Сохранить .
Игра в кошки-мышки 2 Михаил Владимирович Баковец
        Игра в кошки-мышки #2
        Сервий и его товарищи замахнулись на самого страшного хищника Улья! Но ничего другого им не остаётся, так как только из него можно получить ценнейший ингредиент, за который люди готовы предать даже самых близких. Ведь это не только лекарство от почти всех мутаций и болезней в новом мире, но и катализатор самых сильных сверхспособностей в теле имунного. Команде предстоит схватка с атомитами, они нагрянут «в гости» к мурам, и даже столкнутся с самыми страшными сектантами - детьми Улья.
        P.S. в тексте использованы детали оригинального мира А. Каменистого.
        Содержание
        Михаил Баковец
        Игра в кошки-мышки 2
        Пролог
        Нет хуже, чем ждать и…
        Мне хватает и первой части присказки. Ожидание в кресле приёмного покоя перед дверью, за которой Хома и два его помощника оперировали Кошку, было сродни пытке. Сердце, устав от переживаний и исчерпав порцию адреналина, начинало успокаиваться, теплеть, но, спустя несколько секунд после мысли «да что же они так долго возятся?!», вновь начинало превращаться в ледяной сгусток, срывающийся с места бешеным ритмом.
        «Да что они так долго?!», - мысленно взвыл я и встал с кресла, собираясь зайти в операционную, несмотря на все запреты.
        Но только сделал три шага, как дверь сама открылась, выпустив в коридорчик Хому. На ходу протирая ладони влажной салфеткой, он мотнул головой в сторону выхода и первым пошагал к двери на улицу.
        - Что с ней?
        - Жить будет… спичек нет? - Устало произнёс мужчина. - Эх, а я в халате ничего не ношу, сигарету у помощника взял, а про огонёк не подумал, решил, что у тебя имеется. М-да.
        Покрутив сигарету в пальцах, понюхав её, знахарь заложил её за ухо.
        - Когда к ней можно будет зайти? - нетерпеливо спросил я.
        - Неужели у вас такая любовь? - покачал головой тот. - Конечно, в Улье нехватка женщин большая, если не живёшь в Атлантисе, но чтобы…
        - Хома! - с угрозой повысил я голос.
        - И не нимфа она, не могла тебя приворожить. Да и ты тоже… мда.
        - Х…
        - Да хоть завтра после полудня. До утра она под наркозом проваляется, потом будет отходить от него и в этот момент она про родную мать не вспомнит, а вот потом, милости просим.
        - У неё рана очень тяжёлая?
        - А ты как сам думаешь? После пули в голову, обычно умирают или становятся овощами. В Улье, конечно, последнее почти не грозит, так как рано или поздно мозг восстановится. Ты её, потом, поучи оружием пользоваться, - резко сменил тему Хома.
        - Уже учил, - хмуро сказал я. - Научил на свою голову.
        - Поучи получше, чтобы потом не мучилась, пока ты станешь её нести ко мне по всему стабу, заливая кровью тротуар. Как только охрана не остановила! Я бы, в превентивных мерах, пристрелил бы тебя, подумав, что маньяк в Парадизе завёлся.
        - Хома, за такие шутки… знаешь, что бывает?
        - А ты думаешь, она больше не попытается с собой покончить? - собеседник посмотрел на меня немигающим взглядом, словно Каа на бандерлогов.
        - Я прослежу за ней.
        - Ну-ну. Твоя Кошка слишком близко приняла к сердцу своё изменение. Рано или поздно, она вновь попытается пустить пулю в голову или отравиться чем-то сильнодействующим. Сейчас ей повезло, что рука дрогнула, да и изменение зашло далеко. Пуля содрала кусок скальпа, расколола кость и ушла в стену. Получилась обычная открытая черепно-мозговая травма, с которой на Земле умирают два из трёх пострадавших, а здесь, лишь приобретают мигрень на пару месяцев. Правда, как ты её тащил… - Хома покачал головой. - Удивлён, что такая транспортировка не прикончила её. Помучиться пришлось пока все кусочки кости доставали из раны и убирали крупные, которые на мозг давили.
        - Я не знал, - вздохнул я. - Хотел, чтобы быстрее в больнице оказалась.
        - Про телефон в гостинице позабыл? Попросить водилу какого подбросить?
        Я только тяжко вздыхал.
        - Хорош спаситель, - покачал тот головой и вдруг спросил. - Ты её так сильно любишь, что голову потерял?
        - Да, Хома. Сам не ожидал такого.
        - Готов убить за неё?
        В груди кольнуло сердце холодной иголкой, словно, интуиция о чём-то решила предупредить.
        - Убил бы, - осторожно ответил я. - Хома, ты что-то хочешь мне сказать…
        - Хочу. У меня есть одно интересное средство из Института. Всего одна доза, но она гарантированно откатит обращение в кваза назад. Не насовсем, но существенно. Твоя Кошка постареет и получит болезненный цвет кожи, конечно, волосы на голове не отрастут.
        - Насколько постареет? - уточнил я.
        - Лет на сорок пять, а то и все пятьдесят, будет выглядеть. И про цвет кожи не забывай, но в целом, она станет выглядеть, практически обычным человеком, не придётся прятаться под маской.
        - В чём подвох, Хома?
        - Ни в чём. А-а, ты думаешь, почему тогда все квазы не колют себе эту сыворотку?
        Я молча кивнул в ответ.
        - Дорогая и редкая. Второе важнее, чем первое. Мне она попалась невероятным способом… лучше даже и не рассказывать - не поверишь. Примерно месяц будет держаться эффект, потом нужна очередная доза. Если Кошку ранят, и она станет глотать живчик, то срок заметно уменьшится.
        - Как понимаю, второй дозы у тебя нет, но достать сможешь? И сколько стоит? - поинтересовался я у собеседника.
        - Всего одна инъекция, и нет, - он отрицательно мотнул головой, - достать не смогу. За этим, тебе придётся самому идти в Институт и там договариваться. Но месяц у тебя, по любому будет, возможно, Кошка сама придёт в норму. В смысле психики. Поймёт, что кваз - это не приговор.
        - Месяц, - задумчиво проговорил я. - Да уж… а за твою дозу ты хочешь…
        Не договорив, я посмотрел в холодные, едва ли не змеиные, глаза знахаря.
        - Кровь. За неё я хочу взять плату кровью. Не ты ли, Сервий, недавно говорил, что готов убить за свою подружку? Я, вот, думаю, что внешность и спокойствие Кошки, стоит чужой жизни.
        - Кого? - сквозь зубы спросил я.
        - Есть такой человек, зовут Опричником. Имеет немалую власть в Парадизе, но до хозяев стаба, ему дальше, чем нам до родного мира. Так, очень важная шестёрка с большой самостоятельностью.
        - И ты хочешь, чтобы я его убил?
        И опять холодный взгляд в ответ, пробирающий до самого нутра.
        - Тебя со мной никто не свяжет, Сервий. А если устранишь цель по-умному, то даже и тени подозрения на тебя не падёт.
        - По-умному, говоришь? Это как, мне интересно?
        Тот в ответ пожал плечами, потом вынул сигарету из-за уха, понюхал, вздохнул и вернул на место.
        - Чёрт, как же курить хочется, - вздохнул он. - Как устранить? Вообще-то, это не моя головная боль. Если ты возьмёшься, то тебе и думать.
        - Не боишься, что я могу проговориться или сдать тебя тому же Опричнику за награду? Наградой будет, та самая сыворотка.
        Хома в ответ усмехнулся и покачал головой.
        - Ты думаешь, тебя поверят? Версий, почему ты решил так поступить, я только в эту секунду придумал полдесятка. А когда ты совершишь такую глупость, их станет дюжина и все железобетонные.
        - Да это я так, к слову, - спокойно ответил я ему. - Просто интересно, почему… почему, так доверяешь?
        - А тебе деваться почти некуда. Кошка уже решила не жить, и как бы ты не контролировал её, она покончит с жизнью рано или поздно. Институтская сыворотка - это твоя надежда. Не стопроцентная, разумеется, - на губах знахаря выскочила очередная холодная усмешка, - но шансы, что Кошка примет новую внешность и не станет выбивать себе мозги, имеются очень большие. Так ты согласен?
        Я промолчал.
        - Отлично. Завтра поговорим, когда Кошку навестишь, - всё правильно понял собеседник.
        - Сейчас хочу пройти к ней.
        - Сейчас? - мужчина на миг задумался. - Можно и сейчас, только она в нокауте и вся в бинтах. Чего получить хочешь?
        - Посмотреть, просто хочу посмотреть.
        - Хорошо, ступай, - кивнул он. - Скажешь моим, что я разрешил. И пригони сюда Лома, это один из них.
        - Ок.
        В белом просторном помещении, стоял большой стол из нержавейки под круглым медицинским светильником, уже вымытый, и каталка, на которой лежала девушка, накрытая до ключиц простыней, с замотанной бинтами головой.
        - Эй… - недовольно окликнул меня один из двух парней в зеленоватых больничных робах и с лицевыми повязками, которые они сейчас уже сдвинули на шею, после операции.
        - Хома дал добро и попросил, что бы некий Лом вынес ему огонька на крыльцо, - перебил я его и тут же потерял внимание к медработнику, направившись к каталке.
        - Сам ты некий, - проворчал худой как жердь молодой парень. - Недолго тут, её в палату сейчас перевозим. Будить, и не пытайся - наркоз действовать будет долго. Жора, присмотришь?
        - Иди, - кивнул в ответ его напарник, - побуду тут. Парень, у тебя две минуты и всё, меня ещё куча дел ждёт впереди, некогда с тобой стоять.
        От знакомых черт почти ничего не осталось, но я, каждый раз смотря на синюшную отёкшую кожу кваза, видел загорелую весёлую мордашку Сашки. Проведя кончиком пальца по щеке девушки, я почувствовал, как в глазах защипало.
        - Вези в палату, - торопливо произнёс я и чуть ли не бегом покинул операционную.
        Глава 1
        - Тебе просто невероятно повезло, Сервий, - «обрадовал» меня, едва я только переступил порог его кабинета в больнице Хома. - Опричник, завтра, в составе небольшого отряда, уезжает из стаба. За стенами тебе будет проще всего его снять из винтовки. Ты же обладаешь даром меткой стрельбы?
        - Угу, - кивнул я. - Более-менее метко стреляю. Но дар не позволяет мне бить дальше ста метров. Уже на ста и одном метре, я ничем не отличаюсь от простых стрелков.
        - Вот как? Не очень тебе повезло тогда, - покачал головой собеседник. - На такой дистанции, бойцы Опричника тебя мигом учуют, у него в команде имеется неплохой сенс.
        - Как зовут?
        Хома внимательно посмотрел на меня и отрицательно покачал головой:
        - Его не трогать, ясно?
        - Неясно. Но трогать не стану. Что с Кошкой?
        - Всё в порядке. Что ей сделается? - пожал он плечами. - Сейчас спит под мощным успокоительным. Продержу её такой до твоего возвращения, чтобы она не устроила тут истерику в твоё отсутствие, - потом он протянул мне айфон. - Посмотри папку на экране, там фотография самого Опричника и его команды с краткими характеристиками. Те, которые отмечены зелёными галочками, должны быть живы.
        Я на десять минут выпал из разговора, листая страницы на сенсорном экране аппарата из последней линейки.
        - Если только одного Опричника убью? - поинтересовался у знахаря.
        - Это будет самый лучший вариант, Сервий. А сможешь? Ты читал о его Даре?
        У Опричника, в личном деле, значилась способность ускорения, он мог сделать шесть шагов или провести больше десяти секунд своего времени в своей замедленной реальности. Активировал её, быстрее молнии. Пуля могла только вылететь из ствола, а он уже заморозить всё вокруг, увидеть врага, достать своё оружие, прикончить стрелка и отойти с траектории пули.
        - Справлюсь, - пообещал я. - Телефон тебе вернуть?
        - Оставь себе. Вдруг, понадобиться освежить память или сверить лица.
        - А…
        - На меня не выйдут по нему, не волнуйся.
        - Но…
        - Все эти данные взяты из местной сети, причём, скачаны под никнеймом твоей подружки. Я просто сэкономил тебе время.
        - Чёрт…
        - Я не читаю твои мысли. Просто улавливаю эмоции, это раз. И два, догадаться, о чём хочешь спросить, смог бы любой опытный собеседник, даже без моих способностей.
        - Хома, надеюсь этот заказ не подстава? Ведь я могу, напоследок, перевернуть если не пол-Парадиза, то твою сраную клинику, уж точно. И тебя вывернуть наизнанку! - предупредил я мужчину.
        - Это страховка на тот случай, чтобы ты не решил сговориться с Опричником за стенами стаба. Все следы ведут к тебе, и только к тебе.
        - Я…
        - Хватит, Сервий, - Хома поморщился, как после съеденной дольки кислого лимона, - стоп! Никакой подставы, иначе бы я не говорил про никнейм, сеть и так далее. У нас с тобой всё просто: убираешь Опричника - колю препарат.
        - Сразу коли.
        - Что? - удивился он.
        - Сразу коли, вот что. Как только я вернусь, то заберу Кошку с собой и свалим вдвоём из стаба. Не хочу потом кусать локти, если окажется, что я излишне тебе доверял и в ампуле оказалась простая вода или даже яд. Или сыворотка вообще не подействует.
        - Хорошо, - он встал с кресла и шагнул к двери. - Пошли.
        - Куда? - насторожился я.
        - Я прямо сейчас, сделаю укол твоей Кошке.
        Девушка лежала в отдельной комфортабельной палате, хоть и маленькой совсем. Пока Хома готовил инъекцию, я стоял рядом с кроватью и держал Кошку за руку.
        - Посторонись, - знахарь бесцеремонно отодвинул меня в сторону, взял девушку за руку и без всяких приготовлений воткнул ей толстую иглу в набрякшую, почти чёрную вену, после чего, медленно надавил на поршень шприца. - Вот и всё. Эффект будет заметен через три дня, а полное обращение, произойдёт через неделю. Но помни - месяц, у тебя ровно месяц на поиск второй дозы, или моральную накачку Кошки. Плюс-минус пара дней.
        Возвращаться в кабинет мы не стали, и наш разговор закончился в коридоре.
        - В телефоне закачана подробная карта кластеров на тысячу километров в округе. В сети, такую не найдёшь, как и в свободной продаже, поэтому береги аппарат. И цени моё участие.
        - Было бы за что ценить, шантажист, - буркнул я и попрощался с Хомой.
        Опричник со своей командой выехал из Парадиза только в час дня. В отряд вошли: «урал», обваренный железом со всех сторон, украшенный шипами, решётками и кольцами «егозы»; гражданский «тигр» с ПКмом в люке и тонированный джип, размером, пожалуй, больше «хамера». Причём джип, ко всему прочему, оказался бронированным, судя по толщине двери, что я приметил, когда из него выходил на КПП водитель. Скорее всего, в этой машине и сидит моя цель.
        Неприятно себя чувствовать наёмным убийцей. До этого убивал ради своего спасения или из мести.
        К тому времени, когда Опричник выехал из Парадиза, я уже больше трёх часов лежал в кустах, в двух километрах от КПП, с мощным монокуляром, который, хоть и весил едва ни ли не как гантель из спортзала, но зато приближал цели так, что казалось, будто до людей можно было дотронуться рукой. Вот и думаю я, что продавец впарил мне телескоп, под видом монокуляра.
        Как только колонна из трёх машин удалилась от стаба на несколько километров, я выбрался из кустов и направился к своему железному коню - хондовскому скутеру. Дорогая и надёжная модель в моём мире и практически мусор в Улье. Здесь, такие вещи использовали только на крупных стабах и там, где территории постоянно патрулировались и чистились, например, на кластерах вокруг Атлантиса (но за пределами охранного периметра, крайне редко). Просто, чтобы не бить ноги и не быть зависимым от машины, которую могут и не пустить на улицы, постоянные жители стабов берут себе вот такие двухколёсные малютки.
        Мне этот скутер достался всего за две горошины. Увидев, как у магазина остановился мужчина на чёрном незаметном скутере, я загорелся идеей немедленно его купить. Вот только расставаться со своим аппаратом неизвестный не пожелал, зато подсказал, где могу купить похожий.
        В нужном магазинчике, торгующим всякой всячиной, когда я поинтересовался наличием скутера, меня встретили, как близкого родственника. Экономные крохи не пользовались спросом у местных и только занимали место на складе. Выкинуть же их, торговцу не дала жадность.
        Цену удалось скинуть вдвое, и то, судя по всему, был шанс заплатить и одну горошину с мелочью. Вместе с техникой я получил двухлитровую бутылку с бензином и пузырёк ярко-синего масла.
        И вот сейчас я катил позади колонны по параллельной грунтовой дороге, иногда останавливаясь и наблюдая сквозь оптику за целями, чуть реже смотрел на карту, запоминая маршрут и стараясь угадать, куда же едет отряд из Парадиза.
        Привлечь шумом мутантов я не боялся, так как скутер двигался совершенно бесшумно, громче хрустела трава под колёсами да била по пластиковому корпусу.
        Через три часа я заметил, как отряд свернул на грунтовку и бодро покатил куда-то в сторону далёкого леса, едва видимого на горизонте из-за жаркого марева. При этом, от машин в небо взвился столб пыли, чуть ли не на высоту пятиэтажки. Для меня - отличный ориентир… но и для заражённых, знак того, что в этой пыли скрывается вкусная добыча.
        Сообщив про себя все те нелестные отзывы, которыми наградил командира отряда, я отстал ещё больше от колонны и покатил за ней следом по той же грунтовке. При этом, стал крутить головой ещё быстрее, чтобы не пропустить мутантов, которых привлекло пылевое облако.
        Через пятнадцать минут, как колонна въехала в лес, пришлось резко дать по тормозам, когда впереди застучали вразнобой пулеметы и автоматы.
        - Что, уроды, нарвались? - прошипел я сквозь зубы. - Поделом.
        Пальба закончилась очень быстро, буквально за минуту, словно там врагов было, раз-два и обчёлся.
        Постояв с минуту и убедившись, что стрельба не возобновилась, я запустил скутер и медленно покатил в сторону стены деревьев.
        «А если Опричник выйдет со всеми из машины, чтобы собрать хабар или размять ноги, пока другие ковыряют споровые мешки? Это же удачный момент, чтобы разом выполнить задание!», - пронзила меня мысль. Через секунду я крутанул ручку газа до упора и чуть ли не на дыбки поднял своего железного скакуна.
        Махом полетел по дороге, притормозил на несколько секунд на опушке леса, чтобы послушать окружающий мир, и вновь сорвался с места.
        Автомобили услышал метров за четыреста. Водители, судя по всему, не стали глушить моторы пока их товарищи занимались сбором трофеев. А лес, вместо того, чтобы приглушить звук, его усилил, многократно отразил от листвы и отправил по окрестностям в виде эха.
        Помня про сенса в команде Опричника, я решил приблизиться к рейдерам пешком и, прикрываясь Даром, нашёл их на просторной большой поляне окружённой стройными берёзками, где места хватило бы на десяток грузовиков.
        Едва только впереди мелькнул просвет, я остановился и, присмотрев подходящее дерево, забрался на него, чтобы сверху оценить обстановку. Скрыт деактивировал, рассчитывая, что с нескольких сотен метров сенс не сможет меня обнаружить или понять, что я - человек, а не животное или мутант. По данным из айфона, у Опричника специалист со средними показателями, его радиус сканирования местности, менее ста метров.
        Устроившись в развилке ветвей высоко над землёй, я стал высматривать парадизцев.
        Именно со своего наблюдательного пункта я увидел поляну и машины на ней. К слову, техники там было больше, чем выехало из Парадиза. К «уралу» присоединился «шестьдесят шестой» и пикап из «буханки», со срезанной крышей и пулемётной турелью в кузове.
        - Вот ничего себе! - присвистнул я, когда рассмотрел несколько неподвижных тел на траве поляны. - Прямо сцена из боевиков девяностых: стрелка с перестрелкой. Это кого же они шлёпнули?
        Никаких опознавательных знаков на «шишиге» и пикапе не имелось, а постапокалепсический обвес в этом мире везде одинаков, по шипам и колючей проволоке на бортах, не узнать, откуда машина выехала.
        Пулемётчики в команде Опричника внимательно следили по сторонам, не забывая посматривать и на деревья. Но я, в своём пиксельном камуфляже и на расстоянии метров сто пятьдесят в глубине леса, был для них невидимкой.
        Все, кто был не занят охраной периметра, таскали какие-то коробки из «газона» в «урал», и только Опричник стоял рядом со своим джипом с сигаретой в руках и посматривал по сторонам.
        «Магдалена, ты всё же хоть и с-с… серьёзная женщина, но как же точно дала мне имя, - подумал я про себя, наводя автомат на Цель. - Мне, и в самом деле Фортуна в ушко шепчет комплименты, и ведёт за руку в вальсе».
        Одиночный выстрел из АК-9 заглушил лесной шум, уже с пятидесяти метров вряд ли кто смог бы его расслышать, а до врагов было в три раза дальше.
        Девятимиллиметровая пуля вошла Опричнику чуть выше правого уха и вышла под нижней челюстью слева.
        Человек ещё стоял на ногах, а я уже перевёл «ред-дот» на пулемётчика в люке «урала» и дважды выстрелил ему в правое плечо. Следом от меня получил пулю один из носильщиков коробок, ему я прострелил бедро. И только после третьего упавшего парадизцы поняли, что их кто-то атаковал, настолько быстро я смог всё сделать.
        Перед тем, как сползти с дерева, я ещё короткой очередью прострелил грудь лежавшего неподвижно Опричника и одиночной пулей прострелил живот сенсу, который подозрительно чётко повернулся в мою сторону. Потом прочертил очередью капоты двух грузовиков и лишь после этого соскользнул на землю.
        Да, я помнил про запрет Хомы убивать одарённого. Но так и не убил же, всего лишь прострелил кишки тяжёлой пулей, которая прошлась сквозь все внутренности, как игла, ничего не порвав и не намотав на «рубашку». А такая рана, для рейдера, абсолютно не смертельна, уже через неделю начнёт глушить водку стаканами, празднуя своё выздоровление и за помин души Опричника.
        Всё, панику навёл, Опричника устранил, пора и о себе позаботится.
        Пока бежал к скутеру, лежащему в кустах у лесной дороги, с удовольствием думал о своей удаче. Надо же так было повезти с этой бандитской стрелкой, теперь все в отряде Опричника, станут думать, что у убитых владельцев «шишиги» и пикапа имелся товарищ или пара товарищей в засаде, которые и отомстили за своих.
        Даже если найдут гильзы и определят место засады, то выйти на меня не должны. Скорее начнут шерстить владельцев «винторезов» и «валов», которые используют тот же боеприпас, что у моего автомата. А стрелковый комплект «вал/винторез», пользуется гораздо большим спросом, чем АК-9 благодаря своей большей бесшумности и, чего скрывать, разрекламированности, хотя «девятый», надёжнее будет, пусть более шумный и чуть-чуть уступает в точности.
        И анализа пуль с гильзами я не боялся. В Улье столько оружия-близнецов, которые имеют одинаковые серийные номера, что практически невозможно припереть подозреваемого к стенке баллистической экспертизой. Тут, поможет только помощь ментата. Ну, или автомат должен настрелять порядком, чтобы пули подточили ствол и создали свой характерный след, но для этого, нужно ой как постараться в стрельбе, раньше владелец потеряет оружие или оно у него выйдет из строя.
        Из своего скутера выжимал по грунтовке всё возможное, так, что стрелка спидометра лежала горизонтально. Столб пыли стоял ничуть не меньше, чем подняла автоколонна до этого, но мне это в плюс - непонятно кто мчит, и сколько гонщиков в этом облаке скрывается, тоже неизвестно.
        Очень надеюсь, что последними выстрелами смог что-то повредить в грузовиках, и что рейдеры не рискнут сразу пуститься в погоню и за помощью в Парадиз, тем самым, дав мне немалую фору.
        Выскочил на трассу и смог выжать из своего аппарата под восемьдесят километров, под горку, даже стало ветром притормаживать и запрокидывать вместе с передком назад.
        Возле Парадиза появился в темноте и сразу же набрал номер Хомы.
        - Сервий? - раздался в трубке немного удивлённый голос знахаря. - Что?
        - Как там Кошка?
        - Спит. Сам же знаешь, что ей колют снотворное.
        - Я тут решил, что в Парадизе меня ничего не держит больше, и вот, хочу её забрать.
        Несколько секунд тот молчал, потом поинтересовался:
        - Совсем-совсем ничего не держит?
        - Да совсем, решил взять самый лучший вариант. Так что, сажай девушку в машину и вези её за КПП.
        Тот опять замолчал, раздумывая над моими словами.
        - Сервий…
        - Я своё слово держу, Хома.
        - Хм… ладно, скоро буду.
        Через час, на ярко-освещённом КПП, за которым я наблюдал с помощью монокуляра, появился «самурай», на котором разъезжал по парадизу Хома. - Перекинувшись с караульными несколькими фразами через опущенное стекло, водитель не спеша покатил по дороге, удаляясь от стаба. Через несколько секунд засветился кран телефона, поставленного на беззвучный режим.
        - Езжай дальше, через три километра от КПП, на повороте, остановись и жди меня, - произнёс я в трубку сразу после принятия звонка.
        - Не перестраховываешься? - поинтересовался у меня Хома, когда я подкатил к нему из темноты с выключенными фарами.
        - Кошка где? - вместо ответа спросил я.
        Он мотнул головой назад, где на заднем сиденье крошечного японского джипа лежала девушка.
        - В себя придёт нескоро, - пояснил он, когда я не смог растормошить Кошку ни интенсивными встряхиваниями, ни похлопываниями по щекам. - Кто же знал, что ты, на ночь глядя решишь её забрать? Очнётся часов через пять, - и тут же резко поменял тему. - Что с Опричником?
        - Пуля в голове, две в груди. Вряд ли с такими ранениями люди могут жить.
        - Вряд ли? Пример рядом с тобой - не каждая пуля в голову убивает.
        - Моя - убивает, - я на миг отвлёкся от девушки и посмотрел на мужчину. - Хома, я выполнил твой заказ. Случайно задел пару человек, твоего сенса… не кипишуй, жить будет. В живот ранил, такие дырки ты сам штопаешь на раз.
        - Хм…ранил, значит? Знаешь, это даже пользу может принести, - задумчиво произнёс он. - Ладно, поверю тебе. Сейчас куда поедешь?
        - Подальше от Парадиза.
        - Не доверяешь? Я просто хотел подбросить тебя, не на скутере же повезёшь свою девчонку, а так…
        Тут у него в нагрудном кармане жилетки заиграла бодрая мелодия.
        - Да? - коротко произнёс в телефон знахарь. - Что?! Где? А я хотел кое-куда скататься, поохотиться в темноте… ладно, сейчас буду, - убрав телефон обратно в карман, он подмигнул мне. - Молодец, Сервий, исполнил Опричника на пять с плюсом. Везучий ты как чёрт, надо же тебе было подловить его команду в стычке с мурами. Теперь все думают, что попал Опричник под шальную пулю.
        - Муров?
        - Да, - кивнул он. - Ты же там присутствовал, должен был всё рассмотреть, так?
        - Я пришёл к шапочному разбору, когда Опричник с командой трупы осматривали. А кем они были - мурами или честными рейдерами, это мне было неизвестно. Теперь-то ты мне веришь?
        - Да я тебе и до этого верил, знахарь я, или рядом постоять вышел? - усмехнулся он. - Пусть я не ментат, но в чужих эмоциях худо-бедно разбираюсь. Ладно, - он вновь сменил тему, - провожать тебя не смогу, так как меня вызывают в стаб. Сюда скоро подкатит колонна наша, с мёртвым Опричником и ранеными, нужно им помощь оказать.
        Он помог мне посадить бесчувственную девушку впереди себя на скутер, придержал аппарат и даже подтолкнул немного, придавая разгон.
        - До встречи! - последнее, что я услышал, отъезжая от «самурая».
        - Да уж хрен тебе, - пробурчал я в ответ.
        Глава 2
        Далеко отъезжать от стаба я не стал. Прокатился на полтора километра по дороге от места встречи со знахарем и свернул в поле, где ещё позавчера присмотрел неглубокую балку, заросшую дикой ежевикой, шиповником и черёмухой. Здесь меня, никаким тепловизором не отыскать. Разве что, встать с ним на самом краю в нескольких метрах над головой, но для этого, нужно ещё продраться сквозь заросли.
        В балке, под колючими плетями ежевики, меня дожидался основной арсенал и большая часть припасов, всё то, что я не стал брать с собой на ликвидацию. Та же винтовка - вот зачем она мне была нужна при таком специфическом патроне? Или гора консервов, галет, пятилитровая пластиковая бутылка с водой? Спальные мешки, полипропиленовые коврики для двоих? Все эти вещи дожидались меня здесь.
        В один из спальных мешков я закутал Кошку, положил на коврик, чтобы не так больно впивались ей в бока корни и ветки, а сам сел рядом, с автоматом.
        Очнулась девушка перед самым рассветом, когда полоска неба над горизонтом на востоке заалела, но само солнце ещё не показалось.
        - М-м-м, - застонала Кошка и зашевелилась в мешке. - Се… Се-ервий, - и внезапно задёргалась. - Сервий!
        - Тихо, тихо, - зашептал я, опустившись рядом с ней на колени, - я тут, рядом.
        - Сервий… представляешь, мне такая ерунда снилась, - она выпростала руку из спальника и коснулась головы, где нащупала бинты. - Это… это правда?!
        В моей руке оказалось небольшое круглое зеркало, которое уже давно держал наготове, подсветил фонариком.
        - Посмотри на себя, Кошка… видишь? Ты уже меняешься в обратную сторону, скоро станешь нормальным человеком.
        За неполные двое суток, чудо-сыворотка сделала невозможное: вернула девушке человеческие черты, по большей части, разгладила почти все складки, губы, из фиолетово-чёрных, вновь стали красными.
        - Я такая страшная, - прошептала она, отведя взгляд от зеркала. - Кошмар.
        - Кошмар был, когда я тебя в луже крови в ванной нашёл, - буркнул я. - Ты обо мне подумала, а?
        - Подумала… тебе было бы лучше с кем-то другим, другой, не такой уродиной.
        - Кошка! - повысил я голос.
        - Что?
        - Не начинай эту волынку вновь. Ты станешь прежней красавицей, если тебя так заботит твоя внешность. И я бы тебя любил любой, даже квазом, ясно?!
        - Такую страшную? Зомбячку? - пробурчала она, отвернувшись в сторону. - Вот не верю…
        - Поверь. Где бы я ещё нашёл напарника, которому мог бы доверять в этом мире, и кто был бы способен дотащить меня раненого до любого стаба? Ведь квазы получают невиданную силу и ловкость. А ещё, могла бы таскать гору вещей на себе.
        - Фу, - фыркнула девушка, - какой ты… расчётливый. Зачем тогда лечишь меня от… от заражения? Чтобы я рядом с тобой такая страшная ходила и таскала тебя на руках?
        - А чтобы мне было хорошо, - улыбнулся я. - Я же эгоист ещё тот. Не понимаешь?
        - Не-а.
        - Ну-у, что же ты такая недогадливая. Если у тебя хорошее настроение, то и у меня на душе бабочки порхают, поэтому и нашёл лекарство от обращения в кваза. Ты же помнишь, какая ты была до… самострела?
        Девушка кивнула.
        - А сейчас заметила насколько изменилась?
        - Всё равно страшная, - пробурчала она.
        - О, боже! - возвёл я глаза к небу.
        - Что?
        - Так просто. Кстати, ты голодна?
        - Жутко, так бы тебя и съела, - и вдруг ущипнула меня за бедро. - Жестковат, но сойдёшь с голодухи.
        - Ай!
        - Не айкай, а показывай, где тут у тебя, что лежит, из припасов.
        Завтрак был быстрым и всухомятку, после чего, я стал торопить девушку с отъездом. При виде скутера она удивлённо захлопала глазами:
        - Мы вдвоём на ЭТОМ поедем? Со всеми вещами? Да он же даже тебя одного не вынесет!
        - Я вчера на нём гонял и ничего. Аж под сотню разгонялся!
        Девушка зафыркала в ответ.
        - Что? - поинтересовался я причиной смеха.
        - Да я представила тебя на скутере и сразу вспомнила мультик Конёк-горбунок. Там у героя лошадка была мелкая, он на ней едва помещался. Вот и ты так же, наверное, сидел.
        - Меньше слов - больше дел, - в ответ сказал я. - Собирайся, забирайся и погнали.
        Скутер, как бы пренебрежительно Кошка к нему не относилась, напрочь игнорировал знаменитую крылатую фразу О. Генри, сказанную героем его романа Додсоном, и легко тянул нас двоих на своей спине.
        - А куда мы? - поинтересовалась Кошка во время дневной стоянки.
        - К черноте.
        - Куда?! - переспросила она. - Но зачем?
        - Там осталась куча вещей, которые нам точно пригодятся. Плюс, броневик с пушкой.
        - Продать хочешь?
        - Нет, точнее, броневик нам точно самим пригодится… Кошка, я потом на месте всё расскажу, мы в оазисе на несколько дней задержимся, так что, на разговоры у нас времени хватит с лихвой.
        Возле черноты, в том самом месте, где я преследовал сектантов, мы оказались около восьми вечера.
        Не сразу удалось найти тропу, почему-то, она сместилась на две сотни метров в сторону, потом скутер напрочь отказался работать среди чёрной стеклянистой растительности, и его бросили. На середине пути почувствовала сильное недомогание Кошка и мне пришлось нести её буквально на руках, и ведь наши вещи не оставишь в этом месте, так как назад уже не вернуться за ними.
        В итоге, к границе оазиса, мы вышли в полной темноте.
        - Уже начинаю думать, что это место открывается только после захода солнца, как в сказках, - негромко произнёс я, без сил опуская на живую траву девушку, и следом упав рядом. - Уже во второй раз сюда попадаю ночью.
        - А ты поменяй привычку приходить сюда вечером, - пробурчала Кошка и слабо заворочалась в траве. - Ох, как же мне нехорошо… далеко идти до твоего стаба?
        - Не очень, - уклончиво ответил я. - Ну, пошли? Чего зря время тратить, ждать холодной ночной росы? Зато на месте, сможем отдохнуть в сухих и мягких, гхм, комнатах.
        Дошагали до поликлиники легко и быстро, по пути не встретив никого и не подцепив тем самым, на свои нижние части тела всяческие приключения.
        - Такое чувство, что я отсюда совсем недавно ушла, - прошептала девушка, когда мы захрустели битым стеклом, штукатуркой и всяческим мусором, которым был усеян пол в психиатрической поликлинике.
        - В каком-то смысле, так всё и было, - подтвердил я слова девушки. - Ладно, завтра осмотришься здесь, а пока пошли заселяться в один из местных номеров, а то я чуть живой на ногах стою.
        Как и в прошлые ночёвки я выбрал комнату без окон и в середине ряда палат, чтобы случайно кто-то не вломился к нам через стенку. Соседние камеры проверил и тщательно запер двери. Вот со своей дверью пришлось повозиться, так как изнутри она не запиралась и таскать гору железных каталок, чтобы ими забаррикадировать проход, у меня просто не было сил.
        Идею, как закрыться изнутри, подсказала девушка. Она же и выполнила часть подготовительной работы. Для этого нам понадобилась всего одна каталка, кусок верёвки и три куска арматуры, согнутых Г-образно. Просунув сквозь смотровое окошко, которое я выломал в двери, крюки, я их связал между собой так, чтобы короткие концы смотрели в разные стороны из отверстия в коридор. В таком положении они полностью перекрывали окошко, ни сдвинуть в сторону, ни протолкнуть внутрь. А чтобы некто из недоброжелателей не вытянул этот якорь к себе наружу, я привязал его к каталке, поставленной поперёк в дверном проходе. Простому мутанту, с толстой металлической дверью и кусками арматуры, держащими её как якорь корабль, никак не справиться, а кто-то более развитый, всё равно создаст столько шума, что мы с Кошкой успеем проснуться и встретить незваного гостя горячим свинцом.
        Как только приготовления к безопасному сну закончились, я уснул. Отрубился, едва растянувшись на пыльном мягком покрытии пола. Когда-то, точно так же я засыпал на скрипучей кровати в армии - дневальный не успевал произнести «отбой», а я уже спал.
        Ночь прошла спокойно, как и утро, которое мя благополучно проспали. Проснулся от негромкого металлического скрипа рядом с дверью. И тут же схватился за автомат.
        - Ой, - испугано пискнула Кошка.
        - Блин, - ответил ей в унисон, опуская оружие. - Кошка, куда?
        - Куда надо. Мне обо всём необходимо докладывать? - сердито ответила она.
        - Здесь? В месте, где недавно сотня человек обратилась в мутантов? Ну-ну.
        После этих слов девушка побледнела и отпрянула от каталки, с которой она пыталась отвязать якорь-замок.
        - Но мне очень надо… очень. Не здесь же мне… ну, Се-е-ервий! - протянула она.
        - Так я тебе не запрещаю, просто меня сначала нужно было разбудить, - ответил я ей и поднялся на ноги. - Отойди-ка, вот сейчас… всё, путь открыт, только я первым, а ты за мной.
        - Да нет здесь никого, я бы почувствовала, - сказала мне девушка, когда вышла из больничного саузла. - Я же сенс, ха!
        - Фигенс ты, - буркнул я. - Выпороть тебя как-нибудь стоит, за твои проделки.
        - Только попробуй! Я тебя… - подбоченилась девушка.
        - Есть будешь? Тогда пошли умываться и за стол, - не совсем вежливо перебил я её. - Горячего бульончика тебе и тушёного мяса мне.
        - А…
        - А ты несколько дней под капельницей пролежала, сразу тяжёлое, желудку нельзя.
        Для Кошки я сварил котелок жидкого супа: несколько кусочков мяса из банки с тушёнкой, столовая ложка сливочного мяса, немного соли, пару шариков чёрного перца и литр воды. Получилась слегка желтоватая жижка с золотистым слоем сверху. И две галеты.
        - Ты как кабан, - заметила Кошка, наблюдая, как я опустошаю банку за банкой с консервами, которые разогрел на спиртовых таблетках. - Что ни дай - всё слопаешь.
        - В хорошем теле и аппетит должен быть отличным, - я похлопал себя по животу с довольной улыбкой.
        - Я бы тоже не отказалась от нормального мяса, а не эту водичку пить, - недовольно произнесла она. - У меня живот, как барабан, а так и не наелась.
        - К вечеру прибавлю мяса в суп, но пока, только так. Не хватало ещё тебе заворот кишок заполучить. Тэк-с, теперь по стопке живчика и в путь.
        На территории особого военного объекта блуждали три фигуры заражённых. В основном, подолгу стояли на одном месте, потом реагировали на какой-то шум (дважды проявили активность на сорок, которые садились на перекладины турников на крошечной спортплощадке), проходили с десяток шагов и вновь замирали. Со стороны было видно, что сил, в каждом из мутантов, совсем немного, вялые и чуть ли не ветром качает.
        Убедившись за два часа наблюдения, что за забором на территории радара ходят только эти недоразумения и не видать никого сильнее, я покинул наблюдательный пункт на соседнем к объекту холме и, вместе с Кошкой, пошёл по дороге в сторону железных ворот.
        - Стреляй в корпус, потом в голову добьёшь.
        - Хо-орошо, - нервно ответила моя спутница, стискивая автомат в руках.
        До двух мутантов от меня и Кошки, было около сорока метров, и нас они не видели пока. Третьего не видели мы, так как он находился за двухэтажным зданием.
        - Чего ждёшь? - поинтересовался я.
        - Собираюсь с мыслями. И вообще, не лезь под руку. Думаешь, легко выстрелить в человека? - прошипела она, не отрывая взгляда от красной точки коллиматора. Ну, прямо, самая настоящая кошка - шипит очень похоже.
        - Это не люди. Только форма тела осталась от человека и то ненадолго. Будь здесь у них побольше кормовой базы, сейчас нас встречал бы комитет по встрече, в составе бегунов, а то и лотерейщиков. Через месяц, тут парочка руберов обитала бы, а появись мы через полгода, то пришлось бы отбиваться от элиты.
        - Хватит! Не отвлекай меня!
        Девушка сделала несколько громких и длинных вздохов-выдохов и медленно потянула спуск.
        Негромко лязгнул затвор.
        Пуля ударила заражённого под левую лопатку, почти сразу же сбив того с ног.
        - Видел? - похвалилась девушка.
        - Следующего, смотри, он нас заметил.
        Второй заражённый обернулся на шум выстрела и при виде нас, буквально ожил. Спринтерской скоростью удивить не смог, но двигался к нам достаточно быстро.
        Щёлк! Щёлк!
        Одиночные выстрелы были едва слышны, словно, металлической линейкой школьник хлопает по столешнице. Пули попали в грудь и живот заражённому и слегка снизили ему темп.
        - Стреляй ещё, его этим не пронять!
        Щёлк!
        Третья пуля вновь попала в живот и при выходе со спины, вероятно, серьёзно повредила позвоночник, так как заражённый нелепо взмахнул руками и рухнул на землю. Дальше он попытался к нам ползти, цепляясь за землю пальцами и волоча за собой неподвижные ноги.
        - Как же гадко, - пробормотала девушка и четвёртой пулей, примерно с двадцати метров, прострелила голову мутанту. - Бр-р.
        - Вон третий, - я коснулся её плеча и потом указал в сторону двухэтажки, из-за угла которой показался последний заражённый, которого мы видели на территории радара. - Стреляй очередью, переключай, как я тебя учил.
        Этого противника, Кошка сразила в пятнадцати метрах от нас, точнее добила. Две очереди, одна из которых прошла мимо (и это с тридцати метров!) цели, не смогли убить мутанта.
        - На стрельбище за Парадизом, всё было проще, - пожаловалась она мне, когда противники закончились. - А тут… тут… гадко всё, вот что. Страшно видеть их такими.
        - Думай, что спасаешь их от страшной участи стать мутантами, - сказал я, потом подумал, и добавил. - И других спасаешь, настоящих людей, которых они могут сожрать, когда войдут в полную силу.
        - И всё? - девушка с мольбой посмотрела на меня. - Больше не станем на них охотиться?
        Хотелось мнеответить «да» на её вопрос, но…
        - Нам нужно зачистить бункер, Кошка. Там лежит оружие, снаряжение, продукты и многое другое, что нам пригодится.
        - Для чего пригодится? Продать? Нам не хватит того, что здесь лежит? Машин, оружия? - решила забросать она меня вопросами.
        - Оружие мы ещё в прошлый раз собрали, ты просто этого не помнишь, наверное. Машины продавать не хочу, перегоню все к больнице, на стаб. Там им ничего не сделается. Пусть будет у нас своя, небольшая база, которую никто не сможет отыскать, и где нас всегда будет ждать запас оружия, продуктов и прочее.
        - Так военные, кто выживет в следующую перезагрузку, найдут этот склад.
        - Пусть ищут, - пожал я плечами. - Это им поможет выжить и если окажутся адекватными людьми, то из них создам свой отряд.
        - А зачем тебе отряд?
        - Это долго рассказывать. Давай, я тебе позже всё подробно перескажу?
        - Давай, без давай! - вздёрнула к небу носик девушка. - Хорошо, я подожду.
        После того, как она поверила, что внешность кровожадной твари понемногу уходит, и восстанавливаются человеческие черты, к Кошке стал возвращаться её прежний дерзкий нрав. Да и обживаться она начала в этом мире, привыкать к нему.
        - Там их… - Кошка запнулась, - их очень много. Несколько десятков. Извини, точнее сказать не могу. Стены мешают, и все цели сливаются иногда.
        - А понять можешь, кто там есть конкретно? Люди или мутанты? Какие именно мутанты?
        - У меня практики нету, чтобы так подробно всё различать. У кого другого требуй, - беззлобно ответила она. - Вроде бы… вроде бы… да, некоторые немного отличаются от основной массы. Может, это люди? - и вопросительно посмотрела на меня.
        В ответ, я только пожал плечами.
        Мы стояли у замаскированного люка, который можно открыть снаружи, если главный ход не доступен. Это место нам показал Джон, когда мы собирали хабар по территории объекта.
        - Рядом с входом кто-то имеется?
        - Ты ещё скажи - сношается, - фыркнула девушка. - Грамотей.
        Я провёл рукой по лицу, заодно вспомнив, насколько вредной может быть моя знакомая.
        - Что ты там бубнишь?
        - Я молчал, - ответил ей.
        - Да-а? А мне показалось…
        - Кошка, ты дождёшься хорошей трёпки, если в боевой обстановке станешь ерундой заниматься. Я тебе задал простой вопрос: есть ли кто-то рядом с проходом, вот за этим люком, - я топнул ногой по листу железа, который скрывал за собой вход в бункер.
        - Ты поднимешь руку на женщину? На меня? - широко распахнула она глаза. - Ладно, не рычи. Надо же мне немного успокоиться. Я только что убила трёх человек… да-да-да, это уже не люди и только выглядят, как они! Но для меня они выглядят по-человечески, одеты по-человечески, ну, почти. И значит, что обычные человеки.
        - Кошка!
        - Нет, рядом с дверью никого нет. Ближайший, примерно в десяти метрах от нас по прямой, а основная масса вон там, - Кошка махнула рукой в сторону спортплощадки. - Штук тридцать точно собралось, может, больше даже, мне сложно вычленить отдельные фигуры без тренировки.
        - Тренировки я тебе обеспечу, - пообещал я. - А пока, отойди в сторону…
        - Я здесь не останусь! Я с тобой! - от недавнего дурашливого настроения не осталось и следа, сейчас во взгляде Кошки мелькнул страх, обида, тоска и боль.
        - И я тебя от себя не отпущу. Но чтобы мне открыть люк, тебе нужно отойти в сторону, так как железка упадёт, в противном случае, тебе на ноги.
        - А сразу сказать не мог? - буркнула она.
        - Мне в спину не выстрели, - предупредил я её, открывая нехитрый стопор и подцепляя пальцами ручку, которая была сделана из толстой проволоки и свободно крутилась в кольцах, поднимая сначала её вверх, а затем и люк. - Берегись!
        Я отбросил люк в сторону и тут же схватился за автомат… чертыхнулся, когда увидел сплошную черноту впереди.
        - Прикрой!
        Девушка быстро встала с пистолетом напротив прохода и целилась всё, то время, пока я крепил фонарик на цевьё. Да, забыл об этой ценной и полезной вещи.
        - Кто-то идёт, - нервно произнесла девушка. - Сервий…
        - Слышу, слышу, - торопливо ответил я, закручивая второй, он же последний, винт на креплении крошечного, но очень яркого фонаря. - Всё, готово. В сторону!
        Первого мутанта я свалил без помощи фонаря, так как тот успел почти добежать до выхода. При взгляде в его белесые тусклые глаза, меня по коже морозом продрало. А потом пуля ударила в лоб рослому парню в окровавленном камуфляже и с начавшим изменяться челюстным аппаратом.
        После выстрела, я включил фонарик и осмотрел короткий узкий коридорчик.
        Вроде бы чисто, но тут до угла не больше пяти метров и бог знает, кто или что ждёт нас с Кошкой за ним. Тьфу, у меня же свой, личный сенс под рукой…
        - Кошка, есть кто-нибудь впереди?
        - За углом? - догадалась она. - Вроде бы нет, а вот дальше, три или четыре этих существ стоит.
        За прямым углом коридор заканчивался толстой железной дверью, толщиной в пару сантиметров, на массивных гаражных петлях. Сейчас она была наполовину раскрыта и за ней кто-то двигался.
        В свете бело-голубого узкого луча мелькнула бледная физиономия со следами крови на любу и щеках и тут же пропала. Не успел я выругаться про себя, как лицо мутанта появилось вновь и за ним показалось ещё одно.
        Выстрел! Выстрел!
        Ударившие по бетонной стене гильзы издавали шум больший, чем лязг затвора, и этим, порядком нервировали.
        Получив по девятимиллиметровой пуле в голову, оба заражённых упали рядом с дверью, но на их место встал ещё один, и этот был одет в полное боевое облачение: каска в драном и грязном чехле, плотно застёгнутая под подбородком с помощью чёрных синтетических ремешков, бронежилет с воротником и фартуком, на котором, в штатных карманах разгрузки, торчали края автоматных магазинов.
        - Эй, ты нормальный? - окликнул я его, растерявшись при виде солдата. - Эй… твою… блин.
        Блеклые мутные глаза сказали сами за себя, а мигом позже, после того как я их рассмотрел, сам боец провёл опознание свой-чужой, попросту заурчав.
        Выстрел! Выстрел!
        Первая пуля вошла заражённому в левую щёку под углом и не убила, зато вторая, угодила точно под срез каски рядом с переносицей.
        - Впереди, никого, - сообщила Кошка из-за спины.
        За дверью располагалась небольшая длинная и узкая комната с серыми бетонными стенами, узкими бойницами впереди и справа, и двойником двери, сквозь которую мы попали внутрь. Здесь же мы увидели первые следы драмы, что произошла в бункере: гильзы, отметины от пуль на бетоне, разбитые плафоны с длинными ртутными лампами, белые осколки стекла от них же и кости.
        - Меня сейчас стошнит, - прогундосила Кошка. - Тут так воняет!
        Что есть, то есть. Запах вокруг стоял, тот ещё, с непривычки любого вывернуло бы наизнанку.
        Скорее всего, стрельбу вёл несчастный, чьи кости сейчас украшали пол, так как у экипированного мутанта, все кармашки в разгрузке были полны полностью снаряженными магазинами к «калашникову». Я и автомат с неполным магазином нашёл в углу, коим оказался обычный АК-74М. Ещё два пустых магазина лежали на полу среди костей.
        - Пошли дальше… там что?
        - Никого, - помотала девушка головой. - Они все дальше.
        За дверью начинались бетонные ступеньки очень крутой и узкой лестницы, да ещё и низкой. Я со своим ростом, едва ли не касался головой верхней плиты. Не представляю, как тут какие-нибудь рослые десантники с полной боевой нагрузкой, оружием и снаряжением выскакивают наружу или заскакивают внутрь.
        Лестница привела меня в левый угол длинного коридора шириной не более пары метров и с дверями с правой стороны, в самом конце коридора имелась ещё одна, с надписью большими белыми буквами: СШ-2. Пахло здесь ничуть не лучше, чем наверху.
        - За третьей дверью кто-то есть, вроде бы, двое там, - шепотом произнесла Кошка. - И в предпоследней тоже… двое или трое.
        Комнаты зачистил быстро: мутанты в них оказались сродни тем, что Кошка уничтожила наверху, то есть, слабыми, едва стоящими на ногах. Заметил, что свет яркого фонаря слабо действует на тварей, словно, у них зрение пропало при обращении. Возможно, паразит подстраивает тело под окружающую среду, в данном случае - полную темноту, где глаза играют незначительную роль.
        Комнатки оказались спальными кубриками на четыре человека - две двухярусных кровати и четыре тумбочки, поставленные попарно друг на друга, вот и вся обстановка. Все пятеро мутантов носили бронежилеты и каски, подсумки с магазинами, оружие лежало на кроватях: четыре автомата и один ручной пулемёт. Плюс, у каждого был вещмешок или РД, где лежали ещё несколько пачек с патронами, бинты в бумажной желтоватой упаковке, сухпаёк в зелёной пластиковой коробке.
        - Кошка, повесь себе за спину. Пусть будет на всякий случай, - я протянул девушке автомат, к которому примкнул магазин от РПК, передёрнул затвор и поставил на предохранитель. - Как пользоваться, не забыла ещё? Патрон уже в стволе, останется только переводчик вниз опустить.
        - Не забыла.
        За дверью с надписью располагался ещё один Г-образный коридор, и здесь, с момента начала зачистки бункера, мне пришлось туго.
        Едва я её раскрыл, как луч фонаря уткнулся в десятки фигур в камуфляже, стоящих в нескольких шагах впереди.
        - Чёрт… Кошка! Назад!
        Задавить попёршую на нас массу заражённых всего одним автоматом, да и в том лишь двадцать патронов в магазине, не стоило и мечтать.
        Сразу трое упали на пол после первой тихой очереди, чем немного придержали пыл остальных.
        - Кошк…
        В следующее мгновение меня оглушила длинная очередь из автомата. Всего несколько пуль попали в мутантов, остальные ударили в стену коридора, где столпились враги, в потолок над их головами, в верхний косяк двери, от которого отрикошетили с брызгами нескольких красных коротких искр.
        Девушка, вместо того, чтобы делать, как я ей сказал, поменяла пистолет на автомат, сняла тот с предохранителя и направила на толпу заражённых из-за моей спины, лишь шагнув немного в сторону.
        Оглушило не только меня, но и наших врагов. Пожалуй, на тварей, грохот автомата в замкнутом пространстве, подействовал на порядок сильнее, судя по тому, как они вмиг позабыли обо мне.
        Этим шансом я решил воспользоваться, закрыв дверь прямо перед их носом и заблокировав рычагом-стопором, который тут использовался вместо нормальной ручки и замка.
        Как только исчезла опасность от мутантов, настала время разборок.
        - Я тебе что сказал? - со злостью произнёс я, нависая над Кошкой.
        - Я не расслышала, - невозмутимо ответила та, а в её наглом взгляде читалось «мало ли, что ты там сказал».
        - Даю слово, как только окажемся на стабе, я тебе обеспечу хорошую порку ремнём, - пообещал я ей.
        Я рассчитывал, что в бункере мутанты ослабнут без пищи, ведь много иммунных среди них быть не могло, учитывая, что двоих увёл я. Но что-то пошло не так. Возможно, они потихоньку подъедают самых слабых из своих собратьев. Такого я не видел ни разу за свою короткую жизнь в Улье, но скидывать со счетов не стоило. В основном, мутанты ходят кучками по интересам, то есть, степени развития, и только у элиты имеется своя свита из более низших тварей. При этом, пустыши не жрут пустышей, это прерогатива, к примеру, лотерейщика или топтуна. А в итоге, в бункере вон как вышло, м-да. Оставь тут месяца на три всю эту кодлу, то вырастет здесь, в итоге, страшный элитник и сомневаюсь, что это будет аналог крысиного волка.
        Что ж, план А рухнул, нужен план Б.
        Перед новой атакой, я вытащил кровати из двух кубриков и соорудил из них завал перед дверью, оставив узкую щель между баррикадой и стеной, чтобы суметь вернуться к Кошке после того, как открою дверь.
        - Меня не подстрели, хорошо? - сказал я девушке перед тем, как дёрнуть рычаг стопора на двери. Та нервно кивнула и облизнула губы.
        Дверью, как только я открыл замок, меня чуть не прихлопнуло к стене. Оказывается, придя в себя после выстрелов, мутанты всё время давили на неё. Помнили, суки, что за преградой скрылась вкусная добыча.
        Ага, вкусная, но такая колючая! Да и не мы тут добыча.
        Длинная очередь ударила в стену тел, дав мне время, чтобы протиснуться между стеной и баррикадой, и потом, в эту щель, вставить заранее приготовленную кровать.
        - Перезаряжайся и смотри за спиной! - как можно громче прокричал я, обращаясь к девушке. - Дальше я сам!
        Оружие уже было приготовлено: РПК на сошках на тумбочке. Мне нужно было только прижать приклад к плечу и ударить длинной очередью в поток тел мутантов, которые в считанные секунды заняли всё пространство между дверью и баррикадой. Сетчатые кровати свободно пропускали пули и не давали заражённым добраться до меня.
        От грохота выстрелов и пороховой гари у меня стала кружиться голова и затошнило.
        Иногда пуля попадала в железный уголок и тогда либо случался простой невидимый и неслышимый рикошет, либо мелькали красные искры.
        Всё было бы замечательно, не носи мутанты бронежилеты и каски. Наверное, каждый второй имел прикрытое слоем титановых пластин и армтканью тело, каждый третий - каску на голове.
        Очень быстро магазин в пулемёте опустел, и я сменил его на новый. После второго магазина, я оставил оружие на месте, подхватил «девятый» и стал пятиться назад, к лестнице.
        Впереди хрипела, булькала, урчала и шевелилась окровавленная масса живых, мёртвых и умирающих мутантов. Пулемётные очереди, кого убили на месте, кого тяжело ранили, но все, кто выжил, были поголовно контужены и едва понимали, что им нужно делать. Три или четыре твари на покачивающихся ногах ушли назад и, я надеюсь, что это не проблеск разума и тактическое отступление, а животный инстинкт, требующий забиться в щель и там сдохнуть от тяжёлой раны.
        Пока уходил, то успел выстрелить пять раз, целясь в головы тем мутантам, которые казались самыми бодрыми и лезли сквозь покосившуюся баррикаду, облепленную живыми и мёртвыми телами.
        На улицу я выбрался следом за Кошкой и тут же прикрыл за собой крышку люка.
        - Уф, как хорошо! - выдохнула девушка и, зажмурившись, подставила солнцу лицо. - Я этим воздухом готова дышать вечно.
        - Не расслабляйся, мало ли какую тварь мы не заметили и она сейчас к нам подкрадывается? А ещё здесь есть кластер с электроподстанцией, и если там прошла перезагрузка в наше отсутствие, то на выстрелы сюда примчатся твари оттуда.
        Пара глотков живчика и полчаса отдыха привели нас с Кошкой в норму. В ушах, разве что, ватные пробки стояли, отчего мы разговаривали на повышенных тонах.
        - Полезли. Кто рядом есть?
        Девушка кивнула и подняла правую ладонь с отжатыми тремя пальцами - большим, указательным и средним.
        - Ты открываешь - я стреляю, - сказал я и направил автомат на люк. - Раз, два, три!
        На счёт «три» девушка с натугой потянула на себя проволочную ручку на люке, в образовавшуюся щель немедленно пролезли грязные пальцы с нестрижеными ногтями, под которыми чётко выделялась жирная траурная кайма.
        Выстрел! Выстрел!
        Двое противников замертво легли прямо у порога, один, так даже после смерти положил голову на железный уголок, который выполнял роль косяка в проходе.
        Выстрел!
        Третий мутант стол в двух метрах от выхода, облокотившись на стенку коридора, пачкая ту своей кровью, которая текла из простреленной шеи, и там же и упал, словив от меня пулю точно в лоб.
        - Опять туда лезть? - жалобно произнесла девушка. - Может, выманить их как-нибудь сюда?
        - Не опять, а снова! Кого выманим, а кого в бункере придётся зачищать. Готова? Пошли.
        В целом, помощь девушки в бункере имела как плюсы, так и минусы. Без неё, я бы под прикрытием своего дара, без поднятия шума, зачистил бы все подземные помещения. Но без её способности сенса, я бы провозился дольше и без гарантии, что не вляпался бы, наткнувшись в темноте на, какого-нибудь, притаившегося заражённого.
        Глава 3
        До самого вечера мы с Кошкой зачищали тварей в военном бункере. Повезло, что он не был особо большим и не имел разветвлённой сети ярусов и отсеков. Покончив с первой, самой большой, группой заражённых, мы лишь один раз встретили, в дальнейшем, похожую толпу мутантов. К счастью, в этом случае, все они сидели в столовой, которую военные превратили в лазарет. В этом помещении, десять на пятнадцать метров, находилось больше четырёх десятков мутантов и почти все они были одеты в простую хэбэшку, которую пули из «калашникова» не замечали. Всех тварей перестреляли через небольшое окно в поварской подаче, в которую вела дверь из коридора. Выбраться из столовой врагам мешала запертая дверь и железобетон со всех сторон.
        Эта группа была самая последняя, до этого, пришлось зачистить коридоры, штабную комнату, радиоузел и операторскую с пультом, где двое мутантов сидели в креслах перед мониторами и там же приняли смерть, не сумев от слабости подняться на ноги.
        Большую часть трофеев пришлось собирать на полу и с трупов, причём, собирать мне, так как девушка наотрез отказалась возиться в крови.
        Всё оружие, боеприпасы, амуницию и прочее полезное имущество, я выносил на улицу, где раскладывал на плащ-палатках на земле. Особенно много было вещмешков, которые составили настоящую гору выше моего роста.
        Меньше всего было боеприпасов. Но опять же, всё относительно. Для каждого автомата, пулемёта или винтовки, прилагалось по три БК - это мизер. Но лично для нашей команды, мне и Кошке, этого хватало выше головы.
        В трофеях имелась крупнокалиберная винтовка «Корд» и две сотни патронов различной номенклатуры к ней. Пулемёт «барсук» с двумя типами стволов - простым и с насадкой для беспламенной малошумной стрельбы. Последнюю, полноценным глушителем назвать было нельзя, так как проверочная стрельба показала, что звук, хоть и гасится сильно и не так глушит стрелка, как в сравнении с ПКМом, но ни о какой маскировке не идёт и речи. Две укороченных винтовки СВД в конструкции булл-паб и с несъёмным глушителем. Как и с пулемётом - полностью звук выстрела не гасился, но очень качественно отводился в стороны, что не позволяло определить точное место снайпера.
        Один «винторез», но зато с целым ящиком целевых и початым цинком бронебойных патронов. Пять пистолетов-пулемётов «бизон-2», один из которых был с несъёмным глушителем-насадкой и магазином под пээмовские патроны, остальные четыре, снаряжались отечественным вариантом 9*19. Патроны к «бизонам» были двух типов: бронебойные и полуоболочечные. Причём «девятнадцатые», были именно бронебойные, судя по острому иглообразному носику, а «макаровские», всего лишь повышенного пробивающего действия и они же, полуоболочечные одновременно, второй тип «макаровских», был - ПС. Все пистолеты-пулемёты имели по два шнековых магазина.
        Пять простых СВД. Пять РПГ-7 с десятью ящиками гранат всех типов, даже тандемные имелись в одном ящике.
        Десять РПО «шмель» и двадцать четыре РПГ-26.
        Четыре ПЗРК «Стрела-2», с которыми я даже не знал, как обращаться и которые должны цениться рейдерами вроде Янычара. Ведь они постоянно схватываются с внешниками, у коих, порой, встречается не только слабосильная авиация вроде БПЛА, но и боевые вертолёты.
        Два автоматических гранатомёта «пламя» с семью ящиками гранат. Два 82-милиметровых миномёта с сотней мин для каждого.
        Десять АН-94, которые я забрал у бывших бойцов из взвода спецназа, про которых мне рассказали Джон и Нельсон. Это оружие было очень точное, но капризное и сложное в плане чистки, точнее, особенно, в плане чистки.
        Десять АКМС, из них пять, имели комплект ПБС, с запасом резиновых обтюраторов и шесть цинков специальных, дозвуковых патронов, с тяжёлой пулей и уменьшенной навеской пороха.
        Пятнадцать пистолетов - две «гюрзы» и тринадцать ПЯ. Первые, по удобству, мне понравились больше вторых, да и патрон у «гюрзы» мощнее.
        Пять ящиков гранат РГН и два с РГО.
        Ящик сигнальных, двадцатимиллиметровых ракет, два ящика (один начатый) с сорокамиллиметровыми. Один ящик картонных цилиндров, с сигнальным дымом оранжевого цвета.
        Двенадцать подствольных гранатомётов с большим запасом ВОГов.
        И семьдесят восемь автоматов АК-74М.
        Не упомянул прицелы, бинокли, дальномер к «корду» и всяческую прочую мелочёвку. Слишком уж долгое это дело, а ведь ещё имеется море медицинских вещей, тех же оранжевых аптечек, сухпайки, противогазы и ОЗК.
        Вообще, оружия набралось гораздо больше, чем на точке находилось людей и всё оно, хранилось в бункере в двух оружейках. Одна, та, что у штабного помещения, была почти пустая, скорее всего, там хранились автоматы с пистолетами и эсвэдэшки. Во второй оружейке, расположенной в стороне от жилых помещений, лазарета и столовой, имевшей перед дверью «стакан» для постового, закрытого сантиметровым листом стали и толстой решёткой с замком, лежало всё тяжёлое оружие с боеприпасами.
        Может, тут обычно пара рот обитает или в данной воинской части только-только порезали штаты, но убрать лишнее оружие не успели. Или есть третий вариант, который никогда и в голову ко мне не придёт.
        Все трофеи так и оставил лежать на улице, только накрыл брезентом, который нашёл в боксах с техникой, на случай непогоды.
        Ночь провёл в двухэтажном здании на территории радара, в комнате без окон и с железной дверью. Внутри стояли несколько стеллажей из тонкого оцинкованного профиля, заставленных папками и стопками бумаг, перетянутых шпагатом. Лишнее пришлось выбросить в коридор, чтобы можно было с комфортом разместиться. Выбросил, к слову, только три стеллажа, а все бумаги свалил на пол, которые потом накрыл плащ-палатками.
        - Мадам, я накрыл вам кровать! - изобразил я поклон в сторону Кошки. - Можете почивать изволить.
        - Я мадмуазель, сударь! - вздёрнула носик к потолку девушка, потом не выдержала серьезного тона и рассмеялась.
        Смех, словно, скинул груз с наших плеч, который давил весь день. Неприятная работа, которую нам пришлось делать, стал в один миг чем-то далёким, полузабытым. Возможно, эмоции вернутся завтра, когда придётся очищать оружие от грязи и крови, но то, будет завтра.
        Заснули, прижавшись друг к другу.
        Проснулся и, не нащупав девушку рядом с собой, я резко сел, часто-часто моргая, чтобы поскорее прогнать сонную поволоку.
        Кошку увидел в метре от себя, сидевшую спиной ко мне на стопке с бумагами и рассматривающую себя в карманное зеркальце. На шум, который я поднял своим подъёмом, она не повела и ухом.
        - С добрым утром, - сказал я первое, что пришло в голову. - Как спалось?
        - Как обычно, - ровно ответила она и потом вздохнула. - Я такая старая стала…
        Я сел рядом с ней, потом подхватил на руки и посадил к себе на колени, после чего левой рукой обхватил за талию.
        - Какая же ты старая, Кошка, - улыбнулся ей. - Классная красавица, созревший персик, на который на Земле облизывался каждый второй мужчина.
        - Персик… курага, скорее всего. Мне же лет шестьдесят сейчас.
        - Ну, ты на себя не наговаривай! Какие шестьдесят? Сорок - не больше. Немножко морщинок прибавилось и всё. Ради них переживать? Зато у тебя твоя фигурка осталась… даже ещё лучше стала! Сзади, так совсем молоденькая девчонка.
        Девушка посмотрела на меня снизу вверх, и покачала головой.
        - Если бы был конкурс на самые неприятные комплименты, то ты, явно там лидировал бы, - грустно сказала она и прижалась щекой к моей груди. - Сзади пионерка - спереди пенсионерка, ведь ты это хотел сказать?
        - Я… э-э…
        - «Э-Э», - передразнила она меня. - Молчи уж, успокоитель.
        - Молчу.
        Через пару минут она спросила:
        - Сервий?
        - Да?
        - А я такой и останусь? Лысой и страшной старухой?
        - Ты не старуха!..
        - На вопрос ответь, пожалуйста. Только честно, - перебила она меня.
        - Честно? - криво усмехнулся я. - Если честно, то тебе чуть больше трёх недель так ходить, а потом действие сыворотки прекратится.
        - Я опять стану квазом? - совсем тихо спросила она.
        Я промолчал.
        - Надо же, - всхлипнула она, - даже старухой и то быть недолго, а потом вновь монстром стану. Зашибись мне судьба выпала. Обалденная! Как этот мир называют имунные - локация для везунчиков? Охренеть, какая я везучая!
        - Кошка…
        - Что Кошка? Что Кошка? - в голосе, сквозь слёзы, у девушки загремели первые признаки мощной истерики. - Ещё и кличка какая-то дурацкая! Почему не мог придумать другую? Или моё имя оставить? Я читала в сети, что женщинам не обязательно получать погоняла эти зоновские!
        - Кошка!
        - Да чего тебе?!
        - Цыц, хватит кричать! Ты про белую жемчужину читала в этой сети? То, что она лечит от обращения в кваза?
        - Читала, - прошептала она. - А что?
        - Я тебе её добуду. Ради неё, мы здесь собираем оружие и патроны.
        - Я ещё читала, что добыть жемчужину очень-очень сложно и стоит она столько, что всех автоматов, которые мы вчера набрали, не хватит. И вообще, может она и не помогает? Всё это утка?
        - Не психуй, - я наклонился и поцеловал девушку в губу, когда оторвался, чётко произнёс. - Мне она помогла.
        - Ч-что? Кто помогла? От чего? - растерялась Кошка.
        - Белая жемчужина. Никому не стоит говорить, что я её принял, это должна знать только ты.
        - Ты был квазом? - недоверчиво произнесла она. - Не верю. Ты специально мне такое говоришь, чтобы успокоить.
        - Хуже, моя милая зайка, намного хуже. О судьбе кваза, я тогда мог лишь мечтать.
        - Но если хуже кваза, то… не может быть! - ахнула она.
        - Может…
        Я рассказал девушке всё, что со мной произошло с момента переноса в Улей и до принятия белой жемчужины.
        - Извини, - прошептала она, когда я закончил своё повествование.
        - За что? Ты же ни в чём не виновата.
        - Я себя повела как последняя эгоистка, не подумала, что тысячи людей испытывают, когда понимают, что их ждёт превращение в безумного монстра. Тут, в самом деле, судьба кваза покажется доброй сказкой, - грустно сказала девушка и ещё теснее прижалась ко мне. - Я самая настоящая эгоистичная дура, Сервий. Прости меня, пожалуйста.
        - Да не за…
        - Прости, тебе сложно, что ли?
        - Прощаю, только пообещай, что больше никогда не подведёшь меня и не совершишь глупости, вроде самострела.
        Кончики ушей Кошки, не прикрытых кепкой, стремительно заалели, сообщая мне о сильном смущении.
        - Я такая дура тогда была, считала, что весь мир рухнул. Подумала, что так тебе будет лучше, если рядом не будет такого страшилища.
        - Значит, обещаешь?
        - Обещаю, - кивнула она. - Честно-честно, Сервий. Я больше такой идиоткой никогда не буду. А ты обещай, что не оставишь меня, даже если я опять стану квазом. Лучше убей.
        - Да что у тебя все мысли об «умру» да «убей»? - Рассердился я. - Я тебе сразу сказал, что не оставлю. Я же всегда держу своё слово. И не станешь ты квазом.
        - Извини, - девушка потянулась на моих коленях вверх и потёрлась носом мне о шею, - извини. Я просто, в последнее время, к тебе другому привыкла, - потом быстро поменяла тему. - Чем сегодня займёмся?
        - Чисткой оружия, переносом всех наших трофеев в клинику и, если время останется, то твоей тренировкой.
        - Это обязательно?
        - Обязательно, - подтвердил я. - Ты будешь меня прикрывать. Вдруг ранят, и вся моя надежда только на тебя останется? А ты даже добить раненого мной мутанта не сможешь, или меня прикрыть.
        - Ну, если только так, - не очень уверенно произнесла она.
        - А после тренировки, я сделаю с тобой то, что обещал.
        - Ого! - девушка посмотрела на меня с озорными искорками в глазах. - И что же такой грозный мальчик сделает со своей старушкой?
        - Ремнём всю дурость через задние ворота выбью, - спокойно ответил я.
        Девушка соскочила с меня, как подброшенная пружиной.
        - Ты!.. Да знаешь что?.. Только попробуй! - вспылила она и, повернувшись ко мне спиной, стала разбирать завал, которым я вчера закрыл дверь. - Помог бы лучше.
        После завтрака, употребления живчика и раствора гороха, я занялся погрузкой трофеев в одну из машин, а Кошка, в это время, сидела рядом на кабине, посматривая по сторонам и показывая всем своим видом, как она сердита на меня.
        Вечером я вручил ей «бизон», который снаряжался «макаровскими» патронами.
        - Ух ты, какой тяжёлый! А легче нет? - охнула она, принимая пистолет-пулемёт с полным шнековым магазином. - А куда тут патроны вставлять? А это глушитель?
        - Остальные, не сильно легче. Зато тут шестьдесят с лишним патронов. И да - это глушитель. Магазин уже вставлен, вот он, - я отщёлкнул подствольный массивный тубус и дал тот подержать Кошке.
        Та взвесила его на ладони, покачала головой и вернула обратно.
        Для простоты обучения я установил на боковую планку коллиматор с одного из спецназовских «абаканов», после чего пристрелял на холодную, с помощью фонарика, с направленным лучом. Тяжёлая «кобра» добавила к немалому весу оружия свои граммы, но и сильно упростила стрельбу из ПП.
        Для тренировки я использовал простые пули, решив приберечь с калёными сердечниками, для возможной стычки с мутантами.
        Кошка послушно стреляла в дверь, которую я снял в одной из комнат, радуясь, как ребенок, когда укладывала одну отметину, к другой не разбрасывая.
        - Видал? - она показала мне язык, когда с тридцати метров, одиночными выстрелами вынесла кусок мишени размером со свою ладонь. - Завидуешь?
        - Завидую, - улыбнулся я ей. - Но пора закругляться, поздно уже.
        - Ещё не поздно, только сумерки упали, - запротестовала она. - Да и с фонариком можно пострелять.
        - Тебе ещё чистить автомат и тренироваться в набивке патронами магазинов.
        - Что ж ты вредный такой! - в сердцах девушка притопнула ножкой.
        Пять дней я и Кошка провели в оазисе посреди черноты. Тренировки, купания в озере, воспоминания из наших жизней, и вновь тренировки. Если бы не постоянное ношение оружия и приём раствора споранов и горошин, то можно было бы легко принять наше времяпрепровождение за активный отдых на природе в родном мире.
        На шестой день, рано утром, мы выехали с территории клиники на бронеавтомобиле, загруженном оружием и патронами. Всё прочее добро, было сложено в подвале.
        - Опять я умирать буду, - с тоской произнесла Кошка, когда я остановил «выстрел» на границе живой и мёртвой территорий.
        - Сегодня всё проще должно получиться, Кошка, - успокоил я её. - В первый раз и я умирал, а потом всё лучше и лучше переносил переход по тропе.
        Глава 4
        В прошлый раз этот стаб я проехал в темноте и видел лишь КПП на проезжей части да пару охранников-контролёров, один из которых отправил меня к Магдалене. Сегодня, небольшой посёлок, обнесённый колючей проволокой со всех сторон и защищаемый вышками с пулемётами и бетонными КПП, предстал перед глазами во всей своей красе.
        - Это и есть Засечный? - спросила Кошка, с интересом смотрящая на окружающую местность сквозь маленькое бронированное окошко.
        - Он самый. Ты же карту в телефоне видела, что спрашиваешь?
        - Ой, да не будь такой занудой, - отмахнулась она от моих слов.
        Навстречу нам выскочил БРДМ, недвусмысленно направляя на нашу машину раструб пулемёта в башенке. И на блок-посту в нашу сторону уставились сразу два пулемёта - ПК и «утёс».
        - Не нервничай, - я положил ладонь на колено девушки и слегка сжал его. - Всё будет хорошо.
        - Я и не нервничаю, - буркнула та. - И хватит меня лапать, Сервий!
        Сказать сказала, но не сделала даже малейшей попытки избавиться от моей руки.
        Чужая боевая машина остановилась, когда до нас оставалось примерно метров сто, а до охраны на КПП не больше трёхсот. Я и так катил с самой минимальной скоростью, на которую был способен «выстрел», а тут, решил совсем остановиться. Пушечный автоматический модуль, был заранее повернут стволом назад, чтобы не пугать и не нервировать рейдеров.
        - Ты куда? - встревожилась Кошка, когда я открыл дверь.
        - Покажусь тем архаровцам в бардаке, пока они не решили в превентивных целях нас обстрелять, - успокоил я её. - Не волнуйся, я рядом с машиной буду стоять, не уйду.
        Мне не пришлось долго маячить на дороге. Буквально через минуту БРДМ медленно тронулся с места и покатил к нам, чрез полминуты он остановился в десяти метрах, и из люка вышел мужчина в серо-синем камуфляже с разгрузкой, полной магазинов к АК-103, который он держал в руках.
        - Приветствую! - махнул я рукой.
        - Привет, - кивнул автоматчик в ответ.
        Незнакомец повесил автомат на плечо стволом вниз и направился ко мне.
        - Вы откуда? - он бесцеремонно заглянул в салон бронеавтомобиля через мою открытую дверь, потом посмотрел на меня.
        - С Внешки. Желаем немного отдохнуть, продать кое-что и, быть может, встретить знакомых.
        - У вас здесь встреча? - собеседник изогнул бровь в вопросительном жесте.
        - Нет, не встреча. Просто такая возможность имеется, и я не хочу её исключать.
        - Хм, ну, ладно. Проезжайте прямо, за КПП стоянка для вооружённой техники, там оставите свою машину.
        - А кто за сохранность будет отвечать? - нахмурился я.
        - Мы.
        Дальше участвовали в процессе проверки личности. Охранники немного повозмущались, что у Кошки нет ментокарты и даже, было, пожелали её не пускать на территорию Засечного, но вдруг, в одно мгновение, изменили своё мнение.
        После того, как заселились в двухместный номер гостиницы, отсыпав сотню парабеллумовских патронов за полный сервис на двоих, Кошка убежала принимать ванну, предупредив, чтобы я никуда не исчезал, тем более, она может моё присутствие контролировать своим Даром.
        А я стал ждать гостей.
        Не просто же так настроение охранников на КПП, кардинально поменяло свою полярность? Поставлю свой «выстрел» против мелкого спорана, что всё дело во мне. Стоило местным проверить меня по своим спискам, как увидели, что там стоит особая пометка (какая - мне ещё предстоит узнать, но вряд ли плохая, тогда бы мне уже там попробовали скрутить руки). Что дальше было… наверное, позвонили по нужному номеру, как того требовала инструкция, получили ответ и отстали от Кошки. Через несколько часов рядом появится кто-то из особистов Атлантиса и начнёт задавать вопросы, возможно, даже потащит с собой, точнее, попробует потащить.
        Я же не просто так выбрал Засечный, где собирается толпа рейдеров, которые не успели замазаться в откровенном криминале, но и не желающие лечь под руководство женского стаба. Здесь порядки строгие, но справедливые… должны быть. Поэтому, я очень рассчитываю, что смогу получить помощь, если комитет по встрече из Атлантиса попробует забрать меня с собой. Достаточно кинуть клич «наших бьют менты охамевшие, мусора беспредельничают», как какая-то часть рейнджеров немедленно впишется в разборку. А вот в Атлантисе никто бы и палец о палец не ударил, реши кто так со мной поступить. Там все поголовно дрожат над своим местом, и выступить против решения святой троицы, заседавшей в совете стаба, не решится никто.
        Через час Кошка выбралась из ванной, распаренная, раскрасневшаяся и, словно бы немного помолодевшая. Продефилировала в одном полотенце до тахты и там растянулась, закинув ножки на подлокотник. Второе небольшое полотенце укутывало голову, скрывая отсутствующую причёску.
        - Как хорошо! Будто дома оказалась, - с блаженством произнесла она. - Так бы навсегда тут и поселилась.
        - Через полгода, вполне можем устроиться куда-то в похожее, или ещё лучшее место. Или через год. Если всё у нас получится, то сможем купить себе гражданство в одном из правильных стабов. Хотя бы в Атлантисе, что неподалёку.
        - В Атлантисе? - девушка ловко перевернулась и с прищуром посмотрела на меня. - Где одни женщины живут? Вот о чём, кобелина, ты мечтаешь?
        - Я просто в качестве примера сказал. Не ревнуй, Кошечка моя. Там всё равно некому с тобой сравниться.
        - Уже и проверить успел? - вспыхнула девушка, после чего ухватила маленькую подушку от тахты и метнула в меня. - Вот тебе!
        Поймав мягкий снаряд на лету, я кинул его обратно, прицелившись в мягкую часть женского тела. На автомате задействовал свои способности, и, разумеется, потому и не промахнулся. Не больно, но обидно.
        - Ах, вот ты как?! Сейчас я тебя…
        - Я в ванную, мне тоже нужно привести себя в порядок, - тут же отступил я, скрывшись за тонкой пластиковой дверью.
        - Ну, я тебе покажу! Ух, что я с тобой сделаю!
        Я приоткрыл дверь и показал язык раскрасневшейся девушке, у которой полотенце сползло на пол, оставив её полностью обнажённой:
        - Себя хотела показать? Уже всё - я увидел тебя во всей красе. А что хочешь сделать? Можешь начинать - я уже разделся и готов ко всем нужным делам, которые может сделать голенькая девушка с обнажённым мужчиной.
        - Ах, ты… ой! - замахнулась на меня кулачком Кошка, потом заметила, в каком виде передо мной стоит, и быстро присела за полотенцем. - Гад ты, Сервий!
        После горячей ванны с душистым шампунем и гелем, я признал, что Кошка была права со своим высказыванием. Только дома я мог испытывать такое ощущение расслабленности, безмятежности, покоя и одухотворённости, что чувствовал сейчас.
        Потом был не то обед, не то ранний-преранний ужин, после которого, Кошка стала возиться с макияжем в соседней комнатке, а я занял место на диване перед телевизором, на котором крутилась какая-то серия из российских аналогов американских «Мстителей» с героями: Иваном, Серым Волком, Михал Потапычем, Василисой Премудрой, Ильёй Муромцем и прочими представителями русских сказок. На удивление, фильм увлёк меня очень сильно. Даже удивился тому мастерству, с которым смогли отечественные режиссёры снять данный фильм. Невероятно сильный соперник голливудскому творчеству по их комиксам. Интересно было бы оказаться в том мире, где сняли данное кино. Вдруг, там Россия не только сильна в кинотворчестве, но и, к примеру, автопроме?!
        «Хотя, не, - хмыкнул я про себя, - это уже фантастика!».
        Стук в дверь раздался в самом конце фильма.
        - Кто? - поинтересовался, одновременно с этим, снимая «гюрзу» с предохранителя.
        - Открывай, крестничек!
        За дверью стояла Магдалена с пакетом в руке. Это было, словно дежавю. Примерно месяц назад, точь-в-точь так же произошла наша встреча в номере гостиницы, в Атлантисе, после которой, утром, женщина убежала от меня в панике.
        Она нисколько не изменила своим привычкам и посетила меня в строгом костюме и с причёской-хвостом. И, кажется, она была безумно рада меня видеть, хотя и тщательно это скрывала. Откуда такое чувство у меня появилось - самому интересно.
        - Ты?! - искренне удивился я.
        - А кого хотел видеть, Сервий? - женщина слегка изогнула левую бровь. - Зачем-то же ты здесь появился. Думаю, решил получить кое-какие ответы на свои вопросы. Ну-ка, подвинься.
        Собеседница толкнула меня в бок, освобождая себе проход в номер, попутно вручив пакет со звякнувшим содержимым.
        - Надеюсь, ты последовал моему совету ни с кем не сближаться? - поинтересовалась особистка, опускаясь в кресло рядом с журнальным столиком в центре комнаты.
        И в этот момент к нам вышла Кошка. С пистолетом в руке.
        - Ты кто такая? - с подозрением поинтересовалась моя спутница у гостьи. Потом посмотрела на пакет в моей руке, сквозь тонкие стенки которого просвечивалась контуры двух бутылок вина. - Это что за нахрен?! Сервий?
        - Ого! - покачала головой Магдалена, медленно проведя взглядом от закутанной во всё то же полотенце головы, до тапочек на ногах моей подружки. - Тётенька, вы не перепутали свой возрастной ценз? Вам не на мальчиков нужно смотреть, а искать спутника жизни в домах престарелых.
        А дальше случилось то, чего я не ожидал от своей старой знакомой - она начала драку. Сначала в гостью полетел пистолет, к счастью, стоявший на предохранителе, следом Кошка с рычанием прыгнула, вцепившись в волосы особистки.
        Никакой прелюдии в виде перебранки, выливания словесных помоев на головы друг друга, угроз и так далее - женская схватка началась мгновенно.
        Дрались девушки самозабвенно, не обращая внимания на окружающий мир, разнося вдребезги обстановку в номере.
        Кое-как мне удалось растащить их за одежду в стороны. Пару минут обе драчуньи мало что соображали, пытались дотянуться друг до друга, плевались и брыкались, пока я держал их как котят, за шкирку, пока Магдалена не врезала мне пяткой в коленку, в попытке дотянуться до противницы.
        - Ох, блин! - охнул я от острой боли в подогнувшейся ноге. - А ну - цыц! - и встряхнул обеих так, что зубы у девушек громко щёлкнули. - Замерли! Обе!
        - Лысая старая стерва!
        - Крашеная бессисечная доска!
        - Я сказал - хватит! - встряхнул я обеих.
        - Ты за неё?!
        Даже после долгих тренировок нельзя было добиться такой синхронности в возмущённом крике, а тут, у моих пленниц это получилось с первого раза.
        - Я за себя. Вы что тут устроили?
        - А ты думай, кого приглашаешь к себе!..
        - А я предупреждала, чтобы не связывался с бабами! И чего ты в ней нашёл, неужели дефицит женщин настолько по тебе ударил!..
        - Ну, ладно, - пообещал я, после чего потащил обеих девчонок к ванной, где выпустил Магдалену, но не просто так, а заперев дверь, закрыв её внутри маленькой комнатки. Вернувшись в комнату, я одной рукой держал Кошку, а второй стал расстегивать ремень на штанах.
        - Ты… зачем это? - прошептала она. - Ты что задумал?
        - Не то, чего тебе хотелось бы, - ответил я. - Пора исполнять обещанное, Кошка. Ей-богу, не хочу, но приходится.
        Как девушка ни брыкалась, но через минуту она лежала на моих коленях попой кверху, удерживаемая левой рукой. В правой же, я сжимал сложенный вдвое ремень.
        - Ты этого не сделаешь! Сервий… ай!!! - как она не извивалась, не брыкалась и не лила слёзы, я довёл экзекуцию до конца. После этого, рыдающую девушку взял на руки и отнёс в ванную.
        Магдалена спокойно сидела на опущенной крышке унитаза, при виде меня с Кошкой на руках, она с удивлением спросила:
        - Это что там у вас за акт примирения и выяснения случился?
        - Скоро узнаешь, тебе в нём тоже придётся поучаствовать, - пообещал я, и опустил Кошку в ванну.
        Стоило ей коснуться своей мягкой нижней точкой тела холодного металла, как тут же с визгом взвилась вверх.
        - А-а…
        - Б-э-э, - перебил я особистку, подхватывая на руки. - Теперь твоя очередь воспитательного процесса, и заодно урок, как вести себя в гостях.
        - Ты что хочешь сделать? Да ты знаешь, что с тобой будет? - завизжала девушка, когда поняла, какая участь ей грозит.
        Через десять минут обе девушки стояли передо мной, переминающиеся с ноги на ногу, шипящие и то и дело притрагивающиеся то к своему заплывшему глазу, то к разбитой губе, а чаще всего, к своим пятым точкам.
        - Приведите себя в порядок, потом уберитесь в комнате, - сказал я им. - После этого сядем вместе за стол и поговорим о наших делах.
        - Это ты мне сейчас сказал? - сердито посмотрела на меня Магдалена.
        - Тебе и Кошке. Впрочем, можешь уйти прямо сейчас и больше не появляться в моей жизни.
        - Сервий, а ты в курсе, что я могу с тобой сделать? Если бы не мой приказ, ни при каких обстоятельствах не заходить в комнату, ты бы уже давно нюхал пол с наручниками на руках, - вкрадчиво спросила она.
        - Да мне всё равно. Я тоже могу многое чего сделать и рассказать про то, что ты сделала. Местным отдыхающим, явно понравится твоя выходка, особенно если её выставить в нужном свете. Как думаешь, смогут твои архаровцы что-то мне сделать, если парни, которые приехали сюда на отдых, вдруг узнают, что это всего лишь месть обиженной женщины, которая сначала устроила драку с соперницей, а затем была выпорота ремнём? Помнится мне, в прошлый раз тут только от твоего имени окружающие бледнели и вытягивались во фрунт, и вдруг такое!..
        - Гад ты, Сервий, - буркнула она, потом посмотрела на Кошку. - Я первая умываться, старуха, ты пока начинай мести веником.
        - Командовать в своём бомжатнике будешь, плоскогрудка…
        - Та-ак! - я хлопнул ремнём по ладони. - Повторить?
        Обе девушки одновременно вздрогнули и отшатнулись назад. На миг мне даже стало стыдно и жалко их, но только на миг, в следующую секунду, я отогнал эту мысль. Если я сейчас дам слабину после экзекуции, то эти две подруги мне конкретно сядут на шею и сбросить их потом, выйдет на порядок сложнее и дороже.
        - Я в соседней комнате, буду ждать результата. Как закончите - сообщите. И не злите меня, девочки, очень прошу.
        Некоторое время я стоял рядом с дверью, прислушиваясь за ходом уборки и готовясь немедленно вмешаться, если мои знакомые не выдержат и вновь сцепятся. К счастью, первую злость они уже истратили и не настолько оказались глупы. Разумеется, ругаться и оскорблять друг друга не перестали, но делали это шёпотом.
        Убедившись, что второе бородино не предвидится, я заказал по телефону у администратора самый свежий торт и несколько бутылок пива с фисташками. При разговоре с ним, мне не было сделано ни малейшего намёка на недавний шум и крики. Через десять минут телефон зазвонил и, подняв трубку, я узнал, что мой заказ дожидается за дверью.
        Когда проходил мимо девушек, ползающих на четвереньках по полу и собирающих мелкий тяжёлый мусор, с которым не мог справиться веник, меня одарили двумя сердитыми взглядами, в которых угадывался интерес и подозрительность. А когда прошёл обратно с пакетом, в котором лежал торт и выставленными напоказ бутылками пива, до меня донеслось сдвоенное единодушное «сволочь».
        Глава 5
        - Итак, с чего начнём? - сказал я, когда уборка была завершена. К этому времени я согрел чайник, поставил на столе кружки с блюдечками, положил в центре разрезанный дольками торт.
        - С торта, - улыбнулась Магдалена и, словно смущаясь, протянула мне свою тарелочку. - Не поухаживаешь за мной?
        Рядом сердито зашипела Кошка и пнула меня по щиколотке. Больно, блин, пнула, словно, видела и целилась куда нужно… вот же… сенсявка.
        - Конечно, - послал ей ответную улыбку.
        Когда положил на блюдце кусок торта для Кошки, та сквозь губу процедила:
        - Мне не нужно, ей лучше добавь. Я такой торт не люблю.
        - Как так? Это же твой любимый творожный с фруктами! - удивился я.
        - Пока ты… тебя не было, - чуть запнулась девушка, - мои вкусы поменялись.
        - А мне нравится, - тут же сказала Магдалена. - Очень вкусный, свежий, видно, что с душой выбирал. Спасибо, Сервий и от добавки, я точно не откажусь, но позже.
        - Так с чего начнём? - повторил я вопрос.
        - С вас. - Особистка с прищуром посмотрела на меня. - Зачем вы здесь?
        - Это вопрос или допрос? - ответил я тем же взглядом.
        - Хм… понятно. Могу угадать. Ты хочешь узнать про свой дар, который привязал её, - она кивнула на Кошку, - к тебе.
        - Меня никто не привязывал! - вскинулась та. - Это ты пришла сама и устроила тут… - девушка тут же замолчала, видимо вспомнив, кто первым поднял бучу.
        Магдалена даже внимания не обратила на её вспышку, смотря только на меня.
        - Не то? - слегка удивилась она. - Тебе наплевать на то, что ты фактически сломал ей жизнь?
        - Стоп! - я прервал собеседницу и хлопнул ладонью по столу. - Ничего не хочу слышать про сломанную жизнь и так далее. Её жизнь скоро нормализуется, и я сделаю для этого всё, что в моих силах. И заканчивай ковыряться у меня в голове, как в своём кармане.
        После этого пододвинул стул к Кошке, обнял её и притянул к себе. Девушка секунду сопротивлялась, но быстро сменила гнев на милость, прижавшись ко мне.
        - Кажется, мы совсем друг друга не понимаем, - покачала головой особистка. - У вас что за странные отношения? Как вы встретились? Почему…
        - Встретились ещё в школе и до самого моего ухода в армию были вместе, а потом…
        - Это не важно, - перебила меня Кошка. - Потом мы опять встретились здесь и Сервий меня спас.
        Магдаленас задумчивым видом отломила чайной ложкой кусочек торта, положила в рот и стала его смаковать. Выглядела она при этом, очень растерянной.
        - То есть, вы даже не подозреваете, что случилось с Кошкой, - наконец, она вновь заговорила.
        - Подозреваем? Точно знаем, но говорить об этом я не хочу! - я повысил голос. - Магдалена, ты зачем сюда пришла? Если просто развеяться, то сама видишь, что не вовремя.
        - То есть - не вовремя? - Кошка отстранилась от меня и посмотрела снизу вверх. - Ты сейчас о чём?
        - Пришла по той же причине, отчего она с тобой. Но, кажется, вы оба даже не догадываетесь, - вздохнула Магдалена. - Да уж… я же говорила, чтобы ты не тащил в постель женщин, если не хочешь поломать чужую жизнь. Ты мне не показался мерзавцем и эгоистом, решила, что предупреждения хватит. Извини, конечно, что подробно пояснять не стала, но я сама тогда в шоке была.
        - Она о чём?
        - О старых делах. Тебя тогда ещё не было, - ответил я и постарался перевести тему. - Магдалена, я ни с кем не спал. Не потому, конечно, что я такой правильный и слушаю всё, что мне говорят, просто времени не было, а иногда и сил со здоровьем.
        - Да о чём вы оба? - почти прорычала Кошка. - Что за тайны? Ты, плоскогрудка! Почему он не должен спать с женщинами, уж не тебе ли он должен был хранить верность? - потом она набросилась на меня. - Так ты с ней тут всё время кувыркался и дал обед безбрачия, пока разделены? Теперь я понимаю, за какими такими Петровичами мы сюда приехали! Она у тебя в телефоне, под каким именем забита? Петрович? Дед?
        Кошка оттолкнула меня, встала и передвинула стул подальше, после чего уселась и скрестила руки на груди.
        - Какая она у тебя вспыльчивая, - усмехнулась Магдалена. - Девочка, если он тебе не нужен, то выйди из комнаты или вообще сходи по стабу прогуляйся. Вдруг, забудешь его, встретишь красавчика лучше?
        Та её игнорировала.
        - Не хочешь? - прищурилась особистка, рассматривая девушку. - Или не можешь?
        - Магдалена, либо ты сейчас всё рассказываешь, либо уходишь. Не уйдёшь сама - выставлю сам, - сказал я. - Мы уже тут два часа, как увиделись и пока что, кроме драки, ссор, угроз и непонятных намёков ничего не вижу. Говори, или уходи.
        - Что ж, хорошо. Начну издалека, - Магдалена откинулась на спинку стула, положила левую ладонь на стол, вторую опустила на бедро. - Во время близости, даже если это просто купленная любовь, где один старается взять максимум на свои деньги, а второй желает поскорее закончить процесс, всё равно, так или иначе, возникает положительная эмоциональная связь. При обоюдном желании заняться сексом, эти эмоции усиливаются и достигают пика, если люди любят друг друга. Как я поняла только что, в таком случае даже не нужна близость в постели, достаточно находиться рядом друг к другу и чтобы обладатель Дара испытывал сильные чувства к партнёру.
        - Дара? - переспросил я и вдруг догадался, что сейчас она скажет. - Так…
        - Да, у тебя есть интересный и очень сильный Дар, сродни тому, который получает нимфа. Ты буквально подчиняешь себе женщин, заставляешь их видеть в себе единственный объект желания, с кем хочется быть всё время вместе, делать для него то, что даже ранее в голову не пришло бы.
        - Но я никаким Даром не пользовался, - хмуро сказал я и посмотрел на бледную Кошку. - Никогда… то есть, я знаю, какие у меня есть Дары и они все боевые.
        - А ты много про эти подарки Улья знаешь? - спросила особистка.
        В ответ я пожал плечами.
        - Вот видишь… Понимаешь, Сервий, не обязательно активировать самостоятельно свою способность, достаточно того, чтобы сложились определённые обстоятельства и подсознание, а может, сам паразит, который в нас сидит, запустит Дар. Я слышала о таком не раз. Из самого известного, м-м, - девушка на пару секунд задумалась, - в общем, имена тут не суть важны, а вот Дар и его активация - да. У одного рейдера есть способность полной неуязвимости, хоть стреляй по нему, хоть взрывай, хоть кидай в бочку с кислотой, а ему всё ни почём. Но вот беда - контролировать его он не может, тот включается сам при более-менее значимой угрозе его телу. Есть Дар, который превращает своего владельца в бестелесного призрака, сквозь которого пролетают все пули, проходят когти и клыки мутантов, мало того, он теряет связь с землёй и его уносит в сторону, как ветер целлофановый пакет. И опять же, способность запускается сама, без желания хозяина. Так и у тебя. Тебе понравилось со мною…
        - С-с-сучонок, - прошипела едва слышно Кошка и метнула в меня гневный взгляд.
        - …тебе понравилось со мною, - продолжила Магдалена, - и подсознание решило привязать к тебе. Ты очень хотел, чтобы твоя знакомая не пропала, и вот результат - сейчас она привязана крепче, чем цепями. Все скрепы вот здесь, - она прикоснулась кончиком пальца к своему виску.
        - Действие Дара не может быть таким продолжительным, и я чувствую, когда при использовании, из меня уходит какая-то сила. Энергия, что ли. Но ничего такого с тобой или с ней, нет.
        - Значит, он у тебя самый сильный. Белая жемчужина награждает пакетом способностей и каждая развита крайне высоко. У тебя Дар подчинения, самый сильный оказался, ему твоей энергии хватает с избытком. Тем более, во время секса, - тут она усмехнулась, - не заметишь, от чего ослаб.
        - Я в это не верю, - я вскочил со стула и стал ходить по комнате. - Не логично же! Это какое должно быть подчинение, что бы Кошка столько времени находилась под его действием?! А было время, когда меня рядом с нею не было, чуть ли не два дня! Да любая способность просто выветрилась бы!
        - Много ты знаешь про Улей и его дары. Со мной ты сколько не виделся? А я нисколько не избавилась от этой зависимости, - со злостью ответила она.
        - Что-то не похоже.
        - Я ментат и могу контролировать свои эмоции. Но, к сожалению, все силы уходят только на это, и как от специалиста, от меня, в последнее время, почти нет пользы.
        - Сервий, не верь ей, - тихо сказала Кошка. - Она лжёт специально. Ты же сам боялся, что тебя могут заставить работать на чужих из-за особой жемчужины. Вот она и старается, туман нагоняет, заставляет тебя поверить в её бред. Лично я, знаю, что ты ничего со мной не делал.
        - Ну, ну, - покачала головой Магдалена.
        - Ты же слышал, что она сказала: нужна близость, секс, а у нас… его не было совсем… то есть, здесь, - последние слова девушка произнесла совсем тихо, смутившись.
        - И ещё раз напомню, - взяла слово гостья. - Никто не знает всего про Улей. Например, обращение в кваза уже давно изучают, но…
        Кошка, прильнувшая ко мне, вздрогнула и сжалась.
        - Магдалена, не нужно ничего про квазов и вообще - ничего не нужно. А вот что хотел бы узнать, как поняла, что я принял белую жемчужину? В голове прочитала? Но почему тогда в прошлый раз не смогла это узнать, когда я сказал про съеденную жемчужину? - произнёс я.
        - Догадалась. Подозревала, но пока ты не сбежал тогда с дороги, где со снайпером из нашего стаба столкнулся, не могла поверить, что новичок мог где-то найти белую жемчужину. Кстати, зачем ушёл?
        - За тем, чтобы меня оставили в покое, - буркнул я. - Не вы, так другие захотели бы куда-нибудь меня приткнуть, если бы узнали про белый жемчуг. Скажешь, что нет?
        Та пожала плечами и опять начала кромсать свой ломтик торта. Разговор продолжился через пару минут.
        - Ты не подумал, что двойников в Улье бродит очень много. Мог сказать, что ничего не знаешь, никого не встречал и так далее, - сказала Магдалена. - Ментокарта у тебя была сделана уже в Атлантисе, все ранее случившиеся приключения, известны только тебе, девчонки-снайпера могли разговаривать с совсем другим Тарасом.
        - Хороши приключения… Кому сказать? - скривился я. - Ментату?
        - Всё больше было шансов обойти щекотливую для тебя тему. Зато побегом ты все подозрения перевёл в разряд неоспоримых фактов.
        - И кто в курсе обо мне?
        - Пока только я, решила придержать информацию. Тем более, в тот момент была озабочена этой чёртовой привязкой, - на скулах девушки заиграли желваки.
        Кошка больно, с вывертом, ущипнула меня за бок.
        - Ай… а сегодня, что от меня хотела?
        - Убить.
        На несколько секунд все мы замерли, потом Кошка вскочила со стула, сунула руку под рубашку за спину и выхватила пистолет.
        - Раньше я тебе мозги вынесу, - прошипела она. Сразу стало ясно, что сейчас она кидаться оружием не станет, и мигом вспомнила все мои уроки, вон, как быстро сняла с предохранителя и передёрнула затвор.
        - Успокойся, - сказала Магдалена, - это было раньше, сейчас у меня нет такого желания.
        - Думаешь, что моя смерть избавит тебя от моего Дара? - криво усмехнулся я.
        - Вряд ли, - пожала она плечами. - Но было бы приятно. А там… кто знает.
        - Ты же можешь контролировать воздействие, сама только что сказала. Кошка, опусти пистолет… Кошка!
        Куда там. Ноздри моей подруги трепетали, как у хищника, вставшего на кровавый след жертвы. Пришлось вставать из-за стола, и аккуратно забирать у неё оружие, после чего, посадил её к себе на колени.
        - Зато перестала быть ментатом, - ответила гостья. - Попробуй как-нибудь не пользоваться своим главным Даром, и узнаешь, что это за ощущения.
        - Уходи, - сквозь зубы сказала Кошка.
        - Что? - Магдалена изогнула бровь.
        - Уходи, или я тебя убью.
        - Послушай…
        - Магдалена, в самом деле, тебе стоит уйти. Мы с Кошкой от тебя столько всего узнали нового и неприятного, что всё это нужно переварить.
        Особистка несколько секунд, не мигая, смотрела мне в глаза, потом чуть дёрнула щекой и встала из-за стола.
        - Хорошо, пока.
        - Прощай, - вернула ей приветствие Кошка.
        - Нет уж, пока, моя милая, - поправила её Магдалена. - У нас ещё будет разговор.
        Когда за ней закрылась дверь, девушка сказала:
        - Сервий, а давай прямо сейчас уедем от сюда? Не хочу видеть эту сумасшедшую, боюсь, что в следующий раз, не сдержусь и пристрелю её.
        - Тогда я тебя так по попе ремнём пройдусь, что неделю не сядешь, - попытался я свести в шутку, но не преуспел.
        - Я серьёзно.
        - Хорошо, - вздохнул я, - уедем завтра. Сегодня уже поздно, Кошечка моя. Мало ли что может случиться на дороге в темноте. Да и с Дедом мне, хотя бы попытаться встретиться нужно. Попробую завтра, с утра пораньше, скататься в Атлантис и его отыскать.
        - Я с тобой.
        - Конечно, конечно, - я чмокнул её в щёку. - Мы с тобой теперь, как ниточка с иголкой.
        - И все равно я ей не верю, - буркнула Кошка и прижалась щекой к моей груди, но через секунду отпрянула и спросила. - А почему ты меня в губы не целуешь? Страшная и старая, да? Небось, не окажись я рядом, то уже кувыркался бы с этой плоско…
        Я прервал её поцелуем и, не отрываясь от её губ, подхватил на руки, после чего опустился вместе с ней на кровать.
        Утро началось у нас ближе к полудню и со звонка гостиничного телефона.
        - Ну, что им там нужно? - сердито пробурчала Кошка, потянулась в кровати и резко спохватилась. - Не смотри на меня! Я сейчас такая страшная!
        «Как бы её от этого бзика отучить-то», - мысленно вздохнул я с грустью, потом чмокнул девушку в губы и ответил. - Не стану. Пойду, узнаю, что им от нас нужно.
        - Слушаю, - сказал я в телефонную трубку. Выслушав сообщение, я вернулся в комнату, где стал собирать разбросанную одежду. Кошка, за то время, пока я общался с администратором, успела перебраться в ванную и через дверь громко поинтересовалась:
        - Что они хотели?
        - Дед пришёл в гости, сейчас поднимется.
        - Кто? - дверь приоткрылась и в щель показалась голова Кошки с привычным уже завязанным полотенцем.
        - Дед… Петрович бывший. Я же говорил, что с ним, на встречу, и еду в Атлантис. Неужели забыла?
        Девушка несколько секунд сверлила меня взглядом, потом в щели показался её кулачок, которым мне погрозила, после чего, и рука и голова исчезли, а дверь захлопнулась.
        Через пару минут в дверь несколько раз несильно ударили.
        - Привет, Дед. Какими судьбами? Не поверишь - сам сегодня хотел ехать в стаб и там тебя поискать, - я протянул руку старому знакомому, когда он перешагнул через порог.
        - Здорово, Сервий. Да уж поверю, - хмыкнул он. - Крёстная ещё вчера ко мне в палату пришла и сказала, про тебя. Упомянула, что ты меня ищешь.
        - Кто? - нахмурился я. - А-а… Магдалена.
        Чёрт, вот не помню, чтобы ей говорил о своей цели визита. Врёт, что не может читать мысли? Или наша связь в самом деле существует? Ведь что-то же странное я почувствовал вчера, когда её увидел на пороге номера. И эта связь, помогает читать мои мысли.
        Хотя, вроде бы что-то Кошка выдала в момент гневной отповеди.
        - Она самая, - подтвердил мужчина.
        - А почему в палате?
        - Да вот попал под чужую пулю два дня назад. Но ты не волнуйся, всё у меня в порядке. Сегодня так и так выписывался бы.
        - Это хорошо. Проходи, Дед, за стол садись и показывай, что там у тебя в пакете лежит. И ещё кое-что, я тут не один, со мной девушка. Старайся поменьше говорить о моём прошлом и воздержись от комплиментов для неё.
        - Как скажешь, - собеседник выглядел после этих слов, немного удивлённым. - У меня тут пиво с рыбкой, как она к нему отнесётся?
        Я пожал плечами.
        - М-да, - покачал он в ответ головой. - Ладно, тогда без неё не начнём. Тут у меня зубатка, окунь, угорь для закуси. А вот Белая Ночь - тёмное пивко. Хохлы делают и к нам гонят. Вкусное, к слову, хотя если любишь с горчинкой, то вот тебе чешское. И ещё будвайзера цифрового взял, тоже очень хорошее пиво. Не знал, что ты не один, а то прихватил бы какое-нибудь дамское или конфет. Магдалена-то мне и не сказала.
        - Про неё особенно молчи, Дед, была она уже вчера у нас, и встреча вышла неприятная.
        - А что хотела?.. Молчу, молчу, - собеседник быстро коснулся пальцем своих губ. - Не моё это дело.
        Пока ждали Кошку, я успел поставить чайник, потом покосился на чуть засохший торт, который так и простоял на столе всю ночь, вздохнул и пошёл к телефону заказывать новый.
        Только когда девушка вышла из ванной, я начал разговор, в ожидании которого, гость весь изъёрзался на стуле.
        - Дед, ты ещё не бросил идею получить белую жемчужину?
        - Я? - вскинулся он. - Да ты что, Сервий? Время тикает, идёт, скоро Шерстинск опять пойдёт на перезагрузку, а у меня там дочка с внучком не родившимся.
        - И мне нужна она. Предлагаю создать команду.
        - Да я бы и не против, вот только снаряжения у меня нет нормального, - грустно сказал он. - И опыта. Дар и вовсе… эх, шелуха от семечек, а не Дар.
        - Для меня важнее, что ты готов идти до конца, всё остальное - ерунда.
        Ну да, мне нужна команда, где каждый человек знает, чего он хочет, и будет идти до конца, не испугается главного табу Улья - скребера. Проблемы могут возникнуть на линии дележки трофеев, но это меньшее, что меня пугает. Тем более, все охотники на этих мутантов (а мутантов ли? или местных, коренных жителей?) говорят, что меньше двух белых жемчужин, у тварей не бывает, средне - три-четыре. Примерно на пять убитых, у одного бывает и пять драгоценных, белых, перламутровых шариков.
        - Я до конца, Сервий, - твёрдо сказал он.
        - Что насчёт Дара… ты не испугаешься квазом стать? - сказал я и тут же отвесил себе мысленно здорового «леща». Какой чёрт меня дёрнул за язык в присутствии Кошки?
        - Квазом? - переспросил он. - Если нужно, то стану им, на попятный не пойду. Для меня это даже лучше всего будет. И сильнее, и быстрее, и твари не всякие нападают. Так и шансов забраться дальше станет больше.
        В этот момент опять затрезвонил телефон. Чмокнув Кошку в щёку, чтобы отвлечь от тяжёлых мыслей, если они у неё после моей фразы появились, я шепнул «сейчас буду» и встал из-за стола.
        Оказалось, что это прибыл мой заказ, только вместо торта, мне принесли коробку с десятком разных пирожных. По времени очень удачно вышло - чайник только-только вскипел.
        Налив Кошке чашку чая, положив пирожное и решив, что на этом можно ухаживание на время отложить, я вернулся на своё место и щёлкнул пробкой «белоночного» пива.
        - Вкусное, - кивнул я Деду, - чуть ли не квас. А крепость… хм, пять почти что.
        - Налей мне тоже, - попросила Кошка.
        - Ты же не очень любишь пиво? - удивился я.
        Та пожала плечами:
        - Другая жизнь - другие привычки.
        - Не грусти, Кошка, всё наладится. У Деда в тыщу раз хуже на душе, но он не раскисает!
        - Да я не раскисаю… так, хандра что-то напала. Не выспалась, может быть.
        - С недосыпа такое бывает, - подтвердил наш гость.
        - В общем, Дед, - сказал я, - предлагаю тебе место в нашей команде. Итогом нашего похода является получение нескольких белых жемчужин, одна тебе.
        - Так у меня экипировка слабовата для такого похода. Поиздержался я малясь, Сервий. Может, подождёшь чутка, с недельку, а? - с надеждой спросил он. - Я кое-куда наведаюсь, разживусь хабаром, подберу вещичку…
        - Экипировку я тебе дам, обеспечу живчиком и прочим, - перебил я его. - Это, во-первых. Во-вторых, никто не собирается прямо сейчас идти на скреберра. Я рассчитываю управиться за месяц. Перед основной целью, у нас будут несколько второстепенных. Только учти, Дед, мне нужно твоё крепкое слово, что ты будешь со мной до конца.
        - Так я уже…
        - Полная уверенность в тебе, - не обратил я внимания на его попытку заверения в своей надёжности. - Скреберр будет нас ждать в самом конце, а до этого, нам придётся побывать в десятках кластерах и стабах, повоевать, поохотиться, может быть… а, ладно, это не важно, можно будет потом обговорить. Мне, как и тебе, белый жемчуг нужен позарез. Даже в самом дохлом скреберре, минимум две жемчужины лежит, по одной нам с тобой.
        - Сервий, да как мне ещё тебя убедить, что я буду с тобой до конца?! - повысил голос дед.
        - Сервий, в самом деле, что ты одно, и тоже говоришь? - поддержала мужчину Кошка. - Сам же специально сюда приехал, за ним. Значит, уверен на все сто процентов.
        - Да я просто нервничаю немножко, - чуть улыбнулся я. - Вот и лезет словесный поток. - А ещё, у меня просто нет другого человека на примете, которому мог бы доверять в большей мере, чем кому другому. - Дед, у тебя дела в Атлантисе есть? Может долги или вещи?
        - Не-а, - тот отрицательно мотнул головой. - Всё своё ношу с собой, да и какие долги у неизвестно кого? Тут только за наличные верят.
        - Тогда через час отправляемся.
        - Через час? Ты же хотел продать вещи? - напомнила мне Кошка.
        - А кто говорил, чтобы мы поскорее отсюда укатили?
        - Ну, не так быстро.
        - В другом месте продадим, - сказал я. - Нормальных стабов хватает, машина надёжная. Только заправимся и рванём подальше отсюда, поближе к своим целям.
        - Я тогда на улице подожду, - предложил Дед.
        - Да, лучше на улице, - кивнула Кошка.
        - Да можешь и здесь, не стеснишь, - одновременно с ней произнёс я.
        - Не, не, на улице посижу с пивком, чего вам тут под ногами мешаться буду, - чуть усмехнулся мужчина и встал со стула. - Если и отойду, то недалече, Сервий.
        Когда он вышел, девушка села мне на колени, обхватила шею руками и поинтересовалась:
        - А я тебе, правда, нравлюсь?
        - Очень!
        - Тогда докажи, - прошептала она и потянулась ко мне губами.
        В общем и целом из гостиницы мы вышли спустя два с лишним часа, как нас оставил Дед. Втроём мы пошли на КПП к «выстрелу». И там нас ждал сюрприз и не сказать, что очень приятный.
        Когда я стал открывать бронеавтомобиль, то у соседней полноприводной дизельной «тойоты» распахнулась водительская дверь, и я увидел Магдалену, сидевшую за рулём этого внедорожника. Впрочем, не только я.
        - Этой тут что надо? - прошипела Кошка и машинально коснулась кобуры на поясе.
        - Привет, Сервий, привет, Кошка, Дед, - поприветствовала нас троих она.
        - Привет, Магдалена, - кивнули ей мы с Дедом.
        - Уезжаете?
        - Да, уезжаем. Что хотел - узнал, - сказал я. - Больше меня тут ничего не держит. А что случилось? Неужели, хочешь задержать?
        - Ничего подобного, просто, я с вами поеду.
        - Че-его?! - опешила Кошка. - С какой стати?
        - С той самой. Я вчера, вроде бы всё подробно пояснила. Я должна… мне нужно быть рядом с вами. Хотя бы какое-то время. Дальше же, будет видно.
        - Ни за что, - сердито произнесла Кошка. - Сервий, Дед, садитесь и поехали. Ничего интересного мы от этой не услышим.
        - Моя помощь вам пригодится в охоте на скреберра. Лучше меня, в вашей команде никто не подготовлен.
        «Жучки поставила вчера!», - мелькнула у меня мысль.
        - Не смотрите на меня так. Догадаться, зачем тебе нужен Дед, не составило большого труда. Его манию достать белую жемчужину для дочери в далёком кластере, который скоро пойдёт на перезагрузку, знают все. Потом я увидела кое-какие признаки перерождения в кваза у твоей подружки, - Магдалена не стала лишать себя удовольствия зацепить Кошку. - Ну, а совместить эти два пункта вместе, сможет даже первоклашка.
        На лице Кошки заиграли желваки, по щекам побежали красные и белые пятна от едва сдерживаемого бешенства.
        - Возможно, белая жемчужина поможет и мне, так что, я очень хочу поехать с вами, - продолжила девушка. - Не отказывайтесь.
        - Хоти дальше, - почти выплюнула фразу Кошка и забралась в броневик.
        - Сама видишь, Магдалена, что тебе тут не рады, - пожал я плечами. - Не с того тебе нужно было вчера начинать. Пожалилась бы, поплакалась в жилетку и Кошка сама заставила меня включить тебя в отряд. А так… - недоговорив, я развёл руками.
        - Я никогда не жалуюсь, - отчеканила собеседница, чуть помолчала и добавила. - Я всё равно поеду за вами, Сервий, учти это.
        - Да мне-то что? Только сравни нашу машину и свою, подумай, кому достанется на орехи больше и помни, что при опасности, я буду спасать свою команду, а ты в ней лишняя.
        Вырулив с КПП, я посмотрел в боковое зеркало.
        - Да едет, едет, эта придурочная, - буркнула Кошка, которая сама изгибалась в кресле, чтобы ловить изображение «тойоты», что держалась у нас на хвосте в сотне метрах. - Может, пальнуть по ней из пушки? Я умею уже ей пользоваться.
        - И прогреметь на все стабы как муры? - ответил ей из десантного отсека Дед. - Лучше не думайте об этом. Авось, сама отстанет.
        - Такая не отстанет, - ответила ему Кошка. - Чувствую.
        Глава 6
        - А вот теперь все внимательно смотрим по сторонам, - сказал я. - Мы выехали с территории, где условно безопасно. Сейчас мы в местах, где можем наткнуться на тварей любого ранга - от пустыша, до прокаченного элитника. Дед, ты за пушку садись… не, лучше не стоит, только снаряды сожжёшь просто так. Кошка…
        - Я поняла, - быстро сказала девушка и перебралась в салон, заваленный трофеями, на место оператора пушечного комплекса.
        - И не забывай про сенсорику, сканируй всё здесь.
        - На скорости тяжело, Сервий, - вздохнула она. - Попробую, но ничего не обещаю.
        - А мне что делать? - прорезался дед. Мужчине хотелось быть полезным, но пока что пользы он приносил слишком мало и от того чувствовал себя неуютно.
        - Пока сиди, время твоё ещё придёт.
        Не прошло и часа, как моё предсказание исполнилось. Сначала я услышал Кошкино:
        - Что-то непонятное впереди, кто-то…
        А потом её прервала пулемётная дробь по броне, одна из пуль ударила в бронестекло, оставив там непрозрачную крошечную кляксу. Чтобы совсем не испортили стекло неведомые муры, я опустил бронезаслонки.
        «Словно, птичка на счастье нам кинула», - мелькнула неуместная мысль при виде кляксы, потом крикнул. - Держитесь крепче!
        Ограждения на дороге не было, зато хватало зарослей ольхи, в которые бронеавтомобиль вломился на скорости километров сорок.
        Из-за спины раздался визг девушки, вроде бы совсем тихо выматерился Дед.
        - Я не вижу куда стрелять! - крикнула девушка. - Дорога мешает и кусты!
        Зато отлично видели нас неведомые стрелки, устроившие засаду на дороге. К первому пулемёту присоединились два или три автомата или ручника. Пули, застучали по броне, заставляя неприятно морщиться и непроизвольно вжимать шею в плечи.
        Ту-ду-дум! Ту-ду-дум!
        Басовито пророкотала наша пушечка.
        - Видишь? - крикнул я, лавируя среди крупных кустов или мелких деревьев (так сразу и не поймёшь с этой ольхой).
        - Нет, пробую по ощущениям.
        И тут машина провалилась в какую-то яму больше чем на метр. Мотор рыкнул, потом зарычал на бешеных оборотах, пытаясь вырваться из засады. Но тщётно.
        - Броневик, вездеход! - зарычал я, вторя насилуемому движку. - Уродство, млин!
        Ту-ду-дум!
        Сразу после очередной очереди из пушки, я активировал дымовые шашки.
        - Не стреляй! - приказал девушке. - Не жги снаряды!
        - А ты куда собрался?
        Выключив мотор, я подхватил автомат и взялся за ручку верхнего люка, так как яма мешала открыть боковые двери.
        - Попробую выщелкать этих гавриков вручную.
        - Я с тобой.
        - Кошка!.. Ладно, пошли, - я нервно дёрнул головой, ставя себе зарубку в памяти, чтобы после того, как выберемся из катавасии, как следует объяснить (может быть вновь с применением ремня) девушке, что в боевой обстановке приказы выполняются, а не оспариваются. Сейчас - это уподобляться глупым клише из фильмов, где в разгар боя или нападения монстров герои начинают выяснять отношения или признаваться друг другу в любви. - Дед, ты тогда бери пулемёт… нет, вон тот, без банки на стволе, и уходи немного назад. Из дыма иногда постреливай, но не лезь на рожон. Я сам всех сниму, а ты просто отвлекай внимание.
        Когда оказался на улице, то в нос ударил резкий запах химии. Видимость была равна нулю, и пока выбрался к границе дымового облака, то раз пять споткнулся о пеньки и поваленные деревья.
        - Ты не лезь, - я присел на корточки и посмотрел на девушку. - Слышишь? Сиди тут, я всё равно далеко не стану отходить.
        - Хорошо, - кивнула она с кислым выражением на лице. Поняла, что дальше показывать характер не стоит. Хотя, по словам Магдалены, здесь ещё и мой магнетический дар работает… м-да. Чёрт, она же за нами ехала, что с ней?
        Непроизвольно я посмотрел назад, на дорогу, но дым застил большую часть обзора и джипа не увидел.
        Стрелки к этому моменту приутихли. Вполне может быть, что какая-то часть сейчас подкрадывается к нам.
        - Где ты их чувствовала?
        - Там, - девушка указала почти точно напротив нас, только через дорогу. - Пятеро, меньше двухсот метров. Четверо сейчас медленно идут сюда. И там было пять или шесть, - она махнула назад. - Сейчас не ощущаю их совсем, наверное, далеко.
        - Угу, если что почувствуешь, говори по рации, - сказал я. - Не забывай про неё.
        Заставив в висках забить далёким барабанам, я бегом помчался вперёд к высокой дороге, которая поднималась над полем, заросшим ольхой метра на два.
        Противников я увидел через несколько секунд после того, как залёг на обочине, укрывшись за высоким бурьяном. Городских и дорожных служб в этом мире нет, поэтому никто не окашивает траву и кусты, а за месяц и больше, пока не произойдёт очередная перезагрузка, растительность вымахивает о-го-го насколько.
        Так, вот и они, те гады, которые попортили краску на машине и бронестекло. Идут парами, двое вооружены АКМС, один СКСом что ли, не могу разобрать, уж слишком много на оружие навешено всего. У третьего в руках «ручник» РПК с парой коричневых, обмотанных чёрной изолентой, магазинов. Пара автоматчиков, и пара карабин-пулемёт. Сейчас до них метров сто с небольшим, на такой дистанции запросто услышат стук затвора и звук выстрела, несмотря на всю бесшумность АК-9. Придётся опять накладывать отвод взгляда и дополнительно активировать прицельную стрельбу. К слову, в Парадизе я нашёл несколько роликов в сети, как советуют новичкам включать свои умения. Вроде бы ничего плохого в этом нет: постукивать зубами, прищуривать глаз, шевелить пальцами на ногах или прищёлкивать языком и так далее, но как представил, сколько всего нужно мне делать, так не удержался от смеха. Почему-то сразу всплыли из памяти просмотренные анимешки, где герой перед тем, как атаковать или защититься, начинает что-то кричать вроде «нефритовый стержень входить в яшмовую пещерку», при этом чуть ли не танцуя, как в индийских фильмах,
сопровождает пассами рук и ног. Хорош же был бы я, если не смог бы обойтись без всего этого. Вот прям представил: сижу сейчас в траве и начинаю моргать, щёлкать языком и шевелить пальцами в ботинках. Угагашеньки просто. Хорошо, что изначально подсознание всё решило за меня, превратив удары пульса в висках во что-то похожее на барабанный бой, и тем сильнее он звучит, чем больше я активирую умений. Ну, и болезненнее становится, срок действия снижается у каждого, если долго находятся в работе.
        Щёлк! Щёлк!
        Пока размышлял, автоматная парочка немного вырвалась вперёд, и я воспользовался тем, что пулемётчик со своим напарником выпал из поля зрения товарищей. Правда, где-то позади сидит их пятый, скорее всего, с винтовкой или пулемётом вроде ПК, судя по отметине на стекле, которую простой «пятёркой» и даже акаэмовской «семёркой», если там пуля не с калёным сердечником, не посадишь.
        Две пули - две дырки во лбах.
        Автоматчики даже не заметили ничего… ан нет, вот один машинально дёрнул рукой к левому плечу, где висела коробочка радиостанции с витым проводком к уху. Потом оглянулся назад и машинально посмотрел на группу деревьев немного правее.
        Щёлк! И с небольшим запозданием еще раз - щёлк!
        Всё, с этим отрядом покончено, снимаю снайпера и к машине.
        Совсем неожиданно загрохотал пулемёт Деда. Выпустив короткую, патронов на пять-семь очередь, оружие замолкло. Только миг спустя до меня дошло, что товарищ занял позицию и приступил к выполнению приказа.
        - Что ж он долго-то так ковырялся, - пробурчал я под нос. - Или это я такой резкий?
        Мощный шестикратный прицел приблизил деревья так, что возникло ощущение, будто достаточно было протянуть руку и можно будет отломить веточку. До них было чуть более двухсот, а с оптикой расстояние ушло в никуда практически. К слову, всяческие бинокли, прицелы, монокуляры и так далее. В общем, всякая оптика, построенная на преломлении, рефракции и что там ещё в этом разделе физики работает, ничуть не мешали мне пользоваться своим снайперским Даром. Сквозь линзы я чётко видел «нить». А вот с электронными прицелами - увы, я превращался в простого стрелка в девяти случаях из десяти. Почему-то, крайне плохо контачил Дар со столь сложной техникой.
        Стрелка я нашёл через минуту, когда тот пошевелился в своём гнезде. Маскировка у противника на мой не самый опытный (но и совсем уж детсадовским тоже не был) взгляд была первоклассная. Он не только замаскировался сам, но и повесил вокруг кусочки масксети, визуально увеличив крону, и потерялся в ней в своём костюме.
        Щёлк!
        А ещё привязался к дереву.
        Когда моя пуля вошла ему в голову, он сначала качнулся назад, ударился о толстую ветку и потом медленно повалился вперёд. Сорвавшись с насеста, он повис на коротком метровом шнуре, закреплённом где-то на уровне лопаток.
        Вновь загрохотал пулемёт, на этот раз выпустив две длинных очереди.
        - Сервий, тут твари появились. Много! - крикнул он в рацию. - Вижу пустышей, бегуны, кажись, и несколько лотерейщиков. Штук двадцать всего. Они к машине девки твоей лезут.
        - А сама она где?
        Под «твоей девкой» он подразумевал Магдалену, другого варианта просто быть не могло. Но почему «моей», никак что-то от Кошки услышал… вот же болтушка вредная.
        - Сервий, я чувствую, наверное, мутантов, где-то позади нас, почти на самой грани восприятия, - следом за Дедом в канале прорезалась девушка.
        Если на самой грани, то это около трёх сотен метров, дальше Кошка не видит.
        - Все к машине! - скомандовал я. - Живее!
        Дым рассеялся наполовину. Всё ещё висел облаком среди деревьев, но контуры их и машины уже были видны достаточно чётко.
        Когда я увидел, куда свалилась машина, то не сдержал ругательства. Какая-то с… самка собаки выкопала среди ольховых зарослей неглубокую яму, буквально на пяток тракторных ковшей и свалила туда мусор. Пластиковые мешки под весом тяжёлого бронеавтомобиля смялись, и он встал градусов под сорок вверх кормой.
        - Дед, - я нажал на тангенту, - ты скоро?
        - Уже почти на месте.
        Когда он оказался рядом с машиной и вопросительно посмотрел на меня, я отдал ему указание:
        - Цепляй лебёдку хоть куда и вытаскивая тачку. А я с Кошкой стану прикрывать.
        - Как скажешь, командир.
        Для стрелковой позиции я выбрал ольху потолще с кучей толстых веток рядом с машиной, забрался примерно на пару метров, встал в удобную развилку и стал высматривать тварей. Кошка расположилась подо мной и по рации слала ориентировки.
        - Пятьдесят метров по нашему следу трое бегут, - шикнула радиостанция, вторя женскому бубнежу под ногами.
        С указанными мутантами разобрался в пять выстрелов, после чего отщёлкнул наполовину пустой магазин и вставил новый.
        - За ними метров сто ещё трое или четверо… прямо из поля идут больше дести, до них метров под двести…
        Пустыши просто шли и шли на шум, создаваемый Дедом, который с грехом пополам вытаскивал машину из ловушки. И падали от моих пуль, чаще всего после первой же, раскалывающей им череп. Трое лотерейщиков так же не принесли больших хлопот.
        - Сорок метров со стороны поля, кто-то есть, - прошипел микрофон.
        Я повернул автомат в ту сторону и никого не увидел.
        - Уже ближе… он один.
        - Не вижу! - крикнул я, не отрывая взгляда от прицела. Целился на такой короткой дистанции через механику, даром, что между оптикой и ствольной коробкой имелось порядочное расстояние. Для большего удобства у меня и вращающийся подщёчник имелся на рамочном прикладе оружия.
        - Метров двадцать пять, точно напротив нас! - рацию заглушил голос девушки. - По нашему следу ещё трое идут! Пятьдесят метров!
        Бросив на полсекунды взгляд в сторону, я увидел простых пустышей, возможно, бегунов, и опять стал выискивать невидимку. Некстати в памяти проскочил эпизод с элитниками на трассе, когда под удар попал отряд из Атлантиса. Их так же не было видно до самого мига нападения. Если здесь такая же тварь, то паршиво.
        - В машину! - я левой рукой коснулся тангенты. - Дед! Кошка! В машину и там закрыться! Живо!
        Девушка что-то снизу пробурчала недовольное, но увидев моё перекошенное от злости лицо, пискнула и бегом унеслась к броневику, который уже более-менее вылез из ловушки. Через десяток секунд я услышал, как лязгнули запоры на дверях.
        - Он совсем рядом! Метров пятнадцать, сместился левее от тебя, - прошелестела рация. От греха подальше, чтобы она меня не выдала, я её совсем отключил. Автомат на ветку, в руку револьвер с магнумовскими патронами. Почти из точно такого же я зачистил приснопамятное шоссе. У моего нового ствол был подлиннее разве что, марка «смит-вессон» и пять патронов вместо шести.
        До самого последнего момента я так и не видел тварь, среагировал на жужжание сервоприводов пушечного комплекса и резко обернулся. Учитывая, что мутант оказался уже рядом с машиной, толку в пушке я не видел, тут уже только из бойницы стрелять.
        Словно услышав мои мысли, кто-то из товарищей открыл задвижку и высунул наружу кончик ствола автомата.
        Рубер, а именно эта тварь и сыграла в кошки-мышки с нами не хуже, чем я со своим Даром, отскочил от бойницы и запрыгнул на крышу.
        Он был ростом метра два, с длинными по-обезьяньи руками, украшенными вместо нормальных пальцев с ногтями, костяными кинжалами. Всё тело было покрыто серо-коричневыми бляшками брони, которые едва заметно шевелились после каждого движения мутанта. На морде настоящая костяная маска, закрывающая её полностью. Небольшие глазки едва угадывались под массивными надбровными щитками и блямбы на месте носа, растёкшаяся аж по щекам.
        Торопящиеся к бронеавтомобилю пустыши, резко дали по тормозам при виде такой «панцервафен», несколько секунд топтались, едва слышно урча с сожалением, и повернули назад.
        Мне же было интересно, как такая гора мышц и костей с черепаховой бронёй смогла подкрасться почти вплотную к «выстрелу». Ольховые заросли не настолько густы, да и травы здесь нет высокой, все соки вытягиваются деревьями, так, растёт кое-что, но низкое и редкое.
        Какая-то уникальная тварь или, может, ранее это был иммунный, который сначала превратился в кваза, а потом и вовсе обесчеловечился на все сто, не только внешне, но и внутренне? Вроде бы в Атлантисе я читал статьи, что неуёмное употребление жемчуга и живчика может к такому привести. Правда, без примеров.
        Между нами было метров пятнадцать и, дождавшись, когда мутант повернётся ко мне спиной, я навёл «нить» в один из «зайчиков» на споровом мешке и спустил курок. Отдачей высоко подкинуло руку, так как стрелять пришлось с одной, второй же удерживаясь за дерево. Но пуля попала куда и хотел, в одно мгновение превратив смертоносную машину в агонизирующую гротескную обезьяну с панцирем вместо шерсти. Хех, уже в дохлую обезьяну. Всё, затихла тварь.
        - Готово, - я включил рацию и успокоил товарищей, - тварь мертва. Кошка, есть ещё кто рядом?
        - Рядом нет, больше двухсот метров назад к дороге есть толпа, ближе никого, - отрапортовала она и первой выскочила на улицу.
        - Режь мешок, - кивнул я на рубера.
        В ответ девушка скривилась так, словно ей в рыболовном магазине под нос тазик с опарышами поднесли.
        - Привыкай, это теперь часто придётся делать, - сказал я и повернулся к мужчине, который следом за девушкой выбрался наружу. - Дед, возвращайся к лебёдке, уже немного осталось.
        Через десять минут «выстрел» окончательно выбрался из ямы. Развернув его, я покатил по своим следам обратно.
        - Куда? - вопросительно посмотрела на меня девушка.
        - Нужно посмотреть, что там с Магдаленой.
        - С кем? Зачем она тебе нужна? - процедила она сквозь зубы и стала буравить меня взглядом. - Её мутанты уже сожрали, а если и нет, то нам проще - отстала наконец-то.
        - Отстала и попала в беду - это не одно и то же. Кошка, заканчивай ревновать, я еду человека спасать.
        - Она не человек, ты видишь, что липнет к тебе, придумала сказочку про Дар…
        - Кошка! - повысил я голос.
        - Ну и ладно, - буркнула она. - Ещё увидишь, что я права.
        Девушка перебралась в салон и заняла место оператора пушечного комплекса. М-да, как бы она не пальнула по особистке.
        Ту-ду-дум!
        Очередь раздалась почти сразу же, как только я подумал.
        - Что там? Куда стреляешь? - крикнул я.
        - По мутантам.
        - Отставить! - рявкнул я. - Там одна мелочь. Снаряды дороже стоят.
        Остатки тварей добили в два ствола Дед и Кошка, которых я выгнал наружу из броневика. Пусть привыкают видеть врага лицо в лицо. Опасности от начальных заражённых практически нет, их можно ножом перебить или клювом даже.
        Потом отправил Кошку потрошить споровые мешки, Деда поставил на её охрану, а сам пошёл к джипу. Когда подошёл вплотную, то увидел не только отверстия от автоматных пуль, но и две крупных дыры в передней стойке и в крыше. Явно последствия от стрельбы моей спутницы. Кстати, рядом только один пустыш лежит с оторванной рукой по самую ключицу. Он истёк кровью за полминуты от такой страшной раны.
        Девушки внутри джипа не оказалось. Не было и следов крови.
        - Магдалена! - я приставил руки рупором ко рту и крикнул как можно громче. - Магдалена!
        Ко мне так никто и не вышел. Может быть, она лежит совсем рядом раненая, среди густой травы на обочине или в кювете, но на поиски уйдёт много времени, а это опасно. На шум могут примчаться родственники невидимки. Не чувствовала бы Кошка такую антипатию к Магдалене, то мог бы попросить её просканировать местность и указать живых, а там просто посмотрел бы кто именно - мутант или особистка. Вот только сомневаюсь, что моя подружка пойдёт навстречу. Логика женская та ещё штука, наплюёт на опасность, но правды не скажет.
        - Собрали? - спросил я у девушки и, получив её утвердительный кивок, скомандовал. - Тогда в машину и погнали отсюда поскорей, пока кто посильнее на огонёк не заглянул.
        На дороге напротив четвёрки трупов я притормозил и покинул броневик, приказав смотреть по сторонам. Промчался сайгаком по траве кустам до мертвецов, обобрал их и рванул обратно.
        В целом мы с учётом трофеев и добытого хабара у мутантов, оказались в плюсе. Пятьдесят споранов из тварей, пять горошин и одна чёрная жемчужина, которой наградил уникальный рубер. Плюс, два АКМ, РПК и СКС в пластиковом обвесе с небольшим трёхкратным прицелом и даже сошками, которые совсем не мешали удерживать оружие, когда были сложены.
        В минусах: сбитая краска на одном борту, повреждённое стекло - хорошо, что в уголке и сильно не мешает - и потраченные боеприпасы. Обидно, что часть из них оказались пушечными снарядами, которые очень дефицитные. Пока запас имеется, но такими темпами его надолго не хватит.
        После засады муров, наша команда ещё раз встряла в передрягу и на этот раз её нам устроили мутанты. Этих тварей в заброшенном и давно перезагрузившемся посёлке было несколько сотен - пустышки, лотерейщики, топтуны. Дед божился, что видел тварь, которая была или матёрым рубером, или молодой элитой со свитой из тварей лишь немного слабее себя.
        Пострелять нам там пришлось изрядно. Я только-только сожалел о сожженном десятке снарядов, а тут следом истратили больше полусотни! Автоматные патроны, которые сжигал Дед, расстреливая тварей через бойницу, шли на сотни.
        Пока выскочил с кривых и тесных улочек посёлка, где было невозможно разогнаться, каждый из нашей троицы приобрел не один десяток седых волос.
        - Нам танк нужен, - вздохнул Дед, когда твари остались позади, а мы выскочили на ровную накатанную грунтовку. - Чтобы давить гусеницами и расстреливать эту мразь из десятисантиметровой пушки. Чёрт, да у меня раз пять вся жизнь пролетала перед глазами, когда к нам на крышу прыгали уроды и путались в колёсах.
        - Они нам пушку повредили, Сервий, - сообщила самую неприятную новость Кошка. - Она замолчала, хотя моторчик работает и крутит ствол.
        - Танк нам неоткуда взять, - хмуро произнёс я. - Ничего, надеюсь, на стабе найдём мастеров.
        - И у тебя всегда так, Сервий? - поинтересовался мужчина.
        - Нет, таких эпичных драк и настолько часто почти не бывает.
        За спиной фыркнула девушка. Наверное, вспомнила наши приключения в оазисе среди черноты, зачистку бункера. Или побег от внешников. Или… хватало у нас на двоих приключений, да и я рассказал о себе немало, ей есть с чем сравнивать.
        - Это просто случайность, - повысил я голос. - Больше такого точно не будет, - и потом уже совсем тихо себе под нос добавил. - Сегодня, по крайней мере.
        Глава 7
        Новый стаб, один из редких и последних оплотов цивилизации, так сказать, носил название - Рубенг.
        Когда-то десятилетия назад, это был огромный хлебоприемный пункт, с несколькими длинными гаражными ангарами на десятки единиц грузовиков, с элеватором и сушилками, молотилками и несколькими одноэтажными домами барачного типа, построенных ещё пленными немцами из шлакоблоков и оштукатуренных на каркасе из тонких реек. Позже дома привели в порядок, использовав материалы со строительных баз, выбрасываемых во множестве в Улей. Перестроили ангары и сушилки, получив двухэтажные жилые здания. На самой высокой точке зернового элеватора, поднявшегося ввысь более чем на двадцать метров, был установлен наблюдательный пост. Толстые стальные листы и узкие бойницы защищали сидящих там даже от очереди из «корда», а хорошая оптика и электронные приборы наблюдения за местностью в любое время суток и при любых погодных условиях не позволяли ни тварям, ни врагам подкрасться к стабу.
        Огромным плюсом Рубенга была бетонно-кирпичная стена, поднимающаяся на добрых четыре метра над землёй, и за многие и многие годы лишь местами покосилась, да бетон в плитах стал шелушиться.
        Местность вокруг стаба на несколько километров охранялась автопатрулями на пикапах. Один из таких нас остановил и расспросил о целях и всем тем, что мы видели по дороге, после чего радировал на ворота о гостях, то есть, нас.
        Въезд был примечателен: кроме привычных блоков на бетонке метров за сто от въезда, местные сделали из двух весовых отсеков «вход и выход», перекрыв каждый откатными воротами из толстенной арматуры с двух сторон.
        - Торговать? - спросил один из солдат на въезде, одетый в натовский камуфляж с яркой красно-кирпичной раскраской и АКМС на плече. Или даже не спросил, а уточнил, так как патрульные при мне передавали в рацию о моей команде и целях поездки в Рубенг.
        - Угу, - подтвердил я. - А без торговли не пустили бы?
        - Почему же? - удивился тот. - Всех пускаем, только проверяем. А что цель спрашиваем, так то приказ начальства. Статистику, типа, ведут посещения.
        - Понятно.
        - Езжай, только тихо, в ворота не врежься. Не откроют вторые, пока первые не закроются. И пушку не тронь.
        - Да она не работает, - признался я. - Мутанты повредили в одной из деревушек, куда нас дорога привела. Их там охренеть как много было.
        - То-то смотрю, машине досталось немало от когтей мутантов, - собеседник окинул ещё раз взглядом бронеавтомобиль. - Далеко это было?
        - Километров семьдесят проехали точно до вас потом.
        - А-а, это ерунда, - с облегчением махнула он рукой. - Там тебя ещё особист притормозит, после него кати со своим танком на стоянку тяжёлой техники.
        - А переночевать где можно будет?
        - Он всё скажет, тут у нас вариантов не много, - стало видно, что солдат уже потерял ко мне интерес.
        За воротами я столкнулся с местным ментатом-особистом, который проверил по своей картотеке меня с командой, после чего отправил на спецстоянку, предупредив, что тяжёлое оружие, которым был наполовину завален салон джипа, могу продать только в одном магазине стаба или покупателю со специальным разрешением от администрации.
        Заселились в тесные, но уютные номера на первом этаже бывшей зерновой сушилки, перестроенной в гостиницу. Ламинат на полу, чистые рельефные флизилиновые обои, пластиковые сверкающие потолки, небольшие люстры со светодиодной подстветкой, пластиковые многокамерные пакеты на окнах, тепло- и шумоизоляция стен - всё это создавало нужную степень комфорта. Плюс большие полутораспальные кровати, высокие шкафы, зеркала, стулья с мягкой обивкой и гнутыми ножками и спинками, крошечная кухня с микроволновкой, мойкой, индукционной плиткой, круглым столиком и удобным стулом, телевизор с метровой диагональю с проигрывателем для дисков и флешек. Стопка одних и горсть других лежали рядом на телевизионной тумбочке и большей частью внутри. Все диски были лицензионными в оригинальных боксах, на флешках имелись надписи: комедии, комедии-2015, ужасы, эротика, эротика-XXХ, боевики-2014 и 2015. Среди дисков, которые я из любопытства просмотрел, примерно треть была из жанра для взрослых.
        - А мне здесь нравится, - сообщила мне Кошка, когда мы собрались в кафе через двадцать минут после заселения. - Так бы и осталась навсегда. Только жалко, что тут всё скученно в одном месте и зелени мало.
        - Неделю или две вполне можем себе позволить проживание, а потом всё равно придётся уезжать. В принципе, я сам чувствую себя защищённым и спокойным, нигде до этого такого чувства не было. А ведь здесь практически Фронтир, так сказать. Налететь может кто угодно - от орды мутантов, до внешников и муров.
        - И ещё атомиты, - внёс свою лепту в список опасностей для Рубенга дед. - Меньше сотни километров до границы с рад-кластерами.
        - Радиация - бр-р, - Кошка передёрнула плечами и поёжилась, словно по её коже прошёлся холодный ветерок.
        - Нам радиация не опасна, помнишь, что я говорил? - успокоил я её. - Достаточно свежей дыхательной маски, хотя бы плотной ватно-марлевой или медицинской из аптеки. Да и в целом, даже с попаданием в тело радиоактивной ерунды, знахари помогут от неё избавиться.
        - Что-то атомитам этого не скажешь, - покачал головой Дед. - Я в сети видел ролики и фотки про них, так там уродцы почище, чем в питерской кунсткамере.
        - Я вообще знахарям не верю, шарлатаны они, - со злостью произнесла Кошка. - Ничего не могут.
        - Не скажи. Лечат они здорово и с Дарами помогают хорошо. Открывают их, подсказывают, как лучше владеть своей новой способностью. Но не всё им по силам, тут только к Великому Знахарю обращаться.
        - А я слышал, что это всё сказки, нет никакого Великого, - произнёс Дед.
        - Ты ещё вспомни тот разговор, когда мы ехали в автобусе в Атлантис, - хмыкнул я, - особенно про золотую жемчужину.
        - Ну…
        Тут нашу беседу прервала официантка, молодая женщина примерно тридцати лет, невысокая с крепко сбитой фигурой, с короткими волосами, стянутыми в хвостик на затылке и прикрытыми белым платком, лицо у неё было приятное, круглое, с пухлыми щёчками. В своём сарафане и фартуке с платком да ещё с такой фигурой, она здорово напоминала героинь советских фильмов. Именно таких - губастеньких пышечек любили показывать на экранах, выставляя их, как настоящих советских гражданок, работящих крестьянок и рабочих. И всё это в противовес типажу стройных дворянок и буржуинок, любящих спорт от тенниса до конской езды.
        Приняв от нас заказ, она ушла на кухню, предупредив, что придётся пять минут подождать до первого блюда.
        После этого разговор потух, а когда у нас на столе появились первые тарелки с одуряюще-вкусно пахнувшими блюдами, все мысли переключились только на еду.
        - Вкусно, но дорого, - подвёл через двадцать минут итог Дед.
        - Ну, так пока мы команда, за обеды и постой плачу я, - сказал я в ответ. - Так что, неправильно ты, дядя Фёдор, хвалишь, нужно говорить просто - вкусно!
        Дед, хмыкнул и продолжать тему не стал.
        После плотного перекуса потянуло в сон, и я уже собрался вернуться в номер, чтобы сдаться в плен подушке с одеялом, как рядом с нашим столиком нарисовался незнакомец.
        Мужчина был высок и худощав, ниже меня на полголовы, но из-за своей сильной худобы казался ростом вровень со мной, пока не встали рядом друг с другом. Носил серые джинсы, клетчатую рубашку с завёрнутыми рукавами, на ногах были кроссовки с толстой подошвой. Лицо слегка вытянутое с большим количеством мелких морщин, словно постоянно хмурился или смеялся, от чего те и появились. Правда, сейчас выражение было подчёркнуто нейтральным.
        - Здравствуйте, - первым поздоровался он. - Меня зовут Метла, я один из торговцев и граждан Рубенга. Разрешите с вами рядом присесть.
        - Привет, - кивнул я. - Да, конечно, - когда он примостился на стул, который взял от соседнего пустующего стола, поинтересовался. - Догадываюсь, что речь пойдёт о товаре, который мы привезли?
        - Всё так и есть. Не против прямо сейчас назвать примерный ассортимент и сказать, что хотели бы получить? Если, разумеется, имеется такое желание. Меня в первую очередь интересует тяжёлое оружие.
        - Станковый автоматический гранатомёт, миномёт «поднос» и пара пулемётов пэка. Патронов к пулемётам полно, к гранатамёту и миномёту заряды имеются, но не особо много. Ах да, чуть не забыл, - тутвспомнил ещё кое-что, - есть шайтан-трубы. Как одноразовые, так и нормальные с некоторым количеством выстрелов к ним. Плюс, автоматы, эсвэдэ, пистолеты, патроны к ним, ручные гранаты. Меня же в первую очередь интересуют патроны к винторезу и двадцатитрёхмиллиметровые снаряды.
        Карие глаза собеседника алчно блеснули, когда я сообщил про миномёт и гранатометы.
        - Спецпатроны я вам найду, э-э…
        - Сервий.
        - … найду вам их, Сервий. А вот со снарядами к пушке ситуация у нас сложная. Самим не хватает, не прочь прикупить был бы у вас. Но вижу, что продавать не желаете.
        - Не-а, - мотнул я отрицательно головой.
        - Жаль, жаль, - вздохнул он. - За пушечный комплекс со снарядами вы могли бы получить немало.
        - Не продам, Метла, никак. Самому нужно.
        Вот же нашёл я себе неприятности на ровном месте. Как бы местные горячие парни не пожелали экспроприировать моё добро, когда окажусь за стенами стаба.
        - Да ничего, ничего, - замахал он руками. - Это я привык видеть во всём товар, вот и сорвались мои мысли с языка. Хочу спросить, а когда сможете подъехать ко мне, чтобы расчёт провести?
        - Или вечером или завтра утром. Сейчас извини, но с командой отдохнуть хочу, устали мы после долгой дороги.
        - Ой, если вечером посетите мой магазинчик, то каждому вручу по подарку от фирмы, - заулыбался он, отчего морщины собрались в пучки лучиков.
        - А магазин как найти?
        - Тысяча мелочей от Моисея, именно так он называется. Моисей не я, - всё так же улыбаясь, открестился собеседник. - Так, пришлось имя к общему названию. А стоит он совсем рядом с капэпэ, над ним натянут тросик с треугольными разноцветными флажками.
        Да уж, название магазина не блещет оригинальностью даже с библейским именем.
        - А-а, - я вспомнил, что видел краем глаза нечто такое, - знаю.
        - Ну, раз первоначальные договорённости достигнуты, то оставлю вас вкушать отдых, - Метла встал из-за стола, раскланялся, вернул стул на прежнее место и ушёл.
        - Моисей не Моисей, а есть в нём что-то еврейское.
        - Дед, ты антисемит, никак, - фыркнула Кошка.
        - Я? - мужчина, было, возмутился, но потом пожал плечами, почесал макушку и произнёс. - Хотя, чёрт знает… вообще-то, все беды в мире от жидов, история это показывает.
        - Плевать на жидов и антисемитов, - сказал я и поднялся со стула. - Я к себе и спать… ау-у-э-э, - и, не сдержавшись, протяжно зевнул.
        Следом за мной стало корёжить лица товарищей. Недаром говорят, что зевота заразна, порой даже просто читая о ней, и то машинально тянет на зевки.
        Только я устроился на кровати, на прохладной, вкусно пахнувшей свежестью простыне, как в дверь кто-то тихо постучал.
        - Да? - крикнул я и машинально взялся за револьвер, который перед сном положил рядом с кроватью на низкую тумбочку.
        - Сервий, это я, - раздался голос Кошки. - Можно к тебе?
        - Уже открываю!
        Через несколько секунд я распахнул дверь и впустил в комнату девушку, которая пришла в большом рыже-коричневом махровом халате, полы которого подметали пол.
        - Что-то случилось?
        - Извини, - девушка уставилась в пол и покраснела, - не хотела тебя беспокоить, просто… просто, не получается мне нормально уснуть без тебя… не вижу тебя и мне сразу беспокойно становится. И дар мой плохо помогает… можно, я рядышком полежу?
        Вместо слов я подхватил тихо взвизгнувшую Кошку на руки и вместе с ней направился к кровати…
        Магазин Метлы практически ничем не отличался от подобных торгующих оружием и снаряжением в нормальном мире… кхм, мирах. Разве что тесноват оказался. Оружие, одежда, экипировка и всё прочее чуть ли не в два слоя (одежда, всяческие ремни, разгрузки, котелки с биноклями) закрывали стены. Кое-что висело даже на потолке. Стояли стеллажи с огнестрельным и холодным оружием, мимо которых их владельцем были оставлены узенькие проходы. Каждый автомат, топорик или нож, которые были легко доступны для покупателей, имели петельку из тонкого стального тросика или витого резинового шнура со стальной проволокой внутри. Просто так снять что-то и спрятать в карман, пользуясь теснотой и кучей мёртвых зон, было крайне сложно.
        - Я очень рад, что ты решил потратить на меня своё время, Сервий, - заулыбался Метла, когда увидел нашу честную компанию у себя в магазине. - Я уже приготовил специальные патроны, и пятые, и шестые.
        - Шестые мне нужны, Метла.
        - Хороший выбор, хороший, - кивнул тот. - Самое то против брони мутантов, да и муров, если те надевают броню, шьют в лёт. И сколько нужно?
        - Тысячу. И две сотни для такого револьвера, - я медленно вытянул из кобуры свой ручной «слонобой», выдвинул барабан и вытряс на ладонь патроны. Один из них вручил собеседнику, остальные вернул в гнёзда и убрал оружие на место.
        - Хм, хм, - Метла чуть нахмурился, покрутил в пальцах патрон. - Редкая штука в наших краях. Уж на что валовские спецпатроны встречаются нечасто, а эти натовские для револьвера и вовсе вроде золотой рыбки в деревенском пруду.
        - То есть, нет?
        - Нету, извини, - развёл руками он, и вернул патрон, который я убрал в карман куртки. - Может, что-то другое нужно? У меня тут, как в Одессе - есть всё!
        - Нужно. Костюмы или накидки для посещения зараженных радиацией кластеров, хорошие маски, а то не хочется вдохнуть пыль, после которой превращусь в тварь, хуже чем кваз. М-м, тепловизор помощнее, метров семьсот чтобы точно просматривал, - я стал перечислять Метле всё то, в чём нуждался наш отряд в будущей охоте на мутантов. - И ещё кое-что.
        Практически всё озвученное, за исключением пары уж очень экзотических вещей в магазине нашлось. Покупки Метла со своим помощником уложил нам в матерчатые мешки, после чего вручил каждому по большим наушникам, у которых над каждым «ухом» торчала толстая антенна размером с указательный палец Кошки, может быть, чуть-чуть потоньше.
        - Усилители тихих звуков и защита от громких. Вещь невероятно надёжная и удобная для охоты на тварей. За десятки метров уловит шорох травы под чужими ногами и ослабит собственный автоматный выстрел. Да, выглядит не очень, и привыкнуть нужно, но пользы принесут такие наушники очень много, - проникновенно сообщил Метла. - И это те самые подарки, что я обещал.
        Цену за купленные боеприпасы с одеждой и снаряжением Метла вписал себе в бухгалтерскую книгу, после чего попросил прямо сейчас отправиться за нашим товаром. Наши затраты, к слову, вполне божеские, обещал вычесть из выплаты на миномёт и гранатомёты.
        Благодаря какой-то карточке, которую Метла показал на стоянке, где торчал наш «выстрел», бронеавтомобиль охрана разрешила выпустить в город, до магазина нашего спутника, благо, что он находился чуть ли в пределах видимости от КПП стоянки.
        - Сервий, ей-ей, не пожалеешь, что мне продашь всё это стреляющее железо, - веселился Метла, пока я рулил к его «Тысячам мелочам от Моисея». - А я утру нос одному местному уроду. Он думает, что выбил себе льготную торговлю и покупку всего, чего его душеньке угодно. Ха-ха, как бы, не так!
        Всё с ним понятно, как с и причиной, почему он чуть ли вьётся вокруг нас, покинул рабочее местечко и сидел, ждал в кафе, пока мы не перекусим. Банальная конкуренция.
        После очистки салона от стреляющего товара, мой кошелёк раздулся, как шарик от гелия. Ещё никогда не доводилось держать при себе столько споранов и особенно гороха. Именно в последнем и шёл расчёт, так как сумма была весьма и весьма круглая. И даже вычет из неё покупок не сильно уменьшил. Да, у меня были жемчужины, которые одни стоили примерно, как весь ассортимент магазина Метлы, но их я для употребления держал (и додержался…чтобы тем уродам-внешникам, которые забрали последнюю жемчужину, маску бракованную на складе выдали перед проходом через портал из родного мира в Улей… если, конечно, я их при побеге не отправил на тот свет). Сейчас меня, с учётом жемчужины из рубера и гороха, только что вырученного, можно считать миллионером по меркам Земли.
        Жаль вот только, что сомнения меня грызут в том, что научники согласятся за эти миллионы продать ещё одну инъекцию для Кошки для замедления обращения в кваза. Иногда в голову ко мне приходят пугающие мысли, что и особые жемчужины, ради которых я собираюсь устроить охоту на рад-мутантов, обитателей Института могут не заинтересовать. Я их стараюсь гнать и надеяться на лучшее.
        Ночью номер Кошки пустовал, так как девушка осталась у меня, не собираясь ни на минуту упускать меня из вида.
        Мало того, пусто было и у Деда. Почему так случилось, я смог узнать только утром, когда наша команда собралась за завтраком. Глядя на довольное, какое-то мечтательное выражение на лице товарища, я поинтересовался:
        - Дед, у тебя сейчас такая физия, как у кота, который обожрался сметаны и сейчас сидит и вылизывает себе кое-что, не при дамах будет сказано.
        Кошка на этих словах зафыркала, чуть не подавившись.
        - Ну, сметаны не сметаны, а сравнение с котом близко, - подмигнул мне мужчина. - Не при дамах будет сказано.
        - С мартовским, - развеселилась девушка. - Поздравляю, Дед. Официантке устроил, наверное, страстную ночь, - сказала она и зачем-то толкнула меня локотком в бок.
        - Да ну, - отмахнулся он рукой, - она там и рядом не стояла. Тут же бордель есть, а там такие красотки! - он чмокнул губами и закатил глаза под лоб. - М-ца! Модели! Спортсменки! Комсомолки! Только, как куклы какие-то неживые, заведённые. И подмахивают, и стонут, и всё на свете знают и делают, что попросишь, а в глазах пустота какая-то. Не знал бы я, как выглядят наркоманки, то подумал бы, что ширнутые они.
        - А можно про эти подмахивания не за столом? - нахмурилась Кошка.
        - Ты же сама эту тему начала, - напомнил я ей.
        - Сама начала, сама и заканчиваю, - пробурчала она. - Без меня поговорите… потом… как-нибудь.
        После завтрака я с Кошкой отправился искать мастера, о котором нам вчера сказал Метла, когда я пожаловался на испорченную пушку на «выстреле». После того, как договорился с ним о ремонте нашего пепелаца, на обратном пути до гостиницы, я увидел зоомагазин.
        - Давай зайдём? - предложил я своей спутнице.
        - Зачем? Хомячка себе хочешь купить, чтобы, когда в салоне машины места под ружья не останется, ты ему за щеки патронов насыплешь? - засмеялась она.
        - Очень смешно, бе-бе-бе, - я показал ей язык. - Кошку хочу купить.
        - Кошку? Зачем тебе кошка?
        - Или кота. Для охоты на тварей. Заражённые от вида кошаков дуреют, как итальянцы от своей пасты, а французы от лягушек. Поставим клетку на видном месте и станем отстреливать мутантов, когда они на крики животинки станут идти.
        - Жалко, - вздохнула она.
        - Зато для нас безопасно. Да и ничего ему грозить не будет, - пообещал я. - Всех заражённых я отстреляю ещё на подходе.
        Вроде бы, поверила.
        Магазин на удивление был просторным и завален всевозможными видами домашних питомцев с любимцами. От паука до змеи! Про всяких рыбок, птичек и черепашек я промолчу, как о чём-то стандартном.
        За письменным столом, на котором стоял полный офисный комплект - монитор, принтер, телефон, подставка с бумагами и какими-то брошюрками, сидела моложавая женщина с очень короткой стрижкой, придававшей ей сходство с мужчиной. Мало того, волосы были выкрашены в фиолетовый цвет. Карие глаза продавца посмотрели на нас с большим интересом.
        - Добрый день, молодые люди, - поздоровалась она первой. - Что-то конкретное интересует?
        - Здравствуйте. Да, кошка.
        - Какая-то особая порода?
        - Без разницы, желательно, чтобы голосистая была. Мяукала погромче.
        - Вы её с собой на охоту желаете взять? Так понимаю? - догадалась собеседница. Наверное, не я первый такой умный сюда заходил с похожей целью.
        - Да, - подтвердил я.
        - Тогда, думаю, вам порода не важна. Я сейчас покажу вам, что у нас есть, - пройдите сюда, - женщина встала из-за стола и поманила к себе. Через десять шагов мы оказались в небольшой кладовке, в которой витали сильнее ароматы псины и помёта, которые не могли перебить освежитель воздуха и особые пахучие наполнители для туалетных лотков.
        В комнатке вдоль стен в несколько ярусов стояли клетки с кошками и собаками декоративных пород, всяческие шпицы, болонки, той-терьеры и прочие. Заселённых клеток было менее трети, кошек в два раза меньше, чем собак.
        - Смотрите и подбирайте, - женщина провела рукой вдоль клеток и встала у стены рядом с проходом, облокотившись на неё плечом.
        При нашем появлении все собаки дружно вскочили на лапы, кто-то передними опёрся на мелкоячеистую сетку. Первым подал голос какой-то той-терьер и вслед за ним затявкала вся собачья половина магазинной живности.
        Среди кошек были и голожо… - кожие сфинксы, и пушистые коротконогие «белки», даже увидел короткохвостого «пикси», который выглядел, как обычная дворовая кошка. То, что это не жертва деда с топором, а настоящая и дорогая порода я понял по лапам, которые животинка вытянула, потянувшись, лёжа на спине, и выпустив коготки. У пикси-боба пальцев больше, чем у любой нормальной кошки.
        Одна из кошек, когда я прошёл мимо, негромко заурчала и зло покосилась на меня. Худая, с длинными лапами, средней длины чёрной шерстью и узкой мордочкой. Заинтересовавшись, я остановился и постучал пальцем по сетке… и едва успел убрать его, когда по сетке с той стороны ударили острые когти и одновременно с этим раздался злобный «мяв».
        - Её! - я указал пальцем на клетку с чёрной злобной тварью.
        - И вот эту, - секунду спустя произнесла Кошка. Моя подруга опустилась на корточки рядом с клеткой, в которой сидела пушистая кошка с густой длинной шерстью белоснежного окраса и голубыми, какими-то нереальными глазами и ярко-розовым носом.
        - Обеих станете брать? - уточнила продавщица.
        Я кивнул.
        Ну, а что? Чернавку может какой-нибудь мутант слопать до того момента, как я успею его пристрелить. И Белянка пусть радует мою Кошку, может, девушке легче станет на душе, перестанут посещать тяжёлые мысли. И потом, когда есть за кем присматривать, ухаживать, то и о себе начинаешь заботиться, появляются мысли о том, кто же сможет помочь тем, о ком заботишься, если тебя не станет.
        - Белая дорогая, очень редкая порода - лайф-муа. Кластер, откуда она к нам попадает, перезагружается редко, а больше поблизости кусочков того мира с жилыми поселениями нет.
        - Не дороже денег, - ответил я. Споранов и гороха хватало, чтобы не подсчитывать дебет с кредитом и не торговаться ради пяти копеек.
        Кроме кошек, пришлось купить переноски для каждой, мешок сухого корма, несколько банок с кошачьими консервами, большую клетку для их постоянного проживания, лоток, наполнитель, миски и многое другое.
        Практически все покупки пришлось нести мне. Кошка же взяла на руки белый пушистый комок и всю дорогу гладила и что-то тихо приговаривала. Моя покупка, упрятанная в матерчатую толстую переноску, застёгнутую на все имеющиеся «молнии», злобно урчала не хуже заражённого мутанта. Почувствовала, что ли, какую я ей судьбу уготовил или сама по себе злобная тварь? Что-то я уже желаю ей окончить жизнь в чьей-то пасти, так она меня достала своим неприятным голосом.
        Следующие три дня наша команда просто отдыхала. Дед раз пять наведался в бордель к тем «странным» проституткам. Кошка играла с, э-э, кошками (чёрная к ней легко привыкла и позволяла чесать пузо и за ушком, расчёсывать щёткой шерсть, а вот меня сразу же наградила глубокими царапинами во всю ладонь за попытку погладить), а я искал всю доступную информацию по ближайшему рад-кластеру.
        Когда от мастера, который возился с нашим бронеавтомобилем, поступил звонок, что с техникой и вооружением всё в порядке, я сообщил своим размякшим в тепле и безопасности товарищам:
        - Завтра выезжаем, готовьтесь.
        Глава 8
        Вроде бы, что такое сотня километров для исправного автомобиля? Тьфу, в среднем около часа не напряжной дороги. Даже на таком многотонном неторопливом транспорте, как мой «выстрел».
        Но вот в Улье эти сто километров - что прифронтовая полоса. Здесь в любой момент можно нарваться на отряд муров, элитника со свитой или матерого одиночку, на беспилотник внешников и многое, очень многое другое. Вот потому у нас ушло три часа, чтобы добраться до границы радиационного кластера.
        - Маски, - громко произнёс я и включил фильтро-вентиляционную установку, которая была установлена в бронеавтомобиле. К слову, на единственном броневике из всех, что я затрофеил у вояк. Не хватало ещё набрать в салон опасной пыли.
        Кошка с Дедом нацепили на себя медицинские маски, специальные, а не просто кусок ткани с ватой или несколькими слоями марли, пропитанной дезраствором. Эти имели специальную мембрану-фильтр в пластиковом каркасе, сама же маска была из какой-то особой ткани, плотной, непроницаемой и практически не жаркой. Закрывать лицо, пока в машине, нужды не было, поэтому маски просто болтались на шее у каждого. Натянуть их на лицо - это дело одной секунды.
        - Сервий, справа к нам движется группа, человек десять, - сообщила Кошка.
        - Человек? - уточнил я.
        - Ой, не знаю, - смутилась девушка. - Может и мутанты, до них чуть-чуть меньше двухсот метров.
        Я машинально бросил взгляд в ту сторону: кустарник и поле трех-четырёхметрового борщевика. Ничего не видно.
        - Из машины не высовываться, - произнёс я, останавливая броневик и натягивая на лицо маску.
        - А… - тут же заволновалась моя спутница и последовала моему примеру, закрыв дыхательные пути.
        - Я рядом буду. С крыши посмотрю, кто там такой резкий. Вдруг, рубер какой из матёрых с жемчугом. Или элитник.
        - И не мечтай, - разбил мои мечты поживиться ценным хабаром, не заезжая глубоко в отравленные радиацией территории, Дед. - Не будет элитник или рубер в такой тмутаракани обзаводиться большой свитой.
        - Умеешь же ты настроение «поднять», - буркнул я, тоном выделяя последнее слово, после чего взял автомат и быстро вышел из машины, тут же закрыв дверь. Перед тем, как забраться на крышу, я погрозил пальцем Кошке, по лицу которой понял, что она собирается последовать за мной.
        Оказавшись наверху, я присел на оружейный модуль и прикоснулся к тангенте радиостанции, подумав попутно, что стоит поискать аппаратуру, которая включается от голоса:
        - Кошка, смотри по сторонам, чтобы больше никто к нам не подошёл.
        - Хорошо, - буркнула та.
        Обнаруженную девушкой группу заражённых, я увидел сразу. Да и сложно было пропустить вид ломающихся развесистых кустов борщевика. Они рвались в мою сторону с грацией носорогов, сметающего на своём пути всё и всех.
        «М-да, были бы живыми, то, скорее всего, сдохли бы от отравления и ожогов», - подумал я и нервно передёрнул плечами, представив сколько ядовитого сока льётся на тела мутантов сейчас.
        Один за другим включились дары Улья, зарокотав барабанным оркестром в висках. Нить протянулась от меня в заросли на поле, где стали иногда проскакивать солнечные «зайчики», показывая уязвимые места противников. И судя по их размерам и количеству, к дороге рвётся какая-то мелочь, бегуны, может полусозревший лотерейщик или топтун. У них почти всё тело - это поражаемая зона для тяжёлых пуль повышенной пробиваемости из моего автомата.
        Щёлк! Щёлк! Щёлк!
        Привычно захлопал глушитель, застучал затвор, пахнуло сгоревшим порохом. А где-то впереди стали падать те, кто не так давно ещё был обычным человеком. На десяток целей я истратил весь автоматный магазин до донышка. Убил не всех, но сейчас это и не нужно, всё равно, словив пару пуль в организм, они уже не смогут преследовать броневик. А мне того и нужно. Не хочу добраться до места с хвостом из низкосортных тварей.
        «Это ж надо, - усмехнулся я про себя, - спорановых мутантов уже низким сортом считаю».
        - Сервий! Почти оттуда же ещё один идёт! Метров двести! - внезапно прозвучал в наушнике девичий голос.
        Я мигом отщёлкнул магазин, вставил на его место полный и вскинул оружие к плечу. Стихшие барабаны зарокотали вновь и гораздо сильнее, до головной боли.
        Несколько секунд я всматривался до рези в глазах в зелёное море борщевика, растянувшееся не менее чем на километр от дороги до ближайшей лесопосадки и на многие километры вдоль шоссейки. И никого не видел, только ворочались, ломая толстые трубчатые стволы сорняка мои подранки, отвлекая и мешая сосредоточиться.
        - Не вижу никого, - ответил я Кошке спустя десять секунд, на несколько мгновений отняв одну руку от оружия.
        - Он замер, смотрит, наверное.
        - Или целится, - в канале прорезался встревоженный голос Деда. - Сервий, лез бы под броню и двигали мы б дальше, а? Чё глаза мозолить на крыше.
        В принципе, один из моих Даров сейчас скрывает меня от чужих глаз, но с другой стороны Дед прав - нечего рисковать.
        - Иду к вам, - произнёс я, - под скрытом. Не дёргайтесь.
        Перед тем, как открыть дверь и забраться в салон, я постучал по колесу, стряхивая основную массу пыли с ботинок, чтобы не тащить ту внутрь и рисковать.
        - Всё ещё чувствуешь его? - поинтересовался я, запуская двигатель.
        - Да. Стоит на месте, - ответила девушка. - Как думаешь, кто это?
        - Да кто угодно. Охотник за хабаром, выслеживающий заражённых и увидевший, как быстро расправились с небольшой стаей, решивший спрятаться в кустах и воспользоваться случаем - убить того, кто пойдёт резать споровые мешки или забрать их содержимое, если бросят и уедут. Или матёрая тварь, услышавшая машину, опознавшая в броневике кое-что опасное для себя и затихарившаяся, чтобы не попасть под раздачу, - ответил я и тронулся с места. - Или вообще неизвестно что или кто. Это ж Улей, тут чёрт голову сломает в попытках разгадок уравнений с неизвестными.
        Пока я нашёл удобное место для засады, пришлось три раза останавливаться и стряхивать с хвоста мелкие группы заражённых, так и липнувших к нам. И каждый раз поблизости, в паре сотнях метров от броневика крутился одиночка. Один раз я сумел его засечь в тепловизор.
        - Это элитник, зуб даю, - сообщил я товарищам, поймав тепловую сигнатуру неизвестного преследователя. - Прямо так и пышет в приборе жаром!
        - И чему радоваться-то? - проворчал Дед, боязливо посмотрев в маленькое бронированное окошко. - Для него наша броня, шо яичная скорлупка.
        - А то, что это элитник! - повторил я. - А мы зачем сюда приехали? За жемчугом! осталось только подловить тварюшку и дело в шляпе.
        - Как бы нас не подловила, - продолжил гнать тоску мужчина.
        - Дед, заканчивай канючить. Если ты с такими мыслями сидишь, когда рядом элитник крутиться, то как себя будешь чувствовать в засаде на скребера? - одёрнул я его. - Та-то тварь элитников гоняет как мы пустышей.
        - Извини, Сервий, - криво улыбнулся тот, - нашло что-то. Тут, - он слабо ударил себя в левую половину груди кулаком, - сидит что-то тяжёлое, давит. Как бы не оставить мне вас по независящим от меня причинам.
        - Дед, блин, кончай, говорю!
        До вечера нам удалось обустроить место для засады и для приманки. Вокруг себя поставили несколько лазерных сигналок, запитав те от нескольких автомобильных аккумуляторов. Кто бы ни решил подкрасться к нам, он в тридцати метрах обязательно пересечёт невидимый луч. В основном, придумка против зараженных, помогает даже от элиты, которая достаточно умная, но определить в нескольких шестах, между которыми ей придётся пройти, опасность, не способна. А люди не настолько нам опасны, по крайней мере, именно мне. Не станет никто портить дорогой бронеавтомобиль с пушечным комплексом, решат выкурить его пассажиров. А с помощью своего дара отвода чужих взглядов и бесшумного оружия я имею все шансы разобраться с такими охотниками до чужого добра почти без риска для себя.
        Для кошачьей клетки я сделал из тонких совмещающихся трубок треногу высотой в три метра, на которую подвесил клетку с чёрной бестией. Кошка, моя девушка в смысле, напрочь отказалась заниматься этим. Ей стало жалко животное, которое льнуло к девичьим рукам. Белую и вовсе запретила отдавать на съедение. Поэтому пришлось мне самостоятельно вытаскивать из переноски чёрную кошку и запихивать в клетку из крупноячеистой сетки. Ох, и досталось мне! Даже не смотря на перчатки.
        Самое интересное началось позже. Зависнув почти на трёхметровой высоте, кошка сжалась в комок и затихла.
        - Эй, а ну кричи, сволочь! - я несколько раз хлопнул ладонью по треноге, заставив клетку закачаться. - Ори!
        Куда там! Приманка как чувствовала, что будет в случае, если подаст голос. Не помогла и вода, которой я её облил.
        - Не хочет орать, - буркнул я, вернувшись в машину и сдёрнув маску. - Сволочь.
        - Может, ей бензинчика плеснуть под хвост? - предложил Дед. - Или одеколончика, а? У меня есть. Тут хошь не хошь, а завизжишь. Или пальнуть в воздух.
        - Я тебе самому плесну, - пообещала ему Кошка и зло сверкнула взглядом. - И вообще, не хочу я, чтобы Багира пострадала.
        - Багира? - хмыкнул я. - Быстро ты раздала имена. А эту как окрестила? - я кивнул на белую кошку, которая сейчас млела на коленях моей подружки.
        - Белочка.
        Тут же заржал Дед:
        - Г-гы, к нам пришла белочка! Гы-гы! Дождались, ё-маё!
        - Дураки, - рассердилась девушка, увидев, как я весело оскалился после простенькой шутки своего товарища.
        Звуком выстрела привлекать внимание к засаде я очень сильно не хотел. Нет, заражённые точно бы услышали, у них слух ого-го какой! Но вместе с ними могли на огонёк заявиться атомиты, на чьих территориях я решил побраконьерить. А этих личностей я желал увидеть меньше всего, уж очень о них нелестно отзывались все, с кем я на ихнюю тему общался. Даже муры получили от них меньше нелестных комплиментов, чем изувеченные радиацией иммунные.
        - Можно записать на диктофон кошачье мурлыканье и включить на полную громкость на улице, - вдруг сказала Кошка. - И не придётся отдавать на съедение никого.
        - Мысль интересная, что ж ты раньше не сказала, - вздохнул я. - Сейчас диктофон найти чуть проще, чем добраться до Луны.
        - А телефон тебе на что?
        - Там карты, - возмутился я. - Не дай боже он повредится, когда мутанты набегут. Если только что на твой записать, у тебя он хороший, большой и голосистый.
        Сотовый телефон был у каждого из нас, так как мобильная связь работала почти на каждом большом стабе, и можно было не только между собой переговариваться, разбежавшись по улицам по своим делам, но и общаться с посторонними, например, с торговцами, позвонив в магазин. Я пользовался тем аппаратом, который мне выдал Хома. Кошка приобрела себе какую-то новейшую брендовую модель с мощным аккумулятором, большим экраном и сотнями (не преувеличиваю) приложений. Правда, она пользовалась вне стабов в основном только играми, и чаще всего это было ухаживание за домашним мультяшным питомцем вроде пресловутого кота Тома.
        - Вот ещё, я свой не дам ни за что! Вон у Деда тоже есть, - возмутилась девушка.
        - Да легко, - произнёс он с хитрым выражением на лице и достал из кармана кнопочную модель с небольшим чёрно-белым экранчиком. - Только тут диктофона нет, знаю точно.
        - Кошка… - я не договорил и посмотрел ей в глаза.
        Та закусила губу и отвернулась.
        - Кошка, - повторил я, - только твой телефон и остаётся. Или тебе не жаль Багиру с Белочкой? А на следующем стабе мы тебе новый купим или на каком-нибудь свежем кластере возьмём ещё лучше.
        - Инициатива любит инициатора, - захихикал Дед.
        - Дед! - повысил я голос и тот тут же сделал каменное лицо, легонько при этом шлёпнув себя по губам.
        Девушка метнула на того сердитый взгляд, потом нехотя достала свою навороченную модель мобильника, включила и разблокировала по отпечатку пальца, после чего протянула мне.
        - Теперь вопрос весь в том, как записать голос кошака, - задумчиво произнёс я.
        - Нет ничего прощё, - подсказал Дед. - Тащишь обратно в машину ту чёрную бестию и начинаешь её тиранить. Вон она как орала, когда ты её из переноски в клетку перекладывал.
        - Хм, годится, - кивнул я. - Спасибо, дед.
        - Да не за что. Кстати, ты бы в этот момент своим даром воспользовался, и руки были бы целыми. Все ж тупеют, когда ты пропадаешь с их глаз, морозятся - делай что хошь.
        - Где ж ты был такой умный полчаса назад, - съязвил я.
        - Да мне только что эта мысля в голову пришла, - развёл он руками.
        - Пришла она ему. Ладно, сидите, - произнёс я, натягивая на лицо маску и касаясь дверной ручки. - Я быстро.
        Выбравшись наружу под скрытом, я добрался до треноги, где быстро снял клетку с кошкой, которая с лютой злобой зыркала на меня, сжавшись в комок и распушив шерсть. При этом широко раскрывала пасть, но не издавала ни звука.
        - Повезло тебе блохастая, а то бы ты у меня хрен пережила нападение тварей, - погрозил я исцарапанным кулаком пленнице.
        Как и предположил Дед, оказавшись в машине, кошка тут же начала злобно орать и бросаться на стенку клетки, когда я приближал к ней свою руку. На телефон рядом она не обращала внимания, а тот исправно записывал её шипение и какое-то утробное демоническое завывание. Я такие звуки даже по весне от дерущихся котов не слышал. А уж те такие концерты под моими окнами задавали, что ой-ё-ёй.
        - Всё, Сервий, хватит, - примерно через минуту «слушания солистки на кастинге» произнесла Кошка. - Можно поставить на постоянное проигрывание и всё.
        - Как скажешь, - кивнул я, соглашаясь с ней и отключая телефон. - Показывай, как тут что работает.
        Аппарат занял в клетке место чёрной кошки, которая была перемещена обратно в переноску. Так как заниматься этой неблагодарной и опасной работёнкой мне было жутко неохота, то решил спихнуть всё на Кошку.
        - Только проработает телефон с колонками на максимальной громкости не больше двух часов, точнее, - она посмотрела на экран, - час сорок. Когда установишь клетку на место, то нажми на «плей», а пока сейчас там пауза. Понял?
        - Да уж не дурак, дорогая, - хмыкнул я, забирая клетку с телефоном и возвращая маску на лицо.
        - И смотри, чтобы с ним ничего не случилось! - крикнула она мне вдогонку.
        - Угу.
        Когда нажал на воспроизведение звука перед тем, как поднять клетку на трёхметровую высоту, то показалось, что телефон просто невероятно оглушительно орёт. Но вернувшись к машине, которая стояла на небольшом холмике в семидесяти метрах от приманки, кошачий мяв заметно притих. Думаю, что с двухсот метров придётся сильно прислушиваться, чтобы его уловить. Как бы не вышло, что зазря старался. Одна надежда на тонкий слух заражённых и их маниакальную страсть к кошачьему мясу.
        - Кошка, я на крышу, - произнёс я в рацию. - Посматривай по сторонам.
        - Хорошо. Пожалуйста, будь осторожен.
        - Обязательно, - улыбнулся я, почувствовав теплоту в груди от той искренней тревоги, что прозвучала в голосе девушки.
        Броневик замаскировали срубленными ветками деревьев и молодыми сосенками, которых на соседнем поле было полно, так что обнаружить машину, стоящую на открытом месте, для мозгов зараженных будет непросто. А запах постарался отбить специальным спреем, кстати, разработанным Институтом. На несколько часов любая вещь или человек, который им будет обработан, станет пахнуть примерно, как слабый лотерейщик или кусач.
        Забравшись на крышу «выстрела», я занял уже привычное место на пушечном модуле, положил на колени автомат, уже снятый с предохранителя, и стал ждать результата.
        И он вскоре появился.
        Не прошло и десяти минут с момента включения записи, как в рации раздался взволнованный голос Кошки:
        - Сервий, сзади нас идёт большая толпа крупных живых - заражённых или людей. И слева почти такая же группа. А справа опять одиночка засветился. До всех около двухсот метров. Одиночка стоит на месте, а группы очень быстро приближаются.
        - Уже вижу, - ответил я, - спасибо.
        По нашим следам пёрла толпа заражённых голов в тридцать. Слева, разбившись на две группки, видимо на более развитых и менее, с дистанцией между собой не больше десяти метров, бежала на запись кошачьего концерта значительно более крупная толпа, голов так под сорок.
        Вскинув автомат и активировав способности Улья, я начал быстро отстреливать мутантов, которые могли раскрыть наше укрытие. Последнего свалил метрах в двадцати от броневика. После этого сменил магазин и развернулся в сторону второго отряда мутантов, который вот-вот достигнет треноги с музыкальной клеткой, которая не только звучала как кошка, но и пахла ею.
        Щёлк! Щёлк! Щёлк! Щёлк!..
        Тяжёлые девятимиллиметровые пули очень часто пробивали зараз по два тела простых заражённых, которые ещё не обзавелись непробиваемыми ничем костяными пластинами. Благодаря этому я сумел не допустить к Кошкиному телефону тварей.
        Следующую группу я увидел задолго до сообщения девушки. Было до них метров пятьсот. Сначала увидел, как ломается молодой ельник в дальнем конце поля, в центре которого я поставил приманку. Даже успел обрадоваться, что на огонёк заглянул кто-то из сильно развитых. Но когда из-за деревьев на чистое пространство вывалилась толпа тварей, среди которых каждый восьмой ещё сохранил верхнюю часть одежды и все без исключения ещё имели остатки растительности на голове, от сильной досады сплюнул.
        И что самое плохое, их было очень, очень много. Навскидку - под сотню.
        - Я отойду, народ, - нажав тангенту, сообщил в радиостанцию. - Пойду, отключу телефон.
        Добежав до треноги, я сдёрнул клетку с мобильником и быстро его отключил. Кошачий мяв умолк, но тихо не стало, так как теперь рядом звучали звуки шагов сотен ног и надсадное урчание.
        Положив телефон и автомат рядом с треногой, я снял с пояса небольшой «клюв», больше похожий на киношный ледоруб, с которым киногерои штурмуют Шамбалу и попутно прорубают головы нехороших парней. Тратить патроны на тварей жуть как не хотелось, а как представил, что мне предстоит делать через минуту, так комок тошноты подкатывал к горлу.
        «Не люди они… они не люди, - начал я себя успокаивать и морально накачивать перед предстоящей мясорубкой. - Просто твари, хуже животных. И они хотят меня убить, Кошку убить!».
        Внезапно в наушнике прозвучал недоумевающий голос девушки, о которой я мгновение назад думал:
        - Сервий, они уходят. И одиночка убежал. Возвращайся в машину, вдруг они испугались элитника?
        «Элитника больше того, который крутится рядом с нами и всё никак не попадёт в прицел? Да это же здорово!», - чуть не сказал я. И тут мой нос ощутил посторонний запах, прорвавшийся сквозь вонь грязных тел мутантов, которых я перестрелял буквально у самой треноги.
        - Кисляк, ма-ать! - выдохнул я и тут же схватился за рацию. - Запускай машину! Дед! Живее заводи броневик и ко мне. Здесь кисляк пошёл!
        В канале тут же раздалась забористая брань, сплетаемая моим спутником.
        Сломав дверцу клетки, я достал из неё телефон, сунул тот в карман куртки и со всех ног бросился к холмику, где зарокотал двигатель «выстрела».
        А кисляком пахло всё сильнее и сильнее. Примета не просто гадкая, а гаже некуда - назревала быстрая перезагрузка.
        Наконец, машина тронулась с места, сбрасывая маскировку. Оказавшись рядом со мной, она затормозила, пассажирская дверь начала приоткрываться. В проёме показалось испуганное лицо Кошки. Что примечательно - без маски.
        - Лицо закрой! - крикнул я. - И дверь! - потом нажал на кнопку радиостанции. - Дед, минуту постой так, я хочу сверху посмотреть окрестности и понять, откуда ползёт туман.
        - Понял, - отозвался тот. - Только ты уж поскорее определись, лады?
        - Лады.
        Я белкой взлетел на высокую крышу броневика, приложил бинокль к лицу и стал искать второй признак перезагрузки кластера - непроницаемую стену молочно-белого тумана, который всегда идет следом за химической кислой вонью. Через полминуты я спрыгнул на землю и полез в машину, бросив Деду, ещё не закрыв дверь:
        - Гони на десять часов. Во всю мочь.
        - Сервий, перезагрузка? - посмотрела на меня немного испуганно девушка.
        - Она самая, - кивнул я. - И что самое поганое, туман идёт со всех сторон.
        - Если со всех, то зачем нам туда? - мрачно поинтересовался Дед, нервно крутя рулём, объезжая ямки и кочки, которые успел увидеть.
        - Там разрыв небольшой в паре километров. Или мелкий не перегружаемый кластер, или такой же крохотный стаб. Извини, присматриваться было некогда. Туман уже везде стал появляться, Дед. Рядом с нами не заметно, но вдалеке смотрится, как дымка.
        Попали мы в ситуацию, которая может стать для всех нас смертельной. Угодив на кластер во время перезагрузки, любой иммунный или исчезал, или сходил навсегда с ума. Помочь ему не мог ни один Целитель, живчик и даже специалисты из Института. По крайней мере, о таком я не слышал и не читал в местном аналоге интернета.
        - Вокруг нас сотни тварей, Сервий, - сказала Кошка. - Бегут в том же направлении, что и мы.
        Вон, даже мутанты понимают, что перезагрузка - это смерть.
        В мутное окошко, на котором стали оседать капельки влаги, я иногда видел заражённых, бегущих в одном с нами направлении. Иногда они выскакивали чуть ли не перед носом, заставляя Деда делать резкие повороты, чтобы не наехать на них.
        - Да не объезжай ты их, Дед! - крикнул я. - Время только терять…
        Мы успели въехать на безопасную локацию буквально в самый последний момент, когда клубы туманы как-то резко сгустились, и так пахнуло кислятиной, что даже пробилось к нам в салон, несмотря на работающую фильтровентиляционную установку.
        Местом, куда бежали заражённые и неслись мы, оказалось - как и подозревал - крохотным стабом, перекрёстком, возникшим на стыке четырёх кластеров. И был это глубокий овраг, с покатыми склонами, заросшими черёмухой, кустами лесной малины и плетями ежевики. «Выстрел» на полном ходу снёс кривое деревце, оказавшееся на его пути, и как каскадёрская машина в прыжке ухнул вниз… прямо на головы множества заражённых, скопившихся на не таком и большом кусочке безопасной земли.
        - Твою… млин! - охнул я, больно прикусив язык и ударившись локтём о бронированный борт.
        - Всё, мы встали, - сообщил минутой позже Дед, закончив материться. - Застряли напрочь.
        - Там элитник, - прошептала побледневшая девушка, уставившись в боковое окно. - Большой.
        - Матёрый, - поправил я её машинально, следом за своей подругой увидев огромную тварь, к которой боялись приблизиться прочие мутанты даже в такой ситуации. Вокруг элиты было свободное пространство радиусом метра полтора.
        - Справишься? - почему-то шёпотом спросил Дед. - Или пушку наводить?
        - Не успеешь - он быстрее доберётся. Да и кажется мне, ничего мы ему не сделаем своими двадцатью миллиметрами, - ответил я товарищу, рассматривая высшую точку развития среди заражённых.
        Огромная тварь ростом метра в четыре с бульдожьей мордой и торчащими наружу кривыми остроконечными зубами. Тело покрыто костяными пластинами и бляшками серо-коричнево-зелёного цвета. Глаз почти не видно из-за нависающих надбровных костяных наростов. Со лба по переносице и носу идёт то ли очередная пластина, то ли бивень что немного смахивал на «соплю» индюка, который закрывает дыхательные пути у монстра. Ушей нет, а вокруг слуховых отверстий торчит несколько костяных выростов размером с мой кулак. Каждая рука (или лапа) чудовища будет с меня размером и вооружена костяными мечами, растущими прямо из косточки на запястье. Или это очередной бивень? Интересно, он не мешает владеть твари пальцами или клинок в меру подвижен и больше относится к конечности, чем к шипу?
        В общем, облик у тварюшки тот ещё, мне даже интересно от кого она произошла. Тут же почти сплошные черепаховые панцири и броня броненосца со слоновьими бивнями и носорожьими рогами. Может, на заражённого так радиация повлияла?
        - Я сам разберусь, а вы тут сидите, и не отсвечивайте, - произнёс я. - Справлюсь, не впервой мне с такими нос к носу сталкиваться.
        Почему элитник спокойно стоял и смотрел на броневик, этого я не знал. Для него сантиметровая броневая сталь, что для меня с ножом в руке - банка вкусных консервов. Вон всякая мелочовка пытается попасть в машину, тычась в бронестекло, царапая его и борта отросшими ногтями, которые уже стали превращаться в звериные когти. А это спокойно стоит и смотрит. И ещё кое-что… я просто уверен на сто и один процент, что вот эта образина и есть тот самый одиночка, который крутился вокруг нашей машины с момента, как вошли в зону радкластеров.
        Кошка с безумными глазами вцепилась в мой рукав и что-то лепетала, прося остаться с ней и уверяя, что в «танке» нам ничего не грозит. У неё настолько перемкнуло в голове, что никаких резонных доводов в этот момент она не принимала и не понимала. Когда мне удалось, не без помощи Деда, освободиться от хватки девушки, та вдруг завыла, да так надрывно, что у меня морозом по коже продрало, несмотря на тёплую погоду.
        - Кошка, милая, всё со мной будет хорошо, - я прижал ладони к её щекам и приблизил своё лицо к её, - обещаю. Разве я тебя обманывал в последнее время, с момента, как встретились с тобой? Всё будет хорошо.
        Та затихла и вдруг заплакала, резко, без перехода. Слёзы потекли по её лицу, оставляя дорожки на щеках, пачкая мои пальцы.
        - Сервий, шёл бы ты уже, а? Разберись с тварью поскорей и возвращайся, - негромко произнёс Дед, который удерживал девушку за плечи. - Всё ж больше пользы будет, чем сейчас резину тянешь. А я тебя подстрахую из пушки ежели чё.
        - Ты её страхуй, - покачал я головой. - Смотри, чтобы не выбралась наружу.
        - Лады, - кивнул он. - Как скажешь.
        - Пошёл, - сказал я, и положил ладонь на ручку правого верхнего люка.
        Кошка зарыдала ещё сильнее и потянулась ко мне. И Деду пришлось с тихим чертыханием удерживать её, вместо того, чтобы контролировать мой выход наружу.
        Привычно зарокотали барабаны в висках, когда я распахнул люк и подтянулся вверх, выбравшись до пояса наружу. Несколько тварей, забравшихся на крышу машину, тут же впали в ступор, через пару секунд пришли в себя и стали бестолково топтаться на месте, не видя меня и постоянно на мгновения теряя сообразительность, когда их взгляд падал на меня, прячущегося под невидимостью. Двое из них даже сорвались вниз, рухнув на головы мутантам. Один вроде бы успел встать на ноги, а вот второй скрылся за телами заражённых, десятки которых скребли машину, сдирая ногтями и когтями краску.
        Мне хватило нескольких секунд, чтобы осмотреться по сторонам и потом я полностью выбрался наружу, захлопнув люк за собой.
        Вскинув автомат, я навёл красную коллиматорную точку на элитника и тут же опустил: с этого ракурса ни одной уязвимой точки мой Дар не видел. Даже глаза оказались прикрыты так хорошо, что красная нить не могла нащупать «зайчик» в тех местах.
        «И почему вечно всё усложняется, - вздохнул я про себя, после чего встал с колена и с силой оттолкнувшись, прыгнул вперёд, стараясь попасть в промежутки между заражёнными. - Мля!».
        Не удалось, двух тварей всё же подгрёб под себя. Они не вовремя решили сунуться к броневику или просто отойти в сторону, попав под отвод взгляда. Одного я задел коленом за плечо, второму врезал локтём в голову, когда уже падал на землю. На этом неприятности не закончились - упав в неудобном положении, я машинально выставил левую ладонь вперёд, но на сырой почве та поехала в сторону и в итоге подвернулась, принимая на себя значительную часть моего немалого веса.
        «Что такое не везёт и как с этим бороться», - простонал я про себя, чувствуя, как пострадавшее запястье дёргает острая боль. Теперь я лишён возможности пользоваться автоматом. Нет, я могу пальнуть и с одной руки, но точность будет аховая. Учитывая же бронированность моего противника, такая попытка лишь станет тратой боеприпаса.
        В общем, автомат я передвинул за спину, а в правой ладони зажал револьвер. Его мощный патрон на ближней дистанции, пожалуй, ничем не уступит бронебойной автоматной «девятке».
        Я всего на секунду отвлёкся, когда по мозгам ударило болью, и когда посмотрел на место где стоял элитник, то того там уже не оказалось. Вряд ли он меня видел, но вот по поведению низших зараженных что-то понял и решил атаковать первым, влетев в толпу мутантов, как пушечное ядро.
        Не будь мой Дар специфичным, у элитника всё могло бы получиться: ворваться в кучку тварей и всем своим весом, помогая когтями, снести всё на своём пути. Возможно, он сталкивался с кем-то из иммунных, кто имел способность к невидимости или свойство ложного внушения по типу «свой-чужой», когда заражённые хоть и видят нормального человека, но воспринимают того одним из себе подобных. В обоих случаях тактика хитрого элитника - влететь и без разбора крушить всё и всех, могла сработать.
        В моём случае он сам же себя и обманул.
        Не знаю, какие органы чувств и отделы мозга отвечают за инстинкты и подсознание у тварей, но именно они увели высшего мутанта в сторону от меня, да ещё заставили на полсекунды растеряться, потеряв цель и пытаясь понять, зачем вообще он сюда прыгнул.
        Он оказался совсем рядом со мной, замерший, как статуя и отвернувший голову от меня, подставив споровой мешок, который засиял крупным пятном, видимым только мне. Я даже не стал вскидывать револьвер, чтобы не терять время, просто приподнял его ствол и пальнул от бедра, когда красная нить совместилась с солнечным «зайчиком».
        Бах!
        От попадания пули элитник не ворохнулся, продолжая стоять в той же позе, в которой сковал мой Дар. Но вот прошла секунда, другая и мутант сильно вздрогнул и рухнул на землю лицом вниз, где и забился в агонии. Из-за тесноты под конвульсивные взмахи лап попали несколько низших, которых разорвало пополам. Во время рывка моя жертва снесла десятка два бегунов и топтунов, да сейчас семерых превратила в мясной набор.
        «Такими темпами меня без работы оставит», - усмехнулся я и почувствовал, как из тела уходит напряжение, державшее меня с момента, как увидел первые признаки скорой перезагрузки.
        Самый опасный противник был устранён. Слишком умный, слишком сильный и слишком близко расположенный. Он был очень опасен… нет, не для меня, за себя я мог постоять даже имея в противниках такую машину убийств, но вот за своих товарищей я очень волновался.
        В овраге ещё оставалось больше сотни мутантов, но все они не представляли для меня особой угрозы. В основном, это были матёрые бегуны, десятка два топтунов и жрунов. Причём парочку крупных тварей прикончил элитник, сделав за меня часть работы.
        Вернув в кобуру револьвер, я поправил автомат, чтобы он не мешался. После чего отстегнул с пояса «клюв», взмахнул им и пробил череп ближайшему заражённому. Выдернув из раны оружие, я упокоил его соседа, потом ещё одного и ещё. Через полминуты я добрался до первого крупного топтуна и проломил тому висок. И вот тут пришлось потратить чуть больше времени, так как толстая кость крепко схватила «клюв». Освободив оружие, я больше подобной ошибки не совершал, и убивал тварей ударом в споровой мешок. Благо, что тот легко поддавался гранёному острому штырю.
        Я прикончил десятка три мутантов, когда боль в голове стала нестерпимой и, казалось, что каждый удар в череп бегуну или жруну отзывается точно таким же в моём собственном.
        «Нужно возвращаться, а то вырублюсь прямо среди толпы зомбаков… то-то им будет радость».
        В машину я вернулся точно таким же способом, как и покинул её. И едва только оказался внутри, как попал в руки Кошки.
        - Ну, чего ты, солнышко, - пробормотал я. - Я же сказал, что вернусь. Что мне какие-то твари? Ты же знаешь, что я у тебя самый сильный и везучий.
        В ответ та стала подозрительно всхлипывать и очень быстро вновь залилась слезами. А я неудобно сидел на металлическом сиденье, покрытом мягким пластиком, и гладил по голове девушку, прижавшуюся ко мне, бормоча успокаивающие слова.
        На пару секунд отвлёк Дед, который жестами спрашивал, а не пора ли немного сократить популяцию собравшихся с той стороны брони тварей.
        Я кивнул, давая ему добро на отстрел врагов и указывая на амбразуру. Тот осклабился, передёрнул затвор на ПП с подствольным магазином, после чего сдвинул в сторону заслонку на бойнице, вставил в специальное крепление ствол пистолета-пулемёта и нажал на спуск.
        Когда прозвучала первая очередь, от неожиданности в моих руках девушка вздрогнула и резко обернулась назад, оценила взглядом ухмыляющегося Деда, который высаживал магазин частыми короткими очередями, после чего отстранилась от меня и присоединилась к нашему третьему спутнику, заняв позицию с другой стороны. Боеприпасы она сжигала зло, не жалея ни их, ни оружия, выпуская длинные очереди.
        «Пусть, - вздохнул я, - авось, успокоится. А злость и переживания на тварях истратит».
        Глава 9
        Через полчаса, как погиб элитник, в овраге-стабе не было ни одной живой души кроме нашей троицы. Заражённых, спасавшихся от круговой перезагрузки кластеров, оказалось куда больше сотни, как я думал первоначально. В заблуждение меня ввели небольшие размеры кластера-перекрёстка.
        После того, как был уничтожен последний мутант, овраг стал напоминать могильник скотного двора. Именно похожую картину мне доводилось видеть в интернете. На фотографиях были запечатлены сотни свиных туш, выброшенных в овраг с одной из свиноферм во время падежа скота от болезни. Запомнил фото (да и увидел его) по той причине, что оно оказалось в новостях одного из сообществ социальной сети, которое выставляло фото- и видео-доказательства крупных и возмутительных нарушений в стране: ПДД, драки, рейдерские захваты, преступления сотрудников полиции, прокуратуры, военных и так далее. Вот такое захоронение было одним из них, так как закон требовал уничтожение павших животных в специальных крематориях или могильниках, где в глубоком котловане туши засыпались землёй пополам с негашеной известью.
        Мне даже было противно вылезать наружу, чтобы собрать трофеи.
        - Хабара-то сколько, только мерзко что-то доставать его, - буркнул Дед, вторя моим мыслям. - Прямо бойня какая-то, едрить-колотить.
        - Нормальные маски надеваем. Кошка…
        - Я тут не останусь, - резко замотала головой девушка и вцепилась в меня правой рукой. - Ни за что.
        - Нужно кому-то на пушке побыть, - попробовал я настоять, да только куда там. Проще было у матёрого депутата пробудить совесть и заставить отдать наворованные миллионы, чем убедить мою подругу остаться под защитой брони и прикрыть меня с Дедом из пушечного модуля. И плевать ей было на грязь, на запах, на опасность, что какой-нибудь недобиток притаился среди мёртвых тел и ждёт, когда мы к нему приблизимся, чтобы нанести смертельный удар.
        - Ладно, - махнул я рукой, смирившись, - пойдёшь со мной. Дед, на тебе пушка.
        - Агась, - кивнул тот, и тут же перебрался на кресло оператора.
        - Кошка, нормальную маску надевай. Она получше от запаха защитит, а то там сейчас такое амбре стоит.
        - Ничего, всё нормально, - изобразила она бодрую улыбку, хотя саму всю потряхивало. Вот только вновь отпустить меняодного наружу было выше её сил. - Что я - тухлятину не нюхала никогда?
        Я лишь покачал головой и тяжело вздохнул.
        Первым делом, я направился к элитнику и, стараясь не обращать внимания, на чавкающую землю под ногами и тела заражённых, сейчас очень сильно напоминавших людей. Почва в глубоком овраге и так была сырой, а тут столько крови вытекло из мутантов, что дно оврага превратилась в болото.
        Запашок самую малость пробивался сквозь респиратор, но в целом можно было терпеть.
        - Следи по сторонам, - произнёс я, останавливаясь рядом с телом высшего заражённого и доставая нож.
        - Хорошо, - кивнула та и сдвинула переводчик на своём ПП.
        Револьверная пуля вошла в один из лепестков спорового мешка, пробила тот и попутно сорвала его с места. Вот в эту образовавшуюся прореху я вставил лезвие ножа и сильно надавил, разрезая стык между лепестками. Через несколько секунд уже выгребал содержимое мешка в пакет. Окончательную сортировку проведу в машине, но и так вижу, что Удача улыбнулась мне во все тридцать два: три жемчужины, пригоршня споранов и гороха, огромный пук яркого первосортного «янтаря».
        - Пошли дальше, - сказал я, закончив с элитником. - Самых крупных оберём и в машину… стоп, сначала гляну, что там наверху творится, не произошла ли перезагрузка уже.
        Пока вскарабкался наверх, успел подумать, что с «выстрелом» придётся попрощаться после перезагрузки. Обратно он уже не выедет даже с помощью лебёдки. Тут и лопаты не помогут - срывать склон для того, чтобы машина самостоятельно выбралась, нужно большим бульдозером. Или подгонять тяжёлый автокран, который выдернет десять тонн брони и оружия, завязшие в сырой почве оврага.
        «И сматываться придётся в темпе вальса, пока на свежий кластер не налетели атомиты», - пришла вдогонку мысль, которая прогнала ту, где я обдумывал возможность отыскать кран или тягач с танковым тросом, чтобы попытаться им вытащить «выстрел».
        Наверху до сих пор всё было затянуто туманом. Даже странно, что так быстро появился кисляк и настолько затянулся процесс обновления локации. И это пугает, честное слово. Всё новое в Улье, странное и выбивающееся из привычного ряда - это смертельно опасно. Опаснее, чем всё остальное, которое и так крайне отрицательно сказывается на человеческом организме.
        - Что там? - тут же спросила Кошка, едва я сполз назад. Девушка мне вслед не полезла. Наверное, брезгливость и желание иметь привлекательный внешний вид, у слабого пола вбиты в подкорку, раз даже воздействие Дара не перебороло это и не толкнуло карабкаться следом за мной по крутым и скольким стенкам оврага.
        - Туман висит, и не похоже, что перезагрузка случилась, - пожал я плечами.
        - Это нормально?
        - Сам не знаю. Не забывай, что я сам не настолько давно здесь и знания большей частью из сети брал, а не на собственном опыте получал.
        Вырезав споровые мешки из жрунов и топтунов, собрав сахарок с горохом в отдельную посуду, чтобы не перепутать тот, что получил от элитника, я с девушкой вернулся в машину. Перед тем, как забраться в салон, я снял верхнюю одежду и без сожаления выбросил. Ничего другого просто не оставалось, так как риск облучиться был слишком велик. В этом овраге и так счётчик трещал куда громче и чаще, чем наверху. И это неудивительно учитывая, сколько сюда должно сметаться ветром и смываться дождями радиоактивных частиц - пыль, сухая трава и так далее. Плюс, здесь стаб, в котором десятилетиями ничего не происходит и всяческая гадость, так сказать, томится и постоянно пополняется новой после каждой перезагрузки.
        Поэтому испачканную одежду предпочту выбросить, чем потом вдохнуть несколько пылинок подсохшей грязи или проглотить вместе с едой. Тем более, запасной комплект имеется. Правда, стоит признать, что и сам сглупил: в машине лежали десять комплектов из специальной плотной, практически непроницаемой ткани, которую я специально взял для похода в атомкластеры. Но я поленился, решил, что смогу обойтись без такой защиты. И в итоге расстался с верхней одеждой. М-да.
        Обувь как следует отмыли водой из канистр, запас которой у нас с собой был внушительным, так как знали куда едем и постарались всё предусмотреть. Здесь же все источники отравлены, или почти все. Но искать чистый - это только время терять. Мы же и ехали сюда ненадолго, рассчитывая пару дней поохотиться, потом вернуться на чистые территории, почиститься и вернуться обратно в атомные кластерны, только в другое место, если бы охота не удалась.
        Элитник наградил тремя жемчужинами, двумя красными и одной чёрной. От всех виденных ранее они сильно отличались. Были заметно крупнее и блестели куда ярче тех, что я вырезал из тварей на дороге, когда они устроили засаду.
        «Эх, вроде бы и недавно это было, а кажется, что пара лет прошла», - подумал я, когда вспомнил о стычке на трассе, где меня бросил Кочан со своей командой.
        - Не наврали, да, командир? Говорили нам, что у мутантов с атомкластеров всё крупнее и мощнее, и оно вроде так и есть, - произнёс Дед, рассматривая красную жемчужину. - Гля какая здоровая и блестючая! У местных тварей неплохой хабарец, оказывается.
        - Угу, - согласился я с ним, рассматривая точно такую же жемчужину. - Только этих трёх для нас мало, хорошо бы с десяток.
        Дед посмотрел на меня, потом в окошко, покачал головой, но говорить ничего не стал. Кошке же и вовсе было всё равно, думаю, она с любым моим предложением сейчас согласится, лишь бы всегда быть рядом. А ведь эта авантюра в атомкластерах для неё.
        - А купить на такие штуки белую нельзя? - спросил Дед.
        - Без понятия, - честно ответил я. - Думаю, что можно, но не думаю, что просто. Как бы не вышло, что раз устроить охоту на скребера выйдет безопаснее и дешевле, чем гоняться за местными элитниками. Ты видел, что во всей этой толпе только он один был из высших? И на приманку пёрлись только низшие, тупое бездумное мясо, для нас бесполезное. Скорее всего, вот та образина, - я мотнул головой в сторону трупа «меченосца», валяющегося с той стороны бронированного борта, - всех крупных мутантов распугала или прибила, чтобы не мешали охотиться на этой территории. И то, как она держалась в стороне, несмотря на кошачье мяуканье и запах, отмечает как непростую тварь. Не интеллектуал, но явно выбивается из ряда вон.
        - Хм, - почесал макушку Дед, - ну, может ты и прав. Дальше-то теперь что? Как выбираться станем?
        - Засели мы плотно, своими силами не выбраться, а после перезагрузки тут должно быть столько всего и всех, что нам лучше будет потихонечку уйти назад. По любому, и атомиты нарисуются - хрен сотрёшь. А эти парни с перекошенными мозгами поопаснее муров будут, если верить отзывам их соседей с нормальных кластеров. Результат у нас вполне неплохой вышел, не так обидно терять броневик. Тем более, где взять ещё один, знаю.
        - Переться далеко за вторым, - пробурчал собеседник. - Сколько времени будет потеряно, эх.
        - Самому не нравится, - согласился я с ним. - Да что делать? Поблизости нет мест, где можно отыскать что-то подходящее. Или местные сами там пасутся и будут крайне не рады нас видеть на своей делянке.
        Перезагрузка произошла ещё через час, который мы провели внутри броневика в респираторных масках. И это событие никто не пропустил из нас. Лично у меня возникло ощущение «давления», примерно так бывает при перепаде высот. О подобных эффектах я не читал и не слышал от очевидцев, которых застала перезагрузка кластера по соседству. Возможно, нас так приложило из-за смены сразу нескольких кластеров почти одновременно и примыкающих к стабу-перекрёстку. Или всё дело в самих кластерах. В общём, тут сам чёрт бы голову сломал, пытаясь разобраться.
        - Всё? - почему-то шёпотом спросила Кошка и посмотрела на меня.
        - Наверное, - неуверенно отозвался я. - По крайней мере, один соседний класс…
        Меня перебила близкая автоматная очередь, к которой присоединился пулемёт, следом несколько автоматов. Две минуты шла ожесточённая перестрелка, иногда сопровождаемая хлопками взрывов ручных гранат или ВОГов.
        - Это что? - произнёс Дед с выражением сильнейшего удивления на лице. - Атомиты?
        - Не думаю, - ответил я ему. - Не могли они так быстро оказаться на кластерах, даже если торчали в полной готовности на их границах и ждали завершения перезагрузки. Я на разведку. Кошка, сидишь здесь и даже не вздумай нос сунуть наружу - прищемлю.
        - Сервий, но я…
        - Или выпорю, - перебил я её. - Блин, что за детсад - штаны на лямках! Неужели сложно понять, что находясь рядом со мной, ты делаешь только хуже и создаёшь больше шансов, что меня заметят и убьют? Или тебя, блин!
        Та поджала губки, надулась, как мышь на крупу и отвернулась к мутному грязному окошку. Ох, чую - предстоят мне ещё те разборки и танцы с бубном, пока она простит меня. И ведь не доказать ей никак, что тут прав я. Женщины, одно слово.
        Когда я под прикрытием Дара забрался на гребень оврага, то в первую секунду остолбенел от вида открывшейся картины.
        Вместо полей и лесопосадок, мимо которых мы промчали пару часов назад, когда уходили от перезагрузки, с трёх сторон раскинулся город. Точнее его руины, так как целых домов я не увидел, самое большее - это три стены с высаженными окнами, плюс, гора строительного мусора на месте четвёртой. Между мной и городом было километра полтора, плюс-минус метров сто. Это пространство представляло из себя огромное поле, изрытое воронками, полузасыпанными кривыми линиями траншей, провалами ДЗОТов. Там же стояли несколько десятков остовов бронетехники, но опознать модель я не мог по тем горелым ржавым останкам, что предстали моему взгляду.
        - Сталинград какой-то, - прошептал я.
        Ассоциация возникла не просто так. Среди городских кварталов торчали колпаки ДОТов, змеились окопы, валялись противотанковые ежи из кусков рельс и бетонных шпал. Вся земля была усеяна воронками всевозможных размеров.
        Было видно, что в городе засели две враждующие между собой армии. Между передовыми окопами расстояние было местами метров сто. И сейчас там друг в друга ожесточённо палили люди.
        Мне было так хорошо всё видно по той причине, что новый кластер оказался совсем немного ниже, чем тот, который он сменил. Стаб с оврагом в этой стороне оказался самой высокой точкой.
        - Сервий, что там? - внезапно раздался голос Кошки в наушнике радиостанции, который я вытащил и приколол к воротнику. От неожиданности я вздрогнул и чуть не скатился назад в овраг.
        - Сервий?!
        - Тихо ты, - шикнул я на девушку. - Со мной нормально всё. Скоро вернусь. В канале больше не общаться, ясно? Дед, проследи, а то есть опасность быть запеленгованными.
        - Понял тебя, - тут же ответил тот.
        - Сидим тихо, не дёргаемся и не отсвечиваем. Всё очень серьёзно, - продолжил я давать указания. - Вернусь минут через десять и всё подробно расскажу. Всё, конец связи.
        За то время, что я вёл наблюдение, в городских руинах сражение разгорелось не на шутку. Количество бойцов в окопах с обеих сторон увеличилось в несколько раз, появились лёгкие пушки, станковые гранатомёты и пулемёты, даже бронетехника в лице пяти бронетранспортёров и одного небольшого танка или незнакомой БМП с очень внушительным калибром. Пушка на приземистой с очень маленькой башней бронированной гусеничной машине была не менее восьмидесяти пяти миллиметров. Вот только имела незнакомые очертания, лишь отдалёно похожие на российские БМП без переднего ребристого бронелиста.
        Несколько раз видел взрывы какого-то мощного боеприпаса. Один раз снаряд или, возможно, мина угодила в остатки многоэтажки, от которой уцелели две стены до пятого этажа. После взрыва фугаса здание полностью сложилось, превратившись в гору мусора, окутавшееся плотным саваном пыли. Но в основном снаряды летели вглубь города, корёжа что-то там, возможно, нащупывая аналогичное орудие или батарею по наводке корректировщика из разведки. От взрывов даже подо мной земля ощутимо вздрагивала, хотя от мест попадания «чемодана» до меня было километров пять по самым грубым подсчётам. Не удивлюсь, если это работает самоходка вроде «Акации» или «Пеона» или - чем чёрт не шутит - миномёт «Тюльпан». Других боевых машин с соответствующими калибрами я не помнил.
        Насмотревшись, я сполз по склону обратно к броневику и забрался в салон, уже не обращая внимания на возможные последствия от «тяжёлой» грязи. Едва закрыл за собой тяжёлую дверь, как попал под прицел двух пар глаз, полных любопытства и страха.
        - Там полная *опа, - ответил я. - Кластеры поменялись на новые и вместо полей с лесопосадками там сейчас руины мегаполиса и поля с окопами и блиндажами, среди которых идёт война… ну, это-то и сами слышите. Кто и с кем там режется - непонятно. Технику я не опознал, форму тоже. Да и сложно увидеть даже в бинокль, так как там все прячутся за развалинами и в ямах, грязные, кругом пыль и дымка после кисляка ещё не до конца развеялась.
        - Далеко? - спросил Дед.
        - Город? Километра полтора.
        - А не видел, что это так грохает?
        - Нет, - я отрицательно мотнул головой, - не видел. Но что-то очень здоровое. Сам видел, как остатки многоэтажного дома сложились в кучу после попадания «чемодана».
        - А в нас не прилетит? - с опаской произнесла Кошка.
        - Не должны. Между нами боевых порядков нет, только поле со старыми позициями, где не видно ничего живого. Да и сложно попасть в наш овраг случайно, не настолько он велик, - успокоил я девушку.
        - И что нам делать? - задал вопрос Дед.
        - Что делать? - криво усмехнулся я. - А что нам остаётся кроме как сидеть и ждать развязки? Думаю, кластеры здесь быстрые, то есть пройдут сутки, и большая часть вояк переродится, остальные свалятся с ног. Вот тогда мы и рванём подальше отсюда. Или даже пораньше, как темнота упадёт, а до неё часов пять-шесть осталось. Тогда тишком на северо-запад и двинем. Город обойдём и на чистые кластеры рванём. Думаю, ещё и встретим кого-нибудь из парней с той стороны, которым станет интересно, что же за шум тут стоит.
        - А может, задержимся, а? - неожиданно спросил Дед.
        - Что?! - воскликнула Кошка. - Ты с ума сошёл?
        - Хочешь хабар собрать? - предположил я, догадавшись, что за мысли бродят в голове товарища. - Рассчитываешь на какую-нибудь машину вроде нашего броневика?
        - Не только. Сервий, ты сам как думаешь - на такую канонаду мутанты сбегутся или нет? Мы их столько времени кошками приманивали и без результата…
        - Скорее всего, всех отпугивал тот уродец, - я перебил его и мотнул головой в сторону мёртвого элитника. - Сам не лез, и другим не давал.
        - Может и так. Но на взрывы должны приползти твари со всех кластеров в радиусе десятков километров от города. Такое количество отпугнуть даже скреберу будет не под силу.
        - Сюда же атомиты тоже придут, - вмешалась девушка. - Я видела видеозаписи с ними… бр-р-р, просто уроды какие-то и все садисты, они ещё людей едят как заражённые прям.
        - Атомиты с элитой поостерегутся связываться, - ответил ей Дед. - Или станут их кормом, - потом опять посмотрел на меня. - Так что думаешь, Сервий?
        Думал я буквально несколько секунд, потом резко кивнул:
        - Задержимся.
        - Сервий! - тут же возмутилась Кошка. - Риск того не стоит! Я же знаю, что ты опять полезешь в самую гущу, а меня… нас оставишь здесь. Тебя даже прикрыть не сможем из пушки.
        - Кошка, - я положил ей на колено ладонь и как можно мягко произнёс, - а что делать? Второго такого шанса может не представится. Или ты хочешь опять через неделю или две с более-менее тихих и безопасных земель лезть сюда? А так пару дней посидим, поохотимся, а потом уберёмся назад с хорошими трофеями. И зря так волнуешься за меня, солнышко, - я машинально улыбнулся, забыв, что лицо закрывает респиратор, - у меня такие способности, с которыми я даже в Пекле выживу.
        Та отвернулась и скинула с ноги мою руку, всем видом демонстрируя обиду. Чую, что скорая охота на высших заражённых окажется проще, чем последующие попытки примириться. Может, Магдалена не так уж и права, говоря, что у меня главный Дар - это способность привязывать к себе женщин? Что-то не похоже совсем.
        Глава 10
        Всё случилось поздним вечером, когда темнота окутала всё вокруг, а набежавшее на небо одеяло облаков спрятало последние источники света в виде звёзд, которые даже сразу после перезагрузки не исчезали, как тоже солнце и луна, что скрывались постэффектами при смене кластеров.
        Мы договорились дежурить по очереди, чтобы не пропустить опасность. Аккумуляторы в бронеавтомобиле были свежие и полностью заряженные, поэтому особых трудностей с наблюдением в ночное время у нас не было, так как в машине имелся мощный прибор ночного видения. Плюс, точно такие же прицелы и тепловизоры в рюкзаках, которые придут на смену автомобильному, когда в том закончится питание. По склонам оврага я и Дед выставили лазерные сигналки, чтобы успеть вовремя обнаружить гостей, если наши глаза нас подведут.
        К одиннадцати вечера яростная перестрелка вдалеке почти полностью сошла на нет. Обстрел позиций из тяжёлого орудия закончился ещё раньше. То ли у расчёта закончились боеприпасы, то ли их противники смогли добраться до них и вывести орудие из строя, которое располагалось, сравнительно, не так уж и далеко от города, примерно в северо-восточном направлении.
        Кошка заснула ещё в тот момент, когда на землю стали опускаться сумерки и стихли взрывы. Бодрствовали только мы с Дедом.
        И вдруг сквозь грязные бронированные стёкла «выстрела» ударила ярчайшая вспышка, от которой появились белые и зелёные пятна перед глазами. Не успел я проморгаться, как пришёл оглушительный звук мощнейшего взрыва, вслед за которым вокруг всё зашумело, как бывает во время летней грозы - шорох веток, удары дождевых капель и так далее.
        - Что это? - охнул Дед.
        - Не знаю, - помотал я головой.
        Почти тут же оглушительно завизжала девушка, проснувшаяся от такого «будильника» в одно мгновение. Пришлось её успокаивать. Пока этим занимался, заодно сумел упорядочить и мысли в голове.
        - Ядрён батон! - воскликнул Дед за миг до того, как я собрался сообщить о догадках.
        - Угу, - согласился я с ним. - Включи дозиметр, глянем.
        Кошка, к этому моменту пришедшая в себя после столь экстремальной побудки, внезапно сильно задрожала в моих руках, когда счётчик Гейгера разразился волной частых и громких щелчков.
        - Блин, вот это да, - охнул Дед и посмотрел на меня круглыми от шока глазами. - Что там у них случилось?!
        - Хлебаем живчик, живее, - произнёс я вместо ответа. - Стоп, куда потянул? - остановил я его. - Вытри руки, потом оботри фляжку и пей. Влажными салфетками.
        Для Кошки я всё сделал сам, даже горлышко фляги, в которой плескался живчик, поднёс к губам:
        - Так, давай сделаем несколько глотков, зайка. Нам сейчас полезно будет, всю гадость выведет.
        Я боялся, что мою подругу накроет истерика, мол, я знала, что так будет, говорила уходить отсюда, а вы из-за жадности остались и теперь мы все умрём от радиации.
        - Дед, выключи эту трёщотку, а то на нервы действует, - когда треск прибора смолк, я как можно веселее и натужно-облегчённо произнёс. - Как нам повезло, что решили задержаться здесь. Если бы сейчас ползли вдоль города, то обязательно попали бы под взрывную волну и излучение. Ослепли наверняка, и тогда бы нам хана пришла. А под бронёй всё отлично, - я показательно постучал кулаком по борту «выстрела». - Радиация нам не страшна, живчик выведет лишнее, от пыли у нас отличные маски. Так что, сидим здесь и ждём, когда всё осядет.
        То ли Кошка просто устала от переживаний, то ли на неё подействовал коньяк, который я в неё влил несколько пробок следом за спорановым раствором, то ли мои слова помогли, но она не оправдала моих опасений в плане истерики. Прижалась ко мне, обняла левую руку и затихла.
        Через час после подрыва спецбоеприпаса я рискнул выбраться наружу. Перед этим закутался в плащ и надел на ноги чулки из плотного тонкого материала. Для иммунных таскать на заражённой местности тяжёлые и плотные костюмы ОЗК не обязательно, вместо них использовали вот такую защиту, которую можно без сожалений выбросить и достать новые вещи, которые в силу своего веса и компактности можно набрать по десятку на человека.
        Когда выбрался наружу, то увидел, что всё вокруг было припорошено толстым слоем грязи, пепла, пыли и остатков от растений, сорванных взрывной волной с поля перед городом, успевших вырастить среди старых окопов и разрушенных ДОТов. «Выстрел» из-за такой маскировки напоминал огромную муравьиную кочку, а не десятитонный бронеавтомобиль.
        В городе увидел очень много пожаров, что даже удивило: вот что там мог найти огонь, среди этих руин, уже давным-давно спаленных авиабомбами и артиллерийским обстрелом?
        Удивило и то, что имелись сравнительно малые разрушения в городе. Видел я записи по ТВ о возможностях атомной бомбы и там, в радиусе десяти километров, вообще ничего целого не оставалось. Здесь же даже некоторые руины многоэтажек продолжали торчать, как гнилые обломки зубов.
        «Если бы не треск счётчика, то я бы засомневался - а был ли мальчик, то есть бомба?», - мелькнула мысль.
        «Ночники» и тепловизоры перегорели при взрыве, несмотря на толстую стальную преграду между тонкой электроникой и эпицентром. На многие вопросы сумел бы ответить «язык», да вот сомневаюсь я, что смогу такого быстро и без проблем отыскать. В бинокль же, самой простой, без грамма электроники, увидеть всю картину было сложно. Ну, по крайней мере, стрельба затихла и движения в руинах не видно. Любое движение - военных, мутантов, атомитов. Думаю, две последние категории вряд ли стали бы так рьяно скрываться.
        Вернувшись в машину, я пересказал всё в деталях своим товарищам. Заодно высказал свои сомнения в использовании ядерной бомбы.
        - Может, какая-нибудь грязная бомба была? Или нейтронная? - предположил я. - Слышал, что взрывной волны от них немного, разрушений, в смысле. Зато радиации полно.
        - Это мог быть тактический заряд, - возразил Дед. - Слышал я, что в семидесятых годах и наши, и натовцы разрабатывали компактные спецбоеприпасы для танков и орудий. А там мощность - тьфу. Может, та дура, которая город обстреливала, и шарахнула последним доводом, а?
        - Точно, я тоже о таком слышал, - щёлкнул я пальцами. - Только из головы вылетело. Читал даже про ядерные пулемётные пули.
        - Фантастика, - неуверенно произнёс Дед. - Куда там в пулю можно засунуть уран или плутоний?
        - Да вроде бы там какой-то изотоп использовался, калифорний, или как-то так, - напряг я память. - У него критическая масса маленькая совсем…
        - Да о чём вы вообще?! - перебила меня Кошка. - Вам мозги обоим облучило совсем?! Какие пули? Какие калифорнии? Как мы выбираться будем - вот о чём нужно думать!
        - Да что тут решать, - пожал я плечами. - Как начнёт светать, тогда и выдвинемся. Радиация слабая…
        - Слабая? - скривилась девушка, перебив меня.
        - Ну, относительно. Нам точно сильно не повредит, - убедительно ответил я, хотя сам не сильно в это верил. - После такой иллюминации многие твари либо ослепли, либо у них включились инстинкты, и они рванули прочь. Атомиты… ну, у этих с мозгами проблемы, могли на всё наплевать и тупо полезть на кластер, где атомные бомбы подрывают, но пешком мы от них уйдём.
        - Угу, у них машины должны выйти из строя от импульса, - угукнул Дед, поддерживая мою правоту.
        - Никакой опасности, так получается, что и нет. Поэтому, спокойно отдыхаем до утра и в путь.
        Едва толькокромешная тьма стала превращаться в серые сумерки, наша троица покинула овраг. Нагрузились по максимуму, так как бросать кое-какое имущество было сравнимо с ударом серпом по важному мужскому органу. Мы с Дедом даже вытащили все снаряды от оружейного модуля, и прикопали в уголке, рассчитывая однажды вернуться сюда. Вместе с ними схоронили лишние «стволы» и боеприпасы - патроны и гранаты.
        Я нёс автомат, револьвер и импортную винтовку. Боеприпасы к ним в достаточном количестве, особенно к «девятому». Кошка была вооружена пистолетом-пулемётом из тех трофеев, что получили от вояк на стабе среди черноты и пистолет. У Деда имелся «вал» и пулемёт. От короткоствола он отказался, вместо этого набрав патронов к пулемёту.
        Два часа спокойно шли, поначалу спотыкаясь и приседая на каждый шум в округе, а потом, чем больше улучшалась видимость, тем менее остро реагировали на внешние раздражители, в том числе и те неровности почвы, о которые запинались в темноте.
        Город оставили в нескольких километрах правее, предпочитая рискнуть и набрать радионуклидов, чем выйти на позицию тех, кто наградил радиоактивной гадостью окружающую местность. Да и заражённые могли в той стороне болтаться, как наименее пострадавшей от взрыва.
        - Кто-то впереди! - вдруг сообщила Кошка и присела на колено. - Там, чуть больше двухсот метров.
        Дед тут же отскочил в сторону и забрякал лентой в коробе, изготавливая пулемёт к стрельбе.
        - Сколько? - быстро спросил я, опускаясь на колено рядом с ней и вскидывая автомат.
        - Двое или трое. Далеко, мне сложно понять. Стоят на месте.
        - Трое… хм, - на миг задумался я. - Нормально.
        - Сервий… - тут же заволновалась девушка.
        - Я одним глазком гляну и сразу назад, - заверил я. - Опасно обходить, мало ли кто там. Меня под отводом взгляда хрен кто увидит, Кошка, ты же сама знаешь.
        Скинув большую часть снаряжения, я по дуге быстро пошёл в сторону неизвестных целей, гадая кто это: пост атомитов, мутанты или кто-то из новичков.
        Оказалось, что последняя версия была самой правильной. В небольшой балке или скорее старой яме, скрытой кривыми кустами с редкой листвой, уцелевшей от взрывной волны после подрыва спецбоеприпаса, устроились трое в коричнево-зелёном «пиксельном» камуфляже, засаленном и измазанном донельзя. Лица всех были укрыты противогазами, у одного на теле имелся небольшой бронежилет, защищавшем часть груди и живота со спиной. Все с автоматами АК, но незнакомой модификации, так как вместо дерева там был сплошь пластик, плюс на ствольной коробке был прилив, напоминающий короткую планку «вивер», а мушка была защищена полноценным кольцом, а не полу- как на привычных мне «калашах». Двое незнакомцев носили армейские грубые берцы с застёжками на боку. Третий щеголял в чёрных кроссовках с высоким задником и металлическими застёжками с узкими ремешками под них вместо шнурков.
        К слову, в качестве уточнения - оружие было только у двоих, так как третий оказался связан по рукам и ногам.
        На поясном ремне у всех троих висели подсумки с автоматными магазинами, справа через плечо с фиксацией на ремне болтались противогазные сумки. У того, что носил бронежилет, чуть выше ботинок были прилажены ножны с ножом с чёрной обрезиненной рукоятью.
        «Обратился уже», - мелькнула мысль, когда посмотрел на связанного. Тот постоянно дёргался и едва слышно урчал, почти как кот в момент злости. Глотка у него только-только начала трансформироваться, поэтому звуки издавал лишь отдалённо похожие на те, что издают полностью обратившиеся новички после перезагрузки кластеров. Пустыши с бегунами, кусачи с топтунами и лотерейщики.
        И это были точно новички из города, а не атомиты. Те бы уже прикончили третьего, сошедшего с ума.
        Сейчас эта троица отдыхала, причём тот, что носил бронежилет, наполовину залез в кусты, изображая часового. Вот только я видел, как его голова то и дело «клевала» вниз. Устал или ранен? Первое, наверное, я же просто не в курсе, когда он отдыхал в последний раз. А любая стычка, любое событие, заставляющее организм щедро подгонять себя выплеском адреналина, потом заставляет его же отключаться.
        Насмотревшись, я метнулся вперёд и приложил рукояткой револьвера сначала часового в момент, когда тот опять задремал, а потом его напарника в кроссовках. Бил аккуратно, но больно, поэтому минут десять отруба для каждого гарантировано. Откинув в сторону их оружие и не обращая внимания на связанного, я встал в полный рост и помахал автоматом над головой, привлекая внимание товарищей. Очень жаль было радиостанций, сгоревших после взрыва ядерного заряда. Пожалуй, потерю тепловизора я проще пережил, чем уничтожение говорилок.
        Кошка и Дед подбежали ко мне через минуту.
        - Кто… тут? - тяжело дыша, спросил мужчина.
        - Новички из города. Два иммунных или просто более крепких. Один уже обратился, - ответил я ему. - Помоги эту парочку вытащить сюда из кустов.
        - А с этим что?
        - Пусть валяется, - махнул я рукой на заражённого. - Потом добьём или эти сами с ним разберутся.
        Споро, в четыре руки, мы с ним поочередно перетащили пленников из их укрытия, где потом и лишили снаряжения. И вот тут случился сюрприз: обладатель кроссовок оказался… обладательницей. Под грязным поцарапанным противогазом пряталась довольно симпатичное лицо молодой женщины лет тридцати. Грязь, круги под глазами, заострившиеся от невзгод черты не могли до конца замаскировать красоту незнакомки.
        Её я тут же перепоручил Деду, а то Кошка начала едва ли не шипеть, когда я прикоснулся к телу пленницы, чтобы снять подсумок и проверить на наличие спрятанного оружия.
        Когда закончили досмотр, то связали руки обоих новичков резиновыми жгутами из небольших пластмассовых аптечек, хранившихся в «сухарке», болтавшихся за спиной на ремнях. Противогазы надевать не стали, решив, что тем хватит и медицинских масок из наших запасов. Закончив с этими хлопотами, мы привели их в чувства.
        Первой очнулась женщина, что даже меня несколько удивило, так как бил я и её, и второго пленного с одинаковой силой, так как не знал о гендерных различиях. Несколько секунд она водила мутным взглядом по сторонам, по нашей троице, потом остановила его на Кошке. Очень быстро в глазах появилось осмысленное понимание ситуации. Дёрнувшись несколько раз, она замерла и с вызовом посмотрела на мою подругу.
        - Какая колючая, - хмыкнул Дед. - Прямо так и сверкает глазёнками, сейчас уколет и зарежет ими.
        - Вы кто? - хрипло сказала женщина. - Где мои товарищи?
        И как по заказу заворочался второй пленник. Этот вник в ситуацию куда быстрее и тут же попытался освободиться от пут, попутно ударив ногами Деда.
        - Одна взглядом сжигает, второй лягается, что твой застоявшийся жеребец, - продекламировал он, наступая ему на грудь, всё так же прикрытую бронежилетом, лишая новичка подвижности. - Цыц, малохольный, никто тебе тут зла не желает, не по понятиям Улья это. Но и сам будь ласков со своими спасителями.
        Слова моего товарища напомнили, что передо мной иммунные, которых нельзя обижать исходя из общепринятых среди местных жителей законов.
        - Спасителями? - точно таким же, как у его напарницы жутким хриплым голосом, сказал пленник. - С каких пор спасители спасённых связывают?
        - С тех самых, как попадают в Улей, - ответил ему Дед.
        Я ему не мешал, предоставив право общения с новичками, как первым заговорившим. Да и выглядит он благодаря своему возрасту самым представительным из нас. Я же, скорее, вроде бойца-амбала, пушечного мяса и дополнительно тягловой лошадке, как могут подумать посторонние, посмотрев на количество вещей, что висят на моих плечах.
        - Что за Улей? База? Бункер? - деловито поинтересовался пленник.
        - Другой мир… да-да, что заморгал-то? - хмыкнул Дед. - Вот что, сейчас я тебя развяжу и твою подружку тоже. Быстро переговорим, кое-что вам покажем и потом примем решение, которое нас всех утроит, лады?
        - Лады, - быстро ответил тот. - Развязывай скорей.
        - Прыткий ты какой, как посмотрю, - вздохнул Дед. - Хочу предупредить о неуместности кое-каких действий в нашу сторону. Лишнее это, бесполезно и мало того - опасное для здоровья. Сервий, покажешь, а? Ну, чтобы у гостей наших ненужные тараканы в мозгу притихли по жёрдочкам.
        - Угу, - кивнул я и ушёл в скрыт. Сделав несколько шагов, я оказался над головой у лежащего мужчины, присел на корточки и только после этого отключил Дар. - Не шали, мужик, тут и не таких обламывали.
        Тот, попавший под воздействие моей способности, так как в момент исчезновения смотрел на меня после слов Деда, сильно вздрогнул и забегал взглядом с меня, на моего товарища, на то место, где я был несколько секунд назад и потом опять на меня.
        - Дошло, что тут порезче тебя есть люди? - спросил Дед. - Ежели что спрятано под одёжкой и мы енто не нашли, то скажи, будь ласков. О тебе же заботимся, дурилка, ведь пожелай прибить тебя с твоей кралей, то давно бы ваша парочка остывала в кустах или кормила вашего третьего.
        Только после слов Деда парочка вспомнила, что их было трое.
        - Где он? - громко спросила женщина и стала вертеть головой, ну, как могла, учитывая, что лежала связанная. - Что с ним вы сделали?
        - Да ничего. Где вы его оставили, там и лежит… нука-сь, - Дед присел рядом с ней, повернул на бок и попробовал развязать жгут на руках, потом чертыхнулся под нос и достал нож.
        Как только путы слетели с её конечностей, незнакомка быстро села и стала растирать руки, на запястьях которых остались некрасивые глубокие борозды. Потом сдёрнула маску и собралась выкинуть её в сторону.
        - Оставила бы ты, девочка, маску, - остановил её мой товарищ. - Она тебе здоровьице спасёт.
        - Эта тряпка? - скривилась она. - За дуру держишь?
        - Эта тряпка не даст тебе радиоактивную пыль вдохнуть, которой тут полно.
        - Будто пыль в лёгких хуже тех рентген, что мы уже получили, - зло сказал товарищ незнакомки. - Меня-то будете освобождать? Руки затекли, и чесаться охота до сумасшествия. Оружия на мне нет, клянусь.
        Маску женщина надела, хотя сделала это с жутко недовольным и недоверчивым видом. Может, её убедили наши респираторы или вид грязных противогазов под ногами, которые надевать на себя ей не хотелось.
        - Радиация, таким как мы, не опасна, - впервые с момента, как очнулись пленники, раскрыла рот Кошка. - А вот радиоактивная гадость в организме превратит жизнь в мучение.
        Как только мужчина получил свободу, Дед споро отступил от него на несколько шагов, потом зачем-то скинул рюкзак и стал в нём копаться. Отыскав нужную вещь, он протянул ту женщине:
        - Вот, читайте быстренько, вопросы все потом, скорее всего, на ходу, а то влипнем дружненько всей компанией.
        В том, что он передал незнакомке, я опознал брошюру новичка, в которой на нескольких маленьких листках очень-очень кратко рассказывалось про окружающие реалии, и даже имелись некачественные мелкие чёрно-белые фотографии зараженных на разных стадиях перерождения.
        - Можно Максима сюда принести? - спросила та, взяв брошюру, но не торопясь открывать.
        - Максим? - мой спутник с вопросительной миной на лицо мотнул головой в сторону кустов, где я нашёл новичков.
        - Да.
        - Тащите. Только я ещё раз предупреждаю вас про осторожность и напоминаю о здравом смысле, - сказал он.
        Новички возились со своим товарищем куда дольше, чем я и Дед с ними самими. Болезнь или усталость вытянула из них силы - не знаю. Если придётся их сопровождать, то они повиснут на нашей группе неподъёмной гирей, стреножив меня с Кошкой и Дедом.
        - Не развязывайте, - остановил мужчину Дед, когда тот взялся за узлы на руках Максима.
        - Он уже давно связан. Как бы гангрена не пошла - вон у него как руки посинели и опухли, - нахмурился он.
        - Ему это не повредит, уж поверь мне, милок. Лучше начинайте читать и поживее. Все вопросы там найдёте.
        Женщина косо посмотрела на него, потом обернулась ко мне, скривилась, перевела взгляд на зараженного спутника, затем коротко кивнула своему второму товарищу, натянутому как струна, и открыла тоненькую книжечку, состоящую из десятка листов размером с ладонь.
        Им хватило пяти минут, чтобы бегло просмотреть информацию. И ожидаемо не поверили.
        - Бред! - прохрипел мужчина. - Вы нас за кого держите?
        - Дед, хватит с нас возни с ними, мы сделали для них всё, что было в наших силах, - сказал я. - Дай им запас живчика и пошли, пока атомиты на огонёк не заглянули. Они итак что-то задерживаются.
        Дед опять нырнул в рюкзак, откуда достал плоскую полуторалитровую пластиковую флягу со спорановым раствором. Её он положил на землю рядом с собой.
        - Вашему товарищу этот напиток не поможет, - продолжил я. - А вот вам - очень. Как только почувствуете недомогание, то сразу же выпейте несколько глотков. Вкус не самый приятный, но это поначалу. Зато через месяц будете его хлебать, как любимый коктейль в баре. Чтобы убедиться в правоте записей в книжке, просто посмотрите друг у друга затылки, у него тоже, - я кивнул на урчащего Максима, активизировавшегося с момента, как его достали из кустов, где он притих, потеряв из виду вкусные цели, к которым его толкал инстинкт заражённого. - У вас будет что-то вроде некрупной родинки. У него же должна сформироваться небольшая шишка с вишню размером как минимум. Её внешний вид есть на фотографиях…
        - Сервий, к нам кто-то приближается! - внезапно произнесла Кошка и указала рукой на север. - Там! Один!
        - Присели, живо! - прошипел я и первым показал пример. - Оружие не лапать или первыми получите пулю.
        Последние слова были сказаны для мужика в бронежилете, который сделал шаг в сторону автоматов сваленных в кучу и без магазинов в нескольких метрах от нас.
        - Я могу помочь, - буркнул он, опускаясь на корточки.
        - Здесь от тебя и твоей подготовки пользы не так много. Особенно, когда ты едва живой, - хмыкнул я. - Так, вроде бы вижу… это кто-то из мутантов… шустрый и крупный. Кошка, он точно один?
        - Ага. Больше никого не ощущаю, - сказала моя подруга, за что получила полный удивления и подозрения взгляд от бывшей пленницы. Наверное, так отреагировала на слово «ощущаю». Совсем не военный лексикон, да и не держала кроме ПП в руках девушка, никаких приборов, бинокля или визора.
        Спустя десять секунд стало ясно, что к нам пожаловал матёрый лотерейщик или кто-то на него похожий. То есть, у этой гадины могли быть не только спораны, но и горошины.
        - Не стрелять и не дёргаться, можете отвернуться, - сказал я и передал автомат товарищу. - Дед, проконтролируй.
        - Лады, - откликнулся тот, направив глушитель на «бронежилетного». - Всё будет хорошо, милок, главное сам не дёрнись.
        Тот хмуро посмотрел на оружие, что-то пробубнил себе под нос и отвернулся.
        Я же быстро пошёл навстречу мутанту, вооружившись «клювом». Большего для такого противника и не требовалось, даже если это тварь с рад-кластера, что на голову ставит её выше точно такого же лотерейщика с простых территорий.
        Через несколько секунд мы встретились. Всё произошло по привычной схеме: за десять метров до твари я ушёл в скрыт и со всех ног бросился ему навстречу, тот на заплетающихся лапах и потерявший связь с реальностью от этого, проскочил мимо и тут же получил гранёный шип в затылочный бугор.
        Когда я вернулся к товарищам и новичкам, то последние смотрели на меня, как на йога в индийском храме, делающего стойку на ладонях на битом стекле. Принял у Деда оружие, забросил его на плечо и посмотрел на бывших пленников:
        - Это был одна из способностей. В брошюре об этом тоже написано и у вас нечто похожее появится через несколько дней, только слабее на порядок. А сейчас встали и пошли смотреть, кто только что заглянул к нам на огонёк и в кого превратится ваш товарищ через несколько недель…
        В общем, двухцентерная туша уродливого лысого амбала с руками ниже колен и полноценными звериными когтями вместо человеческих ногтей, смыла последние сомнения в мыслях новичков. На нас троих обрушился целый водопад вопросов, на которые мы отвечали несколько минут, пока мне это не надоело.
        - Стоп, стоп, - оставил я женщину, собравшуюся что-то опять спросить. - По дороге наобщаемся, если вы пойдёте с нами.
        - С Максимом что делать? - спросила она. - Его точно не спасти?
        - Он на вас бросался? Кусал? - вопросом на вопрос ответил я.
        - Да. Это заразно? - напряглась она. - Он мне запястье прокусил неглубоко.
        - Чёрт… - вздохнул я. - Вы уже всё забыли прочитанное? Зараза в вас с того момента, как почувствовали кислую химическую вонь и оказались в тумане. Укусы не опасны. То есть, не опасны как разносчики вируса Улья. Скорее кровью изойдёте или вам повредят сухожилие, нервы и прочее. Вот, - я снял «девятый» с плеча, отстегнул магазин и протянул тот мужчине, - если хочешь помочь товарищу, сделать так, чтобы он не превратился в такое же чудовище, как эта тварь, то подари спокойную лёгкую смерть. Стреляй в голову, это надёжно.
        Тот машинально принял автомат и почему-то застыл.
        - Дай я, - спустя несколько секунд забрала оружие у него женщина и посмотрела на меня. - Можно?
        - Мне всё равно, кто из вас двоих это сделает, только без глупостей и не тяни время. Нам сейчас уходить отсюда нужно как можно скорее, - пожал я плечами.
        Она сделала несколько шагов к связанному, почти приставила к его лбу глушитель, чуть помедлила и нажала на спуск. Раздался негромкий хлопок выстрела, лязгнул затвор, и вылетела тёмная гильза. Машинально я проследил, куда она упала.
        - Можно уходить, - сказала женщина, возвращая мне автомат. - Оружие наше тут останется?
        - Нет, берите. Патроны мы к себе переложим, но случись какая заварушка, то тут же передадим их вам. Или вернём, когда выйдем в безопасное место. Нам всё это без надобности.
        - Не доверяете, - криво усмехнулась она. - Мы же в одной лодке, если верить вашим словам.
        - В одной, но нервный срыв или нечто в этом духе нельзя списывать со счетов. Не хочу получить очередь в спину только потому, что через несколько часов у кого-то из вас съедет крыша и покажется, что мы вас обманываем.
        Забросив за спины автоматы, новички встали в центр нашей крошечной колонны. Я занял место в арьергарде, Кошка передо мной, Дед встал головным.
        Глава 11
        Как я и опасался, наш темп передвижения существенно снизился. Новички, с которыми мы познакомились по-быстрому в начале пути, не могли держать нужную скорость. Ни у них, ни у нас не было препаратов, которые подстегнули бы их организмы, истощённые недосыпанием, недоеданием, хронической усталостью и лучевой болезнью в начальной стадии.
        Анна Барянина, старший сержант спецвойск, оператор модуля лазерного наведения. Анатолий Дронхов, старший лейтенант разведывательного батальона ВДВ. Их группа в составе семи человек должна была вывести из строя вражескую батарею тяжёлых миномётов. С этим они благополучно справились, но потеряли четырёх товарищей. Анна должна была навести на чужие миномёты управляемые снаряды, но группа справилась своими силами. На обратном пути уже почти перед самыми своими позициями они попали в густой туман с сильным химическим запахом, от которого у них закружилась голова. Именно с того момента они стали носить противогазы.
        Когда туман рассеялся, то выжившие бойцы обнаружили буквально в считанных метрах совсем незнакомую местность. Посчитав, что попали под воздействие химического оружия, они надолго залегли в наскоро устроенном простеньком схроне, обколовшись лекарствами. А потом их артиллерия отчего-то использовала малый тактический заряд, и троице выживших диверсантов опять пришлось прятаться и ждать.
        С рассветом всё же решили возвращаться на свои позиции, и даже сумели пройти немного, но тут нечто непонятное произошло с их третьим товарищем. Он перестал их узнавать, появилась агрессия, исчезла внятная речь.
        - Мы подумали, что он сошёл с ума после отравы, - сказал Дронхов. - Связали, сделали укол последними лекарствами и решили переждать некоторое время в тех кустах, где вы нас нашли. Ну, а дальше вы всё и сами знаете.
        - А с кем воюете? - тут же задал вопрос Дед.
        Анатолий мрачно произнёс:
        - Капитанскую дочку читал? Оттуда слова: не приведи бог увидеть русский бунт - бессмысленный и беспощадный.
        - Не совсем понимаю?
        - Революция у нас, вот чего. Повезло вам, что в вашем кластере её не было, - тяжко вздохнул новичок.
        Примерно год, как в альтернативной России произошёл раскол. На удивление полыхнуло не на Кавказе, а в Сибири. Кто-то там кинул клич, который сводился к тому, что хватит нашими ресурсами кормить дармоедов московских и предателей кремлёвских, что ещё и своих хозяев с Запада содержат на сибирские богатства, вгоняя в нищету простых русских людей. Всё началось с нескольких новых законопроектов, принятых новым президентом после случившихся только-только выборов. Законы стали действовать буквально через месяц и оказались настолько круты, что сотни тысяч россиян вышли на митинги и забастовки, как в далеких девяностых. Только на этот раз бастовало то поколение, которое не знало большой войны и не слышало от родителей фразы «пусть будет что угодно, только не война», выросло в демократических условиях и плевало на правительство.
        Правительство же совершило ту ошибку, которую делают практически все государственные деятели, за исключением США. То есть, вместо того, чтобы жёстко давить и отделять подстрекателей и массовку, был дан приказ контролировать и не провоцировать. Полицейским даже запретили брать оружие, а оружейки райотделов по чьему-то «умному» приказу были вывезены на спецсклады. Десятки сотрудников погибли, сотни получили ранения только в одном Кемерово. В Новосибирске неизвестными был захвачен отдел УФСБ и разграблена оружейная комната (очень и очень хорошо укомплектованная), «стволы» из которой потом отработали по полицейскому оцеплению.
        И в один «прекрасный» момент всё полыхнуло.
        Если восстание было подготовлено кем-то из западных партнёров, то они явно позабыли про слова Пушкина. Это был всем бунтам бунт! Народ иступлено резался, припоминая реальные и мнимые события. В ход шло почти любое оружие. Кроме стратегических спецбоеприпасов. Две попытки натовцев захватить несколько АЭС и воинские части с баллистическими ракетами, на боевом дежурстве с ядерными зарядами под видом защиты Европы от случайного пуска, с треском провалились. Мало того, одна из сторон внутригосударственного конфликта заявила, что будет нанесен удар по всем базам НАТО в Европе и даже по США (Аляска-то не так уж и далеко), если будет повторный инцидент.
        Вслед за Сибирью гроза грянула на Кавказе, на который все дружно махнули рукой. В Европе воцарилась истерика, кризис за кризисом рвали экономики тех стран. Одна из Корей продемонстрировала кулак «Кузькиной матери» своей тезке и заодно США, которые резко дали слабину, когда реально запахло ядерной угрозой со стороны «безумных Иванов». Американские солдаты просто отказывались лезть в те места, где иногда в небо поднимались страшные грибы от тактических спецбоеприпасов - мин и снарядов «пионов» и «тюльпанов». Одно дело воевать там, где якобы имеется такое оружие, но страшнее «калаша» и гранатомёта нет у туземцев. И совсем другое, где врагам самих себя не жаль, и лупят они ядерной дубинкой по головам земляков. Меньше чем за год карту России поделила кривая фронтовая полоса, протянувшаяся от Воркуты до Омска. Тюмень, Екатеринбург, Пермь превратились в развалины, среди которых солдаты, говорящие на одном языке, с безумством убивают друг друга. Если революция произошла вследствие действий заклятых друзей России из-за океана (в чём все уверены поголовно), то вряд ли они рассчитывали на такой «успех», ведь
разгоревшееся пламя войны вот-вот грозило перекинуться на все материки планеты. И за океаном будет не скрыться, не выйдет.
        - Думаю, что это начало третьей мировой, - подвёл итог своего рассказа старлей. - Китай выкатил ноту протеста о боевых действиях рядом со своими границами и якобы применении там ОМП. Германия и Англия с Францией собирают экспедиционные корпуса типа добровольцев, чтобы помочь москалям. Амеры что-то мутят по слухам…
        - Потом договорите, - перебил я его. - Стоп всем… сели… выстрелы впереди вроде бы.
        Все опустились на колени и замерли.
        - Ага, палят, - подтвердил Дед.
        - Не слышу, - следом за ним сказал новичок. - Хотя, мы же все больные и глухие от бомбёжек и обстрелов.
        Почти точно впереди нас раздавалась пулемётная стрельба. Едва-едва слышимая.
        - Нужно обходить, - сказал я. - Но не через город… гадство.
        Там, где были раньше десять или больше кластеров, сейчас раскинулся один огромный - разрушенный мегаполис с прилегающими территориями. Там сейчас велик риск словить пулю от иммунного новичка или попасть в когти заражённого, примчавшегося после перезагрузки и не испугавшегося ядерного взрыва. Или наоборот - им и приманившегося, ведь атомиты и мутанты с рад-кластеров без высокого радиационного фона долго жить не могут и чем больше рентген входят в их тела, тем им лучше. Тут сложно точно понять, как взрыв спецбоеприпаса сыграет, может, прогонит своим излишком гамма-излучения (ведь даже кашу маслом можно испортить), может всё произойдёт с точностью до наоборот и почти полное отсутствие тварей на нашем пути - это следствие того, что они все потянулись в эпицентр взрыва.
        Ну, а моё недовольство было вызвано тем, что мы всё больше и больше заходим на территорию атомитов.
        - Нормально себя чувствуете? - я посмотрел на вояк. - М-да, вид за вас говорит, что не очень.
        - Это он ещё приукрашивает, - прохрипел Толик. - Что-то не приходит ваша хвалёная регенерация, мать её.
        - А ты сначала поживи здесь хотя бы месяц, чтобы организм перестроился. Вам ещё повезло, что ваш кластер из быстрых, где грибок прогрессирует на порядок быстрее. Не только мутанты перерождаются буквально за часы, но и ваши тела меняет так же. Иначе, подозреваю, сейчас вы просто валялись бы после всей принятой химии и облучения.
        К слову, я и мои товарищи чувствовали себя куда хуже, чем сутки назад. И весело стрекочущий счётчик радиации, единственный из всех приборов, не считая бинокля, что уцелел у нас, намекал почему так происходит. Нужно как можно скорее выходить с заражённых кластеров, пока облучение не достигло того порога, когда без помощи целителя выжить и не стать атомитом станет невозможно. Нужна машина или любой транспорт, хотя бы мотоцикл с люлькой или даже скутер, на котором можно челноком мотаться взад вперед, быстро перекидывая спутников вперёд по одному на несколько километров. Вот только в городские развалины я не пойду ни за что, вот гнетёт что-то меня, когда на них смотрю, шепчет интуиция, что придётся пожалеть о таком шаге.
        Дав пять минут отдыха, чтобы новички смогли хоть чуть-чуть отдышаться, я повёл отряд в направлении практически перпендикулярно городу. Через полчаса мы встретили первую группу заражённых, целеустремлённо двигающихся нам навстречу. К счастью, там не было ни одного высшего мутанта. Я даже дал возможность Кошке пострелять, чтобы хоть так её немного взбодрить.
        Ещё через час с небольшим пришлось серьёзно напрячься, чтобы в одиночку разобраться с дюжиной топтунов и лотерейщиков, встретившихся на пути. Я старался обходиться бесшумным автоматом, ножом и «клювом», чтобы шумом выстрелов не привлекать к команде внимание. Да и кому там было сражаться? Новички практически сникли и шли только на морально-волевых, Дед тащил их вещи и кое-что взял у Кошки, поэтому сил у немолодого мужчины оставалось совсем мало. Моя подруга так же сникла и плелась со скоростью сибирских диверсантов. Все пили живчик, будто простую воду. И всё бы ладно, вот только для Кошки такое злоупотребление эликсиром Улья крайне опасно, так как передозировка споранового раствора ускоряет все процессы по превращению в кваза. И это меня сильно беспокоило.
        Когда на нашем пути возник небольшой овражек, густо заросший ольхой и бурьяном, я скомандовал привал.
        - Час отдохнём в овраге, перекусим. Может, кому-то удастся вздремнуть.
        Насчёт отдыха не возразил никто, правда немного позже ко мне подошёл Дед и озвучил все те же опасения, которые мучили меня самого.
        К слову, вырубились все, кроме него и меня. Когда вышло отведённое мной время, то стало жаль будить Кошку, так сладко спящую. Показалось, что сон немного добавил румянца и разгладил лицо, посеревшее от невзгод, свалившихся на нас.
        - Дед, я на разведку сбегаю, пока все спят, - принял я решение, глядя на спящую девушку, о чём и сообщил своему товарищу. - Постараюсь через час вернуться. Если она проснётся, - я кивнул на нашу спутницу, - то удержи её всеми способами, даже если нужно будет связать - вяжи. Вояк попроси о помощи.
        - Им бы самим кто помог бы, - покачал тот головой, с жалостью посмотрев на новичков.
        - В общем, ты понял.
        Вернулся я намного раньше, и сразу огорошил новостью:
        - Километрах в двадцати стаб и там атомиты.
        К этому времени уже никто не спал, а судя по нахохленному виду Кошки и мрачному выражению на лице Деда, после пробуждения девушки произошла горячая сценка, доставившая обоим моим товарищам много испорченных нервов. Ну, хоть за мной никто не пустился вдогонку. Сейчас Кошка сидела на своём рюкзаке и гладила черную когтистую дьяволицу, растянувшуюся у неё на коленях.
        - Это опасно? - поинтересовалась Анна. - Нас найдут?
        - Опасно, - кивнул я. - Думаю, и стреляли недавно они, точнее, какие-то патрули, наткнувшиеся на мигрирующих к развалинам мутантов. В бинокль много не увидел, не разобрать на таком расстоянии с бугорка, но заметил несколько машин у этих уродов.
        - Машин? - переспросил Дед. - Только не говори, что ты хочешь эти машины у них забрать?
        - Другого варианта не вижу. Нам нужно срочно убраться с отравленных кластеров. Пешком на это уйдёт дня три, а на транспорте управимся часов за десять. Чуть больше десяти.
        - А этих атомитов много там? - задал вопрос старлей.
        - Под сотню точно.
        - А нас пятеро… ничего не хочу сказать, вы тут лучше разбираетесь в местной среде, но не многовато ли? - посмотрел он мне в глаза.
        - Тебя и сержанта я не считаю, - фыркнул я. - Пользы от вас даже меньше, чем от кошек. Тех хотя бы мутантам бросить можно, чтобы отвлечь от себя. Собственно, я больше надеюсь подкараулить кого-нибудь на машине за стенами стаба. Но если придётся сунуться внутрь, то сделаю это один.
        - Старшего сержанта, - буркнула Анна.
        - Пардон, старшего.
        Пришлось ждать до темноты, после чего направиться к стабу атомитов. Ничего другого не оставалось, как подойти всей командой чуть ли не к его стенам, так как у Кошки началась истерика, едва я решил оставить группу. Про себя матеря все дары Улья, которые только мешают жить, я со всеми сидел в какой-то яме в трёх сотнях метрах от поселения атомитов.
        Особыми мозгами иммунные, попавшие под жёсткое облучение и мутировавшие из-за этого, не обладали. Большая часть их ничем сложнее дубинки или ножа пользоваться не умеет. Меньшая часть кое-что ещё помнит, к примеру, как водить технику и пользоваться огнестрельным оружием. И именно они окружили свой посёлок минным полем на двести метров глубиной.
        На мины мне указал старлей, у которого оказался набит глаз на подобные моменты. Минирование проводилось самым примитивным способом - в шахматном порядке. Происходит это так. Группа сапёров растягивается в линию и идёт вперёд, укладывая на землю мины. После каждой делается один, два, три шага вперёд и смещается влево или вправо на метр. Когда мины заканчиваются, сапер разворачивается обратно и идет назад, на этот раз мины закапывая и ставя на боевой взвод. В общем, этому учат даже простых мотострелков, далеких от саперных премудростей. Наверное, один из «мозговитых» атомитов и служил там, после чего применил армейские знания в деле.
        - Откуда у них столько мин? - покачал головой Дронхов. - Склад разграбили?
        - Ты же читал про постоянную перезагрузку кластеров. Где-то рядом с ними постоянно генерируется такое место. Или участок дороги с машинами, наполненными боеприпасами, - сказал ему Дед. - И потом, кто тебе сказал, что минное поле здесь везде? Может вон с той стороны, которую мы не видим, мин нет или там их шагов на двадцать всего.
        Слова товарища мне напомнили о Шпиге и его тайной локации со снарядами к тридцатимиллиметровой пушке, которая часто перегружается. Возможно, атомитам повезло найти такое же место, но с минами. Правда, не сильно этот боеприпас котируется против мутантов, больше используется в качестве оповещения, так как сильную тварь взрыв не остановит, если это не противотанковый «блин». А слабые заражённые опасны только в виде огромной толпы, сиречь кочующей орды, которая мигом стопчет все сюрпризы в земле.
        Стаб на котором засели атомиты представлял из себя небольшой посёлок или его кусочек, выдернутый в Улей. Одноэтажное здание из бетонных блоков и плиты с облупившейся штукатуркой и даже местами с начавшим осыпаться бетоном в плитах. Вокруг него десять кирпичных и деревянных домов. Причём настолько ветхих, что у них уже крыша стала проваливаться внутрь, а шифер, которым они были крыты, покрылся толстым слоём ярко-зелёного мха. И всё это было обнесено стеной из старых машин, поставленных на бок днищем наружу, листов железа, металлических столбов, рельс, швеллеров и арматуры. Эдакая постройка в виде киношного постапокалипсиса. С одной стороны самого большого строения расположились машины - грузовики, легковушки и внедорожники. И было их очень много, два с половиной или три десятка. Те, кто их сюда сгонял, не заботились об их целостности и красоте парковки, поэтому подгоняли транспорт вплотную друг к другу, царапая и проминая металл кузовов, куроча бамперы, срывая зеркала. Скорее всего, важнее было уместить на крошечной площадке как можно больше техники.
        Особой суеты на территории стаба не было видно. Лишь однажды, когда мы уже сидели в своей яме до нас донесся истошный крик ужаса, вроде бы человеческий. Но кто кричал и зачем - было невозможно догадаться. Это могли и атомиты между собой разборки устроить или просто переговаривались.
        - Ладно, я пошёл, - тихо сказал я. - Кошка, потерпи, ладно? Я постараюсь не дольше часа отсутствовать и держаться поближе, чтобы ты своим Даром меня видела.
        - Хорошо, - кивнула она и всхлипнула. - Пожалуйста, только не долго.
        Чтобы девушка могла пользоваться способностью Улья, ей, как и всем остальным, пришлось покинуть схрон и подобраться ещё ближе к стенам посёлка, зайдя на минное поле. Тот пятачок, где устроились четверо моих спутников, разминировал старлей, попутно обозвав минёров безрукими олигофренами, мол, тут столетняя бабка белым днём пройдёт мимо лунок и холмиков с минами. Ну, и ещё моё чутьё уязвимых мест помогло легко и просто проходить мимо смертоносных сюрпризов.
        Альтернативой опасности сидеть среди мин почти на виду у стаба в сотне метров от стен был выбор взять Кошку с собой. И опять же ведя её по извилистой тропинке среди минного поля.
        Так что, пусть лучше сидит на обезвреженном участке под наблюдением Деда. Правда, со стороны кто нормальный посмотрит - это сюр просто. Но откуда в Улье возьмётся нормальный? Здесь все в той или иной степени психи.
        Я легко проскочил по видимой лишь мне одному светящейся неровной полосе по минному полю до стены. Защитное ограждение, которое издалека и впотьмах казалось монолитным, таковым на самом деле не являлось. Там хватало щелей и дыр, сквозь которые легко мог пролезть обычный человек. Мне же из-за телосложения чуть большего пришлось потратить на поиски лазейки и времени побольше. Уже через несколько минут я нашёл дыру в стене подходящего размера, сквозь которую под отводом взгляда проник на территорию посёлка.
        Предстояло крайне грязное дело… и мерзкое. Кошка сообщила, что чувствует за стенами примерно пятьдесят-шестьдесят объектов. И вот эти полсотни мне предстоит нейтрализовать. Проще всего будет убить, но знал бы кто, как у меня душа к этому не лежала! От слова - совсем.
        Простояв полминуты, прислушиваясь к окружающим звукам, я вновь активировал способность и перебежал к стене ближайшего дома, из окон которого лился неровный тусклый свет.
        Заглянув в него, я увидел четырёх атомитов. Двое что-то ели, хватая небольшие куски пищи из эмалированных тарелок прямо руками, третий возился с автоматом, четвёртый спал на большой железной полутораспальной кровати с высокими спинками, которые были украшены круглыми шарами, когда-то хромированными, а сейчас облупившиеся и покрытые ржавчиной. Вместо одеяла и матраса спящий использовал несколько бушлатов. Свет шёл от трёх светильников - керосиновой лампы и двух самоделок из стеклянного стакана, куска проволоки и скрученного бинта в качестве фитиля.
        Дверь в дом не просто была не заперта, а раскрыта наполовину, так что, проблем при проникновении у меня не случилось. Под скрытом я быстро вошёл в комнату, где устроилась четвёрка атомитов. В правой руке держал самодельный кистень из куска плотной материи, сшитой в виде многослойной «колбаски», с насыпанной внутрь глиной и мелкими камешками из ямы, где сидел с товарищами до темноты. Во время этого вынужденного безделья и сделал себе не летальное оружие.
        Что-то двое из противников - один едок и автоматчик - заметили или услышали, так как повернули головы в мою сторону, когда я переступил порог комнаты. И зависли. Пока они отходили от эффекта, я решил разобраться со вторым любителем позднего ужина. После удара мешочком по затылку, ничем не прикрытому и изуродованному гроздями папиллом с мелкими язвочками, он охнул, изо рта вывалился полупрожёванный кусок подгоревшего мяса, следом из рук на пол упала тарелка с оставшимся мясом, и затем рухнул он.
        «Первый нах», - всплыла в голове неуместная мысль.
        Вторым лёг его товарищ, сидевший сейчас и пялившийся на дверной проём, где я был три секунды назад, как филин на пне в ясный день. Он заработал шишку над ухом.
        Автоматчик успел придти в себя, пока я разбирался с парочкой обжор и даже вскочил на ноги, когда я нанёс ему удар своим кистенём в лоб. Бил от души, не жалея противника. Лобная кость одна из самых толстых в черепе и моим примитивным оружием даже сотрясение не устроить иммунному, стоявшему напротив. Когда у нас… в моём старом мире устраивались сборы страйкболистов, то там взрослые дядьки из органов или пенсионеры оттуда же рассказывали про случаи из своей богатой практики. Иногда там фигурировали истории про сломавшуюся биту в драке о лоб противника, который отделывался одной шишкой. И о тяжелом сотрясении после крепкого «леща» по затылку. Голова - она такая, нужно ещё знать, куда и чем бить.
        У атомита закатились глаза, и он рухнул на пол, как мешок с картошкой.
        С последним и вовсе всё прошло легко и просто. Он, от устроенного шума, звяканья посуды, оружия и шума падающих тел, даже не пошевелился, продолжая похрапывать. Лежал он на животе, повернув голову чуть набок, буквально подставив мне затылок.
        Как только последний противник отправился в царство искусственного Морфея, я занялся их упаковкой. Материала для связывания было полно. Тут и узкие ремни для штанов, и шнурки от обуви и одежды. Да и сама одежда, разрезанная ножом на широкие полосы, отлично годилась для пут.
        Всего на нейтрализацию четвёрки атомитов у меня ушло не больше пяти минут.
        Следующие два дома были пустые, хотя там горели керосиновые лампы, как и первом. Зато в четвёртом я нашёл сразу пятнадцать человек, которые сидели за несколькими столами и веселились. Если не обращать внимания на внешний вид гуляк, то можно было спутать их с обычными деревенскими алкашами. Даже сервировка была соответствующая - много бутылок водки, стаканов и стопок, и тарелки с жареным мясом. Больше там не было ничего.
        Решив оставить их на потом, я направился к следующему дому, из окна которого лилась негромкая резкая музыка со словами песни на незнакомом языке.
        «Шестеро… сойдёт, справлюсь».
        Здесь гуляли, как и в предыдущем здании. Причём, половина атомитов сидела полураздетыми, буквально без штанов, словно, низшие заражённые, которые лишаются этой детали одежды в первую очередь. И вся шестёрка была в дупель пьяная. Двое из них даже то и дело роняли головы на стол, а стаканы проливали дважды, прежде чем сумели влить в себя огненную воду. А ещё они набили друг другу рожи, так как на столе и стене были видны крупные брызги крови. Особенно на столе. Будто о столешницу кого-то не раз и не два как следует приложили лицом. К слову, по рожам гуляк было не понять, кому так не повезло, так они были перекошены и обезображены мутацией от лучевой болезни.
        Что ж, здесь у меня всё будет намного проще.
        Двое атомитов за столом, ближайших к двери, я оглушил мгновенно, наверное, на обоих секунда ушла. Потом врезал от души третьему по макушке, в этот момент подносящего стакан ко рту. От удара он насадился челюстью на него и врезался в стол. Тут же брызнули осколки и кровь. Четвёртый уставился на меня своей обезображенной рожей, но с места так и не стронулся, наверное, в алкогольном угаре даже не понял, что я не из их компании. Его я наградил ударом в переносицу. Если даже и убью, в чём сомневаюсь, так как жители Улья отличаются завидным здоровьем и крепостью, то будет совсем не жаль. От встречи головы и кистеня противника снесло со стула к стене. Предпоследний был единственным, кто хоть что-то успел понять. Или просто был тем самым отморозком, который в компании после выпитой водки хватается за нож. Вот и этот сцапал здоровенный «рембоид», покрытый подсохшей кровью с латунными потемневшими гардой и обухом, поднимаясь со стула и поворачиваясь ко мне с каким-то утробным рычанием.
        Я подождал, когда он выпрямится и повернётся ко мне, после чего со всей силы ударил носком ботинка в пах:
        - Нна-а!
        У того выкатились глаза из орбит и, скрючившись и уронив нож, он упал мне под ноги. Приголубив на всякий случай ушедшего в мир боли атомита по затылку, я двинулся дальше, к последнему. Этот что-то мычал, елозя лицом по столу, заляпанного кровью, сукровицей из плохо прожаренного мяса, разлитой водки и чего-то ещё более омерзительного. При этом пытался опереться на руки, но ладони разъезжались, и он опять падал лицом в месиво.
        Я сделал несколько шагов, обходя массивный стол, старый, времён СССР, собранный из толстых досок и брусков и обитый шпоном сверху, и увидел полураздетый труп женщины со вскрытым животом. Меня как пыльным мешком по голове ударили.
        Совсем другим взглядом посмотрел на застолье и картинка, которая до этого состояла из пазлов, кое-как пригнанных друг к другу, сошлась.
        - Тварииии, - прошипел я, не узнав собственного голоса. - Тварииии…
        Судя по остаткам одежды, точнее нательному белью и рубашке армейского образца, женщина была из городских развалин, вчера перенесённых перезагрузкой в Улей. Атомиты успели там побывать и набрать трофеев - оружие, амуницию и пленников. Вот эту несчастную они сначала изнасиловали, а потом убили и… начали есть. Причём, судя по искажённому лицу и ладоням, которые находились рядом с раной, живот ей разрезали наживую.
        Я вернулся назад, наклонился, подобрал тесак предыдущего противника, после чего подошёл к последнему активному атомиту и со всей силы ударил его в затылок. Лезвие пробило череп насквозь и вошло в столешницу. Руки убитого конвульсивно задрожали и через несколько секунд замерли.
        Несколько секунд я стоял, как оглушённый, с трудом приходя в себя после увиденного. Знал, что атомиты каннибалы, но столкновение с этим вживую оказалось страшным. Как-то машинально, абстрагировавшись от реальности, я перекинул автомат из-за спины в руки, щёлкнул переводчиком, ставя оружие в режим одиночного огня, после чего обошёл пятерых оглушённых, делая каждому в голову контрольный выстрел.
        Когда уходил из комнаты, я обернулся в последний раз и вдруг увидел под столом ещё одно тело. В голову ударила злая мысль, что там валяется седьмой из компашки алкашей, который вырубился раньше всех и по традиции был запинан под стол.
        Но когда я отбросил стол в сторону, то увидел ещё одну женщину. Точно так же, как и убитая она была наполовину раздета. Да и одежды той - рваная рубашка и разрезанная верхняя часть армейского белья, ниже женщина была полностью обнажена. Судя по крови на ногах и внизу живота, вниманием атомиты и её не обделили.
        Присев рядом с ней, я коснулся пальцем шеи и несколько секунд пытался понять - жива или нет. Наконец, сумел уловить неровное биение пульса.
        - Жива… блин, и что с тобой делать? - вздохнул я.
        Я отстегнул флягу с живчиком, приподнял женщине голову и приложил горлышко к её губам. Удалось влить всего немножко, буквально три глотка, остальное пролилось.
        - Ну, хоть так, - пробормотал я, закрывая фляжку. - Надеюсь, хватит и этого, чтобы полегчало.
        После того, как новичка-иммунную вывели с родного кластера, изменения в её организме начались с ураганной скоростью. Потребность в спорановом растворе возросла на порядок. Так что, ей сейчас и один глоток помог бы прийти в себя, если бы не травмы, нанесённые атомитами. Накрыв бывшую пленницу бушлатом одного из убитых, самым чистым, и подложив ей под голову ещё один, я покинул дом. Внутри у меня всё кипело, хотелось рвать и метать, а ещё поскорее убраться из этого гадюшника.
        После второго зачищенного здания я решил вернуться в то, что пропустил, с большой группой веселящихся уродов. Возможно, и там сумею кого-то спасти.
        С момента, как я их оставил, там прибавилось народу. Вместо пятнадцати, замеченных ранее, за столом сидели уже двадцать один человек.
        «Атомиты, - поправил я себя. - Не люди».
        Внутри меня всего потряхивало, бешенство и надежда спасти кого-то ещё толкали меня на то, чтобы ворваться в комнату и начать убивать, резать глотки и крушить черепа «клювом».
        Сдержался. Сумел унять себя.
        Как и два раза до этого я вошёл в дом спокойно через дверь. Только сейчас не стал накидывать на себя отвод взгляда. Перешагнув порог, я негромко сквозь зубы произнёс:
        - Здорово, уроды.
        И насладился целой бурей эмоций, проскочившей по изуродованным лицам гуляк: удивление, непонимание, злость, страх.
        Только когда все лица, числом двадцать одно, повернулись в мою сторону, я активировал свои способности.
        Атомиты на несколько секунд превратились в двадцать одну восковую фигуру. И этим временем я воспользовался полностью.
        Стрелял я с двумя открытыми глазами, навскидку, следя, чтобы красная нить упиралась во врагов в момент нажатия на спусковой крючок.
        В тесном помещении звуки выстрелов спецпатронов приглушённых ПББСом казались такими громкими, что болезненно били по ушам. Или мой организм настолько был взвинчен, что ему и писк комара послышался гулом турбин самолёта, пронесшегося над головой.
        Наверное, я ещё никогда не стрелял так быстро и метко. Двадцать патронов в магазине - двадцать врагов с пулевыми ранениями в голову или сердце, ни один остроконечный кусочек свинца не пролетел мимо своей цели. Последнему я проломил висок прикладом, специально пропустив при растреле самого ближнего к порогу.
        Машинально заменил магазин в оружии, передёрнул затвор и медленно пошёл по комнате, смотря, а не дёрнется ли кто-то из атомитов. Контроль делать было жалко, так как девятимиллиметровых патронов к автомату у меня было мало. Только сейчас подумал, что стоило бы взять на эту вылазку Кошкин ПП. Там и магазин намного объёмнее, и боеприпасы самые ходовые, и глушитель почти не хуже, чем на моём «девятом».
        В комнате нашёл одно истерзанное женское тело, выпотрошенное, с отрезанными грудями и мягкими тканями на бёдрах.
        Меня вновь накрыло, как в первом доме, когда я увидел следы трапезы каннибалов. Стоял столбом среди крови и трупов, дыша запахом внутренностей, горелого мяса и жжённого пороха.
        И тут меня согнуло в конвульсиях. На изгаженный пол полились полупереваренные остатки моего ужина. Как только полегчало, я вылетел из дома на улицу. И на крыльце меня опять стало тошнить. На этот раз пошла желчь и слизь, а когда и они закончились, то перхал воздухом.
        - Апра-а? - раздался чужой голос за спиной. - Ы-ы гры ыто?
        Волосы на мне встали торчком по всему телу от такой неожиданности. И момент, когда использовал свою способность отвода взгляда, даже не заметил. Только ощутив сильную боль в висках, понял это.
        Когда обернулся на голос, то увидел одного из атомитов, стоящего в двух метрах за моей спиной с автоматом, ствол которого смотрел на меня, а палец лежал на его спусковом крючке.
        Щёлк!
        Тяжёлая пуля ударила его в грудь, опрокинула назад и… его оружие выдало короткую очередь в небо.
        Я замер на полусогнутых, морщась от болезненной пульсации в висках. Пришёл в себя спустя пару секунд и метнулся за угол дома, где распластался на земле, выставив вперёд автомат. И почти сразу после этого из самого большого здания вывалила толпа атомитов с оружием в руках.
        На моё счастье, они как вышли кучей из строения, так и стояли на улице, буквально плечом к плечу, вертя головами по сторонам и о чём-то громко переговариваясь на своём чудном языке.
        Я сделал несколько шагов назад, оказавшись рядом с телом атомита, который подловил меня в момент слабости, присел на одно колено и подобрал с земли автомат. Краем глаза увидел на поясе убитого гранатные подсумки и из интереса прикоснулся к ним.
        «Полные, две штуки внутри… хорошо бы не консервы».
        Две штучки РГД-5 уже полностью собранные и готовые к применению лежали в кармашках брезентового подсумка на ремне. Вообще, этот атомит оказался на диво хорошо экипирован. Кроме гранатного подсумка, у него слева на ремне висел подсумок для автоматных магазинов, справа болталась кобура с ПМ, правую лодыжку украшали ножны с прямым широким ножом, с клинком кинжального типа и небольшой квадратной гардой. Либо недавно переродившийся, причём из мента либо копа, либо наоборот - уже очень давно, и количество (радиация) перешла в качество при правильном применении живчика.
        Пока возился с мертвецом, на улицу к основной толпе вышли ещё трое, причём двое несли в руках массивные аккумуляторные фонари, испускающие мощный яркий луч. Третий из них, по всей видимости, был вожаком.
        - Вот ты и будешь первым, - прошептал, откладывая гранаты и наводя ствол автомата на выбранного противника. Темнота для меня не была помехой. Пусть колиматорный прицел испортился, но Дар-то остался при мне.
        Щёлк!
        И тут же выпустил оружие, которое повисло на ремне на груди, схватил одну гранату, выдернул кольцо и бросил снаряд в толпу.
        В темноте даже среди гула голосов сработавший капсюль прозвучал, как выстрел из пистолета. Металлический «дзиньк» от отлетевшего рычага я едва услышал.
        Эти остолопы собрались ещё и в плотную кучу рядом с упавшим вожаком с простреленным черепом. Прямо мечта, а не мишени, хотя и нехорошо говорить в таком русле про разумных людей. С другой стороны, начав убивать других разумных ради пищи, они поставили себя на ту ступень, к которой никакая жалость не применима.
        Первый снаряд ещё не взорвался, когда туда же улетел второй.
        После этого я взял трофейный автомат и упал за мёртвое тело, прикрываясь им от осколков.
        И очень вовремя.
        С секундной задержкой оглушительно взорвались эргэдэшки, щедро разбрасывая осколки во все стороны. Хотя я и лежал более чем в тридцати метрах и помнил, что в наставлениях радиус поражения наступательной гранаты что-то около пятнадцати метров указан, несколько крошечных невидимых посланцев Смерти просвистели совсем рядом.
        Со стороны врагов раздались стоны и крики боли, гневные невнятные выкрики и возгласы. Потом кто-то выстрелил несколько раз из ружья, но даже не мою сторону, а в небо. Зачем? Даже не могу и предположить, что пришло в голову стрелку в этот момент.
        Вслед за ним открыли огонь его соседи, и на этот раз пули полетели во все стороны, в том числе и по окружающим домам. В темноте ясно видел, как от кирпичной стены ближайшего дома отлетели несколько искр, выбитых рикошетами. Либо там кирпич попался перекаленный, по прочности сравнимый с булыжником, либо попала в какую-то металлическую деталь.
        Атомиты очень быстро расстреляли боеприпасы в магазинах и стали перезаряжать оружие. И в этот момент начал стрелять я. Непривычно громко (оказывается, я сильно отвык от обычного оружия) затрещал «калаш» и сильно задёргался в руках от частых коротких очередей. Упираясь локтем в покойника и удерживая оружие за цевьё, я вёл красную нить Дара от одной фигуры врага к другой, стараясь бить так, чтобы очередь задела двоих или даже троих.
        Те заорали ещё громче и стали разбегаться во все стороны, как тараканы на кухне, когда там ночью неожиданно зажёгся свет.
        Неожиданно вспыхнула и тут же стихла пальба у стены.
        - Заррраза-а! - выругался я. - Эти-то куда попёрлись!
        Шум в той стороне не мог быть ничем, как попыткой помочь мне со стороны основной группы. Наверное, услышали шум боя и рванули на помощь. Точнее, сюда бездумно бросилась очертя голову Кошка, которую должны были удержать на месте остальные.
        - Ну, Дед! Ну, погоди, блин!
        Выдернув полный магазин из подсумка трупа, я подбивом заменил тот, что только-только опустошил в сторону врагов. Передёрнув затвор, я бросился назад к стене, окружающей посёлок, где меньше минуты назад гремели выстрелы…

* * *
        - Там десять человек, - сообщила мне Кошка, кивая на большое капитальное здание в посёлке. Над широким просторным крылечком уцелела вывеска, с крупными буквами «СОКИ …ИВО КВА…». А сбоку на стене едва-едва просматривалась старая-престарая картинка, изображающая пять разноцветных крупных колец. Символ Олимпиады.
        Я этому изображению не придал никакого внимания. Ну, нарисовали и нарисовали, мало ли зачем и для чего. Зато дед просветил, что здесь, точнее, в нормальном мире по дороге, на которой расположился этот посёлок в далеком восьмидесятом году, пронесли олимпийский огонь. По крайней мере, в районе рядом с московской областью, где проживал его зять, есть точно такой же рисунок на одном из зданий, где проскочили факелоносцы. Их путь в стране был отмечен вот таким рисунком, который уже еле угадывался на стене древнего магазина. И хорошо, что нанесли его на бетонную поверхность плиты, а не на штукатурку.
        Правдива история или нет - неизвестно. Дед сам слышал её из чужих уст.
        - Где конкретнее? - уточнил у Кошки я.
        - Внизу. Наверное, в подвале, - буркнула та, старательно не смотря на меня.
        Обижается на меня за устроенную недавно отповедь за свой поступок. Я почти не сдерживался в словах, не обращая внимания на посторонних слушателей. Грубо? Да, согласен. Но знал бы кто, как я перепугался за девушку. Может кто-то и умеет донести суть и без такой эмоциональности и отсутствия такта, но ко мне это не относилось. Как умею, так и переживаю.
        «Да и полезно кое-кому послушать русско-доходчивый, а то забываться стала», - покосился я на Кошку.
        Зачистку посёлка мы закончили несколько минут назад. В живых не оставили ни одного атомита. Даже тех, кого я оглушил самыми первыми и связал. После того, как сержантесса и старлей увидели освежёванное тело женщины и то, чем питались жители стаба, они сами и добили пленников.
        Последняя группа атомитов оставалась в магазине. Выходить наружу никто из них не торопился. Впрочем, они вообще никак о себе не давали знать, словно надеясь, что мы успокоимся после уничтожения основной шайки и оставим выживших в покое.
        Проще всего было бы поджечь здание, забросав перед этим гранатами, как предложил Толик. Его спутница, занявшаяся выхаживанием пострадавшей от атомитов пленницы, была с ним солидарна. Тем более, топливо - несколько бочек с бензином и соляркой, канистры с маслом, нашлись рядом со стоянкой автомобилей.
        - А если там пленники? - четырьмя словами остудил я горячие головы. - Я один пойду. Если там враги, то вернусь и спалим это крысиное гнездо, а если кто-то из ваших, то крикну погромче, вас позову. Эх, жаль, что рации накрылись, - в очередной раз посетовал я.
        Магазин атомиты превратили в смесь склада и общежития. Витрины и стеллажи были сдвинуты в углы, на их месте стояли кровати и лежанки из тряпок прямо на полу. В двух комнатах валом, без всякого ухода и бережного отношения лежало оружие с одеждой, ящики и коробки с алкоголем (по большей части уже пустые).
        Живых я нашёл в подвале, в который вела крутая и узкая лесенка из кирпича. Многие ступеньки от сырости и времени уже выщербились, в них разболтались кирпичи, так и норовящие выскользнуть из-под ноги.
        В небольшом закутке размером четыре на четыре метра, закрываемом железной решёткой и большим навесным замком, сидели и лежали десять человек в грязной форме, похожей на ту, в которой ходила Анна с Толиком. Рядом с ней на полу стояли две лампы из трёхлитровых банок, одинаково хорошо освещающих помещение и жутко коптящих. Воздух из-за этого здесь был спёртый и сильно пах плохо сгоревшим керосином или соляркой. Возможно, чем-то ещё, но точно не бензином. Стояли они достаточно далеко от решётки, чтобы пленники сумели до них дотянуться.
        Военные разбились на две группы: трое и семеро. И заняли дальние друг от друга углы. В той, что была побольше, находились двое лежачих. Троица же выглядела куда здоровее и крепче всех остальных.
        - Здорово, мужики, - негромко произнёс я, скинув скрытность и шагнув поближе к решётке.
        - Ты что за Илья Муромец? - поинтересовался один из троицы, по виду самый взрослый, немного похожий сейчас на гэрэушника с позывным «Кобра» из очень старого фильма «Чистилище». Такой же грязный, замордованный и со злым взглядом. Разве что, лет на пять постарше выглядит.
        - Кавалерия из-за холмов, - сообщил я. Наклонившись, я взял одну из банок, за ручку из проволоки и поднёс вплотную к камере. - Сейчас я вас выпущу, и потопаете наверх, на улицу. Только запомните вот что: ваша война закончилась, когда вы оказались в тумане. Нет больше врагов.
        - Хе! - громко хмыкнул мой собеседник, но от дальнейших комментариев воздержался.
        Быстро поднявшись наверх, я сообщил товарищам, что опасности нет и можно чуть-чуть расслабиться.
        Замок на решётке пришлось выламывать куском трубы, которую нашли в магазине. Потом выпускать из камеры пленных и помогать нести раненых, тех двоих, которым сильно досталось от атомитов. Маленькая группка оказалась мотострелками из нижегородской дивизии, то есть, маскалями по терминологии мира, увидевшего очередную русскую жуткую революцию. Пятеро являлись сибиряками из зенитного дивизиона, укомплектованного ЗУ-23-2, и двоих из них лично знал старлей.
        После живчика самочувствие у всех, даже избитых, которых сумели привести в чувство, резко улучшилось. Четверо даже нашли в себе силы, чтобы присоединиться к моей команде, чтобы помочь собрать трофеи.
        Рассказ о том, что они уже не дома, а в параллельном мире приняли легко. Уже успели до этого насмотреться на окружающую обстановку и кое-что сложить в уме.
        - Видели мы этих мутантов… жуть - мороз по коже, - сказал один из спасённых, когда я быстро поведал им о случившихся в их жизни кардинальных изменениях. - Их эти уроды отстреливали и что-то вырезали. Думал, что жрать себе брали куски получше, типа, мозг там, язык. И стреляли из винтаря со стволом в кулак толщиной. Аж грузовик дрожал после каждого выстрела.
        На коротком двухосном «камазе» имелась в кузове хитрая конструкция, похожая на кронштейн, только неподвижный. Наверное, упор для той самой винтовки с толстым стволом. А толщина такая, вероятно, из-за глушителя.
        Хм, а ведь её мы не нашли пока что. Вдруг это та самая штучка - «Выхлоп», которую я заказывал давным-давно? Под российский патрон 12,7 миллиметров.
        - Это ты реально не видел жуткого мутанта, - сообщил я ему, закидывая на плечо один за другим семь автоматов из самых свежих, ещё не ржавых, как большая часть оружия на этом складе атомитов.
        - Да куда больше-то? - удивился собеседник. - Там рост метра четыре был! Он своей лапой точно половину бы лобовухи закрыл, если бы положил ладошку на стекло.
        - Что? - от этих слов я замер, потом, не заботясь о сохранности оружия, сбросил с плеча автоматы и повернулся к парню. - Четырёхметровый мутант? И из него что-то атомиты вырезали?
        - Ну да, - кивнул он. - Думаешь, там эти твои, м-м, - он пару раз щёлкнул пальцами, - горошины? Хочешь прихватить себе?
        - Угу, они самые, - буркнул я и быстро направился на выход, крикнув. - Вы тут сами всё сделайте, а то у меня другие дела образовались.
        Оказавшись на улице, я нашёл Кошку и Деда и рассказал про полученную информацию от вояки. На девушку мои слова практически никак не подействовали, наверное, всё ещё дуется. А вот Дед буквально как спаниель сделал стойку, когда услышал о возможных жемчужинах.
        - А вдруг, у них хабар не с одного матёрого жемчужника, а с нескольких? - потёр он ладони и его глаза алчно заблестели. - Мы же можем рейд свой окупить совсем и полностью, хе-хе, а, Сервий? И больше сюда не возвращаться.
        - Это единственное, что мне нравится в твоих словах, - пробурчала Кошка.
        - Тогда что стоим? - поинтересовался я. - За дело, живенько, живенько!
        Пока мы с Дедом осматривали трупы, взяв на себя самую грязную работу, наша спутница осматривала комнаты, начав с магазина. И на нём же и закончила.
        - Ребят, я, кажется, нашла, - сказала она через пять минут после того, как разошлись на поиски. - Тут сейф есть. Закрытый.
        Кошка отыскала небольшую каморку в главном помещении магазина. Дверь в неё находилась рядом с одним из стеллажей, сломанных и прислоненных к стене. Из-за темноты и при свете фонарей там ложились такие ломаные и густые тени, что при первом беглом осмотре мы пропустили помещение.
        - Молодчинка ты у меня и умничка, - улыбнулся я девушке и притянул к себе. - Хватит кукситься, солнышко. Извини, что накричал, но ты же не подумала о моём состоянии, когда по минному полю помчалась и начала перестрелку! У меня так сердце могло остановиться.
        Всё-таки, пришлось извиняться, хотя обещал себе, что не стану этого делать, чтобы до Кошки дошла вся тяжесть и опасность её проступка. М-да… женщины.
        Поцеловав отмякшую после моих слов девушку, я занялся осмотром найденного помещения. Судя по всему, раньше это была комната заведующей магазином. Два метра шириной и четыре в длину. Тут стояла самодельная кровать, из досок на железных уголках, вбитых в противоположные стены. На левой стене от двери находились несколько полок точно такой же конструкции, как и кровать. Там стояли бутылки с алкоголем, лежали две фляжки - сувенирная и армейская, алюминиевая, крашеная тёмно-зелёной краской, несколько банок с консервами, большой аккумуляторный фонарь. На стене напротив, висели на дюбелях вбитых не полностью, стволы - три винтовки, один ручной пулемёт, два автомата - АКМС и АК-74 с деревянными частями. И что-то нечто футуристическое, больше подходящее для съемок фантастического фильма о войнах будущего.
        Очень толстый ствол не имел никаких механических прицельных устройств, не было у него и дульного тормоза. Наверное, механизм смягчения отдачи и снижения вспышки прячется внутри, иначе зачем оружию ствол толщиной с моё запястье? Это ещё было не всё: у винтовки не было приклада! На его месте находился какой-то кусок - практически - трубы, овального сечения. Зато сразу за огромным магазином, размером чуть ли не в два кирпича, всё было сглажено. Опять мне попалось оружие с конструкцией булл-бап, так как пистолетная рукоятка со спусковым крючком находилась впереди магазина. Кроме неё имелась ещё одна - тактическая, почти сразу же за основной. И судя по виду, она была несъёмная, устанавливаемая ещё на заводе при сборке оружия. На месте оптического прицела стоял ещё один кирпич, полуторный, наверное, оптика, совмещённая с кучей девайсов вроде баллистического калькулятора и лазерного дальномера.
        М-да, сложная и малопонятная вещь. Да и хрупкая, особенно если прицел не защищён от ЭМИ. Случись ему выйти из строя и всё - снайпер просто не сможет использовать своё грозное оружие.
        Забыв обо всём, я снял оружие со стены и стал крутить в руках. По ощущениям казалось, будто весь корпус покрыт каким-то полимером, тёплым. Наверное, теплопроводность у него никакая и ощущение тепла - это отражённая температура моих рук.
        - Небось, ещё и перегревается из-за этого, - произнёс себе под нос.
        Калибр у винтовки был пушечный - двадцать или больше миллиметров. Длина тоже внушала: поставленная на торец «трубы» она стволом упиралась мне подмышку, как костыль.
        Прикладываться к винтовке надо было почти так же, как использовать РПГ-7, то есть, задняя часть оружия лежала поверх плеча, упираясь в него магазином. Точнее, анатомически выверенной деталью, которая наполовину скрывала магазин со стороны тела стрелка.
        Повозившись немного, я смог отстегнуть и сам магазин. До момента, пока не увидел патроны, я думал, что получил какой-то шибко навороченный гранатомёт. Но нет - боеприпасы выглядели обыденно: гильза с проточкой, обжатое дульце, остроконечная пуля, покрытая скользким полимером. Каждый патрон был больше двадцати сантиметров в длину и весил чуть ли не полкило. В магазине винтовки таких было четыре штуки. Это ёмкость магазина.
        - Сейф-то будем открывать? - поинтересовался Дед, когда я отвлёкся от оружия и зашарил взглядом по полкам в поисках запасных патронов к оружию.
        - Сейф? - переспросил я. - А-а… точно, извини - отвлёкся немножко. Уж очень интересная штука, - я похлопал ладонью по толстому стволу, потом аккуратно приставил к стене и обратил внимание на сейф. - Закрыт на замок?
        - Угу, - кивнул он. - Ажно на четыре, мляха-муха.
        Только сейчас я хорошо рассмотрел сейф, скрывающий (возможно) внутри себя самые ценные вещи в Улье. Это был пенал полметра глубиной, около семидесяти шириной и полтора метра в высоту. Фактически шкаф, разделенный на две части - верхнюю и нижнюю. Каждая дверь была снабжена парой внутренних замков. Ручки были Т-образные и проворачивающиеся, наверное, дополнительно замыкающие дверки.
        Я упёр ладонь в верхнюю часть и качнул сейф к стене:
        - Тяжёлый, сволочь.
        - Насыпной, с песком, чтобы не утащили и не смогли быстро вскрыть автогеном, - тут же просветил меня Дед. - В нём килограмм триста. И двери из листов в сантиметр толщиной.
        - Ну, не сантиметр, - покачал я головой, светя в зазор между дверкой и краем стенки сейфа, - но миллиметров семь есть.
        Вещь была простой, дубовой, так сказать, и оттого надёжной. Моя способность видеть уязвимые места не смогла помочь вскрыть железный ящик. И среди спасённых вояк не нашлось ни одного «медвежатника». Даже ученика на этом поприще не имелось.
        Думал расстрелять замки из автомата, но останавливала боязнь повредить жемчуг или вызвать детонацию боеприпасов, если в сейфе таковые хранились.
        Провозились с ним до рассвета, устав и физически, и морально. Удалось вскрыть только на улице, куда его с огромным трудом сумели перетащить. Наверное, моя команда горе-«медвежатников» заработала бы премию, аналогичную премии Дарвина, только в категории «самое глупое решение проблемы», если про способ, которым мы воспользовались, узнала бы комиссия, что выбирает победителей.
        Во время осмотра посёлка, был замечен сварочный трансформатор с бензиновым электрогенератором. Оба аппарата оказались рабочими, имелись и электроды к нему, но всего пять штук. Один из вояк умел пользоваться сваркой, и разочаровал нас, сказав, что для разрезания металла пяти электродов не хватит. Зато хватит, чтобы наварить скобу из толстого метала для троса и потом просто попытаться вырвать «Камазом».
        Может быть, не будь мы такими уставшими и больными, то подобная идея оказалась заменена более простой или сумели бы отыскать в посёлке при свете дня ломик, или что-то более подходящее, чтобы отжать общими усилиями толстенную дверку из качественной стали.
        Сейф закрепили, к свеженаваренной скобе привязали трос, тот к «клыку» на бампере грузовика. После этого машина медленно покатилась назад… трос натянулся, сгибая скобу. Мне даже показалось, что та сейчас оторвётся…
        С громким скрежетом и каким-то зубодробительным хрустом дверка выгнулась и стреском распахнулась, вырывая «язычки» замков.
        - Стой!!! - завопил Дед и замахал руками над головой. - Стой!!!
        Но водила и сам видел, что больше в его помощи никто не нуждается и остановил грузовик.
        Я первым оказался рядом со стальным шкафом.
        Во вскрытом верхнем отделении лежали несколько пластиковых разнокалиберных цветных коробочек, два брезентовых мешочка с металлическими застёжками, похожими на маленькие мешки инкассаторов, немного странный большой пистолет с зализанными формами, и большой полиэтиленовый пакет, полный «янтаря» элитников.
        Все коробочки были заполнены споранами и горохом из споровых мешков мутантов. Всего мы набрали трёхлитровую банку и тех, и других. В первом инкассаторском мешке лежали готовые к употреблению шприц-тюбики с оранжевым раствором. Только оставалось сдёрнуть колпачок с иглы да воткнуть в себя. Скорее всего, это был спек.
        А вот во втором я нашёл то, ради чего и была затеяна вся эта суматоха с сейфом.
        Двадцать жемчужин: четырнадцать красных и шесть чёрных. То, что они взяты с местных рад-мутантов, было ясно по их размеру и блеску. Обычные и менее заметные, и тусклее. А эти хоть сейчас ставь в оправу драгоценного украшения, настолько они красивые и яркие.
        - Это что? - раздался у меня над ухом голос одного из вояк, который сунул свой любопытный нос мне под руку. - Цацки?
        - Рот не разевай на… цацки, - нахмурился Дед и положил ладонь на пистолетную кобуру. - Загрузили, что ли, вещи-то?
        - А что - посмотреть нельзя? - набычился тут же новичок и аналогично моему товарищу прикоснулся к оружию. - Хочу знать, ради чего мы тут столько времени корячились с этим сейфом.
        - Это «ради чего», не твоего ума дела.
        - Что-о? - протянул тот.
        - Хватит, - я застегнул мешок и взял его в левую руку. - Дед прав - это не твоё дело и никоим образом не касается никого из вас. Если хочешь поделить по справедливости и по затраченным усилиям, то на тебе уже висит долг за спасение. Сначала отработай его, а потом поговорим на тему общих совместно заработанных трофеев.
        Тот зло зыркнул на меня, но вступать в спор не стал и, повернувшись спиной ко мне с Дедом, ушёл прочь. Почти сразу же на его месте оказался Толик.
        - Федерал это. Москаль, - буркнул он, - каждый шаг по рублю у них. И не такой и простой человечек, явно не рядовой мотострелок - держится не так совсем. Я б ему майора запросто дал бы с такими повадками. Кто он такой, этого не знает никто из пленных.
        - Толь, да мне всё равно, - ответил я ему и пристально посмотрел ему в глаза. - Понимаю, что после того, как почти год пускали друг другу кровь, вы ещё долго будете скалить друг на друга зубы. Только здесь это никакого смысла не имеет, и чем раньше поймёте это, тем проще вам станет вживаться в окружающий мир.
        - Это ты с нами в окопах не сидел, потому и говоришь такое, - скривился он, потом махнул рукой и отошёл в сторону.
        - Да плюнь ты на них, Сервий, - хмыкнул Дед. - Сами разберутся, не дети малые уже. Ты по ним вообще что думаешь? С собой берём? Или пусть катят своей дорожкой?
        - С собой. Вместе доберёмся до ближайшего стаба, распродадимся и разбежимся.
        - Хм, - Дед взялся пальцами за мочку правого уха и стал ту теребить, - стрёмно. Они же разбрешут про жемчуг там, поди. А людишек местных ты сам знаешь, - он тяжело вздохнул и оставил ухо в покое.
        После слов товарища я на несколько секунд задумался, потом пожал плечами:
        - По пути определимся…
        Глава 12
        В дорогу наша команда выехала только около полудня. Уставшим и израненным людям пришлось дать несколько часов отдыха после погрузки трофеев перед тем, как выдвинуться в путь в направлении чистых кластеров.
        Да и моя команда, включая меня самого, едва ногами шевелила, когда на горизонте забрезжил рассвет.
        «Камазы» легко пёрли по ухабам, глотая километр за километром, приближая нас к тем местам, где можно будет снять ненавистные маски, от которых уже до исступления хочется расчесать лицо.
        Взяли два грузовика: обычный «трёхостник» с железным кунгом и даже печкой, работающей на соляре и мазуте, и двухосный с самодельным бронированием бортов и кабиной, у которого имелся кронштейн для странной футуристической винтовки. На первом ехали спасённые, все тринадцать человек, которым повезло спастись от желудков атомитов.
        Иногда я слышал, что Улей - это территория везучих, потому что другие тут не выживают. Так вот, про эту «чёртову дюжину» можно смело говорить, что они везучи в энной степени. Это же надо среди тысяч перенесённых в этот мир революционеров и федералов получить бонус в виде невосприимчивости к негативным преобразованиям организма споровым паразитом, не попасть в лапы мутантов, стекающихся в город на излучение от подрыва тактического заряда, и потом быть спасёнными нами! Я себя считал везунчиком в квадрате. Но компания в грузовике, катящем вслед за нашим, как бы не везучее меня оказалась.
        Ехали без роздыха, перекусывая на ходу и делая короткие остановки, чтобы подменить водителей. Особенно часто за рулём менялись вояки, так как огромная машина на тяжёлом бездорожье вытягивала силы, как сухая губка воду с кухонного стола. Напряжение и усталость привели к тому, что с виду разделение между ними по партиям исчезло: оппозиционер менял федерала, а потом его менял опять сторонник революции. Всё проходило спокойно, равнодушно как-то, без косых взглядов.
        Я и Кошка находились в кузове, контролируя окрестности.
        В этот день выбраться с заражённых кластеров не вышло и когда стало уже достаточно темно, пришлось останавливаться.
        - Да мы с фарами проедем, что белым днём, - заикнулся, было, Толик. - Зачем тормозить, если до нормальных мест недолго осталось по вашим словам?
        И тут же получил отповедь от Деда.
        - Многие тут считали себя дюже умными, да с фарами катались ночами, - саркастически произнёс он. - Да только… - и сделал паузу.
        Когда она подзатянулась, то старлей поинтересовался:
        - И? Что «только»?
        - Да только у таких умников уже давно сороки надгробия засирают, вот что, - закончил свою фразу мой товарищ. - Нельзя ночью кататься в Улье и тем более светиться аки новогодняя ёлка на городской площади ночью первого января.
        - Он прав, Толь, - произнёс я. - Ночью будем сидеть тихо и ждать, когда рассветет. Может, мутанты все в ваш город рванули и все там отжираются да облучаются, а может, уже по окрестностям разбежались и ищут свежатинки вроде нас.
        - Понятно, что ничего не понятно, - пробормотал он, всё ещё с трудом веря, что какие-то монстры способны на равных противостоять команде стрелков с автоматическим оружием, включая пулемёты. - Как дежурить будем?
        - Мы втроём отстоим ночь, а вам лучше всего отдохнуть, - ответил ему я.
        Ещё одну ночь без сна выдержать было очень тяжело, поэтому пришлось глотать химию из аптечки, собранную специально для посещения заражённых территорий. План провести сутки-двое на рад-кластерах провалился с треском. Хорошо, что когда готовился к охоте на местных мутантов, то следовал таёжному правилу: идёшь на день - припасов бери на три, бери то, что может и не пригодится, но без чего в критической ситуации не выжить. Вот и лежали у нас троих специальные лекарства на основе змеиной желчи и ещё десятка веществ, которые капитально отбивают сон и при этом не превращают в бодрствующего тупого зомби. Обычно аптечные лекарства в Улье не в ходу, тут одна панацея - живчик. Но иногда без них никуда, тем более, при злоупотреблении спорановым раствором увеличивается риск превратиться в кваза. От этой мысли у меня заныло в груди и непроизвольно сжались кулаки.
        И в этот момент я услышал рядом с «камазом» негромкое покашливание и следом тихий голос:
        - Уважаемый, как пройти к библиотеке?
        Самый неожиданный и глупый вопрос, который только можно услышать ночью в Улье на заражённых радиацией территориях. Потому и ответ был такой же:
        - Что? А зачем?
        И только после этого я пришёл в себя.
        Поднимать тревогу не стал. Интуиция мне подсказывала, что опасности неизвестный сейчас нам не несёт. И одновременно с этим откуда-то знал или просто шестым чувством ощущал, как зверь, что против ночного гостя даже я со своими способностями не вытягиваю, про остальных и вовсе говорить нечего.
        - Кхм, я сейчас спущусь к тебе, - негромко произнёс я и тихо, чтобы не побеспокоить спящих, выбрался из люка бронированного кунга и спустился на землю. - Что-то хотел?
        - Поговорить, а то заскучал без человеческого общества, одичал, - так же тихо ответил незнакомец. - Вас увидел ещё днём, вот решил подойти и поговорить.
        - В смысле днём? - не сразу понял я. - Так ты пешком за нами шёл?!
        - Не шуми, - покачал он головой и со смешком ответил. - И потом, нет, не пешком, есть у меня транспорт, есть. Только его оставил в стороне, чтобы вам отдых не испортить, громкий он иногда бывает.
        - Понятно, - кивнул я, лукавя, так как вопросов только прибавилось после слов гостя, протянул ему правую ладонь. - Сервий.
        - О-о, любовник богини удачи! - слегка удивился собеседник, проявив немалую эрудированность. - А я Айподох, - увидев даже в темноте недоумение на моём лице, он пояснил. - Что, о братьях Айболита ничего не слышал? Про психиатра и патологоанатома?
        - Не слышал до этого момента, но догадываюсь, в чей адрес тебя окрестили, - отозвался я. И тут до меня дошло. - Стоп! Так ты целитель? Иначе, зачем тебе такое имя?
        - Вообще-то, мой крёстный увидел меня в Улье в белом халате и с нашивкой, что я работник морга. И его мало волновало, что халат оказался на мне в результате грандиозной пьянки с друзьями, - хмыкнул тот. - Впрочем, хоть логическая цепочка у тебя и ошибочная, но итоговый результат правильный… слушай, может чайку попьём, чего до утра сидеть, как бедные родственники?
        - А твари? - засомневался я.
        - Нет их рядом. А ветерок дует в сторону чистых кластеров, откуда никто сюда не набежит, - успокоил меня Айподох.
        У него из небольшой сумки, висевшей на плече, был извлечён небольшой плоский чайник, пластиковая бутылка с водой, тренога из тонких телескопических трубок и крошечная горелка.
        - Чай только в пакетиках, но очень хороший, - сказал он, когда чайник был наполнен водой и подвешен на цепочке над горелкой, чьё пламя с негромким гудением стало облизывать его дно.
        - Да мне всё равно. М-м, может, кого-то попросить составить компанию, а?
        - Да ну, пусть спят, - махнул он рукой.
        После этой фразы мы оба замолчали, уставившись на гудящую струю пламени в мизинец толщиной, разбивающуюся о металл литрового чайника. Очень быстро закипела вода. Как только это произошло, Айподох достал из своей бездонной сумки две кружки под стать чайнику - такие же плоские. Вместе с ними появилась пластиковая коробочка с квадратным рафинадом и запечатанный фабричный пакетик с конфетами.
        - Угощайся, - предложил он. - Сахар, конфеты.
        Себе он кинул в кружку четыре куска сахара и потом с треском разорвал упаковку, достав крупную конфету в яркой обёртке. Следом за ним взял сладость и я, проигнорировав сахар.
        - А я люблю сладкое, - сообщил мне ночной гость, откусывая сразу половину от конфеты и запивая её сладким горячим чаем. - Раньше не любил, а как в Улей попал, так дня не могу без него прожить.
        Я откусил от конфеты, оказавшейся шоколадным ирисом с мелко-дроблёнными орехами, отпил немного чая, прожевал, и поинтересовался. - Слушай, а зачем ты про библиотеку спросил?
        Тот тихо засмеялся и ответил.
        - Просто в голову пришло, сам не знаю, почему так вышло.
        Когда первая кружка у каждого опустела, Айподох разлил остатки кипятка, кинул свежий пакетик чая в каждую и отложил в сторону, заняв руки конфетами.
        - Пусть настоится, - сказал он и откусил от первого батончика ириса.
        «Вот и время для беседы подошло», - догадался я.
        - Сервий, расскажешь, что у тебя случилось в последние дни? - вдруг спросил он. - Зачем ты оказался на грязных кластерах?
        - Хм?
        - Самые важные секреты можешь оставить себе. В том числе и про добычу свою… спораны с горохом…жемчуг… сколько его набрал? Пять, десять? Больше? Пятнадцать? двадцать? О как!
        Я сидел, превратившись в столб, и не знал, как реагировать на его речь. Он же видел меня насквозь, даже ответов не требовалось.
        - Ты и в самом деле любимчик богини Фортуны, Сервий, - покачал он головой и сунул в рот остаток конфеты, тут же став разворачивать фантик на следующей.
        - Хабар, как хабар, повезло просто, - буркнул я и сам не заметил, как кратко рассказал о своих похождениях за последние дни.
        - И это ты говоришь - просто повезло? - удивился он. - Да тебя сам Улей за ручку вёл, дружище. М-да… и меня сюда занесло…
        - Тоже Улей привёл, специально, - произнёс я просто так, без всякой задней мысли.
        - Разумеется. И даже догадываюсь, ради чего. Ты искал помощь для своей подруги?
        Я кивнул и вздохнул грустно:
        - Искал. Великий целитель помог бы, если верить слухам. А сейчас собираюсь к институтским за вакциной от обращения в кваза. Для этого и жемчуг особый собираю.
        - Купить хочешь на него инъекцию? - догадался он. - Да нет у них такого лекарства.
        - Что?! - я даже вскочил со своего места. - Не верю. Кошке уже делал… кое-кто укол и превращение пошло вспять.
        - Да сядь ты, - кивнул Айподох мне. - И не кричи, не мешай людям отдыхать, - когда я опустился на прежнее место, он протянул мне кружку с чаем и продолжил беседу. - У институтских нет лекарства от полного избавления квазоморфизма, но есть сыворотка, которая на время поворачивает обращение вспять. Но чем чаще её колешь, тем хуже она действует и однажды прекращает работать совсем. Наверное, именно такая тебе и досталась.
        - Слушай, Айподох, а ты случайно не великий целитель? - спросил я прямо в лоб собеседника после пришедшей миг назад мысли. Про этих чуть ли не мифических жителей Улья столько ходит баек, что факт его неожиданного появления рядом со мной, крепчайшего сна товарищей, отсутствие мутантов рядом, вполне подходит в качестве одной из них.
        - Случайно - нет… а специально - да.
        Сказал он это так буднично, что я в первый момент как-то не поверил.
        - Не веришь? - прищурился он.
        - Не знаю, - честно ответил я. - Это как-то неожиданно… про таких как ты куча всяких баек в народе ходит. Пожалуй, со скребером встреча не так удивила бы.
        - Не боишься так говорить в этом месте?
        - Суеверия, - буркнул я.
        - Суеверия на пустом месте не рождаются, Сервий, - тоном наставника сказал тот, потом помолчал и добавил. - Знаю, что хочешь попросить у меня.
        - И? - замер я, кажется, даже перестав дышать.
        - И излечить не могу, молчит Улей, наверное, не хочет этого, - пожал он плечами и, откусив от конфеты, отпил из кружки чая.
        В этот момент я чуть не ударил его от злости, досады, разочарования. Едва сдержался и остановило меня не чувство, что это бесполезно и даже опасно, а приличие, старое воспитание - нельзя бить просто так никого из одного желания. Это ведёт к скотству и моральному разложению. Я потом сам себя стыдиться начну, если начну давать волю рукам. Тем более, целитель мне ничего плохого не сделал, всего лишь отказал в том, что был не обязан делать.
        - Совсем не можешь или мне нужно что-то совершить для этого? - спросил я.
        Тот молчал, наверное, минуты две. Спокойно сидел на земле, неторопливо жевал конфеты и прихлёбывал сладкий чёрный чай. Пауза казалась настолько издевательской, что я чуть было не поступился своими принципами и не помог ему кулаками с ответом.
        - Улей - он живой. Кто-то его может слышать так, как я. Другим он даёт едва ли уловимые подсказки, к кому-то он присматривается и выжидает, третьим… Третьи просто ему неинтересны и быстро исчезают отсюда, - начал он, как понимаю, издалека, или просто стиль общения у этого айболитовского «брата» такой, любит налить воды и навести тень на плетень. - Иногда он молчит, бывает, намекает о том, что хочет увидеть или нет…
        «Псих хренов, - покачал я про себя головой, - да у тебя крыша просто потекла, если с тобой Улей разговаривает».
        - … сейчас я чувствую, что напрямую помочь твоей Кошке будет неправильным…
        В этом месте я с силой сжал кулаки и заскрипел зубами.
        - … но и оставить её и всех вас без моей помощи Улей не желает, - не обращая внимания или не замечая моего настроя и позы, всё тем же менторским тоном вещал Айподох. - Улей видит твою помощь новичкам, и тем, что спят сейчас в грузовиках, и другим, кому ты помогал раньше. Почему-то он считает, что излечить девушку от обращения будет неправильным, - опять повторил ту фразу, на которую у меня, чувствую, аллергия уже развилась. - Значит что? - тут он поднял взгляд от кружки с чаем и посмотрел мне в глаза.
        - Что? - сквозь зубы спросил я.
        - Нужно сделать всё так, чтобы обойти условности…
        - Айподох, - перебил я его, - давай попроще, а? Вот я сейчас думаю, что у тебя давно уже готово решение, потому ты и тащился за нами весь день. А сейчас тупо развлекаешься, выводя меня из себя.
        Тот улыбнулся и неожиданно подмигнул, потом протянул руку:
        - Давай.
        - М-м? Что? - не понял я.
        - Жемчуг.
        Я быстро вытащил из кармана камуфляжной куртки маленький мешочек, которым я ещё в посёлке атомитов заменил инкассаторский, с ценным содержимым и протянул тот собеседнику, пока тот не передумал.
        Целитель снял шнурок с горловины, растянул её и заглянул внутрь, словно что-то мог там рассмотреть в темноте. Однако, сумел удивить: один за другим он вытащил чёрные жемчужины и две красных. После чего завязал его и убрал в свою сумку. Но на этом сюрпризы не закончились, и Айподох продолжил меня удивлять. Он вытащил пластиковый тубус из-под таблеток сантиметров десять в высоту и около трёх диаметром, закупоренный красной крышечкой.
        - Возьми, - протянул он мне. - Это для новичков, дашь по одной каждому. А это для твоей девушки, - на этот раз на его ладони лежала пластиковая капсула с небольшой грецкий орех, примерно в таких продают бахилы в больницах.
        Я принял подарки и внимательно рассмотрел. Капсула оказалась из тёмно-синей пластмассы, сквозь которую ничего нельзя было рассмотреть. А вот тубус был полностью прозрачным и оказался плотно набит… жемчужинами… красными.
        - Это какая-то шутка? - я вопросительно посмотрел на собеседника.
        - Одну я себе взял за работу, - ответил он. - А там тринадцать лежит, и одна в капсуле. Отдашь своим спутникам, и пусть они, когда проглотят жемчуг, то подумают, чего бы от Улья они хотели бы получить. Если желание окажется допустимым, то оно исполнится, а нет, то Улей сам даст им свой Дар. И обязательно окрести их, ясно? Можешь дать имена до приёма или после, без разницы.
        - Ясно, - кивнул я.
        - Теперь по ней, - он указал на капсулу. - Я не могу полностью убрать изменения в её теле. Но сделать так, чтобы она почувствовала себя прежней и вернула красоту молодой девушки - по силам. Когда она примет жемчужину, то преобразование в кваза остановится навсегда и внешность немного откатится назад, на семь или десять лет. Но! - тут он поднял палец вверх. - Раз или два в месяц она будет резко менять свою внешность, а именно - становиться квазом. И будут не просто небольшие изменения, а такие, словно перерождение случилось несколько лет назад. Возврат к прежнему облику так же пройдёт самостоятельно. Чтобы избежать бесконтрольного превращения, ей стоит эти два раза, а лучше три, проводить самостоятельно в безопасном месте, в тишине и без посторонних глаз, которые бы смущали её. Просто пусть доверится внутреннему ощущению.
        - Это будет навсегда?
        - Если отыщет белую жемчужину и проглотит её, то нет. Кстати, если она решит принять мой подарок, то пусть сделает после посещения Института и инъекции сыворотки от обращения в кваза. Сыворотка откатит немного назад её возраст, а потом ещё помолодеет минимум на семь лет после приёма жемчужины.
        - Но квазом она всё равно останется и иногда придётся добровольно им становиться? - уточнил я.
        - Да.
        - Вряд ли она на это пойдёт, - вздохнул я и посмотрел на капсулу с жемчужиной у себя на ладони. - Попробую её уговорить.
        - Ну, больше мне здесь нечего делать, - в ответ сказал Айподох, допивая одним глотком чай, потом стряхнул капли из кружки резким движением руки и поднялся с земли. - Чем мог - помог. Больше Улей меня ни о чём не просил. Допьёшь?
        - А? - переспросил я, потом посмотрел на кружку в руках и отрицательно мотнул головой.
        - Тогда давай её сюда.
        Вылив остывший чай на землю, он вложил мою кружку в свою и убрал обе в сумку. За ними последовал чайник, горелка и тренога, которую он перед упаковкой после разборки убрал в чехольчик из плотного материала, твёрдого, словно сделанного из паронита или из похожего в меру жаростойкого (но не для открытого огня, разумеется) материала.
        - До свидания, Сервий, - сказал он и протянул ладонь на прощание. - Что-то мне подсказывает, что мы ещё однажды встретимся.
        - До свидания, - ответил я на рукопожатие.
        - Когда в Институт приедете, то скажите охране пароль: оранжевый волос, - произнёс он и отпустил мою руку. - Это поможет.
        И исчез в темноте.
        После ухода великого целителя мне показалось, что вокруг даже как-то темнее стало.
        Дежурить я решил до рассвета, захватил вахту Деда, предоставив тому возможность нормально отдохнуть. Тем более, после чая с конфетами из меня ушла вся усталость и болезненное… даже не знаю, как охарактеризовать, м-м-м, томление что ли.
        В шесть утра я пошёл расталкивать спутников. Конечно, было всё ещё темно, но пока все очухаются, приведут себя в порядок, поедят, ночная тьма развеется, сменившись рассветными сумерками. При таком же освещении вполне можно катить без опасения въехать или провалиться куда-то.
        Разумеется, Дед мне попенял, что не стал его будить и следом повинился за свой крепкий сон, с которым не смогло справиться чувство долга.
        О ночном госте никто не догадался, кроме Кошки. Да и та просто заметила его следы пребывания - конфетные фантики и использованные чайные пакетики. И за это укорила меня, мол, мог бы и поделиться, а не одному ночью чай с вкусняшками попивать.
        - Я потом всё расскажу, - дал я ей ответ, потом громко произнёс. - Народ, ко мне подойдите, есть серьёзный разговор. Это очень важно. Дед, ты на кунг и смотри внимательно по сторонам, только не отвлекайся. Кошка…
        - Да я поняла уже, - отозвалась она, - и так контролирую уже.
        Тринадцать новичков, разбившись на две группы - большую и маленькую, встали вокруг меня полукольцом. Даже женщина, которой досталось от атомитов, оказалась в строю, повиснув на плече одного из соратников. Кто-то смотрел с немым вопросом, кто-то вслух поинтересовался «что надо…что случилось?».
        Под взглядами собравшихся я достал тубус с жемчугом и ногтем большого пальца сорвал крышку, которая подлетела вверх и упала под ноги воякам.
        - Каждый пусть сейчас подойдёт и возьмёт у меня по одной штуке…
        - Едрить-колотить! - раздалось сверху восклицание.
        - Дед - по сторонам смотреть! - повысил я голос.
        - Да тебя с недосыпа белочка посетила! - охнул он, не обращая внимания на мои слова. - Сервий, ты чо творишь, а?
        Плюнув на попытки достучаться до спутника, я вновь обратился к собравшимся.
        - Каждый получит вот такую вещь, - я высыпал на ладонь все блестящие шарики, потом взял один из них двумя пальцами и показал окружающим. - Это красная жемчужина, почти самая дорогая вещь, которая существует в этом мире. Её можно продать и обеспечить себе отличную жизнь на несколько лет или съесть и получить суперспособность, которая может помочь добыть несколько таких жемчужин.
        - И ты нам отдашь такую ценность? - со скепсисом произнёс тот самый военный, который не понравился Толику и был признан им «непростым майором». - Зачем? Что тебе от нас нужно?
        - Ничего. Сегодня ночью у нас был один гость, который за кое-какую услугу потребовал у меня выполнить свою. То есть - выдать вам по одной жемчужине, которую вы должны съесть. При этом вы должны пожелать себе, м-м-м, что-то из Даров, по простому - суперспособностей. Но в пределах разумного, иначе получите совсем другое, может быть, даже абсолютно бесполезное и опасное для себя.
        - Бред! - заявил «майор».
        А вот брюзжание Деда над моей головой смолкло, едва я сообщил про гостя и его связь с Ульем.
        - Здесь есть правила, которые решится нарушить только тот, кто не ценит совсем свою жизнь, - сказал я. - Одно из них - это помогать новичкам. Вам, то есть. Поэтому я отдаю жемчуг, так как он не мой. Почему тот… - тут я запнулся на полсекунды, не зная, кем назвать то создание, что посетило меня ночью, так как простым человеком великий целитель быть не мог, - человек решил сделать такой царский подарок - я не могу и представить.
        - И кто он? - спросил Толик.
        - Великий целитель.
        Сверху охнул Дед, а рядом удивленно пискнула Кошка.
        - А зовут? - подал голос «майор».
        - Айподох, - серьёзным тоном произнёс я.
        - Ч-что?
        - Айподох. Так он представился.
        - Это не имя, - скривился собеседник. - Хрень какая-то.
        - Будешь возникать там, то я стану твоим крёстным и выдам тебе нечто похожее, - вместо меня поставил его на место Дед. - И сменить ты его точно не сможешь, если не захочешь неприятностей. Не думай, что это я их тебе устрою, найдутся другие.
        Военный зло посмотрел на моего товарища и что-то прошептал себе под нос.
        - Что будет, когда съем эту штуку? - задал вопрос Толик. - Я смогу исчезать, как ты?
        - Не знаю, - честно ему ответил. - Пожелать такую способность можешь, но вот появится ли… - я не договорил, вместо слов просто пожал плечами. - Дед умеет останавливать механизмы, ломать их. Кошка ощущает живых на некотором расстоянии, как вы все уже поняли. Я получил способность отводить взгляд. Встречался с теми, кто получил сверхсилу и может за секунду положить «Камаз» на борт. Или выпустить струю огня с ладони.
        - А что за опасные способности бывают? - потеряв интерес к Деду, посмотрел на меня «майор».
        - Разные.
        - Точнее, чтобы нам знать точно, чего желать не стоит, - криво усмехнулся он.
        - Например, у женщин есть дар нимфы. Так назвали способность зачаровывать мужчин. Попавший под влияние будет делать, что угодно. Даже пойдёт с улыбкой и пилочкой для ногтей против матёрого мутанта. Или решит станцевать гопак на минном поле. Мало кому хочется стать таким, потому нимф частенько отстреливают… просто так, в превентивных целях.
        - А у мужиков?
        - Тоже есть, но я уже не помню.
        - А самые распространенные какие? - крикнул кто-то из революционеров.
        - Их тысячи, - вздохнул я, начиная уставать от этого разговора. - Кто-то выпускает огонь, другие могут обманывать зараженных и выдавать себя за них, чтобы пробраться куда-то мимо тварей без шума. Некоторые стреляют метко, третьи бегают так быстро, что обгоняют разогнавшийся спортбайк. Я не смогу их все перечислить, мужики. Всё, что вам взбредёт в голову - это есть в Улье.
        - Даже вернуться домой? - спросил кто-то.
        - Нет. Улей не отпускает назад.
        - Ладно, давай сюда свою жемчужину, - неожиданно для меня… да и для всех, как думаю, произнёс «майор» и шагнул ко мне с протянутой рукой.
        - Держи, - я передал ему красный перламутровый шарик и остановил. - Постой, мне тебе ещё имя давать.
        - Чего? Охренел?
        - Условие целителя, - усмехнулся я. - Будешь… Балалайка.
        Ох, вот это его перекосило, а взглядом, которым он наградил меня, можно было растопить все льды Антрактиды.
        - Пошёл ты, клоун, - сквозь зубы произнёс тот и отошёл от меня.
        - Это твоё настоящее имя, Балалайка, - ответил я ему. - Менять его не стоит - чревато. Я лично сталкивался со случаем, когда новичку не понравилось крещение, и он решил самостоятельно взять себе другое. В итоге, прожил он в Улье меньше месяца и умер очень нехорошо. Когда выйдешь к людям, то поговори на эту тему, если мне не веришь.
        Следующим ко мне подошёл Толик и тихонько произнёс:
        - Сервий, ты это… ну, не очень уж обзывай, лады?
        Я вручил ему жемчужину:
        - Фугасом будешь.
        - Э-э? Почему?
        - Да просто так. Нечего взрывать чужие батареи, - совсем тихо ответил ему, потом кивнул остальным воякам. - Следующий, мужики. Не тяните время, а то нам не след тут долго стоять.
        Когда рядом оказалась женщина, я сказал:
        - У женщин в Улье льгот больше, можешь оставить своё родное имя или выбрать себе новое сама.
        Та отрицательно покачала головой.
        - Не хочу ничего старого. Выбирай его сам, - произнесла она, чем дала ту ещё задачку.
        - Скарлет. Сойдёт? Той тоже пришлось много чего плохого пережить, но в итоге она стала лишь крепче и вернула всё своё с прибытком.
        - Да, спасибо, - слабо улыбнулась она и пожала мне ладонь, прежде чем взять жемчужину и отойти.
        Закончив с крестинами и раздав жемчужины все до одной, я скомандовал выход. Ещё заметил, что не все стали глотать ценный подарок, кто-то убрал перламутровый красный шарик во внутренний кармашек.
        Вот так, без контроля целителя для новичка глотать жемчуг достаточно опасно до момента, пока у них не прорежется их первый Дар. Мне просто повезло с белой жемчужиной, которая абсолютно не имеет побочных эффектов. А хотя… если принять во внимание слова Магдалены про мою способность привязывать себе женщин, испытывающих ко мне влечение и нежные чувства, а вспомнить шутку снайперши про секс со мной, то…
        «Неужели из-за той курицы болтливой на крыше моё подсознание так сработало, когда я проглотил жемчужину? - вздохнул я про себя, и ведь только сейчас такая мысль в голову пришла, после беседы с целителем. - Вот же гадство…».
        От невеселых мыслей меня отвлёк удивлённый возглас Деда:
        - Лошадиный навоз! Свежий! Едрить-колотить, здесь эта скотина совсем недавно проходила. Как бы на её запах не навелись мутанты. Хреново будет, если столкнёмся с ними. Это ж их любимое лакомство, они издалека их чуят и дуреют не слабее, чем от вида кошек.
        Наша маленькая автоколонна наткнулась на небольшой овражек, скрытый кустами и потому замеченный только, когда приблизились почти вплотную. Пришлось сбрасывать скорость и объезжать стороной. Из-за этого Дед и увидел огромную кучу конских «яблок» прямо на нашем пути.
        - Не волнуйся, эту лошадь мутанты точно не учуют и близко не подойдут, - ответил я ему, вспомнив странные слова Айподоха про свой транспорт. Да уж, и мой новый знакомый с огромными странностями, и средство передвижения выбрал под стать тараканам в своей голове.
        Глава 13
        Стаб, на территории которого расположился Институт, был защищён, как президентская резиденция какого-нибудь милитаристического диктатора, опасающегося свержения. Подходы и подъезды были густо усеяны минными полями, о чём сообщали металлические таблички, на белом фоне которых крупными буквами было написано «Мины! Опасность!». Ни кустика, ни травинки, только голая земля, обожженная до смерти пестицидами. Дорога к воротам была «бетонкой», и на сто с лишним метров оказалась заставлена строительными ФБС и ежами из метровых кусков рельсов. Ворота огромные, на электроприводе, чем-то похожие на те, что в различных депо стоят. Только тут, я думаю, они способны служить защитой от пуль крупнокалиберного пулемёта. Рядом с ними небольшой ДОТ с торчащими стволами ЗСУ-23-2, тщательно укрытых бронёй. Из-за этого сектор у зенитной спарки калибра 23 миллиметра крайне мал и фактически включает только «бетонку» и обочины. Но на этом направлении плети из снарядов снесут даже элиту или остановят танк, перебив тому гусеницы и уничтожив всё навесное оборудование с приборами наблюдения.
        Весь стаб был окружён высокой стеной из бетонных блоков и плит. А над ней возвышались вышки из швеллеров и листов стали с узкими бойницами. Иногда из них торчали стволы крупнокалиберных пулемётов и малокалиберных автоматических пушек. Причём, нигде меньше, чем двух, в установке не было. Здания были невысокими, так как кроме крыш рассмотреть что-то за стенами было невозможно.
        И всё это выглядело не только грозно и надёжно, но и, я бы сказал даже пафосно. Это как хром, литьё, 100%-ая тонировка и «крутые» номера на и так «крутом» джипе.
        Были и подвижные автопатрули, но ни один из них нас не остановил, когда мы двигались по дороге к Институту. С той стороны, откуда мы подъехали, я увидел три - два пикапа с крупнокалиберным пулемётом и бронеавтомобиль. Последний, если я не ошибаюсь, был французский Panhard M-11 со спаркой - пулёмёт/гранатомёт, на крыше, за которой торчал в люке стрелок в больших защитных очках, кепи и платком, защищающим нижнюю часть лица. Спутать этот автомобиль с каким-то другим, было почти невозможно, даже если видел его всего несколько раз. Это всё равно, что увидеть однажды и потом не узнать российский БТР-80. Может, немножко утрирую, и это лишь мое мнение, но всё же, всё же…
        За рулём трофейного «Камаза» сидел Дед, у которого оказалось больше сноровки в управлении тяжёлым грузовиком. Нет, по прямой, по нормальной дороге, по полям я и сам вполне неплохо с ним управляюсь. Тем более, моей команде досталась короткая четырёхколёсная модель. Но двигаться по «змейке» было не в моих силах.
        Когда блоки и «ежи» остались позади, и до ворот осталось метров тридцать, из ДОТа вышли двое и взмахом руки остановили наше транспортное средство. «Камаз» качнулся, скрипнул всеми своими узлами, за которыми атомиты почти не следили, «выдохнул» и остановился.
        Один из охранников поманил к себе ладонью.
        - Сервий, ты пойдёшь? - поинтересовался Дед.
        - Угу.
        - И я! - тут же подала голос Кошка.
        - Да куда ж без тебя, - вздохнул я, открывая дверь и спрыгивая на бетонку. Потом подхватил за талию девушку и спустил её на землю.
        Охранники всё так же стояли рядом с бетонным укрытием под охраной двуствольной двадцатимиллиметровой пушки. Когда мы сделали в их сторону несколько шагов, всё тот же, который общался с нами знаками, громко крикнул:
        - Все выходите, никого в машине быть не должно!
        - Нерусский какой-то, - буркнула Кошка. Она, как и я заметила акцент у мужчины, который у него оказался довольно сильным.
        - А тебе не всё одно? - хмыкнул я, после чего вернулся к «Камазу» и ударил кулаком по дверце. - Дед, выбирайся!
        - Что там? Таможня не даёт «добро» не посмотрев у каждого грин-карту? - усмехнулся он, оказавшись рядом со мной.
        - Типа того.
        Через минуту мы подошли к посту. За то время, что шагали, я успел хорошо рассмотреть охранников. Это были молодые мужчины, возрастом около тридцати или слегка моложе. Один был смугл и гладко выбрит, у второго имелась небольшая светлая бородка и усы. Оба одеты в однотипную форму цвета хаки со значительной примесью зелёного цвета. Из такого же материала у них были разгрузки и «сухарки», а также кепи. На ногах кроссовки тёмного цвета, у каждого своего фасона. Ну, понятно, обувь куда важнее одежды и местное начальство разрешило обуваться «на свои», но в определённых цветовых рамках.
        У каждого в кармане на левом рукаве пряталась небольшая радиостанция, от которой тянулся витой шнурок микрофона и наушника. Последний прятался в ухе, первый оказался прицеплен на клипсу на воротнике.
        Вооружены тоже однотипно - иностранными штурмовыми винтовками с магазинами, немного похожими на те, которые сейчас выпускают для АК «сотой» серии. Я таких перебрал на стабе-оазисе в «черноте» сотни штук и теперь в темноте смогу отличить от простого для «калашникова». Хоть и чуть-чуть, но они между собой отличаются.
        - Зачем прибыли? Пропуск, - произнёс побритый. - Вас всего трое? В машине что?
        - С частным визитом, - ответил я. - Да, трое. В машине всякая стрелковая мелочёвка - автоматы, патроны, немного гранат. Пропуска нет.
        - Нету? Разворачивайся и шуруй обратно, - собеседник мотнул головой в сторону «змейки». - И поскорей, пока не получили штраф.
        - Нет пропуска - есть пароль, - сказал я, едва охранник смолк. - Оранжевый волос.
        Оба институтских переглянулись между собой, потом всё тот же с подозрением посмотрел мне в глаза и переспросил:
        - Что-что?
        - Оранжевый волос, - повторил я, стараясь сохранить серьёзность и невозмутимость, хотя в голове стала закрадываться мыслишка, что чокнутый Айподох либо пошутил, либо у него в тот момент случилось обострение психического заболевания.
        - Военный, - пришёл мне на помощь Дед, - чего тебе непонятого? Наушники вынь, если мешают общаться с людьми. Тебе пароль назвали: оранжевый волос. Чего ещё нужно.
        Вот мой товарищ ничуть не сомневался в компетенции ночного гостя и действовал напористо.
        - Выключи бычку, старик, - буркнул побритый, потом посмотрел на меня. - Сейчас жетон вынесу, жди. Твои могут валить в грузовик.
        - Мы подождём, - поджала губки Кошка.
        Через пару минут охранник вынес из ДОТа большой и толстый перекидной блокнот с пластиковыми прямоугольниками со скруглёнными краями, на которых были выбиты восьмизначные номера, первые пять там везде были нулями: 00000218, 0000219, 00000220.
        - Был уже у нас?
        - Нет, - отрицательно мотнул я головой.
        - Пиши себя и своих сюда, - он резко протянул мне блокнот, чуть ли не толкнув в грудь. - И цель, зачем прибыл. К кому. А это ваш гостевой номер. Каждого. Как только проедете проверочный туннель, то свернёте резко вправо и по восьмому терминалу дальше покатите, оставите машину на стоянке. Где остановиться и куда можно пройти вам там скажут… всё, заполнил?
        - Да.
        - Давай сюда… так… это тебе, тебе и тебе, - он передал жетоны, ставя номер напротив записанного имени в блокноте. - Не теряйте их, штраф большой. И носите постоянно, если не хотите попасть в «стакан» и огрести штраф.
        - Смотрю, у вас тут всё на штрафах, - покачал головой Дед.
        - А так доходчивее до всех доходит, - осклабился тот. - Не через голову, так через кошелёк. А если и так не получится достучаться до крохотного мозга некоторых тупарей, то доходит через руки и ноги. Всё, катите живее, не закрывайте дорогу.
        Мы вернулись в «Камаз» и медленно поехали вперёд. Ворота отошли буквально перед самым капотом, впустив нас в узкий туннель с ребристым металлическим полом и металлическими рамками, оснащёнными лампами, видимо, для ночного времени. Сверху туннель был открыт.
        - Весы и просвечивающие детекторы, - буркнул Дед, опознав детали. - Мало нам было нейтронов в рад-кластерах, так ещё и здесь их хватать приходится.
        Проехав туннель мы, как и было сказано, свернули направо и там увидели три полосы, разграниченные арками с номерами - шесть, семь и восемь. В восьмую мы и свернули. А дальше мы оказались на стоянке, забитой всевозможной техникой. Здесь не было только танков и легковушек с «паркетниками».
        Едва Дед отыскал свободное место между «соболем», увешанным дополнительной самодельной бронёй и с вертлюгом, занятым спаренными ПКМ, и «шестьдесят шестым», остановился и заглушил двигатель, как рядом возник парень не старше двадцати пяти в тёмно-зелёных штанах и полукомбинезоне.
        - Что в кузове? - поинтересовался он.
        - Стрелковка и патроны, немного ручных гранат.
        - Стрелковка хорошая? - мигом заинтересовался он. - Калибр? А патроны какие?
        - Калаши в основном, обычные, пара ручных пулемётов, «семёрка» и «пятёрка» примерно пополам.
        - Тю-ю, - скривился тот, - тут и без того подобного хлама хватает. Или это прикрытие для чего-то другого? - он опять подобрался и даже подмигнул запанибратски.
        - Лечится я приехал, надышался всякой гадости на рад-кластерах, - вместо меня ответил Дед. - А оружие пусть хоть за сколько-то возьмут, и то ладненько будет, - и громко чихнул. - А не веришь, то дозиметром поводи вокруг машинки-то, да посмотри, сколько тебе там нащёлкает.
        Парень буквально отпрыгнул от нас.
        - Я вам сейчас…
        - Хватит тут языком молоть попусту, - оборвал я его. - Нам нужны врачи, которые принимают больных, а не возятся с изучением Улья.
        - Хм.
        - Держи, - я достал из кармана одну простую горошину и кинул ему. Вот как знал, что без «не подмажешь - не уедешь» здесь не обойдётся и заранее приготовил «смазку».
        - Для начала вам нужно заселиться, тут не приветствуется брожение гостей без прописки.
        - Без прописки? - переспросил Дед.
        - Да это я так, - отмахнулся от него парень и пояснил. - Вам талоны выпишут, которые нужно носить с жетоном гостя. Оружие всё оставляйте в машине или купите мешки с пломбами, куда переложите некоторые образцы для продажи или демонстрации в магазине. Жильё я вам покажу и куда идти к врачам тоже…
        Суета нас затянула на два часа. Пока заселились, пока привели себя в порядок, пока дождались нашего гида, отзывающегося на имя Муха.
        Если не считать кучи заборов, ворот, предупреждающих надписей и часто встречающихся вооруженных охранников в однотипной форме, то территория Института, про который ходит в Улье байка одна другой краше, будет мало чем отличаться от элитного стаба, например, того же Атлантиса. Гостиницы, больницы, магазины, места для отдыха. Отличия были, конечно, и мне они больше нравились, чем вызывали отторжение, как вон у Деда. Здесь всё было куда ухоженнее и качественнее, но и дороже, что и не нравилось моему товарищу. Правда, с нашими гостевыми допусками воспользоваться местным сервисом смогли едва ли на треть от возможного. Фактически, нашей троице была открыта часть улицы, где в трёхэтажных зданиях с глубокими подвалами разместились магазины, гостиница, общая больница и несколько специализированных заведений (включая медицинские). В итоге из больницы мы и ушли в такое место, к практикующему частному врачу, где за две жемчужины были приобретены две дозы сыворотки замедления превращения в кваза. Просто этого средства в больнице не нашлось.
        Первый укол врач со слабым Даром целителя сделал Кошке прямо в своём кабинете.
        - Её внешность станет лучше уже через пару дней. Откат изменений… гхм, ну, недели три с половиной у неё будет, прежде чем превращение вновь начнётся. И на этот раз будет протекать быстрее. Я понимаю ваше и её желание избавиться совсем от этого, но ничем помочь не смогу. Ещё кое-что, гхм, следующий укол, который вы купили, отодвинет превращение дней на десять, не больше, и одновременно ускорит его, когда эффект пройдёт, - негромко произнёс мне почти на ухо целитель, так, чтобы Кошка не разобрала его слов.
        - И за сколько времени это произойдёт?
        - Неделя, максимум десять дней. И такое быстрое перерождение скажется на рассудке и памяти. Хочу предупредить, что у вашей спутницы есть риск стать полноценным перерождённым.
        - То есть, фактически, примерно месяц есть, а потом… - я не договорил, горло перехватил спазм.
        - А потом всё, - развёл он руками, мельком глянув на девушку, которая находилась в прострации после инъекции. - Эти уколы толком не изучены, потому и не продаются свободно. Вам даже повезло, что у меня нашлись несколько доз. Иначе пришлось бы искать возможность выйти на врачей центральной клиники. Они - это шанс дотянуть до полноценного излечения. А их всего два варианта: великий целитель или белая жемчужина.
        - А у вас купить белый жемчуг можно? - внутри у меня вспыхнула надежда. - В институте, имею в виду?
        И угасла после слов целителя.
        - Да, можно, но с вами никто не захочет иметь дел. Да и не наберёте вы столько, чтобы купить жемчужину. На них огромный спрос и не всегда продают за материальные блага. Например, могут выдать в качестве награды за что-то. Только сами подумайте, что нужно сделать ради такой сверхдрагоценной вещи? Подумали? Вот то-то же. На меня не смотрите, я не в курсе этого. Ни подсказать, ни свести с нужными людьми не в моих силах. Я сам тут ещё на испытательном сроке, фактически имею гостевой допуск, как и вы. Гости работают с гостями, вот так здесь всё и происходит, - усмехнулся он.
        - Понятно. Спасибо вам за помощь и советы, - поблагодарил я целителя.
        - Да не за что, собственно.
        После этого я подошёл к девушке и легонько потряс за плечо:
        - Кошка, нам пора. Ты как, сама идти можешь?
        - А ты собрался меня нести? - вяло произнесла она.
        - Да.
        - Приятно, но справлюсь сама.
        Попрощавшись с целителем, мы отправились в гостиницу, где Кошка упала на кровать и заснула, едва только оказалась в комнате. Мне пришлось её раздевать и укладывать под одеяло.
        Как и сказал врач, кардинальные изменения во внешности девушки произошли к концу второго дня. Сейчас она уже не выглядела, как красивая зрелая женщина, разменявшая четыре десятка лет, и уже начавшая терять свою красоту. Кошка помолодела на десять лет, её фигура изменилась в лучшую сторону, волосы на голове отросли на ладонь, а кожа подтянулась, избавилась от имеющихся растяжек и морщинок и стала выглядеть куда здоровее, чем до этого. Лекарство оказалось на пару порядков эффективнее, чем спортзал и витамины со всяким прочим ЗОЖ.
        - Кошка! - я окликнул девушку и показал ей большой палец. - Во!
        - Спасибо, - улыбнулась она, но почему-то грустно.
        - Кошка? - я подошёл к девушке и обнял её, прижав к своей груди. - Что случилось?
        - Это всё не навсегда ведь, - тихо произнесла она. - Даже не знаю, стоило ли делать укол сейчас? Сколько мне такой ходить? Три недели?
        - Чуть больше, если не делать второй укол.
        - Вот, - вздохнула она.
        - Можно проглотить жемчужину, которую дал Айподох. Сделать второй укол, чтобы ещё больше помолодеть и следом жемчуг принять. Последствия куда лучше, чем от инъекций. И мы будем совсем не стеснены во времени для поиска белого жемчуга.
        - Я уже сама об этом думала. Но страшно, Сервий. Он же тебе сказал, что я буду самостоятельно обращаться в кваза. И мне страшно… представляешь, если это случится в самый неожиданный момент? Такое в ужастиках не увидишь… бр-р-р, как оборотень какой-то.
        - Он ещё говорил, что ты сама научишься контролировать это состояние. Вот будет у тебя критическая неделя, и тогда можешь становиться страшненькой и зубастенькой, - произнёс я в шутку. - Всё равно в эти дни твоё внутреннее состояние будет аналогичное, как и внешность кваза.
        - Ну тебя в *опу, Сервий, - девушка вывернулась из моих объятий и толкнула в грудь, заставив отступить на шаг. - Меня бесят твои шуточки.
        - Да я просто так сказал, солнышко, чтобы поднять настроение. Ну, юмор у меня такой, - повинился я и попробовал вновь обнять подружку, но та опять увернулась от моих объятий.
        - Давай лучше делами займёмся, - произнесла она, потом ещё раз посмотрелась в зеркало, перед которым стояла до этого, оценивая свою преобразившуюся внешность. - Мне ещё в парикмахерскую зайти нужно, а то это просто кошмар какой-то у меня на голове. Прямо воронье гнездо. Жуть!
        Не став даже завтракать, мы направились по магазинам. Точнее, сначала в парикмахерскую, где пришлось пробыть больше часа, потом в местное кафе, затем в одёжный магазин, чтобы Кошка смогла поменять свой гардероб. Или скорее даже создать его заново, так как кроме камуфляжа у девушки не было ничего. На стабе, где мы расстались со спасёнными военными, ничего другого не продавалось. И только спустя несколько часов я смог добраться до оружейного магазина, где купил несколько брезентовых мешков с металлической застёжкой с возможностью опломбирования, как на инкассаторских мешках. Опечатывал я сам и качество пломбы у меня дважды проверили охранники, пока шёл от стоянки до магазина, нагруженный чехлами. К слову, ассортимент у оружейника оказался внушительным и интересным, я едва не вприпрыжку бежал к нему назад, чтобы скинуть трофеи и поближе познакомиться с его товаром.
        И наконец-то я нашёл «Выхлоп». Сразу три таких винтовки висели на стене в оружейном магазине, крепко пристёгнутые к кронштейнам тонким стальным тросиком. Каждая винтовка отличалась только цветом и прицелом. Одна была голая, стоковая модель, так сказать. Вторая окрашена или поклеена камуфляжной плёнкой серо-песчаного цвета типа «цифра», на ней стоял огромный тепловизорный прицел. Третья так же имела пиксельный камуфляж, только коричнево-зелёного цвета и внушительный оптико-электронный прицел, совмещающий в себе баллистический калькулятор. Эта третья винтовка - исключительно полезная вещь даже для такого стрелка, как я, обладающего особым Даром. Которым продолжительное время пользоваться было весьма болезненно. Та, что с тепловизором помогла бы обнаруживать высших заражённых, горячих, что твоя печка и тут же их уничтожать. Увы, из-за электроники сверхспособность работала плохо, поэтому пришлось отказаться от второго и третьего варианта.
        - Винтовку, восьмикратный прицел и пять сотен патронов повышенной точности с бронзовой пулей и повышенной пробиваемостью с тяжёлой пулей, - сообщил я торговцу. - Тысячу спецпатронов девять миллиметров…
        - Для какого оружия? Специальных боеприпасов такого калибра у меня очень много.
        - Извините… для «вала». Есть?
        - Конечно, - слегка возмутился тот в ответ. - Здесь же Институт - тут есть всё!
        - Отлично.
        Кроме оружия я набрал гору полезных вещей, которые были потеряны на рад-кластерах. И только после этого показал свои трофеи. Вроде бы не очень правильно было так поступать, стоило сначала своё распродать, а потом прицениваться, но я просто не сдержался, когда увидел винтовку, о которой давно мечтал.
        Автоматы с пулемётами и патроны к ним, которыми пользовались атомиты, мало заинтересовали торговца, а вот странная винтовка с необычным прикладом, заставила в его глазах загореться алчные огоньки.
        - Ручная пушка нолдов! - присвистнул он. - Откуда?
        - Кхм.
        - Ладно, ладно, - тут же замахал он руками, - пусть останется секретом. Продаёшь?
        - Хотелось бы узнать, что это такое и где взять к оружию боеприпасы.
        - Пушка нолдов. Или снайперская крупнокалиберная винтовка нолдов. Одного выстрела хватает, чтобы завалить сильную элиту с полукилометра. Разумеется, если угодить в уязвимое место. Впрочем, мутанту хватит и одного попадания, чтобы растерять всю прыть. Пожалуй, по мощности сравнима с тридцатимиллиметровой пушкой БМП. Патроны для неё большая редкость, у меня их нет, - последнюю фразу торговец произнёс с подозрительной торопливостью и показным сожалением. Я сразу понял, что патроны как раз у него имеются, но он их не даст. Чёрт, а я уже, было, обрадовался, что получил оружие для будущей охоты на скребера.
        - А где их найти можно?
        - У нолдов. Но их кластеры все наперечёт да ещё находятся в самых опасных местах у чёрта на куличках, и везде они очень не любят посторонних вроде нас. Пробраться мимо их постов и попасть на перезагрузившийся кластер, чтобы набрать трофеев и попытать удачи вот с такими стволом или похожим, - мужчина похлопал ладонью по нолдовской винтовке, - всё равно, что в Пекло сходить и вернуться назад целым и невредимым.
        - Понятно, - вздохнул я, с сожалением смотря на трофейное оружие. - Сколько дашь за неё? Учти, за такой эксклюзив и мощь, ерунду какую-то даже лучше не предлагай.
        - Да кому она нужна без патронов? - не очень уверено возмутился собеседник.
        - Ты же сам сказал, что здесь Институт, в котором можно найти всё, - усмехнулся я.
        И тут началась торговля, в которой всё преимущество было бы на стороне владельца оружейного магазина, если бы… не мой пофигизм. Мне было совсем всё равно - смогу я продать винтовку за достойную сумму или она останется у меня и будет пылиться в багажнике машины. За полчаса пришли к согласию, что мои покупки уйдут в счёт стоимости пушки нолдов.
        - По рукам? - мужчина протянул мне ладонь.
        - По рукам, - кивнул я и пожал ему руку. - Кстати, у меня тут есть кое-что.
        Когда я положил перед ним брезентовый мешок и он, откусив пломбу, вынул из него пистолет явно - как я теперь знал - нолдовского производства, то я услышал тоскливо-раздражённое:
        - Да ты издеваешься?!
        - В пару к винтовке, - подмигнул я ему. - И, как ты уже догадываешься, такой эксклюзив я за копейки не скину…
        Глава 14
        Вечером я получил сюрприз - Кошка приняла жемчужину, подаренную Айподохом. Проглотила её тайно, не сказав мне ни слова. Сообщила об этом только спустя час, пожаловавшись на сильный жар и сонливость. Перепугался я сильно и, как назло, вызвать к себе в номер местного экскулапа не вышло в течение нескольких часов. А потом все неприятные ощущения у девушки прошли, осталась только лёгкая усталость и томление в мышцах, как после тренировки в тренажёрном зале. С изменением самочувствия Кошка изменила своё решение обратиться к врачу.
        - Не нужно, Сервий, я уже куда лучше себя чувствую. Жар, скорее всего, от жемчуга был, - произнесла она. - Я пойду лучше пораньше лягу спать. Добрых снов.
        - Добрых снов. Можно, мне рядом побыть?
        - Нет, - поджала она губы. - Не хочу, чтобы ты смотрел на меня, пока буду спать. Извини, но, правда, немного не по себе мне. Вдруг, всё случится этой ночью? Просто не хочу, чтобы ты меня видел меняющейся.
        - Боишься стать квазом? Целитель о таком не говорил.
        - После укола у меня всё тело распухло и отекло. И сейчас чувствую, будет тоже самое.
        - Но…
        - Всё, Сервий, проехали, - перебила она меня и приложила свой пальчик мне к губам. - Всё будет хорошо, обещаю.
        И быстро скрылась в своей комнатке, оставив меня с тяжёлыми думами и скверным настроением.
        Но вот на следующий день…
        Когда утром ко мне в комнату зашла зевающая Кошка в своей пижаме, я на несколько секунд впал в ступор, а потом весело произнёс:
        - Девочка, а девочка, ты уже паспорт получила или всё ещё со свидетельством о рождении ходишь?
        Та посмотрела на меня одним глазом, что-то пробурчала, потом заподозрила что-то в моёй ухмылке и опустили взгляд на своё тело. Почти так же как я только что, она смотрела на то, как мешком висела на ней пижама, ещё вчера вечером идеально сидевшая на её фигуре, потом вдруг стремглав бросилась в ванную.
        Когда я туда вошёл следом за своей подругой, то увидел её жутко возбуждённую, крутящуюся перед зеркалом, принимающей разные позы, чтобы суметь рассмотреть себя с разных ракурсов.
        - И-и-и! - внезапно завизжала она, оглушив меня ультразвуком. - Сервий! Получилось!
        И с места прыгнула мне на руки.
        - Получилось! Я опять красивая!
        Я чмокнул девушку в губы и добавил:
        - А ещё совсем-совсем молоденькая, прямо как в одиннадцатом классе перед выпускным.
        За эту ночь внешний вид Кошки изменился кардинально. Вчера это была ещё молодая женщина чуть моложе тридцати лет, в меру стройная, округлившаяся в самых интересных местах. А утром я увидел восемнадцатилетнюю девушку, с тонкой фигуркой гимнастки, с пухлыми девчачьими губками и гладкой шелковистой кожей, ещё не испорченной косметическими средствами, не знавшей о морщинках.
        Девушке лёгкого поцелуя оказалось мало, и она со всей страстью молодого перевозбудившегося организма впилась мне в губы. Жаркий чувственный поцелуй длился больше минуты. Потом Кошка выскользнула из моих объятий и вновь встала перед зеркалом. Ничуть не смущаясь меня, она задрала к шее пижаму и стала рассматривать свою грудь.
        - У меня она больше была в таком же возрасте, - недовольно пробормотала она, поворачиваясь то левым, то правым боком, то выставляя вперёд грудь и втягивая живот. - Это маленькая какая-то.
        - Да куда тебе больше? - хмыкнул я. - Тут второй номерок точно есть или даже больше. И форма - идеальная! Наверное, ещё и твёрденькая, гладенькая… дай подержаться.
        - Сервий, ты дурак! - девушка несильно хлопнула меня свободной рукой по пальцам, которым я коснулся её ярко-розового небольшого соска. При этом закрываться не стала, продолжая крутиться перед зеркалом.
        - Прям сразу дурак, - усмехнулся я и потом внезапно подхватил девушку и закинул на плечо.
        - Уй! Ты что творишь? - взвизгнула она и несколько раз несильно ударила меня по спине кулачком.
        - Нужно проверить качество, - засмеялся я, входя в её комнату.
        - Сервий!
        Я опустил её на ещё не застеленную кровать и закрыл ротик своими губами. Через десять секунд девушка затихла, а ещё через пять стала с пылом отвечать на мой поцелуй. Через несколько минут мы лежали в кровати уже без одежды и… и пусть весь мир подождёт.

* * *
        Всё время, что я был занят лечением своей подружки и продажей трофеев, Дед где-то пропадал. Хотя, по правде сказать, я знал, что за место это «где-то». Банальный бордель. Элитный в сравнении с прочими похожими местами в Улье, так как принадлежал Институту. Пожилой мужчина с момента появления в этом мире понемногу возвращал своё здоровье, в том числе и либидо.
        Правильно говорят про седину в бороду и беса в ребро.
        К его чести стоит добавить, что исчез он среди представительниц древнейшей профессии не сразу, несколько раз предложив свою помощь. И лишь получив от меня заверения, что со всеми делами я справлюсь и сам, он покинул меня с Кошкой, чуть ли не поселившись в борделе.
        На волне эйфории после преображения внешности Кошки, мы с ней посетили самый дорогой ресторан, который был доступен гостям. И вот там встретились с целителем, который продал нам инъекции для замедления обращения в кваза.
        Удивившись преображению моей спутницы, он чуть позже напомнил, что после двух инъекций скорость превращения увеличилась, и скоро нужно будет ожидать откат. Ну а я не стал рассказывать о подарке Айподоха.
        - Вы же интересовались белой жемчужиной, насчёт её покупки здесь? - вдруг спросил он.
        - Да, - кивнул я, с виду постаравшись сохранить прежнее лицо, но внутри в одно мгновение насторожившись. - Что-то изменилось?
        - Да. Если не сложно будет, то завтра после полудня до четырёх часов позвоните по этому номеру, - он вытянул из маленькой барсетки, болтавшейся на запястье, белый прямоугольник визитки. - Это мой телефон. Есть очень интересный разговор.
        - Хорошо, - я принял визитку и убрал в карман рубашки. - Обязательно позвоню.
        - Тогда всё, - он широко улыбнулся и протянул руку для пожатия, - больше не стану отвлекать вас от местной восхитительной кухни.
        Едва он отошёл, как рядом появилась Кошка, уходившая в дамскую комнату, и первым делом с подозрением поинтересовалась:
        - Что он хотел? И что передал?
        - Номер телефона дал. О чём-то хочет завтра поговорить. Подозреваю, что хочет дать нам задание. Намекнул про возможность приобрести белую жемчужину у институтских.
        - Что-то странно… верится с трудом, - покачала головой она. - Больше похоже на приманку, чтобы ты не выбросил номер в мусорную корзину.
        - А разве нам так сложно выслушать его? Тем более, это для нас с тобой такая вещь стоит, как бугатти в прошлой жизни. А ведь и там были люди, которые имели несколько гаражей с подобными машинами. Думаю, в Институте примерно так же дела обстоят.
        - Хорошо, послушаем завтра, что нам скажут. А теперь давай поедим, а то у меня аппетит так разыгрался, что готова съесть даже ароматическую салфетку или вон ту жареную курицу из папье-маше.
        На следующий день я позвонил в половину второго дня. Разговор был совсем коротенький. Суть его состояла в том, что моя команда и наши способности, в основном мои, конечно, сильно заинтересовали группу лиц из более высокой иерархии, чем мой собеседник. Они собираются предложить выполнить разовую операцию с высокой наградой по выполнению. Если я согласен с ними встретиться, то вечером получу пропуск из гостевой зоны в один из секторов Института. Принимать решение только мне, давить никто не станет.
        - Хорошо, я согласен, - дал я ответ собеседнику, - только учтите, что нас будет двое.
        - Второй гость, кхм, это ваша девушка? - уточнил целитель.
        - Да.
        - Хорошо. Пропуска вам принесут через два или три часа. Будьте всё это время у себя в гостинице.
        Пропуск - один на двоих с записанными нашими именами на заламинированную картонку размером с пачку сигарет, посыльный принёс через два часа с небольшим. Вручил лично мне в руки, заставив расписаться в получении и вписав мой номер с гостевого пропуска. Так как время - это деньги, я решил тут же отправиться на встречу. Перед этим сделал два звонка: Деду, коротко рассказав о будущем разговоре, и врачу-связнику, предупредив, что мы получили пропуск и уже выходим.
        Мужчина нас ждал в конце открытого для нас сектора, рядом с пластиковой будкой с парой охранников и бело-красным полосатым автошлагбаумом. Предъявив пропуск, я и Кошка получили разрешение на проход.
        - Привет ещё раз, - кивнул нам встречающий. - Усаживайтесь и погнали.
        В качестве средства передвижения у него был четырёхместный электрокар с полупрозрачной плоской крышей и полным отсутствием стенок. Гольфкар? Думаю, что он самый.
        Ехали буквально пять минут, чтобы остановиться перед спуском куда-то под землю, заблокированного уже не пластиковым шлагбаумом, который даже велосипедист сможет снести, а роликовыми воротами из профильной трубы и толстого листа стали. Здесь даже охрана была внушительнее: четыре человека с пулемётом в кирпичной караулке, с двумя небольшими узкими окошками, закрытыми бронестёклами. Один из них торчал на улице и при нашем приближении, ничуть не смущаясь, направил на нас автомат. У меня от этого по коже замаршировали мурашки величиной с кулак, и я чуть на инстинктах не активировал отвод взгляда.
        - Нормально всё, тут так принято, - успокоил меня провожатый. - Ни вас, ни меня они не знают. У меня точно такой же пропуск, к слову. Вот и действуют парни по регламенту.
        Пропустили нас после тщательной проверки и обыска с помощью детектора.
        «Перестраховываются или перед работодателем бисер метают. Много вы тут назащищаете, если я свои способности применю», - с раздражением подумал я, едва сдерживаясь, чтобы не пустить кулаки в дело, когда охранник полез к Кошке с обыском. К счастью, он воздержался от прощупывания её одежды, заметив моё недовольство, и воспользовался только переносным детектором.
        Оставив электрокар на подземной стоянке, мы втроём опустились на второй этаж. И это был не последний! Оказалось, под землёй строение (возможно, как и соседние) было куда просторнее, чем на поверхности.
        Здесь нас опять проверили охранники. На этот раз самого типичного облика - чёрные брюки, белая рубашка, чёрная бейсболка с белой надписью «security», пистолетная кобура на поясе, радиостанция в руке. Пугать нас они не стали, как уличные отморозки. Или просто не считали нужным.
        Подземный этаж с виду был типичным для любого офиса - ламинат на полу, окрашенные в светлый тон стены, навесной гипсовый потолок с квадратными люминесцентными лампами, МДФ двери с круглыми ручками и без всяких ставок, тех же стёкол.
        В одном из кабинетов нас встретили двое мужчин. Один был чуть-чуть старше меня, второй лет на десять старше. Оба в брюках и рубашках, тот, что постарше носил полосатый галстук.
        - Добрый вечер, молодые люди, - первым поздоровался старший хозяин кабинета.
        - Здравствуйте, - кивнул его товарищ.
        В ответ поздоровались я и Кошка, после чего вопросительно посмотрели на парочку. А вот наш спутник промолчал и был проигнорирован. Наверное, уже виделся или общался с этой парочкой в течение дня.
        - Присаживайтесь, - нам указали на мягкие офисные стулья на каркасе из тонких металлических трубок. - Давайте знакомиться. Я Дрон, - произнёс мужчина с галстуком.
        - Транк, - изобразил улыбку на тонких губах парень. - Мы работаем в Институте.
        - Мы это уже поняли, - ответила ему Кошка. - Хотелось бы сразу узнать, что от нас нужно. Для нас время очень важно.
        - Понимаю и даже знаю, почему это так. И я с Дроном можем помочь вам с поисками белой жемчужины для избавления от вашей, так скажем, хвори. Нам нужна небольшая группа, не связанная с нами, с Институтом и из дальних кластеров. Группа бойцов со способностями, которые выделяют их из всех прочих хватов, сталкеров, стронгов и прочих. Задание деликатное и не для обсуждения с кем-либо. За это вы получите белую жемчужину. Интересует?
        - Да, - коротко ответил я.
        - Уверены? Вы согласны на всё?
        Я покосился на Кошку, и подтвердил:
        - Если не нужно убивать детей и женщин из гражданских, или вырезать только что перегрузившийся кластер, где народ ничего ещё не знает, то - ДА.
        Ну, а что? Наёмным убийцей я уже был. Если нужно провернуть нечто похожее, то я не против. И скорее всего, дело обстоит именно так. А иначе, зачем этой парочке нужен наёмник с талантом к идеальной маскировке и сверхточной стрельбе?
        - Думаю, до этого точно не дойдёт, - Транк и Дрон переглянулись между собой.
        - И что нужно делать?
        - Эта информация смертельно опасна, хочу ещё раз напомнить об этом. Распространение её приведёт к самым катастрофическим последствиям, - произнёс Транк. Почему-то беседу вёл самый молодой. Хотя… в Улье же можно выглядеть так, как того хочет подсознание. Может этому пареньку уже лет шестьдесят стукнуло?
        - Транк, я в курсе того, что все дела между наёмником и работодателем должны держаться в секрете, - спокойно произнёс я. - Не нужно уподобляться киношным героям с их стереотипами и штампами. Что нужно делать?
        - Кое-куда дойти и кое-что забрать. Возможно, кое-кого убить.
        - Не возможно, а точно, - поправил своего товарища Дрон и пристально посмотрел мне в глаза. Если он в них хотел увидеть сомнения или растерянность, то просчитался.
        - Нужно - убью.
        После моих слов Кошка быстро посмотрела на меня, что-то буркнула невразумительно, но развивать тему не стала и опять повернулась к Дрону с Транком.
        - А сейчас подробности, - произнёс Транк и протянул планшет, на экране которого застыла карта Улья, точнее тех кластеров, которые смогли изучить. Нечто похожее мне дал Хома со смартфоном, который сгорел от электромагнитного импульса на рад-кластере. - Это примерно здесь…
        Глава 15
        Наша троица подписалась вернуть некое оборудование, которое то ли украли у наших работодателей, то ли их банально кинули владельцы этого самого оборудования, забрав деньги и оставив товар себе. Предстояло скататься в сторону Внешки, к кластерам, где нашли свой приют сотни банд муров, сектантов, каннибалов и прочей человеческой мерзости. И самого страшного врага любого иммунного - внешников.
        Там мы должны были отыскать нужные вещи и любым способом забрать. После того, как доставим их в Институт, Транк передаст в качестве платы две белых жемчужины. Первоначально озвучена была всего одна и на удвоение суммы институтские никак не соглашались. Спорили и торговались битый час, пока до них не дошло, что мы, точнее я, скорее откажусь участвовать в деле, чем приму их цену.
        Почему две? Одну Кошке, вторую Деду.
        Добираться предстояло почти неделю, так как маршрут оказался очень извилистым. Зато безопасным, так как Транк проложил его по безлюдным кластерам, вроде тех, по которым я путешествовал до встречи с Дедом. Полузаброшенные деревни да крошечные дачные посёлки, вот и все объекты, которые там можем встретить. Совсем уж глухие уголки нам не подходили из-за отсутствия там дорог.
        Трофейный «Камаз» сменили на похожий транспорт, только на базе полноприводного «газона». Первоначально это был «садко» для перевозки вахтовых команд, работающих на природе. На нефтяные промыслы, деревозаготовки, карьеры и так далее. В Улье же с рамы срезали кузов и поставили, как мне смотрится, «кирпич» из пятимиллиметровой стали с усиленными стойками, чтобы какой-нибудь рубер не раздавил в лепёшку пассажиров, неожиданно прыгнув сверху. Вместо больших окон - узкие маленькие склеенные пакеты из калёного стекла. Передние стёкла и на дверях водителя и переднего пассажира взяты от какого-то бронеавтомобиля. Боковых дверей нет, кроме тех, что в районе кабины, забираться можно только через широкую дверь в корме. Правда, кабина и салон кунга не разделены ничем, кроме спинок сидений водилы и пассажира рядом с ним, можно и от них попасть. Особой роскошью автомобиль не блистал. Вот разве что стоит отметить подкачку колес, как на военных грузовиках.
        Борта держали пули из автомата калибром пять миллиметров, окошки в кунге могли остановить несколько пистолетных пуль. А кабина спереди и по бокам некоторое время выдерживала обстрел из АКМ и даже попадания из СВД, но только не бронебойными пулями.
        Лучшего найти в Институте не удалось, к сожалению. Этот кустарный уродец не шёл ни в какое сравнение с потерянным «выстрелом». На бронеавтомобиле мы бы и быстрее доехали (просто часть опасных локаций пронеслись бы, расчищая путь из пушки) и куда спокойнее себя чувствовали, закрытые мощной производственной бронёй.
        - Сервий, заправиться не мешало бы. По карте скоро будет маленький кластер с АЗС, - отвлёк от дум Дед, который недавно меня сменил за рулём. - Она должна буквально на днях перегрузиться. Я это в планшете посмотрел.
        Запас топлива у нас был с собой, но я старался держать его в качестве НЗ, заезжая на кластеры по дороге и пользуясь тем, что Улей подарил. Жаль, что солярка встречалась куда реже, чем бензин, который нам был не нужен. При этом не раз благодарил Транка за карты в планшете, которые оказались невероятно подробными. Даже те, что мне подарил Хома, отличались от них, причём, не в лучшую сторону. На новых указывалось даже примерное время перезагрузки и такие полезные вещи, как та же самая автозаправочная станция.
        - Поворачивай тогда, - дал я добро на изменение маршрута. - Далеко?
        - Не, полчасика максимум, - отрицательно мотнул головой тот, - если никого не встретим по пути.
        Замечание-поправка весьма уместное, хотя и из разряда суеверных. К счастью, ни на грунтовке, ни на поле, по которому пришлось срезать путь, так как дороги в нужный квадрат не имелось, ни на огрызке шоссе, приведшее нас к небольшой АЗС, неприятности нас не ждали.
        Заправочная станция оказалась совсем небольшой и была окружена со всех сторон лесопосадкой из елок, дубков и берёз, с третьей растянулось шоссе, с которого имелся съезд к колонкам станции. Последних было всего четыре. По одной для дизельного топлива и восьмидесятого бензина, для девяносто пятого и для девяносто второго. Наверное, до того, как тут поставили бензиновые колонки, здание использовалось под что-то другое, может быть, кафе или загородный ресторанчик, отсюда и такое оформление лесными насаждениями. А потом заведение захирело, скорее всего, в девяностых или после них, если в те лихие времена тут полюбили собираться братки, которые к нулевым резко исчезли. Ещё могу предположить, что с того времени и по это здание сменило не одного владельца, пока не стало таким, каким я его вижу.
        - Из глуши какой-то перекинуло, - покачал головой Дед. - Я уж и не помню, когда и где видел восьмидесятый-то. Здесь, небось, деревеньки в округе со старыми машинами и мотоциклами, владелец заправки больше на них получает, чем на девяностиках. Ну, и трактора ещё, эти соляр жрут.
        - Зато цены столичные, - хмыкнул я и кивнул в сторону огромного щита, на котором красовались крупные цифры и буквы. - Восьмидесятый тут стоит больше, чем я перед попаданием сюда девяносто второй на федеральной трассе покупал для «газельки».
        - Я всего двоих чувствую, - сообщила Кошка, вмешавшись в беседу. - Внутри сидят.
        Помещение для персонала и с полками, хорошо просматриваемыми в окно, заставленными всяческим автомобильным ширпотребом чем-то напоминало тот магазин, в котором атомиты обитали. Те же бетонные стенки, плоская крыша, только поновее выглядела. Делилось оно пополам: часть занимала АЗС, часть была отведена под магазин автозапчастей, судя по крупной надписи над дверью и на стене. На половине, относившейся к заправке, было одно большое окно, там стояла рольставня и дополнительно защищалась распашной решёткой, украшенной навесным замком. Дверь же была железная, глухая. И не китайская поделка, которую можно разрезать портняжными ножницами. Там, где расположились автозапчасти, были два небольших окошка, примерно метр на шестьдесят сантиметров размером и закрытые ставнями из стальных толстых листов, снабжённые двумя навесными замками каждая. Дверь же была один в один, как у заправщиков, только цвет был кирпично-красный, а у тех тёмно-синий. Судя по замку в проушине, соседи азээсников не успели открыться перед перезагрузкой или уехали отсюда, разбираться, что за дела вокруг творятся.
        - Рули к колонке, Дед, - сказал я, сам взял автомат, проверил наличие патрона в патроннике и когда бывший «садко» остановился, выбрался наружу.
        Быстрым шагом дошёл до двери и дёрнул ту за ручку.
        - Блин, закрыта, - я несколько раз ударил ногой по двери и крикнул. - Эй, сладкая парочка, открывайте!
        Но в ответ тишина. Если бы тут сидели обратившиеся, то они уже зашумели в ответ на издаваемые мной звуки. Значит, скорее всего, там живые.
        - Открывайте, говорю, я знаю, что вы там.
        - Сервий, ерундой не страдай! - крикнул мне Дед из машины, открыв пассажирскую дверь. - Ты бы открыл двухметровому амбалу в форме без знаков отличия и с автоматом? Давай решетку сорвём тросом, как тогда сейф курочили, а? Здесь даже полегче будет.
        - Давай.
        Дед подогнал машину почти вплотную к окну, я затянул трос на крюках на стальном бампере и на решётке, после чего отбежал в сторону:
        - Давай потихонечку!
        Решётка сначала выгнулась пузырём, а потом с громким треском вылетела из оконного проёма. Стекло в пластиковом стеклопакете оказалось самым обычным и звонко осыпалось на десятки крупных осколков после удара прикладом по нему.
        - Эй! - крикнул я. - Вы…
        И тут вдруг изнутри оглушительно прозвучал пистолетный выстрел. Показалось даже, что почувствовал, как совсем рядом пролетела пуля.
        - Ну, я вас сейчас… - скрипнул я зубами и достал из машины АКМ, пару таких автоматов я возил с собой в качестве запасного оружия и для обменного фонда или в качестве подарка новичкам. После встречи с Айподохом я уже куда серьёзнее стал относиться к местным суевериям. В частности - к помощи новичкам, что «очень любит Улей», как сказал Дед.
        Передёрнув затвор, я прицелился в верхнюю полку, на которой стояли какие-то канистры и жестяные баночки с маслом или чем-то похожим, и дал очередь из трёх патронов.
        - Оружие выбросить! Руки над головой и на выход! - рявкнул я. - Или брошу гранату!
        И для острастки перечеркнул пулями пострадавшую полку ещё раз.
        - Стойте! - раздался испуганный мужской голос. - Не надо… мы ничего не сделали… мы просто тут работаем! Не стреляйте, пожалуйста!
        - Выходите и выбросьте оружие!
        - Обещайте, что не убьёте нас…
        - Оружие! - опять повысил я голос, перебив невидимого собеседника. - И на выход!
        На пол рядом с окном упал пистолет ПМ, следом плюхнулся магазин, потом раздались тихие шаги и через несколько секунд в моём поле зрения появился пожилой коренастый мужчина, невысокий и с такими широкими плечами, что ему бы гнома играть в кино, если бороду приклеить. Вот только вряд ли гномы могут так болезненно выглядеть, если только не урановые шахты копают. Похоже, этому мужику сильно не повезло с переносом.
        - Не стреляйте, мы ничем вам не опасны, - сказал он, остановившись перед окном.
        - Не собираюсь я никого убивать. Мне нужно заправиться и всё, - ответил я ему, при этом, не спуская с него глаз. - Кто ещё с тобой? Пусть откроет дверь и выходит на улицу.
        У того на скулах вздулись желваки.
        - Сервий, второй покинул здание, - вдруг сообщила мне Кошка.
        - Вот значит как, - зло произнёс я. - Ну-ну, пусть бежит. Интересно, далеко ли только?
        Видимо, пока этот «гном» мне заговаривал зубы, его товарищ воспользовался чёрным ходом.
        - Дед! Думаю, чёрный вход остался открытым, сходи, открой главный вход, - крикнул я товарищу, не поворачивая к нему голову, чтобы не выпустить из поля зрения «гнома», его же предупредил. - Только дёрнешься - стреляю.
        - Лады, - ответил Дед.
        - И будь там осторожнее, вдруг у бегунка ствол и он караулит сейчас. Кошка, далеко убежал?
        - Метров триста, остановился, - ответила та, и её слова заставили вытянуться лицо пленника в изумлении.
        - Мужики… народ, да там бабулька древняя, зачем она вам, - торопливо произнёс он. - Она потому и остановилась, что возраст уже не для таких стрессов. Как бы вообще сердце не прихватило. Вам нужно это, а? Вон берите что нужно, заправляйтесь, если за этим приехали, только нас не трогайте.
        - Никто вас не тронет. Нам кроме солярки больше ничего и не нужно, - ответил я ему. - Аппаратом управляться можешь? Или нам идти за бабкой?
        - Могу, могу, - кивнул он. - Я всё сам сделаю. Давайте я вам эту дверь открою?
        - Стоять! - окриком я остановил его порыв. - Уже есть кому открыть и без тебя.
        Через несколько минут я вошёл внутрь АЗС. Первым делом подобрал ПМ и брезгливо выбросил его в окно:
        - Травмат. Много ты с таким навоевал бы.
        - Так другого в нашей стране не получить, - ответил пленник, который перед тем, как я наклонился за трофеем, по моей команде отошёл к стене и повернулся к ней лицом. - Не с ружьём же ходить на работу?
        - Охранник?
        - Не, заправщик, просто беру с собой травмат, а то иногда ночью ухари лихие заскакивают, бывало, что шугать из ствола приходилось. Я ж тут и за охранника ещё, на полставки. Руки можно опустить? А то затекли, да и самочувствие не самое хорошее, - попросил он.
        - Опускай и можешь поворачиваться. Давно вы тут?
        - То есть? Не очень понял вопрос.
        - Я Сервий, так ко мне обращайся.
        - Дмитрий Владимирович Рязанцев, - представился тот. - Можно по имени… да как хочешь, хоть горшком назови, только в печь не ставь, - и криво улыбнулся.
        - Владимирыч, давай к аппарату и включай дизельную колонку. И не трясись, ничего тебе не сделаем. Заодно кое-что тебе расскажу.
        - Нужно двигатель запустить, без него насос качать не будет. Он на улице в ящике, - произнёс Рязанцев.
        - Пошли, значит, на улицу.
        У заправщика-охранника ушло почти десять минут, чтобы вытащить из железного ящика (я такие в деревнях видел, в них баллоны с газом стоят там, где нет газификации) бензогенератор, завести его и подключить к линии.
        - Так давно у вас клиенты перестали приезжать и потеряли связь с миром? - повторил я свой вопрос, когда мы вернулись в зал, чтобы запустить процесс заправки в топливной колонке.
        - Позавчера вечером всё случилось. Две ночи тут сидим уже. А что это вообще?
        - Ничего хорошего, Владимирыч. Уходил с заправки?
        - Нет, - замотал тот головой. - Так, из здания выбирался до шоссейки и сразу назад.
        - М-да. Ты в фантастику веришь?
        - Что? - опешил он.
        - В фантастику, говорю, веришь?
        - Да как-то, так, не очень, - пожал он плечами. - Вообще, смотря, что за фантастика. В зеленых человечков точно не верю. И в рептилоидов тем более.
        - А зря. Тебя как раз они или кто-то вроде того похитил. И кусок земли с этим зданием, с елками и берёзами, шоссейкой и прочим. Самочувствие плохое? И портится всё больше? Так это от переноса всё. Климат в этом мире не очень здоровый для землян, да и не только он. Видишь, на чём приходится кататься, - я мотнул головой назад, в сторону машины, в баки которой сейчас лилась солярка местной АЗС. - А кое-где и на танке не безопасно.
        У собеседника после каждого моего слова глаза становились всё шире и шире. Пока шла заправка, я буквально в десять предложений рассказал Рязанцеву, что за место теперь стало его домом. Про то, что он, скорее всего, заразился, промолчал. Перед отъездом вручил ему АКМ с двумя магазинами и брошюрку для новичков, взяв ту у Деда, их у моего спутника целая пачка в рюкзаке имеется. Плюс, полторалитровую пластиковую бутылку с живчиком и баллончик со спреем для отбития человеческого запаха.
        - Автомат вот там лежит, возьмёшь, как отъедем, он нормальный, патроны боевые и с закаленными стальными сердечниками, то есть почти бронебойные, - сказал я ему. - В этой бумажке прочитаешь про окружающий мир. Скорее всего, тут многое или даже всё тебе не понравится. Станешь проверять оружие, пристреливать, то постарайся сильно не шуметь, тут это чревато. Мы и так тут нашумели перед этим. Я бы взял тебя с собой, но не могу, извини. Может, поймёшь почему, когда прочитаешь. В течение недели мы тут ещё раз покажемся, и можем забрать с собой, если что. Но не увидите нас через семь дней, то начинайте спасаться сами. Идите тогда на север и держитесь глуши для безопасности. А теперь пока, желаю удачи, Владимирыч.
        - Пока, Сервий, - кивнул он, шокированный моим рассказом и ещё больше подарками.
        Когда выезжали на шоссе от АЗС, Кошка вдруг грустно произнесла:
        - Бабушку жалко. Может, вернёмся и заберём? Вдруг, она иммунная?
        - Бабушка? - хмыкнул я. - Брось, ты поверила заправщику?
        - То есть, - с подозрением в голосе спросила она, - что ты хочешь сказать?
        Вместо меня слово взял Дед, который в данный момент отдыхал после руля на пассажирском сиденье.
        - Ты видела хоть одну бабушку на заправке когда-нибудь, Кошка? - сказал он. - Я, вот, ни разу за свою жизнь. Или мелкие девицы, или молодые женщины разной степени симпатичности. Да и смысл бабке было убегать от нас? Чего бы мы ей сделали такого страшного? А вот девчонка при виде огромного мужика с автоматом лезущего в окно, запаникует только так… да и есть повод для этого. Во все времена женщины страдали по своему женскому делу в моменты безвластия и анархии…
        - Ой, Дед, - перебила его девушка, - можно без этих экскурсий в историю? Ближе к делу давай.
        - А ближе к делу будет вот так: сидела с заправщиком девушка или молодая женщина, которая испугалась, что её могут изнасиловать. А заправщик вызвал огонь на себя и заговаривал Сервию зубы, пока та кралась к чёрному ходу и потом убегала по лесу.
        - Рязанцев этот - мужик, - добавил я к словам своего товарища. - Немногие на такое решились бы. Ведь окажись мы какими-нибудь отморозками, то он схлопотал бы пулю сразу же, когда узнали про его хитрость. И нет гарантии, что его бы убили сразу, а не стали глумиться и мучить от злости. Так что, он шёл буквально на смерть, потому и отстреливаться из своего пугача не стал, хотя мог бы оттянуть время расправы над собой. Но нет, он вышел, собрал на себя внимание и дал девчонке шанс спастись.
        - Мужик, - кивнул Дед. - Не за себя болел, а о другом человеке. Побольше бы таких, может, и в стране больше порядка было.
        - А почему думаешь, что он заражён? - сменила тему Кошка.
        - Ты видела, как он выглядел? Краше в гроб кладут. И если не соврал мне, то со своего кластера он не уходил, поэтому ломку заработать не мог. Его же сота не быстрая, иначе бы уже в первые сутки потерял разум и начал перерождаться.
        - Два дня провести неизвестно где и потерять всю связь со своими родными - любого выведет из строя, - ответила та мне.
        - Но не настолько же? Я побывал в его шкуре и могу сказать точно, что он заражён. Рыбак рыбака видит издалека, так сказать, - покачал я головой. - И с девчонкой не думаю, что намного лучше. Тем более, куда мы их возьмём? Сами едем к чёрту на кулички и, скорее всего, там придётся воевать, - тут я тяжело вздохнул. - Ну, не получается у нас по-другому никак. И я бы хотел, чтобы рядом не оказалось какой-нибудь истерички, уж очень с ними сложно.
        - Это ты на что намекаешь? - тут же надулась девушка.
        - Ни на что.
        Но куда там. Кошка решила, что мои последние слова - это намёк на те события, когда я с ней возился после побега от внешников, и решила меня игнорировать.
        «Ну, и тут плюсы можно найти, смогу полностью сосредоточиться на дороге», - подумал я, попробовав дважды получить прощение за выдуманную обиду и не преуспев в этом. После того, как к Кошке вернулась её внешность, причём, ещё лучше, чем была в момент попадания в Улей, к ней пришла и обычная женская стервозность, усугубляемая зависимостью от обязательного моего присутствия рядом. Лёд и пламя, вот что за отношения у нас. Всё равно, как сидеть в раскаленной парилке рядом с приоткрытой дверью на заснеженную улицу, где с одной стороны тебя припекает от жара каменки, с другой покрываешься изморозью.
        Очень надеюсь, что подобное ненадолго и приступов ревности, раздражительности и капризов поубавится со временем.
        Глава 16
        - Мы почти на месте, - сообщил я, сверяясь с картой. - Отсюда придётся идти пешком на точку.
        - Придётся - сделаем, - спокойно произнёс Дед. - Только давай подыщем укромное место для нашего хачмобиля, чтобы он не бросался в глаза.
        Спрятав машину в небольшой ложбинке и тщательно замаскировав её, мы отправились дальше на своих двоих. Как дед сказал: на одиннадцатом номере.
        «Хоть бы там всех мутанты поубивали, - мечтал я про себя, - тогда бы оборудование осталосьцелым и самое главное - на месте».
        Мои молитвы Ульем были услышаны, но, увы, не в полной мере.
        Я оторвался от товарищей и под скрытом подобрался под стены, за которыми должна находиться цель моей команды. (Предложение не закончено)
        Место должно быть стабом, небольшим и с несколькими зданиями на территории, обнесённой стеной из кирпича и бетонных плит. И всё это здесь наличествовало, причём, с великолепной сохранностью.
        Не было только живых людей.
        Осмотревшись, я вернулся к своим товарищам с сообщением.
        - Кто-то нас опередил, - сказал я им. - Там только трупы и расстрелянные машины.
        - Оборудование там? - спросила Кошка. - Они друг друга убили?
        - Сомневаюсь, что вещи, из-за которых случился внутренний конфликт, останутся там. Тем более, маячок молчит, - с сильным скепсисом в голосе произнёс Дед. - Тела не погрызены?
        - Нет, целые. Я такого же мнения, что кто-то перестрелял владельцев нужного нам товара, забрал его и скрылся. Иначе нет смысла в кровавой бане.
        - А живых точно нет? - опять спросила Кошка.
        - Ты кого-то чувствуешь?
        - Нет.
        - Вот видишь. Сейчас аккуратно подойдём ближе, ты ещё раз просканируешь всё, и двинем внутрь.
        Под стенами стаба девушка ещё раз задействовала свою способность сенса, которая увеличилась почти вдвое после жемчужины Айподоха. Теперь она «видела» живых на три с половиной сотню метров любую сторону.
        - Никого, - сказала она через минуту. - Ни одной живой души, по крайней мере таких, кого я могла бы ощутить.
        - Я первый, потом вас позову, - приказал я. - И чтобы никакой самостоятельности без команды!
        Оба спутника промолчали.
        Надеюсь, до Кошки дошло, и она не учудит дубль того, от которого у меня на базе атомитов чуть сердце не остановилось. Ведь нормальная умная женщина, но как отчебучит что-то порой, ну прям хоть святых выноси!
        Перебравшись через забор под отводом взгляда, я с автоматом навскидку обошёл справа ближайшее здание, за которым находилась просторная площадка. Сейчас там лежали десять мёртвых тел в однотипном цифровом коричнево-песчаном камуфляже. Рядом стояли два расстрелянных вдрызг «уазика» с увеличенной базой. Судя по отметинам, это были армейские модели с навесным бронированием. Панелей не было только на лобовом стекле, что и сгубило бойцов внутри: их убили спереди. При этом патронов не жалели совсем или работали несколько стволов, так как пули не просто превратили в дуршлаг «лобовуху», а выгрызли из неё куски.
        Ещё два мертвеца лежали рядом с большими воротами, с раскрытой настежь дверью в них. Ворота вели в ангар, где стояли несколько грузовиков, причём старых по времени выпуска, но выглядевших очень и очень ухоженными. «Уралы», «Кразы», «шестьдесят шестой», трёхосные «зилки».
        На сравнительно небольшой территории стояли два ангара из кирпичей с огромными деревянными воротами, и три двухэтажных здания, одно из них можно было назвать даже башней, настолько оказалось маленьким.
        - Можно заходить, здесь чисто, - передал я по рации, когда закончил беглый осмотр территории.
        Втроём мы провели его подробно, осмотрев все уголки и закоулки. Нашли место, где некоторое время тут жили владельцы оборудования, за которым нас послали Транк с Дроном. И даже несколько свежих могил за ангаром.
        По словам Деда, данная территория принадлежала лесхозу ещё советской эпохи. Я и сам по нескольким плакатам и приказам на стендах в зданиях об этом догадался. И никаких следов оборудования, никакого отклика от пеленгатора, который должен ловить сигналы от маячка, встроенного в нужные нам вещи. Причём, встроенного так, что без полного демонтажа его не вынуть. А такое способны провести единицы и они все сидят в Институте. Должны сидеть, по крайней мере.
        В общем, странностей хватало. Слишком «новый» стаб, бойня на территории лесхоза, отсутствие нужного оборудования, странные могилы. Нападение случилось от семи до десяти дней назад, то есть ещё до того, как я получил задание в Институте.
        Всего нами было обнаружено двадцать шесть покойников, три бронированных «уазика», один «тайфун» и «булат» с пулемётно-пушечным модулем. Все они были уничтожены: у кого-то колёса превращены в лохмотья подрывными шашками, у других моторное отделение испорчено аналогичным способом. Интересно, почему те, кто убил солдат Института и забрал трофейное оборудование так поступили с техникой? Этот вопрос я машинально задал вслух.
        - Ну, или у нападавших народу много побило, или в этих броневиках стоят маячки и наводить на свою базу институтских нет никакого желания, - поскрёб макушку Дед. - Может быть, те могилки как раз принадлежат захватчикам.
        - Всего четыре? - усомнился я. - Против двадцати шести? Тогда в каком количестве они напали на этот, хм, стаб? Вдесятером?
        - Да кто знает, - развёл он руками. - Тут вообще странность на странности сидит и странностью погоняет. Мутное дело, едрить-колотить.
        - Мутное, - полностью согласился я с ним.
        Трофеев никаких получить не удалось: машины испорчены, личное оружие и вещи отсутствуют. Последнее, скорее всего, забрали победители, польстившись на отличное снаряжение врагов. А на «зилки» да «КрАЗы» ни у кого интерес не пробудился. В том числе и у нас.
        На выезде с территории мы нашли старые следы от «уазика» и «шишиги», если талант следопыта у меня с Дедом не врёт. Отпечатки протекторов слишком характерны, «пятаки» покрышек - это 66-й, а оттиск второй пары колёс точь-в-точь, как на уничтоженныхбронированных УАЗах.
        Выходит, что кто-то, всё-таки, решил взять себе трофей? Или на машине нет маячка, о чём трофейщик знает? Может, он и навёл на институтских врагов? Чёрт его знает. Вот «шишига» сюда заскакивала, чтобы принять в себя стрелковое оружие, боеприпасы и прочие мелкие трофеи победителей. И аппаратуру, если её не в «уазике» держали. А ведь вполне возможно, там не очень много вещей, и если выдернуть заднее сиденье, то места хватит для тех ящиков и баллонов, которые мне показывал на фото Транк, чтобы я смог опознать нужные предметы. До этого они перевозились в «тайфуне», но он уничтожен.
        - Эх, жаль, что такую машину ухондокали, - горестно покачал головой Дед, обойдя вокруг «булата». - Почти как наша ласточка, только колёс больше и броня толще.
        - Ещё найдём себе такую же или похожую, - произнёс я. - А пока нам нужно выполнить задание.
        - По следам поедем?
        - Угу. Всё равно нам больше ничего не остаётся.

* * *
        Благодаря заброшенности дорог, а часто и их полному отсутствию, пройти по следам прихватизаторов чужого добра получилось до самого конца. Местами машины срезали себе путь через молодую лесную поросль и поля, оставив для нас ясный чёткий след. Не скажу, что было легко, но справились.
        - Вот они, - сообщил Дед, лежащий рядом со мной на бугорке среди кустов дикой малины.
        В полукилометре перед нами стояли три машины: УАЗ, ГАЗ-66 и «буханка». Последние две машины были обработаны по моде Улья, то есть, кустарная броня, шипы и колючая проволока от атак низших заражённых.
        И рядом ни одной живой души.
        - Вижу, - ответил ему я, не отрываясь от бинокля. - Блин!
        - Что?!
        - Кажется, нас и здесь обули, - скрипнул я зубами от злости. - Вижу одного покойника в траве. А где один, там и остальные.
        - Что же за хрень там везли, ради которой столько народу отправили на тот свет? - Пробормотал товарищ.
        - За что-то простое две белых жемчужины не платят и наёмников со стороны не набирают. Я с самого начала думал, что будет непросто. Но чтобы так! - покачал я головой, потом сказал. - Ладно, нужно ближе подбираться и смотреть, что там и как.
        На месте мы нашли «уазик» (самый простой, к слову, без брони и с обычной базой) и «шишигу», рядом семь мертвецов, уже заметно испорченных разложением и лесным зверьём. В кунге грузовика лежали автоматы, винтовки и ручные пулемёты, патроны в магазинах к ним, в цинках и бумажных пачках, радиостанции, прицелы и многое другое. Скорее всего, всё это принадлежало покойным институтским охранникам, перебитых в лесхозном автохозяйстве.
        Рядом с УАЗом лежал покойник, который показался мне очень знакомым. Но где я его мог видеть, вспомнить так и не смог. Хотя, в Улье можно найти кучу близнецов, которые никак друг с другом не связаны и даже не знают о своей копии. Возможно, этот труп из таких, а с его оригиналом я сталкивался мельком в том же Атлантисе.
        В джипе, на коврике багажника и на заднем сиденье остались следы нахождения каких-то крупных предметов. Судя по всему, оборудование уместилось там и без удаления сидений.
        Были и другие находки, заставившие призадуматься.
        Одна из них - вырванное буквально с «мясом» заднее сидение от легкового автомобиля. Ещё - следы на дороге, оставленные им же. И много крови на матерчатой обивке «седушек»: от легкового автомобиля неизвестной марки и в «уазике». Кого-то очень сильно зацепило в перестрелке. Я просто уверен, что это кровь неизвестного, укатившего отсюда на малоприспособленном для этого автомобиле. И сиденья эти выброшены для того, чтобы освободить место для оборудования.
        - Дед, маячок?..
        - Не, - развёл он руками, - глухо, как в танке.
        - Сука, - сплюнул я под ноги. - Да что ж такое за невезение-то? Ладно, погнали дальше, вдруг нам всё же повезёт, и мы наткнёмся на тачку со жмуриком внутри и нашими вещами.
        Очередное место кровавой трагедии находилось на грунтовой дороге рядом с длинной и широкой лесопосадкой. Мимо неё мы ехали около трёх километров, пока она не закончилась. А дальше началась широкая автомагистраль, на которой все следы преследуемого транспорта пропали. Последняя метка была, словно издевательство: кусок серебристого пластикового бампера. Машина оказалась излишне перегруженной или заниженной и при крутом подъёме с грунтовой дороги на асфальт приложилась задним (скорее всего) бампером. Да так, что там кусок отвалился.
        - Направо поедем, что ли, Сервий? - посмотрел на меня хмурый Дед. - Вроде бы машинка туда свернула, если приглядеться. Вот крошки пластмассовые с правого края лежат, остатки, что сразу не отвалились от удара.
        - Давай направо.
        Как же я мечтал, чтобы нам попалась искомая машина. Ведь крови неизвестный потерял не меньше пары литров на месте последнего боя несколько километров назад. Ну, не робот же он или целитель, которые по слухам могут переносить даже смертельные ранения в сердце. Целителю просто незачем заниматься такими аферами, он обеспечен всем, о чём можно только мечтать на всю свою бесконечную жизнь в Улье.
        И вдруг…
        - Сигнал! Сервий, сигнал! Маячок заработал! - взвизгнула Кошка.
        На зелёном, расчерченном в клетку экране прибора, подключённого к двухметровой наружной штыревой антенне, вверху справа засветилась светлая точка.
        - Стоп! - скомандовал я, и когда машина замерла, полез сверяться с картами. - Так, у нас тут большой город примерно в той стороне, двадцать пять или тридцать километров до него. В течение недели-двух должен был уйти на перезагрузку. Из медленных кластеров, жители перерождаются затри-четыре дня. Через десять километров должно быть ответвление с трассы на обычную дорогу. Город называется Шурна. Всё, можешь трогать!
        Настроение мигом взлетело вверх на небывалую высоту. Думаю, раненый решил заглянуть в город, чтобы поменять машину, одежду или просто отлежаться. Может, заглянуть в больницу или аптечный пункт, если ранение требовало хирургического вмешательства. И в таком случае он ещё там, сидит в окружении свежих обращенных, пришлых высших мутантов и ждёт, когда твари разбегутся, чтобы без шума уйти с трофеями.
        Или ждёт, чтобы рана заросла полностью, если там что-то серьёзное оказалось. Например, повреждена кость.
        «Только бы всё получилось, только бы приборы были в городе», - взмолился я, и мысленно скрестил пальцы.
        Через пять минут справа возник большой голубой плакат с крупной белой надписью «ШУРНА», а за ним находился поворот на развязку-мост, с которого мы съехали на асфальтовую плохую дорогу, покрытую пятнами заплаток и мелкими ямками, из которых заплатки уже вылетели.
        - Руки бы поотрывать местной администрации, чтобы знала, как дороги забрасывать. Не, ну это же совсем никуда не годится, тут как после бомбёжки! - сквозь зубы, чтобы не прикусить язык, ругался Дед. - Едрить их колотить, зараз. Да мы по этой дороге на всю округу шумим, что твои маракасы, елки-моталки.
        Что было, то было: машина гремела, как ведро с гайками. Где-то на правом борту отвалился шип или кронштейн для колючей проволоки и сейчас громко барабанил по металлу.
        Скорость пришлось снизить и перевести всё внимание на обстановку снаружи. Уже через несколько минут Кошка сообщила, что впереди кто-то из живых появился. Пришлось лезть в верхний люк с «выхлопом», чтобы успеть вовремя среагировать на высшего заражённого, если там таковой окажется.
        - Пустыши и бегуны, - сообщил я через полминуты.
        На эту мелюзгу даже жалко тратить патроны, которые не окупить хабаром с низших мутантов.
        Через десять минут мы подъехали к первым домам. Здесь пришлось уже применить оружие, чтобы остановить нескольких лотерейщиков и больше двух десятков пустышей, которые толпой и без всякого страха полезли на машину.
        - Так, нам нужно без шума и пыли подобраться к цели, - сказал я, после отстрела тварей. - На нашей колымаге мы тут всех на уши поднимем. Поэтому, Дед, медленно двигай вон к тому частному дому с красными воротами из профлиста. Туда во двор загоним машину. Заберём с собой прибор для слежки и поставим в любую из тех легковушек, - я махнул рукой на машины, которые стояли у обочины возле домов. - Авось, сумеем завести без ключей хотя бы одну.
        Такая нашлась одна - «матиз». Мои товарищи уместились в ней с комфортом, а вот мне пришлось коленками уши греть, настолько согнулся. И вроде бы неплохой салон, в меру просторный, особенно спереди, но не для меня, чуть-чуть не хватает пространства. Без снаряжения и я бы не испытывал неудобства, но остаться голым в городе полном мутантов - это сродни извращённой попытки покончить с собой.
        Прибор Кошка взяла с собой на заднее сиденье, подключив через удлинитель и адаптер к пучку проводов от автомагнитолы, которую мы выбросили в окно. Для приёма сигнала активная антенна «матиза» более-менее подходила, хотя дистанция приёма упала на порядок. Об этом нас предупредил и проконсультировал Дрон в Институте.
        - Всё? Тогда аккуратно двигай вперёд. Кошка, ты контролируй окрестности и посматривай на экран.
        - Хорошо, - весело ответила она. - Буду за штурмана.
        Окружающая опасность её абсолютно не волновала. Словно вместе с молодостью она получила адреналиновую зависимость, избавившись от чувства страха. И чем опаснее было вокруг, тем сильнее поднималось настроение девушки. Сейчас, среди толп зараженных, в мелкой коробчонке с жестяными стенками, отделяющими от них, она испытывала эйфорию.
        И это мне сильно не нравилось.
        Приходилось сдерживаться, чтобы не прочитать ей лекцию. Увы, вряд ли это как-то помогло бы исправить ситуацию, только подпортило бы ей настроение и могло сыграть дурную шутку в нашем положении.
        - Вокруг больше двух сотен живых. Мутантов, наверное, - сообщила она. - Больше всего слева впереди от нас, вон за тем забором чугунным.
        - Больница там. Мы позади знак оставили, когда въехали сюда, - ответил Дед, - медленно трогаясь с места. - Наверное, до обращения кучу народа перетаскали на карантин.
        - Наверное, - согласился я с ним.
        - К нам справа идут трое, очень быстро, - сообщила девушка.
        - Угу.
        Через полминуты на улицу позади нас вывалился топтун и с ним два лотерейщика. Вся троица только-только перешла на новую ступень эволюции Улья. Это было видно и по развитию их тел, и по поведению.
        - Притормози. Обрублю хвост, а то так и будут за нами бежать, - сказал я, наблюдая в зеркало за «хвостом». Когда «матиз» замер, я быстро вышел на улицу и тремя выстрелами свалил мутантов, активировав отвод взгляда и прицельную стрельбу. Попасть пулей в череп заражённого, попавшего под воздействие Дара, да ещё с двадцати метров было очень просто.
        Так мы проехали через весь город, иногда прибавляя скорость, иногда останавливаясь, и тогда я устраивал Варфоломеевскую ночь для самых сильных и навязчивых преследователей. Чтобы не жечь ценные спецбоеприпасы на разную почти безопасную мелочь, я вооружился «бизоном», на котором стоял несъёмный глушитель. Пээмовская пуля со стальным сердечником на расстоянии до пятидесяти метров пробивала даже череп кусача в лоб. А более сильных тварей на нашем пути не встретилось.
        Наконец, мы прибыли к конечной точке.
        - Маячок там, за стеной, - Кошка указала на металлический забор из профлиста, сверху защищённого спиралью из колючей проволоки. - Живых рядом всего двадцать, пятеро за забором. Они ближе всего, остальные за теми кустами, - она махнула влево на заросли клёна в пятидесяти метрах от нас, потом на двухэтажное здание торгового центра позади нас примерно на таком же расстоянии, что и кусты, - остальные там.
        - Я сейчас объеду его, вход поищу, - сказал Дед.
        - Давай, только меня выпусти сначала, - кивнул я. - Ноги разомну, а то затекли. И вас прикрою…так что, не гони.
        - Я с тобой! Мне тоже размяться нужно, - заявила девушка. А следом за ней и Дед изъявил желание составить нам компанию в прогулке.
        В общем, «матиз» остался на месте, а мы втроём направились вдоль забора, искать проход.
        «ПРОХОД ЗАПРЕЩЁН! ТОЛЬКО ПО ПРОПУСКАМ! СТОЯНКА ЗАДЕРЖАНОГО ТРАНСПОРТА!».
        Эти слова были написаны на большом металлическом листе рядом с проездом на территорию стоянки, перекрываемого пластиковым красно-белым шлагбаумом. Только он и преграждал путь, ворот или каких-либо препятствий тут не было. Рядом стояла наполовину застеклённая будка охранника, внутри которой сидел заражённый. При виде нас он попытался проломиться на улицу сквозь стекло, но сил для этого не хватило, и бывший пустыш упал на пол, едва слышно урча от досады.
        - Оголодал, бедный, даже нормально двигаться не может, - хмыкнул дед и короткой очередью из своего «вала» выстрелил сквозь деревянную часть будки, чтобы звоном битого стекла не поднимать шума. - Готов.
        - А как мы найдём без прибора нужную нам машину? - поинтересовалась Кошка, ловко проскользнув под шлагбаумом.
        - Легковушка, с поврежденным бампером, скорее всего серебристая. Заднего сиденья нет, и там лежат кофры и небольшие баллоны, размером с автомобильный огнетушитель, - перечислил я приметы, потом посмотрел на сборище всевозможной техники, где даже пара тракторов и несколько мотоциклов с люльками стояли, и добавил. - Тут особого выбора-то и нет. Тем более, вон сколько побитого хлама стоит, наверное, половина. А наша тачка должна быть более-менее целой.
        Машину мы нашли быстро. Это оказался «фольксваген»-универсал, серебристый, как я и предполагал.
        - А ведь его сюда загнал не наш клиент, - задумчиво произнёс я, рассматривая наклейки на всех дверях, капоте и даже на колёсах, точнее на колесных болтах. - Это гаишные наклейки. Опечатывают, чтобы на штрафстоянках не разграбили тачки, колёса с них не поскручивали.
        - Ну, значит, местные менты приняли нашего клиента. Нам-то что до этого? - пожал плечами Дед, нажав на ручку задней двери. - Закрыта.
        - Клювом попробуй, только не шуми, - посоветовал я.
        Через пару минут (так долго из-за нежелания лязгом и звоном привлечь к себе внимание) машина была вскрыта. Внутри, как и ожидал, лежали три больших чёрных кофра из высокопрочного пластика с металлическими деталями вроде замков и уголков. Этот материал только полупудовой кувалдой ломать, причём с первого удара не вскрыть, как и со второго.
        - Баллонов нет, - с досадой произнёс товарищ. - И кейса одного… их же четыре должно быть?
        - Четыре, - кивнул я и сам осмотрел салон. К сожалению, отсутствующие вещи не обнаружил. - Чёрт!
        - Ты ещё под ковриком или между сидений посмотри, - язвительно произнёс Дед.
        - Да иди ты… - отмахнулся я от него, потом в сердцах со всей силы хлопнул дверью.
        - Мутанты приближаются, много, - сказала Кошка.
        - Плевать, - буркнул я. - Хоть злость будет на ком сорвать…
        И сорвал, причем, мои товарищи не отставали от меня. После ожесточённой стрельбы рядом со штрафстоянкой на асфальте остались лежать не менее сотни мертвецов разной степени развития. Совсем пустышей здесь не было. Бегуны и спидеры из самых низкоранговых, а самые старшие оказались кусачами, причём парочка довольно таки развитые. Правда с одним из них получился анекдот: у него зубы выпали, а новые, которыми может похвастаться только матёрый кусач, ещё не появились. Такой вот беззубый монстр. Хотя менее опасным он не стал, так как мощные длинные лапы были вооружены острейшими чуть загнутыми когтями. Именно ими он разорвал профлист в ограде, чтобы добраться до нас. Крашеное железо толщиной в полмиллиметра разошлось под этими костяными кинжалами, как картон.
        Жаркая стычка не только позволила сбросить злость, но и прочистила мозги.
        - Поехали в ровэдэ, - сказал я. - Если Улей на нашей стороне вместе с госпожой Удачей, то мы там найдём нашего подранка.
        - Думаешь? - с сомнением произнёс Дед. - Или его сожрали, или он давно смотался из города.
        - И бросил вот это всё? - я ударил ногой по колесу «фольцвагена». - Ну-ну.
        - А вдруг он и взял те баллоны и один ящик? - решила внести свою лепту в спор Кошка.
        - А смысл ему так поступать, Кошка? - хмыкнул я. - Нее, этот типок сидит в камере за решёткой или железной дверью. Если он ещё жив, конечно. Ну, некуда ему деваться. Сами подумайте.
        - Да что тут думать, - в тон мне ответил Дед. - Скорее всего, ты прав. Его прихватили без документов и раненого, скорее всего, с оружием, если он не усел его скинуть. Машину на штрафстоянку, его в камеру.
        - Или больницу. Вы видели, сколько там крови было, где мы трупы и машины на дороге нашли? - с большой долей скепсиса произнесла наша спутница. - Как из поросёнка натекло. Кто такого будет сажать в камеру? Я точно знаю, что ни один начальник полиции на себя такой риск не возьмёт.
        - Посмотрим сначала в ментовке, - вздохнул я. Настроение опять стало портиться после слов моей подружки. Если раненого определили в больницу, то нам его не найти или садиться в засаду здесь в надежде, что тот жив и придёт рано или поздно за вещами. - Только кейсы с собой заберём.
        - В табуретку не влезет, - покачал головой Дед.
        - А мы возьмём один из джипов, который у торгового центра стоят. Скрываться нам уже нет смысла, можно и пошуметь мотором.
        - А если… - с кислой миной на симпатичном личике собралась сказать что-то Кошка.
        - Кошка! Хватит, а? - не очень вежливо оборвал я её. - Успокойся уже. От твоих «а если…» на душе начинают кошки скрестись. Приедем - увидим, на месте и определимся.
        - Ну и ладно, - поджала та губы. - Больше ничего говорить не стану.
        И первой направилась к шлагбауму, переступая через тела заражённых и лужи крови, которая натекла с них. И ведь всем нам плевать, что по факту это люди. Страшные, безумные, опасные, но суть у них одна. Просто им повезло куда меньше, чем нашей троице. Что ж, Улей уродует своих гостей не только внешне, но и внутренне. Тут на каждого пятого сравнительно нормального индивидуума приходится маньяк, педофил, потрошитель, вивисектор и так далее. Благо, что Улей предоставляет нужный «материал» в неограниченных количествах и в любое время.
        На этот раз мы выбрали себе массивный чёрный джип - «форд», с мощным «кенгурятником» и тонированным вкруг. Наверное, владельцу было глубоко по*** на законодательство. Или в этом мире отсутствовал пункт ГИБДД о запрете тонировки на передних стёклах автомобиля.
        Выбор на такой бросающийся в глаза транспорт, пал по причине наличия ключей с брелком сигнализации в замке зажигания. Аккумулятор, правда, разрядился полностью, при повороте ключа раздавался лишь щелчок. Наверное, всё время с перезагрузки джип простоял с включёнными фарами. Впрочем, это была настолько мизерная неприятность, что можно было не обращать внимание.
        Несмотря на то, что в машине стоял мощный «шестьдесят пятый» аккумулятор, а с нашего пучеглазого транспорта мы сняли «пятьдесят пятый», тока вполне хватило на то, чтобы прокрутить стратер. Как только мотор заработал, я посадил на переднее сиденье Кошку, дав ей наказ понемногу давить на педаль газа, чтобы ускорить процесс зарядки штатного аккумулятора. И пока она этим занималась, мы с Дедом перетаскали кейсы во вместительный багажник.
        - Тут даже документы остались, - показала мне кожаный чёрный «лопатник» девушка, когда я забрался в машину. - Владелец некто Дагба Батаевич Дондогай.
        - Таджик или узбек? И на такой крутой тачке?удивился Дед, который услышал её слова.
        - Нет, бурят. Иркутская область в паспорте как место прописки.
        - Далеко его занесло, - хмыкнул он, потом хлопнул ладонью по стойке. - Ладно, пусть земля ему будет пухом или Улей поможет, если ему повезло не заразиться, а ты перебирайся-ка назад.
        - И ничего машина не крутая, - фыркнула Кошка, прямо в салоне ловко поменяв местоположение. - Джипу уже восемь лет.
        - Среди всех этих ведроидов фордец самый крутой, - Дед мотнул головой в сторону стоянки перед торговым центром, где преимущественно стояли «солярисы», «логаны», да «гранты» с парой «шнив».
        Едва мы только выбрались на широкие улицы города, как к нам стали стекаться толпы заражённых, привлечённых шумом от работающего двигателя. В пустом городе, где уже несколько дней не работает ни одно производство, и все автомобили стоят мёртвыми грудами металла, стекла и пластика, издаваемые нашим транспортом звуки разносились очень далеко. Хорошо ещё, что особо опасных врагов не было. За всё время, что мы пробыли в мёртвом городе, не увидели не то что элиты, а даже вшивого рубера.
        Найти здание ОП - отдела полиции, оказалось легко. Тут и размеры городка сыграли свою роль, и несколько крупных плакатов с указанием направления и расстояния до нужной нам точки.
        Отдел занимал часть трёхэтажного здания из красного кирпича, остальное находилось под муниципальным районным судом, судя по надписям у дверей. На улице перед трёхэтажкой лежали больше двадцати трупов в гражданской одежде. Мужчины и женщины.
        Входная дверь в полицию была сорвана с петель, хотя и была цельнометаллической из четырёхмиллиметрового листа стали. На месте двух окон зияли проломы, а решётки и остатки пластиковых стеклопакетов валялись на газоне перед зданием. Ещё пять окон были более-менее целыми, только стёкла в них оказались треснутыми или разбитыми.
        - А тут воевал кто-то от души, - прокомментировал Дед картину, представшую перед нашими глазами. - Интересно, успел удрать, когда на шум кто-то покруче пустышей пришёл или нет?
        - Главное, чтобы не сидел сейчас с автоматом внутри ментовки, - заметил я, крутя головой по сторонам.
        - Там… там кто-то есть, один человек, - сказала Кошка, - где-то справой стороны и вроде как на первом этаже.
        - Может, наш клиент? - с затаённой радостью произнёс Дед, посмотрев на нее.
        - Я-то откуда знаю? - фыркнула та.
        - Кому-то придётся охранять машину… Дед!
        - Ну, присмотрю, - пожал тот плечами. - Чего уж тут такого. Только не изнутри. Давай я из тамбура, а? - и кивнул на сорванную дверь отдела полиции.
        - Да как хочешь.
        Внутрь первым зашёл я, держа автомат у плеча и под болезненную дробь в висках от всех активированных сверхспособностей. Сразу за тамбуром раскинулся широкий холл, с одной стороны граничащий со стеной, где висели в великом множестве плакаты с фотороботами, приказами, образцами заявлений, памятками по антитеррористическим действиям, фотографиями участковых и многим другим. Другая стена упиралась в железную дверь и большую решётку с калиткой, за которой начиналась широкая лестница на следующий этаж. А справа в стене было вставлено большое стекло с надписью поверху: дежурная часть. Рядом с этим окном имелась ещё одна железная дверь.
        Весь холл был загажен: кровь, два мёртвых тела, одно в полицейской форме и пятнистом бронежилете, второе в джинсах и рубашке с завёрнутыми рукавами, несколько фрагментов тел, автомат АКС-74У и штук пять магазинов к нему, куча гильз, которые устилали в одном месте кафельный пол, словно мозаикой.
        Решётка была оторвана с правой стороны и отогнута внутрь. Получившегося свободного пространства между стеной и решёткой вполне хватало, чтобы я свободно прошёл там. Кошка и вовсе могла маршировать. Могу предположить, что тут поработал матёрый лотерейщик или топтун. Для кусача, всё же, маловат проход. Да и что для того же лотерейщика решётка даже не из арматуры, а жалкой профильной тонкой трубы 20*20 миллиметров? Наверное, даже я смогу проделать в ней проход, если у меня будет достаточно времени.
        - Там, - девушка указала в сторону ещё одной железной двери, которую не было видно из холла.
        - Закрыто, - констатировал я, подёргав за дверную ручку. - На засов с той стороны.
        Чтобы открыть её мне пришлось изрядно повозиться.
        За дверью начинался узкий коридор, его ширина была не больше полутора метров. Слева была дверь и вела она в разгромленную дежурную часть, где лежали тела трёх сотрудников. И судя по следам, двое были убиты третьим, который после этого пустил себе пулю в висок.
        - Вот они - последствия киноиндустрии, - я указал на покусанные руки суицидника. - Насмотрелся всяческих обителей зла, да рассветы мертвецов и после укусов решил, что проще застрелиться, чем становиться таким, как они. А ведь, скорее всего, иммунный был.
        Кроме нескольких пистолетов, автомата (всё того же укорота) и средств бронезащиты в дежурной части ничего полезного не было. Нет, была ещё одна железная дверь, на которой висела крупная светодиодная дампа сигнализации, и перекрывала она путь в оружейную комнату. Но заглянув в неё и посмотрев на пустые сейфы, я тут же потерял интерес.
        - Наверное, всё оружие на руках у сотрудников, а тех уже кого сожрали, кто сам ищет, кем бы перекусить, - резюмировал я. - Давай дальше смотреть.
        В конце коридора путь преградила ещё одна дверь, такая широкая и мощная, что мне пришлось возвращаться к машине за винтовкой и потратить пятнадцать (!) патронов с бронзовой пулей, чтобы выбить замок и петли.
        - Твою же… - в сердцах выругался я, когда за дверью обнаружилась решётка. И не та из квадратных трубок с толщиной стенок в миллиметр, эта была собрана из пятнадцатимиллиметровой арматуры на каркасе из толстого металлического уголка. Хорошо, что хоть замок в ней был простой и сдался после первого же выстрела из «выхлопа».
        - Тюрьма, надо же, - хмыкнул я, рассматривая железные двери с характерными «глазками» и лючками, выкрашенными в тёмно-зелёный цвет. - Где наш клиент?
        - Вроде бы тут, - девушка кивком головы указала на вторую дверь от входа.
        - Отойди в сторонку, - попросил я, потом загремел засовом от «кормушки» и под отводом взгляда быстро заглянул в камеру. Там увидел мужчину в грязном камуфляже цвета хаки, скорчившегося на полосатом матрасе на кровати, стоявшей у противоположной стены.
        - Эй, ты живой? - окликнул я его.
        - Живой конечно, - тут же вставила свои пять копеек, - Я чу…
        - Кошка, блин, - я недовольно посмотрел на девушку.
        В этот момент неизвестный зашевелился, и мне пришлось прервать процесс выволочки своей напарнице.
        Мужчина с трудом, словно, страдал болезнью позвоночника, сел на кровать и посмотрел в мою сторону. Только сейчас я заметил, что его голова обмотана грязным до черноты бинтом, который до этого не бросался в глаза. Несколько секунд его взгляд был отсутствующим, словно, человек пытается нащупать линию связи со Вселенной, наконец, он разлепил губы и хрипло произнёс:
        - Вы кто? Местные или трейсеры?
        - Вторые, - ответил я. - Ты кто?
        - Живчика дай… подыхаю.
        - Сначала ответы, - возразил я.
        - Мне пох, ответы потом. Дай попить живца или вали.
        - Как знаешь, - спокойно ответил я, после чего закрыл лючок на засов.
        - Ты чего? - удивлённо посмотрела на меня Кошка.
        - Пусть помаринуется, - ответил я, увлекая её за собой в коридор. - Надеюсь, станет сговорчивее, через пару часиков. А мы пока попробуем трофеев набрать. Да и вспомнил я кое-что интересное.
        Пашка, мой покойный напарник в мебельном магазине, как-то рассказывал о злоключениях в полиции, куда он попал на трое суток за пьяное вождение. По его словам тогда ещё не был введен закон на минимально допустимое значение показаний прибора, а у него именно столько алкотестер гаишников и показал. После чего машина оказалась на автостоянке, а приятель угодил в камеру на семьдесят два часа. Там его тщательно осмотрели и все вещи, вплоть до шнурка из шорт изъяли и убрали в опечатанный мешок, а тот в сейф в дежурной части. Так вот, несколько сейфов я видел совсем недавно, рядом с ними и лежали те три тела - суицидника и его жертв. Возможно, вещи неизвестного из камеры лежат в одном из этих железных ящиков, и они смогут дать часть ответов на мои вопросы.
        Увы, вскрыв три сейфа (к слову, почти один в один, как тот, с которым промучились на базе у атомитов) я нашёл кучу бумаг, протоколов, папок, радиостанции и аккумуляторы к ним, фонарики и батарейки, автомобильные аптечки и даже печенье с конфетами, пачки с чаем, растворимый кофе в банке, сахар, две начатых картонных коробки с армейским сухпайком и початую бутылку водки с тремя рюмками. Не было только мешков с вещами. Точнее сами мешки были, но пустые.
        - М-да, придётся колоть этого ухаря, - вздохнул я, бросил взгляд на наручные часы и решил дать тому ещё немного времени повариться в собственном соку. - Кошка, пошли к Деду, посидим с часок рядом, чтобы время убить. Потом опять навестим нашего арестанта.
        Когда мы оказались рядом с товарищем, охранявшим машину, он поинтересовался:
        - Нашли потеряшку?
        - Да, в камере сидит чуть живой.
        - И что он сказал?
        - Пока ничего, ломается, требует, чтобы сначала его напоили.
        - … накормили и спать уложили, - хохотнул Дед. - Ничего больше ему не надо? Ну там, жену под бочок и уйти на часок?
        - Вот и я такого же мнения. Пусть немного посидит, подумает, помучается, и через час-полтора я опять к нему зайду.
        Из-за того, что здание полицейского участка (пусть так будет прозываться, звучит более весомее киношное название, чем натуральное - отдел) стояло среди двух- и трёхэтажных зданий, которые были построены чуть ли не сразу после войны, и частного сектора, зараженных здесь не было. В таких домах проживали в основном пожилые люди, дети тех, кто получил жильё в момент постройки, а в своих домах и вовсе жило редко больше шести-семи человек, в то время, как четыре таких фазенды занимали территорию, на которой в городе стоял пяти или шестиподъездный дом в пять этажей. Так что, у нас всё было тихо и спокойно.
        Выждав полтора часа, успев за это время попить кофе, воспользовавшись запасами из дежурной части, я вновь направился к камерам. Кстати, когда пил горячий и ароматный напиток, я ловил себя на мысли, что ещё месяц назад я бы ни за что не совершил такой поступок. Запах разнёся очень далеко по округе, приманив целую толпу мутантов, среди которых были и серьёзные противники - топтуны и кусачи. И никакого страха не было.
        «Заматерел, - усмехнулся я про себя, - как вон тот зубастый кусач, сменивший свои старые кусалки на новые, которыми тонкую арматуру сможет запросто перекусывать».
        Открыв кормушку я посмотрел на лежащего на прежнем месте задержанного. На этот раз он едва-едва слышно постанывал и иногда подёргивался всем телом, словно страдал от холода.
        - Эй, болезный, не надумал говорить? - окликнул я его и встряхнул бутылкой обычной минеральной водой.
        Тот с громким стоном поднялся и сел на кровати.
        - Сервий, может, не стоит его так мучить, а? - тихо произнесла Кошка.
        - Стоит. Думаешь, я испытываю удовольствие от его вида? Только по-другому никак мы не получим от него ответов, солнышко ты моё доброе. И так безопаснее будет для нас, ведь ты не знаешь, что у него за талант?
        Та тяжело вздохнула и больше не сказала ни словечка.
        - Живец? - совсем тихо спросил неизвестный.
        - Нет, вода простая. Немного поможет утолить жажду, - ответил я ему. - Небось, не пил уже давно, а при ломке жажда только усиливается. Живчик дам только после разговора и честных ответов.
        - Откуда тебе знать, что они честные будут?
        - Что-то я знаю и так, а в остальном тебе придётся очень сильно постараться меня убедить. Это в твоих и только твоих резонах.
        - Хотя бы пару глотков дай, чтобы горло смочить, - попросил он.
        - Нет. Или всё, или ничего.
        - Сука! - он швырнул в мою сторону подушку и тут же следом сам упал с кровати на пол.
        - Как знаешь, - я захлопнул кормушку и лязгнул засовом, не обратив внимания на возглас мужчины.
        - Опять кофе полтора часа пить? - поинтересовалась девушка, когда мы вышли из тюремного отделения в коридор.
        - Нет, хватит и полчаса.
        Так оно и вышло. Когда через тридцать пять минут я вновь открыл люк в двери, узник был готов отвечать на любые задаваемые ему вопросы. Я сам как-то испытал такую ломку и могу представить, сколько здравого смысла в такой момент в голове присутствует: ноль целых, ноль десятых.
        Отсутствующий кейс с оборудованием и баллонами находится у муров на их базе. Эти вещи нападавшие забрали в качестве части оплаты за свои услуги. База находится не так и далеко от этого места, буквально пятнадцать часов неспешной езды с соблюдением всех норм безопасности в Улье. В обычном мире это чуть более четырёх сотен километров. Именно они, муры, помогли с нападением на отряд из Института, который должен был протестировать аппаратуру на месте. Успех гарантировался наличием среди институтских двух пособников муров. Цезарь и Кварц. Первый сейчас хрипло иногда малоразборчиво вещал мне свою историю, а второго я видел в УАЗе на грунтовке рядом с «шишигой» и трупами преступников.
        Кейсы должны были быть доставлены на один из местных небольших стабов, на котором публика вертелась лишь немногим лучше муров. В этом мутном месте их должны были ждать покупатели. Но по пути неизвестно с чего охранникам Цезаря и Кварца вдруг стукнула в голову моча - забрать груз себе. Зачем? Мой собеседник предположил, что они хотели сами продать его и тем самым увеличить свою долю на порядок.
        - Из-за неожиданного нападения Кварц погиб, его напарник был тяжело ранен. Но даже в таком состоянии предатель сумел перебить всех бандитов. Всё-таки, он провёл в Улье уже более двух лет и имел сразу несколько полезных для выживания Даров. К его глубокому сожалению обе машины в ходе перестрелки вышли из строя. Поэтому Цезарю пришлось в прямом смысле запихивать внутренности обратно в живот и тащиться на недалёкую трассу в надежде, что там сумеет найти себе машину. Бывало так, что владельцы бросали автомобили на дорогах после перезагрузки по ряду причин - сами обратились и вылезли из салона, когда пытались осмотреться попали в зубы мутанту и многое что ещё. Он чуть не помер, пока ему улыбнулась удача в виде «фольксвагена», несущегося по дороге.
        Даже не пришлось стрелять - машина сама остановилась рядом с мужчиной в крови, который жестами просил о помощи. В машине оказались сердобольные лица, которые тут же за это поплатились: Цезарь приказал им выйти на улицу, наставив пистолет, до поры скрываемый под одеждой. После чего сел за руль и вернулся к месту, где потерял напарника и чуть не расстался с жизнью.
        Переложив в новую машину ценные вещи, он направился в сторону города на недавно перегрузившемся кластере. Именно оттуда и приехали владельцы «фольксвагена». В городе Цезарь собирался воспользоваться услугами врачей, так как с хирургической помощью его раны зажили бы в несколько раз быстрее. Плюс, ему нужна была новая машина, мощнее и с куда лучшей защитой, чем у отжатого автомобиля.
        К его огорчению, на въезде он попал в руки сотрудников полиции, которые выставили кордоны по всему периметру населённого пункта сразу после перезагрузки. Тяжёлые ранения вручили его в жёсткие клешни силовиков, как новорожденного котёнка. Кровь, раны, а ещё и оружие в салоне, которым можно было бы вооружить мотострелковое отделение, заставили тех отнестись к нему очень серьёзно. В отделе полиции его лишили всего, даже нескольких шариков споран, которые он держал вшитыми в пояс штанов. И ничего удивительного в этом не было - его осматривали те, кто не одну собаку съел на увёртках арестантов, которые делали нычки везде, где только можно.
        Потом Цезаря сунули в пустующую камеру, собираясь попозже подробно переговорить… а спустя несколько часов началось массовое перерождение жителей и про него забыли.
        Без воды и еды он просидел несколько дней. И самое главное - без живчика. Вообще, любой иммунный может без него протянуть около недели, если не совершать активный действий. Но нужно быть здоровым, сытым и спокойным. Цезарь же оказался раненым, на грани нервного срыва и без грамма воды с едой. Так что, к моменту, когда мы его нашли, мужчина уже почти не соображал ничего. До первого моего разговора он впал как бы в спячку, организм, таким образом, растягивал последние резервы. Но моё появление резко вывело из этого состояния и…сломало.
        К слову, его вещи, как я и предполагал, были сложены в мешок перед тем, как поместить в камеру. Но далее они попали не в сейф к дежурному, а ушли на третий этаж в кабинет к операм. Там же лежит его оружие, живчик и много другое.
        В его телефоне, как и у всех сотрудников Института, имелась подробная картакластеров. И пара ближайших к нам была отмечена: одна - это муровский стаб, вторая обозначала место встречи с покупателями. Так же там имелась подробная информация по аппаратуре. Но это я позже почитаю. Причём, обязательно почитаю, так как бандитский пособник обмолвился об очень интересных моментах испытания аппаратуры.
        - Всё, я рассказал тебе всё, - прохрипел Цезарь, - давай живчик… ну же, не будь сукой… подыхаю же.
        - Держи, - я протянул ему литровую пластиковую флягу с его же раствором, который конфисковали местные полицейские.
        Собеседник вырвал её у меня из рук, при этом сильно ударил ёмкостью о край «кормушки», скрутил пробку и присосался к горлышку. На несколько секунд он выпал из окружающего мира. А я… достал револьвер, направил ствол в Цезаря и спустил курок.
        Полуоболочечная пуля вошла ему чуть ниже правого глаза и вылетела из затылка, вынеся его полностью и забрызгав кровью и мозговым веществом половину камеры.
        От грохота выстрела Кошка вздрогнула и отшатнулась назад, при этом машинально схватилась за «бизон», а потом круглыми ошалелыми глазами посмотрела на меня.
        - Зачем?! - вскрикнула она.
        - Ты слышала, что он сказал про эти кейсы и баллоны? И то, что он сделал ради обладания ими? Я молчу про наказание за предательство своих товарищей, которые приняли смерть по вине тех, на кого надеялись и доверяли. Но факт, что Цезарь поставил всё на сделку с аппаратурой и обратной дороги у него нет, не оставлял ему другого варианта, как попытаться забрать наши трофеи назад. Он бы повис у нас на хвосте и рано или поздно сумел бы получить своё. Или отомстил бы за свои порушенные мечты, - ответил я девушке, вынимая пустую гильзу из барабана револьвера. - Нам всё равно однажды пришлось бы с ним схватиться… так зачем рисковать, если можно расставить точки над «и» намного раньше?
        Я убрал гильзу в карман, вставил новый патрон и вернул оружие в кобуру.
        - Это неправильно, - буркнула она, после чего повернулась ко мне спиной и быстро направилась на выход.
        Когда мы вышли на крыльцо к Деду, то тот спросил:
        - Что за грохот был? Этого, что ли, в расход пустили?
        - Угу, - подтвердил я его догадку. Мои слова он принял спокойно, даже согласно кивнул, поддерживая моё решение. Чем тут же настроил против себя Кошку.
        Загрузившись в джип, мы направились на выход из города. Дед рулил, Кошка контролировала окрестности и дулась на нас, а я размышлял. И было над чем, ведь нам в руки попали вещи, которые сравнимы с воздействием на окружающий мир взрыва ядерной бомбы.
        В кейсах лежали устройства, которые были предназначены для искусственной активации перезагрузки Улья. А в баллонах находилась газовая смесь, которая выводила из спячки споры паразита (до поры до времени максимальное их количество находится в почве, а часть висит высоко над землёй, там, где даже механические детали сложных артиллерийских снарядов выходят из строя) на определённом участке местности, заставляя активно делиться и выходить в режим перезагрузки. В зависимости от концентрации и размера участка смена кластера могла произойти в считанные минуты. Площадь выделялась специальными маячками из кейса. Каждый кейс содержал в себе аппаратуру на пять активаций.
        В Институте, по словам Цезаря, об этом почти никто не знает, буквально пять человек, из которых двое уже мертвы, двоих я знаю, и последний сидит высоко в директорате. Разрабатывалось всё это в специальной засекреченной лаборатории далеко от главного институтского кластера. А использовано только раз - на том самом стабе, где расположилось автохозяйство лесхоза. Кстати, могилы, которые мы нашли, принадлежали людям, которых перенесло с перезагрузкой.
        И это только часть информации, той, что мне рассказал Цезарь. Ещё больше хранится на его телефоне.
        «Чёрт, вот это мы попали, - тяжело вздохнул я про себя, - всё идёт к тому, что нас зачистят, как только привезём заказ в Институт. Потому и выбрали нас, никому не известных наёмников, далёких от дел сообщества. Ма-ать-иху, да что же за жизнь у меня гадкая тут, вечно одни подлянки вылезают, а? Когда ж всё это закончится?».
        Глава 17
        До муровской территории мы добрались за десять часов. Буквально летели по меркам Улья, так как у меня в груди поселился неприятный холодок, который будто кричал, что нужно надавить на педаль газа ещё сильнее, чтобы не опоздать. Куда? Зачем? Интуиция молчала, а разум мрачно подкидывал версию за версией, одна из них сводилась к тому, что бандиты могут перепродать аппаратуру кому-нибудь другому. И тогда все её следы затеряются.
        Как и везде в Улье стаб, который отморозки заселили, занимал сравнительно небольшую территорию и был плотно заставлен постройками - деревянными и кирпичными домами, какими-то «скворечниками» из досок и фанеры. Имелись даже кунги от «Камазов» и трамвайные вагончики, в которых жили люди. Центр поселения был самый приличный, по крайней мере, выглядел именно так. Там стояли четыре маленьких дома из серого кирпича с непритязательными геометрическими узорами из красного вокруг окон, двери и карниза, с двухскатной крышей, покрытой кровельным профлистом шоколадного и тёмно-вишнёвого цвета. Рядом ещё десять домов были собраны из досок, бруса и ОСБ. Причём, очень аккуратно сделаны, видно, что тут мастер или мастера приложили свои руки. С прочими подобными постройками было не сравнить, натурально земля и небо!
        Территория посёлка была ограждена тремя рядами забора из «рабицы» на трёхметровых высотой и четырёхдюймовых толщиной металлических столбах. Причём сетка была из толстой проволоки, такую только хорошим болторезом вскрывать.
        Минного поля, которое даже у атомитов имелось, тут отсутствовало. Охрана… ну, охрана имелась, хотя она скорее носила чисто фиктивное определение, так как пятеро сторожей, раскиданных на четыре поста, относились к своим обязанностям спустя рукава. Не удивлюсь, если там находятся залётчики, которые и в обычной жизни не сильно исполнительны, а уж из-под палки и вовсе больше саботировали, чем выполняли свою работу.
        «Ну, мне только лучше», - весело подумал я.
        Не было и подвижной охраны, тех самых автопатрулей, которые несли службу вокруг любого заселенного стаба, где я бывал раньше. Пикап с пулемётом и наблюдателем, пожалуй, был даже эффективнее, чем часовые на вышках, колючая проволока и минные поля.
        Зато чем муры могли похвастаться, так это своей численностью. За два часа наблюдения я насчитал двести восемнадцать человек только тех, кого точно можно отнести к бандитам. И шестьдесят не то рабов, не то «духов» муровской армии, находящихся на испытательном сроке и гоняемых со всем пролетарским старанием.
        Узнав всё, что хотел, я вернулся к товарищам, которые ждали моего возвращения в полукилометре от наблюдательного поста и в километре от базы врагов. Дальше отходить от меня отказалась Кошка, а брать ту с собой - я.
        - Что там? - поинтересовался Дед, когда я появился рядом с машиной, спрятанной в зарослях ольхи и иван-чая, и дополнительно замаскированной срезанными ветками.
        - Всё, как Цезарь и сказал - деревня муров. Человек двести там, с хвостиком, ещё больше полусотни не пойми кого. То ли это пленные, которые выполняют грязную работу за бандитов, то ли, молодое пополнение - духи, в армейской иерархии. Наших вещей я не видел.
        - А ты думал, что они их будут по улицам таскать? - фыркнул Дед, потом наклонился, сорвал травинку и сунул ту в зубы. - Лежат наши баллончики где-то в подвале или кладовке, да ждут, когда мы их заберём. Потому и сигнал не пробивается наружу или маячок обнаружили и выбросили.
        Факт - прибор не пеленговал сигнала от последнего кейса. Даже крошечной мимолётной засветки не было за всё время, как мы покинули мёртвый город. Единственная отметка ровно и ярко светилась лишь та, которая относилась к оборудованию, которое лежало в багажном отсеке. Бандиты уже могли перепродать вещи тем личностям, которые не дождались Цезаря на стабе.
        И всё же в глубине души у меня теплился огонёк надежды, что кейс и баллоны лежат где-то в глубоком подвале, через стены и перекрытия которого не может пробиться сигнал. Или хотя бы смогу узнать у паханов, куда они дели ценные вещи, ради которых уже погибли несколько десятков человек.
        - Никаких мы. Я пойду один, - твёрдо сказал я.
        - Да я и не против, Сервий. Грехов меньше будет… вот только, справишься ли?
        - Я не собираюсь там устраивать филиал бойни, - скривился я оттого, что подумал мой товарищ обо мне. - Не делай уж из меня монстра.
        Тот молча развёл руками, мол, извини.
        - Приду ночью, посмотрю быстренько в центральных домах. И если не найду ничего, то возьму кого-нибудь в плен и разговорю. Там паханов не так и много, всего пятерых насчитал, и два десятка их подручных. Остальные, если можно так сказать, быки, мясо на подхвате, - сообщил я свой план спутникам. - А вы подстрахуете в стороне. Я даже место присмотрел. Дед, ты с пулемётом заляжешь и наведёшь шороху, если меня обнаружат. Кошка, ты будешь рядом с ним и станешь контролировать окрестности, чтобы никто не подошёл.
        Та ответила мне сердитым взглядом.
        - Кошка, - вздохнул я, - там будет метров триста до посёлка от вас. Вполне меня сможешь чувствовать. Или ты смерти моей хочешь, а?
        - Не хочу, - буркнула она и отвернулась к машине.
        - Ну, вот и ладушки, - нарочито весело произнёс я.
        Когда дождался ночи, то пришлось ещё ждать, когда муры навеселятся и расползутся по своим норам. Они ещё с вечера до захода ночи чуть ли не все разом ударились в загул, будто кто-то им отдал команду: вперёд и с песней! Кстати, песни тоже звучали.
        - Да они самоубийцы, едрить-колотить, - покачал головой офанаревший от такого зрелища Дед.
        Я испытывал почти такое же чувство. Ну, вот не могу себе представить, чтобы в Улье, практически в чистом поле и с видимостью охраны, можно устраивать вот такой загул. Это самоубийство!
        Плевать мне на муров по большему счёту, чем меньше такой мрази станет ходить по дорогам, тем лучше для всех (жаль только, что Улей постоянно подкидывает им подкрепление). Но они же, гады, шумом приманят мутантов сюда, появление которых запросто всё усложнит.
        Только около часа ночи большая часть бандитов угомонилась. Очень многие из них заснули прямо там, где гуляли - под столами, на земле, на крыльце, на лавочках. Самые крепкие иногда грубо сталкивали их себе под ноги, чтобы освободить место за столом или для - уже своего - сна.
        - Я пошёл, бдите, - сообщил я товарищам, которые уже стали зевать из-за позднего времени и накопившейся усталости. - Кошка…
        - Да знаю я, - сердито ответила та, - тут буду, тут. Иди уже.
        - Ни пуха, ни пера, - напутствовал Дед.
        - К чёрту.
        Я чуть ли не прогулочным шагом добрался до освещаемого фонарями и лампами посёлка. Дар активировал уже почти у самых ворот, которые никем не охранялись. Ну, хоть закрыты были и освещены двумя обычными лампами с холодным белым светом. Вот только не знаю правильно это или нет, ведь сами же врагу путь показывают и открывают охранника. Последний от своих товарищей не отставал в деле возлияния. Рядом с ним стояли два картонных ящика с пивом, красочно изрисованных яркими надписями на немецком языке. Одна коробка уже была пуста, если судить по количеству пустых «ноль тридцать третьих» бутылок на земле у ног часового.
        Ворота были закрыты, но на… клин, вставленный в кольца на каркасе воротищ. Мне не составило большого труда вытолкнуть его при помощи ножа, после чего путь в посёлок был открыт. Обойдя клевавшего носом мура, я сошёл с освещенной улочки и стал пробираться позади домов.
        - Эй, ты чо…куды прёшь? - пьяный голос под ногами заставил подскочить на метр в воздух и чуть не пальнуть на звук.
        - Твою ж… - Сквозь зубы процедил я. - Пьянь долбанная, до усрачки же напугал.
        - Чо сказал? - обиделся тот и попытался подняться. И только сейчас я его увидел. Этот кадр свернулся калачиком под кустом, вроде бы, смородины за домом. А так как я шёл без ПНВ, из-за того, что света вокруг, всё-таки, было слишком много и на приборе постоянно возникали засветки, плюс, держался любых преград и укрытий вроде нескольких смородиновых кустов, всё ещё растущих в посёлке, которому неизвестно сколько лет, то чуть не наступил на этого чёрта. Удивительно, что он не спал, так как спиртным разило от мура сильнее, чем от разлитой бутылки водки в машине.
        Сил, чтобы встать на ноги у него не нашлось, только и сумел кое-как утвердиться на четвереньках.
        Хек!
        Мур так удачно подставил челюсть, что я просто не мог не воспользоваться этим и не зарядить ему от души носком ботинка по-футбольному. От соприкосновения моей ступни и его лица, раздался громкий хруст то ли челюсти, то ли шеи, то ли и того, и другого. Тщедушного мужичка в одно мгновение унесло в кусты. Тут же сильно запахло смородиновой листвой, перебив сивушный аромат. Сразу вспомнилась мать, которая использовала их для засолки грибов и помидоров с огурцами.
        «Урод», - со злостью подумал я про затихшего противника.
        После такой встречи я уже стал внимательно смотреть не только по сторонам и на дома, в их окна, но и под ноги. И это принесло свои плоды: ещё трижды замечал на своём пути спящих обитателей поселения. Один раз не уберёгся и вляпался в вонючую кучу, отложенную кем-то из местных человеческих отбросов. Из-заэтого потерял несколько минут, пытаясь вытереть подошву ботинка о землю и траву.
        Рядом с домом, где обитал самый главный авторитет из муров, никого не было. Из всех окон горело только одно, но что-то рассмотреть не получилось из-за плотной шторы. И слух не дал никакой информации: из дома не доносилось ни звука. Дверь оказалась открытой, и я легко оказался внутри дома. Маленькая прихожая привела на кухню, где я столкнулся нос к носу с невысоким муром, от которого воняло, как от бомжа.
        Попав под воздействие моего Дара, он застыл на одном месте, как заяц в луче автомобильных фар.
        - На-а! Зараза, развелось же вас, - прошипел я сквозь зубы, отправляя бандита в нокаут ударом приклада в голову. И тут же пожалел об этом, когда тело нокаутированного улетело на шкафчики, и там с грохотом встретилось с мебелью и посудой. - Ма-ать!
        Шум вышел такой, что и мёртвого бы подняло. Уверен, что местные обитатели дома уже открыли глаза и вот-вот возьмут в руки оружие. Этот рефлекс отточен у всех в Улье, и у отмороженных муров, и у честных стронгов.
        Я пинком распахнул дверь в соседнюю комнату и тут же ушёл в сторону, с возможной линии огня. Автомат был у плеча, палец лежал на спусковом крючке, уже выдавив слабину и готовый отправить свинцовую смерть в любого, кто окажется перед мушкой.
        Но стрелять было не по кому.
        Как говорилось в одном интересном кино «всё уже украдено до нас». Только в моём случае, слово «украдено» нужно заменить на «убиты».
        В комнате за столом, в кресле и на мягкой кушетке находились пять муров, тех самых, которых я приметил ещё днём. Здесь же находился и главарь. Мёртвый, как и все его собутыльники. Некто методично обошёл всех и перерезал им горло. Судя по тому, как лежали двое, это были единственные из компании, кто успел заметить убийцу и даже попытались как-то ответить. Вот только тот оказался быстрее и ловчее. На майках этой парочки виднелись отметины от клинка, пропоровшего им живот: у одного ткань была прорезана под ложечкой, второму широкий нож вошёл в правую часть живота и, судя по всему, достал до печени. После этого клинок убийцыперерезал им горла.
        - Нет, это точно сговор какой-то, - со злостью произнёс я, с трудом сдерживаясь, чтобы не зарычать в полный голос, как зверь, потом посмотрел в потолок и добавил. - Да кто ж там мне палки вставляет в колёса?!
        Если ещё не найду нужный кейс с баллонами в доме…
        И когда это случилось, то даже не сильно и удивился. Даже особой злости и досады не было.
        Нашёл почти такой же сейф, который был у атомитов и в дежурной части мертвецкого города. Ключ от него лежал в кармане штанов муровского авторитета. Содержимое двух отделений стального ящика принесло мне трёхсотграммовую банку из-под кофе полную «гороха», две таких же со споранами и пластмассовую коробочку, в которой когда-то были мятные драже, с пятью чёрными жемчужинами. Это только то, что я взял с собой. Было там и золото с драгоценными украшениями, боеприпасы (но не для наших калибров), «янтарь» из элиты, большая автомобильная аптечка в виде пластикового дипломата, заполненная шприц-тюбиками с ярко-оранжевой жидкостью - спек.
        Огромное богатство, целое состояние! Но всё это я бы сменял на информацию про то, куда подевались вещи институтских учёных. Мне везёт на хабар и этим я вполне доволен. Восемьдесят процентов иммунных за всю свою жизнь не получают половины того, что я попало мне в руки за эти месяцы, как моя «газель» с мебелью въехала в вонючий туман. Но Улей, словно в качестве компенсации за такую плату заставляет меня раз за разом балансировать на грани жизни и смерти.
        Закинув в найденный в доме мешок банки с ценным содержимым, заодно присовокупив к ним и янтарь со спеком, я вышел на кухню. Там мой взгляд упал на незнакомца, который всё так и лежал среди кружек и кастрюль. Рядом с ним валялся небольшой оружейный чехол, а чуть в стороне огромный охотничий прямой кинжал с двойной заточкой.
        - А не ты ли их всех порезал, болезный? - задумчиво произнёс я. - Сейф хотел почистить, что ли, воспользовавшись большой гулянкой в посёлке?
        Тут мне пришла в голову мысль, что этот тип может знать, куда подевались вещи из Института. Ведь он удачно подгадал время и даже всё исполнил идеально, только моё появление помешало ему воспользоваться плодами, хм, своего труда. А раз так, то следил и собирал сведения, среди которых могут быть и те, что нужны мне. Проверив пульс на шее мура, я повеселел - живой. Значит, сгодится в качестве языка.
        Я вернулся в комнату, забрал ремни у покойников и туго связал ими пленника. Чтобы не закричал, если очнётся раньше, чем вынесу его из посёлка, я отрезал ножом большой лоскут от шторы на окне и затолкал его ему в рот.
        Пленника закинул себе на плечо, мешок повесил на спину, к нему прицепил и чехол с оружием, который нашёл рядом с муром-крысой. Даже в полутьме кухни я разобрал, что вещь выбивается своим видом из стандарта. Думаю, остальные бандиты будут удивлены, обнаружив оружие рядом с покойниками, а его хозяина - нет. А вот кинжал брать не стал, наоборот, ещё и кинул в комнату к убитым под стол. Оружие это тоже имело характерный облик и по нему поселковые мигом опознают убийцу. Ну, если тот, конечно, воспользовался своим клинком, а не хотел подставить кого-то из бывших товарищей и утащил чужой.
        Покинул посёлок так же беспроблемно, как и вошёл в него. Только головная боль усилилась, когда под отводом взгляда прошёл рядом с постовым у ворот, всё так же продолжавшего хлестать дорогое баварское пиво. Боль - это последствие от возросшего груза, что нужно было скрыть от чужих глаз. Особенно, когда довесок был живым существом. С мёртвым грузом всё происходило куда мягче.
        - Вожак той стаи бибизянов? - поинтересовался у меня Дед, когда я свалил пленного на позиции пулемётчика.
        - Нет, вожак помер. И помог ему в этом вот этот красавчик, - я легонько ткнул носком ботинка в лодыжку муру, который всё ещё не пришёл в себя.
        - Какой же он грязный и вонючий, - задумчиво произнесла Кошка, которая фонариком со светофильтром на пару секунд осветила бессознательное тело. - И весь в синяках почему-то.
        - Это я его прикладом угостил, отчего он улетел в шкаф.
        - Синяки старые, - покачала головой девушка и вопросительно посмотрела на меня. - Это один из рабов бандитов?
        - А-а, вот и не знаю, - растерялся я. Озвученная подружкой мысль почему-то мне совсем в голову не пришла.
        - Он сопротивлялся?
        - Нет. Никто не сопротивляется, когда смотрит на меня в тот момент, когда я под скрытом.
        - А зачем бил?
        - Затем, - буркнул я. - Так, двигаем-ка отсюда, пока в посёлке не поднялся шум. Приведём в машине в чувство этого красавчика и попробуем прояснить обстановку с нашими вещами.
        Закинув пленника на пол под ноги пассажиру на заднем сиденье, мы медленно покатили подальше от муровской базы. Возможно, мне ещё придётся вернуться туда под утро, если допрос пленника не принесёт никакой пользы в деле поиска похищенного оборудования и придётся брать «языка» из числа отморозков, из ближайших подручных убитых авторитетов. Разумеется, если отыщу таких.
        Пока общались между собой на улице, то освещения вполне хватало даже на то, чтобы разбирать лица друг у друга, по крайней мере, мы хорошо видели, кто к кому обращается и поворачивается. Но стоило забраться в кабину и проехать первый метр, как появилось ощущение, что со всех сторон на машину навалился непроницаемый мрак. И свет не включить ни на секунду, так как блик мощных фар зараженные заметят на многие километры. Пусть по неизвестной причине вокруг муровской базы такие не бегают, но зная особое и извращённое внимание Улья к нашей команде, не стоило и надеяться, что нас обделят вниманием те, кто игнорирует бандитов.
        Медленно, на пониженной, без света, не поднимая обороты, которые на такой передаче взлетали вверх от малейшего усилия на педаль газа, я отъехал ещё на полтора километра от места, где была ранее спрятана машина. Это же место приглядел ещё днём.
        - Не пришёл ещё в себя? - я посмотрел в зеркало заднего вида, где отображалась Кошка, сидевшая на боковом кресле, так как на строенном сиденье без того, чтобы не опустить ноги на пленника, устроиться было невозможно. Лично я бы, кхм, так бы и сделал, а вот девушка не смогла.
        - Нет, вроде бы ещё без сознания.
        - Значит, будем приводить в чувство, - сказал я.
        Дело это оказалось непростое. Нашатырь, надавливание на точки за ухом, плескание холодной водой и кратковременное зажимание носа подействовали не сразу. Видимо, досталось ему от меня по полной программе. Как минимум сотрясение себе этот азиат заработал, плюс огромную шишку. Но вроде бы череп цел остался. Последнее было не заслугой владельца головы, а моей боязнью повредить автомат. Всё-таки, рамочный приклад слишком хрупок, не то, что «весло» на старых моделях АК, которые и делались специально такими массивными и прочными для использования в рукопашной схватке.
        А почему я его азиатом назвал? Всё из-за характерных скул, которые у европейской расы днём с огнём не найдёшь. С прочими чертами было всё несколько сложнее из-за синяков и сильной припухлости лица.
        - Ты гляди, что у него за оружие! - отвлёк меня от медицинских, так сказать, процедур удивлённый возглас Деда, который заинтересовался оружейным чехлом то ли мура, то ли их раба. - Товарищ маузер, едрить-колотить! - и тут же голосом актера из всем известного фильма, в котором персонаж рассматривал пулемёт «максим», добавил. - Комиссарский!
        Мой товарищ вынул из чехла короткий с тонким стволом карабин, который процентов на восемьдесят был похож на легендарное оружие людей в кожаных тужурках и фуражках с красной звёздочкой.
        Маузер С-96 (или К-96), вот что он держал сейчас в руках. От создания двух братьев - Вильгейма и Пауля, данное оружие отличалось намного более длинным стволом, цевьём под ним и несъёмным элегантным прикладом, составляющим одно целое с пистолетной рукояткой. Наверное, так было сделано для невозможности использовать оружие без капитальной переделки для скрытного ношения. Общая длина этого пистолета-карабина была сантиметров семьдесят пять или восемьдесят. Явное охотничье оружие. Вон в моём мире даже «максимы» стали продавать, как охотничьи самозарядные карабины с питанием из обрезка ленты в десять патронов. Но вот «маузеров» я не видел, к слову сказать, наверное, потому, что всяческий криминалитет только так резал бы это оружие, превращая карабин в удобный пистолет с мощным патроном. Как делали (я в этом уверен даже не на сто, а на сто и один процент) там, откуда Улей затянул к себе вот этого несчастного. Хм, приходит в себя что ли? Ну, наконец-то.
        - М-м-м, - застонал тот и попытался пошевелиться. Вот только путы, которые я немного ослабил в процессе попыток вернуть его в чувство, не дали ему этого сделать.
        - Не дёргайся, - посоветовал я ему. - Слышишь меня?
        Тот промолчал, но взгляд на мне остановил.
        - Надеюсь, слышишь и понимаешь меня, - продолжил я, - чтобы расставить все точки над «и». Первое - ты перебил всех паханов в муровской деревне, как только об этом узнают, то тебя станут искать. Тем более, весь хабар, который лежал в сейфе атамана сейчас у меня, но спишут его на тебя. Второе - мне в принципе нет никакого дела до тебя, могу отпустить на волю рядом с базой, где ты отвёл свою душу, могу отвезти немного дальше, чтобы снизить риск встречи тебя и подельников, зарезанных тобой муровских старших. Третье - чтобы это произошло, мне нужны твои честные ответы на мои простые вопросы. И первый будет звучать так: ты кто такой?
        - Дагба Дондогай, в Минкренге у меня свой бизнес, меня там все знают, - ответил он почти что сразу.
        - Как? - удивлённо спросила Кошка. - Дагба?
        - Да. Слышали обо мне, наверное. Я мехами торгую в «Красном Кристалле».
        - Про меха ничего не знаю. Просто мы видели твою машину, джип у торгового центра.
        - А-а, мой…
        - Потом почирикаете, - перебил я его. - Рассказывай, что с тобой случилось.
        - Развяжите, всё затекло и местами сильно болит тело, - попросил он. - Я такой всё равно ничего вам сделать не смогу.
        Несколько секунд я размышлял, а потом достал нож и перерезал ремни у него на руках и ногах.
        Дагба Батаевич Дондогай оказался оленеводом из Бурятии, откуда он меньше года назад перебрался в Рязанскую область, в небольшой городок - Минкренг, где открыл в самом крупном торговом центре бутик с мехами и меховыми изделиями, которые ему поставляли родные с малой родины. После попадания в Улей из-за неразберихи в городе, он с оружием переселился поближе к дорогим вещам, отправив девочек продавцов по домам. В момент массового перерождения горожан он собирался отвезти в больницу двух человек, свалившихся в магазине. Эту пару он хорошо знал: супруги из бутика с бижутерией и небольшим количеством простеньких драгоценных украшений, по его примеру они по очереди дежурили в магазине, опасаясь разграбления, так как по городу прошёл вал по мелким магазинчикам и ларькам.
        Дагба сначала помог дойти до машины мужчине, потом завёл мотор, чтобы он прогрелся, и пошёл за женщиной. Но та куда-то пропала за те несколько минут, что мужчина отсутствовал. А дальше началось адское столпотворение. По-другому и не скажешь.
        Люди набрасывались друг на друга, кусали, душили и рвали ногтями в кровь лицо и шею жертвам. Упавших тут же начинали есть. Когда бурят посмотрел в глаза одному из таких безумцев, то не нашёл в чужом взгляде ничего человеческого.
        На улицах разом сошедшие с ума простые обыватели устроили охоту на тех, кто ещё не попал под воздействие странного вируса. Дагба несколько часов сидел в своём бутике, отгородившись металлическими дверными жалюзями, слушая отвратительное урчание монстров и крики с мольбами о помощи сохранивших свою память горожан. Как только шум стал стихать, он выбрался на улицу и побежал к джипу, где чуть не попал в руки десятков сумасшедших, которые столпились на автостоянке торгового центра и вдоль забора штрафстоянки.
        Каким-то чудом торговец мягкой рухлядью добрался до окраины города, отыскал машину с ключами и рванул во всю мощь автомобильного мотора прочь, при этом отмечая тот факт, что местность не только вокруг города поменялась, но и в десятках километрах от него. Словно Минкренг несколько дней назад незаметно для своих обывателей был перенесён в другую точку земного шара.
        Удирая из города, он наткнулся на колонну машин, которых режиссер «Безумного Макса» взял бы на съёмочную площадку без всякой дополнительной доработки. Интуиция подсказала ему держаться от их владельцев подальше, но, увы - пулемётные очереди впереди и позади его легковушки ясно дали понять, что попытка сбежать выйдет ему боком. Да и самочувствие как-то разом резко испортилось, не до обдумывания вариантов бегства было.
        Его грубо вытряхнули из угнанной машины, не более вежливее поинтересовались «кто и откуда, чурка?», после чего стянули руки за спиной при помощи широкого пластикового хомута и кинули в один из кунгов грузовиков на пол, под ноги бойцов.
        За почти сутки, которые он провёл там, ему дали два раза воды и один раз какую-то отвратительную слабую настойку. Но, несмотря на мерзкий вкус, сильно отдающий сивухой, настойка крайне благотворно повлияла на его самочувствие. Чуть позже, когда его привезли на базу, он узнал, что это был живчик или настойку ещё называли эликсиром. Так же его просветили, что сейчас он находится в статусе раба и таким будет, пока не отработает плату за своё спасение, охрану от монстров, еду и живчик. В первый день появления на базе ему назначили выкуп - десять горошин, на следующий сумма уже возросла до пятнадцати.
        Таких как он там было ещё тридцать мужчин и около десяти женщин. Кроме рабов всякую грязную работу выполняли двенадцать человек из бандитов, которые уважением прочих коллег не пользовались, но при этом имели прав больше, чем Дагба и его команда. Опустились в бандитской иерархии, где человеколюбием и демократией и не пахло. И практически все они были жертвами спека. Не успев вовремя остановиться, они стали зависимыми от наркотического препарата, изготавливаемого из содержимого спорового мешка жемчужников.
        Терпеть такое обращение бурят не собирался и, выждав момент когда в посёлке стихийно возникла гулянка, он решил бежать. Но не с пустыми руками, а прихватив своё оружие, которое считал личным талисманом и кое-что из бандитского хабара. За недолгое время пребывания в плену он сумел кое-что узнать из полезных вещей. Про то, что угодил в другой мир, про сильные и слабые стороны иммунных и заражённых (насколько в этом разбирались бандиты), про местную географию.
        Долго караулил бандитских вожаков, которые вливали в себя крепкий алкоголь бутылками и всё никак не вырубались. Наконец, когда на ногах остались всего двое, Дагба рискнул и… победил. Ну, а дальше я уже и сам знаю, что было.
        Бурят рассказал и о причине веселья муров. Оказывается, вчера рано утром к посёлку подъехала небольшая военная колонна: два бронированных грузовика с пехотой, один грузовик-платформа, два бронеавтомобиля с колесной формулой 4*4, и два восьмиколёсных БТР с оружейными модулями, снабжёнными автоматическими пушками 30 миллиметров, пулемётом и двумя ПТУР. Техника ему была незнакома, хотя по обмолвкам я догадался, что в ней наш новый знакомый очень хорошо разбирается. Например, бронетранспортёры имели черты и российского «восьмидесятого» и амерского «страйкера», только башня располагалась точно по центру корпуса. Через полчаса военные укатили назад, забрав какой-то груз у пахана. Всё время, что чужаки стояли напротив поселения, бандиты боялись им показаться на глаза. Дагба видел, что чуть ли не треть его «хозяев» испытывают перед новоприбывшими настоящий животный страх.
        - Значит, какие-то вояки наш груз перехватили, - покачал головой Дед. - Внешники, мать их иху, да в тридцать три прихлопа через колено. Больше просто некому.
        - Пойдём следом, - сказал я. - Такой груз они в свой мир не потащат, испугаются. Поэтому, у нас имеются неплохие шансы отбить кейс с баллонами.
        Глава 18
        Опять расстрелянные и сожженные машины, опять тела на обочине и опять… нас опередил кто-то. Я уже начинаю подозревать, что эти чёртовы баллоны завороженные какие-то! Или на мне, моей команде висит невидимая «чёрная метка».
        - Тьфу, млина, - в сердцах сплюнул я под ноги. - Ну, кто на этот раз нас опередил?
        Отряд военных был уничтожен в полном составе неизвестной силой. Мурами? Сталкерами? Конкурирующими внешниками из другого мира? Фанатиками, которых в Улье больше, чем опарышей на гниющем трупе?
        - Били от души, - задумчиво произнёс Дед, осматривая бронетехнику, которую теперь без капитального ремонта в строй не поставить, - на машины засадникам было плевать. Хваты??
        - Может быть, - пожал я плечами, потом вспомнил Янычара. - Хотя они-то как раз такой лакомый куш ни за что не стали бы портить.
        - Тут народу мало, человек десять или пятнадцать не хватает, - сказал Маузер. - По крайней мере, возле посёлка их было куда больше, можешь мне поверить - глаз набит на такое.
        Маузер - это тот самый бурят, которого я вытащил из бандитского посёлка, где он в одиночку перерезал всю верхушку муров. Мужчина решил остаться с нами и принял «крещение». Гнили в нём я не чувствовал, а его навыки моей команде были полезны. Дагба не только занимался разведением оленей, но и до фанатизма увлекался охотой. Отсюда и приобретение охотничьего карабина «маузера С-96», созданного на основе армейского пистолета конца девятнадцатого века под патрон «ТТ-33». С ним он ходил на зайца, лису, енотовидную собаку, бил куропаток и тетеревов в рязанских лесах.
        Кроме того, он служил срочную службу в армии в спецвойсках, два года снайпером в батальоне ГРУ, а потом ещё три по контракту. Те навыки он сохранил и поныне, благодаря им, он смог выполнить свою задумку - вернуть своё любимое оружие и расправиться с пятью противниками без шума с помощью одного ножа. Ну, почти выполнил, просто вмешались обстоятельства в моём лице.
        Кошка и Дед были не против увеличения нашей команды ещё на одного члена.
        Над именем для новобранца я думал недолго, вариантов было всего два - Бурят и Маузер. Да-да, слишком плоско и поверхностно, куда мне до моей крёстной, которая смогла добраться аж до древней мифологии, к которой привязала моё везение. М-да… интересно, что с ней случилось тогда на дороге во время нападения на нас? Жива?
        - Я пройдусь по окрестностям? - Маузер вопросительно посмотрел на меня. - Может, следы какие найду.
        - Давай, только будь всегда на рации и не отходи далеко.
        - Кошка, есть кто рядом? - получив моё разрешение, снайпер обратился к сенсу отряда.
        - На триста метров в обе стороны чисто. Чуть дальше какие-то мелкие живые, - ответила та через несколько секунд. - Совсем мелкие, типа кошки или собаки такого же размера.
        - Спасибо, - поблагодарил он девушку и быстрым шагом направился в сторону заросшего бурьяном поля, вдоль которого тянулась дорога.
        Я остался на дороге, только отошёл подальше от воняющих разлагающейся плотью машин, ко мне присоединилась Кошка. А вот Дед, нацепив маску на лицо, полез в бронетехнику за трофеями, в виде боеприпасов.
        Сомневаюсь, правда, что он сможет что-то отыскать, видно же, что трупы кто-то уже осмотрел и забрал с них всё ценное. Думаю, что и из техники вытащили те же лица всё полезное. Хотя вон пулемёты, спаренные с пушками в оружейных модулях, стоят на месте. Как и их крупнокалиберные собратья в башенках бронеавтомобилей, хотя снять их, сравнительно несложно.
        Тут щёлкнуло в микрофоне, следом раздался голос новичка:
        - Сервий, тут в поле что-то есть непонятное, метров пятьсот-шестьсот от дороги. Я схожу и посмотрю.
        - Осторожнее только.
        - Да это моё второе имя, - хмыкнул он и отключился.
        В принципе, в этих местах внешники планомерно и регулярно проводят зачистку от мутантов при помощи боевых беспилотных летательных аппаратов. Тут куда больше шансов получить с неба небольшую ракету или очередь из малокалиберного пулемёта, чем наткнуться на когти и зубы мутанта. Думаю, что богатство, изъятое мной из сейфа бандитского главаря есть ничто иное как хабар из споровых мешков мёртвых тварей, попавших под авиаудар. В это куда больше верю, чем в то, что те муры, на которых я успел насмотреться, могут самостоятельно устроить удачную охоту на элиту.
        - Кошка, пошли к нему, - я посмотрел на девушку и кивнул в сторону бурьяна, - проконтролируем.
        - Как скажешь.
        После этого я обратился к Деду по рации:
        - Дед, бросай в мусоре копаться, всё равно там ничего полезного нет. Выбирайся и пошли с нами, слышал, что там Маузер нашёл что-то?
        - Лады, иду, - прокряхтел он в динамике, а спустя полминуты присоединился к нашей паре.
        До снайпера мы не успели дойти, когда он сообщил нам о своей находке, при этом в его в его голосе было полно настороженности:
        - Тут сбитый беспилотник… и ещё кое-что. Вам стоит на это взглянуть, ребят.
        - Уже рядом, сейчас подойдём, - откликнулся я и ускорил шаг. Вскоре мы стояли рядом с новичком и смотрели на крайне нелицеприятную картину. Причём, однажды мне уже довёлось такое видеть.
        На квадратном листе железа со сторонами пятьдесят на пятьдесят сантиметров белой краской красивым почерком было выведено: S-T-I-K-S-Z. Сам лист при помощи двух саморезов неведомый художник прикрутил к кривой молодой берёзке, выросшей в поле. Вокруг неё был вытоптан бурьян в виде круга метров десяти диаметром. А в нём на земле были распяты девять человек. Одежда с каждого была срезана и отброшена в сторону и, судя по ней, перед нами находились останки внешников из разгромленной автоколонны на дороге за нашими спинами. Каждый человек перед смертью испытал страшные мучения.
        - Вспомнил сейчас слова Сильвера из «Острова сокровищ», где он сказал: и живые позавидуют мёртвым. Я такое видел только в Дагестане, когда арабские наёмники поймали машину, возившую продукты на ГРЭС, - тихо произнёс новичок. - Кто это мог такое сделать и зачем? Да ещё надпись эта странная.
        - Килдинги, - сообщил я ему. - Одна из сект в этом мире. Причём одна из самых сильных и страшных сект.
        - Фанатики? - он вопросительно посмотрел на меня.
        - Ещё какие, - ответил вместо меня Дед.
        Да уж… Уж с кем, с кем, а с этими представителями человеческого рода я хочу встречаться меньше всего.
        - Двинули отсюда, - приказал я. - Не хватало ещё нам с этими уродами столкнуться. Один раз я чуть не попал вот в такой круг и больше не хочу испытывать своё везение.
        Маузер с интересом посмотрел на меня, но от расспросов про мои злоключения, где фигурировала табличка аналогичная той, что висит на берёзке в центре круга с мертвецами.
        Быстрым шагом мы дошли до машины, где заняли свои места и рванули прочь от страшного круга. Дед, правда, с тоской пробурчал себе под нос, якобы, ни к кому не обращаясь, что в машинах можно было снять несколько пулемётов под ходовой патрон и вытащить около сотни тридцатимиллиметровых снарядов, которые лежали в лентах в приёмнике к автоматическому орудию.
        А потом…

* * *
        - Сигнал! - громко сообщила Кошка. - Сигнал от маячка, и не так далеко от нас! Сервий, слышишь меня?
        В этот момент за рулём сидел я и, едва услышав сообщение, остановился и посмотрел назад, на экранчик прибора.
        - Вот же блин, - скривился я, когда увидел светящуюся точку там. - И зачем ты эту штуку включила?
        - Чего? - вскинулась девушка.
        - Ладно, это я так, к слову… м-да уж…
        - И? - Дед вопросительно посмотрел на меня. - Будем разведывать что по чём или сразу рванём прочь?
        Я всё так же смотрел на световое пятнышко на приборе, гоняя в голове табун мыслей. Так, как истукан, просидел, наверное, минуту.
        - Посмотрим, - сообщил я своим товарищам, уставшим ждать от меня ответа. - Издалека.
        Маячок, который находился в последнем кейсе, прятался где-то среди густого леса в нескольких километрах впереди. Сначала шло обычное поле, на котором росла полузелёная пшеница, за ней расползлась слева направо молодая берёзовая поросль, и уже потом начиналась та самая чаща, в которой прятались новые владельцы кейса с институтским (правда, после записей в телефоне Цезаря я уже знаю, что это не совсем так и прибор принадлежит нолдовскому учёному, причём отшельнику, на которого чудом вышли специалисты из Института) добром.
        Поле пересекала чёткая колейная полоса, оставленная несколькими тяжёлыми машинами, скрывшимися среди деревьев. И судя по ним, там расположился небольшой стаб.
        Наблюдение за чащей при помощи мощной оптики ничего не дало. Там, куда я мог заглянуть сквозь переплетение веток и листвы, никого не было. Не помог и тепловизор из-за высокой дневной температуры и расстояния. Вблизи, возможно, прибор и смог бы выявить источники тепла среди прохладных стволов и кустарника, но два километра для чуткой специализированной электроники оказались непреодолимым препятствием.
        - М-дя, - я отложил бинокль в сторону и растёр кожу вокруг глаз и на переносице, при этом пробормотал, - и хочется, и колется… м-да…
        - Там машин пять проехало, грузовик один или два максимум, остальные джипы, - сообщил мне Маузер. - Народу человек тридцать или сорок.
        Я вспомнил Художника и его товарищей, их таланты и вздохнул:
        - Сорок сектантов - это обалденно много.
        - Уедем? - вопросительно посмотрел на меня Дед. - Три кейса есть, это главное. Газ пусть институтские сами синтезируют, тем более, без маячков-маркеров и активатора баллоны с газовой смесью бесполезны почти что. Ты же сам это нам говорил, когда прочитал описание, так?
        - Угу, так, - кивнул я.
        - Так уезжаем? - повторил свой вопрос Дед. - Или попробуем выкрасть ночью?
        Лучше бы он не спрашивал. Так бы я сам принял решение и, скорее всего, правильное, то есть, не полез бы в гнездо детей Улья. Но после его слов во мне опять зародились сомнения и…
        - Ночью не будем действовать, думаю, они усилят охрану. А вот днём, сейчас - шансов куда больше, - произнёс я.
        Всё - решение принято.
        И никто его оспаривать не стал. Кошке было всё равно, лишь бы я не прогонял её далеко от себя, Дед хотя и знал про опасность связи с сектантами, но лично не сталкивался, а Маузер и вовсе был новичок, не знающий ничего об этом новом мире, что окружал бурята. Честно говоря, я сам не сильно волновался, рассчитывая на свои дары Улья, полученные от белой жемчужины и драгоценных перламутровых шариков рангом попроще. Атомиты и бандитское поселение тому свидетельство.
        Машину пришлось оставить и направиться к лесу пешочком.
        По совету Маузера поле мы пересекли далеко в стороне от колеи, оставленной колёсами автомобилей детей Улья. Это на тот случай, если ими в той стороне или где-то рядом выставлено наблюдение.
        Оказавшись под деревьями, мы сделали остановку на несколько минут, прислушиваясь и осматриваясь, примечая поведение птиц, следя за ветками, чтобы те не шелохнулись подозрительно. Именно так я однажды заметил Шпига, который прятался среди кустов.
        Тишина. Спокойствие.
        Я коснулся пальцем плеча Кошки, и когда та вопросительно посмотрела в ответ, то покрутил этим же пальцем в воздухе: «что вокруг?». Девушка отрицательно помотала головой: «никого, опасности не наблюдается».
        - Я сейчас пробегусь вперёд метров на двести, - тихо произнёс я после этого. - Осмотрюсь. Потом вернусь.
        Рывок под использованием отвода взгляда, потом минутный осмотр по сторонам при помощи тепловизора и невооружённого взгляда, и тут же назад. Так мы двигались минут сорок и около двух километров, пока впереди не заметили большой просвет.
        - Я пока ничего не чувствую, далеко слишком, - прошептала Кошка, лёжа на земле под кустом бузины рядом со мной.
        - Тут полкилометра точно будет, - прикинул я расстояние, - а потом ещё неизвестно, сколько поляна или просека тянется и где там сектанты разбили лагерь… хм, вот что, народ, вы здесь остаётесь.
        - Я… - мигом вскинулась девушка.
        - Цыц! - прервал я её. - Ты тоже здесь сидишь и ждёшь меня. Вернусь скоро, пока что только на разведку.
        Вернулся к товарищам уже через десять минут с сильной головной болью и первичными разведданными.
        - Там что-то вроде старого пионерлагеря, по крайней мере, очень уж всё там похоже устроено, - сказал я. - Пять домиков четыре на восемь метров, один где-то десять на десять, вроде бы столовая, один двухэтажный, четыре на четыре, почти такой же на автобазе лесхозовской видели. Два пикапа с крупнокалиберными пулемётами, один «водник», если не ошибаюсь, два джипа и один очень большой трёхосный то ли автобус, то ли переделанный в него грузовик. На последнем единственном самодельное бронирование. Видел всего семь человек, выглядят, м-м, - я покрутил ладонью в воздухе, - так-сяк. На опытных вояк не похожи.
        - Разбираешься? - хмыкнул Маузер.
        - Насмотрелся на народ в Улье, - ответил ему.
        - Понял, вопросов больше не имею.
        - В общем, думаю, что смогу незаметно пробраться туда и поискать баллоны с газом-реагентом. А то и выбить там самых сильных бойцов, а потом сообща накроем остальных.
        Тут я немножко покривил душой. Интуиция шептала, чтобы махнули мы рукой на трофеи килдингов и шли своей дорожкой - в Институт за своими белыми жемчужинами. Но делала она, интуиция, это без огонька, и особой опасности я не чувствовал. Наверное, потому и решился на этот шаг.
        А с другой стороны, шестое чувство нашёптывает мне об осторожности четыре раза из пяти моих авантюр, и если верить каждый раз предчувствию, то проще было бы остаться в Атлантисе среди женщин, уж там у меня даже без собственной анкеты в городской соцсети внимания было хоть отбавляй. Ни тебе опасности, ни ночных тревожных ночёвок, засад на дороге, мутантов. Правда, с белой жемчужиной я сильно выбивался из ряда мужчин, которые там вели праздную жизнь, меня могли в качестве исключения задействовать всюду, совать в каждую *опу.
        Потому я и сорвался оттуда, едва меня раскрыли, ну или вот-вот могли раскрыть, когда на той проклятой дороге меня опознала девушка-снайпер.
        «Да к чёрту!», - мысленно крикнул я, прогоняя все сомнения.
        - Мы тебя прикроем, - сказал Маузер.
        - Не нужно, справлюсь.
        - А если уходить придётся срочно? - поддержал его Дед. - Мы хотя бы шум поднимем.
        Я посмотрел в глаза Кошке, вздохнул и махнул рукой:
        - Ладно.
        Место выбрали не самое удачное для наблюдения и огневой поддержки, но зато противники точно не станут глядеть сюда в поисках чужаков именно поэтому. Дед поставил пулемёт справа от толстого ствола дерева. Рядом с ним легла Кошка. Маузер с «выхлопом» занял позицию в десяти метрах правее их. До домиков предположительно старого, ещё советской эпохи, детского лагеря отдыха, отсюда было чуть более трёхсот метров. До центра, состоящего из мини-плаца с ржавым флагштоком, было ровно триста пятьдесят метров, если верить показаниям лазерного дальномера.
        Выпив несколько глотков живца, чтобы помочь в восстановлении своих талантов и снизить негативные последствия от них, я после этого активировал отвод взгляда и бегом направился в сторону лёжки сектантов.
        Приняв решение, больше я никакими сомнениями не мучился.
        Часовой на крыше крайнего домика, мимо которого я прошёл, даже и глазом не моргнул в мою сторону. Второй, кто был на втором этаже башнеподобного строения, под четырёхскатной крышей которого висели два ржавых древних динамика, так же не заметил меня. Двое ковырялись в двигателе автобуса, ещё возился под капотом пикапа, и совершенно не обращали внимания на окружающий мир.
        «Уф, а днём играть в кошки-мышки - это не то, что ночью бегать, - выдохнул я, скрываясь за зарослями сирени под окнами одного из домиков и переводя дух, заодно убрав маскировку, от использования которой в висках болезненно били несколько барабанов. А вместе с ними совсем реально бешено билось сердце - от физической нагрузки и нервного напряжения. Досчитав до ста, я вновь активировал сверхспособность и заглянул в пыльное окошко. - Зараза, не видно ничего».
        Пришлось обежать дом и поочерёдно посмотреть в каждое окно и даже заглянуть в дверь. Планировка там была простая - большая комната с двумя рядами железных кроватей, коридор и умывальник. М-да, а скудно совсем жили дети в лагере, даже туалета не видно, наверное, уличный был когда-то.
        Нужных вещей не увидел, здесь вообще кроме пяти сектантов с вещами - рюкзаками и оружием рядом с кроватями, никого и ничего интересного не было.
        В соседнем домике окна были раскрыты, и я одним взглядом осмотрел комнату, где так же не обнаружились кейсы и баллоны. Было пусто и в умывальнике.
        «Придётся туда переться», - я посмотрел на здание, которое посчитал за столовую. Просто дальше не видел смысла искать ценные вещи в небольших строениях, где отдыхали рядовые, как я думаю, сектанты. Кейс и баллоны должны быть рядом с руководством, как очень ценные трофеи. А руководство может отдыхать в самом большом здании, оно же и выглядит получше и почище, чем все маленькие домики, в которых не везде стёкла целы и внутри полно мусора, набившегося за те годы, что лагерь стал стабом в Улье.
        Хотя… тут я задумчиво посмотрел на машины, раздумывая над тем, а не могли ли дети Улья хабар с внешников оставить в салоне автомобилей, в том же автобусе. Но охраны там не было, если не считать ремонтников, которые голые по пояс, уже измазанные в грязи и старом масле, ковырялись под капотами. Или вещей там нет, или командиры этой группы, устроившей засаду на колонну внешников, уверены в своих бойцах на сто и один процент.
        Только хотел заглянуть в салон автобуса, как ремонтник, что возился с его двигателем, спрыгнул с бампера и забрался в салон, через несколько секунд с треском завёлся мотор. Тут же рядом с единственной открытой дверью встал второй из механиков сектантов и что-то стал выговаривать или сообщать напарнику по ремонту. Теперь мимо него внутрь никак не проскользнуть.
        «Ладно, после столовой загляну», - решил я.
        Когда взбежал по всего трём ступенькам, то под ногами хрустнули кусочки раскрошившегося бетона. Если бы не мой Дар, который не только картинку, но и звуки вокруг меня убирает для чужого сознания, то внутри бы меня могли и услышать.
        Двойные деревянные двери были распахнуты настежь, но открыты так совсем недавно, судя по кучкам мусора, которые они сгребли во время открывания, и более-менее чистому порогу внутри здания.
        Проскочил короткий, но широкий коридор, который закончился перед ещё одной парой дверей, но не деревянных, а из мощных алюминиевых полос и мутных листов оргстекла, покрытых сотнями мельчайших трещин. Материал был настолько стар, а света внутри здания было так мало, что увидеть сквозь эти двери что-либо было невозможно. Обе двери были прикрыты, и мне пришлось потратить некоторую часть бесценного времени, которое отсчитывалось в моих висках, чтобы убедиться в безопасности прохода. Всё-таки, сектанты могли повесить на створки… нет, не гранату на растяжке, но пару колокольчиков, которые сотнями лежат в любом рыболовном магазине - запросто.
        «Чисто… отлично».
        За второй парой дверей расположился обеденный зал, заставленный большими пыльными деревянными столами и лавками. На некоторых до сих пор стояли алюминиевые чайники с железными ржавыми ручками, подносы с гранёными стаканами, перевёрнутыми вверх донышками, керамические белые солонки и перечницы.
        «Сколько же здесь цветного металла!», - проскочила случайная и неожиданная мысль у меня в голове. Были в моей юности моменты, когда я с группой товарищей занимался поиском, сбором и передачей в пункты приёма различного металлического хлама. От старого самовара, тридцать три раза перееханного трактором в поле и оттого плоского, как монетка, и медных кровельных листов, до выкопанных сотнях метров провода для высокого напряжения в тех местах, где начинались стройки предприятий, но в связи с перестройкой заброшенных и забытых.
        - Привет.
        Чужой голос прозвучал громом в ушах, заставив вздрогнуть всем телом и даже чуть-чуть присесть, будто получил по голове.
        Резко обернувшись в сторону голоса, я увидел молодую женщину, моложе тридцати лет и очень, просто очень красивую, с располагающим к доверию лицом. Брюнетка, лицо у неё было чуть вытянутое, на высокий лоб опускалась короткая чёлка, прочие волосы она стянула в хвост на затылке. Я видел и страшных девушек, и средненьких, общался с такими, которых считали королевами красоты школы, двора или улицы, видел на концертах молодых певиц и женскую группу подтанцовки, которые вышли из рук лучших визажистов, что прибавили им по триста процентов к природной привлекательности. Но никогда не видел ту, что могла сравниться в красоте и тем более превзойти эту темноволосую женщину. Почему-то мне захотелось увидеть её глаза, которые она, как и часть лица, скрыла большими солнцезащитными очками с тёмно-дымчатыми стёклами.
        - Привет, - машинально ответил я. - А…
        - Тихо, иди за мной, - спокойно ответила незнакомка, прервав меня на полуслове, и поманила за собой. Мы прошли через весь зал, остановились перед широкой деревянной дверью, в которую женщина ударила несколько раз костяшкой указательного правого пальца, после чего потянула ту на себя, не дожидаясь ответа. - Проходи.
        И я зашёл, оказавшись в небольшой узкой комнате с потолками около трёх метров и площадью метров десять, не больше. Там стояли два древних шкафа, из деревянных брусков и фанеры, крашеных светло-коричневым лаком, уже облупившимся и отвалившимся больше чем наполовину. Широкий стол из массива дерева и даже на один взгляд тяжёлый, как чёрт знает кто. На одной стене висели треугольные красные флажки с золотой каймой, пыльные настолько, что цвет едва угадывался, а прочитать, что же там вышито было и вовсе невозможно. В одном из шкафов, обладателе стеклянных дверей, виднелись серебристые кубки, какие дают за спортивные достижения. Всё это я ухватил одним взглядом, после чего всё внимание было приковано к единственной обитательнице кабинета. Именно обитательнице, так как назвать её хозяйкой будет, наверное, не очень правильно.
        - Не мог сразу заглянуть сюда, мальчик? - поинтересовалась та дребезжащим старческим голосом. - Я устала ждать.
        Я промолчал, не обращая внимания на неё. Рядом с красавицей, которая привела меня в этой запылённый кабинет, образчик эпохи, которой нет уже несколько десятилетий, новая собеседница выглядела кошмарно и вызывала омерзение.
        Для начала, ей было лет шестьдесят, а короткие редкие волосы она окрасила в светло-сиреневый цвет с фиолетовыми кончиками. Потом женщина неумело пользовалась косметикой, посчитав, что «кашу маслом не испортить», в итоге тонна «штукатурки» только сделала её лицо ещё хуже. И последнее - ей было лет шестьдесят!
        - Афина, ты плохо работаешь, - покачала она головой.
        - Слушайся её, - произнесла моя проводница и холодно улыбнулась или даже усмехнулась. - Понял?
        - Да, - кивнул я и насилу оторвал от неё взгляд. Не выполнить её просьбу я не мог, это было… кощунством, что ли. Посмотрев на бабку, я как можно нейтральнее, произнёс. - Я не знал, что меня тут ждут.
        - А если бы узнал? - прищурилась она. - Поспешил бы сюда?
        - Нет, - честно ответил я. - Рванул бы подальше во все лопатки.
        Та покачала головой и поцокала языком, после чего поинтересовалась:
        - Как тебя зовут, мальчик?
        Почему-то я вдруг вспомнил, как это «мальчик» произносит лысая подруга Данилы из «Брата-2», когда они с сумкой, полной валюты, летели в Россию из США.
        - Сервий.
        - А раньше, до того, как Улей призвал тебя? Уж уважь пожилого человека, люблю я знать имена новых знакомых, те имена, что им родители подарили.
        - Тарас.
        - Тарас, - она, словно покатала моё старое имя на языке, как сочную ягоду перед тем, как раскусить. - С древнего греческого оно означает - возбуждение, возбуждать. Думаю, наши миры достаточно близки друг к другу, со всеми языками, народностями, правилами. Тарас - возбуждающий… как это символично, - тут она провела взглядом по мне от макушки до ботинок. Мне показалось, что её глаза просветили меня насквозь, как рентген. - Кто дал тебе имя любимца богини удачи? Кто твой крёстный?
        - Крёстная, - поправил я ей. - Это одна женщина из Атлантиса.
        Та удивлёно вскинула вверх левую бровь.
        - Атлантис? Как же ты со своими товарищами далеко забрался, - покачала она головой. - И зачем? Только чтобы выполнить задание рвачей из Института, которые относятся к нашему дому, к хозяину и отцу - Улью, как к вещи. За это они и те, кто с ними соприкасается, страдают. Вот как вы, Сервий.
        - Откуда? - удивился я.
        - Знаю о задании институтских крыс? Это совсем просто для тех, кто чтит Улей, - усмехнулась она. - Хочешь получить частичку его благодати?
        - …
        - Не отказывайся, - не дала она мне и звука произнести. - Посмотри на Афину, разве видно, что она жалеет о чём-то?
        О-о, на красавицу брюнетку я готов смотреть бесконечно, без отрыва на еду и сон. Едва только старуха произнесла свои слова, как я повернулся к Афине и с жадностью посмотрел на неё, жалея только об одном - не вижу её глаз.
        - Афина, ты перестаралась, - раздался недовольный старческий голос за моей спиной. - Впрочем, ладно, отведи его в фургон и запри.
        - Возвращаемся? - поинтересовалась та, не обращая внимания на меня, словно рядом с ней было пустое место.
        - После небольшого ритуала. Улей попросил плату.
        Глава 19
        - Держи, красотка! - один из сектантов бросил Кошке большой нож с изогнутым вниз лезвием. Как называется такой тип оружия, девушка не знала. Единственное, о чём была в курсе - это о мачете, на которое подаренный клинок совершенно не походил. - Надеюсь, ты десяток мутантов прирежешь, прежде чем они тебя схарчат, ха-ха-ха!
        - Да пошёл ты, му**ла, - зло ответила та, пряча за ненавистью свой страх и беспокойство за товарищей, особенно за Сервия.
        - Поговори мне ещё, - тут же оборвал мужчина свой смех. - Я на тебя двадцать споранов поставил, так что, отрабатывай.
        Вместо ответа Кошка плюнула ему в лицо, при этом угодив точно в глаз.
        - Сука!
        Звонкая пощёчина оказалась не только громкой, но и сильной. От этой оплеухи девушка упала на землю и на несколько секунд потеряла связь с реальностью. Острая боль пронзила верхнюю часть щеки от уха до носа.
        - Сдурел? Шплинт, ты знаешь, что с тобой Афина сделает, если эта девка не выйдет на арену? - крикнул кто-то из конвоиров Кошки. Первая часть чужой фразы она не услышала из-за звона в ушах и боли.
        - Выйдет, куда она денется, - послышался недовольный голос того, кто наградил девушку оружием и ударом. - Она крепкая.
        Сутки назад их захватили сектанты, так называемые дети Улья. В новом мире за ними укоренилась слава самых сильных, известных, жестоких и сумасшедших иммунных. Выбирая смерть в желудке элитника или попадание в плен к этим сектантам, лучше остановить выбор на первом варианте. Тварь убьёт быстро, многие даже не успевают заметить свою гибель от когтей и клыков высшего заражённого. А вот дети Улья заставили бы испытать все муки даже тех, кто страдает от анальгезии - нечувствительности к боли. Кошке пришлось… нет, не попасть в руки палачей… она видела, как мучается от ужасных пыток её товарищ. Не повезло Деду, с которым она познакомилась в Атланстисе, куда её привёз Сервий, от которого она была без ума. Сучка по имени Магдалена «просветила» девушку, что эти чувства искусственные, всё дело в Даре парня, который заставляет женщин влюбляться без памяти в русского богатыря и жениха Кошки, ещё из её прошлой жизни, когда она носила обычное нормальное имя. Верила ли она этой шмаре? Да нисколько! Видно же, как Магдалена смотрит на Сервия, буквально пожирает взглядом и течёт, как собака.
        Воспоминание о своей сопернице заставило встряхнуться Кошку и прогнало муть из её головы.
        - О-о, пришла. А ты говоришь… - обрадовался тот, кто отправил девушку в нокдаун. - Вперёд, красотка, навстречу к подвигам!
        Три часа назад Кошку, Сервия и их спутника из новичков иммунных привезли на территорию огромного стаба, который был меньше Института всего лишь в два раза. Десятки зданий, бетонные дорожки, сторожевые вышки, забор из кирпича, бетонных блоков и плит, мотки колючей проволоки и «ежи» из труб, рельс и арматуры. И не менее тысячи человек. Хотя человек ли? Сектантов за их кошмарную славу людьми можно было назвать лишь за принадлежность к биологическому виду.
        Час назад их разделили - Сервия куда-то увели, потом забрали Кошку, оставив в камере одного Маузера. Что произошло с парнем - девушка не знала. Успокаивало то, что она всё ещё его чувствовала при помощи своего дара. Её же привели к огромному ангару из железобетонных плит и блоков, наполовину закопанного в землю. Часть крыши у ангара отсутствовала - широкий проём по всей длине строения. И вдоль него был установлен барьер и площадка для… зрителей. Из ангара сектанты создали аналог римского Колизея. С кем предстоит сражаться пленнице, та даже не собиралась гадать - мутанты. Улей был настолько щедр на эволюцию опасным тварям, что легко удовлетворял даже самых щепетильных зрителей. Для гладиаторов можно было найти противника любой силы - от бестолкового пустыша, до развитого кусача. Кого-то выше было уже опасно запускать на арену, так как тому же руберу было вполне по силам выбраться наружу сквозь отсутствующую часть потолка.
        Хотя, сектанты могли и его запустить.
        «Твари», - с ненавистью подумала девушка, когда её грубо втолкнули сквозь небольшую калитку из толстых железных уголков и пластин, сваренных вместе и посаженых на массивные петли, размером с полруки.
        Дверь со скрипом закрылась за её спиной, отрезая путь назад. Через крошечное, размером с бейсбольный мяч отверстие в металле её конвоир сообщил:
        - Выход в другой стороне. Дойдёшь - выйдешь. А нет… ха-ха-ха!
        - Наркоша х*ев! - крикнула в ответ Кошка и ткнула кончиком ножа в круглое отверстие, сквозь которое было видно лицо сектанта. - Я обязательно выйду и доберусь до тебя, так и знай!
        К сожалению, достать до врага нож не смог: слишком толстая была преграда, узкое отверстие и широкое лезвие.
        Сектант ещё громче засмеялся, буквально захлебнулся смехом. Отсмеявшись, он погрозил девушке пальцем, после чего задвинул «глазок» заслонкой.
        И тут Кошка почувствовала, как её начинает трясти. Впервые за сутки ей стало по-настоящему страшно. Так, что нож выпал у неё из рук, с глухим звяканьем соприкоснувшись с потрескавшимся бетонным полом. Даже попав в плен к сектантам, она видела и чувствовала рядом с собой Сервия, и это помогало ей держаться, заставляло верить, что парень вот-вот вытащит её из этой передряги.
        - Мамочка… мамочка, - быстро зашептала девушка и повернулась спиной к двери, туда, где она ощущала своим Даром десятки созданий, тех, кого Улей превратил в опасных существ, жадных до свежей человеческой плоти. А над её головой в это время веселились сотни сектантов, перекидывались шуточками, громко спорили и делали ставки, отпускали сальные шутки и грязные сравнения с ещё более грязными предположениями.
        Ангар был очень широким. Снаружи из-за земляного вала это было незаметно, но оказавшись внутри, Кошка смогла оценить пространство. Наверное, здесь смог бы в один заход развернуться по кругу грузовик, да ещё бы и места с избытком осталось. Сейчас здесь из-за бетонных блоков, железных коробок автомобильных кунгов от «газелей», кузовов «буханок», паллетов с мешками с цементом (уже превратившиеся в монолит от времени) и многих других препятствий пространство было превращено в лабиринт. Сверху все барьеры и стенки были щедро замотаны колючей проволокой, заточенными металлическими лентами, боронами с густо наваренными длинными шипами. Любая попытка забраться на крышу бесколёсной «газели» или «уазика» была обречена на провал.
        Кошка простояла рядом с выходом наружу несколько минут, не сводя взгляда с узкого прохода впереди себя, образованного стопкой мешков со строительной цементной смесью и холодильником-тонаром от ГАЗа.
        Совсем рядом с этим местом находились две метки крупных созданий. Из-за шума сверху она ничего не слышала, но была уверена, что стоит ублюдкам, расположившимся на полуразобранной крыше ангара резко замолчать, как до её слуха донесётся знакомое урчание.
        «Если бы здесь был Сервий, то он бы убил их всех, - с отчаянием подумала девушка. - Всех тварей и внизу, и вверху».
        Мысли о молодом человеке, которого неизвестно зачем куда-то увели, частично прогнали панику. Ко всему прочему, она ощущала его очень слабо, иногда совсем теряя контакт. Именно это и помогло более-менее прийти в чувство. Страх потерять близкого и единственного человека оттеснил на периферию ужас перед мутантами.
        - Мы ещё посмотрим, кто тут будет смеяться, - прошептала Кошка и посмотрела вверх с ненавистью. Если бы кто-то из сектантов сумел сейчас разобрать её взгляд, то в один миг поседел от страха и открестился бы навсегда от секты.
        Она присела и подобрала нож. Тяжёлый клинок с лакированной и очень гладкой, скользкой деревянной ручкой был очень неудобен и грозил выскочить из руки в самый неподходящий момент. К тому же из-за формы оружия баланс оказался смещён сильно вперёд, что ещё больше мешало. Сейчас ей бы не помешал прямой обоюдоострый кинжал из булата и с обрезиненной рукоятью, который Сервий носил в ножнах в рюкзаке. Тонкий и широкий клинок уравновешивался рукоятью, снабжённой на обухе бронзовой «шашкой». Парень показывал, как и куда правильно бить кинжалом, чтобы одним ударом свалить слабого мутанта или человека. На двух практических занятиях девушку чуть не стошнило, но сейчас она была рада, что Сервий настоял тогда и не дал своей подружке уклониться от грязной и неприятной тренировки.
        Момент, когда Кошка перешла от растерянности к активным действиям сектанты встретили настоящим звериным рёвом, в котором слились в один тон крики, свист, смех и прочие проявления эмоций зрителей Колизея.
        Осторожно пройдя вперёд, она выглянула из-за угла и встретилась с «рыбьим» взглядом свежего обращённого. Наверное, ещё вчера этот мужчина трезво соображал и не думал даже, что спустя сутки будет мечтать о свежей человечине, с кровью. Парном и трепещущим в ране мясе.
        - Хррр-рррр, - очень громко заурчал тот и быстро шагнул вперёд, вытянув вперёд слегка согнутые в локтях руки и наклонив корпус, готовясь к рывку.
        - На-а! - выкрикнула-выдохнула Кошка, сделав выпад вперёд, опускаясь на одно колено и вытягивая вооруженную руку. Острое лезвие пробило пиджак и рубашку на правом боку пустыша и вошло в тело сантиметров на десять. Девушка помнила, как после такого удара замертво упал мутант, в печень которого она воткнула кинжал. Тогда, правда, у него были связаны руки за спиной, и во рту торчала деревяшка, мешая пустить в ход зубы.
        Почти так же, как и «манекен», отрубился и этот свежий переродившийся. Вот только в отличие от того мутанта, этот упал вперёд и чуть не накрыл своим телом девушку. Той едва удалось, в узком ходе лабиринта, увернуться от убитого. А потом пришлось ещё быстрее отпрыгивать назад, так как из-за мятой автомобильной «будки» выскочил ещё один мутант и был он куда шустрее своего покойного товарища.
        Девушку спасло то, что разогнавшийся противник ударился боком о паллет с мешками, и его занесло в сторону. Этим моментом и воспользовалась Кошка, со всей силы ударив тесаком по голове заражённого. С неприятным треском заточенная полоска металла на всю свою немаленькую ширину вошла в череп противника и… застряла там.
        Девушка чуть не расплакалась от злости и досады, когда поняла, что освободить оружие не в её силах. А между тем прочие мутанты довольно быстро приближались к ней, видимо, приманившись на урчание своих сородичей, сейчас уже мёртвых. В панике она посмотрела вверх, на стенки лабиринта, но взглядом наткнулась на шипы и лезвия.
        Бросившись вперёд, она повернула налево, где по ощущениям не было ни одного мутанта. Потом вправо - следуя изгибам лабиринта.
        Почему-то сверху её бег вызвал очередную волну радостного воя и улюлюканий. И через минуту Кошка поняла, отчего так, когда путь ей преградил остов какого-то ржавого минивена, перевёрнутого верх ногами, с маленькими окошками и отъезжающей в бок дверью. Сверху на кузове расположилась легковушка, густо обмотанная колючей проволокой и заточенной лентой.
        - Что б вы сдохли! - выкрикнула девушка, адресуя проклятье в адрес тех, кто сейчас азартно смотрел за её метаниями.
        Бросившись назад, она через два поворота чуть не столкнулась лицом к лицу с парой бегунов, вырвавшихся далеко вперёд среди толпы мутантов. Только чудом Кошка оттолкнула первого заражённого от себя под ноги второго мутанта, потом развернулась и побежала назад.
        От страха, злости, беспокойства за Сервия и отчаяния пополам с инстинктивной подсознательной обидой на парня, что он не торопится её спасать, сердце у неё в груди работало со скоростью поршня в скоростном автомобиле. Почему-то появилось ощущение «забитости» в мышцах рук и ног, боль в груди и голове, тяжелее стало дышать.
        Уткнувшись вновь в кузов небольшого фургончика, Кошка на несколько секунд замерла, а потом опустилась на колени и с трудом заползла в одно из окошек. Другого пути внутрь, кроме них, не было - проём от лобового стекла и двери были заварены листами железа. Точно так же были перекрыты окна на другую сторону лабиринта.
        Кошка оказалась в мышеловке. Скоро в этом тупичке появятся все мутанты, которые обитают в лабиринте, и тогда…
        От осознания своей участи девушка истошно закричала. Визг сменился хрипом, и вдруг как-то неожиданно для самой себя она заурчала, как её преследователи. От неожиданности смокла и вдруг заметила, что её руки, пальцы и ладони как-то резко и незаметно изменились. Теперь это были «лопаты» с серой морщинистой кожей, утолщёнными суставами и крупными ногтями, которые росли прям на глазах.
        - Не может быть… нет, я не хочу, только не это… не снова! - закричала она и надрывно зарыдала, уже не обращая внимания на урчание, вылетающее из её горла. Она даже не заметила, как пара бегунов, влетевшие в этот момент в тупик, резко замерли, словно, наткнулись на невидимую стену, прислушались к звукам, исходящих из ржавого кузова машины, и почти с такой же скоростью умчались назад.

* * *
        Я недооценил свои силы и возможности, за это Улей наказал меня.
        «Начинаю думать, как местные фанатики», - горько усмехнулся я про себя.
        То, что прошло с атомитами и мурами не вышло с сектантами. У них оказались свои носители Даров, которые в лёгкую обнаружили меня, после чего спеленали, как младенца. Нимфа превратила меня в… даже не могу подобрать сравнение. В комок тёплого пластилина, из которого она лепила любые фигурки и формы. Я был готов не просто есть с рук этой Афины, а убивать других по её первому слову. Прикажи она мне лично казнить товарищей, и я бы сделал это! Пожелай, чтобы я выпустил себе кишки - сделал в тот же миг да ещё с улыбкой блаженства на губах.
        «Чёртова тварь! - мысленно скрипнул я зубами, когда вспомнил про эту сектантку, потом перед глазами всплыло старческое лицо её хозяйки. - Две чёртовы твари!».
        Сутки я с Кошкой и Маузером протрясся в кунге грузовика, пристёгнутый ремнями к сиденьям. Через двадцать четыре часа мы оказались на одной из баз детей Улья, очень крупном и отлично защищенном стабе в глухом и опасном уголке Улья. Из-за сравнительно близкого расположения Пекла, откуда валили сильные мутанты, в числе которых элитники встречались через одного. Здесь нас на некоторое время поселили в одной камере, но уже через несколько часов вновь разделили. Что случилось с моими товарищами я не знаю, меня же отвели к старушенции, той самой сектантке, что показательно неумело любит пользоваться косметикой. Зовут её Царицей Савской. Оба слова с большой буквы. Пару раз слышал, как к ней обращались: Царица или Савская.
        А ещё меня бесило её «мальчик» и похоть в глазах, густо подведенных тушью. Сколько бы лет этой мегере не оказалось на самом деле, но стоило ей увидеть свой любимый типаж мужчины - молодой, очень высокий, с проработанной мускулатурой - как она превратилась в озабоченную самку. Возраст, опыт и знания спасовали перед гормонами, отключившими мозг женщине. Такое внимание спасло меня от участи Деда, которого принесли в жертву на поле рядом с лесом, в центре которого скрывался детский лагерь отдыха.
        На базе у сектантов, после того, как забрали из камеры, мне дали возможность привести в себя в порядок и вручили новую одежду, при виде которой меня чуть не стошнило: обтягивающие штаны с блёстками, галстук-бабочку и жилетку-сеточку. В глубине души я выл от отчаяния, страха, ненависти, а снаружи чуть ли не пускал слюну и готов был мотать хвостом, будь тот у меня, на Афину. Ткнула та пальчиком в сторону душа - помчался под тугие струи горячей воды, прямо на ходу сдирая с себя грязный камуфляж, в котором меня захватили в плен. Кивнула на стопку одежды, в которой стриптизёры и мальчики по вызову перед озабоченными дамочками выступают, и через пару минут она уже была на мне. Привела меня в комнату с огромной кроватью, на которой лежала в пеньюаре Савская, приказав мне доставить той незабываемое наслаждение, и я…
        «Убью, - заскрипел я зубами, - обеих прикончу!!!».
        В данный момент я был распят на косом кресте, без одежды и с красными следами на коже от плетки-многохвостки и с силиконовым дырявым кляпом во рту. Два часа я то работал над старческим телом в кровати, то оказывался на одном из станков для садо-мазо игрищ, которых в комнате было великое множество.
        - Молодец, мальчик, сделал мне приятное, - проворковала она и прижалась ко мне всем телом. - Давно я такого удовольствия не получала.
        И от её слов у меня, словно щёлкнуло в голове. Воздействие нимфы пропало, полностью, как и не было. Это было сродни установки, когда Афина приказала мне «доставить удовольствие Царице». Стоило выполнить задание и, наведённая Даром нимфы, муть в голове пропала.
        - М-м-м! - замычал я и затряс головой.
        - Что мальчик? - встрепенулась старуха. - Ох, извини меня старую, совсем забыла…сейчас, погоди.
        Её пальцы расстегнули ремёшок кляпа, а потом она освободила меня от силиконового шарика.
        - Что ещё хочешь?
        - Руки, - попросил я, правда, почти не веря, что просьбу та выполнит, - отпусти меня.
        - Сейчас, сейчас.
        Она в считанные мгновения освободила мне руки с ногами и потом вопросительно посмотрела в глаза.
        Хэк!
        Каюсь, тело сработало почти само, лишь лёгкая мысль мелькнула, что появился момент для побега или, хотя бы, не с сухим счётом погибнет моя команда. Правый кулак снизу вверх впечатался с морщинистый подбородок. Тело Царицы подлетело в воздух на добрых полметра, после чего оказалось в углу, сбив два стула по пути и напольный светильник, сейчас неработающий.
        Может быть, убить-то её, я не убил, но перелом старуха заработала, а без сознания проваляется не менее получаса.
        Какого же было моё удивление, когда Царица через пару секунд после падения завозилась на полу и медленно встала сначала на колени, отклячив зад в красных стрингах, а потом поднялась на ноги в полный рост.
        - Милый, прости, я была слишком жестока с тобой, - извиняюще произнесла она, провела ладонью по губам, стирая кровь, и добавила. - Совсем не подумала, что тебе моя страсть и желание может не понравиться. Я так больше не поступлю никогда.
        И сделала несколько шагов в мою сторону.
        Я же зеркально повторил её движения, отшатнувшись назад. От поведения и слов Савской у меня от ужаса и непонимания зашевелились волосы по всему телу. Не должна иммунная с несколькими сильнейшими Дарами, в том числе и способностью ментата, так себя вести.
        Если только не ведёт какую-то игру. И в этом случае всё становится только страшнее.
        - Прости, пожалуйста, - буквально пролепетала женщина и опустилась передо мной на колени.
        - Я… кха… я, прощу, - произнёс я, поперхнувшись, когда горло сдавил спазм. - Только есть условия.
        - Всё, что только пожелаешь, - кивнула та в ответ. - В моих силах сделать всё, что есть в Улье.
        - Одежду, - быстро сказал я и следом уточнил. - Нормальную, а не этот прикид гомосячий. Друзей освободить и привести сюда.
        - Можешь считать, что уже всё исполнено, - улыбнулась она окровавленными губами и неожиданно, заставив вздрогнуть и дёрнуться назад, крикнула. - Шип!
        В ту же секунд распахнулась дверь в комнату, и на пороге возник один из сектантов. Если его и смутила картина своего стоящего на коленях полуголого командира да ещё с кровью на лице, то вида он не показал.
        - Принеси обычную хорошую одежду на этого мальчика, - холодным тоном произнесла старуха, даже не повернув голову в сторону своего подчинённого. - И его спутников. Немедленно.
        - Да, Царица, - тот быстро кивнул и мгновенно исчез, бесшумно прикрыв за собой дверь.
        - Сейчас всё будет, мой милый мальчик, - тепло улыбнулась мне Савская и вдруг поползла ко мне. - А пока…
        - Стоп, стоп, стоп, - я сделал очередные несколько шагов назад, наткнулся на кровать и плюхнулся на неё. - Я не хочу…сейчас больше не хочу ничего. Ты, эм-м, оденься… вон в халат, что ли и присядь в кресло. Подождём, когда твои приказы выполнят.
        - Как скажешь, - улыбнулась она, поднимаясь с колен.
        Меня от этой улыбки каждый раз мороз по кожи продирал. Всё никак не мог выбить мысль из головы, что древняя сука не ведёт свою игру, а попала под воздействие моего Дара. Да, кажется, я смог понять, с чем связано такое поведение моей пленительницы. Та самая свехспособность, которая привязала ко мне Магдалену и Кошку, сработала и на сектантке. А вот почему старуха превратилась в ручную собачонку, в то время как особистка из Атлантиса вполне себя контролировала, я мог только догадываться. Причина в воздействии на меня нимфы. Её приказ заставил мой Дар заработать на, так сказать, максимальных оборотах, стал для него щедрой порцией химического топлива в печи, привычной для угля и дров, но никак не керосину. Энергии, выделившейся при этом, хватило, чтобы пересилить личные возможности Царицы Савской, превратив женщину в мою, наверное, покорную рабыню. Надолго? А чёрт его знает. Но пока она готова есть с моих рук, как я сам недавно чуть не делал, прикажи мне Афина, этим нужно пользоваться. Тем более, как я заметил, тут Царицу уважают, боятся и боготворят и готовы разбиться в лепёшку, чтобы выполнить любой
её приказ. На это намекают и её слова, когда она пообещала найти мне всё, что я пожелаю.
        Первой мне принесли одежду. Через пару минут после этого в комнату завели связанного Маузера.
        - Что вообще происходит? - поинтересовался он, бросая опасливые взгляды на старуху, спокойно сидевшую в кресле, закинув ногу на ногу и не обращая внимания на распахнувшийся халат, который открывал не совсем приятную мужскому взгляду картину.
        - Рассказывать долго, - буркнул я, почти точно так же поглядывая на хозяйку комнаты. - Всё потом.
        Последней принесли к нам Кошку. Именно так - принесли. На широких носилках четверо сектантов внесли её в комнату. И, честно признаться, я не сразу поверил, что спящий лотерейщик в обрывках знакомой одежды и есть моя любимая девушка.
        - Она, она, - подтвердила Царица. - Интересный у неё Дар, оказывается. Я за свою жизнь видела подобную способность… даже не могу сказать точно, надо же. Пять, может, шесть раз, - задумчиво произнесла она. - Ей стоит разогнать навык посильнее и тогда сможет перекидываться в кваза за считанные минуты и без потери сознания. И так же быстро возвращать себе человеческий облик.
        И буквально парой предложений поведала, что же произошло с Кошкой, какая грозила той участь.
        «Ну, Айподох, ну сволочь, - пронеслась в моей голове мысль, - почему не мог рассказать всё сразу?».
        Целители и тем более высшие целители, обладали интересной способностью предугадывать будущее. Кто-то из них в виде интуиции, которая подсказывала, когда нужно смазывать салом пятки, чтобы их не прижгли. Другие видели будущее в виде образов, снов или даже чётких видений. Скорее всего, мой ночной чайный собутыльник и любитель конфет, уже тогда знал, что девушку спасёт однажды, то есть, сегодня, обращение в мутанта.
        - Нам нужны наши вещи, все - оружие, машина, кейсы, - сообщил я Царице. - А ещё те баллоны, что захватили у внешников.
        - Шип!..
        Через двадцать минут подручный старухи сообщил, что всё приготовлено.
        - Она выполняет твои команды, я правильно понимаю? - на ухо сказал мне Маузер.
        - Угу.
        - Как-то договорились о чём-то или…
        - Или, - перебил я его. - Не знаю, сколько это ещё будет действовать, но нам нужно срочно убираться отсюда.
        - Тогда, может, выжать из этой ситуации максимум, Сервий? Пусть положат в машину не только наши вещи, но и свои, - быстро проговорил мужчина. - Спораны, горох, жемчуг.
        «А может, у них и белый есть и нам не придётся никуда переться, а? - вдруг пришла мне мысль после слов товарища. - Или, хотя бы узнаю, где искать скребера и как его легче всего убить?».
        - Афина принесёт шкатулку с белым жемчугом, - сказала Царица в ответ на мой вопрос. - Чёрный и красный тоже, но придётся подождать, так как она не держит этот мусор под рукой. Что-то ещё?
        - Нет, нет, - замотал я головой, - и белого хватит.
        - Афина, это та девка, на которую слюна сама из пасти капает? - поинтересовался Маузер, нервно передёрнул плечами.
        - Угу.
        - Гадство. Что-то не хочется мне с ней видеться… а хотя, - тут он посмотрел на дверь. - Знаешь, а как эта, - он едва заметно качнул головой в сторону Царицы, - посмотрит на то, что её помощница покинет сию долину скорби.
        - Хочешь её убить?
        - А ты нет? - криво усмехнулся он. - Это и в наших интересах, если без проблем уйти отсюда желаешь.
        - Сейчас узнаю, - ответил я ему, потом подошёл к старухе, опустился перед ней на одно колено и как смог радушнее улыбнулся. - Царица, а тебе очень дорога Афина? Просто, она меня сильно обидела, очень сильно, и я хочу чтобы она заплатила за это.
        - Белым жемчугом? Так он мой, а значит, и твой, мой мальчик.
        - Нет. Кровью… жизнью своей, - произнёс я и впился взглядом ей в глаза. - «Вот сейчас и проверим - играешь ты или нет».
        Та нахмурилась.
        - Афина - хорошая девочка, моя правая рука. Бывают у неё перегибы, но чтобы убивать, хм, я потеряю лучшую помощницу, какую только видела за последние лет десять.
        - Но она меня обидела. Я хочу, чтобы за это заплатила. Или ты меня не любишь, тебе какая-то нимфа дороже меня? - повысил я голос.
        - Что ты, что ты, - встревожилась моя собеседница. - Если хочешь, то я могу её сама принести в жертву.
        - Не нужно. Я хочу, чтобы её убил мой друг прямо здесь и незаметно для всех остальных. О наказании ты сообщишь потом, завтра днём.
        - Если это будет тебе приятно, то я согласна, - улыбнулась та. И я вновь не увидел фальши в её взгляде. Будто для неё пустить в расход свою напарницу, сподвижницу (или кем Афина приходится этой страшной бабке) проще, чем комара на своей руке раздавить.
        - Тогда зови её, - приказал я и встал на ноги. - Маузер, готовься.
        Мужчина скользнул к двери и встал сбоку от косяка. В правой руке у него был нож, который он достал неведомо откуда.
        На этот раз Савская воспользовалась телефоном, а не стала надрывать горло. Сказав пару фраз в «сотовый», она откинула плоскую коробочку в сторону и вновь развалилась в кресле. Мне кажется или ей нравится, когда я смотрю на неё и вижу, кхм, всё-всё?
        «Блин, довелось же столкнуться с сумасшедшей эксбиционисткой, садисткой и нимфоманкой в одном лице».
        Афина вошла в комнату через семь минут после звонка своей начальницы. Я специально засек время и потом то и дело посматривал на часы, так как эти минуты тянулись мучительно долго.
        Всё прошло на удивление просто и буднично, что ли. Сам я ожидал чего-то гораздо напряжённее, едва ли не драки в стиле голливудских боевиков, настолько мои нервы были натянуты, прям как гитарные струны. Нимфа открыла дверь, сделала несколько шагов вперёд, вопросительно посмотрев на улыбающуюся Савскую. А в этот момент Маузер зашёл ей за спину, левой ладонью закрыл девушке рот и потянул на себя, а правой, в которой был зажат нож, воткнул её в бок. Тело нимфы дёрнулось, выгнулось вперёд и через миг обмякло. Но моему товарищу этого показалось мало и перед тем, как отпустить убитую, он перехватил её за волосы и резко ударил клинком в затылок, с хрустом и неприятным треском вбивая лезвие в череп по самую гарду.
        - Не горло же ей резать - грязно и громко, да и вдруг выживет? С местными ничего не поймёшь, а печеночку чикнуть - это просто красота, - пробормотал он, поймав мой взгляд.
        - Браво, - захлопала в ладоши Царица, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. - Милый мой мальчик, ты теперь доволен?
        - Да, - хрипло произнёс я, - и зови меня по имени.
        - Как скажешь, Сервий.
        В глазах старухи опять стал разгораться огонёк похоти, наверное, смерть её подручной так повлияла. Говорили мне, что в Улье все психи без исключения, и половину их в нормальном мире ни в какую психиатрическую лечебницу не примут, а сразу отправят к стенке, и вот пример, насколько это правда.
        Между тем Маузер быстро обыскал тело Афины, нашёл у неё небольшую деревянную шкатулку, украшенную резьбой и инкрустацией из золотых нитей, пистолет, узкий нож, практически стилет с шириной клинка тоньше, чем мой мизинец, телефон и какую-то мелочёвку. В шкатулке оказались десять белых жемчужин.
        - Ого! - присвистнул мужчина, зажав между двух пальцев перламутровый блестящий шарик и подняв его на уровень глаз. - Это и есть тот жемчуг, который нужен?
        - Он самый, - подтвердил я, потом посмотрел на старуху и сказал, обратившись к ней. - Царица Са…
        - Зови меня Сабиной, - перебила она меня. - Я ношу много имён, как и Афина… носила. Но Сабина - это моё самое любимое и для самых близких людей.
        - Сабина, я хочу уйти отсюда со своими товарищами. Сесть в машину и уехать подальше от вашего лагеря.
        - Я с тобой! - в одно мгновение та покинула кресло и оказалась рядом со мной, вцепившись в правую руку. - Я тебе не оставлю, Сервий!
        Та скорость, с которой она двигалась, меня неприятно поразила. Да и хватке пальцев позавидовал бы любой цирковой силач, который парой пальцев сминает гвоздь «сотку». В прямом бою на ближней дистанции у нас не было бы и шанса что-то сделать в ответ, реши она разобраться со мной и Маузером.
        - А… - открыл рот Маузер и тут же его захлопнул, наткнувшись на мой взгляд.
        - Разумеется, - произнёс я в ответ на слова сектантки. - Я и не думал тебя оставить здесь. Только прошу тебя одеться по-дорожному, взять все вещи, которые для тебя ценные, оружие, карты, записи, В общём, всё-всё.
        - Я всё сделаю, - сказала Сабина и вдруг впилась поцелуем мне в губы. - М-м-м, сладкий мой… никому тебя не отдам и не отпущу.
        Собралась она чуть больше, чем за десять минут. Ничуть не смущаясь меня и Маузера, скинула халат, избавилась от стрингов, после чего быстро выбрала более удобное нижнее бельё, верхнюю одежду и обувь. Оружие и какие-то вещи сложила в большую спортивную сумку, которую кинула поверх Кошки, всё так же лежащей без сознания на носилках.
        - Веди себя как обычно, Сабина, - произнёс я. - Кто-то может удивиться, что ты одна с пленниками уезжаешь?
        - Нет, - коротко ответила та и этими словами сняла огромный груз с моих плеч.
        - Отлично! - обрадовался я. - Тогда пошли. Маузер, хватай носилки.
        Из здания, которое занимала Царица, мы вышли вслед за ней. Наша машина стояла перед входом, внутри уже лежали все наши вещи, включая кейсы и баллоны. Затолкав носилки с Кошкой, я перебрался в кабину, рядом села Сабина, товарищ утроился за нашими спинами среди барахла.
        Выпустили нас легко, словно не на охраняемом стабе сектантов находимся, а где-то в простом мире через дачный посёлок без охраны проехали из конца в конец.
        В руль я вцепился с такой силой, что очень быстро затекли пальцы. Одновременно с этим стала неметь правая нога на педали газа. Это нервное напряжение так сказывалось. Всё-таки, не каждому дано уйти из логова врагов, убив в самом его центре одного из главарей и загипнотизировав второго, забрать сокровища и все свои вещи.
        - А тебе твой друг дорог? - неожиданно спросила женщина. - Если да, то скажи ему не совершать глупость, которую он задумал.
        - Что?
        - Он так сверлит мне затылок и думает, как бы поудобнее всадить пулю в голову, чтобы не задеть тебя и не повредить машину, что я их вижу, словно, киноролик, - холодно усмехнулась Сабина и бросила мимолётный взгляд назад.
        - Он просто переживает за нашего друга, которого вы казнили в лесу, - хмуро произнёс я.
        - Не казнили. Его выбрал Улей. Будь всё по-другому, этот старик объехал бы нашу стоянку десятой стороной или не встретил бы тебя никогда. Судьба каждого иммунного в Улье предопределена в тот миг, когда он сделал свой первый вдох здесь. Ни ты, ни я уже не принадлежим себе… - Сабина стала говорить с таким жаром и пылом, что отвлеклась на какое-то мгновение от окружающего мира.
        БАХ!!!
        Голова сектантки буквально взорвалась, на лобовое стекло плеснуло кровью и мозговым веществом, а меня что-то сильно ударило в правое бедро. И, ко всему прочему, я ещё почти полностью оглох.
        Машина резко вильнула в сторону и остановилась.
        Тело Сабины упало на меня и залило кровью. В голове всё гудело от близкого выстрела из крупнокалиберного револьвера, которым воспользовался Маузер.
        - Ты как? - затормошил он меня. - Цел? Рикошетом не задело?
        - За… - я сглотнул, чтобы выдавить «пробки», засевшие в ушах. - Зацепило, в ногу.
        Я оттолкнул труп, ещё больше при этом измаравшись в крови, и попробовал разобраться с собственной раной. Да только куда там - не разобрать было, где чужая, а где своя кровь. Ткань куртки и штанов промокла насквозь и прилипла к телу, сверху к ней налипли кусочки мозга и кровавые сгустки, превратившиеся в желе от удара пули.
        Чувствовал ли я что-то от факта случившегося убийства?
        Разве что облегчение, что опаснейший хищник в человеческом обличии, попавший под влияние моего дара, перестал пугать своим существованием. Совесть меня точно не мучает, и мучить не станет.
        Победу над сектантами огорчала только смерть Деда. Да, мы выполнили институтское задание, но вот цена оказалась слишком высока для моей команды. Никогда бы я не заплатил такую, знай заранее о последствиях, когда договаривался с Дроном и его напарником.
        Отрекошетившая пуля задела меня легко, только сорвала полоску кожи на внутренней стороне бедра. Но пролети она десятью сантиметрами выше, то мне пришлось бы научиться разговаривать фальцетом и начать истово верить в силу Улья, чтобы моя регенерация поскорее справилась с полученной травмой.
        Тело Сабины-Царицы мы скинули в густой бурьян, в заросли крапивы и репейников в десяти километрах от стаба сектантов, после чего… повернули назад. Я не собирался спускать им с рук гибель своего товарища, как и сажать себе на хвост свору обозлённых фанатиков, когда вскроется смерть двух их вожаков. Тем более, у меня в машине было то оружие, которое легко и просто покончит с сотнями отлично вооруженных людей на великолепно защищённом крупном объекте.
        - Держи, - я вытащил пучок датчиков из одногокейса и вручил их Маузеру, - ты налево - я направо.
        - Ок, - кивнул он, принимая предметы, которые были немного похожи на ночные дачные светильники, с солнечным элементом.
        Оставшиеся датчики забрал я.
        К сожалению, Кошка всё ещё не пришла в себя, и пришлось её оставить одну, надеясь, что ничего плохого с ней не случится за время нашего отсутствия. Нам пришлось вернуться назад и спрятаться в трёх километрах от стен стаба, на котором обжились дети Улья. Хорошо, что в связи с наступившими сумерками все вражеские автопатрули поспешили скрыться на безопасной территории. Но плохо, что Маузер был новичком - слабый, не отличающийся выносливостью иммунных (хотя бы тех, кто прожил в Улье месяц), не разбирающийся в местных опасностях. Про Дары я и вовсе молчу. Увы, одному мне будет сложно справиться с таким фронтом работ, ведь предстояло обойти по кругу всю крепость сектантов примерно в километре от стен, расставляя маяки для аппаратуры из кейсов. Один я бы провозился непозволительно долго. Вот будь у меня Дар из самых распространенных - скоростной бег, то тогда я и в одиночку со всем справился бы.
        Сверившись при помощи лазерного дальномера с расстоянием, я воткнул в землю первый датчик, выдернул предохранительную чеку и несколько раз прокрутил «голову» прибора. Всё - отсчёт запущен. У меня будет несколько часов активировать систему, а потом питающий элемент разрядится. Сейчас прибор находится в режиме ожидания сигнала с ноутбука (или очень похожего на него аппарата), после чего запустит реакцию пробуждения паразита в почве. Поможет ему в этом газ, до поры до времени спящий в баллонах.
        Пробежав около двух сотен метров, я повторил операцию по активации датчика. Через новые двести метров - ещё один прибор занял своё место. Когда все датчики закончились, я лёг на землю среди травы и стал ждать условного сигнала. Но только через сорок три минуты в наушнике раздались щелчки: серия из трёх щелков, пауза, двух щелчков, пауза и ещё два быстрых нажатия на тангенту.
        «Слава богу, - с облегчением произнёс я. - Живой, Маузер».
        Отстучав в эфир условленный сигнал, я медленно пошёл навстречу товарищу. При сверке лазерными охотничьими приборами имея за ориентир стены вражеского стаба, даже в окружающей темноте мы легко нашли друг друга.
        - Что так долго? - шёпотом поинтересовался я, когда встретились.
        - Долго? Да я итак мчался, как олень северный по всем этим буеракам. Спасибо ночнику, что дорогу более-менее видел, а то бы полночи пришлось провозиться.
        - Ладно, пошли назад. Пока у нас всё удачно складывается и этим нужно пользоваться.
        Хотя и сказал я «пошли», но на самом деле мы неторопливо побежали, крутя головой по сторонам и часто меняя прибор ночного видения на тепловизор, чтобы не пропустить мутантов или сектантов (если те со стен заметили пару световых пятен в километре от себя и решили проверить, кто же это тут шарится) на своём пути.
        Вернувшись к машине, мы продолжили свою работу. На этот раз из кейсов были извлечены мощные бесшумные дроны с креплением для баллонов и устройствами для их открытия. На близких дистанциях такие машины в Улье работали без нареканий. А эти, судя по внешнему виду и весу, были собраны из нолдовских механизмов и вышли из рук тех иммунных, что на полголовы обошли нас в развитии.
        Каждый беспилотник мог взять три баллона и оттащить их на пять километров, поднявшись на высоту километра. Впрочем, нам так высоко было не нужно.
        - Он сказал - поехали, он взмахнул рукой! - пропел Маузер и с кровожадной улыбкой поднял в ночное небо свой аппарат.
        Несколько секунд спустя следом за ним потянулся и мой.
        У нас ушло два с лишним часа и двенадцать баллонов с газовой смесью, чтобы покрыть нужную территорию. Состав смеси не имел вкуса, запаха и был бесцветен. Кроме того, он был достаточно тяжёл, чтобы не улетучиться по окрестностям за пределы периметра, который создали датчики-маркеры.
        Как всё это работает - не знаю. Но то, что работает - стало ясно, когда я через ноутбук запустил реакцию пробуждения спор паразита.
        Датчиков мы с Маузером не пожалели. Вполне хватило бы просто обозначить углы квадрата или многоугольника со сторонами в тысячу метров (именно такой была максимальная эффективная дистанция для включения в общую цепь датчиков-маркеров). Но чем больше их было, тем быстрее происходила реакция. По этой же причине не пожалели и газовой смеси.
        За сектантами мы наблюдали сквозь хорошие бинокли с просветлённой оптикой. Даже в темноте я и Маузер увидели, как вражеский стаб и прилегающую территорию чуть ли не мгновенно затянуло туманной завесой.
        - Пошёл кисляк, - прокомментировал я этот момент для своего товарища.
        А спустя полминуты в той стороне вспыхнули фонари и прожекторы, завыла на отчаянно-тревожной ноте сирена.
        - А вот хрен вам по всему воротнику, - прошептал я, не сводя взгляда с обречённых врагов. - Не успеете, суки! Хотели благодати от Улья? Так хлебайте полной ложкой!
        Мои пальцы с такой силой впились в бинокль, что даже побелели.
        В вой сирены вклинись разрозненные одиночные выстрелы и очереди из автоматического оружия. Главные и самые большие ворота стаба, напротив которых мы расположились для наблюдения, стали медленно открываться. Из них выскочили три машины - два пикапа, скорее всего, те, на которых сектанты проводят автопатрулирование ближней территории, и грузовик с кунгом или бронированной капсулой. В одно мгновение они разогнались до умопомрачительной скорости. Но ещё быстрее сгустился туман, полностью скрыв в себе всю ту территорию, по периметру которой мы расставили датчики.
        Кажется, я даже перестал дышать, настолько меня поглотила эта картина и ожидание развязки.
        И даже вздрогнул, когда из тумана, разорвав его на клочья, вылетели две машины - пикап и грузовик.
        - Охренеть! - присвистнул Маузер. - Неужели успели?
        - Из кисляка вырвались - от меня не уйдут, - хмуро сказал я.
        В руках у меня была крупнокалиберная винтовка, расположился я на крыше кунга, откуда открывался отличный обзор. До мчащихся по асфальту сектантов было около полутора километров. И когда дистанция сократилась вдвое, я коснулся пальцем спускового крючка.
        Щёлк! Щёлк! Щёлк!..
        Пять патронов в магазине, шестой в стволе. И ни один не улетел мимо, несмотря на темноту, скорость целей и расстояние между нами.
        Одну пулю я отправил в водителя пикапа, вырвавшегося вперёд. Вторую в переднее колесо буквально тут же. Результат - машину занесло, и она перевернулась на правый борт, после чего закувыркалась по дороге, пока не слетела в кювет. Третья пуля отправилась в водителя грузовика, четвёртая в его соседа справа, если кто-то занял переднее пассажирское сиденье. Пятая и шестая пробили капот, превратив двигатель и те механизмы, которые оказались на их пути, в горку металлолома. Грузовик занесло в сторону, и он улетел под обочину, как и его товарищ.
        Выдернув из винтовки пустой магазин, я вставил на его место полный, дёрнул затвором и приник к прицелу. Красная нить Дара соединила меня и цель в семи сотнях впереди. Как только там появилось движение, я коснулся нитью человека, выбравшегося из машины, и потянул спуск.
        Щёлк!
        Всего из машины успели вылезти четверо, и все они получили от меня тяжёлую низкоскоростную бронзовую пулю.
        Вновь заменив магазин в оружии, я продолжил контролировать участок дороги, где стояли машины сектантов.
        - Туман развеивается, - сообщил мне Маузер.
        - Вижу.
        Через пять минут стало ясно, что от логова сектантов не осталось и следов. Пропала стена, вышки, некоторые здания. Вместо них появилась колючая проволока на столбах, четыре вышки из металлоконструкций, несколько одно- и двух этажных зданий из серого кирпича с решётками на окнах, «грибки» для караульных, три очень (даже - ОЧЕНЬ) длинных строения, наполовину заглублённых в землю, две площадки, оборудованные высокими земляными валами.
        - Да это же военные склады! - тут же прокомментировал увиденное мой товарищ. - С боеприпасами и снаряжением. Скорее всего, для полков постоянной боевой готовности. Там должно всё быть - от танковых снарядом, до «шишиг» с уже загруженными коробками сухпайка и ящиками с патронами.
        - Там и охрана должна быть, - сказал я.
        И, словно, для придания веса моим словам с той стороны хрипло завыла тревожная сирена. Почти точно так же, но куда более звонко и громче визжала точно такая же установка у сектантов.
        - Угу, караул, человек тридцать примерно, - кивнул он, не отрываясь от бинокля. - А вон и они… хех, побежала тревожная группа из караулки! В «песочке» все, почему-то, хм.
        - Стаб давно стоит, а Улей обычно перемещает из одного и того же временного промежутка. Так что, не удивлюсь, если там гимнастерки и галифе советской эпохи, и люди в них оттуда же, - просветил я Маузер. - Ладно, давай собираться и отчаливать.
        - Туда не поедем? - он отставил бинокль от глаз и ткнул им в сторону военных складов. - Хабара же полно!
        - Нет. Много времени потеряем, пока объясним солдатам ситуацию. Ещё и нарвёмся на выстрелы с их стороны, - отрицательно мотнул я головой в ответ на это предложение. - И ждать, пока там все переродятся, тоже не хочу. Может быть, как-нибудь потом.
        - Как скажешь, Сервий.
        Эти слова стали своеобразной точкой в нашей мести сектантам за смерть товарища. Больше нас здесь ничего не держало.
        Эпилог
        Туман схлынул, оставив после себя преобразившийся город. Вчера вечером он был другим - пустым, тёмным, тоскливо-тихим, местами закопченным от стихийно возникших пожаров (или не случайно, а кем-то целенаправленно зажженных).
        Шерстинск во всей красе.
        Родной город Деда.
        Я дал обещание своему покойному товарищу, что помогу его дочери. И был готов выполнить его. Тем более, сектанты «подарили» моей команде целых десять белых жемчужин. По местным меркам - это фантастическое состояние, сравнимое с бюджетом крупного мощного государства. И за всё это мы заплатили жизнью Деда. Наверное, он был бы даже рад такому раскладу и откати время назад, он сделал бы всё, чтобы повторить ситуацию. Всё потому, что он безумно любил свою дочь и ещё не родившегося внука.
        - Забираемся в лодку, - махнул я рукой в сторону плавсредства, вытащенного на песчаный пляж. - Маузер, убери ты свой ствол! Сказал же - оружие на виду не держим, блина.
        - Это мой талисман, - тут же возмутился он. - Без него я никуда не пойду.
        - Тогда оставайся на охране машины.
        - Стоп, стоп, - тут же пошёл на попятную мужчина, - зачем же так быстро-то, а? Мне тоже хочется посмотреть на город, на нормальных людей, а то обрыдли все эти мутанты и пустоши. Я его сейчас разберу быстренько и уложу в сумку.
        Все мы для посещения города, где жители ещё слыхом не слышали о заражении и мутантах, взяли компактное оружие. У меня в небольшом стильном рюкзачке находился мой любимый АК-9 со снятым глушителем, сложенным прикладом и отстёгнутым магазином. За поясом находился пистолет СПС или «Гюрза», который я полюбил за мощный патрон и зализанные формы, благодаря которым снижался риск зацепиться за одежду при быстром выхватывании. Любимый револьвер был слишком монструозным и угловатым для скрытного ношения даже с учётом моей немаленькой фигуры. На лодыжке под тонкими светлыми джинсами были прикреплены ножны с кинжалом. В чехле на брючном ремне лежал баллончик со спецгазом из полицейского арсенала, который в гражданский оборот не поступает никогда.
        Кошка в своей сумочке (к слову, эта дамская приблуда не уступала внутренним объёмом моему рюкзаку) хранила ПП-2000 и глушитель к нему с несколькими магазинами, снаряжёнными дозвуковыми патронами. В чехольчике, похожем на телефонный, на её поясе ждал своего часа мощный шокер, а в ещё одной сумочке, невероятно маленькой и крепящейся на специальную застёжку на шортиках, лежал сверхкомпактный «бодигард» от оружейной фирмы «Смит энд Вессон», весом всего лишь в триста пятьдесят грамм и шестью девятимиллиметровыми патронами в магазине. Та ещё, конечно, пукалка, но способна остановить любую тварь вплоть до топтуна, если попасть в уязвимые места.
        Маузер же взял себе ГШ, тот самый пистолет, в котором я с недавних пор сильно разочаровался, несмотря на все его выдающиеся характеристики (которые заключаются, впрочем, только в мощном патроне и малом весе). Слишком недоработано это оружие, сырое. Над ним ещё работать и работать напильником. И собрался тащить чехол со своим «маузером», который чуть ли не в два раза был длиннее моего автомата при сложенном прикладе.
        Боевое оружие должно было защитить нас от мутантов и преступников, может быть, от силовиков. А не летальное - газ и шокер, от простых обывателей, случись заварушка с их участием против нас.
        Перебравшись на лодке на другой берег, наша троица неторопливо пошла по тропинке вверх, в сторону города. Из-за раннего времени суток мы встретили всего пять человек и две машины, да и тех уже на улицах. Шерстинск всё ещё спал и не знал, в какую дыру угодил менее часа назад.
        Пересидеть до момента пробуждения горожан я собирался в уже знакомом доме напротив райотдела. Если память меня не подводит, то там я видел кучу пустующих квартир. Несколько часов просидеть в одной из них не составит большого труда, как и не несёт особого риска.
        Так и вышло.
        Дверь в квартиру легко открылась при помощи Маузера, двух монтировок и моей недюжинной силушки и Дара, который показал уязвимые места. И шума при этом практически не было.
        Как только наша троица оказалась в квартире, Кошка тут же плюхнулась на диван и закрыла глаза, предупредив, что обратится в кваза и сожрёт всех на фиг, если ей помешают доспать отобранные от ночного отдыха часы.
        - Пора, - негромко сказал я, когда часы показали полдень. - Маузер, ты там чем занят, зачем опять за свой карабин схватился?
        - Нашёл чехол для удочек, - он показал мне упомянутую вещь, пошитую из красно-коричневой камуфлированной ткани. - Оружие сюда с запасом умещается, сейчас только соберу, чтобы иметь под рукой.
        - Тьфу, - сплюнул я на пол и махнул рукой на заскоки товарища.
        Когда шли по улице, наблюдая за сотнями встревоженных и недоумевающих людей, я ощущал странную неловкость. Да и не я один.
        - Я себя в этом наряде и с пустыми руками чувствую голой, - тихо пробормотала Кошка. - Кажется, что все только и знают, что пялятся на меня.
        Отыскать нужную улицу и дом, где жил Дед… нет, сейчас это был Петрович, не составило большого труда. Железная дверь в подъезд из-за отсутствующего электричества была открыта. Квартирная так же не стала препятствием на нашем пути.
        - Кто там? - раздался женский голос из квартиры, когда в неё постучала моя подружка.
        - Извините, что вас беспокою, но мне нужна помощь. Хоть вы помогите, а? Никто дверь не открывает, то ли нет никого, то ли боятся… - зачастила Кошка, добавив в голос немного паники и мольбы.
        Замки щёлкнули, и дверь чуть приоткрылась, показав в щели молодое женское лицо. И тонкую изящную цепочку, которая давала ложную надежду на защиту. И это я продемонстрировал через несколько секунд, взбежав по ступенькам и рванув дверное полотно на себя. Цепочка с честью выдержала это, а вот те два коротких самореза, которые фиксировали её - нет.
        - Ой! Ай! Серёжа!!! - истошно закричала хозяйка квартиры, которая купилась на Кошку, в одиночестве стоящую на лестничной площадке в момент беседы.
        Из комнаты послышался грохот, словно, там что-то перевернули или сбили, через секунду в проёме показался молодой худощавый мужчина с тёмными длинными волосами, одетый в спортивные тёмно-синие штаны с белым вшитым шнуром сбоку и светлой футболке с кармашком на левой стороне груди. В руке он держал бейсбольную деревянную биту, блестящую и гладкую, отчего было понятно, что она с момента покупки ни разу не использовалась - ни по назначению для спорта, ни для того, для чего, собственно и бралась.
        - А ну!.. - рявкнул, было, он, и тут же замолчал, уставившись на «гюрзу», которую я выдернул из-под рубашки.
        - Тихо, брось биту… отлично, а теперь помоги жене вернуться назад в комнату. И спокойно - мы не причиним вам вреда. Скоро сами всё узнаете. Петрович где?
        - Он у-ушёл, - дрожащим голосом ответила молодая женщина. Она стояла перед нами в коротком светлом халате до середины бёдер и розовых открытых тапочках. - Зачем он вам?
        - Всё объясню в комнате, прошу, пойдёмте.
        Когда мы расселись - кто на диване, кто в кресле или на стульях, я достал субноутбук из рюкзака, заодно положив рядом с собой автомат, глушитель и пару магазинов, скрепленных клипсой.
        Пока Кошка включала аппарат, я подсоединил магазины, навернул глушитель и передёрнул затвор, после чего поставил оружие на предохранитель. От громкого лязгающего звука хозяева квартиры ощутимо вздрогнули и сильно побледнели.
        - Молодые люди, успокойтесь, - я постарался как можно дружелюбнее им улыбнуться. - Это для вашей и нашей безопасности, просто мне спокойнее, когда оружием можно воспользоваться в любой момент.
        Парочка посмотрела на Маузера, который следом за мной освободил от чехла свой пистолет-карабин.
        - Х-хорошо, - пролепетала молодая женщина.
        - Сейчас вы сами всё поймёте. Смотрите на экран, - я кивнул на ноут, в который Кошка вставила флешку из личных вещей Деда. Если бы не педантичность сектантов в исполнении приказов своего начальства, которые вернули в нашу машину все захваченные у нас вещи, то сейчас нам пришлось бы весьма трудно в объяснении ситуации нашим собеседникам.
        - Всё, смотрите, - сказала Кошка, запуская видеопроигрыватель, ставя ноут на стул и пододвинув тот к ним. - Будут вопросы - ставите на паузу и спрашиваете.
        Через несколько секунд я услышал знакомый голос:
        «Здравствуй, дочка. Прошу досмотри видео до конца и не бойся этих людей, которые находятся рядом, они помогут тебе…».
        Двадцать минут длился ролик, записанный Дедом специально для такого случая. Он, словно знал, что не получится лично увидеть дочь, которую однажды уже похоронил. Когда запись закончилась, женщина и мужчина посмотрели на меня глазами круглыми от шока, полными вопросов и недоверия.
        - Как это может быть? - спросила женщина.
        - Фотомонтаж. Не знаю, зачем вам всё это…
        Речь мужчины перебил дверной звонок.
        - Разве у вас есть свет? - удивился я.
        - Нету, с утра ещё. Просто, у нас стоит радиозвонок на батарейке, - просветила меня женщина.
        - А-а, понял, - кивнул я и встал с кресла. - Наверное, Д… Петрович пришёл. Пойду встречу. Да не пугайтесь вы так, - успокоил я заволновавшуюся хозяйку квартиры, - мы вам помочь пришли, а не убивать. Разве вас все те ваши семейные секреты, что услышали только что, не убедили?
        Петрович на моё появление в его квартире отреагировал предсказуемо - тут же полез под рубашку за обрезком водопроводной железной трубы.
        - Не стоит, - я показал ему пистолет. - Только себе хуже сделаешь. А на шум никто даже внимание не обратит из-за суматохи в городе. Проходи, закрой за собой дверь, все твои сидят в комнате и ждут только тебя.
        Я отступил назад, не сводя пистолета с мужчины. Стрелять не собирался ни при каких обстоятельствах, просто с оружием как-то более убедительно звучали мои слова, чем без него. Прям так и лезет на язык старая фраза, про доброе слово, револьвер и результат, полученный с их помощью.
        - Дочка, ты как? - первым делом поинтересовался он, когда вошел в комнату.
        - Всё нормально, пап, тут… - она посмотрела на меня, потом опять на отца, - тут такое нам рассказали.
        - И показали, - хмуро добавил её муж. - Глянь-ка сам…
        Петрович просмотрел видеоролик дважды, иногда ставя на паузу, отматывая немного назад, и при этом сильно морщил лоб, попутно что-то бормоча себе под нос.
        - Я даже не знаю, что сказать, - наконец, произнёс он. - Это точно я, сомнений нет. Всё вот это рассказанное не мог знать посторонний… но как?!
        - Вы забыли, что находитесь в другом мире? - хмыкнул я. - На видео об этом упоминается.
        Петрович вздохнул, обхватил голову ладонями и уставился в пол. Пока он осмысливал ситуацию, я достал три белых перламутровых шарика и положил на стул рядом с ноутбуком.
        - Вот, ради этого мы здесь. Наш товарищ отдал свою жизнь, чтобы получить это лекарство. Без него вы умрёте через пару дней.
        Все трое с подозрительностью посмотрели сначала на жемчужины, потом на меня.
        - Да не отрава это, - с раздражением произнесла Кошка. - За одну такую вещь множество людей готовы вырезать весь ваш город! Хватит кобениться, мать вашу. Не жалко друг друга? Свою жену, своего мужа, дочь?
        - Как-то это всё непривычно, - покачал головой Петрович. - Обязательно глотать этот ваш жемчуг сейчас?
        - Кошка, дай мне своего бодигарда, - попросил я, и когда получил крохотный пистолет, то… выстрелил из него в ногу пожилому мужчине.
        - А-а! Гадёныш, ты что творишь?.. - заорал тот и зажал ладонью рану на бедре.
        - Зачем?! Вы сказали, что не причините вреда никому! Что вы друзья! - вскрикнула его дочь и зарыдала.
        Я направил на неё пистолет и произнёс:
        - Глотай жемчужину или я сейчас влеплю ещё одну пулю твоему отцу, а потом мужу. Дед просил только за тебя, на этих двоих мне наплевать и, если понадобится, то превращу их в дуршлаг. Живо глотай!
        Та дрожащей рукой взяла один из шариков и поднесла к губам, потом вложила в рот и сделала глотательное движение.
        - А теперь ты, - я перевёл взгляд на её мужа. - Ты всё равно это сделаешь, просто перед этим в тебе станет на двадцать грамм свинца больше, и на литр крови меньше.
        Испытывать судьбу тот не стал и следом за своей женой проглотил жемчужину.
        - Петрович, твоя очередь.
        - Да пошёл ты, - со злостью ответил он.
        - Петрович, твоя дочь и зять уже съели такую же вещь. Если это отрава, наркотик или ещё какая-то гадость, то смысла тебе ерепениться нету, остаётся только последовать за ними, - сказал я ему. - Или могу сам затолкать тебе в рот эту штуку. Ты ведь не беременная женщина, с тобой можно и не миндальничать.
        - Ну, ты и урод, - выдохнул он, после чего быстро схватил жемчужину и закинул её в рот.
        - Супер! - я широко улыбнулся и вернул пистолет своей спутнице. - Кошка, милая, дай ему аптечку, пусть обработает рану. Народ, вы уж извините меня за это, - я кивнул на окровавленную ногу Петровича, - просто вы сами виноваты. А в нашем положении тянуть резину опасно. Петрович, не бойся ты так, я стрелял в мышцу, ни нервов, ни крупных сосудов не задел. Пулька маленькая и лёгкая, большого вреда наделать не сможет никак в этом месте. Кстати, вы заметили, как проглотили жемчужину? Ведь не получилось её спрятать под язык или за щеку? Это всё потому, что ваш организм уже отравлен местным паразитом и инстинктивно хочет спастись, а белый жемчуг - самое лучшее лекарство, которое только существует в этом мире. Панацея почти от всего, разве что, вернуться домой он не поможет.
        И тут раздался голос прибалдевшего от этой картины бурята:
        - Однако, умеешь ты уговаривать людей, Сервий.
        После того, как оказали первую помощь раненому, он собрался идти проверять мои слова, вместе с ним его дочь, а ту не хотел отпускать муж. В итоге квартиру мы покинули удвоенным составом. Когда шли по улице до стоянки такси, я немного опасался реакции наших новых знакомых. А ну как начнут кричать, что их захватили в заложники и какой-нибудь патрульный с автоматом поверит? Вон сколько сотрудников внутренних органов на улицы выгнали, кажется, в прошлое мое посещение Шерстинска я их видел куда меньше.
        Такси (две машины, так как в один «солярис» мы все никак не влезали) за тройную плату доставило нас за город, высадив рядом с автобусной остановкой, неподалёку от которой начиналась тропинка к реке, где нас ждала лодка.
        - Узнаете места, а? - я кивнул на другой берег.
        Никто мне не ответил, только лица новых знакомых стали более мрачными. Когда мы перебрались через реку и подошли к машине, Петрович вдруг сказал:
        - Если всё это правда, если скоро люди станут умирать или превращаться в мутантов, то нужно предупредить администрацию.
        - И тебе поверят? - вместо меня ответил Маузер. - Отец, ты только после пули в колено стал относиться серьёзно к нашим словам. Неужели думаешь, что к нам прислушаются ваши чиновники и силовики? Скорее попытаются скрутить и сунуть в камеру. После этого начнут опять решать, кто прав, виноват и что делать. Затем станет поздно с ними общаться, так как начнут обращаться.
        - Но ведь не все заражаются.
        - Единицы, отец. Десятка два на город, это максимум, - покачал головой бурят. - Им придётся рассчитывать только на себя.
        Судя по вопросу пожилого мужчины, он уже почти свыкся с мыслью, что старого мира больше нет. И стал куда внимательнее и доверчивее относиться к нашим словам.
        - Куда мы сейчас, ребята? - он посмотрел на меня. - Здесь есть безопасные места или везде такая страсть?
        - Есть, конечно, - ответил я ему. - Отличный город расположился сравнительно неподалеку, за несколько дней доберёмся. Называется Атлантис.
        Перед тем, как занять место в бронеавтомобиле, Петрович не меньше минуты смотрел на город, который ещё был жив, хотя на самом деле агонизировал. Через пару-тройку суток по его улицам станут бродить только заражённые, мечтающие о куске свежего или не очень мяса.
        Последним в машину сел я.
        Вот и всё, все задачи решены: болезнь Кошки отступила, белый жемчуг найден, семья Деда спасена. Почти спасена - тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо, чтобы не сглазить, нам их ещё нужно доставить в безопасное место. В Улье никогда ни в чём нельзя быть уверенным на 100%.
        КОНЕЦ КНИГИ

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к