыси оказалась выше всяких похвал. Я видела, как разгорается любопытство в ее глазах, но она просто ждала, когда я продолжу. Вот только сделать я этого не могла, то, что я придумала, должно стать сюрпризом и для нее. Слишком многое поставлено на карту, чтобы рисковать планом. Неосторожный взгляд, усмешка…
        Наши мужчины относились к разряду тех, с кем играть было более чем опасно. У них был нюх. А у нас… хитрость. Да одно заклинание, на которое я обратила внимание, листая второй из найденных нами в сокровищнице фолиантов.
        Воспоминание об этой инканабуле вызвало в памяти и другое, о свитке. Стоило мне прочесть только первый абзац, чтобы понять, моя догадка относительно найденного кинжала имеет право на существование. Необычная это игрушка. Ох, насколько необычная!
        Ну а взгляд ученицы только подтвердил мои предположения. Она думала так же, как и я.
        - Значит так, - наверное, впервые за все время пребывания здесь, я отбросила скрывающий ото всех мой истинный характер насмешливый тон. Нет, я любила веселье, обожала розыгрыши и шутки, я позволяла даже относиться к себе снисходительно и производить впечатление нуждающейся в опеке, но… это была лишь одна из множества я. Сейчас же во главе должна была встать другая. И Мара с ней уже встречалась. - Уходить будем ночью, в полночь. Как только начнется шум, и Вир тебя покинет, руки в ноги и бегом к казарме. На свою тень внимания не обращай, вряд ли он будет тебя останавливать, если только следовать за тобой. Встречаемся под теми тремя дубами, которые мне так приглянулись. Когда подойдешь к ним, сделай вид, что запнулась.
        - Ты его не покалечь, - хмыкнула подруга.
        - Ничего страшнее легкой звездной болезни, - уверила я ее, намекая на неизбежность встречи его головы с быстродвижущимся предметом. - Я думаю, к этому моменту кабинет будет уже свободен, да и постовым будет не до нас.
        - Что придумала, не расскажешь?
        Я, с улыбкой, качнула головой.
        - Не расскажу. Но еще об одном попрошу. Когда во время тренировки я начну вести себя неадекватно, постарайся выглядеть озабоченной.
        - Озабоченной твоей невменяемостью или ее последствиями? - со смешком уточнила Марыся.
        - И тем, и другим, - буркнула я и замолчала. Очередной этап военных игр наших мужчин был завершен, и они, все еще что-то увлеченно обсуждая, с настойчивостью самоходной установки направлялись к нам.
        Обед прошел как обычно. Уже, как обычно. Я начала привыкать к изяществу обстановки, монументальности демонов, их не всегда ненавязчивой заботе. Я начала привыкать к тому, что я - женщина. Любимая женщина. Почти, как любимая игрушка.
        С последним надо было срочно что-то делать.
        Затем Азаир с герцогом, очень сильно извинялись, что вынуждены вновь нас покинуть. Мы же делали вид, что безумно этим фактом расстроены. Все-таки, талант либо есть, либо его нет. У нас он присутствовал. Так что нам не только поверили, но и милостиво разрешили посетить местные злачные места. Одним из них и стала та самая галерея, которую я облюбовала для своего шоу.
        Несколько капель крови, пролитых тем самым кинжалом, должны были привязать меня к длинному коридору с узкими окнами-бойницами. В одно из них мне удалось незаметно бросить несколько мелких камушков, так же окропленных моей кровью.
        Ну, Азаир, надеюсь, такого развлечения в твоей жизни еще не было.
        Правда, я зря заранее начала праздновать победу. Тот самый эльф, которого я, вроде бы, должна была считать своим спасителем и на этом основании испытывать благоговение (если что и испытывала, то какую-то настороженность, словно он был мне чем-то опасен), посматривал на меня с таким вниманием, что я едва не дрогнула, собираясь отказаться от плана. Хорошо, что сумела вовремя взять себя в руки и использовать его в своих целях.
        Когда мы в очередной раз продефилировали мимо него, я резко остановилась и с тревогой в голосе спросила:
        - Ты ничего не чувствуешь? - И, не дожидаясь ответа, добавила: - Бедой пахнет, словно вот-вот что-то произойдет.
        - Как тогда? - Тут же сориентировалась Марыся, стирая улыбку со своего лица.
        - Не знаю, - хмуро пробурчала я, едва сдержавшись от того, чтобы не захохотать в голос.
        Все-таки репутация - вещь хорошая. Местные ведьмочки своими дарованиями создали нужную мне сейчас атмосферу. Кто сможет доказать, что я ничего не чувствую?! Да никто, включая этого зубодробительного эльфа. Может, я ощущаю то, что недоступно их магии.
        Подружка, конечно, хотела бы получить соответствующие разъяснения, но требовать их с меня не стала. Наверное, решила поймать кайф по полной, пытаясь разгадать то, что я задумала.
        Вечерняя тренировка могла войти в анналы демонской истории. Несмотря на магическую защиту, в которую я была облачена, словно в рыцарский доспех, я умудрилась получить ранение. Легкое, но взбудоражившее едва ли не всю крепость. Не бывало такого, чтобы на теле при ее использовании оставалось что-либо страшнее синяка. У меня ж была целая царапина.
        Азаир, вызванный по такому случаю с заседания военного совета, смотрел грозно, требуя немедленно ему объяснить, как такое могло произойти. Вир внешне был холоден, как глыба льда, но по мерцанию в его глазах можно было делать вывод, если он не сдержится, то здесь камня на камне не останется. Еще бы, такой позор! Почти покушение на невесту повелителя, да еще и в его замке.
        Баал недобро смотрел на местного мага, тот, растерянно, на эльфа, ища у него поддержки. Сам тонкокостный - глубокомысленно осматривал меня, пытаясь понять, что же со мной не так. Марыся глазки не закатывала, такому бы никто не поверил, но ладошку к груди, где находится сердце, прикладывала.
        Я же, на разные голоса уверяла, что со мной все в порядке, а тонкая полоска на моей коже заживет, как на кошке. Мне никто не верил. И… правильно делал. Потому что нельзя верить тому, кто тяжело вздыхает, то бледнеет, то краснеет, то едва сдерживает слезы и с каким-то маниакальным упорством посматривает на южную стену.
        Ради такого случая я даже в главного демона вцепилась, чтобы он лучше ощутить мог, как по моему телу дрожь пробегает.
        Короче, закончилось все к моему удовольствию. Азаир приказал усилить охрану замка, попросив эльфа и мага понаблюдать за обстановкой. Возможно, он и хотел бы пообщаться со своим каким-то там племянником, но я не отпускала его ни на мгновение, так что он счел за лучшее, подхватить меня на руки и унести в наши с ним покои. Успокаивать.
        Нечто подобное проделал и Вир с моей подружкой, только она шла своим ходом, но тяжело опираясь на его руку.
        Эх, наивные албанские мальчики! Они еще не знают, что значит шухер в исполнении доведенной до предела бабки йожки.
        Вечер медленно вступал в свои права. Пробивающийся сквозь витражные окна спальни свет становился все тусклее, скрывая яркие краски лежащего на полу ковра, добавляя призрачности охапке цветов в огромной напольной вазе. А я все сидела, укрывшись в объятиях демона, слушала, как гулко стучит его сердца, наслаждалась его теплом.
        По мере возможности я старалась быть честной с самой собой, вот и в этот раз не стыдилась признаться: да, я хочу от него сбежать, но… мне будет приятно, если он, рано или поздно, но найдет меня и вернет. Но пусть это лучше будет поздно. Вдруг нам обоим хватит этого времени, чтобы понять: нам друг от друга никуда не деться.
        Наверное, я задремала, потому что, неожиданно открыв глаза, поняла, что время как раз близится к полночи. Сонно засопев, я потянулась, тут же наткнувшись на встревоженный взгляд демона. Он успел активировать магический светильник, так что в комнате было довольно светло.
        Мои руки шаловливо коснулись его мощной шеи, вызвав у него невольную улыбку. Рано же он расслабился!
        - Я быстро, - шепнула я, выскальзывая из его рук и, раздеваясь прямо по пути, направилась в купальню. Все равно переодеваться.
        Азаир попытался последовать за мной, но я погрозила ему пальчиком, и закрыла за собой дверь.
        Теперь счет шел буквально на минуты. То заклинание, которое мне запомнилось, имело максимальную силу лишь четырежды за сутки. На рассвете и закате, в полдень и полночь. Ждать целую ночь я не собиралась, мало ли что за это время может случиться. Возьму вот и передумаю сбегать.
        Кинжал коснулся пальца, набухла алая капля, слова сорвались с губ, а взгляд устремился туда, где я оставила свою кровь, до мельчайших подробностей припоминая все, что запечатлела память.
        Вот тоненькая тропинка, бегущая через заросшее разнотравьем поле. Вот два тонких деревца склонились друг к другу, словно влюбленные. Вот блеск бегущей воды, река полукругом окружала крепость, защищая ее собой от посягательств. Вот на мерцающей лунной дорожке соткалась хрупкая женская фигурка. Она была далеко от меня, но мы смотрели в глаза друг другу и… улыбались.
        Она была создана моим воображением, но это не мешало ей с радостью принять участие в этой игре.
        Нежная голубая ткань с всполохами бледно-желтого скользила по ее телу, как струится вода с ладони, стоит ее зачерпнуть.
        Вторая девушка вышла из похожего на темное пятно леса. Тряхнула гривой жгуче-черных волос, которые заменяли ей одежду и, не приминая травы, побежала к своей товарке, появившейся первой. Но, ступив на тропинку, вдруг взмахнула крыльями и вороном полетела в сторону крепости.
        А там, у каменной кладки, невидимой замерла еще одна. Алое платье под темным плащом, вместо зрачков - кипящая лава.
        - Туся! - позвал меня мой нетерпеливый демон.
        Но он уже ничего не мог испортить. Картинка ожила и теперь мои невольные подружки могли действовать самостоятельно, исполняя мое желание. И пусть никто в это ночь не будет покалечен… надеюсь, Азаир оценит мой извращенный юмор.
        - Иду, - радостно фыркнула я и… отпустила нить плетения, шепча заключительные слова. - В добрый путь, живи своей жизнью.
        Зычный крик: 'Тревога!' - ворвался сквозь раскрытую дверь балкона, когда я только входила в спальню.
        Быстрые крошки!
        'Тревога!' - вторил ему второй, затем третий. Звук рожка, с трудом различимые команды, резкий стук в дверь.
        - Мой повелитель, нападение! - раздалось из гостиной, куда кинулся Азаир. - Возможно, тсервы!
        - А этим здесь что надо?!
        Рык демона был слишком громогласным, я чуть не оглохла. Пока приходила в себя, он уже оказался рядом:
        - Иди к Марысе, если будет тревожно, спуститесь в сокровищницу, туда, кроме нее, никто не проникнет.
        - Будь осторожен, - я прижалась на мгновенье к нему, скрывая многообещающую улыбку. Осторожность ему не помешает. Правда… Эх, жаль, не удастся посмотреть до конца.
        - Ничего не бойся, - он коснулся губами моего виска и вылетел в коридор.
        Именно этого момента я и дожидалась. Костюм, кинжал вернулся в сапог, словно всегда там был, небольшой дорожный баул со сменой белья, заговоренный кошель с деньгами, широкий пояс со стратегическим запасом, метелочка, которая от нетерпения едва не повизгивала, подсвечник. Хороший такой подсвечник, как раз, чтобы вырубить одного конкретного демона.
        Мой путь лежал в то крыло, где обосновались хозяева замка. Как я и ожидала, никого из встреченных мною по дороге не смутило мое появление. Ну а небольшое такое заклинание отвода глаз избавило от лишнего любопытства. Не каждую ночь невеста повелителя носится по коридорам, таская в руках довольно объемную котомку. Про подсвечник я вообще молчу. Это была, так сказать, дань глубоко скрытой романтичности демонов. Любили иногда они побаловать себя свечами.
        Второе мое ожидание тоже сбылось, я слышала голос подруги, убеждающий своего телохранителя, что она просто не может находиться здесь. Значит, я приду на место встречи первой, как и собиралась.
        Выбраться из замка оказалось довольно просто. Будь поблизости Азаир, он бы заподозрил неладное, ощутив знакомые ему плетения, остальные же меня сейчас просто не замечали.
        А вот пробираясь к казарме, я едва не зазевалась. Мое огненное создание под неслышную музыку танцевало стриптиз на одной из открытых галерей, которую я выбрала как раз за хороший обзор. Ее тело двигалось, напоминая огонь. То замирая на мгновенье, то взлетая вверх нетерпеливыми всполохами. Руки скользили вверх-вниз, обрисовывая все изгибы, то приоткрывая затянутую в черный чулок ножку, то оголяя плечо, то вырываясь из тесных объятий похожего на лоскутки платья. Еще двое не отставали от своей огненной подружки.
        Вряд ли бы мои демоны восприняли явление этих барышень, как угрозу, если бы взирающие на эти фокусы не пытались, отталкивая друг друга, пробиться за мерцающую сферу, окружавшую моих сообщниц, не мелькали за стеной в ночи тусклые огоньки, да не слышался доносящееся оттуда же бряцанье оружия.
        - Баал, немедленно отряд в мои покои. Кажется, я знаю, чьих рук это дело! - Раздалось неподалеку, вырывая меня из творческого ступора.
        Вот ведь, гад, даже не дал насладиться собственным художеством!
        Возможно, и к лучшему. Картинка была слишком заманчивой, сама бы не оторвалась.
        К назначенным деревьям я как раз успела. Только замерла, прижавшись к шероховатому стволу, как услышала негромкий голос Марыси.
        Затем был тихий вскрик, послуживший мне сигналом к действию, и… подсвечник опустился на голову бедного демона.
        А вот не надо стоять между мной и свободой.
        Марыся. День тот же, плавно перетекающий в следующий…
        Надеюсь, Туся не перестаралась. Ручка у нее хоть и изящная, но тяжелая. Причем, пока под эту самую ручку не попадешь - ни за что не догадаешься.
        А Скьёльда мне было элементарно жалко. Все-таки ничего плохого лично мне он не сделал. А что в телохранители попал - так то не его вина. А скорей беда. Вот и сейчас - мы сбежим, а ему еще перед Азаиром оправдываться придется…
        Но на рефлексии времени не было. Боевые пятерки демонов, как оглашенные, метались по двору, но постепенно это броуновское движение приобретало четкую упорядоченность. Воины в черной форме личной гвардии Повелителя двигались ко дворцу, а все местные - в сторону южных ворот. К казармам никто пока внимания не проявлял. Но не стоило наивно полагать, что это надолго.
        Подсунув под пострадавшую голову демона его же свернутый плащ, я рысью устремилась вслед за подругой. Чтобы попасть в кабинет начальника гарнизона, нам предстояло пройти еще два поста стражи. То есть четырех воинов при исполнении, в полном вооружении и при ярком свете. На таких ни подсвечников, ни подвернутых лодыжек не напасешься. А потому действовать мы договорились просто и нагло.
        К казармам мы подлетели ноздря в ноздрю. И, не сбавляя хода, вломились в коридор, переполошив двух часовых воплями: 'Спасите! Помогите! За нами гонятся!'. Демоны без малейших колебаний кинулись наружу в поисках врага, посмевшего угрожать нашим драгоценным особам. А мы, не мешкая, побежали дальше по длинному коридору, в конце которого находился вожделенный кабинет, охранявшийся еще одной парой часовых. Подлетев к ним и старательно изображая последнюю стадию испуга на грани обморока, я прошептала:
        - На крепость напали. Герцог приказал нам спрятаться здесь.
        Демоны переглянулись и расступились, пропуская нас к двери. Хвала Стихиям, никто из них не задался вопросом, зачем двум леди, озабоченным сохранностью своих драгоценных шкурок, весьма увесистые котомки за спиной? Великое все-таки дело - эффект неожиданности…
        Только ввалившись в кабинет и закрыв тяжеленную дверь на засов, мы перевели дух. И сразу же бросились на поиски потайной двери. На схеме она располагалась слева от входа, за массивными книжными стеллажами. Но как ее открыть - не было сказано ни слова. Точнее, сказано лишь одно - рука друга укажет тебе путь.
        Что делать? Обшаривать резьбу, обильно украшавшую столбики, разделявшие книжные полки? Дергать по очереди все книги, в надежде, что какая-то из них окажется тем самым 'спусковым крючком'? Так тут этих книг несчитано - от пола до потолка! Обследовать письменный стол?
        Пришлось собрать мозги в кучку и попытаться включить инженерное мышление.
        А если не плодить сущности и воспользоваться бритвой Оккама? И просто-напросто поискать изображение пресловутой руки?
        Я телеграфным стилем изложила свои соображения подружке, и мы принялись искать хоть какое-то подходящее изображение.
        Увы, Тусин обрадованный вопль 'Нашла!' совпал по времени с первым деликатно-громогласным стуком в дверь.
        - Леди, откройте! - Командный голос Баала не узнать было невозможно. - Опасность миновала, вы можете выйти.
        - Правда? Вы уверены? - голосом крашеной блондинки протянула Туся, сосредоточенно издеваясь над деталью резьбы, изображавшей руку с открытой ладонью.
        - Уверен! - рявкнул Баал, явно начиная подозревать нас в чем-то нехорошем, - Я отвечаю за свои слова.
        - Сейчас, сейчас, - вступила я в этот содержательный диалог, - засов заело, сдвинуть не можем.
        В этот момент раздался тихий шелест повернувшегося вокруг своей оси стеллажа и Туся рванула меня за пояс в направлении обнаруженного подземного хода.
        - Пошли! Быстрее! Дверь долго не выдержит!
        - Сейчас! - я лихорадочно активизировала заранее приготовленное заклинание, стараясь не запутаться в сложном плетении. - Финальный аккорд. Мы должны уйти красиво.
        - Не перестарайся, стажерка, - сочла нужным предостеречь меня подружка, вспомнив о роли моей наставницы. Но мешать не стала, а подхватила обе котомки и проворно нырнула в подземный ход.
        Когда заклинание запульсировало на кончиках моих пальцев, ожидая только замыкающего слова, я встала рядом с подругой так, чтобы не перекрывать ей обзор входной двери, но иметь возможность мгновенно закрыть вход в тоннель.
        - Леди, мы ждем! - к рыку Баала присоединился мелодичный тенор эльфа.
        И этот явился! Очень хорошо! Тем веселее будет… окружающим.
        Честно говоря, мне не хотелось, чтобы под подготовленное заклинание попали Вирран или Азаир. А вот великий целитель и грозный начальник гарнизона - совсем другое дело.
        - Извини, Баал, но у нас другие планы, - уже нормальным голосом сказала я, - Не скучай, скоро увидимся.
        Ответом мне стали мощнейшие удары, от которых тяжеленная дубовая дверь с металлической оковкой хрустела, как фанерная.
        - Мара! Чего ты ждешь?! - Тусе явно было не по себе.
        - Сейчас увидишь, - я напряженно ждала подходящего момента. И когда засов с грохотом отлетел к окну, а на пороге воздвиглась монументальная фигура демона в боевой ипостаси, на шаг опережаемая гибким, стремительный эльфом, я отпустила плетение, шепнув ему вслед замыкающее слово.
        Серебристая дымка соскользнула с моих пальцев, устремляясь к вошедшим, на ходу принимая облик двух нереально прекрасных девушек, гибких и чувственных, с глазами, пылающими неутолимой страстью. Мой первый вызов духов нижнего мира удался.
        Суккубы скользнули навстречу разъяренным мужчинам и приникли к их губам, нимало не смущаясь ни настроением своих жертв, ни окружающей обстановкой.
        Изящная блондинка с высокой грудью, облюбовавшая Баала, ухитрилась повиснуть на нем, обхватив ногами талию, и запойно целовала, не замечая ни крайне внушительных клыков боевой ипостаси, ни попыток бедного демона отодрать ее от себя, и при этом еще ухитрялась расстегивать пряжки ремней доспехов.
        Эльфу повезло меньше. Доспехов на нем не было, а его черноволосая суккуба отличалась еще большей настойчивостью и пылкостью нрава. В считанные секунды она сумела избавить белобрысого и от камзола, и пуговиц на рубашке. Попытка эльфа выбежать из кабинета была пресечена на корню и он оказался плотно притиснутым к ближайшей стене. Гибкое тело змеей обвивалось вокруг эльфа, руки скользили по телу, губы, казалось, покрывали поцелуями каждые миллиметр его кожи.
        О наших скромных персонах все как-то забыли…
        Растерянность в рядах воинов, стоявших в коридоре, постепенно сменялась легкой истерикой. Нет, они еще не смеялись в голос, но были недалеки от этого. И можно было не сомневаться, что на ближайшее время тема для шуточек у всего гарнизона будет только одна.
        Раздался грохот - блондинка таки ухитрилась снять кольчужную рубаху Баала, и теперь ласкала мощный торс, мурлыча от удовольствия. Демон рычал, пытаясь оторвать ее от себя, но никак не мог схватить гибкое создание, подвижное, как капля ртути. К тому же, суккубы, будучи воплощенными духами нижнего мира, силой немногим уступали демонам, что добавляло остроты ощущениям жертв, привыкших к своему безусловному физическому превосходству.
        Ошалевший эльф, в своих попытках хоть как-то погасить это ожившее пламя, упустил стратегически важный момент, когда в руках суккубы оказалась пряжка ремня его брюк. Лишь ощутив, как эта важнейшая деталь туалета каждого мужчины вознамерилась покинуть его тело, эльф сдавленно пискнул и опрометью кинулся к дверям, ухитрившись в этом порыве выскользнуть из цепких ручек горячей брюнетки. Суккуба бросилась за ним, едва не столкнувшись с Вирраном, внезапно возникшим на пороге.
        Упс, вечер перестает быть томным…
        Моему благоверному хватило одного взгляда, чтобы оценить ситуацию. Развеивающий пасс в сторону блондинки и крик 'Мара, остановись!' практически совпали по времени. Но, увы, он только смог лишний раз убедиться в женском коварстве. Суккуба сумела увернуться от брошенного им заклинания, скрывшись за широкой спиной Баала, и тут же выскочила в коридор, видимо, решив больше не искушать судьбу. А я, прошептав: 'Прости, милый, но так надо', захлопнула дверь под самым его носом, успев увидеть тело, распластанное в бешеном прыжке. И… заревела под аккомпанемент запоров и противовесов, исправно пришедших в движение где-то в толще камня. Теперь, пока мы не выйдем из тоннеля, никто в него попасть не сможет. По крайней мере, именно так была описана система безопасности в 'Летописи'.
        Туся, с проницательностью бывалой Бабки Йожки без слов поняв мое состояние, взяла рыдающую меня на буксир. Впрочем, и с ее стороны периодически доносилось нечто, весьма напоминающее всхлипы. Быстро передвигаться в таких условиях было затруднительно, но, увы, необходимо. Подземный ход был достаточно длинным, и если мы не успеем выйти из него и затеряться в лесу до подхода наших демонов, можно смело примерять на себя роль мышки в мышеловке с ну очень злым котом у единственного выхода.
        Одно радовало: сей стратегически важный маршрут содержался в идеальном состоянии. Ни тебе булыжничков под ногами, ни пауков с витиевато развешанными по углам паутинами, ни запаха затхлой сырости, который ассоциировался у меня с подобного рода объектами. Все чинно, благородно и… по-демонски скрупулезно. Раз потайной ход, значит, ловушки-западни на каждом шагу. А если не на каждом, то через один.
        Так что пришлось мне взять себя в руки и занять место во главе нашей маленькой колонны. Фамильный перстень давал мне возможность загодя обнаруживать и обезвреживать ловушки.
        Сбившись со счета на второй сотне, я перестала считать эти подтверждения демонской паранойе, а заодно и следить за временем, не загадывая дальше следующего шага. И когда мы уперлись в плотно запертую дверь, я была готова вновь разрыдаться, но на этот раз от облегчения.
        Древняя механика работала исправно, и через несколько секунд мы уже лежали на траве, переводя дух и с наслаждением вдыхая свежий ночной воздух. Туся приложила ухо к земле, замерла, прислушиваясь, и деловито сообщила:
        - Скачут. Отрядом. Уже близко.
        - Уходим! - рванулась я с места, но она поймала меня за руку и покачала головой, подозрительно хитро щурясь.
        - Найдут. Не надо их недооценивать.
        - Так что делать?
        - Сейчас… - осмотревшись, Туся подобрала с земли два маленьких камушка, достала заветный кинжал и, уколов мне палец, смазала один из них моей кровью. То же самое она проделала и со вторым, только окропила его своей.
        - Доставай метлу, - скомандовала моя наставница.
        Когда мы, оседлав метлы, зависли в полуметре над землей, а на примятой траве остались лежать лишь камни, Туся прошептала какое-то заклинание, холодным огнем отозвавшееся в моем теле. Теперь на нашем месте сидели… мы. Точные копии, даже запах духов был тем же.
        Туся легонько дунула в их сторону, и наши двойники встали, разобрали котомки и бодрым шагом двинулись на северо-запад, в сторону границы с человеческими землями, оставляя за собой след на траве.
        - Ну вот, - довольно засмеялась Туся, - это займет наших демонят на некоторое время. А если учесть, что эти девушки в отдыхе не нуждаются, то, возможно, и на пару дней. А мы с тобой сейчас найдем себе укромное местечко и спокойно поспим. Все равно, до утра в Залесье не попадешь.
        И Туся направила метлу в гущу леса, плавно скользя над самой землей.
        Ночь мы провели на ветвях огромного дуба, вполне комфортно устроившись в прихваченных мною из замка гамаках. Я вполне заслуженно гордилась своей идеей, избавившей нас от необходимости ночевать на сырой земле, да еще и нести караул по очереди (судя по звукам, раздававшимся в ночи, разнообразной живности, озабоченной поиском ужина, здесь было предостаточно). К тому же Туся категорически настаивала на полном моратории на применение магии, пока мы не пересечем границу Галерона. Зная, а точнее, примерно представляя себе возможности наших демонов, я была вынуждена с ней согласиться. Наше магическое 'эхо' они учуют на любом расстоянии.
        Поэтому и внешность перед посещением села мы меняли вполне земными способами. Благо, Туся, работая частным детективом, частенько ими пользовалась и всегда имела в своей бездонной сумке арсенал, достойный гримерной небольшого театра. Парики до плеч самого обычного каштанового цвета скрыли наши приметные шевелюры, линзы - цвет глаз, а изрядно потертые широкополые дорожные шляпы и плащи, без зазрения совести позаимствованные мною у своих же воинов, - фигуры.
        Легенду мы толком не проработали, надеясь, что наш хмурый вид вкупе с рукоятями мечей, ненавязчиво выглядывающими из-под плащей, отобьют у торговцев желание любопытствовать.
        В таком виде мы и вошли в славный поселок Залесье, имевший даже сторожевой пост у ворот в виде одного усатого и толстого стражника с тоскливыми глазами бассета. Которые, впрочем, тут же повеселели, стоило серебряной монете перекочевать из Тусиной ладошки в его карман. За это мы были удостоены не только позволения войти, не подвергаясь расспросам, но и подробнейшего объяснения, как пройти на торжище, и с кем из лошадиных барышников можно иметь дело.
        Отягощенные этой бесценной информацией, мы направились в указанном направлении, искренне надеясь, что покупка лошадей не займет много времени. Ощущение взгляда в спину становилось все более ярким, заставляя торопиться.
        Увы… вся глубина нашей наивности стала ясна сразу, как только мы вышли на просторную площадь, сплошь уставленную коновязями. Лошадей было много, даже слишком много, на наш непросвещенный взгляд. А морды торговцев светились такой неподдельной честностью и стремлением облагодетельствовать ближнего, что невольно возникало желание убрать кошелек подальше.
        В этот ранний час мы оказались единственными потенциальными жертвами, и барышники слаженной толпой накинулись на нас, хватая за руки, вопя, и стараясь утянуть каждый к своей коновязи. Этот темперамент, достойный восточного базара, просто сбивал с ног. Мы с Тусей вцепились друг в друга и мелкими шажками, отпихивая локтями наседавших торговцев, двинулись вдоль рядов, пытаясь одновременно удерживать оборону и рассматривать коней.
        Увы, сразу пришлось признать, что мы переоценили свои силы. По каким признакам следует выбирать лошадей, мы просто не знали. Я помнила из мушкетерских романов, что нужно посмотреть зубы, ощупать бабки… а дальше что? Узкая голова говорит о выносливости? Или широкая грудь? Или…
        Обреченно переглянувшись, мы решили доверить выбор интуиции. Пройдя еще один ряд и, окончательно ошалев от напористости торговцев, мы остановили выбор на гнедом коне, показавшемся нам достаточно сильным и молодым. Я уже протянула руку к поводьям, когда широкая, обветренная ладонь мягко отвела ее в сторону, и голос, который я узнала бы из тысячи, насмешливо произнес:
        - Не стоит, миледи. Эта кляча не донесет вас даже до границы…
        Туся. День….
        А начиналось все так хорошо…
        Маркус тенью отца Гамлета не выглядел, про Скьёльда я вообще предпочла бы умолчать. Этот демон словно и не получал подсвечником по башке.
        Но, тем не менее, кое-что в них меня смущало. Выглядели они как-то умиротворенно, словно никуда не торопились. Ни у одного, ни у другого в глазах я не видела страстного желания закинуть нас с Марой себе на плечо и рвануть вместе с нами в сторону своих работодателей.
        Вот это-то и не позволило сразу кидаться искать запасной вариант. Шансов его найти у нас, конечно же, было маловато, но это не значило, что не стоило попробовать.
        - Я не вернусь, пока не исполню данную мною клятву. - Из всех возможный способов урегулирования наших проблем я выбрала самый прямой.
        Ну не хотелось мне строить из себя блондинку с по-детски ясными голубыми глазами. Марысе, насколько я видела, такая перспектива тоже не нравилась.
        С Маркусом мы не так давно стояли бок о бок, уже не веря, что удастся выбраться, а Скьёльд производил впечатление существа, у которого за спиной слишком долгая жизнь, чтобы он не научился разбираться в других. Так что оскорблять их игрой не было ни желания, ни смысла.
        - Вы подвергаете себя опасности, леди. - Телохранитель Марыси говорил для нас обеих, но, как мне показалось, обращался больше к моей подруге. Что ж, это было вполне объяснимо. Именно за ее жизнь он нес ответственность.
        - Ее клятва - моя клятва, - без всякого эпатажа произнесла моя стажерка и легко улыбнулась, заметив мой взгляд.
        Расстояние между нами и не очень приличными субъектами, которые пытались всучить нам клячу вместо нормальной лошади, значительно увеличилось с момента появления рядом с нами воинов, так что говорить мы могли нормально.
        Несмотря на принятое решение и интуицию, которая утверждала, что все будет хорошо, правда, не уточняя, что она под этим имела в виду, чувствовала я себя неуютно. Я старалась скрыть напряжение, пытаясь выглядеть беззаботной, но давалось мне это совсем не просто. Мы находились в чужом мире, пусть даже в нем наши способности и значительно усилились. Да и весовые категории трудно соотносились друг с другом. Пожелай они воспользоваться силой, чтобы вернуть нас назад…
        Все было не так плохо, как казалось, но все равно, плохо.
        - Леди, вам необходимо вернуться…
        Замолчал он на полуслове. Его взгляд был направлен мне за спину.
        Ну, все… Мысль не отличалась четкостью, скорее просто характеризовала мое эмоциональное состояние. Мало было причин, которые могли бы заставить замолчать такого воина, как Скьёльд. Точнее, я могла назвать только две: Азаир и Киран. Ну, может, три, добавив к этому списку еще и Вира. Не торопилась я его включать в него лишь потому, что он был несколько моложе, чем первые два.
        Маркус, стоявший рядом со мной, оглянулся. Судорожно сглотнул и как-то обреченно опустил плечи. Не Азаир, и не Вир. Этим он должен был радоваться.
        Мы с подружкой переглянулись и… решительно повернулись, предпочитая смотреть опасности в лицо.
        Эх… жаль, что наши мужчины не видели наших ехидных улыбок. Помощь пришла, откуда мы ее не ждали.
        В паре десятков шагов от нас стояли две драгурихи. Одна снежно-белая, вторая - огненная. И укоризненно смотрели на нас.
        Про воцарившуюся вокруг тишину, я думаю, говорить не стоило.
        Про конспирацию, кстати, тоже.
        - Мы будем сопровождать вас, - первым оценил изменение диспозиции Скьёкьд.
        'Куда бы вы ни направились', - продолжила я за него. Марыся, судя по всему, была со мной согласна.
        - Если у кого-то из нас появятся подозрения… - начала она, оглянувшись на своего телохранителя.
        Я едва не рассмеялась, сумела себя сдержать. Смотрелось это очень уморительно: хрупкая барышня и грозный демон, надменная снисходительность и полное принятие своей участи. Верить увиденному я не собиралась, слишком хорошо знала, как с ними легко ошибиться.
        - Как прикажет госпожа, - ответил тот настолько спокойно, что моя уверенность, основанная только на собственном опыте общения с этой братией, получила железобетонные основания.
        С этими мальчиками расслабиться не придется. Но это было лучше, чем вернуться под конвоем в крепость.
        - В Залесье нам останавливаться не стоит, слишком приметные у нас лошадки. А у вас?
        Я продолжала общаться с Скьёльдом не потому, что игнорировала присутствие Маркуса. Просто мой бывший спутник в данный момент выглядел более бесхитростным, чем телохранитель Мары, которого я не столько изучала в процессе разговора, сколько пыталась прочувствовать. Вычленяла из всего многообразия те ощущения, которые помогли бы мне его понять.
        - У нас - не настолько, - он не усмехался, но… это было любопытство умудренного жизнью воина к несмышленой девчонке, которая с ним связалась.
        Быстрый взгляд на подругу. Я не знаю, как она воспримет то, о чем я сейчас промолчу, надеюсь лишь, что это не станет причиной нашей ссоры. Но произнеся свою фразу таким тоном, этот демон нажил себе не врага - женщину, которая отомстит ему за снисхождение.
        - Значит, действуем так. - Я позволила своим зрачкам поискрить, для пущего эффекта. Стоило признать, что эта слабенькая ворожба имела потрясающий результат. Особенно на мужчин. У меня даже подозрение мелькали, что это как-то связано, то ли с лишней хромосомой, то ли с недостающей. Вот и сейчас, два демона замерли, словно я была укротительницей, а они - тиграми. - Мы с Марысей хватаем этих дикорастущих бестий, - драгурихам, которые за время нашей перебранки приблизились достаточно близко, эта характеристика весьма понравилась. Всхрапнули они одновременно и очень благожелательно, - и отправляемся вон из городка. Остановимся в ближайшем лесочке и будем ждать вас. Вы же…
        Мне пришлось остановиться, Скьёльд смотрел на меня скептически, намекая, что на такой дилетантский развод он ловиться не собирается.
        Ох, и намаюсь я с ним!
        - Мне дать тебе клятву, что будем ждать? - Я сделала шаг вперед, смотря ему прямо в глаза.
        Я, может, и девчонка, но это не повод считать меня столь наивной. После всего, что сначала я, а потом уже и мы натворили, можно было убедиться - столь прямолинейно мы не действуем.
        Низко же он нас оценивает.
        - Не нужно. - Неожиданно подал голос Маркус. И вот тут, либо проснулась моя любимая паранойя, либо в нем появилось то, с чем я еще не сталкивалась. Сделав себе зарубку в памяти, я перевела взгляд на него, давая понять, что готова слушать дальше. Пусть он и обращался не ко мне. - Если она сказала, что будет ждать, значит, дождется.
        Отвесив своему телохранителю шутовской поклон, таким образом благодаря за поддержку, продолжала молчать. Мне нужно было решение Скьёльда.
        - Хорошо, - кивнул он. Опять с какими-то незримыми, но ощущаемыми покровительственными нотками. - Что должны сделать мы?
        Его покладистость в заблуждение меня не ввела. Это была не победа, лишь его отход на заранее подготовленные позиции.
        - Купить провиант и все, что может понадобиться нам в дороге. Да амуницию для лошадей, наши барышни, - я жестом показала, о ком говорю, - как-то забыли прихватить ее с собой. Оружие у нас есть, у вас, как я вижу, тоже.
        - Я бы добавил метательные ножи, - опять вклинился в наш разговор Маркус.
        Соглашаясь, кивнула. Я не наблюдала за ним специально, но это не мешало мне замечать в нем все новые и новые несуразности. Словно ранение открыло в нем то, что раньше было надежно скрыто.
        Или… мысль была интересной, пусть и ничем не подкрепленной. За те дни, что мы не виделись, он вполне мог узнать нечто, что так на него повлияло. Оставалось понять, какое известие могло сделать из жизнерадостного парня вот эту, замкнутую в себе ледяную статую.
        Если принять эту догадку, как факт, то его поведение в тот момент, когда Азаир, измываясь, уточнял, какое именно тот готов понести наказание за угрозу жизни его невесте, становилось объяснимым.
        Эх, мне срочно нужно было поговорить с Марысей. Загадок становилось все больше, и выглядели они все более нетривиальными.
        - Деньги-то у вас есть, телохранители? - Я специально сделала акцент на последнем слове, чтобы как можно четче указать их место рядом с нами.
        Маркус впервые за все время улыбнулся. Если, конечно, этот оскал можно было назвать улыбкой. Скьёльд посмотрел на меня с легкой грустью. Похоже, до него начало доходить, что не он один способен трепать другим нервы.
        - Деньги у нас есть. Встречаемся через два часа после полудня в лесу, что по правой стороне от тракта. Свернете через триста шагов после путного столба, через сто шагов выйдете к берегу небольшого озера. Ждите нас там.
        - Остается только один вопрос, - тяжело вздохнула я и оглянулась на наших красавиц. Уж больно яркими они были для этого небольшого городка. - Как мы с ними пойдем через все Залесье.
        Маркус вновь улыбнулся. Теперь уже без 'второго дна', от всей своей демонской души. Довольно.
        - Так на них же морок, только вы да мы видим их обычными. Нам потому так быстро удалось найти, что за ними следом отправились. А морок я набросил, когда они еще конюшню громили.
        Последнюю фразу стоило запомнить. Ко всем нашим проблемам с мужчинами добавлялись и материальные потери. Это было серьезно. Хорошо еще, думать об этом было рано.
        - А чего тогда эти на нас так смотрят, - я кивнула на барышников, которые продолжали наблюдать за нами с каким-то священным ужасом.
        - Ну, так я на них боевую раскраску лошадей тсерв нанес. Вот они и думают, вы их сразу порешите, за тот кошмар, который они пытались вам подсунуть, или вас наши жизни устроят.
        Нам с Марысей опять пришлось переглянуться. Я не стала ей говорить, какая я злая, она в этом чувстве мне мало уступала. Эти двое сделали нас, как несмышленышей, зеленых юнцов. И я еще говорила…
        Проигрывать я не любила, но об этом демонам раньше времени знать не стоило.
        Посчитав, что этим типам нам больше сказать нечего, я свистнула, подзывая свою кобылу. Та недовольно фыркнула, но стоило мне только оглянуться, тут же двинулась в мою сторону. Сей факт хоть немного, но успокоил. Моя четвероногая барышня понимала, когда со мной лучше не связываться.
        Пока я размышляла над этим, недобрым словом поминая всех демонов во главе с их повелителем, Марыся пристроилась рядом. Так же о чем-то напряженно думая.
        - Назову я ее Огоньком, - первой нарушила молчание я. Где-то на середине пути.
        Подруга удивленно посмотрела на меня, потом на драгуриху, что явно прислушивалась к нашему разговору.
        - Тогда уж лучше Пожаром?
        Я вновь оглянулась на свою красавицу. Раньше я предпочитала любоваться лошадиной статью издалека. И даже попав в этот мир и научившись ездить верхом, не пылала к ним особой страстью. Пока не увидела ее.
        Не, - улыбка далась мне удивительно легко, - мне кажется, она еще не показала себя. Она тот огонек, который может стать и ласковым огнем в камине, и огненным смерчем.
        Кобыла фыркнула и толкнула меня мордой в плечо, соглашаясь.
        Если бы не какая-то смутная мысль, которая не давала мне покоя, я бы почти обрадовалась.
        Залесье мы пересекли, не слишком привлекая к себе взгляды. Девиц непонятной наружности, как оказалось, в этом селе было больше, чем две. Ярмарка, как-никак. Да и на наших животин никто особого внимания не обращал, такие тут тоже ходили. Тсервы иногда заглядывали в эти края, на оружие посмотреть.
        Настроение слегка приподнялось: сильно переживать за то, что за нами отсюда потянется след, особой нужды не было. Может, потянется, а может… мы с Марысей всегда рассчитывали на удачу.
        До леса тоже добрались без потерь, все-таки репутация у дев-воительниц была грозная, Несмотря на поток различных средств передвижения, что двигались в сторону Залесья, нам старались уступить место.
        А вот с шагами вышла заминка. Отсчитать их было несложно, оставался лишь философский вопрос: в чьих шагах мерить? Если в наших, то получалось ближе, а если в Скьёльда, то правильнее. Вряд ли их меры длины были рассчитаны именно на наши габариты.
        Путем легкой перебранки, в которой принимали участие и наши кобылы, фыркая, как и мы, друг на друга, сошлись на компромиссном варианте.
        - Озеро найдешь? - спросила я у своей рыжей наперсницы, только сейчас сообразив, что именно меня мучило. Я назвала даму мужским именем. Самое интересно, что она при этом не сопротивлялась.
        В ответ эта особа посмотрела на меня скептически. Мол, с кем я связалась.
        Расценив это, как знак согласия, я широким жестом предложила ей с подружкой следовать первыми.
        Трудно сказать, то это было озеро или нет, но мы до него добрались. Небольшая заводь, несколько крупных камней, словно выложенных для кострища, густые заросли неподалеку. Идеальное место для отдыха.
        Предложив нашим спутницам располагаться со всеми удобствами - лес был лиственный, трава на полянке неподалеку казалась ярким зеленым ковром, мы с Марысей отправились первым делом в кустики, потом к воде, руки помыть да со стихией пообщаться. Что-либо серьезное было чревато разоблачением, наши демоны нашу магию и на другом конце мира учуют. А вот стихии…
        У Марыси с водой получалось лучше, так что я оставила ее одну, а сама решила заняться нашей охраной. В драгуриках была уверена, эти, как собаки, на дальних подступах учуют, но судьбу искушать не стала.
        Вернулась почти к самой кромке леса, прошла по большой дуге, оставляя время от времени не земле свою каплю крови. Каждый раз, когда я касалась кинжалом кожи, навершие зловеще вспыхивало, словно подтверждая наше с оружием родство.
        Еще не так давно меня бы это, скорее всего, напугало. Теперь - нет. Пока изучали летопись многочисленной родни Виррана, я не упустила ту мысль, которую исподволь пытался донести летописец. Страшны не сами способности, а то, ради чего ты их применяешь.
        Впрочем, мысль эта была для меня не нова. На Земле приходилось сталкиваться с отступницами, для которых сила становилась синонимом власти.
        Наклоняясь к земле в очередной раз, грустно улыбнулась. Возможно, это была еще одна, до сих пор не осознаваемая причина моего бегства. Я все еще не была уверена в том, что говоря о любви, Азаир не думал об ином.
        Связав все капли охраняющим заклинанием, вернулась к Марыси. На ее встревоженный взгляд ответила своим, спокойным. Ей не о чем было волноваться. Но это не значило, что я собиралась оставить ее наедине с возникшими сомнениями, пусть и не намеревалась действовать напрямик.
        - Ты им доверяешь?
        Услышав мой голос, подруга как-то быстро расслабилась. Похоже, я ошиблась, неправильно интерпретировав ее взгляд. Просто ее, так же, как и меня, снедала необходимость поговорить.
        - Нисколько. - Улыбнулась она. И тут же меня ошарашила: - Ты помнишь, я тебе рассказывала о Пророчестве?
        Я - помнила. И даже сообразила, почему она завела об этом разговор именно сейчас. Мы отправлялись как раз за третьей ведьмой. Если, конечно, речь шла именно о нас.
        - А причем тут Скьёльд?- Рассказывая о разговоре Вирра и моего несостоявшегося мужа, про этого демона Марыся не упоминала.
        - Тебе перечислить факты? - начала заводиться моя ученица. Мое легкомысленное отношение к этой проблеме ее не порадовало.
        Ее кобыла, заслышав резкий голос хозяйки, приподняла морду и вопросительно посмотрела на нас.
        О, небеса! Теперь даже поругаться нельзя!
        - Перечисляй, - с интонациями ее телохранителя, произнесла я, догадываясь о реакции, которая последует незамедлительно.
        Угадала. Маря взглянула на меня с недоумением и… фыркнула.
        Будем считать, конфликт исчерпал себя, еще не начавшись. Впрочем, так оно и было с первого дня нашего знакомства. Мы подходили друг другу идеально, являясь одновременно и учителями и учениками. Я хоть и значилась наставницей, стать ею смогла только благодаря моей подопечной. Это именно Марыся убедила меня в том, что я справлюсь.
        - Про трех ведьм говорить не стоит?
        Я нервно хихикнула. Иногда трудно было думать одинаково.
        - Не стоит, - правильно поняла она. - Тогда поговорим об иных странностях, которые вполне могут иметь отношение к нему. - Теперь я уже не улыбалась. - Начнем с моей склонности к магии Жизни.
        - Продолжим, - слегка хмурясь, произнесла я, - моей магией крови.
        - Закусим странным взглядом, которым тот самый Скьёльд посматривал на платье, прихваченное тобою в качестве свадебного подарка. Кому именно оно принадлежало, мы обе помним.
        Я тяжело вздохнула. Платье было превосходным. Жаль, надеть мне его не пришлось.
        - Тогда стоит упомянуть, с какой легкостью он взял кинжал, который не очень дружелюбно обошелся с тобой.
        Подруга смотрела на меня с удовлетворением.
        - Да и древностью от него тянет. - Это произнесла она, а я…
        Я, от неожиданности пришедшей в голову ассоциации так и продолжала стоять, не в силах произнести ни звука. Марыся тоже замерла, словно опасаясь сбить появившуюся у меня мысль.
        Если бы она знала… Она должна была это знать. Слишком важным было то, что я сумела ощутить, вновь встретившись с Маркусом. Слишком знакомым.
        Увы, объяснить, что именно настолько меня удивило, я не успела. Кончики пальцев кольнуло - сработала охранка.
        Положив ладонь на рукоять меча, я скользнула за ближайшее дерево. Моя ученица столь же молниеносно оказалась на другой стороне полянки.
        Будем считать, что наше путешествие началось.
        Марыся
        Притаившись за широким стволом, я напряженно вслушивалась в живую лесную тишину.
        Члак-члак-члак… как бы ни был хорош воин, лошадь на цыпочках ходить не заставишь. Ну не умеет она этого. А тряпок - копыта замотать - наверное, под рукой не нашлось.
        Довольно усмехнувшись, я опустилась на одно колено, касаясь кончиками пальцев земли, и начала плетение. В открытом бою для нас с подружкой и одного демона многовато. А если учесть еще и его драгура, как вполне самостоятельную боевую единицу, то становится уже слишком много.
        Правда, если допустить, что наши красавицы способны вдвоем нейтрализовать одного представителя мужского пола своей породы, то расклад становится более оптимистичным: по двое на каждого. А это уже вселяет некоторую надежду… Если играть по нашим правилам.
        Ничего нового я изобретать не стала. Да и зачем, когда такой лес кругом? Только попроси - все помогут.
        Вековой дуб-исполин с тяжким вздохом шевельнулся, высвобождая из земли узловатые корни.
        Вовремя.
        На поляну вышел демон с мечом наперевес, ведущий в поводу высокого черного драгура. Оглядев визитера, я возблагодарила Стихии за свою предусмотрительность. Ростом и статью незнакомец выделялся даже среди демонского немелкого племени, живо напоминая то ли Баала, то ли Азаира в молодости. Мы против него в честном бою - что два кутенка против волкодава. А значит…
        Замыкающее слово слетело с моих губ, когда непрошенный гость сделал несколько шагов по полянке. Мгновение - и корни кандалами охватили руки-ноги, даже шею не забыли, намертво прижав демона к земле. Драгур дернулся было к хозяину, но наши кобылы не подкачали - не подпустили, дружно оттерли в сторону. А там уже и его ветвью за шею прихватило, чтоб не мешал.
        Убедившись, что противник надежно обездвижен, я пулей выметнулась из своего укрытия и с маху впечаталась коленями в пресс визитера, тут же приставив кинжал к мощной шее.
        - Кто ты и почему следишь за нами? - прошипела я, изо всех сил стараясь выглядеть грозной и ужасной.
        Демон скосил глаза на рукоять клинка и нахально ухмыльнулся.
        - Во-первых, держишь неправильно. А во-вторых, у вас, ведьм, что, обычай такой - на мужиков прыгать? По-другому никак не получается?
        - Это кто на тебя прыгает, морда хвостатая? - почти онемела я от такой наглости.
        - Ты. А она, - кивок куда-то мне за спину, - падала, - невозмутимо ответствовала 'морда' и ехидно уточнила: - а хвост у меня вообще-то из другого места растет. Хочешь, покажу?
        - Я тебе его сейчас и без показа выдеру!
        Демон тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя искреннее сожаление об отсутствии должных манер у некоторых представительниц ведьминского сословия, и попросил:
        - Сними с меня свою бешеную подружку. Весь живот своими костлявыми коленками истыкала.
        - Это у меня коленки костлявые?! - взвыла моя оскорбленная женская гордость, подпрыгивая в отместку на накачанном прессе еще раз.
        Туся наконец-то соизволила вмешаться, не делая, впрочем, никаких попыток снять меня с пленника.
        - Мара, позволь тебе представить. Эндри, младший сын повелителя и твой родственник, между прочим.
        Упс… неудобно-то как… Я аккуратненько сползла с демона, стараясь не наступить коленкой на что-нибудь жизненно важное, и встала рядом с Тусей, точнее за ней (на всякий случай), рассматривая новоприобретенного родственничка.
        - Извини. Наслышана, но встречаться не приходилось. Вот и не признала.
        - Извиню, если отпустишь, - нервно отозвался демон. Все-таки лежать цыпленком табака перед двумя дамами не самое приятное занятие. Пусть даже одна из них родственница, а другая - почти мачеха.
        Покраснев еще больше, я шепнула Слово, и освобожденный Эндри шустро вскочил на ноги, потирая шею и с интересом наблюдая за корнями, неспешно зарывающимися в землю. Перевел взгляд на меня, открыл рот…
        - Ты давно из замка? - деловито перебила его Туся.
        - Пару часов. Порталом до Залесья, а потом уже по вашим следам.
        - Каким следам? - дружно воскликнули мы, разом забыв о предшествующих разногласиях.
        Демон ухмыльнулся. На его морде явно читалось предвкушение пусть маленькой, но мести.
        - Две тсервы, чуть не купившие клячу, и это при своих лошадях, да еще мирно побеседовавшие с парой демонов - судачить о вас будут еще пару дней, не меньше.
        - Которых вполне хватит твоему папеньке… - мрачно констатировала очевидное Туся.
        - Вопрос в том, где будем мы, когда он эту информацию получит.
        - А в замке что? - А этот демоненок еще и оптимист. И как ему это удалось, с таким-то папочкой? робко поинтересовалась я.
        - В замке… - эхом повторил Эндрик и широко улыбнулся. - В замке весело. После вашего 'ухода' мы полночи пытались поймать суккуб. Не удалось, они как сквозь землю канули. А утром Баал впервые на памяти гарнизона опоздал к построению. А эльф - и к завтраку! Эльф - ладно, но зацелованный до синевы демон - это нечто… - Эндрик мечтательно зажмурился, видимо, вспоминая подробности этого знаменательного явления. - К тому времени отец и герцог уже уехали, так что настоять на развоплощении суккуб было некому. Руфуса эти двое просто проигнорировали. А когда ваши кобылы начали громить конюшни - и вовсе не до того стало.
        - И много они разгромили? - мрачно спросила подруга, видимо прикидывая размер счета, который нам выставят впоследствии.
        - Много, - в очередной раз ухмыльнулась эта хвостатая ехидна. - Все правое крыло конюшен, часть казарм и Восточные ворота.
        Я с невольным уважением оглядела наших подружек. Если эти изящные красотки способны на такое, то что может натворить полновесный драгур?!
        - А наши… как? - мой голос чуть дрогнул.
        - А ты как думаешь? - по-одесски, вопросом на вопрос ответил Эндрик и вновь усмехнулся, на этот раз невесело. - Оба чернее тучи. А после того, как в сокровищницу наведались - вообще с лица спали. Что вы там учудили, девушки?
        - Ничего особенного, - пожала плечами Туся, - Осмотрелись, почитали и положили все на место.
        - Ну-ну, - недоверчиво протянул демон и вдруг, без всякого перехода, ляпнул: - За что ты с ним так? Ведь он тебя любит.
        - Может быть. А может… думает, что любит, потому что в руки не даюсь. А как поймает - так и любовь пройдет.
        - Нет! - запальчиво стукнул кулаком о ладонь Эндрик, - Я же вижу!
        - Довольно! - Туся вскинула руки, останавливая, упрямо наклонила голову, скрывая выражение глаз за рыжей челкой. - Я обещала принять его клятву после того, как исполню свою - освободить твою жену. Если он еще будет хотеть этого. И хватит об этом.
        К счастью, болезненный для всех разговор была прерван появлением наших телохранителей, неожиданным для меня, но не для Туси. Видимо, сигнал охранного заклинания она засекла, несмотря на накал страстей.
        Скьёльд орлиным взором окинул мизансцену, в один миг, я уверена, просчитав все прозвучавшие слова, и с самым нейтральным видом подошел к нам. Маркус держался на шаг позади. Легкий поклон принцу и наклон головы нам обеим:
        - Мы все купили, миледи. Сейчас заседлаем ваших лошадей и тронемся в путь.
        - Хорошо, Скьёльд, спасибо. Мы готовы. - Ответить пришлось мне, так как несостоявшиеся родственники хранили упорное молчание.
        Ветеран кивнул и отошел. Больше никто не проронил ни слова.
        Однако, через пару часов лесная дорога, мягко стелившаяся под копыта драгуров, вернула душевное равновесие членам нашего маленького отряда. И к вечеру, когда пришло время остановиться на ночлег, напряжение пропало без следа.
        Наши мужчины быстро поделили между собой обязанности, передав нас в распоряжение шеф-повара, которым на этот раз был назначен Эндрик. Скьёльд занялся лошадьми, а Маркус пошел за хворостом. Нас же откомандировали на речку за водой.
        Картина, открывшаяся нам, может и была обычной для нетронутой природы этого мира меча и магии, но нам, уроженкам крупного города технократического мира, она показалась прекрасной.
        Берег полого спускался к тихой заводи неспешной полноводной реки. Лунная дорожка стелилась по воде к нашим ногам, словно приглашая пойти по ней в загадочную даль. Шепот леса за спиной, шепот реки перед нами… покой и умиротворение.
        Вода оказалась теплой, обещающей отдых уставшим после долгого дня телам.
        Нам даже не понадобилось обсуждать это. Уж очень хотелось ужинать уже чистыми. Набрав полные меха воды, мы резво порысили обратно в лагерь.
        А там демоны уже вовсю проявляли свойственную этому племени хозяйственность. Посреди поляны горел бездымный костер, обложенный крупными камнями. Все лошади были расседланы. Маркус с Эндриком что-то сосредоточенно крошили в большой закопченный котелок, а Скьёльд устраивал лежбище из елового лапника чуть в стороне, у широкого ствола могучего дуба.
        Сгрузив меха возле поваров, мы сообщили в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь, что идем на реку искупаться. А заодно и искупаем наших лошадей.
        Скьёльд усмехнулся, но вслух произнес:
        - Хорошо, идите. А мы пойдем после ужина.
        Дважды повторять ему не потребовалось. Еще не затих отзвук последних слов, а мы уже бодро топали к вожделенному водоему в сопровождении наших драгурих. Им не понадобилось даже команды, чтобы увязаться за нами, в очередной раз удивив своим интеллектом.
        А на берегу… пришлось нам решать еще одну дилемму. Купальников у нас, естественно, не было. Купаться в рубашках… бр-р-р, об этом даже думать не хотелось. Да и от кого нам прятаться?
        В скромности наших демонов я не сомневалась, сюда они сунутся, лишь если нам что-то будет угрожать. Так что оставалось только открытое водное пространство. А с этим я, пожалуй, смогу справиться…
        Короткое обращение к Воде, миниатюрный водоворот вокруг погруженных в воду кончиков пальцев, и я выпрямляюсь, подмигивая подружке. Все, путь свободен. Теперь любое разумное существо или неразумное, но могущее представлять для нас опасность, вначале будет слегка притоплено, и потом доставлено пред наши ясны очи для выяснения личности.
        Туся одобрительно хмыкнула, проследив за моей работой, хлопнула по плечу: 'Растешь, стажерка' и, ничтоже сумняшеся, начала раздеваться. Я последовала ее примеру.
        Теплая, как парное молоко, вода ласково обняла тела, смывая усталость и пыль дальней дороги. Мы проплыли пару кругов по заводи, не спеша, наслаждаясь каждой минуткой… но увы, обязанностей никто не отменял. Кобылы стояли по колено в воде и с видимым напряжением следили за нами. Хорошего понемножку. Поплавали - пора и о наших красавицах позаботиться.
        Я вылезла из воды первой, прошлепала к густой и высокой траве, росшей у крайних деревьев. Снежка пошла за мной, но интереса к растительности не проявила. Соскучилась что-ли? Погладив бархатные ноздри, я принялась срывать самые длинные и упругие стебли. Свернутые в несколько раз, они вполне могли сыграть роль лошадиной мочалки. По крайней мере, в походных условиях.
        Казалось бы, ситуация не должна была преподнести никаких сюрпризов. Однако наши лошадки решили иначе, познакомив нас с еще одной чертой своего характера - они оказались чертовски ревнивы.
        Разумеется, нам хотелось совместить банные процедуры с разговорами, так как возможности поговорить в дороге без посторонних ушей не было. А для этого мы, естественно, старались держаться поближе друг к другу. Но драгурихи упорно разделяли нас, всем телом закрывая от соседки. Ни уговоры, ни окрики не помогали. Видимо, они считали, что просто обязаны выполнять функцию ширм при обнаженных хозяйках.
        После десяти минут этой чехарды нам удалось все же достигнуть некоторого консенсуса. Огонек встала вдоль берега, а Снежка - параллельно ей, но головой в другую сторону, разместив нас между собой и обеспечив, таким образом, круговую защиту наших голых тушек. На этом они успокоились, лишь раз синхронно повернулись, подставляя мочалкам другой бок.
        Оценив интеллект и степень упрямства наших кобыл, мы наконец-то смогли перейти к насущным проблемам.
        - Так что ты хотела сказать насчет Скьёльда? - спросила Туся, тщательно протирая огненную шкуру.
        - Не знаю, как сформулировать, - я замялась, пытаясь облечь в слова те смутные ощущения и невнятные догадки, преследовавшие меня с первого дня знакомства с этим персонажем. - Мне кажется, что он намного старше, чем хочет казаться, и имеет отношение к Альдреду. Может, служил под его началом… но в том, что он был непосредственным участником тогдашних событий, я почти уверена. И участником неравнодушным.
        - Возможно, - подруга отнеслась к моим словам серьезнее, чем я ожидала, - Мне тоже многое кажется странным в его поведении. Но тогда стоит его попытать насчет пророчества. Если он знает даже то, что говорила герцогиня аль Террен о своем платье, то почему бы ему не знать о предсказании, сделанном как раз в это время? Наверняка, вначале оно не было тайной. Так что, за ужином?
        - За ужином, - согласилась я, - зачем откладывать? Это может оказаться важным.
        - Может, и наверняка является, - кивнула Туся, любовно успокаивая обеспокоенную чем-то кобылу. - Но есть еще кое-что важное, что ты обязательно должна знать. Я поняла это только сегодня, но в своих ощущениях не сомневаюсь.
        - Ты все-таки поняла, что любишь Азаира? - моя шутка была неуклюжей попыткой разрядить обстановку, я очень не любила, когда она начинала говорить таким тоном. Как правило, это являлось предвестником лавины самых разнообразных неприятностей.
        - Люблю, - спокойно, как-то мимоходом, словно речь шла о чем-то давно решенном, подтвердила подруга, - но сейчас это не важно.
        - Не важно?! - возопила я, подпрыгивая на месте от возмущения. - А что тогда важно?!
        - То, что Маркус - сын Кирана.
        Я резко выдохнула, как лопнувший шарик, и забыла вдохнуть, пытаясь переварить новость. Тишина воцарилась поистине хрустальная, даже драгурихи, кажется, перестали дышать.
        Наконец, вырванная из раздумий организмом, наотрез отказавшемся погибать от удушья во цвете лет по милости тугодумной хозяйки, я вдохнула и хрипло озвучила первый вопрос:
        - Ты уверена?
        - Увы. - Голубые глаза смотрели твердо и печально. - Так же, как и в том, что Эндри - сын повелителя. Теперь я могу слышать голос Крови. Он у них один.
        - Ё п р с т! - от волнения я выдала любимое ругательство моего отца, даже не заметив неподобающего леди выражения. - И чем это нам грозит?
        - Думаю, это грозит прежде всего ему. Такая новость кого угодно собьет с ног, а он еще слишком молод. Как бы не наделал глупостей.
        - Значит, нужно за ним приглядеть.
        - И как ты собираешься это осуществить? - с легкой иронией, но заинтересованно уточнила она.
        - Ну, осуществлять, положим, будешь ты, он все-таки твой телохранитель, - невозмутимо отозвалась я.
        - И что же я буду делать? - поинтересовалась она еще более заинтересованно, под аккомпанемент возмущенного фырканья Огонька.
        - Отчаянно нуждаться в его помощи, особенно в экстремальных ситуациях, - голосом пергидрольной блондинки выдала я и уже нормально закончила: - Чтоб у него и минуты свободной не было на всякие глупости.
        Туся в ответ лишь многообещающе улыбнулась.
        Лагерь нас встретил умопомрачительным ароматом густой похлебки, весело булькающей на огне, и тремя парами голодно поблескивающих глаз. Расценив это, как предупреждение, что еще немного - и ужинать будут нами, мы быстренько плюхнулись у костра. Драгурихи же, постояв пару минут на краю поляны, развернулись, и бок о бок направились в чащу.
        - Куда это они? - спросила я у Скьёльда, никак не отреагировавшего на это самоуправство.
        - Как куда? Ужинать, - невозмутимо ответствовал мой телохранитель, принимая миску с похлебкой из рук Эндри.
        - Так здесь же травы тоже много, и овес в торбах есть.
        - Траву с овсом они, конечно, тоже могут есть, но предпочитают что-нибудь посущественней. Как и мы, впрочем, - хохотнул демон и добавил: - Не волнуйтесь, миледи. Поедят - вернутся.
        - На охоту они пошли, - сжалился над нашим недоуменным видом Маркус.
        Ну да. Все время забываю, что зрить надо в корень, то бишь в зубы в данном случае. До чего внешность и привычные стереотипы затуманивают восприятие… все время забываю, что они плотоядные. Я только сейчас заметила, что и остальных драгуров на полянке тоже нет.
        Некоторое время у костра царила тишина, нарушаемая лишь постукиванием ложек и похвалами повару. Принц в ответ довольно щурился и предлагал добавки.
        Когда миски опустели во второй раз, а глаза демонов утратили голодный блеск, сменившийся благодушием сытого мужского организма, я рискнула начать расспросы. Хитрить не хотелось, я была уверена, что все уловки этот загадочный тип видит насквозь. Ну что ж, иногда и прямой путь к цели бывает самым коротким.
        - Скьёльд… Мой муж часто упоминал пророчество о трех ведьмах. Ты о нем слышал?
        - Слышал, - закаменев спиной и не поднимая глаз от тарелки.
        - Расскажи. Пожалуйста, - тихо попросила я.
        Демон помолчал, словно решая, стоит ли говорить, и осторожно, словно слова осколками стекла ранили ему язык, начал:
        - Это пророчество прозвучало давно, после последней битвы с Ночными. Мы победили в ней, но слишком велика оказалась цена. Тысячи погибших воинов и магов, разорванный надвое народ, разоренная страна… еще одно сражение - и некому было бы праздновать победу ни с той, ни с другой стороны. Лаэна это понимала. Она была ранена, но нашла в себе силы на великое заклятье, отшвырнувшее Ночных к их горам и запечатавшее им путь в Галерон. Оно сохраняло силу два века, дав нам возможность восстановить страну. Но ей оно стоило жизни.
        Он опять замолчал, а мы не смели даже вздохом потревожить рассказчика.
        - 'Триединый дар разделил, спасая. Но три дара, связанные одной кровью, спасая, соединят вновь.'
        - И все? Так коротко?
        - Все. Она умирала. Это были ее последние слова и последнее предсказание.
        Теперь молчали все. Великие призраки прошлого вставали перед глазами. Героизм, самопожертвование, любовь… любые слова были бы пустыми и ничтожными сейчас.
        Мы и не пытались найти их. В полной тишине прибрались и стали укладываться спать. У костра остался сидеть лишь Маркус, чуть сгорбившись и неотрывно глядя на пламя. Скьельд, с молчаливого согласия остальных принявший на себя бремя командира, поставил еще не оправившегося после ранений воина в первую, самую легкую стражу. Принцу досталась вторая, а самому ветерану - третья, начинавшаяся в час Волка, когда и самых стойких одолевает сон.
        Демоны разместили нас посередине колючей лежанки, умопомрачительно пахнувшей свежей хвоей, соорудив нам из дорожных плащей что-то вроде спальников. А сами улеглись по бокам, сняв перевязи и сапоги, но положив обнаженные мечи рядом с собой.
        Не знаю, как Туся, но я заснула почти мгновенно. Шелест крон, аромат хвои, успокаивающее тепло могучих тел наших спутников подействовали на меня лучше любого снотворного. Я лишь успела подумать о Вире, о том, что и он сейчас, наверное, вот так же ночует у костра, и…
        Наступило утро.
        А за ним день. А потом еще один, похожий на предыдущий, как две капли воды. Менялись лишь кашевары у походного котелка, да местность становилась все более холмистой.
        Лишь утро третьего внесло некоторое разнообразие в монотонность нашего путешествия. В этот раз нас разбудил не командный рык Скьёльда, а дикое ржание, топот копыт и треск сминаемого подлеска.
        Подскочили мы с Тусей быстрее, чем по команде, мгновенно проснувшись и даже похватав мечи, лежавшие в изголовье. Хотя картина, представшая нашим глазам, заставляла схватиться за живот.
        Все три драгура, приподняв хвосты и потряхивая длинными гривами, картинно гарцевали перед нашими кобылами, периодически предпринимая попытки зайти с тыла. Драгурих же, судя по всему, появление такого количества озабоченных кавалеров в восторг не привело. Оно повергло их в состояние глубокой паники, растерянности и злобы. Дамы держали круговую оборону, построившись 'валетом' и ощетинившись во все стороны клыками и копытами. Жеребцы тоже сдаваться не собирались, явно настроенные на долгую осаду. Учитывая упрямство демонской породы, ситуация становилась патовой.
        Мужчины тоже ничего не предпринимали, наблюдателями ООН выстроившись на противоположной от беснующихся копытных стороне полянки.
        - Что происходит? - я подергала за рукав Скьёльда, с живым интересом наблюдавшего это представление.
        - А-а-а, миледи, - будто только сейчас меня заметил, - ваши кобылы в охоту пришли. Вот наши и пытаются за ними поухаживать.
        - Хороши ухаживания, - пробормотала я, наблюдая, как конь Маркуса чудом успел увернуться от клыков рыженькой, целившей ему в шею, - они же друг друга покалечат.
        - У наших это что, в первый раз? Уж больно они нервничают, - вступила в разговор Туся.
        - Уверен, что в первый, - спокойно подтвердил демон, пряча в глазах смех, - я бы тоже на их месте нервничал…
        Но с места не тронулся.
        Лишь когда Снежка располосовала плечо нахалу, подобравшемуся слишком близко к крупу ее подружки, демоны 'голубыми беретами' кинулись разнимать, успокаивать, разводить в стороны. Мы тоже уцепили своих красавиц за недоуздки и отвели на соседнюю полянку, отделенную от стоянки густым орешником.
        Выехать в тот день мы смогли лишь через час, когда драгурихи успокоились и позволили себя оседлать, а я залечила плечо незадачливого кавалера.
        Но и весь оставшийся день они держались в хвосте отряда, бдительно отслеживая любые попытки пропустить нас вперед. Подпускать кого-либо к своим тылам эти недотроги явно не собирались.
        Лесистые холмы постепенно становились выше, их склоны - круче, все чаще щерясь белыми зубьями обнаженных скал, вынуждая нас жаться к проезжему тракту. Дорога здесь была только одна, и нам приходилось пробираться сквозь лес на ее обочинах, избегая открытого пространства. Продвижение сильно замедлилось, но выбора у нас не было. Это уже была территория Ночных, все чаще попадались деревушки, так что шансы нежелательных встреч увеличивались с каждым шагом.
        Демоны приняли походный порядок, оговоренный еще в Залесье, и не отступали от него ни на минуту. Двое - в авангарде и арьергарде отряда, мы - в середине, третий - на разведке.
        По словам Скьёльда, до цели нашего путешествия оставалось совсем немного, поэтому на ночлег мы остановились уже в сумерках, стремясь покрыть как можно большее расстояние. Перекусили всухомятку, не рискнув разжечь костер, и завалились спать.
        А на завтра, около трех часов пополудни, мы въехали в широкую долину в квадратах ухоженных полей, обрамленную высокими холмами, щедро покрытыми еловым лесом. На ее противоположном конце высилась огромная обрывистая скала, увенчанная величественной цитаделью, господствующей над всей долиной. Шесть рядов крепостных стен драгоценным ожерельем обнимали Омиранг - главную твердыню клана демонов Ночи и резиденцию его главы.
        Наш с Тусей восхищенный вздох заставил демонов недовольно поморщиться, но мы ничего не могли с собой поделать. Да и не хотели. Замок был действительно прекрасен.
        Наслушавшись мрачных рассказов о ночных, я подсознательно ожидала увидеть нечто массивное, темное, подавляющее своей мощью и преисполненное молчаливой угрозы. Но белокаменный замок в окружении светло-серых стен устремлялся ввысь гордо и легко, не скрывая своей силы, но и не кичась ею. В чистоте его линий и лаконичности архитектуры жило достоинство воина и обреченность на одиночество.
        Мы переглянулись, взглядом задавая друг другу один и тот же вопрос.
        Как мог главный злодей этой страны сотворить такое чудо?! Ведь это он строил Омиранг после своего изгнания. А может быть… следующая мысль была крамольной и отдавала отсутствием патриотизма. Но… не слишком ли много черной краски в портрете Кирана?
        Озвучить подобное в присутствии наших спутников мы, естественно, не могли и поэтому решили вернуться к этой теме позднее, когда поблизости не будет лишних ушей. Если необходимо, мы с подругой прекрасно понимаем друг друга и без лишних слов.
        Отшутились от обиженного ворчания Эндрика: 'А замок Повелителя красивее!', справедливо заметив, что мы его не видели, так что сравнивать нам не с чем, и, спешившись, направились к высоким клыкообразным камням, надежно скрывшим нашу компанию от случайных взглядов с дороги. Надлежало провести военный совет и согласовать наши дальнейшие действия с привязкой к местности.
        Дорога пересекала долину точно посередине, пробегала между замковой скалой и деревушкой, примостившейся у ее подножия, устремляясь к высоким горам, мрачными исполинами нависавшими над долиной. Сейчас, увидев их воочию, я уже не задавалась глупым вопросом о смысле их названия. Они были действительно Черными. Познания в минералогии у меня отсутствовали напрочь, так что я просто приняла это, как факт. Черные горы. Место, куда нам необходимо было попасть.
        А отсюда следовало, что, как ни крути, посещения деревни нам не избежать. Другой дороги здесь не было, пытаться обойти лесом - нереально. Драгуры все-таки не горные козлы, да и рассчитывать на отсутствие патрулей на окрестных холмах не стоило. Уж кем-кем, а благодушными идиотами Ночные демоны не были.
        Выводы были сделаны, и план дальнейших действий принят единогласно.
        Мы разделяемся. Демоны едут первыми, изображая из себя наемников в поисках службы. Благо, незадолго до этого прошел слух, что в человеческих землях назревает междоусобица, и князья подальновиднее охотно принимают наемников магических рас под свои знамена. Останавливаются на постоялом дворе, ужинают и отдыхают. Мы подтягиваемся через пару часов в образе тсерв и делаем то же самое. А утром, позавтракав, спокойненько отбываем в сторону Черных гор в том же порядке.
        На том и порешили.
        Демоны выехали из чащи на дорогу и спокойной рысью направились к деревне. А мы остались под защитой скал, чтобы эти пару часов провести с пользой - то есть соснуть.
        Но мне почему-то не спалось. Ощущение смутной тревоги становилось все отчетливее, воображение услужливо рисовало разные пакости, которые могут случиться с нашими демонятами на вражеской территории. Материнский инстинкт, чтоб его. И я начала теребить Тусю, едва солнце стало клониться к горизонту, задолго до назначенного времени.
        Подруга отнеслась к моим страхам серьезно. Она давно научилась не пренебрегать предчувствиями, какими бы нелогичными они не выглядели. Да и меня учила тому же.
        На сборы много времени нам не понадобилось. Заплести тонкую косичку на левом виске - отличительный знак тсерв, уничтожить следы привала. И вот уже мы медленно едем по неширокой, но мощеной дороге, с интересом озираясь по сторонам.
        Квадраты ухоженных полей тянулись до самой околицы довольно большой деревни. На глаз - дворов сто, не меньше. Каменные одноэтажные дома с острыми скатными крышами, мощеные улицы, затейливые кованые заборчики. В палисадниках - цветы. Во всем чувствовалась основательность, свойственная демонскому племени. Как я понимаю, никоим образом не зависящая от клановой принадлежности. Но людей на улицах нет, а попадавшиеся навстречу демоны выглядели мрачными и смотрели настороженно.
        Улица вывела нас на просторную площадь, на которой располагалось местное торжище и цель нашего путешествия - постоялый двор, крепкое двухэтажное здание с обширными хозяйственными пристройками, видневшимися за ним.
        Спешились, бросили поводья подбежавшему мальчишке-служке и, не торопясь, с наглым спокойствием прошествовали внутрь.
        Туся с неподражаемым выражением враждебной брезгливости оглядела большую чистую комнату, украшенную пучками ароматных трав и живописными связками лука и чеснока, массивную мебель, явно рассчитанную на то, чтобы не вводить пьюще-отдыхающих в соблазн использовать ее не по назначению, нескольких посетителей, среди которых была и наша троица, и перевела взгляд на спешившего к нам хозяина.
        Пожилой, но еще крепкий демон, явно бывший вояка, приветствовал нас легким поклоном, безошибочно определив Тусю, как старшую. Или знает значение бриллианта на ее косичке, или просто опыт сказывается.
        - Чего желают вольные девы?
        - Комнату, ванну, ужин. Именно в такой последовательности и быстро.
        - Как прикажете. Ужин подать в комнату?
        - Нет. Мы спустимся сюда.
        Не задавая больше вопросов, хозяин достал ключ из ящика высокой стойки, за которой в стене располагались несколько разнокалиберных бочонков и, жестом предложив следовать за ним, стал подниматься по лестнице.
        Комната оказалась намного лучше, чем можно было ожидать в этом захолустье. Светлая, опрятная, с удобной мебелью и маленьким отдельным закутком с 'удобствами'. Горячую воду тоже доставили с похвальной оперативностью, так что уже через полчаса мы спускались в харчевню, с нетерпением предвкушая сытный ужин.
        Наши демонята обнаружились за одним из столов в приятной компании трех уже опустевших кувшинов и огромной мисы с чем-то мясным. Оценив грамотную диспозицию, позволявшую им держать в поле зрения не только вход, но и все помещение, мы зеркально повторили их маневр, расположившись на другой половине зала.
        Хозяин продемонстрировал нам местный аналог меню - вощеную дощечку с перечнем доступных сейчас блюд, принял заказ и резво удалился в сторону кухни. Посетители были заняты своими тарелками и стаканами, на нас внимания никто не обращал.
        Все шло хорошо. Слишком хорошо, и это настораживало. Как говорится, хочешь насмешить Богов - скажи вслух о своих планах. А мы о них говорили слишком много…
        Смутное опасение переросло в уверенность, когда Эндри, неуверенно приподнявшись со скамьи, крикнул: 'Хозяин, еще вина!'. Демоны не пьянеют. Ну, почти. И чтобы заставить их вот так пошатываться даже в сидячем положении, нужен не один кувшин на клыкастую морду, а много. И уж точно не вина.
        Хозяин не спешил, и теперь уже Маркус сделал попытку встать. Его ощутимо повело и плюхнуло обратно на скамью. В тот же момент, как будто этот звук стал сигналом, двери харчевни распахнулись. И десятка два воинов в багрово-черной форме гвардии Ночных горохом рассыпались по зале, занимая стратегически важные точки помещения. Вокруг наших спутников.
        Несмотря на опьянение, они это поняли, схватились за мечи, сторожа противников неожиданно трезвыми взглядами. Да что же с ними такое?!
        К столу подошел один из гвардейцев, что-то негромко сказал. Слов мы не расслышали, но по смеху Эндрика, наполненному горькой иронией, можно было догадаться, что речь шла о сдаче в плен.
        Мы переглянулись, отчаянно ища выход и не находя его. Противников было слишком много даже для нас пятерых, что уж говорить о двух ведьмах-недоучках.
        Гвардеец опять заговорил, держа руку на рукояти меча, но не делая попыток его обнажить. Принц отрицательно покачал головой, и вдруг взмыл со скамьи, опрокидывая стол. Ночной отпрыгнул, но на него обрушился Скьёльд. Подбежали еще несколько гвардейцев…
        В первое мгновение нам показалось, что наши протрезвели и двигаются со своей обычной убийственной скоростью. Увы. Их сил хватило только на один рывок, движения замедлялись с каждой секундой. А гвардейцы зажимали каждого в кольцо, разделяя, оттягивая друг от друга. Уже было ясно, что у них есть приказ брать наших спутников живыми. Ночные даже не обнажили мечей, парируя и нанося удары ножнами.
        Все закончилось за пару минут. А может быть, и за минуту.
        Демонов скрутили, связав буквально по рукам и ногам, и выволокли из харчевни. В приоткрытую дверь я успела заметить повозку, в которую их закинули довольно бесцеремонно, но без излишней грубости.
        Это наводило на мысль о неслучайности происходящего. А также на размышления о подлинном содержимом выпитых ими кувшинов и причинах неожиданного пиетета, проявленного Ночными к непрошенным гостям. Обычно они не церемонились, вначале отправляя чужаков к праотцам, и лишь потом начиная разбираться.
        И причину этому я могла назвать только одну. Эндрик. Точнее, принц Эндри. Младший сын Повелителя Азаира.
        Туся. День….
        Мы с Марысей переглянулись и дружно сделали вид, что все происходящее нас совершенно не интересует. Мы - сами по себе, и те самые демоны к нам отношения никакого не имеют.
        А разве могло быть по-другому?! Чтобы тсервы, да с демонами…
        Наших горе телохранителей утащили, и лишь тогда мы с подружкой позволили себе если не расслабиться, так хотя бы выдохнуть.
        - Будем действовать по плану 'А', - сказала я Марысе, злобно щурясь и сдерживая рвущееся из груди рычание. Я была не просто зла, я была очень зла. Вместо того чтобы спокойно идти выручать жену Эндрика, мы теперь должны вытаскивать самого Эндрика. В придачу с этой парочкой.
        А если еще узнают, чьим сыночком является Маркус… Вслед за этой мыслью в кровь влилась очередная порция адреналина, которого и так там было слишком много.
        Теперь это уже была не злость, а ярость. Я сама себе казалась стихийным бедствием, которое не каждому дано пережить. Хотят план 'А' - получат такой план 'А', что именами двух залетных баб-йожек будут пугать не одно поколение ночных.
        Подруга, глядя, как я нервно постукиваю ноготками по столу, ехидно ухмыльнулась. Под планом 'А' у нас значилось, что действовать будем без плана, но нагло и изобретательно. Так, чтобы мало не показалось.
        Иначе просто нельзя: оставь недобитого врага за спиной…
        Это - как с мужиками, чуть расслабилась и… обручальное кольцо на пальце и три 'К' настоящей арийской женщины. Против двух 'К' лично я ничего против не имею: готовить люблю, детишек тоже не считаю обузой. Но не тогда, когда тебя об этом даже не спрашивают.
        Хотелось ругаться, бить посуду, метать молнии и, желательно, все одновременно. Мысли роились взбешенными пчелами, жажда мщения раздувала ноздри.
        Нет, не тем отомстить, кто утащил (они, как жильцы на этом свете уже даже не рассматривались), а тем, кто позволил себе так глупо попасться.
        Ну что за жизнь?! И тут бабам приходится голову ломать, как мужиков из неволи вызволять!
        Душевный монолог довольно быстро довел меня и до точки кипения, и до той самой ручки, после которой действует пословица: 'Вы нас не ждали, а мы сами пришли!'
        - На кого они быстрее клюнут, на распоясавшихся тсерв или оборзевших ведьм?
        Марыся задумалась. Я бы на ее месте тоже не сразу из двух этих зол выбрала меньшее. Они друг друга стоили.
        - А если… - попыталась выдать она свое решение, но я ее оборвала.
        Не потому что была невежлива, просто наглеть, так по полной программе.
        - Короче, - произнесла я с улыбкой терминатора, которую повезло никому не увидеть, кроме Мары, - сначала будем пить, потом играть в карты, потом танцевать, потом нас унесут туда же, куда и их.
        У стажерки хватило самообладания не сползти со стула. Таких хитроумных планов у нас с ней еще не было.
        - А потом? - с восторгом глядя на меня, прошептала Марыся.
        Вот только меня ее выражение лица не обмануло. Ни экстаза, ни безрассудного веселья в ее глазах не было.
        - А потом, - сказала я уже значительно спокойнее (как-никак, а решение принято, да и руководила спасательной операцией именно я, так что обязана была соблюдать реноме), - мы разнесем всю их крепость по камушку. А если с демонами за это время что-нибудь случится…
        - Ох, и стыдно же им будет, - с предвкушением фыркнула подруга, словно лицезрея эту картину перед глазами.
        Я с ней была полностью согласна, но предпочитала так далеко не заглядывать. Не стоило дразнить судьбу, она вполне способна подставить подножку в самый неподходящий момент.
        - Эй, девка! - крикнула я зычно, перекрикивая шум в зале, - мы долго будем ждать самогон?!
        - Ты сошла с ума, - с каким-то ранящим мое самолюбие равнодушием заметила Марыся и… столь же грозно, как и я, завопила: - И мяса, да побольше!
        Как я и предполагала, до этого момента нас не слишком и замечали. Зато теперь ситуация кардинально изменилась. Установившаяся тишина была хоть и недолгой, но сокрушительной настолько, что заставила задуматься, так ли нам нужно вляпываться в то, во что мы так целеустремленно вляпывались.
        Переглянувшись, единодушно решили, что вариантов у нас нет, только идти вперед.
        Бутыль с самогоном плюхнулась на стол, рядом с глухим стуком рухнула чашка с крупными кусками мяса. Аромат от них шел такой, что желудок тонко завыл, словно его не кормили лет этак двести.
        Серебряная монетка прокатилась точненько между посудинами и исчезла за вырезом не первой свежести рубахи разносчицы. У нас бы за такой вид… Эту мысль я отбросила, к делу она не относилась.
        - Надеюсь, ты с крепостью этого благородного напитка справишься? - прошипела я чуть слышно, сохраняя на лице выражение, обещающее много прелестей тем, кто некстати попадется мне под руку.
        - Обижаешь, начальник! - угрожающе выдала она и словно невзначай провела по крутому боку емкости для горячительного напитка. - Принимай работу.
        Я и приняла. От щедрот своих разлила по кружкам до краев. Фыркнула, многозначительно посмотрела на подружку и… выхлебала половину. Вода была чистая и сладкая, как из родника.
        Умница, стажерка!
        Крякнув якобы от удовольствия (лично видела в кино), вытащила двузубой вилкой первый попавшийся кусок мяса.
        - Жаль, пива нет.
        Могла не шептать, в царящем вокруг гомоне мой глас и так бы никто не услышал. Нас обсуждали самозабвенно и со всеми интимными подробностями. Похоже, тсервы хоть и были грозой, но таких подвигов за ними раньше не замечали.
        - Могу попробовать, - предупреждающе приподняла бровь Марыся и ополовинила свою кружку.
        - Сегодня обойдемся без риска, - успела я ее остановить, прежде чем она решила перейти от слов к делу.
        Сообразив, что только что ляпнула, вновь потянулась за кружкой. Нужно было скрыть кривящиеся в улыбке губы. А то еще народ испугается.
        - Как скажешь. - Миролюбивое настроение возобладало над желанием пошалить и новоиспеченная герцогиня, пожав плечами, принялась усердно закусывать.
        Пили мы недолго, но судя по взглядам окружающих, в которых недоверие к тому, за чем они внимательно наблюдали, сменилось безграничным изумлением, делали это качественно. Уж если гном за соседним столиком периодически застывал, забывая донести кружку до рта, то с первой стадией обработки противника мы справлялись успешно. Мы их ошарашили.
        Пора было переходить ко второй, под кодовым названием: 'озадачить'.
        Незаметно дав знак подруге, что готова действовать, как факир, вытащила прямо из воздуха колоду карт. Веером перекинула их из ладошки в ладошку, вновь собрала вместе.
        - Сыграем?
        Марыся сфокусировала на мне разбегающийся в разные стороны взор и решительно кивнула.
        - На желание? - с вызовом наклонилась я в ее сторону.
        Вместо ответа прозвучало сакраментальное:
        - Ик!
        - Тогда я раздаю? - И, практически без паузы, рявкнула: - Девка, самогон!
        Вместо девки рядом со мной возник демон. Скорее всего, один из охранников. В годах. Тех самых, когда седина в бороду, а бес - в ребро. Глазенки масленые по видимой из-за стола части фигурки прошлись, зафиксировав все впуклости и выпуклости. Судя по глотательному движению, только выпестованное сотнями лет жизни самообладание удержало его от того, чтобы не наброситься не меня немедленно.
        Короче, я ему очень понравилась.
        Пусть радуется, что мы с Марысей находились на задании и отвлекаться на всякие глупости не собирались, а то бы показала я ему… встречу демона с бабкой-йожкой. Серия заключительная, с летальным исходом.
        - Вы уж простите меня, девы-тсервы, но не хватит ли вам?
        - Это он кому? - Мара посмотрела на меня ясным взглядом несправедливо обиженной блондинки.
        - Нам! - хрюкнула я и потянулась к мечу.
        - Все понял, исчезаю, - промямлил этот тип и… исчез из поля моего зрения.
        - В дурака? - воспользовалась я его отсутствием.
        - В дурака! - мотнула головой стажерка и освободила место на столе, сбросив все, что на нем было, на пол.
        Раздав карты и выложив под колоду козырь - туза пик, я откинулась назад, благо стоящий сзади столб позволял подобную вольность.
        - У меня семерка, - с нескрываемым подозрением заявила Марыся и, дождавшись моего разрешающего кивка, сделала ход.
        Я только пожала плечами. В двух мирах я знала только одного разумного, кому удалось меня обыграть. Но его-то как раз сейчас с нами и не было.
        К концу яростной перестрелки картами и красочными эпитетами, тем самым тузом я забрала себе последнее слово. Расклад мне был известен точно. У нее две шестерки: черви и буби. И у меня две шестерки: пики и треф.
        Торжественно водрузив ей на плечи погоны, я многозначительно посмотрела на стол.
        Марыся склонила голову, словно никогда меня не видела, и протянула капризно.
        - Здесь нет музыки.
        - А без музыки - слабо? - начала я наезд. Довольно громко.
        - А может я лучше спою? - робко уточнила она. А взгляд… как у потерявшегося кутенка. Мое пагубное влияние, да на ее наследственность… Бедный Вирран.
        - О себе бы подумала! - Марыся тут же сообразила, что за мысли бродят в моей голове.
        - Ладно, - устоять перед этим невинным созданием мне было трудно, - пой.
        - А ты подпоешь? - продолжила она экспансию.
        Бедный Вирран, повторила я посетившую меня мысль и… кивнула, уже догадываясь, чем мы порадуем публику. Была одна песня, которую мы любили не меньше, чем наш боевой клич.
        Жаль, что кое-кто не услышит ее сегодня.
        Опустив ресницы, чтобы скрыть горечь, которую не могла сдержать, замерла в ожидании, когда она начнет. Уже чувствуя, как болью сжимает сердце, а вставший в груди ком мешает дышать.
        Она была про нас. Меня, Азаира… я очень надеялась, что моя подруга и Вирран не окажутся в этом списке.
        И она начала. Скинув маску тсервы, давая проявиться своей сущности.
        Вот тебе и план 'А'. А все так хорошо начиналось.
        Всегда быть рядом не могут люди,
        Всегда быть вместе не могут люди.
        Нельзя любви, земной любви
        Пылать без конца.
        Скажи, зачем же тогда мы любим,
        Скажи, зачем мы друг друга любим,
        Считая дни, сжигая сердца?
        Я видела, как переглянулись хозяин таверны и один из охранников, тут же выскочивший за дверь. Как опустил плечи один из воинов, что сидел неподалеку от нас и в одиночку надирался самогоном. Как ошеломленно смотрела на нас девушка-разносчица, догадавшись, кого именно занесла нелегкая в эти края.
        И я была благодарна ей за тот испуг, которым она предупреждала нас об опасности.
        Любви все время мы ждем, как чуда,
        Одной, единственной ждем, как чуда,
        Хотя должна, она должна сгореть без следа.
        Скажи, узнать мы смогли откуда,
        Узнать при встрече смогли откуда,
        Что ты - моя, а я - твоя любовь и судьба?
        Так и не открывая глаз, словно обращаясь к нему, тому единственному, кому могла посвятить эти слова, запела я. Так, как не пела никогда до этого. Прося прощения и моля о новой встрече. Уходя и возвращаясь, любя и… не покоряясь.
        Скажи, нам сколько пришлось скитаться,
        Среди туманных миров скитаться,
        Затем, чтоб мы, с тобою мы друг друга нашли?
        А вдруг, прикажет судьба расстаться,
        Опять прикажет судьба расстаться,
        При свете звезд, на край Земли!
        Не счесть разлук во Вселенной этой,
        Не счесть потерь во Вселенной этой
        Одной найти, любовь найти всегда нелегко!
        И все ж тебя я ищу по свету,
        Опять тебя я ищу по свету,
        Ищу тебя среди чужих пространств и веков!
        На моих ресницах блестели слезы, я порывисто поднялась из-за стола. Ни один звук больше не срывался с моих губ, пела одна Марыся. Но моя душа пылала огнем, который требовал, чтобы его выпустили на свободу. Он метался во мне, сжигая в пепел все наносное, что было не мной - той сильной независимой женщиной, которая проиграла, не сумев стать слабой.
        А из-за спины накатывал волнами голос подруги, что шла за мной. Зная, что произойдет, как только мы выйдем за дверь.
        Всегда быть рядом не могут люди,
        Всегда быть вместе не могут люди.
        Нельзя любви, земной любви
        Пылать без конца.
        Скажи, зачем же тогда мы любим,
        Скажи, зачем мы друг друга любим
        Считая дни, сжигая сердца?
        Любви все время мы ждем, как чуда,
        Одной, единственной ждем, как чуда,
        Хотя должна, она должна сгореть без следа.
        Скажи, мы сможем узнать откуда,
        Опять мы сможем узнать откуда,
        Что ты - моя, а я - твоя любовь и судьба?
        План 'А' тем и отличался от всех остальных планов, что никогда не соответствовал задуманному.
        Как мы и предполагали, за дверью нас уже ждали. Дюжина воинов в форме, уже знакомой мне по побоищу в долине. Гвардия Кирана.
        Сдается мне, в этой деревушке квартировалась часть гарнизона крепости. А может, просто проходили мимо.
        - Леди, я приглашаю вас в Омиранг, - выступил вперед один из них, с нежностью оглаживая рукоять меча. Сомневаюсь, что он собирался его обнажить, говорил с вежливостью, которая не подразумевала двойного дна, просто намекал на то, что сила на их стороне. Да и амулеты никто не прятал, у каждого в левом ухе массивная серьга, словно застывшая капля крови.
        Улыбку я скрыла. Чувствовала, что мне доступно разрушить те заклинания, что служили им защитой.
        - Насколько я понимаю, отказ не принимается. - Я сразу дала понять, что старшая в паре именно я. Не хотелось мне, чтобы Марысю раньше времени начали рассматривать, как серьезную угрозу.
        - Вам приготовят лучшие гостевые покои…
        - В подземных казематах, - тихонько, но так, чтобы он услышал, прошептала я.
        Демон интонации не сменил:
        - С четвертого этажа замка открывается великолепный вид на долину. Вам со спутницей должно понравиться.
        Усмехнувшись, кивнула. Надеюсь, он понимал, что наша покладистость ничего общего со смирением не имеет. Судя по тому, как тень озабоченности мелькнула в его глазах, понимал. Но ничем этого не показывал.
        - Приведите лошадей леди! - приказ он двоим, что стояли за спиной.
        Оглядываться я не стала, круг вокруг нас тут же сжался, их место заняли другие.
        Минуты проходили не только в молчании, но и в тишине. Я ждала ржания, воплей и звуков рушившейся конюшни, но их, как не странно, не последовало. Переглянуться бы с Марой, настолько же она встревожена этим обстоятельством или нет, но это могло привлечь ненужное внимание.
        Эта мысль меня же и успокоила. Наши лошадки достаточно разумны, чтобы думать так же. Пока их сущность скрыта под мороком, их вряд ли будут воспринимать серьезно. А в крепости фактор неожиданного появления двух разъяренных драгурих вполне мог стать решающим.
        Размеренный топот копыт стал подтверждением правильности моих рассуждений. Наши девочки вели себя очень послушно.
        - Позвольте вам помочь. - Демон, которого я определила, как старшего, приблизился к моей красавице, приглашая меня сесть в седло.
        Спорить по пустякам я не стала. К тому же, сейчас нам с ним было по пути.
        Он придержал стремя, я улыбнулась. Почти нежно.
        Ехали мы рядом. Марыся со своим сопровождающим позади нас, а с четырех сторон, почетным эскортом на эшафот, остальные демоны.
        - Вы ведь не простой воин? - поинтересовалась я, помня истину, что информация лишней не бывает.
        - Леди умеет видеть, - склонил он голову. Лукавство, мелькнувшее в его взгляде, мне совершенно не понравилось. Похоже, я не просто угадала. - Герцог Мирэй де'Харн к Вашим услугам.
        - А я…
        - Мне известно Ваше имя, леди Туся.
        Выстроенная мною картинка рассыпалась и сложилась вновь, как в калейдоскопе. Я считала, что наших сопровождающих взяли, потому что кто-то из присутствующих в таверне узнал Эндрика. Новый вывод был более логичным с точки зрения того, что мне удалось узнать о демонах вообще, и о ночных в частности.
        Я не ошиблась, Эндрика узнали. Но не в таверне, а значительно раньше. Еще тогда, когда мы ступили на их землю. А вместе с ним узнали и меня, и, скорее всего, Маркуса тоже. Скьельд и Марыся шли за компанию.
        Теперь самым главным было, чтобы моя подруга так и осталась неопознанной. Одно дело - просто ведьма, моя ученица. И совершенно другое - жена герцога.
        - И этот замок…
        Какой-то он неправильный ночной. Ни тебе грозного взгляда, ни рычанья, ни угроз. Светская беседа, да и только.
        - Принадлежит повелителю Кирану. А я - комендант крепости.
        Я выдала на лице напряженную работу мысли, якобы перерабатывая полученные сведения. Сама же думала о том, что план 'А' должен быть срочно изменен. Изначально карательная экспедиция резко изменила статус на спасательную. С очень жестким ограничением по времени.
        - Лорд Мирэй…
        Он вновь меня прервал.
        - Демоны мало придают значения титулам, можете называть меня просто Мирэем.
        - А вы меня - Тусей?
        Его смех был задорным.
        - Ни в коем случае, леди. Я никогда не позволю себе такой непочтительности.
        Во время этих слов Огонек всхрапнула. То ли предупреждая его, чтобы он внимательнее относился к своим словам, то ли меня, чтобы не поддавалась ласковым речам. Как бы то ни было, я решила к кобыле прислушаться. У нее было больше опыта сосуществования вместе с демонами.
        - Наша последняя встреча с повелителем Кираном закончилась совершенно не так, как мне бы этого хотелось. - Я говорила спокойно, словно беседуя со старым другом. Но как же тяжело мне давалось это мнимое спокойствие.
        - Повелитель Киран сожалеет об этом. - С теми же интонациями, что и я, вел свою часть диалога герцог. - По его приказу вы станете почетными гостьями.
        - Я пыталась его убить.
        - Это было недоразумение, - настолько искренне, что в это хотелось поверить, улыбнулся Мирэй. - Повелитель помнит лишь о том, что Ваше владение оружием было достойно уважения. Мы чтим в других воинский дух.
        Так, мило общаясь, мы забирались все выше и выше. Копыта мерно цокали по идеально вымощенной камнем дороге. Мы проехали примерно половину, когда путь нам преградили первые ворота. Башня с одной стороны вплотную примыкала к скале, второй упиралась в обрывистый склон.
        Я сделала вид, что оглянулась на Марысю, пытаясь запомнить мельчайшие детали. Те, что успела заметить, меня не обрадовали.
        Затем были вторые ворота, узкие. Сразу за ними я приметила вырубленную в скале лестницу, что вела к небольшому плато, на которым были кучей навалены валуны.
        Потом третьи, добраться до которых было возможно только по перекидному мосту через довольно широкий ров.
        Тринадцать ворот осталось за нашими спинами, прежде чем мы оказались перед теми, что защищали вход в саму крепость.
        Я знала, что такое паранойя, сейчас же впервые столкнулась с нею воочию. Подобное знакомство оставляло неприятный осадок.
        На площади перед красивейшим из замков, которые я когда-либо видела, нас встречал почетный караул. Демоны в красно-черной форме застыли двумя шеренгами, соорудив сплошной коридор, ведущий к крыльцу.
        Нам с Марысей помогли спешиться, заверили, что гостеприимство распространится и на наших лошадей.
        Вот именно в этот момент я и поняла, что если я что-нибудь немедленно не придумаю… Ситуация воспринималась, как катастрофическая. Пока что я не могла даже представить себе, как мы отсюда сбежим.
        Да только отступать я не собиралась. И не только клятва, данная Эндрику, была тому причиной. Ну не любила я, когда кто-то что-то решает за меня. А если еще и не из самых лучших побуждений…
        Я сделала первый шаг, словно не замечая предложенной мне руки. Замерла, пытаясь улыбнуться демону, на лице которого тень тревоги. Он не знает, чего от меня можно ожидать, но готов к любой неожиданности.
        Наивный!
        Отреагировать он успел, но несколько позже, чем следовало. Было заметно, что тренировок по подхватыванию теряющих сознание барышень у них не проводилось.
        Падая, я попыталась за него ухватиться, как за единственную опору, оказавшуюся в поле моего зрения, но только содрала кожу на ладони, поцарапавшись за шпенек на пряжке его перевязи. Безвольно заскользила вниз.
        Поймал он меня в последний момент, не дав коснуться земли.
        Выступившая капля крови упала на камень. Следующая осталась на его сапогах, еще одна на рукаве камзола. Досталось и тому воину, который сопровождал Марысю. Он счел нужным подсобить своему господину.
        Моя подружка кинулась ко мне, отталкивая неумелых помощников. Резким голосом потребовав всем отойти, попыталась освободить стянутый шнуровкой ворот.
        Успокаивать возникший кипеж я не торопилась. Если герцог был в той долине, должен был знать, что я, так же, как его повелитель, была ранена.
        Был и знал.
        - Целителя! - Голос герцога разнесся по окрестностям, ударяясь о стены и скалы, прошелся по двору, где мы находились, гулким эхом.
        - Орать не обязательно, - холодно произнесла Марыся, - целитель уже здесь.
        Меня окутала теплая волна силы. Стажерка схватывает на лету, теперь им должно стать ясно, зачем именно она рядом со мной находится.
        - Отставить целителя, - невозмутимо, словно не он только что вопил, как ужаленный пчелой, отдал приказ Мирэй.
        А я… я позволила себе открыть глаза. Все, что мне нужно было, я уже сделала. Остальное можно закончить там, где нас разместят.
        Идти самостоятельно мне не дали. Герцог так и держал меня на руках, стараясь не прижимать крепко. Сзади раздавались разъяренное ржание и нецензурные крики демонов. Похоже, моя четвероногая подруга проявила недовольство тем, что ко мне липнут всякие там мужики.
        Мысленно ее успокоила других способов, к сожалению, нет. Но Огонек словно почувствовала и все поняла, постепенно разрешила себя усмирить и увести.
        Хорошая девочка, повезло мне с лошадью!
        Покои, которые нам предоставили, действительно находились там, где он и говорил. Но Мирэя, который за все время не сделал ни одной остановки, это нисколько не смутило. Когда он сгрузил меня на софу, дышал ровно, в отличие от подруги, перед которой мне стало стыдно. Я понимала, что так надо, но по моим расчетам ей пришлось самой подняться этаж на седьмой-восьмой. Высота потолков впечатляла.
        - Ваша служанка сейчас подойдет.
        - Не надо, - Марыся, надвигаясь, заставила демона пятиться к двери. - Я не позволю никому прикоснуться к Тусе.
        Во взгляде Мирэя что-то такое мелькнуло, нехорошее. Не знаю, о чем подумала подруга, сверкнув глазами, но лично я, некстати, вспомнила о Киране.
        - Как вам будет угодно, - согласился демон таким тоном, что я ему не поверила. - Располагайтесь. Вход в купальню из спальни. Если вам что-то будет нужно, позвоните в колокольчик. В малой гостиной накрыт стол, на тот случай, если вы проголодаетесь.
        - Ваша любезность не знает границ, - Марыся буквально выдавила герцога за дверь и плотно прикрыла ее за ним.
        Когда раздался звук поворачиваемого в замочной скважине ключа, мы с ней обе вздохнули. Не то, чтобы тяжело, но одновременно.
        Два заклинания от подслушивания подвесили не сговариваясь. Лучше пере…, чем недо…
        - Итак, что мы имеем? - повернулась ко мне стажерка. Поучаствовав в моем представлении, она теперь требовала от меня полного отчета.
        Я села поудобнее, подсунув диванную подушечку себе под спину.
        - Оружие у нас не отобрали. Всерьез, как воинов, не рассматривают.
        - Скорее всего, Кирана в замке нет. Появится - отберут.
        Я кивнула, соглашаясь. Наше сопровождение было слишком многочисленным, чтобы мы с ними могли справиться, вот они и не беспокоились. А перед встречей с повелителем, так же, как и мы, перестрахуются.
        - Остается узнать, - продолжила она после непродолжительной паузы, во время которой задумчивым взором обводила, как мы поняли, большую гостиную, - где он и когда появится.
        - Узнаем, - озорно усмехнулась я. - Зря, что ли я старалась?! Терпение, только терпение.
        Прежде чем приступить к очередному этапу сильно изменившегося плана 'А', я предложила Маре осмотреться. Несколько минут вряд ли могли что-то изменить.
        Покои состояли из двух гостиных, в одной из которых, действительно, был накрыт стол на две персоны. После того количества мяса, которое было съедено в таверне, смотреть на него пока что не хотелось. Там же находился камин, рядом с которым стояли два глубоких кресла и небольшой столик. Но больше всего меня поразила шкура медведя, что должна была согревать ноги любующихся огнем.
        Романтично, блин.
        Две спальни, одна в нежно-розовых тонах, вторая - в бежевых. Миленько.
        Купальня. Турецкие термы на выезде! Жаль, воспользоваться не придется. В них можно потеряться на до-о-олгое время.
        Сделав круг, остановились на малой гостиной. И уютно, и прикрыть защитой проще.
        Проделав все необходимые манипуляции и стараясь не думать о том, что я в этих делах совсем еще дилетант, приступила к ритуалу.
        Я вытащила спрятанный в засапожных ножнах кинжал, фыркнула, отметив, как погрустнел взгляд подруги. Похоже, магия крови ее несколько пугала.
        Навершие пылало багровым значительно ярче, чем это было в замке Вира. Вывод напрашивался сам собой. В этом месте не я одна пользовалась тайным искусством.
        Уколов палец, дождалась, когда моя кровь впитается в лезвие.
        - Кровь к крови, - пояснила я Марысе, намекая, что теперь все пролитые мною сегодня капли составляют единое целое.
        Не знаю, поняла она или нет, но переспрашивать не стала. Ну а я посчитала, что терять время зря не стоит.
        Вспоминать нужное заклинание не пришлось, оно, словно написанное огнем, пылало перед моими глазами.
        Слова срывались с губ, взлетали к потолку всполошенными птицами, таяли снегом под ярким солнцем в окружавшей нас тишине.
        Трижды произнесла я призыв, прежде чем ощутила нить, связавшую меня с моими незримыми образами с той стороны двери.
        Теперь я видела их глазами и слышала их ушами.
        Очень вовремя.
        - Милорд, вестник от повелителя. - Подбежавший к герцогу гонец в одном из дальних коридоров опустился на колено, склонив голову.
        - Что?! - Голос де'Харна был далек от той доброжелательности, которую он демонстрировал нам.
        - Повелитель прибудет в крепость еще до рассвета. Приказ - стеречь ведьм. Обращаться очень бережно, ни одна из них не должна пострадать.
        - Жаль, - тихо, только для самого себя прошептал герцог. - Вторая - еще та кошка. Я бы ее приручил.
        - Успеешь еще. - К Мирэю (я уже представляла себе, как буду учить его уму-разуму) подошел демон, который сопровождал Марысю. Кивком отослал гонца и только после того, как тот отошел достаточно далеко, вновь заговорил. - Киран обещал тебе ведьму. Невесту повелителя дневных он, естественно, заберет себе. Тебе же как раз и достанется кошечка.
        - Надеюсь, ты прав, Ширан. Я бы показал этой девочке все, что умею. - Мой разум оставался холодным. Но список того, что я сделаю с герцогом, становился длиннее с каждым мгновением. Ему повезло, что он решил сменить тему разговора. Как раз на нужную мне. - Как наш принц?
        - Не буйствует, но его спокойствие выглядит подозрительно. Я отправил еще две пятерки к старому арсеналу.
        - Интересно, на что или на кого он рассчитывает. Бастард и тот, немощный, в подземелье северной башни. Ведьмы здесь, под охраной… - Он задумчиво оглаживал рукоять меча. - Подними-ка весь гарнизон. И проверь сам сына Азаира.
        - Как скажешь, - хрипло рыкнул тот, кого назвали Шираном, и отправился в ту же сторону, что и гонец.
        Моя предосторожность оказалась оправданной. Одна тень скользнула вслед за ним, вторая осталась с герцогом. А третья… продолжала бродить по замку, отнюдь не любуясь его архитектурой.
        - Значит так, - я частично вынырнула из легкого транса, ощущая себя словно поделенной на запчасти, - Киран будет к утру. Наш гостеприимный хозяин готов к разного рода неожиданностям, поднял гарнизон.
        - Но судя по предвкушению, которое я слышу в твоем голосе, - с усмешкой протянула подруга, - есть неожиданности, которых он совершенно не ожидает.
        Я подняла взгляд к потолку, пытаясь решить, насколько мне жаль замок, в котором мы находились. Оказалось, очень жалко. Это осложняло ситуацию.
        - Ты не знаешь, в этом мире драконы существуют?
        Покинуть комнату труда не составляло, мои тени заставят охранников сделать все, что угодно. Накрывшись невидимостью добраться до помещения, где удерживали Эндрика, тоже проблемой не являлось. Способности ведьм отличались от магии демонов, не каждому по силам было разобраться с нашими плетениями.
        А вот дальше начинались проблемы. Нужно было так отвлечь внимание, чтобы и вытащить принца, и, добравшись до подземелья, забрать еще двоих пленников.
        Можно было воспользоваться тем же вариантом, что и в крепости Виррана, - вызвать суккубов, но повторяться не хотелось. У нас что, совсем воображения нет, что ли?!
        - Существуют, - подхватила мою мысль Марыся, - но где-то далеко. Сюда не залетают.
        - Это они так думают, что не залетают. А наши залетят. Может, они какой дряни нанюхались, с курса сбились?
        - Огневая поддержка с воздуха?
        - Иллюзия, - хмыкнула я. - На поддержку у меня крови не хватит.
        - Это опасно? - встревожилась подруга.
        А я мысленно двинула себя по затылку. Нужно было срочно искать слова, чтобы объяснить Марысе - магия крови не зло само по себе, просто она дает могущество, которое способно соблазнить слабую душу.
        - Нисколько, - поторопилась я развеять ее тревогу. - Но чем больше действия, тем сильнее должна быть привязка, а для этого нужна собственная кровь.
        Даже если она мне и не поверила, ничего не сказала.
        Приготовления много времени не заняли. Еще несколько капель крови (у стажерки взяла тоже, пусть драконов будет два), четкие образы ящеров, которым предстояло воплотиться, чтобы стать ужасом этой крепости.
        Когда все было готово, только закончить заклинание Словом-ключом, мы встали у стены рядом с дверью. Шум, возникший за ней спустя несколько секунд, был негромким и коротким. Прошло еще несколько мгновений, и мы были в коридоре. Один из охранников сам открыл дверь и сейчас смотрел на нас близким к безумию взором. Две Туси держали кинжалы у его горла, еще одна удерживала от опрометчивых поступков его товарища.
        - Усыпишь? - кивнув на эту парочку, спросила я у Марыси.
        Могла не спрашивать. Надеюсь, их сон будет достаточно крепок, чтобы избежать новых потрясений.
        Укрытые пологом невидимости мы неслышно и незаметно спустились вниз. Воины встречались нам еще не раз, но ни один не встревожился, не ощутил нашего присутствия.
        Спустившись во двор, осмотрелись. Одно из моих отражений тут же скользнуло ко мне, показывая, где именно находится старый арсенал, где держали Эндрика.
        Наверное, правильнее было сначала вытащить Скьельда и Маркуса, а затем уже вместе с ними отправиться за принцем, но… предчувствие убеждало меня, что делать этого не стоит. Эта парочка справится и сама. Как? Я об этом старалась не задумываться.
        Мы подобрались к строению настолько близко, насколько это было возможно. Дело было не в том, что нас могли заметить, на нас могли наткнуться. Слишком много демонов ходило туда обратно.
        Сжав ладонь подруги, я произнесло замыкающее Слово.
        Сердце остановилось, чтобы тут же рухнуть, словно в пропасть. Ощущение слияния с еще не появившимся драконом было настолько полным, что мне пришлось прикусить губу, возвращая себя к реальности.
        Огромная тень закрыла собой свет луны. Он не летел - парил в ночном небе, не торопясь ринуться к земле. Второй кружил чуть в стороне. Два черных дракона, воплощение силы и неукротимости.
        - Ну…
        Больше ничего произнести я не успела. Вдалеке, где, как я предполагала, находилась та самая северная башня, раздался оглушающий хлопок, словно взорвался гигантский фейерверк, под ногами дрогнула земля, послышался тяжелый гул.
        - Ты говоришь, он сын Кирана? - многозначительно уточнила у меня Марыся, намекая, что о судьбе той парочки нам больше беспокоиться не стоит.
        - Сын, сын, - хмыкнула я и поманила ящеров.
        Их очертания становились все явственнее, распахнутые крылья закрывали собой звезды, полыхнувшие струи огня всполохами молнии разорвали ночь.
        Все остальное выглядело полной неразберихой. Все куда-то бежали. Мы - тоже. В какой-то момент я буквально впечаталась в грудь Эндрика, успев увернуться от меча, которым он яростно размахивал. Потом рядом фыркнула моя воинственно настроенная рыжуля.
        Я оглянулась, вдруг показалось, что во всей этой чехарде я упустила из вида Марысю, но она уже сидела верхом на своей Снежке.
        Покидали мы крепость тем же путем, что и попали в нее. Других просто не было. В небе бушевали драконы, за спиной раздавались крики, в которых можно было различить команды.
        Нас пытались остановить, но количество магии на один квадратный сантиметр пространства было настолько велико, что наших противников просто раскидывало по сторонам.
        От Маркуса волнами расходилась дикая, необузданная сила, словно подтверждая пословицу, что если она есть, то ума уже и не надо. Несколько успокаивало присутствие рядом с ним Скьельда. Создавалось впечатление, что у того все под контролем. Да и Эндрик, который бежал рядом с моей драгурихой, неизвестно от кого прикрывая, тоже не смотрелся озабоченным.
        Вот так, в полном соответствии с разработанным нами планом 'А', уничтожив все ворота, что встретились на нашем пути, мы и покинули не очень гостеприимную крепость Омиранг.
        Именно такой, расцвеченной огнями, но вполне устоявшей после нашего пребывания в ней, она и останется в моей памяти. Как символ нашего с Марысей безрассудства и наглости. Как доказательство того, что кто против двух ведьм пойдет…
        Настроения не испортил даже взметнувшийся вдалеке вымпел. Тот самый, что сигнализировал о прибытии в свои владения темного Властелина - повелителя ночных демонов Кирана.
        Как он не торопился, он опоздал.
        И в небо взлетел наш с Марысей боевой клич, распугивая мирно спящую живность:
        'Как ныне сбирается вещий Олег,
        Отмстить неразумным хазарам…'
        Марыся
        Эйфория прошла быстро. Точнее на боевой клич и пару-тройку минут беспричинного смеха и похлопываний друг друга по плечам ее и хватило.
        Вымпел Кирана неуклонно продвигался к крепости, и я не сомневалась, что навстречу ему уже спешит гонец с докладом о произошедшем. Меня занимали только два вопроса: решится ли герцог лично доложить о сокрушительном провале своей миссии, и заедет ли Ночной в свою крепость хотя бы ненадолго или сразу бросится в погоню. Первый вариант был предпочтительнее, второй - увы, реальней.
        В поле зрения попал Маркус, постепенно успокаивающийся, но все еще в боевой ипостаси, и я добавила третий вопрос в этот список, не спеша, впрочем, его оглашать: знает ли Киран о его существовании, и почувствовал ли он сейчас проявление родственной Силы?
        Хотя не почувствовать ее было затруднительно. Несмотря на многослойный щит, наброшенный на отряд всеми нашими магами по очереди, у меня до сих пор сосало под ложечкой и мелко дрожали руки. И я искренне сочувствовала тем, кто попал под каток этой мощи.
        Но сразу же возникал четвертый вопрос, в ответ на который очень хотелось соврать самой себе. Если сынок, едва осознавший себя, только что раскатал башню по камушку и, кажись, не очень-то и заметил этот факт, то каков же папенька?!
        Как только копыта драгурих коснулись камня проезжего тракта, они перешли на рысь, а демоны - на легкий бег, без труда поспевая за лошадьми.
        Замковая скала уже осталась далеко позади, впереди вырастали мрачные пики Черных гор, когда наши спутники, обменявшись жестами, подозрительно напоминающими жестикуляцию спецназа, дружненько свернули в густой смешанный лес, покрывавший предгорья и местами подступавший вплотную к дороге.
        Скьёльд, не дожидаясь вопроса, пояснил:
        - Дождемся наших драгуров. Они уже недалеко.
        И легко снял меня с седла. Эндрик помог Тусе. И только Маркус с безучастным видом сел на землю и уставился в никуда.
        Мы с подружкой переглянулись. Нет, так никуда не годится. Надо вытаскивать парня из депрессии, пока он не напридумывал себе стихии знают что. Носить такое в себе… тяжела ноша. А если на всех разделить - вполне по силам станет.
        Первая реплика досталась мне.
        - А наша команда начинает проявлять похвальную сыгранность, - заметила я, стараясь держать в поле зрения всех демонов, - как получилось, что вы все одновременно выбираться начали? Мы еще только за Эндриком шли, а вы уже…
        Эндри хохотнул и произнес, лукаво поглядывая на Тусю.
        - В отличие от этих несчастных, одну из вас я уже достаточно хорошо знаю, чтобы понимать, что долго под замком вы не усидите. А потрепанные нервы предпочитаете лечить шумно и за счет обидчиков. Поэтому, как только поднялся переполох - вышиб двери и пошел искать вас.
        Как просто - вышиб двери… А что двери дубовые, с оковкой и толщиной с его ладонь - об этом он как-то забыл упомянуть. Из чистой скромности, конечно.
        - А вы? - обратила я взор наивных глаз на Сьёльда.
        - Это все Маркус, - мотнул он головой в сторону статуи вселенской печали, - вскочил вдруг, сообщил, что чувствует знакомую ворожбу, потом - что вы на свободе и к выходу кинулся. Дверь вынес - даже не заметил, а как вышли - и башню разнес. Что с него взять… маг еще молодой, необученный, силой привык брать, не умением.
        - Маркус… - тихонько окликнула его Туся, осторожно, словно боясь спугнуть, - давно ты знаешь?
        Он поднял глаза, полные такой муки, что мне стало не по себе. Захотелось немедленно обнять, утешить, успокоить, как потерявшегося ребенка. С габаритными размерами жалеемого это чувство считаться не пожелало. Беда с этими мужчинами…под два метра вымахал, центнер стальных мышц нарастил, а душой - дитя малое, каждый обидеть может.
        - С лекарни. Повелитель сказал герцогу, когда они возле моей постели стояли, думал, что я без сознания.
        Думал? Ну-ну, наивная ты душа. Я твоего повелителя без году неделя знаю, и то уже от подобных заблуждений избавилась. Лучше бы пораскинул мозгами: а зачем ему нужно было, чтобы ты это узнал? И именно тогда?
        - И ты… - мягко, как психоаналитик пациенту, страдающему маниакально-депрессивным психозом*, подсказала подружка.
        - А что я?! Что мне теперь делать?! Я присягал Азаиру, а оказался сыном злейшего врага Галерона. Лучше бы он казнил меня тогда. Было за что. И никто бы ничего не узнал… - повесил буйну голову наш депрессивный.
        - Нам не дано выбирать родителей или изменить прошлое, - перефразировала Туся сакраментальную фразу, похоже, еще не известную этому миру, - но свой путь мы выбираем сами. И за него несем ответственность. А ты… - неожиданно сменив тон, она рявкнула так, что демоны вначале подскочили, а потом воззрились на нее с изумлением, - если не успокоишься - я тебя сама убью! Или оставлю своим телохранителем. Навсегда. Как тебе такая перспектива? Достойное наказание за неподходящего папочку?
        Пока Маркус, робко выглянув из своего ступора, переваривал информацию и мучительно пытался выбрать наименьшее зло, я пихнула локтем принца, сидевшего рядом.
        - Эндрик, поздравляю с новообретенным родственничком. Депрессивный, правда, малость. Но это мы подлечим. А в остальном - очень даже ничего. Как тебе такой кузен?
        - Пойдет! - многообещающе ухмыльнулся принц и подмигнул Маркусу, вновь впавшему в прострацию, на этот раз, кажись, от удивления, - Как только доберемся до кабака - отметим!
        'Кузен' наконец-то начал подавать слабые признаки мозговой деятельности. Поднял голову, обвел взглядом, в котором постепенно разгоралась сумасшедшая надежда, наши жизнерадостно скалящиеся морды и робко спросил:
        - Вы серьезно?
        - А ты как думаешь? - в один голос рявкнули Туся с принцем. Я засмеялась. И даже Скьёльд улыбнулся, глядя на нас со снисходительностью вожака стаи, наблюдающего за возней трехмесячных щенков, но тут же встал.
        - Пора. Драгуры уже здесь.
        На полянку действительно вышли драгуры и сразу разбрелись по своим хозяевам, ластясь к ним, как собаки, что в исполнении этих огромных зверюг выглядело просто пугающе. Эти нежности были решительно прерваны моим телохранителем, первым вскочившим на спину своего драгура. Остальные последовали его примеру, автоматически выстраиваясь в боевой порядок. Отсутствие седел и стремян никого из них не смутило. Я с завистью оглядела их посадку - высокую, как у жокеев, с опорой на колени, позволяющую пружинить и не сбивать спину лошади. Попыталась представить, сколько бы я продержалась в такой позе… получалось - шагов пять-шесть. В очередной раз оценив физические данные этой хвостатой братии, со вздохом полезла в седло.
        Скьёльд сразу пустил своего драгура бодрой рысью, бросив через плечо: 'На дороге - в галоп', и растворился в лесных тенях, опережая отряд.
        Эндрик, замыкавший строй, вдруг подал голос.
        - Мы находимся в землях, где кочуют тсервы. А у них сейчас брачный период. Как бы не встретить…
        - А чем это нам грозит? - лениво поинтересовалась Туся, поглаживая шею своей рыжухи и явно пребывая мыслями где-то далеко.
        - Вам - ничем, - мрачно сообщил принц, - А вот нам…
        - Что, сразу убьют? - мне мало верилось в подобную нерациональную кровожадность. Все-таки женщины - существа практичные. Зачем портить то, что может в хозяйстве пригодиться?
        - Нет, не убьют, если сдашься. Но право на жизнь и свободу отработать заставят. Натурой, - уже окончательно помрачнев, сообщил демон.
        Вот это уже более правдоподобно! Я вспомнила, какие мысли одолевали меня при первой встрече с Вирраном и невольно улыбнулась. Залюбить до смерти - еще куда ни шло. Но убить… ни за что!
        Туся ехидно хмыкнула и поинтересовалась:
        - А в чем проблема? Молодые, здоровые…
        - Проблема в том, что я не умею любить женщину с кинжалом у горла.
        - Не каркай, - обернулся к нам Маркус. Выглядел он уже не таким подавленным. - Может, проскочим. Они обычно восточнее кочуют.
        Содержательную беседу прервал Скьёльд, лесным призраком возникший перед нашей кавалькадой, и жестко скомандовавший: 'В галоп! Погоня близко'.
        Драгуры рванули с места, получив ментальный приказ хозяев, а наши кобылы - и вовсе без приказа. Буквально на бреющем мы пролетели опушку леса и выскочили на тракт, рассыпая искры из-под подков. Скьёльд перестроился в арьергард, доверив авангард Маркусу.
        Пра-а-а-авильное решение. Серьезное дело - лучшее лекарство от хандры. А если вспомнить, что этот депрессивный в замке творил - то его только первым и пускать. А нас - потом, с метлами. Для уборки мусора. Потому что, то, что после этого Мамая останется - только подметать можно будет.
        Я оглянулась назад, с замирающим сердцем ожидая увидеть вымпел Кирана. Я и раньше не горела желанием встречаться с повелителем Ночных, а уж после того, как мы немножко погромили его замок, это было последнее, что я могла для нас пожелать.
        Но горизонт был еще чист. Хотя ощущение взгляда в спину становилось все отчетливее. И взгляд этот благодушием, отнюдь, не дышал.
        Мы неслись во весь опор, благо идеально вымощенная дорога это позволяла. Громада Черных Гор неуклонно приближалась, суля спасение от опасностей нынешних, но не скрывая грядущих. Но… сейчас именно первые представлялись наиболее весомыми.
        Стрела, вжикнувшая по камням буквально в метре от копыт первого драгура, для всех нас явилась полной неожиданностью.
        Первым сориентировался Скьёльд, проорав: 'Вправо, два!' и все наша команда, вновь проявив недюжинную сыгранность, мгновенно повернула коней в указанную сторону. К лесистым предгорьям, где у нас были шансы затеряться.
        - Это тсервы! - проорал мне на ухо принц, придерживая своего драгура вровень с моим. - У них прекрасные лучники! Если что - не дергайся, нашпигуют стрелами раньше, чем успеешь обнажить меч! В открытый бой они не ввяжутся. Если окружат - сдаемся!
        - И что? Будете отрабатывать?! - невзирая на неподходящесть момента я не удержалась от шпильки.
        - Лучше так, чем стать подушечкой для булавок! И помни, вы, ведьмы, можете нас защищать, как своих телохранителей! Вас они не тронут!
        На этой оптимистической ноте принц отстал, занимая свое место в арьергарде, а я склонилась к шее Снежки, приподнимаясь в стременах. Бедные мои ноги, придется вам потерпеть…
        Увы, недолго музыка играла. Перед нами оземь грянул град стрел, частоколом впиваясь в землю. Мгновением позже такой же град обрушился позади, отрезая пути к отступлению. Драгуры рванулись вправо - то же самое. Больше мы уже не дергались, сгрудившись плотной кучкой и молчаливо дожидаясь появления наших противников.
        И они не замедлили появиться, окружая нас плотным кольцом, сторожко поводя хищно нацеленными стрелами мощных луков.
        Статные женщины в штанах и куртках из плотной кожи. Волосы либо заплетены в длинные косы, либо отрезаны над плечами на манер карэ. Из украшений - только серьги кольцом, украшенные крупными камнями. И у каждой длинная косичка у левого виска…
        Приплыли. Называется, не поминай лихо, пока оно тихо. А если оно тихим по определению не бывает?! И счет ему идет на десятков пять-шесть?!
        Остановились довольно далеко. Пока с мечом доскачешь - точно, стрелами, как булавками утыкают. Грамотная диспозиция. У них нет ни шанса против демонов в ближнем бою, а у нас нет шансов им этот самый ближний бой навязать.
        Вперед выехала черноволосая женщина с властными черными глазами. Не иначе демоница-полукровка. Ее косичка была перехвачена заколкой с целой гроздью сверкающих самоцветов, тогда как у остальных присутствовал только один какой-либо камень. Кланы? Семьи? Вопрос риторический…
        - Сдавайтесь! - требование прозвучало категорично и с полной уверенностью в успехе.
        - Сдадимся, если вы гарантируете жизнь и свободу нашим телохранителям. - Холодно отчеканила я, помня краткий ликбез Эндрика и в душе оторопев от собственной наглости.
        Туся молча встала рядом, всем своим видом демонстрируя солидарность со мной. Демоны оказались прикрыты нашими 'широкими' спинами. Вопрос: надолго ли?
        Предводительница только усмехнулась насмешливо-одобрительно, призывно махнув рукой куда-то за спину.
        Ровный ряд конных лучниц разомкнулся, пропуская вперед старую каргу на низкорослой лошадке, такой же седой, как и она сама. Бабка подъехала почти вплотную к нам, явно не опасаясь удара мечом, остановилась, хищно втягивая воздух крючковатым носом.
        - Ведьмы, - деловито сообщила она, ни на секунду не прерывая обнюхивания. - Дар Жизни и Дар Крови. Одна беременная.
        Что?!!!
        Мы с Тусей ошеломленно уставились друг на друга, даже забыв о печальном положении нашей команды. Беременная?! Кто из нас?!
        Но бабка только злорадно усмехнулась и продолжила:
        - Демоны. Маги. Все здоровы. Давно не были с женщиной. Годятся. - И чуть помедлив, как-то излишне задумчиво и словно ни к кому не обращаясь, промямлила: - Ну, а с этими двумя вообще лучше не связываться.
        И, закончив свой отчет в стиле телеграфа, скрылась за спинами лучниц, метнув на прощание взгляд, полный откровенного ехидства.
        Предводительница, внимательно наблюдавшая за нами во время этой 'проверки', осведомилась:
        - Ну что? Согласны? Жизнь за жизнь. Ваши мужчины дарят нам новые жизни, а мы взамен оставляем им их собственные.
        - А как вы узнаете, что произошло зачатие? - поинтересовалась я. Страха почему-то не было совсем. А вот интерес к нешуточным диагностическим способностям этих дамочек присутствовал.
        - Шаманка узнает, - небрежно отмахнулась от вопроса черноволосая, - Ну так что?
        - Согласны, - твердо произнесла Туся, - но не более чем на один день. За нами погоня.
        - Наши шатры в стороне. А кто за вами гонится? - Поинтересовалась она, давая команду опустить луки.
        - Киран, Повелитель ночных демонов.
        - А, этот…- тсерва сладко зажмурилась на мгновение и даже прищелкнула языком. - Хорош, ничего не скажешь. Моей пра-прабабке удалось пленить его, когда он звался еще герцогом аль Раанг. И я бы не отказалась повторить ее подвиг…
        Мы переглянулись. Еще одна родственница? Или… Туся еле уловимо пожала плечами, показывая, что ничего не чувствует.
        - Я оставлю оружие вашим спутникам, полагаясь на ваше слово, - предводительница оглядела наших демонят, дождалась подтверждающего кивка и скомандовала: - В лагерь!
        Тсервы на удивление быстро и грамотно перестроились, оставляя нас в середине отряда, под бдительным прищуром лучниц задних рядов, и галопом поскакали на северо-запад, удаляясь от вожделенных гор.
        Лагерь оказался довольно большим. Около двадцати шатров, напоминавших монгольские юрты, пятью разноцветными лепестками обрамляли центральный - самый большой, украшенный замысловатыми эмблемами всех пяти цветов. Символика достаточно простая и не требующая дополнительных пояснений: пять кланов, объединенных под одной властью.
        Отряд остановился именно у него, но спешились не все тсервы, а только длинноволосые. Остальные остались в седлах, не снимая стрел с тетивы и сторожко наблюдая за демонами.
        К предводительнице подошли три седых женщины, выслушали короткий приказ и встали рядом с нашими демонятами.
        - Оружие, - предводительница повелительно указала на деревянный ларь, поднесенный к ним. Скьёльд бросил на меня короткий взгляд и первым расстегнул пряжку перевязи. Остальные последовали его примеру, поражая тем количеством смертоубийственного железа, которое было припрятано по укромным местам их костюмов, на первый взгляд достаточно узких и лаконичных.
        Я подошла к своему телохранителю, коснулась его руки.
        - Скьёльд… потерпите, пожалуйста. Это только один день.
        - Не беспокойтесь, миледи. Это не самое страшное, что могло с нами случиться. И уж точно не самое неприятное, - он заговорщицки подмигнул и продолжил уже другим тоном. - За молодыми я пригляжу.
        - Спасибо. И… береги себя.
        Я отошла, не желая больше испытывать терпение воительниц.
        Когда наши спутники вместе со своей охраной скрылись за шатрами, а драгуров увели в другую сторону, предводительница приглашающе повела рукой: 'Прошу. Будьте моими гостьями' и первой шагнула за тяжелый полог, прикрывавший вход.
        В шатре царил приятный полумрак, дававший отдых глазам, но не мешавший осмотреть обстановку. Надо признать, что максимум комфорта при минимуме объема для транспортировки тсервы себе обеспечили. Пушистый ковер, на нем квадратный столик, явно складной, толстые матрасики-сидушки вокруг него. Вторая, меньшая половина шатра отделена занавесом. Наверное, спальня.
        Едва войдя, тсерва обернулась к нам и, вмиг растеряв всю свою надменность и властность, спросила:
        - Ну что, будем знакомиться? Я - Кассандра.
        - Туся.
        - Марыся.
        - Ну, тогда зовите меня Касей, для созвучности, - засмеялась предводительница, задорно блестя глазами. - Проголодались?
        Мы с энтузиазмом закивали. Мясо, съеденное на постоялом дворе, давно превратилось в воспоминание, а оценить деликатесы, предложенные в Омиранге, у нас не было времени.
        - Тогда быстренько, девочки, умывайтесь и будем завтракать. - она подтолкнула нас к занавеске.
        - Кася, - я рискнула назвать ее так, - наши тоже голодны.
        - Переживаешь? - подмигнула Кассандра и хлопнула меня по плечу так, что подкосились коленки. Да, чувствуется, что эти дамы мечом вместо кукол с раннего детства играют, - не волнуйся, знаем мы, что от голодных мужчин проку чуть. Накормят, напоят, приласкают.
        - Главное, чтоб не заласкали, - проворчала моя подружка, скрываясь за занавесью.
        - Вашим это явно не грозит. Чтоб таких заласкать, всего моего отряда не хватит. Колоритные экземпляры. Удачная охота получилась.
        - Те, что за нами гонятся, тоже колоритные. Как бы вам ролями не поменяться, - прозвучало это довольно мрачно. Наверное, я до сих пор пыталась представить себе возможности Кирана, отталкиваясь от продемонстрированного его сыном.
        - Вы нас предупредили, так что… Я уже приказала выставить дальние дозоры.
        Ну что ж, будем надеяться, что это уверенность в своих силах, а не банальная самоуверенность. С этой оптимистической мыслью я шагнула за занавеску.
        Естественно, роскоши замковых купален здесь не было. В маленьком закуточке с полотнятыми стенами прямо на земле стояла деревянная шайка и два больших ведра воды. Мы по очереди исполнили роль душа, поливая друг друга из ковшика, быстро оделись, сменив белье и рубахи, и вернулись в основную часть шатра.
        Кассандра уже маялась у накрытого стола, нетерпеливо поглядывая на занавеску. Наши желудки обрадовано взвыли, почуяв пищу, и мы, по примеру хозяйки поставив сапоги у входа, проворно опустились на седушки.
        Она уже наполнила серебряные стаканы вином, так что нам оставалось только принять их из ее рук и поддержать тост.
        - За женщин! - ожидаемо провозгласила Кася, залпом выпила и тут же принялась за еду. Мы, естественно, последовали ее примеру.
        Следующие минут двадцать в палатке стояла тишина, нарушаемая лишь периодическим бульканьем кувшина.
        От очередного незнакомого, но очень вкусного блюда меня оторвала раздумчивая реплика подруги, рассматривавшей меня с мрачной подозрительностью.
        - Что-то ты много есть стала…
        - Как всегда, - отмахнулась я, возвращаясь к прерванному занятию, - ты тоже отсутствием аппетита не страдаешь.
        - И пьешь много… В твоем положении это недопустимо.
        - А может, в твоем? - парировала я, - вино натуральное, без ангидридов-гербицидов, для здоровья полезно.
        - Кассандра, а можно уточнить у твоей шаманки, кто именно из нас беременна? - вкрадчиво осведомилась Туся, видимо решив обратиться к первоисточнику.
        - Спросить-то можно, но она не ответит. Раз сразу не сказала - значит, считает, что так для вас лучше.
        - Что лучше?! - неожиданно взорвалась подружка, - целую неделю трепать себе нервы, думая-гадая?!
        Закончив фразу, Туся изменилась в лице и напряженно посмотрела на меня, тут же огорошив следующим вопросом:
        - А тебе сколько?
        Суть ее вопроса дошла до меня мгновенно. И совсем не обрадовала.
        - Недели две… Так что ты раньше узнаешь, - попробовала я отшутиться. В конце концов, шансов на подобный 'сюрприз' у меня было больше.
        - Я поседею раньше, чем узнаю…- проворчала она, залпом ополовинивая бокал.
        - Девочки, девочки! - Кася протестующе замахала на нас руками, - Ну что вы так переживаете? Или боитесь, что ваши мужчины не рады будут?
        Взрыв хохота в ответ на это предположение был гомерическим и отчетливо отдавал истерикой.
        - Не рады? - простонала я, - Да если они узнают, нас под замок посадят не то что до родов, а до совершеннолетия этих самых деток. Кстати, а во сколько лет наступает совершеннолетие у демонов?
        - Лет в сто, не раньше, - мрачно предположила подруга, допивая вино, - а может, и в двести…
        - Столько не живут, - не менее мрачно подвела я черту, - а значит, кому-то из нас светит пожизненное…
        - Но они же еще не знают? - заговорщицки подмигнула нам тсерва, - вот и пользуйтесь моментом. А там посмотрите, что делать.
        - Твоя правда, - кивнула моя подружка и решительно протянула ей стакан, - наливай!
        Кассандра налила. Мы выпили.
        Потом еще раз. И еще…
        Вино было вкусным, беседа - приятной. Еда после походной каши радовала разнообразием. Мы и не заметили, как разговорились совершенно по-свойски, будто были старыми подругами. Единственное, что мы с Тусей упорно не называли - так это имена наших мужчин.
        Это приятное времяпровождение по принципу 'напиться и забыться' было прервано воплями, лязгом и грохотом. Во мгновение ока протрезвев, наша ведьмацкая компания уже привычно (растем!) похватала оружие и вылетела из шатра, наступая на пятки предводительнице. Мы даже успели обменяться отчаянными взглядами, в которых без слов читалось: 'Неужели наши демоны?! Они же слово давали!!!'
        Но все оказалось гораздо прозаичнее. Лагерь вполне ожидаемо громили наши кобылы. Слова они не давали и считали себя вправе не стесняться в выборе средств для достижения цели - то есть нас, любимых. Я даже подумала, а не наложили ли наши мужички какое заклятье на бедных животных, уж больно неадекватно они себя вели.
        Остановить беснующихся драгуров тсервам было не под силу. Собственно, если вспомнить рассказ Эндрика, такие подвиги и самим демонам удавались через раз. Причем, моему замку как раз и не повезло.
        Замерив нас издалека, кобылы с ликующим ржанием устремились вперед, не обращая внимания на мелкие досадные помехи на своем пути в виде очередного шатра или пары верховых амазонок с арканами в руках. Подлетев к нам, драгурихи резко затормозили, присев на задние ноги, и сделали попытку обнять. По крайней мере, по другому это обвивание длинной шеей и подтягивание к себе, я назвать не могла.
        Итак, наши транспортные средства стояли, положив головы нам на плечи, и счастливо жмурились, тсервы с проклятьями и стонами подтягивались к центральному шатру, явно горя желанием сообщить, что именно они о нас думают, а мы с подружкой судорожно размышляли, что делать дальше. То есть, как успокоить пострадавших, отговорив их от попыток упокоить виновников происшедшего.
        Кася, даже не дрогнув бровью, констатировала:
        - Это не наши лошади. Наши себя так не ведут, воспитаны лучше. Может быть, объяснитесь?
        Мы переглянулись и покаянно вздохнули.
        - Да не лошади это, а драгуры под мороком, - пояснила Туся, поглаживая лоб рыжули, - подарок наших благоверных перед самым побегом. Хозяйками они нас признали, а на воспитание просто времени не было.
        - И что делать будем с вашими невоспитанными? Лагерь громить я больше не позволю.
        - А ничего. Пусть здесь остаются. Они никуда не уйдут и будут вести себя тихо. Обещаем. Правда, Снежка? - Я заглянула в голубые глаза своей красавицы, требуя подтверждения. Кобыла отлипла от моего плеча и согласно кивнула. Огонек повторила ее маневр, заставив королеву изумленно присвистнуть.
        - Хорошо, девочки. Попробую еще раз поверить вам на слово. А пока вернемся к столу, я хочу услышать рассказ о том, как вы получили такое чудо.
        Налили, выпили, рассказали.
        Драгурихи послушно топтались вокруг шатра, периодически всовывая морды вовнутрь и сопровождая наше повествование эмоциональным фырканьем, чаще всего возмущенным.
        Кася же поведала о жизни и обычаях своего племени, как выяснилось, полностью соответствующих поговорке: 'не так страшен черт, как его малюют'.
        Они действительно жили в Проклятых Землях - пять кланов вольных ведьм, не признающих никакой власти, кроме могущества Стихий и мудрости своей королевы. Действительно жили без мужчин, в вольных набегах добывая себе будущих детей. Новорожденных мальчиков, вопреки расхожим байкам, не убивали, а по прошествии трех месяцев отдавали отцу. Шаманки умели безошибочно определять его местонахождение и создавали для матери амулет-проводник. Как выяснилось, длинные косы носили те, кто еще не родил дочери (мальчики не считались), а карэ было отличительным признаком успевших это сделать. После рождения дочери на повторную 'охоту' тсерва могла идти не ранее, чем через пять лет, когда дочь подрастет, а после рождения мальчика - через год.
        Вот такой социум. Не лучше, и не хуже других.
        А творцами жутких слухов, большей частью, были сами ведьмы. Для вящей безопасности. Все-таки, репутация - великая вещь.
        Разговор медленно затухал, сдаваясь под натиском алкогольных паров и сытной пищи, и мы уже с вожделением поглядывали в сторону груды подушек, уютно притаившихся в уголке, когда за входным пологом раздался зычный голос: 'Срочное донесение, моя королева'.
        Кася тяжело вздохнула, но поднялась, на глазах преображаясь в Кассандру - королеву тсерв, и вышла, плотно опустив его за собой. Вернулась обратно буквально через минуту, натянула сапоги, подхватила с ковра меч и лук и сообщила в ответ на наши вопросительные взгляды:
        - Непрошенные гости. Я скоро вернусь. А вы пока отдыхайте.
        Мы не возражали. Конечно, было любопытно, кто к ним пожаловал, но… сейчас это не наша забота.
        Организмы, вымотанные стрессами и бессонной ночью, решительно требовали отдыха, в противном случае угрожая забастовкой. И мы не стали с ними спорить, тем более что дальнейшее развитие событий представлялось весьма энергичным, но отнюдь не радужным.
        Я уже почти засыпала, погружаясь в туманный калейдоскоп из лиц и событий, когда недавно услышанная, но не осознанная в тот момент фраза резанула память: 'Демоны. Маги. Все здоровы…' Все… все маги! Маркус. Эндри. И… Скьёльд!
        Я затрясла за плечо Тусю, уже сладко сопевшую в подушку, и скороговоркой выдала осенившее меня открытие. Наставница приоткрыла один глаз, обозначая интерес к сказанному, и через пару секунд с сонной философичностью заключила:
        - Чего и следовало ожидать. Спи, мы подумаем об этом потом…
        Я блуждала в лабиринтах тревожного сна, то спасаясь от кого-то, то пытаясь догнать, но постоянно ощущая взгляд в спину, цепкий и холодный, как оптический прицел. Было страшно, жутко, неотвратимо…
        Поэтому веселый голос Каси, разбивший кошмар на осколки, я восприняла с облегчением. Отдыха такой сон все равно не дарил, а самостоятельно вырваться из его объятий не получалось.
        - Вставайте, сони! Пошли смотреть на мои трофеи!
        - Какие трофеи? - Туся с трудом оторвала голову от подушки. Судя по всему, ее кошмары не мучили.
        - Увидите! Сегодня очень удачный день. Ну, идемте же! - И Кассандра скрылась за пологом.
        Снаружи доносился возбужденный гул голосов. При нашем появлении лагерь так не волновался… кого же она приволокла? Догадки на этот счет, конечно же, были, но ни в одну из них верить не хотелось.
        Пятой точкой предчувствуя грядущие неприятности, мы обреченно потащились к выходу.
        Снаружи было жарко. В прямом и переносном смысле этого слова.
        У королевского шатра, окруженные плотной стеной амазонок, стояли четверо демонов, один из которых был нам очень хорошо знаком - герцог Мирэй де'Харн. С двумя другими, в мундирах личной гвардии Кирана, мы, к счастью, ранее не встречались. Четвертый, в длинном плаще с большим капюшоном, полностью скрывавшем его лицо, опознанию не поддавался, вызывая, тем не менее, отчетливое ощущение страха.
        - Вот, - Кассандра гордо обвела рукой пленных, - выкуп от отряда ночных за их жизни.
        Туся хмыкнула, пробормотала что-то вроде: 'Бог не фраер…' и не спеша, походкой от бедра, подошла к герцогу.
        - Приветствую вас, любезнейший. Вы, кажется, хотели научить мою подругу всему, что знаете? Стихии вняли вашим молитвам. Сейчас вокруг вас много леди, которые с радостью станут вашими ученицами. А может быть, чему-то научат вас? Например, уважению к женщине?
        - Ведьма… - прошипел герцог.
        - Да, - легко согласилась моя подруга, - именно так. Кстати, ваш повелитель знает, кто именно побывал у него в гостях? И кто… нанес ему некоторый материальный ущерб? - она чуть склонила голову, дожидаясь ответа. Но не расстроилась, когда его не получила. - Ах, вы забыли ему сообщить? Как же так… какая непростительная забывчивость…
        Шипение герцога стало совсем уже невразумительным, но от этого не менее злым. При этом он нервно косил на загадочную фигуру в плаще, молчаливым памятником застывшую рядом.
        Туся изящно поклонилась и отошла ко мне.
        - В чем дело? За что ты его так? - шепотом поинтересовалась я. Все-таки издевательства над поверженным противником в числе ее любимых развлечений никогда не значились.
        - Этот гад собирался тебя приручать. А заодно и обучать… - Туся шипела не хуже герцога, - пусть теперь покрутится. А заодно и объяснит своему сюзерену, почему забыл доложить о появлении его сына, пусть и внебрачного…
        - Доложит и объяснит, как же. Держи карман шире. Если сразу этого не сделал, то и не сделает.
        Подружка только злорадно ухмыльнулась.
        - Уже.
        - Что 'уже'?
        - Доложил. А объяснить все равно придется. Только чуть позже. Но от этого не менее подробно.
        - Ты о чем? - недоуменно поинтересовалась я. Говорила она с полной уверенностью в своих словах, но понять, на чем базируется ее убежденность, я не могла. От моего вопроса Туся только отмахнулась: 'Скоро поймешь'. Погладила по морде Огонька, нервно гарцевавшую рядом, и нырнула в шатер. Мне оставалось только последовать ее примеру.
        Ничего не понимая, но испытывая то же гнетущее ощущение тяжелого взгляда в спину, что и с моем недавнем сне, я уселась возле столика, уже прибранного и заново сервированного. 'И когда успели?' - мелькнула несвоевременная мысль. Не иначе, к новым гостям… не заставившим себя ждать.
        Буквально через пару минут гул за стенами начал стихать, удаляясь, а в шатер ввалилась наша хозяйка, лучившаяся довольством, как кошка над кринкой сметаны. За ее спиной на пороге возвышалась та самая загадочная фигура в плаще, вновь заставившая меня сжаться от интуитивно ощущаемой опасности.
        Кася… нет, сейчас именно Кассандра, величаво повела рукой:
        - Прошу. Будьте моим гостем.
        Мужчина скользнул вперед, на ходу избавившись от плаща. Замер на мгновение, давая себя рассмотреть, и склонил голову в легком поклоне.
        О Стихии, пусть это будет не то, о чем я думаю!
        Но следующая фраза разбила эту хрустальную мечту вдрызг.
        - Леди Туся, рад вновь видеть Вас. Я счастлив, что наша… маленькая размолвка не нанесла Вам серьезного вреда, - в глубоком баритоне звучали ноты искренней радости, противореча ироничности слов.
        Подруга в ответ ограничилась лаконичным 'Взаимно', сторожко наблюдая за гостем.
        Черные, с багровым отсветом глаза обратились на меня. Это было настолько жутко, что я, кажется, стала отползать подальше от их обладателя вместе с сидушкой.
        Он опустился напротив, на секунду закаменев лицом - наверное, последствия ранения еще давали о себе знать - и светски, словно на придворном рауте, обратился к моей подруге.
        - Может быть, вы представите меня вашей очаровательной спутнице?
        Туся бросила на меня быстрый взгляд, словно предостерегая от чего-то. Вот только от чего? От резких движений или неконтролируемой паники?
        - Киран, Повелитель ночных демонов. Мара, моя подруга и ученица.
        Демон перегнулся через столик, завладел моей рукой, мимоходом пресекая попытку спрятать ее за спину, легко коснулся губами тыльной стороны ладони, обжигая дыханием. Сумев в этом простом движении соединить угрозу, желание и безусловную уверенность в своей победе.
        - Рад знакомству, леди, - огромные омуты глаз затягивали, лишая воли и сил, обещая покой и защиту, надо лишь уступить, не сопротивляться… Звонкий голос королевы разрушил наваждение, вернув меня в реальность.
        Ах ты, гад! Так ты еще и менталист! Ну, погоди… я тебе все припомню.
        - Снимите доспех, повелитель Киран. Здесь вам нечего опасаться. - Кася подала пример, первой сбросив кожаную куртку с чешуей металлических пластин и оставшись в одной рубахе алого шелка и узких брюках, подчеркивающих каждый изгиб ее тела.
        Хм-м-м, подозреваю, что опасаться ему все-таки надо. Кажется, наша гостеприимная хозяйка всерьёз вознамерилась соблазнить это страхолюдие…
        Хотя, если быть справедливой, он красив. Очень красив, как и все мужчины правящего дома. Но, если в Азаире мне виделась мощь солнца и нагретой им земли, то здесь властвовала тьма. Беспредельная глубина ночи, не озаренная даже проблеском звезд. Все-таки точно он когда-то назвал себя. Ночной. Ночной демон. Погруженный во тьму…
        Но почему?
        Зачем он встал на этот путь? Благополучный отпрыск знатного рода. Перспективный маг, уступающий только Альдреду… Что заставило его пойти против всех? Расколоть страну? Отказаться от семьи? Стать изгоем?
        Я не верила, что причины нет. Демоны слишком последовательны во всем, в том числе и в любви, и в ненависти.
        Страх отступал, сдавая позиции любопытству. И я, уже не таясь, рассматривала чеканное лицо. Резкие черты, словно вырванные резцом гениального скульптора из толщи камня, дерзкий разлет бровей, властный тяжелый взгляд и четкий очерк неожиданно чувственных губ. Умеют ли они улыбаться?
        Уголки губ чуть заметно дрогнули, словно отвечая на невысказанный вопрос, и Киран решительно снял кольчугу и поддоспешную рубаху, небрежным броском отправив их к плащу. А на белоснежной ткани туники расползалось кровавое пятно.
        Кася тут же метнулась ко входу, что-то тихо приказала часовым и через несколько минут перед нами парил котелок горячей воды и лежали рулончики небеленого полотна - местный аналог бинтов.
        - У вас открылись раны. Надо обработать и перевязать. Снимите рубаху, - тон королевы был непререкаем.
        Киран усмехнулся, но послушно потянул тунику через голову.
        Да, постаралась моя подружка. Отомстила за себя, любимую. Сквозное ранение. Слишком широкое входное отверстие, словно она орудовала фламбергом, а не изящной Искрой. Человек с такой раной бы не выжил. Да и демону, невзирая на их фантастическую регенерацию, несладко приходится. Впрочем, такого ритуала, как для Туси, для него никто не проводил.
        - Помогите мне, - бросила Кассандра через плечо, опускаясь возле раненого на колени. И я на автопилоте (сказывались дни, проведенные в лазарете) примостилась рядом, привычно стирая кровь влажной тряпицей и даже не задумываясь, для кого я это делаю. Тсерва что-то шептала, почти касаясь кожи напряженными ладонями. Наверное, заговор, по крайней мере, кровь остановилась. Но королева довольной не выглядела. Держа в руках бинт, она хмуро смотрела на раны, словно это могло заставить их исчезнуть.
        - Большего я сделать не могу. Здесь нужен настоящий целитель, маг Жизни. У нас такого нет. Хотя…
        Она стремительно обернулась, уставившись на нас взглядом инквизитора.
        - Шаманка сказала 'Дар Жизни'. У кого из вас?
        Сдала. Как есть, сдала. С потрохами. Хорошо, хоть про Дар Крови промолчала…
        - У меня, - неохотно отозвалась я.
        В конце концов, клятвы Гиппократа я не давала, как и клятвы всепрощения.
        - Сможешь вылечить? - Кася буквально буравила меня взглядом. Да, крепко девку зацепило…
        Прежде чем ответить, я посмотрела на подругу и наставницу. Обходиться без слов мы давно научились. Она не настаивала, но рекомендовала мне это сделать. Где логика?! Он нас и раненый на раз догнал, а если я его вылечу - нас и полдня форы не спасут. Но… я ей доверяла и потому согласно кивнула:
        - Попробую. За результат не ручаюсь, опыта мало.
        - Не волнуйтесь, леди. Я благодарен уже за вашу попытку.
        Так, это что? Наш крокодил сказал доброе слово? Умеет, значит. Только не всегда хочет. Ничего, научим…
        - Не спешите с благодарностью, милорд, - я не могла назвать его Повелителем, хоть и понимала, что не стоит дерзить хозяину на его территории, - возможно, ничего не получится.
        - Но вы хотя бы пытаетесь, - возразил Киран, внимательно глядя на меня.
        - Но не могу гарантировать результата, - в тон ему ответила я и скомандовала, определившись, наконец, как разместить пациента: - Ложитесь на левый бок. Кася, еще пару подушек под голову. Нет, руку держите перед грудью, иначе она будет мне мешать. Расслабьтесь, доверьтесь мне…
        Со сквозными ранениями мне еще не доводилось сталкиваться, и я понятия не имела, как начитать сращивание - из глубины тела? С выходного отверстия? С входного? Кто бы подсказал…
        Пришлось делать то, что подсказывала интуиция…
        Сколько прошло времени - не знаю. Может быть час, а может два. Я не ощущала времени в зыбкой полуяви, лишь в какой-то момент линии Силы поблекли, сообщая, что их можно отпустить. Дело сделано.
        И я потеряла сознание.
        Пришла в себя и тут же захотела вернуться обратно. В шатре царил форменный бедлам. Кажется, только Туся сохраняла относительное спокойствие. Кася орала, требуя шаманку и лекаря, Киран то тряс мою бездыханную тушку, то хлопал по щекам, подвергая нешуточной опасности целостность моего жевательного аппарата. За стеной бесновались драгурихи, норовя прорваться вовнутрь, ругались часовые, уворачиваясь от копыт. Короче говоря, все были при деле, кроме меня, изображавшей лишь декорацию на этом празднике жизни.
        Заметив, что я открыла глаза, Туся гаркнула, призывая к порядку, и все дружно угомонились. Даже Снежка застыла, уже наполовину засунувшись в шатер. А через секунду и вовсе исчезла за пологом.
        - Как ты? - подруга склонилась надо мной, пытливо вглядываясь в лицо.
        - Жить буду, - проворчала я, пытаясь сесть прямо, - кусаться и дерзить тоже.
        - Верю, - ухмыльнулась она, - уже хамишь.
        Приятно все-таки чувствовать себя героиней. Бережно приподняли, соорудили настоящее лежбище из подушек, аккуратно прислонив к опорному столбу шатра, на серебряном подносе подали полную тарелку и бокал вина. Киран лично перебазировал столик и все сидушки поближе ко мне. Выглядел он уже лучше и двигался свободнее. На месте раны остались лишь тонкие нити шрамов, вынуждая задать себе вопрос, пока еще риторический: а откуда такие умения? Альвиан ничего подобного мне не показывал.
        Впрочем, как все риторические вопросы, этот тоже мог подождать с ответом. Организм настоятельно требовал пищи, сигнализируя об этом самым однозначным способом. И плюнув на все правила приличия, я поспешила отдать должное содержимому своей тарелки, не дожидаясь, пока присутствующие присоединятся ко мне.
        Присутствующие же с умиленными улыбками наблюдали за мной. Не спеша расселись, с церемонными экивоками определились, кому наливать. Победил Киран, как единственный мужчина в нашем курятнике.
        Налили, чокнулись.
        У каждого на морде написана разная степень задумчивости, в зависимости от понимания ситуации. Точнее у Кассандры - вообще никаких дум, кроме жажды активной деятельности по обольщению одного отдельно взятого демона. У меня - тоже не густо. А вот двое оставшихся собутыльников радовали глаз глубокой и основательной погруженностью в размышления.
        - Благодарю тебя, - вдруг произнес ночной, обращаясь к моей наставнице.
        - За что? - неподдельно удивилась Туся, отнимая бокал от губ и ожидающе глядя на демона.
        - За то, что узнала и привела ко мне моего сына. Я не знал о его существовании и ничем не мог помочь. А если бы узнал Азаир - не сносить бы мальчику головы. - Киран говорил совершенно серьезно, чуть грустно, без тени былой иронии в голосе.
        - Он знает, - перебила его наставница, - и это он сообщил Маркусу, кто его отец.
        - Знает? - Буре эмоций, оживившей совершенный камень лица, можно было лишь удивиться, - И не убил его?
        - Нет, как видишь, - тон Туси был издевательски спокоен, - лишь назначил моим телохранителем.
        - Что почти одно и то же, - съязвила я, протягивая стакан, - Наливайте!
        После очередного чока я решила, что могу прояснить некоторые, не дающие мне покоя моменты.
        - Когда ты узнал, что Маркус - твой сын? - на 'ты' я перешла самым естественным образом, даже не заметив этого.
        - Увы, слишком поздно. - Киран вновь выглядел отстраненным и задумчивым, и… чуть виноватым, - лишь когда его кровь смешалась с моей.
        Описание этой сцены я помнила. Маркус, принявший на себя первый удар катара, предназначавшийся моей подруге, ее контратака и… в результате то, что мы сейчас имеем: два тяжелораненых, доверительно беседующих о том, как они друг друга едва не убили.
        - А в крепости я вновь ощутил его присутствие. Это ведь он разрушил Северную башню?
        - Он, - кивнула Туся, - способный мальчик. Почему де'Харн тебе ничего не сказал? Ведь он сразу понял, кто такой Маркус.
        - Де'Харн был моим единственным реальным преемником. До его появления.
        - Все как всегда, - философски резюмировала Кася. Она на время оставила свои попытки соблазнить Ночного, очевидно, поняв, что пока животрепещущая беседа не закончится, на его внимание рассчитывать ей не приходится.
        - В любом случае, сегодня удачный день. Я обрел сына и нашел вас, - взгляд Кирана утратил задумчивость, вновь зажигаясь нездоровым энтузиазмом.
        - Ну, с этим можно поспорить, - съязвила я, подавляя очнувшуюся тревогу, - Маркус от вашего родства, знаешь ли, не в восторге. Как и мы - от этой встречи.
        - Зато я безмерно рад, - показал клыки предводитель местного демонства, - теперь у меня есть наследник и три ведьмы.
        - Ну, насчет 'Есть' ты явно преувеличил, - от вновь проснувшегося страха я оскалилась не хуже него, - ты нас поймай вначале.
        - Непременно, моя леди. И очень скоро. Разве я могу позволить себе заставлять вас ждать? - многообещающе улыбнувшись, он вновь завладел моей рукой, провоцируя, скользнул губами до запястья. Хам! Я выдернула ладонь из нежного, но властного захвата и вцепилась в вилку, как в последнюю надежду. А что? Ежели ее грамотно использовать…
        Туся поспешила прервать наше милое общение и вкрадчиво поинтересовалась, уводя разговор от нежелательной темы.
        - Зачем тебе три ведьмы? И почему именно мы?
        - Не просто ведьмы, а три Дара - Жизнь, Кровь и Прорицание. Это величайшая редкость среди людей. Прорицание еще встречается, а два других Дара - практически никогда. Вы уже слышали о пророчестве?
        Мы молча кивнули. Уж очень хотелось услышать интерпретацию этого шедевра местной словесности в исполнении противостоящей стороны. Увы. Демон сразу перешел к изложению своего взгляда на способ его осуществления.
        - Я объединю вас собой, своей кровью и исполню пророчество. - Застарелая боль и ярость, отчаянье и надежда бешеным вихрем рвались за оковы самообладания. Их еще нельзя было увидеть на непроницаемо решительном лице, но невозможно было не почувствовать.
        - А ты уверен, что его результат тебе понравится? - от непроизвольного страха, вызванного его притязаниями, я начала грубить, - И ты сможешь сохранить власть?
        - Мне понравится результат, - категорично отрезал Киран, но безупречные губы дрогнули в горькой усмешке, а ресницы опустились, пряча выражение глаз, - особенно если условием его достижения является общество таких милых дам, - резкость сменилась мягкой иронией, достаточно отстраненной, чтобы вызвать сомнения в ее объекте. На мгновение мне показалось, что он иронизирует над самим собой.
        - Оно уже исполняется, - возразила Туся, стоически пропустив последнюю реплику мимо ушей, - разве ты не видишь?
        - Да, исполняется, - дикая смесь боли и радости плескалась в голосе. - Двести лет я ждал этого, и сейчас никому не позволю помешать.
        Странно… не может же он не понимать, что исполнение пророчества будет означать конец клана Ночных, как государства. И власть он сохранить не сможет. Хорошо, если отправится только в изгнание, а не прямиком на плаху, или куда тут у них отправляют государственных преступников. Или его самонадеянность простирается до уверенности, что он объединит оба клана под своей рукой, свергнув Азаира? Непохоже. Не предвкушение торжества, а готовность к самопожертвованию звучит в каждом его слове.
        Так почему же он так стремится к этому?
        Лубочный портрет записного злодея плыл, обретая объем и несвойственные ему ранее краски. Множество нюансов поведения Кирана, его реакций, слов и взглядов заставляли по-другому взглянуть на это легендарное (одиозное) воплощение Зла. Именно такие мелочи бесконечно трудно, почти невозможно сыграть. И именно они приподнимают маску Большой Роли на лице актера…
        Конечно, ощущения к делу, как говорится, не пришьешь, но они давали мне достаточно оснований усомниться в степени соответствия портрета оригиналу. Но не добавляли желания разбираться в этом лично. Откровенно говоря, я предпочла бы размышлять об этих нестыковках в уютной безопасности герцогских покоев, нежели на территории Ночных, в непосредственной близости от их предводителя. Какие бы тайны он не прятал в потемках своей души, его цели и методы их достижения ничего, кроме крупных неприятностей, нам с подругой не сулили.
        К счастью, на этом обсуждение столь болезненной темы, как пророчества и способы их выполнения, было решительно прервано Кассандрой, очевидно решившей, что наступивший вечер делает актуальными совсем другие вопросы.
        После двусмысленного тоста за ночь, покрывалом тьмы скрывающей противоречия дня, Кася на минуту скрылась в своей 'спальне' и вышла оттуда с небольшим барабаном, напоминающим мяч для рэгби со срезанными верхушками.
        - Потанцуем? - она задорно подмигнула, усаживаясь поудобнее на подушки, - только, чур, играем по очереди!
        Киран, с интересом наблюдавший на этими маневрами, неожиданно наклонился к ней и забрал инструмент:
        - Я не могу еще танцевать, но позвольте мне сыграть для вас, леди.
        Длинные сильные пальцы пробежались по туго натянутой коже, вызвав к жизни первую горсть низких рокочущих нот. Пауза. Резкий двойной удар, как биение сердца. Опять пауза, удар. Пауза. Томительная, почти болезненная… и неудержимый ритм стремительной спиралью заполнил пространство, заставляя каждую клеточку тела стремиться попасть в такт. Ему просто невозможно было сопротивляться.
        Тсерва вскочила первой, легко скользнула на середину шатра, отдаваясь во власть бешеных нот. Языком пламени стала она - то грозящим сжечь дотла, то манящим, обещающим тепло и свет. Свет в ночи… Сейчас она танцевала только для него, для мужчины, которого желала. Не воительница, не королева, а просто женщина.
        Мы это ясно видели, понимал происходящее и демон. Его лицо смягчилось, взгляд стал почти мечтательным, губы, казалось, были готовы улыбнуться… он оценил и принял дар.
        А вот мы с подружкой отчетливо ощутили себя лишними. Переглянулись и бочком-ползком двинулись к выходу.
        Кассандра на мгновение повернула голову, прозрачно улыбнулась:
        - Вам постелили в зеленом шатре. Встретимся после рассвета… - и алый шелк вновь взметнулся сполохом, чтобы в следующий миг опасть на широкие плечи, укрытые черным водопадом волос. Затухающая капель ритма… Пламя в ночи… сможет ли оно хоть на мгновение осветить ее или сделает тьму еще непроглядней?
        Прохладный ночной ветерок обвеял лицо, сдувая остатки наваждения. А следом горячее дыхание шумным вздохом окончательно вернуло к действительности.
        Драгурихи, как и следовало ожидать, ждали нас у шатра, и сейчас активно приветствовали, тычась мягкими губами в щеки и плечи, словно обнюхивая, сердито фыркали и всем своим видом демонстрировали недовольство пополам с тревогой.
        Особенно усердствовала Снежка. Впрочем, Огонек тоже не слишком отставала от нее, живо напоминая своих дарителей вдохновенным ворчанием и упреками. Похоже, подобная ассоциация возникла и у Туси, так как помрачнели мы с завидной синхронностью.
        Сейчас, под высоким куполом звездного неба, одиночество ощущалось особенно ярко. И крайне неприятно было признавать, что мы обрекли себя на него сами…
        - Пойдем в шатер? - мой вопрос прозвучал без особого энтузиазма.
        - Ну, его, - в голосе закадычной подружки его было еще меньше, - ночи теплые, не замерзнем. Сейчас только хэлпики* возьмем и устроим себе ночевку на открытом воздухе.
        Узнав у караульных, где находится зеленый шатер, мы медленно побрели в указанном направлении. Спешить не хотелось, говорить - тоже.
        Тсервы оказались логичны в своих поступках не менее демонов. Нам не только выделили спальные места в вышеупомянутом шатре, но и перенесли туда все наши вещи. Так что через пару минут, потраченных на извлечение из седельных сумок эльфийских плащей, окрещенных нами 'хэлпиками' за неоценимую полезность в нелегкой кочевой жизни, мы уже устраивались на ночлег у стенки шатра, стоявшего последним в своем 'луче'.
        Драгурихи улеглись по бокам, наглядно демонстрируя свои отличия от Equus ferus caballus или Лошади Домашней. На то, чтобы представить себе коня в такой 'собачьей' позе, у нормального человека просто не хватит воображения. Эти же зверюги чувствовали себя вполне комфортно, в очередной раз наводя на мысль, что волчьего в них явно больше, чем лошадиного.
        Некоторое время мы молчали, любуясь щедрой россыпью нереально ярких звезд. Туся первой нарушила тишину.
        - Как он тебе?
        Я осветила не сразу, пытаясь облечь в слова сонм тех противоречивых мыслей и чувств, что обуревали меня при общении с этим персонажем. И понимая, что бы я не сказала, это будет лишь часть мозаики.
        - Мне кажется, не все так просто, как рассказывают у Дневных. Ну не тянет он на роль воплощенного Зла. Скорее уж на роль жертвы обстоятельств и своего редкого Дара. Конечно, белым и пушистым его тоже не назовешь… но то, что он тяготится ролью всеобщего пугала, очевидно! Да и Омиранг…
        - Что 'Омиранг'? - с интересом переспросила подружка. До этого она слушала молча, чуть отстраненно, словно сравнивая мои слова с собственными ощущениями.
        - Ну не верю я, что такую красоту мог создать черный маг, злодей, одержимый только жаждой крови и власти!
        Драгурихи дружно и на редкость насмешливо фыркнули, демонстрируя свое отношение к этому пылкому заявлению. Секундой позже фыркнула Туся.
        - Что? - прозвучало это жалобно и довольно обиженно, - ты со мной не согласна?
        - Классический пример интуитивного мышления, - констатировала дипломированная Бабка Йожка и вздохнула. - Согласна я с тобой, согласна. Сама такая. Вот только доказательств нет… Знаешь, мне кажется, что я осталась жива просто потому, что Киран не хотел меня убивать. И дал мне этот маленький шанс.
        - А не проще ли было вообще не ранить?! - воспоминания о том, в каком состоянии ее доставили в Торрен, заставили меня зарычать.
        - Может быть, и проще. А может… так было нужно.
        - Кому?! Зачем?!
        - Зачем? Не знаю… - Туся задумчиво смотрела в небо, покусывая сорванную травинку, - может быть, чтобы смешать нашу кровь…
        - И она смешалась? - почему-то шепотом уточнила я.
        - Смешалась, - грустно улыбнулась подружка, - и с ним, и с Маркусом. И теперь я чувствую этих двоих почти как саму себя.
        Да, дела… Мы замолчали, обдумывая сказанное. Притихли и драгурихи, лишь уши подергивались, сторожа ночь.
        Что-то подобное я когда-то читала… Давно… Неожиданно возникшее воспоминание заставило меня резко сесть и затеребить Тусин плащ.
        - Так вы теперь что, кровные родственники? Побратимы?
        Теперь села и Туся, а драгурихи дружно повернули головы в нашу сторону.
        - Возможно… не знаю, как в этом мире, но у нас это действительно так. А здесь… я просто чувствую, что тоже все не так просто.
        - Что будем делать?
        - Сейчас - только спать.- Туся свернулась уютным калачиком, прижавшись спиной к боку своей рыжули, и сладко зевнула. - Все загадки подождут. Завтра будет тяжелый день. Туся
        Лагерь мы покинули на рассвете, солнце только вставало. Кася, вопреки моим ожиданиям, вышла нас проводить. Одна. Кирану предстояло провести у тсерв весь день, соблюдая договоренности.
        Боевое охранение встретило нас у последних шатров. По возникшим вдруг ощущениям, уставшее, но (мы с Марысей многозначительно переглянулись) удовлетворенное.
        Кассандра обошлась без долгих речей, видно, торопилась вернуться к своей добыче. В двух словах пригласила нас заглядывать, пообещала встретить со всем радушием и махнула рукой, мол, отправляйтесь, не отнимайте у меня время.
        Мы с Марысей спорить не стали, тем более что наши четвероногие подружки тоже были не прочь как можно скорее покинуть становище. Про троицу слегка ошалевших от ночных подвигов демонов я этого с уверенностью сказать не могла. Выглядели они несколько помятыми, посматривали на нас с чувством безграничной вины, но когда переглядывались между собой, сквозила в их взглядах та самая мужская гордость. Типа, знай наших!
        Вот это самой 'знай…' и не давало мне окончательно рухнуть в объятия Азаира. Стоило только вспомнить про гарем… И мало ли, что древние законы, что чем больше, тем представительнее он выглядит в глазах других демонов…
        Или я, или гарем! Третьего не дано! Если уж прощаться с собственной свободой, то потребовав за нее соответствующую цену.
        Поймав себя на этой мысли, так же мысленно хмыкнула. Странно, что я об этом задумалась. Или это на меня тсервы так подействовали? С этим стоило разобраться, и, чем скорее, тем лучше, пока еще что-нибудь нетривиальное в голову не пришло.
        А то сначала сговор с Кираном, теперь это… завести могло далеко.
        На последний дозор наших новых подруг мы наткнулись ближе к полудню. Узнали о присутствии барышень лишь благодаря тому, что те сами появились, как черт из табакерки - у Скьёльда это вызвало одобрительный взгляд.
        Оказалось, Кассандра послала нам вдогонку весточку. Без малейших намеков, открытым текстом передавала нашим демонам официальное приглашение посетить их на следующий год. Шаманка уже успела пообщаться с будущими мамочками, сказала, что только один мальчик, все остальные - девчонки. Правда, имени счастливого папаши не сообщила.
        Хоть маленькая, но месть.
        Мы с Марысей слегка позубоскалили на этот счет - приятно было посмотреть на смущающихся демонов, но лично меня, чем дальше, тем больше, тревожила совершенно иная проблема, так что насмешливые подколы довольно быстро сошли на нет.
        Подруга вряд ли не заметила мое настроение, но лезть в душу не стала. До привала. А вот как только остановились отдохнуть, потянула меня к шустрому ручейку, что весело плескался в каменном ложе. Это чтобы наши спутники со своим великолепным слухом чего лишнего не услышали.
        - Что еще у нас случилось?- Марыся решила не ходить вокруг да около, а огорошить меня своей прямолинейностью.
        Похвальное качество, но ответить ей тем же я не могла. Все мысли, что скручивались в моей голове в один ядовитый клубок, были еще одним образчиком ничем не подкрепленного интуитивного мышления. Подозрения есть, а доказательств…
        Плохо у меня было с доказательствами.
        - Наши девочки у нас случились, - угрюмо буркнула я, давая понять, что если она не хочет встретиться с моим 'не в духе', ей не стоит продолжать этот разговор.
        Стажерка предостережениям не вняла, продолжила нарываться на откровенность.
        - И что не так с нашими девочками?
        Я оглянулась на стоянку, где мужчины, слегка пришедшие в себя, о чем-то негромко переговариваясь, разжигали костер. Снедью нас нагрузили на неделю вперед, а вот горячего отвару хотелось. Перебрали мы вчера с винцом, мучила жажда, хоть голова и была ясной.
        Рыжая и белая красавицы стояли в сторонке от жеребцов и, как мне показалось, напряженно смотрели в нашу сторону.
        Очень кстати.
        Легко кивнув головой в их сторону, предложила стажерке:
        - А ты попробуй взглянуть на них не как на драгурих. Никого повадками не напоминают?
        Марыся, машинально, посмотрела туда же, задумчиво вздохнула. Прежде чем ответить, подняла маленький камушек, бросила в воду. Бурлящая вода сглотнула его, не оставив следов.
        - Ну… - вздохнула она как-то обреченно, - есть кое-какие ассоциации.
        - Вот и у меня есть, - продолжая хмуриться, заметила я. - Вроде все нормально, но одного не пойму: почему нас до сих пор не поймали, да на цепь не посадили.
        - Фи, как грубо, подруга! - усмехнулась та, но без особого энтузиазма. Похоже, разделяла мои опасения, пусть и, не признаваясь сама себе.
        - Хорошо, - согласилась я грустно. - На строгий ошейник, да в золотую клетку.
        - Не нравится мне твое настроение, - хмыкнула Маря, но тоже весьма невесело. - Предположим, что ты угадала. И что нам тогда делать?
        - Бежать, - твердо заявила я. - И чем быстрее, тем лучше. Метелочки с нами, до места доберемся раньше их. - Помявшись, добавила, понимая, что сдаю себя с потрохами: - Да и разобраться кое с чем хочется, запас по времени нужен.
        Желанием бежать стажерка не горела, эти игры: мы сбегаем - нас догоняют, уже достали. Стоило признать, что не только ей. Не по нашему было проблемам спину показывать. Если раньше во всем этом виделся какой-то смысл, то теперь, после посещения тсерв, что-то внутри изменилось. Многие вещи, еще вчера утром казавшиеся важными, вдруг стали мелкими и не имеющими значения. Жизненные контрасты помогают оценить то, что кажется привычным и обыденным.
        Да и известие о том, что одна из нас под сердцем носит ребенка, многое поменяло. И не важно, кого из двоих ждало счастье материнства, Марыся для меня словно сестра. И наше чувство было взаимно. Так происходило всегда: наставница и стажерка… Быть всегда рядом, помогать, подсказывать, советовать, делить вместе горечь и радости. Сейчас она была практически ровна мне по силе, но это ничего не меняло, я всегда буду ощущать ответственность за нее.
        Как бы я не хотела втягивать ее в эту историю… Проклятое пророчество не оставляло мне шансов, очень уж однозначно оно на нас указывало.
        - Когда? - с неожиданно шальной улыбкой уточнила подруга, сняв тяжелый камень с моих плеч.
        - А вот перекусим, и… - подмигнула я ей, стараясь не показать, какие сомнения меня гложут.
        Я была уверена в своем решении, но… одной ночи и слов шаманки оказалось достаточно, чтобы все изменилось. И я боялась признаться самой себе, что знаю истинную причину этого.
        Наклонившись к воде, умылась. Ручей быстрый, студеный, бодростью тут же поделился, настроение хоть немного, но поднял.
        Как договорились, так и сделали. После еды я в кустики скрылась, вернулась с озабоченным лицом, к самому ушку Марыси наклонилась, начала нашептывать план, как будем ноги делать.
        А со стороны чего только не подумаешь, мало ли какие проблемы у женщин могу неожиданно возникнуть.
        Подружка глазки к небу закатила, потом руками всплеснула и к рюкзачку своему. Там порылась, опять задумалась, в мой полезла. Демоны вроде и посматривают, но мальчики взрослые, какие-то идеи в сознании бродят. Короче, стараются за нами особо не наблюдать, скромность демонстрируют.
        Потом стажерка головой кивнула, рюкзачки подцепила и потащила меня в лес подальше, Снежке своей кулак показала. Мол, нечего подглядывать.
        Огонек попыталась за нами увязаться, ему… ей команды 'смирно' никто не давал, но драгуриха Марыси заступила ей дорогу, на что я и рассчитывала.
        О том, что лопухнулись, наши сопровождающие догадались довольно быстро. Мы только успели добраться до вполне удобной для старта поляны, как возопил натасканный на демонов инстинкт самосохранения. Так что в небо мы взмывали под многочисленные пожелания, не всегда доброжелательные. И только две кобылы молчали, то ли пытаясь доказать нам, что мы ошиблись в своих предположениях, то ли не торопясь раскрывать свое инкогнито перед остальными.
        Не знаю, как Марысе, а мне было горько. Лучше бы я сюда вообще не попадала. Влюбленная ведьма и так взрывоопасная смесь, а когда ее разделяет с возлюбленным целый мир…
        Я завидовала стажерке, которая так легко приняла чувство Вира, его положение и решила остаться с мужем. Несмотря на свою внешнюю ветреность, я была недостаточно безрассудна. К тому же груз из благ цивилизации, от которых не хотелось отказываться, ответственности перед молодыми ведьмочками, которых еще учить и учить…
        Все это было очень грустно и тягостно.
        Киран, Азаир… Мне оставалось надеяться, что Марыся простит меня за секреты, которыми я не торопилась с ней делиться. Прежде чем это сделать, я должна была сама все до конца осознать. И… принять. Принять, что думать должна не только о себе, о ней, но и…
        Появившееся от этой мысли тепло в груди отогнало тяжесть. Надолго или нет, но даже мгновению передышки я была рада.
        Летели мы до самой ночи. Уже в сумерках заметили небольшую пещерку, показавшуюся нам с подружкой весьма безопасной. Так и вышло, пока спали, охранные заклинания ни разу не потревожили наш покой.
        С утра опять в путь и снова на метелочках, да под прикрытием невидимости.
        На сердце было настолько горько, что вынужденное молчание воспринималось, как благо. Я подбирала слова, которыми буду объяснять Марысе свое коварство, 'слышала' заслуженный вердикт, оправдывалась и молила удачу, чтобы она оказалась на моей стороне.
        Марыся уже должна была догадаться, что наш побег неспроста, но пока только кидала подозрительные взгляды, не настаивая на том, чтобы приземлиться и поговорить.
        Она мне все еще доверяла.
        К нужной пещере нас довел маячок Кирана. Демон передал его мне, пока подруга лежала без сознания, а Кассандра выскакивала за травками. Пообещал, что принуждать ни к чему не будет, но без утайки расскажет обо всем, что стало началом всех этих недоразумений между ним и Азаиром.
        Я поверила ему и чутью Мары - она его тоже во враги не записала. Про пути отхода, которые я, как настоящая ведьма, предусмотрела, ему знать было ни к чему.
        Как и предупреждал ночной, у той пещерки было что-то вроде террасы, которая переходила в узкую тропинку - только прижимаясь к скале и пройти.
        Я приземлилась первой, едва не промахнувшись. Уже смеркалось, да и ветер был порывистым, обманчивым. Пустила заклинание под каменные своды, дождалась, когда оно вернулось, и только тогда махнула Марысе, чтобы спускалась.
        - Может, ты меня у подножия подождешь? - закинула я удочку, стараясь, чтобы мое лицо выглядело как можно невиннее.
        Верила я, что риска нет никакого, но… одно дело самой в пекло лезть, другое - еще и ее за собой тащить. А вдруг ошиблась?! А если сглупила, доверившись тому, кто в эти игры играл уже сотни лет?!
        - Туся, - она как-то грустно посмотрела на меня, - я тебя одну не отпущу. Даже если ты что-то и задумала.
        Так и знала… Это я Азаира могла попробовать обмануть, все-таки мужчины иногда бывают очень наивными, но не ведьму.
        - Ты только раньше времени выводы не делай? - попросила я ее, понимая, что и права-то такого не имею.
        - Веди уж, предводительница, - лукаво усмехнулась она, снимая груз с моей души. Подлости от меня она не ждала, это обнадеживало.
        Дорога наша оказалась запутанной, не будь маячка, бродили бы долго. Мысль о том, что кое-кому, возможно, именно это и предстояло, мелькнула и пропала. Не до нее было.
        Я не стала демонстрировать, что иду наобум, шла уверенно. Пару раз пришлось протискиваться на выдохе, иначе не получалось. Хорошо еще, обе худенькие, пусть и некоторыми формами не обделены.
        В одном месте, над расщелиной, вместо мостика лежал ствол дерева. Ни я, ни Марыся, ступить на него не рискнули, воспользовались метлами. Так надежнее.
        У места назначения все равно оказались неожиданно. Только, вроде, свернули в неприметный проход, а перед глазами огромная пещера, похожая на чудо. Сталактиты, сталагмиты, причудливые потеки по стенам, большое озеро с небесно-голубой водой. И светло, как днем - под сводом, словно люстра, висит множество магических огоньков.
        - Ничто прекрасное ночным не чуждо, - меланхолично произнесла Марыся, останавливаясь рядом, а потом уточнила: - Ну и где наша спящая красавица?
        - Ну и где наша спящая красавица? - переспросила я у пустоты, уже ощущая присутствие Кирана.
        Подруга окинула меня ироничным взглядом, словно уточняя: 'это и был твой секрет?', и лишь усмехнулась, когда повелитель, словно окутанный тьмой, выступил из сгустившегося у стены сумрака.
        - Пойдемте, я вас провожу к ней.
        - Как Кассандра? - не удержалась от ехидства стажерка, когда демон предложил мне опереться на его руку.
        Я хотела сделать вид, что не заметила, но он не шевельнулся, пока я не сдалась.
        - Надеюсь, она меня простит, - нейтрально ответил тот, неожиданно подхватывая меня на руки.
        Испугаться ни я, ни Марыся не успели. Перенеся через вытекавший из озера ручей, Киран поставил меня на ноги на другой стороне и вернулся за Марысей.
        Та, вопреки моим опасениям, сопротивляться не стала.
        - За что? - Подруга решила проявить настойчивость и продолжила допрос.
        - Я не мог оставить в ней свое семя. - Киран не был похож ни на один из образов, с которым мне уже довелось столкнуться. Сейчас он был спокоен, как смирившийся со своей судьбой висельник. - Чтобы оказаться здесь раньше вас, мне пришлось ее покинуть, нарушив свое слово.
        - Ты все свои клятвы нарушаешь? - вздрогнула я от его признания.
        - Нет, - твердо произнес он, остановившись и глядя мне в глаза. - Через это я переступить не смогу.
        - Через что? - удивленно протянула я, прекрасно понимая, о чем он говорит. Надеюсь, об этом Мара еще не догадалась, а не то… Боюсь, оправдываться придется долго. Пока не простит, что не она узнала первой.
        - А то ты не знаешь? - с чуть заметной усмешкой произнес он. И добавил: - Я даже рад, что опоздал. Судьба решила за меня.
        Дальше нам пришлось идти молча, судя по его мрачному виду, к разговору он был не расположен.
        Я - тоже. Пыталась понять, радоваться мне тому, что и за меня она решила, или не стоит. С одной стороны обидно, вроде как я здесь не при чем, а с другой… когда-то это должно было произойти, так почему не сейчас?
        - Пришли, - отпустив мою руку и сделав незаметный жест, произнес Киран, когда мы уперлись в ровную, словно срезанную ножом стену.
        Такой она казалась только до его слов. Подернувшись рябью, серое полотно рассеялось дымкой, открывая небольшой альков.
        На мраморном ложе лежала женщина, как две капли воды похожая на Ратону, дочь Эндрика.
        - Она жива?! - вскликнула Марыся, кинувшись к ней. Пришлось перехватить. В видении провидицы именно я прерывала похожий на смерть сон Светалы.
        - Ты можешь ее разбудить? - Обернулась я к Кирану.
        Демон качнул головой.
        - Она успела перехватить нить моего плетения. Теперь это по силам только ведьме с даром крови.
        - Все у вас не как у людей, - буркнула я недовольно, подходя ближе к ложу.
        Магический кокон скользнул к моим рукам, ластясь, как соскучившаяся по хозяину кошка. Это было не то чтобы удивительно, но наталкивало на определенные мысли.
        Прав был Киран, когда говорил, что то пророчество - о нас, теперь в этом больше не было сомнений. Как и еще в одном. Я хоть и догадывалась, почему ночной повелитель отказался от своего варианта развития событий, окончательно убедилась только сейчас. Раньше меня почувствовал то, что я только теперь ощутила. Слишком живой была связь между Марысей, одно присутствие которой делало меня сильней, Светалой, добавлявшей уверенности и мной. А раз так… кровная связь была, пусть в моем случае она еще не выглядела очевидной.
        - Вы б отошли на всякий случай, - усмехнулась я невесело, доставая из засапожных ножен ставший мне уж слишком родным и близким кинжал. - Пока барышня разберется, кто мы и зачем пришли…
        - Если я буду рядом, быстрее разберется, - хмыкнула Марыся, но вот смотрела на меня как-то слишком подозрительно. То ли чутье у нее, то ли открылись способности Шерлока Холмса к дедуктивному методу поиска ответа на некоторые, весьма важные вопросы.
        И почему так, радоваться надо, а я…
        Слова пришли сами, пусть и читала я их всего лишь раз. Заклинание из свитка, которое мы с подружкой в сокровищнице Виррана нашли. Как знала, что понадобится.
        Язык древний, но для меня словно родной, струится музыкой, звенит колокольчиками, нашептывает тайное, творит волшебство, от причастности к которому дух захватывает. Все-таки есть у нас тяга к запредельному, перед которым пасует даже чувство опасности.
        Под звуки заклинания то, что казалось окутавшим постамент облаком, начало приобретать зловещие очертания. Песья морда, тело паучье, а хвост как у скорпиона. Я бросила быстрый взгляд на Кирана, уточняя, его ли воображение такое сотворило, но в глазах демона клубилась тьма. Он явно не был расположен к общению.
        Марыся выдала в запале пару нецензурных слов, тварь повернула морду в ее сторону, но в этот миг я провела клинком по руке, проливая свою кровь в чашу, что стояла в изголовье.
        В сердце кольнуло, заставляя вновь обернуться к ночному. Прошла всего пара мгновений, а он словно смысл жизни потерял. В глазах вместо мрака - пустота, взгляд безучастный, плечи опущены.
        Наверное, в природе женщин - жалеть. Киран не нуждался в моей жалости. Даже сейчас, буквально поверженный. Проигравший, но… не сдавшийся.
        Демон мог подождать. Светала поднимется, его рассказ выслушаем, подумаем, что делать дальше. А если все будет так, как я надеялась, то и думать не придется, найдется, кому со всеми проблемами разбираться.
        Слово-ключ заставило вспыхнуть мою кровь алым огнем, а стража - пеплом осыпаться на камень.
        - Марысь, присмотри, - попросила я, почувствовав, как слабеют ноги. Силушки Киран вложил немеряно, внешне - вроде все просто, а ощущение - марафон пробежала.
        - Как скажешь, подружка. - Маря тут же подошла к ложу, взяла Светалу за руку. - Жива!
        То, что жива, я и так знала, все трое мы связаны были. Что соединило Марысю и эту ведьму-провидицу с родом Повелителя, догадаться было несложно. Осталось дождаться, когда до стажерки дойдет, почему я в этой цепочке оказалась.
        - Не пора ли начать исповедь? - нарочито ехидно уточнила я, когда Киран помог мне присесть, бросив свой плащ на камень, вполне способный заменить стул.
        - Не хочешь подождать, пока она придет в себя? - Он не спорил, просто предлагал.
        - Ты начинай, - холоднее, чем стоило, произнесла я. Не на него злилась, на обстоятельства, которые все мои планы порушили, - а там посмотрим, стоило ждать или нет.
        Марыся все еще находилась рядом со Светалой, но к нашему разговору прислушивалась. Благо, мы не таились.
        - Раз поклялся, расскажу, как было. - Он отошел от меня на пару шагов, как-то странно осмотрелся. Впрочем, странного ничего не было, если все шло по плану. - О том, что мы с отцом Азаира родичи, ты уже знаешь.
        - И хотела бы не знать, но об этом мне едва ли не каждый встречный докладывал.
        - Магия крови у демонов всегда считалась за черную. Из всех наших предков только Альдред сумел укротить ее мощь, не сошел с ума от могущества, которое она давала. Была у меня эта сила, хоть мне и не позволяли ее развить, но, что с рождения дано, все равно само проявится. Когда я предложил ее использовать, чтобы остановить дроу, Повелитель потребовал с меня клятву, что я откажусь от этой мысли.
        - А ты, значит, ее нарушил, - поддела его Марыся.
        Но Киран будто и не услышал.
        - Не думал я, что пойду против того, кому присягал на верность. Но когда увидел на пороге дома мертвого отца, свою жену, что дитя под сердцем носила, помутился рассудком. Перед глазами пелена красная, заклинания, о которых никогда не слышал, сами срывались с губ. Крепость мы тогда отстояли, тысячи эльфов остались лежать под ее стенами. Да только моя победа обернулась поражением. Повелитель изгнал меня из рода, как клятвопреступника, словно опозорил я имя своего отца.
        Говорил он глухо и отстраненно. Не пытался себя оправдать или перетянуть на свою сторону. Да и кто мы, чтобы наше мнение для него что-то значило. Наша жизнь - миг по сравнению с теми сотнями лет, что остались за его спиной.
        - Зол я был. Мне бы повиниться, объяснить, что горе ослепило, ярость гнала, затмив собой слова господина, но я считал себя правым. Впрочем, считаю и теперь, пусть и понимаю, что из нас двоих именно он поступил так, как надлежало.
        - Так появились ночные демоны, - констатировала я сей факт. Спорить со мной, как ни странно, никто не стал.
        - Уйти-то я ушел, но тянуло меня обратно. Я был молод, власти не желал, она мне сама на плечи свалилась и к земле согнула. Слышал я, что обстоятельства бывают сильнее нас, но не догадывался, что на своей шкуре испытаю. Однажды не выдержал, бросил все, переоделся попроще и отправился в Галерон. На все был готов. Казнит, заточит в подземелье, лишит имени… все, что угодно, но только там, где родился. До столицы добрался, день решил выждать, чтобы хоть тайком, но ощутить, что я - дома. А на утро узнал - покушение на Повелителя. Удачное покушение. И не трудно догадаться, что из возможных кандидатур на роль убийцы, моя - самая подходящая. А тут и стража объявила, что я в городе и Азаир за мою голову пообещал награду.
        - Его смерть лежит на тебе!
        Рык моего демона - не для слабонервных, одним желанием спрятать голову в песок не отделаешься. Но я только плечиком легко пожала. Мне ли его теперь бояться.
        Марыся бросила на меня быстрый взгляд, потом посмотрела мне за спину и… прикрыла рот ладошкой, сдерживая смех. А в глазах… надеюсь, они не в лошадиных личинах заявились?!
        Оборачивалась я медленно. Вздохом подавилась, пытаясь в голос не расхохотаться. Засмеешься тут, когда не знаешь, в какой момент между двумя демонами кидаться придется. Так что, хочешь - не хочешь, а выражение лица пришлось держать серьезным.
        А как тут держать, когда хохот из груди рвется! Права я была, нашими кобылами как раз эти двое и оказались. Вот и стояли теперь плечо к плечу… Камуфляж у лошадей тсерв на все случаи жизни, так что не поймешь, чего больше: то ли серо-песочного на зеленом, то ли черного с рыжиной. Впечатление такое, что наших демонов в смолу окунули и по хвойному лесу протащили, а потом еще и песочком присыпали.
        Намудрили они, видно, с заклинанием, когда под драгурих 'работали'.
        Пока Повелитель и Киран друг друга глазками буровили, я дала знак Марысе, чтобы не то что улыбнуться, даже пискнуть не посмела. А та уже щеки надула, из последних сил держится. Я и сама губу прикусила, потому как в памяти всплыл один пикантный момент. Тот самый, когда вокруг них жеребцы крутились.
        Если что, я его Азаиру еще не раз припомню.
        Пока я предавалась мечтам, Киран заговорил.
        - Я его не убивал. И никогда такого приказа не отдавал. - Ночной стоял спокойно, руку к мечу не тянул. Во взгляде твердость - не откажется от своих слов.
        - Только тебе была выгодна его смерть.
        А вот мой… Я чуть не поперхнулась… Надо же, уже своим называю.
        Но не это было главным. Главное, что стоит этот цветасто-полосатый, коготками по рукояти меча выстукивает, а в мою сторону даже не смотрит.
        Мне не то что бы обидно стало, просто появилось желание тут же указать ему на то, что с будущей женой так себя вести не стоит. Особенно, если жена эта будущая - ведьма. Но не успела, ситуация как-то непредсказуемо начала меняться.
        Вир стоял чуть в стороне, поближе к Марысе. А вот оставшаяся троица держалась монолитом. До этого момента.
        Скьёльд вышел вперед, но не как воин - как равный среди равных.
        - Я ему верю.
        Нас с Марусей разомкнуло одновременно. Опять пришлось рот зажимать, но теперь уже по другой причине. Все те странности, для которых пальцев двух рук не хватало, быстро в одну цепочку собрались. И платье из сокровищницы, от взгляда на которое в его глазах горечь появилась. И мой кинжал, который не всякому в руки давался и странная пустота вместо силы, о которой Марыся рассказала. Так что имя в голову само пришло.
        Вирран слегка лоб наморщил, а вот Азаир смущенным не выглядел.
        Ох, не прост мой будущий супруг! Но так и я… вроде как ведьма. А сложности нас никогда не страшили.
        - Доказательств этому нет, а слова… это только твои слова!
        - Тебе нужны доказательства? - ожил Киран, даже блеск в глазах появился.
        Чувствую, сейчас будет весело. А Светала все никак не просыпается. Так бы сделали попытку одна тысяча двести восемьдесят шестую исчезнуть по-тихому, но без нее никак нельзя. Чувство ответственности не позволяет.
        Да и Эндрик нервничает. При нас еще держится, но оставь их одних…
        Я об этом не думала! Не думала! Не думала!
        Вот пока саму себя уговаривала, момент и упустила. А Киран уже стоял напротив Маркуса и надевал ему на палец свой перстень.
        У моего телохранителя на физиономии полное отсутствие мыслительной деятельности, Марыся над головой что-то рассматривает, Азаир хмурится, а Скьёльд, который совсем не Скьёльд, многозначительно так ухмыляется.
        Ну а я… не знаю, то ли плакать, то ли… волосы на голове рвать.
        - Я найду того, кто убил твоего отца! Клянусь тебе!
        Киран перстенек по наследству передал и к Азаиру подошел. Слишком близко на мой дилетантский взгляд.
        - Ты отправишься со мной в столицу и будешь казнен за покушение на мою невесту!
        Понятно… нашла коса на камень. Чуть что, сразу женщины виноваты.
        - А со мной ты посоветоваться не хочешь? - стараясь выглядеть милой, уточнила я.
        Оба как-то странно на меня посмотрели, словно я ляпнула глупость.
        - На твоем месте я не стал бы этого требовать. - Кого спасал Скьёльд, я не поняла, но посчитала, что кого-то из этой парочки. Я в защите точно не нуждалась. - Не лучше ли до конца со всем разобраться?
        - Ты хочешь, чтобы я его отпустил одного? - Ни малейшего уважения к старшему предку в голосе Азаира не прозвучало.
        - А может тебе с ним отправиться, Альдред? - невинно спросила я, подмигивая подружке. Марыся от такого панибратства даже глаза закатила.
        - Как прикажет моя повелительница, - склонился тот передо мной в изысканном поклоне.
        - Эндрик? - раздался нежный голосок со стороны ложа, о котором все благополучно забыли.
        Тот издал нечто, напоминающее боевой клич апачей, и бросился к жене.
        - Это что, я теперь Повелитель ночных? - растерянно глядя на меня, промямлил Маркус и… сполз по сталагмиту, рядом с которым притулился.
        Дурдом!
        - Повелитель, Повелитель, - успокоила его я, представляя, как мы с Азаиром будем ездить в Омиранг в гости.
        Когда его восстановят.
        - Ты нашел меня… - Звук поцелуя я не услышала, но вполне могла представить. Растроганно хлюпнула носом - романтика.
        - Не хочу. - Шепот был тихим, но… душераздирающим.
        Бедный Маркус… Надо будет с подружкой вспомнить, кто еще из наших остался не пристроенной. Мальчик хороший, жалко кому попало отдавать. А то ведь попадется…
        'Если ты сейчас…' - это все, что я успела прочитать по губам Марыси, пока ее не прижал к себе Вирран. Похоже, весь комизм и трагизм ситуации до него дошел только теперь.
        Пришлось спасать. Всех.
        - Милый, - я, стараясь не смотреть на раскраску Азаира, осторожно, словно разминировала фугас времен Первой мировой войны, прикоснулась к его руке. - Тут возникла небольшая такая проблемка…
        Смысл его взгляда я перевести не смогла, но своего добилась, смотрел он теперь на меня.
        - Ты скоро станешь папой.
        Знала бы я, чем все это закончится, ни за что не принимала бы удар на себя!
        Марыся
        Все происходящее отчетливо отдавало балаганом. Или театром абсурда. Все играют роли, причем явно не свои, а навязанные бездарным режиссером без учета амплуа актеров.
        Киран, совсем непохожий на то воплощение Зла, про которое нам усердно талдычили все, кому не лень.
        Тсервы, на проверку оказавшиеся вполне нормальными ведьмами, просто со слегка непривычным образом жизни. Но… кто из нас хоть иногда не мечтал избавиться от тотальной мужской диктатуры?
        Скъёльд, вызывавший все больше вопросов своим поведением и знаниями, явно превышающими багаж простого воина. Догадки были, одна другой невероятней, но… не хватало последнего камушка в этой загадочной мозаике, чтобы она сложилась в цельную картину.
        Предположение Туси о подлинной личности наших лошадок вообще вызвало у меня нервный смех. И над нами, и над манией преследования, которую нам успешно и в кратчайшие сроки привили наши благоверные. Раз до сих пор не поймали - значит, где-то рядом. Бдят. Представить самого Повелителя и герцога из правящего дома своими транспортными средствами получалось плохо. Но… чем больше я размышляла, тем яснее понимала, что эта гипотеза имеет право на существование. Если отвлечься от сакраментального 'Этого не может быть, потому что не может быть никогда', приходилось признать, что очень даже может. О пристрастии наших мужчин к нестандартным решениям мне было уже достаточно хорошо известно. Ну, а магический потенциал позволял провернуть и не такие аферы.
        - Допустим, - задумчиво протянула я, глядя на Тусю, - что ты права. И что нам тогда делать?
        - Бежать. И чем быстрее - тем лучше. Метелочки с нами, до места доберемся раньше них, - и чуть смущенно добавила: - Да и разобраться кое с чем хочется, запас по времени нужен.
        Разобраться в чем? Или с кем? И как она собирается эту пещеру искать?
        Ох, темнит подружка… Раньше у нее от меня секретов не было.
        Я всмотрелась в ведьму, которая понуро разглядывала сверкающую тысячами крохотных зеркал воду быстрого ручья, так, как учил эльф - особым 'внутренним' зрением. И с трудом удержалась от выражения, энергичного, емкого и крайне эмоционального, но совершенно не соответствующего статусу герцогини. Ее аура плыла и двоилась, недвусмысленно сообщая, кто именно из нас двоих скоро станет мамой. Пока это заметила только я, и то благодаря дару Жизни, но кто поручится, что Азаир не почувствует голос крови, как только окажется рядом? Вот тогда игры в догонялки закончатся очень быстро.
        И если подружка права насчет личности наших драгурих, то бежать сейчас -единственный шанс на благополучное завершение этой безрассудной эскапады по исполнению замшелых пророчеств.
        Так что темнит она, или не темнит - разбираться будем позже.
        - Когда? - я обошлась без излишних слов, боясь выдать новое знание.
        - А вот перекусим, и…- она подмигнула, но подлинным ведьмацким задором здесь и не пахло. Скорее уж обреченностью и долгом.
        Процесс 'рванья когтей' прошел на удивление гладко.
        Мужчины нашим перешептываниям значения не придали, списав на обычные женские проблемы. Лошадки забеспокоились, но у Снежки (или Вира) победила деликатность, и мы благополучно скрылись в зарослях вместе со своими вещами.
        Впрочем, форы это нам дало буквально пару минут. О том, что их провели, демоны догадались замечательно быстро, и стартовали мы под забористый аккомпанемент трех крепких мужских глоток, хозяева которых на пару минут напрочь забыли о субординации.
        Я надеялась, что они нас простят. Мы же их простили…
        Пять минут - полет нормальный. Мы гнали метлы на предельной скорости, стремясь максимально увеличить расстояние между нами и нашими преследователями. Шансы были: все-таки лететь над лесом это совсем не то, что скакать по нему, пусть даже и на драгурах. К тому же им было известно только приблизительное направление, а вот мы, точнее, Туся явно знала его наверняка.
        Задавать вопрос 'а откуда, собственно?' я не спешила. Сложное плетение, птицей парящее перед ней, несло на себе такой узнаваемый отпечаток чужой Силы, что все вопросы становились излишними.
        Я догадывалась, что, пока валялась без сознания, эта парочка успела о чем-то договориться. Ну что ж… если моя подруга и наставница сочла возможным довериться своему неожиданному побратиму, то это сделаю и я. Тем более что моя интуиция тоже упорно отказывалась считать Кирана врагом, невзирая на все доводы рассудка.
        Полет, естественно, к беседам не располагал, но и на привале мы почти не разговаривали. Нам обеим было о чем подумать, да и напряжение перед завтрашним днем заставляло молчать, собираясь с духом и копя силы. И лишь приземлившись у искомой пещеры, Туся обратилась ко мне, усердно удерживая на лице заискивающе-умильное выражение нашкодившего щенка.
        - Может, ты меня у подножия подождешь?
        Ага, щазззз. Уже жду.
        - Туся, - играть в эти игры я не хотела. Все-таки основой наших отношений всегда была откровенность, - я тебя одну не отпущу. Даже если ты что-то и задумала.
        - Ты только раньше времени выводы не делай, - попросила она, уже не пряча взгляда, в котором медленно разгорались надежда и облегчение.
        - Веди уж, предводительница, - я улыбнулась, полностью разделяя ее чувства. Такая ситуация нравилась мне гораздо больше. Я ей доверяла и без объяснений или оправданий, но попытки манипулирования унижали нас обеих.
        И мы вошли в пещеру…
        Плетение, в котором я уже однозначно признала творение Кирана, скользило по запутанным переходам, позволяя оценить предусмотрительность повелителя Ночных. Не будь проводника, мы бы, скорее всего, заплутали в извилистых коридорах и узких лазах, больше подходящих для кошек, чем для уважающих себя ведьм. Как по ним протискивался Киран, да еще и с ношей - я не бралась даже представить. Вероятнее всего, прошел порталом напрямую.
        Эта догадка не замедлила подтвердиться.
        Он уже ждал нас в великолепном гроте, вызывавшем немое восхищение перед силами природы, сотворившими такое чудо. Собранный, спокойный и доброжелательно-вежливый. Но в каждом его жесте, взгляде, слове чувствовался флер обреченности.
        Ее причину я поняла, когда ночной предложил Тусе руку, а потом предельно бережно подхватил на руки, перенося через ручей.
        Он уже знал о ее беременности и понимал, что пророчество почти исполнилось. Три ведьмы уже были связаны одной кровью - кровью мужчин правящего дома. Осталось лишь соединить воедино разобщенный некогда народ… Я была готова съесть на спор свою любимую бандану, что знаю, каким образом Киран собирается это провернуть. Вот только то, что в этом светлом будущем исполнившегося пророчества он не видел места для себя, мне активно не нравилось. И не будь я Бабкой Ёжкой, если это не исправлю…
        Рассказ Кирана лишь подтвердил мои догадки и укрепил решимость помочь этому демону. Увы, из него следовал единственно возможный, но чертовски неприятный вывод: кто-то другой виновен в смерти отца Азаира. И этот кто-то, скорее всего, до сих пор находится в окружении Повелителя, умело переложив свою вину на другого. А наши-то об этом не знают!
        Желание немедленно действовать стало нестерпимым, когда гербовый перстень рода Торрен запульсировал, опаляя кожу жаром. Как говорится, на ловца и зверь бежит. Мой муженек выстраивал портал, давая привязку по родовому перстню. В том, что вместе с ним появится и Повелитель, и тройка наших незадачливых спутников сомневаться не приходилось. Но, если все так просто, то почему он не сделал этого раньше?
        Ответ на этот вопрос тоже не заставил себя ждать. Жаль только, что Туся, увлеченная исповедью Кирана, пропустила сие знаменательное событие. Про последнего я бы такого не сказала. Когда пласты пространства сдвинулись, пропуская гостей, Ночной словно закаменел спиной, но рассказа не прервал и не обернулся.
        А жаль. Зрелище того стоило.
        Изо всех сил сдерживаемый смех перешел в непочтительное хрюканье и я сползла по сталагмиту, очень кстати оказавшемуся за спиной. Ноги уже не держали. Интересно, только у меня не получается проникнуться высокой историчностью момента?
        Возможно, в другое время вид разъяренного Повелителя демонов вкупе с его не менее гневным родичем внушил бы почтительный ужас, но боевой раскрас тсервовских лошадей лишал их всякой грозности, придавая происходящему отчетливое сходство с представлением странствующих комедиантов. Видимо морок Эндрика, наложенный на личину драгуров, каким-то образом конфликтнул с ней, оставив милый 'подарочек' при снятии. По крайней мере, вид у творца сего шедевра магического искусства, старательно державшегося позади, был до крайности виноватый.
        - Его смерть лежит на тебе! - громоподобный рык эхом отразился от сверкающих стен, ревущим водопадом скатился по колоннам сталактитов.
        - Я его не убивал. И никогда не отдавал такого приказа. - Бесстрастность Ночного граничила с безразличием.
        Вечер переставал быть томным… как бы Азаир на адреналине и расстроенных чувствах не наломал дров. В том, что по силе, как воины и маги, они примерно равны, я была уверена. Увы, так же, как и в том, что Киран не станет сопротивляться. Он выглядел уже перешагнувшим незримую черту, как самурай перед харакири.
        Сто бесов им в печень! Как дети малые, вроде и взрослые мальчики, а так и не развили способность к диалогу. Пока я лихорадочно соображала, как донести до подружки мысль, что неплохо было бы переключить внимание венценосного демона на себя, вперед выступил Скьёльд.
        И как выступил… Куда делся скромный воин, опытный ветеран с философией стоика?
        Уже первый шаг заставил всех повернуться в его сторону. Голос, осанка, поступь - все изменилось в одночасье. Морок стекал с него, как вода, открывая властное лицо и уникальные белые волосы Альдреда аль Торрен.
        Реакция присутствующих была дружной и вполне предсказуемой - крайняя степень удивления с последующим впадением в ступор. Лишь Повелитель продолжал буравить взглядом Кирана, не отвлекаясь на внешние раздражители.
        Знал? Или лицо держит?
        Знал. Уголки губ дрогнули в намеке на улыбку, видимо наша реакция доставила истинное удовольствие этому венценосному манипулятору.
        Ах, ты ж… режиссер хвостатый. Ну, погоди, найдется и на тебя проруха…
        Пока мое воображение в мстительном предвкушении потирало лапки, живо представляя себе реакцию Азаира на Тусин сюрприз, спектакль шел своим чередом.
        - Доказательств этому нет, а слова… это только твои слова! - а голос, а взгляд… само величие и непримиримость.
        - Тебе нужны доказательства? - неожиданно оживился Киран.
        Стремительное движение и он уже стоит возле Маркуса, положив ладони на его макушку. Короткая, чеканная фраза на том самом гортанном языке, что я уже слышала в знаменательный день своей свадьбы, демоны дружно выдыхают 'Хай', и перстень Повелителя ночных демонов перекочевывает на палец Тусиного телохранителя, побледневшего до синевы и начавшего закатывать глаза. Кажется, еще один обморочный нам обеспечен… но дело сделано. Пророчество исполнилось. Некогда принесенная Маркусом клятва верности никуда не делась, так что новый предводитель Ночных является вассалом Короны. Единой короны Галерона.
        Вот и все. Как-то буднично и совсем не торжественно все произошло. Но летописцы и менестрели это потом кардинально поправят. Сами себя не узнаем. А еще говорят - великие тайны истории…
        Осталось сыграть заключительный акт этой пьесы. И, судя по прищуренным глазам моей закадычной подружки, она твердо намерена оставить последнее слово за собой.
        А вокруг поднимался ураган…
        - Я найду того, кто убил твоего отца! Клянусь тебе!
        - Ты отправишься со мной в столицу и будешь казнен за покушение на мою невесту!
        А вот этого не надо! Чуть что - так сразу косой?! И почему косой всегда Киран?!!
        Голос Повелителя гремел, горной лавиной перекатываясь под высокими сводами, глаза давно залило сплошной чернотой, ладонь с удлинившимися когтями судорожно сжимала рукоять меча… короче говоря, ядерный реактор за минуту до взрыва. И если срочно не включить аварийную систему охлаждения, рванет так, что и вновь обретенный великий предок не поможет. Подружка это тоже понимала, но гасить пламя решила в своем фирменном стиле 'Бабка Йожка-камикадзе'.
        - А со мной ты посоветоваться не хочешь? - пытаясь выдать оскал за улыбку, уточнила Туся, явно переводя стрелки на себя.
        - На твоем месте я не стал бы этого требовать. - Альдред подхватил подачу. - Не лучше ли разобраться во всем до конца?
        - Ты хочешь, чтобы я отпустил его одного? - Ни малейшего пиетета к предку в голосе Азаира не прозвучало.
        - А может, тебе с ним отправиться, Альдред? - вновь вклинилась Туся, с самообладанием жены с двадцатилетним стажем игнорируя рычащего Азаира.
        - Как прикажет моя повелительница, - склонился патриарх моего рода перед наставницей, пряча лукавую искру в бездонно черных глазах.
        - Эндрик? - мелодичный голос со стороны кристального алькова, благополучно забытого нами из-за более насущных проблем. Принц издал нечленораздельный вопль и бросился к Светале.
        - Это что, я теперь повелитель ночных? - промямлил, озирая окружающих в поиске поддержки, Маркус и… сполз по сталагнату, рядом с которым притулился.
        Дурдом! И даже не для тихих больных…Это уже нечто для буйных.
        - Повелитель, повелитель, - успокоили мы его в два голоса.
        - Не хочу. - Шепот бывшего телохранителя был тихим, но отчетливо отдавал истерикой.
        'А придется…' пробормотала я фразу из известного анекдота, плавно меняя дислокацию поближе к родному супругу, видевшемуся мне сейчас оплотом стабильности среди этого хаоса.
        'Если ты сейчас…' - это все, что я могла сказать подруге, тихо, на грани слышимости, не открывая всех карт окружающим, не в меру ушастым личностям.
        Она поняла. Хвала Стихиям.
        - Милый, - Туся осторожно, как водолаз к морской мине, прикоснулась к руке Азаира, - Пожалуйста…
        Смысл взгляда Повелителя переводу не поддавался, но смотрел он теперь только на мою подружку. Так или иначе, но своего она добилась.
        - Пожалуйста, не пугай меня, - повторила Туся, просительно глядя на демона невероятно честными голубыми глазами, полными трогательных слез, - Когда ты так рычишь, мне страшно. А, говорят, в моем положении это вредно…
        - Что?… - Взгляд Азаира на мгновение расфокусировался, словно охватывая слишком хрупкую на его фоне фигурку Туси целиком, - Что ты имеешь в виду?…
        - А то! - не выдержала моя наставница, разом выходя из роли белой и пушистой, - Папой ты станешь, через девять месяцев! Если я сейчас не передумаю… - последние слова она почти прошипела, буравя Повелителя взглядом, лишенным и тени почтительности.
        - Нет! - во мгновение ока Тусю сгребли в охапку, несколько раз легко перевернули в воздухе, видимо, осматривая на предмет возможных повреждений во время нашего суициидального путешествия, и опустили на землю, плотно притиснув к царственному боку и лишив возможности даже трепыхнуться.
        - Мы возвращаемся в столицу, - тон Азаира был непререкаем, - свадебный обряд состоится на третий день новой луны.
        - Два обряда, - почти пропела Туся, кивая в сторону Эндрика и Светалы.
        - Два обряда, - послушно повторил Азаир, улыбнувшись, но тут же вновь потемнел грозовой тучей, повернувшись к Кирану, хотя от царственного рыка все же удержался. А говорят, демоны дрессировке не поддаются… еще как поддаются, при наличии соответствующей мотивации.
        - После этого ты отправишься за доказательствами своей невиновности. Альдред будет тебя сопровождать и явится гарантом твоей клятвы.
        - Да, Повелитель, - оба демона синхронно склонили головы, но легендарный предок успел лукаво подмигнуть мне за мгновение до того, как белая волна волос скрыла выражение его глаз. Ох, ну и свекр мне достался… чует мое сердце, с ним мы не соскучимся.
        На этой жизнеутверждающей ноте представление нашего странствующего балагана подошло к концу. Все как-то резко засобирались: Киран с сыном - в Омиранг, представлять своему клану нового предводителя, остальные - в столицу. Глобальные задачи были решены, и теперь проза жизни обрадовано наверстывала упущенное.
        Впрочем, две свадьбы в правящей семье тоже явление неординарное и, для разнообразия, радостное. Если, конечно, не будет неожиданностей…
        Последующие несколько дней слились для меня в один длинный, суматошный день, впрочем, полный какой-то бесшабашной радости. Веселило нас все: и ошарашенные физиономии старожилов Торрена при виде воскресшего Альдреда; и смущенный Баал, представляющий своему герцогу отчаянно краснеющую суккубу; и Альвиан, растерявший свою надменность и хвостиком бегающий за легендарным магом…
        В столице стало еще веселее. Улицы, гудящие как потревоженный улей; ошалелые слуги, мечущиеся по дворцу в судорожных попытках организовать такое торжество всего за неделю; посольства окрестных держав; главы знатнейших родов, прибывающие на свадьбу Повелителя… и мы, проводящие время в баталиях с портными и ювелирами.
        Мы - это я, Туся, Светала и не покинувшая нас в трудную минуту Лирайна, оказавшаяся кладезем полезной информации об обычаях, этикете, моде и прочих придворных премудростях. Теперь я уже понимала, почему Вирран нарядился в белое на нашей свадьбе. Белый у демонов был цветом смерти и траура, а считалось, что мужчина, произнося брачные клятвы, умирает для прежней жизни. Женщина же во время малого обряда вольна быть в любом наряде. Но во время полного картина менялась. Мужчины, уже прошедшие через малый обряд, одевали черное - цвет мудрости, тайны и ее познания, а женщины - алое, почитавшееся как символ жизненного огня, радости и любви.
        Мои подруги решились на полный обряд, ну а я, поразмыслив, решила к ним присоединиться. Новость эта повергла наших демонят в состояние, близкое к экстазу. Кажется, только Эндрик не сомневался в решении своей невесты, а наши благоверные до сих пор не могли поверить, что это не розыгрыш.
        Вот тут-то и возникла проблема. Алый не шел никому из нас. Кроме Лирайны. А она-то как раз замуж и не собиралась. Светалу, миниатюрную сероглазую блондинку, красная одежда просто убивала, делая ее лицо чистым листом бумаги. Рыжая Туся превращалась в воплощение вульгарности, ну я, со своими пепельными волосами и зелеными глазами, выглядела предельно нелепо, как серая мышь в перьях попугая ара.
        Наши мужчины осознать масштабы катастрофы, естественно, не могли и поступили чисто по-мужски, то есть смылись, предварительно отдав нам на растерзание лучших портных и самые роскошные ткани, которые нашлись в столице.
        Впрочем, Азаир, несмотря на жуткую занятость и разномастных послов и царедворцев, гроздьями висящих на его хвосте и настырно требующих внимания, проведывал нас раз по десять на дню. И успокаивался, только в очередной раз узрев неизменную картину: ворохи красных материй самых разнообразных оттенков, бледных портных и нас, с маниакальным упорством спорящих, примеряющих, рисующих.
        Завершить сей процесс, равно как и капитальный ремонт, было невозможно, его можно было лишь прекратить, что мы и сделали за двое суток до свадьбы, вняв мольбам портных, голосу разума и настойчивости наших мужчин. Но искомого результата все же достигли, правда, пожертвовав освященным многовековым обычаем цветом. В конце концов, если человеческий глаз различает двести семьдесят оттенков красного, то почему мы должны одевать именно этот, категорически нам не подходящий?!
        Результатом наших изысканий стали маковый, затканный золотой нитью наряд для Туси, вишневый с серебряным шитьем для Светалы и гранатовый у меня.
        Сама церемония прошла без сучка-без задоринки, настолько гладко, что нам даже стало скучновато. Демоны в очередной раз подтвердили свою репутацию основательных и домовитых: гости размещены, столы ломятся, город украшен, горожане в праздничном, гвардейские разъезды в парадной форме на каждом перекрестке…
        Проходил обряд на площади Всех Стихий - главной площади столицы. Там находился одноименный храм, старейший в Галероне - круглое возвышение под конусообразной крышей, покоящейся на высоких колоннах из разных минералов. Земля, вода, огонь, воздух, металл… Каждой стихии - своя колонна, свой камень. В центре площадки - алтарь из самоцветных долек-секторов. Лаконично и символично. И открыто. Возвышение великолепно просматривалось со всех концов площади, запруженной народом. Послы, представителя царствующих домов и главы родов образовывали первый круг зрителей. За ними располагалась личная гвардия Повелителя, а уже потом горожане.
        Первыми в святилище вошли, естественно, Туся и Азаир. Перед тем, как ступить на лестницу, ведущую на возвышение, подружка чуть помедлила. Демон напрягся, мы затаили дыхание, но все обошлось. Видимо, ответственность победила шаловливость, или Туся решила больше не играть на нервах и без того слишком напряженного жениха. Дальше все пошло, как по маслу. Кубок, торжественный голос Азаира, непривычно-серьезный - Туси, произносящие уже знакомые мне слова. Родовой перстень и брачный браслет, возникшие на ее руках, когда пальцы молодоженов переплелись на ножке кубка, ликующий рев толпы, приветствующий свою повелительницу. Все, как и ожидалось, внушительно, торжественно, впечатляюще.
        Потом наступил черед принца с прорицательницей. Эти были до безобразия счастливы и даже не думали 'держать лицо'.
        Последними к разноцветному камню подошли мы. Вир шепнул 'Еще не поздно передумать', но я шагнула вперед. Все уже было обдумано и взвешено, а менять свои решения было не в моих правилах. И потом, держа перед собой тяжелый кубок и повторяя древнюю клятву, отчетливо ощутила, что оно - единственно возможное. Правильное. Естественное. Для нас, для этого мира. И теперь все будет хорошо…
        Хорошо было ровно две недели. Первая промелькнула незаметно в сверкающем вихре празднеств - пиров, балов, парадных выездов и фейерверков. Вторая тянулась медленно и неспешно, как потягивается сытый кот у камина, давая восхитительное ощущение покоя и безмятежности. Но этот долгожданный покой разлетелся осколками в одно отнюдь не прекрасное утро. Вместе с драгоценной вазой эльфийской работы, ставшей первой жертвой первого семейного скандала венценосной четы.
        Шум раздался ранним утром со стороны личных покоев Азаира. Вирран вскинулся мгновенно, схватил меч, всегда ночевавший у его изголовья, и, не озаботившись даже накинуть на себя халат, в одних шароварах рванул туда, где грохотало, звенело и падало. Я порысила за ним, на ходу пытаясь одеть пеньюар, проснуться и сообразить, что же могло случиться. Мозг спросонья работать отказывался, но шестое ведьминское упорно твердило, что случилось то, что неизбежно должно было случиться: нашла демонская коса на бабйожкинский камень.
        Вир вихрем пролетел мимо гвардейцев, усиленно делавших вид, что их здесь и нет вовсе, пинком распахнул тяжелую дверь личной гостиной Повелителя и застыл на пороге с мечом наперевес. Я затормозила о широкую мужнину спину и осторожно выглянула из-за этого надежного укрытия, обозревая поле боя.
        А посмотреть было на что.
        Все, что могло быть разбито - было разбито. Что могло быть перевернуто - было перевернуто. Посреди разгромленной комнаты, уперев руки в бока в лучших традициях Диканьки, стояла Туся и тихо шипела, не отрывая бешеного взгляда от Азаира, осторожно обходившего супругу по широкой дуге. В роскошной черной гриве Повелителя виднелись перья, а плечо украшал отчетливый след ногтей.
        - Тусенька… - рискнула я окликнуть подружку, не рискуя, впрочем, покидать свое убежище.
        - Гр-р-ш-ш, - подруга все же бросила взгляд в мою сторону, оборвала шипо-рычание и уже внятно произнесла: - Ты представляешь, он отказывается распускать гарем!
        - Дорогая, - интонации многострадального демона напоминали тон, которым опытные лошадники успокаивают задурившую лошадь, - это традиция, древняя традиция. Я просто не могу этого сделать.
        - Ах так? А мне казалось, ты - Повелитель, - Туся ехидно прищурилась, не выпуская из поля зрения продолжавшего обходной маневр мужа.
        - И поэтому первым обязан заботиться об их соблюдении…
        - Еще бы, особенно о таких… - Ведьма просто излучала сарказм.
        - Любимая, я обещаю не посещать его в одиночку, но иногда, выполняя долг гостеприимства, я обязан это делать…
        - К чертям хвостатым!!! - взвыла новобрачная пароходной сиреной.
        Демоны переглянулись и дружно попытались спрятать хвосты за широкими штанинами. Получилось виновато. И смешно.
        - Дорогая, пожалуйста, тебе нельзя волноваться…
        - Все! Хватит! Я возвращаюсь домой!!!
        'К маме' тихонечко произнесла я, в глубине души искренне сочувствуя Азаиру. Как бедняга собирается разруливать конфликт между традицией, да еще и древней, и собственной, хоть и молодой, но не менее стойкой супругой, я не представляла. Но в том, что ни одна, ни другая не склонны к уступкам, сомневаться не приходилось.
        Туся рыжим метеором подлетела к дверям и уже на пороге обернулась:
        - Мара, ты со мной?
        Подруга, наставница, повелительница плюс новоявленная тетка… такой букет не ослушаешься. Да и как ее, беременную, без присмотра отпустишь. Вон как гормоны-то буйствуют…
        И я, с тоской взглянув на мужа, поплелась следом.
        Она начала плетение прямо в холле, ничуть не смущаясь присутствием охраны.
        'Все равно найдет' - кивнула я на украшения на ее руках, от всей души желая, чтобы это случилось поскорее, но ведьма лишь отмахнулась от моих слов, сосредоточенно выстраивая переход, и нырнула в портал, как только серая арка обрела четкость.
        Не забыв и меня потянуть за собой в туманную неопределенность…
        ЭПИЛОГ
        Мелодичный звон таймера духовки раздался, когда я дорезала последний салат. Успеваем. Вино продышалось, еда готова, несколько минут на сервировку и праздник можно начинать. И для духа, и для живота. Сегодняшние посиделки мы запланировали как раз под трансляцию финала чемпионата мира по шоссейно-кольцевым мотогонкам*.
        Когда я, балансируя двумя салатницами и блюдом с запеченным мясом, ввалилась в комнату, Туся деловито раскладывала салфетки и приборы, время от времени бросая сторожащие взгляды на метровую плазменную панель, где в настоящий момент немо разевал рот очередной рекламный персонаж.
        - Еще минут десять, - успокаивающе произнесла я, - раньше они не начнут.
        - Угу, - лаконично согласилась подруга, сосредоточенно расставляя посуду на стеклянном столике, окруженном диваном, креслами и парой пуфиков - на мой взгляд, самое уютное место в нашем доме, располагающее и к разговорам по душам, и к вдумчивому поглощению пищи.
        Моей наставницей она перестала быть семь лет назад, но время никак не отразилось на изящной фигурке в светлых джинсах и еспритовской белой футболке. Разве что волос стал длиннее и гуще.
        Туся оглядела получившийся натюрморт и озабоченно нахмурилась:
        - На всех не хватит.
        - Хватит, - успокоила я, - в духовке еще одна порция мяса. И салаты в холодильнике.
        - Это хорошо, - отстраненно протянула она, наливая нам по бокалу красного вина. Шампанское дожидалось своего часа в холодильнике, и мне очень хотелось надеяться, что ждет оно не напрасно.
        - Ну, за удачу!
        - За удачу, - поддержала я тост, - Она нам сегодня понадобится.
        - Не только нам…
        На экране уже готовились к старту. Мощные байки, нетерпеливо порыкивая, выстраивались в линию. Эти уникальные машины существовали лишь в двух экземплярах: одна - на трассе, другая, ее точный клон - запасная на случай аварийной ситуации. Обтекаемые, стремительные, хищные обводы корпусов, зеркальные шлемы пилотов делали зрелище почти инопланетным. Мы же искали серебристо-черную Ямаху, украшенную всполохами алого пламени.
        Искомый байк обнаружился под номером 9. Пилот горячил его, как всадник горячит коня, давая возможность окружающим вдоволь полюбоваться мощью и красотой своего зверя.
        Хлопнула входная дверь, ощутимо потянула сквозняком. В комнату стремительно вошел высокий мужчина, седой и поджарый, как матерый волк. Туся встретила мужа непроизвольной улыбкой, он ответил мимолетным, но нежным поцелуем. И тут же рухнул в ближайшее кресло, требовательно протянув руку, в которую предусмотрительная супруга вложила бокал вина.
        - Что будем смотреть? - кивнул он на экран.
        - Мотогонки, чемпионат мира.
        - Пойдет, - милостиво одобрил он наш выбор и по-кошачьи потянулся, продемонстрировав во всей красе великолепное тело, скрыть которое тонкие летние джинсы и рубашка с короткими рукавами были не силах. Одеваться со вкусом, просто и стильно, этот гад умел.
        - Укатали сивку крутые горки? - насмешливо поинтересовалась Туся, оставив без внимания выразительный намек.
        - Ага, - легко согласился волк, - американские. Пять раз катались.
        - А где остальные? - я наконец-то сообразила, что мое собственное семейство домой явиться не соизволило.
        - Во дворе, на турнике соревнования устроили.
        - А Илонка, конечно же, судит…
        - И награждает победителя. Как и положено принцессе, - хмыкнул гордый отец и вдруг насторожился: - Идут. Сейчас узнаем, кто кого.
        Дверь вновь отворилась, впустив внутрь возбужденный гомон детских голосов и успокаивающий рокот двух баритонов.
        Через мгновение в просторной комнате стало шумно, тесно и весело.
        Первым влетел рыжий метеор и с визгом обрушился на папины колени, превратившись в очаровательное шестилетнее создание с огромными золотисто-карими глазами, смотрящими на мир с такой трогательной беззащитностью, что это просто не могло быть правдой.
        - И кто победил? - осведомился отец, с нерассуждающим обожанием глядя на свое непоседливое сокровище.
        - Арсен!
        - А почему это Арс? - выступило из прихожей нечто не по годам крутое, в бандане, коже и заклепках, - мы одинаково подтянулись!
        - Но ты обратным хватом, а он - прямым! А это труднее. Вот! - девчушка показала язык и принялась моститься поудобнее, нещадно тыкая папины ноги острыми кулачками. Для придания мягкости, я полагаю. Папа кряхтел, но стоически молчал.
        - А ты откуда знаешь? Девчонка! Ты и одного раза не подтянешься, - презрительно скривился юный рокер-байкер-металлист и тут же огреб подзатыльник от незаметно подошедшего отца.
        - Принцесса права, сын, - пророкотал гороподобный рокер-байкер-металлист?2 и со вздохом опустился на диван, сразу показавшийся маленьким и тесным, - Арсен всегда на совесть работает, а тебе… только бы проказничать.
        Как мать, я не знала, гордиться мне или огорчаться подобной характеристике. Мой сын, действительно, уродился настолько серьезным, обстоятельным и вдумчивым, что нас с мужем это иногда просто пугало. И шухерной, хитрый, проказливый Алекс виделся мне более понятным и нормальным мальчишкой, чем собственный ребенок, кстати, только сейчас появившийся на пороге. Руки мыл, не иначе. Между прочим, единственный из всей гоп-компании.
        Мой благоверный обогнал сына, легко извлек мою тушку из кресла, и расположился в нем сам, усадив меня на колени. Арсен сел на широкий подлокотник, притулившись к нам обоим. Старая игра, почти ритуал. Интересно, а как мы будем помещаться, когда он вырастет?
        - Не преувеличивай, - миролюбиво заметил муж, - он не только шкодит, но и учится. И не хуже Арса. Разве что… немного в другом стиле. Арсен больше теоретик, а Алекс, похоже, признает только эмпирический путь познания. Ты, помнится, тоже не одну лабораторию разнес в школярские годы. И не только лабораторию…
        - Как и ты, - парировал рокер и сгреб зазевавшегося сынка в охапку, спасая Илону от перспективы украсить прическу толстой зеленой гусеницей. Отвесил еще один подзатыльник ойкнувшему наследнику и продолжил: - вообще-то я в юные годы больше напоминал Арсена. В кого пошел этот постреленок - ума не приложу.
        - В зеркало посмотри, - хмыкнула Туся, - да и про маму забывать не стоит, она тоже не любительница борщи варить. Так что не придирайтесь к ребенку. Вырастет - остепенится.
        - Может быть, может быть… - задумчиво протянул волчара, но фразу не закончил. На экране футуристические машины рванулись на первый круг, что-то взахлеб заверещал комментатор. Ста двадцати километровая гонка началась.
        Мужчины дружно уставились в телевизор, забыв и о проблемах воспитания подрастающего поколения, и, о чудо!, о еде. Пришлось вмешаться в эту идиллию.
        - Еда стынет, - констатировала печальный факт подружка и генеральским голосом рявкнула: - марш приводить себя в порядок! В ближайшие пять минут ничего интересного не произойдет, успеете.
        Мужчины дружно поскучнели, но перечить и не подумали. Со вздохами разной степени тяжести потянулись в дверям, оглядываясь на экран. Лишь мои мальчики не шевельнулись. Значит, я была права. Лапки помыли сразу.
        - Помойте руки и переоденьтесь. К столу в уличной одежде не пущу, - продолжала зверствовать Туся, - И личины снять не забудьте, маскировщики…
        Ответом ей стали мерно покачивающиеся в такт шагам хвосты, один за другим исчезающие в полумраке прихожей. Выдрессировать демонов их Повелительница все-таки сумела.
        Разноцветные байки проходили круг за кругом, ревели моторы, активно переживали зрители, сменялись лидеры гонки. Наша же компания, от мала до велика, поедала глазами экран и периодически вопила с не меньшим энтузиазмом. Постепенно определились основные соперники в борьбе за чемпионский титул: красный Ducati под номером 42, серебристо-синяя Хонда? 5 и "девяточка".
        Среди нас мнения тоже разделились.
        Дети облюбовали красного, Альдред с Виром явно симпатизировали пилоту Хонды, и впрямь отличавшемуся редкой дерзостью, а Повелитель присоединился к нам, отдавая должное мощному напору и разумности риска, демонстрируемыми пилотом девятки.
        Я следила за экраном, но взгляд все чаще обращался к родным, а мысли скользили по прошедшим годам, заставляя вновь переживать день за днем.
        Мы наивно полагали, что после исполнения пророчества и собственных свадеб, наша жизнь войдет в размеренную колею. Не тут-то было.
        Тусин побег на Землю был первым, но далеко не последним приключением в новой жизни. Нашли нас через месяц. Точнее, нашли сразу, но мудро выждали и заявились возвращать блудных жен, когда мы окончательно соскучились, обрыдали все подушки и даже пришли к выводу, что гарем ради соблюдения вековых традиций можно и потерпеть. Если, конечно, некоторые хвостатые личности будут его посещать, только сопровождая всяких послов и прочих дипломатов. И сами ни-ни…
        Воссоединение с супругами вышло бурным, последующие месяцы прошли, как непрерывный медовый месяц. Вплоть до двойного пополнения в нашем беспокойном семействе.
        Фигура в сером дорожном плащом с большим капюшоном возникла в пиршественной зале в разгар празднества, посвященного рождению принцессы. Замерла, словно прислушиваясь к чему-то, и решительно направилась к королевскому столу. Под сброшенным плащом обнаружилась молоденькая и хорошенькая донельзя тсерва со свертком на левой руке и кристаллом горного хрусталя на ладони правой. В нем жил и бился, как маленькое сердце, язычок алого пламени. Вытянутая ладошка по очереди приблизилась ко всем мужчинам, сидевшим за столом. Когда напротив оказался Альдред, пламя в хрустале взметнулось лесным пожаром. Без лишних церемоний тсерва сунула сверток в руки поднявшегося ей навстречу демона и сообщила:
        - Это твой сын. Клянусь в этом. Как и в том, что он отныне принадлежит тебе и твоему племени.
        Пока обалдевший маг пребывал в ступоре, девчонка отступила на шаг и с силой шваркнула кристалл об пол. Ощутимо тряхнуло, полыхнуло, и она исчезла.
        - Вот тебе и неграмотные шаманки… - прошептал мой супруг, явно пребывавший в не меньшем изумлении, чем его предок. Остальные присутствующие невозмутимостью тоже похвастаться не могли.
        Впоследствии, вспоминая появление "вождя краснокожих" в нашей семье, мы единодушно соглашались, что оно было пророческим. Понятия покоя и порядка, даже относительного, и этот ребенок были несовместимы в принципе.
        Росли демонята быстрее своих человеческих сверстников, годовалого вполне можно было принять за трехлетнего человека. И через год наша относительно спокойная жизнь закончилась окончательно.
        Пока Илонка и Арсен довольствовались просторами детских комнат, Алекс активно осваивал просторы Торрена. Его вылавливали в защищенной лаборатории, в конюшнях, оружейной, в кухнях из чанов и в кладовых из мешков с запасами. А когда он ухитрился опрокинуть на себя стойку с оружием в казарме, не пострадав только чудом, отцу пришлось надеть на него маячок-поводок. Который, впрочем, продержался не больше недели. Талантливому отпрыску великого мага быстро надоело, что папа успевает его выдергивать из самых заманчивых мест еще до завершения очередной блестящей проделки, и научился этот поводок снимать. Тогда за дело взялись командой в составе Альдреда, Азаира, Виррана и эльфа. Результат коллективного творчества оказался пострелёнышу не по зубам. Пока. Это мы понимали четко и бдительности не теряли. А когда к Алексу присоединился подросший Арс, жизнь наша стала еще более насыщенной и интересной.
        Периодически, когда мы доходили до состояния "Я тебя породил, я тебя и убью", на помощь приходила Туся, забирая малолетних бандитов к себе. Когда и у нее заканчивалось терпение, они возвращались обратно в Торрен, часто вместе с принцессой, вполне довольные своими столичными похождениями и друг другом.
        Решение проблемы нашлось, как это обычно бывает, неожиданно.
        В одно прекрасное утро, в очередной раз выудив четырехлетних проказников из недр оружейной, Альдред окончательно озверел и погнал их на плац. После двух часов безжалостной муштры под стать взрослым новобранцам, детки проспали целый день, аки ангелы, а на следующее утро заявились в казармы сами. С этого момента жизнь замка вошла в относительно нормальное русло. Утро и вечер мальчишки проводили с воинами, осваивая нелегкое воинское мастерство, а день - в лаборатории, укрепленной по такому случаю донельзя, обучаясь магическому искусству. С шести лет к этому добавились естественные науки, математика, история, этикет, и жизнь наша стала почти нормальной, лишь изредка прерываемой очередным авралом.
        Илона, если оказывалась в Торрене, от мальчишек тоже не отставала. Нрав у девчонки был горячий, ведьминский, а любовь к оружию, она, по видимому, унаследовала от папеньки, как и пристрастие к интригам. Не корысти ради, а только из любви к искусству. Так или иначе, но упражняться в манипулировании окружающими принцесса начала едва ли не с пеленок. И годам к трем вид ветерана-гвардейца, выстругивающего очередной деревянный кинжальчик, или самого Повелителя с розовыми бантиками в роскошной гриве уже никого не удивлял. Даже иностранных дипломатов, кажется, начинавших строить большие матримониальные планы на будущее столь талантливой принцессы.
        За этой "войной" почти незамеченной для нас прошла свадьба Лирайны, ставшая очень значимым событием в жизни Галерона. Сия независимая красавица решилась принести брачные клятвы Маркусу, ныне главе клана Ночных демонов.
        Брак этот, внешне выглядевший насквозь политическим, на самом деле оказался редким сочетанием полезного с приятным. Молодые, познакомившиеся на нашей свадьбе, сразу прониклись живым интересом друг к другу, а после совместных каникул на Земле, которые мы с Тусей устроили для наших демонов, прокатив их по красивейшим уголкам планеты, стали не-разлей-вода.
        Правда, потомством обзаводиться они не спешили, предпочитая проводить все свободное от государственных забот время на Земле, то занимаясь альпинизмом, то сплавляясь на плотах по сибирским рекам, то покоряя волны у берегов Австралии. В настоящий момент они бродили где-то по джунглям Камбоджи, втайне мечтая, как я понимаю, повторить подвиги Лары Крофт.
        Поэтому сегодня наше семейство проводило время без этой парочки экстремалов. Хотя их присутствие было бы нелишним. Ведь то, что мы с Тусей затеяли, тоже было достаточно экстремальным, но необходимым. Для всех нас.
        Лидеры гонки проходили уже восьмидесятый километр, страсти кипели и на трибунах, и в гостиной. Пока Хонда и Ducati драли друг другу чубы за первое место, Ямаха четко шла второй, не делая попыток выйти вперед, но и не позволяя оттеснить себя на третье место. Выдержка, прежде всего выдержка и упорство в достижении цели. Кое-какие вещи остаются неизменными в любом мире и в любых обстоятельствах…
        Сотый километр. Ситуация изменилась плавно, но, похоже, необратимо. Как-то незаметно, как вода, и так же неотвратимо, "девятка" просочилась на первое место и уже никому не позволяла себя обойти. Еще через несколько кругов исход гонки стал ясен, как перпендикуляр. Даже разгоряченные красный и серебристо-синий оставили попытки что-либо изменить и принялись сражаться за второе место.
        Сто десятый километр. Сто пятнадцатый. Мы с Тусей переглянулись. Еще немного и…
        Финиш.
        Под восторженные вопли толпы и гомон комментаторов, на десятке языков удивляющихся и восторгающихся победой никому не известного гонщика-дебютанта, Ямаха пересекла финишную черту и, плавно сбросив скорость, замерла у края полосы. К ней, спеша и толкаясь, со всех сторон сбегались корреспонденты и зрители. Какая-то камера взяла крупным планом пилота в черном комбинезоне, отразилась в зеркале шлема, отъехала назад, показывая запыленный байк целиком.
        Шум голосов становился все громче и неразборчивей, репортерская братия тянула к победителю микрофоны, но он явно не торопился общаться с прессой. Встал с мотоцикла, потянулся, разминая спину, и лишь потом снял шлем.
        Звякнула о фарфор вилка, витиевато выругался Альдред, заледенел Азаир.
        А пилот на экране непокорно тряхнул головой, выпуская на волю длинные черные волосы, стянутые в хвост. Улыбнулся по-мальчишечьи задорно и дерзко. С высоты роста оглядел толпу и вдруг подмигнул нацеленному в лицо объективу. Нам. Всем.
        - Итак, дамы и господа, перед вами победитель чемпионата мира Карл Даймон! - с идиотским восторгом проорал комментатор, демоны дружно выдохнули: "Киран!", а мы с Тусей приняли вид "А я что? Я просто так, погулять вышел", прекрасно понимая, что от грядущих разборок это нас не спасет.
        - Итак, - грозно повторил за комментатором Азаир, буравя взглядом супругу, - что все это значит?
        - Ничего особенного, - пожала плечиками подружка, - просто еще один демон нашел себе занятие по душе.
        - И вы об этом знали…
        - И мы об этом знали, - с великолепной безмятежностью подтвердила Туся очевидное, - не могла же я отказать побратиму в помощи.
        Азаир замолчал, кажется, просто онемев от такой наглости. Голос подал Альдред, по всегдашнему своему обыкновению бросившийся спасать ситуацию.
        - И что теперь?
        - Теперь? Думаю, дети будут рады посмотреть на мотоциклы вблизи.
        Притихшие было детишки согласно загалдели, разряжая наэлектризованную атмосферу. Теперь уже Повелитель пожал плечами и поднялся, сдаваясь дружному семейному натиску. За семь лет брака он научился распознавать, когда с супругой лучше не спорить, чтобы не подвергать испытанию хваленое демонское здоровье и долголетие.
        Переодеться было делом пары минут, а личины демоны просто проигнорировали, ограничившись прикрывшей хвосты иллюзией. Похоже, все хотели встретиться со старым врагом с открытыми лицами.
        Как мы будем вываливаться из портала на глазах у всего честного народа, никто из мужчин не подумал. А может, не захотел? Так или иначе, повинуясь лаконичным тусиным командам, послушно взяли детей на руки и монолитной группкой шагнули в серый туман.
        Технический бокс, отведенный команде Кирана, встретил нас запахом горячего железа, отработанного машинного масла и возбужденно-радостным гулом мужских голосов. Команда собиралась праздновать. Пара техников еще суетилась над железным конем, но сам виновник торжества уже восседал на каком-то верстаке с открытой бутылкой шампанского в руках. Народ тянул руки с пластиковыми стаканчиками к двухлитровому монстру, возбужденно гомонил, обсуждая подробности гонки, и наше появление у дальней стены почти никто не заметил. Естественно, кроме Кирана. Но на этот раз, в отличие от последней встречи с Азаиром, он был спокоен.
        Тогда, представ перед повелителем c доказательствами своей невиновности, ночной выглядел смертельно усталым, но все же взволнованным. Пока Азаир изучал документы, пока велось дознание, вплоть до финального допроса виновника, в его глазах жили тревога и надежда. Умершие в тот момент, когда Повелитель на заседании тронного совета огласил результаты дознания и свое решение. Заговорщикам, несмотря на отдаленное родство с правящим домом, - плаха, Кирану - полное оправдание, возвращение родового имени и владений. Объявил и вышел из зала, так и не взглянув на бывшего друга-врага. Оправдан, но не прощен… в тот момент я была готова придушить венценосного упрямца собственными руками. Туся, судя по всему, тоже. Она даже провела интенсивную политико-воспитательную работу наедине в тот же день, но было уже поздно. Киран исчез бесследно.
        Он буквально свалился нам на головы в моей земной квартире, когда мы, сбежав от мужей, выдерживали характер и заедали разлуку шоколадом. Выпили мы тогда на троих с горя… До сих пор без содрогания вспомнить не могу. Но, когда нам удалось вылечить хворые от невоздержанности в питии головы, жизнь показалась прекрасной. И чертовски интересной. В результате Киран влюбился в рок, мотоциклы и виндсерфинг, купил дом на австралийском побережье, свой первый байк, и начал новую жизнь адреналинового наркомана, казалось, совсем забыв о Галероне.
        Весточки от него приходили регулярно, кровная связь с Тусей позволяла ему делать это незаметно для любых систем слежения. Если кто и догадывался о чем-то - то только Альдред. Остальные пребывали в твердой уверенности, что ночной затерялся навсегда где-то на просторах обитаемых миров. И сегодня эта уверенность разлетелась вдребезги, поставив заклятых друзей лицом к лицу.
        Киран открыто улыбнулся и поднял ладонь, приветствуя нашу пеструю компанию. Кто-то из парней в красно-черных спецовках оперативно оделил нас стаканчиками, кто-то уже открывал новую бутылку. Никаких вопросов "А кто это?" не последовало. Чувствовалось, что эти люди привыкли доверять друг другу.
        И снова, хвала Стихиям, ситуацию спасли дети. Ночной еще только поднимался с верстака, а эти малолетние бандиты уже облепили байк, галдя, как голодные галчата. Даже Илонка не осталась равнодушной, а мальчишки просто захлебывались от восторга, засыпая не успевших сбежать техников вопросами.
        Все молчали. Киран и Альдред с улыбкой наблюдали за детской возней, Азаир и Вирран - за Кираном, настороженно. Мы напряженно - за мужьями, чтобы в случае неадекватной реакции успеть их обезвредить. Понимаю, что звучит самонадеянно, но за последние годы и наши силы возросли, и укрепившиеся узы позволяли влиять на этих упрямцев значительно эффективнее, чем на других демонов. Так что за пару секунд "сдерживания" мы ручались. А там… сами разберутся, не маленькие.
        Илона отлепилась от мотоцикла, окинула взглядом прожженной интриганки мизансцену и подошла к ночному. Задрав голову, внимательно осмотрела, особое внимание уделив рельефному торсу, обтянутому черной футболкой.
        - Как тебя зовут? - требовательно вопросила юная женщина.
        - Киран аль Ранмарен, моя принцесса.
        - Ты красивый и хорошо ездишь.
        - Благодарю, моя принцесса, - демон склонил голову в почтительнейшем поклоне, но глаза оставались лукавыми и удивительно теплыми.
        - Ты станешь моим рыцарем?
        Азаир дернулся, как ужаленный, Альдред победно ухмыльнулся, остальные шумно выдохнули. А Киран стремительно опустился на одно колено и коснулся лбом, а потом губами крохотной ладошки.
        - Почту за честь, моя принцесса.
        У демонов женщины старших домов могли выбирать себе рыцарей - что-то среднее между личной гвардией и доверенными лицами. Такие воины становились наставниками в воинском искусстве, телохранителями, советниками, а часто и женихами. Конечно, согласие мужчины тоже было необходимо, но отказы встречались крайне редко. И разорвать такую связь никто посторонний не мог, даже Повелитель. Демонессы, в силу своей малочисленности, всегда обладали большой личной свободой и пользовались значительными привилегиями в вопросах семьи и брака. Так что наша красавица преподнесла папочке очередной сюрприз. А сколько их еще впереди - и подумать страшно.
        Пока Азаир двигал нижней челюстью и выпускал пар из ноздрей, вперед вышел Альдред. Невозмутимо подставил стаканчик под пенную струю и отсалютовал ночному полным "бокалом":
        - Поздравляю! Это было достойное выступление. И я рад, что ты нашел себя.
        - Спасибо. - Киран пожал протянутую руку (этот земной жест демоны переняли удивительно быстро), - а я рад видеть вас здесь.
        - Ты давно не был в Галероне.
        - Давно? - Киран преувеличенно удивленно пожал плечами, - не заметил. Время пролетело быстро.
        - Давно, давно… - протянула подружка, - Заехал бы как-нибудь погостить. Я хочу пару опытов поставить, твоя помощь была бы кстати.
        Я бросила взгляд на наших муженьков. Вир, вроде бы, расслабился, Азаир замер с заледеневшей физиономией, каковая проявлялась у него в моменты принятия решений. Ничего не прочтешь, остается монетку кидать, куда кривая вывезет.
        - Киран, ты меня покатаешь? - Илонка требовательно смотрела снизу вверх на своего новоявленного рыцаря, явно не допуская даже мысли об отказе.
        - И нас! - мальчишки вынырнули из-под верстака, как чертенята из табакерки, и уставились на демона огромными преданными глазами.
        - Если родители разрешат, - Киран смотрел на детей, но казалось, что он смотрит на нас. На Азаира.
        Тот, наконец, отмер и сделал шаг вперед. Второй… Теперь уже замерли мы. Тишина тоже замерла и теперь звенела, как перетянутая струна, готовая в любой момент разорваться. Мучительно долгое мгновение Повелитель молчал, глядя в глаза бывшему другу и… улыбнулся.
        - Тогда уж и меня. Доверишь прокатиться?
        - Доверю, - ночной вернул улыбку, не пряча облегчения в глазах, - но тогда придется поехать ко мне домой. На этот трек допускают только пилотов.
        - Тогда чего мы ждем?
        - Люди кругом, - предостерегающе произнесла я, надеясь, что голос разума возобладает над эмоциями. Не хватало пополнить местный фольклор очередной жуткой историей.
        - Они ничего не увидят, - Альдред сделал незнакомый мне пас в сторону деликатно отошедших техников, - и не запомнят. Веди, ученик.
        - Прошу, - Киран склонился в дурашливом поклоне, сделав приглашающий жест к глухой стене. На ней, как на экране кинотеатра плавно проявлялась яркая картинка: мощные белогривые волны, яростно атакующие широкий золотистый пляж, нереально синее небо и большой белый дом у кромки песка. В застоявшийся бензиново-смазочный воздух бокса ворвался влажный ветер, пахнущий океаном и свободой.
        Первыми в волшебную дверь с визгом влетели дети. Они были бесконечно далеки от взрослых проблем, старых обид, выросших из чужой лжи и боли потерь, от сомнений и недоверия, от боязни ошибиться и желания поверить. Они просто жили. Сегодня. Сейчас. И учили этому нас.
        И мы шагнули следом…
        
=
* Чемпионат мира Мото Гран-При (MotoGP, Moto2, GP125) - элитный чемпионат по шоссейно-кольцевым мотогонкам на прототипах, специально созданных для этих гонок. Многие технологии позже становятся "гражданскими" и попадают на конвейер. Чемпионат проходит в 18 этапов по всему миру, в различных климатических условиях. Чемпионские титулы разыгрываются в трех классах: MotoGP - Королевский класс, Moto2 - "средний" класс, GP125 - начальный класс. Старт гонок проводится с места. Дистанция варьируется по классам: 125см? - 100 км, Moto2 - 110 км, МотоGP - 120 км.
        This file was created
        with BookDesigner program
        [email protected]

1/27/2012

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к