Сохранить .
Телепорт Михаил Владимирович Баковец
        Главный герой считал себя одним из толпы, ничем не выделяющимся винтиком в механизме, где таких, как он - миллионы. Но всё изменилось в один момент, когда у него появилась способность к телепортации. В одно мгновение перед ним разрушились границы и стены родного мира и... Вселенной! Что значит возможность посетить Париж и Лондон, оказаться на вершине Эвереста при сравнении с другой населённой планетой или миром, где живут люди, обладающие особыми способностям, знающие о той материи, которая на Земле считается мифом и лишь в сказках можно прочитать о ней: магия!
        Михаил Баковец
        Телепорт
        Пролог
        - Сэр, всплеск пси-активности в России.
        - Что? - мужчина в белоснежной рубашке, расстегнутой на две пуговицы, хоть это и запрещалось строгим дресс-кодом, резко оттолкнулся ногами от пола и подкатил на кресле к рабочему столу собеседника. - Где?
        Подчинённый в точно такой же рубашке, но наглухо застёгнутой да ещё дополнительно оформленной полосатым галстуком, щёлкнул парой клавиш на клавиатуре, выделяя обширную зону в центральной части территории вероятного противника:
        - Здесь, сэр.
        - Ты издеваешься, Эл? Да тут Африка легко уместится!
        - Аппаратура, сэр, - развёл тот руками. - Сами знаете, насколько она совершенна, - последнее слово он произнёс с сарказмом. - Тут без псенов не обойтись.
        - На них даже не надейся, им хватает работы.
        - Я понимаю, сэр.
        Старший отдела вновь оттолкнулся подошвами от пола и откатился на прежнее место, там поднял трубку телефона и через пару секунд произнёс:
        - Россия, центральная часть, всплеск пси-активности в диапазоне «НОЛЬ».
        Глава 1
        Чёрный асфальт, едва угадываемый в ночной мгле, внезапно пропал из-под ног и я почувствовал, что падаю. За пару мгновений полёта успел каким-то чудом сгруппироваться и вполне нормально приземлиться на ноги. Правда, высота оказалась метра три, и я сильно ударился подбородком о колени, аж искры из глаз посыпались!
        - У-у... мать...
        Как не откусил себе язык - не знаю, никак с божьей помощью и поддержкой прочего небесного населения. Хотя челюсть ноет сильно и такое чувство, что передние зубы...уф, к счастью, всё обошлось, на месте мои кусалки.
        Как только пришел в себя, то принялся осматриваться по сторонам. Света с гулькин нос, пришлось доставать телефон и включать фонарик (да-да, у меня простой кнопочный аппарат, совсем не «яблоко» и даже не андройд).
        - Подвал... здорово совсем. И какого меня сюда занесло, - пробурчал я под нос, узнав в окружающей обстановке собственный подвал, точнее, подвал своего дома. Прямо сверху располагается моя «однушка».
        Была мысль, что я от усталости и желания спать после вечерней смены, закончившейся в два ночи, на автомате дошагал до дома и просто зашел в подвал, где рухнул с крутой лестницы (странно, правда, тогда бы я кубарем летел, а тут словно, со всего мага совершил прыжок в длину).
        Потом глянул на телефон, узнавая время, и опешил: прошло всего десять минут, как вышел с проходной. Три минуты я уже тут нахожусь, осматриваюсь, ещё минуты четыре, ну, пять, шел по улице. Кстати, добрался до перекрёстка Смидовича и Советской и это вполне укладывается во временные рамки: примерно пять минут шагать до этого места от проходной.
        И что из этого выходит?
        - Да ничего, - прошептал я, чувствуя неприятный холодок в груди, - ничегоне выходит, ничего не значит.
        Третья странность обнаружилась, когда бегом промчался по ступенькам крутой лестницы и толкнулся в закрытую - снаружи - дверь. И вот тут меня накрыла волна страха и злости из-за непонимания ситуации. Я зарычал, ударил ногой в дверь, ещё раз и ещё, потом упёрся плечом. Больше всего на свете в этот момент я хотел оказаться в своей квартире...
        С грохотом что-то упало на пол, когда я не удержался на ногах, не почувствовав преграды при очередном броске на неподатливую дверь.
        Телефон ускакал куда-то далеко, развернувшись светодиодом так, что ничего не освещал.
        Даже в темноте я узнал свою квартиру, наверное, по запаху или даже по био-полям, о которых так модно стало говорить в последнее время.
        Включил свет, посмотрел на сбитую моим молодецким «проходом на поле соперника» вешалку... вздохнул. После чего разулся, подобрал телефон, отключил фонарик и прошел в комнату. Там скинул куртку на кресло, сверху покидал всю остальную одежду, достал из шкафа постельное бельё.
        Через минуту застелил диван и рухнул на него, чтобы почти тут же забыться крепким сном.
        Проснулся в час дня и ещё долго пытался вспомнить, недавний сон... погоня, подвал, драка в квартире... сбитая вешалка.
        Потом откинул покрывало, сел, опустив босые ноги на холодный пол, и сильно потёр лицо. Хотя и спал долго, но чувство такого, что перехватил всего-то часа три-четыре. Помечтал, как было бы здорово, если бы сейчас мне кто-нибудь подал бы кружку горячего кофе по-турецки, можно даже с сахаром. Но некому, живу один, девушка недавно обозвала меня «бесчувственным эгоистом» и ушла обратно к родителям. Почему эгоист даже не объяснила, по сути - незаслуженно, я себя считаю чуть ли не аскетом, беру себе лишь самое необходимое, прочее откладываю или трачу... тратил на бывшую.
        Потом встал, потянулся до хруста во всех суставах, пару раз крутанул туловищем и замер в неудобной позе, уткнувшись взглядом в вещи на кресле.
        Насмотревшись, я прошлёпал в прихожую, поглазел на беспорядок и вернулся в комнату. Там оделся, прошёл на кухню, достал из шкафчика бутылку коньяка и налил в рюмку. После чего хватанул его как водку, одним глотком и немедленно закашлялся. Жгучий комок засел где-то в пищеводе и не хотел проваливаться дальше, даже наоборот, решил выйти наружу. От воды из-под крана, сильно отдающей хлоркой, стало ещё хуже.
        Спас кефир.
        Опустевшую пол-литровую коробку я выбросил в мусорное ведро и с прочистившимися мозгами уселся за кухонный стол. Алкоголь не помог - встряску дал сам процесс, неприятные ощущения от тёплого коньяка, якобы, армянского производство.
        Потом решил сделать кофе, и пока вода кипятилась, поэтапно вспомнил ночные события.
        Итак, погони не было никакой, это и в самом деле оказался сон. Драки в прихожей тоже, вешалку я сам уронил при падении. Подвал? А вот сейчас и проверим.
        Я выключил газ, достал ключ от подвала, накинул на плечи ветровку, сунул босые ноги из тапочек в ботинки и вышел из квартиры.
        Замок, который не выпускал меня из подвального заточения, открылся легко. Вот только вытаскивать дужку из проушин пришлось с трудом, так те были сильно искривлены.
        При осмотре двери обнаружил чёрные следы и грязь от ботинок, чуть заметные вмятины на тонком металле, которым была та обита. В самом подвале нашёл засохшее пятно грязи с чётким отпечатком подошвы ботинок. Не удивился, когда тот совпал с рисунком протектора моей обуви.
        А ещё рядом валялась моя сумка, в которой ношу еду и рабочую «сменку».
        Всё - шах и мат. Это точно не галлюцинация от усталости, навеянные образы после смены на заводе.
        Я подобрал сумку, повесил на плечо, поднялся в подъезд и запер дверь обратно на замок. После чего вернулся в квартиру, разделся и вернулся к прерванному процессу приготовления кофе.
        С горячей кружкой ароматного напитка с молоком, я вернулся в комнату, где сел в качалку и задумался о ночном происшествии. Итак, сейчас в голове крутятся три версии.
        Во-первых, это всё может быть чьим-то розыгрышем, непонятным, странным, но именно им.
        Во-вторых, мелькают мысли про эксперимент со мною со стороны государства, сумасшедшего гения, сбоя суперсекретной установки, в фокусе работы я оказался (это вполне вероятно и ночное время играет на руку версии, ведь когда, как за полночь такие опасные опыты проводить).
        В-третьих, я сам и есть та установка, аномалия, которая заставила переместиться сначала в подвал, потом в квартиру.
        Если вспомнить то, о чём думал перед переносом, то я мечтал поскорее оказаться дома. И в первом случае, когда брёл по улице, и во втором, когда ломал подвальную дверь.
        - Ну, как там правильно вызывать джинна: о-кей, гугл, - с этими словами я раскрыл ноутбук и вошёл в интернет. - Итак, что тут есть о переносе, телепортации и прочей фантастике.
        Искомого нашлось столько, что я понял - это надолго. Сначала узнал, что означает это слово с греческого, потом наткнулся на гипотезу англо-французских учёных, следом - факты из истории. И чем дальше листал страницы в поисковике, тем больше тяжелела моя голова. А самое главное в том, что полезного для себя я не почерпнул ни на бит.
        С раздражением закрыл ноутбук, посмотрел на кружку с кофе, которого я выпил меньше половины и уже остывшее, вздохнул и пошёл заваривать новую порцию. К проблеме не возвращался до того момента, пока не употребил всё кофе из кофейника без остатка, грамм эдак триста.
        Вернувшись в комнату, улёгся на диван и с закрытыми глазами стал вспоминать, что же со мною было вчера и в ближайшие прошедшие дни интересного. С чего я обзавёлся таким интересным свойством мгновенно преодолевать большие расстояния.
        Если память не обманывала, то за последние две недели со мною точно ничего не происходило. Я хоть и не поминутно помнил эти четырнадцать дней, но достаточно подробно. Меня не била молния (ага, в конце апреля только грозы не хватало) или электричество (так, совсем чуть-чуть, но при работе сварщиком это неудивительно и привычно), не падал головой, не терял сознание, не посещал больницу, где мог бы теоретически получить общий наркоз. Меня не кусали пауки, собаки, не травился и не принимал никаких неизвестных лекарств, а из неизвестных только цитрамон от головной боли, да и то из начатого блистера, уже пару месяцев лежащего в сумке. Но ведь не просто так со мною это случилось?
        Или всё показалось?
        «Ага, а сумка, а следы в подвале?», - тут же ответил сам себе в мыслях.
        Нужно проверять иначе я просто сойду с ума или совершу сумасбродный поступок, о котором сильно пожалею.
        Я поёрзал на диване, устраиваясь поудобнее, и стал вспоминать свои ощущения, с которых и начались ночные события. Я был уставший до отупения - наворочал железок, очень сильно хотел домой, буквально представлял, как зайду в прихожую, скину одежду и завалюсь спать. Правда, сначала я оказался в подвале, но судя по отпечатку грязи - точно под своей прихожей, только на почти четыре метра ниже. Из подвала я перенёсся из-за сильных эмоций и тоже представлял себя дома.
        Значит, либо нужно расслабиться до полного игнорирования всего внешнего мира, либо заставить организм выплеснуть адреналин огромной порцией и при этом концентрируясь на одной мысли.
        Сейчас я смогу только попробовать первый вариант, так как сил для эмоционального всплеска не смог найти.
        Местом «приземления» выбрал свою дачу. Сейчас там народу с гулькин нос, на пару сотен участков едва ли дюжина жителей наберётся.
        Долго не получалось сосредоточиться и расслабиться. Поняв, что после полутора кружек кофе почувствовать покой у меня не получится, я встал и направился на кухню к аптечке. Из неё достал слабое снотворное или успокоительное - валерианка с пустырником, мятой и мелиссой. Бывшая пользовалась этими зелёными таблетками, чтобы быстрее засыпать.
        Осыпав на ладонь сразу пятнадцать таблеток, я закинул их в рот и запил молоком прямо из бутылки. После этого вернулся в комнату.
        Эффект почувствовал через двадцать минут. Сразу стало лениво, тело размякло, мелькнула мысль, что так запросто угроблю свой организм, если начну то взбадривать тот с помощью кофе, а следом давать по «кумполу» успокоительным.
        Я в мелочах представил свою дачу, её обстановку, крыльцо, перепаханные под осень грядки. Затем появилось чувство свободного полёта, резко похолодало, и миг спустя я с грохотом вместе с диваном приземлился на крышу своего дачного домика. Несколько секунд мебель стояла неподвижно, потом медленно поползла по металлическому профлисту с противным скрежетом.
        - Блин! - взвыл я и успел перед падением дивана на землю, соскочить с того и зацепиться кончиками пальцев за водосток. Провисел совсем немного - под моим немаленьким весом кронштейны не выдержали и согнулись, желоб выскочил из креплений и вместе со мною свалился вниз. Ещё и приложил как следует по плечу и спине.
        - По крайней мере, эксперимент завершился успехом, - простонал я, растирая отбитые места, потом глянул на диван и добавил. - И даже с незадокументированными эффектами.
        Запасной ключ лежал в выемке в пеньке, который был частью простенькой лавочки. Достав его, я открыл дверь и вошёл в домик. Там первым делом накинул старую куртку и надел потрескавшиеся полипропиленовые сапоги, а дальше стал возиться с «пошехонкой», а то хоть и весна на дворе, апрель вот-вот передаст вахту маю, но на улице прохладно. После того, как в печке забилось пламя, я попытался затащить диван, но не преуспел - тяжёл для одного человека. Пришлось возвращаться в помещение и искать инструмент.
        С отвёрткой и молотком дело пошло веселее, и уже скоро диван оказался перемещён с улицы в строение. Внутри сразу стало тесно и появилось чувство бардака - обратно собирать не стал, просто сложил все части мебели на другой диван.
        От падения дивана лопнул нижний брус, и теперь он только годился на свалку. Даже заменить старую мебель здесь, на даче не выйдет. Смысла везти обратно в квартиру его не видел.
        Почему везти? Да я теперь от таких экспериментов буду держаться подальше. А если при обратном переходе меня выбросит на крыше своей пятиэтажки? Или на балконе вместе с диваном?
        Обратно домой я решил добираться самостоятельно, воздержавшись от сверхъестественных трюков. Топать придётся пешком, так как одёжка у меня не самая приличная, старьё и рваньё, в таком виде меня никто не подберёт на дороге. А для автобуса нет денег. Перенёсся-то я как был - босоногим, в футболке и шортах до икр. Ну, да ничего, дойду, тут-то и есть двенадцать километров до города да там ещё два до дома. Не настолько я стар, чтобы бояться таких переходов.
        Через пятнадцать минут печка прогрелась, и в небольшом помещении стало жарко. Мне пришлось открыть немного окошко, чтобы не упреть. Сходил к колодцу и набрал вод в пятилитровую бутыль, которую по возвращению прогнал через самодельный фильтр (весна, как-никак, грунтовые воды много всякой грязи несут).
        Из продуктов в домике было почти что ничего: банка соли, банка со смесью перцев, сахар и листовой чёрный чай. Всё под железными заворачивающимися крышками, чтобы грызуны не добрались до того же сахара.
        Воду вскипятил на печке, заспал в кружку две щепоти чая, после чего, когда напиток приобрёл нужный цвет, добавил сахара и принялся наслаждаться своеобразным вкусом. Употребил аж две кружки, после чего закрыл дачу, вернул ключ на место и направился в город.
        Мне повезло: через полчаса, как вышел на шоссе, меня подобрал знакомый. Рядом тихо остановился «дастер», окошко на правой пассажирской опустилось и из салона прозвучал знакомый голос:
        - О-о, здорово, Некитос!
        - Василич? Привет, - откликнулся я и подошёл к машине, там протянул руку сквозь окно и пожал ладонь. - Далеко? Издалека?
        - К тещё жену с детьми отвозил. В деревню, значит. А сам решил пожить несколько дней в пустой квартире, отдохнуть от шума. Ты сам откуда в таком виде?
        - Дачу проверял, да вот уделал свою одёжду в грязи случайно, и кроме этой робы больше ничего не нашлось под рукой.
        - Ну, ты даёшь, - усмехнулся собеседник. - Довезти до города или ты поклонник пеших прогулок?
        - Только не по такой погоде, - отказался я от чести считаться последователя здорового образа жизни и мигом забрался в салон. - Ух, у тебя тепло.
        - Сейчас ещё будет теплее, - водитель нажал на кнопку на панели, и через минуту я почувствовал, как пошло тепло от сиденья. - Начнут цыплята пищать - скажешь, я убавлю.
        Пару минут мы ехали молча, потом он не выдержал тишины и заговорил:
        - Слышал. Горшкова уволили из ментовки?
        - Не-а. А что так?
        - Сокращение у них очередное. Он от предложенной должности отказался и ушёл на гражданку. Типа, надоел тот бардак, вся эта показуха и выполнение плана.
        - Он вроде бы сварщик неплохой, - припомнил я таланты ещё одного знакомого мужика, с которым не раз и не два шабашил на дачах и участках в частном секторе, - не потеряется. Он не на пенсию ушёл?
        - Пенсия? Да ладно, он на года два старше меня. Говорю ж - достало его всё, на бомжах план выполнять, зад лизать проверяющим и в прокуратуре и в администрации извиняться прилюдно перед дебилами нашими городскими.
        Горшков был, если так можно сказать, «динозавром», точнее, рабочее отношение ему досталось от сотрудников старой закалки. Во время его дежурства две трети городских отморозков и гопоты предпочитало затаиться, отдохнуть от шумных гулянок или уехать за город. Даже семейных сцен в городе случалось меньше и тут даже не знаю - случайность или дебоширов предупреждали их родные, чего им будет стоить появление Горшкова. Руки он распускал редко, но метко и всегда по делу, легко оформлял «сутки» буянам и договаривался в больнице насчёт нужного количества «промилей» для алкашей, что бы тех можно было отправить домой после составления протокола или наоборот, закрыть на сутки в «стакане». О том, что он брал мзду - не слышал, хотя и не сильно удивлюсь, если ему в карман перепадало от тех же мигрантов, что на заработки в страну приезжают. Когда я учился в школе, про таких говорили, мол, правильный мент, с таким на улицах спокойнее, старая закалка. Сейчас я сужу по молодым участковым, пэпээсникам, что полиции нашей наступает конец. Всем стало плевать на людей, главное, собрать бумажки.
        - Если ушёл, то нужно закупаться оружием и патронами, чтобы отбиваться от гопников, - сказал я.
        - Или поближе к его дому поселиться, - поддержал собеседник. - Слушай, я тебя у переезда скину, а то к тебе долго заезжать.
        - Да нормально, Василич. Я через заправку проскочу и дальше дворами за три минуты доберусь. А так бы часа три пятки трепал. Спасибо, в общем.
        - Сочтёмся, - ухмыльнулся он, - в последний раз, что ли, видимся.
        « А пыли-то сколько!», - про себя удивился я, когда вернулся домой и посмотрел на то место, откуда несколько часов назад исчез вместе с диваном. Переодевшись (в очередной за сегодня раз) я сначала навёл уборку, а потом достал из кладовки надувной тёмно-синий матрас, насос для него и сделал себе «кровать» на освободившемся месте. Провести ночь сойдёт, а большего пока мне не нужно.
        Глава 2
        Мне хватило две недели, чтобы научиться пользоваться своими новобретёнными способностями. Я теперь мог даже след в след угодить при перемещении, прощай те моменты, когда я промахивался этажами и метрами.
        Из необычного (это-то рядом со сверхъестественной способностью к телепортации) обратил внимание на своё состояние: в груди поселялся небольшой холодок, словно, сделал пару глотков ледяной воды, при перемещении только себя и огонёк, как если бы растёр кусочек кожи на груди тем же «финалгоном», в случае, когда брал с собою габаритный груз. Чем дальше и чаще прыгал и больше груза брал, тем холоднее или жарче в груди становилось. Ещё странность - в одно и то же место перемещение происходило легче. Я теперь сначала прыгал налегке, осматривался, возвращался обратно, отдыхал и затем перемещался с грузом. «Огонёк» появлялся при весе равном мне или больше, до этого я «мёрз». Логично, что с «холодком» я прыгал чаще, чем с «огоньком», в первом случае я в качестве проверки нашёл в себе силы переместиться на дачу пятнадцать раз, через день с тележкой, где лежали два мешка цемента, всего лишь шесть.
        А теперь я сидел дома, подперев голову ладонью, и задавался древним русским вопросом: что делать? Как мне распорядиться своим Даром, чтобы получить максимальную пользу и не выдать себя. Уверен, что за такого, как я любое государство войну начнёт, лишь бы заполучить себе или не дать получить своему политическому противнику. Ладно, ладно, пусть не войну, но ситуация всё равно аховая для меня окажется.
        Я даже посидел несколько часов в интернет-клубе, скатавшись в областной центр, и там на форуме стукнутых на голову (хотя, чёрт их знает, может, не все стукнутые, а есть и похожие на меня) фантазёров пообщался в теме: если бы я стал телепортатором. Кстати, тему даже не пришлось создавать, всё там уже имелось, как и несколько сотен сообщений в ветке.
        Подозрительно?
        Да нисколько. Там этих веток имелось просто тьма-тьмущая. От «если бы я стал пироманом», до «хочу стать богом». Плюс, разных некромантов, эльфов, гномов, призраков и прочих вампиров. О-о, вампиров там было аж дюжина видов.
        На интересующей меня ветке девяносто девять процентов вписывали свои мечты подростков, страдающих от избытка гормонов, одноклассников, родителей, нехватки карманных денег. Авторы сообщений предлагали «навестить» банк, жильё банкира или бандита-олигарха, творить справедливость, уничтожая мерзавцев направо и налево, появляясь с пистолетом с глушителем у них за спиной, снимать на камеру обнажённых актрис и продавать фотографии журналистам, телепортироваться на Луну или даже Марс и там набрать образцов, которые потом продать за миллионы, посещать курорты и отели в любое время. И ещё пара сотен подобных идей. Мизерная часть сообщений приходилась на параноиков. Которые считали, что с таким Даром на них откроется охота и потому нужно навсегда укрыться в глухих частях Земли - горах, пустыни, во льдах, где нужно создать базу и крайне редко наведываться в Мир за пополнением припасов.
        В общем, только зря день потратил на просиживание у монитора и деньги за услугу.
        Идея быстро разбогатеть посредством изъятия ценностей у банков и олигархов, мне понравилась. Но было одно «но». В душе ворочалась совесть, намекая, что я стану преступником, если решу навестить банковское хранилище. Насчёт пустить «золотую кровь» кошельку миллионера она молчала. Но как подобраться к нему, чтобы растрясти его мошну и при этом не засветиться... то-то и оно. Похищать, запугивать, выпытывать местоположение сейфа и код нему? А что делать потом, ведь убить не смогу, а штат СБ у таких личностей количественно и качественно лучше меня и моего Дара на порядок. Эти люди рано или поздно до меня доберутся, и тогда останется мне, в самом деле, строить иглу в Антарктиде и жить там, навещая иногда склады и магазины с целью приобретения топлива и еды. Или экспроприации.
        Но и просто так жить с чувством, что я обладаю Силой и не иметь возможности её применить, тоже было тяжело.
        Опыт, мне нужен опыт и, желательно, база. Только не во льдах.
        Ночью в зале никого не было, только тусклое дежурное освещение по углам и вдоль стен. Света хватало лишь для того, чтобы не свалиться в бассейн. Дежурная смена дрыхнет, я первым делом наведался в коридор и понаблюдал в щелочку, как две тетки лежат на кушетках и негромко похрапывают.
        Посветил крошечным фонариком под ноги и вздрогнул, когда ко мне метнулись огромные тени.
        - Что б вас всех... - прошипел я себе под нос. После чего опустил сачок в бассейн, дождался, когда крупная рыбина окажется рядом и резко дёрнул вверх. Хоть и сделал всё быстро, но та успела ударить хвостом, издав громкий плеск. Хорошо, что звукоизоляция тут неплохая, и могу не бояться быть услышанным. А для максимального снижения риска ещё и установил в коридоре лазерную сигналку, выведя звуковой сигнал в гарнитуру. Если кто пойдёт, то пересечёт лазерный луч, после чего у меня будет секунд двадцать, чтобы схватить манатки и исчезнуть.
        Выловленную рыбину я вытащил из сачка и положил в мешок. Потом добавил к первой вторую, третью... после десяток взвесил живой груз, крякнул от натуги и решил остановиться. По-быстрому сбегал и снял сигнализацию, вернулся к вещам у бассейна и совершил переход в родную квартиру. Там вывалил осетров (точнее осетровых гибридов, но на неискушённый взгляд, в том числе и мой, ничем от легендарной рыбы не отличающихся) в ванну, уже наполненную водой из чистой реки.
        Отмывшись от рыбного духа, я пошёл спать. Вскочил через четыре часа по сигналу будильника, проверил, жива ли моя ночная добыча (жива, но же вялые совсем стали, парочка то и дело норовит всплыть вверх брюхом и уснуть) и взялся за телефон.
        - Здорово, Сань. Как сам? Как жена? Как дети?.. Не обзавёлся ещё?.. Ха, могу помочь, если сам не справляешься!.. Да шучу, шучу... помнишь наш разговор про осетровых? Есть пара штучек, цена та, что уже говорил. Забираешь?.. о-кей, буду ждать, только поторопись, а то они пока живые еще, но как начнут засыпать, я их в холодильнике заморожу.
        За май месяц это уже третья моя операция-кооперация по продаже осетровых. Навещаю садки и станции рыбхозяйств, где разводят эту живую драгоценность, беру десяток-полтора под покровом ночи и продаю знакомым. Цену в три раза прошу меньше, чем просят в магазинах. И народ берёт. Задают вопросы, конечно, но не настаивают на ответах.
        Очень жаль, что все праздники глобальные давно закончились, ими богата зима, а вот весна с летом наоборот. Думаю, перед Новым годом у меня бы осетринку брали бы и в полтора раза дороже, чем сейчас.
        Немного мелковато для такого сверхчеловека, как я, но я же пока учусь пользоваться своим Даром. Да и деньги более-менее честные получаю. От двух десятков некрупных, по пять-шесть килограмм, особей рыбхоз не обеднеет. Там на «усушку» списывают сотнями осетровые: то корм не тот, то буря магнитная, то в воду неведомым образом попала редкая водоросль или рачок, который вызвал падёж рыбы.
        Распродав добычу и чуть отдохнув, я навестил обменник и разменял сорок тысяч рублей на евро в мелких купюрах. На следующий день переместился на Пхукет, на пляж Патонг, как самый богатый на веселье и народ.
        Моё появление случилось среди толпы народа, и даже кто-то толкнулся мне в спину, другого толкнул я от неожиданности.
        «А в рекламе тут описывали как самое глухое место», - мелькнула недовольная мысль.
        - Сорри, - широко улыбнулся я окружающим и поспешил скрыться с чужих глаз. - Извините, не заметил.
        Я среди сотен отдыхающих несколько выделялся. В первую очередь цветом кожи - хоть и успел немного под солнышком загореть, но мне было далеко до окружающих. Во-вторых, одеждой, которую подбирал по роликам в интернете и, почему-то, именно сейчас я своими шортами и рубашкой попугайских расцветок играл роль маяка, привлекая чужие взгляды.
        Увидев первое же строение, рядом с которым ходили, сидели и стояли туристы с половинками кокосов и ещё больше со стаканами, я направился к нему.
        - Русиш? - невероятно смуглый субъект с широкой улыбкой на лице тут же определил во мне выходца из «тёмной империи».
        - Он самый, - и подтвердил ответ кивком. - Так заметно?
        - Водка? - это слово он произнёс чисто, словно, учился в одной со мною школе.
        - Нет, не нужно, - помотал я головой. - Ноу водка, найн... блин... коктейль безалкогольный хочу.
        - О-кей.
        Через несколько минут получил что-то разноцветное в невысоком и широком бокале с соломинкой и зонтиком. А ещё немногим позже ко мне подошла симпатичная стройная девушка с европейской внешностью. Плоский животик, прямы ножки, высокая грудь второго номера, пухленькие губки с ямочками на щеках, взгляд задорный, весёлый (навеселе, тут же поправил меня внутренний голос), светло-русые вьющиеся волосы до плеч. И купальник, который прикрывал в общей сложности сантиметров десять площади (то есть, совсем ничего не скрывал).
        - Привет, - с едва уловимым акцентом улыбнулась она мне. - Русский?
        - Он самый, - и отсалютовал бокалом.
        - Поехали с нами на остров. Там весело, тихо и кроме нас никого не будет.
        - На остров?
        Следом получил объяснения. Оказывается, в округе множество крошечных безлюдных островков, до которых добраться без личного водного транспорта простому туристу практически невозможно. Но людям быстро надоедает толпа, хочется тишины и пустоты после массовых гулянок. И вот для этого есть несколько яхт, которые предлагают туристам поездку на один из островков, где компания может спокойно отдохнуть, позагорать топлесс и накупаться всласть в одиночестве или парой... даже парами. До десяти человек брали капитаны яхт с собою и от двадцати пяти до пятидесяти тысяч бат.
        - С тебя сотня баксов, если согласишься. А я бы на твоём мест согласилась - совсем ты бледный какой-то, нужно скорее загорать и загорать голышом, - подмигнула она мне и коснулась кончиками пальцев моего колена.
        Я ещё раз окинул внимательным взглядом соблазнительницу, помня почерпнутую из интернета мудрость про Таиланд: главное не ошибиться с выбором партнёрши перед походом в номер, а то как бы не пришлось делить презервативы на двоих.
        Вроде бы, настоящая девчонка, на сто процентов носительница Х-хромосомы. С азиатками могу и ошибиться, но тут-то вполне себе европейка.
        - У меня евро.
        - Тогда, всего пусть будет восемьдесят. И меня Виргой зовут.
        - Никита.
        - Я буду тебя звать Ником. Хорошо?
        - О-кей.
        Яхта оказалась катамараном с одной большой и двумя поменьше каютами. В большой за столиком на хромированных ножках в виде большого сердца на диване с белой экокожей, полукругом стоящим вокруг стола, нас уже ждали шесть человек - четыре девушки и два парня.
        - Привет всем, это Ник, он русский, - представила меня Вирга на английском, который я более-менее знал.
        - Привет, Ник, - тут же ответили мужчины и подняли вверх бокалы с напитком чуть зеленоватого оттенка с кусочками льда.
        Все студенты, но из разных мест мира. Вирга была из Прибалтики, один из парней был её земляком. Второй француз, так же, как и ещё две девушки. Ещё была одна американка с выдающимся бюстом, скрытым звездно-полосатым купальником и немка - высокая стройная блондинка с небольшой грудью с вздёрнутыми вверх сосочками, чётко выделяющиеся сквозь ткань чёрно-белого купальника, с короткими волосами и грацией кошки.
        Все молодые, пожалуй, не старше меня. Из девушек самая взрослая это немка, Иннеса, самая молоденькая - американка, Анна, ей только недавно исполнилось двадцать один, она на Пхукет прилетела с Ибицы, поделилась планами, что следующий курорт ещё не выбрала, но точно навестит какой-нибудь, собираясь отрываться всё лето вдали от дома.
        Когда яхта встала на якорь у небольшого островка с высокой скалистой макушкой, поросший кустами и несколькими кривыми низкими деревцами, вся компания с визгом и шуточками попрыгали за борт. Остались я, Иннеса и Вирга.
        - Пошли со мной. Я тут такой классный пляж знаю. Небольшой совсем, но на двоих его хватит, - подмигнула мне прибалтка. - Вещи оставь тут, никуда они не денутся.
        - Хорошо.
        Скинув рубашку и шорты, снял пояс с кошельком и с небольшой внутренней борьбой убрал всё в один из ящиков в каюте.
        - Йеху! - вторя моим новым знакомым, я прыжком взлетел на край борта, а с него солдатиком в голубую воду.
        Миг спустя рядом с визгом и брызгами приземлилась Вирга, чуть позже нырнула немка, но с нами не поплыла, стала забирать в сторону, словно, собираясь провести время в одиночестве, так как её маршрут ни с моим, ни с прочей компанией не совпадал.
        Островок был маленьким и с кучей крошечных пляжей, отделённых друг от друга скальными выступами. Было только слышно звуки, а вот увидеть друг друга - это нужно было войти в воду и плыть на звонкий смех, визг и выкрики.
        Так и будешь загорать? - с хитрой улыбкой на лице сказала Вирга. - Твоей коже солнца явно не хватает. Везде, - тут же повернулась ко мне спиной и попросила. - Развяжи, Ник.
        Моё сердце чуть дрогнуло, забилось ещё чаще, когда я коснулся пальцами завязок на верхней части купальника. Нижнюю часть девушка сняла сама, потом посмотрела на меня, ещё раз улыбнулась и легла на животик, подставив шоколадную попку солнечным лучам.
        Я стоял, смотрел на красивую девчонку и лихорадочно думал - ловушка или нет? Уж очень всё так просто и легко получается. Могли меня выследить? Такую версию я отбросить не мог. Хоть и быстро всё случилось - только перенёсся, зашёл в бар и тут же попал в руки агентессе. Интересно, меня похитят или предложат сотрудничество?
        - Нет, я так не могу, - вздохнула Вирга и после этих слов встала, подошла ко мне и впилась поцелуем в мои губы.
        «Да и чёрт с ними, посмотрю, что дальше будет, исчезнуть из этого места я смогу в любой момент», - мелькнула шальная мысль, исчезнувшая вместе с кровью, которая из головы стремительно утекла намного ниже.
        Девушка сама сняла с меня плавки, потом провела пальчиком от яичек до головки:
        - Вот так намного лучше загорать...
        Через два часа, наконец-то, выбрались в море, а потом минут двадцать лежали на пляже, рядом друг с другом. Вирга положила свою голову мне на живот и смотрела мне в глаза.
        - А тебе ещё кто-нибудь понравился из девушек? Та американка, например, - нарушила она молчание.
        - Ты самая лучшая, честно.
        - Ага, лжец, ты, словно, и не видел её грудь.
        - Обычная у неё грудь - у тебя во сто раз лучше, - как можно честнее произнёс я, после чего дотянулся до указанной части тела и провёл ладонью по коричневым, тут же огрубевшим и набухших от прикосновения, соскам. - А у неё просто вымя.
        - Мужчинам всегда такое вымя нравится, чем больше грудь, тем сильнее вы слюни пускаете, - капризным тоном произнесла она.
        - Мужчинам, мне, к примеру, нравится красивая грудь. Вот у тебя просто идеальная - крепкая, высокая, форма такая правильная, как будто первоклассный хирург тебе её делал. У меня слов нет, чтобы описать её красоту.
        - Никакой хирург ничего мне не делал, - покраснела от смущения или удовольствия собеседница. - А у Иннесы? У немки блондинке.
        - Ну, так, ничего. Но у тебя лучше, Вирга. А у неё уже отвисать стала, наверное, от возраста. Она тебе совсем не конкурентка.
        - Кстати, она спрашивала про тебя, хотела с тобою пойти... купаться. Но я ответила, что ты со мною. Я правильно сделала?
        - Конечно правильно, красавица моя. Может, продолжим? - я слегка сжал один сосочек и чуть-чуть покрутил его.
        - Потом, Ник. Плыви на яхту - тебя там сюрприз будет ждать.
        - Сюрприз? - насторожился я. - Я люблю сюрпризы, но...
        - Увидишь, и тебе понравится, обещаю. Меня можешь не ждать, но я точно появлюсь и помогу, - девушка взяла мою ладонь и опустила со своей груди к низу живота, где сильно прижала и издала негромкий стон, потом потянулась с поцелуем ко мне. - Плыви, я скоро.
        На яхте, когда я поднялся по лесенки из воды на палубу, скучал только экипаж - два человека. Ни в одной из кают не было ни души и даже ни намёка на некий сюрприз. Что это я понял, когда увидел поднимающуюся из воды немку, улыбнувшуюся мне и медленно, ножку за ножку, направившуюся в одну из маленьких кают. Возле двери, она ещё раз посмотрела на меня, улыбнулась и одним движением сняла верх купальника. И скрылась в каюте, оставив дверь приоткрытой.
        « Да ты сегодня в ударе и пользуешься спросом, Ник-Никита. Вот он твой сюрприз, а ещё кто-то пообещал позже появиться и помочь. Наверное, свечку подержать или ещё что-то похоже - длинное твёрдое», - пошловато пошутил внутренний голос.
        Глава 3
        Я провёл три дня на Пхукете, пропадая то в номере немки, то прибалтки, то с одной, то с двумя. Иннеса была раскованная и легко включалась в игру втроём. Вирга оказалась более стеснительной и была со мною и немкой всего дважды - в первый раз на яхте и на третий день, перед моим отъездом, когда я предупредил о нём. Ну, а мне было просто приятно, никакого стеснения и ханжества, да и какой мужик не решится проверить свои силы сразу с двумя? А сколько мечтает о таком? Вот то-то.
        И никакого пристального внимания к своей особе я не заметил. Никакой слежки, подозрительных личностей в черных очках, прячущихся за газетой и отворачивающихся к витринам и наклейным объявлениям от моего взгляда... ха-ха-ха, шучу, конечно. Перед своим «отъездом» я получил от немки номера телефонов и адрес, по которым я смогу её найти, если судьба приведёт меня в её страну. На ответном шаге она не настаивала.
        Вернувшись домой, я ещё пару дней балдел, находясь под впечатлением от отдыха и отдыхал, все соки из меня высосали две девушки, с которыми я провёл больше половины времени, проведённое в Таиланде. На третий день заселился на дачу и к вечеру совершил переход на другую сторону земного шарика, оказавшись среди россыпи очень красивых камней - похожие можно увидеть в Карелии, в Рускеале, там целый пласт из земли выходит - старые мраморные карьеры, и на фоне постоянно туристы фотографируются.
        Мои камни не были мрамором, но выглядели ещё лучше. Место, где я оказался, в каком-то роде считалось заповедником - по документам, но в реальности никто не заморачивался охраной. Добраться сюда очень тяжело, в основном только по воздуху, но кроме красивых булыжников, большего в округе не было из интересного, потому и туристов здесь крайне редко можно увидеть. Я сам случайно наткнулся на фотографии в интернете, заинтересовался и вот я тут.
        Зачем?
        За тем, зачем рыбхозы с осетровыми навещаю - за деньгами. Работал я больше недели, собирая булыжника в кучу, подбирая похожие по размеру и форме, после чего с этой горой перемещался к себе на дачу.
        Сейчас за почти полтора месяца владением Даром я мог переносить не только то, что держал в руках, но и чего касался. Только процесс был муторнее и требовал сильной концентрации.
        И, конечно, я больше учился пользоваться своим талантом, чем действительно «рубил бабло».
        - Здорово, сосед! - раздалось из-за забора с соседнего участка, когда я закрыл домик и направился к калитке с тонкой стопкой бумажных объявлений.
        - Здорово, сосед! - в тон откликнулся я.
        Первым делом я обнёс весь своё участок сплошным забором из железа, чтобы любопытные глаза не видели, чем я занимаюсь, и что происходит на моей даче. Сделал всё быстро: столбы уже стояли, я снял «рабицу», наварил площадки и прикрутил к ним направляющие и на те - листы профлиста.
        - Слушай, машина заглохла, а в доме ни курева, ни выпить. Ты не богат?
        - Извини, не пью, не курю. А что с машиной?
        - Да чёрт знает, - зло произнёс собеседник и, судя по звуку, плюнул под ноги. - Стартер мотает, а движок мёртвый.
        - Бензин? - предположил я, но не угадал.
        - Нифига, стрелка ещё четверть показывает. Эх, у меня уже уши пухнут. Знакомых нет, кто мог бы домчать? Или ты сам? Ты не думай ничего такого, я оплачу бензин.
        Я вышел за калитку и повернул в сторону в сторону соседнего участка. Ограда была там символическая: по две провисающих хромированной цепочки на столбах-трубах на высоту чуть больше метра. Возле моего забора стоял пузатый коренастый мужичок крепкого сложения, почти налысо бритый, в серых шортах, сланцах и майке-алкоголичке. В стороне почти у дома - небольшой сруб из бруса «десятки» - стояла чёрная «бэха».
        - Я тут, - окликнул я мужичка. - Я сам без машины, вообще-то, и тут по соседству нет никого, после выходных разъехались. А дальше никого не знаю.
        - Вот блин. Только ночью приехал, думал, пару дней на природе отдохну, а тут на те - ничего нужного нет, зато хавчика навалом. Слушай, а ты не разбираешься в технике?
        Я пожал плечами.
        - Н, хоть глянь одним глазком, а? Вдруг, что заметишь, подскажешь? - страдальчески произнёс собеседник. - Я - Серёга...
        Проблема обнаружилась в баке, ну, и на панели соответственно. В машине банально закончился бензин, а прибор показывал почти треть бака.
        - А я-то голову ломал, - обрадовался сосед. - Если бы не ты - ни в жизнь не догадался, так бы и просидел тут до приезда эвакуатора. Теперь ещё бы бензина найти.
        - Пройдись с канистрой по участкам, думаю, не откажут отлить литр-другой.
        - Ага, - кивнул тот согласно, - так и сделаю. А это у тебя что такое, до кустиков приспичило, гы-гы? - гоготнул он, только сейчас заметив бумажные листки у меня в руке, который я откладывал в сторону, пока возился с машиной.
        - Да решил тут кое-что продать, это объявления - несу к щиту на выезде, - пояснил я и тут же протянул один листок. - Посмотри, вдруг заинтересуешься.
        - А это что? - тот взял объявление, где под двумя строчками информации имелась цветная фотография. - Камни какие-то.
        - Камни. Фундамент для заборов из них делать или обложить под домом. Обычно булыжник используют, но он - тьфу, серый, муть сплошная. А вот этот камешек - красотища! - я изобразил поцелуй.
        - Ну да, прикольно выглядят, - согласился со мною собеседник. - Я, знаешь что, подумаю, хм.
        - Тогда, пока.
        - Пока?
        - Да, сегодня я вряд ли сюда вернусь. Сейчас обегу щиты у нас и в соседнем кооперативе, заскочу к паре знакомых и пойду на остановку на автобус.
        *****
        Негромкий писк, идущий от двери кабинета, оторвал его хозяина от просмотра информации на экране, роль которого выполняла столешница. Он коснулся пальцем полупрозрачного значка, который трансформировался в изображение высокого подтянутого мужчины около сорока лет в сером дорогом костюме, держащего в руке тонкую папку из чёрного пластика. Под изображением шли несколько строчек с цифрами и графиками, на которые и сосредоточил внимание владелец кабинета. Только убедившись в том, что аппаратура подтверждает стопроцентное совпадение стоящего перед дверью с именем и обликом, он отдал команду на разблокировку замков.
        - Добрый день, сэр, - поприветствовал его вошедший.
        - Добрый, Самуэль. Какие успехи с русским нулём?
        - Никаких, сэр. Немного сузили зону поиска, но и только. Я набросал план для его поиска.
        - Давай.
        Папка перекочевала из рук в руки. Несколько минут хозяин кабинета бегло просматривал листы бумаги, заполненные скупыми строчками данных, графиками, спутниковыми снимками.
        - Три группы?!
        - Да, сэр.
        - Хочу услышать твои доводы, Самуэль.
        - Хм. Сэр, этого нуля ищут и русские, и китайцы, и немцы с англичанами. Русским проще, как-никак, они с псеном обладают одинаковым менталитетом. Рано или поздно его вычислят и завербуют. Так же, русские понимают, что никто из сильных агентств мира не оставит без внимания их страну после такого всплеска пси-активности. Китайцы легко отправят и десять групп для вербовки или нейтрализации. Прочие по одной, максимум две. Двух команд специалистов с аппаратурой хватает за глаза для скорого или не очень выявления псена.
        - И русские будут искать именно две команды. Что ж, я тебя понял, Самуэль.
        - Да, сэр. Именно от нас больше двух групп они не станут ожидать, тем более... - гость сделал паузу, словно, собирался с духом. - Тем более Красное Золото.
        - Что?!
        - Сэр, послушайте меня, сэр, - торопливо заговорил Самуэль. - Эта команда лучшая из всех возможных в мире. После потери двух нулей в Индии нам чертовски необходимо восстановить свою силу. Русский - идеален. Лучше потратим больше усилий сейчас, чем потом будет кусать локти, как говорят русские.
        - Но отправлять Красное Золото в Россию, это... - хозяин кабинета покачал головой. - Нет, Самуэль, никак не возможно.
        - У них другое задание? - догадался гость и пожалел немедленно.
        - А это не твоё дело, - хлестнул ледяным взглядом своего подчиненного мужчина.
        - Да, сэр. Я понял, сэр, - Самуэль хоть и служил уже давно в организации, где муштра почти полностью отсутствовала, но сейчас вытянулся в струнку так, что самый дотошный сержант не сможет придраться к его стойке «смирно».
        - А раз понял, то я больше не хочу слышать от тебя глупости. Направь третью группу, разбавь её специалистами по России и двумя или тремя псенами. Обязательно пусть будут смазливые мальчики и девочки в группе.
        - Будет сделано, сэр.
        - Приступай, Самуэль.
        Мужчина выходил из кабинета с холодной испариной между лопаток и мыслями, что придётся очень постараться, чтобы сделать так, чтобы группа незаметно растворилась на просторах самой огромной страны в мире. Из-за медовой ловушки, которая с большой долей вероятности может быть использована в деле вербовки русского, команда будет раздута. Но, дьявол всех побери, как узнать на кого её, ловушку, настраивать? Кто этот псен - мужчина или женщина? Если мужчина, то кого предпочитает - блондинок или брюнеток, рыжих или вовсе азиаток? А если женщина? У русских и так душа полна загадок, их же женщины - это квинтэссенция антилогики! Вот и придётся включать в штат группы чуть ли не дюжину лишних агентов.
        «Хм, а с другой стороны, такое количество сыграет на руку в деле маскировки. Кроме китайцев и чёртовых индусов прочие игроки не способны рисковать таким числом отлично подготовленных специалистов».
        Глава 4
        От сильной дрожи в нагрудном кармане рубашки я вздрогнул и покрылся холодным потом за долю секунды. Только миг спустя дошло: телефон.
        Номер был не знаком, хотя, я догадываюсь, кто и ради чего меня решил побеспокоить ночью. Тьфу, это тут ночь, а дома как раз наоборот.
        - Алло.
        - Никита? Здравствуйте.
        - Да, здравствуйте.
        - Я по поводу объявления насчёт газонокосилки.
        - А-а, понятно. Меня сегодня не будет на месте, появлюсь завтра утром, днём. Вы на машине?
        - Да, машина есть.
        - Тогда подъезжайте завтра до вечера, загрузим газонокосилку и проверим её где-нибудь по вашему усмотрению... - я назвал свой адрес, попрощался и отключил телефон. Совсем. И сим-карту вытащил. Уже во второй раз забываю о такой мелочи, как вырубить мобильник перед прыжком. Эдак и спалиться можно в лёгкую.
        Так, вроде бы всё - громкая компания разноцветной молодёжи на трёх машинах угомонилась и укатила. Можно действовать.
        Сначала прыжок в угол, за сетчатые ящики с вентиляторами от кондиционеров, потом бочком, пряча лицо от возможных видеокамер под капюшоном и солнечными зеркальными очками (это ночью-то), добраться до банкомата и встать сбоку от него так, чтобы дотягиваться до него лишь кончиками пальцев и не попасть на встроенную камеру, с которой может вестись съёмка онлайн в СБ.
        Сосредоточился, ощутив, как сначала в груди поселяется ледяной холод, потом возникает жар и затем сразу эти два чувства начинают терзать меня одновременно.
        - Млин, - шиплю я сквозь зубы и перемещаюсь в пустыню.
        И вместе со мною часть стены из бетона и кирпича, с кусками ровно обрезанных стальных прутьев арматуры и огромным ящиком банкомата.
        Картина та ещё была - кусок здания с сейфом посреди каменистой пустыни и рядом жёлто-красная палатка, которую я разбил здесь двумя днями ранее, когда готовился к операции.
        Чуть отдышался, залез в палатку и там тепло оделся: унты, полярная одежда (всяческие мембраны, отражающие чешуйки и прочие нанотехнологии), маску на лицо и перчатки.
        И снова прыжок, который перенёс меня и мой груз во льды, где в первую секунду, несмотря на утепление, у меня дыхание перехватило от холода.
        Обратно в пустыню вернулся очень быстро, наплевав на отдых. Потом в палатке полтора часа боролся с сонливостью и дыхательной техникой успокаивал пожар в груди. Наконец, когда почувствовал, что силы вернулись, я перенёсся в свою квартиру. Там прямо в одежде (полярную «шкурку» стянул ещё в пустыне) упал на диван, только ботинки скинул. Последнее что сделал - вставил сим-карту, включил телефон и поставил тот заряжаться.
        И мгновенно уснул.
        Проснулся от неприятного треска и гула. Который не сразу опознал. Оказалось, это мой телефон по комоду прыгает.
        - Алло, кто это?
        - Никита, мы с вами вчера договаривались по поводу газонокосилки. Я не вовремя?
        - Нет-нет, всё нормально, я дома жду.
        Клиент появился через пятнадцать минут. Ещё час у нас ушло, чтобы проверить работу машинки для подстригания травы, поторговаться, сойтись в цене и ударить по рукам.
        Ещё сутки я набирался сил и давал побольше помариноваться чуткой электронике на крутом морозе. Опасался химических ловушек, могущих находиться в банкомате. В моей-то стране все жадные, побояться из-за действий неуклюжих инкассаторов потерять миллионы, если сработает ловушка и зальёт краской кассеты с банкнотами. В Европе и США с этим более строго, для них все едино: деньги в банкомате или деньги, которые им выплатят страховые компании за порчу первых.
        Опять совершил прыжок в пустыню, только не к палатке, в на несколько километров в сторону, где долгое время наблюдал за лагерем, опасаясь ловушки. Ведь если имелся спутниковый маячок, то засечь его появление здесь вполне можно и даже направить сюда какую-нибудь группу (людей в чёрном или «малдеров-скалли»).
        К счастью, всё было тихо.
        Через час рядом с палаткой лежал банкомат весь покрытый толстым слоем изморози. Ещё через два (с непривычки долго провозился да и осторожничал я, переживая по поводу ловушек, которые могли не заморозиться, хотя в том месте ртуть превращалась в твёрдый металл) у моих ног лежали пластмассовые «пеналы» с банкнотами.
        Прыжок в Россию совершил в район дачи, пойдя на поводу у своей паранойи, которая с конца весны поселилась в мой голове, даже не исчезая ни на миг.
        «Буржуинский» банкомат принёс мне двести одиннадцать тысяч долларов с мелочью. С такой суммой можно позабыть о шабашках - стройматериалы, инструмент и прочее, которое я вот уже почти три месяца понемножку таскаю с разных крупных баз и складов.
        Банкомат «взял» на другой стороне земного шара по той причине, что хотелось насолить гадам и так больше шансов было остаться неузнанным, так как в Америке я ничего не забыл, там даже интересных мест, тех же зон отдыха, курортов, не так и много. И ещё раз повторюсь - хотел сделать бяку потенциальному, как говорят в армии, противнику.
        Так себе патриотизм, правда.
        Две недели я распродавал свои «честно» нажитые вещи, а потом затосковал по отдыху. В самых известных уголках планеты, там, где риск попасться невысок, я уже побывал. Сейчас захотелось чего-то такого-эдакого. Особенно сильно укрепилось желание сменить августовскую с частыми мелкими дождями и не самой тёплой погодой среднюю полосу после одной рекламной брошюрки: плавающий дом на озере, тишина и умиротворение, отличная рыбалка, тёплый климат - всё это подойдёт для самого искушённого любителя комфорта и отдыха среди природы.
        Домик на воде, к которому шла длинная узкая тропинка, очень сильно своей формой напоминал тыкву. А отметинами окна-двери - тыкву с Хеллуина, только, конечно, веселее. Пейзажи были такие, что я загорелся там побывать... пока не ознакомился с условиями. Они мне не подходили категорически, все моё инкогнито рушилось напрочь.
        И тогда я засел за фотографии со всего мира, выискивая похожие места - тепло, озеро и домик, можно крошечныё островок или косу, где этот домик будет стоять. Или чёрт с ним - у меня пара отличных палаток имеется, они не уступят ни в чём плавающему дому, а то же бунгало переплюнут в лёгкую.
        Всё произошло во сне. В нём я лежал на песчаном пляже у самой воды, позади (я точно это знал, хотя и не видел) стояло бунгало. Пляж и жильё располагались не небольшом островке на озере.
        Мне было хорошо, нега и умиротворение завладели мною в этом месте. Так бы всю жизнь здесь провёл. Одним словом - лепота!
        Солнышко припекало всё сильнее и, словно, нарочно, её лучи сконцентрировались точно напротив сердца, прижигая кожу так, словно прошли сквозь лупу.
        Дискомфорт всё усиливался, я вот-вот должен был проснуться.
        Сквозь сон почувствовал, как начал ворочаться... мешало чувство того, что больше я здесь не смогу побывать. Не увижу и не испытаю больше негу, которая накрыла меня на этом островке.
        «Нужно охладиться в бунгало, - мелькнула туманная мысль, - подальше от прямых лучей солнца».
        И я прыгнул.
        К сердцу прижали раскаленный утюг, снизу ударило что-то твёрдое и трухлявое, от удара провалившееся куда-то вниз. Миг падения и очередное столкновение многострадальной спины с землёй.
        - М-мать!.. - прохрипел я от души. Воздух из лёгких вылетел махом, но злости было столько, что я нашёл силы парой слов выразить своё мнение тем, кто так надо мной пошутил.
        Я больше не спал, но сон продолжался.
        Бунгало, пляж, озеро - всё было, как в недавнем сновидении.
        - И куда же меня занесло?
        Состояние разбитости после телепортации было такое, как если бы на Луну переместил. Без шуток.
        Никогда я так паршиво себя не чувствовал. Могло такое со мною случиться из-за того, что прыжок произошёл во сне? Хм, могло-могло, всё-таки, в тех силах, которыми управляю с недавних пор, я совсем не разбираюсь.
        Отдышавшись, я выбрался из той трухи, в которую превратилось бунгало после моего приземления на его полу. По виду - строению лет пятьдесят, настолько всё высохло и сгнило. От жердей осталась только потрескавшаяся верхняя оболочка, внутри же всё давно уже превратилось в прах. Уцелели угловые столбы и часть жердей, на которых держалась крыша.
        Крыша - полотнища из длинных, похожих на камыш, но шире и длиннее раза в три, листьев. Там остались только прожилки и рама, на которой держалась «плетёнка». Когда щупал древнее строение, то глаз кольнула странность - всё было собрано из даров леса. Жерди, крыша, лианы, которыми всё намертво крепилось. Ни кусочка проволочки, маленького гвоздя или полоски алюминиевой жести от банок из-под напитков.
        - Блин, не бунгало, а шалаш дикарей, - подвёл я итог осмотра строения. Следом пришла очередь островка, ставшего моим пристанищем.
        Первое - ни одного растения, насекомого и живности (прыгали какие-то мелкие зверьки с пичугами по деревьям и кустам) я не знаю. Второе - островок не велик, примерно метров триста на полтораста и невысок. В паводки и ледоходы, если тут есть сильные морозы, большая часть его должна заливаться. То-то шалаш чуть ли не в центре стоит и на чём-то вроде холмика, местного прыща на шкуре острова. Третье - если это озеро, как представлялось в моём сне, то оно сопоставимо с морем. Лично я только один берег сумел рассмотреть, зеленеющий в паре километров от моего острова. Чуть дальше торчала из воды ещё одна зелёная бородавка, братец моего кусочка суши, но намного меньше.
        Ах да, вода была пресная, никакой горечи, солоноватости не ощущалось ни на йоту.
        Течения не ощущалось, водная гладь морщилась от ветра и только. Если это большая река, то без течения... да быть такого не может.
        Кроме Байкала другого озера мне в голову не лезло. Но там сейчас намного прохладнее да и растительный мир совсем другой. Здесь же жарит под тридцать и ни одной сосны, кедра, зато хватает лиан.
        Африканское озеро.. м-м, как там его... Таньгати... Танганьика! Точно, именно оно. Хотя... блин, ну как тут угадать-то? Я только читал и пару десятков фотографий видел о нём, лично не был, хоть и собирался. Огло так получиться, что меня в Африку выкинуло во сне? А вот и могло.
        Глубина начиналась метрах в десяти от берега острова. Резко, как с обрыва ухнул в тёплое,как парное молоко, воду, от чего сердце замерло. Отплыл подальше от островка и нырнул на пять метров - больше просто не смог. Дна не только не достал, но просто не увидел. Нужно будет с эхолотом сюда наведаться, с лодкой, да и навигатор прихватить, чтобы сориентироваться по координатам.
        «А ещё гарпун помощнее, а то мало ли что за Несси тут обитает», - прошептала паранойя. И тут я рванул к берегу на такой скорости, которую только смог развить. На берег выскочил пробкой и бегом - только пятки сверкали - пронёся по пляжу поближе к зарослям с высокими деревьями.
        Расслабился, балбес, ой, расслабился. Судя по климату и богатству растительного мира, тут тропики или что-то близкое. А чем у нас богаты они? Правильно, разными змеями (плавающие змеи все без исключения ядовиты, это среди сухопутных рулетка: повезло - не повезло), пираньями, рыбками и рачками, которые лезут во все щели, мать их, где потом мечут икру.
        После этих мыслей я рванул подальше от зарослей, где могла прятаться мамба, кобра или ещё какая-нибудь гадюка. Хоть сообразил воду языком пробовать, не пить, когда проверял вкус и качество, а то бы вырастил в себя живую верёвку метров, эдак, тридцати. Но дома всё равно приму пяток пилюль от паразитов и антибиотиков, бережёного и Бог бережёт.
        Самочувствие всё ещё было не самое хорошее, телепортироваться в квартиру нельзя, если не хочу потом отлёживаться пару дней. И вот, пока было свободное время, я принялся запоминать окружающую природу. Осматривал деревья, растения, лианы и цветы, запоминал плоды и корешки, считал количество лапок у насекомых, изучал их крылья, цвет, число хитиновых чешуек.
        Мешало отсутствие телефона, в котором имелась неплохая фотокамера. Сейчас как было бы хорошо сделать сотню снимков, а дома прогнать в интернете, выискивая схожие.
        Но чего нет, того нет.
        Наконец, самочувствие восстановилось, и я совершил прыжок домой. Вновь запылало в груди, появилось сильное головокружение и тошнота, на несколько минут я потерял ориентацию в пространстве, из-за чего не удержался на ногах и упал на пол, больно ударившись локтём и правым боком о стул.
        В квартиру я вернулся около двух часов дня. Перенёсся в пять-шесть утра, по внутреннему чувству времени я провёл на острове часа четыре, не больше пяти. Хм, или я потерял где-то час, или внутреннее чувство начало сбоить, чего раньше не было никогда.
        Первым делом, как очухался, я залез в аптечку, потом в душ, сменил одежду (это майку да трусы, которые после путешествия в Африку стали похожи на половые тряпки). Потом перекусил и зашёл в интернет.
        «Итак, озеро Танганьика... что тут у нас по тебе есть?».
        Фотографии фауны и флоры отличались от видов, которые я видел сегодня. Практически ни единого совпадения, разве что пару островков нашёл, с натяжкой и допущениями похожие на тот, где я проснулся. Но острова на то и острова, что похожи друг на друга. Топографию я же не делал, всё на глаз да ориентируясь чувствами.
        Посмотрел всё про озеро Ньяса, чей климат похож на тот, где я очутился. Потом были на очереди Мичиган и Гурон, Большое Медвежье озеро (это которое в Канаде, его я уже смотрел от расстройства, понимая, что климат отличается очень сильно), Байкал. Да я всё озера на Земле просмотрел, выключив компьютер глубокой ночью.
        И ни одного совпадения.
        Расстроился ли я? Да вот ни на столечко! Меня лишь сильнее подстегнул интерес ещё раз (и не раз) побывать в том месте. Подготовиться соответственно, набраться сил и совершить прыжок, который должен пройти легче по причине первого знакомства с местом.
        Подготовка заняла десять дней. С собою брал груза на пятьдесят килограмм - легкую лодку, четырёхместную палатку, надувной матрас, арбалет с болтами (третья вещь по весу, после лодки и двигателя), хондовский четырёхтактник для лодки, продукты и электроника.
        Сосредоточился на знаком пляже у неизвестного (точнее, неопознанного, но склонялся к африканским водоёмам) озера, почувствовал рождение огонька в груди, который быстро перерос в пожар и...
        - Зараза! - тяжело произнёс я и часто-часто задышал, справляясь с тошнотою, навалившейся на меня после телепортации, потёр грудь. - Печёт-то как.
        С момента ухода ничего не изменилось - не прибавилось сломанных веток, не прибило волнами банок и бутылок, не появились проплешины костров.
        Первая неприятность ожидала меня, когда достал навигатор и попытался определить местоположение. Но шиш - прибор из самых дорогих и надёжных в мире не видел ни одного спутника. Походив вдоль берега взад-вперёд, я плюнул и повесил его на сук ближайшего дерева. Пусть ищет, гад такой, старается, мощных аккумуляторов ему надолго хватит даже в энергоёмком режиме.
        Следующий час потратил на фото- и видеосъёмку, не пропуская ничего, ни камешка, ни травинки, ни причудливой пустой ракушки на берегу. Заполнив до отказа флешку, я отложил съёмочную аппаратуру в сторону и взялся за цифровой бинокль.
        Начала осмотрел далекий островок, до которого, если верить показаниям бинокля, было около шести километров. Потом перевёл внимание на берег, что расположился в трёх километрах и четырёхстах метрах.
        Многого не увидел, только густую стену деревьев и кустов, почти вплотную примыкавшую к срезу воды. Птиц было очень много, раз в десять больше, чем на моём островке. Иногда проскакивали какие-то зверьки, но так быстро, что толком рассмотреть их не получалось.
        Проверил навигатор и с досадой сплюнул под ноги: хрен мне, а не координаты острова и снятие покрова тайны над озером. Может быть, сложный перенос что-то повредил в этом приборе? Ладно, в следующий раз возьму несколько, от самого простого до военного образца. И не только GPS, но и ГЛОНАСС.
        Разложил палатку, собрал хвороста и запалил небольшой костерок, на который поставил походный чайник. Воду осмотрительно взял с собою, опасаясь употреблять местную даже после кипячения.
        После перекуса и обеденной дрёмы, я взялся за лодку.
        Через час запустил мотор и на малых оборотах двинулся вперёд. Куда? Да чёрт его знает, просто вперёд, вдоль берега проплыву, соседний островок навещу - вдруг там найду следы цивилизации, а то и аборигенов? Из-за последнего я с собою арбалет прихватил. Мало ли что, применять не собираюсь, но умный человек однажды сказал: лучше иметь при себе оружие и не использовать, чем не иметь, когда оно необходимо. Как-то так, в общем. Будет чем припугнуть.
        Лодочка не большая, чуть больше двух с половиной метров из ПВХ, но с транцем. Мотор и пятнадцати килограмм не весит, с воздушным охлаждением и на низких оборотах негромко урчал, не создавая никакого дискомфорта. Мотор разгонял лодку до скорости, когда человек движется быстрым шагом. Мало, но для меня вес играл в первую очередь. Позже притащу сюда хоть дизель на полста «лошадок».
        Прошёлся вдоль берега до островка, оплыл его по кругу (так, ерунда какая-то, мой больше и зеленее), не увидел ничего интересного, сделал несколько снимков и решил возвращаться. Путь выбрал подальше от берега, собираясь на километр-полтора отойти от линии островов.
        Очень часто на моём пути выскакивали из воды рыбы и некоторые были существенных размеров. Опознать ни одной не смог - слишком быстро всё происходило, в следующий раз прихвачу удочек пяток и сеть для глубины. Не потому, что стал таким уж прям браконьером, а ради натуралистического интереса - кто или что попадётся в сеть, чтобы потом добычу поискать в интернете и понять, насколько съедобна и где она встречается чаще всего.
        Сделал несколько остановок, чтобы встать в полный рост в утлой посудине и осмотреть горизонт из бинокля. И даже что-то такое увидел вдалеке, очень-очень далеко, даже не понял что именно: другой берег или очередной остров.
        А потом случилась вторая неприятность.
        Прибавив оборотов, чтобы поскорее оказаться на берегу (от водного путешествия меня уже скука глодала во все тридцать два), я стал поворачивать румпель к своему островку, когда сбоку у кормы в небо ударил огромный фонтан воды!
        Лодка получила хороший пинок снизу, встала почти что на нос, а меня, не ожидавшего от тихой природы такого финта, выбросило за борт.
        Вынырнул через несколько секунд (спасибо спасжилету и моей паранойе, что заставила его одеть), чтобы увидеть, как чья-то огромная пасть перекусывает лодку пополам, утягивая её в пучину.
        Дальше от шока я позабыл обо всём. Вместо того чтобы воспользоваться своим даром, я начал суматошно бить руками и ногами по воде. Стремясь отплыть от места нападения. Пришёл в себя через минуту, вновь вернулась способность соображать.
        Удрать от хищника в его родной стихии?!
        К счастью, я успел телепортироваться на остров до того, как монстр распробовал невкусную резину, сдобренную металлом, маслом и бензином и решил взяться за десерт.
        Потом долго без сил лежал в грязной луже рядом с палаткой, приходя в чувство. Трясло ещё час, а потом до вечера ходил, как пыльным мешком ударенный. Только из-за этого я решил, что столкнулся с Несси - динозавром из озера Лох-Несс. Про климат я просто не подумал, находясь под впечатлением от подводной атаки.
        Жалко было электронику - бинокль с «зеркалкой» и навигатором, которые ушли на дно вместе с лодкой. Жалко не из-за стоимости (пфе, проблема, я еще себе натаскаю таких штук), а по причине утраченных фотоснимков и видеоматериалов.
        Оставаться на острове ночевать, как собирался до этого, не решился. Мало ли кто тут обитает в воде и какую жизнь ведёт. А ну как выйдет ночью на бережок и схрумкает меня за милую душу вместе с палаткой? Потому и вернулся в квартиру, как только восстановились силы.
        Глава 5
        - Значит, другой мир! Ох-ре-неть!
        Это было сильно, внушительно, глобально и потому оказало на меня... слабое впечатление. Ну, другой мир, ну, не Земля - и что?
        Если же серьёзно, то я просто устал удивляться и поражаться, потому эта новость лишь чуть смутила меня и только. Глобальность факта сыграла прямо противоположно с моим сознанием. Мне было страшнее и непривычнее, когда узнал о своём Даре.
        Зато стоило мне осознать это полностью, внутри всё затрепетало - другой мир, чужой мир!
        Мой мир! Или станет таковым, если у него нет своих хозяев.
        Всё началось с засад и простых охотничьих видеокамер, которые я установил повсеместно на острове. Ближайшие работали постоянно, питаясь от больших аккумуляторов по проводам. Дальние - в режиме движения (сработали всего несколько раз, на плещущуюся рыбу, ночных птиц и мотыльков, пролетавших прямо перед фокусом).
        Пару ночей я обращал внимание только на движения, тени, звуки. На третий день внимание подтупилось и стало искать (чисто из интереса) что-то другое. И нашло: на одной из видеозаписей при быстрой прокрутке по ночному небу проползла луна.
        Сначала я не понял, что же меня так привлекло в ней, а потом дошло: размер и цвет! Луна казалась кофейным блюдечком рядом с суповой тарелкой. Ладно, мало ли что за широта-долгота тут, у себя дома не раз наблюдал, как оптически менялся размер луны: восходит огромная, а в зените становится много меньше. Дальше цвет: местная луна не серая, серебристо-серая, а имеет насыщенный красное свечение с багровыми, местами угольно-чёрными пятнами. Вновь можно списать на оптический обман, туман, дымку, смог, погоду, наконец. Но, чёрт побери, сразу два отличительных признака одновременно?!
        Следующим шагом стало заселение острова живностью - кошками и собаками. И тех, и других я соблазнил кусочками корма, пропитанных снотворным, потом со спящими животными в клетках совершил переход в соседний мир.
        Три дня навещал днём остров, подкармливал дичившихся меня зверей (так ко мне, заразы, и не подошли, к корму притрагивались только после моего ухода), ночью следил (точнее, следили мои камеры) за тем, а не соблазнится ли кто-то опасный земными переселенцами. К счастью, всё было спокойно.
        Четвёртую ночь я провёл на острове, окружив себя полосой из колючей проволоки, сетки-рабицы, насыпав в радиусе десяти метров от себя широкую полосу из острейшего перца (два тридцатикилограммовых мешка реквизировал со склада в Мексике). Я бы и мин наставил, но не имел при себе таких полезных вещей, а искать подходы к армейским складам... ну, не считаю это правильным в данный момент. Риск велик - польза сомнительна.
        Ночью тщательно искал знакомые созвездия, попутно снимая на несколько камер звёздное небо. Днём, вернувшись на Землю, я провёл беглый сравнительный анализ родного и чужого неба. И... ничего общего!
        Всё, могу утверждать с уверенность в девяносто девять процентов, что мною открыт новый мир!
        Устав (не только физически при переходах, но и морально) от проделанной работы, я устроил себе отдых. Пара дней рыбалки на акул, день дайвинга, ещё один - подводная охота среди кораллов, пятый и шестой - купание, гонки на водных гидроциклах, на лыжах и с парашютом за катером. А потом заскучал, причём душа хотела отдыха, но не хотела разворачиваться до конца от всего, чем я успел позаниматься. И женский пол как специально попадался не фактурный, не чувствовал я в этих куколках ничего, кроме жадности и желания подцепить денежного бойфренда. Ну их к бесам.
        А потом вспомнил о Иннесе.
        - Привет, Иннеса, это Ник. Помнишь мы с тобою отдыхали на Пхукете? - самым дружелюбным и радостным тоном на какой только был способен произнёс в трубку, когда гудки сменились вопросительным восклицанием знакомого голоса.
        - Ник... из России? - прозвучал удивлённый голос девушки.
        - Да.
        - Я помню тебя... подожди, - секунд десять в трубке я слышал тихий шорох, потом с ещё большим удивлением мне был задан вопрос. - Ты в Дрездене?!
        - Да.
        - Ты по делам? Ой, извини, совсем не то спрашиваю... ты же не просто так звонишь?
        Её английский я понимал с пятого на десятого, да ещё по телефону и взволнованным голосом.
        - Иннеса, я хочу встретиться с тобой. Это возможно?
        Короткая пауза и неуверенное:
        - Да.
        - Прямо сейчас? - решил я ковать железо, пока горячо.
        - Найн... извини... нет, не могу сейчас. Потом...
        - Когда?
        Блин, вот два «полиглота» встретились - не речь друзей, а команды и рапорта от служак: коротко, резко.
        - Вечером... в семь. Ты согласен?
        - Конечно, Иннеса. Встретимся в кафе Эмиль Райманн, хорошо? Или в другом месте предпочитаешь.
        Опять пауза и неуверенное согласие:
        - Да... я не против.
        Не знаю, что смутило мою знакомую, когда я назвал место встречи. Кафе, сравнительно, недалеко от её дома. Девушка, как и все немцы, привычна (считаю так и хорошо бы не ошибиться) к такси и дорога займёт минут пять-семь. Если есть машина, то тоже всё хорошо получается. Само кафе, судя по отзывам, очень хорошее - удобно расположено, место красивое, ассортимент, если верить записям побывавшим тут, великолепен. Работает с семи утра до десяти вечера, так что у нас с Иннесой будет время насладиться сладостями. Цены? Ну, не самые демократичные, но для меня это совсем не проблема. Может, тут работает кто-то, кому она не хочет показываться на глаза? Ладно, всё равно не узнаю, если сама не скажет, чего тогда гадать.
        Девушка подошла к зданию с кафе без пяти минут восемь. Появилась незаметно, я так и не понял - подъехала на такси, из-за угла вышла?
        - Привет, - улыбнулась она мне.
        - Иннеса, привет. Выглядишь замечательно, - улыбнулся я девушке и протянул букет, час назад приобретённый в цветочном магазинчике. Почему-то, дали без всякой обёртки и украшений (словно, сам взял и сорвал с грядки), только узкой ленточкой перевязали.
        - Спасибо, - ответила она и покраснела.
        - Пройдём? - я указал на кафе.
        - Да.
        Выглядела девушка даже в простом коротком плаще и с полупрозрачным шарфиком на голове великолепно. А когда сняла верхнюю одежду, то я на миг потерял дар речи. Кажется, до меня дошло, куда ушло то немалое время от телефонного разговора до встречи.
        - Я повторюсь - ты прекрасна! - выдохнул я. - Лучше всех в мире, изумительна! Извини, если не так говорю, я впервые в Германии и впервые вижу такую ослепительную девушку.
        - Спасибо, Ник. Мне очень приятно и не нужно смущаться, ведь ты не немец и тебе многое простительно. Да и наши мужчины они... другие, не как ты.
        Поначалу на нас изредка с любопытством косились посетители, но вскоре привыкли и позабыли.
        Качество, количество и порции в кафе были выше всяческих похвал, разумеется, на мой вкус. Чуть-чуть показались медлительными официанты, и в меню не оказалось торта, который мне понравился на витрине, из-за чего пришлось сходить вместе с официантом и тыкать пальцем.
        Съёсть всё не смог, зато понадкусал и насладился разными непохожими друг на друга вкусами. Но больше болтал с девушкой, расспрашивал о городе, про увлечения, в общем, пустой обычный трёп.
        Когда собрался оплатить меню - моё и Иннесы, встретил сопротивление. Почему-то, девушка была сильно против такого поступка. М-да, нужно было в интернете не кафе да улицы рассматривать, а поинтересоваться, как правильно ухаживать за немками. В Таиланде она мне не показалась зажатой какими-то моральными или социальными рамками, да и привык, что в последнее время мои спутницы только рады, что я плачу.
        Чуть позже узнал, что среди немцев такое не принято. И в большинстве случаев, если мужчина приглашает женщину на следующее свидание, опять и опять, то это значит, что у него очень серьёзные планы. Ах да, к сексу немки относятся почти как к фитнесу, долгое воздержание вредно же, а жители Германии помешаны на здоровом образе. Впрочем, это касается обоюдного желания - насилие немцы не приемлют.
        Кафе покинули за полчаса до закрытия, потом стояли на улице, молчали.
        - Ник, ты где остановился? - первой нарушила молчание Иннеса.
        - М-м, в одном отеле... название где-то записано. Так не произнесу.
        - Далеко?
        - Порядочно. Но на такси доберусь быстро. Мы завтра можем ещё раз увидеться?
        Вместо ответа сам получил вопрос.
        - Как долго ты будешь в Дрездене?
        Я пожал плечами:
        - Не знаю, наверное, несколько дней. Я просто приехал, тебя повидать, Иннеса.
        Девушка внимательно посмотрела на меня, помолчала и неожиданно (хотя кому я тут вру - ждал и верил, надеялся и думал, как повторить то, что мы с ней вытворяли на Пхукете) предложила:
        - Не хочешь поехать со мною? Я снимаю две комнаты с подругой, но она нам не помешает... и не станет участвовать, она любит только женщин.
        Про то, что живёт с лесби (интересно, снимает комнаты или именно живёт, пара у них) сказала совсем просто. Я так про коллегу рассказываю, мол, Колька у меня сменщик.
        - Очень хочу.
        Прожил с Иннесой четыре дня. Соседка, как и было обещано, ни словом, ни жестом не показала, что я ей неприятен, мешаю. Симпатичная девица с двумя хвостиками рыжеватых волос, высокая, выше моей подружки, но грудь ещё меньше да и в целом излишне худа - ещё не «вешалка», но близка к этому. От неё узнал, что обретается в модельном бизнесе. Потом расспросил Иннесу и успокоился: она и Альма просто соседки, хотя и пыталась моделька увлечь мою немку в свою «религию».
        Так и не разобрался в менталитете немцев. Например, обе девушки спокойно отнеслись к тому, что я заполнил огромный холодильник дорогими продуктами. На второй день заменил кофемашину, так как старая барахлила, а немки просто с ума сходили по этому ароматному напитку. Сказал, что подарок, и всё, вопрос был исчерпан. Зато когда предложил оплатить билеты на экскурсии, Иннеса отказала. Вот и пойми их, этих немцев.
        Получив огромный заряд энергии после таких каникул, я рьяно взялся за обустройство острова. Установил большую палатку, которая рассчитана на десять человек. Со стороны она была похожа на небольшой домик, причудливой формы, в ней даже имелись окошки из прозрачного гибкого пластика. Каркас из тонких и очень прочных стальных трубок, дополнительно крепилась растяжками. Пол из тонких пластин пластина и материала, похожего на прочный пенопласт. Внутри столик, пара маленьких кресел, гамак и надувная высокая кровать, ну, или матрас, кому как понятнее. Палатка трёхслойная, первый слой грубоватый и очень прочный, который легко справится с когтями крупных хищников (это из хвалебных отзывов в рекламном проспекте). Второй для сохранения температурного режима, третий совсем тоненький внутренний для эстетического восприятия. Тамбур просторный, с москитными сетками и толстым пологом снаружи.
        На поляне неподалёку поставил в ряд солнечные панели, энергия которых питала всю бытовую и прочую технику в палатке и рядом. На случай пасмурной погоды имелся дизельный генератор, с самодельным глушителем и в будке из ОСБ и пенопласта, чтобы снизить шум при работе.
        Рядом с пляжем на волнах покачивалась большая лодка с алюминиевым днищем и баллонами ПВХ. Пятиметровый «Раптор» с шестидесятисильным двигателем. На этом судне я и исследовал озеро.
        Нападений подводного монстра больше не было, да и я старался передвигаться на большой скорости, часто меняя курс.
        Нашёл несколько островов, не уступавших моему в размерах. Два понравились особо.
        Первый был похож на колобка с разинутым ртом, если смотреть сверху: круглый, высокий и густо поросший лесом, плюс, крошечная бухточка (тот самый рот) была наводнена всевозможной водяной живностью. Размером полтора километра в диаметре.
        Второй был похож на того же колобка или череп. Широко открытый рот - огромная пещера, раза в два больше футбольного поля, часть её, расположенная ближе к краю, куда попадали солнечные лучи и влага, была покрыта травой и мелкими кустарниками, по самому краю росли кривые деревца. Дальняя часть пещеры была покрыта слоем гальки, булыжников и мхом. Высота входа почти двадцать метров, ширина сто семьдесят. Надо «ртом» расположились два «глаза». Первый над левым уголком пасти: небольшая пещера с овальным входом пять на десять и в глубину двадцать пять. Третья пещера была в центре «лба» ближе к «макушке». От второй отличалась только большими (но не намного) размерами. Верхние пещеры была заселены птицами, в самой большой я видел только несколько крупных и жирных ящериц, которые быстро прятались среди камней и в трещинах при моём приближении.
        Всего в высоту остров был метров семьдесят. До входа большую пещеру - семнадцать, причём забраться из воды было невозможно. Слишком гладкий и скользкий из-за сырости и плесени камень, слишком сильный отрицательный наклон. Сюда только на вертолёте или с палубы корабля на подъёмнике забираться. Идеальное место, чтобы чувствовать себя защищенным.
        Я даже всерьёз задумался над тем, чтобы сюда переехать. Но потом вспомнил, чего мне стоило разбить лагерь на прежнем месте, и решил не торопиться. Тем более, мне и Колобок пришёлся по душе за свою бухту, где я отлично порыбачил.
        Я так и назвал острова - Бунгало, Череп и Колобок.
        До дальнего берега я так и не добрался, хотя в последний день сумел рассмотреть на пределе видимости чёрную ленту на горизонте, покрытую белой полосой. То ли. Горы со снежными шапками, то ли, они же, но укутанные облаками. Приближаться не стал, так как по времени было пора возвращаться в лагерь. От Бунгало до этой точки было почти сто километров. До гор - около сорока, на первый взгляд.
        Вот так озеро! Если в ширину оно полтораста километров, то, сколько же в длину? Да тут пара стран с Земли уместится. И островов хватает, но все (те, что успел осмотреть) незаселённые. Единственный намёк на разум - древний трухлявый шалаш, на месте которого сейчас стоит моя палатка.
        С местными жителями я столкнулся через полтора месяца с момента колонизации чужого мира.
        Встреча вышла неприятной.
        Сначала я услышал лай Пушка, через несколько минут к нему присоединился голос Тузика. Обе собаки понемногу привыкали ко мне, гладить не разрешали, но уже спокойно ели в нескольких шагах от меня, перестали лаять и рычать.
        Мне стало интересно, что же там они увидели. На кошек, которые совершено одичали, они так не лают, зверей на острове не было, крупных точно. А тут аж на хрип Тузик срывается.
        Спокойно вышел из палатки, без всякой задней мысли прихватил арбалет (больше по привычке - спокойная жизнь меня расслабила), и пошёл к пляжу.
        А там обомлел.
        По озеру к острову шли две узких и невысоких, но длинных лодки с высокими и острыми носами. В каждой сидело около десятка гребцов, равномерно в такт опускающие вёсла в воду. Было до них метров сто и с развиваемой скоростью они причалят к острову меньше, чем через минуту.
        Меня они не успели увидеть: при первом же виде лодок я присел в кустах, став рассматривать пришельцев сквозь ветки.
        Зато обратили внимание на собак, которые прыгали у самого среза воды. Один из аборигенов, сидящий на носу лодки, опустил короткое весло под ноги и поднял со дна лодки лук, потом стрелу, наложил её на тетиву и через пару секунд пустил ту в собак. Оперённый снаряд воткнулся в песок в полуметре от Пушка. Собака в первый момент отпрыгнула в сторону, но увидев, что незнакомый предмет неподвижен и мал, с рычанием ухватила стрелу зубами.
        «Вот суки!», - промелькнула мысль при виде такого поведения незнакомцев. Я выпрямился во весь рост, раскрыл рот, собираясь возмущённо заорать... и в этот момент вторая стрела ударила пса в шею. Ранение было смертельным, это сразу стало понятно, когда из раны плеснула кровь, за пару секунд образовав большую лужу. Пушок успел сделать пару неуверенных шагов, прежде чем свалился на бок и задёргал лапами в агонии. Тузик, почувствовав кровь и смерть, испуганно взвизгнул и стремглав исчез в зарослях.
        - Эй, стоять! Назад, гады!
        Я замахал руками, потом вспомнил про арбалет, сдёрнул тот с плеча и направил оружие на ближайшую лодку. Испугаются? Задумаются? Я сам не знал, чего хотел от них, просто, увидеть, какой эффект окажу своим появлением.
        Эффект был... не совсем тот, которого хотелось. Вместо того чтобы остановиться или снизить скорость, гребцы чаще заработали вёслами, а в каждой лодке двое взялись за луки. Когда рядом пролетела первая стрела, я развернулся спиной к озеру и побежал в палатку. Там взял колчан, маскировочную накидку, которую сам сделал под местные заросли, нацепил пояс с крюком для взвода арбалета, и телепортировался на самый край пляжа, в заросли, в сотне метрах от убитого Пушка.
        Как и ожидал - вражеские лодки пристали к берегу в том месте. Быстро выпрыгнули в воду и на руках затащили посудины на песок. В руках у пятерых были луки с наложенными стрелами, остальные держали в руках копья в свой рост с узкими наконечниками. На поясе болтались ножны с широкими тесаками или ножами.
        Кожа неизвестных была немного загорелая, но не сильно, пожалуй, я смуглее выгляжу, а эти просто «бледные поганки» рядом со мною. Худощавые, скорее даже худые и за счёт своей худобы выглядят очень высокими, хотя в реальности рост каждого в пределах ста восьмидесяти сантиметров. Волосы чёрные с непонятной рыжинкой, чудным оттенком, средней длины и заплетены в странные хвостики: ниткой оплетены в середине наполовину своей длины, оставляя на концах, словно бы, кисточки. У кого-то из аборигенов хвостиков было больше, у кого-то меньше. Одеты в обтягивающие шорты ниже колен из светло-коричневого материала, на ступнях мокасины или что-то похожее. Широкий кожаный (или похожий на кожу) ремень с петельками и крючками, на которых что-то болталось - нож, фляга, трубки и короткие палки. Тело прикрывала короткая жилетка с широкими плечами и зашнурованная на груди, у некоторых вместо жилетки грудь крест-накрест перепоясывали широкие ремни, или шарфы, или полоски ткани.
        Первым делом один из копейщиков проткнул тело Пушка своим оружием.
        Щёлк!
        Тетива арбалета звонко щёлкнула, посылая вперёд углепластиковый снаряд с узким наконечником и винтовым тройным оперением.
        Целил в бедро, но из-за расстояния, возможно, от расстройства попал в голень.
        «Ну, и так неплохо, - успокоил меня внутренний голос. - Но в сердце вышло бы красивее».
        Что бы зарядить новую стрелу, пришлось встать в полный рост, зацепить крюком тетиву и резко выпрямиться. Оружие приобрёл за деньги на Аляске в магазинчике у русского владельца. Арбалет был в меру лёгок (по сравнению с другими образцами, доходившие до восьми-девяти килограмм), очень точен благодаря «ред-доту» и мощный. Только от выстрела к выстрелу проходило много времени.
        Меня заметили. Раздались гортанные выкрики, треснули тетивы луков, над головой пролетели стрелы.
        Как только тетива попала в стопор, и в желобок положил болт, прижав хвостовик пластиной, я телепортировался на другую сторону, оказавшись метрах в семидесяти от врагов, которые сейчас стояли ко мне спинами и не видели.
        «Стреляй под лопатку. Ты белый господин, пусть эти дикари знают, что зря связались с тобою, - принялась подзуживать меня паранойя. - Их нужно всех убить, чтобы больше никто не узнал про Бунгало и тебя».
        Шикнув на разбушевавшийся внутренний голос, я тщательно прицелился и выстрелил. На этот раз попал точно: стрела пробила бедро чуть ниже ягодицы, куда и целил.
        Телепортировался к палатке, перезарядился и, приседая, прячась за кустами, направился в сторону пляжа. Там поймал момент и подбил ещё одного, на этот раз выбрал лучника, вогнав арбалетный болт куда-то рядом с коленом. Ох, он взвыл от боли, первый сильный крик, который я услышал от раненых мною.
        «А может, и прямо в сустав угодил», - подумал я, телепортируясь назад к палатке.
        Четвертого сумел слегка зацепить в руку, а потом пришлось сначала бежать, прячась за деревьями, а затем телепортироваться на другой конец острова. Привёл арбалет к бою и переместился уже не в сам лагерь, а в ближайшие заросли. Несколько минут вслушивался, но ничего не заметил. И в тот момент, когда стал выбираться из кустов, сбоку раздался выкрик. Я бросился в противоположную сторону, и тут мне спину обожгло огнём.
        «Домой! Спасайся!», - резаным поросёнком завизжала паранойя. Перенос на Землю совершил мгновенно, без всякой концентрации.
        Глава 6
        - Мать... мать!.. - с подвыванием, я скинул накидку, футболку и попробовал заглянуть через плечо. Убедившись, что такой трюк мне не под силу я вспомнил про большое зеркало в ванной. Но и там толком рассмотреть не смог, лишь только ручеёк крови и кровавое пятно на правой лопатке. И боль всё усиливалась.
        Извернувшись, я прижал к ране разрезанный вдоль бинт, перекинул через плечо ремень, который затянул на груди. Торопливо оделся и переместился к пункту «скорой помощи.
        - Помогите! - с этим криком я вломился в узкий коридорчик, напротив за поцарапанным окошком из оргстекла, сидела пухлая женщина сорока лет в халате, колпаке и с мобильным телефоном в руках, в котором что-то с увлечением рассматривала. От моего внезапного появления она вздрогнула и уронила телефон на стол.
        - Ох ты ж господи! - вскрикнула она. - Ты чего?
        - Ранили меня. В спину!
        - Кто?
        «Ты им ещё про дикарей, другой мир и телепортации расскажи. Или в дурку попадёшь, или органы прослышат о тебе и заберут на опыты», - разозлилась паранойя.
        - В гараже... железка ударила... пружина, - прямо на ходу начал пояснять я. - Да вы помогите сначала, я же кровью сейчас истеку!
        - Не ори, - проворчала та, - сейчас к тебе уже идут. Вызвала я фельдшера, так что жди, не умрёшь за минуту, раз сюда добрался.
        Через минуту, которая показалась мне часом, в коридоре появилась ещё одна женщина. Лет на пять моложе первой, гораздо стройнее и даже вполне себе ничего так, миловидная, а в белом коротком халатике, чёрных чулочках и изящных лодочках выглядела, как «докторша» в мечтах возбуждённого подростка.
        - Что тут?
        - Да вот, молодой человек, говорит, что его ранили где-то в гаражах. В спину.
        - Да не ранили, а поранился. И не где-то, а в своём гараже.
        «Вот беда-то будет, если до ментов дело дойдёт, ведь придётся ещё и везти на место, - съязвил внутренний голос. - А гаражика-то тю-тю, не приобрёл ты его».
        - Пойдёмте со мною, - позвала с собою «докторша». Очень скоро я сидел на кушетке к ней спиной и шипел, когда она отрывала присохший бинт.
        - Что ты как не мужчина, - укорила она меня. - Терпи.
        - Ну, что там? - нетерпеливо спросил я, когда окровавленный бинт оказался в мусорном ведре. - Всё очень плохо?
        - А как всё произошло? - вопросом на вопрос ответила женщина.
        - Да я... пружину в гараже сжимал домкратом. Отвернулся на несколько секунд, чтобы взять болт для крепления пружины, там пластина была для него, чтобы не разжималась... в общем, неважно... отвернулся, а пружина соскочила с чашки домкрата и мне в спину. Я думал, что насквозь проткнула, там крови было полно.
        - Просто дырочка напротив лопатки и всё, - успокоила она меня. - Через неделю корочкой покроется, через две только шрам останется и тот потом исчезнет.
        - А можно укольчик сделать?
        - Так сильно болит?
        - Болит это ладно, от заражения, от гадости всякой, от яда.
        - Что же это за пружина такая, отравленная? - удивилась женщина.
        - Я не знаю... может неправильно выразился. Она старая, ржавая вся и уже лет десять в гараже в углу валялась, пока не понадобилась. А там и плесень, и мыши бегают, мало ли что попала с них на пружину. А потом мне в кровь, - я сунул руку в джинсы и достал пятитысячную купюру, которую положил на стол рядом с кушеткой. - Вот, я куплю лекарство. Если больше, то заплачу сколько нужно.
        - Не нужно, уберите.
        Я отрицательно помотал головой.
        - Будет вам укол, только он болезненный и уверяю, что зря беспокоитесь молодой человек.
        Получил аж два укола: один перенёс хорошо, а вот после второго аж дыхание перехватило. Пока приходил в себя, «докторша» успела наложить шов и перевязать рану.
        - Каждый день на перевязку в поликлинику. Сейчас назовите свои данные в регистратуре и получите направление.
        - Спасибо вам большое, до свидания.
        В общем, мне сильно повезло, что на пути стрелы оказались заросли, в которых я прятался. Смертоносный снаряд растратил большую часть силы в ветвях и только сумел пробить кожу и мышцы, после чего ткнулся в лопатку и отскочил. Меньше болеть рана не стала от осознания этого, но это лучше, если бы стрела попала в шею, например. Или между рёбер.
        Беспокоило ранение два дня, из-за чего постоянной частью моего меню стало обезболивающее. На пятый день медсестра, которая меняла повязку, обрадовала новостью, что ранка стала зарубцовываться.
        На остров я вернулся через двенадцать дней после стычки с дикарями. Переход осуществил глубокой ночью, переместившись в небольшой алюминиевой (чтобы стрелами не пробили) лодке с наброшенным поверх маскировочным пологом, с электромотором и тяжеленным аккумулятором.
        Двигатель был почти полностью бесшумным. На низких оборотах и держась в сотне метрах от берега, я оставался незамеченным. В теории.
        Кроме этого при себе имел ворот для заряжания арбалета, так как в неустойчивой посудине я рисковал упасть в воду при стандартном снаряжении оружия при помощи пояса и крюка. Да и легче так выходило, хоть и чуток подольше.
        Плюс, тяжёлый цифровой бинокль «день-ночь» белорусского производства, реагирующего на тепло в ночное время. В характеристиках значилось, что эффективен этот прибор при температуре до плюс тридцати пяти градусов. Именно поэтому я и выбрал позднюю ночь, в это время земля и растительный мир заметно остывают, особенно при наличии огромного количества воды под боком.
        Два часа я крутился вокруг Бунгало, высматривая в бинокль засады и ловушки. Бинокль был замечательным и проверку на Земле прошёл на пять с плюсом, но там уже была осень, а здесь вечное лето. Так что, даже ночью разведка с «ночником» (или тепловизором, что-то я запутался в этих вещах не будучи фанатом) прошла на троечку с минусом.
        Скоплений дикарей не нашёл (вроде бы, паранойя предлагала прыгнуть на какой-нибудь полигон и там стащить готовый к бою миномёт или реактивную установку, и потом пройтись по острову), не увидел лодок, костров.
        На рассвете, как только сошёл туман, я высадился на берег. На землю ступил с противоположной стороны пляжа и через час осматривал свой лагерь.
        Смотрел, скрипел зубами и сжимал кулаки в бессильной злости.
        Все мои немалые усилия пошли прахом. Дикари разломали и сожгли ВСЁ! На месте палатки чернела проплешина кострища, на месте генератора - следы сильного пожара (идиоты подожгли будку, не зная, что внутри аппарат с горючей жидкостью находится, жаль, что всего лишь дизель - бензиновый агрегат показал бы гадам, что чревато обижать землян), солнечные панели разбиты в хлам.
        «А металла-то и нет, почти всё забрали из железного - каркас палатки, генератор, провода», - заметил я интересный факт после осмотра.
        На «красном петухе» дикари не остановились. Они каким-то чудом перебили почти всю живность на острове и даже привезли дохлятину со стороны, наловили рыбы и всё это разбросали на месте лагеря и в его окрестностях. На двух шестах висели кошки.
        Остров буквально смердел.
        В древности на Земле победители сносили крепости и замки врагов, после чего засыпали всё солью, чтобы ничего не росло. Видимо здесь, к соли более бережно относятся или другие правила по превращению местности в мёртвую территорию.
        Остров было жаль как жаль и тех сил, которые затратил на создание на Бунгало комфортного места отдыха.
        - Тузик? - неуверенно крикнул я, увидев в кустарнике бело-рыжее пятно.
        - Гав! Га-ав-гав!
        Собака бросилась ко мне с такой радостью, так усердно маша хвостом, что иногда её заносило в сторону.
        - Как ты спасся, блохастый? - удивился я и почесал брюхо псу, упавшего у моих ног на спину.
        - Гав!
        Мелкая собачонка с яркой расцветкой выжила там, где ловкие и тёмно-коричневые полосатые кошки не спаслись. И пусть теперь мне кто-нибудь скажет, что собаки глупее кошек!
        Тузика я забрал с собою, но не на Землю, а перенёс на Череп, где решил основать новый лагерь. Там я буду если не в полной безопасности, то весьма близко к этому. И дом поставлю из металла от начала до конца, где можно будет пережить осаду в случае чего. Сварщик я или нет, в конце-то концов?
        «И оружие, нам будет нужно оружие! Много оружия! - тут же пробудилась паранойя. - А потом наберём солдат и поставим этот мир на колени. Солдат возьмём из местных, из других племён, которые враждуют с этими огнепоклонниками».
        Отправив собаку на Череп, я решил вернуться на Бунгало, чтобы набрать хвороста для топлива и забрать лодку, оставленную на противоположном от пляже берегу.
        А потом стоит навестить Колобок, где попытаться подстрелить в заливчике из арбалета крупную рыбу - себе и собаке. До вечера я решил не возвращаться на Землю. Время потрачу на осмотр пещеры и для грубого определения, где буду ставить своё будущее жильё.
        И вот во время сбора топлива для будущего костра, я увидел, как на пляж высаживаются знакомые дикари в количестве трёх десятков и с большими корзинами в руках. Повезло, что меня не заметили.
        «Вот чёрт... дров и на Колобке бы набрал, дурак», - сам себя обругал я, распластавшись на земле и не сводя глаз с врагов.
        Те осторожно, словно, внутри было что-то хрупкое, вынесли пять корзин на берег и поставили на границе пляжа и зарослей. После этого все кроме двух человек вернулись в лодки.
        Парочка оставшихся, действуя очень осторожно, перерезала узлы на крышках всех корзин, после чего острием копий столкнули на бок. И бросились бежать во все лопатки, как чёрт от ладана.
        Из корзин вывалился огненно-рыжий ком размером с баскетбольный шар, тут же распавшийся на множество крупных насекомых. Тварюшки оказались весьма прыткими и злобными, передвигались огромными прыжками и успели достать дикарей до того, как те добрались до воды. Одному досталось две или три, второму спину облепили больше десяти насекомых. И вот тут они взвыли так, что у меня волосы встали дыбом по всему телу, а по коже прошёл мороз.
        Гребцы в лодках, видя такое дело, быстро ударили вёслами по воде, оставляя товарищей одних.
        Те ещё что-то кричали, махали руками и пытались плыть, но хватило их ненадолго. Сначала один забился в воде, следом второго скрутили судороги и вот уже на водной глади никого. Кроме удаляющихся лодок.
        «Нахрен отсюда!».
        Через секунду меня на острове больше не было. Едва появился на Черепе, как ко мне с радостным повизгиванием бросился пёс. Хреново же ему пришлось, раз он так счастлив видеть меня, и не желает отходить ни на шаг. Но мне было не до его проявлений любви.
        Отодвинув ногой Тузика в сторону, я сел на большой камень и начал приводить мысли в порядок.
        Итак, местные дикари придерживаются тактики выжженной земли, только в их понимании - это загадить и сделать невозможным для жизни место. Падаль привлечёт насекомых, грызунов, которые растащат заразу по острову, возможно, там уже есть личинки тварей, разносящих какую-то заразу. Плюс, те красные мелкие существа - насекомые или животные, которых так боялись сами аборигены и, несмотря на все предосторожности, потеряли двух воинов.
        Ядовитые? Несомненно, и яд действует быстро, плюс, сами создания резкие.
        Вот бы их собрать да подкинуть в лагерь дикарей, что бы знали, как подличать. Хм, идея достойна исполнения или слишком мелко?
        «Отомстить, уродам! Спалить их дома! Мужиков в рудники, женщин, если красивые, в гарем!», - заволновалась паранойя, уловим мои мысли о всепрощении.
        Да только как найти их поселение? Просто рыскать по озеру и берегам, осматривать островки? Так и стрелу недолго получить из кустов.
        «Бронежилет носить, и проследить за этими, отравителями!».
        Я так и сделал. Правда, сначала пришлось вернуться за лодкой, которую оставил на Бунгало. Телепортировался прямо в воду, промокнув по колено. Потом добрался до берега, держась на открытом месте и подальше от кустов и высматривая красные пятна среди зелени. Издалека осмотрел лодку, покидал в неё камешки в надежде спровоцировать ядовитых тварей, буде они туда забрались. К счастью, лодка была пуста. Да и не успели бы те существа пересечь весь остров.
        Забрался в лодку, несколькими гребками отвёл её подальше от берега, а потом запустил мотор. Отойдя на километр от Бунгало, я остановил винт и взялся за бинокль. Жаль, что моя утлая лодчонка не позволяет с высоты заглянуть вдаль. Не видя дикарей, я рискую переместиться прямо им под нос. Решил двигаться на моторе зигзагами, постоянно мониторя окрестности с помощью бинокля и не повышая оборотов, чтобы не нарваться на подводного монстра. Вряд ли за те полчаса, пока я собирался с мыслями и добирался до лодки, успели далеко отплыть.
        Так и вышло.
        Уже через час я заметил вдалеке чёрные пятна лодок, идущих в паре километрах от берега. Заглушил двигатель и переместился к ним поближе с помощью телепортации. Держался далеко позади, наблюдая за ними в бинокль. Не то чтобы я боялся наличия в лодках Соколиного Глаза - попробуй рассмотри меня в этом утлом тазике. Но вот материал посудины - некрашеный алюминий, светился на солнце и не хуже зеркала пускал солнечные зайчики. Но если меня рассмотрят и увидят блеск, то пусть думают, что это блики на воде.
        Дикари оказались выносливыми, за весь день ни разу не остановились на отдых. Только в сумерках обе лодки направились к берегу, где вскоре загорелись два костра. Мне пришлось устраиваться на скальном выступе чуть ли не в десяти километрах от них в озере. Хорошо, что этот «палец» расположился почти напротив вражеского лагеря и в бинокль я мог свободно наблюдать за ними.
        Расположились на широком пляже, вытянув из воды лодки. Спокойно занялись приготовлением трапезы, выставили часового у зарослей.
        Судя по всему - до базового лагеря им далеко. Иначе могли бы доплыть по темноте или дойти по берегу. И сильно от озера посёлок не удалён, иначе, зачем им такие вместительные лодки. Не станут же они их вперёд-назад таскать из леса к реке каждый раз?
        Ночью я замерз, сидя на голом камне на двадцатиметровой высоте. Попервой боялся, что засну и пропущу отплытие дикарей, но ночная прохлада так взбодрила, что не до сна стало. Только под утро догадался, что мог переместиться на Череп и там часа три поспать, ведь всё равно дикари в ночной мгле не тронутся в дорогу.
        Наконец, вышло солнышко и очень быстро согрело меня. А согревшись, я принялся клевать носом. В один из моментов, очнувшись после очередного короткого «приступа» сна, я не увидел дикарей на берегу: они пропали вместе с лодками.
        Сонливость исчезла мгновенно.
        Вскочив на ноги, я схватился за бинокль и начал осматривать озеро.
        - Уф, вот они, - вслух произнёс я, с облегчением выдохнув. За время моей отключки лодки успели удалиться всего на пару километров от места ночёвки.
        И вот, наконец, мы добрались до селения дикарей. Случилось это в полдень, к этому времени я был готов телепортироваться прямо в одну из лодок и утащить любого из врагов. Если бы не мысль, что расспросить пленника у меня не выйдет, даже если он «расколется», непременно так и сделал.
        Поселение расположилось на высоком обрывистом берегу, самой высокой точкой в окрестности. Неровный квадрат, огороженных частоколом, за стенами то ли, юрты, то ли, вигвамы (похожи немного, но заметно ниже и не такие острые) - вот такая деревня аборигенов. Под обрывом лежали на берегу лодки, из которых только три были большие, как те, что преследовал, ещё два десятка вряд ли вместили бы больше трёх человек. Часть обрыва была срыта для удобного подъёма от воды в посёлок. Эдакая узкая канава, где едва пройдут три человека плечом к плечу. Неподалёку от берега, всего лишь в километре, из воды торчали несколько крупных валунов, самый большой возвышался над берегом на достаточную высоту, чтобы заглянуть в поселение поверх стен частокола. Правда, был риск, что на ровной поверхности меня заметит особо глазастый абориген, но тут уже ничего не мог поделать. Забраться ко мне невозможно - тут всё с отрицательными углами и отшлифовано волнами: ни бугорка, выступа или подходящей впадинки.
        Я распластался на камее, накинул сверху серо-зелёную маскировочную накидку, под которой ночью прятался с лодкой после перехода с Земли. Потом взял в руки бинокль и принялся сводить дебет с кредетом, так сказать.
        Насчитал сорок две юрты (пусть будут ими, раз всё равно не разбираюсь) и почти сотню человек разного возраста и пола. Больше всего женщин и подростков, взрослых крепких мужчин совсем мало. Наверное, на охоте или рыбалке. А может, загаживают очередной остров.
        От последней мысли я непроизвольно сжал кулаки.
        «Ничего, скоро мы им покажем! - пообещала мне паранойя. - Ведь покажем же, а? Или стерпишь этот плевок? Да ещё от этих голожопых дикарей!».
        Хоть и не такие они и голожопые - даже дети в поселении ходи в подобии одежды, но со своим внутренним голос я был согласен: я должен был ответить.
        Глава 7
        К судному дню я готовился неделю. Кое-что купил, но большую часть реквизировал ночами из крупных специализированных магазинов. И все - других стран. Что поделать, но чего-то у нас просто нет, а другое у меня рука не поднялась изъять у владельцем торговых точек. Зато экспроприировать у «капиталистов» совесть мне позволяла. Впрочем, я и так не наглел, беря понемногу из разных мест.
        Экипировался в бронежилет, защищающий тело со всех сторон: воротник, пах, даже наплечники имелись и пластины по бокам. Тяжёлые плиты я вытащил для облегчения веса и удобства передвижения, вряд ли у дикарей будут автоматы, а копьё или стрела оставшуюся защиту не пробьют.
        Штурмовые перчатки с крагами закрыли руки, пластиковые налокотники и наколенники прикрыли уязвимые суставы. Саперные ботинки с высокими берцами - те, что имеют в подошве несколько пластин, защищающих стопу от мин-малюток, и краги с ремешками, проходящими у каблука, закрыли ноги до колен. Долго искал набедренную защиту, но и тут справился. Голову прикрыл лёгкий кевларовый шлем с подвижным забралом и защитой шеи сзади и сбоку.
        Завершил экипировку противогаз с большим стеклом для лучшего обзора.
        Зачем мне противогаз? Да чтобы не плакать и сопливить вместе с дикарями, а смеяться, глядя на них. В общем, я решил дать прикурить аборигенам почти в прямо смысле - забросать поселение газовыми шашками, которых у меня имелось целых пять штук.
        Ещё из оружия имел при себе дистанционный электрошокер, это тот, который пускает дротики с тонкими проводками до десяти метров и способен вырубить даже стокилограммового амбала. Таких у меня было три штуки. И простой шокер в виде длинной дубинки, которым можно и электродами поджарить, и по хребту огреть от всей души. Ещё один газ - большой перцовый баллончик. И рюкзак с бомбами: пластиковые бутылочки ноль три объёмом, с бензином и большой петардой с «теркой» в качестве запала.
        Они сожгли мой дом? Что ж, я подпалю их! Око за око - зуб за зуб! Так стояли и на том стоять будем.
        Удивительно, но меня совершено не бил мандраж перед вылазкой. Ведь не смотря на защиту и снаряжение, меня легко могут убить. Я не в деревенский огород, как-никак лезу. И при этом я был спокоен, как удав.
        Напал в середине ночи.
        Телепортировался у забора, выдернул чеку из шашки и перебросил ту через ограду. Второй снаряд бросил у частокола рядом со спуском к воде. Третий и четвёртый бросил с таким расчётом, чтобы они затянули газом середину посёлка: одна шашка полетела через северную стену, вторая через южную. С пятой совершил переход и активировал рядом с самыми большими и красивыми юртами, предполагая, что там могут жить вожди, старейшины и лучшие воины племени. Мне нужно было, чтобы они оставили жилища... которые очень скоро должны запылать.
        Через пару минут за частоколом раздались тревожные крики. Сначала редкие, а потом в одну секунду превратившиеся в неразборчивый испуганный вой.
        - Так-то, суки, то ли ещё вас ждёт впереди, - оскалился я под маской противогаза.
        Стали загораться факелы, освещая поселение, на которое, словно, облако опустилось. Вовсю раздавался кашель, хрип, стоны и плач. Кто-то прорвался сквозь особо густую пелену газа и ворот и распахнул их, после чего стал звать к себе. Очень быстро дикари покинули поселение и скрылись среди деревьев.
        Выждав ещё минуту, чтобы последние ушли из отравленной деревни, я телепортировался к юртам вождей. Там заскочил в первую, держа в правой руке шокер, во второй фонарик.
        «Пусто, это здорово».
        Опустился на одно колено, положил фонарик на пол, рядом шокер, после чего скинул с плеча рюкзак и достал «коктейль Молотова». Провёл «черкашом» по петарде, примотанной скотчем к бутылке, и бросил ту на тонкую стопку шкур.
        «Ходу, ходу!», - мысленно поторопил я сам себя.
        Взрыв прозвучал в ночи очень громко и, хотя я был готов к нему, не сдержался и вздрогнул.
        Убедившись, что в следующей юрте никого, я бросил внутрь второй зажигательный снаряд.
        В третьей нарвался. Только откинул полог и сунулся внутрь, как сильнейший удар в грудь сбил с ног и отбросил на спину. Из юрты вышел очень высокий, под два метра, но излишне худой мужчина с длинными волосами, собранные в три больших хвоста - у висков и на затылке. В руках держал толстый посох с каким-то предметом в оголовье. Одежда заметно отличалась от той, в которой ходили воины и члены их семей: ни штанов, ни жилетки и шарфов, а юбка из четырёх широких лоскутов толстой ткани или тонкой кожи (по куску спереди, сзади и на бёдрах) и что-то похожее на пончо, только не такое широкое и длинное.
        К счастью, шокер я не выронил и тут же им воспользовался. Два электрода вылетели из кассеты и вонзились в грудь аборигену, пробив толстый материал. От неожиданности тот дёрнулся, вскинул руку, собираясь их вырвать, и в этот момент я повторно нажал на кнопку, пуская ток по тонким проводкам.
        Девяносто тысяч вольт! Это совсем не шутка.
        Дикарь затрясся, руки бессильно опали, через несколько секунд он свалился на землю и забился в корчах. Через десять секунд я отпустил кнопку, давая передышку противнику. Был готов вновь взбодрить его электричеством, но ему и первого разряда хватило.
        Отстегнув кассету от шокера, я заменил её новой, подобрал фонарик и с опаской заглянул в юрту, откуда меня так невежливо «попросили». Никого.
        Что было удивительно - внутрь слезоточивый газ, от которого всё вокруг было белым-бело, отсутствовал. Ядовитая пелена стеной стояла на входе и не двигалась дальше.
        «Шаман! Это шаман и явно не простой шарлатан! - завопила паранойя. - Добей его! Слышишь?».
        Я только отмахнулся от этой кровожадной мысли. Вместо того, чтобы нанести смертельный удар, я ещё и оттащил шамана подальше от юрты, чтобы огнем не достало. Убедившись, что он в безопасности, я с мстительной радостью забросил в жилище целых две бутылки.
        Запалил ещё одну юрту, а потом услышал совсем рядом детский плач. Совсем маленького ребёнка, может быть даже младенца.
        Сердце мгновенно сдавило ледяным обручем.
        Бросившись на звук, я чуть не врезался в деревянные клетки, сделанные из жердей и лиан. Внутри них сидели люди. Несколько взрослых мужчин, женщины и подростки. В каждой небольшой клетке было по трое четверо. В одной, самой просторной сидели три обнаженных молодых женщины с грудничками на руках. Плач одного из них я и услышал.
        Чёрт! Кто они такие, почему в клетках? Я же специально бросал шашки подальше от ворот, чтобы дикари быстрее их нашли в газовом облаке и покинули деревню вместе с детьми. Но эти-то в клетках сидят. Да и не было их днём, я же в полдень в последний раз осмотрел весь посёлок перед нападением. Клеток не было.
        «Будешь спасать подумай, а не сделаешь ли им хуже. Хозяева деревни могут на них отыграться. Мало ли за какие провинности их посадили. А вытащишь их за стены, и все решат, что это они демона вызвали», - сообщил внутренний голос.
        На миг я остановился, решая, а не сделать так, но тут вновь заплакал-захрипел младенец.
        К чёрту всё! Страдать дети не должны.
        Все клетки, одну за другой, я переместил на Колобок, где перерезал верёвки на дверцах, давая свободу пленникам. От острова до деревни плыть на день больше, чем от Бунгало. Думаю, дикари умеют ориентироваться на озере и найдут дорогу назад, если пожелают вернуться.
        А сам прыгнул на Череп, забрал собаку и телепортировался на Землю.
        - Привет!- с чудовищным акцентом, но вполне разборчиво на русском сказала Иннеса. - Я скучала.
        - Иннеса!.. - поразился я.
        - Я учусь на курсах, - произнесла она ещё одну фразу на великом и могучем, после чего перешла на английский, который был у ней получше. - Я не знала, что твоя речь такая сложная. Пока выучила всего двести слов. Да, я хорошо сказала?
        - Просто супер, - я сразу на двух руках поднял большие пальцы вверх, а потом притянул девушку к себе. - Дай я тебе награжу поцелуем, моя умница.
        - Ник, ты что, люди смотрят, - тут же сделала из себя строгую леди девушка. - Ну, ладно, только небольшой, а остальное подаришь дома.
        Я сграбастал пискнувшую девушку и впился в её губы. Небольшой поцелуй? Ага, как же.
        Эх, жаль, по холодному сезону она одета в пальто, которое не даёт ощутить упругое девичье тело своим при объятьях. Хотя, и плюс в этом есть: мой френч кое-что прикрыл, что чопорным немцам не стоит видеть, пусть все они из себя такие раскрепощенные. Не мешают они интимное и общественное, как те же разнузданные американцы.
        А вообще, что-то холодно в этом году, девушка сказала, что обычно в это время тепло, как в мае, а сейчас меньше десяти градусов тепла. А мне и вовсе кажется, что мороз... м-да, привык я к теплу в соседнем мире. Хоть переселяйся туда на полгода, пока в России холодный сезон не закончится.
        - Иннеса, а давай слетаем куда-нибудь в ближайший месяц?
        - Ник, я не смогу. В моей фирме много контрактов под конец года. Я только ими и занимаюсь.
        - Заключаешь?
        - Иногда да, босс отправляет, говорит, что меня любят, и я умею расположить любого.
        - Дать бы по лбу твоему боссу, - нахмурился я.
        - Ник, ты чего? - удивилась Иннеса, посмотрела мне в глаза и внезапно звонко рассмеялась. - Вот ты о чем! Вот как дам я тебе сама по лбу за такие мысли про меня. У нас всё прилично, это же не Россия.
        - Вот только не надо сразу на мою страну плохое думать.
        - Но из-за чего-то ты подумал про меня плохое, - подмигнула она. - Германию ты не знаешь, так что тут всё ясно.
        - Да я... а, ладно, - махнул я рукой. - А на Новый год?
        - На Рождество, Ник.
        - Эх, - тяжело вздохнул я. - Уговорила.
        - Ты знаешь, когда празднуется Рождество? - с какой-то хитринкой во взгляде поинтересовалась она у меня.
        - После Нового года? - спросил я и увидел в её глазах усмешку. - Нет?
        - Двадцать пятого декабря. Ник. Это в вашей холодной стране всё не так. Ладно, ладно, больше не будем о России, - выставила она вперёд ладошки, упёршись ими мне в грудь.
        А потом была феерическая неделя у нас с ней. Даже вернувшись в холодную промозглую квартиру (гады, опять с отоплением проблемы) в груди устроился кусочек тепла, состоящий из улыбок и смеха Иннесы, её шуток и рассказов о Дрездене, её стонов, запаха тела и памяти об острых ноготках.
        Неужели я влюбляюсь? Или уже влюбился? Впервые со мною такое происходит за прожитые четверть (почти) века.
        После каникул в Германии, я опять сосредоточил своё внимание на параллельном мире. После истории с дикарями, я понял, что одному будет крайне сложно что-то сделать глобальное, нужны соратники, помощники.
        «Собутыльники», - квакнул внутренний голос, заодно освежив в памяти гулянки, которые частенько сопровождали шабашки. Единение коллектива за столом перед или после большого дела. Да только освоение мира - это не забор сварить или навес для машины.
        «Ой, влипнем мы с тобою», - встревожилась паранойя, уловив мои мысли про идею подать нечто вроде объявления в интернете, мол, нужны не закостенелые скептики, а романтики и приключенцы, только не искатели выгоды.
        Насчёт объявления - это я что-то маху дал. Но вот зарубку поставил в памяти поискать в интернете форумы, где народ на полном серьёзе обсуждает параллельные миры. Подобрать там несколько человек помоложе и понаивнее, пообщаться и кому-нибудь предложить навестить соседний мир. Людям, которым ты помогаешь исполнить Мечту, ничего от тебя больше будет нужно, а то, что только я единственный проводник туда только сильнее привяжет, заставит чуть ли не боготворить меня и грудью заслонять от пуль.
        «Остаётся только сущая малость - найти таких», - ехидно добавил внутренний голос.
        Я чуть не плюнул под ноги. Порой мне кажется, что это не мои мысли, не сам себе в мыслях отвечаю, а в самом деле у меня в голове кто-то поселился или же я начал страдать раздвоением личности.
        Вновь пришлось собирать имущество для лагеря с нуля. На этот раз вместо палатки взял большой шатёр, такой можно увидеть у гуляющих на природе. Легче палатки такого же размера в несколько раз. Ещё несколько солнечных панелей, которые я отложил про запас и вишь как оно - пригодились, а перетащи все их на Бунгало и пришлось бы опять прыгать по складам, рискуя попасться. Небольшой бензиновый генератор решил купить. Не так он и много стоит, а позже заменю на хороший, когда начну делать убежище из металла, так как, для инвертора подобная дешёвка не подойдёт.
        Что ещё?
        Бельё, одежда, продукты... вроде бы всё тут. Аппаратура, оружие - два арбалета и три сотни разнокалиберных стрел к ним, сеть маскировочная. Всё? А вот и нет, о Тузике забыл, пару мешков сухого корма нужно прихватить для него.
        А вот теперь всё, можно стартовать.
        Тузик не очень обрадовался переходу в новый мир, где его чуть не подвесили сушиться на солнышке. Недовольным лаем выразил своё возмущение и пристроился на трёх лапах к генератору.
        - А ну брысь, блохастый! - возмутился я и топнул ногой по земле. - Фу!
        Пёс скакнул на метр в сторону, потом обижено посмотрел на меня и потрюхал вглубь пещеры, в её тёмную часть.
        Пока собака обследовала остров (вот тоже идея - нужно подобрать сюда два-три барбоса покрупнее из дворняжек, мало ли что за тварюшка сюда заберётся или всплывёт из подводного туннеля, не обнаруженного мной) я разложил вещи, на газовой плитке сварил кофе и сел в раскладное кресло с кружкой ароматного напитка наслаждаться видами озера.
        Отдохнув и взбодрившись, я экипировался (хоть и жарко днём ходить в почти рыцарском снаряжении, но зато безопасно), вооружился и на лодке прыгнул к наблюдательной скале напротив дикарского поселения. Осмотрел «палец», торчащий из воды, на наличие неприятностей в виде засады и убедившись в отсутствии таковой, телепортировался на своё привычное наблюдательное место.
        - Что-то не понимаю... - недоумённо произнёс я вслух, бросив первый взгляд сквозь бинокль на деревню.
        Даже не всматриваясь, была видна разруха и запустение, большая часть юрт исчезла, хватало чёрных проплешин от сгоревших, хотя я точно помню, что запалил всего парочку. Лодок у берега не было ни одной.
        На месте одного из пожарищ стояла овальная горка камней, на которой что-то лежало. Алтарь? Жертвенник? Заинтересовавшись странным сооружением, я переместился на территорию деревни.
        На камнях лежало тело шамана. Запах разложения почти не ощущался. Либо старик умер на днях, либо от тления его защищает странная студенистая прозрачная масса, покрывающая всё его тело.
        «Не выдержал старичок-то знакомства с технологиями цивилизованного мира, - довольно хихикнул внутренний голос. - Или его односельчане прибили, за то, что не сумел защитить от ночного нападения».
        Да и плевать, если дикарь окочурился от разряда шокером, не я первый начал эту войну.
        Насмотревшись вволю на покинутое селение, я совершил переход на Колобок. Подсознательно рассчитывал, что и там будет пусто, дикари из клеток давным-давно покинули остров на плотах, благо, что подходящих деревьев на острове хватало.
        «И они голыми руками свалили, ошкурили и сбили вместе здоровенные брёвна», - вставил шпильку внутренний голос.
        Привычно не обратил внимание на выверты психики. Да и не до того было - на Колобке меня ожидал сюрприз.
        Да ещё какой!
        В том месте, где я оставил клетки, стояла большая чёрная статуя из глины или похожего материала. Изображал она меня. Не совсем, конечно, но очень близко к оригиналу. Причём не в футболке (да и где они могли подсмотреть за мной), а бронежилете, со щитками и крагами, противогазе и шлеме. В одной руке был нож (вероятно, тот, которым разрезал узлы на клетках) во второй ерунда какая-то.
        «Да это же шокер».
        Мастер, который слепил фигуру, оказался умельцем с золотыми руками. Это же надо было рассмотреть меня ночью, страдая от газа, запомнить и потом перенести в глину! Микеланджело со своим «Давидом» нервно курит в сторонке.
        Рядом находился небольшой очаг из камней и глины, из которой была сделано грубое подобие решётки. Рядом ещё один, на котором стоял глиняный котелок. И на решётке, и в котле что-то скворчало и булькало. У ног лежали горкой фрукты, венки из цветов, пучки травы и веток.
        И два человеческих черепа - маленьких и большой. Детский и женский.
        «Ты хотел помощников для освоения этого мира... кажется, у нас появилась паства», - задумчиво произнёсла паранойя.
        Глава 8
        И два человеческих черепа - маленьких и большой. Детский и женский.
        «Ты хотел помощников для освоения этого мира... кажется, у нас появилась паства, - задумчиво произнёсла паранойя. - А вот и они».
        Пока я рассматривал идола и жертвенники, из зарослей вышли дикари. Две женщины с детьми на руках, пять взрослых мужчин и больше десяти подростков обоего пола от восьми до двенадцати лет (это если внешнее проявление возраста сходно с земным). В руках ни у кого не было ни намёка на оружие, да и спрятать на теле не могли, учитывая, что и одежды ни на ком не было. Даже фигова листочка, зато щедро измазаны какой-то краской - чёрной и красной.
        Шли медленно с опущенными головами, только дети нет-нет да зыркали исподлобья, метров за двадцать до меня они бухнулись на колени и уткнулись головами в землю. Один из мужчин что-то произнёс, но так как головой упирался в землю да и расстояние было немаленькое, разобрать я ничего не сумел.
        - Я не понимаю.
        Дикарь что-то залопотал вновь. Речь была чёткая из коротких фраз.
        - Да не понимаю я, тьфу, - сплюнул я и решил подойти поближе к дикарям.
        Опасался ли я?
        Конечно, от этих детей природы всего можно было ожидать. Но в броне и с оружием против голож... безоружных дикарей я имел преимущество. Да и не собирался я близко к ним подходить. Остановившись в десяти метрах от коленопреклоненных людей, я задумался, что делать дальше.
        - Панад орлиг горнек дола, - сказал всё тот же «говорун». - Донгац.
        - Ду ю спик инглишь? Парле де франц? Ферштейн?
        «Дошутишься сейчас, кинут в тебя горсть клещей и будешь потом под броней ох... чесаться. Или ещё что-нибудь придумают... упс, накаркал».
        В ответ на мою шутку один из мужчин (не тот, что говорил) неуверенно поднялся на ноги и сделал несколько шагов в мою сторону, потом посмотрел на своих товарищей, услышал от «переговорщика» короткое слово: шпестимо, и вновь направился ко мне.
        «Эге, да он драться собирается! Вон как кулаки сжимает».
        Дикарь и в самом деле шёл ко мне с явными признаками побороться на кулачках, если, конечно, у них сжатые и вытянутые вперёд кулаки не означают предложение перейти к переговорам. Лицо вот, правда, никакой агрессии не выражало, скорее наоборот - абориген был напуган до уср... мокрых штанов.
        «Если бы они у него ещё были... да не стой ты столбом, тресни по нему из пистика, пока он не настучал по твоей божественной тыкве».
        Цыц, воображение.
        - Стой там! Стой... вот же нерусь!
        До дикаря было метров пять, когда я выпустил в него струю «слезогонки». Ядрёной такой, аж у самого запершило в глотке и защипало глаза, хотя ветра не было совсем, а напор струи был очень сильный и весь аэрозоль унёсся в сторону дикаря.
        - А-а-а! - завопил драчун, свалившись на землю и принявшись тереть лицо. - Донгац! Донгац!
        Газ достал и до остальных аборигенов, младенцы тут же захныкали, закашлялись все прочие, но вот чего я не ожидал, так это счастливого крика «переговорщика».
        - Донгац! Донгац! Донг... кха-кха... ац!
        Его поддержали прочие соплеменники, перемежая кашель с этим самым «донгацем».
        А потом дружно вскочили на ноги и удрали в джунгли, только пыль столбом поднялась. Остался лишь драчун, размазывающий сопли и слёзы по лицу и кашляющий, как будто четверть века на рудниках отработал.
        Я вернулся обратно к статуе и принялся размышлять над извечной проблемой: что делать дальше? Вроде бы, дикари не воинственные, тот драчун мог и идти с каким-то ритуалом, приветствием ко мне, уж очень лицо у него выразительное было, с такой физией только в аудиторию к экзаменационной комиссии заходить по нелюбимому предмету. Да и статую мою построили, дары возложили...
        «Мамку с дитём прибили, чтобы тебе, твоя божественность, приятно стало».
        Меня от этой мысли всего передёрнуло. Вот чего мне совсем не хочется, так это поклонников человеческих жертвоприношений. Может плюнуть на всё, прыгнуть на Череп, раздеться, а то под бронёй уже не ручейки - реки пота текут, и забыть про эту команду людоедов? Мир велик, мне его точно хватит, можно переместиться к противоположному гористому берегу и там создать вторую базу (первую на Черепе я точно сделаю, уж очень место понравилось), охотиться на козлов (горных, разумеется, с копытами в шерсти и с рогами).
        «А эта банда сначала прирежет оставшихся матерей с детьми, потом подростков, а потом... ну, фантазируй сам дальше».
        - Тьфу, - сплюнул я, потом взял в руки дубинку-шокер, в другую фляжку с водой и направился к пострадавшему дикарю. Там с пары метров поплескал в него водичкой, привлекая внимание, и когда он уставился на меня опухшим лицом, кинул флягу.
        - Донгац апревеле, апревеле тордон, - забормотал он, торопливо умываясь и промывая нос и глаза.
        «То ли, нехорошо обозвал, то ли, в разных мирах похожие слова имеют разное обозначение. Сам решай, что тебе приятнее».
        - Иди сюда, сюда, - поманил я ладонью дикаря, когда он положил на землю опустевшую флягу и начал по-крабьи пятиться от меня в сторону зарослей. - Ко мне, блин!
        «Ко мне, барбос! - ржал внутренний голос. - К ноге!».
        Видно было, что приближаться ко мне человек меньше всего на свете хотел, но пришлось, как-никак я великий и ужасный и как-то там дальше по тексту. Впрочем, близко к себе я не собирался его подпускать, когда до статуи оставалось метров восемь, я жестом приказал ему остановиться.
        Сердитым окриком дал знать, что не нужно прятать лицо в землю, уподобляясь страусу, и убедившись, что дикарь смотрит на меня, посшибал все котлы-очаги. При этом топая ногами и всячески показывая, что не нравятся мне такие подношения. Особенно сильно отметился на черепах.
        «Для закрепления эффекта нужно потыкать во всё это его лицом, как котёнка в лужу... ну-ка, кис-кис-кис».
        Оставил только цветы и растения. Думаю, этого вполне хватит для моего божественного статуса. Когда уже собрался телепортироваться на Череп (уже так упрел в броне, что парная в бане покажется самым холодным и сухим местом), появились остальные члены племени. И вот тут меня «ученик» удивил и, честно сказать, напугал неожиданностью своего поступка.
        Вскочив, словно, кошка на четырёх лапах вверх подпрыгнула, он, поминутно оглядываясь на меня, принялся вопить:
        - Донгац локт! Митн гроле букаф! Митн хуке! Митн сапдеу!
        Его соплеменники притормозили, а потом, разобрав, что он им кричит, развернулись и задали стрекача в сторону зарослей, исчезнув в одно мгновение.
        Правда, не все убежали.
        Остались женщины с грудничками и подростки женского пола. У них в руках были охапки цветов и трав. Их они и возложили у статуи, трясясь от страха и чуть не падая с ног. Возложив дары, тут же удирали подальше от меня.
        - Всё, на фиг, домой, на остров, запарился я тут скрижали с заповедями раздавать, - вслух произнёс я, чувствуя, что ещё немного и меня тепловой удар хватит.
        Глава 9
        - Палец!
        - Утго!
        - Глаз!
        - Зоо!
        Я показывал картинку, называл её на русском, а Шафдич произносил на своём, дикарском. И всё это я записывал на видеокамеру и диктофон, чтобы потом просмотреть и прослушать в спокойной обстановке на Земле.
        Шафдич, это тот самый скульптор, создавший мне статую, и самый опытный и взрослый из мужчин племени делокан. А все, кто оказался на колобке последние выжившие из этого племени, ну, насколько я смог понять из жестов и рисунков на песке.
        Меня они считали кем-то вроде смеси из божественного спасителя, апостола и сосуда духов своего племени, пришедшего к ним на помощь. Такая забавная зверушка у них носила имя - донгац.
        С того памятного момента, как я «выдал скрижали», прошло пять дней и уже второй день я усиленно изучал местное наречие. Не очень сложное, кстати, без зубодробительных звуков, которые можно произнести лишь вывернув речевой аппарат наизнанку.
        Кстати, рядом с первой статуей, появилась вторая - вновь меня, но уже без брони, в простой одежде. Ну, не выдержал я пытки жарой под слоем пластика и кевлара. Сильным шоком для дикарей мой «стриптиз» не стал, они и так с того момента, как я довёл до них свои желания в жертвоприношениях, видели меня без противогаза, лишь в шлеме с прозрачным забралом.
        Талант у этого аборигена был потрясающий! Он мог вылепить из глины настолько детальный предмет, который видел не слишком долго, что всякие 3D-принтеры со всей своей сложностью нервно курят в сторонке.
        Уроки проводились в стороне от прочих членов племени, рядом со статуями, где я поставил просторный шатёр с закатанными стенками, чтобы наблюдать за окрестностями. Рядом крутился Тузик, который аборигенов сильно невзлюбил и норовил ухватить за голые пятки при любом удачном моменте.
        Впрочем, сами дикари не сильно горели желанием находиться рядом со мною и всеми правдами и неправдами старались найти себе работу рядом с деревьями, чтобы при случае шмыгнуть в «зелёнку» и переждать мой гнев. Особенно боялся меня Тук (имя у парня было посложнее и подлиннее, вот я и решил его сократить по первому слогу), тот самый «драчун», получивший от меня несколько дней назад струю газа в лицо. До сих пор «красуется» покрасневшими белками и слегка опухшей мордой лица.
        - Нога!
        - Шиндала!
        - Уф, хватит пока что, пора перейти к более насущным проблемам, Шафдич.
        - Донгац ппии лантис? - спросил что-то абориген, но я только отмахнулся от него. Лучше всё показать, чем пытаться донести языком жестов и рисунков. Не такие местные дураки, должны с лёту ухватить.
        - Сейчас сам всё увидишь, - буркнул я, вставая со стула (дикарю предложил глубокое удобное кресло, из которого даже гимнаст быстро не вскочит, что даст мне лишние мгновения для защиты... ну, паранойя она такая паранойя) и беря в руки большой чехол. Внутри лежали пять толстых четырёхметровых фидерных удочек с металлическими катушками «трещётками», две с блёснами, три с парой крупных тройников. Леска толстая, но обычная, которой пользовались рыболовы ещё во времена моего детсадовского детства. Первоначально хотел наградить аборигенов «плетёнками, но всё та же паранойя возмутилась, намекнув, что из такой лески можно и тетиву для мощного лука сплести, а вот такая толстая и достаточно жёсткая леска, да ещё и быстро истирающаяся, хоть и прочная на разрыв, самое то.
        - Зови, э-э, тил масва, Шафдич.
        Тил масва - это что-то вроде «ребёнок средний», подросток лет до двенадцати, как я понял. Ещё есть юлжа масва - ребёнок маленький, грудничок и лет до пяти. Наверное, есть и «ребёнок старший», но в племени таких не осталось, поэтому не знаю, как это будет звучать на местом.
        По сигналу моего учителя через десять минут рядом испуганной стайкой сгрудились пацанята и пацанки. Я выбрал пять мальчишек, остальным показав пальцами, что в них не нуждаюсь. Потом вручил четверым по удочке и раз десять показал, как собирать и изготавливать снасть для использования. Не обошлось без зацепов за пальцы и разные части тела, практически все, кроме скульптора и пятого подростка, окрасились кровью... капельками, но всё же.
        - Молодцы, - я показал большой палец, направленный вверх. Местные уже знал, что это жест похвалы и тут же заулыбались, позабыв про ранки от острейших крючков.
        «Ещё бы, сам донгац их похвалил».
        - А теперь смотрите, что нужно делать.
        С первого же заброса я пожалел, что выбрал такие катушки. Да, они неубиваемые и аборигены, до этого не имеющие дел со сложной техникой, смогут долго ими пользоваться, но для заброса, как оказалось, нужен был навык, коего у меня не оказалось.
        Чуть не содрав кожу с пальцев, я кое-как закинул метров на двадцать блесну, дал ей притонуть и начал понемногу подтягивать, то ускоряя движение блесны, то замедляя, стараясь изобразить движение рыбки. Буквально через десять минут я почувствовал такой сильный рывок, что чуть не выпустил снасть.
        - Мать... куда, су... зараза, а ну иди к папочке! - заорал я в азарте, почувствовав, что рыбка на крючок села плотно и веса немалого.
        Аборигены притихли и молча смотрели, как я выуживаю добычу. Слегка оживились, когда рыба на секунду выпрыгнула из воды. Видимо, пытаясь освободиться от врага, который уверенно держал её за губу.
        Побороться с рыбой пришлось минут пять, но спасибо толстой леске, фидерному удилищу, которое даже кувалдой хрен сломаешь и мощной катушке, я выволок добычу на берег. Вокруг тут же собрались дикари, и Шафдич вёл себя ничуть не лучше мальчуганов.
        Пара мелких немедленно попытались повторить мой подвиг и... ну, тут и так ясно: запутанная леска, прихват соседа крючком, чуть не разрезанные пальцы.
        - Ну вы... блин. Ты и ты бросаете вот так, - я показал несколько раз в замедленном ритме. Как правильно прихватывать леску у катушки и замахиваться удочкой. - А вы стоите, ждёте.
        Вторая поклёвка случилась почти сразу же после заброса. И вновь добыча оказалась велика, вытягивал её со скрипом удочки, катушки и мышц. Рядом визжали и прыгали в азарте подростки, показалось, что их уже явно больше пяти, но проверять наблюдение было некогда - рыбина оказалась жадной, но сильной и хитрой, того гляди сорвётся.
        Наконец, и она оказалась на берегу. Вытянутое тонкое тело с толстыми боками, в длину сантиметров семьдесят, с острой мордой, полной мелкими острыми пластинками (хорошо вольфрамовый поводок не забыл поставить, а то бы ушла вместе с блесной), чешуя мелкая-мелкая и тёмно-серебристая на спине и боках и сверкающее, почти, как зеркало, на брюхе.
        - Поняли? Эй, а вы откуда тут взялись?
        Вся та «банда», которую я отправил обратно в лес к взрослым, сейчас толпилась на берегу и, судя по лицам некоторых, собирались оспорить мой выбор счастливчиков, получивших удочки. Те в свою очередь не собирались делиться с дарами донгаца и засучивали (образно говоря, так кроме краски на их телах не было ничего) рукава, готовясь отстаивать столь ценное имущество. Кстати, на Шафдича пара мелких посматривали с каким-то нездоровым интересом, точнее, на удочку, которую тот приватизировал у одного из кандидатов в рыболовы. Кажется, готовы оспорить его авторитет и силу, лишь бы заполучить нечестно нажитое имущество обратно. И сам Шафдич был от этого в шоке, как я заметил.
        «Вот что дары божественные делают. Ха-ха-ха!».
        - Тьфу, блин.
        Остаток дня провёл на Колобке, обучая детвору, ну и Шафдича заодно, ремеслу рыболова. Я уже говорил, что в лагуне (или заливе, чёрт знает, как правильно называть эту раскрытую «Пасть» Колобка) живности было видимо-невидимо? Вот ещё раз напомню. Каждый заброс обязательно замечался рыбой, и та хватала блесну или крючок с наживкой, правда, не всегда юные рыболовы вытягивали на берег добычу. Кстати, в одиночку управляться с непривычной снастью детям было тяжело, так что, где-то, через час образовались команды из двух-трёх мелких аборигенов на одну удочку. Девчонки не отставали от мальчишек, правда, им досталась только одна на четверых, с «донкой». Блесна одна попала в руки Шафдича, вторую заграбастала пара самых наглых и крепких подростков.
        Покидая Колобок, я оставил аборигенам несколько килограмм соли и немного перца, красного и чёрного, чтобы смогли обработать улов и не загубить мясо. Как там говориться: дай человеку рыбу, и он будет сыт один день, научи его ловить рыбу, и он будет сыт всю жизнь? Вроде бы так.
        По возвращению домой решил сходить в спортзал, где уже больше месяца завсегдатаем стал. Даже абонемент купил «золотой», элитный. Кстати, я давным-давно съехал из родного провинциального городка, перебравшись в областной центр на съёмную квартиру. Денег после посещения обменника вполне хватает, чтобы подобрать жильё по вкусу и с удобным месторасположением. В семи минутах ходьбы расположен главный городской парк, в десяти - большой стадион, в трёх - хороший спортивный центр, где я и зависаю три раза в неделю.
        - Привет, Никит, - поздоровался Сашка, местный фитнесс-тренер, курирующий дамочек в основном. Благодаря отличной фигуре и внешности «белокурая бестия» от слабой половины человечества от восемнадцати до сорока лет ему порой чуть ли не отбиваться приходилось.
        - Здоров, Сань, - ответил я и до хруста пожал ладонь. Впрочем, тренер не отставал. После взаимного приветствия наши ладони «хвастались» белыми пятнами от чужих пальцев. - Что-то народа не густо.
        - Вечер и середина рабочего дня. Плюс, на прошлой неделе куча народа накупила сюда абонементы, и начальство решило отдать зал чисто под платников.
        - Ну и где они? - хмыкнул я.
        - Да кто ж их знает. Может, им деньги девать некуда или в фирме руководство потребовало немедленно заняться спортом и предоставить в качестве доказательства карты фитнес-клуба, ну они и купили.
        - А что за фирма?
        - Да я откуда знаю, это так, в порядке предположения же, - удивился собеседник.
        - вот ничего ты не знаешь, за что только держат. Если бы не спортсменки с пухлыми кошельками и связями, которых ты обхаживаешь, давно бы пинка бы тебе дали.
        - Да иди ты, - парень беззлобно толкнул меня кулаком в плечо. - Кстати, зацени.
        Я вопросительно уставился на него, ожидая увидеть что-то вроде новой татуировки или спортивного аксессуара, но тот кивнул на станки у дальней стены, где пыхтело несколько человек.
        - Видишь рыженькую?
        - Ух, хороша! - восхитился я.
        Девушка была среднего роста, ну для меня среднего, сантиметров сто семьдесят точно, худощавая, с длинными и стройными ножками и очень крупной грудью, там размер не меньше третьего даже с учётом того, что спортивная майка должна несколько обтягивать формы, чуть уменьшать визуально. Точно третьего, а то три с плюсиком. И попа красивая, это особенно было хорошо видно, так как в этом момент девушка делала приседы со штангой у станка Смита. Волосы вьющиеся, длинные и медного или похожего цвета, сейчас были собраны в хвост, чтобы не мешали во время тренировки. Кожа у девчонки была светлая, то ли, плохо загорала летом, то ли, загар с неё слезает, как мыльная пена под горячей водой, а солярии она не уважает.
        - Красавица. Как зовут? - поинтересовался я, закончив смотрины.
        - Олесей, но тебе с ней не светит.
        - Это ещё почему? Вон у тебя сколько подопечных - выбирай любую.
        - Вот их сам и выбирай, а её я сам сюда сманил, предложил наш центр и пообещал скидочку по знакомству. Случайно столкнулись в спортивном магазине. Она там себе форму для тренировок выбирала и у менеджера поинтересовалась хорошими фитнесс-центрами в городе, а тут я за вешалками мимо прохожу. Услышал этот ангельский голос, решил глянуть одним глазком и не прогадал. Завтра у меня дневная смена и вечером свободен, она тоже, договорились сходить в ресторан.
        - Ну, удачи, - похлопал я по плечу Сашку. - Расскажешь потом - обломилось или нет, и что именно тебе досталось, вдруг реальный облом, динамо и развод.
        - Тьфу, тьфу, тьфу, - тут же расплевался собеседник, - сглазишь ещё. Иди занимайся, понадоблюсь - позовёшь, но лучше... в общем, сам понимаешь.
        - Топай, герой-охмуритель, - рассмеялся я. - Не стану я тебя беспокоить.
        Следующие полтора часа я усердно истязал себя штангой и станками, до «огня» в мышцах и трясущихся конечностей. И всё это время Сашка хвостиком ходил за рыжеволосой, что-то ей рассказывал, иногда поддерживал, смеялся в ответ на её шутки (ну, я так думаю, раз смеётся, значит, она шутит, а иначе давно бы обиделась). Мне даже завидно стало и сразу вспомнил Инессу, с которой уже с неделю или больше не виделся. Жаль нельзя мне так часто в Германию мотаться, подозрительно, ещё решит поинтересоваться, чем же я таким занимаюсь, что в Дрездене то и дело пропадаю. И ладно это будет моя (хм, моя?) немка, а ну как интерес появится у прочих всяких-разных? Вот то-то и но, потому приходится терпеть, сжимать волю в кулак и..
        - И ещё раз! Уф... И ещё... уф...
        Мне дрова колоть негде, в квартире живу как-никак, потому метод Челентано не подходит, но кроме чурбаков и топора есть и другие предметы, которые и гормон лишний стравят, и силушку лихую заберут.
        - И раз... и два... уф.
        А на следующее утро опять в соседний мир, с грузом материи, а то достали меня эти аборигены своими голыми раскрашенными задами. Да и женщины племени вполне себе ничего выглядят, фигуристые в меру, тоненькие, хоть и грудь у каждой чуть хуже среднего по эстетике.
        «В бордель нужно сходить, а то полезешь на одну из них и тебя потом прибьют из кустов или местную болячку какую подхватишь, для дикарей незаметную, а тебе убойную, да настолько, что гусарский насморк лёгким чихом покажется».
        Насчёт борделя, думаю, лишнее придумал, а вот о болячках стоит задуматься. Ведь только сейчас вспомнил про тех невидимых убийц, которые в разные времена на Земле косили людей миллионами.
        Микробы и бациллы, вирусы и прочее.
        Я тут уже давно, но никаких последствий к моему большому теперешнему облегчению (вот прям в этом миг глубоко-глубоко вздохнул и счастливо выдохнул) не заметил. Я здоров как бык, пожалуй, даже ещё здоровее чувствую себя, чем полгода назад, впрочем, это может быть связанно и с моим Даром. Местные тоже чувствуют себя неплохо, ни кашлянут, ни чихнут и за обе щёки уписывали продукты, что я попервости им таскал.
        Есть несколько вариантов. Первый, наши миры настолько разные, что микробы дохнут в чужеродной среде, не находя привычной пищи. Но тут уже вступает противоречие сходство животного растительного мира, те же дикари один-в-один как я, ну, за небольшим исключением, но так и на Земле есть расы, которые друг от друга сильно отличаются. В общем, вариант достоин, разве что, выведения в запас, так сказать, в качестве запасного.
        Есть и второй, который мне больше нравится. По нему выходит, что переход из мира в мир полностью очищает организм или нейтрализует иномирные микроорганизмы. Хотя... тогда бы я был предоставлен местным вирусам в качестве десерта - чистенький, чужой, без иммунитета.
        Зараза, без поллитры не разберёшься.
        Третий вариант, мой Дар помогает от местной гадости.
        Четвёртый...ну, тут всё сложно. Хотя и не стоит сбрасывать со счётов. По нему выходит, что переход награждает меня местными антителами, иммунитетов, легко включая в мироздание.
        «Но по бабам всё равно ни-ни, если только с резиновой защитой и без поцелуев».
        Вручив Шафдичу ткань, нитки с иголками и объяснив, что от него требуется, я переместился на Череп. На этом неприступном острове я понемногу строил себе базу. Начал с металлического каркаса и вот сегодня уже можно цеплять на стены стальные листы. Когда этот теремок закончу, хрен кто сможет меня из него выкурить. Я ещё и пару пулемётных точек оборудую наверху в маленьких пещерках, не поленюсь склепать дистанционное управление, авось, в интернете найдётся что-то из нужных схем.
        Осталось только набраться храбрости и обнести склад или оружейный магазин, что для меня непросто.
        Прошло ещё две недели. К этому времени я уже наблатыкался с грехом пополам беседовать с Шафдичем. Других я понимал, как и они меня, но вот вести беседы со страшным донгацем не осмеливались, тут же начинали заикаться или вовсе немели. Разве что дети относились ко мне хорошо, чувство страха в них имелось, но они с ним вполне справлялись, особенно, когда я принёс ворох удочек взамен поломанных - на рыбную ловлю с помощью земных снастей они подсели плотно, особенно у них ценились блёсна.
        - Почему вы решили, что мне нужны человеческие жертвы, Шафдич?
        - Донгац, я не понимаю тебя.
        - Когда вы меня увидели во второй раз, то у статуи лежали два черепа - большой и маленький. Ещё я помню, что женщин и младенцев было по трое.
        Дикарь чуть помялся, потом дал ответ.
        - Никто не знал, что любит донгац. Старый донгац всегда хотел крови и головы врагов.
        - Старый?
        - Очень давно это было, пришёл он издалека, с другого берега большой воды, которая горька и ядовита.
        - Хм, понятно... ладно, об этом потом. А что в кострах жгли, в котелке? Вонь стояла жуткая.
        - Дыхание донгаца в ту ночь нас спасло и испугало врагов. Этот дым - символ его дыхания...
        Понемногу смог выпытать, что в племени обязательно появляется донгац, когда всё становится очень плохо. Был у них и человек, тот самый любитель голов, который уничтожал врагов одним движением руки (как именно, что за спецэффекты при этом сопровождали - рассказчик не знал). Был и летающий ящер, спасший самую крупную деревню, куда собрались все роды племени делокан, собираясь защищаться от полчищ врагов, следующих по пятам. Неведомая огромная тварь рухнула с небес, уничтожив за мгновение несколько десятков врагов, а потом устроила бойню для оставшихся. Шаманы назвали ящера донгацем на всякий случай, хотя дальнейшего участия в жизни племени тварь не принимала, просто поубивала враждебных воинов, часть сожрала и улетела. Потом деморализованных врагов долго отлавливали в лесах, принося в жертву ящеру (как понимаю, неведомая драконообразная зверушка пролетала мимо, увидела толпу вкуснятины и решила полакомиться, на шатры и шалаши заопасалась падать, ценя свои лапы да брюхо, держа их подальше от толстых и длинных жердей, а вот осаждающим деревню дикарям досталось по полной - видимо, там было чистое
поле).
        Были донгацы и из числа местных, обычно вождь, которого поили особым отваром шаманы, или сильный воин. Если вождь не в силах принять на себя возложенную честь, в исключительных случаях посланцем, сосудом духов становился шаман.
        На данный момент от всего племени осталось несколько разобщенных родов, прячущихся вдоль озера в зарослях. Делоканы как и пара других дружелюбных племён попали под удар чужаков. Они пришли издалека и принялись сеять опустошение. Убивали мало, только воинов, стариков да детей, младенцев, которые остались без ухода и были обречены, прочих старались захватывать в плен, сажали в клетки и отправляли в сторону большой воды (а ещё горькой и иногда громкой...думаю, речь про море или океан с солёной водой и грохочущими штормами).
        - А зачем? - поинтересовался я.
        - Не знаю. Никто не знает, у далоканов не осталось шаманов, а без них спросить у духов ответа невозможно.
        В общем, такого террора озеро давно не видело. Племена если и сходились насмерть, то проигравших изгоняли, забирали имущество, территории, красивых женщин и маленьких детей. У несчастных и мысли не возникало возмутиться, ведь это так всегда было, законы предков и всё такое... тьфу, блин. Хотя с другой стороны, может, и правильно, не было повального геноцида, вырезания от мала до велика за редким исключением. Изгои рано или поздно останавливались, разбивали лагерь и начинали понемногу восстанавливать численность племени, всё же, всех женщин никто не забирал, да и девочки подростки почти всегда выживали, убийство детей племена у озера не поощряли.
        Кстати, та дикарка, чей череп я видел, добровольно согласилась на смерть. Задушила младенца и приняла яд какой-то лианы. Голову её и ребёнка очистили за ночь муравьи, к коим те были подброшены. Плоть дикари посчитали лишней, решив, что мне станет по нраву голая кость... это мнение появилось при виде гладкой и блестящей поверхности шлема, забрала и резины противогаза, в которых я громил становище врагов.
        - Охренеть, - только и смог я выдать.
        Другой мир, другие мысли... всё другое.
        Глава 10
        - Здорово, спортсмен, как дела на любовном фронте? Повезло с той рыженькой, или...
        Тренер посмотрел на меня хмурым взглядом, демонстративно пощёлкал костяшками и только потом протянул пятерню для рукопожатия:
        - Ну, здорово, ворон.
        Пару минут мы чуть ли не по паровозному пыхтели, проверяя оппонента на прочность. Сдались одновременно.
        - Здоров бугай, сразу видно - моя школа.
        - Пфе, - фыркнул я, - кто тут кого ещё учить должен. Школоло. Так понимаю, обломилось тебе, причём в неприятном контексте этого слова, раз ты меня сразу в вороны записал?
        Санёк тяжело вздохнул, потом махнул рукой:
        - Полный облом. Сначала всё нормально было, погуляли немного по аллее, зашли после этого в кафешку на Горького, там кофе с пирожным она слопала. Вела себя многообещающе, и вообще она очень интересная, но...
        - Но?
        - Опять пошли гулять после кафе, попросила провести её по интересным улицам, показать что тут и как...
        - Так она не местная?
        - Нет, конечно! Я разве не говорил?
        - Только о том, как слюни пускал на неё в магазине, - ухмыльнулся я.
        - Да иди ты.
        - Ладно, ладно, не дуйся и не обижайся, а то на обиженных, сам знаешь, что кладут.
        - Хватит ржать, блин.
        - Всё, я сама серьёзность, - я быстро провёл пальцем вдоль губ и напустил на себя сосредоточенный вид. - Так что там с твоей Олесей случилось дальше, после кафе?
        - Да ничего... хорошего. Причём, со мной, ей-то наоборот всё понравилось...
        Дело оказалось в том, что оказались они неведомыми путями у «Звёздочки» - чуть ли не самом дорогом и престижном ресторане в том районе городе. Городские депутаты не брезгуют захаживать на обед в этот ресторан, а это что-то да говорит.
        Попала парочка на вечер японской кухни с приглашённым шеф-поваром, настоящим японцем (если, конечно, не удмурт или якут какой переодетый или вовсе калмык-пастух, ещё год назад только и умеющий кумыс «черный» делать... хотя, всё-таки, это «Звёздочка», может и не удмурт-калмык). Кухня и так не из дешёвых, а уж эксклюзивные блюда от этого «калмыка» и вовсе оказались заоблачными.
        Под весёлые трели девчоночьего голоска Сашка и не заметил, как застолье перекрыло его немаленький бюджет «лопатника». Пришлось влезать в НЗ на карточке.
        - А ещё она на меня ТАК посмотрела, словно, говоря: и куда ты лезешь со своим рылом в калашный ряд, раз даже поухаживать за мной не можешь. Не, я к ней больше не ходок, моей зарплаты на неё не хватит явно. Она и одета великолепно, украшения явно не с фианитами.
        - Как там бабы говорят про нас «у мужиков вечная проблема: то не по зубам, то не по карману», - улыбнулся я, потом похлопал по плечу парня. - Ладно тебе, может, ещё сойдётесь. Кстати, после ресторана, хоть, было чего?
        Тренер посмотрел на меня взглядом Чебурашки, которого спросил грузчик, а что же ему делать с этой забавной зверушкой среди «ляписинов».
        - Понятно, в первый день не даёт, приличная.
        - Стерва она, динамщица, - скрипнул зубами собеседник.
        - Брось, Сань. Это в тебе гордость говорит и мужское эго, небось, давно уже никто не прокатывал и сами хотели залезть тебе в штаны и волокли на квартиру? А тут такой облом.
        И тут рядом прозвучал приятный звонкий девичий голосок:
        - Привет, мальчики. Саша, привет, куда ты пропал? Не дозвониться до тебя, и тут не бывал.
        - А-а... э-э... - затянул тренер, мигом покраснев, как старшеклассник, который увидел полоску трусиков под юбкой у молодой учительницы.
        Сейчас, когда девушка оказалась рядом, я убедился, что первые мысли в том, что она красавца, были ошибочны... нет, не красавица - богиня! Ангел!
        «Или у тебя уже от воздержания мозги кипят».
        Ярко-зелёные глаза, светлая кожа, едва заметные рыжие пятнышки веснушек и восхитительные ямочки на щёчках!
        «А Инесса? Ты же, вроде, её любишь?».
        Но ни один из внутренних доводов до меня не доходил, когда рядом стояла ТАКАЯ девушка. Это я ещё про грудь молчу, которая вблизи действовала на меня, как... уф, уж лучше промолчу, а то что-то распалился не по-детски.
        Впрочем, не я один, вон как у тренера масляно заблестели глазки, хотя всего пару минут назад жаловался, что девчонка не по зубам и он рвёт с ней едва завязавшиеся отношения.
        - Ну, я вас оставлю, - поспешил я откланяться. - Не скучайте.
        Когда отходил от этой парочки, то поймал мимолётный внимательный взгляд девушки, слишком внимательный, чтобы быть мимолётным, посланным вслед. Откуда такое любопытство я узнал позже, когда ко мне в конце тренировки подошёл Сашка.
        - Некитос, тут такое дело, - сказал приятель и смущённо отвёл в сторону взгляд, - не желаешь помочь?
        - Смотря в чём?
        - Покатай Олеську по городу, а? Я вроде как с ней решил окончательно объясниться, сказал, что, типа, не подходим, времени у меня мало и вообще чёрт меня попутал тогда, у меня невеста имеется и я её очень люблю.
        - О-о, поздравляю! - хлопнул я собеседника по плечу. - Когда свадьба? А как невесту зовут?
        Тренер зло посмотрел на меня.
        - Что за взгляд? - широко улыбнулся я. - Невеста хочет свадьбу с размахом, а ты не хочешь брать кредит?
        - Я серьёзно, Никита!
        - Да не кричи ты так, всю контору спалишь, - вздохнул я. - Если всё порешали, то причём тут я?
        - Она тебе не нравится?
        - Ну-у, так, - не стал кривить душой я, - нравится. Редко такие красотки встречаются в пределах видимости и за которыми можно поухаживать с возможностью что-то получить в ответ.
        - Ну так чего ты теряешься? Она и сама про тебя расспрашивала у меня только что, типа, кто таков, чем занимается, красавчик из того типа, что нравятся. Вот я и подумал, что ты переключишь её на себя, а то мне как-то неловко рядом с ней.
        - Неловко ему, - хмыкнул я. - Скажи, что грустно и стыдно, что рядом та, которая не прыгнула первой в койку да ещё заставила за собой ухаживать с некоторым размахом. Хотя, что там за размах - дорогой ресторан и прогулка коротенькая.
        - Никитос, поможешь или нет? Забери её на несколько дней, а я приближу к себе одну из девчонок, нормальных, пусть эта видит, что рядом со мною есть нормальные красотки...
        - ... локти кусает, слёзы горькие льёт, что такого Аллена Делона потеряла, - засмеялся я, потом добавил серьёзным тоном. - На пару дней не рассчитывай, сегодня, так и быть, развлеку её, завтра может быть, а потом адью - у меня дел по горло, нет времени водить красоток по «Звёздочкам» и аллеи влюблённых показывать.
        - Спасибо, братуха. Не забуду! - обрадовался Санёк и облапил меня, стискивая до хруста ребёр, моих, кстати.
        А я тут вспомнил, что катать мне девушку и не на чем, нет у меня соответствующей «тачилы» ей под стать. Ай, ладно, вывернусь, обещал же...
        Когда далёкая троица в камуфляже с автоматами на правом плече вывернула из-за угла склада, я посмотрел на часы и записал время и количество человек в блокнот. Конечно, съёмка ведётся на несколько камер с разных ракурсов, на виде указывается время, но мне проще черкануть на бумажке.
        Вот троица дошагала до стены из колючек, двое встали на месте, один направился к вышке, там постоял с минуту, потом махнул рукой своим товарищам. Один из ожидающих направился к вышке, потом стал забираться по лесенке наверх, в будку, закрытую со всех сторон листами железа и лишь узкие бойницы позволяли обозревать окрестности караульному.
        Вот караульный скрылся в нижнем люке, прошло секунд десять, и показались ноги, а там и вся тушка сменившегося бойца, который присоединился к разводящему со вторым караульным, и потом вся троица бодро потопала к новому посту - «зоопарку», узкой дорожке вокруг склада, обнесённой с двух сторон двойным рядом колючей проволоки.
        Интересно, чем это я занимаюсь? Что за камеры, съёмка, склады, караульные? Да вот решил я заняться увеличением своего арсенала, а то одного арбалета, даже такого мощного и скорострельного, что у меня, может и не хватить в следующий раз, когда к моему дому приплывут пироги полные индейцев.
        К огнестрельному оружию я отношусь с прохладцей. Знаю «калаш», СВД, чуть-чуть ПКМ, стрелял из «двудулки» охотничьей и даже из полицейского ПМ. Но приобрести для себя что-то из этого арсенала? Да ну на фиг.
        Окажись на моём месте школоло какое-то или фанатик с «ганзы», то... о-о, эти типы даже не держа в руках оружие знают про него всё-всё и для них на первом месте это «ствол и маслята». Я не про всех скопом говорю, но столкнулся тут с типками очумелыми, когда стал тихонечко узнавать про возможность получить оружие. Зарегистрировался на «ганзе», полазал по форумам и темам, поболтал с народом...
        Представился писателем, который пишет роман про «постап», мол, где попадётся оружие, какое, как вообще его получить. Девяносто процентов было пренебрежительных ответов, шуток на тему «а не шпион ли ты, батенька», посылов куда подальше, мол, тут люди серьёзные сидят, места для всяких нет и так далее. Лишь одна десятая дала немного нужной информации.
        Так я узнал про склады резерва и склады для утилизации и ремонта оружия. Одно плохо - местоположение этих нужных предприятий, так сказать, никто не называл, да и в интернете нарыть ничего не удалось. В последнем случае, может быть, я просто и не старался искать усердно и в поиски отделывался размытыми фразами, мол, ищу сослуживца, с которым охранял склады с «калашами» и пулемётами в Московской, Тульской, Нижегородской, Тверской и так далее областях. И ещё примерно дюжины похожих завуалированных вопросов. Потом плюнул.
        Нашёл список воинских частей в лесах и стал их методично прочёсывать. Скажу честно, если бы я был шпионом и не имей я Дара, то нашёл бы нужные склады к своей старости. Хотя и так проклял всё на свете, от дикарей из соседнего мира, до личной паранойи. Которая возжелала установить пару «буратин» на Череп.
        Повезло мне с нашими соседями в ближнем зарубежье. У братьев-славян совсем недавно прошла делегация по нескольким частям с законсервированным оружием. Захотелось им показать свои запасы и пояснили, что собираются всё это утилизировать, так как не считают нужным хранить такую гору устаревшего снаряжения и вооружения, тратить на это миллиарды. Там даже были фотографии территории закрытых складов, мимо которых прошла экскурсия.
        Жаль, но снимки внутренних помещений, кроме КПП и кабинета начальника части не показали. Вот потому и лежал я сейчас в паре километрах от складов, почти полностью закопанных под землю. Узнать их можно было только по полутораметровой насыпи на крыше и едва заметных «грибков» вентиляционных труб.
        Хорошие видеокамеры с великолепным приближением давали чёткую картинку. Фактически работая за обыкновенный бинокль. Впрочем, был у меня и бинокль. Скорее даже оптический монстр весом за килограмм, совместивший в себе лазерный дальномер и бинокль с возможностью регулировать кратность приближения.
        Сам я был в маскхалате и среди кустов вдали от охраняемого периметра, не думаю. Что меня могут заметить. Да и склады эти не могли похвастаться современной системой охраны. Меня даже сомнения берут в правдивости табличек, сообщающих, что к проволочной ограде подключены шесть тысяч вольт.
        Через день я переместился на крышу склада, поймав момент, когда ни один их караульных не смотрел в мою сторону. Впрочем, дело было ночью, а лампочки в фонарях светили вполнакала, плюс, имели жестяные тарелки сверху, защищающие их от осадков, так что, земляной вал практически скрывался в темноте. С другой стороны, попасть на него минуя несколько стен из колючей проволоки и зоркие (ага, зоркие, как же) взоры караульных было невозможно. Так что, часовые смотрели куда угодно ( да и видели тоже), только не на «грибки».
        Было опасение, что вентиляционная труба окажется с сюрпризом - с заглушками, коленами, переходами и прочими коробами. Но повезло, спасибо советской эпохе и ленивости власти. Одна рассчитывала на толпу часовых, коих лет тридцать назад здесь ходило раз в пять больше (а может и больше), другая не видела пользы в излишней модернизации древних и «бесполезных» сооружений. В общем, компактная видеокамера легко проскользнула в трубу (для этого пришлось снять металлический «грибок», что оказалось нетривиальной задачей - сделан он был на совесть). Травил тонкий шнур до момента, пока камера не ударилась об что-то, и сам поводок не ослаб. После этого подтянул на полметра и в таком положение подержал камеру несколько минут.
        Неприятных минут, признаюсь. Сердце бухало о рёбра, грозясь их выломать и удрать куда подальше, от адреналина кипела кровь и гулко бухала в ушах. В животе периодически появлялся холод, и слабели ноги.
        «Ладно, харэ».
        Вытянул камеру, кое-как прилепил на место железный конус, защищающий вентиляцию от попадания в помещение мусора и влаги, и переместился к себе на дачу. И только там расслабился.
        Снятое видео просмотрел только на следующий день, проснувшись далеко после полудня. Качество съёмки, мягко говоря, было никакое. Чуть-чуть ситуацию спасла цифровая обработка.
        - Уроды ленивые, лень заменить перегоревшую лампочку? - с раздражением бурчал, прокручивая по которому разу запись внутреннего помещения склада.
        «Грибок» торчал над самым тёмным углом помещения, заваленного огромными ящиками. Где-то метрах в двадцати горела тусклым жёлтым светом лампочка, угадывалась на ближайшей стене ещё одна, не горящая, к сожалению. Прыгать по такой картинке? М-да, а ведь придётся, вряд ли лучше смогу сделать видео. Судя по записи, единственная включённая лампа на складе висит рядом с дверью, а в той стороне нет ни одной воздушной вытяжки. Все прочие лампы были или неисправны, или отключены в целях экономии электроэнергии и матчасти.
        Переход совершил ранним утром. До смены караула чуть меньше часа, часовые практически спят на ходу в этот «собачий» час. Да и вряд ли они услышат хоть что-то сквозь метр бетона и пару метров земли. Двери толстые, железные, двойные, склад разделён на несколько отсеков бетонными перегородками с толстыми дверями. Нет, не должны услышать, если только я не начну стрелять из трофеев.
        Внутри пахло химией, краской и чуть-чуть сыростью. Темнота мне была не помеха - на голове висел «ночник», в руках и в кармашке куртки находилось по фонарю. За спиной висел удобный рюкзачок с нужными инструментами. Взял с собой многое - от пассатиж и фомки, до болтореза и крайне дорогих газовых кусачек.
        Огромные ящики лежали друг на друге, создавая ряды импровизированных стеллажей. Ящики старые, уж очень вид у них потертый. Кое-где и краска отслоилась, и гниль выела в дереве крошечные язвочки. Между собой они никак не скреплялись, так что, мой инвентарь не пригодился.
        На ящиках стояли буквенно-цифирные обозначения белой краской. Надписи старые, как и сама тара. Я тут же мысленно дал себе подзатыльник: ну почему не поинтересовался в интернете аббревиатурой? Сейчас бы знал, что и где лежит.
        Для пробы перекусил толстую проволоку в пломбах, что блокировали замки на крышке одного из ящиков. Заглянул внутрь, увидел промасленную толстую бумагу, уложенную в несколько слоёв. Под ней прятались четыре деревянных тёмно-коричневых приклада. С такими у нас были «вёсла» в части, где пришлось сочку оттянуть. Лак на вид нормальный, не сбитый и вспученный, свеженький совсем. Затыльники тоже без царапин, странные, правда. Если память не подводит, то армейские «калаши» имели немного другой вид в этой части приклада.
        Я торопился, поэтому разглядывать подробности не стал. Убедился, что в ящике точно оружие и айда - в глухую чащу костромской области, где на сотню километров одна-две полузаброшеных деревушки.
        Один за другим я перенёс шесть ящиков. Брал из разных штабелей, ориентируясь на пометки мелом, которые имелись на каждой таре. Что они означали - бог весть, но примерно каждая «стопка» ящиков имела свою маркировку мелом и разную аббревиатуру старой краской. Подозревая, что ящики могли взять и старые, например, от снарядов (тогда бы и знания из интернета не помогли, кстати), я смотрел на меловые почеркушки, выбирая для каждого переноса разные.
        Устал жутко.
        Наверное, не столько меня вымотали тяжёлые ящики (в принципе, они и были неподъёмными, в одиночку можно только сдвинуть один край, но никак не поднять полностью), сколько частые прыжки и колоссальное нервное напряжение.
        Страх, одним словом.
        Глава 11
        «Облом, облом! Твою мироздание-маму!», - билась в голове мысль, когда я распаковал ящик с предположительно старыми автоматами Калашникова. То-то мне показались странными приклады, но не придал значения, списав на забывчивость. Не фанат я оружия, не фанат. Пусть кто-то другой по фактуре лака опознаёт приклад АКМ от АК-74, а мне этого не дано. Я дока в сварке - ручной-дуговой, полуавтоматом, аргоном и безэлектродной.
        В общем, я стоял над ящиком с ППШ и чесал затылок. В следующий раз обязательно не поленюсь и не испугаюсь запачкаться - сдеру всю бумагу с оружия. Не повезло, всё-таки, сорвать масляную бумагу со стороны прикладов.
        Я стал обладателем трёх ящиков с «папашами» (это грубовато-уважительное название взял из сети), одним с немецкими МП-40 (не «шмайсерами», как меня просветили на той же «ганзе», называть данный ПП - огромная ошибка), один с кучей пистолетов, насыпанных внутрь без всякого порядка, как картошка в бурты, один с ещё одной горой немецких штык-ножей, знаменитых штыков кинжального типа с характерным клювом на пятке рукояти с немецких «маузеров».
        Двадцать четыре ППШ, десять «немцев», пятьдесят парабеллумов с разной длиной ствола (пять штук имели такую длину, что легко занимали расстояние от моего локтя до пальцев) и больше ста штыков.
        Всё оружие, кроме восьми «папаш» было «юзанное», явные трофеи и используемое в частях солдатами. Все магазины были с маркировками краской и разобранные, видимо, чтобы пружина не «устала». Магазины были только к автоматам - пистолеты оказались пустыми.
        Патронов не было ни к одному «стволу» и где искать такие дефицитные боеприпасы вроде тэтэшных или парабелумовских девятимиллиметровых, от которых не разорвёт ствол автомата и пистолета, изготовленных ещё из древних сталей - понятия не имею.
        Вышло так, что вместо отдыха ночью, мне опять пришлось навещать склад в поисках нужных вещей. На этот раз при себе была аккумуляторная электродрель с круглой насадкой, для высверливания крупных отверстий.
        То ли, я перегорел вчера, то ли, усталость и недосыпание так сказывалось. Но сегодня я почти не мандражировал. Почти лениво, механически высверливал в стенках ящиков отверстия. Светил фонариком и пытался понять, что же там лежит.
        Немаленькое помещение было завалено в основном винтовками - «мосинками» и «маузерами». Удивительно, что мне не попался ни один ящик с ними вчера. Полсотни ящиков были заполнены какими-то деталями. Понять сквозь пятисантиметровое отверстие, что же там храниться было никак невозможно. Из русской жадности и простого человеческого любопытства я взял один, где увидел несколько стволов, похожих на пулемётные.
        От винтовок я отказался напрочь. К чёрту эти громоздкие неповоротливые и дуры с низкой скорострельностью и маленьким магазином! И плевать на восторженный визг разных чудиков из интернета, кричащих, что «да это неубиваемый лом с мощью лёгкого танка!».
        Нашёл несколько ящиков с ТТ, «наганами» и ППС-43. Первоначально пистолеты-пулемёты принял за немецкие и махнул рукой, но на следующей таре попал сверлом в область стволом и заинтересовался - немного отличались от ППШ, казались изящнее, что ли, легче. Прихватил один ящик, то же восемь автоматов и всего с тринадцатью рожковыми узкими магазинами.
        И ящик с «тотошками» - уж очень их хвалили все, даже нашёл статью, где говорилось о плане модернизации данного пистолета в наше время и постановке заново в строй. От «наганов» отказался, решив, что в любом случае вместительный магазин пистолета лучше барабана на семь патронов в револьвере с муторной перезарядкой. И опять же послушался советов в интернете, мол, пистолеты уже давным-давно сверхнадёжны и процент клина патрона в магазине равен возможности осечки в револьвере, да и вообще - «наган» фуфло.
        Патронов на этом складе не нашел.
        Следующие два дня я следил за караулами. К счастью, моих шалостей на складе не обнаружили, никто даже не заглянул туда, старательно утрамбовывая землю по периметру и только. Что ж, мне это только на руку.
        Патроны я отыскал я только через неделю. До этого осмотрел ещё три разных склада. На одном лежали всевозможные детали снаряжения солдата: подсумки, шлеи, ремни к оружию, чехлы для оружия, кобуры для пистолетов и револьверов и многое другое.
        Второй был забит тяжёлым вооружением - крупнокалиберными пулемётами и, наверное, автоматическими малокалиберными пушечками типа ШВАК (просто, других я не знаю, а это название нашел в брошюрке-памятке-инструкции в ящике с разобранной пушкой). Тут я обзавёлся одним КПВТ и одним ДШК. Не знаю, правда, смогу ли я собрать эти тяжеленные дуры самостоятельно, пусть и с подсказками в виде инструкции, отпечатанной на плохой бумаге и трудночитаемым шрифтом. Станки для них нашлись на складе с подсумками.
        Третий склад был забит барахлом тылового, вспомогательного назначения. Ну, не знаю я, как точно назвать те горы лопат, кирок, кувалд и прочего шанцевого барахла. Нашёл даже несколько ящиков с металлоискателями столь древнего вида и возможностями, что даже не позарился на них.
        И только четвёртый, последний склад подарил мне столь нужные патронные ящики. Вот их я таскал всю ночь до рассвета, справедливо полагая, что за столь долгий срок хранения многие патроны даже в герметичной смазанной солидолом таре придут в негодность.
        В телефоне прозвучал чопорный женский голос, сообщивший на немецком, что данный абонент не может ответить в этот момент, но я могу оставить запись автоответчику, и мне скоро перезвонят.
        Ага, аж три раза.
        Уже три раза диктовал Иннесе речь за вчера и сегодня, и пока все они без ответа.
        После тяжёлой работы решил отвлечься на время да и чего тут скрывать - я уже давно скучал по моей немке. Но так как сквозь землю провалилась. На страничке соцсети не показывалась несколько дней, на мои сообщения там не отвечала, телефон вне зоны. И домашний тоже не отвечал.
        Я просидел три часа в ближайшем кафе, из которого видны окна съёмной квартиры, пока в них не зажёгся свет. Почти бегом выскочил на улицу, бросился к подъезду и остановился. А нужен ли я там? Не произойдёт ли чего-то непоправимого, если я сейчас начну звонить в домофон?
        Мялся и терялся я почти десять минут, неподвижно стоя на тротуаре и смотря в окна квартиры. Прохожие обходили по бокам, пару раз услышал в свой адрес что-то вроде «пьяный или наркоман, куда полиция смотрит», и этим почти не отличаясь от моих земляков, которые во всех непонятных поступках окружающих винят вино и наркотики.
        Наконец, я решился и направился к... таксофону.
        Что-то рядом с сердцем холодело, когда я делал шаги в направлении дома, словно, тело чувствовало, что там его ничего хорошего не ждёт. Что это - интуиция или одна из сторон моего Дара? Или паранойя разыгралась до такой степени, что теперь везде я буду видеть опасность? Не хотелось бы, честно признаться, и так уже перестраховываюсь во всём.
        - Алло?
        Голос ответил женский, но это была не Иннеса.
        Глава 12
        - Алло?
        Голос ответил женский, но это была не Иннеса.
        - Альма? - предположил я и угадал, хотя в телефоне голос соседки Иннесы сильно исказился.
        - Да. А с кем разговариваю?
        - Это Ник...
        - А-а, Ник, привет! Как поживаешь? Слушай, помнишь как-то мы ели пирожные в одном заведении вечером? Давай через час там встретимся, - преувеличено радостно произнесла она и быстро протараторила предложение о встречи, после чего отключила звонок.
        Я повесил трубку и медленно отошёл от аппарата. Интересно, что произошло с этой моделью, какие пирожные? Я пирожными угощал только свою любимую немку, но никак не её соседку. Сладости, которые приносил на квартиру не в счёт. М-да, тут без пол-литры не разобраться.
        Когда я через час добрался до кафе Эмиль Райманн, там меня уже ждали.
        Альма сидела в уголке подальше от больших стекол и напротив входа и нервно кромсала какое-то маленькое пирожное.
        - Привет, Ник! - она прикоснулась к моей щеке своей и тут же вернулась на своё место.
        - Что случилось? Что с Иннесой?
        - Я не знаю, - шмыгнула она носом. - Её забрали в полицию или куда-то вроде того, а сначала она пару ночей куда-то пропадала, взяла выходной и сидела с ноутбуком день и ночь, даже не спала.
        - Что искала?- поинтересовался я.
        В ответ собеседница развела руками:
        - Она закрывала крышку каждый раз, когда я подходила к ней, а всю историю подчищала.
        - А куда пропадала?
        Но и тут соседка Иннесы не могла мне помочь.
        - Я в первый раз случайно заметила, что её нет в квартире. Проснулась ночью, прошла на кухню за водой и вдруг вижу - Иннесы нет. А утром опять была на месте. И ничего не объяснила, только рассердилась, что я слежу за ней.
        - Рассердилась? - удивился я. - Иннеса? Она же спокойная.
        - Ага, - подтвердила собеседница, а тут, как сама не своя стала, как чужая. Накричала на меня, чтобы не лезла в её дела.
        - Любовник? - нахмурился я.
        - У Иннесы?! - всплеснула руками девушка.- Ник, она в тебя влюблена... э-э, как вы русские говорите - вместе с ушами.
        - По уши, - поправил я её. - Тогда куда уходила, хоть примерно? И при чём тут полиция?
        - Куда уходила - я не знаю. А о полиции так подумала, что днём перед пропажей она разговаривала с каким-то мужчиной у нашего дома. Ей позвонили, и она вышла, а я в окно видела, как какой-то мужчина в чёрном костюме и длинном пальто показал ей жетон госсработника. Ну, такую бляху, как в кино, может, видел?
        - Тут не кино, - хмуро произнёс я. - И что дальше?
        - И на следующий день она куда-то исчезла. Собрала в сумку немного вещей и всё.
        - А с кем уехала? Альма, сейчас любая мелочь важна.
        - Я не видела, - грустно вздохнула та, - я на съёмках была. Про вещи потом узнала, когда посмотрела. Она из ванны взяла свою щётку и бритву, и полотенце, я потому и увидела, что она собрала сумку. Чемоданы на месте, а спортивная сумка, с которой она ходит на тренировку - отсутствует.
        Я нервно забарабанил пальцами по столешнице.
        - Ник?
        - А?
        - А ты не шпион? - вдруг шёпотом произнесла Альма, заставив меня подавиться воздухом.
        - Ч-чего?! какой я тебе шпион?
        - Так, просто, - всё тем же шёпотом продолжила она. - Ты такой странный, это Иннеса ничего не замечала, втюрившись в тебя по полной, а я видела.
        - Что ж ты видела? Как я снимаю на секретную камеру ваши военные объекты, или ношу с собой чемоданчик с бомбой? Выпытываю секреты с работы Иннесы и про твой модельный бизнес? Или вас склоняю к работе на кэгэбэ?
        - Ну-у, я... - смешалась девушка и покраснела. - Мне ты кажешься странным. Вот зачем тебе девушка из Германии? У вас в России их нет?
        - Мне понравилась Иннеса. Рано или поздно я сумел бы уговорить её переехать к себе.
        - Пф-ф, - фыркнула она, - почему не к нам? У нас всё лучшее и голода нет, карточек на продукты и интернет и вообще...
        Я развеселился, слушая её слова.
        - Постой, постой, так вы тут думаете, что про Россию пишут в жёлтой прессе - это правда? Альма, ты же умная девушка, посмотри на меня и скажи - я голодаю? Или я продаю талоны на интернет, чтобы летать сюда?
        Она покраснела и замолчала, а я вздохнул и погрузился в свои мысли, потом вдруг меня озарило:
        - Альма, а у вас же стоят камеры на доме, в подъезде и на столбах на улице я видел, так?
        - Вроде бы, да, - неуверенно подтвердила она.
        - А куда запись выходит, может, удастся её купить и потом по номеру машины или лицу того мужчины с бляхой определить, куда исчезла Иннеса?
        - Ник, я не знаю, но попробую узнать.
        - Если будут нужны деньги на покупку, то я дам.
        - Но...
        - Альма, везде всё покупается, даже у вас в Германии. Просто этим занимаются не простые граждане, вроде тебя, а те, кто хоть немного ближе стоит к власти, а владение записями с уличных камер - это кусочек власти. Ими можно шантажировать неверную жену или мужа, нарушителя дорожного движения, участника аварии или наезда на пешехода. И это только малая часть.
        - Хорошо, - приняла решение девушка, - я попробую узнать. Тогда позвоню?
        - Сообщение скинь, возможно, я сегодня ночью улечу к себе. По скайпу если что можно связаться или ватсапу. Ах, да, если будет несложно, то принеси её ноутбук, хорошо? Возможно, я сумею поднять все очищенные истории поиска и понять, что же привлекло её внимание, раз она пошла в полицию.
        Когда мы разошлись из кафе разными дорогами, у меня в голове засела мысль, что Альма явно влюблена в мою немку, раз приняла такое участие в её поисках. Главное, чтобы не наломала дров.
        Следующий день я провёл в ожидании звонка, но без толку. И потому на второй, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей, я занялся иномировыми делами, в частности - озаботился поиском судёнышка, на котором смогу без опаски рассекать по водам озера.
        Самым первым делом я просмотрел в интернете подходящие, точнее, желаемые варианты. В идеале хотел заиметь что-то армейское, то, чему сносу не будет лет сто, и по надёжности сравнимых гражданских аналогов им нет. И даже нашёл несколько образцов: два понтонных катера и катер разведки. К сожалению, все они весили слишком много и не разбирались на части для простоты переноса. Даже самый лёгкий тот, который разведывательный и то довёл бы меня до грыжи и заставил бы несколько дней восстанавливаться, а ведь мне ещё предстоит переход в Дрезден и неизвестно, что получится узнать Альме, и к чему это приведёт. Может, придётся прыгать в камеру полицейского участка и вытаскивать из неё Иннесу?
        Следующий катер заставил сделать стойку - проект «Чибис». Использовался МЧС, когда-то был у речной милиции. Обнаруженные мной отзывы были в среднем равны четырём баллам из пяти. Но опять же мешал вес - около тонны. Всё-таки, это был специализированный аппарат с двигателем от грузовика, который сам по себе весил немало.
        Плюнув на качество и надёжность, я полез на форумы речников, которые любили делиться проблемами, хвалились своими судёнышками, покупали и продавали. И вот здесь мне повезло. Сразу два варианта - лодка Ёрш и катер Егерь. Первая весила около ста с небольшим килограмм и могла брать на борт четырёх человек, тридцатисильный двигатель выводил судно на глиссирование за несколько секунд. Катер был ещё мощнее и в максимальном варианте мог принять стосильный двигатель, хотя идеальным считалось примерно семьдесят «лошадок». Почти пять метров в длину и около двух в ширину с высотой бортов семьдесят сантиметров. Вес катера из алюминиево-магниевого сплава был порядка двухсот килограмм. Стоил катер немало, но так и покупать я его не собираюсь?
        Днём с противоположного берега реки, на которой стояла база продажи и проката лодок и катеров, я в бинокль тишком рассмотрел стоянку судов. Катер, который так меня заинтересовал, имелся в двух вариантах: один с пластиковой рубкой и кучей окошек, с брезентовым пологом в задней части, чтобы сразу от места рулевого иметь свободный выход на подножки, к задним якорным рундукам и двигателям. И с брезентовым верхом на дугах, который легко снимался. На верхней дуге каждого катера стоял небольшой прожектор-фароискатель, антенна радиосвязи. Тот, что имел два двигателя (основной мощный и маленький, дополнительный на разные случаи), был выкрашен в сверкающий белый цвет. Видимо, этим подчёркивался его элитный статус, подводилось к сравнению с яхтами олигархов. Второй имел камуфляжную окраску и зеленовато-жёлтую окраску брезента. Цена на сайте базы на катера разнились почти в двести тысяч.
        Глубокой ночью, я переместился на причал рядом с коробкой электрощитка, вскрыл тот и вырубил освещение, чтобы сохранить в тайне своё появление и способ угона катера. Камер поблизости я не заметил, видимо, наблюдение отдавалось на откуп сторожу, который дрых в сторожке, поставленной в паре метрах от воды, но паранойя твердила, что бережённого бог бережёт.
        Как только темнота окутала причал, я совершил очередной прыжок, на этот раз на нос белоснежного катера, заставив тот покачнуться и звякнуть цепью. Последняя не доставила больших проблем, с помощью болтореза и поминания шёпотом любимой присказки русских мастеровых про какую-то мать, я избавил свой (СВОЙ!) кораблик от привязи.
        Проход открыл к себе на заброшенную дачу в Рязанской области, где уже давно для всяких тёмных делишек имелся покосившийся сарайчик из старого почерневшего (чтобы отбить желание всяких халявщиков утянуть себе, буде тут такие нарисуются) шифера, скрывающего каркас из оцинкованного железа. К себе такую палевную вещь брать не хотел, так как на катере мог быть датчик сигнализации. Здесь же, даже если глухая железная коробка не сумеет экранировать сигнал, на меня ничто не наведёт. Да и дачный посёлок в глухих лесах и полях, был заброшен владельцами ещё при правлении Ельцина. Имевшиеся постройки часть были растащены жителями окружающих деревень, частью сгорели от лесных пожаров или сгнили из-за отсутствующего ухода. Дороги заросли молодыми березками и осинками.
        Таких мест по стране у меня было с полдюжины и два из них в вечных снегах - одно с палаткой, где вымараживал банкомат, второе в заброшенном заполярном посёлке, где нога человека не ступала уже лет десять.
        Ага, понятное дело, что на этом настаивала моя паранойя, не желающая, что бы тушка, в которой она с комфортом себя чувствует, попала на стол к вивисекторам на изучение.
        Глава 13
        Сообщение от Альмы я получил через три дня.
        - Привет! - поздоровался я с девушкой, которая ждала меня в знакомом кафе и тут же торопливо спросил. - Узнала что по камерам, ну, то есть, записям с них?
        - Привет, Ник. Вот, - девушка украдкой оглянулась и положила на стол поближе ко мне белую маленькую флешку. - Тут запись с видеорегистратора одной из машин. На ней хорошо видны тот мужчина со значком и Иннеса.
        - Чего боишься? - я приподнял левую бровь и с улыбкой посмотрел на собеседницу. - Ты с таким видом вытащила флешку, словно, там самые секретные секреты вашего правительства.
        Альма сильно покраснела.
        - Я себя шпионкой чувствую. Как-то само собой так происходит, - призналась она. - Что ты теперь будешь делать, Ник?
        - Попробую узнать, кто этот человек. У вас же висят в интернете лица всех полицейских и разных важных личностей из муниципалитета на государственных сайтах и так далее? Буду сравнивать одно с другим, пока не найду нужное, потом... потом придумаю, как свяжусь с ним.
        - А если не найдёшь?
        - Найду, - как можно безразличнее махнул я рукой. - На крайний случай обращусь в частное детективное агентство, которое работает по всему миру. Они точно отыщут хоть какие-то зацепки по Иннесе.
        - Если будет нужна помощь, то обращайся, Ник, - Альма наклонилась немного вперёд над столиком, чтобы дотянуться до меня, и накрыла свой ладошкой мою ладонь. - Спасибо тебе, что не бросил мою подружку. Уверена, так поступил бы не каждый.
        - Я русский, а русские своих не бросают.
        По возвращению домой я полез на один интересный форум и создал новую тему, где суть сводилась к тому, что у меня есть нечёткая видеосъёмка, где мне нужно получить чёткие фотографии мужчины с ней. Так же гарантировал кое-какую оплату за сделанную работу.
        Отозвались пять человек, но потом общение со мной начал только один, прочие, то ли, потеряли интерес быстро, то ли, не имели свободного времени, чтобы заниматься этой работой. Или имелась третья причина, быть, может, существовала цеховая солидарность или очередь на принятие вот таких, как мой, заказов.
        Немного расстроило, что данные, которые указал мой работник, принадлежали совсем молодому парнишке пятнадцати годков от роду. Имеет ли он нужные таланты для того, что хочу ему потом предложить, как появится чёткое изображение похитителя Иннесы?
        «Прив, чувак».
        «Привет. Ты сможешь разобрать видео и сделать чёткие фотки с регистратора?».
        «Если там хоть что-то видно, не тьма кромешная или сплошь засвет от дальняка, то без базаров».
        «Нормальная съёмка, городская и неподвижная, только далеко очень и камера не самая хорошая или просто объектив испачкан».
        «Шли ролик, через минуту скажу, что и как».
        Минутный ролик ушёл за несколько секунд, после чего парнишка пообещал связаться через пару часов и сообщить первые результаты.
        Но ни через два, ни через три и пять часов я не получил от него ни словечка. То ли, его устроили те пятьсот рублей (аванс, по окончанию работы пообещал выдать тысячу) и пи***к меня банально кинул, то ли, у него резко появились какие-то проблемы. совсем не связанные со мной. если последнее, то вскоре он со мной свяжется. если первое, то через пару дней попробую найти кого-то ещё для этой работы.
        Привычная паранойя мгновенно врубила «аларм», требуя съехать на конспиративную точку, уничтожить ноутбук, с какого я заходил в интернет и больше не появляться в этом кафе, где я пользовался вай-фаем. Почти отмахнувшись от такой перестраховки, я вдруг подумал, что стоит взяться за перенос катера в соседний мир и заняться, наконец-то, оружием. Так я смогу немного унять звенящие от напряжения нервы и на время исчезнуть с Земли.
        С «егеря» я снял всё - каркас рубки, двигатели, сиденья, скрутил винт. Дальше пошли такие детали, как крышки с рундуков. Снял бы и антенну сонара с прожектором, но они слишком хорошо крепились к дугам, и я решил не рисковать их целостностью.
        Весь перенос вместе с отдыхом и обратной сборкой занял восемь часов, после чего в новом мире у меня появился удобный, скоростной и надёжный катер. Не «чибис», не армейский «перчик» и тем более не «буян», но тем не менее отличный кораблик.
        С оружием всё было немного хуже. Мне нравился ППШ за свой боезапас, но стоило взять в руке, как в груди начинало ворочаться неудовольствие и даже злость на вес, на неудобство хвата. Разве что, отдача была маленькой, что многое компенсировало в минусах, но.... Немецкие автоматы просто не легли в душу, вроде бы полегче и хват удобнее, да вот только на всех без исключения приклады болтались, как качели, настолько они были расшатаны до момента попадания на склад (или их уже потом не раз юзали). Плюс, потом я себе обжог при стрельбе указательный палец и пять раз выковыривал не сработавший патрон (но это могло быть по вине старых боеприпасов, вообще, удивительно, что эти патроны ещё при СССР не сожгли в стрельбах, может просто позабыли). Кучность стрельбы на пятидесяти метрах меня устроила, а вот на сто слишком часто мазал и, подозревая, что не только по вине приклада.
        ППС...
        С этим автоматом было всё намного лучше - в меру лёгкий, практически, «калаш», тридцать пять патронов, что на три больше «немца», но приклады и здесь болтались, не сильно, но всё равно это злило. Отдача была в меру, хотя с «папашей» даже близко не стояла. Точность получше немецкого автомата и даже на сотню метров результат в два раза выше (с МП-40 сравнивал, лучше, чем ППШ точность никто не показал) оказался. Но бесила скорострельность - высокая, выше, чем у МП-40 (по моим ощущениям, немецкий пистолет-пулемёт как бы не в полтора раза медленнее стрелял), и отсутствие одиночного выстрела и вообще переключения на отсечку. Я кое-как приноровился пулять по четыре-пять выстрелов в очереди, но это в полигонных условиях, в стрессовой ситуации вряд ли покажу те же результаты. Зато кожуху на стволе обрадовался, как родному, после неприятного происшествия с «немцем». В целом, из трёх ПП я взял именно ППС-43 и на первом месте стоял вес. Даже расхваливаемый некоторыми завсегдатаями на «ганзе» немецкий автомат сильно проигрывал советскому в этом плане.
        Определившись с личным оружием, я занялся пулемётами. В первую очередь полез в тот ящик, где лежали несколько стволом. Мои чаяния, что это несколько пулемётов не оправдались. Это был один, но с несколькими стволами, вроде амерского «вулкана», но если там пять-шесть чаще всего показывают, то здесь их было восемь! Шквальный пулемёт Слостина, вот так назывался сей девайс сумрачного советского гения. Почему сумрачного? А не пошёл он никуда, только и юзался на полигонах перед комиссиями и только. Удивительно, что я смог найти его на том складе. В моё время это уже не просто оружие, а настоящая коллекционная вещь. Думаю, какой-нибудь фанат из США легко выложит за него не меньше миллиона... рублей! Конечно, рублей, для долларовой цены он не настолько эксклюзивен и рекламирован.
        Из интереса попытался собрать всю конструкцию воедино, но не преуспел и плюнул на это дело. Вместо него решил поставить на охрану Черепа КПВП.
        Ох, и намучился я с ним. Имеющиеся в ящике брошюрки мне помогли мало. Пришлось возвращаться на Землю, смотреть и скачивать ролики, где умельцы показывали подробную схему сборки и стрельбы из этой минипушки, которая стояла на вооружении в РККА времён Великой Отечественной войны и стоит поныне.
        Патронов к нему у меня не было, но я знал, где их можно найти и потому не сильно горевал. Заодно там же присмотрю себе нормальный «калаш» и запас патронов к нему.
        На острове с аборигенами всё было не слава богу... уже в который раз вообще и в целом этим дикарям не везёт. В этот раз мальчишки вытащили какую-то рыбину и двое искололи руки о её иголки. Результат - чуть не умерли и лишилась верхних конечностей. Для людей, которые живут лишь за свой счёт, путём охоты, рыбной ловли и собирательства - это верная смерть.
        Рыба оказалась жутко ядовитой, а после её яда ткани вокруг места укола, быстро мертвели. Шафдич пацанов откачал, в лесу отыскались нужные травки и цветочки для противоядия, но руки... с руками молодые аборигены распрощались. У одного вожаку пришлось отрезать обе руки по локоть, второму только правую, левой тот просто не успел схватиться за рыбу.
        - Вы же здесь живёте, это ваше озеро, Шафдич! - накричал я на старшего аборигена. - И вы не знаете, что можно брать, а что нет?!
        Он стоял передо мной, сгорбившись и бледный от страха и переживания за свою ошибку.
        - Я один знал, никто больше... редкая рыба, очень редкая... и в сети не идёт, на крючок с наживкой не идёт... на блэсьну поймалась, - тихо произнёс он. - Меня не было в тот момент с ними, в лесу был, там женщин охранял.
        «Он ещё и кавказский акцент мне тут будет показывать, косяк ходячий».
        - Не убивай меня сразу, донгац, дай вырасти детям, чтобы было кому защитить род. Что бы женщины забеременили.
        - Да никто тебя убивать не будет, тебе теперь эти мальчишек кормить и поить, - со злостью произнёс я и в сердцах ударил ботинком по пеку, подняв вверх целый фонтан. - Они оба теперь на тебе, ясно? Ты теперь их руки.
        - Да, донгац, - оживился собеседник. - Я их выращу, найду им жён, которые за ними ухаживать станут, все-все секреты дам и потом возлягу у вашего алтаря.
        - Это ещё зачем? - с подозрением поинтересовался я.
        - Так... кару я заслужил...
        - Я тебе сейчас язык отрежу, чтобы ты ересь не говорил! - заорал я на вожака аборигенов. - Твоя жизнь - моя, никаких «возлягу» или «умереть мне пора». Умрёшь, когда я прикажу, ясно? Или когда у мальчишек новые руки отрастут!
        - Я не великий муарамо, донгац, - вздохнул тот, - и никогда им не стану. Только ему по силам заставить расти руки и сделать их лучше прежних.
        - Вот и молчи, - кивнул я, - мол... стоп-стоп, что за муарамо?
        - Великий муарамо, донгац. Он почти так силён, как и вы, но его сила лишь в лечении. Он может мёртвого вернуть обратно в семью, если тот не слишком давно умер, а иначе он не сможет никого вспомнить, забудет, как есть и охотится.
        После этих слов дикаря у меня в голове настал сумбур из мыслей. В первую очередь подумал про шаманов, которые так любят наводить тень на плетень и заставлять простых соплеменников верить в то, чего нет. Потом вспомнил убитого мной старика, которому было начхать на слезогонку и свалился лишь от удара шокером. Следом пришла мысль, что в этом мире так же могут быть люди, обладающие схожим со мной Даром.
        «А личный хилер, который запросто руки отращивает, нам же пригодится! - тут же стала потирать руки паранойя. - Мало ли что с нами произойдёт, сунешь нос не туда, где его прищемят или оторвут, а тут хлоп - и как новенький! Этого кадра нужно срочно сюда тащить, запирать в сейф и сажать на цепь и минировать, всё вокруг него минировать!».
        - Этот муарамо мальчишкам может помочь?
        - Может, донгац, - торопливо закивал собеседник. - Сам однажды видел, когда совсем тил масва был, как лесной тигр разорвал живот охотнику. А потом пришёл великий муарамо и убрал рану. А ещё сборщик орехов как-то упал с высокой пальмы и отбил спину, у него не двигались ноги и он едва мог шевелить руками, пролежал месяц в хижине, уже хотели его напоить ядовитым соком, чтобы снять мучения, но появился великий муарамо и сделал его прежним, вся болезнь ушла!
        - И где живёт такой умелец? - заинтересовался я и мысленно скрестил пальцы, чтобы мужчина назвал место в районе озера и недалеко от берега.
        - Там! - он махнул рукой в сторону противоположного берега, к которому я так и не добрался. - Он ушёл туда, сказал, что станет жить у белой скалы, с вершинами, похожими на женскую грудь.
        - Хм, ладно, об этом поговорим позже... завтра, - пообещал я. - Может быть, попробуем наведаться к этому великому муарамо.
        Задержка была вызвана моим желанием повторить попытку улучшить запись видеоролика с регистратора и получить чёткие изображения неизвестного с неким служебным значком. Раз тот малец примолк, то придётся искать других помощников, платить новым и ждать от них ответа. Этим я занялся с вечера и до полуночи, уговорив троих, называющих себя видеохакерами сидельцев на форуме. Каждому перевёл на электронный счёт по пятьсот рублей и сказал дождаться моего ответа завтра после обеда.
        На следующее утро я покинул Землю.
        На Черепе за час собрал всё нужное. В основном, это было оружие и боеприпасы. С собой взял два ППШ, один ППС, один длинноствольный «люгер», к которому я ранее в оружейном магазине купил два магазина и оригинальную деревянную кобуру (точнее, деревянный приклад, на котором сбоку крепилась кожаная длинная кобура), которая могла пристёгиваться к рукоятке. Охолощеное оружие или ММГ свободно продавалось, хотя и требовалось ставить его на учёт зачем-то. Мне удалось заверить продавца, что оружие моё давным-давно уже стоит на учёте, где надо, а магазины потерял, кобуру сломал на недавних реконструкторских сборах.
        Магазины требовали совсем минимальной доработки, чтобы можно было без опаски за надёжность стрельбы пользовать в них боевые патроны.
        Ещё два «нагана» и два ТТ. Довершал арсенал арбалет.
        Было жалко, что не могу поставить в катер пулемёт, хотя бы любой, даже просто РПК сгодился или даже «максим», раз уж нарвался на склад со старьём, точнее, стариной.
        На Колобке, к счастью, за сутки ничего не произошло. Даже мальчишки были живы, а то я на Земле всё больше и больше волновался за них, боялся, что они сами или под давлением старших решат отравиться или ещё как-то покончить с жизнью у моей статуи, несмотря на все мои неоднократные указания, что я против подобных жертвоприношений.
        - Шафдич! - крикнул я, когда подъехал на катере к самому берегу. - Забирайся сюда!
        Оказавшись на борту, старший дикарского рода старался не подавать виду, как ему страшно, но бледность и мелкий тремор пальцев выдавал его.
        Что ж, пора проверить себя: могу ли я открыть портал с человеком. С живыми существами уже убедился, что всё работает, и Тузик тому доказательство. Как и кошки на острове, который разорили враждебные дикари.
        - Шафдич, сейчас мы окажемся очень далеко отсюда, я проведу тебя по тайной невидимой тропе. Не пугайся и не делай ничего, даже не думай ясно? Это полностью безопасно.
        - Да, донгац, - кивнул тот и пару раз не сдержал нервное постукивание зубов. - Не буду бояться, не стану думать.
        «Не думай о белой обезьяне», - заржала в голове паранойя.
        Сосредоточиться... представить несколько скальных островков, с которых с трудом с помощью бинокля просматривался противоположный берег озера и...
        - Бу-уэ-э, - абориген едва успел наклониться над бортом перед тем, как выбросить свой завтрак, съеденный перед моим появлением. - Бу-уэ-э...
        - Живой? - спросил я, когда он закончил вызывать ихтиандра.
        - Да, донгац, - он вытер губы ладонью, потом наклонился к воде, зачерпнул ладонью её и умылся. - Я подумал про тропу, прости меня.
        В голове прямо до икоты заржала моя вторая личность-паранойя.
        - Ничего, - махнул я рукой, - главное, мы здесь.
        Вооружившись мощным биноклем, я стал осматривать далёкий берег, до которого было километров сорок. В отличие от моего, рядом с которым расположены знакомые мне острова - Бунгало, Череп и Колобок, здесь не было зелёной стены джунглей, вместо деревьев лишь скалы, которые ещё дальше превращались в горы, покрытые снежными шапками. Но было до них столько километров, что даже в бинокль они с трудом просматривались. Пожалуй, до подножия нам идти и идти.
        - Чёрт, жаль, что не прихватил какой-нибудь скутер или мотоцикл лёгкий, - вслух выразил я досаду. - Шафдич, что за Белая скала с грудями?
        - Я не знаю, донгац, - пожал он плечами, - я здесь никогда не был лично. Наш муарамо из племени стал великим муарамо и переселился сюда, как заповедовали ему предки.
        - Хм, так он до этого момента жил у вас?
        - Да.
        - И как он узнал, что стал великим, а не остался простым? - стал допытываться я.
        - Не знаю, донгац. Слышал, что это связано со смерть предыдущего великого муарамо или тот ушёл от Белой скалы. Духи связываются с ближайшим муарамо и приказывают идти на место, где всегда живёт великий муарамо, чтобы занять его место.
        - Я уже запутался в этих муарамо... ладно, ладно, это я не конкретно тебе говорю. А эти ваши мастера по отращиванию рук и ног в каждом племени имеются?
        - Муарамо не везде, они очень редко рождаются, еще реже, чем появляется донгац.
        - Так, так, а когда донгац у вас был в последний раз?
        - Я не помню, донгац, это очень давно было. Он приходит, когда племя или род становятся на край гибели и спасает всех. Уже много поколений нашему племени ничего не угрожало.
        - Ладно, - махнул я рукой, решив, что выяснять всю подноготную своих предшественников не время и не место, - потом поговорим. Держи бинокль и смотри на берег, вдруг, найдёшь эту чёртову Белую скалу.
        До не такого уж и далёкого берега я решил добираться вплавь, тем более, не просто же так жилы рвал в поиске и доставке катера в этот мир. Пусть отрабатывает своим бензиновым сердцем и дюралевым брюхом.
        «Егерь» с мощным мотором легко выходил на глиссирование и развивал почти шестьдесят километров в час. Правда, ревел так, что уши закладывало. На скорости же до двадцати пяти километров в час шума двигателя практически не было слышно. По крайней мере, на поверхности, в воде-то по любому от винта те ещё вибрации расходиться должны. Это я к тому, что моя расшалившаяся паранойя напомнила про неведомого озерного монстра, который однажды лишил меня резиновой лодки.
        Через полчаса берег легко просматривался невооружённым взглядом, оставалось выбрать место для швартовки и поднятию по крутой скальной стене.
        Но и эти проблемы решили.
        Уже скоро мы с Шафдичем стояли на каменистой равнине, нагруженные, словно, мулы. И больше всего тащил на себе именно абориген, в основном оружие и боеприпасы. На мне был надет сверхлёгкий бронежилет, который имел гелевый наполнитель для амортизации и керамические пластины от осколков и малоимпульсных пуль вроде от «мелкашки» и тридцать восьмого калибра, также эффективно защищал от ударов ножами, стилетами и дубинками. Думаю, и от стрелы спасёт, раз от узкого клинка защищает. Голову прикрывала кевларовая каска с формой под наушники или звуовые демпферы. Ничего такого я ставить не стал, а сунул туда наушник от хитрого приборчика, который увидел в охотничьем магазине. Эта штука имела функцию улавливать окружающие шумы и многократно усиливать, при этом строго в одном диапазоне децибел. Стоило этому порогу увеличиться, как прибор работал на подавление шума. Так что, оглохнуть от выстрелов мне не грозило - лично проверил с помощью стрельбы из автомата.
        Сейчас он был выключен в целях экономии батарейки и моих нервов, которые постоянный шорох от мелких насекомых явно держал бы на взводе.
        За спиной висел удобный иностранный рюкзак с широкими регулируемыми лямками. В нём всё необходимое для дальнего похода. Сверху на рюкзаке был приторочен «люгер» в кобуре, в кармашке - «наган».
        На правом бедре висела кобура с ТТ, на шее - ППС. Оба ППШ и часть боеприпасов тащил на себе мой спутник.
        Дважды я делал прыжки, в первый раз приблизился к горам почти на двадцать километров, во второй переместился вдоль них на десять, заметив светлую скалу. К сожалению, ничего похожего на грудь-вершину там не было, а белый цвет был от потёков птичьего помёта, которые облюбовали под свой туалет скалу. И чёрт знает, почему.
        Через три часа сделали передышку, чтобы дать отдых натруженным ногам. К этому времени я уже успел сто раз пожалеть, что вот так вот без подготовки рванул сюда на поиски некоего муарамо, способного переплюнуть филиппинских хилеров. Всё равно, что в сказке: пойди туда - не знаю куда.
        После обеда разогретыми консервами, чаем и бутербродами с сыром, я решил возвращаться к катеру.
        - Всё, Шафдич, пора нам назад. Немного разведали местность, никого не нашли - нужно возвращаться. Без точных данных мы эту Белую скалу будем искать невесть сколько, - сказал я.
        Усталое лицо спутника в один миг стало даже не белым - серым.
        - Успокойся, я не собираюсь бросать поиски целителя и оставлять мальчишек безрукими, просто отложу на несколько дней. Мне нужно будет взять несколько вещей, с которыми поиск пройдёт намного быстрее. Через неделю придём сюда ещё раз, и не придётся плыть - сразу сюда пройдём.
        - Да, донгац, - тяжело вздохнул он.
        - И вообще, - решил я схитрить, - если ты не заметил, то я-то имею глаза и уши...
        - ?
        - ... а то, что духи против, чтобы мы беспокоили сегодня муарамо. Может, он лечит кого-то, может, сам силы растратил или ушёл на время от Белой скалы в какое-нибудь племя.
        - Если духи против, то не стоит идти против их воли, - повеселел абориген. Ему проще было признаться, что мешают действия высших существ, чем то, что он сам не способен что-то сделать.
        - Вот-вот, - важно кивнул я. - А теперь возвращаемся к катеру.
        Обратно несколько часов неслись на максимальной скорости, пока я не почувствовал, что смогу перенести судно и нашу парочку к противоположному берегу.
        После того, как оставил Шафдича на Колобке и поднял катер в пещеру Черепа, я решил без отдыха вернуться на Землю. Тяжело, но время важнее.
        Глава 14
        «Прив, чувак!».
        «Мать иху во все стороны, ты что так долго молчал?!».
        Несовершеннолетний видеохакер отозвался на третий день, как получил от меня аванс и материал для работы. Что примечательно, прочие так и не отозвались, даже в сети уже больше суток не появляются, словно, это были разовые ники и срубив с меня копеечку, они удалились или перешли на другие, которые ещё не засвеченные или их прегрешения уже позабыты.
        «Проблемы с железом, чувак. Вирусов какие-то твари здесь накидали, и я на свой комп их хапанул».
        «У меня всё нормально».
        «Так ты тут гость всего, кроме чата больше ничего не делаешь, а загрузка - это совсем другое. Лан, я тебе всё сделал, гони бабки».
        «И как мне понять, что ты не обманешь?».
        «Смотри».
        В углу чата появился конвертик входящего файла. Следом собеседник набил новое сообщение:
        «Там одна фотка с твоим кадром, без лица, чтобы ты не кинул меня, но качество ты оценишь. Смотри и думай - стоит платить или нет. Мне вапще по фиг».
        Фотография показывала мужчину в костюме с замазанным пикселями лицом. Судя по фону, машине, кусочку женской фигуры, которая явно принадлежала Иннесе, это был нужный мне «человечек со значком».
        «Хорошо, десять минут подожди. Я выйду сейчас, чтобы на электронный кошелёк тебе гонорар скинуть».
        Провозился немного дольше, но мой собеседник в сети никак не прокомментировал задержку и перекинул мне фотографии и слегка подчищенное и увеличенное видео с авторегистратора. А потом написал:
        «Ты же его искать будешь?».
        «Тебе какое дело?».
        «Я могу помочь. Я не только чистил комп от вируса, но с другого кое-где полазал и вот что нашёл».
        Опять пискнуло уведомление о появлении нового конвертика с вложенным файлом. Внутри были две фотографии, на которых оказался запечатлён нужный мне человек. Одна - он в форме, фуражке перед строем, рядом с ним какой-то гражданский в костюме. На второй незнакомец был одет в серую «двойку» и стоял рядом с парой человек в американском (или натовском) цифровом серо-жёлтом камуфляже. Не, точно в американском, у одного на плече виден край звёздно-полосатого шеврона.
        Я торопливо напечатал:
        «Это откуда???».
        «Оттуда».
        Следом проснулась паранойя, потребовавшая рвать контакты и смазывать пятки салом, предупреждая, что все эти фотки неспроста и вообще может оказаться разводом, мол, подставить лицо сейчас может первоклассник и восьмидесятилетняя пенсионерка.
        «Поясни или я сейчас уйду, и можешь впаривать эти картинки фотошопленые кому другому!», - разозлился я на такой лаконичны ответ в стиле подростков.
        «Да я типа подумал, что раз тебе нужно изображение этого чувака, то ты его станешь искать. Видно же, что это не рашка, явно не с твоей женой козёл какой-то мутит или твою тачилу поцарапал. Я взял и поискал в программе определения лиц в инете соответствие, ну типа и нашёл. И вообще... знаешь кто? если тёлку увёл, то забей, ещё найдёшь. Он крутой, как сто варёный в крутую яиц. Считай, что в сети про него мало что известно».
        «Кто?!».
        «Из контриков немецких, типа наши фээсбэшники, но круче, наверное».
        В груди всё заледенело, вторая личность с грохотом упала в обморок.
        «Точнее».
        «А точнее будет, когда десять штукарей мне скинешь».
        Во второй раз с переводом управился намного быстрее и вскоре получил на почту небольшой файл с данными на некоего Мартина Штоца, сорока семи лет возрастом, женатого, имеющего трёх дочек, служащего на немалой должности в BND в первом отделе, который специализируется на работе с осведомителями, агентами, сбором информации от разных людей, в том числе и случайных свидетелей и так далее. Адрес служебной и личной квартиры, адрес любовницы (ого, и такая есть), машины семьи - его и жены, служебный автомобиль, номера телефонов, любимые места, где он бывает чаще всего, по каким дорогам возвращается домой. И ещё куча того, что в сети не найти. По конец имелась приписка:
        «Чувак, сорри, но ты не свети эти данные, ок? Я из интереса залез куда не нужно, не ради твоей работы, а азарта ради. Взломал у наших контриков сайт на этого Мартина-хренартина. У них там такая дыра в защите была, ну ваще... небось, какая-нибудь клуша со служебного компьютера, который не подключён к сети, зашла в интернет в тот момент с мобильного модема, ну и я тут как тут...ладно, тебе всё равно не интересно вся эта ботва...короч, не свети, ага? Вместе же поговорим, там знаешь какие сроки светят? Если чё ещё будет интересное, то скинь пару фраз на почту. За нормальную оплату я тебе Пентагон щёлкну».
        Задумался ли я, когда прочитал досье на немецкого контрразведчика? Задумался, но только над тем, как мне с ним переговорить. То, что Иннеса попала в их руки из-за меня - и к гадалке не ходить! Остаётся её вытащить... или как минимум переговорить с ней, узнать, как она теперь ко мне относится. Если патриотические чувства и промывка мозга, что «он может быть террористом, представь, как легко закинуть бомбу в любое место с такой способностью», повлияют на наши отношения, то... даже и не знаю. Мне будет больно, гадко. Стану ли переубеждать? Скорее всего... нет, не знаю, всё будет зависеть от степени её отрицания наших чувств в прошлом и будущем.
        Глава 15
        Мартина я выслеживал всего день. Подозревал, что за работой, маршрутом и домом с его ближайшими окрестностями установлена постоянная слежка, может не живыми людьми, а всего лишь техникой, но мне того не лучше. Потому и не маячил долго в тех местах.
        Посмотрел в монокуляр, который не так удобен, как бинокль, но компактнее и со стороны можно при беглом взгляде принять за видеокамеру, на квартиру, заглянув сквозь окна в спальню, и решил ночью действовать.
        Никакого толкового плана не было, всё делал на желаниях и чувствах, веря в свой Дар.
        На мой план играл тот факт, что немец со своей женой спал раздельно, в разных комнатах и окна его спальни выходили на крышу дома, с которого я следил за ним. В три ночи я оказался в его квартире в паре метрах от кровати со спящим мужчиной. Действовал практически вслепую, перемещаясь по увиденному днём. Всё проделал бесшумно, но почему-то немец завозился в кровати и вдруг резко сел. Его фигура едва-едва угадывалась в темноте помещения.
        «На!».
        С мысленным возгласом я прищурил один глаз и нажал на кнопку тактического фонаря, у которого, несмотря на компактный размер, количество сотен люменов просто зашкаливало. Когда ярчайший луч ударил мужчине в глаза, он на пару секунд замер с раскрытым ртом. Наверное, точно такой же шок испытывает заяц, попавший под галогеновый луч фары ночью.
        «На ещё!».
        На этот раз я наградил немца ударом шокера, вырубая того напрочь. Как только с тихим стоном тот повалился на кровать, я захлестнул ему руки и ноги наручниками, подхватил под мушки и переместился в Россию.
        В заброшенном ещё при развале Союза посёлке за полярным кругом у меня было приготовлено укромное местечко на всякий пожарный случай. Жаль было расконсервировать его, но ситуация к этому сложилась.
        После переноса Мартин очнулся, но ещё несколько секунд его тошнило. То ли, это последствие телепортации (дикаря точно так же в первый раз выворачивало), то ли так сказались сразу несколько факторов - ослепление, удар током, перенос.
        Пока он приходил в себя, я привязал его за правую ногу к цепи, намертво приделанной к стене, бросил на пол ключи от наручников и ушёл. Пусть помаринуется пока что, помёрзнет. В комнате, где я его запер, имелась железная небольшая печка и запас топливных брикетов, несколько одеял, но за окном температура опустилась около минус сорока пяти, так что, особого комфорта маленький обогревательный прибор не даст.
        Немного сомневался я, что мои детские приготовления помогут вывести на откровенность матёрого контрразведчика. Но если понадобиться, то просто заморожу его, думаю, видя, как твои пальцы белеют и теряют чувствительность, язык понемногу развяжется.
        Едва только вернулся домой и заснул, как запиликал сотовый.
        - Да? - пробормотал я, не имея сил даже открыть глаза и посмотреть, кто же звонит.
        - Ты спишь? - удивилась Олеся. - Уже десять утра.
        - Десять? Такая рань, - и зевнул.
        - Эх ты - соня. Какие планы на сегодня? В спортзале не появляешься давно. Может, сходим куда-нибудь?
        Сходить? В принципе, можно отдохнуть, отмякнуть немножко. Да и что греха скрывать - нравится мне эта девушка. Не как Инесса - в своей немке я души не чаю, но и к землячке испытываю симпатию. Вот почему я её не встретил ранее?
        «Может потому, что тогда ты был гол как сокол? - язвительно напомнила паранойя. - И дара не было? Ты бы осторожнее с ней, подозрительная она, ох, подозрительная».
        - Я не против. А куда пойдем?
        В ответ девушка рассмеялась.
        - Это я должна у тебя спрашивать. Кто из нас мужчина?
        - Я ещё сплю, у меня в голове сонное царство, поэтому ничего придумать не в силах, - нашёл я отмазку.
        - Вот когда проснёшься, тогда и придумаешь.
        - Тогда в лес, - опять зевнул я.
        - Что? - на мгновение растерялась девушка. - Какой лес?
        - Просто - в лес. Прогуляемся. Или ты придумай.
        Та вздохнула, замолчала на полминуты, потом произнесла:
        - Раз так, то пойдём в звёздочку. Там у них классная кухня.
        - Японская, на которую попал Сашка? - ляпнул я.
        - Дурак.
        В телефоне запищали гудки скинутого номера.
        «Ну, и ладно, зато выспимся», - подумал я, потом удобнее подбил подушку и вновь заснул, быстро, словно, и не будил меня никто.
        Проснулся сам. С громким зевком потянулся, изогнулся, чуть ли не сделав мостик в кровати, после чего рывком соскочил на пол.
        - Эх, хорошо!
        После бессонной ночи и переживаний в засаде и последующей телепортации с пленников чувствовал я себя замечательно. Даже никакого сожаления о пожилом человеке, который сидит в тысячах километрах от меня, среди снегов, в бетонной коробке и морозом за стенами, при котором герои Ж. Верна отливали пулю из ртути.
        В голове крутилась какая-то мысль, что-то связанное со сном, привидевшимся мне. Но как и любой сон, если ты успел его запомнить в первые секунды после пробуждения, то вспомнить его невозможно.
        Не торопясь принял душ, потом приготовил себе, наверное, ланч или ранний ужин, перекусил и полез в интернет в поисках мощных дронов и воинских складов с оружием. После удачного потрошения оружейного резерва на сопредельной стороне, чувство страха переквалифицировалось в опаску. Авось, никак не скажется на обороноспособности моей страны, если я наведаюсь в её армейские закрома и утащу десяток ящиков с патронами и автоматами.
        Поиск начал со слов «...я тут с народом поиграл в спортивное ориентирование, ну и забрались далековато, а тут эти кАзлы с автоматами давай орать, типа, стой, стрелять будем, типа, мы к их складам вышли и хотим пощипать патрончики и автики. Да на фиг они нам сдались? Народ, у кого такое бывало, будем нам за то, что посмотрели на забор с колючкой и склады вблизи, или даже искать не станут? Стрёмно как-то».
        Пока в теме набирались ответы, комментарии и обязательно ругательства, что меня с мифической командой спортдолбо*бов, что вояк, я прошёлся по соцстраничкам. Ознакомился с последними свершениями в жизни одноклассников, бывших коллег, сослуживцев. Ответил на сообщения, которые висели уже давно, но мне было не до потери времени здесь.
        - В спортзал, что ли сходить, а то давненько там не был? - задумчиво вслух произнёс я. - Пара дней у меня точно будет, пока фриц будет доходить до нужной кондиции.
        До вечера так ничего и не придумал. В итоге лень захватила меня в плен, и я остался дома. От нечего делать я достал фотоальбом, где хранились мои фотографии из разных мест. Точно такой же, нет, вру - ещё больше, альбом лежал на двух флешках. Вот только мне нравилось касаться фотографий, перелистывать их вручную и вспоминать. Почему-то, этот эффект при просмотре с телевизора или монитора был слабее.
        Фотографии были не просто памятью, но и моими маячками. Вот пляжи и острова Таланда, а это Испанское побережье, здесь две дюжины снимков самых оживлённых и наоборот - укромных уголков острова Ибицы, дальше африканская сельва, Новая Зеландия, Австралия, горы Канады и Северной Америки, чаща из секвой и многое другое. В самом конце лежали снимки соседнего мира, изученные острова, растения и животные, рыбы и насекомые, которые я фотографировал и искал здесь, когда пытался сориентироваться на местности, узнать, куда же меня занесло. И несколько снимков звёздного неба уже в самом коне были стопочкой засунуты в уголок на обложке альбома.
        После просмотра запустил на телевизоре просмотр недавно вышедшего блокбастерна про супер-людей, которых простое человечество прессует, а те всего бояться и разбираются только между собой. Сейчас, когда я сам стал одним из этих героев, мне было смешно смотреть за потугами одних захватить мир, вторых убить их, а третьих защитить первых от вторых, и вторых от третьих. Да будь со мной ещё пяток человек с соответствующими Талантами, то я уже через полгода мог сидеть в правительстве одной из сильных стран. Вот что мне могут противопоставить все их армии? Мне, какому-нибудь боевику с неуязвимым телом, бойцу с невидимостью или сменой личин, ещё одному, кому по силам за секунду испепелить танк или смять его же в блин? Да ничего! От меня не закрыться, не спрятать технику, я могу перенести сильнейшего бойца в любой бункер, про который мне станет известно, или в рубку корабля, на позицию континентальных ракет и так далее.
        Этих супер-людей должны были холить и лелеять, вбивать в головы максимум патриотизма и натравливать на таких же существ из другой страны, попутно используя в своих иных целях. Ну, а пока Таланты режутся между собой за свою страну и чужие идеалы, простым людям можно дышать свободно. Я зевнул и переключил телевизор на простое вещание и попал на «дискавери».
        И тут завибрировал телефон. На экране значилось:
        «Олеся».
        - Бли-ин! - схватился за голову. - Это не сон был!
        - Привет,- как можно веселее ответил я.
        - Привет. Ты готов?
        - М-м, почти. Уже осталось ботинки зашнуровать и всё.
        - Ты как девочка, Никит, - вздохнула она. - Понимаю, что красив и харизматичен, можно набивать цену, но не так сильно?
        «Эк, она тебя поддела, - заухмылялось внутреннее-Я. - Харизматичен, гы-гы».
        - Спасибо за комплименты, Олеська. Ты тоже супер девчонка, даже лучше меня.
        - Даже? - хмыкнула она. - Ну-ну. Ладненько, я возле твоего дома стою, выходи поскорее.
        На улицу я вылетел через пять минут, одеваясь впопыхах и перебрав ворох рубашек и брюк в шкафу, выбирая самые глаженые и с самыми острыми стрелками. Времени доводить до идеала у меня не было. Надеюсь, и так сойдёт.
        Олеся ждала меня на улице рядом со своей машиной. В первый момент, когда я её увидел, то обомлел от восхищения. К выходу она подготовилась на сто и один процент. Медные блестящие волосы рассыпались по жёлтому жакету с поднятыми рукавами до середины предплечья. Белоснежная блузка, застёгнутая на все пуговки, обтягивала шикарную грудь, на которой лежала многослойная золотая цепочка. Попку и ножки до колен скрывала узкая юбка бирюзового цвета с принтом из ярких цветов. Ярко-красные босоножки с высоким каблуком увеличивали рост и так не маленькой девушки. На левом запястье висел браслет из нескольких золотых крупнозвеньевых цепочек, на пальце правой кисти сверкал сотнями искр большой перстень с большим голубым камнем. На плече висела бежевая сумочка с золотистым бантиком и ремешком-цепочкой из золотистых же колец.
        - И долго ты там стоять будешь? - поинтересовалась девушка.
        - Я... - первое слово выдавил из себя с хрипом. - Я просто поражён. Хочется убежать подальше и не позорить такого ангела своим приземлимым обликом.
        - Убежать? Ещё немного и я подумаю, что ты специально меня избегаешь. Неужели я тебе не нравлюсь? - девушка сделала шаг ко мне и плавно повернулась вокруг себя. - Я со всех сторон некрасивая?
        - Олесь - ты обворожительная! Мне стыдно, что не могу соответствовать тебе.
        - Хватит глупости говорить, - фыркнула она. - Всё нормально у тебя. Садись и поехали.
        Было видно, что моя реакция на её внешний вид ей приятна.
        В ресторане Олеська попала в центр внимания. Ещё бы - с таким идеальным сочетание рыжего, жёлтого и бирюзового цвета она выглядела солнышком среди осеннего облачного неба. А ещё она была ослепительной красавицей. Поначалу я немного стеснялся, потом стал гордиться, а когда в зал вошла большая компания молодых армян и стала рассаживаться за столики неподалёку от нас, при этом не сводя глаз с моей спутницы и о чём-то весело переговариваясь между собой, стал готовиться к драке.
        Глава 16
        К счастью, буквально через тридцать секунд рядом с ними появился охранник и администратор или администратор с охранником, которые о чём-то с ними переговорили. Слов работника ресторана я не услышал, зато армяне стали возмущаться довольно громко. Благодаря им, я понял, что выбранные столики заказаны по телефону, но по вине официанта вовремя таблички поставить не успели. Повозмущавшись вполголоса пару минут, носатая смуглая молодёжь переместились в другой конец зала.
        Что ж, какое-то время я и Олеська предоставлены самим себе, можем спокойно без давления взглядами и фразами от наглых соседей провести наедине.
        - Что ты на них так косишься? - поинтересовалась девушка.
        - Да так, - пожал я плечами. - Ревную. Слишком нагло они на тебя смотрят.
        - Ревну-уешь? - протянула она. - Надо же. Да ты собственник, как я смотрю. Неужели уже считаешь меня своей?
        - На сегодняшний вечер - точно.
        - А потом? - хитро прищурилась она.
        - А потом... хм, я же не один в нашей паре решаю, это слишком эгоистично будет.
        - А если я захочу этого же, быть твоей и потом? Навсегда?
        - Вот как, - пробормотал я, - и ты не против?
        - Нет, - улыбнулась девушка, не сводя с меня взгляда.
        Кажется, я сам себя загнал в ловушку. И тут на моё счастье заиграла музыка и несколько пар поднялись из-за столиков, и вышли на танцпол.
        - Потанцуем? - быстро предложил я.
        Вечер удался на все сто. Даже носатым носителям наглости не удалось его испортить: примерно через полчаса одному из них, по виду верховодящему в компании, пришёл звонок на телефон. Новости были из тех, на которые необходимо реагировать тут же, по крайней мере, все армяне дружно подорвались со своих стульев и умчались из ресторана.
        - Поехали к тебе, - внезапно предложил девушка.
        - Зачем?
        - А зачем девушка хочет посетить парня? Ей интересно посмотреть, как у него дома.
        - У меня там бардак, - честно признался я. Не то, чтобы всюду лежала грязь или по квартире полз аромат от посуды, которую использовал аж неделю назад, но той же пыли хватало. В последний раз убирался недели две назад. Да и вещи после моих торопливых сборов валяются, где попало.
        - Вот и помогу тебе навести порядок, - подмигнула она. - Завтра.
        «Да хватит уже ломаться, сам же хочешь её до безумия, того гляди молния в ширинке разорвётся, - проскочила мысль. - Не маленький, если она сама хочет и намекает прямо, то носки в углу и пыль на телевизоре не смутят».
        Как я не думал и не искал варианты, чтобы быстро перейти к делу, оказавшись в квартире, но всё вышло по другому. Впрочем, итог оказался тем же.
        Едва только мы вошли в прихожую, и я защёлкнул дверь, как девушка схватила меня за рубашку и притянула к себе.
        - До чего же ты скромный, Никита, - прошептала она и впилась в губы поцелуем. - Не видишь, как я тебя хочу?
        Поцелуй взорвался в мозгу подобно бомбе, выметая все ненужные и лишние мысли. От возбуждения и страсти я на несколько секунд потерял память. Крепкая, что не ущипнуть, попка девушки, будто сама оказалась в моих ладонях, которые с силой сдавили девичьи ягодицы.
        - Тише, тише, - хрипло простонала она, кусая меня за верхнюю губу и тут же просовывая язычок ко мне в рот.
        Рывком задрав ей узкую юбку, я подхватил её под попку и поднял вверх. Олеська, не прекращая поцелуя, обвила ножками мне поясницу. И так вошёл в комнату, где через секунду уже оказался на кровати, лихорадочно расстегивая блузку и сходя с ума, что тонкая ткань и кружева под ней мешают немедленно начать ласкать божественно-прекрасную грудь.
        Это даже был не секс, не страсть, не банальный любовный акт - безумие, про такие моменты говорят поэты, что они единственные, соединяющие души людей навечно, разрывающие их на части.
        Уже солнце окрасило горизонт, а мы никак не могли насытиться друг другом.
        К сожалению, всё рано или поздно заканчивается. Вот и Олеська, шепча мне всяческие глупости на ухо, пока я её провожал, села в машину и оставила меня одного.
        «Немецкие порнографы дружно кастрируют себя и выколют глаза, если однажды увидят съёмку этой ночи из твоей квартиры, - глумливо сообщил мне внутренний голос. - Кстати, о немцах. Может пора навестить пленника, посмотреть, не замерз он там?».
        Успел я вовремя.
        Этот крутой контрразведчик умудрился за какие-то сутки спалить большую часть угля и под конец вовсе потушить печь, завалив топку до верха топливом. Разумеется, небольшая печурка тут же потухла.
        Когда я появился в посёлке и заглянул в комнату, то увидел скрючившегося под одеялами рядом с холодной печкой немца. Ко всему прочему, в комнате сильно пахло дымом.
        - Ты живой? - спросил я через окошко в двери.
        В ответ немец даже не пошевелился.
        - Я сейчас уйду и появлюсь через пять часов. Если у тебя желание во что-то поиграть, схитрить, обмануть и вырваться на свободу, то предупрежу сразу - без меня ты умрёшь. Вокруг на несколько сотен километров снег и лёд, мороз ниже сорока по цельсию, - продолжил я. - Даже в моей одежде ты протянешь часа три, может, четыре.
        Немец зашевелился. Медленно сел, закутался в одеяло и посмотрел на меня.
        - Молодец, - хмыкнул я.
        - Что ты хочешь от меня? Или вы, ты же не один действуешь? - сиплым голосом произнёс он. Простыл, никак, болезный.
        - Пропала одна девушка, моя знакомая. В последний раз видели с тобой у её дома.
        - Я не встречаюсь с девушками, - изобразил он усмешку. - Наверное, ошиблись.
        - Ты и она сняты на автомобильную камеру. Зовут Инессой, - продолжил я. - Мне нужно знать, куда она пропала, что с ней, и я хочу с ней увидеться. Как только это случиться - отпущу тебя.
        - Инесса? - вроде как задумался собеседник. - Светлые волосы, высокая, стройная, снимает квартиру с подружкой моделью?
        - Да! Что с ней?
        - Ничего, она переехала в другой город, работает в моей службе. На время стажировки будет жить а территории подготовительного центра, в общежитии для сотрудников.
        - Где именно, Мартин?
        - Неподалёку от Берлина. Со мной или по моему приказу тебе могут позволить увидеться. Неужели ради этого ты пошёл на похищение высокопоставленного сотрудника бээнди? - покачал он головой и закашлялся. - Парень, я заболел от этого холода. А ещё у меня слабые лёгкие, в бундесвере заработал воспаление лёгких и с тех пор страдаю ими постоянно. Мне нужны антибиотики, тепло и хорошее питание. Или умру.
        - Как можно связаться с ней обходясь без твоего приказа? - спросил я, проигнорировав его слова.
        - Никак. Центр - режимный объект. Все курсанты находятся на казарменном положении, курирую его я. Даже руководитель центра не имеет права выпустить или предоставить свидание, телефонный звонок с кем-то из обучающихся. Послушай, почему ты говоришь на английском? Ты не немец? Русский? У тебя характерный акцент, - резко сменил тему немец.
        «Спохватился, болезный. Только дошло до отмороженных мозгов, - прорезался внутренний голос. - Тормоз».
        - Пока я не увижу Инессу и не поговорю, ты будешь сидеть здесь. Без лекарств, без тепла, - сообщил я ему. - И да - русский. Тем хуже для тебя.
        После этих слов закрыл окошко, не обращая внимания на его крики.
        Вернувшись домой, я полез в интернет. Не отыскав ничего полезного, набрал почту несовершеннолетнего хакера, который добыл мне информацию по Мартину, и в пару предложений выдал ему новое задание, следом отправив тысячу авансов на электронный кошелёк.
        Пока ждал его ответа, зашёл на сайт, где варился в собственном соку мой запрос по военным складам. Комментариев набралось больше тысячи, но только полсотни оказались теми, что я ждал. В них спрашивалось о месте, где это происходило и мимоходом упоминалось, что «у нас тоже есть такие места, но там все знают и близко не подходят». Некоторые даже называли область и деревеньку, посёлок, где эти точки стоят. У других я сам уточнил как бы между делом. Вот именно ради этих комментариев, точнее местоположения складов я и создал свою тему. Думаю, что такой заход издалека пройдёт мимо следящих программ, служб и прочих филеров в сети. Ну, не писать же мне в духе: народ подскажите точные координаты складов с оружием, очень нужно.
        Глава 17
        - Пока я не увижу Инессу и не поговорю, ты будешь сидеть здесь. Без лекарств, без тепла, - сообщил я ему. - И да - русский. Тем хуже для тебя.
        После этих слов закрыл окошко, не обращая внимания на его крики.
        Вернувшись домой, я полез в интернет. Не отыскав ничего полезного, набрал почту несовершеннолетнего хакера, который добыл мне информацию по Мартину, и в пару предложений выдал ему новое задание, следом отправив тысячу авансов на электронный кошелёк.
        Пока ждал его ответа, зашёл на сайт, где варился в собственном соку мой запрос по военным складам. Комментариев набралось больше тысячи, но только полсотни оказались теми, что я ждал. В них спрашивалось о месте, где это происходило и мимоходом упоминалось, что «у нас тоже есть такие места, но там все знают и близко не подходят». Некоторые даже называли область и деревеньку, посёлок, где эти точки стоят. У других я сам уточнил как бы между делом. Вот именно ради этих комментариев, точнее местоположения складов я и создал свою тему. Думаю, что такой заход издалека пройдёт мимо следящих программ, служб и прочих филеров в сети. Ну, не писать же мне в духе: народ подскажите точные координаты складов с оружием, очень нужно пополнить оттуда свой личный арсенал.
        «Гы-гы, а было бы здорово посмотреть, к чему это приведёт!», - тут же развеселилась паранойя.
        Хакер нарисовался через час.
        «Прив, чувак, что там у тебя опять? Я только заснул и тут твой сигнал поднял с подушки. Не будь ты у меня денежным клиентом - спал бы дальше. Так что, тридцать процентов сверху за работу накинешь. Что за поиски УЦа?».
        «Да хоть пятьдесят», - пообещал я собеседнику в сети.
        «За язык не тянул!», - ответил тот и накидал веселящихся смайликов, наверное, таким образом показывая свой большой интерес к моему делу.
        «Мне нужна информация по Учебному Центру BND где-то неподалёку от Берлина. Где находится, как подъехать, кто командует... в общем, ВСЁ!».
        Собеседник молчал минуты две. Когда я уже почти решил, что он заснул за монитором, пришло сообщение от него:
        «Нафига? Ты не из бородатых фанатиков, чувак? Бошам и так достаётся в последнее время от своих мигрантов, а тут ты ещё решишь им скипидара под хвост подлить! Лан, не кипишуй, это я так шучу... будет тебе инфа по центру. Многого не обещаю, всё ж территория контрразведки... блин, спать-то как охота, - в сообщении вклинились несколько смайликов, которые были украшены ночными колпаками и храпящие. - Слушай, а тебе инфа по центру нужна, или какой-то человек интересует из него? С живым телом попроще будет, у него и сайты, и телефоны, и родные имеются. Не секретный распорядок и расположение центра узнавать - просто человечка».
        На этот раз задумался я: сказать или нет. Потом вспомнил, что именно и сколько уже успел слить своему знакомцу в интернете и махнул рукой на секретность и осторожность: семь бед - один ответ.
        «Мне нужно выйти на одну курсантку из центра, девушку, которая на фотках с тем самым Мартином. Зовут Её Иннесой».
        Всё, хакер принял данные и пообещал, что всё сделает, что в его силах. Тут же вставил оговорку, что силы у него не запредельные и с контрразведкой соседнего государства не рискнет бодаться. Что-то даст его поиск, что-то нет. Гарантии, что накопанные им сведения меня устроят - он не дал. Впрочем, это не помешало ему содрать аванс в размере пяти тысяч, и предупредил, что это пятая часть от минималки. Максималку назначит сам по итогам.
        Мне оставалось только соглашаться.
        После общения с хакером, я из интернета не вышел, а стал просматривать беспилотники дроны с профессиональными данными. И остановился на «Матрице». Гексакоптере более метра размером и весом с максимальным количеством аккумулятор около пятнадцати килограмм. При этом мог подниматься ввысь на две тысячи пятьсот метров и улетать на семь километров при небольшой высоте. Мощная камера давала прекрасный обзор и чёткую картинку. Вот только цена...
        «Платить больше половины от стоимости вазовской легковушки за какую-то летающую игрушку?! - возмутился внутренний голос, когда я ознакомился с ценником. - Так возьмём!».
        И взял.
        Днём побродил по магазину, отбиваясь от забавных, но уж очень надоедливых «вамподсказатек», а ночью совершил налёт, забросив перед перемещением дымовую шашку, чтобы не попасть в объективы камер. Когда уходил, то шашку забрал с собой, чтобы не оставлять никаких следов. Надеюсь, густой дым, сквозь который я пробирался к нужной витрине почти на ощупь, смог защитить меня от взгляда электронных стукачей.
        После этого ещё два дня уже полностью официально, но совсем в других крупных городах приобретал батареи к дрону, так как на витрине лежал только корпус и планшет-пульт, всё остальное где-то валялось в коробке на складе. К счастью, затраты на аксессуары и близко не лежали со стоимостью самого летательного аппарата.
        Снарядившись и запасшись двумя десятками аккумуляторов, я переместился в соседний мир, где сразу после этого захватил Шафдича и прыгнул на далёкий противоположный берег озера. С собой взял только рюкзаки с оружием, пищевыми пайками и снаряжением. Катер для такого дальнего путешествия мне больше был не нужен.
        На этот раз поиск вёлся с максимальным комфортом. Я и туземец сидели в тени большого пляжного зонта (весил он совсем ничего, зато защищал от жаркого солнца и прикрывал экран планшета от бликов), пока коптер крутился по окрестностям, передавая видеокартинку с экшн-камеры. Убедившись, что поблизости нет ничего на белую вершину с женской грудью, я прыгал дальше. На новом месте Шафдич устанавливал зонт, складные стульчики и терпеливо ждал, пока я запущу аппарат, осмотрюсь и верну тот назад, после чего собирал вещи для очередного переноса.
        Шести аккумуляторов хватало дрону, чтобы провисеть в воздухе в общей сложности около двадцати пяти минут, хотя производитель писал о сроке на десять минут больше. Хотя, м-м, я не считал на подъём-взлёт, выключение-включение.
        Почти посадив все батареи, я, наконец-то, отыскал нужное место.
        В отличие от прочих гор та, что была мне нужна, стояла отдельно от всех остальных, в чистом поле. Цвет её издалека был белым, будто, великан обсыпал ту со всех сторон мукой. Подножие заросло травой, кустарником и мелкими деревьями. Вершина оказалась раздвоенной и при определённом ракурсе смотрелась, как верблюжья спина. Не знаю даже, причём тут женская грудь. Либо тут нет ни одного животного, любящего колючки и поплеваться, либо первый давший описание был поэтом.
        Гора оказалась немаленькая, только от плоской макушки до травяного подножия было более двухсот метров, да ещё на полсотни тянулся зелёный крутой склон. В стенах ветрами или руками неведомых строителей, возможно лап (другой мир же, чёрт его знает, что за создания тут обитают) были нарыты десятки пещер. И перед одной из них стояла печь для готовки пищи, чуть в стороне два небольших навеса для сушки трав, корешков, плодов. Один из навесов, судя по лавочкам и столу выполнял роль беседки.
        Насмотревшись со всех возможных ракурсов на жилье (предполагаемое) великого муарамо, я вернул коптер назад. С максимально доступной дистанции и при самом большом увеличении, я смог увидеть многое, несмотря на то, что скала была от нас более чем в десяти километрах. С моего места скала была видна достаточно отчётливо, во только раздвоенной верхушки не рассмотреть отсюда, да и белый цвет только в камеру и видно, почему-то. Ни я, ни Шафдич из-за яркого солнца далёкую одинокую скалу белой назвать никак не могли.
        - Шафдич, я нашёл нужную скалу, и жильё чьё-то там имеется. Муарамо или нет - нам ещё предстоит разобраться, - сообщил я своему спутнику.
        А вот дальше случилась небольшая неприятность - я не смог десантироваться к подножию горы. Почему-то, срывалась концентрация и портал схлопывался едва только начав формироваться. Пришлось совершать выход в двух километрах от горы и дальше идти пешком.
        Ещё я боялся, что шамана-хилера не окажется на месте и очередной день будет потерян зазря.
        К счастью, опасения не оправдались.
        Когда я и туземец поднялись к пещере, на лавочке под навесом сидел высокий полностью седой старик в чём-то похожем на римскую тогу или женское одеяние из Индии, то самое, что похоже на кусок ткани, обёрнутый вокруг тела. Чем-то он напоминал индейских старейшин из вестернов, только без украшения из перьев на голове.
        - Великий муарамо! - вскрикнул Шафдич, едва увидел хозяина пещеры и рухнул на землю. Всё, на этом он оказался потерян для общества в ближайшее время.
        - Желаю добра и покоя великому муарамо, - поприветствовал я старика, который продолжал изображать каменную статую. Только движение глаз и век показывали, что передо мной живой человек. - Я и мой товарищ пришли просить тебя о помощи: два мальчика в племени лишись рук из-за ядовитой рыбы. Шафдич, вот он, - я кивнул на распростёртого ниц туземца, - сказал, что ты можешь помочь им излечиться.
        - Великий муарамо, помоги им, - глухо, не поднимая лица от земли, произнёс Шафдич. - Наше племя почти полностью погибло из-за набега врагов, только по милости донгаца, который привёл меня к тебе, выжили последние дети и женщины. Он спас нас и привёл на остров, накормил и научил добывать еду из воды без сетей. Но однажды я ошибся, не усмотрел опасность и дети едва не погибли... а теперь они не могут помочь племени.
        Старик посмотрел на меня и скрипучим голосом спросил:
        - Ты донгац?
        - Меня так называют в его племени, - ответил я.
        - Это твой летающий зверь недавно крутился вдалеке в небе?
        - Мой. Я искал твою гору с неба, так как с земли это сложное занятие для того, кто никогда здесь не был.
        - Садись сюда, - старик кивнул на лавочку с другой стороны стола. - И ты тоже. Рассказывайте.
        Говорил Шафдич. Точнее сказать, скорее умолял, заламывал руки, старательно выдавливал жалость у владельца белой «верблюжьей» горы.
        - Великий муарамо, ты поможешь моему племени? - закончил он умоляюще.
        Вместо ответа старик посмотрел на меня.
        - Зачем тебе, чужому человеку помогать ему и его соплеменнику? - спросил он.
        Хм, интересный вопрос. Я и сам не знаю, скорее, один раз вытащив из клеток, я и дальше на автомате продолжал им помогать. Так примерно и ответил.
        - Значит, сам не знаешь, но чувствуешь, что поступаешь правильно, - произнёс муарамо.
        Я неопределённо пожал плечами.
        - Это тебя духи ведут, чужак, - вдруг сообщил он. - Тяжело стало родам жить на берегах озера, где испокон жили наши предки. Злые племена пришли сюда убивать и захватывать молодых и сильных женщин с воинами, чтобы передавать их другим чужакам в обмен на украшения, на особое оружие, на металлы. Тяжелое время и время для появления донгаца, который должен защищать и спасать рода, живущие на озере. Чужак, - и посмотрел на меня.
        - Да?
        - Помоги моему народу сбросить врагов в холодную воду озера или прогнать навсегда из этих мест. Это твоя обязанность, это то, ради чего привели тебя сюда духи.
        - Мальчиков спасёшь?
        - Вылечу, - степенно кивнул он. - И тебя вылечу, и тех, кого ты скажешь лечить. А ты спасёшь все племена на реке.
        - Меня-то за что? - я не сдержал улыбки, вспомнив почти дословно озвученную стариком фразу жены Бунши. Но тот шутки не понял.
        - Тебе много сил понадобиться для войны, а тело твоё борется с невидимыми болезнями. У тебя не хватает зубов, кровь в жилах течёт с трудом и в груди много грязи, которая мешает дышать. Твоя спина болеет, но молчит, пока однажды не свалит тебя с ног, - перечислил муарамо мои заболевания, часть которых стала откровением для меня.
        Я не знал, что и сказать в ответ. Зубов нет - два рассыпались ещё в армии и там, вместо наращивания взяли и вырвали остатки вместе с корнями. Лёгкие и сосуды... тут вполне может иметь место накопившиеся последствия от сварочных работ, всё же дышать постоянно горящим металлом и в большей мере - покрытием на электродах, то ещё счастье, потому и отправляют сварщиков на пенсию раньше прочих. Спину мог повредить незаметно для себя на той же работе, когда таскал стальные заготовки, да и на калымах-шабашках нагрузка на позвоночник огромная, ведь хочется побыстрее справиться и взяться за новую работу.
        - Помоги сначала мальчикам, хорошо? - сказал я. - А я начну думать, как и чем помочь людям из родов озера против чужаков. У меня есть оружие, против которого те не выстоят, но оно не простое и сложнее копья и лука. Придётся долго учиться. К тому же в его племени остались только женщины, не детей же посылать на войну.
        - Я покажу, где в лесах и горах живут прочие рода и племена. И поговорю с ними лично, с их шаманами, - ответил старик. - Каждый род направит воинов, которые станут учиться воевать и сражаться с захватчиками.
        - Великий муарамо,- вклинился в беседу Шафдич, - а когда ты пойдёшь на наш остров, чтобы помочь мальчикам?
        - Сегодня. С вами.
        - Я могу быстренько всех перенести на остров, - предложил я.
        - Тайные тропы духов для меня тяжелы, - отрицательно покачал головой муарамо. - После этого я долго не смогу лечить. Я доберусь до вашего острова на своей лодке.
        - А, может, мне перенести мальчиков сюда? - предложил я. - Или нельзя их лечить на этой горе?
        Кажется, мне удалось смутить хозяина белой скалы.
        - Кхм, - кашлянул он, - да, можно и сюда их привести, запретов нет никаких. Так быстрее лечение пойдёт.
        - Договорились. Так мы пойдём за ранеными? - я вопросительно посмотрел на старика.
        Тот степенно кивнул.
        Через полтора часа оба покалеченных мальчугана были перенесены на гору великого муарамо. Шафдич остался с ними, чтобы дети чувствовали себя менее напуганными в чужом месте в доме таинственного волшебника.
        Что ж, одно доброе дело я сделал. Душу греет второе - собственное лечение. Если старик настолько хорош, как про него говорил Шафдич и действительно способен возвращать ампутированные руки с ногами и прочие органы, то отказываться от сеанса лечения будет только последний дурак. А жителей Колобка я и так хотел скинуть кое-какое оружие и научить их оборонятся от врага, потому и таскал к себе на Череп со складов оружейные ящики и продолжаю искать, где бы пополнить арсенал новыми образцами оружия.
        Ещё бы хорошо найти для местных племён инструкторов, тех, кто стал бы учить воинов, что видели только луки с копьями да дубинки, обращению с огнестрельным оружием. Самому взваливать на себя такую неподъёмную ношу не хочется. У меня и так проблема с Иннесой до сих пор не решена.
        «Кстати, а не навестить нам фрица, посмотреть, как он там живёт и не придумал ли какую гадость?».
        Глава 18
        У немца опять было холодно, но в этот раз он просто напросто взял и спалил весь запас топлива, и сейчас, закутавшись в одеяло, чуть ли не обнимал печь, которая, наверное, ещё не до конца остыла.
        - Кха, кха, - надсадным кашлем встретил он меня, - это ты... мне лекарства нужны, если не желаешь в следующий раз найти труп.
        - А мне поговорить с Иннесой.
        - Я уже сказал, что это возможно только при моём лично отданном приказе... кха, кха. Ты чем слушаешь?
        - Я просто тебе не верю. Понимаешь? А умрёшь, - я пожал плечами, - да и чёрт с тобой.
        - Не страшно убийцей стать? - он цепко посмотрел мне в глаза. - Кровавые мальчики сниться не станут?
        - Не станут, не волнуйся за меня. Тебе же не сняться, ведь так? Только не надо говорить, что ты безгрешен и чист перед Господом, - я добавил в речь патетики, может, смогу сбить в толку собеседника, если тот уже начал составлять мой психологический портрет.
        - Я действовал ради страны, по долгу.
        - И я по долгу. Долг у каждого разный.
        - И какой же твой?
        - Помогать людям, которых Бог сделал свободными, но такие как ты забирают её, прикрываясь долгом,- я всё повышал и повышал голос. - Когда услышу правду - отпущу.
        - И мне стоит тебе верить? - скривился тот. - Что помешает оставить меня в этой комнате?
        - Молись, - как можно серьёзнее произнёс я. - Бог не оставит тебя и придёт ко мне во сне, либо даст знак наяву, что ты раскаялся в своих грехах и можешь жить дальше.
        После этого я захлопнул заслонку на двери, заканчивая разговор.
        - Стой! Мне нужны дрова, я замерзну здесь! - заорал он.
        Я слегка приоткрыл окошко в двери, через которое общался с пленником:
        - У тебя был запас топлива, которым ты распорядился неразумно. Любой неправильный шаг всегда ведёт к наказанию, последствиям. Поэтому, терпи.
        - Но я замёрзну без огня! И мне нужны лекарства! - продолжал тот кричать.
        - По плану пополнение запаса топлива будет только через пять часов, - сообщил я ему и с грохотом поставил заслонку на место, зафиксировав шпингалетом.
        Мне было жалко немца, но осторожность кричала гораздо громче, чем сострадание к чужому человеку, возможно, врагу. Не поверю я, что контрразведчик с огромным опытом, тренировками и знаниями будет себя вести так... так... просто. Вроде бы у них, у спецов в наставлениях есть пункты поведения в плену, в качестве заложников. И там один из них говорит, что необходимо заставить похитителя дать слабину хоть в малости, например, подать лекарство, хотя изначально никто не собирался это делать. Или добавить на глоток воды, на ложку еды. Лишний брикет топлива. Переступая через правила, похититель подсознательно начинает чувствовать себя обязанным присматривать за пленником, заботиться. Может быть, в отношении отъявленного душегуба такое не подействует, но я-то таковым себя не ощущаю.
        Несколько дней ничего не происходило: немец стоял на своей версии, кашлял и размазывал сопли по лицу, из-за чего мне всё-таки пришлось его обеспечить лекарствами, которые я купил в американской аптеке, на Аляске (авось, очередной разрыв шаблона у него случится); знакомый хакер молчал; великий муарамо колдовал над мальчишками; на Колобке женщины и дети вели себя тише воды и ниже травы.
        В общем, меня капитально достала рутина, которую скрашивала Олеська. Страстная изобретательная и ненасытная красавица превратила мою жизнь в водопад, где хватало острых камней, падений и радуги. В голове билась мысль, что я начинаю влюбляться во вторую девушку, причём, как и в первую - полностью и безоглядно, потеряв напрочь голову. Это было странно и страшно, я разрывался между Иннесой и Олесей. Внутренний голос намекал, что это знак свыше, что первая девушка была убрана судьбой, чтобы я начал жизнь со второй. И раз так, то нельзя идти против.
        На четвёртый день у пещеры на белой скале меня встретила мальчишки - полностью здоровые. Только очень светлая молодая кожа на руках бросалась в глаза.
        - Я вылечил детей, - после приветствия произнёс муарамо. - Теперь твоя очередь.
        - А сил хватит?
        - На этой горе я могу очень многое и силы мои безграничны, - повысив голос, ответил тот.
        - Великий муарамо, а другого человека излечить вместо меня можешь? Он помог бы мне обучить воинов племени владеть особым оружием. А я пока не чувствую себя сильно больным, потерплю.
        - Что с ним? - недовольно произнёс хилер. И это недовольство я понимал, всё выходит практически по присказке: дайте воды напиться, а то так есть хочется, что переночевать негде.
        - У него повреждение спины, не может двигаться на ногах уже несколько лет. Упал неудачно. Поможешь?
        - Где он?
        - Я приведу его сюда. Так какой ответ дашь, великий муарамо?
        - Я помогу, - нехотя ответил он мне.
        Уже на следующий день я стучался в комнату в общежитии в одном из городков Подмосковья. Здесь жил мой дальний родственник, троюродный брат, если говорить точнее.
        Он был не намного старше меня, но успел хлебнуть горькой чаши в жизни по полной. Правда, хлебам из собственного желания, судьба тут почти ни при чём. Два года назад мы с ним были не разлей вода, а потом он получил тяжелейшую травму и навечно оказался прикован к инвалидной коляске. Для человека, который вёл не просто активный, а наиактивнейший образ жизни подобный удар судьбы был жесток.
        Была попытка самоубийства, к счастью, успели родители вмешаться и вызвали «скорую», которая откачала дурня. Но с того момента он замкнулся напрочь, а потом переехал в другой город, подальше от родных и знакомых, всех тех, кто напоминал ему о прошлой жизни. Связь поддерживал редкую и в основном только по интернету, хотя с родителями общался и по телефону.
        Паша успел и повоевать где-то, но вот место своего боевого крещения держит в секрете ото всех, только от его родителей услышал про эту веху в истории. До фанатизма увлекался страйкболом, вкладывая больше половины всех своих доходов в снаряжение... вкладывал.
        Сейчас он занимался написанием статей в интернете и консультировал в двух магазинах страйкбольного направления. Радует, что перестал страдать ерундой, смог пережить удар судьбы и начать заново жить.
        - Привет, братишка,- поприветствовал я его. - Ого, вот ты раскабанел!
        - Здорово, - кивнул он мне и протянул руку, проигнорировав вторую часть моей фразы. - Чего прикатил? Давно не заезжал и тут вдруг через сотни километров приехал. Что-то случилось?
        - Да так, хочу кое-что важное предложить, только не на пороге об этом говорить.
        - Проходи, - он мотнул головой в сторону комнаты. - Я сейчас поставлю чайник и вернусь.
        Я пропустил коляску, с которой он ловко управлялся в тесном коридоре, и прошёл в логово родственника.
        Здесь я ещё ни разу не был. Как Павлик порвал со всеми, чуть ли не запретив к нему приезжать, так и не виделся я с ним. Надеюсь, за эти почти два года он сумел отмякнуть.
        Чёрт, даже не знаю, как начинать будущий разговор.
        Комната у парня была заставлена компьютерами и завалена различными приспособами, даже тиски имелись на железном столике, привёрнутом к стене. Пневматические пистолеты и винтовки, страйкбольные гранаты, несколько камуфляжей разных стран, часть из них обшита «лохмушками». Всё это занимало половину свободного пространства и так не очень-то и большой комнатушки.
        Через минуту ко мне вернулся Паша.
        - Так чего хотел? - вновь спросил он, сверля меня подозрительным взглядом. - мать с отцом направили?
        - Что? А-а... нет, я тут по собственной инициативе. Только давай после чаепития поговорим, хорошо? У меня есть предложение, которое точно тебя заинтересует, вот только там и условия будут, гм, суровые.
        Через десять минут родственник притащил две кружку, с зелёным чаем для себя и кофе с молоком мне. От помощи отказался.
        - Ну так?..
        - Паш, у меня чувство, что не хочешь меня видеть,- вздохнул я.
        - Работы много, - смутился он на миг. - На пенсию много не проживёшь, одни таблетки стоят больше половины пособия. А ещё за комнату нужно платить, расходники, инструменты и так далее.
        - Понятно, - ответил я ему и сделал маленький глоток кофе. - Вкусно.
        - Брось, - махнул он, - чего там вкусного может быть в растворимом порошке?
        - Значит, сделал хорошо.
        - Никита, хватит ходить вокруг и около, - брат прямо посмотрел мне в глаза. - Говори, что там у тебя случилось?
        - У меня? - удивился я.
        - Ну да. Разве ты не помощи попросить приехал? - чуть растерялся он. - Денег попросить в долг.
        - Денег? У тебя?
        - Так ты не за ними, не потому что узнал, как я поднялся в последнее время?
        - Так, стоп, - я аккуратно поставил кружку с напитком на ближнюю коробку с каким-то барахлом, - у нас беседа глухого с немым. Я приехал попросить помощи и заодно с предложением помощи.
        - Кхм, - хмыкнул тот. - Каламбуришь. Что нужно-то?
        - Твоя помощь в обучении кое-кого военным навыкам...
        - Издеваешься? - холодно произнёс он. - Вот в таком виде и именно военным?
        - Не перебивал бы, тогда услышал, что перед этим тебе восстановят спину. Станешь как новенький.
        - Повтори, то сейчас сказал,- медленно, и впившись взглядом мне в глаза, сказал он.
        - Есть возможность воспользоваться услугами одного, типа, доктора. Он может за несколько дней восстановить функции позвоночника. Я не шучу... сам видел, как этот человек вернул ампутированные руки двум подросткам, - чётко произнёс я. - Но там нужно помочь кое-кому научиться владеть огнестрельным оружием, кое-какой тактики с ним.
        - Если это шутка, то... - с угрозой произнёс он и не стал заканчивать фразу.
        - Не шутка, хотя звучит фантастически, - признал я. - Так как ты на это смотришь?
        - Кого учить и где? Какое оружие?
        - М-м, туземцев, которым привычнее копья с луками, а тут у них геноцид случился от соседнего племени.
        - Туземцев? - удивился парень. - Ты там каким боком оказался? Это Африка?
        - Не совсем, - вздохнул я. - Долго рассказывать, Паш. Так что решил?
        - Пока я ничего не решил, - собеседник отвёл взгляд в сторону и уставился в окно. - Оставь свой телефон. Я подумаю и в ближайшее время скажу. Сам должен понимать, как непривычно звучит твоё предложение. Это как пыльным мешком по голове.
        - Хорошо, - я взял маркер и крупно написал на боку картонной коробки десять цифр. - Паш, даже если откажешься учить сражаться аборигенов, то лечение всё равно смогу протолкнуть. Уж сам там разберусь как-нибудь. Узнал о такой возможности совсем недавно.
        - Да-да, хорошо, я подумаю, - рассеяно ответил брат.
        Телефонный звонок раздался ранним утром, когда я всего лишь как два часа уснул.
        - Кто это? - проворчала сонным голосом Олеська и забралась головой под подушку. - Скажи, что эти несчастные рискуют своей жизнью.
        - Любовница.
        - Кто?!
        - Шучу... сам не знаю, - ответил я, бросив взгляд на экран, где горели цифры незнакомого номера. Несколько секунд я боролся с желанием отключить аппарат и, обнять обнажённую девушку и сладко заснуть, но телефон так настойчиво просил взять себя в руки, что я, мысленно послав громы и молнию на голову будущего собеседника, коснулся пальцем сенсорного экрана:
        - Алло?
        - Я согласен! - раздался чей-то хриплый голос.
        - Кто это? И на что согласен? - зевнул я. - Номером не ошибся, уважаемый?
        - Никит, ты? - уточнил звонящий.
        - Паша? - только сейчас я опознал полузабытый голос брата. Вчера при беседе лично он звучал совсем по-другому, чем в динамике сотового. - Не узнал, богатым будешь.
        - Я и так не бедствую, - буркнул тот. - На жизнь и хлеб с маслом хватает, не хватает нормальности в жизни... потому и позвонил. Ты серьёзно говорил, про...
        - Стоп, стоп, - оборвал я парня, - о делах не по телефону. Я у тебя буду, через, - я посмотрел на часы на стене, - пару часов. Хорошо, ты дома будешь?
        - Хорошо, дома, конечно.
        Отключив телефон, я легонько щёлкнул пальцем по мочке уха девушки:
        - Какая же ты любопытная, Лесёнок, они у тебя чуть ли не шевелятся.
        - Кто?
        - Уши.
        - Ой да ладно тебе придумывать, - протянула сонным голосом девушка и зевнула, отвернувшись от меня. - Ты так громко разговаривал с этим Пашей, что и соседи могли услышать. А он кто?
        Зевок был так заразителен, что я не удержался и повторил его.
        - Любопытной Варваре кой-чего оторвали, - наставительно сказал я и скинул с себя одеяло. - Я по делам, сегодня вряд ли появлюсь.
        - Вредный ты, - подчёркнуто сердито сказала она и потянулась в кроватке, - даже не поцеловал меня.
        Одеяло при этом сползло с неё на пол, открыв точёную сногсшибательную фигурку моей подружки.
        -Исправляюсь, - я наклонился над ней, потянулся губами к её губкам, и тут она обхватила меня руками за шею и повалила на кровать, чтобы через пару мгновений уже оказаться сверху.
        - Так бы и не отпускала тебя от себя никогда, - совсем тихо, почти шепотом сказала она. - Мне так с тобой хорошо, Никит.
        - Мне тоже. Но вряд ли из меня получится комнатная болонка или из тебя. Не чувствуя я, что постоянно быть друг рядом с другом положительно скажется на наших отношениях.
        - Попробовать же можно. Не хочешь быть со мною сам, давай я побуду рядом с тобой, а? - предложила она и пальчиком принялась выводить у меня на груди, видимые только ей, узоры.
        - М-м, у меня куча всяческих дел, которые тебе скучными покажутся. И с разными людьми встречаюсь, с женщинами в том числе. Вдруг начнёшь ревновать?
        - С женщинами? - нахмурилась она и слегка ущипнула меня.
        - По рабочим делам.
        И тут вновь вспомнил Иннесу, в груди немедленно появилась острая льдинка, которая стала колоть сердце. Тут же проснулась совесть, принявшись нашептывать, что любовью к немке моё нынешнее поведение никак не назвать. А что делать, если к Олесе я начинаю испытывать те же чувства, что и к пропавшей иностранке? И чем сильнее они, тем больше тоскую по Иннесе.
        Кажется, что-то почувствовала Олеська или заметила в моих глазах. Медленно сползла с меня и легла рядом, натянув обратно тонкое одеяло.
        - Ревновать не стану, что я - дура какая и не смогу разобраться? Но везде ходить и ездить по жутко скучным делам что-то не хочется. Ты позвонишь мне, если сегодня разберёшься со своими делами, хорошо? - сказала она.
        - Обязательно, - я чмокнул её в губы и быстро поднялся с постели, пока ещё выдержка не пропала окончательно, и не поддался желанию, которое девушка распалила не на шутку, сидя голой попкой у меня на животе и демонстрируя шикарную грудь в ракурсе «снизу вверх».
        Глава 19
        - Привет ещё раз, - я протянул руку брату, когда тот впустил меня в квартиру. - По телефону здравканье не считается.
        - Здорово, - ответил тот и тут же поинтересовался. - Ехать куда?
        - Ехать... знаешь, тут не всё так просто. Извини, сразу не мог все сказать, ты должен был подготовиться к одной части, чтобы принять вторую.
        - То есть? - спросил, в одну секунду помрачневший, парень.
        - Тихо ты, - тут же успокоил я его. - Всё в силе, я обещание выполню. Главное, чтобы ты не пошёл на попятную.
        - Я? Ты думаешь, что мечтаю до смерти в этом гробу на колесиках просидеть? - он со злостью ударил ладонями по подлокотникам инвалидного кресла.
        - Дело не в том, что тебе нравится или нет, проблема, как ты воспримешь мои слова, - ответил я. Потом махнул рукой в сторону комнаты, так как всё ещё стояли в прихожей. - Пошли туда, мне нужно для начала кое-что показать тебе.
        Там я встал в центре свободного от коробок и мешком пространства, и произнёс:
        - Смотри за мной, примечай все нюансы, вопросы потом
        - А...
        И в этот момент я переместился на лестничную площадку. Подождав несколько секунд, я надавил на кнопку звонка. И на этот раз брат открывал дверь намного дольше.
        - Привет ещё раз. По телефону здравканье не считается, - сказал я, когда он впустил меня в прихожую, при этом смотря на меня ошалелым взглядом.
        - Ы-ы... а-а...
        «Угробишь же родственника, юморист, а если сердечко у него прихватит или инсульт врежет?», - прорезался внутренний голос.
        - Да нормально всё! - поспешил я успокоить Пашку. - Пошутил я так. Зато должно дойти быстрее, чем от пустых объяснений. Это трюк такой в психологии, эмоции эмоциями выбиваются. А ты думал, что ясновидящим заделался или во временную петлю попал?
        - Т... трюк?
        - Ага, - кивнул ему. - Пошли назад в комнату.
        - В к-комнату? - опять переспросил он.
        - Паш, не собираюсь я исчезать, просто без демонстрации своих возможностей рассказ затянулся бы намного. Посчитал, что проще сначала показать, а потом объяснять.
        Вернувшись обратно, я сел на стул и спросил:
        - Что увидел, после того, как я пропал из комнату?
        Тот передёрнул плечами и неуверенно ответил:
        - Силуэт, словно бы, твой. Чуть светящийся, что ли...знаешь, немного похоже, если часто-часто моргать и смотреть на что-то под сильным освещением. Потом в глазах остаётся как бы негатив, отпечаток... блин, не могу точно сказать. В общем, твой силуэт пару секунд висел, едва заметно светился. Призрак, короче!
        - Понятно, - вздохнул я, - что ничего непонятно.
        - Это я от тебя слышу? - запальчиво произнёс он.
        - Не кипятись, зато уже не сомневаешься в своих глазах и рассудке, а спрашиваешь: как это.
        - Ну-ну, - хмыкнул брат, - ещё не до конца верю и немного сомневаюсь.
        - В общем, - я решил перейти от слов к делу и начал выдавать правду, - весной я научился телепортироваться. Первый раз случилось спонтанно, потом кое-как методом проб и ошибок полностью овладел даром и порядочно развил его...
        - Значит, другой мир с магией и там есть шаман, который мёртвых ставит на ноги? И я тебе нужен, чтобы научить местных миролюбивых туземцев сражаться с такими же туземцами, но злыми?
        - Ага, - кивнул я и следом выставил вперёд ладони, словно, отгораживаясь ими от невысказанных слов. - Только не надо думать, что я хочу баш на баш: тебе здоровые ноги, мне твоя помощь. К шаману я тебя и так сводил бы, и свожу, а там уже дальше сам смотри. Может, ты тут уже привык сидеть в четырёх стенах и вкус адреналина уже позабыл.
        Родственник хмыкнул, потом покачал головой, но так ничего и не сказал.
        - Так что, пошли? - спросил я.
        - Пошли? - переспросил он. - Вот так прям сразу?
        - А чего тебе нужно-то? Продукты на моей базе имеются, жильё там же, одежды немного и лекарства кое-какие тоже есть, свои возьми на всякий случай.
        - А шаман уже в курсе?
        - В курсе, в курсе, - успокоил я его. - Да и не сразу мы к нему прыгнем. Мне после мирового телепорта немного придти в себя потребуется.
        Было видно, что парень сильно нервничал, хотя и пытался скрыть это.
        - Да я тут рюкзачок небольшой приготовил уже. Можем уже, э-э, стартовать, - сказал он и катнулся к комоду, возле которого на табуретке с хромированными ножками лежал камуфлированный огромный рюкзак, буквально распираемый вещами.
        - Небольшой? - хмыкнул я. - Ладно, держись крепче, я начинаю.
        Зайдя сзади брата, я положил руку на плечо, вторую на спинку коляски и сосредоточился на переносе, выбрав конечную точку в пещере на Черепе.
        Переход прошёл без каких-либо неожиданностей. По крайней мере, для меня. Пожалуй даже, когда катер тащил и то хуже себя чувствовал после процесса перехода из мира в мир.
        А вот Пашка...
        - Бу-э-э!
        Парня через несколько секунд, как мы оказались на скалистом острове, обильно стошнило.
        - Паш? - встревожился я. - Что с тобой?
        До этого людей переносить мне не приходилось. А кошки с собаками ничего рассказать мне не могли.
        - Всё... нормально... закружилась голова, - часто-часто дыша и делая паузы из-за этого, ответил он. - Я в норме.
        С сомнением посмотрев на родственника, я решил ему поверить.
        - Ладно, я тогда за полотенцем схожу.
        - И майку прихвати...и штаны. Блин, давно мне так стыдно не было, - пробормотал Паша.
        Через десять минут он полностью пришёл в себя, умылся и переоделся в чистое и стал с нескрываемым интересом крутить головой по сторонам.
        - Это остров? А там море? Дом сам построил, угадал?
        - Озеро, вода пресная и не такое уж и большое, - ответил я. - Сам, конечно, тут до пиломатериалов, клееного бруса и влагостойких древесный плит ещё не скоро додумаются.
        Домик я поставил достаточно быстро и без излишних сложностей. Просто каркас четыре на четыре метра из тонкого клееного бруса, обитого для устойчивости широкими досками через две друг от друга. Поверх каркаса прикрутил саморезами влагостойкие толстые плиты ОСБ, крыша двухскатная и низенькая в целях экономии сил и ресурсов, которые пришлось таскать несколько дней, покрытая ондулином. Пластиковые окна уже готовые взял с того же склада, который обеспечил ночной порой стройматериалом.
        Душевая кабинка и туалетная кабинка стояли отдельно, в стороне от жилища. Душ поближе, туалет подальше.
        Вода для помывки хранилась в огромном баке из нержавейки, который я сварил и установил на высокие опоры для напора у стены пещеры. Воду закачивал из озера с помощью мощного насоса и шланга. Питьевую приносил с собой в бутылях с Земли.
        - А там что у тебя? - Пашка махнул рукой в сторону штабеля оружейных ящиков, накрытых непромокаемым тентом.
        - Оружие и патронов немного.
        - Оружие?! - В глазах брата тут же загорелись жадные огоньки. - Покажи!
        Пришлось расстегивать тент, который прочно крепился к штырям, вбитых в трещины пола пещеры, чтобы ветром не сорвало. Потом снимать ящики и раскладывать их так, чтобы товарищ смог дотянуться и внимательно рассмотреть их все.
        - Шмайсеры? Пэпэша? - то и дело восклицал он, наклоняясь и вытаскивая то один стреляющий образец, то другой. - Пэпээс?! А это что?
        Последним заинтересовавшим его был тот самый единственный (возможно даже и в целом мире) образец пулемёта с несколькими стволами.
        - Шквальный пулемёт Слостина.
        - Хм, не слышал о таком. Сначала подумал, что древний прототип пиндоского вулкана. раз уж тут старину такую натаскал, то почему бы и вулкану не оказаться.
        - Не такая уж и старина. Стреляет отлично.
        - Так я и не старьём же назвал. Для твоих туземцем сгодится, хотя им бы мосинку со штыком, небось, к копью привычны больше. Кстати, чем вообще они вооружены? - парень вопросительно посмотрел на меня.
        - Как все туземцы. Копья да луки. Я им от себя топоров и ножей с тесаками подкинул, - ответил я ему.
        - И сколько учеников? Точнее будущих духов у меня сколько?
        - Да знаешь, - замялся я, - пока пара-тройка человек. Мужик и максимум пара женщин.
        - Ты издеваешься?
        - Ничуть, тут ситуация сложная, Паш, - вздохнул я и коротко рассказал о племени Шафдича и словах великого муарамо.
        - Охренеть не встать! Я-то думал, что тут армия целая ждёт меня не дождётся, а в итоге толпа сопливых подростков, стая озабоченных баб и один старпёр!
        - Из автомата и ребёнок сможет стрелять. Вон в Африке уже в семь лет у некоторых собственное кладбище уже имеется.
        - Мы не в Африке. И учить детей воевать не стану, - жёстко ответил парень. - Хотя бы десяток мужиков или парней постарше твоих пионЭров предоставь. И без баб... они хоть красивые? - свою резкую фразу Пашка закончил на неожиданной ноте.
        - Э-э, ну так, вроде ничего. Парочка молодых и симпатичных имеются. Я тебе могу показать видео с ними.
        - Хоум-видео! - непонятно заржал тот.
        - Чего?
        - Да так, я о своём. На что только не насмотришься в интернете, когда почти всё время в квартире сидишь.
        - Обычная съёмка всего племени. Я учился их языку, смотрел за привычками и традициями, - пояснил я.
        - Ладно, потом посмотрю на них, чего зря душу травить... вдруг твой шаман не поможет, - сказал Паша и помрачнел.
        - Поможет, ты не раскисай, главное. Дай отдохну несколько часиков и потом рванём к нему.
        Глава 20
        Великий муарамо никуда не делся, чего я подсознательно опасался. На моё появление с Пашкой, которого пришлось закатывать на коляске по неудобной каменистой тропинке, он никак не отреагировал, словно, таких пациентов в столь странной конструкции ему по дюжине в день приходится обследовать.
        - Приветствую, великий муарамо, - произнёс я.
        - Приветствую, донгац, - с достоинством ответил тот. - Это и есть тот великий воин, который научит побеждать наших врагов?
        - Он самый. Как видишь у него сильные проблемы со здоровьем, и пока не встанет на ноги, то пользы никакой не принесёт. Но я уверяю тебя, как только это случится, все враги содрогнутся в ужасе и многие побегут прочь, забыв навсегда дорогу к озеру.
        Пафосом в речах с такими неприхотливыми к словесным кружевам людям испортить отношение практически невозможно, скорее, добавятся лишние баллы в копилку авторитета. Вот и сейчас после моей рекламы старый туземец с уважением посмотрел на прикованного к коляске моего брата.
        - Приходи через три дня, донгац, - произнёс он. - И я тебе скажу: здоровым стал великий воин или рана тяжелая и придётся подождать ещё.
        - Я понял, великий муарамо, - я чуть наклонил голову, выказывая уважение собеседнику. - Так и сделаю.
        - Ну, чего он сказал? - нетерпеливо спросил у меня Пашка, когда мы с туземцем замолчали.
        - Тише, Паш, тише. Он видит в тебе воина огромной силы и достоинства, не роняй авторитет перед ним своей несдержанностью, - шикнул на парня. - Смотри на него и старайся выглядеть ещё более невозмутимым.
        - О-кей, - кивнул тот, - постараюсь. Но что там с лечением?
        - Сказал, что первые результаты будут видны через три дня. Придётся тебе провести это время вместе с ним. Через три дня я вернусь. Вытерпишь?
        - А куда деваться, - пожал тот плечами. - Надеюсь, старик не извращенец какой, вот тогда могу за себя не поручиться.
        - Ну, смотри сам, а мне пора. Пока, Паш.
        - До скорого, Никитос.
        Следующие сутки прошли в бюрократической суматохе и походах по разным организациям начиная от больницы и заканчивая военкоматом. У одних пришлось делать страховку, так как старая закончилась, вторым понадобилась личная встреча. Военком склонял к заключению договора на военную службу, обещая немыслимые богатства и расписывая всё так, что складывалось ощущение, будто всей службы - это надеть форму с погонами и иногда появляться в части, чтобы расписаться за очередное звание и поощрение. Я пообещал подумать и поспешил удрать, пока не клюнул на сладкие речи собеседника, который поднаторел в болтовне.
        На следующий день получил небольшой файл на электронную почту от своего интеренетовского помощника на зарплате. Прочитав несколько десятков строчек короткого послания, я уже через полчаса стоял перед заиндевевшей дверью в комнату, которая была камерой для упрямого немца.
        - Доброго дня, Мартин, - сквозь зубы поздоровался я с мужчиной, который сидел рядом с печкой, завернувшись в тонкое одеяло.
        - А сейчас день? - хриплым голосом произнёс он.
        - Раз за окном светло, то день. Мартин, а зачем мне ты врёшь всё время, скажи на милость?
        Тот посмотрел на меня с искренним недоумением, от чего у меня кулаки непроизвольно сжались, желая стереть с немца эту артистичность.
        - Я честен с вами, юноша, - произнёс он и закашлялся.
        - Честен? А что там по поводу некоего учебного центра, где должна, якобы, находиться интересующая меня девушка? Ты про главный офис своей службы мне рассказывал? - прошипел я, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на мужчину с кулаками. - Это там у вас не выпускают на отдых и держат в казармах? Ты кому тут врёшь?!
        Эпопея с заложником уже сильно мне надоела и хотелось поскорее развязаться с этим, но этот чёртов выкормыш «штази» никак не желает мне облегчить проблемы в поиске Иннесы. Убил бы.
        - Интересно стало, - внезапно совсем другим тоном произнёс он.
        - Что?
        - Мне было любопытно узнать, кто же стоит за тобой, юноша. Будь ты частью одной из спецслужб, то узнал бы про мой обман практически сразу. Но ты потратил несколько дней на то, что даже с трудом, но всё же можно, отыскать в простой сети интернет. Получается, что ты одиночка. Настоящий одиночка, а не решивший заняться личным делом служащий конторы, в этом случае у тебя возможностей было бы больше. Меня немного ввело в заблуждение то, как меня быстро захватили и переправили в это место, как обошли сигнализацию и то, как вычислили мою квартиру, ведь я там бываю нерегулярно. Чтобы узнать подобное тебе пришлось бы вести слежку не один день, а за это время тебя бы вычислили быстро и изъяли незаметно для допроса. Но проверка с учебным центром опять принесла кучу вопросов и поломала мою основную версию. Так кто ты и зачем тебе эта девушка?
        - С одиночкой ты угадал, а зачем она мне, это пусть останется секретом, - ответил я собеседнику, который сумел огорошить меня своей речью. - Она просто мне нужна и точка.
        - И мне она нужна, - пожал тот плечами под одеялом или передёрнул ими от озноба. - Точнее моей службе. Сам же должен понимать, что такие, как она не могут быть сами по себе.
        - Как она? - переспросил я. - А кто она?
        Тот внимательно посмотрел на меня, потом покачал головой:
        - Не знаешь? Неужели? Тогда ради чего ты решил сломать себе жизнь, пустившись в такую авантюру?
        - Говори, Мартин, или я за себя не отвечаю, - сквозь зубы процедил я и, не сдержавшись, сорвался на крик. - Говори!
        Но тот только усмехнулся и опять покачал головой.
        Мне стоило огромных сил остаться на месте и вколотить кулаками и ногами эту кривую ухмылку на заросшем седой щетиной лице. И возраст человека напротив меня не остановил бы.
        - Хорошо, пусть будет по-твоему. Даю тебе два дня, чтобы передумать и подготовить ответы, - негромко произнёс я, стискивая до боли в костяшках и запястье кулаки. - Не получи их - я тебя навсегда забуду. Забуду здесь, - и с этими словами вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
        - Эй, постой, у меня топливо...
        Окончание чужой фразы осталось не услышанным, так как я переместился к себе в квартиру.
        Меня всего трясло от злости и чувства того, сколько времени потерял, возясь с немцем, который всё это время вёл свою игру. В квартире я принялся быстро ходить от окна к двери, гоня из головы мысли о мести и пытках, чтобы получить информацию про Иннесу. А ещё внутренний голос подзуживал, напоминая о словах Мартина, который упомянул девушку в таком контексте, словно та не простой обыватель.
        «Вот кто она, почему ею заинтересовался один из шишек бээндэ? - скрипнул я зубами, гоняю эту мысль в голове. - Неужели... да нет, бред, не могли мне её подсунуть тогда на курорте... не могли. Ну, какой из Иннески спецагент экстракласса, который не может иметь личной жизни и свободы и потому обязан сидеть на привязи?».
        В этот день я напился. Вот просто взял бутылку коньяка, желая хоть немного алкоголем успокоить нервы, и не заметил, как за первой пришла очередь второй, а потом просто отрубился.
        Утром проснулся в кресле с больной головой, ноющей спиной и шеей из-за неудобной позы и ощущением, что «во рту восемь кошек нагадили и все по-разному». На телефоне висели пять пропущенных от Олеськи, два сообщения от неё. Одно гласило «я возле двери стою, открой». И после него тишина.
        - Эх, грехи наши тяжкие, - простонал я, выбираясь из кресла и, упершись ладонями в поясницу, несколько раз до хруста прогнулся назад. - Все проблемы от водки и баб.
        Мелькнула мысль, что стоит навести немца, а то он там запросто даст дуба от холода, если сжёг все топливные брикеты, но тут опять вернулась на него злость, и я мысленно пожелал ему сдохнуть без мучений. Заботиться не собирался об этом уроде.
        После душа и лёгкого завтрака настроение с самочувствием быстро поползли вверх. Решил отзвониться Олесе и пояснить, почему так вчера вышло с её звонками и сообщениями, но та не брала трубку. После второй попытки я пожал плечами и решил оставить проблему на саморазрешение. Любовь любовью, но чужие непонятные капризы я не понимал никогда и не принимал. Досада и совесть немножко поскребли на душе и вскоре притихли, задавленные логикой и упрямством. Хотя, всё могло быть намного проще, и девушка сейчас просто занята важными делами и не может мне ответить никак.
        Я так и проходил весь день в ожидании и мучаясь похмельем, которое до вечера меня не отпускала.
        «Точно паленка, все коньяки разливают в Дагестане и лишь самые лучшие идут с Одессы», - мысленно про себя поглумился я над собой.
        При вечерней попытки связаться с девушкой оказалось, что её телефон и вовсе отключён. И после этого я решил всё оставить, как есть. Если у Олеськи не включилась бабья функция «аля-овуляшка», которая делает даже из самой умной представительницы слабого пола нечто с ай-кью ниже 80 единиц, то она скоро проявит себя и объяснит причину молчания. Ну, а нет... обидно и тяжело будет. Тяжело потерять второго человека, к которому прикипел душой.
        На следующий день навестил немца, который был живехонек, хотя и крайне плох.
        - Мартин, вот стоит твоё молчание всего этого?- вздохнул я, разжигая печь и открывая термосы с горячим чаем и куриным бульоном. - Угощайся, а то не хочется, чтобы твоя семья расстроилась, если ты умрёшь.
        - Что тебе до моей семьи? - просипел тот, с трудом принимая крышку от термоса с бульоном. - Всё равно не отпустишь.
        - К ним? Варианты возможны, - пожал я плечами. - По крайней мере, ты останешься жив и рано или поздно сможешь с ними встретиться. А если будешь упорствовать, хранить непонятные секреты, которые нужны только тебе, то рискуешь загнуться среди морозов и снегов. Пока живой - шансы есть, только мёртвые не могут ничего. И не надо про долг и совесть ничего говорить. Не поверю, Мартин. Служащий твоего возраста и ранга не раз и не два поступался ими, находя себе оправдание.
        - И ты меня отпустишь? - хрипло произнёс он и вдруг раскашлялся, разбрызгивая капли бульона вокруг себя. - Кха... кха...
        - Не подавись. Нет, конечно, просто ты переедешь в совсем другое место, где тепло, полно солнца, тёплое, м-м, море.
        - Звучит как описание Гавайских островов,- скривился он в кривой усмешке.
        - До Гаваев ты не дорос, Мартин. Но место не сильно от них отличается. Для меня ты там будешь безопасен. Поправишь здоровье, отдохнёшь от треволнений и прочих неприятностей для организма. А там будет видно, что делать дальше.
        Немец допил бульон и потянулся за термосом, чтобы самостоятельно налить добавки. К этому моменту печка уже раскалилась почти докрасна, и от неё стало тянуло теплом, иней на потолке и по углам стал медленно исчезать, а вместо него начали стекать пока ещё редкие капли воды.
        - Для неё будет лучше держать от вас подальше, - спустя несколько минут сообщил он мне.
        - Вас? То есть?
        - Да, вас. Неужели ты думаешь, что я поверю в то, будто ты один провернул моё похищение? - покачал собеседник головой, потом подул на слишком горячий бульон, сделал маленький глоток и продолжил. - Собрать обо мне информацию, незаметно проследить, пробраться в квартиру... хотя, ладно, с учётом возможностей Иннесы это не сложно...
        - Что-что? - перебил я его. - Какие возможности, ты о чём? Мартин, не гневи Бога, если ты в него веруешь. Рассказывай всё или...
        - Или что? - он посмотрел на меня своими красными воспалёнными глазами.
        - Ты навсегда останешься здесь, больше я к тебе не приду. И никто не придёт, Мартин. А когда помрёшь, я перешлю твоим родным снимки твоего тела или... или кто-то окажется здесь, на твоем месте рядом с тобой мёртвым. Раз ты лишил меня близкого человека, то почему я не могу сделать это и с тобой?
        Тот вздрогнул, расплескав бульон, и принялся сверлить меня тяжёлым ненавистным взглядом. Наконец, процедил сквозь зубы:
        - Вряд ли у тебя хватит на это характера, юноша.
        - Я могу дать слово. А его я всегда держу или ты ещё не понял, когда две ночи просидел здесь в холоде. Сколько шансов было на то, что ты станешься жив к моему визиту? - ответил я ему. - Молчишь? Мне от тебя нужны ответы, вопросы я задал. Играться мне уже надоело. Или ты специально тянешь время? Что вы задумали сделать с Иннесой, отвечай, сука?
        Каюсь, злость и нервный стресс, который только накапливался, сыграли со мной дурную шутку. Почти не задумываясь над последствиями, я подскочил к немцу, не ожидавшему от меня такой прыти, выбил у него из рук крышку от термоса и схватил за горло левой рукой, а правой заломил ему кисть, когда он попытался ударить меня. Может он и имел специальную подготовку, но годы и прозябание в этой комнате лишили его сил и оказать достойное сопротивление он не смог.
        - Отвечай, убью, сволочь! - проревел я, сдавливая мужчину кадык и только когда тот закатил глаза и обмяк в моих руках, очнулся. - Тьфу... мать твою...
        Выпустив пленника, я поплескал ему на лицо воды из бутылки.
        - Ты... сумасшедший, кха... псих, - прохрипел немец, когда пришёл в себя.
        - Может быть, - хмуро подтвердил я его слова.- Вот и не зли сумасшедшего. Так что там с возможностями Иннесы, кто она такая?
        - Ты не знаешь?
        Мне показалось, что этот вопрос его и самого интересовал, по крайней мере, я уловил в тоне собеседника искреннее любопытство и удивление, а не желание затянуть время, чтобы в голове составить план разговора.
        - Нет. Говори же.
        - Она одарённая, маг. Как те, с кем ты общаешься.
        - Че-его?
        Мартин сумел меня поразить своими словами.
        «Подсадная, Иннеса подсадная! Чёрт, но как так... как могла она так играть?!», - мысленно схватился я за голову.
        - Точно не знал, - покачал головой мужчина. - Тебя держат за простачка, юноша. Стараются натаскать горячих каштанов из огня твоими руками.
        - Меня никто не держит, - машинально огрызнулся я. - Я один.
        - Но...
        - Как ты надоел со своими шпионскими штучками, - вздохнул я и выложил почти всю правду. - Ты засветился на авторегистраторе рядом с домом Иннесы. В сети хватает программ с распознаванием лиц, а ты не тайный шпион, который накладывает грим каждый раз, как выходит на улицу и каждый раз разный. По съёмке с регистратора получил твоё имя, дальше покопался в сети и смог выйти на адрес, потом проследил за тобой и узнал все остальные месса, где бываешь, после чего оглушил шокером и принёс сюда.
        - Но... но...
        - Не дёргайся или ты умрёшь, Мартин, - предупредил я его. После чего встал и подошёл к цепи, которая удерживала его в комнате. Отстегнув замок, я сдавил плечо пленника и сказал. - Сейчас ты кое-что узнаешь и поймёшь. Но после этого, если я не получу ответы на свои вопросы, ты пожалеешь, сильно пожалеешь, Мартин.
        Тот, было, дёрнулся, но затих, а через несколько секунд мы оказались в параллельном мире на небольшом островке, бедном на зелень, зато на треть состоящий из пляжа, покрытого изумительным белоснежным песком с едва встречающимися пустыми плоскими ракушками разных цветов.
        Как и брата, немца тут же вывернуло наизнанку. Только, если Пашка быстро пришёл в себя, то моего пленника мутило минут двадцать. После того, как желудок был вычищен раз сто, мужчина обессилено упал на тёплый песок и растянулся в полный рост, раскинув руки и ноги.
        - Значит, ты тоже одарённый,- пробормотал он. - А я думал, что просто помощник в команде, которого не жалко и слить, когда придёт время договариваться со мной.
        - Мартин, ты тупой, понимаешь это? Ты сам себя накрутил так, придумал нелепые теории, что глубоко сел в лужу.
        - Где мы? - он с трудом приподнялся на локтях, потом с кряхтеньем сел на пятую точку, после чего правой ладонью зачерпнул песок и поднял до глаз, чтобы рассмотреть получше.
        - На острове среди большого озера.
        - Озера? Хм... а точнее?
        - Мы в другом мире, Мартин.
        Он с сомнением посмотрел мне в глаза, открыл рот, закрыл, ошарашено посмотрел ещё раз по сторонам, на песок в своей руке и прошептал:
        - Не может быть.
        - Может. И ты здесь останешься навсегда или пока не посчитаю, что навредить мне на Земле не сможешь. В моих словах убедишься ночью, когда посмотришь на небо. А теперь я слушаю тебя. Что с Иннесой и где она сейчас?
        - Она одарённая, как и ты. Только в отличие от тебя способна перемещать предметы, а не перемещаться сама...
        Иннеса сама вышла на бээндэ, которая в последнее время стала заниматься поиском одарённых людей.
        Как оказалось, уже несколько лет на Земле стали спонтанно появляться люди, которые умели делать вещи, что ничем другим, как магией и не назовёшь. При этом никаких чар никто не использовал, Дар активировался желанием, силой воли и у всех был разный. В целом, самые распространенные типы способностей были связаны со стихиями и разумом - огневики, воздушники, мощнейшие гипнотизёры и телепаты, контролирующие воду и землю. Чуть меньше было людей, кто мог влиять на своё тело - становиться быстрее, сильнее, менять облик и даже пол. Ещё меньше людей получили способности вроде моей телепортации. По слухам в России есть единственный в своём роде одарённый, который может реализовать нарисованную вещь, даже если её в мире не существует, например, что-то из игровой индустрии. Главным условием для него было - вера людей в вещь и желание ей обладать. В мире существуют несколько человек, кому по силам скопировать любой предмет, от Эйфелевой башни до молекулы гелия. Один из них опять же в России, второй в Китае, третий в Америке, но по национальности индус, штатовцы смогли его сманить к себе неведомым образом.
        А теперь про Иннесу.
        У девушки проявился Дар телепортации, но не как у меня, а скорее противоположный: она могла переместить вещь на расстояние, но сама оставалась всегда на месте. В первый раз это был мешок мусора, который собралась выносить, но мысленно сильно желала, чтобы тот исчез или оказался на помойке без её участия. Во второй раз это произошло с пачкой документов на работе и после этого она перепугалась: с мусором случай она приняла за переутомление, мол, просто забыла момент, как выносила мешок и вернулась домой, но когда узнала про тихую панику у мужчины, который увидел у себя на столе документы, которые он ждал, но не помнил, как получил - испугалась.
        Потом у Иннесы было несколько дней паники и посещение психоаналитика (эта зараза и до немцев добралась через океан). На её счастье, все тесты она прошла хорошо, а специалист успокоил её, что с ней все в порядке и просто из-за сильного эмоционального фона и усталости у неё проявились эти моменты забывчивости.
        Но через сутки после психоаналитика она уже специально проверила свои возможности и... всё. Её Дар работал отлично, перемещая предметы туда, куда она хотела. В сети ничего не нашла, кроме смутных слухов и недомолвок и тогда она ничего лучшего не придумала, как отправиться в филиал контрразведки, где наткнулась на сотрудника что был в теме и являющегося агентом Мартина.
        Далее она была слита этому высокопоставленному контрразведчику, а тот слил ее... американцам, у которых ещё со времён получения первого звания был агентом.
        - Девушка была в таком состоянии, что готова была кому угодно раскрыться, чтобы получить точный ответ: нормальная она или сошла с ума, - сообщил немец. - Как её не понесло в СМИ - не могу и представить. Несколько дней сидела на антидеприсантах, мозги ей конкретно затуманило ими затуманило.
        - Что с ней сейчас и где она может быть?
        - Не знаю... честно говорю, юноша.
        - Кому конкретно отдали Иннесу?
        - Патрик ОМур и Боб Смит, из цэрэу. Они прилетели уже на следующий день, как я передал информацию про сильную одарённую
        - Смит? - не поверил я. - Звучит это как-то карикатурно. Да и у второго имя не американское какое-то.
        - В документах, что предоставили, были эти имена. Если и вымышленные, то я тут ни причём, - пожал тот плечами. - Не уверен, что они вообще из разведывательного управления, просто решили взять, как полезную ширму. Прилетели и улетели чартером. Отправление шло из Вашингтона, туда же и улетали, но не удивлюсь, если аэропорт сменили, как покинули воздушное пространство Германии.
        - Плохо, Мартин, плохо. Если бы рассказал мне всё это сразу, то я мог уже отыскать девушку, а ты... млин, - скрипнул я зубами от злости.
        Тот опять пожал плечами и на этот раз с полным равнодушием на заросшем щетиной лице.
        - Ладно, обживайся, - буркнул я. - И отогревайся.
        - Что? - встрепенулся тот. - Ты здесь бросаешь?
        - А что тебе здесь не нравится? - глумливо усмехнулся я. - Тепло, воды пресной полно, солнечные ванны в любом количестве - наслаждайся.
        Островок был размером с половину футбольного поля, с одной стороны плавно уходил в воду и именно там располагался пляж, с другой поднимался над водой метров на семь-восемь, со стороны был похож на дамскую туфельку с высоким каблуком. Среди камней к небу тянулись три кривых тщедушных дерева с жидкой листвой, пара десятков разновеликих кустиков и множество пучков жёсткой травы.
        - Не очень здесь комфортно среди камней и в окружении воды, - хмуро произнёс немец. - В том доме хотя бы крыша над головой имелась.
        - Ладно, будет тебе комфорт, - пообещал я пленнику.
        С Черепа я принёс для него небольшую палатку, керосиновую печку для готовки, консервов, удочку, соль, сахар, чай, приправ немного, кое-что из посуды и маленький керамический ножик для потрошения рыб. Для жестяных банок оставил простую открывалку в виде зазубренного колёсика на короткой ручке.
        Обеспечив пленника минимумом необходимого, я вернулся на Землю.
        Переместился с тяжёлыми думами, которые подкинул в мою голову сволочной контрразведчик. Если подумать, то мне и в самом деле тот хакер крайне удачно подкидывал информацию про него. И быстро. Всё ли с ним просто?
        «А вот сейчас мне кажется, уже поздно горевать, - хмуро и с какой-то обречённостью раздался внутренний голос. - Мы уже на крючке, если тот видеохакер из засланцев правительственных. Тут думать надо, а не засланка ли Олеся и чья!.. - и тут сам себе возразил. - Не может... не верю... с Иннесой ошибся, а мысли были такие же!..».

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к