Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / AUАБВГ / Антонов Михаил: " Шесть Историй О Любви " - читать онлайн

Сохранить .
  АНТОНОВ МИХАИЛ.
        
        ШЕСТЬ ИСТОРИЙ О ЛЮБВИ
        
        ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ
        
        ДВЕ СОБАЧКИ СЧАСТЬЯ
        (Август, сентябрь 1985г.)
        ГЛАВА ПЕРВАЯ
        В которой самолет меняют на автобус,
        а море- на безводную степь.
        Мишенька Бурлаков вошел в помещение Централизованного бюро
        ремонта, загадочно улыбаясь.
        - Аркадий Федорович,- обратился он к своему руководителю,- у
        нас никаких дел в управлении ГТС нет?
        - Пока нет. А что случилось?
        - Решил я на Черное море податься. Отдохнуть от тяжких тру-
        дов.
        - Эта идея тебя осенила, пока ты на толчке сидел?- спросил у
        него третий работник их группы по созданию ЦБР Сергей Кузнецов.
        - Вообще-то, я руки ходил мыть. А идею мне навязали прямо
        сейчас в коридоре.
        Представляете, коллеги, иду, никого не трогаю. Навстречу Лу-
        кашова Галина. Оказывается, она сейчас член профкома и отвечает
        за путевки. Так вот, хватает меня Галя за грудки и говорит: "По-
        езжай, Бурлаков, на Черное море, отдохнешь. И тебе хорошо и ГТС
        польза." Я ей в ответ, дескать чего я там не видел, да и отпуск у
        меня в ноябре по графику. Она же меня не отпускает и соблазняет:
        "Я тебе отпуск перенесу, только выручи. Путевка горит."
        Вы же знаете, что я- очень добрый парень. Особенно, если ме-
        ня женщина просит. Совсем не умею отказывать. Дай, думаю, спасу
        родной профком- съезжу на Черное море. Говорю Лукашовой: "Ну хо-
        рошо, если уж тебе так надо, и если ты сумеешь договориться с
        Пятковой- моей начальницей- о переносе моего отпуска, то, так и
        быть, поеду, погрею старые косточки на солнышке. А то ведь еще
        забота- билеты на юг доставать. Кстати, когда там срок заезда?"
        А она мне отвечает: "Второго сентября".
        Вот так мы с ней и поговорили.
        - Что ты там в сентябре делать собираешься? В холодину та-
        кую?- спросил Кузнецов.
        - Отсталый ты человек. Это здесь в сентябре холодрыга, а
        там- бархатный сезон. Вдобавок, ты не забывай, именно на второе
        сентября у меня назначена командировка в колхоз. А мне почему-то
        кажется, все почему-то кажется, что в это время года лучше отды-
        хать на черноморском побережье, чем надрываться на уборочной
        где-то в далеком Чесменском районе. И если Пяткова не вспомнит
        про мою командировку, то я лучше укачу на море, вместо-то сель-
        хозработ.
        Представляешь, Серега, галечный пляж, яркое солнце, лазур-
        ное море, легкие сухие и десертные вина. Никакой водки! Водку я
        могу и здесь попить. И девушки... Много загорелых девушек в пи-
        кантных купальниках. А посреди всего этого великолепия я- загоре-
        лый, молодой, красивый, сильный, умный...
        - Ага, представляю: бушующее Черное море, и ты в палатке,
        одетый во все свитера и куртки, дрожащей от холода рукой разли-
        ваешь по оловянным кружкам дешевый, вонючий, местный самогон с
        целью согреться. Брр...
        - Ты жалкий пессимист, Сергей.
        - Ну если надо, найдем мы тебе поручение на ГТС,- сказал,
        наконец, все время улыбавшийся Аркадий Федорович.
        - Да мне не сейчас. Лукашова обещала позвонить через пару
        дней.
        Через день она, действительно, позвонила. Бурлаков, заранее
        запасшийся деньгами, взял какую-то бумажку и отправился в управ-
        ление ГТС. Он, естественно, не стал напоминать своему начальству
        о том, что есть приказ о его поездке в колхоз на уборку урожая, а
        тихонько подсунул свое заявление руководству и, довольный своей
        предприимчивостью, отправился в бухгалтерию.
        Чтобы понять весь авантюризм нашего героя надо пояснить, что
        в те благословенно- застойные времена уборка урожая была делом
        всенародным. Советские колхозники не справлялись с этой сложной
        задачей, и поэтому, каждый год во всех городах и весях Советско-
        го Союза им в помощь формировались уборочные отряды.
        В тот год Областному управлению связи дали команду послать
        сводную группу в Чесменский район на помощь колхозу "Сорок лет
        Октября." Областные управленцы сами ехать на сельхозработы не хо-
        тели и потребовали от подчиненных предприятий выделить людей.
        В руководстве ГТС тоже были очень занятые выполнением своих
        обязанностей работники, и поэтому они решили послать в команди-
        ровку людей менее загруженных, повелев начальникам служб подыс-
        кать кандидатов на поездку в своих подразделениях.
        Командировка была длинная- на месяц, и начальство лаборато-
        рии, где трудился наш герой, решило разделить ее бремя между дву-
        мя неудачниками: Бурлаковым Михаилом с ЦБР и Андреем Вацурой из
        группы измерителей. Первые две недели должен был отбывать ссылку
        Андрей, а второго сентября ему на смену должен был выехать Ми-
        хаил. Поэтому не надо, наверное, объяснять, какая радость обуяла
        Мишу, когда вместо дальнего пути в степную деревню перед ним за-
        маячила возможность поездки на черноморское побережье.
        Открыв дверь в бухгалтерию Бурлаков широко улыбнулся.
        - Светочек, это снова я!- сказал он, подходя к столу в цен-
        тре комнаты
        - О-о-о, ну что опять у тебя, Миша. Ты же уже закончил уче-
        бу?- застонала расчетчица Света Мальшакова, когда увидела его,
        улыбающегося и подходящего к ней.
        - Еще бы, лапушка. Но жить без тебя я все равно не могу. Ты-
        моя судьба. Тебя не объехать, не обойти.
        Все бухгалтера, а в кабинете было человек пять, навострили
        уши.
        - Не бойся, радость моя, я не имею к тебе сегодня претензий.
        Я по другому делу,- продолжал свою речь Бурлаков.
        Творческое сотрудничество Светланы и Михаила продолжалось не
        один год. Долгих шесть лет Бурлаков учился в политехническом ин-
        ституте на вечернем отделении. И все шесть лет, два раза в год,
        после очередной оплачиваемой сессии, он приходил в бухгалтерию к
        Мальшаковой и, ласково улыбаясь, убедительно просил Светочку сде-
        лать ему перерасчет. Она каждый раз ошибалась и начисляла ему за
        учебный отпуск денег меньше, чем положено.
        Светлана была очень красивая девушка. Ее не портили даже ко-
        роткие стрижки, модные в то время. Мишеньке она очень нравилась,
        и поэтому он никогда не обижался на ее ошибки. Наоборот, он с
        удовольствием ходил на разбирательства с ней. Еще бы, такой вес-
        кий повод полюбезничать с красивой девушкой.
        На большее, чем просто посплетничать и сказать пару компли-
        ментов он, надо заметить, и не расчитывал, поскольку знал, что
        эта девушка- не про него. Он так и говорил своему другу Сереге
        Кузнецову: "Светочка- драгоценный бриллиант, который требует
        очень дорогой оправы. Я ей такую дать не могу. Не потому, что не
        могу украсть миллион, а потому, что не хочу покупать любовь, да-
        же ее."
        Светлана благосклонно выслушивала Мишенькины комплименты и
        охотно знакомилась со стихами, которые он ей посвящал. Но, все
        же, она не считала его парнем своего круга, и поэтому никаких,
        даже призрачных шансов, ему не давала.
        В советском обществе не было классов и каст. Там были не-
        гласные ранги, и каждый сверчок знал свой шесток.
        Усевшись на стул рядом с ее столом Михаил продолжил:
        - Светочек, я тут решил на море прокатиться, а ты, говорят,
        денежки за это берешь?
        - Ну, слава Богу. А я-то испугалась, опять что-то непра-
        вильно. Подожди, сейчас я тебе выпишу ордер в кассу.
        Она принялась что-то заполнять в журналах.
        - Светланчик, поехали вместе на море?- предложил ей Михаил,
        точно зная, что она никуда с ним не поедет.
        - Я уже была в отпуске.
        - А где?
        - В Юрмале.
        - М-м-м,- только и сказал Мишенька, выражая свое удивление.-
        Говорят, там тоже неплохо.
        - Там- хорошо.
        Она выписала ему приходный ордер, и он заплатил деньги кас-
        сирше. Затем зашел в профком и получил путевку. Половина дела бы-
        ла сделана. Оставалось приобрести билет.
        Мишенька, в общем-то, представлял, где находится Туапсе, ме-
        сто его будущего отдыха, однако он еще раз поискал город на карте
        и сравнил с расписанием Аэрофлота. Ближайший город, куда летали
        самолеты из Челябинска, оказался Краснодар. Никогда не летавший
        до этого в курортную зону Бурлаков решительно пошел в ближайшую
        авиакассу.
        В трансагенстве на улице Коммуны тетенька, представлявшая
        Аэрофлот, поглядела на него как на больного и недвусмысленно на-
        мекнула, что билеты на курорты, а Краснодар- город курортный,
        продают за тридцать дней, и искать места на самолет за три неде-
        ли до вылета- глупость. Мишенька был либо глупый, либо везучий.
        Он не стал с ней спорить, а пошел в другую кассу и, выстояв час,
        попросил то же самое: билет на первое сентября до Краснодара.
        Здесь кассирша, измученная работой, умничать не стала, а запроси-
        ла центральное агенство. Билет нашелся. Скорее всего, его кто-то
        сдал. Но Мишеньку это не волновало. Он думал, что так и должно
        было случиться. Вот так некоторая наивность нашего героя ему по-
        могла. Если бы он знал, что в обеих кассах запрашивают билеты в
        одном и том же месте, то получив отказ в первой, наверняка не по-
        шел бы во вторую. Однако, Михаил об этом не догадывался, и этот
        случай показывает, что порою незнание бывает эффективней излиш-
        ней осведомленности.
        Итак, Бурлаков стал обладателем двух бумажек: голубоватой -
        билетом "Аэрофлота" до славного города Краснодара и беленькой -
        путевкой на турбазу в районе Туапсе. Миша всерьез надеялся, что
        через несколько дней он будет подставлять свое изможденное в
        борьбе за улучшение качества связи тело целебному южному солнцу.
        Что стройные, загорелые девушки не будут слишком суровы к нему. А
        легкие, местные вина развеют хандру, которую он испытывал в пос-
        леднее время.
        Время тянулось медленно. До долгожданного отпуска осталось
        всего десять дней, когда от незатейливой беседы с коллегами Ми-
        хаила отвлек телефонный звонок.
        - Тебя Пяткова,- сказала ему дежурная телефонистка Галочка
        Подлужняк. При этом она состроила такую гримасу, что стало ясно,
        как она относится к его непосредственному начальнику.
        На душе у Бурлакова заскребли кошки.
        "Ну вот, начинается,"- подумал он подняв трубку с аппарата.
        И началось! Недовольный, визгливый голос вещал:
        - Миша, что же вы скрывали? Мы же еще в июле договаривались,
        что вы в колхоз поедете со второго сентября. На вас же приказ
        оформлен.
        - Да я ничего не скрывал.
        "Если у тебя куриная память, то я причем,"- добавил он мыс-
        ленно.- "Я и не забывал, про колхоз..."
        - В общем, сдавайте путевку. Я отпуск вам не переношу...
        Миша загрустил и понял, что нестрогие, длинноногие девушки
        не дождутся его в этом сезоне на галечных пляжах Туапсе. И мароч-
        ные вина будут пить совсем другие молодые люди.
        Он на всякий случай позвонил Лукашевой, но ее профсоюзной
        власти не хватило на отмену приказа начальника ГТС. На этом чер-
        номорская эпопея Бурлакова, как и следовало ожидать, закончилась
        крахом. Вообще, есть что-то циничное в его попытке увернуться от
        уборки урожая. Что было бы с выполнением великой Продовольствен-
        ной программы, если бы все, кого посылают на село, вместо ударно-
        го труда на колхозной ниве, уезжали отдыхать по профсоюзной пу-
        тевке к Черному морю.
        - Маленькая,- обратился Миша к Галочке Подлужняк, смиряясь с
        неудачей.- Пойдем сегодня в кино, в последний раз.
        - Я сегодня до восьми. Так что не могу.
        - И ты, Брут?
        Мишенька любил дружить с девушками. Особенно с симпатичными.
        Галочка была симпатичной, маленькой хохлушкой. То ласковой, то
        злой, как кошечка.
        - А почему последний?- спросила любопытная девушка.
        - Все, Галочка, судьба моя решена, я буду увольняться.
        - Врешь?
        - Чистая правда, я перерос эту организацию. С моим дипломом
        здесь делать сейчас нечего. Если я останусь работать на ГТС, це-
        на мне, как специалисту, будет грош в базарный день. Я же не Пят-
        кова, чтобы бумажки всю жизнь перекладывать. А электроникой здесь
        пока и не пахнет. И сейчас я решил заяву написать, назло началь-
        ству. Пусть они сами в ноябре в отпуск ходят.
        Свою угрозу Мишенька выполнил. Он прибыл в управление ГТС и
        отдал заявление Пятковой. Та засуетилась, потащила его к на-
        чальнику лаборатории, говоря, что нельзя же так обижаться. Бурла-
        ков хранил молчание. Когда начальник лаборатории отказал в своей
        подписи под заявлением, Михаил, не долго думая, отнес его в от-
        дел кадров. Потом сдал путевку в профком и опять зашел в бухгал-
        терию.
        - Светочка, это снова я.
        - Привет,- удивилась девушка.- Ты разве не на море?
        - Ты знаешь, кругом враги. Они не хотят, что бы я укреплял
        свое здоровье на черноморском побережье. Они желают, чтобы я по-
        терял его последние крохи на уборочной в колхозе "Много лет
        Октября".
        - Ничего не пойму.
        - Ну что тут непонятного. Я пришел сдать путевку и получить
        аванс на командировку в колхоз. Наши враги не хотят, чтобы мы бы-
        ли с тобой рядом, радость моя. Они ссылают меня на две недели ку-
        да-то в Чесменский район. Ты огорчена нашей разлукой?- спросил
        улыбающийся Бурлаков.
        Вся бухгалтерия внимала излияниям молодого человека. Кто же
        против бесплатного веселого концерта.
        - Нет,- ответила гордая девушка.
        - Светочка, какая же ты жестокая. Я так к тебе со всей ду-
        шой, а ты так ко мне всегда сурова.
        Пока он балагурил, она оформила ему расходный ордер и насчи-
        тала деньги за командировку.
        - Вот, Светочек, зная, что ты так ко мне холодна, я решил
        покинуть эту организацию, ты будешь плакать?
        - Увольняешься, что ли?
        - Да.
        - Нет, не буду,- ответила жестокосердечная, улыбаясь.
        - Я так и знал. Придется тебе отомстить за твою холодность.
        И месть моя будет суровой,- ласково и зловеще пообещал Михаил.
        
        - Серега, ты любишь розыгрыши?- спросил Бурлаков, когда вер-
        нулся на ЦБР.
        - А кого будем разыгрывать?- спросил Кузнецов.
        - Да кого угодно. Главное, чтоб человек был хороший.
        - А как?
        - Придумал новый способ. Сейчас идет подписная кампания,
        так? Мы берем каталог, выбираем какое-нибудь нелепое издание,
        например, "Забивание железобетонных свай в вечною мерзлоту кула-
        ком" и подписываем на него какого-нибудь милого и приятного чело-
        века.
        Представляешь, получив первый номер, он думает, что это
        ошибка. После второго, он начинает что-то подозревать и выяснять
        у соседей, не их ли издание попадает к нему в ящик. После третье-
        го он бежит на почту и узнает, что ему предстоит получить и чет-
        вертый номер. Больше, чем на четыре номера затевать дело не
        стоит. Это будет уже перебор.
        - А кого будем подписывать?- спросил Кузнецов, принеся ката-
        лог и квитанцию.- Может Рябцеву и Вандышеву?
        Это были их общие знакомые девушки, к которым они не раз хо-
        дили в гости.
        - Наташа и Таня- очень хорошие девушки и достойны такой шут-
        ки, но у них есть крупный недостаток. Они, как и ты, живут в об-
        щаге. А как ты получаешь почту? У вахтера. Они и не догадаются,
        что журнал "Атмосферные явления в небесах западной Африки" выпи-
        сан для них,- возразил Бурлаков.
        - А кого тогда?
        - Есть у меня кандидатура- Светочка Мальшакова.
        - Да, она с родителями живет. А как мы адрес узнаем?
        - Элементарно, Ватсон. У нее же есть телефон, я его знаю. Мы
        смотрим картотеку в соседней комнате и по ее карточке находим ад-
        рес. А потом по адресу вычисляем почтовый индекс.
        Так они и сделали.
        - На что будем подписывать?
        - Ух, ты... Чего тут только нет? "Кормоводство", "Овощевод-
        ство", твои любимые "Железобетонные конструкции",- предлагал Cер-
        гей.- А вот высший класс-"Свиноводство".
        - На такое я бы с удовольствием Пяткову подписал. А со Све-
        той я ссориться не собираюсь. Она "Свиноводство" может не так по-
        нять. Да ты посмотри, как часто они выходят?
        - Да, тут не то. Они по два-четыре номера в год выходят.
        - Давай, тогда по цене ежемесячный смотреть.
        И они нашли- "Веселые картинки". На четыре месяца выходило
        по шестьдесят копеек с носа- стоимость билета в кино. Читай,
        Светлана, читай.
        - А как твои дела с колхозом?- спросил Кузнецов после офор-
        мления квитка.
        - Отлично, еду в понедельник, второго числа. Уже и билет
        взял.
        Первого числа у меня ежегодная встреча с однокурсниками, с
        теми, кто со мной в институте учился. Кстати, и насчет работы
        выясню, куда приткнуться. А второго в Чесму.
        - Ты, значит, твердо решил увольняться?
        - Ага. А ты знаешь, я сегодня, когда в отдел кадров заходил,
        спросил там, кто кроме меня в колхозе будет. Оказалось, что туда
        Танюшку Хохлову сослали. Знаешь ее? С ЧТЗ-овской АТС?
        - Знаю.
        - Я подумал, а почему бы мне там с ней не подружиться? Мо-
        жет, не так скучно будет...
        
        ГЛАВА ВТОРАЯ
        Долгое путешествие.
        Поездка на автобусе была утомительно длинной. Целых шесть
        часов его везли, трясли и мотали по российским дорогам. Он, зная
        об этом, не стал на встрече однокурсников, что происходила нака--
        нуне, злоупотреблять спиртным. Утром встал без проблем, головка
        не болела, погода была прекрасная, и, если бы не туманные пер-спе-
        ктивы, он был бы почти счастливым.
        И вот, пока он едет в автобусе, я расскажу вам о нем подроб-
        нее.
        Бурлакову Михаилу на момент нашей истории было двадцать
        шесть лет. Русский, беспартийный, образование высшее - в то лето
        он закончил вечернее отделение местного политехнического. Мужес-
        твенный человек. Так, по крайней мере, считали его преподаватели
        в вузе. Очень многие из них говорили ему и его сокурсникам одни и
        те же слова: "Тому кто имеет смелость учиться на вечернем отделе-
        ние, после окончания института можно орден давать." Роста он был
        невысокого, брюнет, с умными карими глазами. Кому-то он нравится,
        кому-то - нет, на всех не угодишь. В общем, обычный молодой чело-
        век. Семейное положение: холост, но получив диплом, он уже стал
        подумывать о прелестях семейной жизни.
        Вчера, на встрече с друзьями Миша договорился и выходило
        так, что его следующим местом работы, после колхоза, конечно, мог
        стать завод Оргстекла. Но об этом он сейчас почти не думал, раз-
        глядывая мелькавшие пейзажи. Прямую дорогу, как обычно ремонтиро-
        вали, и путь его пролегал вкруговую: через Южноуральск и Троицк.
        Наконец, мытарства закончились. Свернув с трассы, автобус прибыл
        в Чесму.
        
        Главным украшением этого населенного пункта Бурлаков посчи-
        тал здание автостанции. Это было что-то выдающееся- большая, по-
        косившаяся на один бок, изба. Если бы зазнавшиеся уроженцы горо-
        да Пизы с севера Италии видели это наклонное здание, они поу-
        меньшили бы свою спесь и перестали похваляться своей падающей
        башней. Их пресловутая башня падает много-много лет и все никак
        не упадет. А это сооружение построили в этом веке, в этом веке
        оно наклонилось и до конца столетия точно рухнет.
        Осмотрев здание снаружи, Михаил с уважением посмотрел на пас-
        сажиров и сотрудников автостанции, которые не боялись заходить
        под своды этого образца сельской архитектуры. Мысленно перекрес-
        тившись, он переступил порог здания.
        В полутемном помещении, где видимо никогда не выключали осве-
        щение и которое гордо именовалось зал ожидания, располагалась
        касса и висела схема маршрутов местных автобусов. Мишенька перес-
        мотрел ее всю, но не увидел на ней колхоза "Сколько-то лет Октяб-
        ря". Он обратился в кассу и ему сообщили, что ехать ему надо до
        деревни Беловки, и что ближайший автобус будет полтретьего. Он
        купил билет и вышел на улицу.
        Первый, кого Михаил увидел на улице, был коллега- Андрей Ва-
        цура, который уже посчитал свою миссию законченной и собирался
        домой.
        Такой счастливой улыбки Мишенька не видел уже давно. Андрю-
        ша весь светился. Еще бы, для него все кончилось. Он уже взял би-
        лет до Челябинска. Бурлаков тоже обрадовался встрече, но не так
        сильно. Для него все только начиналось.
        Несмотря на свое радостное настроение, Вацура был в состоя-
        нии ввести коллегу в курс дела.
        - Ты приехал к самому началу уборки,- обрадовал он Михаила.
        Это называется пыльным мешком из-за угла. Мишенька-то в тай-
        не надеялся, что работы в колхозе в полном разгаре или даже близ-
        ки к завершению, и что через недельку он вернется домой.
        - Это как?- выразил Бурлаков свое изумление.
        - Начало поступать большое зерно на ток,- пояснил Андрей.- В
        основном овес.
        - Ну спасибо, ты настоящий товарищ. Значит, все самое инте-
        ресное осталось на мою долю? А чем же вы тут две недели до моего
        приезда занимались?
        - А всякой ерундой. То сюда пошлют, то туда. Даже скуки ра-
        ди тянули провода радиотрансляции по крышам. Обещали заплатить. А
        то каким-нибудь старичкам дрова рубили, за наличный расчет.
        Но теперь все. Все работают на току в две смены. Работа не-
        сложная да и нетрудная: погрузчик закидывает зерно на автомобиль,
        а твоя задача будет за ним приглядывать, да подгребать ему это
        зерно.
        Жить будешь на моем месте. Мы там втроем занимали флигелек.
        Хозяева нормальные, жить не мешают. Парни, с кем будешь жить, Шу-
        ра и Рустам, тоже нормальные. Правда, на счет выпивки не слабы,
        но там водки нет, в районе на время уборочной объявлен сухой за-
        кон. Наверняка будут спрашивать у тебя, не привез ли ты чего-ни-
        будь с собой. Не везешь водку?
        И когда Михаил отрицательно мотнул головой, Андрей заключил:
        - В общем, жить можно.
        - Да, интересно. Если я правильно понял,- сказал Бурлаков,-
        время балды и безделья с твоим отъездом кончилось. А на мою долю
        достались основные сражения битвы за урожай.
        - Кому-то из нас должно было повезти,- возразил Андрей.
        Затем Мишенька рассказал последние новости любимой ГТС и
        родной производственной лаборатории. Рассказал о том, что в от-
        вет на происки Пятковой, не пустившей его в отпуск, он написал
        заявление на увольнение, и у него уже идет двухмесячный срок от-
        работки. Потом просветил Андрея о новых, на днях выросших, ценах
        на алкоголь в Челябинске и в конце заявил, что местный сухой за-
        кон его не волнует.
        Время за разговорами пролетало быстро. До отправления авто-
        буса оставалось совсем мало времени, но транспорт почему-то не
        подавали и объявлений никаких не делали. А затем к платформе по-
        дошли сразу два ЛиАЗа, в которые ринулся народ. Пока Бурлаков
        раздумывал, почему не объявляют посадку, один автобус двери зак-
        рыл и тронулся. А второй, с надписью "Порт-Артур", еще стоял в
        задумчивости. Мишенька почуял недоброе и ринулся в кассы.
        - Когда будет автобус до Беловки?- спросил он.
        - А он уже ушел.- ответила кассирша.
        - Это как? Он, по расписанию, должен через пять минут стар-
        товать. И почему объявлений никаких не было. Про Порт-Артур уже
        два раза сказали, а тут молчок.
        - Это водитель так уехал.
        - Да что это за порядки такие? Не объявляют посадку, уезжают
        раньше срока, и что мне теперь делать?
        Гнев переполнял Бурлакова. Только отсутствие в его багаже
        динамита или гранатомета спасло автостанцию от разрушения.
        Растерянная кассирша пыталась отругаться, но правда была на
        стороне Бурлакова, и она переоформила ему билет на следующий рейс.
        Следующий рейс был около шести. Так что Мишенька успел еще
        поговорить с Андреем, проводить его в Челябинск и прогуляться по
        улицам райцентра.
        Когда подошел автобус, он протиснулся в него одним из пер-
        вых, занял место недалеко от выхода и терпеливо ждал отправления.
        Наконец, автобус тронулся и повез Мишеньку навстречу его судьбе.
        В Беловку Бурлаков попал уже под вечер, когда солнце клони-
        лось на запад. Он вылез из переполненного автобуса и, спросив у
        аборигенов о правлении, зашагал по пыльной улице.
        Беловка в те времена представляла собой обычный сельский на-
        селенный пункт, где было полтора магазина, почти всегда закрытый
        клуб, 178 крестьянских дворов, правление колхоза "Множество лет
        Октября" и полное отсутствие какой-либо информации о других точ-
        ках земного шара. Но Мишенька этого еще не знал, он с любопыт-
        ством разглядывал поселок и его обитателей.
        Именно в этом центре мировой цивилизации ему и придется за-
        ниматься сельским хозяйством.
        
        ГЛАВА ТРЕТЬЯ
        "Всюду жизнь."
        Правление, пользуясь советами добрых селян, Михаил отыскал.
        Там его, конечно, ждали... Две маленьких светлых собачки у порога
        да висячий замок. Собачки поочереди обнюхали его ноги и даже не
        стали лаять. В принципе, такая сердечная встреча и планировалась
        Бурлаковым. Ведь время было уже полседьмого вечера, кто же его
        будет ждать в конторе. Но, пользуясь советом Вацуры, что в это
        время все командированные должны ужинать в столовой, он отправил-
        -ся искать эту самую столовую. Проходящая мимо тетка, явно мес-тная,
        сказала, что надо только перейти через речку в сторону фер-мы. Ми-
        шенька пошел в указанном направлении и собачки составили ему
        компанию, семеня сзади.
        Дорогу в сторону фермы и столовую он нашел, речку нет. Отку-
        да ему было знать, что она летом пересыхает, и та ложбина, кото-
        рую он перешел по мосту, где вовсю зеленела трава и мирно пас-
        лись гуси, и есть река.
        До столовой оставалось тридцать метров, когда из двух идущих
        ему навстречу молодых людей Михаил признал одного. Он явно встре-
        чал этого бородатого парня раньше на ГТС. Так оно и оказалось.
        Это были свои.
        Ребята быстро перезнакомились. Бородатого и по возрасту, ви-
        димо, ровесника, звали Александром, второго, более молодого,-
        Рустамом. Между ними завязался оживленный, хотя и путанный, раз-
        говор. Как и обещал Вацура, первым делом Шура и Рустам стали рас-
        спрашивать Михаила об новом повышении цен на водку и наличии у
        него спиртного. Незапасливость Бурлакова их расстроила. Потом, на
        правах старожилов, они сами стали рассказывать о своем житье-
        бытье. Объяснили, что жить будут вместе, втроем, у татарской се-
        мьи во флигелечке - клевое жилье. Работать завтра устроят. И сно-
        ва начали распрашивать о городских новостях.
        Поскольку ребята уже поужинали, а Михаил перекусил в Чесме,
        то решили идти в дом, устраивать Бурлакова. И тут им навстречу
        попалась Татьяна Хохлова. Миша и Татьяна заулыбались друг другу.
        До этого они встречались не раз. Татьяна была девушка неза-
        мужняя и симпатичная и, когда Бурлаков приезжал на АТС, где она
        работала, с проверкой профилактических работ, именно ее посылали
        сопровождать его по автозалу. Видимо, начальница АТС считала, что
        Татьяна лучше всего сможет растопить суровое сердце проверяющего.
        - Привет, это ты вместо Андрюхи приехал?- спросила Татьяна.
        - Да вот, не повезло. А может, наоборот, повезло.
        Я как узнал, что ты здесь, думаю: "Ей, наверное, грустно там
        одной. Поеду- составлю ей компанию."
        Татьяна улыбнулась и сказала:
        - Это ты здорово придумал. С парнями будешь жить?
        - Да. А ты куда сейчас?
        - Сейчас, в столовую. А потом на ток, я во вторую работаю.
        Встреча с Татьяной в первый же вечер показалась Михаилу хо-
        рошим предзнаменованием. Они еще перекинулись дежурными фразами и
        разошлись: он устраиваться на квартиру, она- на работу во вторую
        смену.
        "Клевое" жилище представляло собой однокомнатный домик с
        печкой в центре и тремя кроватями вдоль стены. Удобства были во
        дворе. Мишеньке, как прибывшему последним, досталась самая не-
        удобная кровать возле окна и напротив двери. Он получил у хозяйки
        постельное белье, разложил вещи, а вечер, тем не менее, не кон-
        чался. Ознакомившись с бытовыми условиями и узнав об отсутствии
        горячей воды, Бурлаков решил взять пример с Александра и отпус-
        кать бороду.
        Спать было рано, основные новости были рассказаны, поэтому
        было решено идти в клуб- смотреть кино.
        Показывали картину "Идиот". Старую, черно-белую, с Юрием
        Яковлевым в главной роли. Когда-то этот фильм снимали как двухсе-
        рийный, но что-то у кинодеятелей не пошло, и он остался недосня-
        тым. Однако, за десять минут до конца фильма там появляются тит-
        ры: "Конец первой части", "Часть вторая". Воспользовавшись этим,
        кассирша клуба быстренько обошла немногочисленых посетителей и
        собрала деньги за дополнительную серию.
        Михаилу не было жалко тридцать копеек, но князь Мышкин не
        успел сойти с ума и Анастасию Филипповну убить не успели. Почему
        он должен был оплачивать недоснятую вторую серию, осталось для
        него загадкой.
        Насладившись сельским киносервисом, ребята отправились
        спать. Завтра предстоял тяжелый день.
        
        ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
        Первое сражение за урожай.
        Утро следующего дня Мишенька посвятил устройству на работу.
        После завтрака в колхозной столовой он явился в правление. Офор-
        -мление бумаг в конторе заняло четыре минуты, и он был послан к
        главному агроному. Главный агроном, сидевший в отдельном кабине-
        те, уделил ему ровно минуту и, выяснив, что в области сельского
        хозяйства Бурлаков ничего не смыслит и корочек механизатора у не-
        го нет, отправил его к заведующему током.
        Михаил по вчерашней дороге через речку прошел на ток, где
        заведующий током внимательно оглядел невысокую, но крепенькую фи-
        гуру нового работника и уделил ему только пятнадцать секунд:
        - Придешь в пять часов. Во вторую смену.
        После чего повернулся и пошел по своим важным делам.
        Михаил вернулся в домик. Рустам и Шура лежали на неразобран-
        ных кроватях и болтали, их тоже перераспределили во вторую смену.
        Бурлаков присоединился к ним. День тянулся утомительно долго.
        Когда разговор иссяк, полежали молча, думая каждый о своем. За-
        тем сходили на обед. После обеда Мишенька побродил по селу, выяс-
        нив, что в деревне, кроме клуба и правления, есть школа и два ма-
        газина: в одном шаром покати, а другой почти всегда закрыт. Наб-
        равшись таким образом впечатлений, он вернулся во флигель, где
        еще полежал.
        Наконец, день стал клониться к вечеру. К пяти вечера все
        трое с удовольствием пошли на ток. Все какое-то развлечение.
        Довольно пестрая компания работников второй смены собралась
        в рабочем вагончике. Из всех присутствующих Бурлаков знал только
        своих парней да Татьяну. Наметанным взглядом любителя дам окинул
        Михаил сидящих в коморке девушек, оценил увиденное и пришел к вы-
        воду, что самой привлекательной среди них является Хохлова. Тем
        более, что он и так с ней знаком.
        Завтоком Мальцев провел инструктаж и разбил всех по двое, по
        бригадам. Затем передал бразды правления механику тока- дяде Са-
        ше- маленькому полненькому добродушному мужичку. Бурлаков стал
        сосредоточенно думать, кого он ему напоминает и решил, что ки-
        ноактера Евгения Леонова, если того одеть в телогрейку.
        Дядя Саша выдал инструмент.
        Мишенька подумал:
        "Почему в нашей стране людям с высшим образованием доверяют
        только метлу и лопату?"
        Вооружившись подобным образом, он направился к своему пог-
        рузчику. В пару ему дали, вернее, его дали в пару Танюше Хохло-
        вой! Судьба, как могла, помогала ему. Михаил решил не отклады-
        вать дело в долгий ящик, а сразу же приступил к развлекательным
        беседам.
        В течение первого часа он рассказывал ей все последние го-
        родские новости. Потом был ужин. Они отправились все вместе в
        столовую и еще раз поели.
        "Интересный режим дня,"- подумал Михаил.- "Я не успел совер-
        шить ни одного трудового подвига, а уже три раза поел. Если и да-
        льше так поступать, это явно скажется на фигуре. Девушки любить
        не будут."
        После ужина командированные вернулись на ток и продолжили
        работу. Михаил тоже продолжил свои беседы. Теперь он поделился с
        Татьяной свежими новостями о жизни родной ГТС и для ее развлече-
        ния рассказал ей подробности истории о летающей картошке.
        Происходила эта история весной того же 85-го года. На улице
        Электродной, что находится в центре Колхозного поселка, в одном
        из частных домов стали происходить странные и загадочные вещи.
        Там подпрыгивали цветочные горшки, вылетала из трубы картошка,
        пересекали по невероятным траекториям двор метлы, блюдца станови-
        лись летающими. Все это происходило, естественно, вопреки жела-
        ниям владельцев дома.
        Сейчас этим никого не удивишь, все умные и начитанные. Поду-
        маешь, еще один барабашка появился. Обыкновенный полтергейтс. А
        тогда в 1985 году, еще до объявления гласности и перестройки, та-
        кое явление было внове, и по городу поползли всевозможные слухи.
        Сам Бурлаков узнал об этом от двоюродной сестры, проживавшей
        по соседству с местом происшествия. Он высказался на ее рассказ в
        том смысле, что все это- бред сивой кобылы. Воспитанный в духе
        марксистско-ленинского материалистического учения с элементами
        научного атеизма, Мишенька полагал, что странных и загадочных яв-
        лений в природе быть не может. Но, часто заходившая в гости, ку-
        зина приносила новые подробности невероятного события. Живший в
        трехстах метрах от этого дома, Мишенька, любопытства ради, даже
        сходил посмотреть на него. Дом как дом: во дворе милицейский пост
        из заспаных охранников правопорядка, на улице зеваки в ожидании
        чуда, окна избы без стекл и забиты фанерой. Время от времени к
        дому подъезжал "уазик" цвета, как сейчас бы сказали, украинской
        независимости, и зевак отгоняли.
        Слухи надо было пресечь, а события объяснить. Что очень быс-
        тро и сделали. Орган горкома- газета "Вечерний Челябинск" все это
        высмеяла и разъяснила горожанам, что ничего необычного на улице
        Электродной не происходило, а виновата во всем этом хулиганстве
        внучка хозяйки- ученица третьего класса. Но газета ни как не про-
        коментировала, откуда десятилетняя девочка могла знать типичные
        методы проявления "барабашки обыкновенного".
        Только прочитав газетную статью, разоблачавшую явление, Бур-
        лаков впервые усомнился в том, что все происходившее- шалость ма-
        лолетней школьницы. Неужели все, что творилось в доме, действи-
        тельно, умело подстроено ею? Может и в самом деле, что-то было.
        Вот эту историю, за исключением своих подозрений, и расска-
        зывал Михаил Татьяне в тот вечер.
        Работали они на погрузчике, грузили бледно-зеленый овес на
        машину. Работа была нетяжелая, но достаточно пыльная. Всего пог-
        рузчиков было пять и каждая бригада вгрызалась в свой ворох. Шу-
        ра и Рустам были на другой стороне тока и, с наступлением темноты,
        стали не видны. Рядом же, на соседнем ворохе, работали две незна-
        комые девицы. При распределении работ Мишенька их не видел. Позд-
        нее он узнал, что они- местные селянки.
        Татьяна охотно поддерживала разговор и рассказывала о своей
        здешней жизни. О том, что ее постоянная напарница- девчонка с
        ГТС, уехала в тот же день, что и Вацура. Кого пришлют вместо нее-
        не знает. О том, что хозяйка попалась хорошая, но раздражает от-
        сутствие горячей воды: нет возможности помыть голову.
        Так в разговорах и в работе прошел первый трудовой день Ми-
        хаила Бурлакова в колхозе "Юбилей Октября".
        Проявив в первый же вечер такую энергию, Мишенька подумывал,
        как бы получить дивиденды. Надо было оправдывать обещание, дан-
        ное Сереге Кузнецову. Он весьма ненавязчиво предложил девушке
        проводить ее после смены до жилища, но с этой идеей, к его сожа-
        лению, ничего не вышло. Татьяна шла домой с другими девчонками и
        в провожатых не нуждалась.
        Но зато Рустам и Шура показали Михаилу в мехмастерских душ,
        где они и смыли трудовую пыль. Спал он в эту ночь крепко.
        
        ГЛАВА ПЯТАЯ
        Трудовые будни.
        
        Уже не первый год областное Управление связи шефствовало
        над Чесменским районом, высаживая свои трудовые десанты в разных
        его хозяйствах. Последнее время объектом помощи связистов был
        колхоз в деревне Беловке.
        В основном, командированные почтальоны, телефонисты и теле-
        г-рафисты работали на току, лишь несколько мужиков толкались на
        тракторном дворе- у них были корочки механизаторов или механиков--
        да пара девчонок трудилась в столовой.
        Cо временем Мишенька освоился и разобрался, кто из работаю-
        щих на току- командированный, а кто- местный колхозник. Местных
        было мало: две или три тетки приходили работать на погрузчиках в
        первую смену да два или три человека из селян подходили во вто-
        рую. В основном, кто-нибудь из пенсионеров или местной интелли-
        генции. Но, надо заметить, что делали они это отнюдь не потому,
        что болели душой за урожай. Просто в этом колхозе комбикорма для
        живности или машину угля на зиму можно было получить, лишь имея
        отработки на благо коллективного хозяйства. Естественно, угадать,
        кто из сельчан придет сегодня отрабатывать, было невозможно, да
        на них особо и не надеялись. И получалось так, что из местных
        крестьян на току каждый день бывали только завтоком товарищ
        Мальцев да два дежурных механика: уже упомянутый дядя Саша и Вов-
        ка - молодой парень лет двадцати.
        Командированные делали на току все. Контингент их был раз-
        нообразен и колоритен. Кроме тех, о ком уже говорилось в нашей
        повести либо еще будет сказано, наиболее любопытными были: три
        девицы с телеграфа, про которых ходили весьма скабрезные слухи.
        Они приезжали в Беловку не первый раз и уже успели прославиться
        здесь своей непосредственностью. Работать они не любили и при
        всяком удобном случае филонили. Вдобавок, две из них были очень
        высоким, а одна хоть и маленькая, но несимпатичная. Ну а посколь-
        ку девушки с подмоченной репутацией Мишеньку не интересовали, то
        он с ними и не общался.
        Из мужиков же заметны были двое. Первый- недалекий и просто-
        ватый Виталик с почтамта, мелкий доходяга лет тридцати пяти. До-
        ма, в Челябинске он занимался тем, что чинил почтовые ящики.
        Виталя, в отличии от ленивых телеграфисток, стремился заработать
        и пахал на мехтоку в две смены, закрывая и открывая задвижки на
        бункерах с зерном. А второй- разъезжавший по току на стареньком
        колесном тракторе Саша с радиотрансляционного узла. Он был весьма
        интеллигентен, очень скучал по дому и семье и тоже работал по две
        смены, чтобы избыть эту свою тоску. С ним Мишенька был в хороших
        отношениях и охотно беседовал.
        Распорядок дня со временем установился и был однообразен. По
        утрам первым просыпался Бурлаков и будил Шуру и Рустама. Ребята
        нехотя вставали и, одевшись, они втроем отправлялись за "реку" в
        столовую. Кормили в столовой либо за деньги, либо на запись в
        засаленную тетрадочку, делая из командировочных должников хозяй-
        ства. Особенных разносолов и большого ассортимента там не было.
        Но порции были большие и не очень дорогие.
        После завтрака, те, кто работал в первую смену, оправлялись
        на ток. Кто во вторую- по домам, поскольку утром в деревне кроме
        работы развлечений нет.
        В двенадцать часов был обед. В столовую приходили уже не
        только командированные связисты и водители, но и местные мужики-
        механизаторы. И вовсе не потому, что их дома не кормили, а прос-
        то с целью пообщаться, почесать языком с друзьями. Деревенские
        парни заглядывали в столовую из-за городских девок, отличная воз-
        можности поволочиться за приезжими красотками.
        Затем первая смена опять шла работать, а вторая опять отды-
        хать. В пять часов происходила пересменка, а в шесть был ужин.
        Мишеньке такой распорядок нравился мало и он, работая во
        вторую смену, перестал ходить на завтрак, спя до обеда. Растол-
        кает парней, если им в первую, а сам- опять в кровать. Благо в
        его возрасте процесс засыпания в любое время суток происходит без
        особых проблем.
        
        Но вернемся к нашей истории. Во второй день своей колхозной
        трудовой деятельности Мишенька пришел с радужными надеждами на
        общение с Татьяной, но удача от него уже отвернулась. На ток
        пришла только одна местная девушка из тех, что он видел вчера на
        соседнем ворохе, и ее определили в пару к Хохловой. А Мишеньке,
        как новенькому, доверили вместе с сельскими школьниками подме-
        тать ток.
        Так как школьники работали только по три часа, и в восемь
        вечера ушли, его перебросили на подмогу к двум девчушкам с поч-
        тамта.
        Мишенька поинтересовался у механика дяди Саши, что не лучше
        ли будет, если он Татьяне поможет? Но тот ему объяснил, что Хох-
        лова чудесно справляется и без него, а эти девочки послабее.
        Бурлаков подошел к указанному погрузчику и строго посмотрел
        на новых соратниц. Это были маленькие, молоденькие, смешные и
        смешливые башкирочки.
        "Да, не повезло,"- подумал Бурлаков.- "Девицы могли бы быть
        и поинтересней. Любопытно, как они при таком росточке еще и лопа-
        тами шурудят."
        - Ягодки, вас хоть как зовут?- спросил он, когда тяжело гру-
        женый самосвал увез от их погрузчика очередную порцию овса.
        - Меня- Гуля,- представилась та, что была поменьше ростом.
        - А я Роза,- сказала вторая пигалица, носившая очки.
        Завязался разговор и Мишенька выяснил, что в Челябинске они
        работают в одном из почтовых отделений, а живут в одном из обще-
        житий связи. На вкус Михаила, девушки внешне ничего любопытного
        из себя не представляли, Татьяна была куда интересней. Поэтому он
        посчитал, что сегодняшний вечер складывается для него неудачно.
        Беседа с соратницами не клеилась. Мишеньке с ними было скуч-
        но. Девчонки в своих разговорах часто упоминали неведомых Бурла-
        кову людей, смеялись над какими-то неизвестными ему событиями.
        Поэтому долго с ними Михаил общаться не стал и все свободное вре-
        мя он проводил у погрузчика Татьяны, где продолжал свои развлека-
        тельные беседы. Поскольку новости он сообщил накануне, а повто-
        ряться Миша не любил, разговоры шли общего плана. Тем более, что
        с другой стороны погрузчика находилась напарница Татьяны- мес-
        тная девушка по имени Алена. Ухаживать за Татьяной напрямую в та-
        кой обстановке Мишенька посчитал невозможным и отложил это дело
        до следующего удобного случая. Приличия ради, он даже перебросил-
        ся с Аленой парой фраз, спросив у нее что-то. Девушка отвечала
        односложно и скромно, чему-то про себя улыбаясь.
        Ближе к вечеру, когда солнце клонилось за горизонт, Гуля с
        Розой рассказали Бурлакову забавную, как он посчитал, историю. О
        том, что они боятся ходить после ночной смены домой, так как к
        ним пристают в темноте какие-то пацаны. Добро бы взрослые, а то
        старшекласники деревенские. И в конце высказали свою мечту о том,
        что было бы неплохо, если бы их после ночной смены провожал ка-
        кой-нибудь молодой человек.
        В душе Мишенька им посочувствовал и пожалел, что эти моло-
        дые хулиганы не пристают к Татьяне. Но дальше душевного сочув-
        ствия его порывов не хватило и глас вопиющих не был услышан. Ми-
        шенька отнюдь не боялся местных школьников, но провожать домой
        девушек он любил по собственному желанию.
        Вечер закончился, как и предыдущий, то есть ничем и душем.
        
        А потом события завертелись, как в колесе. Рустам получил
        письмо, из которого узнал, что его сестра где-то в деревне под
        Челябинском выходит замуж. Он отпросился на три дня и уехал,
        клятвенно пообещав Шурику привезти водки.
        Бурлаков с Шурой стали работать в одной паре, но этот союз
        продлился только один день. Поскольку пришел Мальцев и увел Алек-
        сандра, а также Татьяну с собой. Исчезли в тот день с тока и Гу-
        ля с Розой. Бурлаков добросовестно отработал смену и с Шуриком
        увиделся только в избушке. Тот лежал на кровати и грустно смот-
        рел в потолок.
        - Привет, куда это тебя завтоком увел?
        - Картошку копать.
        - Не понял, какую картошку?
        - Свою личную.
        Мишенька удивился и заметил.
        - Это, конечно, твое дело, но я бы не пошел. В гробу я ви-
        дел их картошку. Я ее не сажал и есть не буду. Он хоть как-то от-
        благодарил?
        - Покормил, а денег не предлагал.
        - И Хохлова что ли с тобой?
        Шурик молча кивнул.
        - Интересно, однако. А завтра?- спросил Михаил.
        - Завтра таже программа. Они тут по двадцать соток садят.
        Вообще, поведение селян во время уборочной было полно для
        Бурлакова неожиданностей. Так, например, двухчасовой обеденный
        перерыв для местных жителей, когда, в самый разгар рабочего дня,
        они дружно бросали все работы и решительно отправлялись по домам-
        поднимать свое единоличное хозяйство. Вот и теперь, пришла пора
        копать картофель, и деревенские забросили все работы на току на
        четыре дня. Теперь там маячили только сгорбленные спины команди-
        рованных. Из прирожденных колхозников остались только механики,
        без которых приемка зерна с полей прекратилась бы окончательно.
        По всей видимости, урожай картошки был неплохой и Мальцев,
        пользуясь своей властью завтока, забрал для личных нужд четырех
        приезжих. Аналогично поступил и главный агроном: мобилизовал на
        свое поле Гулю и Розу. Михаилу стало понятно, почему в нашей
        стране такие трудности с выполнением продовольственной программы.
        Таким образом судьба вмешалась в мирное течение нашей повес-
        ти. В дружбе Миши с Татьяной наступил неожиданный перерыв. Встре-
        чаться они не могли, тем более, что Михаила сразу перевели на ра-
        боту в первую смену.
        Потянулись дни скуки. Привыкший в городе к получению раз-
        нообразной информации, Бурлаков затосковал.
        - Дядя Саша, а в деревне телевизоры есть?
        - Есть,- удивился механик.
        - А газеты носят?
        - Да.
        - Нам там Америка войны не объявила?
        - Это в связи с чем?
        - Ну как, вот узнали, что я здесь и не могу прибыть в тече-
        ние двух часов на сборный пункт, как записано у меня в военном
        билете, да и начали свои безобразия. Я, вообще, здесь как в лесу.
        Ничего не знаю. Что хоть в мире происходит да на просторах Роди-
        ны?
        Дядя Саша недоуменно пожал плечами.
        - Дядь Саша, а нельзя ли у вас старые газетки, что вы уже
        прочли, почитать?
        На том они и порешили и, если не забывал, механик приносил
        ему из дому газеты. Правда, надо заметить, газеты были обычно по-
        завчерашние. Так работала местная почта.
        Но не только газеты занимали мысли Михаила, а еще Алена.
        Как-то так получилось, что при следующей встрече она поздо-
        ровалась с ним первой. Мишенька в ответ кивнул головой и забыл об
        этом. По его городским понятиям то, что он спросил что-то, ког-
        да-то у девушки еще не являлось поводом для каких-либо отношений.
        Но потом, когда они работали вдвоем с Шурой и собирались домой,
        им как-то навстречу попалась Алена. Погода в ту осень была теп-
        лой, и девушка, одетая в простую футболку и обтягивающие спортив-
        ные штаны, а не упакованная в куртку, как она обычно ходила по
        току, своими красивыми формами сразу привлекла внимание молодых
        людей. Сейчас, описывая ее, можно было бы сказать, что она была
        сексуально привлекательной. Но тогда в стране секса не было, и
        таких эпитетов по отношению к девушкам никто не употреблял. Але-
        на же, когда поровнялась с ними, улыбнулась и сказала:
        - Приветик.
        Молодые люди сразу поняли, что приветствие касается только
        Михаила. Он в ответ тоже улыбнулся и поздоровался.
        - Шикарная девица,- сказал Александр.- На рожу так себе, но
        фигура...
        Он многозначительно помолчал.
        - Я бы с ней стал. Ты с ней знаком?- продолжил он свою
        речь.- Чего это она с тобой здоровается?
        - Да так, поскольку-постольку.
        Мишеньке понравилось, что его выделяют. Тем более, что и ли-
        цом, в отличии от Шурика, Алена ему приглянулась. И он подумал,
        что если обстоятельства сложатся благоприятно, почему бы с ней и
        не подружиться. С Татьяной то ли получится что, то ли нет, а две
        милые девушки завсегда лучше, чем ни одной.
        И когда почти всех знакомых разобрали по личным делянкам
        колхозного начальства, Михаил с Аленой начали разговаривать. И он
        понял, по тембру ее голоса, по интонациям, многозначительному
        молчанию и вниманию к его ответам, что он интересен этой девушке.
        Его стали одолевать сомнения: правильно ли он поступит, не удов-
        летворив этот интерес.
        Из бесед выяснилось, что работает Алена в детском саду вос-
        питателем. Что живет одна с мамой, есть еще старшая сестра, но
        она замужем в соседнем селе. Что здесь, на току, Алена отрабаты-
        вает сколько-то трудодней за пшеницу для домашних животных да за
        топливо. Иначе председатель не выпишет их со склада.
        Вскоре, как-то между прочим, предоставилась возможность оце-
        нить Алену глазами посторонних. Во время одного из сборищ мужи-
        ков, перемывавших косточки девицам, работавшим на току, где осо-
        бенно доставалось трем подругам с телеграфа, отличавшимся ленью
        во время работы и неудержимой склонностью к развлечениям, случай-
        но упомянутая кем-то Алена у местного механизатора вызвала фразу
        в три слова:
        - Алена- девушка хорошая.
        И сказано было это с таким чувством уважения и зависти, что
        Бурлаков понял, что этот парень был бы счастлив, если бы она об-
        ратила на него внимание. Также это означало, что по деревенским
        понятиям ничего предосудительного за Аленой нет. Да и женихов за
        ней не числится.
        У девушки был только один недостаток на взгляд Михаила. Она
        не была достаточно маленькой. Но поскольку в деревне на шпильках
        не ходят, он согласился с одним из своих девизов: "Девушки созда-
        ны совсем не для того, чтобы я мерился с ними ростом." Короче, он
        решил проявить ответный интерес, хотя, это было не так просто.
        Михаил, временно переведенный работать в первую смену, встре-
        чаться с Аленой мог только в пересменку, и он пользовался любой
        возможностью для поддержания с ней хороших отношений.
        При встречах они многозначительно здоровались, заинтересо-
        ванно разговаривали, Алена, шутя, предлагала ему остаться порабо-
        тать еще, уже с ней за компанию. Михаил от приглашения вежливо
        уклонялся. Но про самое главное, оба они пока не говорили. Пони-
        мали, что их теперешние отношения могут закончиться не только
        пустыми беседами.
        
        Итак, в результате Мишенькиной непосредственности, у него
        появились два объекта для ухаживания. Правда были кое-какие неу-
        добства: обе девушки работали в одну, вечернюю смену, в зоне пря-
        мой видимости, но слава богу уже не за одним погрузчиком. Нако-
        нец-то, приехала напарница к Татьяне, миловидная девушка Галя,
        тоже с АТС. Нужно было делать выбор, а сделать его было трудно.
        При одинаковых, на вкус Бурлакова, внешних данных, ре-
        зультат от дружбы с девушками мог быть различным. С Танюшей мож-
        но было продолжить роман в Челябинске, но завоевать ее внимание
        было неизмеримо трудней. Она пока что не проявляла к Михаилу по-
        вышенного интереса. Алена такой интерес проявляла, но задержи-
        ваться надолго в Беловке Миша не собирался. Помог разрешить проб-
        лему его величество случай.
        
        ГЛАВА ШЕСТАЯ
        Деревенский роман.
        Однажды на ужине Татьяна, неудачно пошутив, обидела Михаи-
        ла. Конечно, можно было не делать из этого проблему и не обижать-
        ся, так всерьез. Но Мишеньке эта шутка крайне не понравилась и
        весьма удивила. Она здорово портила его внутреннее представление
        о Татьяне. Да и мучимый проблемой выбора, он решительно захлопнул
        для нее свою душу. После чего довольно долго поддерживал с ней
        только официальные прохладные отношения.
        Так был сделан выбор.
        И буквально на следующий день Бурлаков уделял все свое вни-
        мание только Алене. А еще через день, проявив, наконец, всю свою
        наглость, он предложил ей проводить ее домой после работы. Алене
        явно этого хотелось, но то, что можно и не осуждается в городе,
        не всегда возможно в деревне. Алена пока отказалась, но так, что
        Мишенька понял: не все еще потеряно. И оба понимали, что после
        этого разговора преодолена черта, отделяющая слова от поступков.
        Что продолжение будет и будет интересным.
        Наконец, после почти недели отсутствия, явился со свадьбы
        сестры Рустам. Они с Шуриком изрядно отметили это событие, при-
        гласив третьим нового своего друга- командированного сварщика
        Петра. И на следующее утро, после возвращения Рустама, на завтра-
        ке Бурлаков предложил своим приятелям идти на работу в первую
        смену, а Мальцеву передать, что сам он придет во вторую. Ребята
        согласились и ушли, а Бурлаков не спеша пошел к дому. Дорога ве-
        ла мимо детского садика. На знакомом участке дети готовились ид-
        ти в группу. Михаил подошел к забору.
        Алена увидала его и тоже подошла к забору с другой стороны.
        - Мы на завтрак идем,- сказала она с улыбкой, которая гово-
        рила совсем о другом.
        - А мы уже позавтракали,- в тон ей ответил Михаил.- Тут, на-
        конец-то, Рустам приехал. Мы с ним договорились- он сейчас идет в
        первую смену, а я выйду сегодня во вторую.
        Они оба понимающе улыбнулись.
        
        У уборочной свои законы. Кончился скороспелый овес, и грузо-
        вики стали возить на ток золотистую пшеницу.
        Это был первый вечер, когда они работали вдвоем за одним
        погрузчиком, и им никто не мешал. Они старались быстрее нагру-
        зить машину, чтобы все оставшееся время уделить друг другу.
        - Миша, расскажи что-нибудь,- просила Алена.
        - Тысячу раз прав мой старший брат. Он всегда говорил: стоит
        остаться наедине с девушкой, как она обязательно попросит тебя
        что-нибудь рассказать. Что тебе рассказать, Аленушка? Заказывай
        тему. Про что тебе интересно?
        - Ну, например, про себя что-нибудь.
        - Про меня? Ну хорошо. Я родился в 59-м году в Челябинске...
        Мишенька всегда себя считал неплохим рассказчиком, а тут
        превзошел сам себя. Он рассказывал ей про себя, про свою жизнь,
        про свою работу, про учебу в институте, которую он, слава богу,
        закончил этим летом, про службу в армии.
        Рассказы про настоящую армию, а не ту, что показыват в пере-
        даче "Служу Советскому Союзу", производят на девушек неизглади-
        мое впечатление. Часто они даже не верят, что такое бывает. Ведь
        все события, описываемые здесь, происходили задолго до того, как
        была объявлена гласность, и люди мало что знали.
        Короче, он говорил и говорил.
        А потом, в начале десятого, последний солнечный лучик исчез
        за подступающим с запада к Беловке лесом. Весь ток погрузился во
        тьму. Правда, механик дядя Саша, похожий в своей телогрейке на
        Винни-Пуха, такой же маленький и круглый, пытался повторить под-
        виг Прометея: дать людям свет.
        Но, видимо, в колхозе "Многая лета Октябрю" продолжал дей-
        ствовать лозунг "Экономика долна быть экономной", и поэтому, те
        несколько тусклых лампочек, висевших на столбах, своим неверным
        светом освещали только эти самые столбы, рисуя невероятные, зага-
        дочные, страшные тени, способные напугать маленьких детей. Но де-
        тей на току не было, а многие водители и трактористы принимали
        перед работой специальную жидкость, за которой неоднократно езди-
        ли в соседний Казахстан, где не было сухого закона. А как извес-
        тно, после приема этой жидкости и море по колено, не то что ка-
        кие-то тени.
        И с наступлением темноты Михаил взял Алену за руку. Рука бы-
        ла горячей и жесткой. В деревнях у девушек редко бывают мягкие
        ладошки. Но самое главное, ее рука в его ладонях жила. Она не вы-
        рывалась, она не лежала безвольно, она отвечала, ей явно было
        уютно.
        Бурлаков всегда считал, что определить, как девушка к тебе
        относится, можно только взяв ее за руку. Алена относилась к нему
        хорошо.
        Он поднес ее руку к губам.
        - Грязные они,- сказал она и не вырвала ладошку.
        - Вкусные,- возразил он и повторил процедуру.- Сладкие.
        Алена поверила на слово и больше не возражала. У нее было по
        пять пальчиков на каждой руке, и каждому он уделил внимание. Она
        откинулась на ворох и закрыла глаза. И даже не попыталась отпря-
        нуть, когда он склонился над ее лицом.
        Губы у нее были теплые и нежные. Ласковые губы.
        Помаячив неподолеку, дядя Саша, видимо, что-то заподозрил и
        поняв, что им не до него, не рискнул подойти для обычной провер-
        ки оборудования. Только фары машин, привозивших с полей зерно,
        выхватывали из темноты лицо Алены. Она лежала с закрытыми глаза-
        ми и улыбалась...
        Воздух был пропитан запахом зрелой пшеницы.
        - Я провожу тебя сегодня?
        Она вздохнула и молча кивнула головой.
        - Ты подождешь минутку меня в будке. Мне надо парням ключ от
        душа вернуть.
        Она не возражала.
        Но пока он бегал с ключом от душевой, девушка исчезла. В ра-
        бочем домике сидели Гуля с Розой. Через минуту появился Рустам.
        Оказывается, атмосферу любви, что витала над деревней чув-
        ствовал не только Михаил. Рустам начал отчаянно ухаживать за Гу-
        лей, приходя провожать ее после работы. Татьяна же вместе с ее
        напарницей Галиной тоже пользовались заслуженной популярностью у
        местных парней, но дальше шуток и веселья этим парням ничего не
        улыбалось.
        У Розы и Гули он ничего спрашивать не стал. Неподалеку кру-
        тился дядя Саша и ехидно улыбался.
        - Если ты Алену ищешь, то она домой ушла,- сообщил он.
        Мишенька ничего не ответил и поплелся домой.
        Ночью он проснулся от какого-то шепота и скрипа двери. Не
        шевелясь, прислушался. Это были Рустам и Гуля.
        "Чего это он ее сюда приволок?"- подумал Михаил.-"Все равно
        у него ни шиша с ней сейчас не получится."
        Так оно и вышло, несмотря на жаркие уговоры Рустама, скром-
        ница Гуля не стала задерживаться долго. Посмотреть, где живет ее
        приятель, не получалось- было темно. Зажечь свет, не разбудив Ми-
        хаила и Шурика, было нельзя. Да и по изменившемуся дыханию, уси-
        ленно пытавшихся показать, что они спят, парней, было ясно, что
        они давно уже проснулись. Добишись нескольких поцелуев от девуш-
        ки, Рустам ушел провожать ее до жилища. Непонятно на что он на-
        деялся, и можно представить, что чувствовала Гуля, оказавшись
        ночью в темной комнате, одна в компании трех парней. Хотя, если
        честно, ни Михаила, ни Шурика она не интересовала. У Мишеньки уже
        был шанс быть на месте Рустама, но он им пренебрег. Шурик же, в
        деревне романов не крутил. Он получал письма от своей городской
        сожительницы и довольствовался ими.
        
        На следующий день Михаил отправился на обед пораньше, с тай-
        ной надеждой застать Алену с детьми на участке. Надежда сбылась.
        - Алена Ивановна, к вам дяденька пришел,- радостно, чуть не
        хором, закричали трое или четверо ребятишек.
        Алена смущенно заулыбалась и подошла. Они поговорили и
        разъяснили все недоразумения. Оказывается, пока Мишенька смывал
        трудовой пот и пыль, ехидный дядя Саша поинтересовался у Алены,
        не ждет ли она напрасно, поскольку ее жених ушел.
        Алена засмущалась и, стараясь не давать больше поводов для
        насмешек, убежала домой. Кроме того она сказала, что ближайшие
        два-три дня будет копать свеклу и на ток ходить не будет. Бурла-
        ков тяжело вздохнул и согласился ждать.
        Правда, время не пропало даром: он помирился с Татьяной.
        Хохлова поняла по официальному тону Михаила, что ее тогдашняя
        реплика ему не понравилась. Она мужественно признала свою ошибку
        и извинилась. Он перестал делать вид, что на нее сердит, и они
        снова стали разговаривать и шутить. Но, увлеченный своим романом
        с Аленой, Михаил в отношении Татьяны уже никаких ухаживаний не
        предпринимал.
        Три дня тянулись утомительно долго. Только одно событие раз-
        влекло Михаила. Ребятам выплатили зарплату за август, и сварщик
        Петр- кореш его соседей- взял выходной и мотанулся в Троицк за
        водкой. К вечеру он вернулся, и когда Мишенька пришел со второй
        смены, то застал в комнате изрядный беспорядок: Рустам, одетый,
        уже спал на своей кровати, Александр пытался раздеться, ложась
        спать, но брюки его не слушались. На столе стояли две пустые бу-
        тылки и валялись какие-то огрызки вперемешку с окурками. Петр еще
        сидел за столом на Мишенькиной кровати и очень обрадовался новому
        собеседнику.
        Он был из тех мужиков, на которых держится Россия. Из тех,
        кто своим тяжелым трудом создают ее, пусть и неважное, но благо-
        состояние. Это таким мужикам можно сказать: "Надо!" И они будут
        пахать от темна до темна, до седьмого пота. И здесь он работал в
        две смены, а теперь заливал водкой обиду. За двадцать дней двух-
        сменной работы ему заплатили только триста рублей. Михаил и Петр
        поговорили под храп парней, и в два часа ночи сварщик нетвердой
        походкой, наконец, удалился к себе.
        Утром Шура и Рустам едва встали. Чувства, которые они испы-
        тывали, были... Ну, в общем, понятно какими. Когда они вышли из
        столовой, их немного трясло и, склонный к общечеловеческому гума-
        низму, Бурлаков промолвил:
        - Глядя на вас и ваши страдания, начинаешь с пониманием от-
        носится к решениям партии и правительства о борьбе с пьянством и
        алкоголизмом. Уж больно мучительно смотреть на ваши погасшие взо-
        ры.
        - Иди ты, со своими шутками,- грустно сказал Александр.
        - Ну вот, а я хотел вам помочь?
        Парни усилием воли сосредоточились и стали внимательней.
        - Если вы заглянете под мою кровать, то, неожиданно для се-
        бя, обнаружите там полпузыря какой-то жидкости. Прозрачной на вид
        и с отвратительным запахом сивухи,- закончил он с улыбкой.
        - Водки, что ли?- спросил Рустам.
        - Это как же надо так нажраться, чтобы запинывать водку под
        мою кровать. Там наверняка было больше, но когда я вчера вечером
        прибирал тот творческий беспорядок, который вы за время моего от-
        сутствия сумели создать, то обнаружил початую бутылку, лежащую
        под моей кроватью...
        - А чего ты ее не выпил?
        - Что-то даже не тянет,- ответил Михаил.
        Последнюю реплику он договаривал им в спину. Подобно двум
        резвым коням, парни с места взяли в карьер и вместо тока рванули
        домой опохмеляться.
        
        У всего плохого или хорошего бывает конец. Алена снова приш-
        ла на ток. И снова они работали вместе. Снова он держал ее за ру-
        ки. Снова они говорили. Теперь уже Алена рассказывала о своей
        жизни, работе, учебе в педучилище. А когда стемнело, их губы сно-
        ва встретились. И в поцелуях этих было не меньше нежности, но
        больше страсти.
        Даже вредный шофер, обслуживающий их погрузчик, сначала
        своими фарами мешавший им, стал подъезжать реже и переключил свои
        огни на ближний свет. Он, наверное, вспомнил, что был когда-то и
        сам молодым.
        В этот вечер Михаил решил пренебречь чистотой. Он не рис-
        кнул больше оставлять Алену одну и, забыв о душе, пошел прово-
        жать ее.
        - Что это ты делаешь, Аленка, сладенькая?- спросил Михаил у
        девушки, наблюдая как она насыпает зерно по карманам куртки.
        - Это гусям и уточкам.
        - Я понимаю, что ты сама это есть не станешь. А почему в
        карманы-то?
        - А куда? Вдруг поймают.
        - Кому тут нужно кого-то ловить? У меня сумка с собой. Да-
        вай наберем в нее. И больше и незаметно. Я понимаю, если бы ты
        мешок на плечи взвалила. А сумки тут никто проверять не будет.
        Как мне кажется.
        Он нагреб в сумку пшеницы, прикрыл спецовкой и они пошли на
        выход. Одновременно из служебного домика вышли остальные. Гуля и
        Роза, наконец, нашли себе провожатого. Рустам взял эту миссию на
        себя и почти каждый вечер приходил к концу смены. Шедшие послед-
        ними Галочка и Татьяна, увидев такое дело, захихикали и Хохлова
        ехидно пропела неведомо в чей адрес:
        - "Вот и встретились два одиночества.."- дальше она петь не
        стала, то ли слов не знала, то ли задор пропал.
        От места работы до дома Алены было минут десять ходьбы. Едва
        они отошли от тока, как увидели преследователей. Это были две
        черные, маленькие собачки. Они бежали молча, в трех шагах от мо-
        лодых людей и временами поглядывали на них умными, все понимающи-
        ми, глазами.
        Улицы деревни были темны, и лишь кое-где попадались фонари.
        Стоял такой фонарь и возле дома Алены. Причем, на редкость яркий.
        - Это матушка специально зажигает, чтобы дочка не заблуди-
        лась,- сообщила девушка.
        - А почему шепотом?- спросил Михаил.
        - Если она услышит, что я пришла, встречать выйдет.
        Миша тоже не хотел, чтобы мама вышла.
        Алена взяла у него сумку и высыпала куда-то в полисаднике
        зерно. Потом они помыли руки в бадье, из которой днем пили птицы.
        Девушка взяла молодого человека за руку, тихо сказала: "Пойдем."
        И повела куда-то дальше по улице, выключив по пути фонарь. Тро-
        пинка привела их, как понял Михаил, за околицу. Там им попались
        очень удобные бревнышки. Мишенька сел на одно из них, девушка
        расположилась рядом, положив голову ему на колени...
        Собачки, преследовашие их всю дорогу, сначала расположились
        неподалеку, а затем тихо исчезли.
        Частые поцелуи перемежались редкими разговорами:
        - Когда я был маленьким, то никак не мог понять, как взрос-
        лым не стыдно целоваться. Почему на следующий день они не стес-
        няются глядеть друг другу в глаза? И смотря фильмы по телевизору,
        я испытывал страшную неловкость при сценах с поцелуями.
        Алена улыбнулась.
        - А потом я вырос, и чувство стыда больше не возникало. И
        завтра, как мне кажется, я буду глядеть на тебя без смущения.
        Если только с большей нежностью...
        Примерно через час фонарь снова зажегся.
        - Мать беспокоится, что доченьки долго нет,- пояснила Алена.
        Потом перешла на другую тему
        - А я думала, что борода колючая, а она мягкая,- сказала
        она, поглаживая его по щеке.
        Затем снова притянула его к себе.
        Домой Алена попала в третьем часу ночи.
        
        ГЛАВА СЕДЬМАЯ
        Все имеет свой конец.
        Когда на следующий день Бурлаков пришел на смену, он застал
        там очень веселых Галочку и Татьяну.
        - Девчонки, что за радость такая?- спросил он.
        - Да вот, Танюшке предложение сделали, замуж зовут,- сквозь смех сообщила Галина.
        - Бог, ты мой! И кто же этот счастливчик, что решил ус-тро- ить твою судьбу?- заинтересовался Михаил.
        - В жизни не догадаешься,- смеялась Татьяна.
        - Неужели это тракторист Толик. Но он вроде женат. И как го-ворят, третьим браком. Что ни уборочная, то новая жена. Благо, сюда каждый год новых, молодых девок посылают.
        Что? Не угадал? Ну тогда Вовка-механик.
        А что!? Ты не смотри, что он намного моложе, зато вон какой
        солидный и обстоятельный. Слушай, Танюшка, ну зачем тебе шумный,
        дымный Челябинск? А здесь: свежий воздух, парное молочко, яички
        из под курочки, хозяйство, работа от темна до темна... Не то, что
        в городе. Отработал смену и пялься в "ящик для идиота"
        Как, опять мимо? Тут и мужиков не осталось, кроме меня и Шу-
        ры. Я, вроде, тебя сегодня не видел, а Шурик?..- он недоуменно
        пожал плечами.
        - Я же говорила, не догадаешься. Это Виталик. Пришел такой,
        весь нарядный, в "пинджаке с карманами", в белой рубашке, в кино
        приглашал, а потом и говорит: "Выходи за меня замуж, мы с тобой
        подходим друг другу." Вот так вот,- рассказывала Татьяна.- Те-
        перь думать буду.
        - Ну ты даешь, даже в этом заморыше чувства пробудила.
        Они еще повеселились, но тут подошли остальные, их распреде-
        лили по бригадам и отправили трудиться.
        Виталик, которому отказала жестокосердная Татьяна, на вто-
        рую смену не остался. И на его место поставили невезучего Михаи-
        ла. Теперь в его обязанности входила загрузка из бункеров мехто-
        ка машин. Работа была совсем простая- открывать и закрывать зад-
        вижки. А Алена работала на погрузчике одна. Но, если у Бурлакова
        была свободная минута, то он мчался к ней, чтобы помочь в работе
        и поговорить. Алена была рада помощи, но что-то неуловимо грус-
        тное проскальзывало в ответах ее. Мишенька не обращал на это осо-
        бо внимания, а напрасно. Когда смена закончилась, и он пришел к
        Алене, чтобы проводить ее до дома- об этом они договорились нака-
        нуне,- то девушка вдруг сказала, что провожать ее не надо.
        Это прозвучало так неожиданно, что у Михаила кровь броси-
        лась в голову и нехорошо защемило сердце. Он не умел и не любил
        спорить с девушками, которые ему нравились. Если ему говорили "не
        надо", он верил, хотя и знал, что ему будет больно.
        Ведь вчера все так хорошо кончилось. Алена сама обещала, что
        продолжение будет, они даже пару раз целовались сегодня...
        Почему Алена так поступила, он так и не узнал. Может боязнь
        огласки по деревне, может мнение завистливых подруг, может боязнь
        зайти очень далеко. Но вместо попытки узнать причину, Мишенька
        обиделся.
        Чувство обиды смешивалось с недоумением, с мучительной по-
        пыткой найти всему этому разумное объяснение. Кто же ищет разум-
        ное объяснение в любви?
        Когда первая глупая, горячечная обида прошла, Мишенька по-
        нял, что надо поговорить с Аленой, но тут судьба уже не была по-
        мощницей. Он никак не мог встретится с ней. Даже на участке с
        детьми ее невозможно было застать. Дети гуляли, а девушки не бы-
        ло видно. Он даже подумал, что она специально избегает его. И
        тогда он решил использовать свое коронное оружие.
        Природа пожадничала, когда создавала Михаила. Он не был вы-
        сок, чересчур строен или красив. Он был просто умен. И, порой,
        весьма самоуверен. Так, например, он считал, что после смерти
        Антона Павловича и Бориса Леонидовича, у него не осталось конку-
        рентов в эпистолярном жанре. Чехова он прочитал всего, все восем-
        надцать томов подписки, и считал его лучшим прозаиком двадцатого
        века. У Пастернака- лишь несколько стихотворений, но сразу понял,
        этот мужик умел писать стихи. Только эти двое, в его представле-
        нии, могли бы писать приличные по качеству любовные письма.
        Больше он в этом жанре соперников не признавал, почему и решил
        воспользоваться своим талантом.
        Зная, где живет Алена, он нагрянул к ней домой и, естествен-
        но, не застал. Она сидела в гостях у какой-то подруги, как объяс-
        нила ее мать. Сама бедная старушка потихоньку копала картошку в
        огороде. Порывшись в кармане, Мишенька нашел какой-то огрызок ка-
        рандаша и старый билет на автобус. И на этот клочок бумаги он
        выплеснул свои чувства:
        "Аленушка! Звездочка! Ну что случилось? Что произошло за эти два дня? Почему ты от меня прячешься? Выбрось все из головы. Не слушай ты глупых советов и "мудрых" подруг.
        Будь умницей. Я верю, у нас все будет хорошо."
        Исписанный билет он дал матери, попросив передать его Але-не, когда она придет. Мать с интересом разглядывала "городского", ко- торому ее дочь крутила мозги.
        Все, что мог, Мишенька сделал. Расчет был на женское любо-- пытство и его талант. Теперь нужно было выждать. Время лечит, время помогает.
        Потянулись серые трудовые будни. Алена на ток больше не при-
        ходила. Виталик уехал совсем и Мишенька работал на задвижках пос-
        тоянно. Все уже надоело. Он ведь приезжал на две недели, а близи-
        лась к концу третья. По утрам начались заморозки, и Михаил часто
        просыпался от того, что сильно дуло в окно, возле которого стоя-
        ла его кровать. Хотя днем погода была солнечной и, что самое от-
        радное, не выпало ни капли дождя. Ко всему прочему кончались
        деньги. А он ведь еще и не пил. Шурик и Рустам давным давно сиде-
        ли на мели и в столовой питались на запись в тетрадку.
        Развлечением стала кража дров для печки. Тот из них, кто ра-
        ботал во вторую смену, проходя по ночной деревне прихватывал в
        разных местах по одному- по два полешка. Вообще-то, дрова были и
        у их хозяев, но они, почему-то, не спешили поделиться ими с квар-
        тирантами. Хозяева предлагали парням обратиться к председателю и
        выписать топливо в колхозе. Обычный крестьянский расчет: колхоз
        дрова выделит, командированные скоро уедут, а топливо останется.
        Парни понимали это и дружно кивали головами, соглашаясь с хозяе-
        вами, но предпочитая все же топить печь ворованными дровами.
        Иногда заходил в гости Петр и они беседовали, но уже на су-
        хую, по причине безденежья. Чаще всего разговор заходил о женщи-
        нах. Воспоминаниями делились наиболее опытные: Шура и Петр. Ми-
        шенька охотно слушал многочисленные чужие истории, иногда с не-
        скромными подробностями, но про своих знакомых девушек ничего ни-
        когда не рассказывал. Врать он не любил, а говорить правду счи-
        тал неприличным по отношению к подругам.
        Чтобы развеяться, Михаил однажды даже съездил с Шурой в Чес-
        му. Тот вроде как простудился и заболел, а Бурлаков просто решил
        посмотреть тамошние магазины.
        Все достопримечательности Чесмы были расположены на расстоя-
        нии не более ста метров от автостанции. Они посетили поликлинику,
        где Александра принял терапевт, выписал ему рецепты и сказал, что
        он, пожалуй, останется все-таки в живых. Потом они зашли в апте-
        ку, купили таблетки. В книжном любопытных книг не было. Универ-
        маг был закрыт на учет, зато в буфете столовой было пиво. Они
        взяли по кружечке, запили болезнь и душевную грусть.
        До автобуса в Беловку было еще два часа. Они почему-то реши-
        ли не ждать эти два часа, а пойти пешком, напрямки. Благо, погода
        была хорошая.
        В деревню, пройдя десять километров, они пришли на три мину-
        ты раньше автобуса. Сэкономили по тридцать копеек.
        
        ГЛАВА ВОСЬМАЯ
        Последняя.
        
        Если бы бурлаковская авантюра с Черным морем удалась, то двадцать второго сентября он бы вернулся домой, в Челябинск. Но, в этот самый день, он проснулся в Беловке и предавался размышле- ниям:
        "Сегодня воскресенье- рабочий день. В уборочную все дни ра- -бочие и выходного у меня нет уже три недели. В принципе, зачем мне здесь выходной? Что тут делать в выходной? Лежать на кровати и тупо глядеть в потолок?
        Может, наоборот, начать работать в две смены? Что-то зарабо-
        тать? Но тут не так много осталось, еще пять-десять дней и убо-
        рочная закончится. А вообще-то, сегодня выборы в какие-то советы!"
        Тут он стал прикидывать, когда Алена пойдет на выборы. Ему
        очень хотелось ее увидеть. Надо же было узнать, как она отнеслась
        к его записке.
        "Вряд ли она пойдет с утра. Наверное, часов в одиннадцать.
        Когда с подругами соберется."
        Думая об Алене, он неожиданно вспомнил двух собачек.
        "Интересно,"- думал Михаил.-"Они, как бы в кавычки взяли мой
        роман с Аленой. Две беленькие в день приезда открывали его, а
        черненькие в тот памятный вечер как бы закрывали. Самое любопыт-
        ное, что они не лаяли, как все подобные шавки, а бежали молча. Да
        и потом этих псин я ни разу больше не видел... Мистика какая-то."
        Ближе к одиннадцати он предложил парням прогуляться до клу-
        ба и поглядеть выборы по-сельски. Причин своего интереса к этому
        мероприятию он не объяснил. Парням тоже наскучило пролеживать
        кровати и они составили ему компанию.
        Возле клуба они наткнулись на колхозного парторга, который
        предложил им принять участие в выборах нерушимого блока коммунис-
        тов и беспартийных. На что ему парни дали понять, что голосовать
        не хотят. В конце концов, не для того ведь они уехали за двести
        верст от своих избирательных пунктов, чтобы сходить на другие. У
        них так редко бывала возможность уклонится от почетного и обяза-
        тельного в те времена права выбора, что грех было этой возможнос-
        тью не воспользоваться.
        Мишенька рассчитал время правильно. Он стоял на обочине
        местного Бродвея, а Алена шла с двумя подругами к клубу. Сердце
        напряженно стучало: подействовала его записка или нет? Подойдет
        или пройдет мимо?
        Она улыбнулась, отошла от подруг и сказала : "Приветик! Как
        наши делишки?"
        У него отлегло от сердца. Он что-то ответил и перешел в сло-
        весную атаку. Он осыпал ее необидными упреками, просьбами, вопро-
        сами, на многие из которых не ждал даже ответа.
        Алена на его вопросы дала понять, что продолжения не будет.
        Что ж, не будет, так не будет, вроде как согласился он. Но он ус-
        лышал, что его записка произвела нужное впечатление и, между про-
        чим, заметил, что если бы у него была возможность писать ей
        письма, они бы ей еще больше понравились. Аленушка согласилась
        получать от него письма.
        Он решил, что ждать своего отъезда в Челябинск долго, и на-
        писал первое письмо на следующее же утро всего за двадцать минут.
        Но на качестве письма скорость не сказалась. Слишком много он ду-
        мал об Алене в последнее время, слишком много у него на душе на-
        болело. Так что это было полновесное, высокохудожественное любов-
        ное послание. Оно было полно страстей, комплиментов, сладостных
        воспоминаний.
        Михаил собирался отдать ей его в последний день, перед
        самым отъездом. Но пришлось раньше. Причиной тому была вторая
        размолвка. Они встретились в тот день, когда у Алены было плохое
        настроение. Он проводил ее до дому и возле своей калитки она на-
        говорила ему неубедительной ерунды. Загадочно промолчала, когда
        надо было дать ответ. И Мишенька, почувствовал, что терпеть это -
        значит не уважать себя. Он дал понять, что встреч больше искать
        не будет и демонстративно опустил свое письмо в ее почтовый ящик,
        хотя она стояла рядом, и до нее можно было дотронуться рукой.
        
        Больше его ничего здесь не удерживало. Мимо детского сада он
        теперь проходил спокойно. Здоровался, если его замечали. Молчал,
        если не видели. С Танюшей и Галочкой дружил и разговаривал. Но ни
        к каким результатам уже не стремился.
        Командировка кончалась. День отъезда подошел в горячке спо-
        ров с руководством колхоза, которое не спешило расставаться с
        почти бесплатной рабочей силой. Все-таки связисты на своем нас-
        тояли. С трудом, со скрипом собраны все подписи на обходном.
        Деньги будут недели через две. Ничего, вышлют по почте. Горячка
        отъезда захватила всех.
        В последний день Михаил снова увиделся с Аленой. Он проходил
        мимо детского сада, когда она окликнула его. Он показал ей изда-
        ли бумажку. Девушка подошла к ограде и спросила:
        - Что это?
        - Это? Это свобода! Это красный "Икарус" до Челябинска. Ма-
        мины пирожки и горячая ванна, которую я не видел четыре недели. Я
        сегодня уезжаю домой. Это обходной лист. В столовой надо подпи-
        сать, что я им ничего не должен.
        - Да-а? Жалко.
        - Что ты, о чем жалеть. Надо время от времени отпускать ко-
        мандированных домой. Порой, они там бывают кому-то нужны.
        - А знаешь, мне понравилось твое письмо.
        - Я же предупреждал тебя об этом. Мои письма, они такие.
        - Если бы ты написал мне еще, я бы не возражала.
        - Я бы мог написать еще, мне есть, что сказать и о чем сооб-
        щить. Но, понимаешь, не могу я. Не могу надоедать своими письмами
        человеку, которому я не нужен.
        - Ну почему ты так говоришь...
        - Я только так могу понять твое отношение ко мне. Хотела
        подружилась, хотела- раздружилась. Я же живой человек. Мне тоже
        иногда бывает больно. И я не люблю играть в одни ворота, особен-
        но, если эти ворота мои. Теперь, я считаю, все в наших отноше-
        ниях зависит от тебя. Я, как человек порядочный, не могу беспрес-
        танно докучать своими письмами девушке, даже любимой. Но! Но ес-
        ли я вдруг получу письмо от этой самой девушки, то, опять же как
        порядочный человек, обещаю ответить. Тем более, что свое письмо я
        уже написал.
        - Хорошо, я напишу. Но только я так, как ты, не умею.
        - Это не важно. Кстати, там на конверте есть мой домашний
        адрес.
        
        В тот же день он на попутке доехал до Чесмы. Купил билет,
        истратив последнюю пятерку, и красный "Икарус" повез его домой.
        Челябинск встретил его проливным дождем.
        
        ЭПИЛОГ
        
        - Галочка, маленькая, как ты тут себя вела? Надеюсь хорошо?-
        спросил Мишенька у Подлужняк, входя на следующий день в помеще-
        ние ЦБР.
        - Она тут чуть замуж не вышла и за границу не уехала,- зало-
        жил ее Серега Кузнецов.
        - Какой кошмар, капелька. Тебя нельзя оставлять одну ни на
        минуту. Ну про заграницу я слышал. Какие-то документы ты оформля-
        ла. Но замуж-то зачем? И почему не за меня?
        - Щас. Только шнурки поглажу.
        - Серега, почему меня никто не любит? И кто этот счастливый
        негодяй, который тебя, моя маленькая, чуть не соблазнил.
        - Это тот фраер, с которым она вместе документы за границу
        оформляла,- продолжил ябедничать друг.
        - Каков подлец! Казалось бы хочешь за границу, вали давай. А
        зачем чужим девушкам мозги пудрить? Значит у меня, Галочка, еще
        есть шансы.
        - Надейся и жди, вся жизнь впереди. Особенно, когда побре-
        ешься.
        - Придется остаться старым холостяком.
        Сергей Кузнецов встретил его с огромным интересом. Мишенька
        загорел, похудел и оброс небольшой бородкой.
        - Чей-то с тобой?- спросил Сергей показывал на подбородок.
        - Это отсутствие горячей воды и новый образ жизни,- ответил
        ему Михаил.
        - Пойдем что ли, покурим на крыльце,- предложил Кузнецов.-
        Потолкуем, как там, что там.
        Они вышли на крыльцо. И минут двадцать Мишенька живописал
        свою жизнь в командировке.
        - Ну, а с Татьяной-то дружил?
        - С Татьяной? Татьяна- хорошая девушка, но там была еще луч-
        ше,- ответил Михаил.
        Он немного помолчал.
        - Может я дождусь от нее письма...
        
        Письмо он получил. Они переписывались всю осень. Он сумел
        убедить ее своими письмами, и на новогодний праздник она приеха-
        ла к нему. 1986 год они встретили вдвоем. Но что-то так и не сло-
        жилось. В том же году они и расстались и больше ни разу не встре-
        тились.
        Время лечит. И на память об этой истории у Бурлакова остал-
        ся в сердце только маленький камешек грусти. И он никогда не за-
        бывал, что первого июня, в "день детишек", как она говорила, у
        нее день рождения.
        
        
        КОНЕЦ
        Ноябрь 1985, июль 1994г.
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        ИСТОРИЯ ВТОРАЯ
        НОВЫЙ ПИГМАЛИОН
        (Июнь, 1986г.)
        I
        Все еще подающего какие-то надежды скульптора Костю Зайчико-
        -ва жена застигла дремавшим на диване. И это- в субботу, после зав-
        трака! Константин безмятежно прикрыл лицо свежим номером "Правды"
        и слегка храпел. Страницы от его дыхания колыхались и казалось,
        что механизатор- передовик, запечатленный на первой полосе, шеве--
        лит руками и пытается что-то сказать: то ли хочет поделиться своим
        опытом, то ли желает рассказать о каких-то проблемах.
        Расплата последовала незамедлительно. От одного только
        взгляда супруги скульптора механизатор замер. Затем встрепенулся
        последний раз, закрылся другими страницами и исчез под диваном.
        Сам Костя вскочил, сделал озабоченное лицо и пытался что-то
        объяснить. Взгляд жены заставил преступного супруга умолкнуть и
        потупиться. Он даже стал, как-будто , меньше ростом. И тогда ему
        припомнили все.
        Его беспутную, бестолковую жизнь, хотя сам Зайчиков этого не
        помнил. Ему казалось, что он всю жизнь женат, а все, что было до
        свадьбы,- просто эпизод из какого-то фантастического фильма, ко-
        торый лет десять назад он смотрел. Также женой были упомянуты и
        ее загубленная молодость, и ее впустую потраченные лучшие годы, и
        подорванное годами лишений здоровье. Скульптор глядел на супругу
        и, хоть убейте его, не замечал по свежему цвету ее лица и до-
        вольно-таки объемным формам, что здоровью жены что-то угрожает, а
        тем более, что оно подорвано. Далее речь зашла о развратном прош-
        лом Зайчикова, хотя упоминалась только Нинка Беляева- лучшая под-
        руга жены. Был грех- целовался. Но ведь он не был тогда еще свя-
        зан узами брака! Однако, аргументы защиты сейчас не принимались.
        И в конце монолога было высказано несколько критических замечаний
        в адрес друзей и коллег скульптора. Константин сознавал, что дру-
        зья его и в правду шумноваты, непрочь выпить, послушать громкую
        музыку. Некоторые, действительно, носили бороды, но это были хо-
        рошие парни, свои в доску. Именно такое мнение сложилось о них у
        Кости, но делиться этим мнением с супругой он не стал.
        Буря понемногу улеглась. Коллега Родена был вооружен тряп-
        кой и направлен в "мастерскую"- маленькую клетушку, выделенную
        ему женой для творческих упражнений,- наводить порядок.
        Возбужденный незаслуженным нагоняем, скульптор рьяно бросил-
        ся на мусор. Как-будто именно эти клочки бумаги, какие-то нитки и
        ошметки глины были виноваты в его унижении. Он старательно про-
        тер полки и уже начал выметать мусор из темных углов в центр, как
        взгляд остановился на последней, почти законченной работе "Девуш-
        ка с веслом".
        Эту работу нашла ему супруга. У ее лучшей подруги- Нинки Бе-
        ляевой- детей не было, но зато она отлично знала, как их надо
        воспитывать. И всегда-то Нина была в курсе новейших достижений
        зарубежной и отечественной педагогики. Однажды она решила, что
        без занятий спортом из младшего Зайчикова не выйдет достаточно
        интеллигентного человека. И вот, восьмилетнего кандидата в интел-
        лигенты стали приобщать к спорту. Был созван семейный совет из
        пяти человек: у Зинаиды Зайчиковой и Беляевой Нины голоса были
        решающие, у сына Толика- совещательный, у самого Константина-
        соглашательный, а пятилетняя Танечка лечила куклу Машеньку, и ее
        реплики носили отвлеченный характер.
        Было решено, что прыжки в воду, спорт не менее эстетичный,
        чем большой теннис, а, вдобавок, еще и олимпийский. Поэтому, не-
        смотря на протесты будущего участника Олимпиады, (сам бы он хотел
        заниматься боксом: был там один пацан во 2-м "Б", которому надо
        было накостылять) семейный совет выбрал секцию в бассейне "Элек-
        трометаллург".
        В спортивном клубе электрометаллургов испытывали недостаток
        в художественных произведениях, воспевающих спорт, поэтому охот-
        но взяли мальчика. Единственное условие приема- скульптуру "Де-
        вушка с веслом"- и рассматривал сейчас Костя, держа в одной руке
        веник, в другой- совок.
        Зайчиков глядел на свое творение и расстраивался. Ему было
        жалко себя и в тоже время противно. Он думал о том, является ли
        данное творение пределом его падения, или он может пасть еще ни-
        же. Затем он посмотрел на скульптуру взглядом профессионала. В
        самой скульптуре что-то было. Его больше угнетала тема. И вдруг
        он увидел...
        Отбросив веник и совок, он решительно подошел к "Девушке".
        Первым делом он изувечил весло, вместо него в руке у атлетки поя-
        вился букет цветов. Убрал избыточную мускулатуру и переодел ее.
        Вместо спортивной формы на ней оказалось легкое воздушное платье.
        Через час перед ним стояла очень милая, удивительно красивая де-
        вушка с нежной безоблачной улыбкой. Казалось, что она сейчас ска-
        жет: "Здравствуй, вот я и пришла..." И спрячет лицо в розах.
        Обалдевший от переполнявших его творческих сил, Зайчиков закурил
        сигарету. Он отошел к двери, уселся на табурет и продолжил ос-
        мотр своей неожиданной удачи. Немного успокоившись, он реши-
        тельно закрутил диск телефона. Звонил он Славке Алексееву, свое-
        му ближайшему другу- профессиональному художнику. Несмотря на то,
        что Слава был человеком свободной профессии, то есть работал на
        заказ, он вызывал доверие у Зинаиды, нелюбящей людей, которым не
        надо к восьми тридцати куда-нибудь на службу. Ее располагали в
        нем финансовая состоятельность- Алексеев никогда не просил в
        долг,- элегантность, врожденные хорошие манеры и настоящая "ху-
        дожницкая" внешность.
        Славика дома не оказалось, трубку никто не снимал. Но Зайчи-
        ков недолго расстраивался, чувство радости и удовлетворенности
        собой переполняло его. Он верил, что все у него теперь будет по-
        лучаться. Не успел он вдоволь нарадоваться, как задребежал вход-
        ной звонок, и через минуту в "мастерскую" вошли Зинаида и Алек-
        сеев. Жена хотела завестись по-новой, но увидела скульптуру и
        осеклась. Славику новинка тоже бросилась в глаза. После нес-
        кольких секунд общего молчания они дружно набросились на Костю.
        Жену больше интересовало, сколько денег он выбросил на ее покуп-
        ку и где он их взял. Славик проявил интерес к автору этой прелес-
        ти и где Костик купил такое сокровище. Константин долго пытался
        убедить их, что это его бывшая "Девушка с веслом", но не преус-
        пел, хотя и показывал еще грязные от глины руки. Жена и Алексеев
        сильно сомневались в его словах и в его способностях. Лучший друг
        даже обозвал Костю В. Мухиной. Тогда скульптор перестал приво-
        дить аргументы в свою пользу, и его молчание подействовало более
        убедительно, чем слова.
        Алексеев стал сразу серьезней и сказал, что такую вещь мож-
        но показать на открывающемся через две недели областном конкурсе
        молодых художников. Да и не столько можно, сколько необходимо.
        Жена же поинтересовалась, как он собирается рассчитываться с
        "Электрометаллургом". Зайчиков сказал, что спортклуб подождет, а
        подавать заявку на конкурс он опоздал. Вячеслав пообещал сходить
        к Ставинскому и все уладить. Зинаида громко заявила, что он всег-
        да думал только о себе и никогда о них, о ней и детях, конкрети-
        зировала она. И что с его зарплатой надо.., надо хотя бы иметь
        голову на плечах. Раз он не в состоянии обеспечить семью зарпла-
        той, то надо как-то подрабатывать. Что она с таким трудом нашла
        этот заказ, а он... И вообще, она устала от всего этого, устала
        от такой жизни. Тут уж Алексеев вступился за Костю. С помощью
        своего красноречия ему удалось погасить гнев супруги, а затем да-
        же заинтересовать ее описанием выгод и преимуществ, получение ко-
        торых обеспечивала победа в конкурсе. А в победе сомнений не бы-
        ло. Во-первых, Слава видел почти все вещи, которые будут выстав-
        ляться, и ничего подобного там нет. А во-вторых, эта девушка -
        просто чудо.
        Зинаида сдалась и вышла. Мужчины заговорили на профессио-
        нальные темы о переводе скульптуры из глины в гипс.
        
        Ночью Зайчикова проснулась от холода, супруга рядом не было.
        Она вышла в коридор. Из под двери в мастерскую выбивался лучик
        света. Зинаида заглянула туда. Костя в трусах и майке по-турецки
        сидел на табурете и курил, взгляд его был устремлен на скульпту-
        ру. Жена вопросительно посмотрела на него. Он молча поднялся, за-
        гасил окурок и отправился в спальню.
        
        * * *
        
        Две недели прошли как сон, в хлопотах и суете. Выставка от-
        крылась. "Первое свидание", как теперь называлась талантливое пе-
        ревоплощение "Девушки с веслом", негласно могло быть признано
        гвоздем вернисажа, самым большим открытием сезона. Зайчиков хо-
        дил именинником. Абсолютно незнакомые люди узнавали и хвалили его.
        Несмотря на наступающее лето, на жаркие солнечные дни, народ
        валом валил в выставочный зал. В областной газете, в репортаже с
        открытия выставки молодых художников, шутливо было замечено, что
        после пляжей, вернисаж- самое посещаемое место в городе. Один аб-
        зац в несколько строк был посвящен Константину. В нем говорилось,
        что молодой скульптор, работающий в ПО "Полет", представил на
        конкурсе свою талантливую работу, к сожалению, только одну. Но
        челябинцы надеются увидеть и другие произведения способного зем-
        ляка.
        Зинаиде статья понравилась, было что показать подругам на
        работе.
        
        II
        
        Она пришла на второй день, и ее появление сразу было замече-
        но. В этот момент в залах народу было немного, а она была краси-
        вой. Какой мужчина откажется поглазеть на хорошенькую девушку, да
        и женщины не преминут окинуть холодным взглядом возможную сопер-
        ницу. Но многих поразило не столько ее красота, как то, что де-
        вушка оказалась точной копией скульптуры "Первое свидание". Она
        была одета в легкое платье из ситца, у нее была та же прическа, и
        в руках она держала букет роз.
        Те, кто успел ознакомиться с творением Зайчикова поражались
        удивительному сходству и кое-кто стал перешептываться. Девушка,
        углубленная в свои мысли, не обращала внимания на возникший пере-
        полох и медленно переходила от экспоната к экспонату.
        Быстро ориентирующийся Алексеев нашел на втором этаже выста-
        вочного зала Константина, дружески ткнул его кулаком в бок, чтоб
        привлечь внимание, и по приятельски заметил, что раньше не знал,
        что он, Зайчиков,- такая свинья. Костя удивленно похлопал глаза-
        ми, на что Слава добавил, что он, Алексеев, не Зинаида и от него
        не надо было скрывать, что девчонку с букетом Костя делал с моде-
        ли. Скульптор пытался возразить. Его снова обозвали треплом, и
        Вячеслав сказал, что видел модель собственными глазами. А своим
        глазам он доверяет больше, нежели уверениям таких болтунов, как
        Зайчиков. Он также вызвался продемонстрировать свою находку Кон-
        стантину и, как он выразился, натыкать его носом в собственную
        ложь. Алексеев решительно спустился с другом на первый этаж.
        Девушка внимательно рассматривала какой-то а-ля Левитанов-
        ский пейзаж. Славик ехидно поинтересовался, как эта девушка нра-
        вится Зайчикову. Скульптор немного ошалел и, как видимо, прогло-
        тил язык, потому что молчал. Неугомонный художник предложил ему
        не быть свиньей в квадрате, а быстренько познакомить его с мо-
        делью. Константин пришел, наконец, в себя и сказал, что с этой
        девушкой он не знаком. И, хоть убейте его, не представляет, кто
        она такая. Алексеев пообешал убить Костю, но потом, а сейчас его
        интересовала девушка.
        Надо заметить, что, несмотря на возраст, а Вячеславу, как и
        Косте, было тридцать два года, он снова был холост и также влюб-
        чив, как и пятнадцать лет назад. Белокурые волосы и серые глаза
        незнакомки произвели на него неизгладимое впечатление. Он решил
        познакомиться с ней поближе. В конце концов, он стронул Констан-
        тина с места и они подошли к девушке.
        Заплетающимся от волнения языком, последний раз он приставал
        к незнакомой девушке вот так, в общественном месте, лет десять
        назад, Костя просипел, что рядом с ним стоит член Союза художни-
        ков Слава, нет Вячеслав Алексеев. После этого он вдруг покраснел.
        Девушка улыбнулась и сказала, что ей приятно слышать, что это
        стоит Слава, ой, Вячеслав Алексеев, который к тому же еще и член
        Союза художников РСФСР. Она с любопытством посмотрела на обоих
        друзей, ей стало интересно. С ней никогда не знакомились так хит-
        роумно. Обычно все парни удивительно примитивны, и все способы
        знакомства она уже успела изучить назубок. К ней часто пристава-
        ли в институте, в транспорте, на пляже, в кино, просто на улице.
        А тут один незнакомый мужчина, смущаясь, представляет другого.
        Забавно. Она с интересом ждала продолжения.
        Но эта ее улыбка окончательно добила Константина, и он пожа-
        лел, что нигде ничего не горит. Ему было бы проще броситься в
        огонь и спасать что-нибудь или кого-нибудь, чем промолвить хотя
        бы еще одно слово. Несмотря на прохладу в выставочном зале, ру-
        башка скульптора стала влажной от пота. Он старательно молчал.
        Девушка, улыбаясь, также молча, ждала. Пауза затягивалась. Нетер-
        пеливый Алексеев, до которого не доходила нелепость положения,
        решительно прервал эту игру в молчанку. Его понесло. Он загово-
        рил цветисто и, главное, убедительно. Он начал хвалить Костю, его
        талант и возможности. Он перемежал эти похвалы с комплиментами
        симпатичной девушке, выражая сожаление, что так поздно этот са-
        мый Константин их познакомил. Он многозначительно пообещал разоб-
        раться с Зайчиковым за этот его проступок. Затем в его адрес бы-
        ло отпущено еще несколько похвал, из которых был сделан вывод,
        что если Константин и добился в жизни чего-то, то исключительно
        благодаря своим друзьям. В том числе, благодаря ему, Вячеславу
        Алексееву. Так будущая слава Кости Зайчикова выхватила ровным и
        ярким светом фигуру лучшего Костиного друга- Вячеслава Алексеева.
        Девушка вдохновляла. Фигура росла и росла, вскоре она занимала
        половину зала. Всуе упоминались многие деятели советского искус-
        ства, как лично знакомые художника, так и знакомые его знакомых и
        даже те, про которых он мог только читать или слышать.
        Девушка улыбалась, согласно кивала и, в нужных местах, дела-
        ла заинтересованное или удивленное лицо. Пока что она поняла, что
        скульптор Константин создал какой-то шедевр, но все заслуги его
        создания принадлежат его друзьям и, в частности, Вячеславу. К
        краснобайству она давно привыкла и во всей этой истории ее зани-
        мал только скромный автор шедевра.
        Неизвестно до чего договорился бы Славик, но выставочный зал
        стали закрывать на обеденный перерыв.
        
        III
        
        Они вышли из прохладного помещения на раскаленный от зноя
        асфальт. Первые дни июня 1986 года были очень жаркими. На небе не
        было ни облачка. Легкий ветерок был теплым и не приносил никако-
        го облегчения. Застенчивый скульптор выдавил из себя, что на ули-
        це не холодно. Нестесняющийся художник продолжил эту тему и пред-
        ложил где-нибудь посидеть в холодке, в каком-нибудь кафе. Он
        знает одно место неподалеку. Девушка, как не странно, согласи-
        лась. По ней было видно, что она в этот июньский день никуда не
        спешит.
        В качестве пристанища Алексеев выбрал кафе "Уют". Они немно-
        го прошли по главному проспекту города и через несколько минут,
        действительно, сидели в прохладном полутемном зале.
        Официантка, видимо, не плохо знавшая Славика, улыбаясь кив-
        нула ему и подала меню. Художник подержал его в руках и, решив
        узнать мнение их дамы, вдруг замялся. Он вспомнил, что до сих пор
        не знает, как ее зовут. Зайчиков ему этого так и не сказал, сама
        же девушка тоже не представлялась, да ей и некогда было- всю до-
        рогу говорил он сам. Желая исправить положение, Вячеслав начал
        издалека. Он снова прошелся по порокам некоторых своих друзей, у
        которых крайняя форма невоспитанности осложнена старческим скле-
        розом. После чего он прямо указал жертву своих обвинений и пояс-
        нил девушке, что Константин до сих пор не догадался сказать ему,
        какое имя носит их прекрасная незнакомка.
        Тут уж Зайчиков, молча вертевший вилку, ему отомстил, ска-
        зав, что он и сам этого не знает. Затем он перестал мучить вилку,
        прямо поглядел на девушку, улыбнулся и сказал, что сам хотел бы
        узнать, как ее зовут.
        Если бы можно было убивать взглядом, то на мозаичном полу
        кафе "Уют" уже бы остывал труп подающего надежды скульптора. Си-
        туация изменилась: девушке опять стало весело, а Костя больше не
        чувствовал себя скованно, между ними возникла как бы маленькая
        тайна. Пришедший в себя от неожиданного конфуза Алексеев снова
        заулыбался. Сначала нерешительно, потом также беззаботно. Он
        опять нашелся и заметил, что уж теперь-то им точно ничего не ме-
        шает познакомиться. Все они рассмеялись и знакомство состоялось.
        Девушку звали Людмилой Захаровой. Она была студенткой мес-
        тного политеха, заканчивала четвертый курс. Будущий инже-
        нер-строитель. Когда пришла пора холодных закусок, к исповеди
        приступили мужчины.
        Славик предпочел не повторяться и только вкратце рассказал
        про свою, как он выразился, "богемную" жизнь. Константин же, нап-
        ротив, весьма подробно расписывал эпизоды своей трудовой биогра-
        фии. Оказалось, что Людмила бывала и на базе отдыха "Жемчужина" и
        в клубе объединения "Полет", и видела там творчество Зайчикова.
        Она, правда, не интересовалась автором, но некоторые вещи броса-
        лись ей в глаза и даже запомнились.
        Алексеев понял, что наибольший интерес у девушки, у этой не-
        обыкновенно красивой девушки с серыми глазами, вызывает не он,
        признанный мастер кисти, а его друг- простой ремесленник от ис-
        кусства. В этом мире, думалось ему, всегда побеждает серость.
        C`est la vie! Вообще-то, он никогда не думал, что Костя глупее
        его, но всегда считал, что его, Вячеслава, талант ярче и богаче.
        И Слава решил посмотреть, чем же кончится дело.
        Костя продолжал рассказывать что-то веселое, но вдруг осек-
        ся. В зал кафе "Уют" энергичной походкой вошла Беляева Нина. Она
        заметила сидевшую в полупустом зале компанию и ехидно улыбнулась
        мужчинам. Дескать, вижу, вижу, чем вы тут занимаетесь. Зайчиков
        как-то сразу загрустил, но старался не показывать виду. Алексеев
        же кивнул Нине в ответ. Сидевшая спиной к выходу Людмила нового
        действующего лица не заметила.
        В руках у Беляевой была большая сумка с коробками из под
        обуви. Она направилась прямо за служебную перегородку и зал еще
        больше опустел, так как туда же устремились и все официантки.
        Оба: и художник, и скульптор, при виде Беляевой испытали
        легкое замешательство. Зайчиков сразу представил, какие выводы
        сделает Зинаида, если Нина ей расскажет об этой неожиданной
        встрече. А Вячеслав испытывал затруднения по другому поводу. Для
        всего круга их знакомых не было тайной, что Ниночка имеет на не-
        го определенные виды. Она достаточно терпеливо пережидала два его
        предыдущих брака, чувствуя, что это у Славика ненадолго. Дожда-
        лась- он снова был холост. И вот теперь она упорно внушала ему,
        что от ее цепких ручек он никуда не денется. Сам Алексеев, внут-
        ренне с этим уже смирился и просто лениво дожидался какого-ни-
        будь веского довода, чтобы попасться в эти ручки. И то, что Нина
        увидела его в обществе хорошенькой девушки могло осложнить и без
        того непростые их отношения.
        В общем, у мужчин пропал аппетит, но появилось желание поки-
        нуть точку общепита. Вячеслав подозвал официантку и выяснил, что
        Беляева принесла заказанный кем-то обувной дефицит. Он быстро
        сообразил, что у них есть несколько минут, пока коллектив кафе
        перемеряет и перетрогает импортные туфельки, и попросил нарисо-
        вать ему счетик. Знакомой официантке тоже интересно было погля-
        деть на обувную продукцию Запада, и счетик появился сразу же.
        Потом мужчины дружно замотали головами, отвергая попытку
        Людмилы расплатится. Даже заговорили про какую-то обиду их муж-
        скому достоинству. Троица дружно встала и потянулась к выходу.
        Девушка не догадывалась, что работники искусств не хотят более
        задерживаться, и замедлилась возле зеркала в фойе. Тут-то их и
        настигла Нина.
        Она вышла из служебной двери и неторопливо, с многообещаю-
        щей улыбкой направилась к ним. Бежать было неприлично. И Слава
        понял, что его час пробил, что, жертвуя собой, он может прикрыть
        друга. Он вздохнул, пробубнил Людмиле что-то об извинениях и нео-
        жиданной встрече. Посоветовал еще раз придти на выставку и обяза-
        тельно поглядеть на скульптуру, которая так на нее похожа. Затем
        надел дежурную улыбку и отправился на встречу судьбе.
        А судьбе его было двадцать девять, звали ее, на этот раз,
        Беляевой Ниной Андреевной. Была она весьма привлекательной, ум-
        ной и проницательной...
        Очень же привлекательная и бесхитростная Людмила Захарова,
        подмазав, наконец, губки охотно извинила темпераментного художни-
        ка и вышла из кафе в сопровождении Кости.
        
        IV
        
        Любопытная Ниночка поинтересовалась, что это за "цыпленок"
        был с ними в кафе. Славик образно и интеллигентно рассказал исто-
        рию знакомства с Людмилой, кое-что, впрочем пропуская. Как он ду-
        мал, что девушка- модель Зайчикова, как Костя их знакомил. Нина
        посмеялась и выразила шутливую заботу о том, как бы у Константина
        не случилось романа, подобного шекспировскому Пигмалиону. Алексе-
        ев позволил себе заметить, что про Пигмалиона писал отнюдь не
        Шекспир. Беляева оспаривать это не стала, и выразила предположе-
        ние, что это был другой англичанин на букву "Ш", Шиллер кажется.
        Вячеслав снова уточнил, что Шиллер, вообще-то, немец. А пьесу с
        таким названием написал Шоу. Бернард Шоу. Правда, в этой пьесе
        нет ни одного скульптора. А скульптор есть в произведении Овидия-
        римского поэта, который позаимствовал тему, в свою очередь, из
        мифа древних греков. На что Ниночка ответила, что постарается за-
        помнить все это. Сказано это было так, что Славик пожалел о своей
        эрудиции в области мировой культуры. В довершении всего, тоном,
        исключавшим пререкания, Нина, вручая Алексееву свой цветастый по-
        лиэтиленовый пакет, поинтересовалась у него о наличии свободного
        времени. Вячеслав все понял, и, желая загладить свой промах, ска-
        зал, что свободного времени у него сегодня- вагон.
        Последнее слово, как всегда, осталось за женщиной.
        
        А в это время, увлеченные разговором, скульптор и студентка
        неторопливо шли по главной улице города- проспекту Ленина. Забыв
        свою стеснительность, Костя разошелся, и увлеченно рассказывал
        Людмиле о своей работе, о своих друзьях, о своих заботах. Он лю-
        бил свою работу, своих друзей и, не подозревая об этом, любил
        свои заботы. Знакомая тема так захватила его, что все, что он
        рассказывал, само собой складывалось в интереснейший сюжет. Люд-
        мила слушала его с вниманием. Она любила все новое, а тут перед
        ней неожиданно открылся удивительный мир. Мир художников. И рас-
        сказывал ей про этот мир обаятельный, интересный парень. Хотя,
        какой он парень? Ему лет тридцать, наверное. Наверняка, женат. Но
        это все мало смущало двадцатилетнюю Людмилу. Во взрослых мужчи-
        нах, повидавших жизнь, есть, как она считала, своя прелесть.
        Всех своих ухажеров она делила на две группы. Парни из пер-
        вой, в основном, надеялись на свои внешние качества: высокий
        рост, спортивную фигуру, красивое лицо, энергичное поведение. В
        разговорах брали роль лидера на себя. Говорить любили в основном
        о себе, своих успехах и достижениях, сыпали анекдотами и шутками,
        иногда невпопад. Этих было большинство. Вторая группа была по-
        меньше. Ее представители были внешне менее привлекательны, в ос-
        новном надеялись на свой ум. О себе говорили мало, чаще увлека-
        лись комплиментами в ее адрес, бывало дарили цветы, посвящали
        грустные стишки, старались оказать какую-то услугу. Шутили и рас-
        сказывали анекдоты всегда по какому-то случаю. Кстати, один такой
        подарил ей сегодня розы. Ая-яй! Она их оставила в кафе! Жалко-то
        как, розы она любила.
        Константина она не могла отнести ни к одной из этих катего-
        рий. Она даже не могла решить, относить ли его поведение к ухажи-
        ваниям или нет.
        Зайчиков добрался в разговоре до выставки молодых художни-
        ков, живописно и понятно разъясняя замыслы представленных произ-
        ведений. В этот момент его неласково толкнули. Оказалось, что ув-
        леченный беседой, он едва не стоптал шеренгу бабулек, торгующих
        первой зеленью. Костя не обиделся, весь мир ему сейчас улыбался,
        и он улыбался всему миру. Он в секунду утряс инцидент, и старуш-
        ка, защищавшая свой урожай, успокоилась и перестала ругать совре-
        менную молодежь. Тут и Константин вспомнил, что до похода в кафе
        в руках у Людмилы были цветы. Выяснив, что цветы забыты, он ис-
        правил положение. Подошел к единственному представителю мужского
        пола в этом маленьком царстве зелени и цветов- мрачноватому жите-
        лю южных республик. Они перебросились несколькими фразами, пома-
        хали руками, и Зайчиков вернулся к Людмиле с букетом алых, как
        кровь, гвоздик. Девушка зарделась, приняла цветы, поблагодарила
        и, как-то по особенному, улыбнулась.
        Они на секунду замялись, не зная, что делать дальше. Но Люд-
        мила быстро нашлась и сказала, что она ведь так и не осмотрела до
        конца выставочную экспозицию. Хотя, если честно сказать, утром
        она попала на вернисаж совершенно случайно. Костя с радостью сог-
        ласился ее сопровождать. И они пошли туда, где началось их зна-
        комство.
        
        V
        
        На здании, где находился центральный гастроном, вешали новый
        лозунг. В нем что-то говорилось о перестройке и ускорении. На
        площадке перед тем же гастрономом уже выросли первые разноцвет-
        ные грибки зонтиков, под которыми общепит и магазины с лотков ув-
        леченно торговали теплыми соками и холодными пирожками. Запарив-
        шись на жарком солнце, Костя, как истый джентльмен, угостил даму
        каким-то баснословно дорогим соком, разменяв последний рубль. На
        сдачу ему дали теплый, блестящий полтинник.
        Он внимательно посмотрел на него и процитировал:
        "То, что бог нам однажды отмерил, друзья,
        Увеличить нельзя и уменьшить нельзя.
        Постараемся с толком истратить наличность,
        На чужое не зарясь, взаймы не прося."
        Людмила радостно улыбнулась и сказала, что знает такие сти-хи.
        Это- рубаи. Что у нее есть знакомый парень- Мишка Бурлаков, кото-
        рый ей пишет подобные стихи. Он ей и рассказывал про них. Кста-
        ти, те цветы, что они забыли в кафе, подарил ей именно Михаил. Потом она поинтересовалась, не Костя ли- автор этого стихотворе-
        ния.
        Скульптор ответил, что с его стороны было бы подлостью об-
        крадывать старика Хайяма. И спросил, не является ли ее знакомый
        стихотворец жалким плагиатором. Людмила сказала, что вряд ли и
        тоже прочла:
        "Пусть у цветов в саду сильнее аромат,
        Но осень к нам придет- завянет сад.
        А от волос твоих, когда к тебе склоняюсь,
        Все запахи весны являются назад."
        На что Зайчиков заметил, что это, действительно, далеко не
        Хайям, и поинтересовался, как часто этот "поэт" норовит вдыхать
        запахи весны. Но Людмила успокоила его на этот счет, сказав, что
        стихи Бурлакова нравятся ей гораздо больше их автора. Тем более,
        что именно сегодня ему было сказанно, что у него нет ни одного шанса. И добавила, что если их лозунг на сегодня- освобождение от
        наличности, то самый верный способ спустить последний полтинник-
        обратиться вон к тому старичку. Она показала на пенсионера, сидя-
        щего за отдельным столиком, и, молчаливо, с независимо-терпеливым
        видом, предлагавшего поиграть в азартные игры с государством.
        Это, как она считала, был самый верный способ разориться, по-
        скольку ей в лотереях никогда не везло.
        Они весело рассмеялись, и Константин, подбросив и поймав на
        прощание монету, аристократическим жестом подал ее старику. Люд-
        мила пошептала себе под нос какое-то заклинание и вытянула билет
        лотереи "Спринт". Она собралась было надорвать его, как сзади
        послышалась реплика, что если они играют с судьбой, то это опас-
        ное занятие.
        Сзади стояла Беляева. Она иронично улыбалась. Затем продол-
        жила, что давно не видела Зайчикова этаким гусаром. Зайчиков на-
        шелся сразу, заявив, что просто решил промотать последний рубль,
        так как, подобно одному из персонажей Островского, он в этом го-
        роде и без денег проживет. И что эта девушка помогает ему прома-
        тывать его состояние.
        Тут к ним подошел Алексеев. В руках у него был тот самый
        цветастый пакет, из которого нахально высовывался пучок зеленого
        лука. Нина хозяйским жестом взяла Славу под руку и, обращаясь к
        Зайчикову, спросила, почему это он все никак не представит ей
        свою спутницу.
        Это было похоже на легкую женскую провокацию. Костя с дос-
        тоинством представил ей свою новую знакомую, хотя понимал, что
        Ниночка и так уже о всем осведомлена. Людмила тоже что-то хотела
        сказать, но неожиданно шагнула вперед и, в свою очередь, взяла
        скульптора под руку. Трудно понять женщин. Люда поняла, что ее
        провоцируют и сделала вот такой ответный выпад. Здесь дамы обме-
        нялись такими взглядами, какими обычно женщины смотрят друг на
        друга. Тут было и любопытство, и оценка, и молчаливый диалог,
        после которого они уже знали, кто чего стоит.
        Напряженную ситуацию разрядил Алексеев. Он как-то быстро ов-
        ладел общим вниманием, выяснил, что направляются все в одно мес-
        то- Выставочный зал, вызвался быть главным гидом и решительно по-
        вел всех за собой.
        
        VI
        
        Публики после обеда на выставке прибавилось. Да и состав ее
        изменился. Меньше стало случайно любопытствующих, все больше
        появлялось лиц заинтересованных, а также имеющих какое-то отноше-
        ние к искусству и тех, кто считал, что они имеют к искусству ка-
        кое-то отношение.
        Вообще, на выставке было немало интересных работ, но если бы
        вы решили, что наибольшая толпа собралась перед лучшими произве-
        дениями, вы бы ошиблись. Зрители распределялись довольно своеоб-
        разно. Кто-то любовался представленными работами в одиночку. Это
        те, кого мало интересовали результаты конкурса. Они беспорядочно
        мельтешили по залам, разглядывая все подряд. Затем имелись ма-
        ленькие кружки, концентрирующиеся около кого-нибудь из участни-
        ков конкурса и состоящие, как правило, из его ближайших друзей.
        Эти прогуливались, в основном, возле своих экспонатов, изредка
        посещая соседей. Иногда такие группки сталкивались, и тогда мог
        состояться обмен дипломатическими любезностями, звучали профес-
        сиональные шутки или едкие колкости. Было несколько групп по-
        больше. Они собирались вокруг нескольких очень уверенных в себе
        мужчин, ходивших с непроницаемым видом и изредко задававших воп-
        росы. Авторы работ стремились попасть им на глаза. Каждый сооб-
        разно своему характеру. Кто угодливо улыбался, кто демонстриро-
        вал чувство собственного достоинства, кто показывал свою подчер-
        кнутую независимость. Но на глаза пытался попасть каждый. Ведь
        это были члены жюри, люди, в руках которых было будущее всех этих
        молодых авторов.
        Самый большой хвост тянулся за Борисом Борисовичем Ставин-
        ским - старейшим художником области, председателем жюри. Он давно
        не занимал в областном Союзе художников никаких официальных долж-
        ностей, но он был лауреатом республиканских премий и был на "ты"
        с некоторыми московскими знаменитостями. Почему и имел вес, несо-
        измеримый с остальными областными деятелями искусства. Сей су-
        хонький старичок добродушно глядел на выставленные работы, ласко-
        во улыбался авторам, приговаривая, что мол неплохо, совсем непло-
        хо. Он старомодно и изыскано целовал ручки знакомым дамам и из-
        редко шептал что-то на ушко сопровождавшей его жене, такой же су-
        хонькой и седой женщине.
        А потом Би-Би-Си, как кратко и неофициально звали Борис Бо-
        рисовича в среде художников, добрался до Костиного творения. С
        его лица сползла обычная улыбка. Он пошевелил узкими губами, в
        глазах появились огоньки, и он прекратил движение. Затем вдруг
        стал что-то насвистывать себе под нос. Жена же его, наоборот,
        заулыбалась как-то по-молодому, и весело стала что-то ему гово-
        рить. Тоже тихо-тихо. Особо дотошные пытались прислушаться, но, к
        своему сожалению, не понимали французского языка. Ставинский сог-
        ласно кивал головой, слушая супругу, а потом попросил познако-
        мить его с автором. Но Зайчикова рядом не случилось. В это время
        вся четверка наших героев была еще на первом этаже, где Алексеев
        со знанием дела объяснял Нине и Людмиле достоинства и недостатки
        чужих картин.
        Ничто не распространяется так быстро, как сплетни, слухи и
        анекдоты. Когда стало известно, что возле какой-то скульптуры,
        какого-то неизвестного автора, Би-Би-Си перешел на свист, всем
        стало любопытно. Посвященные знали, что старик насвистывает в
        двух случаях: когда сам работает и когда видит чужую работу, зас-
        луживающую особого внимания. И почти все члены жюри невольно по-
        тянулись поглядеть на творение, которое у Ставинского заслужило
        такой оценки.
        Невольное движение народных масс привлекло внимание и наших
        героев. Зайчиков только ступил на лестницу, ведущую на второй
        этаж, как его стали поздравлять. Поздравляли знакомые, полузнако-
        мые, четвертьзнакомые и совсем незнакомые. Чем дальше он прохо-
        дил, тем чаще его окликали. Пару раз по ошибке поздравили Слави-
        ка, спутав его с Зайчиковым. Но Вячеслав не обиделся, а жизнера-
        достно веселился. Кому из нас не бывает смешно, когда кто-то дру-
        гой, а не мы, попадает впросак.
        Потом Константин разговаривал со Ставинским. Старичок, лас-
        ково глядя, сказал ему, что он очень им доволен, что неплохо он
        начинает и, что если и дальше так пойдет, то он многого добьется.
        Что перед тем, кто трудится, у нас открыты все пути. При этом он
        неожиданно крепко пожал Косте руку. Наиболее сообразительные из
        зрителей этой сцены поняли, что у Зайчикова не будет проблем со
        вступлением в Союз художников, если он постарается и не остано-
        вится на достигнутом. Жена мэтра долго рассматривала Людмилу, а
        когда та окончательно смутилась, она улыбаясь сказала, что, на ее
        взгляд, Костя не передал и половины прелести и очарования своей
        модели. И что, если Людмила позволит, то она хотела бы дать ей
        совет, как женщина женщине. Ставинская взяла ее под руку и что-то
        зашептала на ухо. Людмила зарделась от ее слов и в ответ только
        молча кивнула.
        
        Говорят, что Байрон стал знаменит и популярен среди читаю-
        щих англичан на следующий день, после выхода "Чайльд Гарольда".
        Скульптор Костя Зайчиков стал известен в кругах любителей искус-
        ства родного города в тот же день, когда члены жюри посмотрели
        представленные работы. Нет смысла описывать то, что происходило
        на выставке потом. Станьте знаменитым, и вас ожидает то же самое.
        Неожиданно у вас появится уйма друзей, к вашему мнению начнут
        прислушиваться. И все это будет продолжаться, пока вы в моде. Но
        учтите, что окружать вас будут люди, которые готовы делить с ва-
        ми лишь удачи. Невзгодами вам делиться будет не с кем. Придут но-
        вые кумиры и ...
        
        С выставки они ушли также вчетвером. Как-то между прочим,
        Алексеев сообщил, что они с Ниной решили соединить свои судьбы и,
        что по этому случаю они собирают послезавтра маленькое "семейное"
        торжество. На помолвку они пригашают, как супругов Зайчиковых,
        так и Людмилу. Людмила вежливо отказалась, сославшись на какой-то
        зачет в институте. А Костя сказал, что они придут. Затем они ста-
        ли прощаться. Славик прошептал Зайчикову, чтобы тот не был дура-
        ком, а проводил такую замечательную девушку домой. Что был бы он,
        Алексеев, холостым, он бы так и сделал. И еще раз помахав на про-
        щание рукой, Вячеслав быстро зашагал по улице. Ниночка, взяв его
        под руку, довольная засеменила рядом, пытаясь попасть в ногу.
        Костя, немножко помолчав, спросил у Людмилы о ее планах. Та
        ответила, что ей пора ближе к дому. Что у нее сейчас в институте
        зачетная неделя. Константин спросил, можно ли будет ему прово-
        дить ее. Она неопределенно пожала плечами.
        
        Наверняка вам приходилось провожать девушку, которая вам
        нравилась. Или вас когда-то провожал кто-то, одним словом, прият-
        ный, вам небезразличный. Поэтому для вас не будет откровением,
        что, как бы близко девушка не жила, дорога домой займет не менее
        двух часов. А если девушка замечательная и провожатый ей не про-
        тивен, то и этот срок может оказаться недостаточным.
        
        VII
        
        На работе неожиданный успех Зайчикова приняли на "ура". Ру-
        ководитель группы художников нежданно-негадано получил лишний ко-
        зырь в разговоре с начальством и бухгалтерией. Как известно, тре-
        ния такого рода бывают часто. Кому-то, не очень разбирающимуся в
        искусстве, особенно в современном, всегда кажется, что работники
        творческих мастерских получают неоправданно высокие деньги за,
        в общем-то, малопонятную деятельность. А если у художника еще и
        оригинальное виденье мира, то ... Поэтому и висят в кабинетах,
        фойе, актовых залах, приемных милые сердцу завхоза лакированные
        копии Васнецова, Шишкина, Левитана, Айвазовского. Еще бы, дешево
        и интерьер украшают.
        А тут вдруг такая удача. Парень не без способностей- Костя
        Зайчиков- выставил на конкурсе молодых мастеров какую-то домаш-
        нюю заготовку и ему, Зиновию Михайловичу Хрумкину, звонил сам
        Ставинский. Зиновий Михайлович уважал мэтра, тем более, что они
        были шапочно знакомы. Здесь же, после стандартных фраз привет-
        ствия, Борис Борисыч стал вдруг интересоваться Костей. Хрумкин
        сначала испугался и спросил, что он там натворил. Ставинский от-
        ветил, что сам был бы не против творить такое хотя бы раз в год.
        Потом он просветил Костиного начальника насчет конкурсных дел и
        заметил, что будет выдвигать работу Зайчикова на хорошее место.
        Она, дескать, приглянулась ему больше других, и что такую вещь не
        грех свозить и в Москву. На всесоюзную выставку.
        Не известно как, но тема разговора Хрумкина и Ставинского
        вскоре стала известна многим. Константин стал популярен и на ра-
        боте. Совсем, как слесарь-сборщик Семенов из 15-ого цеха, выиг-
        равший зимой в лотерею "Москвич". Явных завистников не нашлось.
        Наоборот, в маленьком коллективе художников все как-то обрадова-
        лись Костиной удаче, как обрадовались бы победе местного "Тракто-
        ра" над ЦСКА в первенстве страны по хоккею. В курилке конструкто-
        ры и дизайнеры- соседи по этажу- охотно угощали Зайчикова сигаре-
        тами. Женщины приветливо улыбались и начинали вспоминать свои
        поездки и командировки. В основном, почему-то, столичные магазины
        и удачные покупки в них. Видимо, зондировали почву, не возьмет ли
        он заказы в Москву.
        * * *
        Если вы никогда не писали романов, и вид чистой бумаги с
        ручкой не вызывает у вас никаких иных желаний, кроме желания пи-
        сать доносы, кляузы и анонимки, вам можно искренне позавидовать.
        Нет ничего неблагодарней и неприличней желания стать писателем.
        Недаром Антон Павлович советовал пороть мальчиков и девочек, ко-
        торые мечтают стать литераторами. Хотя, жизнь их и так накажет.
        Родители в детстве жалели меня и вот расплата за это. Чего одни
        муки творчества стоят.
        Ведь как бывает, старательно вынашиваешь какой-либо литера-
        турный замысел, или рождаешь какого-нибудь литературного героя. В
        мыслях все получается чудесно. Но, как только станешь переносить
        все это на бумагу, с героями и сюжетами начинают происходить не-
        вероятные метаморфозы. Замысел вдруг расползается, как кисель по
        столу. А после того, как вы соскребете все в одну кучку и умело,
        как вам кажется, придадите ему форму, неожиданно выяснится, что в
        своем произведении вы говорите совсем не то, что хотели сказать
        задумывая его. Можно, конечно, настоять на своем, но тогда ваше
        произведение будет ярким образчиком социалистического реализма.
        Как-будто это арифметическая задача. Дано: герои, действие- выве-
        ренный сюжет, результат- моральное заключение, воспевающее или
        осуждающее какое-либо явление. Но вы ведь хотели написать клас-
        сный роман, а не задачу.
        А современные герои? Ну это- вообще, беспредел. Вы наделяете
        его характером или бесхарактерностью, а он после этого начинает
        жить своей жизнью и плюет на вас. Он выходит из подчинения, и вы
        для него больше не авторитет. Самое большее, что вы можете его
        заставить сделать,- это купить букет или билет лотереи "Спринт",
        при условии, что у него есть деньги. А вот он может все, что за-
        хочет. Захотел Борис Борисович Ставинский и пришел на выставку с
        женой, хотя я ее не приглашал, не подозревая даже о ее существо-
        вании. А Беляева Нина? В первоначальном замысле она упоминалась
        только на первой странице в истории с поцелуями. Но, по ходу сю-
        жета, она стала проникать чуть ли не во все главы повести. Мало
        того, она решила выйти замуж за Славу Алексеева и ее коварный,
        женский замысел неожиданно удался. Ибо следующая сцена нашей по-
        вести происходит на маленьком семейном празднике по поводу их по-
        молвки.
        * * *
        Костя пришел первым, прямо с работы. В руке он держал крoва-
        во-красные гвоздики. Такие же он дарил Людмиле два дня назад. Ни-
        ночка, на правах хозяйки, улыбнулась цветам и охотно подставила
        щечку для поцелуя. Она была еще в домашнем платье и в фартуке. В
        ответ на поздравления она проговорила что-то такое, что обычно
        говорят хозяйки первому гостю. Что-то про то, как она не успева-
        ет, а гости уже собираются. Костя успокоил ее такой же дежурной
        фразой и предложил свои услуги. Нина сначала отказалась, но потом
        вдруг сказала, что для Зайчикова есть ответственное задание. Она
        сказала, чтобы он шел за ней и по дороге объяснила, что к ней
        приехала подруга из Минска- они вместе учились в институте. И что
        Косте будет задание- ее развлекать. Она привела Костю в гостиную,
        где, положив одну привлекательную ножку на другую, сидела весьма
        симпатичная блондинка, одетая во что-то такое, что Зайчиков бы
        затруднился описать, но явно модное. Незнакомке можно было дать и
        тридцать лет, и двадцать пять. Ниночка представила их друг другу.
        Блондинку звали Фроловой Еленой.
        Нина посчитала свою задачу выполненной и удалилась. Елена
        предложила Косте сесть, что он с удовольствием и сделал. Они об-
        менялись несколькими светскими фразами, при этом, не стесняясь
        незнакомого человека, Фролова закурила. Костя чувствовал, что
        Елена не его поля ягода, у нее были какие-то полуаристократичес-
        кие замашки. Костя судорожно вспоминал, каким образом развлекают
        эффектных блондинок, но на ум приходили разные глупости. Тут, на
        его счастье, снова вошла Нина и привела нового гостя- молодого
        человека лет двадцати пяти, невысокого брюнета с карими умными
        глазами. Она представила его как Михаила, коллегу по работе. С
        Костей они обменялись рукопожатием, перед блондинкой он молча
        склонил голову. Причем они обменялись заинтересованными взгляда-
        ми. Новый гость сразу взял на себя заботу о блондинке, так что
        Косте осталось только слушать их пикировку и думать о своем.
        Разговор зашел об Андрее Тарковском, он как раз не так давно
        умер. Минчанка оказалась его рьяной поклонницей. Михаил же имел
        неосторожность сказать, что не все в его творчестве воспринимает
        и понимает. На что Елена безапелляционно заявила, что это говорит
        только о его низком интеллекте. Коллега Нины в ответ рассмеялся и
        сказал, что она- единственная женщина, которая так оценила его
        умственные способности. Раньше, бывало, девушки говорили, и не
        единожды, что он бывает череcчур умным. На что блондинка ему воз-
        разила, что самому себя умным называть нескромно. Михаил же в от-
        вет заметил, что в этой стране называть себя умным, действитель-
        но, не принято. Вот если ты будешь рвать на себе волосы и кри-
        чать: "Какой же я дурак!", то найдется толпа согласных с этим
        мнением и тебя даже могут похлопать по плечу, и для успокоения
        сказать, что не ты один и, что есть еще глупее... На этом обмен
        мнений о творчестве Тарковского сам собой иссяк и Фролова вдруг
        выразила нетерпение по поводу отсутствия гостей. Почему-то, ее
        больше интересовали женщины. Михаил опять встрял и спросил, чем
        ей не угодили мужчины и в ответ услышал, что только с женщиной
        можно поговорить в свое удовольствие, что все мужчины - одинако-
        вы, все- примитивны в разговоре. Хотя, по поведению Елены не бы-
        ло видно, что беседа с брюнетом ее раздражала. Видимо, она прос-
        то любила эпатировать окружающих и оставлять последнее слово за
        собой.
        Тут Костя отвлекся от своих мыслей и, услышав последнюю фра-
        зу блондинки, подумал, что когда женщина говорит: "все мужчины",
        он относит это и к себе. А как бы узнать, имеют ли они в виду,
        произнося эту фразу, всех представителей сильного пола, или для
        присутствующих джентльменов делают исключение. Вопрос был, конеч-
        но, интересный, но задать его было некому. Елена, наверняка, про-
        сто отбрила бы его.
        Кареглазый брюнет стал выяснять, что, наверное, дело не в
        том, что мужчины не умеют разговаривать- это мало вероятно, а в
        том, что его собеседница не умеет или не хочет их слушать. Но
        Фролова ответила, что мужчины не вкладывают в разговор душу. Тут
        подал свою реплику и Костя, сказав, что ни один мужчина не ста-
        нет в первые пять минут знакомства раскрывать свою душу перед
        первой попавшейся женщиной. На что ему врезали, что они могут и
        не пытаться этого делать, поскольку все мужчины страдают полным
        души отсутствием. Михаил вновь развеселился, а Зайчиков, получив
        такой отлуп, вновь замолчал. И подумав на прощанье, что ухажи-
        вать за такой эмансипированной и интеллектуализированной красот-
        кой- неблагодарное занятие, снова погрузился в собственные мысли.
        Тут, наконец, стали подходить гости. Пришло несколько сорат-
        ников Алексеева по искусству. Самым колоритным из них был армянин
        Роберт Ваганян, колымящий в сельской местности ваятель, исправно
        обирающий совхозно - колхозные кассы за стандартные бюсты осново-
        положников марксизма-ленинизма. Подошла стайка женщин с Нининой
        работы и они обрадованно заприветствовали Михаила. Оказалось, что
        он вчера только откуда-то приехал и ему было, что им рассказать.
        Если бы Константин узнал фамилию этого молодого человека, то
        крайне бы удивился, как поразительно мал и тесен их миллионный
        город. Ибо фамилия его была Бурлаков. Но Костя фамилию выяснять
        не стал, тем более, что Нина вызвала его в прихожую и, погрозив
        пальчиком, сообщила, что Зайчикова просит к телефону женский го-
        лос. Костя удивился этому и сказал, что это, наверное, Зинаида.
        На это Беляева ответила, что своих подруг она, пока что, узнает,
        и звонит не Зинаида.
        Зайчиков взял трубку, лицо его выразило удивление и радость.
        Он отвечал односложно и внимательно слушал. Потом куда-то засоби-
        рался, сказал Славику, что у него срочное дело, что скоро придет
        и выскочил в дверь.
        
        Все, наверное, знают историю про чеховское ружье, которое
        мирно висит в первом акте на стене, а в третьем начинает палить.
        Такое ружье есть и в этой истории. Это тот самый лотерейный би-
        лет, который автор так тонко и неназойливо всучил Косте и Людми-
        ле. Пришло время стрелять.
        Вечеринка была в самом разгаре. За столом сидели интеллиген-
        тные люди: художники со стороны Вячеслава и инженеры, приглашен-
        ные Ниной. Разговоры витали в культурных эмпиреях. Зашел нелепый
        спор о творческом процессе, и Фролова, видимо в пику собравшимся
        художникам и скульпторам, заявила, что писательский труд более
        благороден и не всякому по силам. Художники не согласились. Тог-
        да она им предложила доказать обратное и, не откладывая дело в
        долгий ящик, написать литературный труд. Роман, повесть, все рав-
        но что. Хотя бы к ее следующему приезду в Челябинск, через два
        месяца. Нахальный Бурлаков сказал Алексееву, что их команда мо-
        жет надеяться на его посильный вклад, и что он готов выслушать
        официальный заказ на тему. Женщины поддержали Елену и наперебой
        стали предлагать, кто что. Наконец, все пришли к согласию, что
        это должна быть сказочная повесть из современной жизни про лю-
        бовь, с грустным концом. По этому поводу выпили, и мужики вышли
        на балкон покурить. В комнате с женщинами остались Михаил, рас-
        сказывающий про только что закончившуюся командировку в Таллин, и
        Ваганян, что-то потихоньку рокотавший на ушко Фроловой.
        Тут в комнату вошел Зайчиков. Он молча сел за стол рядом с
        женой и налил себе водки в фужер. Зинаида шепотом спросила, где
        это он шлялся. Костя пробубнил что-то про какие-то дела и выку-
        шал бокал за один раз. Но он был так возбужден, что похоже не
        оценил своего подвига. Хотя сидящие за столом обратили внимание
        на такую дозу спиртного. Затем он спросил у Нины про Вячеслава и
        выскочил на балкон.
        На вопрос Алексеева об отлучке, Константин ответил однослож-
        но: "Во!", и достал из кармана пачку денег. На немой вопрос ху-
        дожников пояснил, что эти деньги он выиграл в лотерею "Спринт".
        Мужики весело заржали, как если бы он рассказал им свежий
        анекдот про чукчу. Посыпались шутки. И кое-кто выразил желание
        сбегать, подобно Зайчикову, за угол и выиграть некоторую сумму в
        "Спринт", только вот не знают, куда надо сбегать, может Костя им
        расскажет.
        Сбиваясь, сказывалась водка, и повторяясь, Константин рас-
        сказал всю историю: как он гулял тут позавчера, ну Славик видел,
        как купили они билет, но вскрыть не успели. Им помешала Нина. По-
        том, на выставке, все про него забыли. А вчера Людмила нашла его
        у себя в кошельке и посмотрела. А там написано "Тысяча рублей".
        Тогда она решила найти Костю и отдать ему билет. Здесь он впер-
        вые сказал, а потом не раз повторил, что она- необыкновенная де-
        вушка. Люда не знала, как найти Зайчикова, но там же, в кошельке
        оказалась еще одна бумажка. Славик, тогда еще холостой, сунул ей
        свою визитку. Здесь она Костю и нашла. Тут мужики веселиться пе-
        рестали, а прониклись интересом к необыкновенному случаю. Кон-
        стантин продолжил, что брать билет себе он отказался. Что они
        долго и горячо спорили и чуть не поссорились, хотели даже выбро-
        сить билет, но вовремя поняли, что это глупо. Был вариант с фон-
        дом Мира, но для этого надо было сначала деньги получить, да и
        хлопотно, бегай, ищи этот фонд. В общем, Костя еле-еле уговорил
        Людмилу на компромисс - поделить деньги пополам. Здесь мужчины
        тоже стали подавать советы, как надо было поступить с деньгами.
        Милое дело: махать после драки кулаками, давать ненужные советы и
        делить чужие деньги. Но все же решили, что жене, да и вообще ба-
        бам, лучше пока ничего не говорить. Потом удачу Кости решили об-
        мыть, и для этого вернулись с балкона в комнату.
        Веселье продолжалось.
        
        VIII
        
        Дети уже спали, когда Зинаида и сильно набравшийся Костя
        пришли домой. Свекровь, сидевшая с детьми, задерживаться не ста-
        ла и уехала домой. Супруги лениво перебрасывались фразами, обсуж-
        дая вечеринку. Костя стянул с себя брюки, привычным движением
        сложил их по стрелкам и, перед тем как повесить, встряхнул. На
        пол посыпались радужные бумажки...
        Зинаида, уставшая удивляться за этот день, с каким-то тихим
        азартом, подобрала деньги и пересчитала, ничего не говоря. Полу-
        чилось 485 рублей. Она деловито взяла брюки из рук оторопевшего
        Кости и извлекла из карманов еще три новеньких пятерки, замусо-
        ленный трояк и несколько монет мелочи. Мелочь с трояком велико-
        душно сунула обратно в карман, а пятерки положила в общую кучу.
        Потом, как-будто ни к кому не обращаясь, подумала вслух, что бы
        это могло быть. На что Константин, прищурив один глаз, ответил,
        что это похоже на казначейские билеты Госбанка СССР. Тогда у суп-
        руги возник другой вопрос, откуда у него эти самые казначейские
        билеты.
        
        Все мужчины делятся на три категории: тех, кто говорит жен-
        щинам правду; тех, кто иногда привирает; и тех, кто лжет им по-
        стоянно. Последние пользуются у них завидной популярностью. Ибо
        беззастенчиво льстят и выдают желаемое за действительное. Все са-
        мые отчаянные бабники- самые отъявленные лгуны, не способные вы-
        полнить ни одного своего обещания, редко отдающие долги и крайне
        необязательные люди. Те, кто врет от случая к случаю, оказываются
        хорошими семьянинами и удачливыми в разных делах людьми. Ибо зна-
        ют всему меру и лгут, и говорят правду исключительно с выгодой
        для себя. Костя был неудачником, он относился к первой категории,
        к тем, кто не мог соврать даже для пользы дела. От таких людей
        нет никакого проку, везде они неудобны и нежеланны.
        Зинаида вытянула из него почти все. Она никак не могла по-
        нять, почему ее муж делает такие барские подарки какой-то незна-
        комой девчонке. Ведь деньги нужны семье. А когда она чего-то не
        понимала, то инстинктивно защищалась. Но средств у нее было мало,
        и она выбрала самое сильное- скандал.
        Нет смысла описывать этот скандал. Каждый из нас в состоя-
        нии представить все аргументы сторон и то, каким тоном это было
        сказано. В конце концов Зинаида потребовала, чтобы Константин
        забрал остальные деньги у этой своей ... Иначе, дальше следовали
        угрозы. Костя неожиданно заупрямился, но его доводы на супругу не
        действовали. В знак протеста он достал с антресолей раскладушку и
        заперся от разгневанной и плачущей жены в мастерской.
        
        IХ
        
        Есть должности, которые я никогда не хотел бы занимать. Это
        должности парторга и председателя местного комитета профсоюза. Не
        потому, что у них архисложные обязанности или невыносимые усло-
        вия труда. Отнюдь нет! А потому, что не нахожу удовольствия в
        разборе чужих склок и свар. В чужих конфликтах я люблю быть сто-
        ронним зрителем, а не главным арбитром и прокурором, к тому же
        еще и насильно втянутым.
        Ведь как у нас принято, чуть что не так, и люди бегут жало-
        ваться в партком или местком. Ищут защиты и справедливости. По-
        нятно, когда вопрос связан с производством, тут еще можно быть
        условно объективным. А семейные конфликты?.. Нет уж, увольте! Но
        это я такой странный, а все подобные должности во всех известных
        мне организациях, тем не менее, были всегда заняты людьми, не
        боящимися подобных трудностей и считающими себя в праве судить и
        рядить.
        
        Итак, Зинаида выбрала сильное оружие против непокорного му-
        жа: пожаловалась куда надо. Костю стали прорабатывать.
        Всякий, кто хоть раз оступился и подвергся за это вызову в
        соответствующий кабинет, знает как это происходит, знает какие
        чувства испытывал Константин, когда его вызвал к себе парторг за-
        водоуправления.
        В кабинете его ожидали сам парторг, председатель профкома и
        Хрумкин. Тройка поначалу испытывала неловкость от щекотливого по-
        ложения, но поскольку сигнал был, меры нужно было принимать. Ро-
        ли у всех были известны. Кто что скажет тоже было известно зара-
        нее. Они будут убеждать Костю в том, что он неправ. Все его аргу-
        менты разобьются о глухую стену непонимания. От него ведь тре-
        буется осознание своей вины и покаянные обещания. Обязательно бу-
        дут упомянуты блага, которые ему делали или могли быть сделаны
        профкомом и администрацией. Посоветуют не портить себе характе-
        ристику и карьеру.
        Можно было что-то обещать, в чем-то раскаяться, признать
        частично ошибки, но Зайчиков сначала молчал, молчал, а потом зая-
        вил, что свои личные дела, не связанные с производством не наме-
        рен обсуждать с чужими людьми. Парторг пытался давить на созна-
        тельность, предместкома на то, что Костя- член коллектива и все
        наши личные дела, в какой-то мере общественные. Хрумкин все
        больше молчал и переживал, что уплывает такой козырь в его нелег-
        кой борьбе с начальством и бухгалтерией.
        У мягкотелого Зайчикова неожиданно прорезался характер. Он
        уперся в своих заблуждениях и ошибках. Тройка, повздыхав и приве-
        дя еще пару аргументов, отпустила скульптора. Все, что они могли
        сделать, они сделали. Работа с Зайчиковым была проведена. Можно
        было ставить галочку.
        Но, все-таки, в душе Костя сдался. Двухдневный скандал его
        страшно вымотал. Он чувствовал себя опустошенным и разочарован-
        ным. Зинаида пригрозила, что еще и в институт пойдет. Константи-
        ну не хотелось, чтобы об этом узнала еще и Людмила. Он решил дос-
        тать и вернуть деньги. Но где их взять? Занять, но это не черво-
        нец до получки. Воровать Костя не умел, но выход все-таки нашел.
        Он вспомнил один свой разговор на вечере у Алексеева. Скульптор
        решительно закрутил диск телефона.
        
        Х
        
        Семейная жизнь Вячеслава и Нины неожиданно удалась. Во мно-
        гом это была заслуга Нины. После того, как ее желание осуществи-
        лось, она вся как-то переменилась. С нее слетела маска экстрава-
        гантной интеллектуалки, любительницы словесных приключений и сло-
        весного флирта. А проявилась ее истинная натура поклоницы домаш-
        него уюта и хранительницы домашнего очага.
        С неожиданной для окружающих и для нее самой радостью она
        начала заниматься хозяйством. Разговоры ее тоже изменились. В них
        чаще стал фигурировать супруг и маленькие житейские удачи. Распа-
        далась ее дружба с той частью женского коллектива на работе, где
        любили судачить о модах, о новых кинофильмах и театральных
        премьерах, о развлечениях. Где с затаенным любопытством читали
        впервые появившуюся рубрику знакомств в рекламном приложении к
        городской газете. Но налаживались отношения с другой половиной
        женского общества, где говорили о вязании, о телевизионных пере-
        дачах, о детях, которые взрослеют прямо на глазах, и мужьях, пу-
        тевых и непутевых. В рекламном приложении их больше интересовали
        рубрики "Куплю", "Продам", "Меняю".
        Самое главное, что сумела сделать Нина, она смогла не ме-
        шать Славику. Недостатком предыдущих жен, считал Алексеев, было
        то, что они требовали к себе слишком много внимания тогда, когда
        это было нужно им. А это здорово мешало его работе. Нина же не
        приставала к нему по пустякам, не лезла без необходимости на гла-
        за и, каким-то шестым чувством, понимала, когда можно его от-
        влечь, чтобы не вызвать раздражения.
        
        Славик мыл кисточки в ванной, когда вошла Нина и стала рас-
        сказывать последние новости. Художник слушал внимательно и сог-
        ласно кивал головой в нужном месте. Наконец, после рабочих новос-
        тей она добралась до подробностей скандала у Зайчиковых, расска-
        зала про деньги и все прочее. Здесь она от комментариев отказа-
        лась. Слава хмыкнул и переспросил про сумму, которую требует Зи-
        наида. Нина ответила. Он тщательно вытер кисточки тряпкой и, ни-
        чего не говоря, прошел в мастерскую, плотно закрыв за собой дверь.
        Тихонько затренькал параллельный телефон в прихожей. Ста-
        раясь не шуметь, Нина подошла к нему и, улучив момент, сняла
        трубку, прикрыв микрофон ладошкой.
        Ответил Зайчиков младший. Алексеев попросил его позвать па-
        пу. С минуту было тихо, затем трубку взял Костя. После привет-
        ствий и нескольких ничего не значащих фраз Вячеслав спросил,
        правда ли то, что у него проблемы. И не дожидаясь ответа продол-
        жил, что поможет ему найти эти пятьсот рублей. Двести у него есть
        своих, а остальные ему охотно дадут. Он знает где взять. А отда-
        вать Костя может и частями. Зайчиков поблагодарил за предложение
        и сказал, что деньги он уже достал. Славик удивился. Он знал, что
        Константин живет как все- от зарплаты до зарплаты. Но Костя сно-
        ва поблагодарил и ответил, что получил аванс за свою "девушку",
        которая поедет скоро на юг. А жене он скажет, что продал ее на
        пятьсот рублей дешевле. Правда, Москва накрылась. Но все это те-
        перь - ерунда.
        Они немного помолчали. Потом Алексеев разразился тирадой.
        Про то, что жизнь странная штука, да и все мы- чудаки. Что нет
        среди нас ни опереточных злодеев, ни бескрылых ангелов. Что пло-
        хое и хорошее намешано в нас поровну. Но почему-то плохое мы де-
        лаем сами себе и окружающим гораздо чаще и охотней, чем хорошее.
        Жизнь и так коротка, но мы усиленно сокращаем ее, пытаясь создать
        себе и окружающим больше трудностей и неудобств. Мы постоянно му-
        чаем друг друга. Мы постоянно мешаем спокойно жить друг другу и
        сами себе. А еще почему-то не можем спокойно видеть счастливого
        человека и предпочитаем ему несчастного, которого можно пожалеть
        и тем проявить свое псевдоблагородство. И что наша излишняя забо-
        та порой не столько помогает, сколько вредит...
        Костя в ответ вздохнул и заметил, что да, сложно все это.
        Они перебросились еще парой фраз, сказали друг другу "Пока" и по-
        ложили трубки.
        ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ
        ВЫБОР,
        ИЛИ
        КАК КОВАТЬ СЧАСТЬЕ СВОИМИ РУКАМИ
        (Июль 1987г.)
        
        
        ТУРБАЗА "ТАВРИЯ"
        
        I
        Жарким летом 1987 года Мишенька Бурлаков все-таки попал на
        Черное море. Это была его вторая попытка. Первая, как известно,
        закончилась для него неудачно и вместо курортного города Туапсе,
        судьба- индейка забросила его тогда на уборочную в колхоз в отда-
        ленном целинном районе. Однако, надо заметить, о той своей неуда-
        че Михаил никогда не жалел, поскольку приключения, пережитые им в
        деревне, пошли ему только на пользу. Но о пользе, которую дает
        труд на свежем воздухе в сельской местности, я уже рассказывал в
        первой истории нашего романа, а сейчас я хочу рассказать вам о
        том, как же удалось нашему герою переломить судьбу и добиться
        своего.
        В профкоме завода "Оргстекло", где Бурлаков работал уже вто-
        рой год, появились две путевки в Крым. Не надо, наверное, пояс-
        нять, что в Крым, да еще летом, хотят все. И, обычно, такие пу-
        тевки профкомовские работники распределяют келейно, и достаются
        они либо людям "нужными", либо, на худой конец, заслуженным. А на
        эти претендентов почему-то не было. Сначала Мишенька крайне уди-
        вился этому обстоятельству, но когда ознакомился с проспектом пу-
        тевок, то ему все стало ясно. Оказывается, путевка была не в са-
        наторий и не в дом отдыха, а туристическая. И, согласно ее распи-
        санию, преобретший ее гражданин сначала имел право прожить три
        дня в Симферополе, потом должен был совершить десятидневный пе-
        ший поход по Крымским горам до славного города Феодосии, где, в
        награду за труды и проявленное мужество, ему разрешалось в тече-
        ние недели совершать омовение в море.
        Естественно, что среди людей уважаемых, блатных и заслужен-
        ных было очень мало желающих таскать в собственный отпуск тяже-
        лый рюкзак. Точнее, их не было вовсе. Вот поэтому Мишенька Бур-
        лаков, добровольно выразивший охоту к такому проведению свободно-
        го времени, довольно легко получил одну из этих путевок.
        Программистки, работавшие вместе с ним, его решение одобри-
        ли. Они нахваливали фрукты, которые он там будет есть, и природу,
        которой он сможет там полюбоваться. Кроме того, говорили они,
        обычно в таких походах бывает много молодежи и ему, Михаилу, на-
        верняка, там будет весело. Близкий друг и товарищ Бурлакова- Ни-
        на Алексеева, лет пять назад ходившая по аналогичному крымскому
        маршруту, поделилась с ним воспоминаниями о своем походе и намек-
        нула, что обычно в подобных туристических группах бывает много не
        просто молодежи, а именно девчонок, и он сможет с кем-нибудь поз-
        накомиться.
        "Может, там судьбу свою встретишь"- привела она в заключе-
        ние веский аргумент, намекая на то, что в двадцать восемь прожи-
        тых лет, что имел за плечами Михаил, пора было бы и жениться. Вот
        так всегда. Не могут наши женщины равнодушно относится к тому,
        что молодой человек холост и независим. Обязательно они будут
        убеждать его в преимуществах семейной жизни. Хотя, если честно,
        Мишенька и сам уже подумывал об этом.
        Вторую путевку в Крым выкупил Вася Бергер- коллега Михаила.
        Они вместе работали в отделе АСУП и обслуживали одну вычислитель-
        ную машину. Василий и Миша не были уж очень большими друзьями,
        поскольку между ними была приличная разница в возрасте и в жизнен-
        ных интересах, но относились они друг к другу лояльно. Что не го-
        ворите, но в любом путешествии знакомый спутник не помеха.
        Добираться до Симферополя ребята решили по- разному. Ми-
        шенька достал билет на самолет, а Василий собрался ехать поездом
        через Украину, где намеревался посетить родственников.
        
        ТУ-154 на Симферополь вылетал рано утром. Мишеньке Бурлако-
        ву досталось место у иллюминатора. И сразу же судьба предложила
        ему возможность знакомства, поскольку рядом с ним села молодень-
        кая дамочка с ребенком. Дамочка была ничего, но она не вполне со-
        ответствовала вкусам нашего героя, поэтому, даже несмотря на
        трехчасовое совместное сидение и обычную аэрофлотовскую скуку, он
        не пытался с ней познакомиться или просто поговорить.
        Пацаненку ее было года три-четыре, и, опасавшийся за спокой-
        ный перелет, Бурлаков в душе поморщился, когда они сели рядом. Но
        мальчик вел себя относительно спокойно, и горестные ожидания Ми-
        хаила о неизбежности детского рева и капризов не оправдались. А
        когда они приземлялись в Симферополе, он даже посадил ребенка к
        себе на колени и дал ему возможность посмотреть на быстро прибли-
        жающуюся землю, чем заслужил благодарную улыбку его мамы.
        В Симферополе было тепло и солнечно, прямо как дома в Челя-
        бинске. Рядом с аэропортом располагалась автобусно-троллейбусная
        станция, откуда можно было попасть в любой уголок Крыма. Михаил,
        никуда не торопясь, изучил расписание и выяснил, с какой платфор-
        мы отправляется нужный ему транспорт.
        Троллейбус номер девять не спеша, минут за двадцать, довез
        его до железнодорожного вокзала, где следовало сделать пересадку.
        Там тоже оказалась большая автостанция с множеством платформ. И,
        спросив откуда отправляется нужная ему "единица", он лениво по-
        шел в указанном направлении. Скамейки на остановке были все заня-
        ты, и Михаил поставил свой багаж- спортивную сумку- на низкий по-
        доконник близстоящего здания. За стеклом он с удивлением увидел
        до боли знакомую картину: среди разложенных на полу помещения
        книг степенно расхаживали мужчины и женщины, внимательно разгля-
        дывая брошенное к ногам богатство.
        "Ну надо же, не иначе как это- книжный рынок!"- подумал Бур-
        лаков.- "Вот это повезло". Он обошел здание вокруг и нашел вход.
        В те далекие времена книжное собирательство было модным за-
        нятием. Хорошие книги были в дефиците, и за них платили весьма
        приличные деньги. Бурлаков принимал в этом бизнесе активное учас-
        тие, бесконечно меняя, покупая и перепродавая книги. Однако, на-
        до заметить, что книжным собирательством Михаил занимался не по
        причине моды и не с целью наживы. Он просто любил хорошие книги.
        любил их читать и, совсем не случайно, в кругу знакомых считался
        начитанным и весьма неглупым молодым человеком. Книги он любил
        почти также, как женщин, даже сильнее. Ведь, в отличии от пре-
        красного пола, книги были честнее и надежнее. Они никогда не из-
        меняли, не имели привычки обижать и не обижались сами. Они терпе-
        ливо пережидали разлуку с хозяином и всегда с радостью делились
        самым сокровенным- своим содержимым.
        У входа на книжный рынок стоял столик. За ним сидели мужчи-
        на лет под пятьдесят и женщина того же возраста.
        - Здравствуйте,- широко улыбаясь, обратился к ним Бурлаков.-
        Если я правильно понял, то здесь книги меняют?
        Дежурные подтвердили его предположение. Завязалась беседа и
        вскоре Мишенька выяснил все местные порядки. Особенно ему понра-
        вилось то, что всего за полтинник сюда пускали и иногородних кни-
        голюбов. Пятьдесят копеек не деньги, Бурлаков расстался с ними
        легко.
        На всех книжных барахолках своих распознавали по жаргону и
        поведению. Поскольку в те времена открытая продажа книг по рыноч-
        ной цене считалась спекуляцией и преследовалась заинтересованны-
        ми ведомствами, то наглый вопрос: "Сколько стоит книга?" отпуги-
        вал возможного продавца. Зная об этом, Мишенька, отыскав нужный
        томик, спрашивал:
        - Из какого расчета идет это издание?
        Хозяин, внимательно поглядев на него, отвечал:
        - Полтора. А что у вас есть?
        - Все мое осталось дома, за три тысячи километров отсюда,-
        пояснял Бурлаков.- Я никак не подозревал, что сразу нарвусь на
        такое интересное мероприятие. Но у меня есть казначейские билеты
        Госбанка СССР. На них написано, что они, якобы, принимаются и
        действуют по всей территории страны. Не хотите ли взглянуть. Я
        вам предлагаю один и два.
        Хозяин книги, подумав, говорит:
        - Меньше, чем один и три не могу.
        Мишенька согласно кивает и берет соседнюю книгу, листает ее
        с умным видом, вкладывая между страниц две купюры на сумму в три-
        надцать рублей. Затем кладет ее на место и забирает ту книгу, что
        его заинтересовала.
        - Хорошая книга, но эта лучше,- сообщает он хозяину, кото-
        рый внимательно наблюдал за его действиями.
        После этого покупатель и продавец расходятся и забывают друг
        о друге навсегда. Приобретя таким образом несколько томиков, Бур-
        лаков покинул книжный рынок. Он оставил на нем рублей пятьдесят,
        но в родном Челябинске такой набор литературы стоил, как минимум,
        вдвое дороже. Две книги, из приобретенных, он решил оставить се-
        бе, а остальные- реализует дома по рыночной цене, с целью покрыть
        свои финансовые издержки.
        Удовлетворенно подбив баланс, Михаил с легким сердцем отпра-
        вился на троллейбусную остановку.
        
        Турбаза "Таврия" представляла собой большой спальный корпус
        гостиничного типа с номерами на два и три места. Рядом находи-
        лись столовая, открытая эстрада, спортплощадка и какой-то летний
        павильон.
        В вестибюле гостиницы было прохладно. К окошку администра-
        тора стояла небольшая очередь. Бурлаков тоже постоял в ней и за-
        регистрировал свое прибытие. Ему дали заполнить какую-то анкету
        и, когда он с заполненым листком подошел к администратору во вто-
        рой раз, у окошка пытали какую-то рыжеволосую девицу.
        "С рыжими я еще не дружил"- подумал Михаил.
        Девушка, судя по всему, оказалась из Таллина. Наш герой, по-
        бывавший не так давно в этом славном городишке, заинтересованно
        спросил:
        - А вы там не в микрорайоне Ласнамяэ живете?
        Девушка косо посмотрела на него и сердито с прибалтийским
        акцентом ответила:
        - Нет.
        "Такая же, как все они в этой промозглой Эстонии,"- подумал
        Михаил.- "Не дружил с рыжими и, похоже, не буду."
        - Скажите,- обратился он в окошко.- Тут Бергер Василий еще
        не появлялся? Тоже из Челябинска.
        Тетенька, полистав журнал, сказала, что такой еще не регис-
        трировался.
        В комнате Михаил оказался один. Оба соседа отсутствовали, из
        трех кроватей ему досталась та, что у окна. Расположившись, он
        узнал распорядок дня и отправился погулять в центр города.
        В ближайшем киоске "Союзпечати" он купил карту Симферополя и
        внимательно ее изучил. Как всякий великий полководец, он сначала
        составил план покорения города, а потом принялся его выполнять.
        Столица Крыма ему не приглянулась. Видел он города и получ-
        ше, и поинтереснее. Побродив с час по узким, опаленным солнцем
        улочкам Симферополя, Михаил убедился, что воскресный день мест-
        ные жители соблюдают свято, словно верующие евреи субботу, и все
        магазины, кроме продуктовых, оказались закрыты. Подвергнуть го-
        род "ограблению" не удалось, Симферополь явно не хотел делиться с
        приезжим уральцем своими товарами.
        Вернувшись на турбазу к обеду, Бурлаков отправился в столо-
        вую, где сразу же увидел своего коллегу Бергера. Василий стоял в
        середине очереди, совсем близко к раздаче, и дружески беседовал с
        двумя незнакомыми юношами. Михаил конечно же сразу решил, что в
        таком случае совершенно не имеет смысла становиться в хвост длин-
        нющей очереди, и на правах старого знакомого он уверенно пристро-
        ился к этой троице.
        За то время, пока они вчетвером получали свои обеденные пор-
        ции, Михаил успел и перекинуться с Бергером несколькими приветст-
        венными фразами, и выяснить, что эти юные ребятки- соседи Василия
        по комнате. Знакомство с ними состоялось уже за столом.
        - Вы откуда, молодые люди, прибыли?- строго, но приветливо
        спросил Бурлаков.
        - Из Ростова-на-Дону,- охотно сознались парнишки.
        - А, Ростов-папа! Тогда я вас не понимаю,- стал удивляться
        Михаил.- У вас там свое Азовское море рядом. Теплое, мелкое. Что
        же вы сюда приехали? Климат у вас такой же.
        - Да не, у нас не так. Да и море не так близко,- не согласи-
        лись юноши.
        Из дальнейшей беседы выяснилось, что Андрей и Олег, так зва-
        ли молодых людей, сидят здесь уже два дня и завтра, наконец, от-
        правляются по тому же двадцать пятому маршруту, что предстояло
        одолеть и Михаилу с Васей. Ребятки были совсем молоденькими, оба
        учились в каком-то техникуме и впервые самостоятельно поехали от-
        дыхать так далеко от дома. Даже Василий, всего год назад демоби-
        лизовавшийся из армии, в его двадцать один год казался им опыт-
        ным и пожившим человеком, а уж бородатый, прятавший за черными
        очками свои глаза, Михаил и вовсе казался им солидным дядькой.
        За обедом было решено: не терять время попусту, а, пользу-
        ясь хорошей погодой, сходить куда-нибудь искупаться. Мишенька
        объявил, что при внимательном изучении карты города Симферополя
        он обнаружил на ней синее пятно, которое явно обозначало ка-
        кой-то водоем. Он уже изучил все подходы к нему и обещает, что
        без проблем доставит туда всю компанию.
        Быстро собравшись, они весело зашагали к троллейбусной оста-
        новке.
        
        - Если и дальше так пойдет, то будет то же, что и в Ашхаба-
        де,- скучно заметил Михаил.
        - А что было в Ашхабаде?- спросил Олег.
        - Да то же самое, что сейчас,- пояснил Бурлаков.- Ашхабад-
        это удивительный приятный город, но вот только водный вопрос его
        немножко портит. С одной стороны вода как бы есть, а с другой
        стороны- ею не попользуешься.
        Я как-то имел счастье там отдыхать. Представляете, конец
        сентября, жара под тридцать градусов, плавится асфальт под нога-
        ми, в центре города полно фонтанов, а вот искупаться там негде.
        Нет водоемов. Совсем нет. И только в одном месте через окрайну
        города проходит их знаменитый Кара-Кумский канал. Я это место то-
        же по карте города отыскал.
        И однажды мы своей молодежной компанией решили это место по-
        сетить. Добирались туда на маршрутном такси, ехали минут трид-
        цать. Нашли канал- не врет карта. Но вот окунуться в него так и
        не рискнули. Местные жители вовремя рассоветовали. Оказалось, что
        в этом месте, без ущерба для здоровья, только верблюды плещутся.
        - И что же люди, там совсем не купаются?- поинтересовался
        Андрей.
        - Почему же. У них ванны есть и водопровод. И даже горячая
        вода бывает, но только зимой. А ближайший пляж на том же канале
        километров за десять от города. И туда не так просто добраться,
        поскольку городской транспорт до него, почему-то, никак не дово-
        зит. Мы на этот пляж на такси ездили, а обратно на попутке. Вооб-
        ще-то, приезжих туристов туда спецавтобусом вывозят, но только
        один раз, вроде как на экскурсию. А если хочешь чаще купаться, то
        добирайся, как можешь.
        Там же мусульмане живут. Совсем другие люди. Им Аллах не
        разрешает пляжи посещать. Если мужиков еще можно встретить у во-
        ды, то женщин- никогда.
        Впрочем, в курортных местах, типа Фирюзы, есть бассейны в
        домах отдыха. Правда, и там нам не повезло. Приходим мы в один
        санаторий и спрашиваем у какого-то аборигена: "Дедуля, где тут у
        вас бассейн? Искупаться охота." Но тот в ответ у виска пальцем
        крутит и говорит, что у нас, видимо, в головах непорядок. Какой
        купаться, когда зима скоро. И это в конце сентября! Когда стол-
        бик термометра регулярно показывал двадцать пять градусов выше
        нуля. Но, как мы поняли, по их мнению это было, действительно,
        холодно. Их мужики-туркмены уже меховые шапки надели.
        Всеми этими воспоминаниями Мишенька Бурлаков делился со сво-
        ими спутниками во время движения их компании по берегу Симферо-
        польского водохранилища. Водоем, действительно, оказался там, где
        он был изображен на карте. И остановку, на которой надо было сой-
        ти с троллейбуса, путешественники выбрали правильно. Но только
        берег водохранилища был усеян не телами отдыхающих, а запрети-
        тельными транcпорантами. Они гласили, что водохранилище является
        источником питьевой воды города и поэтому купание, сброс мусора и
        рыбная ловля в нем запрещены. А тех, кто нарушит этот запрет,
        ждет суровое наказание.
        Вот и шли ребята подальше от трассы, высматривая место, где
        будет поменьше столбов с грозными надписями и получше берег.
        Минут через десять стали попадаться рыбаки. Затем, чуть по-
        дальше, купающиеся. Выбрав полянку, молодые люди разделись и по-
        лезли в воду. Поплескавшись, улеглись на покрывале и стали заго-
        рать. Чтобы не скучать, достали колоду карт и затеяли игру.
        Тут Мишеньку ждало новое разочарование: о карточных играх
        молодежь имела весьма смутное представление. Оно в основном огра-
        ничивалось дураком, пьяницей и очком. Не любивший примитивных
        игр, Бурлаков объяснил им правила игры в тысячу, на более слож-
        ное, типа преферанса, времени не было. Юноши играли азартно, хоть
        и неумело. Для них было откровением, что для игры в карты нужно
        еще и мозгами шевелить.
        Часа через два, окунувшись на прощание, собрались и поехали
        домой, на базу. Пришло время ужина.
        В комнате Михаил застал легкий раскардаш. Оказывается, его
        предыдущие соседи выехали сегодня, а новых пока никого не засели-
        ли. Он сообщил об этом Васе и убедил приятеля переселиться на ос-
        вободишееся место, объяснив ему, что его ростовские друганы завт-
        ра тоже съедут, и неизвестно, кого поселят вместо них, с кем при-
        дется жить трое суток. А так они будут вдвоем в одной комнате.
        Бергер, подумав, согласился, и они уладили этот вопрос у админис-
        тратора.
        - Вася, что мне нравится в этом заведении,- разглагольство-
        вал Михаил, отдыхая после купания в своем номере,- так это изоби-
        лие девушек. Здесь их, как минимум, по две или по три на мужика.
        Так что пользуйся моментом. Вот слышишь, милые переругивающиеся
        голоса. Похоже, за стеной у нас тоже девочки живут.
        Михаил вышел на балкон. На смежном балконе сидели две деви-
        цы и курили, остывая после разборки. Он поглядел на них и оценил
        как неплохих, в чем-то даже привлекательных, но с вредными при-
        вычками. Миша сразу решил, что среди них своей судьбы искать не
        будет. Девицы сразу умолкли и старательно делали вид, что не за-
        мечают появление молодого человека.
        Вскоре объявили по радио ужин. Миша с Васей пошли подкре-
        питься и тут, на пороге столовой, наш герой в первый раз поймал
        на себе заинтересованный взгляд.
        После приема пищи Василий ушел к ростовским друзьям, а Бур-
        лаков уселся в шезлонг на балконе. Минуты через две на смежный
        балкон вышли сразу три девицы. Но, поскольку шезлонгов у них бы-
        ло только два, одна из них обиженно удалилась.
        - У вас спичек нет,- спросила у Михаила та, что была повыше
        ростом.
        - Я не курю, девушки,- ответил Михаил, не думая никого уко-
        рять. Девицы принесли из комнаты спички и молча закурили.
        - Девушки, а вы по какому маршруту идете?- спросил Мишенька.
        - По двадцать пятому.
        - И я тоже. У вас какая группа?
        - Семьдесят седьмая.
        - Вы такие же несчастные, как и я. Оказывается, мы вместе
        пойдем по горам. И откуда вас сюда занесло?
        - Мы из Тамбова.
        - Даже так? Оказывается в Тамбове тоже кто-то живет. А я ду-
        мал, что это просто точка на географической карте.
        - Да у нас в Тамбове все, как в Париже, только крыши пониже
        и асфальт пожиже,- сообщила маленькая курносая девчонка.
        - Вам можно искренне позавидовать. Построите пару небоскре-
        бов, зальете улицы хорошим асфальтом, и гордые парижане будут
        развешивать на ваших улицах объявления с предложением поменять
        мансарду на Монмартре- на комнату в хрущевке, на окраине вашего
        славного города.
        Мне в этом отношении хуже, я из Челябинска,- представился
        Мишенька.- По профессии- инженер-электронщик. Лужу, паяю, ЭВМ по-
        чиняю.
        А интересно, девушки, что у вас там в Тамбове люди занимают-
        ся? Вы где работаете?
        - На хлебной ниве.
        - В сельском хозяйстве?- уточнил Михаил.
        Уж больно не похожи были его собеседницы на селянок.
        - Да нет, у нас там самые большие в стране элеваторы. Мы на
        хлебной базе работаем.
        Сигаретки у девушек догорели и они ушли. На балкон, вышла
        третья, молча подымила и тоже удалилась.
        Мишенька посидел еще минут десять на балконе, листая приоб-
        ретенные утром книги, и думая о том, что с соседками он уже по-
        знакомился, и что эти девочки и так никуда не денутся- десять
        дней вместе по горам идти, так что сейчас особых усилий в отноше-
        нии их предпринимать пока не надо.
        Решив для себя эту проблему, он решил прогуляться по турбазе.
        На спортплощадке несколько парней играли в футбол. Михаил
        сел на лавочку и стал на них смотреть. Здесь он опять заметил ее.
        Молоденькая, стройненькая девушка уже не впервый раз бросала на
        него любопытствующие взгляды. Сейчас она переоделась, и вместо
        белого платьишка, в котором она была в столовой, на ней были узе-
        нькие брючки и черная сетчатая майка, через которую виднелось ху-
        денькое девичье тело.
        "Она в самом деле мной интересуется, или мне это кажется?"-
        лениво думал Бурлаков.-"Смотрит на меня всю дорогу, разговари-
        вает с подругой неестественно громко, словно привлекает внимание.
        Все признаки налицо. Хотя, может я ошибаюсь...
        Молоденькая еще, непосредственная,- стал оценивать девчушку
        Михаил,- А года через два уже так себя вести не будет. Замате-
        реет, курить, чего доброго, и употреблять начнет. Будет как мои
        соседки по балкону.
        Вот и место возле нее освободилось. Пригласит или нет?"
        Девушка оглянулась на него, как бы показывая место рядом с
        собой и вроде даже двигаясь.
        "Подойти или нет?"- продолжил он размышления.-"Есть два но.
        Уж больно она молоденькая. Ей лет семнадцать, от силы восемнад-
        цать. Чуть не десять лет разницы. Для серьезных намерений она не
        подходит, а если для развлечений?.. Решаем так: если нам по пу-
        ти- один маршрут, то она все равно никуда не денется. Если нет,
        то нет и смысла связываться. Кто знает, успею я ее раскрутить
        или нет. А если успею, как бы потом еще за ее малолетство отве-
        чать не пришлось. А во-вторых, во-вторых, девочка моя, я-то один,
        а ты с подружкой, тоже малолеткой. Когда повзрослеешь, поймешь,
        что знакомиться лучше всего один на один или пара на пару. Одному
        к двоим несподручно подходить. Твоя подруга ничего не поймет и
        будет мешать. О! И место уже заняли."
        На место рядом с девушками сели какие-то парни. Но освободи-
        лась лавочка, на которой сидел Михаил. Девчушки о чем-то пошепта-
        лись и пересели на его скамейку. Но между ними и Бурлаковым тут
        же расселась компания молодежи. Судьба явно была против. Миша ре-
        шил быть фаталистом и ей не перечить.
        Надо сказать, что одним из любимых развлечений Михаила было
        глазеть на хорошеньких девушек. Приятно, вот так сидишь, разва-
        лясь на лавочке, закинув ногу на ногу. Отличная погода, хорошее
        настроение, а мимо тебя симпатичные девушки прогуливаются. Туда
        пройдут, сюда пройдут. Да еще одеты соответственно жаркой погоде
        и месту отдыха. Словно в дом моделей попал, на бесплатный показ.
        Интересно, кто из них его судьба, как ему обещала Нина. И тут Ми-
        шенькино внимание привлекла очень красивая, каштанововолосая де-
        вушка. Точнее она была не столько красива, сколько обаятельна и
        мила.
        "Вот если бы она меня провоцировала на знакомство,"- подумал
        Мишенька,- "Я бы давно в стойку встал." Но этой девушке провоци-
        ровать Михаила было без надобности. Она стояла с толстенькой под-
        ругой и молодым человеком, который рассказывал им что-то веселое,
        судя по их улыбкам. Да и по всему остальному видно было, что мо-
        лодой человек и его девушки познакомились не две минуты назад.
        В этот момент появился Вася. Мишенька перекинулся с ним па-
        рой фраз и пошел в номер, посмотрев в последний раз на девчонку,
        и взглядом как бы развел руками: не судьба, дескать.
        Быстро стемнело. На юге, как известно, темнеет намного
        раньше, чем в средней полосе. Михаил посидел еще на балконе, но
        заедали комары, и он лег спать.
        
        II
        Утром их разбудило гостиничное радио, приглашая обитателей
        турбазы на зарядку. Мишенька подумал, что он и так в отличной
        спортивной форме. Не далее как две недели назад их отдел АСУП
        сдавал нормы ГТО, и он, без особого труда, подтянулся на турнике
        десять раз. Так что приглашение он проигнорировал, но заснуть уже
        не смог. Вскоре, по тому же радио, их пригласили на завтрак и
        сообщили к тому же, какие группы и в какое время сегодня прово-
        дят организационный сбор. Их время было в десять в летнем па-
        вильоне.
        Позавтракав, Михаил лениво поднимался по лестнице на свой
        четвертый этаж. На лестничной площадке третьего он увидел шикар-
        ную девицу.
        Мишенька сам был жгучий брюнет и, естественно, ему всегда
        больше нравились блондинки. Черноволосые, впрочем, тоже могли
        претендовать на его внимание, но это должны были быть яркие кра-
        савицы. Девица была именно такой. Матовая кожа с естественным ру-
        мянцем на щеках оттенялась длинными темными волосами. Прекрасную
        фигуру с пышным бюстом не столько скрывал, сколько подчеркивал
        сарафан с, приятным взгляду, декольте.
        "Какая, однако, холеная и породистая ягодка. Какой подарок
        утомленному сердцу,"- подумал Бурлаков.- "Есть в этом мире спра-
        ведливость или нет? Почему бы в нашу группу двух или трех таких
        не заслать?"
        Ягодка, охранявшая чемоданы, поймала его взгляд и гордо от-
        вернулась.
        Михаил поднялся к себе. За стеной раздавались недовольные
        голоса. Бурлаков снял футболку и, пользуясь тем, что солнце све-
        тило прямо в окно, вышел на балкон позагорать. Через пару минут
        на соседнем появились возбужденные соседки с сигаретами в руках.
        - Коллеги по несчастью, что вы там никак не поделите?- спро-
        сил Мишенька у вчерашних собеседниц.
        - Вас сколько в комнате?- ответили ему вопросом на вопрос.
        - Двое
        - А коек?
        - Три.
        - А у нас наоборот,- сказала маленькая курносая.- Трое чело-
        век и две кровати.
        - А как же вы спите?- искренне удивился Михаил.- По очереди?
        В две смены?
        - Нам еще раскладушку дали.
        - А-а-а. C'est la vie,- объявил Мишенька, изучавший в школе
        и институте французский язык.- Кому как везет. Вот мы с Васей
        могли бы взять на постой одинокую девушку, но нам почему-то ее не
        присылают.
        - Зато нам присылают. Наша соседка еще не выехала, а тут уже
        одна приперлась: "Здравствуйте, я- ваша тетя. Я буду у вас жить."
        Пришлось ее послать.
        - Куда?- полюбопытничал Михаил.
        - Куда, куда. К администратору.
        - Через полчаса наша группа собирается,- напомнил он девуш-
        кам, когда они накурились.
        
        В десять они неуверенно скучковались в павильоне. Помещение
        было пустынным. Только вдоль стен стоял ряд стульев. Пришла ка-
        кая-то тетенька средних лет и предложила сесть. Группа заняла
        места. Справа от Михаила сел Вася, слева расположился рыжеборо-
        дый, с небольшими залысинами парень. А вообще, женского пола бы-
        ло явно больше: человек двенадцать.
        В их числе Миша увидел и тамбовских девушек. Как выяснилось,
        их звали Инна и Галя. Кроме них внимание Бурлакова привлекли две
        интересные, но высокие, девицы из Челябинска: Лариса и Елена.
        Среди хорошеньких он отметил и еще одну девушку, которую ее под-
        руги именовали Ольгой. Также имелось несколько дам зрелого воз-
        раста, но на них его взгляд не остановился- не за что было заце-
        питься. А самое главное, в павильоне присутствовала вчерашняя
        каштанововолосая красавица с толстенькой подругой. Но увы, рядом
        с этими девушками сидел и их вчераший собеседник- молодой чело-
        век среднего роста, который опять говорил им что-то веселое. Этот
        парень был четвертым и последним мужиком в группе.
        - Однако. Поднавалило бабья,- заметил рыжебородый сосед сле-
        ва.- Придется, чего доброго, за них груз таскать.
        Мишенька поддакнул и между ними возник разговор, переросший
        в знакомство. Соседа слева звали Вадимом Дюковым, он был ровесни-
        ком Михаила и, вроде как тоже не обременен семьей. Мало того, он
        оказался земляком, челябинцем. Окончил политехнический несколько
        лет назад и работал сейчас на ЧТЗ мастером в литейном цехе. Это
        дома они жили далеко друг от друга, в разных концах города. А
        после того, как ты отмахал три тысячи километров, парень из твое-
        го города, учившийся с тобой в одном институте, одногодок воспри-
        нимается почти как родственник. Поэтому не удивительно, что Ва-
        дим и Михаил впоследствии подружились.
        Тетенька проверила по списку присутствующих, сказала о ту-
        ристических традициях, о том кого надо выбрать, что приготовить и
        что иметь. О том, что инструктор группы сегодня занят, а завтра
        должен прийти.
        Старостой, за солидный вид, выбрали Вадима. Красивую кашта-
        нововолосую Татьяну Сколченкову назначили кем-то вроде завхоза.
        Юрий, ее приятель, вызвался быть ей помощником. Симпатичную
        Ольгу, имевшую соответствующее образование, назначили медсестрой
        группы.
        Собрание длилось с полчаса, после чего разошлись.
        Этот день- понедельник- Михаил хотел посвятить "разграбле-
        нию" города. Но город, знававший людей и посерьезней, отчаянно
        сопротивлялся. Пройдя по центральным улицам и прошерстив все на-
        меченные накануне магазины, Мишенька убедился, что потратить
        здесь деньги и купить что-то интересное было весьма затруднитель-
        но. Так, не солоно хлебавши, он и вернулся на турбазу обедать.
        Перед обедом по внутреннему радио сообщили, что сегодня ве-
        чером в помещении столовой состоится дискотека. Билет стоит три
        рубля. Вася с Мишей решили ее посетить. Бергер, как более моло-
        дой, помчался за билетами, а Бурлаков пошел занимать очередь на
        раздачу. И на крылечке столовой, в очереди, человек за десять до
        него, Мишенька опять увидел холеную красавицу-брюнетку. Он даже
        встретился с ней взглядом и сразу понял, по мелькнувшему на ее
        лице выражению, что она его признала. Но тут к нему подошел Ва-
        дим, и они стали обсуждать свои дела.
        После обеда Мишенька пошел в гости к Татьяне Сколченковой
        договариваться о своем участии в издании стенгазеты, которую
        группа должна была выпустить перед выходом в поход. Жила Татьяна
        на третьем этаже, и в коридоре, неподалеку от ее двери, вот судь-
        ба, Михаил в третий раз за этот день повстречал черноволосую кра-
        савицу. Она даже улыбнулась, увидев его, а Бурлаков подумал:
        "Она, чего доброго, подумает, что я ее преследую. А это от-
        нюдь не мой метод. Хотя, подружиться с ней было бы неплохо. Что
        за прелесть эта девочка! Вот от такой судьбы было бы грех отказы-
        ваться."
        Красавица скрылась за дверью, а Мишенька нашел нужный номер
        и постучал. Никто не ответил. Он нажал на ручку и открыл дверь.
        - Кто там?- раздался голос из глубины.
        - Свои,- сознался молодой человек.
        - Юра, я сейчас.
        Мишенька вошел в комнату.
        Татьяна была в халате и с чалмой на голове.
        - Ой, Миша, а я думала, что это Юрик. Он должен зайти,- ска-
        зала Татьяна, запахивая поплотнее полы.- А мы тут головы моем.
        "Везет же неким Юрикам. Им такие девушки попадаются, а мне
        нет. И у них, похоже, давние отношения, если он приходит, когда
        захочет,"- подумал Михаил.
        Но разговор завел про газету. Все вопросы они разрешили: он
        обещал тискануть туда вирши, а Татьяна сказала, что разрисованный
        лист он получит завтра утром.
        До вечера надо было что-то делать. Но что? Мишенька вернул-
        ся к себе в номер и, сидя на кровати, увлеченный своими мыслями,
        машинально стал жонглировать ключом от комнаты, подбрасывая его и
        ловя. Надо прямо сказать, что циркача из Бурлакова не получилось
        бы сроду, поскольку уже третья попытка была неудачной- подброшен-
        ный ключ звонко упал не на ладонь, а на пол. Михаил склонился за
        ним и машинально заглянул под кровать, после чего сразу забыл о
        ключе. В дальнем углу, за ножкой его кровати стоял какой-то со-
        суд весьма интересной формы. Бурлаков не поленился встать на чет-
        вереньки и извлечь его на белый свет.
        Осмотр показал, что это была не лампа Алладина, а лишь бу-
        тылка из-под коньяка. О чем свидетельствовала и этикетка. На ней
        было нарисована какая-то гора и крупными буквами написано
        "Ай-Петри". Но самое любопытное было то, что бутылка была наполо-
        вину полна, или, если так удобней и понятней, пуста наполовину. В
        эпоху, когда вся страна была занята борьбой за трезвый образ жиз-
        ни, а спиртные напитки еще не додумались фальсифицировать, такие
        находки были редкостью. Кто здесь оставил пузырь столь драгоцен-
        ного напитка и почему, было непонятно. Да и, если честно, это ма-
        ло занимало Бурлакова. Он вдруг вспомнил:
        "А оттуда вылезло что-то непотребное,
        То ли сам Зеленый Змий, то ли крокодил."
        Миша смело откупорил бутылку и понюхал. Пахло коньяком. Он
        мысленно перекрестился и попробовал на язык. Натурально, коньяк!
        Ну вот, теперь и на дискотеку идти можно будет. А то поблизости
        ни одного винного магазина нет. А из центра привезти спиртного он
        не догадался. Откуда ему было знать, что именно сегодня будет ди-
        скотека. Но пить одному было неинтересно, и он решил подождать
        Васю. Но Бергер куда-то исчез. И, чтобы не соблазниться, Михаил
        вышел на улицу.
        На открытой эстраде шло представление.
        Туризм был поставлен в Крыму на поток. Каждый день на турба-
        зу "Таврия" прибывали новички. Из них, согласно путевкам, форми-
        ровали группы и, по прошествии двух-трех дней, отправляли разны-
        ми путями на побережье. Маршруты были или пешеходные, как у Ми-
        хаила с Васей, когда приходилось тащить на горбу рюкзак и утруж-
        дать ноги, или автобусные, когда тебя вместе с чемоданами в "Ика-
        русе" доставляли в курортные города. Туристов отправляли каждый
        день. Те группы, которым предстоял пеший поход, по каким-то, яко-
        бы туристским, традициям давали концерт для тех, кто еще оставал-
        ся. Бурлаковская группа должна была выступать завтра, а сегодня
        пели и плясали те, кто уходил на день раньше, и кого они будут
        всю дорогу преследовать. Концерт был, естественно, так себе. Что
        можно было ожидать от случайно собравшихся людей. Но Мишенька все
        же позавидовал им: они свое отыграли, а ему с товарищами эта мо-
        рока еще предстоит завтра.
        Потом он увидел автобусы, в которые рассаживались автотурис-
        ты. В тот, на котором была табличка "Севастополь" поднялись эс-
        тонка с рыжей копной волос и юная девушка, что разглядывала его
        вчера. Девчушка его не заметила, а эстонка поглядела так, как-
        будто знала про него что-то нехорошее или ожидала от Михаила ка-
        кой-нибудь гадости.
        "Ну вот, еще одна страница мной закрыта.
        Пройдет два дня, и будет все забыто.
        За что, интересно, эта рыжая меня так невзлюбила?"- подумал
        Мишенька.
        - А я Олега с Андреем проводил,- отвлек его от грустных мыс-
        лей Василий.- Этих-то в автобусе, а парней в грузовике в будке
        повезли,- добавил он.
        - Васек, ты потных женщин любишь?
        Бергер анекдот знал и только улыбнулся.
        - А водку теплую пьешь?
        - Не люблю.
        - А коньяк?
        Вася недоуменно пожал плечами.
        - А то я тут нашел кое-что. Пузырь коньяка под своей кро-
        ватью. Представляешь, как тут уборку в комнатах производят. Я
        здесь уже второй день, а его никто до меня не заметил. Для сугре-
        ву и настроения перед дискотекой принять не желаешь?
        - Нет, неохота. Жарко.
        - Ну смотри. Пойду тогда Вадима искать.
        Вадима он нашел только после ужина, и они вместе оценили
        достоинства и недостатки коньяка "Ай-Петри". Достоинств они наш-
        ли больше, все же он был марочный. У Вадима тоже кое-что нашлось.
        Они попробовали и его водку. Потом Мишенька засобирался на диско-
        теку, а повеселевший Дюков пообещал тоже купить билет на танцы и
        прибыть туда позднее.
        
        - Вася, где наши билеты?- спросил Бурлаков, заходя в помеще-
        ние столовой.
        Бергер порылся в кармане джинсов и ответил:
        - У нас седьмой столик, места первое и третье.
        В помещении было полутемно. Там, где была раздача, сидел
        диск-жокей и что-то вещал. Перед ним был пятачок для танцев и да-
        лее по залу были расставлены столики на четверых. На каждом стоя-
        ло по вазе с фруктами и конфетами. В стране была развязана ан-
        тиалкогольная кампания, и из напитков предлагались только мине-
        ралка и газировка. Их столик был крайним в первом ряду. За столи-
        ком сидели две девушки.
        - Это седьмой столик?- спросил Василий.
        Девушки обернулись...
        Мишенька, после выпитого с Вадимом, был очень даже негрус-
        тный, но он почувствовал, как в груди что-то поднялось и снова
        опустилось. Одна девушка была миловидная блондинка лет двадцати
        восьми, а вторая... Вторая была, естественно, та самая красивая
        брюнетка, с которой он весь день встречался в коридорах и очере-
        дях.
        "Смешнее не придумаешь. Если бы я специально искал этой
        встречи, то ни за что на свете не попал бы с ней за один столик.
        Это только такой простой парень, как Вася, может вытянуть для ме-
        ня счастливый билет. Кстати, надо завтра дать ему тридцать ко-
        пеек и попросить купить для меня лотерейку. Наверняка что-нибудь
        выиграю! Если не машину, то уж приличный цветной телевизор,"- по-
        думал Мишенька, занимая одно из свободных мест.
        Брюнетка, заметив Бурлакова, улыбнулась удивленно, как зна-
        комому, которого она никак не ожидала встретить здесь.
        А блондинка отметила про себя:
        "А этих парней я сегодня видела. Когда мы с Татьяной обедали,
        они сидели вон за тем столом. Этот- постарше, с бородкой, листал
        газету... Дурная привычка, между прочим,- читать во время еды га-
        зету. А второй, высокий- ничего, но уж очень молоденький. С ними
        за столом еще один с рыжей бородой был. А вот, кстати, и он"
        В зале появился Вадим. Он, после расставания с Михаилом, ви-
        димо, еще добавил и был заметно пьян, но вел себя спокойно и вос-
        питанно. Помахав ручкой Мише и Васе, Вадик сел за свой стол.
        "Да, немножко не то,"- продолжила размышления блондинка.
        За столом возникла напряженная атмосфера. И если бы не зву-
        чавшая музыка, то все четверо почувствовали бы неловкость. Ми-
        шенька понял, девушки первыми не заговорят. На Бергера надежд то-
        же было мало- он не отличался ораторским дарованием.
        "Придется самому. Надо сказать что-то такое, чего они никак
        не ожидают,"- решил он.
        - Девушки, давайте будем считать, что в трудной борьбе вы
        победили,- собщил Бурлаков своим соседкам по столу и тут же был
        вознагражден двойным вниманием.
        - Я так понял, что мы тут играем в молчанку,- продолжал
        красноречивый наш герой.- И я вынужден признать свое поражение и
        вашу победу. Я так долго молчать не могу.
        Брюнетка улыбнулась поощрительно, а блондинка перестала су-
        рово морщиться.
        - Давайте знакомиться, уж если мы попали за один стол. Меня
        зовут Михаил, а это- Василий. Кстати, Вася, поухаживай за дамами,
        открой газировку, а то у них, наверное, в горле пересохло.
        Мы, девушки, приехали сюда из Челябинска, а вы откуда прибы-
        ли в солнечный Крым?
        "Надо побольше их спрашивать, чтобы беседа не затухала,"-
        решил Бурлаков.
        - Мы из Калуги.- ответила красавица.
        - Чего только не узнаешь в отпуске. Вчера я видел живых
        представителей Тамбова. Сегодня узнаю, что и в Калуге кто-то жи-
        вет. Я не спрашиваю, как живется в славном городе Калуге- жизнь в
        Советском союзе замечательная, как говорится в одном анекдоте.
        Примерно, как сегодняшний вечер. Но я бы хотел знать, какие име-
        на дают красивым девушкам в этом удивительном городе?
        Девушки поняли его речь правильно и представились. Красави-
        цу-брюнетку звали Алисой, а блондинку- Людмилой.
        "Ну вот, полдела сделано,- мысленно похвалил себя Бурлаков.-
        "Теперь сделать правильный выбор и, может, я не зря сюда, в Крым
        приехал."
        - Девушки, тут, вообще-то, музыка звучит, давайте танце-
        вать,- предложил он, когда зазвучало что-то медленное.
        Первой он пригласил Людмилу.
        "Рост у нее подходящий. Вид приятный, беленькая. Симпатич-
        ная. Пахнет хорошо. Возраст? Наверное, мне ровесница, или чуть
        старше. Значит неглупая, и опыт жизненный кое-какой, наверняка,
        есть. Это, можно считать,- достоинства. Недостатки? Уж больно она
        серьезная. Как учительница. Надо будет попробовать ее расшеве-
        лить."
        Во время танца, в отличии от многих других молодых людей,
        Мишенька разговаривать не любил. Это отвлекало. По тому, как де-
        вушка танцует, про нее можно было много узнать.
        "Девушка скромная, ручки-то как положила, чтобы не прижи-
        маться. Спина не деревянная. Послушная, идет туда, куда веду. В
        глаза не смотрит, но и на посторонних не отвлекается."
        Оценив Людмилу, он перекинулся с ней парой фраз.
        "Голосок, как колокольчик,"- подумал он, подводя ее к столу.
        Потом был быстрый танец, а на следующий медленный он пригла-
        сил уже Алису.
        "Да, конфетка что надо. Повезет же кому-то. Рост в обрез.
        Если она встанет на шпильки, она со мной уже никуда не пойдет.
        Красивая какая. В танце послушная. Не робкая, грудка потрясная, и
        прижиматься не боится. Возраст? От девятнадцати до двадцати двух.
        Веселая, болтать во время танца любит. В голове, похоже, ветер.
        Ветер любви и романов. В глаза смотрит, но я в ее очах ничего
        кроме любопытства не вижу. Что у нее на уме, не поймешь. Обра-
        тить ее внимание на себя и увлечь, пожалуй, можно, только надо
        будет постараться. Но мой гигантский опыт подсказывает, что удер-
        жать ее мне не удастся. Как только появится на горизонте кто-то
        повыше и посимпатичней, сразу в отставку. Ей на мой интеллект
        наплевать, у нее весьма простые потребности. Ей, наверняка, важ-
        на форма, а не содержание. Жалко, конечно."
        Вечер, тем не менее, продолжался. Они пили воду, ели яблоки
        и танцевали. Из разговоров быстро выяснилось, что девушки пойдут
        по их же маршруту в Феодосию, но только днем позже. Это крайне
        устроило Михаила. Значит дружба не ограничивалась только сегод-
        няшним вечером. Тогда он и сделал окончательный выбор. Если бы у
        него был только один день, он бы попытался пристать к Алисе. Но
        для многодневного общения больше подходила Людмила. Решив такой
        важный для себя вопрос, он успокоился и сделал так, что Вася,
        после окончания дискотеки, должен был провожать красавицу брюнет-
        ку, а он сам- блондинку.
        Вечер был теплый, и, если бы не кровожадные комары, то и же-
        лать лучшего, было бы грешно. Идти в номер не хотелось, девушки
        жили в разных комнатах и в гости не приглашали. Мишенька предло-
        жил посидеть на лавочке. Людмила согласилась, а Алиса увлекла Ва-
        силия в темноту.
        Люда и Михаил сидели на лавочке и вели непринужденный и не-
        обязательный разговор. Сначала Бурлаков рассказал кое-что про се-
        бя, затем стал выпытывать анкетные данные девушки. Фамилия ее бы-
        ла Сергиенко, работала она фармацевтом в аптеке. Поскольку здоро-
        вье у Мишеньки было отменное и среди родственников серьезно боль-
        ных не было, он к ее специальности отнесся спокойно, без ажиота-
        жа, но про себя решил, что его новая знакомая, наверняка, изряд-
        ная чистюля и задумался, захочет ли она знаться с таким простым и
        непосредственным парнем, как он. Но долго о таких вещах он ду-
        мать не любил, а просто попытался взять ее за руку. Был у него
        такой испытанный метод определять отношение девушек к себе. Руку
        Людмила не вырывала, но и лежала она в его ладонях безвольно,
        равнодушно. Мишенька намотал это себе на ус и наметил план пове-
        дения на будущее.
        Тут появились Василий и Алиса. Уж очень сообразительный Бур-
        лаков уловил исходящие от красавицы флюиды и, несмотря на то, что
        она улыбалась, он понял, что девушка крайне недовольна его сослу-
        живцем.
        "Ну ты, Вася, и чудак,"- мысленно выругался он по адресу
        младшего товарища.- "Я тебе такую девушку доверил, а ты ушами
        хлопаешь, челябинских мужиков позоришь. Чай с ней целоваться, да
        тискаться надо было... Даром, что ли она тебя по темным закоул-
        кам водила. А ты, поди, разговоры разговаривал или даже молчал.
        Одно слово- Вася!"
        Мишенька на секунду подумал, не сделать ли резкую рокировку
        и обменяться девушками, но решил не рисковать. У Алисы ветер в
        голове, и завтра она запросто про него забудет. Люда хоть и не
        такая горячая, но все еще может быть. Еще немало шансов на весьма
        прочную дружбу. А может и любовь. Таким образом, Бурлаков оконча-
        тельно предпочел журавлю в небе скромную синицу в руках.
        Они посидели еще минут пятнадцать, болтая обо всем, после
        чего молодые люди проводили девушек по номерам.
        
        III
        Третий день в Симферополе начался, как и предыдущий, с гром-
        ких призывов по радио выйти на улицу и сделать зарядку. Василий и
        Михаил встали, но призывы проигнорировали и на улицу не пошли.
        Завершив утренние процедуры, они дождались команды на завтрак и
        отправились в столовую. Чтобы вчерашняя знакомая о нем не забыла
        и поверила в серьезность его намерений, Мишенька зашел за Людми-
        лой и пригласил ее пойти на завтрак вместе. Но девушка была еще
        не готова, и ему пришлось довольствоваться обществом Васи.
        После завтрака у них оказалась масса дел. Во-первых, сос-
        тоялся учебный поход. Собрали почти всю их 77-ю группу, и они
        познакомились со своим инструктором- Виталием Иванюком. Виталя
        оказался здоровенным малым, чуть не под два метра ростом, с кра-
        сивыми белокурыми волосами. Мишенька подумал, что такому парню и
        рот для разговоров открывать не надо, девки, поди, сами вешаются
        на шею.
        Иванюк ознакомился с составом группы и повел их на штурм го-
        ры, у подножия которой располагалась турбаза "Таврия". Через де-
        сять минут после начала похода Мишенька понял, что для путешест-
        вия нужно купить какие-нибудь кроссовки, а так все шло нормально.
        Группа поднялась на горку, и оказалось, что там, на верхоту-
        ре, когда-то располагался древний город Неаполь-скифский. И в до-
        казательство этого им показали несколько уложенных в круг гладких
        камней, которые должны были изображать капище древнего храма. Не-
        подалеку от капища находились частные дома. Но не древних скифов,
        а обычных симферопольцев. Из одного из дворов появилась старушка
        и, поглядев из под руки на туристов, подошла к ним и предложила
        попить козьего молочка. Народ замялся, и смелых нашлось только
        двое: Вадим и Михаил. Молочко по двадцать копеек за стакан им
        понравилось. А в ответ на реплику Ларисы о том, что бабуля вряд
        ли соблюдает санитарные нормы, Михаил рассказал о своем путешес-
        твии по Средней Азии.
        - Ларочка, тебе бы в Ташкенте побывать. Вот где народная
        антисанитария. Гулял я там со своими знакомыми девушками по цен-
        тральному рынку, и решили мы перекусить. Нашли забегаловку почи-
        ще и заказали какое-то местное блюдо. Зная их традиции, я и гово-
        рю девушкам: "А теперь, боевые подруги, самый главный аттракцион.
        Обратите внимание, как повар вам будет пищу накладывать." Смот-
        рят мои красавицы и видно, как у них с лица хорошее настроение
        сползает. Надо пояснить, что все, что не жидкое, там бросают в
        тарелку руками. А, за минуту до этого, девушки самолично наблюда-
        ли, как повар этой же рукой держал сигаретку. Рук он после куре-
        ния, естественно, не мыл. Правда, накладывают там порции от пуза.
        И едят, обычно, одно какое-то блюдо, во втором нужды уже не бы-
        вает. Поморщились девушки, но голод- не тетка, поели. А вот пить
        на улице ну никак не хотели. Стоит там какой-нибудь джигит и тор-
        гует напитками. У него всего пара стаканов, и после клиентов он
        просто полощет их в ведре с водой, которую меняет, Аллах знает
        когда. Хорошо, что там иногда автоматы с газировкой попадались...
        И ничего, живут люди. И не скажи им ничего, у них традиции
        такие. А ты здесь брезгуешь.
        Во время похода Виталий сфотографировал группу несколько раз
        в разных ракурсах.
        После того, как они вернулись с экскурсии, Мишенька получил
        у Сколченковой стенгазету, на которой были изображены горы неви-
        данной высоты и группка человечков, вытянутая в цепочку. Он поси-
        дел с час и высосал из пальца полтора десятка рифмованных строк.
        Газета получилась на уровне, не хуже, чем у других.
        После обеда группа семьдесят семь выступала с концертом. С
        помощью массовика-затейника им удалось изобразить несколько игро-
        песенных номеров. На концерте, среди зрителей Михаил видел Людми-
        лу, но поговорить с девушкой не удалось, так как она после пред-
        ставления куда-то исчезла. И тогда остаток времени до ужина Миша
        посвятил поискам в городских магазинах кроссовок.
        
        А в это время Людмила ехала в троллейбусе-экспрессе, и этот
        быстрый и экологически чистый транспорт вез ее в Ялту. Она испы-
        тывала определенный дискомфорт. Что-то не устраивало ее во вче-
        рашнем знакомстве, и, не отдавая себе отчета, Люда просто сбежа-
        ла от возможной новой встречи. Это довольно обычное заблуждение,
        что можно просто купить билет куда-то далеко-далеко, и так сбе-
        жать от своей судьбы. Но, если честно, кто из нас хотя бы раз не
        давал себе слово начать с понедельника новую жизнь, или ни разу
        не пытался убежать от самого себя?
        В Ялту она поехала не одна, а на пару с Верой Никитской-
        своей новой соседкой по комнате, только сегодня приехавшей на от-
        дых из Тулы. Вообще-то, Люда сначала звала с собой Алису, но эта
        ветренная девчонка нашла себе уже какого-то нового кавалера и
        сразу после обеда отправилась с ним куда-то загорать. Так что
        пришлось приглашать в поездку соседку Веру. К счастью, выбор по-
        путчицы оказался удачным: Никитская оказалась девушкой серьезной,
        в отличии от Алисы, и, в то же время, жизнерадостной, да и по
        возрасту она больше подходила Людмиле в напарницы. Уже через час
        после знакомства они стали понимать друг друга с полуслова.
        Дорога до Ялты заняла немало времени. Девушки не поехали до
        конечной остановки, а сошли на набережной. Прямо перед ними плес-
        калось синее море, за спиной шумел курортный город, над их голо-
        вами большими опахалами качались пальмы, и везде цвели цветы- это
        был совсем другой мир!
        Купаться в море девушки не стали, а просто погуляли по набе-
        режной. И нагуляли аппетит. А поскольку вернуться в Симферополь к
        ужину они явно не успевали, то решили зайти в какое-нибудь кафе и
        перекусить. Благо здесь их было немало.
        В третьем по счету очередь была значительно короче, чем в
        двух предыдущих, и наши путешественницы встали в нее. Перед ними
        стояла мамаша с двумя детьми лет пяти-шести, а сзади заняли оче-
        редь двое молодых людей. Людмила и Вера на парней внимания не об-
        ратили, зато молодые люди явно заметили девушек. Один из них был
        симпатичный брюнет среднего роста, второй- высокий блондин с бе-
        лесыми бровями. Оба они были в спортивных штанах и спортивных
        майках. Блондин держал в руках пустую трехлитровую банку.
        - А здесь очередь значительно короче и девушки симпатичней,-
        достаточно громко сказал брюнет.
        Девушки гордо не отреагировали, как будто речь шла не о них.
        Зато мамаша обернулась.
        Молодые люди выдержали паузу и брюнет сказал:
        - Сегодня на редкость жаркий день, правда, Костя? Всех жаж-
        да мучит. Даже таких воздушных девушек.
        Костя буркнул в ответ что-то согласное.
        - А интересно, какие напитки пьют такие интересные девушки,-
        продолжал террор брюнет.
        - Вера пойдем,- потянула за руку подругу Людмила.
        "Стоило убегать от того, чтобы приставали эти. Они не чуть
        не лучше,"- подумала она.
        Девушки вышли на улицу и нашли другую забегаловку.
        Они взяли себе по салатику и по стакану сока. И едва распо-
        ложились за столиками, как в дверях кафе показались молодые люди,
        с которыми они так недавно расстались. Только теперь в банке у
        них плескалось пиво.
        - Вот здесь свободные места, Костя. Ты займи очередь, а я
        места постерегу,- сказал настырный брюнет.
        Он уселся напротив Веры и стал пристально на нее смотреть.
        Девушка недовольно взглянула на банку, поставленную на стол, и
        молодой человек, уловив ее недовольство, убрал пиво со стола.
        Вернулся блондин- Костя, неся пару стаканов и бутылку гази-
        ровки.
        - Игорь, а здесь ничего такого нет.
        - Даже шампанского?
        - Нету.
        - Ну вот, а я так хотел угостить девушек хорошим вином, от-
        метить нашу вторую встречу.
        - Мы не пьем вина- раз, с незнакомыми- два, а пива- тем бо-
        лее. Это три,- ответила Вера.
        Молодой человек отнюдь не огорчился, а даже обрадовался,
        поскольку девушки перестали молчать и стали подавать реплики.
        Диалог вести проще, чем монолог.
        - Ну и отлично, мы с Костей тоже за трезвый образ жизни,
        его, кстати, Константином зовут, а меня Игорем,- представился
        брюнет.- А вас, как я понял, Вера. А у подруги вашей тоже краси-
        вое имя?
        - Да, ее зовут Людмила.
        - Чудесно. Костя ее зовут Людочка,- определил Игорь приори-
        теты.- А вы где живете девушки, в каком санатории? Или в доме от-
        дыха?
        - В "Таврии"- ехидно ответила Люда.
        - Это где такой,- задумался и наморщил лоб Игорь.
        - В Симферополе,- меланхолично подсказал Константин.- Турба-
        за такая.
        - А ты откуда знаешь?- удивился брюнет.- Мы ведь в Симферо-
        поле только с самолета слезли и нигде не были?
        - В путеводителе по Крыму написано. Читал,- лениво объяснил
        здоровяк.
        - Во, память у человека. Ходячий справочник.
        Так вы, девушки, не ялтинские? Жаль. Мы, правда, тоже приез-
        жие. Здесь все приезжие...
        Но развит эту тему Игорь не успел.
        - Спасибо, мальчики, за беседу,- прервала его Никитская,- но
        нам, пожалуй, пора.
        Вера с Людой встали и пошли к выходу.
        - Девушки, куда же вы?- почти жалобно произнес Игорь.
        - В страну сказок, где живут принцессы,- ответила, не обора-
        чиваясь, Вера.
        
        На "Поляне сказок", куда направились девушки, была выставка
        деревянных скульптур. Имелись тут древнерусские витязи в шлемах
        с серьезными бородато-усатыми лицами, разные животные, красавицы
        с длинными косами и много других персонажей отечественных сказок.
        - Костя, ну ты гений. Ты, как всегда, прав. Если бы не ты, и
        твоя буйная фантазия, мы бы ни за что на свете не увидели такой
        оригинальной композиции: "Три царевны Несмеяны любуются друг на
        друга,"- послышалось у них за спиной.- Одна деревянная, а две жи-
        вые, но очень грустные и серьезные.
        Это, конечно, был Игорь со своим молчаливым другом.
        - Это не Несмеяна, а Василиса- премудрая,- возразила Людмила.
        - Интересно, а если бы мы разглядывали Бабу-ягу, то как бы
        он назвал такую композицию?- спросила Вера не обращаясь ни к ко-
        му конкретно, но достаточно громко, чтобы парням было слышно.
        - Девушки, ну что вы на нас сердитесь. Мы вовсе не такие уж
        плохие, как может показаться с первого взгляда,- сказал Игорь.
        Тут девушки впервые улыбнулись.
        - Мы и не считаем, что вы плохие, просто...
        Вера задумалась, подбирая слова.
        - Что просто? У вас есть мужья или женихи, и вы обещали им
        хранить верность?
        - Никому мы ничего не обещали, просто вырвались на несколько
        часов в Ялту и, честно говоря, хочется что-то увидеть. А молодых
        людей много на каждом километре. Я, лично, в Ялте вперые и мне
        все здесь интересно. Людмила, правда, уже была, но давно.
        После такого заявления дружба могла и не состояться. Но мо-
        лодые люди оказались необидчивы.
        - Девушки, ну давайте договоримся так, мы вам не мешаем лю-
        боваться видами курортного города, а вы нас больше не бросаете.
        Да и, вдобавок, наше присутствие будет гарантией, что к вам не
        будут приставать другие молодые люди, которые станут вас отвле-
        кать от цели вашей прогулки. Идет?
        - Ну хорошо, только ведите себя прилично.
        - А что, мы похожи на неприличных людей?
        Люда недоуменно пожала плечами, а Вера поглядела Игорю в
        глаза. И, неожиданно для себя, поняла, что таких теплых и добрых
        глаз она раньше никогда не встречала.
        - Пока бы я так не сказала...- промолвила она.
        - А дальше мы будем еще положительней,- пообещал Игорь.- Во-
        обще-то, мы от природы хорошие. Вы знаете, что Костя, например,-
        мастер спорта по шахматам?
        - Кандидат,- уточнил сам Костя.
        - Ну да, кандидат, но с какими-то баллами, и мастером он
        станет чуть ли не завтра.
        - Скорее всего зимой. Если в полуфинале России успешно выс-
        туплю.
        - Вот видите. А я тоже хороший. Инженер- наладчик.
        Девушки спорить не стали, и дальше они гуляли по Ялте вчет-
        вером.
        После "Поляны сказок" они успели до темноты посетить только
        "Ласточкино гнездо".
        Экскурсионный катер доставил их в Мисхор за двадцать минут.
        Всю дорогу молодые люди вели светский разговор и были взаимно
        вежливы. Они быстренько прогулялись по мисхорскому парку и осмот-
        рели его знаменитые скульптуры. Правда, название композиции "Де-
        вушка Арзы и разбойник Али-баба" смутило Константина.
        - Если имеется в виду арабский Али-баба, то он был не раз-
        бойник, а дровосек. Пролетарий, так сказать,- подумал он вслух.
        Потом ребята вышли на берег и по длинной лестнице поднялись
        на самый верх к висящей на скале беседке-кафе.
        Это очень красиво, когда садящееся за спиной солнце осве-
        щает последними лучами лазурное море. Темная тень постепенно за-
        крывала берег и стоящий внизу теплоход. На его борт они подня-
        лись последними.
        
        В Ялту вернулись уже в густых сумерках. На набережной гуляла
        публика и работали фотографы, снимавшие желающих на фоне портовых
        и карабельных огней.
        - Девушки, мы ведь вели себя хорошо?- начал Игорь.
        - Будем считать, что так,- согласилась Людмила.
        - Неужели, мы не заслужили своим хорошим поведением ма-
        ленького приза?
        - И что будет этим призом?- напряженно спросила Вера.
        - Счастье сняться на одной фотографии.
        - У тебя денег много?- поинтересовалась Вера.
        Игорь с удовлетворением заметил, что девушка перешла на ты и
        ответил:
        - Много. Я классный наладчик станков с ЧПУ и весьма не пло-
        хо зарабатываю. Сейчас все заводы, следуя указаниям партии и пра-
        вительства, ускоряются и перестраиваются. Все закупают станки с
        ЧПУ и ждут не дождуться, когда я приеду и вдохну в них жизнь. И
        это не болтовня, Костя может подтвердить. Мы вместе с ним рабо-
        таем.
        Константин молча кивнул.
        - И откуда вы приехали такие крезы.
        - Из Свердловска. А вы откуда девушки?
        - Я из Тулы, а Мила из Калуги,- ответила Вера.- Ну что ж,
        можно и сфотографироваться.
        Костя и Игорь подошли к очкастому гражданину, увешанному фо-
        тоимуществом и быстро договорились. Причем, Игорь задержался у
        него и что-то уточнил, показывая на Веру.
        Потом они подошли к девушкам, сели на какой-то камень спи-
        ной к морю и замерли. Девушки получились в середине, Костя спра-
        ва, а Игорь слева, рядом с Верой. Сверкнула молния вспышки, и
        мгновение запечатлелось для истории.
        - А теперь, отдельно девушки,- предложил Игорь.- Все будет
        оплачено,- успокоил он подруг.- А вам память.
        Фотограф снял одних девушек.
        - Вера, можно тебя на минутку?- спросил решительный брюнет.
        Девушка встала, Игорь сделал ей шаг навстречу, встал как-то
        боком и тут снова сработала вспышка.
        - Это лично для меня. Фотография с красивой девушкой,- пояс-
        нил он.
        - Ты меня чуть заикой не сделал,- сказала Вера сердитым го-
        лосом, но было видно, что она не сердится, а все это- напускное.
        - Кто будет платить?- поинтересовался очкарик.- Фотографии
        будут готовы через два дня. Цветная технология. Кому выписывать
        квитанцию.
        - Мне,- сказал Игорь.- На фамилию Тарханов.
        - Сколько делать? Четыре, две и две?
        - Делай четыре, три и две.
        На этом программа посещения Ялты была закончена, и девушки
        засобирались домой, в Симферополь. В сопровождении парней они
        быстро добрались до автостанции и обратились в кассу, но оказа-
        лось, что на предпоследний рейс есть только один билет, а на пос-
        ледний их не было вовсе. Это обстоятельство несколько озадачило
        подруг, ведь ночевать в солнечной Ялте им было негде.
        Игорь, успокаивая девушек, пообещал, что при необходимости
        он найдет им такси. Но, по счастью, обошлось без таких крайнос-
        тей. Посовещавшись с контролером, Людмила узнала, что, если не
        придет кто-либо из обилеченных пассажиров, можно будет уехать и
        без билета. Они стали ждать.
        Троллейбус заполнялся быстро, и разговор о чем-либо между
        молодыми людьми прекратился.
        Девушкам повезло: в салоне одно из ранее оплаченных мест
        оказалось свободным. Костя с Людой побежали в кассу выкупать пос-
        ледний билет, а Вера, нетерпеливо порывшись в кошельке, отдала
        деньги за свободное место контролеру.
        Игорь нашел места, где сели подруги и подошел к окну. На
        стук в стекло Вера оглянулась и улыбнулась.
        - Ты скажешь мне что-то на прощание?- спросил Игорь.
        - Я не люблю пива,- ответила Вера, продолжая улыбаться.
        - И все? Только это? Можно, я приеду к тебе в Симферополь?
        Вера в ответ пожала плечами. Но по всему было видно, что это
        означает скорее "да", чем "нет".
        Троллейбус медленно тронулся и вскоре растаял в темноте.
        На турбазу "Таврия" девушки добрались после полуночи.
        
        А в Симферополе в этот вечер Мишенька зашел в гости к Вади-
        му. У того тоже появились новые соседи- два парня из Челябинска.
        Оба они работали стоматологами, причем, в поликлинике того же ра-
        йона, где жил Вадик. Поэтому Дюков проявил к своим соседям непод-
        дельный интерес. Знакомство закреплялось выпивкой. Мишенька не
        любил халяву, но не нашел повода отказаться и тоже пригубил водки.
        Потом они всей оравой отправились на танцы в летний павиль-
        он турбазы. Там, в отличии от вчерашней дискотеки, никаких столи-
        ков и угощений не было, и все было просто, как в деревенском клу-
        бе.
        Среди тех, кто сидел вдоль стенки на стульчиках, Мишенька за-
        метил Алису. Одно удивило его, что девушка сегодня смотрела на
        него без особой приязни. Причиной, видимо, был сидевший рядом с
        ней чернявый молодой человек. Михаил на правах знакомого подошел
        к красавице и без лишних затей спросил:
        - Здравствуй, Алисочка, а где сегодня Людмила.
        Девушка в ответ промолчала, а чернявый сурово спросил:
        - Тебе чего надо?
        Мишенька был очень мирный человек и поэтому посмотрел на во-
        прошавшего с удивлением. Какое-то немотивированное хамство. Сра-
        зу на ты. Фи, как грубо!
        - От вас, молодой человек, мне ничего не надо, я вас не
        знаю, к счастью. Я сейчас получу ответ от девушки, просто ответ и
        все. Так, Алисочка, не скажешь, где Людмила.
        - Ее сегодня не будет,- ответила недовольная девушка.
        Мишенька пожал плечами и пошел к своим товарищам.
        Ему было грустно и скучно в этот вечер. Он побыл на танцах
        всего около часа, а затем отправился спать.
        Народ же веселился допоздна.
        
        IV
        На следующий день в восемь часов утра множество народу из
        разных групп собралось у летнего павильона турбазы. Лица у всех
        были озабоченные. Но не подумайте, что все эти люди не натанцева-
        лись накануне вечером и пришли требовать продолжения дискотеки.
        Нет, просто в столь ранний час в этом павильоне начинала свою ра-
        боту выездная касса "Аэрофлота". А все собравшиеся возле нее
        граждане мечтали об одном- как приобрести билеты на самолет.
        Естественно, Мишенька Бурлаков тоже был здесь. Вообще-то, у
        него и Бергера уже имелись обратные билеты до Челябинска, но же-
        лезнодорожные. А как вы понимаете, есть некоторая разница, та-
        щиться ли целых три часа на ТУ-154 или всего за трое суток через
        полстраны домчаться до дома в скором поезде. Поэтому парни дого-
        ворились, что если им обломятся билеты Аэрофлота, то железнодо-
        рожные они сдадут.
        По всегдашней советской привычке люди в толпе писали оче-
        редность и без конца считали варианты, прикидывая, через какие
        города лучше добираться домой, если вдруг не хватит мест на пря-
        мой рейс. Но все оказалось пустыми хлопотами- билетов хватило
        всем желающим. Можно было особо не кипятиться.
        После завтрака Василий уехал в городские железнодорожные
        кассы избавляться от старых билетов, а Михаил остался помогать
        инструктору группы в получении продукты для похода.
        Виталий Иванюк был опытный инструктор. Он водил группы не
        первый год и поэтому, с сознанием дела, подсказал ребятам, что им
        надо докупить. Были организованы три бригады. Одна поехала на ры-
        нок за свежими овощами, другая- по промтоварным магазинам,
        третья, в которую входил Бурлаков,- моталась по каким-то кладо-
        вым и получала продукты: сахар, соль, сыр, консервы, хлеб, масло,
        сухофрукты. Часть из них была отобрана для дальней заброски на
        середину маршрута.
        К полудню вернулись те, кого посылали по магазинам. Они при-
        везли лук, помидоры, морковку, капусту, а также гитару, фонарики
        и, по решению Вадима, пять бутылок трехзвездного азербайджанско-
        го коньяка.
        Только успели все упаковать, как семьдесят седьмую группу
        пригласили на обязательный медосмотр. Здоровых оказалось большин-
        ство. Лишь три крепкотелых девицы зрелого возраста, ссылаясь на
        слабое здоровье, отказались от похода. Тогда этим дамам пояснили,
        что в феодосийской гостинице "Маяк"- конечном пункте путешествия-
        их могут поселить только через десять дней. Ну а поскольку их
        группа все это время будет находиться на маршруте, то они обяза-
        ны покинуть и турбазу "Таврия", освободить места для следующих
        групп туристов. Девиц это не огорчило, они решили уехать на побе-
        режье. Расстроился лишь Вадим. На самую молодую из них он имел
        некоторые виды, и ему было жаль, что она не будет гулять с ним по
        крымским горам. Но так как девушек в группе оставалось еще много,
        он довольно быстро успокоился. Тем более, что в этот же день
        группа семьдесят семь увеличилась еще на трех человек.
        Опоздав на два дня, прибыли две молоденькие девчонки из
        Арзамаса. Обе они были худенькие, как тростиночки, и некоторые, в
        том числе и Мишенька, сомневались, под силу ли им будет таскать
        тяжелые рюкзаки. А еще эти девушки явно не экономили на макияже и
        так разрисовывали свои юные личики, что становились неуловимо по-
        хожи друг на друга до такой степени, что только к концу похода
        Бурлаков наконец запомнил, котрую из них зовут Светочкой, а кото-
        рую Ингой.
        И буквально за три часа до выхода на маршрут к группе при-
        соединился еще и высокий стройный парень. Приехал он из Киева, и
        звали его Владимир Крицкий. Оказалось, что Володя большой люби-
        тель активного отдыха, и он для собственного удовольствия купил
        путевку на прохождение пешего маршрута.
        После обеда группа упаковала свои личные вещи для отправки в
        Феодосию и получила туристское снаряжение. В основном все получа-
        ли штормовки, спальники и рюкзаки, обувью, как один, побрезгова-
        ли, а зря. Если бы Мишенька знал, как за десять дней похода он
        уделает свои новые, только что купленные желтые кроссовки, он бы,
        непременно, обулся в прочные кожаные башмаки, что предлагали им
        на турбазе.
        Потом под руководством инструктора новоявленные туристы раз-
        делили продукты и упаковали их в рюкзаки. Груз получался изряд-
        ный: на нос приходилось килограммов по двадцать пять.
        Затем они последний раз пообедали, побегали, посуетились,
        утрясая свои дела, и около трех часов их загрузили в будку могу-
        чего "Урала".
        
        
        ПОХОД
        
        I
        В машину кроме семьдесят седьмой группы забрались еще и дру-
        гие туристы. Иванюк пояснил своим, что эти ребята пойдут схожим
        маршрутом на Судак. Только те, что едут с ними сейчас, будут про-
        ходить стоянки на день раньше, а им придется встречаться с теми,
        кто выедет на маршрут завтра.
        Ехали минут сорок. Затем вылезли и, помахав на прощанье уез-
        жавшим дальше судакцам, разобрали рюкзаки и пошли в гору. Настро-
        ение было бодрое, но вскоре Михаила стали посещать разные мысли.
        "Первые сто метров бежать было легко..."- вспомнилась ему
        вдруг цитата из какого-то детского рассказа про мальчика, бежав-
        шего многокилометровый кросс. Похоже, что с ним повторялась та же
        история. Рюкзак оказался вовсе не таким легким, как казалось в
        Симферополе. Вдобавок, стало понятным то, что не мешало бы отре-
        гулировать его лямки, но остановиться и заняться этим было уже
        поздно. А ведь неправильно лежавший на спине рюкзак тянул его к
        земле, все время хотелось наклониться вперед, но этому препят-
        ствовал рельеф местности- группа, ведомая Иванюком, упорно лезла
        в гору, а двигаться, помогая ногам бровями, было несподручно. Ма-
        ло того, через полчаса после начала движения лямки рюкзака пере-
        давили кровоснабжение в плечах и стали неприятно затекать руки.
        Пришлось без конца менять положение лямок. Дыхания не хватало,
        пот заливал лицо. Казалось еще немного и останется только одно
        желание- умереть на месте. Единственно, что немного успокаивало
        Михаила, то, что плохо было всем. Да и присутствие девушек не
        позволяло расслабиться и сделать постное лицо. Когда же стало
        совсем невмоготу, Иванюк, наконец, объявил привал.
        Все сразу растянулись между соснами на траве. Вид у турис-
        тов был еще тот.
        - Если и дальше так пойдет,- произнес Вадим,- начнем, вспо-
        минать и выяснять, какая сволочь подсунула нам эту путевку.
        - Ты, пожалуй, прав,- согласился с ним Михаил.- Не, ты по-
        смотри, на этих малявок, они еще и курят после таких испытаний.
        И он показал на арзамаских и тамбовских девушек.
        - А тебе слабо?- спросил он у Вадима.
        - Я в следующий раз,- отказался приятель.
        - Нам еще немного в гору, а потом станет легче,- пообещал
        Иванюк, когда к месту стоянки добрались отставшие.
        Здесь Бурлаков понял первый закон похода. Тот, кто идет впе-
        реди, на привалах отдыхает дольше.
        Разговоры не клеились. Все хотели только одного: отдыхать. А
        Мишеньке вспомнилась одна статья из жизни профессиональных путе-
        шественников, и он спросил у инструктора:
        - Начальник, а на этих маршрутах есть традиция дежурного
        кирпича?
        - Нет,- ответил Виталий.
        - Ну тогда надо ввести, а то жизнь скучна и рюкзаки почти
        пустые.
        - Это что за традиция?- спросил Вадим.
        И все, кто расположился поблизости, невольно прислушались.
        - Находят кирпич соответствующего размера и кладут его кому-
        нибудь незаметно в рюкзак,- пояснил Михаил.- Товарищ несет его до
        стоянки, находит этот подарок судьбы, и в отместку, к следующему
        этапу пытается подложить его другому ротозею. Очень милая шутка.
        - Ты знаешь,- подумал и улыбнулся Вадим,- Что-то мне не хо-
        чется еще и кирпич таскать.
        - Ну хорошо, Вадик, на первом переходе я тебя из списка вы-
        черкиваю,- согласился Бурлаков.
        Инструктор подал команду и они снова схватились за рюкзаки.
        Начальной легкости как не бывало. Рюкзак, казалось, стал еще тя-
        желее, и только боязнь отстать от группы и остаться одному, зас-
        тавляла переставлять чугунные ноги и упорно лезть в гору, хва-
        таясь руками за кусты и стволы деревьев. Пот заливал лицо, спина
        намокла и, когда уже на стоянке удалось снять футболку, оказа-
        лось, что рюкзак оставил на ней огромное грязное пятно. А тут еще
        гитара и яйца. Ну гитара ладно, ее добровольно, мужественно сце-
        пив зубы, волок Вадим. А четыре или пять десятков яиц, лежавших в
        крест на крест связанных грохотках, тащили без всякого энтузиаз-
        ма. Несли их только парни, а их, за вычетом Вадика с гитарой, ос-
        тавалось четыре человека. Яйца были не столько тяжелыми, сколько
        неудобными и громоздкими в переноске. Их ведь надо было донести в
        целости и сохранности.
        Минут через десять подъем кончился, они вышли на дорогу, и
        идти действительно стало легче. Теперь приходилось бороться толь-
        ко с тяжестью рюкзака. Пройдя по дороге километра два, они сдела-
        ли второй привал. Тут уж Мишенька не сплоховал. Он уличил момент,
        и плоский кусок гранита весом около килограмма уютно расположил-
        ся в заднем кармане рюкзака Владимира Крицкого. Настроение у Бур-
        лакова резко улучшилось и остаток пути он прошагал в предвкуше-
        нии радостной улыбки киевлянина, когда тот обнаружит приятный
        сюрприз.
        Через некоторое время они с дороги свернули на лесную троп-
        ку, которая привела их на полянку, где они с радостью разглядели
        палатки. Теперь настроение поднялось у всех и остаток пути нико-
        го подгонять не пришлось.
        На столбе у входа была вывеска "Стоянка "Криничка". Лагерь
        представлял собой городок из нескольких шестиместных палаток и
        кухни, включавшей в себя печку и длинный обеденный стол с лавка-
        ми под тентом.
        Когда все втянулись на полянку стоянки, Иванюк велел постро-
        иться, выставив вперед рюкзаки, и поприветствовать коменданта ба-
        зы. Потом объяснил правила поведения и пригласил попробовать ком-
        пот.
        У туристов много традиций и одна из них связана с ведром
        компота, который уходящая со стоянки группа оставляет той, что
        придет следом. Изрядно вспотевшие и измученные туристы группы
        семьдесят семь с удовольствием удовлетворили свою жажду этим ком-
        потом.
        Сразу же были назначены дежурные по кухне. Быть ими вырази-
        ли желание Татьяна Сколченкова, ее подруга и землячка Надя и их
        неизменный спутник Юра в роли кухонного мужика. Также быстро со-
        ставили и другие кухонные бригады. Затем разобрались с местами в
        палатках. Все парни поместились в одну из них, а девчонки распо-
        ложились в двух. У Иванюка была отдельная палатка. В нее же сло-
        жили и все продукты, опорожнив рюкзаки.
        Проблему ужина решили быстро, натаскавшийся с яйцами Пугин,
        посоветовал своим подругам, а другие парни поддержали, что лучше
        всего приготовить яичницу.
        Когда разбирали рюкзаки в палатке, Бурлаков заботливым голо-
        сом посоветовал Крицкому
        - Вовик, когда будешь разгружать свой рюкзак, будь аккурат-
        ней и не выбрасывай дежурный кирпич, он нам еще пригодится.
        Киевлянин, недобро взглянув на Мишеньку и улыбающихся пар-
        ней, извлек из кармашка рюкзака кусок гранита. Только хорошее
        воспитание и склонность к гуманизму помешали ему использовать
        этот камень по назначению.
        - Дальше ты у меня его понесешь,- предсказал было Крицкий.
        - На все воля Господа,- парировал Михаил.
        В палатке было трое нар. Двое одноместных, по бокам от вхо-
        да, и одни большие, четырехместные в глубине. Наиболее шустрые
        Вадим и Мишенька сразу де заняли одноместные. А Васе, Володе и
        Юрию Пугину пришлось размещаться в глубине.
        - Зато там теплее,- говорил им Бурлаков.
        - Мы за вас перетерпим,- соглашался с ним Вадим.
        Недовольный Крицкий что-то побурчал, а Юрик просто ушел к
        Татьяне на кухню.
        Устроившись в палатке и разложив спальники, парни вышли по-
        гулять. Хотя пойти оказалось в общем-то некуда. Вокруг стоянки
        рос густой лиственный лес, и таскаться по его зарослям особо не
        хотелось.
        - Я что подумал, нам с этими девочками десять дней по горам
        бродить, надо бы с кем-то познакомится поближе,- подумал вслух
        Вадим, когда они остались с Михаилом вдвоем.- А то со скуки сдох-
        нешь. Жалко, что Татьяна занята. Но и другие подруги есть ничего.
        - Ты прав, друг мой, я тут познакомился с одной блондинкой,
        да ты ее видел на дискотеке. Но она идет за нами, и я ее увижу
        только в Феодосии. Будем считать, что запасной вариант у меня
        есть. А пока, я с тобой согласен, нужно внимательно оглядеться по
        сторонам, на окружающих нас девушек.
        От этой милой беседы их отвлек инструктор, пригласивший всех
        свободных от дежурства на сбор дров. Это была еще одна туристи-
        ческая традиция- заготавливать дрова не только для себя, но и, по
        возможности, с запасом для последующих групп.
        - Если костер вечером хотите, то он будет такой продолжи-
        тельности, сколько дров заготовите,- предупредил их Иванюк.
        В качестве дров собирали сушняк и всякие ветки. Рубить зеле-
        ные деревья было категорически запрещено. Во время сбора топлива
        инструктор привел их к недалекому ущелью, где жило эхо. Они нем-
        ного поорали над пропастью всякие глупости и получили от эха сда-
        чу.
        Потом был ужин с яичницей и коньяком. За столом произошло
        общее знакомство. Каждый вставал и рассказывал о себе. В группе
        оказалось семь челябинцев: Вадим, Василий, Михаил, Леночка и Ла-
        рочка, Ольга и Наталья.
        Лариса и Елена представились первокурсницами пединститута.
        Мишенька еще подумал, что они очень солидно выглядят для восем-
        надцатилетних, но решил им поверить. Он всегда доверял девушкам.
        Наталья училась в том же институте, но закончила два курса.
        Она была грузная, здоровая деваха. Во всю смолила сигареты и не
        отказывалась от коньяка.
        "Славные кадры воспитывают в нашем педагогическом,"- поду-
        мал Бурлаков, глядя, как, не поморщившись, она опустошает кружку
        со спиртным.
        А Ольга, напротив, не пила и не курила. Наверное, потому что
        училась в медицинском и знала, как это вредно. Была она веселой,
        симпатичной, очень доверчивой и непосредственной. Парни, за ис-
        ключением Васи, любили ее разыгрывать.
        Две замужние дамы были из города горняков Коркино, и челя-
        бинцы считали их за землячек. Они были старше всех и, вообще-то,
        попали сюда явно по ошибке. И Люба, и Рая потом не раз говорили,
        что если бы им вовремя объяснили, какая мука их здесь ожидает,
        они бы ни за что не приехали сюда. В профкоме им обещали море,
        а то, что до него еще надо дойти, не предупредили.
        Галочка Королева и Инна были из Тамбова. С ними в соседях
        Михаил жил в гостинице. Обе неплохо смотрелись. Галя была ма-
        ленькой и курносой, Инна покрупнее и попышнее. Девушки были себе
        на уме, весьма хитренькие.
        Инга и Светлана были из Арзамаса и работали там на какой-то
        фабрике.
        Татьяна и Надя оказались из Брянска и трудились технологами
        в пищевой промышленности, а Юра Пугин был экономистом из Подмос-
        ковья. Юрий и Татьяна познакомились и подружились задолго до по-
        хода, и здесь у них было что-то вроде предсвадебного путешествия.
        Крицкий был холост, прожил на белом свете двадцать шесть лет
        и работал в Киеве научным сотрудником в одном из НИИ. Так что из
        мужиков, если не считать Иванюка, Мишенька оказался самым старым.
        Отметив начало похода коньяком, группа перебралась к костру
        и началось собственно то, ради чего и ходят в походы, что являет-
        ся самым приятным и интересным времяпровождением. Разве может
        быть что-то лучше, чем сидеть в дружеском кругу у костра, пить
        вино, отдыхая после тяжелого перехода, вести незамысловатую бесе-
        ду, рассказывая и слушая затейливые байки. А если у туристов
        имеется гитара и есть человек, знающий три- четыре аккорда, и же-
        лающий прохрипеть какую-нибудь песенку, то жизнь кажется и вовсе
        сказочной, и абсолютно не верится, что завтра будет трудный день.
        Группе семьдесят семь повезло. Повезло трижды, ибо в ней
        оказалось три человека, которые умели играть на гитаре и петь.
        Знал бардовские песни Володя и пел их ровным голосом. Влюбленый
        Юрик предпочитал лирические баллады. Но главным певцом оказался
        Вадим, он играл и пел на профессиональном уровне и имел богатей-
        ший репертуар. Оказалась, что в студенческие годы он подрабаты-
        вал музыкантом в престижном челябинском ресторане. Среди девчонок
        не без способностей оказалась Наталья, исполнявшая приятным голо-
        сом романсы, но она пела только по собственному желанию.
        И весь вечер, и полночи шел концерт под открытым небом. Впе-
        реди были встречи и расставания, крепкая дружба и нежная любовь,
        трудные переходы и неведомые приключения. А пока ребята отдыхали.
        С коньяком решили разделаться раз и навсегда, чтобы не заг-
        ружал рюкзаков. Но из пяти бутылок осилили только четыре, и то
        благодаря Вадиму, который не раз обращался к виночерпию Бурлако-
        ву с предложением плеснуть на дно его кружки "для металла а голо-
        се".
        Мишенька внимал песням и размышлял об окружавших его девуш-
        ках.
        "Коркинские дамы отпадают,"- решил он сразу.
        Вообще-то, в жизни бывает все, и ему случалось волочиться
        за замужними дамами, но сейчас, при таком изобилии, он считал это
        глупостью. Да и дамы были не такие, чтобы иметь и питать к ним
        какие-то чувства.
        "Наташка- чересчур большая,"- продолжал он.- "Лара и Лена-
        внешне приятные девушки, стройненькие, у Ларисы вон какая копна
        огненно-рыжих волос. Но зачем же они выросли на добрых полголовы
        выше меня? Да и если правда, что они- первокусницы, то им всего
        по восемнадцать лет. А я в Симферополе уже от двух таких же мо-
        лоденьких успел отказаться. Шило на мыло. Да и какие-то они, на
        мой взгляд, неуловимо гордые и самоуверенные. Из благородных се-
        мей что ли? Поживем, посмотрим, задаваки они или нет. Отношения
        построим по принципу "вопрос- ответ".
        Оленька- прелесть. Такая миленькая и простодушная. Наверня-
        ка очень добрая девочка. Ее, наверное, запросто на жалость взять
        можно. Но прикидываться несчастным и клянчить я не люблю. Я,
        вообще, не люблю врать. Взгляду она приятна. Однако, рост у нее в
        обрез и, честно говоря, не верится мне, что моя скромная особа
        без излишних талантов может привлечь ее внимание. Вдобавок, зем-
        лячка. А с челябинскими девушками в отдаленных местах, в отпуске,
        у меня всегда какие-то проблемы возникают. Мы с ней лучше просто
        друзьями будем. Бескорыстными."
        Он разлил коньяк по кружкам тем, кто не отказывался. Не от-
        казались Вадим, обе арзамасские ягодки, обе тамбовские, Наталья и
        он сам.
        "Однако, какая закономерность. Те девушки, которые курят, и
        спиртным злоупотребляют. Испорченный народ.
        На чем я там остановился? На Ольге? С ней мы будем друзьями.
        Татьяна- занята. Юра, вроде, парень неплохой, не будем им мешать.
        Надежда? Даром, что Танюшкина подруга. По-моему, вздорный
        человек, уже с кем-то из девчонок поругаться успела...
        Остались только четверо. Арзамаские девочки, конечно, на лю-
        бителя. Я не этот любитель. Мне бы что-то попроще.
        Придется выбирать из тамбовских барышень. Как там у Лермон-
        това, "Тамбовская казначейша", говоришь. Инна- девица симпатиная,
        но задавака. Значит остановимся на Галочке.
        А что, девушка неплохая: маленькая, лицом приятна, веселая.
        Что пьет и курит, так не напивается же. В конце концов, я же не
        жениться на ней собираюсь, а просто подружиться, пообщаться
        вплотную. Получится-хорошо! Не получится- пусть одна скучает, я
        себе еще поищу.
        Остались конкуренты. Юра- не противник. Вася? После той ла-
        жи, что он совершил в Симферополе, тоже. Да он, похоже, барышня-
        ми не интересуется. Вовик занимается Леночкой и Ларочкой. Остал-
        ся Вадим. Ну уж с ним мы как-нибудь поладим."
        
        Вечер закончился с последним бревном, сгоревшим в костре.
        Народ разбрелся по палаткам и не только. Ларочка с Леночкой и
        примкнувшый к ним Крицкий, побродив в темном лесу, все-таки выш-
        ли к ущелью с эхом и, несмотря на поздний час, разбудили его. Они
        громко пели ему песни, а эхо им старательно вторило, с некоторым
        опозданием.
        Было около половины второго, когда Вадим и Михаил решили ид-
        ти спать. Совершая ночной моцион, они обсудили достоинство бары-
        шень и пришли к выводу, что дружить лучше всего с тамбовскими. И
        негласно поделили сферы внимания. Мишеньке досталась Королева, а
        Вадику- более красивая Инна.
        
        II
        Утром они встали без особого труда. Надо заметить, что не-
        смотря на постоянные бдения до глубокой ночи, на следующий день
        все вставали на редкость бодро.
        Позавтракали и стали собираться. Иванюк предупредил, что
        выйти надо до восьми часов. Все продукты достали из инструктор-
        ской палатки и быстро разделили по числу присутствующих. Надежде,
        недовольной такой справедливостью, Виталий объяснил, что здесь
        все- туристы, все- одинаковы и не деляться по половому или нацио-
        нальному признаку. Хотя вот ту же картошку и так делили только
        среди парней. Если кто-то из молодых людей желает проявлять джен-
        тльменство, то это- его личное дело. Вообще-то, это не поощряет-
        ся. В походе все- туристы.
        Вышли вовремя. Как полагается, оставили компот для следующей
        группы и убрали мусор за собой. Дежурным по кирпичу Мишенька на-
        значил Васю. Он обнаружил камень у себя в рюкзаке, когда уклады-
        вал спальник и переложил его к Бергеру, который не ко времени от-
        влекся.
        Они вышли по тропинке на дорогу. В тот день им надо было
        преодолеть самый длинный переход в двенадцать километров.
        - Рюкзаки почти не похудели,- сделал вывод Вадим.- Мало жре-
        те, товарищи, нести тяжело.
        - Зато, может, сами похудеем,- предположила Надя.
        - Напрасные надежды,- возразил Иванюк.- Это бывает страшная
        катастрофа для тех, кто мечтает похудеть таким образом. Турис-
        тическая пища очень калорийная и после ходьбы ее поглощают в та-
        ком количестве, что чаще всего, все, наоборот, толстеют.
        Девушки оспаривать мнение опытного инструктора не решились,
        и кое- кто из них загрустил.
        После вчерашнего мускулы ног болели, но как известно, это не
        смертельно, и группа медленно набирала обороты и входила в ритм.
        Небо потемнело, и на землю брызнул мелкий дождик. На две минуты
        туристы остановились, повытаскивали из рюкзаков штормовки, и, об-
        лачившись в них, зашагали дальше, моля, чтобы дождь не стал про-
        ливным. К счастью мольбы их были услышаны небом.
        - Я думал, что туризм, особенно пешеходный, это когда идешь
        и любуешься красивыми видами, которые тебе открываются на каждом
        шагу,- размышлял вслух Бурлаков.
        - А теперь до тебя дошло, что всю дорогу ты пялишься на рюк-
        зак идущего впереди, а если дорога идет вверх или рюкзак слишком
        тяжел и гнет к земле, то на его же задницу?- поинтересовался Ива-
        нюк.
        - Ты как всегда прав, начальник,- согласился Михаил.- Даже
        по сторонам смотреть некогда, да и нет охоты.
        Дорога вела в горы, но вскоре подъем закончился, лес рассту-
        пился, и туристы вышли на открытое пространство. Вдали виднелись
        какие-то строения. Здесь группа подтянулась и пошла уже не
        гуськом, а свободной толпой по двое, по трое.
        Михаила догнал Вадим и они пошли рядом, мирно беседуя.
        - Что там бабье на стоянке не поделило?- спросил Дюков, от-
        лучавшийся куда-то во время утреннего конфликта.
        - Да эта брянская подруга чего-то кипятилась. То ли ей недо-
        ложили чего, то ли лишнего положили. Вдобавок, они, похоже, на
        два лагеря разбились. Непримеримых. Одни курят, другие это не пе-
        реносят. И если я правильно понял, то теперь у нас есть вагон для
        курящих, то есть палатка, и для некурящих. Вчера они чего ссори-
        лись, курящих у нас пять, а других семь. В одной палатке пусто, в
        другой густо.
        - О чем говорим?- послышался сзади девичий голос.
        - Ну о чем, могут говорить два интеллигентных, русских мужи-
        ка? О женщинах, естественно, Оленька,- ответил Бурлаков.- И это
        даже не я придумал. Это еще Антон Палыч заметил, который Чехов.
        - Да ну, сочиняешь.
        - Оленька, я всегда говорю женщинам правду. Вот возьми его
        повесть "Ариадна", там так и написано, что когда встречаются два
        русских мужика, то они сразу начинают про женщин сплетничать.
        - Опять разыгрываешь?- спросила Ольга.
        Мишенька только тяжело вздохнул и улыбнулся.
        Ольга была очень доверчивая, добрая и впечатлительная дев-
        чонка. Они шли второй день, но ее пару раз удалось необидно ра-
        зыграть. И в течение всего похода это проделали раз пятнадцать.
        Ей с самым серьезным видом говорили невероятную чушь, заведомые
        враки, а правдивую информацию давали с таким ехидным видом, что
        она почти ни разу не могла определить, какие из фактов и событий
        действительно имели место, а какие- нет.
        Вот и сейчас она не знала, шутил Бурлаков или нет.
        - Мы сейчас с Вадиком обсуждали, почему женщины не такие,
        как мужчины. Ты вот знаешь, Оленька, что мужчины и женщины все
        видят абсолютно по разному?
        - Это как?
        - Ну вот мы смотрим с тобой на что-то одно, а видим ну со-
        вершенно разные вещи.
        - Опять врешь!- сказала Ольга.
        - Да как вру, когда чистая правда. Вот и Вадим подтвердит.
        - Точно,- согласился староста.
        - Вот пример. Я увидел красивую девушку. У меня головка зак-
        ружилась. Ах какая блондинка с голубыми глазами, стройными ножка-
        ми, тонкой талией. Как ей платьеце идет, да прическа такая.
        А что видишь ты? Ты видишь и думаешь: "Ага, белокурая стоит.
        А волосы-то у тебя, подруга, крашеные, глаза глупые, ноги тощие и
        волосатые. Помада, правда, импортная. Скорее всего польская. А
        вот туфли прошлогодней моды. А платье-то, платье. Такие в прош-
        лую субботу в универмаге на Кирова выбросили. Полгорода в них хо-
        дит, а мне такой фасон не нравится, да и расцветки гнусные. Да
        худая ты какая? И в какой парикмахерской, позволь спросить, и ка-
        кая ученица тебя так обкорнала?"
        Заметила разницу в мышлении?
        - Да ну, все не так!
        - Опять за рыбу деньги. Как не так. Мужчина видит всю карти-
        ну в целом, полностью, он не разменивается на частности. Его вол-
        нуют проблемы планетарного масштаба или даже проблемы мироздания.
        А женщина все раскладывает на детали, на составные части. Ее вол-
        нуют только частные, мелкие, бытовые проблемы.
        Почему, например, все конструкторы и изобретатели мужчины.
        Потому что они мыслят масштабно, в объеме. Представляя весь меха-
        низм целиком. А женщины в конструкторских бюро занимаются детали-
        ровкой, ГОСТами, квалитетами, технологическими операциями. Пра-
        вильно, Вадим?
        - Тонко подмечено,- подтвердил Вадик.
        - Ну хочешь последний довод?- спросил Мишенька у все еще
        сомневающейся девушки.
        - Хочу.
        - Ты меня видела вчера? Что изменилось в моей одежде?
        - Ну вчера у тебя белая майка была, а сейчас рубашка в клет-
        ку.
        - О' кей,- согласился с ней Мишенька.- А теперь узнаем мне-
        ние мужчины. Ну, например, Васькино.
        И он окликнул сослуживца:
        - Вася! Вася, подойди пожалуйста.
        Бергер посмотрел на Бурлакова.
        - Вася, как ты считаешь, со вчерашнего дня в моем внешнем
        виде изменилось что-нибудь?
        Вася недоуменно разглядывает Мишеньку, как будто видит впер-
        вые и медленно, как всегда заторможенно, отвечает:
        - А черт его знает. Очки вчера были черные, а сейчас нет. А
        что?
        - С очками все ясно. Сегодня солнца нет. А других изменений
        не видишь?
        - Нет,- медленно соображает Вася.
        - Ну вот, Оленька, я и выиграл. С тебя причитается.
        - Чего еще?
        - Вадик, на что мы спорили? Деньги нам здесь не нужны. Тог-
        да только поцелуи остаются. Десять хватит, Вадик? Пять- тебе и
        пять- мне?
        - Хватит.
        - Правда что. Буду я с вами целоваться.
        - А зря, когда у тебя еще будет возможность целовать двух
        бородатых, умных, красивых, интеллигентных, русских мужчин,- про-
        должал ерничать Бурлаков.
        - Да ну вас, охальников,- смущенно смеется Ольга и отходит в
        конец колонны, где идут Лариса, Леночка и Крицкий.
        Строение, которое они видели издали, оказывается фермой.
        Привал сделали, когда она осталась позади.
        - Так, внимание,- напоминает Иванюк о своем присутствии.
        Он начинает рассказ о том, что в Крыму, в горах много пещер
        и что людей, которые их исследуют называют спелеологами. Что тут
        неподалеку есть пещера и ее можно посетить. А для этого надо
        взять фонарики, надеть штормовки, потому что там грязно, и найти
        того, кто будет охранять вещи, пока они будут играть в спелеоло-
        гов.
        Нежелающих побывать в пещере нашлось аж трое. Остальные
        отошли от стоянки метров на сто и полезли в узкую щель в скале.
        Пещерка была небольшая или Иванюк просто далеко их не повел. Они
        пробрались через два зала в третий, где Виталий предложил им вык-
        лючить фонарики. Только так можно было понять и увидеть, что та-
        кое настоящая темнота. Темнота всем понравилась, особенно, когда
        Иванюк дико крикнул, и кто-то из девчонок от неожиданности завиз-
        жал.
        В общем, в пещере, действительно, было грязно и темно. Но
        деньги за поход были плачены, поэтому извольте получить удо-
        вольствие по полной программе.
        Кончался этот переход Красной тропой- длинной-длинной весьма
        круто сбегающей вниз дорожкой с перепадом высот метров в четырес-
        та. Красной ее называли потому, что вся она была как бы посыпана
        розоватым песком. Оказалось, что не только лезть в гору, но и
        спускаться вниз с большим рюкзаком за спиной, по такому суровому
        склону- тоже непростая задача. Тропу все более или менее успеш-
        но преодолели, а после нее до следующей стоянки "Сосновка" оста-
        лось менее километра.
        На этом переходе была решена судьба яиц. Их осталось все-
        го-то десятка два, но, увязанные в грохотки, они были неудобны в
        переноске и тем окончательно разозлили всех парней.
        А еще Мишенька начал ухаживать за Галочкой. Надо признаться,
        что ухаживание в туристическом походе имеет некоторые отличия от
        обычного. В походе нельзя легкой походкой подкатить к девушке и
        начать ей говорить милые глупости, рассказывая невероятные исто-
        рии о своих приключениях и доблестях. Во-первых, девушка будет
        слушать в полуха, поскольку другая половина ее мыслей будет пос-
        вящена проблемам сохранения равновесия с полуторапудовой тяжес-
        тью за спиной. Во-вторых, и легкая походка у самого кавалера на-
        поминает танец лошади, которой на спину махом забросили чересчур
        тяжелый груз. Да и расходовать энергию на разговоры кажется глу-
        постью. Другое дело потом, когда рюкзаки похудеют. А пока ухажи-
        вание заключается в мелких знаках внимания и помощи, которую мо-
        лодой человек, согласуясь со своими силами, мог оказать. На при-
        вале у пещеры Бурлаков, уяснив свои возможности, предложил ма-
        ленькой тамбовчанке переложить несколько консервных банок из ее
        рюкзака в его рюкзак. И на последнем этапе похода он, шедший впе-
        реди, сбросил свой рюкзак на стоянке, возвратился на тропу и,
        встретив девушку, забрал ее рюкзак и помог ей финишировать.
        Стоянка "Сосновка" была больше, чем предыдущая. Здесь было
        две кухни и больше палаток. Хотя традиции были те же. Также поз-
        доровались с комендантом и попили компоту.
        Володя Крицкий и Леночка с Ларочкой стали готовить обед, а
        остальные разбрелись по палаткам.
        Мишенька ласково предупредил Васю, чтобы он был внимателен и
        не вздумал выбрасывать дежурный кирпич, поскольку он еще приго-
        дится. Вадик, услышав это, заулыбался. Крицкий пожалел, что его
        месть не удалась и удалился на кухню, а Василий что-то сердито
        пробурчал.
        Погода была неважная. Какая-то серая. Оглядевшись на стоян-
        ке, парни развалились на спальниках в палатке и начали лениво че-
        сать языки.
        В проеме возникла здоровенная фигура Иванюка.
        - Так, мужики, я вечером после отбоя отбуду, вы меня не те-
        ряйте. Утром к подъему вернусь.
        - А это что тут?- спросил Бурлаков, имея в виду шум прохо-
        дящих за деревьями машин.
        - Трасса Симферополь- Алушта,- ответил инструктор.
        - По ней троллейбусы что ли ходят? Звук больно
        характерный,- уточнил Бергер.
        - Да,- подтвердил Иванюк.
        Он поднял гитару с постели Вадима и взял несколько пра-
        вильных аккордов.
        - Виталя, да ты играть умеешь?- спросил Вадим, обладавший
        профессиональным музыкальным слухом.
        - Да так. В последнее время не люблю без надобности это де-
        монстрировать. Попадется немузыкальная группа, и начинают: "Вита-
        лик, сыграй да сыграй." А Виталику в это время надо с подругой
        уединиться,- пояснил Иванюк.
        - Это, конечно, неприятно, когда в такой момент отвлекают.
        А вообще, наверное, инструктора неплохо здесь гуляют? Каждые де-
        сять дней новая группа, новые девочки. В нашей группе тоже снос-
        ные гражданки есть,- заметил Бурлаков.
        - Есть-то, есть, но я- уже ученый. В своей группе хорово-
        диться вредно...
        Через час их милую беседу прервал Крицкий, сообщив, что го-
        тов обед. Туристы расселись за длинным дощатым столом и нетерпе-
        ливо поглядывали на зарумянившихся поварих.
        - Давайте так договоримся,- начала Лариса.- мы вас кормим, а
        вы нас не бьете.
        - И тарелки в нас не бросаете,- добавила Лена.
        - А что, есть за что?- поинтересовался догадливый Пугин.
        - Да у нас тут история произошла,- ответила Елена.- Мы на
        такую ораву никогда раньше не готовили и потому малость кашу пе-
        ресолили.
        - Я ее посолила, а Лене не сказала,- продолжила объяснения
        Лариса.
        - Потом я ее посыпала,- созналась Елена.
        - Да, дела...- произнесла Татьяна.
        - Недосол на столе, пересол на спине,- промолвила, улыбаясь,
        Инна.
        - А потом еще и я посолил,- добавил Крицкий.- Я не знал, что
        девчонки ее уже солили.
        - Ну это ты зря. Не мужицкое это дело- кашу солить,- заклю-
        чил инструктор.
        - Ладно, что мы не одолеем, придется вам доедать,- поставил
        точку Вадим.
        Кашу после супа кто ел, кто не ел.
        Вскоре после обеда приехала на стоянку на вчерашнем "Урале"
        еще одна группа туристов. Это были судакцы, которые в течение
        почти всего похода должны были идти с семьдесят седьмой группой
        параллельным маршрутом.
        Из автомобиля вылезло несколько парней и большая толпа дев-
        чонок. С их приездом на стоянке стало заметно больше шуму. Судак-
        цы разговаривали громко, как хозяева.
        - Ой, какой рюкзак тяжелый- стонала смазливая блондинка,
        спрыгнув с машины.- Мальчики, помогли бы!
        - Ты посмотри на них,- обратил Вадим внимание Бурлакова на
        двух рослых девиц, тащивших вдвоем за лямки один рюкзак.- Мы два
        перехода уже прошли горбатясь, а эти приехали на машине, да еще
        рюкзаки по двое таскают.
        - Они завтра свой кайф поймают,- позлорадствовал Михаил.
        Вечером у костра туристы прикончили последнюю бутылку конья-
        ка. И здесь впервые Иванюк рассказал о Черном альпинисте.
        Вообще-то, за время похода группа услышала несколько версий
        о судьбе и происхождении этого фольклорного персонажа. Точнее,
        версий было столько, сколько рассказчиков пытались о нем пове-
        дать. Почему его считали альпинистом, было абсолютно не понятно.
        Крымские горы невысоки и для их покорения не требуется альпинист-
        ского снаряжения. Скорее всего, этот герой туристических баек был
        занесен сюда прямиком с крутых скал Кавказа или с Памира.
        Но во всех версиях были общие точки. Якобы Черный альпинист
        был когда-то простым туристом, но, заблудившись в горных лесах
        Крыма, одичал, оброс, перестал мыться, почему и получил кличку
        Черный. Промышляет он мелкими кражами тушенки и сгущенки у обыч-
        ных туристов и, время от времени, пугает зашедших в лес моло-
        деньких туристочек. А так он абсолютно безвреден, если не брать в
        расчет испачканые от страха при встрече с ним штанишки.
        Постепенно к костру стали подходить судакцы. Уставший от
        вчерашнего концерта Вадим был не в ударе. Без особого энтузиазма
        спел несколько песен, и, когда чужих у костра стало больше, чем
        своих, они с Михаилом отправились спать.
        Когда они уходили, гитару взял Иванюк, и, уже в палатке,
        парни услышали в его исполнении несколько песен. Виталий выбрал
        себе жертву среди судакцев и усиленно производил на нее впечатле-
        ние.
        Потом заиграл и запел кто-то из судакцев. Вадим занервничал
        на своем ложе и засмеялся:
        - Ты послушай, как он играет. Таких аккордов в природе не
        существует.
        Но даже производимый чужой группой шум не помешал им заснуть.
        
        III
        На следующее утро они попрощались с комендантом и шумными
        судакцами. Затем, перейдя через шоссе и через речку Салгир, груп-
        па направилась в горы. Опять их дорога вела вверх. Но рюкзаки бы-
        ли уже не так тяжелы, как в первый день, появилась какая- никакая
        сноровка, да и Иванюк с утра пораньше приподнес им неожиданный
        сюрприз- обрадовал их свежими фотографиями похода. На снимках бы-
        ли запечатлены их пробная экскурсия к Неаполю Скифскому и два
        первых дня путешествия. Оказывается, за ночь Виталий успел смо-
        таться домой в Симферополь и, неведомо как, отпечатать свежесня-
        тые пленки.
        С этой стоянки "дежурный кирпич" понесла Света из Арзамаса.
        Угораздило же ее положить свой рюкзак рядом с Мишенькиным. Увле-
        ченная разговором с Ольгой, бедная девушка не заметила, как ко-
        варный челябинец засунул ей камень в поклажу. Нет, чтоб ему само-
        му нести свой булыжник! После этого Бурлаков, довольный своей
        проделкой, изображая из себя джентльмена, предложил Галочке Коро-
        левой переложить часть груза из ее рюкзака в свой. Миша целенап-
        равленно оказывал этой малышке знаки внимания...
        
        Что невозможно было выведать у Иванюка, так это расстояние
        от одной стоянки до другой. Поначалу это удивляло его подопечных.
        Но Виталий объяснил, что ему запрещено об этом говорить по ин-
        струкции. Тогда парни об этом спрашивать перестали, а любопытные
        девчонки все равно время от времени пытались его расколоть. Хотя
        от знания количества километров, которые предстояло пройти, еще
        ни одна дорога не становилась короче.
        Новая стоянка находилась высоко в горах и считалась самой
        холодной. Называлась она "Партизанской". На этом месте во время
        последней войны, действительно, бывали партизанские базы, а в ок-
        рестностных лесах до сих пор можно было найти боевое оружие. Так
        комендант стоянки- седой мужчина лет под пятьдесят- кромсал сало
        найденым неподалеку настоящим немецким штык-ножом. Возле его па-
        латки валялись гильзы от боевых патронов. Их отыскал всего неделю
        назад напарник коменданта- парень лет двадцати пяти. На кухне,
        вообще, валялся ручной пулемет. Правда, без приклада и некоторых
        важных деталей, благодаря чему грозное когда-то оружие преврати-
        лось в металлолом.
        Кашеварить на "Партизанской" взялись коркинские дамы с
        Оленькой. Мужиком у них был Вася. Надо сказать, что он оказался
        не таким уж бесчувственным истуканом, как казалось поначалу. Ему,
        похоже, приглянулась жизнерадостная Ольга, и опытные Вадим и Ми-
        хаил подбадривали его робкие ухаживания.
        Помня о своих обязанностях, Бурлаков постучал в девичью па-
        латку и попросил у Светы вернуть ему дежурный кирпич. Девушка по-
        рылась в кармане рюкзака и извлекла булыжник. Вид у нее был не-
        доуменный настолько, что она даже не выразила никакого протеста.
        Потом парни разложили свои вещи и стали думать, чем же им
        заняться. Для начала поиграли в городки. Но ни Крицкий, ни Пугин
        не смогли составить конкуренцию Бурлакову. Все-таки Мишенька уже
        второй раз в жизни играл в эту азартную игру и, в отличии от
        своих противников, иногда даже попадал по фигурам. Естественно,
        что при такой меткости "спортсменов" эта игра им скоро наскучила.
        Тем более, что именно в этот момент Вася нашел злосчастный пуле-
        мет. Его повертели, потаскали. Парням он приглянулся, и они все с
        ним сфотографировались, оторвав для этого Василия от кухонных за-
        бот и от Оленьки. У Бергера был с собой фотоаппарат.
        Мишенька в своей черной штормовке, в кепке с большим ко-
        зырьком и с этим пулеметом в руках напоминал то ли карателя из
        зондеркоманды, то ли сподвижника Че Гевары.
        Но и железка быстро надоела. Вот если бы были патроны, да
        пулемет бы работал... Патроны, впрочем, нашлись. Вернулся из леса
        напарник коменданта и принес холщовую сумку, из которой он выки-
        нул несколько стреляных гильз. Пару нестреляных патронов с пуля-
        ми он снова уложил в сумку и на все вопросы любопытствующих пар-
        ней отвечал весьма уклончиво.
        Тогда страна знала отнюдь не всех своих героев. Слово глас-
        ность звучало свежо, но тихо. И мирные советские туристы в лице
        Вадима, Михаила и Юры не подозревали, что столкнулись с редким
        представителем тайной армии черных следопытов. А уж о том, что он
        был черным, говорит его страсть к скромности. Он очень не любил
        маячить на стоянке и даже к девушкам не приставал.
        Возле стоянки протекал горный ручей. Вода в нем была на
        удивление прозрачная и холодная. Кто-то из девчонок быстро сооб-
        разил, и на берегу возник филиал прачечной самообслуживания. Ко-
        мендант посмотрел на это неодобрительно, но запретил только сли-
        вать мыльную воду назад в ручей. Постирали, развесили сушить.
        Дождались обеда.
        А день все не кончался. Тогда, не любивший праздного время-
        провождения, Бурлаков предложил конфисковать у девчонок карты и
        сыграть во что-нибудь интеллектуальное. Вадику девушки не отказа-
        ли, а то вдруг обидится и петь не будет. Нашли третьего, Юру Пу-
        гина, и решили расписать пульку. Нарисовали ее побольше, чтоб не
        отвлекаться до ужина. Игра шла с переменым успехом. Два мизера у
        Бурлакова проскочили, на третьем его поймали, правда, без "паро-
        воза". Когда подбили бабки, то выигрыш и проигрыш укладовались в
        один полтинник.
        
        И в это же время, когда на "Партизанской" Мишенька объявлял
        очередной "сталинград", на стоянке "Сосновка", которую он утром
        покинул со своими товарищами, встретились Людмила Сергиенко и Ве-
        ра Никитская. Девушки обрадовались друг другу, как будто не виде-
        лись много- много лет, а не расстались всего лишь сутки назад.
        Нет ничего труднее, чем описать разговор двух подруг, пере-
        живших совместное приключение. Их реплики состоят из каких-то на-
        меков, милого щебетанья, смеха по непонятным причинам. Так что
        эту сцену мы опустим.
        Тем более, что в это же время в Симферополе, на турбазе
        "Таврия" их общий знакомый Игорь Тарханов, одетый как джентльмен
        на отдыхе, очаровывал администраторшу гостиницы, расточая ей бе-
        лозубые улыбки. Администраторша ему на дух не была нужна, он был
        равнодушен к женщинам на исходе бальзаковского возраста, густо
        увешанным золотом. Но все же она была нужна Игорю, поскольку от
        нее он только что выяснил, что Вера Никитская именно сегодня по-
        кинула гостиницу. И только эта женщина могла сказать ему, где ее
        искать. Тарханов сплел для администраторши какую-то необыкновен-
        ную историю. В ней было много нестыковок, но он сумел предста-
        вить себя несчастным молодым человеком, то ли обманутым, то ли
        покинутым. В общем, достойным сочувствия.
        Ах, как любят женщины последней молодости такие истории. И
        Ирина Николаевна помогла Игорю. Она сообщила ему, что туристка
        Никитская Вера Ивановна направляется в Судак и прибудет туда че-
        рез девять дней. А сейчас она должна быть в пути на свою первую
        стоянку.
        Подарив участливой женщине розы, приготовленные для Веры,
        Игорь вместе с сопровождавшим его Константином отправились на ав-
        товокзал. Билеты на ялтинский троллейбус были лишь на поздний ве-
        чер.
        Недалеко от Перевального фары троллейбуса выхватили из тем-
        ноты фигуру невысокого мужчны с рюкзаком за спиной.
        - О, тоже турист,- промолвил молчавший всю дорогу Костя. Он
        до этого внимательно исследовал туристическую карту Крыма.- Она
        по какому маршруту идет?
        - Сто восемьдесят второму,- отвлекся от своих грустных мыс-
        лей Игорь, следя за пальцем друга, который путешествовал по карте.
        - Между прочим, где-то здесь неподалеку их стоянка. Правда,
        все карты издаются в нашей стране так, чтобы сбивать с толку ки-
        тайско-американских шпионов. Но то, что их лагерь где-то непода-
        леку- это точно!
        Может этот тип из их лагеря?
        - Вряд ли,- лениво возразил Игорь.
        И ошибся. Это в самом деле был инструктор группы Люды Сер-
        гиенко Виктор Черепков- выпускник местного университета, географ
        по профессии. Он, действительно, всего полчаса назад видел и Люд-
        милу, и Веру. А теперь Виктор, подобно Иванюку, тоже направлялся
        в родной Симферополь. Была у местных инструкторов такая неглас-
        ная традиция- ездить со стоянки "Сосновка" домой с тяжелым рюкза-
        ком за плечами. И только они знают, что они возили темной ночью в
        своих рюкзаках. Зарплата у них была маленькая, а на голом энту-
        зиазме и любви к местной природе долго не проживешь...
        
        На "Партизанской" в тот вечер все шло своим чередом. Перед
        ужином по традиции сходили за дровами. А когда вернулись, замети-
        ли на стоянке чужаков. Была пятница, и местные крымские любители
        таскать рюкзаки за спиной, спешили вкусить туристской романтики.
        - Слушай, я их не понимаю,- говорил Мишенька Вадиму.- Люди
        живут в Крыму. Здесь солнце, море, пальмы. А они вместо того,
        чтоб лежать на пляже и греть животики, надевают штормовки, гру-
        бые сапоги и лезут в лесную чащу, в горы. И это не потому, что
        они, подобно нам, заплатили за это безобразие деньги, а для соб-
        ственного удовольствия.
        - Может это от того, что это для нас море в диковинку, а у
        них оно под боком. Им надоели пляж и пальмы. Для них экзотика-
        это горы, лес, туристский костер,- ответил мудрый Вадим.
        - Возможно и такое объяснение.
        Чужих было трое. "Партизанская" считалась самой холодной
        стоянкой на маршруте, и поэтому местные жители посещали ее редко.
        Один из них- полноватый мужик лет сорока пяти- расположился в па-
        латке коменданта, видимо, был его другом.
        Двое ребят помоложе поставили свою палатку в стороне от пала-
        ток группы. Так судьба впервые столкнула группу семьдесят семь с
        Сергеем Шувайниковым. Сергей был таким балагуром, что забалтывал
        кого угодно. Напарник же его, напротив, больше молчал, но взгляд
        у него был любопытствующим и внимательным.
        Первым делом Сергей принялся варить какую-то кашу и греть в
        чумазом чайнике себе кипяток. При этом он не переставал тре-
        паться с девчонками из группы.
        - Ой, дявчонки, (он именно так коверкал это слово, получа-
        лось с его интонацией забавно) и откуда вы такие красивые поприе-
        хали?... Из Арзамаса? Так далеко вас занесло. И из Тамбова? А мы
        местные, тутошние. А вы уже ужинали?.... Вот и мы сейчас кашки
        поедим, чайком побалуемся, индийским. Ох, и вкусно, дявчонки!
        Иванюк, подошедший поглядеть на то, чем занимается его груп-
        па, увидев Шувайникова, посуровел и зло выругался себе под нос.
        Потом он обменялся с Сергеем недружелюбными репликами. Виталий
        выразил неудовольствие тем, что имеет счастье лицезреть новояв-
        ленного туриста. А Шувайников возразил, что имеет право нахо-
        диться везде, где ему заблагорассудится.
        Когда стемнело, зажгли костер и принялись развлекаться. Пе-
        ли песни, но немного. Видимо на Вадике сказывалось отсутствие
        жидкого стимула, а может, он не любил за костром посторонних. За-
        то вели разговоры. Байки, чаще всего страшилки, травили в основ-
        ном чужаки.
        Бурлаков вдруг обратил внимание, что к костру в этот вечер
        практически не подходит инструктор.
        "Очевидно, он не очень-то дружен с балаболом Серегой,- поду-
        мал Мишенька.- А он, в общем-то, производит впечатление руба-
        хи-парня. Особенно, если перестанет к Галочке приставать. Я тут,
        понимаешь, третий день почву готовлю, а он ей туфту гонит. Прав-
        да, он не выделяет ее особо, но все же. Здесь полно других девчо-
        нок, пусть к ним пристает."
        Сидячих мест вокруг костра было мало, и, постепенно, парни
        из группы, уступив их девушкам, оказались во втором ряду слушате-
        лей. Рассказчики продолжали гнуть свое, нагнетая атмосферу жути.
        В их историях все чаще фигурировали темные тени, непонятные сле-
        ды, страшные звуки. Парням все эти истории были до лампочки, а
        девушкам приятно щекотали нервы.
        - Ой, дявчонки, страшно-то как,- вступал иногда Шувайников.-
        Как теперь ночь-то спать. А может пойдем по окрестностям погу-
        ляем? Вон, как там темно, ни зги не видать.
        И он показывал на окружавший поляну, грозно шумевший под по-
        рывами ветра лес.
        Для ночного моциона в этот вечер девушки просили у парней
        фонарик.
        
        IV
        С каждым днем настроение у туристов улучшалось. Этому спо-
        собствовало не только то, что они приближались к морю, а и то,
        что рюкзаки становились все менее объемными и более легкими. Уже
        не возникало конфликтов по поводу того, что кому-то предлагают
        нести слишком много. Да и парни, разобравшись в своих симпатиях,
        могли предложить свою помощь и услуги девушкам.
        Переход до следующей стоянки "Ай- Алексий" проходил на ред-
        кость спокойно, если не считать, что у курящих девчонок кончи-
        лись сигареты. Они пытались стрелять у Вадима, но тот посчитал,
        что содержать на свои запасы еще пять человек накладно.
        Единственно, что огорчило Бурлакова, так это неудача с де-
        журным камнем. Он хотел было доверить нести кирпич Оленьке, кото-
        рая попросила Мишеньку поправить рюкзак у нее на спине. Но бук-
        вально через пять минут кто-то из девчонок его обнаружил в зад-
        нем карманчике, и камень пришлось выбросить, не нести же его са-
        мому, в конце концов.
        А еще на этой стоянке Мишенька был кухонным мужиком. Повари-
        хами были тамбовские барышни и будущий педагог Наталья.
        В обязанности мужика входят: доставка воды, разжигание печки
        и поддержание в ней огня и, самое главное и неприятное, чистка
        кастрюль.
        Туристы, надо сказать, народ ленивый и нетерпеливый. Они лю-
        бят есть и готовы заниматься поглощением пищи с утра до вечера.
        Видимо, сказывается кочевой образ жизни. Им всегда кажется, что
        каша варится исключительно долго, поэтому поварихи, чтобы уско-
        рить процесс приготовления пищи стараются готовить на открытом
        огне печи. Котлы, в которых варятся первые и вторые блюда, естес-
        твенно, от этого коптятся. И вот тут-то, после приема пищи, для
        кухонного мужика наступает самое веселое время. Он, пользуясь
        подручными средствами, а порой без них, пытается придать алюми-
        ниевой кастрюле первозданную чистоту. Что только не используется
        для этого. Кастрюлю чистят песком, ножом, моют теплой водой с со-
        дой, если вода осталась после приготовления пищи и мытья тарелок.
        Догадались даже перед использованием котла намазывать его днище
        глиной. Это, действительно, в какой-то мере, помогало, но всей
        проблемы сажи не решало. Драить кастрюли приходилось долго.
        Мишеньке это сразу напомнило родную Советскую армию и "люби-
        мый" наряд- на кухню. Там точно также, пока не приведешь посуду в
        порядок, старшина из столовой не отпустит. Правда, эту неприят-
        ность скрашивало для Бурлакова то обстоятельство, что он работал
        в компании с Галочкой. Можно было откровенно за ней ухаживать.
        Где-то через час после феодосийцев на стоянку пришли судак-
        цы. И в этот день между ними состоялся договор. Была такая неофи-
        циальная туристическая традиция, когда для общего веселья между
        группами туристов заключались шутливые семейные узы. Для этого в
        каждой группе подбирались кандидаты на должность жениха и невесты.
        Когда обед уже кончился, а ужин еще и не думал начинаться,
        Бурлаков получил кратковременную свободу от своих кухонных обя-
        занностей. На полянке между палатками он увидел живописную карти-
        ну: на не слишком жарком солнышке грелись несколько зрелых девиц
        из судакской группы. Компанию им составлял Виталий Иванюк. В дан-
        ный момент он делал одной из девиц массаж обнаженной спины.
        "Вот так. Пока я там прозябаю на кухне, шеф времени не те-
        ряет. Ба, да эта та самая смазливая блондинка! У инструктора гу-
        ба не дура. Он самую пикантную девицу в их группе выбрал. Трудно
        найти чудака, который бы ей отказался массаж сделать."
        - А вот, хотя бы Михаил,- услышал Мишенька предложение Ива-
        нюка, когда подошел к инструктору.
        Все девицы , как по команде, посмотрели на него.
        - Что опять Михаил?- сгруппировался Бурлаков.
        - Ты как к свадьбе относишься?- спросил у него Виталий вмес-
        то ответа.
        - Резко положительно, особенно если на этой самой свадьбе
        погулять на дармовщинку.
        - Да нет, это тебе жениться придется,- сказала одна из девиц.
        - А в чем я провинился?- искренне удивился Бурлаков.- Прик-
        рывать чужие грехи не мой профиль.
        - Да это не всерьез. Туристская свадьба,- пояснил Иванюк.-
        Для дружеских мостов между группами. Жених из одной группы, не-
        веста из другой.
        - А-а-а, ну если так, то я как пионэр: "Всегда готов!" Но
        только невесту надо нестрашненькую, а то вдруг "горько" кричать
        начнут, целоваться придется. А еще, чтобы она была не москвичка.
        - А чем тебе москвички не угодили,- страшно удивились дева-
        хи. Мишенька, сам того не зная, разговаривал с жительницами сто-
        лицы.
        - Воспитанием. Имел счастье встречаться... А вообще-то, по
        части фиктивных браков я большой специалист. Правда, редко знаю,
        кто за меня замуж идет.
        - Это как?
        - Да у нас в салон новобрачных по справкам из ЗАГСа пускают,
        и девушки, время от времени, просят у меня паспорт и подают заяв-
        ление на брак от моего имени. Им в ответ справку. Они в салон за
        товарами. Так я раза три уже женихом был.
        И кто же моя невеста?
        - Вот Леночка. Подойдет?- ему показали на миловидную девчон-
        ку лет двадцати, светленькую и очень стройную.
        Бурлаков внимательно на нее поглядел.
        "Что ж, капелька симпатичная. Худенькая, правда, но белень-
        кая зато. Взгляд такой скромный. Высокая правда, так это ж пона-
        рошку, да и не ростом мне с ней мериться, а жениться."
        Он подмигнул девушке.
        - Подойдет. Если народ просит, чего не побалдеть,- решил
        он. - А сама-то кандитатка в невесты не возражает?
        - Нет. Ей страсть как замуж охота,- ответила за нее одна из
        девиц.
        Все засмеялись.
        - Ну ладно, меня уже зовут,- сказал Михаил.- Кстати, девоч-
        ки, сигареткой никто не угостит?
        Получив от москвичек сигаретку, Михаил подошел к сидевшим
        возле печки Галине и Инне.
        - Солнышко,- обратился он к маленькой тамбовчанке.- Я тут
        отравы для тебя выпросил. Можешь дальше губить драгоценное свое
        здоровье. Видишь, какой я заботливый и внимательный.
        Он протянул Королевой сигарету.
        - Цени, подруга, и мне оставь,- сказала Инна.- Миша, надо
        воды принести, греть будем.
        Когда Бурлаков проходил мимо теплой компании договорщиков с
        ведром воды, они обсуждали вторую пару для брака. Теперь от фео-
        досийцев требовалась невеста.
        - Начальник,- сказал Мишенька, не останавливаясь, Иванюку. -
        Лучше нашей Оленьки никого не найти.
        На том и постановили.
        Через полчаса на кухню прибежала раскрасневшаяся Ольга.
        - Мишка, ты, говорят, мне в женихи набиваешься.
        - Упаси боже, Олюшка, я и мечтать не смею о счастье таком.
        Потом у меня, вроде как, есть уже невеста. Леночкой зовут. Да вон
        она, в черном свитере. А тебе кого-то другого должны были предло-
        жить, из судакской группы.
        - А мне говорят, что ты меня предложил и жениха Мишкой зовут.
        - Ты представляешь, Ольга, какой я негодяй. Действительно,
        это я выдвинул твою кандидатуру, признаюсь. Но твой жених- не я.
        Хотя он, может, и мой тезка. Это тебе вон туда надо обратиться,-
        он показал на место, где сидела компания Иванюка.
        Когда Оленька показали настоящего суженного, она пришла в
        легкое замешательство- парень ей понравился. И звали его, дейст-
        вительно, Михаилом.
        А Бурлаков в это время отчитывался перед Королевой.
        - Вот, Галочка, стоит мне шаг в сторону от тебя сделать, как
        тут же какие-то девицы на шею вешаются. Женись, говорят, на мне,
        а то хуже будет...- и он рассказал девушке о смысле мероприятия.
        Ближе к ужину стоянка стала заполняться местными крымскими
        туристами, которые мечтали провести выходной день не в шуме ку-
        рортных городов, а на лоне природы. Они разбивали свои палатки,
        зажигали костры, самые хитрые пытались воспользоваться печкой, но
        им популярно объясняли, что это- для организованных туристов. Ма-
        ло того, на стоянке появились какие-то парни на лошадях. Оказа-
        лось, что это местные деревенские ребята пришли на девок погля-
        деть. И опять замаячил Сергей Шувайников. Он беседовал с девушка-
        ми из группы, как со старыми знакомыми и пытался не встречаться с
        Иванюком.
        Бурлакову было наплевать на отношения Сергея и Виталия, но
        то, что неожиданный попутчик влезает между ним и Галиной, его
        слегка нервировало. Чувства, что начинал испытывать Михаил были
        сродни легким уколам ревности. Его уже стали понемногу раздра-
        жать, как закопченый чайник Сергея, без конца гревшийся на плите,
        так и его знаменитое "дявчонки".
        После ужина группа расселась у костра и продолжила посидел-
        ки. А грустный Бурлаков чистил котлы. По ходу дела он сшиб у мес-
        тных туристов еще несколько сигареток для своей курящей подруги.
        Ближе к ночи его нашел Вадим.
        - Мишель, пошли со мной.
        - Куда это?
        - Я тут с парнями познакомился, выпить приглашают, а одному
        неохота.
        Неведомо как, но Вадим сошелся с деревенскими кавалеристами.
        И теперь он, прихватив гитару, вел своего приятеля куда-то за
        пределы лагеря.
        Всадников было трое: два пацана лет до двадцати, один из ко-
        торых успел быстро набраться и ему больше не наливали, и старший-
        ровесник Вадима и Михаила. Оказалось, что в молодости и этот
        старшой и оба челябинца воспитывались на одной музыке и их куми-
        рами были "Deep Purple" и "The Beatles", да и в армии крымчанин
        служил на Урале. За такое родство душ необходимо было выпить, что
        и сделали. Вадим, ощутив металл в голосе, стал петь песни Новико-
        ва и Розенбаума. Только позднее время помешало дружной компании
        посидеть подольше. Спать они пошли во втором часу ночи.
        А уже полшестого Мишеньку разбудила Наталья. Нужно было то-
        пить печку.
        
        V
        Дежурные по кухне встают рано. Бурлаков разжег огонь и при-
        нес воды. Пока девочки колдовали над варевом, он подремал тут же
        за столом. Потом, по мере освобождения котлов, стал их драить.
        Около семи группа встала и позавтракала. Затем краткие сбо-
        ры и сдача стоянки коменданту. А потом снова поход.
        На этом переходе Бурлаков шел замыкающим. Он страсть как не
        любил тащиться сзади, но Иванюк сказал, что наступила очередь Ми-
        хаила идти в конце колонны. Слава богу, что эта роль оказалась
        формальной и, хотя группа растянулась метров на пятьдесят, нико-
        го подгонять не требовалось.
        На каком-то из этапов он шел с Оленькой, и они увлеченно
        обсуждали вчерашние события.
        - Ты зачем сказал, что я хочу быть невестой?- нападала на
        него девушка.
        - Плюнь в глаза тому, кто скажет, что я так сказал. Я не
        знаю и знать не могу, чего ты хочешь, лапушка моя.
        Я сказал, что лучшее... Заметь, лучшее, что мы им можем
        предложить- это ты, Оленька. Лучше тебя у нас никого в группе
        нет,- отбивался молодой человек.- Ты можешь меня расстрелять, но
        своих убеждений я, как настоящий коммунист, не меняю.
        При этих словах девушка вспыхнула.
        - Ну тебя, Мишка, тебе лишь бы чепуху молоть.
        - Вот тебе на. Оценила! А кстати, Олюшка, ты знаешь, как
        выйти замуж без ошибки?
        - Опять что-нибудь соврешь или придумаешь?.
        - Ну почему сразу соврешь, придумаешь? Нашла вруна и при-
        думщика. Я просто совет хотел дать, как более старший и опытный
        товарищ. А уж следовать моему совету или нет, это твое дело.
        Они помолчали минуты две.
        - Ну и как?
        - Что как?- переспросил молодой человек, успевший заду-
        маться о чем-то другом.
        - Вруша.
        - А, это ты про замужество? Так слушай.
        Предположим, ты познакомилась с молодым человеком и он те-
        бе нравится. Как я, например.
        - Да ну тебя.
        - Ладно, Оленька, ладно, если меня "да ну", если я тебе ка-
        тегорически не нравлюсь, пусть это будут Вадим или Вася. Кто-то,
        ведь, должен быть тебе по душе, особенно, если меня "да ну".
        Так вот,- продолжал он, чтобы засмущавшаяся девушка не убе-
        жала.- Этот молодой человек, который тебе условно нравится, об-
        наглел так, что сделал тебе предложение. И ты не знаешь, на что
        решиться. И замуж интересно. Все-таки любопытно: в свадебном
        платье покрасоваться и семейной дамой себя почувствовать . А, с
        другой стороны, вдруг это не он- твоя судьба. Особенно, если кан-
        дидатов на твою руку много. Например, кроме Васьки и Вадика еще и
        Володька с Юрой Пугиным.
        Михаил не мог не вставить что-нибудь шутейное в любой
        серьезный монолог. Это было выше его сил.
        - У Юры с Таней такая любовь...- вдруг задумалась Ольга.
        - Это точно. Можно только позавидовать. Юра отличный парень,
        главное- надежный. А вот с кем дружит Вовка, я никак не пойму. То
        рядом с Ларой идет, то рядом с Леной. Ну, в общем, это их пробле-
        ма.
        Таким образом, ты в страшной задумчивости. А решается все
        просто, как грецкий орех расколоть.
        Тут он достал из кармана орех, которым вчера его угостили
        всадники, положил на камень и сильно ударил ладонью. Орех раско-
        лолся пополам, и он подал одну половину девушке.
        - Ты просто подумай, что замужество- это вовсе не два дня
        свадьбы под пьяные крики "Горько! Горько!" Это- долгое, совмест-
        ное существование, по возможности, мирное.
        Здесь тон его стал менторским, как у профессора, который чи-
        тает лекцию студентам и интонацией пытается указать самую важную
        мысль.
        - И когда подумаешь, тогда решай: согласна ли ты видеть это-
        го человека долгие годы, особенно, если все его шутки ты уже слы-
        шала и успела выучить наизусть. Причем, чаще всего, тебе придется
        лицезреть его не в праздничной одежде, в которой он приходит к
        тебе на свидания сейчас, а в домашней рубашке и в трико с пузыря-
        ми на коленках.
        Подумай, не будет ли так, что через месяц вам не о чем ста-
        нет разговаривать. Посмотри, как он относится к своей матери. Это
        очень важно, хотя и известно без меня. Потом реши, хочется ли те-
        бе стирать его грязное белье. Мужики- они такие ленивые грязну-
        ли... Также следует быть готовой к тому, что после торжественной
        церемонии твой избранник перестанет быть джентльменом и не будет
        помогать тебе по хозяйству. Но и самое важное, хочешь ли ты ро-
        жать от него детей.
        Если двое претендуют на твою руку, ты выбирай того, от кого
        хочешь детей.
        Вообще-то, Оленька, главное достоинство молодого человека-
        это не красота и не сила, и даже, иногда, не ум. А надежность.
        Вот у нас в группе два надежных человека: я и Вадим. И Вася
        немножко.- Бурлаков опять свел к шутке, поскольку они догнали
        шедшего с гитарой Вадима.
        - А Вовка?- удивилась наивная девушка.
        - Если бы мы сейчас подошли к Крицкому, я бы сказал, что я и
        Владимир, а так как мы догнали Дюкова, то это- я и Вадик. Неуже-
        ли не понятно? Так что, у тебя, Оленька, богатейший выбор: или
        шатен с гитарой, или брюнет с чувством юмора.
        - Да ну тебя, Мишка, никогда не поймешь: когда ты шутишь,
        когда правду говоришь.
        - Оленька, сладкая моя, я- очень честный человек. Я, вообще,
        никогда девушек не обманываю. Бывает, введешь их в заблуждение,
        но обманывать- никогда!
        Все, что я тебе говорил, чистая правда, да и ты, наверное,
        сама все это слышала раньше. Я просто собрал все в кучу. И самое
        интересное, Ольга, что все это знают, но никто этим не пользуется.
        - О чем вы?- встрял Вадим, до которого не доходил смысл бе-
        седы.- Что это вы, мое незапятнаное имя склоняете.
        - Да я рассказывал ей, как надо мужа выбирать,- пояснил Бур-
        лаков.- И популярно объяснил, какой у нее широкий выбор: или ты,
        или я. Ты ведь, как мне кажется, всегда готов взять Ольгу в жены?
        - Какой базар, чувак!- согласно закивал головой староста.
        Он никогда не отказывался побалдеть.
        Оленька, засмущавшись и не поняв, как надо относиться ко
        всему, то ли как к шутке, то ли серьезно, ускорила шаг.
        - Оленька, ты не убегай от нас, я тебе еще про способы и ме-
        тоды не рассказал,- окликнул девушку Михаил.
        - Какие методы?- спросила девушка, сбросив скорость.
        - Методы борьбы за любовь девушек.
        - Ну-ка, ну-ка, интересно. И какие же у тебя методы?
        - Сейчас, так я тебе и расколюсь. Кто же такие тайны выдает.
        А как же я тебя потом соблазнять буду?
        - А зачем меня соблазнять?- удивилась девушка.
        Михаил тяжело, демонстративно вздохнул, думая, как сформули-
        ровать свою мысль, и выдал самое простое объяснение:
        - Так, на всякий случай.
        Потом добавил:
        - Я тебе только чужие тайны могу продать, за умеренную пла-
        ту. Рассказать?
        - Попробуй,- согласилась девушка.
        - Итак, начнем. Мужики бывают "ретивые".
        - Какие?- переспросила Ольга.
        - Ретивые, которые добиваются девушек напором. Он будет
        преследовать тебя везде и всюду, надоедать звонками по телефону,
        отгонять других парней силой или угрозами, а тебе будет без кон-
        ца говорить, что ты будешь его, чтобы не случилось. Обычно, это
        метода тех парней, кто признает только силу и не надеется на свой
        ум. Чаще всего, они злые и грубые. Своим таким поведением он соз-
        дает вокруг тебя вакуум. У тебя нет выбора. Единственный парень
        около тебя- он. И если ничего не произойдет, и ты не сможешь от
        него избавиться, может он своего и добьется.
        Хорошо, что таких бывает немного.
        Второй вид- "настойчивые". Метод похожий, но без лишних гру-
        бостей. Настойчивый действует по принципу: "не мытьем, так ка-
        таньем". Он всюду будет стремиться встречаться с тобой, ходить за
        тобой тенью, делать подарки на дни рождения и ждать.
        - Чего ждать?
        - Когда ты согласишься выйти за него замуж. Он может ждать
        этого годами. Он каждые шесть месяцев или даже чаще будет делать
        тебе предложение руки и сердца. Вся суть метода в том, что ты к
        нему привыкаешь и на определенном этапе вдруг тебе кажется, что
        он необходим в какой-то мере. Конкурентов он не бьет. Это- метод
        вежливых людей. Он их просто пересиживает на твоем диване. Да и
        потом у всего твоего окружения создается впечатление, что у тебя
        уже есть приятель, хотя сама ты можешь так и не считать.
        Кстати, среди поклонников этого метода много интеллигентных
        людей. Не исключено, что он будет дарить тебе не только цветы, но
        и стишки собственного сочинения.
        Разновидностью "настойчивых" являются "вкрадчивые". Эти-
        вообще, смертельно опасны.
        Он войдет в твою жизнь случайно и незаметно. Он не будет де-
        лать тебе подарков и говорить комплиментов; по крайней мере на
        первом этапе в этом нет нужды. Сначала ты будешь считать его
        просто знакомым, потом вы незаметно сблизитесь и станете друзья-
        ми. А в один прекрасный момент ты поймешь, что он тебе нравится.
        Нравится как мужчина. Его положение друга позволит ему общаться с
        тобой чаще, чем раньше, и ты, неожиданно для себя, откроешь в нем
        что-то интересное и интригующее. И эта его черта очарует тебя, и
        ты можешь влюбиться в него. Ему совсем не надо быть краснобаем
        или красавцем. Достаточно просто быть мужчиной и совершать муж-
        ские поступки...
        Но, Оленька, я рад тебе сообщить, что тебя такой кошмар не
        постигнет ближайшие несколько лет.
        - Это почему-же?- спросила недоверчивая девушка.
        - Да по той простой причине, что так ооблазняют замужних
        дам, если действуют осознанно. Или по такой схеме довольно часто
        и неосознанно получаются служебные романы. А ты девушка холостая,
        и на службу не ходишь. Как ты, наверное, догадываешься, метод
        это требует времени, может быть, даже нескольких лет. А девушки
        сейчас долго ждать не будут, раз- и в дамы.
        - А ты откуда такой метод знаешь? Ты за замужними дамами
        ухаживал?
        - Надо честно тебе признаться, Ольга, и за разведенными с
        детьми тоже. Мне все-таки двадцать восемь- чего только в жизни не
        бывало. А они такие же женщины, только порой более грустные и
        несчастные...
        Ну ладно обо мне. Дальше рассказывать?
        - Рассказывать,- согласилась девушка.
        Третий вид- "плаксивые". Эти действуют только на сердо-
        больных и добрых девушек. Он не требует и не добивается, он клян-
        чит у тебя взаимности. Он ходит за тобой и стонет про то, какой
        он несчастный, всеми обижаемый и непонятый. Тут вся надежда на
        твою доверчивость и великодушие, что настанет час, когда ты пой-
        мешь его и пожалеешь, и будешь любить его такого несчастного и
        убогого, всеми гонимого.
        Но мы с Вадимом, такой метод и людей, им пользующихся не
        одобряем. Правда, Вадик?- обратился Михаил к старосте, который
        шел рядом и, внимательно слушая приятеля, усмехался в усы.
        - Это не наш метод,- согласился он с Бурлаковым.
        Мишенька, добившись подтверждения от друга, продолжил свои
        разглагольствования:
        - Потом идут "обаятельные". Эти надеются на свое искусство
        обольщения. Они очень красиво и вдохновенно ухаживают. Просто ры-
        цари и джентльмены. Они очень приятные в обращении с дамами люди.
        С таким кавалером ты будешь чувствовать себя барышней девятнадца-
        того века. Правда, чаще всего, все это обаяние- только метод за-
        воевания дамы. На всю жизнь его у этих мужчин не хватает, и очень
        скоро тебе придется возвращаться в век двадцатый. Многие этого не
        выдерживают.
        Есть еще "красивые"- ну это просто скучно. У меня был один
        знакомый, так он при своей внешности на спор девушек соблазнял.
        Так же скучны "богатенькие Буратино". Но советским девушкам
        они часто нравятся. Это так приятно ездить на машине, отдыхать на
        шикарной даче или на Черном море. Но, мне кажется, Оленька, что
        тебе это не грозит. Ты так воспитана, что выйдешь замуж по любви
        за бедного, но честного.
        Я не обидел тебя последним замечанием?
        И когда девушка, улыбаясь, отрицательно мотнула головой, он
        продолжил:
        - Самые хитрые- это "прохиндеи- болтуны". Посмотришь на не-
        го: ни вида, ни ума. Однако, девушек снимает, только уши завора-
        чиваются. Одними разговорами. Правда, надо заметить, что популяр-
        ны они только среди девушек определенного толка: старшеклассниц и
        пэтэушниц. По заказу он уговорит не всякую. Если девушка доста-
        точно умная и образованная, то она сразу поймет, что парень-
        обыкновенный пустозвон. Вот, например, с Ларочкой и Леночкой та-
        кой способ не пройдет. А Крицкий- мягкий интеллигентный парень-
        вот это для них.
        Наверное, я кого-то пропустил и не упомянул. Но это- основ-
        ные виды твоих врагов, Ольга. Все они жаждут добиться твоей взаи-
        мности.
        - А вот Васька к какому виду относится?
        - Гомо сапиенс- "робкий". Он будет ходить вокруг и около и
        может ничего не сказать. Если ты хочешь с ним покрепче подружить-
        ся, то надо дать ему шанс, надо его как-то провоцировать на сбли-
        жение. А, вообще-то, это проходит с возрастом и опытом, и Вася
        когда-нибудь сможет усвоить какой-либо другой способ общения с
        девушками.
        - А ты?- Ольга ехидно улыбнулась.
        - А я, как и Вадим, отношусь к виду "умных". Мы все делаем с
        умом. Правда, Вадик.
        - Это точно,- согласился староста.
        - Ну уж, так и с умом?
        - Естественно. Поскольку я знаю все методы, то могу ис-
        пользовать их в любом сочетании, даже применяя косвенные.
        - Косвенные- это как?
        - Это значит не напрямую. Например, через подруг. Я знаю два
        таких. Один - это когда сначала волочишься за подругой девушки,
        которая тебе нравиться, а потом, внушив действительной жертве,
        что ты хороший парень, дождавшись нужного момента, делаешь роки-
        ровку. Девушки после этого ссорятся навсегда, а о тебе идет нехо-
        рошая слава. Я такой метод не признаю за честный.
        Второй же расчитан на женскую психологию. Девушки так любят
        чужие секреты. И ты подругам девушки, по которой ты вздыхаешь,
        рассказываешь о своих чувствах. Они, ясное дело, доносят это до
        ушей той, которой все и предназначается. И она начинает обращать
        на тебя внимание...
        Но это очень сложный способ, я даже пример тебе убеди-
        тельный, из жизни, привести не могу. У меня ни один друг им
        пользоваться не умеет. Нечто подобное описано у Чехова в расска-
        зе "Удав и кролик". Шутейно, но весьма правдоподобно.
        Можно покорять женщин с помощью писем. Но для этого надо
        иметь талант в эпистолярном жанре. А можно с помощью других спо-
        собностей, если, конечно, они есть.
        Здесь Михаил подмигнул Ольге и незаметно кивнул головой в
        сторону Вадима, намекая на его умение петь играть на гитаре.
        За такими разговорами они дошли до места привала. Группа
        расположилась на косогоре. К подопечным обратился с речью Иванюк.
        Из его монолога стало ясно, что следующая стоянка называется "Чи-
        генитра" и отличается она тем, что в ее окрестностях нет лесов, а
        потому дрова надо нести с собой отсюда. Он обвел руками вокруг.
        Все внимательно поглядели туда, куда он показал. Общее недо-
        умение выразил веселый Пугин:
        - Виталя, а где тут собирать, здесь и деревьев нормальных
        нет.
        Склон горы украшали негустые заросли кустарников.
        - Что есть, то и собирайте,- пожал плечами инструктор.
        Минут через двадцать, насобирав веточек и сучков, прикрепив
        их к рюкзакам, группа по наезженной дороге потянулась в гору.
        Туристы шли медленно, такой темп, ориентируюясь на более
        слабых, задавал Иванюк, но это не всех устраивало, и три девушки:
        Ольга, Наталья и Инна, устав его подгонять словесно, решительно
        обогнали инструктора и отправились вперед самостоятельно. Вита-
        лий, ехидно улыбаясь, позволил бунтовщицам уйти.
        Все произошло так, как он и предполагал. Девчонки, ведомые
        могучей Натальей, настолько увлеклись ходьбой по широкой дороге,
        что не заметили узкую тропинку, ведущую к стоянке, и промчались
        мимо нее.
        Чуть не час группа ждала их затем в лагере. Володя с Васей
        даже пошли их искать. Счастливый момент возвращения блудных сес-
        тер, отшагавших из-за гордыни и избытка сил несколько лишних ки-
        лометров, в лоно группы был запечатлен для истории Иванюком с по-
        мощью фотоаппарата. Правда, Ольга от смущения и стыда фотографи-
        роваться отказалась и пряталась от Виталия за палатками.
        Стоянка "Чигенитра" находилась на горном уступе. С одной
        стороны громоздилась скала, с другой было весьма глубокое ущелье,
        на дне которого находился какой-то населенный пункт. Особенно ин-
        тересно становилось смотреть на него вечером в темноте, когда там
        загорались огни. Наблюдать же эту красоту приходилось волей-нево-
        лей, поскольку мужское отхожее место кто-то остроумно поставил
        на краю пропасти, дверью на ущелье. Такое совмещение приятного и
        полезного очень развлекало парней.
        Но до темноты было еще весьма далеко, вовсю жарило солнце, и
        все принялись загорать.
        - Наконец-то видно, что мы находимся в Крыму,- оценил пого-
        ду Вадим и отправился на кухню. Пришла его очередь дежурить.
        Развлекались, кто как мог. Девчонки устроили постирушки,
        Бурлаков и Пугин начали шахматный матч за звание чемпиона группы.
        Оленька выясняла, можно ли где помыться. Она была страшная чистю-
        ля.
        После обеда на стоянке снова появился Шувайников. Он снова
        был со своим другом и сразу же опять начал шутить c девушками.
        Мишенька отнесся к его приходу с молчаливым спокойствием, ну при-
        шел и пришел, лишь бы к Королевой не приставал. Девчонки же
        встретили его с энтузиазмом, но не все. Умненькие Лара и Лена,
        уже не реагировали на его юмор. Пробыл он недолго и к вечеру ис-
        чез, а Иванюк еще до его ухода успел сказать парням, чтобы были в
        общении с Сергеем по-аккуратней. Он не тот человек, с которым
        можно быть откровенным. Что он имеет отношение к каким-то органам.
        А ближе к вечеру в лагерь прискакал на лошадке молодой па-
        рень - приятель коменданта. Парень этот был видный: высокий,
        стройный, с аккуратными усиками. Он довольно охотно контактировал
        с туристами и разрешил им использовать свою лошадку для фотогра-
        фирования.
        Первым на нее залез Мишенька. Ему было интересно посидеть на
        живой, настоящей коняжке. Потом прибежал Вадим, не мог же он упу-
        стить такой шанс. С собой он принес самый большой нож, который
        можно было найти на кухне. Тесак заменил старосте саблю, он ре-
        шил запечатлеться в виде кавалериста времен гражданской войны.
        Жалко, что бурки не нашлось.
        Даже не любивший особо маячить на фотографиях Иванюк взгро-
        моздился на бедное животное. Ему посоветовали поджать ноги, а то
        непонятно при его росте, то ли он в седле сидит, то ли лошадь у
        него между ног путается. Шутка, конечно, до земли инструктор но-
        гами не доставал. Из девушек смелой оказалась Лариса. Она сидела
        на лошади скромно, но уверенно.
        К вечеру похолодало. Все накинули штормовки. Но, тем не ме-
        нее, посиделки удались, много пели и смеялись. Сначала в програм-
        ме участвовал Иванюк, но ближе к ночи куда-то незаметно исчез.
        Бурлаков сидел рядышком с Галочкой и совсем не подозревал, что
        это он делает в последний раз. А недалеко от них, спиной к костру
        уютно примостились названная невеста Мишеньки- Лена Лобко с уса-
        тым кавалеристом. Они бережно целовались.
        "Вот они женщины. Замуж выйти за меня не успела, а уже изме-
        няет,"- подумал Михаил и не убрал свою руку с талии тамбовчанки.
        Охотно пел песни Вадим в этот вечер. Он еще не потерял наде-
        жды на дружбу с Инной, хотя его уже стали посещать кое-какие по-
        дозрения.
        Закончили гулянку поздно ночью, вспоминая песни семидеся-
        тых- песни своей юности.
        
        VI
        Проснувшийся первым, Пугин ворвался в палатку с утреннего
        моциона, хлопая себя руками по разным местам.
        - Ну, братцы, тоска. На улице холодрыга-а-а.
        Выбравшись из мешков, парни тоже сходили "поглядеть на про-
        пасть" и убедились в этом сами.
        Вся группа, не сговариваясь, собралась возле печки, где шу-
        ровал кочергой Вадим. Но даже там согреться не удавалось. Едва
        дождались завтрака. Затем, надев все, что было в рюкзаках, турис-
        ты вышли на тропу.
        Было, в общем-то, не столько холодно, сколько ветренно.
        Сильный пронизывающий ветер только что не сдувал с ног. И каза-
        лось странным, что еще вчера ребята ходили раздетыми и даже заго-
        рали. Теперь же, прикрыв спины рюкзаками, туристы спешили побыс-
        трее добраться до лесных зарослей, чтобы там укрыться от ветра.
        В это утро путь их лежал на перевал Малые ворота. И тропин-
        ка, по которой они шли, долгое время вела в гору по довольно кру-
        тому склону.
        - Наш двадцать пятый маршрут является эталонным для туристи-
        ческих переходов первой категории трудности,- подбадривал своих
        подопечных Виталий.- Тот, кто его преодолеет, может претендовать
        на...
        - Звание заслуженный мастер спорта по туризму?- высказал
        свое предположение веселый Юра Пугин.
        Все, кто понял, засмеялись.
        -... На значок "Турист СССР",- поправил его Иванюк.
        - У-у-у,- единодушно обиделись Вадим и Мишенька.
        - Я такой..,- тут Бурлаков быстро что-то про себя подсчи-
        тал.- Четырнадцать лет назад получил. Когда Тургояк посещал.
        - Теперь будешь "дважды турист СССР",- заключил Дюков.
        На полпути они сделали привал. Там Юрий показал им место,
        откуда можно было увидеть сразу два горных хребта. Ребята с удо-
        вольствием поглядели на них, но Мишенька для себя отметил, что
        они настолько одинаковы, эти горные, обросшие буком и грабом,
        склоны, что достаточно было посмотреть и на один.
        После пересечения Малых ворот, где ветер был особенно силен,
        внимательный к направлению движения Бурлаков высказал предположе-
        ние:
        - Начальник, сдается мне, что мы пошли в обратную сторону?
        - Надо же, заметил. Так оно и есть. Петлями ходим,- согла-
        сился с ним Иванюк.
        Теперь дорога шла вниз и также по горному склону. Они шли к
        следующей стоянке с татарским названием "Кок-Асан".
        К лагерю они сразу не пошли. Инструктор им ничего не объяс-
        нил и только сказал, что надо ждать. Минут через двадцать их дог-
        нали судакцы. У обеих групп стоянки были общие, но маршрутные
        тропы до них- разные. В пути они никогда не встречались. Стали
        ждать чего-то вместе.
        Наконец, со стороны лагеря появился какой-то парень и пере-
        говорил о чем-то с инструкторами.
        - Минут через десять пойдем,- сообщил Виталий.
        
        На стоянке их уже ждали.
        - Вот они! Вот они, светлейший хан. На колени, на колени,
        проклятые иноверцы. Кто смеет стоять перед светлым ликом велико-
        го хана Рюкзака XVIII-го?
        Обреченные туристы, улыбаясь, встали на колени, выставив пе-
        ред собой рюкзаки. Перед ними предстала удивительная картина:
        среди пышных персидских ковров, которые должны были изображать
        синие туристские одеяла, восседал по-турецки падишах- молодой че-
        ловек с русой бородой и с полотенцем на голове, закрученным в ви-
        де чалмы. Его и называли этим самым Рюкзаком XVIII-м. Рядом сиде-
        ла, видимо, "любимая жена повелителя", а у ног его расположились
        одалиски и наложницы. Среди них Бурлаков узнал кое-кого из деву-
        шек, виденных им прежде в Симферополе. Юношей он не признал. Вот
        такое свойство было у его памяти: девушек, особенно симпатичных,
        он запоминал, а юношей, если с ними не общался,- нет. Девушки бы-
        ли увешаны бусами и венками, а также раздеты до купальников. По-
        года этому не мешала. Ветер уже стих, или в этой долине он не
        ощущался.
        Представление продолжалось.
        - Вы, презренные гяуры, должны выдать одну из ваших девушек
        в гарем достопочтимого хана, самую красивую.
        Тут они пытались вытянуть из ряда Татьяну Сколченкову, но за
        нее ухватился и удержал Юрий. Ему было жалко своей невесты. Тог-
        да, не очень усердствуя, стража ее отпустила и подхватила Надеж-
        ду. Крикливая Надя визжала, но ее представили пред ясные очи ха-
        на. Тот благосклонно улыбнулся и молча кивнул, соглашаясь с тем,
        чтобы девушка вошла в его гарем.
        Потом наглый Визирь, не успокоившись на этом, потребовал вы-
        куп и, по совету Иванюка, наблюдавшего все со стороны, группа от-
        дала несколько банок сгущенки и тушенки. Затем были всевозможные
        испытания. Юрика Пугина за то, что он не пустил Татьяну, выдерну-
        ли из строя и заставили носить в ложке яйцо, причем ложку надо
        было держать во рту. Одного из судакцев назначили ханским звездо-
        четом и промыли ему оптику. Всем было весело и интересно. На про-
        щание хан смилостивился и все зрители и участники торжественной
        встречи сфотографировались.
        Представление, подобное этому, по традиции проводила всегда
        встречающая группа. И Иванюк предупредил своих туристов, что зав-
        тра нечто похожее должны будут показать и они. А пока группа фео-
        досийцев, что их приветствовала таким необычным способом, пригла-
        сила вновь пришедших совместно испить компоту. Они дружно усе-
        лись за один стол и отметили встречу.
        Стоянка "Кок-Асан" была необычной- самой большой, расчитан-
        ной сразу на четыре группы. Туристы жили на ней по два дня. И
        поэтому здесь встречались группы, шедшие друг за другом.
        "Ха,"- подумал Мишенька.- "Если мы сегодня встретились с те-
        ми, кто идет впереди нас, значит, завтра мы увидим тех, кто идет
        за нами. Интересно, интересно. Если выводы мои правильны, так
        значит завтра меня нагонит Людочка, и мы увидимся с ней раньше,
        чем в Феодосии. С'est tres bien!"- перешел он неожиданно для себя
        на французский язык.- "C'est excellent!"
        Расположившись в палатке, парни отдыхали недолго- примчался
        озабоченный Вадим и стал трясти с них деньги. Оказалось, что
        где-то неподалеку, всего-то в пяти километрах от их лагеря, есть
        поселок, и туда в магазин можно послать гонца. На счет того, что-
        бы выпить особых противников не было, но не было и больно желаю-
        щих шагать пять километров в деревню. Однако, когда такой гонец
        нашелся среди судакцев, деньги собрали быстро.
        После обеда произошло то, что должно было рано или поздно
        произойти. Мишенька расстался с Галиной. Он долговременно и об-
        стоятельно вел осаду по всем правилам любовного искусства. Но,
        видимо, будучи великим теоретиком, он не был великим практиком. А
        может, сказывалась его обычная, ничем не примечательная наруж-
        ность. Девушка гордо устояла, и Миша понял, что ему ничего не
        улыбается. У него давно появилось подозрение, что Королеву больше
        устроил бы Вадим в качестве ухажера. В конце концов, девушки так-
        же имеют право выбора, они ведь тоже люди.
        Поэтому, убедившись, что он не вызывает у маленькой тамбов-
        чанки положительных эмоций, Михаил поставил свой вопрос ребром:
        - Слушай, Галочка, ты не хочешь со мной дружить?
        Девушка молчала, и довольно-таки красноречивый ответ он про-
        чел на ее лице. Бурлаков все понял и сказал:
        - Ну что ж, нет, так нет.
        И отошел.
        Настроение было не очень, но он подумал, что завтра сюда
        придет Людмила. Эта мысль согревала и делала дальнейшую жизнь ос-
        мысленной.
        А потом, его обрадовали, что сегодня состоится его свадьба.
        Ну вот, а он уж решил, что про это мероприятие все забыли.
        Часа через два после обеда вернулся гонец и, рассчитавшись с
        ним, мужики обсуждали программу вечера. Гулять решили после ужина.
        Вечером все забрались в палатку, где жили курящие девчонки.
        По кругу пошла кружка, в которую методично наливали. Правда, пить
        никого особо не уговаривали.
        Рядом с Мишенькой посадили Лену Лобко- невесту. А Оленька не
        пришла, и ее жених сидел одинокий и грустный. Парень так ей нра-
        вился, что даже в шутку она не могла с ним целоваться. Для алиби
        чистюля Ольга вымыла голову и заявила, что с мокрыми волосами ни-
        куда не пойдет. Поэтому брак заключала только одна пара.
        В общем-то, свадьба была только поводом, и на "молодоженов"
        никто никакого внимания не обращал. Для проформы прокричали один
        раз "Горько!" и на минуту погасили свечу, освещавшую палатку. Ле-
        ночке было неудобно, что вчера на "Чигенитре" Михаил видел, как
        она целовалась с ковбоем. Поэтому она от поцелуев уклонялась.
        Преодолев ее сопротивление и выполнив формальность, Ми-
        шенька разговорился с девушкой.
        Удивительно стройной она была по причине занятий спортом. У
        себя дома в Саратове она занималась легкой атлетикой. Не дружив-
        ший до этого с кандидатами в мастера спорта по бегу, Мишенька с
        любопытством отнесся к ее рассказу. И зная, что никогда с ней
        больше не встретится, он, рассказывая о себе, неожиданно с ней
        разоткровеничился:
        - А я простой советский инженер, но, наверное, буду писать.
        Ты понимаешь, я часто ловлю себя на мысли, что сочиняю тексты,
        истории и сюжеты. И, мало того, я их даже шлифую мысленно.
        - А на бумаге?
        - На бумаге у меня пока только три вещи. Природная лень еще
        сильнее. Но когда-нубудь тяга к выплескиванию мыслей на чистый
        листок преодолеет ее, и я буду писать. Я не могу спокойно видеть
        пишущую машинку, мне хочется сразу стучать по клавишам...
        Ты будешь пить?- спросил он у девушки.
        Миша взял протянутую им виночерпием кружку.
        Девушка-спортсменка, комсомолка, и просто красавица пить не
        хотела. И Бурлаков, не очень настаивая, сам замахнул теплую, си-
        вушную водку. Настроение, несмотря на собственную свадьбу, у не-
        го было паршивое.
        Постепенно судакцы покинули палатку и остались свои. Народ с
        устатку хорошо набрался. Кто хотел, конечно.
        Галочка в пику Михаилу откровенно приставала к Вадиму. Бур-
        лаков по этому поводу немного нервничал и мешал им укрываться од-
        ним одеялом. Потом, почувствовав себя изрядно пьяным, он удалился.
        Через пару часов Миша проснулся от того, что на противопо-
        ложных палатях устраивались спать Вадик и Галина. Он прислушался
        к собственным чувствам по этому поводу и с удовлетворением понял,
        что эта ситуация его уже ни капли не волнует. Королева же внима-
        тельно следила за его реакцией.
        Михаил закрыл глаза и спокойным, но требовательным голосом
        сказал:
        - Ложитесь вы короче, спать мешаете. И вошкайтесь потише.
        Через две минуты он уже спал.
        
        Поутру он вспомнил, что идти сегодня никуда не надо. Однако
        и лежать уже не хотелось. Он привычно окинул взглядом палатку и
        насчитал в ней пять человек вместе с Королевой и им самим. Не
        хватало Васи.
        Пока он умывался, из палатки вышел Вадим.
        - Ты не знаешь, куда у нас Василий подевался?- поинтересо-
        вался Бурлаков.
        - А он у девчонок ночевать остался.
        - У которых?
        - Да там, где Наташка, Инна.
        - Похвально,- заключил Михаил.
        "Поступок достойный мужчины,"- одобрил он поведение Васи
        мысленно.- "А Вася, вовсе, и не такой простак. Просто у него за-
        торможенность какая-то. Медлителен он."
        Про ночное приключение он у Вадика ничего спрашивать не
        стал. Вадим, как настоящий друг, сам произнес:
        - Да тут... Ты извини, Мишель, мы тут с Галкой...
        - Да ладно, нашел из-за чего извиняться. Проехали. Мы с ней
        больше не друзья, так что дарю,- щедро облагодетельствовал друга
        Мишенька тем, что ему никогда не принадлежало.
        После завтрака они собрались на том месте, где вчера их так
        торжественно встречали, и стали решать, что им делать.
        Иванюк им рассказал, какие формы представлений бывают и,
        неожиданно для себя и окружающих, Михаил, усевшись за стол, начал
        что-то писать на бумаге.
        - Это что?- спросил Пугин с интересом.
        Миша поднял голову и заметив рядом свою вчерашнюю "супругу"
        подмигнул ей и ответил:
        - Сценарий. Даже наш горячо любимый Леонид Ильич выступал по
        бумаге. Что тут спорить. Я сейчас накатаю сценарий того, что нам
        надо сыграть.
        Все с любопытством окружили его и молча ждали. Иванюк ирони-
        чно поглядел на нежданого драматурга-автора и промолчал. Он знал,
        что чаще всего группа случайно собравшихся людей ничего путного
        придумать не может и, обычно, объяснять, что и как делать, прихо-
        дилось ему.
        Михаил исписал пару листов и предложил их на общий суд. Как
        ни странно, Виталий текст оценил и одобрил. По крайней мере, те-
        ма была раскрыта свежо, и чувствовалась логика событий. Един-
        ственно, он вставил в нужных местах аттракционы. Они даже успели
        прорепетировать и приготовиться.
        По сюжету все происходило на пиратском судне, поэтому оде-
        лись и нарисовались соответственно. Девочки извели немало туши и
        помады. Парни разделись до пояса и увешались безделушками. А что-
        бы не замерзнуть- день был не слишком теплым- погрелись, допив
        то, что осталось со вчерашней свадьбы.
        Автор сценария, однако, был неважным артистом и ведущую роль
        взял на себя Пугин.
        
        - Идут! Идут!- кричали разведчики.
        Пираты выслали передовой отряд, и он пленил несчастных "куп-
        цов". Когда конвой вышел на поляну, Вадим ударил по струнам гита-
        ры.
        - "Мы подошли из-за угла..."- исполнили бандиты "Гоп-стоп".
        Потом вступил Юрик:
        - Сэр, докладывает Джон Акула, мы пленили этих толстых куп-
        цов и привели их к вам, чтобы вы решили их судьбу.
        - Казнить их!- кричала половина пиратов.
        - Взять с них выкуп!- кричала вторая.
        Капитан пиратского судна, эту роль исполняла Наташка, гроз-
        но сидевшая среди других девчонок, одним движением руки успокои-
        ла свою команду и распорядилась
        - Взять выкуп, а потом казнить.
        Тут все заорали: "Выкуп! Выкуп!"
        И бедным туристам пришлось расстаться с несколькими банками
        консервов.
        - А сгущенка где?- спросил "капитан".
        - Сгущенку, сгущенку давай!- поддержала команда.
        Пришлось им поделиться и сгущенным молоком.
        Но на этом их мучения не кончились, их обстреляли из
        "пушки"- старой печной трубы. Снарядом был целофановый мешок с
        водой. Правда, старались никого особо не задеть. Потом нашли двух
        подопытных молодых людей и поглядели, как они кормят друг друга
        конфискованной сгущенкой с завязанными глазами. Какую-то девицу
        вывели из строя и повесили ей на шею картонку, на которой было
        написано "Шарман". Дескать, самая красивая. Затем вывели еще од-
        ного неудачника и заставили предсказывать погоду по звездам, для
        чего надели ему на голову штормовку и подняли рукав вверх, как
        будто это был телескоп.
        - Видишь ли ты звезды?- спросил Джон Акула.
        - Нет,- отвечал наивный турист, с трудом разглядев облачное
        небо.
        - Надо ему оптику промыть,- объявил пират.
        Здесь к несчастному пленнику подошла Ольга и хладнокровно
        вылила на него в этот поднятый рукав кружку воды.
        Дружный хохот объединил всех: и "пиратов", и "пленников".
        После этого сфотографировались на память. Но на этом приключения
        не кончились. Виктор Черепков- инструктор группы Людмилы Сергиен-
        ко- был неженатый и весьма скромный парень. Иванюк, считавшийся
        его другом, решил доказать, что это совсем не так. Для этого он
        подговорил своих девчонок и, в нужный момент по его сигналу, де-
        вушки внезапно окружили Виктора и стали его целовать. Не ожидав-
        ший такого подвоха от шести или семи девчонок, Черепков отбивал-
        ся слабо и предстал через минуту изрядно измазанным губной пома-
        дой. Не надо пояснять, наверное, что именно этот момент и такого,
        разукрашенного приятеля и сфотографировал Иванюк на свой "Зенит".
        Компот пили за общим столом. Мишенька сидел напротив Людми-
        лы, взирая на нее преданными глазами.
        Людмилу во время представления занимал один вопрос. Надо
        сказать, что в своей группе ей было скучновато. Там было три се-
        мейных пары, другие парни были или значительно моложе ее, или ма-
        лоинтересны, пожалуй, за исключением главного певца группы Шуры
        Иванова. Но Шура тоже был в другой жизни женат, так что Сергиен-
        ко поддерживала с ним только товарищеские отношения. Девушки же
        разбилсь на не очень дружные группки по принципу землячества.
        Поэтому общалась она чаще всего с двумя девчонками из Калуги и
        своей соседкой по Симферополю Верой Никитской, если, конечно, их
        стоянки совпадали. И теперь, увидав здесь на "Кок-Асане" Бурлако-
        ва, Людмила думала как себя с ним вести. С одной стороны, ей бы-
        ло интересно, подойдет ли он к ней, а с другой, Михаил был ей не
        настолько близок, чтобы этого сильно желать.
        Миша, однако, подошел, поприветствовал ее и теперь сидел
        тет-а-тет, улыбаясь и ловя ее взгляды.
        Правда, самого Мишеньку смущало одно обстоятельство. Среди
        зрителей в Людмилиной группе он вдруг заметил очень даже миловид-
        ную девушку. Эта симпатяшка все представление разглядывала его с
        заметным любопытством. Последний раз так на Мишеньку смотрела
        Алена в Беловке, два года назад. Сейчас эта девушка сидела слева
        от Людмилы, и приветливо улыбалась, когда встречалась взглядом с
        Михаилом.
        "Вряд ли в пиратском обличии: с серьгой в ухе, с повязкой на
        голове и ножом на груди, я стал настолько привлекательным, чтобы
        такая симпатичная девушка так откровенно меня разглядывала. Надо
        узнать, кто она такая и чего ей от меня надо."
        Мишенька эту задачу решил неожиданно легко. Он с удивлением
        увидел, как глядевшая на него девица обрадованно заговорила с
        Оленькой. Он дождался конца их разговора и, выйдя из-за стола,
        атаковал свою землячку:
        - Ольга- дружок, покайся, ты откуда знаешь эту девушку?
        - Мы с ней в Симферополе в одной комнате жили.
        - Надо же, и как ее зовут?
        - Тоней.
        - Однако. Откуда она?
        - Из Калуги.
        "В этом славном городе живут на редкость красивые девушки,"-
        подумал он.
        - Ты мне друг, Ольга?
        Девушка согласно кивнула головой.
        - Могла бы ты выяснить, есть у нее здесь парень?- озадачил
        ее Михаил.
        Ольга пообещала ему помочь.
        Минут через двадцать она все разузнала и радостно сообщила,
        что друг у Тонечки есть.
        "Если парень у нее имеется, чего же она на меня пялилась.
        Может, она что-то про меня знает? Или это еще одно испытание? Еще
        один шанс на выбор? Отпадает. Наверное, ей просто показали меня в
        качестве экземпляра, домогающегося внимания ее подруги Людмилы?
        Ну хватит об ерунде. Вон и сама Людмила с Алисой идет."
        Он надел на лицо приветливую улыбку и вступил в беседу с де-
        вушками. Девушки отвечали, но по разному: красавица Алиса- весьма
        холодно, а Людмила вежливо.
        "А ягодка-то, на меня все еще сердится. И за что, спраши-
        вается. Ну выбрал я в тот вечер не ее, так я ей и сейчас не шиб-
        ко нужен. Она, наверное, считает что только она имеет право выби-
        рать и отвергать, а мальчики должны ей только поклоняться. Я дав-
        но не тот мальчик и уже знаю, что мне надо и кто мне нужен."
        Сердитая Алиса быстро ушла, а с Людмилой они немного постоя-
        ли, и Михаил проводил до ее палатки.
        
        Людмила, скрывшись за пологом, с удовольствием разулась и
        легла на свой спальник. Девчонки, собравшись в кружок сплетничали.
        - Ну что, Алиска, ты к браку готова?- спросила Дина из Уфы.
        Подобно всем группам, в этой тоже собирались играть свадьбу
        и замуж выдавали Алису. Правда, поступили по принципу "слышен
        звон, да не знаем, где он". Вопреки обычаям, жених был из их же
        группы.
        Обсудив проблему брака, стали перемывать косточки остальным
        парням, вешая ярлыки и давая оценки. Дамы в группе, за некоторым
        исключением, были зрелого возраста, а холостые парни, как назло,
        в большинстве своем молодые курсанты военного училища. Будущие
        офицеры были слишком требовательны и избирательны, почему и раз-
        говор про них был не без язвительных ноток.
        Потом вспомнили про то, как сегодня целовали Черепкова. По-
        хихикали и почему-то решили, что Виктор положил в их группе глаз
        на Людмилу. Но он такой нерешительный...
        Людмила, молча слушавшая эти разговоры, передернула недо-
        вольно плечами, поднялась и, обуваясь, ответила, что преподавате-
        ли географии такой внешности, таскающиеся полгода по горам, ее
        мало интересуют. После чего она вышла из палатки.
        На спортивной площадке резались в волейбол. Среди наблюдаю-
        щих за игрой, спиной к ней, сидели на траве бородатый Михаил и
        его приятель Вася. Людмила не стала привлекать их внимание к се-
        бе и потихоньку удалилась к палаткам, где проживала группа Веры
        Никитской. С ней они проболтали до ужина.
        
        Вечером у костра собралось много народу, и поэтому Вадим
        петь отказался. Он решил взять выходной, рассчитывая, что в четы-
        рех собравшихся группах найдутся и без него певцы.
        Мишенька терпеливо сидел у огня, поджидая Людмилу. Что дела-
        ла в этот момент Королева, его уже абсолютно не интересовало.
        А Людмила в это время присутствовала на свадьбе Татьяны. В
        женихи ей выбрали хорошенького курсанта. Девушка ему нравилась
        по-настоящему, поэтому он охотно играл свою роль.
        Сергиенко не любила пьянок, потому пришла в палатку послед-
        ней, и села на краешек полатей у самого выхода. Водку она не пи-
        ла, а втихаря выливала. Знали бы мужики про это, они бы ей указа-
        ли на неправильность ее поведения. Но им было не до того, чтобы в
        темной палатке следить за девушкой. Почти неделю они не видели
        спиртного и сейчас вознаграждали себя за воздержание. Единствен-
        но, что их интересовало, чтобы быстрее возвращали кружку- другие
        ждут своей очереди.
        Сперва рядом с Людой сидел инструктор Виктор, но он только
        тяжело вздыхал и молчал. Так ничего и не сказав, он вскоре уда-
        лился и на его место перебрался Толик- высокий здоровый парень
        откуда-то из под Уфы. Он оказался смелее, а может этому способ-
        ствовала водка. Одним словом, его рука пыталась улечься на талию
        Людмилы и, склонясь к ней и дыша на ухо сивухой, он стал что-то
        говорить. Подобную фамильярность девушка пресекла, подумав, что
        не давала для такого поведения никакого повода.
        Когда основные запасы спиртного были израсходованы, решили
        сделать передышку и посмотреть, что творится на стоянке. Первой,
        облегченно вздохнув, из палатки выскользнула Люда.
        
        В палатке у Никитской также происходило нечто подобное.
        Ее группа тоже гуляла и праздновала, только не "свадьбу", а чей-
        то день рождения. Возле Верочки сидел молодой человек и шептал на
        ушко какие-то глупости. Он оказывал ей знаки внимания все пять
        дней похода. Но, надо заметить, что при случае этот кавалер не
        пропускал и других симпатичных девушек. Его сегодняшние речи бы-
        ли полны двусмысленностей и фривольных намеков.
        "Наверняка, он просто коллекционер,- думала про него Вера.-
        Потом, наверное, хвастается своими сердечными победами."
        Настроение у нее сегодня было лирическим, и она, улыбаясь,
        размышляла: стоит ли разрешить ему пару поцелуев или нет.
        Судьба в виде Людмилы Сергиенко, заглянувшей в палатку, пос-
        тавила крест на желаниях молодого человека.
        Калужанку стали усиленно зазывать в палатку, но она, вызвав
        Веру, пригласила ее к костру.
        
        А в это время в далекой Ялте в номере санатория "Запорожье"
        лежали на своих кроватях Игорь и Костя. Константин листал "64-
        Шахматное обозрение", а Тарханов молча разглядывал фотографии. Их
        было много и на них в основном были симпатичные девушки.
        В дверь постучали.
        - Войдите,- крикнул Игорь.
        В двери нарисовалась одетая в черное платье белокурая девуш-
        ка в меру накрашенная и весьма привлекательная. Ее фото тоже бы-
        ло в коллекции Игоря. Молодой человек сунул фотографии под подуш-
        ку и сказал:
        - Привет, Элен! Какими судьбами?
        Игорь присел на кровати и выдвинул для гостьи стул.
        - Игорек, вы с Костей не идете сегодня в кабак?- спросила
        красотка.
        - Да сколько можно, одно и то же каждый день,- вздохнул Кон-
        стантин.
        - Ну а мы думали...- затянула девушка.- А что это ты под по-
        душку прячешь?
        - Я? Ничего,- ответил Игорь.- Да ты видела. Фотки. Наша
        группа в Массандре, в Ливадийских дворцах, в Гурзуфе. У тебя точ-
        но такие же.
        - Ну-ка, ну-ка. А по-моему, у меня их гораздо меньше!
        Девушка ловко вытащила пачку и быстро стала смотреть.
        - Вот таких у меня точно нет. И как их много!
        Она выбрала фотографии, на которых можно было узнать Веру и
        Люду.
        - Это что за крали?
        - Девушки знакомые.
        - Н-да-а. А вот эта, повыше, даже не такая уж и страш-
        ненькая,- оценила Веру блондинка.
        - Тут я с тобой согласен, очень миленькая девушка,- сказал
        Игорь и решительно забрал у нее из рук снимки.
        - А я-то думаю, что это наш Игореша какой-то вялый ходит.
        Раньше проходу никому не давал, а сейчас все больше грустит,-
        подначивала девушка.
        - Ничего, через пять дней я повеселею,- пообещал Тарханов.
        - А что случится через пять дней?- спросила девушка.
        Игорь промолчал. А Костя ответил, вздыхая:
        - В Судак придет группа маршрута номер сто восемьдесят два.
        И он перевернул страницу. В отличии от поднявшегося Игоря,
        Костя продолжал лежать на кровати.
        - И что с того?- не поняла связи событий блондинка.
        - В этой группе, по этому маршруту путешествует девушка Ве-
        ра,- пояснил шахматист.- Конь на b2...
        - А, ясно. И ты попрешься в такую даль? Из-за этой?
        Интонация девушки изменилась.
        - Я тебе, как другу отвечу. Мы ведь с тобой друзья? Не прав-
        да ли, Элен?- спросил Игорь.
        Молодой человек выжал признание из девушки, она молча кивну-
        ла головой.
        - Мне двадцать семь лет. У меня мама- старушка. Ей уже тяже-
        ло ухаживать за сыном. Да и я не чувствую себя уж очень молодым.
        А не так давно я даже почувствовал себя старым. Знаешь как возни-
        кает такое ощущение?
        Однажды, когда я разглядывал стайку девушек на местном пля-
        же я заметил, что не вызываю у них никакого интереса. Они весело
        шутили с какими-то прыщавыми балбесами, которые, если судить по
        их речам, едва на тройки закончили школу. Раньше все девушки были
        мои. Я мог познакомится с любой из них, а тут я вдруг понял, что
        с этими мне не о чем разговаривать. Они уже из другого поколения.
        У нас уже разные интересы. И я представил, сколько таких девушек,
        с которыми у меня не будет ничего общего, вырастает каждый год. А
        те, кто мог бы скрасить мою старость, потихоньку выходят замуж. И
        я решил, пора и мне найти свою судьбу.
        На работе найти себе девушку я не могу. В нашем центре их
        просто нет. Наладчиками станков с ЧПУ работают только мужчины.
        Вообще-то, в нашей бухгалтерии и среди уборщиц есть женщины, но
        на возможных невест они похожи мало. А ты знаешь, как я работаю?
        Вся работа у меня в командировках. Я приезжаю с одного заво-
        да, мне суют следующую командировку, я быстренько рассчитываюсь с
        бухгалтерией и через пару дней еду в другой город.
        Среди станочников на заводах девушек крайне мало, а те, что
        есть, мне, как бы так сказать, не подходят. Знакомиться по объяв-
        лениям? На мой взгляд, это для убогих неудачников. На улице? Мне
        уже не пристало. Поэтому я и решил в этом году прокатиться на
        Черное море, мне сказали, что здесь, в сезон, полно хорошеньких
        девчонок. Если в это лето я промахнусь, мне придется отложить все
        до следующего года.
        И знаешь, Элен, здесь, действительно, много девушек. Я в
        этом убедился.
        Здесь он поднял пачку фотографий и высыпал их на кровать.
        - Но я очень практичный и прагматичный человек. Мне уже не
        семнадцать, я уже знаю, какой я хочу видеть свою подругу. И, как
        мне кажется, эта девушка...
        Игорь выдернул из рассыпанных на постели снимков тот, где он
        был сфотографирован с Верой.
        - Эта девушка подходит мне больше других. В конце концов,
        это мой выбор. Каждый имеет право выбора. Каждый должен сам со-
        вершать свои ошибки.
        Он улыбнулся.
        Костя, переставший читать во время его монолога, спросил,
        повернувшись к нему всем корпусом.
        - Через пять дней у нас по графику Севастополь. Ты не хо-
        чешь посмотреть военно-морские силы Родины на Черном море?
        - Ну, значит, поедем в Судак на день позже. Но поедем. А в
        кабак сегодня неохота, Элен.
        Девица вышла и только за дверью позволила себе расслабиться.
        С лица слетела улыбка и она, чтоб не рассиропиться еще больше,
        прикусила свои тонкие губы.
        
        А на "Кок-Асане" тем временем события разворачивались возле
        туристского костра. Мишенька терпеливо ждал Людмилу и дождался. В
        отблесках пламени он, наконец, высмотрел Сергиенко. Она подошла к
        огню с группкой подруг. Михаил узнал кроме нее Алису и Тоню, чет-
        вертую девушку он видел впервые. Незнакомке сейчас же уступил
        место на лавочке какой-то парень, а Людмила встала у нее за спи-
        ной. И пока Бурлаков собирался с духом и мыслями, что он сейчас
        ей скажет, возле Люды возник высоченный малый и попытался ее вро-
        де как обнять.
        "Однако,"- подумал Михаил, вставая.- "Похоже происходит то,
        чего я опасался. Вот так оставишь девушку одну на минуту или на
        неделю, как ее пытаются у тебя отнять."
        
        Поддатый Толик опять пытался по-своему поухаживать за Людми-
        лой. Но за последние полчаса он не стал для нее интересней и да-
        же ничуть не протрезвел.
        Скандалить Людмиле не хотелось и она подумала: "Бог ты мой,
        ну что он лезет. Хоть бы кто помог."
        Девушка решительно освободилась от объятий Анатолия, а по-
        мощь появилась неожиданно в лице Бурлакова. Первым его заметила
        Алиса, стоящая рядом. Увидев Мишенькин решительный вид красавица
        произнесла:
        - Сейчас что-то будет.
        Пронырливый Мишенька ловким маневром втерся между Толиком и
        Людмилой и на правах давнишнего друга произнес:
        - Привет. А я жду, жду.
        Толик недоуменно поглядел на него сверху вниз.
        Сергиенко что-то ответила Михаилу. Они перекинулись еще па-
        рой фраз и, наконец, Бурлаков склонился к ушку девушки и шепотом
        спросил:
        - Это кто такой? У него есть какие-то права?
        "Миша, по крайней мере, не пьян и рук не распускает,"- поду-
        мала Люда и ответила:
        - Нет у него прав. Из нашей группы он просто.
        Бурлаков сразу успокоился.
        Через некоторое время с другой строны так же шепотом, нечто
        подобное спросил Анатолий.
        Ему Людмила ответила, что этот, справа, ее знакомый по Сим-
        ферополю.
        Физически Анатолий был на голову выше и явно сильнее. Но,
        на Мишенькино счастье, уфимец, по его же собственной терминоло-
        гии, не оказался "ретивым". Получив такой ответ от девушки, То-
        лик подумал, что завтра этот тип уйдет, а он останется, и тогда
        можно будет спокойно обговорить все с Людмилой. А тут его еще
        позвали продолжить пирушку, и Анатолий ушел.
        Но и Бурлаков недолго наслаждался обществом Людмилы. Через
        час, сославшись на усталость, она ушла спать.
        В ту сумбурную ночь много туристов моталось по лагерю до-
        поздна. Вели какие-то беседы, у костра пел туристские песни Шура
        Иванов, кто-то целовался, где-то пили кофе и водку, закусывая
        сгущенкой. Гуляли.
        
        VII
        На следующее утро, поделив продукты и попрощавшись с комен-
        дантом, группа вышла в очередной поход. Рюкзаки вновь потяжелели,
        "Кок-Асан" был той стоянкой, где осуществлялась дозаправка про-
        дуктами. Но то ли все окрепли, то ли продуктов добавилось немно-
        го, никто на тяжесть не жаловался.
        Дорога сначала вилась вдоль какой-то горной речушки, кото-
        рую они преодолевали раза четыре, переходя с берега на берег. В
        одном месте им попался даже маленький водопадик. Потом они углу-
        бились в лес и после привала, ближе к концу перехода, они наткну-
        лись на какую-то деревню.
        Для них, не видевших в течение недели ничего, кроме палаточ-
        ных городков, вид обычных жилых домов стал доказательством обита-
        емости Крыма. Когда ты все время видишь только людей с рюкзаками,
        кажется, что вся планета вместе с тобой совершает переходы. И то,
        что случайно встреченная женщина обихаживает корову, а пацанята
        ветками подгоняют гусей, вносит в жизнь какое-то разнообразие.
        Мало того, в деревне оказался магазин, который они с любо-
        пытством посетили. Но, к разочарованию парней, спиртным в нем не
        торговали. Им объяснили, что винный магазин есть в соседнем по-
        селке. Вадим стал выдвигать идеи о его посещении, а тут еще Ива-
        нюк им сказал, что на стоянке "Синий камень", куда они направляю-
        тся, по традиции всегда готовят шашлыки. Выйдя за деревню, группа
        обсудила эту проблему и постановила, что такие туристические тра-
        диции достойны всяческой поддержки и одобрения. Почему и решили
        командировать в ту отдаленную деревню бригаду захвата.
        В ряды покупантов выдвинули Вадима и Юрика с Татьяной. Скол-
        ченкова в другой, нетуристической жизни, была технологом пищевой
        промышленности и ей было доверено выбирать барашка. Иванюк к та-
        кому доверию отнесся с иронией, но промолчал.
        Чтобы командированные не испытывали лишних проблем, у них
        забрали рюкзаки. Васе, Володе и Михаилу пришлось взвалить этот
        груз на себя, благо, до стоянки оставалось всего полтора километ-
        ра. За полчаса дошли.
        Лагерь располагался неподалеку от огромной горы, которая,
        при определенном освещении, действительно, была похожа на огром-
        ный синий булыжник.
        Еще через час прибыли гонцы и принесли тушку барашка, а так-
        же несколько пузырей плохонького азербайджанского коньяка. Ввиду
        продолжавшейся в стране антиалкогольной кампании даже в Крыму
        пить приходилось не то, что хочется, а то, что можно было до-
        стать. Хотя, не все были против такого напитка.
        Инструктор осмотрел баранину и признал, что в мясе Татьяна
        разбирается. Но шашлык надо еще уметь приготовить. Вадим успо-
        коил Виталия, заявив, что и эта задача тоже разрешима. Ведь у не-
        го большой опыт в таких делах. Сколченковой Дюков доверил гото-
        вить мясо, а сам взялся за шампуры и жаровню.
        Группа же занималась своими делами. Дежурить по кухне приш-
        лось Васе и Ольге. Крицкий, как единственно свободный музыкант,
        бренчал на гитаре. Его слушали Лара и Лена.
        С этими девушками Бурлаков подружился. Вопреки его ожида-
        ниям они не оказались пустыми задаваками. Наоборот, к нему они
        относились доброжелательно, что удивляло его. Обычно девушки в
        восемнадцать лет признают только два состояния: нравится- не нра-
        вится, без всяких оттенков. Понравится Ларисе и Елене он не на-
        деялся, поэтому он не ждал от них ничего, кроме холодного равно-
        душия. А они оказались на редкость компанейскими. Тогда Михаил
        еще не знал, что лет им намного больше, что Лена и Лариса не пер-
        вокурсницы пединститута, а успели уже его закончить и даже отра-
        ботали по году в школе. Надо напомнить, что Бурлаков сам никогда
        не обманывал девушек и верил на слово всему, что говорили ему они.
        После ужина мясо посчитали подготовленным и приступили к
        производству шашлыка. И опять инструктору пришлось признать, что
        у его туристов руки растут оттуда, откуда положено. Блюдо получи-
        лось очень даже съедобным. По крайней мере никто не плевался, а
        все требовали добавки. С коньячком мясо барашка пошло еще лучше и
        гудежь продолжался до глубокой ночи.
        Утром Бурлакову, который рано ушел спать, рассказали, что
        уже на рассвете в судакской группе один из мужиков то ли буянил,
        и все его утихомиривали, то ли бросался в огонь, возомнив себя
        птицей Феникс, и его с трудом удерживали.
        
        VIII
        Путешествие до следующей стоянки "Карагач" проходило нас-
        только обыденно, что рассказ о нем был бы простым повторением ра-
        нее описанного. Группа, ведомая Виталием, прошагала эти несколько
        километров без происшествий.
        На этой базе Мишенька дежурил второй раз. Но если раньше
        компания, в составе которой он работал на кухне, его устраивала,
        то сейчас- нет. Галочка по мелочам шпыняла бывшего друга. Хорошо
        хоть, что Наталья и Инна соблюдали нейтралитет.
        У Королевой была причина для сурового обращения с молодым
        человеком. Вадим, ради которого она отвергла Бурлакова, поче-
        му-то резко к ней охладел. Девушка, видимо, считала, что причи-
        ной этому были наветы Михаила, но она ошибалась. После размолвки
        с Галиной и встречи с Людой Мишенька ждал с нетерпением только
        одного- окончания похода и долгожданной Феодосии. Привычки же
        клеветать на девушку, которая его уже не интересовала, у Бурлако-
        ва никогда не было. Да он и не знал ничего такого плохого про
        нее. Для Михаила самого было удивительным, что Вадим с Королевой
        тоже не сдружился. Дюков, правда, однажды обмолвился, что Галя уж
        слишком набивает себе цену. А после того, как неожиданно выясни-
        лось, что тамбовчанка Инна замужем, да еще то, что этот муж дол-
        жен приехать к ней в Феодосию, Вадим решил переменить объект сво-
        его внимания и переключился на Свету.
        Размышляя обо всех этих неудачах, Бурлаков путем логических
        умозаключений пришел к выводу, что это- нормально.
        "У всякого среднестатистического парня неудачных романов
        должно быть явно больше удачных. Да и понятие удачи и неудачи
        весьма относительно. Я ведь с самого начала знал, что с Короле-
        вой ищу легкой связи, а не серьезных отношений. Только под дулом
        пистолета я согласился бы заключить с ней брак. То, что она не
        может быть моим идеалом, я решил еще в Симферополе, сидя на бал-
        коне. Вот на такой, как Танюшка Сколченкова или Оленька, на Люд-
        миле, естественно, при удачном стечении обстоятельств я бы мог
        жениться. С ними бы я мог ужиться. Эти девушки мне подходят. А
        вот Алисочка- кисочка, увы нет. Это, конечно, приятно, когда же-
        на- красавица, особенно, если каждую неделю на приемы ходить в
        Португальское посольство или Китайское. Но матерью и домохозяйкой
        я представляю ее слабо.
        Вообще-то, нагло врут, когда заявляют, что ищут одного един-
        ственного или единственную. Может неосознанно, но врут. Судьба и
        стечение обстоятельств предоставляют каждому достаточно большой
        выбор. Если бы Татьяна приехала сюда без Юрия, я бы ей проходу не
        давал. Приставал бы на полную катушку. Но Юрик меня опередил, и я
        уважаю ее выбор. Он- достойный парень. Ну Ольга, она- добрячка.
        Она с любым крокодилом уживется, не только со мной. Судьба прос-
        то не сблизила нас, и мы с ней будем просто друзьями. А вот с
        Людмилой сблизила. А если бы я ее убедил и мы бы с ней пожени-
        лись, хотя до этого далеко, где же здесь неумолимый рок? Сплош-
        ные случайности. Два человека в разных городах берут путевки и
        едут в Крым. Случайность номер раз. Там, благодаря Васе и Алисе,
        приобретавшим билеты, попадают за один столик. Случайность номер
        два. Если бы ни это, мы бы с ней сроду не познакомились. Выясня-
        ется, что идем мы с ней по одному маршруту. Это три. Если бы у
        Люды путевка была куда-нибудь в Севастополь, ничего, кроме того
        дискотечного вечера, в наших жизни не было. Столько случайностей
        и все это где-то, кем-то запрограммированно? Не верю!
        Я живу в миллионном городе, так что, по крайней мере, сотня
        девушек могла бы претендовать на то, чтобы стать моей суженой. Я
        считаю только тех, которых видел. Примерно с половиной из них я
        не познакомился. Из тех, что я узнал, с половиной я не сблизился.
        Знакомство осталось случайным, шапочным. Вот, например, как-то
        судьба занесла меня в Областное управлени культуры. А за секре-
        тарским столом там сидела очень миленькая, невысокая девушка. Да-
        же имя до сих пор помню, Ирой звали. А какой-то тамошний на-
        чальник вдруг стал долдонить, смотри мол, Ирина, какой молодой
        человек хороший пришел. Прямо тебе пара, вы вместе замечательно
        смотритесь. В общем, засмущал, не только ее, но и меня. Я моло-
        дой еще был, только из армии дембельнулся. А она ведь мне, дей-
        ствительно, понравилась. Если бы не этот горе-помощник, я бы в
        самом деле мог с ней познакомиться и подружиться. И я ей, похоже,
        тогда приглянулся, иначе бы она не смущалась, а такую бы рожицу
        скорчила, что шутнику неповадно было бы. Так что мы ни одного
        слова с ней друг другу не сказали.
        Потом я даже позвонить ей хотел, но не решился. Испортил все
        старый хрыч.
        Из тех двадцати пяти, с которыми я познакомился и подружил-
        ся, по крайне мере, пять пришлось забраковать по разным причинам.
        Из оставшихся двадцати половина забраковала меня.
        Из десятка девушек, с которыми я дружил за последние семь
        лет, до лирических отношений и объяснений дошло дело с пятью или
        шестью.
        Трем из них, в разное время, я делал предложение руки и сер-
        дце. Естественно, неудачно, иначе не сидел бы сейчас здесь и не
        шуровал в печке огонь.
        Но ведь жизнь не стоит на месте, и я, когда добровольно,
        когда по необходимости, знакомлюсь с другими девушками. И среди
        них есть потенциальные невесты. Хотя бы вот Людмила в этот раз...
        Нормальная, скромная девушка. Не такая красавица, как ее земляч-
        ка, но вполне миловидная..."
        На этом месте Галина оборвала его размышления и велела схо-
        дить за водой.
        "Карагач" был предпоследней стоянкой на их маршруте и пос-
        ледней для судакцев.
        Вечером зажгли прощальный костер. Удивительно хорошо пел в
        ту ночь Вадим. Даже жена коменданта, все лето встречающая и про-
        вожающая группы, удивленная пришла его послушать. Потом она даже
        заявила, что с таким голосом и умением петь надо выступать с кон-
        цертами на эстраде.
        Говорят, что есть три вещи, которые человек может созерцать
        бесконечно. Только три вещи имеют свойство привлекать и заворажи-
        вать его взгляд. Это огонь, небо и вода. Ничто так не успокаи-
        вает, не способствует размышлениям и мыслям о вечном, как эти три
        стихии.
        В этот вечер небо было чистым и можно было наблюдать круп-
        ные южные звезды, их бесчисленность и бесконечность. А рядом го-
        рел костер и можно было любоваться золотистым его пламенем и ду-
        мать, глядя как он пожирает деревянные поленья, о краткосрочности
        бытия, о бренности, о прахе, о тщетности надежд.
        Воды поблизости не было. Море ждало их только послезавтра.
        
        IX
        Полшестого зазвонил будильник. Михаил, будучи кухонным мужи-
        ком, вылез из спальника и поплелся разжигать печь. Минут через
        пять это ему удалось, он принес воды и пошел будить своих поварих.
        В палатке у девчонок, зашевелились и заругались. Одновремен-
        но легкий шум за спиной привлек внимание Бурлакова. Мишенька
        обернулся и увидел, как из палатки инструктора вылезла смазливая
        блондинка из судакской группы и пошла досыпать к себе.
        "У начальника губа не дура. Теперь понятно, почему в послед-
        нее время он пропадал по ночам,"- подумал Бурлаков.
        
        Впервые за все время обе группы вышли одновременно и шли не-
        которое время параллельно. Где-то через километр они построились
        и, пожелав друг другу удачи, стали прощаться.
        С речью от феодосийцев выступил Пугин.
        - Не грустите без нас ребята, помните, что у вас теперь есть
        друзья. Вот если вам когда-то случится проезжать Челябинск, отку-
        да у нас большинство группы,- тут он сделал паузу.- Проезжайте,
        ребята, смело. Не задерживайтесь.
        Все дружно захохатали.
        Еще минут пять феодосийцы видели судакцев с горы, на кото-
        рую их завел Иванюк. Виталий им сказал, что это последняя гора,
        которую они преодолеют. Действительно, вскоре они спустились и
        далее шли уже по ровной лесистой местности. Последняя их стоянка
        так и называлась- "Лесное".
        Лагерь был большой, палаток на десять, а группа была только
        одна- семьдесят седьмая. И еще там был душ. Примерно такой, ка-
        кой обычно делают в садах: большой черный бак на подставке. Тут
        уж девушки с главной чистюлей Ольгой отвели душу. Парням, в ос-
        новном, пришлось таскать в этот душ воду.
        Последние посиделки у костра были какие-то грустные. Ми-
        шенька пошел спать задолго до полуночи.
        В палатке было темно, хоть глаз выколи, но в глубине слыша-
        лись какие-то шорохи и звуки. Ее, как оказалось, оккупировали Юра
        Пугин с Таней. Миша решил им не мешать, сгреб свой спальник и ус-
        троился на ночлег в одной из пустующих палаток.
        Поутру они простились с последним комендантом и пошли в пос-
        ледний переход. Он был самым коротким. Стали попадаться засеян-
        ные поля с зелеными ростками непривычного вида. Иванюк сказал,
        что это- табачные плантации. Вскоре они вышли к дороге, где их
        уже поджидал автобус.
        Поход благополучно закончился.
        
        
        
        
        ФЕОДОСИЯ
        
        I
        Автобус был небольшим, но места хватило всем. Быстро рассе-
        лись и стали с интересом глядеть на мелькавшие за окном пейзажи.
        Водитель поинтересовался, хотят ли туристы посетить могилу Алек-
        сандра Грина- скоро будет городишко Старый Крым, на кладбище ко-
        торого нашла успокоение душа великого романтика. Все согласились.
        Кладбище было старинное и пышное- с интересными скульптурны-
        ми памятниками. И на могиле Грина была фигурка- "Бегущая по вол-
        нам". Ребята только пожалели, что пришли сюда без цветов.
        Еще через полчаса показались окрайны Феодосии, и вскоре ав-
        тобус подкатил к гостинице "Маяк". Это был конечный пункт их пу-
        тешествия. Здесь им предстояло прожить неделю.
        Туристские традиции продолжались. Оказалось, что и здесь их
        ожидает последний компот.
        Обе группы- и семьдесят седьмая, и семьдесят шестая- постро-
        ились друг против друга и обменялись приветствиями. Только что
        пришедшим подарили пару арбузов и представитель администрации
        вручил им значки "Турист СССР". Мишенька, стоявший напротив ка-
        кой-то жизнерадостной девушки, решил чуть-чуть пошалить, и когда
        после вручения всех наград она приблизилась к нему, чтобы по тра-
        диции поздравить его и пожать руку, он неудовлетворился этим, а
        еще и поцеловал ее в щечку.
        Девушка от неожиданности не выразила ни удивления, ни возму-
        щения, а приняла это, как должное.
        Потом начались хозяйственные заботы. Нужно было вернуть ту-
        ристское снаряжение и получить свои вещи, которые они сдавали на
        хранение, пройти санобработку, иначе говоря, посетить душ. После
        чего их распределили по комнатам и по местам в столовой.
        Комнаты были пяти и четырехместные. Парням повезло, их всех
        четверых поселили в одну комнату. Только Крицкий, купивший путев-
        ку лишь на пеший поход, был озабочен поиском места. За него пох-
        лопотали, и два дня он прокантовался на раскладушке в комнате ре-
        бят, а потом уехал в Ялту. Девушек расселили по двое, по трое по
        разным комнатам и этажам.
        В столовой Вадима, Михаила и Юрия посадили за стол номер 1,
        рядом с выходом. Другие три места за их столом занимали неизвес-
        тные им парни, у которых, судя по их разговорам, срок путевки был
        близок к концу.
        После того, как группа освоилась, их пригласили в красный
        уголок и ознакомили с правилами поведения в гостинице. Потом
        вкратце объяснили, что и где находится в этом славном городе.
        Оказалось, что все достопримечательности Феодосии, за исключе-
        нием автовокзала, находятся в непосредственной близости и вполне
        достижимы пешком. Что группа и проверила на практике. Действи-
        тельно, море было в пяти минутах ходьбы, пляж и кафе у подножия
        генуэзской башни- в десяти, правда, идти до них надо было вдоль
        набережной в противоположные стороны, базар и гастроном не намно-
        го дальше.
        Первым делом решили воспользоваться хорошей погодой и иску-
        паться. После обеда чуть ли не всей группой они отправились к мо-
        рю.
        "Вот оно какое,- подумал Мишенька.- Голубое, голубое,"
        Он попал на Черное море впервые и отнесся к нему с любопыт-
        ством.
        Дорога на пляж проходила по набережной. Весь берег был плот-
        но заставлен домами отдыха и санаториями. В одном месте им попал-
        ся железнодорожный переезд с каким-то небольшим строением. Оказа-
        лось, что это вокзал и внутри павильона Мишенька увидел толпу
        страждущих, которые вместо того, чтобы отдыхать и набираться сил,
        проводили перекличку очередников за билетами. Испытывая чувство
        превосходства от того, что билет до дому у него уже есть, Михаил
        их немного пожалел.
        Городской пляж оказался платным. Деньги требовали за вход и
        за место под солнцем- за лежаки. А лежаков всем не хватало. Неко-
        торые из них были арендованы на несколько дней вперед и хозяева,
        пришедшие поздно, с гордым видом сгоняли со своего законного мес-
        та чужаков. Здесь чувство превосходства Мишеньку не посещало. У
        него не было бумажечки с номером лежака, на котором он мог бы
        расположиться как уважаемый человек- их уже не продавали. Ему, да
        и всей их компании, можно было либо занять чужое место и ждать,
        что сейчас кто-то подойдет и сурово или вежливо попросит, либо по
        рабоче-крестьянки улечься на горячий песок.
        Но все эти неприятности отошли на второй план, когда он пер-
        вый раз окунулся в море и ощутил соленый вкус его волн у себя на
        губах.
        
        А на стоянке "Лесное" в это время Людмила Сергиенко разгова-
        ривала с Алисой и Тоней. Они решали как бы им завтра, когда они,
        наконец, доберутся до Феодосии, поселиться вместе. Девушки были
        из одного города и это их сближало.
        - Виктор, ты в Феодосии был?- спросила дотошная Тоня у Че-
        репкова.
        Инструктор согласно кивнул головой.
        - Там в гостинице номера на сколько мест?- продолжала доп-
        рос девушка.
        - Там, что-то помногу. Вроде, даже как по пять.
        - Даже так?- приуныла Алиса.
        - Девчонки, чего вы грустите, берите нас с собой,- предложи-
        ла Дина и показала на свою подругу Руфину.
        У этих девушек была проблема с женихами. Отпуск перевалил за
        половину, поход кончался, а с мальчиками познакомиться не уда-
        лось. Нет, вообще-то, новых знакомых мужского пола у них прибави-
        лось, но, к сожалению, ни про одного из них они не могли сказать:
        "Этот парень- мой." А так хотелось покрутить курортной любви... И
        хитренькая Дина решила использовать симпатичных калужанок как
        магнит. Еще бы, всюду и в Симферополе, и на туристской тропе эту
        троицу окружали поклонники. В Феодосии, наверняка, их комната то-
        же будет проходным двором. А там, где толчется много парней, мо-
        жет, и им с Руфой повезет.
        Людмила равнодушно пожала в ответ плечами, ей было все рав-
        но, кто займет в их комнате пустующие койки. Эти, хотя бы, из
        своей группы.
        А вечером к ней снова подсел Толик и стал рассказывать, ка-
        кое богатое у него хозяйство дома в поселке под Уфой. От него
        опять несло перегаром, видимо, только водка делала его смелым. В
        другое время, когда он был трезв, он, в основном, молчал и прово-
        жал ее грустным взглядом.
        Все было у Анатолия. Дом, корова, птица, зажиточные родите-
        ли обещали помочь с покупкой машины, вот только не было у него
        хозяйки. И он считал, что Людмила очень подойдет на эту роль.
        Сергиенко молча и терпеливо выслушала и сказала, что ей не
        хочется уезжать из Калуги и менять специальность, что Анатолий не
        плохой парень, но этого мало, чтобы соединить с ним свою судьбу.
        
        А в Судаке на пляже Вера Никитская доблестно держала оборо-
        ну. Ее по всем правилам любовного искусства осаждал все тот же
        энергичный молодой человек.
        - Верунчик, ну почему "нет"?
        - Жека, ну как мне тебе это объяснить? Я ведь не Тонечка.
        Это ты ей можешь лапшичку на ушки вешать. Ты ведь, если между на-
        ми, просто бабник.
        Она внимательно посмотрела ему в глаза. Светловолосый краса-
        вец взгляда не отвел, но и ничего не стал отрицать.
        - Ты случайно тетрадочку не ведешь?
        - Какую тетрадочку?- парень изменился в лице.
        - Ну, в клеточку или в полосочку. А на страницах там написа-
        ны имена девушек, которых ты обманул. А в других графах адреса,
        места встреч и оценки, которыми ты их оценил, как партнерш, по
        пятибальной системе?
        Молодой человек засмеялся и облегченно сказал:
        - Такой тетрадки я не веду. А что, есть такие чудаки?
        - Да всяких хватает... Женя, а ты случайно не женат? На не-
        красивой женщине, которая намного старше тебя?.. Я слышала, что у
        вас там на севере проблема с женщинами. Молодых и красивых мало.
        Молодые любят центральные проспекты больших городов, а туда, к
        вам едут те, которые не могут дома устроить свою личную жизнь. И
        ты, как-нибудь скуки ради, сошелся с такой. Она была хитрая и об-
        вела тебя вокруг пальца. Но она умная и понимает, что тебе надо
        погулять и отпускает к Черному морю одного.
        Ни один мускул не дрогнул на лице Евгения, он продолжал улы-
        баться.
        - Верунчик, на южном берегу Крыма все мужчины холостые, да-
        же турецкий султан. Ты же знаешь.
        Они немного помолчали.
        - Ты не знаешь, сколько отсюда до Ялты?- неожиданно спроси-
        ла Вера.
        - Часа два-три, на автобусе,- подумав ответил парень.- А что
        ты там забыла.
        - Да уж забыла...
        Вера представила себе набережную Ялты. Как она идет по ней,
        а навстречу ей спешит...
        Но тут же ей стало грустно. Она ведь даже не знала, где он
        живет.
        Девушка поднялась с лежака и посмотрела в море.
        - Если ты хочешь увидеть Ялту, то надо смотреть в другую
        сторону,- пошутил молодой человек.
        Девушка молча собрала свои вещи и пошла с пляжа.
        - Верунчик, ты что обиделась? Извини, если так.
        Вера обернулась и сказала:
        - Да нет, все нормально, Женя. Мне просто грустно. Может,
        автобус меня развеселит.
        Билетов до Ялты не было на три дня вперед.
        - Слушай, Евгений, ты в Феодосию собираешься? К симпатичной,
        но глупой Тонечке?- спросила Вера у своего воздыхателя, когда они
        рассматривали расписание.
        - Она вовсе не глупая,- обидчиво ответил молодой человек.
        - Я не говорю, что она дура, но в людях, по-моему, совершен-
        но не разбирается, если верит такому ловеласу, как ты,- вздохнув,
        уточнила девушка.- Я подумала, а не махнуть ли мне в Феодосию,
        если в Ялту не пускают. Там музей Грина, Айвазовского, да и Лю-
        дочка отдыхает.
        Бери два билета на послезавтра, в гостинице рассчитаемся. И
        Тонечке приятно будет, когда ты ее посетишь...
        
        Экскурсионный ЛАЗ наматывал километры до Ялты. Игорь и Кос-
        тя заняли места в конце салона. Позади них на длинном сидении
        расположилась остальная молодежь их группы. Севастополь им понра-
        вился. Серые громады боевых кораблей даже с расстояния производи-
        ли впечатление.
        Но сейчас шумели не об этом. Откуда-то достали кроссворд и
        старательно заполняли пустые клеточки.
        - Третий чемпион мира по шахматам?- объявил парень, держав-
        ший газету.
        - Ну, кто же это знает?- ответила ему одна из девушек.
        - Капабланка,- тихо, но уверено произнес Константин, не обо-
        рачиваясь.
        - Ты смотри, подходит...
        - Странно было бы, если бы не подошел. Тут никакой альтерна-
        тивы быть не может.
        - Тогда по вертикали на букву "к" рассказ Чехова?- продол-
        жил парень.
        Не задумываясь и также не обернувшись, Костя ответил:
        - "Каштанка". Во всех кроссвордах одно и тоже.
        - Подходит. Костенька, ты умница,- сказала черноглазая де-
        вушка.
        К ее ушку склонилась белокурая Эллина и что-то зашептала.
        - Костик, славненький наш и умненький, садись к нам сюда.
        Поможешь разрешить этот дурацкий кроссворд. А то я ни одного сло-
        вечка придумать не могу,- сказала черноглазая.
        Константин, который успел заскучать, не стал долго сопротив-
        ляться и встал с сидения.
        - Садись на мое место,- предложила Эллина, вставая.
        Парень тут же уселся на теплое сидение между двумя девушка-
        ми, а белокурая, поправляя короткую юбку, заняла место рядом с
        Игорем.
        - Игорек, ты не возражаешь?
        Тарханов посмотрел на девушку и, улыбаясь, ответил:
        - Нет, Элен, нет, конечно.
        - Ты что такой грустный.
        - Нет, я обычный.
        - Раньше ты был другой.
        - Разве? Может я, просто, не выспался?
        - А ты поспи. Хочешь, я тебе колыбельную спою,- заманчивым и
        многообещающим тоном предложила девушка.- Ты можешь положить мне
        голову на колени,..
        Девушка красивыми руками показала на соблазнительные коленки.
        - ... А я тебе песенку спою.
        - Ты провокатор, Эллинка. Так друзья не поступают.
        - Опять- друзья! В твоем исполнении это слово начинает меня
        раздражать. Ну ты вспомни, как все в начале было хорошо.
        - А что такого было? Несколько случайных поцелуев во время
        вечера знакомств.
        - Дело в том, как ты целовал.
        - Э-э-э, нет. Не поймаешь. Я все стараюсь делать качествен-
        но,- он подмигнул ей.- Даже целоваться я стараюсь на пять с плю-
        сом.
        - Вредина!- сделала вывод девушка и отвернулась.
        Лицо у нее порозовело и, надо отметить, похорошело.
        Ей пришла в голову другая идея и она твердо заявила:
        - Тогда я посплю, можно?
        И, не давая ему одуматься, она прикорнула к нему и положила
        белокурую головку Игорю на грудь.
        - И не вздумай шевелиться. Только можешь комплименты на уш-
        ко шептать,- предупредила Эллина.
        Тарханов рассмеялся, приобнял ее рукой и сказал:
        - "Ночевала тучка золотая на груди утеса великана..."
        Хорошая ты девчонка Элен, компанейская, веселая, смелая. Я
        бы с тобой в разведку пошел...
        - А в ЗАГС?- она приоткрыла глаза.
        - А вот в ЗАГС- слабо.
        - Трус!- она закрыла глаза.
        - Не трус, прагматик. Да, ведь, у тебя есть муж.
        - Муж- объелся груш. Каких вот только глупостей по молодос-
        ти не наделаешь. Мы уже полгода вместе не живем. Он- у своих ро-
        дителей, я с Артемкой- у своих.
        И через минуту.
        - А вот скажи, если я, когда мы вернемся в Свердловск, раз-
        ведусь и тебя захороводю, за тебя возьмусь, ты про нее забудешь?
        Артем быстро к тебе привыкнет.
        - Нет.
        Они немного помолчали.
        - Чем она лучше меня? Красивее?- задумчиво спросила девушка.
        - Да вряд ли. Ну, просто, когда я ее увидел, я подумал, что
        это может быть она.
        - Кто она?
        - Судьба. Я понял, что это девушка- по мне. Понимаешь, важ-
        но найти не столько красивую девушку, сколько равную себе. Внеш-
        ность важна, но не абсолютна. Главное, чтобы совпадали идеалы,
        цели, устремления, чтобы она...
        Даже не знаю, как объяснить. Внутри себя чувствую, а слов та-
        ких найти не могу. В общем, надо быть с ней вровень интеллектом,
        душой, сердцем. Понимаешь меня?
        Девушка качнула головой.
        - Не очень.
        - Вот видишь. А она, как мне кажется, меня бы поняла.
        
        А в Феодосии, после купания, отправились гулять по набереж-
        ной. Задержались на несколько минут у кассы пляжа. Предприимчи-
        вые Лара с Леной купили себе места до конца путевки. Также посту-
        пил и Юра. Мишенька долго думал, но приобретать места не стал.
        "Завтра приедет Люда, тогда и видно будет",- решил он.
        Группа уже разбилась на коллективы по интересам. Так всегда
        происходит. Первый день, иногда два, все ходят вместе, обходя и
        изучая город. Потом каждый ищет развлечений по душе. Любая самая
        дружная команда распадается сначала на большие, а затем на ма-
        ленькие группки в два-три человека. Сейчас их было еще много.
        Они шли, шумно обсуждая свои проблемы.
        - Я обследовал все киоски "Союзпечати" и не видел ни одной
        карты Феодосии,- печально сообщил Бурлаков. Симферополь есть,
        Керчь есть, а местной нет. Не понятно.
        - А еще какие военные тайны нашей Родины ты хотел бы
        узнать?- спросил Дюков.
        - Причем тут тайны?
        - Здесь в Феодосии находится военно-морская база Черномор-
        ского флота,- сообщил Вадим.
        - А-а-а. Ну тогда все ясно.
        - Девушки, кто хочет узнать свой вес?- весело предложил
        Крицкий.- За мой счет.
        Он не боялся разориться. Тогда эта процедура стоила три ко-
        пейки. Лариса и Елена по очереди встали на весы. Невозмутимый
        старичок в очках им сообщил, что вес их сответственно шестьдесят
        шесть и шестьдесят семь килограммов.
        На девчонок было больно смотреть, такие грустные были у них
        глаза. Сначала Мишенька не понял причин их печали, а потом уразу-
        мел, что их удручают цифры. Ведь всего две недели назад они не
        тянули и на шестьдесят. Им казалось, что мрачное предсказание
        Иванюка сбылось, и они страшно потолстели. Парни, как могли, ус-
        покаивали их.
        Когда на весы встала Света, Бурлаков понял причину такого
        повального увеличения веса.
        Стоявший у нее за спиной Володя тихонько ногой надавил на
        весы и бодрый старичок также спокойно объявил, что в девушке ров-
        но четыре пуда. Вообще-то, у пенсионера был наметанный глаз и он
        понимал, что девушка, спокойно влезающая в сорок второй размер,
        не может столько весить, но шутки и проделки молодежи его не вол-
        новали, главное, чтоб все было оплачено.
        Стоявший рядом Вадим тоже заметил эксперимент Крицкого, но
        ничего не сказал огорченной подруге, а только, подобно Михаилу,
        усмехнулся в усы.
        А вот Татьяну, для эффекта не обманули и она радостно сооб-
        щила, что за поход похудела на полкило.
        Так и пошли они дальше: грустные девушки и веселые парни. Не
        далеко от пассажирских причалов находилась Генуэзская башня, у
        подножия которой распологалось кафе-мороженое.
        Сначала опечаленные девчонки решили соблюдать фигуру и не
        есть ничего сладкого. Узнав, что его шутка зашла так далеко, Во-
        лодя покаялся и сознался во всем содеянном им у весов. Девушки,
        сперва подулись на него с четверть минуты, потом расстраиваться
        перестали и с удовольствием сьели по порции мороженого.
        Башня заинтересовала Мишеньку, он увлекался историей, но его
        огорчило то, что нельзя на нее забраться. Бурлаков выразил по
        этому поводу свое возмущение и сообщил, что ему довелось побы-
        вать на стенах Астраханского и Казанского кремлей. А здесь его
        лишили такого удовольствия. Ведь это, крайне, интересно- посмо-
        теть с укрепления вниз и увидеть то, что видели его защитники
        много веков назад.
        В знак протеста он решил экспроприировать пластмассовую ло-
        жечку, которой ел мороженое. Юра и Таня не испытывали чувства
        протеста, но последовали его примеру, оставив себе ложки на па-
        мять о Феодосии и этом кафе.
        
        После ужина опять собрались большой толпой и отправились на
        танцы. Им уже рассказали, что танцы бывают по очереди в двух са-
        наториях. Один день- в ближнем, другой- в дальнем.
        В дальнем санатории танцплощадка была огорожена металличес-
        кой сеткой. Мишенька мысленно окрестил сооружение "зверинцем".
        Публика в зверинец захаживала разношерстная: и молодые, и старые.
        Музыка тоже была своебразная: коктейль из модных мелодий сезона,
        ухарско-купеческих песенок и шлягеров далеких лет, специально для
        пожилых. В другое время такие танцы привели бы в негодование ту-
        ристов семьдесят седьмой группы, но, пробродив десять суток по
        горам, группа рада была услышать любую музыку.
        Веселились, как могли, отплясывали от души. Обычно равнодуш-
        ный к подобным развлечениям, Михаил даже выглядел какую-то ры-
        женькую и пригласил ее на медленный танец.
        Спина у девушки оказалась деревянной да и болтала она нео-
        хотно.
        "Не бойся, милая, не буду я тебя снимать. Мне это ни к чему.
        Завтра, все будет завтра,.."- подумал он.
        Поцеловав ей на прощание ручку в знак благодарности, была у
        него такая привычка, Миша отпустил девушку с богом.
        Без четверти одиннадцать они отправились в гостиницу.
        
        II
        Утром их предупредили, что ближе к обеду они должны соб-
        раться и встретить группу семьдесят восемь из похода, а пока- все
        свободны.
        Несмотря на отсутствие солнца ребята рискнули отправиться
        после завтрака на пляж. Температура воды и воздуха оказалась оди-
        наковой - девятнадцать градусов и те из них, кто рискнул окунуть-
        ся считали, что из воды лучше не вылазить. На берегу казалось хо-
        лоднее.
        Также всей компанией они съездил на автостанцию за билетами
        до Симферополя- отпуск неумолимо заканчивался. Но оказалось, что
        рано забеспокоились, билеты на нужный им день должны были прода-
        вать лишь завтра.
        
        Для встречи Людмилы Мишенька приоделся в белые брюки и бе-
        лую футболку. Но торжественной процедуры встречи он не увидел.
        Ему поручили угощать пришедших компотом. Он терпеливо дождался,
        пока повариха наполнит двадцать стаканов, а когда взялся за под-
        нос, то подумал:
        "Мать твою за ногу! Тяжело-то как. Бог ты мой, как же это
        тащить?"
        На улице чему-то смеялись, а Бурлаков продолжал свою экспе-
        дицию. Вес подноса с компотом вряд ли превышал десять килограм-
        мов, но нести его приходилось на вытянутых руках, да еще соблю-
        дать равновесие. Ему совсем не хотелось выйти к Людмиле и ее
        группе с мокрыми пятнами на майке или на брюках. При выходе из
        столовой его ожидало еще одно испытание в виде ступенек лестницы.
        Знавший о чувствах Михаила к калужанке Вадим предупредил
        Людмилу:
        - А вот и наш Мишель, весь такой белый... Интересно, доне-
        сет или не донесет?- съехидничал он в заключение.
        Когда очередь брать стакан дошла до Людмилы, ее глаза встре-
        тились с глазами Бурлакова. Они поздоровались и улыбнулись друг
        другу.
        Мишенька со своей задачей, все-таки, справился, и туристы
        семьдесят восьмой группы жажду компотом утолили. Потом у них на-
        чались те же хлопоты, что были накануне у встречавших их коллег.
        
        С Людмилой Михаил встретился на ужине. Благодаря тому, что
        столик его находился у входных дверей, он видел всех посетителей
        столовой. Ведь все, кто питался в двух ее залах, волей-неволей
        проходил мимо него.
        Приметившив Люду, Михаил быстро покончил с ужином и располо-
        жился на кресле в фойе, терпеливо ожидая ее появление.
        Девушка показалась минут через десять. Она шла в компании
        своих землячек. Мишенька встал и двинулся им навстречу. Подружек
        он одарил "приветливой улыбкой номер один", имелась такая в его
        арсенале, а Людмиле посмотрел прямо в глаза. Его маневр был на-
        столько удачен, что Алиса и Тоня, двигаясь, по инерции прошли
        вперед, а он оказался с Людой один на один.
        Они обменялись светскими фразами, и, когда приличия были
        соблюдены, Мишенька без обиняков предложил этот вечер провести
        вместе. Девушка согласилась- у него отлегло на душе. Бог знает,
        что могло произойти за те четыре дня, пока он ее не видел, но,
        кажется, обошлось.
        Такой же бело-нарядный, как при встрече, Бурлаков явился в
        номер калужанок ровно в восемь. Там таких гостей и без него хва-
        тало. Комнату девушек семьдесят восьмая группа использовала как
        базовую для всех сборов и мероприятий. Вот и сейчас они решали,
        что им делать. Как человек опытный, живущий здесь уже второй
        день, Мишенька сообщил, что знает, где сегодня будут танцы и
        взялся доставить туда новичков.
        В ближнем санатории танцплощадка была побольше, чем в
        дальнем, и по этой простой причине танцующие здесь пары намного
        реже сталкивались друг с другом. А вот музыка тут оказалась еще
        хуже и примитивнее. Но Мишеньку мало интересовало музыкальное со-
        провождение вечера. У него была другая забота: он вовсю ухаживал
        за девушкой и не отходил от нее ни на шаг.
        Людмила определенно нравилась Михаилу, куда там Королевой.
        Это с Галочкой Бурлаков расстался легко, а потерять милую калу-
        жанку он не хотел ни при каких обстоятельствах. Михаил чувствовал
        это, несмотря даже на краткий срок их знакомства. Он сделал, на-
        конец, свой выбор и понимал, что в данном случае речь шла о
        чем-то большем, чем просто курортный романчик. И понятно, что в
        последнее время его мучил один вопрос: семейный. Это про юную
        Алису все было ясно с первого взгляда, а Людмила была девушка
        взрослая, и было непонятно, есть ли у нее кто или нет. Поэтому,
        дождавшись удобного момента, Бурлаков, склонившись к ее ушку, ти-
        хо поинтересовался:
        - Мила, а твоя фамилия Сергиенко- это по мужу или по отцу?
        Девушка немного помучила молодого человека молчанием и неиз-
        вестностью и сообщила:
        - Это фамилия моего папы.
        Мишенька испытал чувство удовлетворения от услышанного и
        продолжил допрос.
        Из дальнейших разговоров выяснилось, что живет она с мамой в
        однокомнатной квартире. У нее еще есть брат, но он женат и прожи-
        вает отдельно.
        Потом Михаил рассказывал о себе. Рассказывал подробней, чем
        в прошлый раз в Симферополе. Теперь их разговор был не соблюде-
        нием приличий, как тогда, а соответствовал их желанию узнать друг
        о друге побольше.
        Окончания танцев Люда с Михаилом ждать не стали. Оторвавшись
        от коллектива, они решили пройтись по набережной.
        Погода была теплой, а прогулка интересной. Возле одного из
        многочисленных домов отдыха внимание наших герое привлекла любо-
        пытная картина: группа бравых советских офицеров, судя по зведоч-
        кам на погонах в званиях не ниже капитанов, соединив усилия,
        дружно подсаживала в раскрытое окно первого этажа дебелых дам
        бальзаковского возраста. Дамы при этом хихикали.
        - Что они делают?- спросила Людмила, когда они неспешным ша-
        гом продефилировали мимо этой живописной группы.
        - Здесь, в санаториях и домах отдыха, строго соблюдают дис-
        циплину,- пояснил улыбающийся Михаил.- После отбоя дверь запи-
        рают на клюшку и нарушители режима могут продолжать свои прогул-
        ки на свежем воздухе хоть до утра. И, судя по всему, эти граждан-
        ки несколько подзадержались, и их не пускают через главный вход.
        Кстати, у нас в гостинице отбой..,- Михаил посмотрел на часы.-
        через пятнадцать минут. Мы успеем, нам не придется лезть в окно
        туалета, как этим тетенькам.
        Они и в самом деле успели.
        Михаил, как настоящий мужчина, с удовольствием бы закончил
        вечер прощальными поцелуями на пороге комнаты, но чутье ему под-
        сказывало, что эта девушка к такому повороту событий пока не го-
        това, поэтому он ограничился договоренностью о встрече на завтра.
        
        Сам того не подозревая, Михаил с этого дня разошелся со сво-
        ей группой. Перед ним стоял выбор: общаться ли ему и дальше с
        друзьями по походу или же посвятить все свое свободное время Люд-
        миле Сергиенко. И поскольку Миша, как всякий нормальный человек,
        был изрядным эгоистом, то он, естественно, пренебрег общественным
        в пользу личного и выбрал дружбу с девушкой. С этого момента он
        больше не вникал в проблемы группы, а занимался только своими де-
        лами. Об этом можно было судить по одному эпизоду, когда Вася
        Бергер, повстречав здесь свои старых знакомцев- мальчишек ростов-
        чан Олега и Андрея, привел их к Бурлакову с предложением сразить-
        ся с ними в картишки. На что Мишенька был поклонник интеллекту-
        альных игр, и то он отказался, ссылаясь на отсутствие свободного
        личного времени. Общество Людмилы было ему интересней и важней.
        И в этом своем индивидуализме он не был одинок. Вадим Дюков
        не на шутку увлекся Светланой и тоже без конца куда-то исчезал.
        Да и Юра Пугин проводил все свое время с любимой Татьяной. Так
        что парни виделись теперь только по утрам перед завтраком, да ве-
        чером перед отбоем.
        
        III
        Утром следующего дня Люда Сергиенко пришла на завтрак слиш-
        ком рано- двери столовой были еще закрыты. Возвращаться к себе на
        пятый этаж было лень, и, поскольку в фойе все кресла были заняты
        голодными туристами, девушка решила заглянуть в красный уголок,
        надеясь там найти свободное место.
        В комнате работал телевизор- шли утренние новости. Прямо пе-
        ред телевизором в кресле сидел Михаил и внимательно слушал дикто-
        ра.
        Людмила, увидев его, неожиданно для себя вдруг почувствовала
        какую-то тихую радость.
        "Что это со мной? Чему это я так обрадовалась?"- мысленно
        спросила девушка сама у себя. Вдобавок, у нее было ощущение, что
        подобное чувство она уже испытывала, и теперь Люда сосредоточен-
        но пыталась вспомнить, когда и по какому поводу с ней это проис-
        ходило.
        Но тут за спиной у нее зашумели, двери в столовую открылись,
        и народ дружно повалил на завтрак. Людмила тоже неспешно направи-
        лась к дверям.
        "Сейчас он меня догонит. И если, не дай бог, он меня не за-
        метит и не подойдет, то..."- загадала девушка.
        - Приветствую, вас,- послышался сзади знакомый голос, и теп-
        лые пальцы коснулись ее руки.
        Люда оглянулась, сзади стоял Михаил и улыбался.
        - А, здравствуй,- спокойно ответила девушка.
        Она ничем не выдала своего состояния. На ее лице не дрогнул
        ни один мускул.
        Молодые люди перекинулись еще несколькими фразами и догово-
        рились о встрече. Пробка в дверях рассосалась, и они прошли в зал.
        
        Согласно договоренности они встретились в том же фойе где-то
        через час и отправились купаться. Что еще делать нам море. Одна-
        ко, городской пляж Люду не заинтересовал. Их инструктор говорил
        им, что в Феодосии есть "Золотой пляж", что там лучше, а доб-
        раться до него можно на рейсовом теплоходике. Михаил возражать
        против такого предложения не стал. Какая разница куда идти, лишь
        бы вместе.
        Экскурсионные катера отходили на "Золотой пляж" каждые пят-
        надцать-двадцать минут. Ожидание теплохода оказалось недолгим, а
        поездка на нем- даже приятной и совсем неутомительной.
        Золотой пляж был бесплатным, его песок, действительно, имел
        золотистый оттенок, а народу топталось здесь значительно меньше,
        чем на городском. Так что Черепков не соврал- место и в правду
        было неплохое.
        Если вся семьдесят восьмая группа, прибыв сюда, расположи-
        лась направо от причала, то Людмила с Михаилом нашли себе место
        слева.
        Мишенька с любопытством ожидал того момента, когда девушка
        разденется. Он отнюдь не был извращенцем, ему просто хотелось
        увидеть, какая у нее фигура.
        Осмотром он остался удовлетворен.
        "Фигурка- нормальная. Ноги- стройные. Лифчик носит не для
        солидности- грудь имеется,"- оценил он девушку.-"Животик не об-
        висший, дефектов кожи нет. Одним словом, подойдет. Можно женить-
        ся."
        Михаил в глазах Людмилы тоже получил положительную отметку:
        "Ну что ж, не так уж и плохо,"- думала девушка.-"Сильные но-
        ги, фигура, несмотря на рост, нормальная. Плечи- широкие, муску-
        лы проглядываются. Правда, похоже, склонен к полноте..."
        Разговор вертелся вокруг пешего похода. Делились впечатле-
        ниями и забавными случаями, происшедшими в их группах. Потом не-
        множко поплавали, позагорали. К обеду вернулись в гостиницу, Люда
        с друзьями должна была встречать следующую группу.
        После обеда Мишенька вспомнил об автобусе в аэропорт. Но на
        автостанции его ждал неприятный сюрприз - билетов до Симферополя
        уже не было.
        Он возвращался назад в гостиницу в большой задумчивости. На-
        встречу ему шла милая и симпатичная девушка. Девушка приветливо
        улыбалась. Огорченный Михаил стал судорожно вспоминать, где он ее
        видел.
        "Что со мной? Совсем людей перестал узнавать. Это же Тоня-
        землячка Людочки,"- опознал ее Бурлаков и тоже придал лицу прият-
        ное выражение.
        Но здороваться с ней он все же не стал, поскольку Тоня дер-
        жала под ручку высокого привлекательного блондина.
        - Хорошо, Женечка, хорошо,- соглашалась калужанка со своим
        спутником.
        
        Вера Никитская и ее приятель по группе приехали в Феодосию
        довольно рано, но своих друзей из семьдесят восьмой группы в гос-
        тинице "Маяк" они уже не застали, те, как известно, уехали на
        "Золотой пляж".
        Вера и Женя, действительно, посетили все музеи, которые им
        попались, посидели в кафе и, наконец, дождались Людмилу и Тоню,
        когда подруги вернулись на обед.
        Дальше они разбились на пары по интересам и отправились гу-
        лять. Великолепный Евгений быстро уговорил доверчивую Тоню пое-
        хать с ним в Судак, где он умудрялся один занимать двухместный
        номер. Именно в тот момент, когда они отправились покупать биле-
        ты до Судака, им навстречу и попался Михаил.
        На этом список неожиданных встреч у Бурлакова не закончился.
        В гостинице его ждал приятный сюрприз. Вновь появился Иванюк,
        привезший своим бывшим подопечным кипу походных фотографий. Це-
        лый час туристы семьдесят седьмой группы выискивали себя, тасова-
        ли и делили эти снимки. Мишенька отобрал себе штук двадцать.
        Затем он зашел в комнату Людмилы, а дверь ему открыл черня-
        вый молодой человек, тот самый, с которым он едва не повздорил в
        Симферополе. Оказывается, и этот парень приехал из Севастополя к
        Алисе. Красавица-калужанка, принимавшая гостя, радостно сообщила
        Михаилу, что Милы в номере нет, что она с подругой ушла гулять на
        набережную.
        Бурлаков отправился на поиски и в фойе опять- таки встретил
        знакомого, которого и не надеялся увидеть. Сергей Шувайников бе-
        седовал о чем-то с администраторшей.
        Люду и ее подругу Мишенька увидел у кассы на теплоходы.
        - Мила,- обратился он к своей пассии,- ты уезжаешь?
        Лицо его стало грустным.
        - Нет, вот Верочку провожаю.
        Бурлаков снова заулыбался.
        - А, ну ты провожай, а я пока быстренько газеток куплю,- со-
        общил он и отошел к киоску "Союзпечати".
        Ни "Литературки", ни "Комсомолки" не было, пришлось брать
        "Правду". Первую страницу официоза Миша никогда не читал, начал
        со второй. Когда он снова посмотрел на девушек, то увидел, что
        возле них стоит элегантно одетый брюнет среднего роста, приятной
        наружности и молча смотрит на спутницу Людмилы.
        
        Игорь сошел с теплохода, пришедшего из Судака. Половину се-
        годняшнего дня он провел в дороге. Он ехал автобусом из Ялты в
        Судак, но номер в гостинице "Горизонт" был пуст. Через час он
        отыскал соседку Веры и выяснил, что его любовь уехала в Феодосию
        и вернется ли сегодня- неизвестно, там у нее подруга.
        Костя напомнил товарищу, что послезавтра им надо в Симферо-
        поль, у них билеты на самолет. Тогда неугомонный Игорь отправил
        друга назад, наказав ему, чтобы, в случае чего, Костя брал его
        шмотки и вез их в аэропорт. А сам он приедет туда в любом случае.
        Константин уехал, оставив все свободные деньги своему приятелю.
        А вот билетов на автобус до Феодосии не было. Можно было бы
        попытаться подождать Веру здесь, но нетерпение Игоря оказалось
        сильнее, и он поплыл на теплоходе.
        И первой, кого Игорь увидел на причале, была Вера.
        Он подошел и встал перед ней. Девушка рассказывала своей
        подруге что-то веселое. Вдруг она умолкла, и лицо ее как-то про-
        сияло.
        Игорь заметил это и понял, что его рады видеть. Но взгляд
        Веры вдруг наткнулся на руки молодого человека и сияние немного
        уменьшилось. В правой руке Тарханов держал за горлышки две бутыл-
        ки пива.
        Сообразительный наладчик сразу все вспомнил и понял. Заметив
        неподалеку гражданина бомжеватой наружности, Игорь поманил его
        пальцем:
        - Ну ты че, дядя. Заколебал ты меня. Иди сюда!
        Бомж испуганно поглядел на сердитого брюнета, но подошел,
        позвякивая пустыми бутылками в грязной авоське.
        - Ты Володя?- строго спросил Тарханов.
        - Да, я,- удивился мужик тому, что прилично одетый незнако-
        мец его знает.
        - Твои кореша из Ялты тебе две бутылки пива прислали, гово-
        рят: "Отдай пиво Вовке, он будет на набережной ждать." А ты
        стоишь в стороне, как будто тебя это не касается. Бери свое пиво
        и иди гуляй.
        Алкаш трясущейся рукой принял протянутые бутылки, причем од-
        на чуть не выскользнула, но он ее удержал. Потом он попытался
        что-то спросить, но Игорь посчитал, что разговор окончен, развер-
        нул его на месте и, подтолкнув, добавил:
        - Иди, дядя, иди. Радуйся.
        Когда этот тип проходил мимо киоска "Союзпечати", Мишенька
        на пальцах его правой руки, крепко прижимавшей к груди дармовое
        пиво, увидел наколоку. Она была из четырех крупных букв: "Вова".
        Игорь, избавившись от компрометирующего напитка, брезгливо
        вытирая руки носовым платком, повернулся к подругам и сказал:
        - Здравствуйте, милые девушки. Наконец-то, я вас нашел.
        - И какова причина, по которой вы нас принялись искать?-
        спросила Вера.
        - Их у меня целых две. Во-первых, я должен отдать вам фото-
        графии.
        Он растегнул молнию на маленькой сумке, висевшей у него на
        запястье и достал снимки.
        Девушки с интересом принялись разглядывать себя на фотогра-
        фиях.
        - А во-вторых,- напомнил Игорь о своем существовании,- я к
        вам Вера Ивановна, как к специалисту прибыл. Вы же логопед, а я,
        знаете ли, в детстве букву "р" не выговаривал. Я помню до сих пор
        упражнение, которое надо делать. Говоришь: "Ды-ды-ды", а потом
        быстро пальцем водишь под языком. И получается "р".
        И он продемонстрировал.
        - Ды-ды-ды-р-р-р-р-р...
        Девушки засмеялись.
        - Вот вам смешно, а я, как мне кажется, Вера, опять начинаю
        картавить. Я бы хотел перед отъездом взять у вас несколько уроков.
        Сквозь улыбку на лице Веры проступила грусть.
        - А когда ты уезжаешь?
        - У меня самолет послезавтра из Симферополя.
        Люда поняла, что их надо оставить одних и сказала:
        - Ну ладно, ребята. Всего вам хорошего, а мне на ужин пора.
        До свидания! Вера, пиши, адрес я дала.
        Никитская согласно кивнула головой.
        Михаил, не подходивший, а смотревший на них со стороны, по-
        думал, увидев сияющие лица незнакомого парня и Людмилиной подруги:
        "Вот это любовь, вот это я понимаю."
        Он сложил газетки и пошел вместе с Сергиенко в гостиницу.
        Вот так, за какие-нибудь два часа Мишенька сумел встретиться поч-
        ти со всеми героями нашей повести.
        
        После ужина Михаил зашел за своей зазнобой. В комнате деву-
        шек незадолго до его прихода, похоже, был пир. Посреди красовал-
        ся стол, уставленый бутылками и тарелками. Хотя никого, кроме Лю-
        ды, в помещении не наблюдалось.
        - О! Я вижу здесь был праздник, что отмечали?
        - Отъезд товарищей,- ответила Людмила,- Алиса завтра с утра
        Ивана провожает, а Тоня к своему другу в Судак уехала.
        Тут девушка решила протестировать своего знакомого.
        - Не хочешь выпить за их отъезд?
        - Я, обычно, не пью на халяву,- ответил Михаил.
        - Я отдаю тебе свою долю. Девчонки оставили и сказали, что-
        бы я допила,- показала она на полупустую бутылку вина.- Вот чис-
        тый стакан.
        - Ну, если только тебя выручить.
        Михаил вылил в протянутый стакан остатки вина- он оказался
        полон- и за один прием осушил его.
        "Ого! Не слабый приемчик,"- подумала Люда.-"Что ж, подождем
        результатов".
        Они посидели еще с полчаса в комнате, но выпитое вино никак
        не сказывалось на молодом человеке. Его не развезло и, самое
        главное, он не пытался добавить.
        "Значит, не алкаш,"- заключила девушка и согласилась пойти с
        ним на танцы.
        "Зверинец", где в этот день были танцы, Михаил решил переи-
        меновать в "серпентарий". Так много там было народу. Танцевать
        там было невозможно, можно было только топтаться на месте. Люде
        это крайне не понравилось и они, по взаимному согласию, пошли гу-
        лять по вечерней набережной.
        Недалеко от одного волнореза они остановились и, облокотив-
        шись на парапет, отделявший берег, покрытый галькой, от асфальти-
        рованной набережной, стали глядеть на море.
        Черные волны размеренно набегали на сушу. В чистом небе вид-
        нелись звезды; справа, там, где были причалы, сияли разноцветные
        фонари. А совсем вдали, на мысе Ильи, мерцали огни маяка.
        Молодые люди, любуясь этой картиной, больше молчали, чем го-
        ворили.
        До отбоя было еще далеко, и по набережной гуляло довольно
        много народу. Иногда группки отдыхающих черными тенями проходили
        и по неосвещенной каменистой кромке берега. Девушки шли босиком,
        неся туфли в руках и радостно повизгивая, когда набегавшая волна
        ласкала их ноги. Парни, покуривая, подсмеивались над ними и от-
        пускали двусмысленные шуточки.
        В одной из групп, проходившей по берегу, Михаил по голосам
        узнал знакомых юношей. Его, стоявшего вместе с девушкой в тени,
        они, похоже, не заметили.
        - Давай искупаемся,- предлагал Васин баритон.
        - Не охота потом в мокрых брюках ходить,- отвечал ему голос
        Олега.
        - А мы по-солдатски- без трусов,- предложил Бергер.- Все
        равно темнота- хоть глаз выколи.
        Он первым показал пример. С набережной, действительно, мало
        что было видно.
        - Вода какая классная,- сказал один из спутников Василия.
        Когда парни искупавшись, ушли, Михаил заметил:
        - Ну вот, даже мужской стриптиз в исполнении Васи, Олега да
        Андрея бесплатно посмотрели. Может, и мы искупаемся?
        - В следующий раз,- отшутилась Люда.
        "Какая же она строгая,"- подумал Михаил-"По графику пора к
        поцелуям переходить, а она, как каменная".
        Он положил руку на талию девушки. Людмила не отпрянула, но и
        прижиматься не стала. Мишенька через некоторое время попытался ее
        поцеловать в щеку, чтобы потом автоматически выйти на губы, но
        девушка осталась равнодушной к его попытке. Тогда он решил не
        наглеть и с поцелуями обождать.
        
        В тот момент, когда губы Бурлакова коснулись ее шеи, где-то
        возле уха, Людмила вспомнила, откуда ей знакомо состояние тихой
        радости и сладкого щемления в груди, которые она испытала сегод-
        ня утром.
        Сергей! Вспомнила она имя. Боже мой, они чем-то даже похожи
        с Михаилом. Тот тоже ходил с темной аккуратной бородкой, только
        ростом был повыше.
        * * *
        Это было лет десять назад. Она только что закончила медучи-
        лище и поехала по распределению медсестрой в Вишневку, в тамош-
        ний интернат. Интернат был большой, ребятишки учились в нем до
        десятого класса. Людмилу приняли хорошо и поселили в учительском
        общежитии в одной комнате с Ритой Измайловой- завучем и препода-
        вательницей математики. Несмотря на высокую должность, была Рита
        девушкой молодой- лет двадцати пяти- и незамужней.
        Однажды, в начале сентября, уже после начала учебного года
        Люда задержалась в своем кабинете, увлекшись заполнением карто-
        чек. Она часто так делала, любя тишину и покой в опустевшей шко-
        ле. Справившись со своими обязанностями она прошла в учительскую
        и включила там телевизор- решила здесь посмотреть очередную серию
        "Семнадцати мгновений весны". Дежурившая в тот день Альбина
        Андреевна, сославшись на какие-то обстоятельства, оставила ей
        ключи и удалилась, подробно объяснив, как надо закрывать школьные
        замки. Одним словом, Сергиенко осталась в школе совершенно одна.
        И вот, в самый напряженный момент, когда Тихонов отчаянно
        пытался вырваться из хищных лап Броневого, кто-то энергично по-
        стучал в окно. Людмила подошла и разглядела за стеклом две муж-
        ские, незнакомые физиономии.
        - Что вы стучите,- строго спросила она.- Это- школа, вам
        здесь делать нечего.
        - Девушка, пустите кино поглядеть,- раздалось с улицы.
        - Уходите!- сурово ответила Люда и задернула шторы.
        Только она вернулась в кресло, как услышала, что открылась
        входная дверь и по коридору застучали две пары сапог.
        Она вышла им навстречу и строго спросила:
        - Вы почему безобразничаете? Уходите сейчас же. Это школа, а
        не клуб. Идите в клуб и там смотрите кино.
        Страха не было, только гнев.
        Парни ловко проскользнули мимо нее в учительскую и в этот
        момент Мюллер сказал:
        - А вас, Штирлиц, я попрошу остаться...
        Тут заиграла музыка и очередная серия закончилась.
        - Ну вот, опять не успели,- сказал тот, что повыше ростом.
        - Ты слышал, Нас попросили остаться,- ответил другой, пони-
        же, с усами на лице.
        - Нечего вам тут делать, уходите сейчас же, вы не штирлицы,
        а хулиганы,- подала голос Люда.
        - Слушай, тут маг есть, сейчас музычку послушаем,- продол-
        жил высокий.
        - Он не работает,- сказала девушка.
        - Жаль,- вздохнул усатый и добавил:
        - А мы можем его починить. Мы- студенты политехнического,
        приехали сюда на уборочную,- пояснил он свое появление.- У нас
        есть ребята, которые разбираются в этом.
        Он похлопал ладонью по магнитофону.
        - Не нужно,- гордо отказалась Сергиенко, выключив телевизор
        и надев куртку.
        Она загремела связкой ключей, демонстрируя незнакомцам, что
        их визит окончен.
        - Ну воды- то попить можно?- спросил усатый заметив в кори-
        доре бачок с питьевой водой.
        - Пейте- не отравлено,- разрешила Люда.
        - А у вас в школе все учительницы такие строгие?- спросил
        высокий, когда Людмила закрывала дверь.
        - Всякие есть,- ответила она.
        - Вас проводить?- поинтересовался усатый.
        - Спасибо, не надо. Мне недалеко.
        Тон ее изменился. В голосе больше не было суровых нот. Она,
        действительно, жила рядом, спальный корпус был в ста шагах от
        школы. Но студенты не отставали от нее и шли сзади, пытаясь шу-
        тить на ходу.
        
        - К нам что, студенты приехали?- спросила она у Риты, когда
        вошла в свою комнатушку.
        - Да. Два автобуса женихов привезли,- радостно сообщила за-
        вуч.- Живем, Мила, живем! Ты их видела?
        - Да уж, двое приходили в школу, в друзья набивались. Коман-
        дир отряда да комиссар, как я поняла.
        - Ну ты везучая...
        
        Сережу она увидела на следующий день, когда стояла с учи-
        тельницей географии Зиной у закрытого продмага.
        - О! Какой парень интересный идет, из студентов вчерашних,
        похоже,- горячо зашептала Зина.
        Она тоже была незамужем.
        - На нас смотрит.
        Людмила обернулась, глаза ее встретились с голубыми глазами
        парня. Она вдруг почувствовала, как сладко забилось сердце и в
        груди разлилась тревожная радость. Но, тем не менее, она отверну-
        лась, и на лице ее застыла маска гордой независимости. Парень
        удивленно поднял брови и замедлил шаг.
        - Похоже, что я ему приглянулась,- сообщила, улыбаясь, Зина.
        Людмила знала, что Зинаида ошиблась.
        Их познакомил тот невысокий, усатый комиссар отряда, что
        приходил в школу. Они одно время даже встречались парами. Рита и
        Люда с одной стороны и Сергей с Сашей- так звали парторга- с дру-
        гой.
        В ту осень бабье лето затянулось. И Люда с Сережей встреча-
        лись почти каждый вечер. Но вскоре все кончилось. Как-то, через
        пару недель после знакомства, они как обычно сидели на лавочке в
        школьном саду и беседовали. Студент рассказывал о себе. О том,
        что учится на третьем курсе, и о том, что собирается после окон-
        чания учебы заниматься наукой. Рассказал о своей семье, что он
        один сын у родителей. А родители у него весьма известные в науч-
        ных кругах люди. Мать- доцент в политехе, где он учится, а отец-
        доктор наук, завотделом в большом НИИ.
        Затем он вдруг сказал:
        - Смотри! Звездочка падает!
        - Где?- спросила девушка и посмотрела на небо.
        И тут же почувствовала, что его губы коснулись ее щеки. Она
        от неожиданности отпрянула.
        А потом, когда он провожал ее в общежитие, Люда подумала,
        что она ему не пара. Вот он выучится, будет заниматься наукой.
        Папа с мамой ему помогут, и вряд ли они обрадуются, что их сын
        дружит с девушкой не из их круга- простой медсестрой. А может, он
        просто от скуки тут с ней забавляется?
        И на пороге спального корпуса Людмиа неожиданно сказала:
        - Знаешь, Сергей, ты не приходи больше ко мне, не надо.
        На лице парня застыло выражение недоумения.
        - Почему,- спросил он с болью в голосе.
        Люда пожала плечами и, ничего не сказав, скрылась за дверью.
        Через несколько дней Рита ей сказала:
        - Ну, с твоим другом что-то случилось.
        - С каким другом?
        - Да с Сережкой. Александр говорит, что он натащил книг из
        библиотеки, по вечерам читает и молчит. Молчит и читает. Никуда
        не ходит. Поругались вы что ли?
        - Что нам с ним делить,- пожала плечами Людмила и твердо ре-
        шила, что в будущем году будет поступать в медицинский институт
        на фармацевта.
        Через год они встретились в областном центре. Людмила была
        уже студенткой и шла по проспекту Ленина, когда лицо встречного
        парня показалось ей знакомым. Молодой человек даже остановился и
        поглядел на нее. Она чувствовала этот взгляд. И только когда он
        оказался за спиной, она поняла, что это был Сергей, только без
        бороды. Люда замедлила шаг, хотела обернуться, но не сделала это-
        го, а только сильнее закусила губы...
        * * *
        Неожиданно нахлынувшие воспоминания вызвали желание побыть
        одной и разобраться в своих ощущениях.
        - Пойдем в гостиницу,- предложила Люда.- Проводи меня.
        Они расстались в коридоре пятого этаже.
        
        Распахнув дверь в свою комнату, Михаил увидел Вадима, си-
        девшего на кровати. Староста, глядя прямо на него, громко сказал:
        - Вот козел!
        - Ни хрена себе, встреча,- выразил удивление Мишенька.- Вот
        так обласкал.
        - Да я это не про тебя,- ответил ему Вадим.
        - Шувайников- козел,- пояснил Юрий.
        Парни были взбудоражены.
        - А я уж секундантов решил присылать. Чем вам этот болтун-
        затейник досадил?- попытался вникнуть в курс дела Бурлаков.
        Из их несвязанных обьяснений- парни часто перебивали друг
        друга- он выяснил, что появившийся сегодня Шувайников вел ка-
        кой-то допрос Вадима, как старосты, и Татьяны Сколченковой, как
        завхоза группы. Он стращал их следователем, вынуждая дать компро-
        мат на Иванюка. От Светланы Вадим также узнал, что Сергей захо-
        дил и в комнату девчонок и вел там какие-то беседы.
        Миша согласился со своими друзьями, что козел- это самое
        нежное, что можно сказать про такого человека.
        Не скоро парни затихли и заснули в эту ночь.
        
        IV
        Алиса проснулась первая и растолкала Ивана. Не дожидаясь
        завтрака, они поели остатки вчерашнего пиршества и помчались на
        автостанцию. Автобус до Севастополя отходил рано утром, дорога
        была неблизкая, километров двести пятьдесят.
        Они горячо расцеловались на прощание, девушка обещала напи-
        сать ему на главпочтамт до востребования, Иван не скрывал, что
        женат.
        Когда автобус, развернувшись на площадке, укатил, Алиса
        смахнула набежавшую слезу, пользуясь стеклянной дверью как зерка-
        лом, поправила прическу, одернула сарафанчик и отправилась на ос-
        тановку, чтобы ехать в гостиницу.
        Автобуса, как назло, долго не было. Тут возле нее затормози-
        ли "Жигули". Дверка открылась и мужчина, глядя в проем, сказал:
        - Девушка, давайте я вас подвезу.
        Этот автомобиль Алиса видела на автостанции, когда провожа-
        ла Ивана.
        - Нам не по пути,- гордо ответила она.
        - Напротив, мне туда же, куда и вам. Так куда мы едем?
        Алиса молчала, как коммунист на допросе у фашистов с карти-
        ны Иогансона Б.В. Она вглядывалась в даль, как будто оттуда долж-
        но было придти решение всех проблем.
        - Вы знаете, автобус, который вы ждете, сломался. Я видел,
        когда ехал сюда. Водитель высадил всех, и менял колесо. Вы про-
        стоите минут сорок.
        - Не врете?
        Девушка недоверчивого посмотрела на собеседника.
        - Вот те крест,- перекрестился водитель, но неправильно,
        словно католик или баптист.
        Алиса подумала еще секунд пять и решила ему поверить.
        - Мне в гостиницу "Маяк"- сообщила она, усаживаясь в автомо-
        биль. Через две минуты им навстречу попался целехонький, битком
        набитый автобус.
        Из разговора по дороге она выяснила, что этот добрый води-
        тель- на вид ему было за тридцать- гражданский моряк, помощник
        капитана. Про Ивана она сказала, что провожала брата. Моряк не
        стал выяснять, зачем при расставании с братом целуются в губы. А
        на его попытки узнать про нее побольше, Алиса сообщила только
        свое имя, сказав, что этого достаточно. А на счет свидания, она
        еще подумает.
        Когда красавица поднялась в свой номер, все подруги, кроме
        Людмилы, уже ушли на пляж.
        - Мила, если тут меня придет моряк спрашивать, видный такой,
        здоровый, с седыми бачками, ты скажи, что меня нет,- попросила
        Алиса землячку.- Даже если я буду в комнате.
        - Хорошо,- согласилась Люда.- Только, если меня придет спра-
        шивать Михаил, ты тоже скажи, что меня нет.
        И, подхватив цветастый пакет, который она использовала вмес-
        то сумки, Сергиенко скрылась за дверью.
        После завтрака к ней, как всегда, подошел Бурлаков и спро-
        сил какой план действий у них на сегодня. Люда предложила ему
        зайти за ней через четверть часа.
        Если бы Мишенька, как обычно, поднялся к себе в номер, тер-
        пеливо прождал эти пятнадцать минут, а потом бы пошел стучаться в
        номер Людмилы, мне бы пришлось уже сейчас заканчивать эту длин-
        ную и скучную повесть. Но Бурлаков решил просидеть эти четверть
        часа в фойе на первом этаже. И он был премного удивлен и даже по-
        началу обрадован тем, что девушка выскочила уже через три с поло-
        виной минуты.
        Он бросился за ней на улицу и тут до него дошло: и почему
        она так быстро собралась, и почему даже не огляделась в фойе, а
        сразу вышла на улицу. Она не собиралась с ним идти сегодня! Она
        хотела сегодня убежать от него!
        - Люда!- окликал девушку еще его язык. Ноги еще продолжали
        двигаться. А перед ним уже была картина бездны.
        Он представил, как бы он сейчас стоял под ее дверью и на его
        стук никто бы не открыл. Это был конец всему. Конец отношений. Он
        не смог бы подойти к ней после того, как она его так бросила.
        "Если я ей так неприятен, почему она прямо этого не скажет?"- ду-
        мал он.-"Почему же так тайком, молча?"
        Девушка обернулась на его крик.
        - Ты уже готова? А я в фойе тебя ждал,- начал Михаил по
        инерции.
        А закончил он уже заупокой.
        - Ты извини меня, я не думал, что я так мешаю. Я больше не
        буду надоедать. Ваши только что ушли, ты их еще догонишь.
        Дав таким образом девушке полную свободу выбора, он уже со-
        бирался отвернуться и отойти.
        Вид у него был такой же, как у Сергея, когда Людмила сообщи-
        ла ему о прекращении отношений. Лицо отражало и недоумение, и пе-
        чаль, и боль.
        "Сейчас она смолчит, и все,"- подумал Михаил.-" И все, ро-
        ман закончен. Новый я начать не успею, да и не смогу. После тако-
        го, надо месяц в себя приходить. Почему все так глупо кончается?"
        Но девушка, к его удивлению, сказала:
        - Ну что ж, пойдем вместе.
        "Пожалела? Первый раз в жизни меня пожалели. А зачем."
        - Но ты же не хочешь этого. Ты же хотела уйти одна?
        Девушка ничего не стала отрицать, а заявила:
        - А теперь я передумала и решила идти с тобой.
        Ты идешь?
        Бурлаков подумал и молча кивнул головой.
        То, что для одного- мировая проблема, для другого- семечки.
        Что для одного- ураган, для другого- легкий бриз. Если для Ми-
        шеньки случившееся было сродни катастрофе, то Людмила так не счи-
        тала. Она просто проводила очередной эксперимент. Ей вдруг захо-
        телось проверить чувства Бурлакова, ей захотелось, чтобы он ее
        искал, после того, как она сбежит. То, что он нашел ее очень быс-
        тро Люду устраивало, но несчастный вид молодого человека гово-
        рил о том, что ее проверка была весьма жестокой.
        Девушки и юноши! Никогда не проверяйте чужие чувства на
        прочность. Представьте, что человек, которого вы любите, начнет
        испытывать вас.
        - Погода сегодня не очень,- сказала Людмила,- давай поедем
        не на пляж, а куда-нибудь на экскурсию.
        Михаил согласился, и они на теплоходике поплыли в Планерское.
        Солнце то появлялось, то пряталось в облака. Дрессированные
        чайки следовали за судном, хватая на лету бросаемые эксурсантами
        куски хлеба. Люда с Мишей сначала сидели на корме, затем перешли
        в салон. Убитый утренним происшествием Бурлаков больше молчал и
        не знал, что ему делать, как вести себя с девушкой. Вся его сме-
        лость и уверенность в себе остались в прошлом.
        Где-то через полчаса их доставили к горе Карадаг, где пыта-
        лись объяснить всю уникальность этой, созданной извержением вул-
        кана, скалы. А потом катер причалил в Планерском. Когда экскурсо-
        вод сообщила, что раньше этот поселок назывался Коктебелем, Ми-
        шенька сразу вспомнил про Волошина.
        У Максимилиана Волошина Бурлаков до этого не прочитал ни
        единой строчки. Но, надо заметить, что творчество этого поэта
        тогда не очень-то и рекламировалось официальной пропагандой. В
        школе его не проходили и в учебниках не упоминали. Тем не менее
        про существование такого стихотворца Мишенька все же знал. Во ис-
        тину- человек живет, пока про него кто-то помнит.
        Поселок им понравился. По набережной гуляла нарядная публи-
        ка, работало кафе-мороженое, где они посидели. А вот домик поэта
        был по советскому обыкновению закрыт. Причем, если следовать рас-
        писанию, что висело на калитке, попасть в него можно было только
        после дождичка в четверг.
        Часа через полтора теплоходик поплыл в обратный путь. Ми-
        шенька сидел рядом с Людой и тихонько грустил, смотря на ее про-
        филь.
        "Твои белые руки предо мной, как стена,
        И тонкие губы сжаты сурово."
        Сами собой стали складываться строчки.
        "Печали и грусти в глазах пелена,
        Но должно быть! Должно быть волшебное слово."
        На обед они опоздали. Мишенька после приезда из Коктебеля
        поднялся в номер и завалился на кровать. Через час он закончил
        творить.
        "Слово, что заставит забыть об обидах,
        Которые даже не я причинял.
        Ты посмотри на меня, позавидуй,
        Как я весел и бодр, хотя, тоже устал.
        Но, может, у грусти твоей другая причина?
        Может, дома остался тот, кто ближе, родней?
        Но осталось недолго, и покинет кручина
        Тебя по исходу нескольких дней.
        А мне же на память останется, в общем, немного:
        Улыбка сквозь грусть и тепло ускользающих рук.
        Мы расстанемся скоро, моя недотрога.
        Жаль, что не был я милым, запомнюсь, быть может, как друг."
        Эти вирши он аккуратно переписал на свою фотографию и решил
        подарить Людмиле. Мишенька был влюблен. Теперь он это отчетливо по-
        нимал. Он не возражал, чтобы Сергиенко стала его судьбой, но надо
        было убедить ее не противиться этому.
        Девушку он встретил возле кафе в двух шагах от гостиницы.
        Она стояла с Диной и Руфой в ожидании окончания обеденного пере-
        рыва. Им почему-то приспичило попить в нем кофе. Мишенька, пытав-
        шийся в очередной раз попасть в постоянно закрытый книжный мага-
        зин, заметил ее и, улыбаясь, сообщил, что хотел бы преподнести
        Людмиле сюрприз. Сергиенко вздохнула и сказала, что так и быть
        посмотрит на этот сюрприз. Руфа, увидевшая, как строго Люда обра-
        щается с молодым человеком, сказала ей, после того, как Михаил
        ушел:
        - Мила, что же ты так с ним сурово. Вроде неплохой парень.
        И внешне, и по поведению.
        - Хочешь, я тебя с ним познакомлю? Будешь ты с ним дружить?
        Застенчивая Руфина постеснялась сказать "да".
        Кофе они так и не попили. Из дверей выглянула тетка и пове-
        сила объявление "Санитарный день". Руфа и Дина тогда пошли на ба-
        зар, а Люда вернулась в гостиницу.
        В номере была только Алиса. Она помыла голову и сушила во-
        лосы на балконе.
        В дверь энергично постучали, Люда пошла открывать. На поро-
        ге стоял представительный гражданин с седыми бачками и букетом
        цветов.
        - Здравствуйте, а мне бы Алису,- произнес он, пытаясь войти.
        Люда вспомнила утренние инструкции и ответила:
        - А ее нет.
        - Тогда я ее подожду,- сказал мужчина, проходя в комнату.
        Алиса, услышав шум, выглянула с балкона.
        - Вот она и пришла,- ехидно заметил гражданин и прошел на
        балкон.
        Минут через пятнадцать он ушел, выжав из прекрасной калу-
        жанки обещание, что она покатается с ним в автомобиле.
        Тут вернулись Дина с Руфиной с базара. Девушки не успели
        съесть и по паре персиков, принесенных ими, как в дверь опять
        застучали. Алиса открыла, представляя, как она отчитает моряка за
        то, что он не дает ей собраться. На пороге стоял Бурлаков.
        - Привет, капелька! Мне бы Милу увидеть?
        - А ее нет,- радостно сообщила красавица, помня договор.
        - Ну тогда я поговорю с той девушкой, что стоит на балко-
        не,- произнес Мишенька, приторно улыбаясь и проскальзывая в ком-
        нату.
        Он точно знал, что Людмила на месте, так как видел ее, мир-
        но лакомившуюся фруктами на свежем воздухе, со своего балкона
        всего минуту назад.
        Фотографию со стихами Миша девушке вручил и убедившись, что
        все не так плохо, как ему казалось, договорился, что он зайдет к
        ней после ужина.
        "А мы еще и таланты,"- подумала Люда, читая надпись на фо-
        тографии.- "Совсем неглупые стихи."
        Того же мнения были и девчонки, которые выпросили у нее
        посмотреть этот снимок.
        На ужине состоялось совещание. Юра и Вадик сговоривались
        пойти завтра в ресторан. Приглашали Михаила, но Мишенька, уяснив-
        ший, что его Людмила всей душой поддерживает антиалкогольную по-
        литику партии и правительства, отказался.
        Рядом с ними сидели три девицы, два дня уже как сменившие
        за их столом парней, уехавших домой. Девушки молча слушали их бе-
        седу и явно грустили.
        "Бедные, бедные девочки, думающие, что именно в туристском
        походе они встретятся с настоящими парнями,- думал Михаил, глядя
        на этих своих соседок по столу.- Настоящие парни не ходят по
        Крымским горам. Они, подобно моему коллеге Сереге Добычину, бро-
        дят по сложным маршрутам третьей категории трудности, блуждая то
        по безлюдной Забайкальской тайге, то по горам полярного Урала, то
        по далеким Курильским островам. А здесь собрались экскурсанты
        вроде нас.
        Девушки вы интересные - на твердую четверку, но вам, похоже,
        не повезло. Вы тоже ошиблись, и ваша группа оказалась на три чет-
        верти состоящей из девчонок. Здесь, в Крыму, это типичная карти-
        на. Девушек почти во всех группах больше, чем парней. Права была
        Нина Алексеева. И даже в столовой этой троице не пофартило: все
        трое парней, сидящие с ними за одним столом, уже заняты."
        Поразмыслив на эту тему, Мишенька поднялся с друзьями в но-
        мер. Лежа на кровати, он полистал газеты, купленные утром, и че-
        рез полчаса пошел к Людмиле. А в ее комнате снова был пир горой и
        дым коромыслом. Провожали курсантов, которых служба уже звала в
        дорогу. Отходная была шумная, с выпивкой, но без музыки. Увидев
        Михаила, Шура Иванов- хороший парень, певец и музыкант семьдесят
        восьмой группы- спросил у него, не может ли он одолжить им гита-
        ру. Бурлаков, поняв, что на этот вечер его девушка занята, все-
        таки за гитарой пошел. Иванов ему был симпатичен. А когда он ее
        принес, то, к его удивлению, вышла Людмила и сказала, что может с
        ним пойти погулять. Девушка бы с удовольствием послушала песни
        под гитару в исполнении Шурика, но нелюбовь к пьянкам была
        сильнее.
        Сначала Люда и Мишенька посидели на скамейке, затем пошли к
        морю. Смотрели на прибой, говорили о литературе и сочинительстве.
        Миша прочел несколько своих стихов. Вечер был на редкость теплый.
        За беседой не заметили, как прозевали отбой. В половине двенадца-
        того они вернулись в гостиницу, где их ожидала неприятность -
        входная дверь была заперта. Они энергично постучали. Минуты че-
        рез две появилась какая-то тетка в халате, которая вместо того,
        чтобы открыть им, принялась стыдить и ругаться, угрожая, что вот
        не откроет, а они пусть идут гуляют дальше. Но, видимо, разгля-
        дев, что перед ней не желторотые юнцы, а вполне взрослые люди, и,
        внимая заявлениям Людмилы, что они больше не будут опаздывать,
        все же впустила их.
        Такое обращение с отдыхающими для Мишеньки было внове. Во
        всех гостиницах, где он бывал до этого, гулять и приходить можно
        было, не особо шумя и скандаля, в любое время. И зачем здесь так
        блюли пионерскую дисциплину, было непонятно. Теперь ему стало яс-
        но, почему однажды Галка Королева и Инга, согласно рассказу Вади-
        ма, не ночевали в гостинице. Тоже вот так, наверное, опоздали, а
        их не пустили.
        В комнате было темно. Михаил положил на стол гитару, выне-
        сенную ему Людой, разделся и забрался в постель.
        
        V
        Погода, наконец, установилась. Солнце почти не скрывалась за
        облаками. Днем бывало даже жарко. До обеда Люда с Михаилом пробы-
        ли на пляже. Купались и загорали. Поскольку Мишенька успешно
        преодолевал все испытания, что ставила перед ним девушка, она
        стала относиться к нему с интересом, и однажды, в приступе откро-
        венности, призналась, что не возражала, если бы Михаил был ее
        братом. Мишенька немного помолчал и ответил, что быть братом он
        не согласен. А потом спросил, есть ли у Людмилы дома друг. Девуш-
        ка решительно соврала, что друг у нее есть.
        Если бы не экскурсии, то они бы так и остались на пляже до
        вечера. Но их ожидала встреча с прекрасным, и они решили ехать.
        В Крыму не только туризм, но и экскурсии были поставлены на
        поток. Экскурсанты посещали достопримечательности густыми колон-
        нами, только что не наступая друг другу на пятки. В домик Грина
        группы приводили одну за другой, на весь осмотр выделялось пят-
        надцать минут. И если на входе Людмиле Сергиенко и ее друзьям уже
        демонстрировали карту страны Гринландии, то через комнату группа,
        в которую входил Бурлаков, еще рассматривала подлинные рукописи
        произведений писателя. Экскурсоводы бесстрастными, монотонными
        голосами с разницей в пять минут повторяли одни и те же, кем-то
        утвержденные, слова.
        Выбравшись на свободу, Михаил заметил.
        - А у Кербабаевича дом-то побольше был. Комнат больше и двор
        огромный.
        - У какого Бабаича?- не поняла Лена.
        - Да я люблю по домам писателей ходить. И вот в Ашхабаде по-
        сещал мемориал героя соцтруда, народного писателя Туркмении,
        классика советской литературы Берды Кербабаевича Кербабаева. Так
        у него в доме комнат шесть было, не считая тех, где до сих пор
        его родственники живут.
        - Что-то я не знаю такого классика,- сказала Сколченкова.
        - И много ты домов писателей посетил?- поинтересовалась Еле-
        на.
        - Ты Татьяна мало ходишь по букинистическим магазинам. Поч-
        ти в каждом из них в любом городе Советского Союза лежит его пя-
        титомник. Его и еще Шарафа Рашидова. Вот Грина нет нигде, я себе
        подписку по томику собирал, потому как он- не соцгерой, а эти-
        лауреаты Ленинских премий- везде в наличии. Что народ у нас чита-
        ет, то ему и издают,- сплюнул Михаил.
        - А в гостях у писателей я бывал мало,- сознался он Елене.-
        Вот в Коктебеле хотел избушку Волошина посетить, так не пустили.
        Зато у нашего челябинского писателя Марка Гроссмана бывал не еди-
        ножды. Мы с ним- друзья,- заметил он нескромно.- Вот он- хороший
        писатель. Его "Камень-обманку" сам прочитал с удовольствием и вам
        рекомендую.
        Потом все потянулись к картинной галерее, а друг писателя
        Гроссмана ринулся на базар. Вернулся он через три минуты с буке-
        тиком роз.
        Группа Сергиенко еще не вышла и Михаил, ожидая девушку, не-
        вольно стал свидетелем разговора представительного дяденьки лет
        под пятьдесят с двумя дамами аналогичного возраста.
        - А я тут встретил одну,- рассказывал этот цветущий гражда-
        нин,- мы с ней в позапрошлом году здесь познакомились и крутили.
        Я ей говорю: "Ну что, может, по новой начнем?" А она говорит, что
        у нее уже есть.
        Мужчина и женщины чему-то засмеялись, а Мишенька подумал:
        "Однако, какие проблемы бывают у этих кандидатов в пенсионе-
        ры."
        Тут вышла Людмила, и Бурлаков стал вручать ей цветы. Но де-
        вушка ответила, что примет их только после посещения музея Айва-
        зовского.
        Единственно, что есть интересного в курортном городе Феодо-
        сии, кроме дома-музея Грина,- это картинная галерея, целиком сос-
        тоящая из полотен Айвазовского, некогда жившего здесь. В этой га-
        лерее хранится и его знаменитый "Девятый вал".
        Приятным открытием для себя Михаил посчитал тот факт, что
        художник писал не только море, но и картины на сухопутные темы.
        Цветы по окончании экскурсии Мишенька все-таки вручил, и они
        с Людмилой пошли прогуляться по базару. Цены были такие, что Бур-
        лаков решил организовать частное предприятие по завозу фруктов с
        Южного Урала на южный берег Крыма. Но, поскольку вовсю действова-
        ла статья уголовного законодательства о частном предприниматель-
        стве, а о кооперативном движении еще только мечтали, то дальше
        идеи он не пошел.
        
        После ужина Вадим со Светой, Юра с Татьяной и Лена с Лари-
        сой пошли в единственный в курортной зоне ресторан. Места они за-
        казывали заранее, заведение было очень модным, поскольку больше
        пойти было некуда. Своей подруге Мишенька предложил посетить ка-
        кое-нибудь кафе.
        Феодосия очень своеобразный город. Не посещавший до этого
        всесоюзных курортов Михаил полагал, что там все для отдыхающих.
        Может, в Ялте или в Сочи так и было, но здесь главная забота,
        проявляемая со стороны администрации, заключалась в жесткой охра-
        не здоровья приезжих гостей. Считалось, видимо, что самое важ-
        ное- это строгое выполнение режима дня и правильное питание. И
        чтобы отдыхающие не подрывали свое драгоценное здоровье, все за-
        ведения в курортной зоне, за редким исключением, прекращали рабо-
        ту очень рано.
        Бурлаков посмотрел на часы, потом спросил у прохожего:
        - Скажите, который час.
        - Десять минут девятого,- ответил интеллигент с портфелем.
        - И у меня тоже,- обреченно произнес молодой человек,- а по-
        чему же все закрыто?- задал он риторический вопрос.- Как же здесь
        жизнь прожигать? Состояние проматывать?
        Открыт был какой-то дворец культуры, где проводился вечер
        "Для тех, кому за тридцать". Но Люда с Мишей друг друга уже наш-
        ли, и им там было бы неинтересно. Про "зверинец" и речи не захо-
        дило, хотя, теперь было понятно царившее там столпотворение. Они
        шли упрямо вперед и, о чудо! Нашли-таки кафе, которое работало аж
        до девяти часов. Программу минимум Бурлаков все-таки выполнил-
        угостил девушку кофе и мороженым.
        - Похоже, в этом городе считают, что отдыхающие должны при-
        ходить в восторг только от осознания того, что они находятся на
        ЮБК. А где же сервис, где борьба за доллары потребителя?- разгла-
        гольствовал он по дороге назад.
        Они добрались до набережной и с удовольствием любовались мо-
        рем. Хоть что-то было в этом мире прекрасным и неизменным.
        Вечером парни делились впечатлением. Вадик не мог говорить
        без смеха о ресторанных музыкантах и их музыке, а Юра о каком-то
        грузине, пытавшемся шиковать в этом скромном заведении. Мишенька
        тоже пожаловался на судьбу и отсутствие приличных забегаловок в
        этом городе.
        
        VI
        Утром после завтрака Леночка с Ларисой пригласили парней к
        себе в комнату. Собралась почти вся 77-я группа, обсуждали прог-
        рамму прощального вечера. Ведь этот день был последним, а уже за-
        втра им всем предстояло разъехаться в разные стороны.
        Но самым неожиданным сюрпризом для ребят оказалась настой-
        чивость Ларисы и Елены в добывании билетов до аэропорта Симферо-
        поля. Только вчера вечером Вадим с Михаилом подсчитали, что если
        даже брать такси на четверых, то за дорогу в аэропорт пришлось бы
        уплатить по пятнадцать рублей с носа- в десять раз дороже автобу-
        са. А милые девушки поставили на уши и администрацию турбазы "Ма-
        як", и руководство автостанции, вытряся из них девять билетов.
        "Ну вот. У нас в группе столько девушек, что до юношей и
        дело не дойдет,"- подумал Михаил.
        Но Лена с Ларисой рассудили по иному. "В первую очередь би-
        леты даем челябинцам,"- твердо сказали они. Это была их ма-
        ленькая месть прытким тамбовчанкам и их компании. При таком рас-
        кладе билетов хватило и Вадиму, и Михаилу, и Васе.
        Затем каждый занялся своими делами. Вадик поехал искать в
        городе винный магазин, его озадачили достать спиртное на вечерин-
        ку. Миша с Людмилой пошли на почту. Там он отправил посылку с ве-
        щами, в которых уже не было нужды, и попытался позвонить домой.
        Но его обрадовали, что в будни Челябинск дают только после двад-
        цати двух по Москве. Пугать мать ночным звонком -дома, с учетом
        разницы во времени, была бы полночь- Михаил не захотел и от идеи
        отказался. Вася двинул на рынок. К Ларисе приехал знакомый из Су-
        дака. Ольга с другими девчонками пошла последний раз на пляж.
        Она лежала на своем законном месте и никого не трогала. Он
        сам подошел, хотя его об этом никто и не просил. "Девушка, не
        сгорите?"- начал он, явно пытаясь вступить в беседу. Оленька от-
        вечала односложно и обдуманно, пытаясь не давать молодому челове-
        ку повода считать, что он чего-то добился, и одновременно не про-
        гоняя его. Парень оказался нефтяником с севера. Отдыхал здесь с
        компанией земляков, но все они были семейные, а он один- холос-
        той. Когда парень назвал себя, Ольга, поневоле, рассмеялась. Мо-
        лодой человек сначала не понял, почему обычное имя Миша вызывает
        такой здоровый, задорный смех. И девушка объяснила, как могла,
        что за этот отпуск знакомится с четвертым Михаилом.
        Первый- это Бурлаков из их группы. Второй- это ее туристиче-
        ский жених, за которого она чуть не вышла замуж на "Кок-Асане". И
        Оленька пояснила новому знакомому смысл этой туристской традиции.
        Еще с одним Мишкой она познакомилась уже здесь в Феодосии, на
        танцах. Он возил ее на какую-то гору и оттуда было видно весь го-
        род. Очень интересное зрелище.
        Молодой человек сказал, что от судьбы не уйдешь и ей, во-
        лей-неволей, придется подружиться и с ним. Они проболтали до тех
        пор, пока Оленьке не пришлось идти на обед. Новый знакомый прово-
        дил ее и, таким образом, узнал, где она живет. Его настойчивость
        была вознаграждена: северянин добился согласия девушки на то, что
        вечером она с ним погуляет.
        
        В последний раз Михаил Бурлаков и Людмила Сергиенко поехали
        на "Золотой пляж" после обеда. Погода позволяла и они пробыли там
        до отхода последнего теплохода. Мишенька, против обыкновения, был
        грустным. Отпуск кончался, девушка, которая ему нравилась, лежа-
        ла рядом с ним, но, тем не менее, была недостижима. Эта грусть,
        очевидная и нескрываемая им, сказалась и на девушке. Она тоже
        стала задумчивой.
        Ах, эти прощальные встречи, когда два человека знают, что
        завтра они расстанутся и, может быть, навсегда. Их разговоры не-
        многословны, но многозначны. В них особый, только этим двоим по-
        нятный, смысл.
        Уже в сумерках они прибыли на катере в Феодосию. Лето было
        во второй половине и темнело достаточно рано. По набережной гуля-
        ли отдыхающие. Миша и Людмила стояли на своем месте у парапета и
        смотрели на море.
        Также, как всегда, мигал маяк и светились разноцветные
        огоньки в порту и на прогулочных катерах.
        На одном из них северянин Михаил катался с Ольгой. Ольге бы-
        ло одновременно страшно и интересно. Молодой человек держал свою
        руку на талии девушки и говорил ей, что она для него идеальная
        пара, что он готов увезти ее с собой на север хоть завтра. На что
        Оленька отвечала, что ей надо подумать и ответ она может дать то-
        же только завтра. Девушка не говорила настойчивому парню, что на
        следующий день ее ждет дальняя дорога домой.
        
        - Это все в последний раз,- сказал Бурлаков.
        - Что?- спросила Люда.
        - Вот это все: теплый вечер, огоньки, любимая девушка и чер-
        ные волны, размеренно накатывающиеся на берег и, словно часы, от-
        мечающие последние мгновения нашего знакомства. Больше этого не
        будет никогда.
        Они немного помолчали, а потом Михаил стал говорить в рифму:
        "Черное море черного цвета
        Бьется о берег устало.
        Вот, наконец, и кончается лето-
        Нам расставаться пристало.
        Все, как всегда, просто некуда деться,
        И завтра мы будем врозь.
        С тобою уедет мое бедное сердце,
        Я же твое не увез."
        - Это тоже твои стихи?- поинтересовалась девушка.
        - Да. Только сейчас сложились. Надо будет постараться их не
        забыть.
        Они еще немного помолчали.
        - А ты уже решил, что мы никогда не увидимся?- спросила,
        улыбаясь, Люда.
        - Я мечтаю, чтобы это было не так. Я хотел бы ошибиться. А
        ты?
        Девушка пожала плечами и тихо произнесла: "Никогда." Только
        интонацию нельзя было уловить. Была ли она утвердительной или
        вопросительной.
        - Я могу сделать тебе последний, так сказать, подарок?-
        спросил Михаил.
        Людмила не возражала. Он достал из кармана бумажник и из-
        влек из него кусочек картона.
        - Это моя визитка. Если тебе вдруг станет одиноко или грус-
        тно, позвони мне или напиши. Здесь- и телефон, и адрес... Жаль,
        что я не могу тебе написать. Жаль, что, вернувшись домой и встре-
        тившись там со своим приятелем, ты не найдешь времени для того,
        чтобы помнить меня.
        - Нет, ну почему же. Сразу я тебя не забуду. И написать ты
        мне можешь,- ответила Люда.
        Она сама с трудом сообразила, про какого такого приятеля го-
        ворит Михаил. На самом деле была она девушкой скромной и на дан-
        ном этапе свободной.
        - Для этого нужно, хотя бы, адрес твой знать,- намекнул Бур-
        лаков.
        Сергиенко немного подумала и решилась.
        - Я продиктую, запиши,- сказала она.
        - Нет,- возразил Михаил.- Давай сделаем так: я даю записную
        книжку и ручку, а ты сама, своей рукой запишешь адрес. Добро-
        вольно, так сказать, а не под моим давлением.
        Людмила взяла ручку и сделала запись в книжке.
        Мишенька подумал: "Ну вот, полдела сделано. Дальше вся на-
        дежда на мой талант. История повторяется? Хорошо, что я ее не
        предупреждал, что я- чемпион страны по писанию любовных писем."
        Около десяти он проводил девушку до ее номера. Зайдя к себе,
        Михаил решил выпить последнюю бутылку пива, из тех что купил вче-
        ра, залить, так сказать свою грусть. Но в тумбочке его ожидал
        неожиданный удар судьбы, нанесенный другом. Вместо пенистого на-
        питка он обнаружил там шестьдесят копеек. Вадим, похоже, первым
        решил утолить свою жажду и оставил ему три двадцатчика компенса-
        ции.
        "И ты, Брут!"
        Пока самонадеянный Бурлаков выманивал у девушки адрес, груп-
        па семьдесят семь собралась в одной из комнат и устроила про-
        щальные посиделки. Вадик, посланный в свой номер за гитарой, об-
        наружил Мишу лежащим в темноте на неразобранной кровати. Но Ми-
        шенька не спал, а размышлял о своей неразделенной любви.
        - Мишель, я тут твое пиво уговорил,- сознался староста.-
        Кончай грустить. Пойдем, все наши собрались, отъезд отметим.
        Бурлакову уже было все равно, куда идти и что отмечать. Он
        молча встал и пошел за приятелем.
        В комнате были все свои, кроме одного парня. Парень этот
        оказался знакомым Ларисы еще по Симферополю. Он приехал из Суда-
        ка, куда забросила его судьба, и в данный момент рассказывал ин-
        тересные истории из своей жизни. Рассказать ему было о чем: рабо-
        тал он вертолетчиком где-то на севере Свердловской области.
        Новоприбывшему Бурлакову сразу сообщили:
        - Михаил, пока ты там где-то ходишь, у нас чуть Оленька за-
        муж не вышла.
        - Весь вечер одни неприятности- оценил новость Миша.-
        Оленька, кто этот негодяй? Вася, готовь мой черный пистолет. Ты
        почему ушами хлопаешь, у нас девушку уводят.
        - Ну почему- негодяй? Нормальный парень,- возразила Ольга.
        - Так ты решила бросить нас с Вадимом и даже Васю и уехать с
        ним? Куда хоть?
        - На север. Приглашал лететь с ним,- сообщила довольная де-
        вушка.
        - И ты поедешь?
        - Правда что. Мне и в Челябинске хорошо. Я его полдня знаю.
        Да и куда я без вас с Вадимом и без Васи,- отшутилась девушка.
        На гитаре, принесенной Вадиком, все расписались и она доста-
        лась ему на память об этом походе. Так группа отблагодарила свое-
        го старосту и главного певца за все те концерты, что он дал для
        нее.
        После того, как все вино было выпито, арбузы сьедены, а петь
        песни, в виду позднего времени, стало нельзя, ребята разошлись.
        Была уже полночь.
        
        VII
        Последний день. Поднялись рано- около шести часов. До оста-
        новки автобуса их проводили Юра Пугин с Татьяной, сами они в Мос-
        кву вылетали ближе к вечеру.
        - А Люда не придет тебя проводить?- спросил Юрий у Михаила.
        - Увы, не обещала. Хорошая она девушка, я бы ее увез с со-
        бой, если бы она поехала,- признался Бурлаков.
        Тут появились Василий и Ольга. Бергер, кроме своей спортив-
        ной сумки, тащил еще и ящик с фруктами, которыми запаслась Олень-
        ка.
        Вскоре подошел автобус. Ребята попрощались с остающимися
        друзьями и загрузились в него. Минут через десять они прибыли на
        автостанцию. А там, еще через четверть часа, они разместились в
        междугороднем "Икарусе".
        Не доезжая до Старого Крыма, утомленный двадцатидневным от-
        дыхом Мишенька заснул и проснулся, когда автобус уже въехал на
        улицы Симферополя. Потом он долго сожалел, что так и не узнал:
        бывают ли в Крыму ландшафты и виды какие-то другие, кроме горных.
        Поколесив по улицам, они пересекли город и прибыли в аэро-
        порт. По привычке Бурлаков заглянул в киоск "Союзпечати" и заско-
        чил на рынок, располагавшийся неподалеку. Он только успел купить
        груш и персиков, как объявили регистрацию и посадку.
        Приняв в свое чрево полторы сотни уральцев, отдохнувших на
        южном побережье Крыма, самолет разбежался и устремился в небо.
        Мишенька, выспавшийся в автобусе, проглядывал газеты и ду-
        мал о своем. Рядом дремал Вася. Из состояния покоя их вывела Еле-
        на, размахивая помятым номером "Крымской правды". В этот номер,
        свернув его в кулек, ей насыпали на рынке слив. Сливы Лена с Ла-
        рисой ели во время полета. А когда кулек опустел, девушки с удив-
        лением заметили статью со знакомой фамилией автора. Автором был
        С. Шувайников, а статья называлась "Грязь на тропе". Ну мало ли
        кто чем любит заниматься в свободное от походов время. Новоявлен-
        ный литератор любил грязь и охотно поливал ею своих недругов.
        Речь в заметке шла о Виталии Иванюке, и, как пример его грязной
        деятельности, приводились эпизоды из путешествия семьдесят
        седьмой группы.
        Возмущение девушек Михаил с Васей поддержали. На маленьком
        совещании, в котором принимали участие еще и Вадим с Ольгой, было
        решено дать отпор борзописцу. Для чего решили собраться позднее в
        Челябинске, написать гневную отповедь этому писаке, сводящему
        личные счеты таким образом, и отправить в крымскую газету. Все-
        таки воспоминания о походе и о Иванюке у ребят были доброжела-
        тельными.
        
        В покинутой частью наших героев Феодосии семьдесят восьмая
        группа отправилась на Золотой пляж. У Шуры Иванова был день рож-
        дения и он, купив персиков, угощал ими друзей. Людмила тоже заго-
        рала вместе со всеми. Все вокруг были знакомые, но, тем не менее,
        она невольно осознала, что оторвалась от интересов группы за вре-
        мя постоянного общения с Михаилом. А тут еще Алиса с вопросом:
        - Ну что, уехал твой Мишка?
        Сергиенко молча кивнула.
        - Теперь будешь так же скучать, как мы,- заметила Руфа.
        - Не буду,- воспротивилась Люда, но на душе все равно было
        ощущение, что чего-то ей не хватает.
        - Сейчас не будешь, за один день не соскучишься,- согласи-
        лась Руфина, переворачиваясь с живота на спину.- А вот через не-
        делю бы точно загрустила.
        - Все мужики- сволочи, но и без них- нельзя,- подтвердила
        Дина.
        - Как там наша Тоня?- подумала вслух Людмила, желая сменить
        тему.
        - Не пропадет,- решительно заявила Алиса.
        А потом шепотом, чтоб не слышали уфимские соседки пожалова-
        лась старшей подруге:
        - А я- дура. Димка так со мной дружить хотел... Такой чис-
        тенький, хороший мальчишечка,- нахваливала она одного из уехав-
        ших курсантов, того самого, с которым играли им свадьбу на дале-
        ком "Кок-Асане",- а я у него на глазах, как специально, то с этим
        многодетным Иваном, то с моряком...
        - Сама выбирала. Я тебя предупреждала, что Дима- хороший па-
        рень. Сама решала,- ответила Люда.
        А когда Мишенька пролетал над Донбассом и видел в иллюмина-
        тор только густые белые облака, к Сергиенко снова подсел Толик и
        опять завел речь о своем богатом хозяйстве и о том, что он хотел
        бы увезти Людмилу с собой. Девушка молча слушала его речь и дума-
        ла о своем.
        
        В Челябинск прилетели по расписанию. Вадима встречали брат с
        отцом на автомобиле. Оленьку- родители на такси. Первыми уехали
        на ЧМЗ на автобусе Лариса с Еленой. Потом- Василий с Михаилом, им
        обоим надо было на Северо-запад. Люба поехала экспрессом на вок-
        зал, оттуда легче было попасть в Коркино. Задержалась у киосков
        Наташка.
        В городе продолжалось лето и было также тепло, как в Крыму.
        Дома Михаилу сообщили, что ему вчера звонил некто Алексеев и
        сказал, что позвонит еще. Вечером, действительно, раздался звонок.
        - Тебя девушка какая-то,- сообщил отец, снявший трубку.
        - Девушка?- удивился Миша.
        - Алло! Добрый вечер. Как долетел, как твои дела?- услышал
        он голос-колокольчик Людмилы...
        
        Вечером Алиса пошла звонить родителям, что завтра вылетает в
        Москву и приедет в Калугу с последней электричкой. Сопровождав-
        шая ее Людмила, чтобы скоротать время ожидания, (у нее самой дома
        телефона не было), решила заказать Челябинск. Была суббота и ее
        номер вызвали быстрее, чем Алисин.
        И куда-то ушли хандра и чувство неустроенности, когда в труб-
        ке послышался знакомый голос Бурлакова:
        - Да, я вас слушаю...
        ИСТОРИЯ ЧЕТВЕРТАЯ
        "ПРОДАЕТСЯ ЛЮБОВЬ"
        - Ну и что ты мне этим хочешь сказать? Что это я- без-дель- ник? У тебя дела, а у меня их нет? Любопытное мнение...
        А кто бил себя в грудь и говорил, что писание романов такой пустяк?.. Все бросай, и я тебя жду. Собираемся у меня на даче...
        Вся эта история началась еще год назад, на помолвке Славы
        Алексеева и Нины Беляевой. Находясь в нетрезвом состоянии, груп-
        па интеллигентов- художников расхвасталась перед Еленой Фроловой-
        подругой Ниночки, что им не только ваять скульптуры и писать мас-
        лом картины, но и литературный труд сочинить ничего не стоит.
        Бывает. Что только не брякнешь, не подумав, ради хвастовства
        перед хорошенькой женщиной. Язык-то- он без костей. Ну разгорячи-
        лись, поспорили и взяли на себя эту обузу- написать повесть о
        грустной любви. Срок у них был- три месяца. До следуещего приез-
        да Елены в Челябинск. Но командировка минчанки сорвалась, и все
        как-то забыли про глупый спор. Правда, не все. И год спустя Нина
        теперь уже Алексеева c радостью сообщила мужу, что у нее хорошая
        новость - не позднее, как в следующий понедельник, Фролова приле-
        тает в Челябинск.
        Естественно, что Вячеслав отнесся к этому сообщению весьма
        индеферентно, но супруга, как бы между прочим, напомнила:
        - Кстати, ты не забыл, что Леночка страстно любит разные ис-
        тории про любовь. И кто-то, не будем называть поименно, обещал ей
        предоставить рукопись литературного произведения к ее следующему
        приезду. Что вы ей там обещали, в случае прогрыша?
        Славик выругался про себя, а в слух заметил, что подруга же-
        ны - очень злопамятная тетка.
        На это Нина заметила, что время от времени очень гордых и
        много о себе мнящих мужчин полезно щелкать по носу и ставить на
        место. И если Елена утрет нос некоторым воображалам и хвастунам,
        то это им будет только на пользу. Но, вообще-то, добавила жена, у
        этих задавак есть еще выходные дни в запасе. Пусть пишут. Львы
        Толстые.
        
        Теперь Слава Алексеев собирал команду. Из той оравы, что
        спорила год назад, в наличии оказалось четверо: он сам, случайно
        оказавшийся в городе скульптор Роберт Ваганян, молчун Володя
        Краснов и Мишка Бурлаков- сотрудник Нины и единственный не худож-
        ник в той шумной компании.
        Весь вечер пятницы Вячеслав посвятил убеждению друзей.
        Роберт согласился сразу, как только узнал, что приедет та
        самая блондинка, с которой он провел вечер на помолвке. Но скром-
        но напомнил, что писать придется по-русски, а не по-армянски. За-
        то он выразил желание быть спонсором мероприятия.
        Краснов тяжело вздохнул, но, помятуя о мужской дружбе и
        взаимопомощи, согласился.
        С помощью Нины, работавшей с Бурлаковым в одном отделе, Сла-
        ва нашел и его. Но, не обременненый пока семьей, Бурлаков был
        страшно занятым личными делами, и его пришлось убеждать дольше
        всех.
        - Ты же говорил, что мы можем рассчитывать на тебя? Вот мы
        на тебя и рассчитываем...
        Какие девушки? Причем тут девушки? Да у меня на даче вышел
        на балкон, взглянул на пляж и выбирай себе любых девочек. Правда,
        почти все они дочки начальников, но это скорее говорит о их по-
        рочности, чем о скромности... Ах, у тебя есть девушка? Ну так я и
        не заставляю тебя ухаживать за Фроловой. Ты будешь просто писать
        для нее роман... Ну так ты и друга своего зови ко мне. Какая вам
        разница, где загорать. А у меня, на Карповом озере, завсегда луч-
        ше, чем на вашем Первом.
        Но только после того, как Алексеев пообещал, что за Михаи-
        лом и его другом заедет Ваганян на бибике и ему не придется тол-
        каться в садовом автобусе, Бурлаков согласился и пообещал быть.
        
        Утро задалось чудесное. Ваганян подъехал, как и обещал к де-
        сяти часам. Из подъезда вышли двое: невысокий, коренастый Бурла-
        ков- его Роберт признал, и друг Михаила- светлобородый, с залыси-
        нами на открытом лбу, парень одного с ним возраста. В руке он
        держал гитару, упакованную в чехол.
        Михаил представил своего друга как Вадима Дюкова. Ваганян
        обменялся с ними обеими рукопожатиями и пригласил в свою "Ниву".
        Пока они ехали по шумному Свердловскому проспекту, разговор
        не завязывался. Роберт включил радио, из динамика диктор вещал
        последние новости. Особенно часто повторялись им слова: "пере-
        стройка" и "гласность".
        - В прошлом году они другую связку слов употребляли,- заме-
        тил Михаил.- Тогда все больше про ускорение говорили.
        - Э, перестройка- перестрелка. Как раньше было, так и те-
        перь осталось,- ответил Ваганян.- Скучно. Да?
        На этом политику больше не обсуждали.
        Машина свернула направо к Шершневской плотине. На автобус-
        ной остановке стояла изрядная толпа. В основном молодежь, с
        вкраплениями садоводов.
        - Ого, сколько народу! На пляж, похоже, ломятся,- предполо-
        жил Вадим.
        - А ты был у Алексеева на даче?- спросил Бурлаков у Ваганя-
        на.- Там, правда, озеро есть?
        - Есть, есть,- согласно закивал головой скульптор.- С балко-
        на видно. И вода теплая. Теплей, чем в водохранилище.
        - Это хорошо, а то сегодня такую жару обещали.
        Машина миновала плотину и, взяв вдоль берега водохранилища,
        через пять минут подкатила к зеленым воротам.
        - "Мичуринец",- прочитал название сада Михаил.- Смотри-ка, и
        вправду недалеко от благ цивилизации.
        Еще через пару минут машина остановилась возле железной ка-
        литки.
        Навстречу им вышел одетый в одни шорты Алексеев.
        - Прошу вас, сэры, проходите.
        Молодые люди вылезли из машины. Все стали здороваться.
        - Вы что-то с вещами?- спросил Славик, показывая на сумку
        Бурлакова и гитару.
        - Отдыхать же приехали.
        - Я вам дам отдыхать. Работать будете, как негры на планта-
        ции.
        Тут мимо автомобиля прошли две миловидные девушки лет сем-
        надцати. Обе в незастегнутых халатиках, под которыми были видны
        купальники.
        Горячий Ваганян зацокал языком, а все мужчины внимательно
        проводили их взглядами. Бурлаков ехидно и громко заметил:
        - Какая хорошенькая, вон та, с краю.
        Потом окликнул:
        - Ягодки, не знаете, который час?
        Девушки обернулись, и одна из них крикнула:
        - Не знаем!
        Тут они обе прыснули.
        - Давайте я вам скажу,- предложил Мишенька.- У меня часы
        есть.
        - Не надо,- ответила та же девушка, и они снова рассмеялись
        и ускорили шаг.
        - Счастливые. Часов не наблюдают,- заметил Вадим.
        И все мужчины вошли на территорию участка Алексеева.
        - Какие у тебя здесь, однако, мамзельки ходят,- обратился к
        хозяину Михаил.
        - Да уж, есть такие. Через два участка от меня живут. Но
        хватит о бабах, пора о работе.
        Все расположились за столом в тенистом участке сада.
        - Кто что знает о писании романов?- спросил Алексеев, взяв-
        ший на себя функции руководителя.
        - Неплохо бы бумагу иметь,- ответил Краснов. Он приехал
        раньше остальных.
        - И ручку,- добавил Роберт.
        - А еще голову или, на худой конец, писателя,- заключил Ми-
        хаил.- Хотя, профессиональный писатель нам не поможет. Ему нужно
        время на размышление, кипу черновиков, архивные материалы. Тут
        нужен графоман.
        - Ну вот как раз графоман-то у нас есть,- сказал Алексеев и
        внимательно поглядел на Бурлакова.- Мне Нина говорила, что ты там
        все стишки пописываешь. И тема подходящая- про любовь.
        - Ну ты даешь. Одно дело стишки девушкам в альбом. Зарифмо-
        вал "любовь"- "кровь", "грезы"- "розы". А другое дело проза. Тут
        хотя бы навыки нужны.
        - У нас очень мало времени. Уже скоро одиннадцать. Решаем
        так: Миша, ты у нас будешь главный автор, я буду главным органи-
        затором, Володя- главным стенографистом, Вадим будет помогать в
        составлении сюжета, А Боб- главным спонсором. Боб, наливай.
        Роберт все понял, принес из багажника сумку и достал оттуда
        запотевшую банку.
        - Пиво? Здорово!- произнес Вадим.- Как раз по погоде.
        - Что там нам надо сочинить?- спросил Бурлаков.
        - Грустную сказку из современной жизни.
        - Да же так,- удивился Михаил и задумался.
        - Главное начать,- сказал Вадим.
        - Ну начало я, похоже, придумал. Если история должна быть
        грустная, то пусть герой тоскует с самого начала. Пиши,- скоман-
        довал он.- "Я сидел и грустил..."
        - Кто сидел и грустил? Почему грустил?- спросил удивленный
        Роберт.
        - Кто, кто. Главный герой, конечно. Кстати, назовем его Ва-
        димом. В честь моего друга Дюкова. Герой мой тоже везде с гита-
        рой ходит да и песни будет петь. Вы ребята еще не слышали, как
        Вадик поет?... Сочувствую вам;
        Итак, почему герой грустит? Вадим, ты почему порой грустишь?
        Кто на тебя тоску нагоняет? Я думаю, женщины. Когда их нет, тос-
        ка. Когда есть, тоже невесело. Почему например та, а не эта.
        Вадим, молча улыбаясь, кивнул и взял два минорных аккорда на
        гитаре, которую он успел достать из чехла.
        - А ты, спонсор, наливай,- предложил Михаил, протягивая
        опустошенный стакан.- Начинаю диктовать.
        
        "Я сидел и грустил. Причин для грусти было более, чем доста-
        точно. Только что она, та, которую я так любил, и теперь еще люб-
        лю, та, которой я посвящал стихи и дарил свои песни, выгнала ме-
        ня из своего дома.
        Вы бы знали, как долго я набивался к ней в гости, как на-
        деялся на это посещение. И вот я уже сижу на лавочке возле ее
        подъезда и грущу.
        А знаете, за что меня выставили? Всего- навсего за поцелуй!
        Ха! Веская, однако, причина. Ежедневно миллионы юношей целуют не
        меньшее количество миллионов девушек, и ничего. Насколько я знаю,
        девушкам это даже нравится. И порою они отвечают молодым людям
        взаимностью. Я это точно знаю, потому как ранее сам принимал в
        этом процессе посильное участие.
        А вот Людмиле это не понравилось..."
        
        - Людмила- это кто?- спросил строго Краснов.
        - Главная героиня,- ответил Бурлаков. Была у меня не так
        давно, в прошлом году, знакомая. Людмилой звали. Грустная исто-
        рия...
        Я продолжаю диктовать:
        
        "Людмиле это не понравилось. Она звонко шлепнула меня по ще-
        ке маленькой ладошкой и тонким пальчиком указала, где у них в
        квартире находится дверь.
        Никакие мои аргументы и объяснения не воспринимались. Ника-
        кие мои извинения не признавались. Она говорила только одно: "Я
        хочу, чтобы ты ушел!" И мне не оставалось ничего другого, как
        удалиться.
        С камнем на сердце я сел на лавочку возле ее подъезда и за-
        грустил. Настроение было паршивое. Хотелось не то плакать, не то
        выть на луну, которая с ехидной усмешкой выползала на черный не-
        босвод.
        "Надо написать новую песню,- думал я.- Самую лучшую, самую
        красивую. Я ведь кое- что могу. Друзья говорят, что у меня не
        плохо получается, да и самой Людмиле мои песни нравились. Так
        вот, напишу я эту песню и пусть она ее услышит. Услышит, как я ее
        люблю, как мне грустно без нее.
        Сами собой сложились строчки..." -- - Тут, Вадим, твоя работа. Исполни, пожалуйста, что нибудь грустное. Хотя бы эту, про сердце,- обратился Бурлаков к своему приятелю.
        Дюков не стал упираться и под любопытствующими взглядами но-вых знакомцев запел:
        Почему так сердцу больно?
        Как узнать?
        Отчего мне не спокойно?
        Как понять?
        Почему ты так сказала?
        Неужели все с начала.
        Все с начала мне придется начинать.
        
        Если что не так я сделал- ты скажи.
        Если я тебя обидел- накажи.
        Только ты со мной при встрече не молчи,
        И, молю, с таким укором не смотри.
        
        Почему боюсь я встречи?
        Как узнать?
        Отчего ты так сурова?
        Как понять?
        Ты как-будто обязала,
        Чтобы болью встреча стала.
        Как поведать мне об этом, как сказать?..
        
        Песня действительно была грустной, так как говорилось в ней о не
        разделенной любви. И только Вадим закончил петь, Михаил тут же продолжил диктовать:
        " Так вот, напишу я эту песню и пусть она ее услышит. И тог-
        да она поймет, как я ее люблю, как мне грустно без нее.
        Людмила! Как мне плохо без твоих глаз, без твоих рук, таких
        маленьких и нежных. Какое наслаждение держать тебя за руки. Но
        вот только ты не даешь мне это делать. А какие у тебя губы! К
        сожалению, именно эти губы меня и подвели. Глупая девчонка! Не-
        ужели ты думаешь, что можно безнаказанно иметь такие губы и на-
        деяться, что не найдется желающего узнать их вкус? Вкус-то я уз-
        нал, но, по-моему, слишком дорого за это заплатил. Сижу вот в
        тридцати шагах от тебя, Людмила, и никакой дьявол не может мне
        помочь... "
        Я успел добраться в своих мыслях только до этого места, как
        вдруг почувствовал, что рядом со мной кто-то сидит."
        - Я думаю пора вводить следующего персонажа,- сказал Бурла-
        ков.- И это будет кто-то неведомый.
        "... рядом кто-то сидит. Именно почувствовал, а не увидел. И
        еще запах... Легкий такой запашек, не очень-то приятный, что-то
        напоминающий, но что, я вспомнить никак не мог.
        Я естественно оглянулся и увидел его.
        Ему было лет тридцать- тридцать пять. Волосы темные, на лице
        мушкетерские усики и бородка. На глазах темные очки. И это ночью!
        Когда он подошел и сел рядом, я не заметил. Все это-то крайне ме-
        ня удивило и насторожило."
        - Ребята, дайте сигаретку,- обратился Краснов к друзьям.
        - А мне пива плесни, горло смочить,- попросил Михаил.
        - И что дальше было?- поинтересовался нетерпеливый Ваганян.
        - Разговаривать будут,- ответил Слава.
        - А о чем?
        - Ну, наверное, незнакомец у него закурить попросит.
        - Не люблю я, когда по ночам закурить спрашивают,- заметил
        Роберт.
        Михаил усмехнулся и продолжил диктовать:
        "- Не угостите сигареткой,- спросил неизвестный.
        - Я не курю,- ответил я машинально.
        - Я, кстати, тоже,- признался сосед по лавочке.
        И тут же без паузы он продолжил:
        - Я знаю, что вы не курите, поэтому и спросил.
        - ???
        - Дело в том, что у вас в правом кармане куртки лежит пач-
        ка сигарет. Вам они не нужны, а мне бы пригодились, у меня таких
        нет. Я, видите ли, коллекционер. Собираю пачки от сигарет,- и он
        посмотрел на меня вопросительно.
        Удивленный такой тирадой, я полез в карман.
        - Не в этом, в правом.
        Я потянулся в правый. И, действительно, нащупал там пачку
        сигарет. Это оказались "Челябинские" с трактором на картинке.
        Все происходящее меня крайне удивляло. Ведь, насколько я
        знал, последние лет пятнадцать наша табачная фабрика сигарет этой
        марки не выпускала, заменив их "Примой". Последний раз я видел
        такие на исходе шестидесятых, их курил мой отец.
        - Что-то я ни черта не пойму,- вслух подумал я.
        - А тут и понимать ничего не надо. Вы не свой плащ одели, ког-
        да уходили. Есть повод вернуться,- сказал мне незнакомец.
        - А я не только это не понимаю."
        
        - Кстати, я тоже понимаю все меньше,- заметил Славик.
        - Ты знай записывай,- ответил ему Михаил.- Что-нибудь потом
        придумаем. А сейчас для интриги все нужно в кучу собрать. Про
        лишнее потом забудем, а нужное используем. У меня, понимаешь,
        вдохновение пришло, а ты перебиваешь.
        
        "- А я не только это не понимаю.
        - Вас, наверное, удивляет зачем мне, некурящему, сигареты?
        Объясняю еще раз- хобби! У нас там, видите ли, мода коллекции со-
        бирать. Вот я и собираю пачки от сигарет. Уже вторую тысячу кон-
        чаю,- закончил он задумчиво.
        - Это где, "у нас там"?
        - Да там,- махнул он неопределенно рукой.
        - Доходчиво объясняете,- съязвил я.- Да не шпион ли вы?-
        спросил я с издевкой.
        - Ну что вы! Вы себе льстите,- включился он в игру.
        Теперь он откинулся на спинку скамейки, положил ногу на но-
        гу и говорил, не глядя на меня.
        - Никакой самый завалящий шпион вами не заинтересуется.
        Учитесь вы плохо. Высшую математику сдавали два раза, а сопромат
        до сих пор украшает вас хвостом. Да и специальность у вас не сек-
        ретная- "Литейное производство". Так, как в этой стране, льют ме-
        талл только в Зимбабве. В общем, вы, Вадим, для шпиона не находка.
        Такая осведомленность незнакомого мне человека, крайне меня
        возмутила.
        - А вы, собственно, кто такой? Откуда вы все знаете, даже
        мое имя? Может вы из органов?
        - Нет, не угадали. Да вы прежде всего успокойтесь. Вы сами
        призвали меня на помощь.
        - Я? Вас? Да я вас не знаю!
        - И тем не менее,- он поглядел на меня и улыбнулся.
        И хотя я не видел его глаз, скрытых темными очками, его
        улыбка подействовала на меня магически и я успокоился.
        - Все ваши данные написаны на вашем лице и вот в этом доку-
        менте.
        В руках он держал какие-то корочки. Он протянул мне эту кни-
        жечку и я с удивлением разглядел свою зачетку.- Вы обронили ее
        тут неподалеку. Но, думаю, не только утеря документа привела вас
        в меланхолическое настроение. Наверняка тут замешана и девушка. Я
        прав?
        "Какая утеря документа, зачетка моя должна лежать дома,- ду-
        мал я, но не зная, как возразить незнакомцу, да и в какой-то мере
        соглашаясь с его последней репликой, я молча кивнул.
        - Неразделенная любовь?
        Мы немного помолчали.
        - Она очень красивая?- спросил незнакомец.
        Я кивнул в очередной раз.
        - Типичная ошибка. Впрочем, ее совершают все в двадцать лет.
        Любить надо не красивых, а хороших,- изрек он нравоучительно.-
        Тем более, что она не будет вашей женой.
        - А вы откуда знаете, чьей она будет женой? Может, вы и ее
        свидетельство о браке нашли?- находчиво возразил я.
        Он ответил на мою шутку на полном серьезе:
        - Нет не нашел. Невозможно найти документ, который в ваше
        время еще не существует. Проще найти бумаги прошедших эпох. Это
        точно также, как и путешествия в машине времени. В прошлое по-
        пасть легче и дешевле, чем в будущее. Прошлое стабильно, а буду-
        щее хотя и предсказуемо, но имеет варианты.
        - А вы фантаст,- съехидничал я.- Машина Времени... Вы еще и
        НЛО вспомните.
        - Вы зря смеетесь. В прошлое очень даже можно путешество-
        вать, - не согласился со мной незнакомец.- Хотя бы по памяти
        предков. Есть такой способ.
        Например, если вы сможете проникнуть в память вашего отца,
        то узнаете, как в августе 41-ого он ловко драпал от фрицев по ук-
        раинским степям. Если погрузить вас в память деда, то вы поймете,
        что в гражданской войне он участвовал не по причине наличия у не-
        го революционного энтузиазма, а по повестке уездного комиссара.
        Ну а если вам удастся добраться до памяти прадеда, то, к вашему
        удивлению, окажется, что он был неплохим портным и жил в относи-
        тельном достатке. И вовсе не считал, как можно понять из совре-
        менных учебников истории, что устройство Российской империи несо-
        вершенно и нуждается в переменах.
        - Что-то вы мне какие-то уж совсем фантастические истории
        рассказываете, скривился я.
        - Вы думаете?- осклабился мужичок в черных очках.- А не хо-
        тите ли проверить мои слова? Прямо сейчас. Я могу попробовать
        погрузить вас в одну историю, случившуюся с молодым человеком,
        похожим на вас... Или вы боитесь?
        - Я?
        Я не знал, как отнестись к подобному странному предложению.
        Соглашаться- глупо. Отказаться- подумает, что чего-то боюсь.
        Видя мои сомнения незнакомец сказал:
        - Давайте я начну ее рассказывать, а уж вы решите, интерес-
        на она вам или нет.
        И он начал свое повествование."
        
        - Все, перерыв,- распорядился Алексеев.
        - Какой?- удивился стенографирующий рассказ Михаила Краснов.
        - Обеденный, Убираем все со стола, я сейчас принесу сумку,-
        сообщил хозяин.- Посмотрим, что там Нина приготовила.
        Через несколько минут на столе стояла закуска, довольно раз-
        нообразная для этого времени года и для страны, в которой проис-
        ходили события. Из бочки с водой Славик достал бутылку "Пшенич-
        ной". В домике не было холодильника и таким оригинальным спосо-
        бом хозяин не давал ей согреться.
        Водку разлили по стаканам и, выяснив, что трезвенников и яз-
        венников за столом нет, молча, но единодушно, выпили и сразу на-
        бросились на закуски.
        Водку одобрили. Славик сказал, что ее пришлось везти из са-
        мой Москвы. В родном городе такие очереди! Естественно, после та-
        кого сообщения разговор не мог не зайти о безалкогольной кампа-
        нии, о пользе от нее и о вреде. И чем дольше шел разговор, тем
        меньше находили в этом мероприятии пользы. Особенно горячился Ва-
        ганян, переживая за винно-коньячное производство родной республи-
        ки. Потом разговор переключился на Москву.
        Вадим, больше молчавший в малознакомой ему компании, вдруг
        рассказал о своей недавней командировке в столицу. В конце речи
        он заметил:
        - В Москве много любопытного, но хорошая вещь одна- метро.
        Удобно. Люди- разные, но хватает и зацикленных. Носятся с этой
        своей колбасой и московской пропиской. Такое впечатление склады-
        вается, что они готовы от всей страны отгородиться, лишь бы про-
        винциалы на их сытое благополучие не покушались. Порой противно
        бывает.
        - Слушай, Вадим, спой эту- про Москву!- попросил Бурлаков.
        Его поддержали.
        Подстроив гитару, Вадим сказал:
        - Песня московского лимитчика.
        И запел:
        "Прямо в небо синее звезды упираются.
        Я стою на площади, рядом Мавзолей.
        А вокруг московские жители толкаются,
        Люди все хорошие- я не видел злей.
        
        В ГУМе, совсем рядышком, колбаса копченая.
        Только вот добраться трудно до нее-
        Не пускает очередь, очередь сплоченная,
        Каждый твердо знает место в ней свое.
        Ой, не надо, граждане, не ругайтесь милые.
        Все мы здесь советские, хоть не москвичи.
        В Туле ли, в Калуге ли жизнь куда постылее,
        И колбасы там нету, кричи здесь- не кричи.
        
        Медленно спускаюсь я под своды из бетона.
        Эскалатор длинный к поезду несет.
        А людей в том поезде...- не меньше миллиона.
        И еще порядка двух на перроне ждет.
        
        Между толстой тетенькой и худым мужчиной
        Место заприметил, ногу я занес...
        Надавили задние, подтолкнули в спину.
        "Двери закрываются!"- поезд нас повез.
        Ой, не надо, граждане, не толкайтесь- бестолку!
        Всем нам ехать надо, у всех забот полно.
        Ну и что, что наступил, что вам тесно несколько,
        Лучше, чем московская, нет жизни все равно.
        Ведь недаром столько нас каждый день стремится
        По утрам в Москву мою, чтоб лепту свою внесть
        В трудовую летопись подвигов столицы.
        А вы мясо с колбасой одни хотите есть.
        
        Что вы все ругаетесь на приезжих с сумками,
        На лимиту нахальную, на весь белый свет,
        На толпу бескрайнюю, на очереди сутками.
        В Поволжье тоже очередь, хоть ничего там нет.
        Ой, не надо, граждане, не враг я вам невежливый.
        Не думайте, что правила противны мне Москвы.
        Освоюсь вот с пропискою и буду на приезжих
        Глядеть еще я строже, суровее, чем вы.
        
        Новоявленным писателям песня понравилась, все улыбались.
        После нее повторили московскую "Столичную", а затем Дюков по
        просьбе товарищей исполнил еще несколько песен, но уже не соб-
        ственного сочинения, а из репертуара Новикова и Розенбаума. И на-
        до заметить, что в исполнении Вадима, песни бардов звучали не ху-
        же, чем в авторском.
        - Володя, а ты чего там пишешь?- удивился Алексеев.
        - Да я ошибки исправляю,- отозвался Краснов и усмехнулся.
        - Ну что, Михаил, ты готов продолжать?- поинтересовался хо-
        зяин.
        - Что, опять я?- прикинулся наивным Бурлаков.
        - А кто, сообразительный ты наш?- удивился Алексеев.
        - Ну вы даете! Я-то думал, что мы тут по очереди будем дик-
        товать по куску и у нас получится что-то забавное, а теперь вдруг
        выясняется, что я буду все делать один. А зачем тогда вы мне нуж-
        ны. Да у меня и головка вот-вот заболит. На солнышке перегрелась.
        Кстати, не мешало бы горло пивом промочить, для металла в голосе,
        как любит говорить Вадим. А то я, по-моему, уже сипеть начал,-
        заметил Бурлаков.
        - А пива больше нет,- возразил ему Славик.
        - Вот это дела. А кто у нас отвечает за охрану труда? Ро-
        берт, так ведь и погибнуть недолго.
        Ваганян только развел руками.
        - Слушай, Михаил,- обратился к Бурлакову настойчивый Алек-
        сеев.- У меня такое впечатление, что то, что ты нам надиктовал
        отнюдь не импровизация. Больно складно у тебя получается.
        - Не беспокойся, в плагиате нас не обвинят. Даже если я это
        не выдумываю сейчас, то это говорит только о том, что я выдумал
        это раньше. Или тебе это что-то напоминает? Может ты где-то это
        читал?
        - Нет.
        - И я про то же. Я вам надиктовал первую главу задуманной
        мной давным-давно повести. Далее этот неведомый гражданин должен
        рассказывать сказочную историю. У меня были кое-какие наброски
        этого рассказа. Там фигурируют Король и Принцесса, злые и добрые
        волшебники, глупые и коварные министры, благородный граф де Бо-
        мон и коварный князь Ля Гер, а также еще кое-какая мелочевка. Са-
        мым главным героем намечался молодой вагант, который будет всю
        дорогу петь песни про любовь. Ну и естественнно, что при таком
        обилии персонажей, история моя должна быть длинной. Что меня и
        смущает,- пояснил Михаил.- И мне кажется, что мы можем не уло-
        житься во времени с этим моим произведением.
        - Что, нужен еще один записывающий?- спросил Алексеев.
        - Нет,- помотал головой Бурлаков.- Нам нужен еще один сочи-
        нитель.
        И, видя недоумевающие лица коллег по писательскому труду, он
        пояснил:
        - У моей истории есть один существенный недостаток: она была
        задумана, но не была дописана до конца.
        - Значит время мы потеряли зря, Булгаков ты наш?- поинтере-
        совался Вячеслав.
        - Ну почему, можно вставить в мою сказку другое продолжение.
        Поэтому я и остановился в данном месте повествования. А вот ка-
        кую, должны решить мы вместе.
        - Так, сейчас уже час.- объявил хозяин дачи, поглядев на
        солнце.- До двух- перерыв. Можете сходить искупаться. И думайте,
        соколы вы мои,- думайте. Нам нужен сюжет. Поскребите по своим из-
        вилинам, но сюжет дайте.
        Парни согласно закивали головами.
        - А тебе, Роберт, будет отдельное задание. Нужно съездить в
        город и кое- что купить. Ты же взялся быть нашим спонсором. И я
        думаю, мы тебе доверим дарить Леночке нашу рукопись...- пообещал
        Славик.
        - Особенно, если у нас ничего не выйдет,- ехидно добавил
        Бурлаков, выходя за ограду участка.
        
        Озеро было небольшое, метров двести в диаметре. На нем было
        два пляжа. На восточной стороне за забором купались пришлые, на
        южном берегу распологались садоводы. Погода была жаркая и на са-
        довом пляже было полным-полно народу.
        - Ха! Вон алексеевские соседки лежат. Подходить будем?-
        спросил Бурлаков.- Или для нас они слишком молоденькие?
        - А почему бы и не подойти, возле них и место есть. Ну и
        что, что они молодые. Тебе же не пенсию по старости им оформ-
        лять,- ответил Вадим.
        После дозы спиртного Дюков становился общительным и более
        раскованным.
        - Девушки, я пришел вам сказать, который сейчас час. Уже де-
        сять минут второго,- начал Бурлаков, когда они подошли к загорав-
        шим девицам.
        Девушки подняли головы и, щурясь от яркого солнца, посмотре-
        ли на пришедших. Одна из них спросила:
        - Ну и что с того?
        И по реплике, и по тому как она была произнесена, чувствова-
        лось, что девушки не возражают против продолжения беседы.
        - Как, что с того? Уже скоро два часа пополудни, а мы до сих
        пор не знакомы. Кошмар. Может, моя неброская внешность и не вызы-
        вает у вас никакого интереса, но быть незнакомыми с моими друзья-
        ми- грешно!- заявил Бурлаков, снимаю штаны.- Вот этот с инстру-
        ментом- лучший гитарист города Вадим Дюков. Вы не слышали, как он
        поет?.. Зря. Много потеряли. А это- художник. Его зовут Володей.
        Как он рисует, вы тоже не видели?.. Очень много потеряли, мне вас
        искренне жаль... Не хотите ли искупаться, девушки... Уже?... Ну а
        вот тут вы явно поторопились.
        Потом молодые люди попросили девушек посмотреть за вещами, а
        сами отправились в воду.
        Первым на сушу выбрался Бурлаков и опять же вступил в пере-
        говоры с девицами. Он вскоре вызнал, как их зовут, и когда из во-
        ды вылез Вадим, Михаил ему сказал:
        - Вадик, эти девушки, Леночка и Светочка, не верят в то, что
        ты можешь взять что-то на этой гитаре, кроме пресловутых трех ак-
        кордов. У них, оказывается, музыкальное образование. Они закончи-
        ли музыкальную школу. Я думаю, что тебе придется им что-то проде-
        монстрировать, иначе они всю оставшуюся жизнь будут думать, что
        я- гнусный обманщик, а ты- бахвал.
        Вадик ответил, что сейчас у него мокрые руки.
        На это Леночка сказала, что она так и думала.
        Потом из воды вылез Краснов и блаженно растянулся на траве
        подставив солнцу белый живот. На просьбу Михаила изобразить
        что-нибудь для девушек, он лениво достал блокнот с автоматичес-
        ким карандашом и изобразил на листке две фигуры в манере "точка,
        точка, огуречик..." Девушки, похоже, начинали разочаровываться.
        Мишенька, поняв, что против него составлен заговор, обозвал дру-
        зей предателями и сказал, что ему остается только утопиться. Что
        он и пошел делать. Он смело направился в воду и, зайдя по пояс,
        нырнул.
        Когда он вынырнул, то увидел, что Краснов бренчит на гитаре,
        а Вадим водит карандашом по его блокноту. Погода и настроение бы-
        ли настолько хороши, что топиться расхотелось. Мишенька вылез из
        воды и подошел к друзьям. Краснов, побренчав, объявил:
        - Песня называется "Интер-танцы"
        В избушку на танцы
        Пришли китайцы,
        Возле оконца
        Стоят два японца.
        А у самых дверей
        Сидит рыжий еврей.
        Словно три барбоса
        Пришли три негритоса.
        Почесывая спинки,
        Сидят две кубинки.
        Компот пьют из банки
        Четыре перуанки.
        И туркмен явился в новых галошах,
        Смотрите, девчонки, какой он хороший.
        Появились вскоре русские девки,
        Напевая тихо свои припевки.
        Поправляя юбки и резинки
        В уголочке тихо сидят грузинки.
        Привалили парни со всех концов,
        Очень много разных молодцов.
        Здесь речитатив кончился. Владимир перевел дыхание и объявил:
        - "Интер-драка", часть вторая.
        Музыка играет, пары пляшут.
        Ножками дрыгают, ручками машут.
        А народу было ужасно много,
        Русскому Ивану отдавили ногу.
        Он вскричал сердито: "Братцы, братцы!"
        И дал по шее обоим китайцам.
        Те упали на пол, зацепив туркмена,
        И ввязалась в драку новая смена.
        Все тут смешалось: японка банкой,
        Взвыв чего-то, лупит перуанок.
        Русские девки треплют кубинок,
        Еврей сбежал, потеряв ботинок.
        Латиноамериканцы словно на ринге,
        Ручками машут: "Бей всех гринго!"
        А в углу тихонько плачут грузинки
        (Им помялки юбки, порвали резинки).
        По щекам слезинки затем размазав,
        Кинулись в драку: "Бей черномазых!"
        И всю ночь качалась, тряслась избушка.
        Лишь к утру затихла эта заварушка.
        Здесь он сделал прощальный аккорд. Бурлаков уважительно по-
        г-лядел на него и отметил:
        - Такого народного фольклора я еще не слышал. Ну что, негры,
        солнце еще высоко, нам не пора еще на плантацию?
        - Слушай, Дюма-отец, у нас еще двадцать минут в запасе.- от-
        -ветил ему Краснов.- Может, Вадим еще что-нибудь споет.
        Вадим не стал долго сопротивляться и, взяв пару аккордов,
        запел:
        "Ревнуешь меня к пожелтевшему снимку,
        Где я молодой и счастливый в обнимку
        С другой. Молодой и счастливой,
        В то время, может быть, самой красивой.
        Мелодия была на редкость красивой и лиричной. Причем, надо
        учитывать, и пел Дюков удивительно умело.
        Я думаю, просто мы встретились позже.
        И с кем-то в обнимку снималась ты тоже.
        С другим. Молодым и счастливым,
        В то время, может быть, самым красивым.
        Тогда отчего ты так дико ревнуешь,
        И ненавидишь на снимке другую,
        Которая все эти годы,
        Со мной разделяла невзгоды.
        Мои разделяла невзгоды.
        Быть может за то, что когда-нибудь позже.
        Со мною в обнимку ты снимешься тоже.
        А снимок потом пожелтеет.
        И кто-то тебя ненавидеть посмеет...
        Песня проняла. Девушки с уважением глядели на Вадима. А тут
        еще и Володя подал девушкам два листочка из своего блокнота. На
        каждом из них было по два десятка штрихов, но, тем не менее, из
        этих штрихов выглядывали два милых девичьих личика, очень похо-жих
        на Свету и Лену. Здесь до них дошло, что Мишенька не такое уж
        трепло, поскольку так нарисовать мог только профессионал. Тогда
        Леночка обратилась к Михаилу и спросила:
        - В талантах ваших друзей мы убедились, а что вы умеете?
        - А я их тренерую, чтоб они форму не потеряли,- отшутился
        Бурлаков.
        - Ммм,- надула губки Света.
        - Да не-е, он у нас сегодня писатель,- подколол Вадим.
        - А мы- его литературные негры,- добавил Владимир.
        - Врут они! Я простой советский инженер. Лужу, паяю, ЭВМ по-
        чиняю,- пытался отбиться Бурлаков.
        - Хотите посмотреть, как он работает, как он сочиняет роман?
        Пойдемте с нами.
        На уговоры ушло еще три минуты. Девушки, нажарившиеся уже
        вволю на солнце, согласились заглянуть в гости, и вскоре вся
        честная компания ввалилась на участок Алексеева.
        Теперь стол, за которым они начинали писать, оказался на
        солнцепеке и все перебрались на открытую веранду.
        Бурлаков с друзьями еще не приступил к своей творческой ра-
        боте, как на улице показалась весьма интересная женщина лет двад-
        цати восьми. Она сначала хотела пройти мимо алексеевского участ-
        ка, но, увидев народ на веранде, решительно направилась к ним.
        - Сеструха идет,- грустно заметила Леночка.- Работать будет
        заставлять.
        Женщина поздоровалась и позвала девчонок с собой. Они обре-
        ченно поднялись и гуськом с поникшими плечами пошли на выход.
        - Девушки, приходите к нам, когда получите свободу,- предло-
        жил Вадим.
        - У них очень, очень много работы- ответила за них старшая
        сестра Елены.
        - А вы тоже приходите,- предложил ей Алексеев.
        Она, услышав это, оглянулась, немного зарделась и, передер-
        нув плечами, ничего не ответила.
        Когда девушки ушли, Бурлаков сказал:
        - А вы заметили, господа, как эта милая гражданка стойку де-
        лает на нашего Славу.
        - Какую стойку?- не понял Владимир.
        - Ну это я так называю. Видели, как она напряглась, когда к
        ней Славик обратился? Вот это я и называю делать стойку. Обычно
        это говорит о том, что данный мужчина ей не безразличен. Помню
        был у меня аналогичный случай года два-три назад.
        Я тогда еще связистом работал. Делали мы в то время с Сере-
        гой Кузнецовым ЦБР на центральной АТС. Если кто не знает, то эта
        АТС находится в трехэтажном здании на улице Коммуны. Центр горо-
        да, из нашего окна было видно Вечный огонь. Каждую пятницу мимо
        нас бродили толпы женихов и невест, возлагавших к нему букеты
        цветов.
        - Знаем, знаем. Я некоторое время рядом работал, на цен-
        тральном телеграфе,- ответил Алексеев.
        - Вот. И была у меня там такая история, господа,- продолжил
        свой рассказ Бурлаков.- Устроилась туда работать довольно-таки
        привлекательная, на мой вкус, блондинка. Женщина отменная во всех
        отношениях. Я как ее увижу, испытываю приятные чувства. Ну вы ме-
        ня понимаете, всегда радостно поглядеть на хорошенькую женщину. А
        вот она, как меня увидит, так вся напрягается. Уж не знаю, случа-
        лось ли так в вашей практике, граждане, но лично я готов был от-
        дать голову на отсечение, что, завидев меня, она вся как-то внут-
        ренне собиралась, как-будто готовилась к длительной обороне. У
        меня сразу же возникало такое чувство, что если я что-то у нее
        спрошу, она достанет из кармана пистолет и начнет отстреливаться
        до последнего патрона.
        А потом, когда я еще стал покупать перед работой газеты, так
        это ее чуть не доканало. Вы спросите, какая здесь взаимосвязь?
        Обыкновенная. Ближайший к моей работе газетный киоск находился,
        да и сейчас находится на площади Революции, напротив Центрального
        гастронома, и неоднократно случалось так, что я доезжал до площа-
        ди, покупал там газеты, и тут, как специально, подходил троллей-
        бус из Ленинского района, в котором приезжала она.
        Один раз так получилось, другой, третий и у прекрасной нез-
        накомки, похоже, сложилось впечатление, что я ее преследую, под-
        жидая возле этого злополучного киоска.
        - А ты не поджидал?- ехидно поинтересовался Славик.
        - Нет,- твердо отказался Михаил.- Так вот, девушка, заметив
        меня, вся внутренне напрягалась, занимала круговую глубокоэшело-
        нированную оборону и бежала на работу столь энергично, что дог-
        нать ее мог, пожалуй, только Валерий Борзов.
        Почему мой, в общем-то безобидный, вид вызывал у нее такую
        реакцию я не знаю. Она, видимо, опасалась, что прямо на улице я
        стану делать ей грязные предложения и начну срывать с нее
        одежды. Но ведь я ни сном, ни духом. Я ведь не настолько озабочен
        сексуальными проблемами. Хотя, если признаться честно, виноват:
        смотрел я иногда в ее сторону. Ну что поделаешь, если девушка
        нравится.
        Конечно же, после всего этого я вдвойне заинтересовался та-
        ким ее необычным поведением и решил наконец узнать, чем же оно
        объясняется. К тому времени через знакомых сотрудниц мне удалось
        выяснить, что зовут блондинку Лидой, что она разведена и имеет
        ребенка. Может, я был похож на ее бывшего супруга? Может, взгляд
        у меня был до крайности неприятный? Я так этого и не узнал, хотя
        позднее мне случилось с ней познакомиться лично.
        В те славные времена числился в производственной лаборато-
        рии, и меня, как опытного специалиста, временами просили прове-
        рить, как на некоторых АТС делают профилактику приборов. Пришел я
        как-то с такой проверкой и на Центральную станцию, взял рабочий
        журнал и выбрал все стойки, которые обрабатывала Лида. После чего
        с суровым видом стал измерять на них контактные нагрузки. И бед-
        ной девушке ничего не оставалось, как ходить за мной следом и за-
        глядывать мне в глаза, пытаясь вызнать мое мнение о ее работе.
        Я, вообще-то, очень добрый. Не мог же я одинокую, красивую
        женщину оставить без премии. Походил я вокруг стоек с серьезным
        видом, нашел, естественно, недостатки, а вот записывать их в от-
        чет не стал. Так мы с ней и познакомились, а затем и подружились,
        но мне все равно было неудобно спрашивать, почему она так на ме-
        ня реагировала. Да это и не столь важно.
        В итоге я пришел к выводу, что женщина встает в оборони-
        тельную стойку только, если данный мужчина ей небезразличен. При-
        чины могут быть разные: и плохие, и хорошие. Плохие мы сейчас
        анализировать не будем, а хорошие сводятся к одному- мужчина жен-
        щине очень нравится, но внутреннее чувство долга не позволяет ей
        крутить с ним романы.
        Я помню, что сблизившись с Лидочкой, долго не мог уговорить
        ее придти ко мне в гости. Не домой- на мое рабочее место. Просто
        посмотреть, что мы с Серегой Кузнецовым натворили на ЦБР. Работа-
        ли-то мы с ней в одном здании. Лида все отказывалась, и однажды
        между нами произошел такой разговор. Отвергая очередное мое приг-
        лашение она шутливо сказала, что опасается заходить в наш каби-
        нет, так как боиться, что там с ней случиться что-нибудь нехоро-
        шее. Это меня завело, и я ей ответил, что так обо мне можно ду-
        мать только в двух случаях. Первое, если она считает, что я сек-
        суальный маньяк, мечтающий сделать ее очередной своей жертвой. А
        второе, если ей самой в подсознании очень хочется, чтобы я ею ов-
        ладел, и она постоянно ждет от меня подобного поступка. После че-
        го я поинтересовался, какой же из вариантов ее больше устраивает.
        Лида дала понять, что никакой. Тогда я клятвенно пообещал, что за
        те несколько минут, что она пробудет в нашей комнате, с ней ниче-
        го не произойдет. Девушка рискнула и пришла, наконец, посмотреть,
        где и как я работаю. И, видит бог, с ней действительно ничего не
        произошло...
        - Вай, какой ты честный!- воскликнул Ваганян.
        - Да уж, такой,- согласился Бурлаков.- А вообще-то, о работе
        на ГТС у меня самые приятные воспоминания. Такого цветника я
        больше нигде не встречал. Женщины и девушки были на любой вкус:
        блондинки, брюнетки, шатенки, рыжие, маленькие и большие, то-
        ненькие и толстенькие. Любого возраста, от сопливых пэтэушниц,
        только после училища, до зрелых женщин с богатым опытом. Я, ко-
        нечно, не скажу, что все они поголовно предавались разнузданному
        разврату, это уж каждый устраивался, как мог. Но выбор там был
        весьма и весьма богатый. Бывало поедешь в колхоз на сельхозработы
        со станционщиками, глядь, а среди двадцати пяти отъезжающих толь-
        ко двое мужчин, ты сам да Александр Иванович. Был у нас такой
        пенсионер, числился завскладом, а на самом деле все лето выезжав-
        ший старшим на сельхозработы.
        - А чего же ты все еще холостой, при таком изобилии?- спро-
        сил Алексеев.
        - А мне тогда, все некогда было,- отвечал Михаил.- Я в то
        время в институте на вечернем отделение учился. Днем- работа, ве-
        чером- институт, а девушки требуют очень много внимания... Воло-
        дя, что-ты там все пишешь?
        - Ошибки исправляю,- ответил Краснов.
        - Ну хватит сладостных воспоминаний, пора работать,- подвел
        итог хозяин дачи.
        - Так вот, в заключение, Славик, твоя соседка, похоже, к те-
        бе неравнодушна, но, по всей видимости, она замужем и у нее есть
        ребенок. Я прав, командир?
        Славик кивнул и ответил:
        - По части ребенка и мужа ты не врешь, а остальное на твоей
        совести...
        - Во, какой я сообразительный,- похвалил себя Бурлаков.
        - Да уж... Боб, не-е, ну ты где так долго? Мы тут чуть не
        изжарились,- последняя реплика хозяина относилась к подкатившему
        к калитке Роберту.
        Тот стал рассказывать, как он проехал полгорода в поисках
        пива, ругая при этом борьбу с пьянством. Пришлось брать в баре на
        улице Труда.
        Промочив горло, Михаил продолжал:
        - Дальше, как я уже говорил, нужна какая-нибудь история про
        любовь. Но почему именно я ее должен сочинять, я никак не пойму.
        Лучше всего подойдет какая-нибудь реальная, из жизни. Кто подели-
        тся воспоминаниями?
        Тут он внимательно поглядел на товарищей по несчастью. Алек-
        сеев, встретившись с ним взглядом, замотал головой.
        - Мне и придумать что-либо трудно. Меня Елена как облуплен-
        ного знает.
        Вадим радостно улыбаясь сказал, что он-то ни в каком споре
        не участвует.
        - Ну тогда хоть спой что- нибудь про любовь,- предложил Бур-
        лаков.
        И Вадим спел:
        Как много может рассказать нам взгляд,
        Случайно брошенный любимой.
        Он может миловать, он может наказать,
        Несчастным сделать, и, наоборот, счастливым.
        Он может нас о помощи просить,
        И мы тогда на подвиги готовы.
        Он может нам вдруг что-то запретить,
        И мы наденем на себя оковы.
        Он грустным может быть таким,
        Что мы грустим невольно сами.
        Он может быть веселым и живым,
        И нет препятствий, непреодолимых нами.
        А в сущности, мы одного хотим,
        Да и всегда лишь одного желали,
        Чтобы, когда на милых мы глядим,
        Любимые глаза нам отвечали.
        Все помолчали и Бурлаков спросил у Роберта, что бы он мог
        внести в общее дело.
        Роберт замахал руками и из его длинной несвязанной речи
        ста-ло понятно, что он тоже ничего не может рассказать. Про по-
        рядоч-ных девушек ему не давало распространяться кавказское джен-
        тльмен-ство, а про гулящих бабенок он не мог говорить, не употре-
        бляя не-нормативной лексики. А в общее дело он делает материаль-
        ный взнос, и он показал на пиво.
        Остался молчун Краснов. Все устремили взгляд на него. Он вы-
        держал паузу и сказал, что, так и быть, попробует рассказать од-
        ну историю.
        
        "У вас никогда не было таких странных мыслей, какая меня по-
        сетила однажды? Представте себе, что вы путешествуете в поезде.
        Время ближе к ночи, за окном темнота. Где-то в этой темноте про-
        плывают редкие огоньки. Огоньки попадаются нечасто, да и далеко
        они от железной дороги. И становится интересно, что если вдруг
        отстать от поезда, дойти до этих огней и узнать. Узнать, наконец,
        что они освещают и для кого. Кто живет в этих местах, и интерес-
        но, как они тебя встретят. Спустят ли на тебя пса с цепи или на-
        кормят и обогреют.
        А те из вас, кто часто ездит либо по своим делам, либо в ко-
        мандировки. У вас никогда не возникала мысль, почему бы в этом
        огромном городе, где вы впервые, и у вас ни одной знакомой души,
        вам не податься в какой-нибудь тихий микрорайон. Выбрать обычный
        жилой дом, подняться этаж так на третий, во втором подъезде.
        Оглядеться и нажать на кнопку звонка одной из квартир...
        Неужели вы ни разу не попадете на людей, которые широко от-
        кроют дверь, любезно с вами поговорят и примут участие в вашей
        судьбе."
        
        - Боюсь, что ты прав. Говорить с тобой будут через цепочку
        или даже через дверь. А если собеседник будет глуховат, как
        большинство стариков и старушек, то он будет считать, что к нему
        ломится пьяный, и что пора вызывать милицию,- заметил Алексеев.
        - Вообще-то, это у меня вступление такое. Так что вы записы-
        вайте, записывайте.
        
        "Ну так вот, Катерина стояла на автобусной остановке и не
        знала, что ей делать. Произошла банальная неприятность: она от-
        стала от своего автобуса. Его еще было видно, вон он пылит по до-
        роге, но уезжает автобус без нее, увозя на заднем сиденье дремав-
        шую подругу Марину и весь их нехитрый багаж. Бежать за ним было
        глупо, вот он уже скрывается за поворотом, а кричать и размахи-
        вать руками, в надежде, что водитель ее заметит, стыдно...
        Черт ее дернул, выскочить в этом поселке на поиски какой-ни-
        будь газировки. Не могла потерпеть эту адскую духоту еще некото-
        рое время. Да и газировки-то в магазине не оказалось, и автобус
        тю-тю. Хорошо, хоть кошелек она взяла с собой. Интересно, а как
        же эта деревня называется?
        "Крайновка"- прочла она название поселка на станционной буд-
        ке. Ну и название. Действительно, край света.
        Во дела! А где же народ-то. Пока Катерина провожала взгля-
        дом умчавшийся от нее автобус, вышедшие вместе с ней пассажиры
        быстро разошлись в разные стороны, и остановка уже опустела. Кас-
        са автостанции- малюсенький деревянный киоск- оказалась закрытой.
        Даже расписания нигде не было видно. Нигде и никого. Из живых су-
        ществ только две толстые утки важно копались в грязной луже непо-
        далеку от нашей путешественницы.
        Да, такого приключения Катя Смирнова как-то не планировала.
        Ведь она отчетливо слышала, как шофер говорил кому-то, что про-
        стоит здесь десять минут, а сам укатил через шесть... И вот ре-
        зультат: она одна, без вещей, стоит на пустынной остановке под
        палящим южным солнцем и не знает, что ей делать.
        Для начала надо было найти хоть кого-нибудь живого, чтобы
        задать ему несколько вопросов. При этом не хотелось особо уда-
        лятьсь от станции, вдруг будет еще один автобус.
        Возвращаться в продмаг, чтобы там все выяснить о ближайшем
        рейсе не хотелось. Хватит того, что она из-за бестолковой тамош-
        ней продавщицы отстала от автобуса. Стоять и ждать, что кто-то
        пройдет, было нелепо. И Катя медленно пошла по первой же улице,
        надеясь встретить кого-нибудь, кто ей сможет объяснить, как же ей
        выбраться из создавшегося положения.
        К счастью, совсем рядом, за большими щитами, повествующими о
        трудовых достижениях крайновских колхозников, она обнаружила ав-
        тобус. Правда, он был без колес и выкрашен в ядовито-зеленый
        цвет, но в окошках его виднелись выцветшие ситцевые занавески, а
        над задней дверкой висела аккуратная табличка "Столовая".
        Катерина зашла туда и увидела в дальнем углу, там где раньше
        было место шофера, прилавок, за которым маячила буфетчица- полная
        женщина лет сорока в несвежем белом фартуке, а вдоль стенок быв-
        шего салона стояло несколько столов, по которым, среди крошек и
        капель, разгуливали упитанные южные мухи. В столовой был только
        один посетитель- парень лет двадцати восьми, который в этот мо-
        мент рассчитывался с буфетчицей.
        Парень взял свои сигареты и бутылки с пивом, повернулся к
        Катерине лицом и пошел к выходу. Девушка, взглянув на него только
        один раз, сразу решила, что он- явно не местный. Во-первых, па-
        рень был одет так, как одеваются городские: в джинсы и модную
        светлую рубашку. Во-вторых, обут он был в кроссовки, а из под
        брюк виднелись носки с входящим в моду люриксом. Так что, спраши-
        вать у него про автобус было не очень хорошо, еще не так поймет.
        Да, вдобавок, парень и так, увидев ее, задержал на ней взгляд
        больше, чем того требовали приличия.
        Катерина подошла к буфетчице, которая, не обращая на нее
        внимания, принялась сосредоточенно мыть пивные кружки. Попросив у
        нее бутылку минеральной и стакан, девушка, наконец, утолила жаж-
        ду, после чего завязала разговор, в ходе которого выяснила, что
        автобус на Бирюзяк, от которого она отстала, был сегодня послед-
        ним. Следующий будет только завтра. Да еще поутру можно будет по-
        спрашивать в поселке на предмет попутной колхозной машины. Сейчас
        же попасть туда еще как-либо- абсолютно нереально. Частника ло-
        вить, конечно, можно. Но местные джигиты запросто завезут ее
        вместо Бирюзяка в горный аул, и это будет похлеще "Кавказской
        пленницы". А на вопрос о гостинице буфетчица так добродушно рас-
        смеялась, что сразу стала понятна вся нелепость вопроса. По пово-
        ду же ночевки можно попробовать обратиться к Некрасовой Мане,
        тетке Мане. Это на второй улице отсюда, второй дом от угла. Да
        там можно спросить у кого угодно, ее все тут знают. Уточнив
        кое-какие детали о расписании автобусов, Катерина вышла.
        Снаружи была все та же пустыня. Видимо, все попрятались от
        жары. Девушка дошла до второй улицы и встала в раздумье. Посколь-
        ку никакой нумерации домов не было видно, она никак не могла ре-
        шить: направо или налево ей надо отсчитывать второй дом от угла.
        И на какой стороне улицы: на этой или противоположной.
        Ее проблему разрешил шпингалет лет восьми, сидевший на мос-
        тках у канавы, рассекавшей всю улицу на две половины, и внима-
        тельно следивший за поплавком самодельной удочки.
        - Мальчик, не скажешь, где тут Некрасова тетя Марина живет?-
        Катя почему-то решила, что Маня на нормальном языке должна
        зваться именно так.
        - Баба Марина, что ли? Да вон ее дом,- и он показал на про-
        тивоположную сторону улицы.- А тетя Клава- вон там,- и он махнул
        в конец улицы. Пацаненок оказался словоохотливым.
        - А что, тут много Некрасовых?
        - Да хватает, я тоже Некрасов. Мой дед ей двоюродный брат.
        Да только бабы Марины сейчас дома нет. Она в Кизляр на базар
        уехала. Последним автобусом приедет. Но у нее сейчас племянник из
        города живет. Дядя Вова.
        Все это было выдано за одну минуту. Катерина едва усвоила
        поток информации. Решив больше не отвлекать малолетнего рыбака от
        его занятия, она поблагодарила мальчика и, перейдя по мостку на
        другую сторону улицы, подошла к калитке.
        - Да вы не стучите, вас не услышат. Надо на баз зайти и в
        доме поискать,- дал совет мальчишка.
        Катерина так и сделала. Повернула ручку калитки и ступила во
        двор. Во дворе она неожиданно оказалась в тени. На пространстве
        между домом и флигелечком, который оказался летней кухней, стояло
        несколько шестов с натянутой проволокой, по которой шатром раз-
        росся виноград. Несколько картинных кистей маняще висели прямо
        перед ней. Но виноград был зелен, еще не созрел.
        Девушка, поняв, что на кухне никого нет, прошла в глубину
        двора. Нашла дверь, ведущую внутрь дома, робко стукнула, а потом,
        приоткрыв ее, крикнула в проем:
        - Есть кто дома?
        Никто не отвечал. Она повторила вопрос громче.
        - Дома кто есть?
        - Кто там? Катюшка, ты что ли? Я здесь,- раздалось из за уг-
        ла.
        Удивившись такой фамильярности и тому, что ее здесь кто-то
        знает, Катерина завернула за угол и оказалась в саду. Среди яб-
        лонь и слив стоял тот же молодой человек, которого она встретила
        в столовой. Только теперь он был без рубашки и в тренировочных
        штанах. Удивленно посмотрев на незнакомку, парень продолжал мето-
        дично выжимать какую-то железяку. Потом, признав ее, молодой чело-
        век, улыбнулся и сказал:
        - А я думал, что это соседская девчонка- Катюшка. Я могу вам
        чем-то помочь?
        - Мне бы хотелось увидеть Некрасову тетю Марину.
        - Я за нее. Тетка в Кизляр уехала. Будет вечером. А в чем
        дело?
        - Мне сказали, что она на постой пускает. Я тут от автобуса
        отстала. В Бирюзяк ехала с подругой, выскочила в магазин газиров-
        ки купить, а автобус того,- и она помахала рукой, как при проща-
        нии.
        - Да, история... Вообще-то, я ничего не знаю о ее такого ро-
        да деятельности. Сам приехал отдыхать только три дня назад. Но,
        возможно, тетушка и пускает. Давайте подождем, часа два осталось
        до ее приезда. Я думаю, что она не выгонит вас на улицу.
        Он перестал терзать железку, которая оказалась допотопным
        чугунным утюгом, и спросил, не смутит ли ее то, что он примет душ.
        Катерина не стала возражать. Тогда молодой человек снял шта-
        ны и, оставшись в одних плавках, облился водой из приготовленно-
        го заранее ведра. Фигура у него оказалась крепко сбитой, спортив-
        ной. Девушка отметила это с каким-то удовлетворением. Потом он
        обтерся, оделся и спросил, не хочет ли она есть.
        Катерина хотела, но, воспитанная в традиционном стиле, не
        могла сказать "да", но и говорить "нет" не хотелось, поэтому она
        просто пожала плечами, так что молодой человек мог понимать это,
        как угодно.
        Молодой человек понял, что резкого возражения не будет и
        пригласил ее к столу, располагавшемуся под виноградным шатром на
        летней кухне.
        Парень снял белую тряпицу со стола: под ней оказалась миска
        с салатом из огурцов и помидоров. Подав девушке ложку, он преду-
        предил ее, что здесь все попросту, но, если ей неприятно есть с
        ним из одной посуды, он может дать ей отдельную тарелку.
        Она опять пожала плечами, и парень все-таки решил ей дать
        чистую миску. Потом был борщ. К счастью, его уже сразу разливали
        по отдельным чашкам. Борщ был с чем-то вкусным, но не с мясом.
        Хозяин объяснил Катерине, что это- рыба. Но, поскольку на уху это
        никак не походило, ему пришлось пояснить, что рыбой в Крайновке
        считают только осетра, белугу и севрюгу, а все остальное- "чис-
        тяк".
        За такой почти светской беседой и застала их соседская Ка-
        тюшка. Она вошла без стука, по-хозяйски открыв калитку, будто ни
        в чем не сомневалась. Только увидев незнакомую, нездешнюю, краси-
        вую девушку она замедлила шаг и, внимательно оглядев ее, все же
        сказала:
        - Здравствуйте.
        Видно было, что она смущена, но, преодолев это смущение, она
        все же произнесла заранее приготовленую фразу со свойственым
        местным жителям забавным хгэкающим южно-русским акцентом:
        - Владимир Андреич, там Витька измаялся: кохгда, да кохгда
        вы к морю пойдете?"
        
        - Все, перерыв!- объявил Алексеев,- а то скоро мы сами с ак-
        центом заговорим.- Наливай!- подал он команду Роберту.
        Когда все утолили жажду, Вадим спросил:
        - Где это все происходит? Я никак не врублюсь. Названия ка-
        кие-то странные.
        - А это все в солнечном Дагестане,- ответил Краснов.- Я там
        бывал. Кизляр- это районный городишко с одной заасфальтированной
        улицей. Крайновка и Бирюзяк- русские поселки в Кизлярском районе.
        Причем Крайновка на берегу Каспия.
        - А, ну ясно, северный Кавказ,- произнес Бурлаков.
        - Давай пивко повторим и продолжим.
        Повторили и продолжили.
        
        "- Да вот, Катюшка, тут у меня неожиданный гость появился.
        А потом объяснил старшей Катерине:
        - Я тут ребятне поход к морю обещал. А, может, и вы состави-
        те нам компанию? Или у вас проблема с купальником?
        - Нет, купальник как раз со мной, точнее на мне. А что,
        здесь море близко?
        - Да. Вдобавок еще и Каспийское. В Бирюзяке, куда вы следуе-
        те, на этот счет хуже. Там есть только Кордонка- мелкая узкая ре-
        чушка да еще и дальние озера. А здесь такие пляжи!
        - Ну что ж, эта идея мне нравится,- согласилась Смирнова.
        Окунуться в прохладные морские волны в такую жару показа-
        лось ей не лишним. А то еще когда подвернется случай побывать на
        Каспийском море.
        - Я, пожалуй, тоже пойду,- вставила Катюшка.
        - Тогда скажи пацанятам, пусть собираются.
        Когда девушка ушла, он пояснил:
        - Тут мелкоте не разрешают одним к морю ходить, поэтому они
        всегда рады, когда приезжают отдыхающие, вроде меня. Со мной мам-
        ки их отпускают. Кстати, я все еще не знаю, как вас зовут?
        - Екатерина Сергеевна,- сказала Катерина. Подумав, что это
        уж чересчур официально, добавила:
        - Можно Катя.
        - Вот это класс! Целых две Екатерины!- он рассмеялся.- Всю
        жизнь у меня не было знакомых с таким именем. А стоило приехать в
        гости к любимой тетушке, появилось сразу две. А меня зовут Влади-
        мир Андреич. Можно просто Володя... В принципе, я уже готов, вот
        только сумку возьму.
        И он подхватил пакет, из которой высовывалось покрывало.
        Они вышли на жаркую улицу и пошли по пыльной дороге. У бли-
        жайшего угла их поджидала стайка мальчишек и девчонок лет шести-
        девяти. За главного среди них был тот самый веснушчатый рыбак.
        Ребятишки сначала замолчали, увидев дядю Вову не одного. Но по-
        няв, что купание не отменяется, продолжили галдеж. Владимир пред-
        ставил им свою новую знакомую, и они все вместе попылили по ули-
        цам, переходя часто попадающиеся канавы по деревянным мосткам.
        Дорога оказалась неблизкой. Миновав последние дома, они вы-
        шли на пустошь, заросшую верблюжьей колючкой. По пути им дважды
        попадались небольшие, явно заброшенные, суда. Они вызвали удивле-
        ние Катерины, и напомнили ей дурацкую шутку про подводную лодку в
        степях Украины, ведь моря даже видно не было. Владимир ей пояс-
        нил, что когда-то они стояли на самом берегу, но море от них от-
        ступило. Уже много-много лет море уходит. Вернее, уходило. Когда
        он приезжал сюда два года назад, то оно было еще мельче, чем сей-
        час. А сейчас оно возвращается и стало заметно полноводней, если
        так можно сказать о море.
        Ребятишки бежали вприпрыжку рядом. Самая маленькая девочка,
        лет шести, уже крепко держалась за руку Катерины и доверчиво де-
        лилась с ней своими маленькими тайнами.
        Пройдя еще немного, они, наконец, увидели море. Оно было го-
        лубым вдали и зеленоватым у берега. Волны накатывали одна за дру-
        гой и местами на них появлялись белые гребни. А на горизонте мая-
        чило какое-то судно. Витька гордо сказал, что на этой фелюге ры-
        бачит его отец.
        Место выбрали быстро. Благо, берег был пустынен.
        - Да-а, это не черноморское побережье Кавказа,- сделала вы-
        вод Катерина.
        - Конечно, здесь значительно лучше. Не надо биться за лежа-
        ки, по причине их отсутствия, но здесь нет и тамошних толп. Фрук-
        ты и овощи в деревне на порядок дешевле, жилье практически бес-
        платно. Если я когда-нибудь женюсь, то буду детишек возить к мо-
        рю только сюда.
        "Ага, так он не женат,"- подумала Катерина,- "Интересно, ин-
        тересно".
        - А здесь глубоко?- спросила она.
        - Нет. Мелко!- закричали ребятишки, врываясь в воду.
        Катерина разоблачилась и, аккуратно ступая по пляжу, пошла к
        воде.
        - Я догоню,- сказал Владимир, закуривая.
        Пляж был песчаный, с вкраплением мелких ракушек. Когда Катя
        вступила в воду, она поразилась необыкновенной ее теплоте и тому,
        что дно было мягким. Девушка подняла ногу и увидела, что ступня
        по щиколотку в грязи. Она с удивлением поглядела на Владимира.
        - Это только у берега ил,- ответил он.- Метров через десять
        он кончится. Там будет только песок.
        Катерина сделала еще несколько шагов и ил, действительно,
        кончился. Она пошла дальше, пытаясь зайти поглубже. Глубина сна-
        чала увеличивалась, дошла до середины бедра, а затем опять стало
        мелко- по колено. Катерина опять оглянулась на молодого человека,
        тот хитро улыбался. Она пошла дальше, но история повторилась. Она
        дошла уже до первых бурунов, когда Володя встал и быстро пошел за
        ней, что-то крикнув на ходу Витьке.
        - Настоящие глубины начинаются вон там, за третьими буруна-
        ми,- объяснил девушке догнавший ее Владимир.- Почему здесь и хо-
        рошо купаться с детьми.
        Они вместе прошли туда. Там вода была заметно холоднее, но
        все равно приятная. До берега было уже метров семьдесят. Минут
        десять они плавали, переговариваясь о пустяках. Потом, устав, ре-
        шили идти к берегу.
        Ребятня, накупавшись, расположилась на песке и загорала.
        Владимиру и Катерине было видно, как к ним подошла девушка. Это
        оказалась Катюша-младшая. Она скинула платье и тоже пошла в воду.
        Где-то на полпути до глубины молодые люди с ней встретились. По-
        равнявшись с Владимиром, Катюша выразила сожаление, что они уже
        выходят. При этом она внимательно рассмотрела Катерину. И этот
        пытливый взгляд выдавал ее. Девчонка смотрела на приезжую оцени-
        вающе, как на соперницу.
        Младшая проигрывала старшей по многим параметрам. Ее фигура
        еще была по-девичьи худа и неразвита, купальник закрытый, ста-
        ренький и немодный. Да и где найдешь в этой глуши модный. И на
        что его купить, если в их семье было четверо детей, а она, стар-
        шая, еще не работает, а учится. И руки у Катюши были без маникю-
        ра. Попробуй подои корову с маникюром. А у этой- и тело, как на
        картинке, и грудь красивая, и ноги, и купальник, как в последнем
        номере моделей сезона. Катюшка видела этот журнал в ателье, ког-
        да была месяц назад в Махачкале. И стрижка у городской красивая...
        Девчонка тяжело вздохнула, к горлу подкатил комок. Хотелось
        зареветь. И, чтобы этого не произошло, она нырнула в набегавшую
        волну."
        
        - Ну вот. Тут Иван Бунин пропадает, а я думал, что мне при-
        дется одному все сочинять,- прошептал Бурлаков на ухо Вадиму.
        Тот молча кивнул.
        
        "Владимир повернулся к солнцу животом, Катерина спиной. Де-
        ти, сидевшие и лежавшие вокруг них, стали приставать к ней с во-
        просами, как ко всякому новому человеку.
        - Тетя Катя, а вы откуда приехали?
        - Из Ленинграда.
        - Вы там живете, да?
        - Нет, я там пять лет училась, а жила в другом городе.
        - А вы на кого учились?
        - Я экономистом буду на заводе. Уже распределение получила.
        - А наша Катька в медицинском училище в Кизляре учится,-
        пояснил Витька.
        - Ну что ж, хорошая специальность- сестра милосердия.
        - Она акушеркой будет,- добавила самая маленькая девочка-
        Машенька.
        - Тянут вас тут за язык,- сказала Катюша, выходя из воды и
        услышав, что речь идет о ней.
        - Вон видите, тучка,- показала она куда-то в море.- И волны
        усиливаются. Надо уходить, моряна начнется.
        Ребятишки заголосили: "Моряна, моряна,"- и стали собираться.
        Катерина молча поглядела на Владимира. Тот пожал плечами и ска-
        зал, что, наверное, местным понятно, о чем речь, и что если так
        говорят, то, пожалуй, пора действительно идти.
        Все быстро оделись, и малышня помчалась наперегонки к посел-
        ку. Со взрослыми осталась только шестилетняя Машенька. Катя-
        младшая, сначала хотела тоже задержаться, но поняла, что будет
        лишней, и быстро пошла вперед. Катя- старшая надела платье, но не
        стала обуваться. Ей захотелось, подобно убегавшим детям, прой-
        тись по земле босиком.
        Владимир собрал одеяло, стряхнул его, и они пошли. Когда мо-
        лодые люди поднялись с берега к дороге, они увидели, как ушедшую
        вперед Катюшу догнали два паренька на мотоциклах, о чем-то с ней
        поговорили, потом девчонка села сзади одного из них, и мотоцик-
        листы умчались, поднимая тучу пыли. Вскоре за поворотом скрылись
        и остальные ребятишки. Володя, Катерина и Машенька, державшая де-
        вушку за руку, пошли одни.
        - Машенька, так что такое моряна?- спросила девушка.
        - Это когда ветер с моря.- пояснила девочка. Более вразуми-
        тельного ответа от нее добиться не удалось.
        Они прошли полдороги до поселка, когда слова девочки стали
        оправдываться. Им в спину сильно подуло. Но что в этом было опас-
        ного, было пока непонятно. Потом воздух стал серым, солнце спря-
        талось за тучкой или облаком. Ветер дул не рывками, как обычно, а
        с постоянной силой. И тут неожиданно, словно манна небесная, с
        неба на них посыпался песок вперемешку с каплями то ли дождя, то
        ли морских брызг. Стало ясно, что моряна- это не только ветер с
        моря, а и пыльная буря, рождаемая этим ветром.
        - Да, искупались, называется,- произнес молодой человек.
        - Вся голова в песке,- произнесла Катерина.- Да ты не огля-
        дывайся, песок в глаза попадет,- сказала она девочке.
        - Теперь мне понятно, почему местные женщины поголовно в
        платках,- добавила она через пару минут.- У вас можно будет дома
        голову помыть?
        Чувствуя свою вину за испорченную прическу, Владимир пообе-
        щал:
        - Организуем.
        Потом решил объясниться:
        - Я приезжаю сюда в третий раз, но впервые попадаю в такой
        переплет.
        Наконец, они добрались до села. На его улицах ветер дул сла-
        бее. Машутка, увидев свою хату, убежала вперед. А когда наши ге-
        рои добрались до дома тетушки Владимира, то ветер стих совсем, и
        опять выглянуло солнце. Катаклизм продолжался всего с полчаса.
        Зайдя во двор, Катерина спросила, где можно найти расческу.
        Владимир сказал, что в доме на комоде. Девушка прошла в дом, а
        молодой человек вышел со двора. Катерину ожидало новое разочаро-
        вание. Волосы, после купания в море, расчесываться не желали. Они
        стали твердыми, как проволока. Тут она заметила, что платье, на-
        детое на невысохшее тело и побывавшее в пыльной буре, в некото-
        рых местах испачкано. Похоже, у нее сегодня несчастливый день.
        Прическа испорчена, платье грязное, от автобуса отстала. Хоть ве-
        шайся. Хорошее впечатление от купания было испорчено.
        Девушка вышла во двор. В саду она видела колодец, а на лет-
        ней кухне - тазик. Она зачерпнула воды из колодца, налила в таз,
        намочила волосы и попыталась их намылить. Мыло упрямо не мыли-
        лось. От неудач можно было разреветься.
        Тут с улицы вошел Владимир. Он увидел ее неудачу и рассмеял-
        ся.
        - Это бесполезный трюк. Этой водой, Катенька, невозможно вы-
        мыть голову. Она слишком жесткая. И, кстати, не вздумайте ее
        пить. Расстройство желудка я вам гарантирую.
        - А что же пьют местные жители?
        - Ее, ее родимую. Но к ней нужно привыкнуть. Я за отпуск не
        успеваю. Поэтому покупаю в магазине минералку или пиво в буфете.
        Правда, здесь оно поганенькое. А еще аборигены любят пить вино.
        Самодельное. Да, Катюшь, не расстраивайся,- тут он первый раз
        назвал ее на ты и больше они не выкали.
        - Что же теперь делать?
        - У меня здесь припасено ведерко воды из артезианской сква-
        жины. Этой можно все: и мыть, и стирать, и пить. Кстати, платье
        тоже постирать не мешало. А то пыль на нем здорово осела. Давай
        так, я тебе сейчас чего-нибудь найду переодеться, а потом схожу
        на артезиан еще за чистой водой. Этим ведерком ты постираешься, а
        новой водой помоешь голову.
        Так они и поступили.
        Владимир отправился за водой. Неподалеку от дома, где ноче-
        вали водители междугородных автобусов, он приметил двух мотоцик-
        листов. Но это были не те парни, что увезли младшую Катюшку.
        - Ее здесь нет,- сказал один мотоциклист другому.- Где те-
        перь ее искать будем?
        Ответа второго рокера Владимир не услышал, а на обратном пу-
        ти их уже не было. И он про них сразу же забыл.
        Катерина, переодевшись в длинную для нее майку Володи и его
        же шорты, выглядела весьма соблазнительно: у нее были стройные
        ноги, а грудь, приятно для глаза, колыхалась под тонкой материей.
        На веревочке висели ее платье и купальник. Владимир хотел ей что-
        то сказать, какой-нибудь комплимент, но впервые почувствовал себя
        с ней скованно. И чтобы преодолеть эту скованность, он произнес:
        "Вот вода".
        Катерина помыла голову артезианской водой и стала расчесы-
        ваться.
        Это очень красиво, когда женщина расчесывает волосы. Она
        поднимает обе руки вверх, грудь у нее становится рельефней и,
        глядясь в зеркало, женщина становится наиболее естественной. Ожи-
        давший этого момента Владимир, достал откуда-то блокнот и автома-
        тический карандаш...
        Катерина не замечала этого. Тут калитка открылась и на поро-
        ге появился Витька с литровой банкой молока.
        - Дядя Володя,- сказал он, подходя к молодому человеку.-
        Мамка вам молоко прислала, как баба Марина велела. А еще баба Ма-
        рина велела сказать, что приедет завтра. Мамка вернулась, а она
        нет. Она в Кизляре на колхозном дворе заночует. Ух ты! Как здоро-
        во! Вы и танк можете хорошо нарисовать? А самолет?
        Молодой человек отложил блокнот и, приняв молоко, спросил:
        - А теперь поподробней, Гаврош, пожалуста.
        - Мамка приехала одна,- Витька пытался говорить медленее.-
        Баба Марина осталась в Кизляре, допродаст помидоры и приедет зав-
        тра. А вам велела принести молока.
        Девушка тоже подошла к столу и внимательно выслушала мальчи-
        ка. Тут она заметила блокнот. Она взяла его в руки и спросила у
        Владимира:
        - Что будем делать?
        - Продолжать нашу культурную программу. Если уж я остался за
        хозяина, то будете снимать ночлег у меня. Спасибо, Витька, ты
        свободен, ты свою задачу выполнил. А машину я тебе потом нарисую.
        - Не машину, а самолет и танк.
        - Ладно, ладно и паровоз,- сказал художник, выпроваживая па-
        цана. Надо было переварить информацию.
        - Хм,- сказала девушка, разглядывая блокнот.- Это, надо по-
        нимать, я? Похоже, как ни странно. Вы художник?
        После того, как мальчуган сообщил им о неприезде хозяйки,
        отношения у них опять стали как бы официальными.
        - Да, в те месяцы, когда я не торчу на море,- я художник. Я
        работаю в издательстве. Книги оформляю.
        - О, это интересно. У меня еще не было знакомых художников.
        Я имею в виду профессионалов,- девушка пролистала еще несколько
        страниц блокнота.- А это Катя- соседка яблоко грызет. Это Витек
        рыбу ловит,- она перелистывала блокнот.- Это опять Катюшка, Ма-
        шенька, дед какой-то смешной.
        - Его я на автостанции в Кизляре увидел.
        - А это бабуля и есть твоя тетя?- спросила она.
        Он кивнул головой.
        - Здорово! Мне нравится.
        Вновь скрипнула калитка, и в ее проеме нарисовалась Катюшка."
        
        - Давай еще перерыв. А то я уже охрип,- сказал Краснов.- На-
        ливай, для металла в голосе.
        Опрокинули еще по стаканчику пива. Для чего пришлось дос-
        тать последнюю банку.
        - А ты тоже это уже заранее сочинил?- спросил Вадим.
        - Нет я прямо сейчас выдумываю- ответил Краснов.- Я продол-
        жаю диктовать:
        
        "Она была в платье, которое можно было считать выходным, и в
        явно парадных туфлях.
        Катерина-старшая поняла уже, что девчонка ходит сюда не
        просто так. Женщины лучше понимают друг друга.
        - Владимир Андреевич, а вы сегодня в кино пойдете? Там кар-
        тина хорошая- "Зимняя вишня", про любовь. А потом танцы будут.
        - Не могу же я гостью одну здесь бросить. Если только она
        пойдет,- посмотрел он на Катерину.
        Девушка нерешительно пожала плечами.
        - В принципе, можно и кино посмотреть. Хотя я его и видела
        уже.
        - Приходите обязательно,- и девчушка исчезла на улице.
        - Сдается мне, что эта девочка ходит сюда с какой-то целью,-
        закинула Катерина крючок.
        - Здесь это- нормально. Дальняя родственница, как-никак. Да
        и всем нам было когда-то семнадцать...- ответил художник.- А
        вообще-то, нам пора поужинать. Я прав?
        - Да, не мешало бы.
        - Молоко у нас есть, хлеб есть, борщ я, правда, в холо-
        дильник поставил. Катя, вон на тех грядках есть помидоры и огур-
        цы. Нарвите их, а я пока схожу в дом.
        Через пять минут девушка помыла и нарезала овощи. Владимир
        вышел с блюдом и бутылками.
        - Здесь есть домашнее вино прошлогоднего розлива, попробуем?
        - Не знаю.
        - Да оно некрепкое,- и он разлил по стаканам.- А это балы-
        чок. Рекомендую.
        - А черной икры нет?- подковырнула Катя.
        - Сейчас не сезон. Ее надо заказывать браконьерам. Я тетуш-
        ку озадачил, думаю к концу отпуска она достанет,- ответил Влади-
        мир на полном серьезе.
        - А есть знакомые браконьеры?
        - У меня ни одного. Но тетка-то знает, кто чем в деревне за-
        нимается.
        Ужин получился. Вина, правда, Катерина почти не пила.
        Платье высохнуть не успело. По причине неисправности телеви-
        зора, который говорил, но не показывал, все-таки решили идти в
        кино.
        Девушка поинтересовалась, как в поселке отнесутся к тому,
        что она будет в шортах. Катюшка, например, ее разглядывала в этом
        наряде очень уж придирчиво.
        Владимир ответил, что молодежь все же более-менее цивилизо-
        ванная, поймут, что она не местная, и не осудят. Потом он расска-
        зал, что в деревне довольно долго были экзотикой очки. Вот когда
        он приезжал сюда в детстве, на всю Крайновку был только один де-
        дуля в очках, и все его знали. А теперь применение оптики не счи-
        тается чем-то необычным. Нравы меняются. Правда, иногда не в луч-
        шую сторону. Раньше в деревне на праздник пили только свое вино,
        а теперь вино стало хуже. Его варварски пытаются крепить табаком.
        И пьют все больше покупную водку. Да и тавлинов вот стало больше.
        Катерина переспросила: "Кого?" И Владимир пояснил, что здесь
        тавлинами местные старожилы называют все сорок племен Дагестана:
        и аварцев, и лакцев, и кумыков, и иже с ними. Раньше в поселке
        жили только русские, а сейчас сюда все больше переселяют горцев.
        Так за разговорами они дошли до клуба. Женщины, отдыхавшие
        после дневных трудов на лавочках возле своих хат, смотрели на них
        с любопытством, но вслед не шипели. На полпути им опять попались
        те же два мотоциклиста, которых Владимир встречал, пока ходил за
        водой. Парни критически поглядели на молодых людей.
        - Это тоже не она. Та должна быть в белом платье, а эта в
        футболке и с фраером,- сказал один из них, когда они размину-
        лись.- Жалко, что эта краля не одна. Ладно, поехали домой, а то
        скоро стемнеет. Нет ее здесь.
        Возле клуба толпилась в основном молодежь. Катюшка стояла у
        порога в компании двух молодых парней примерно ее же возраста.
        Увидев Владимира и Катерину, она одновременно и обрадовалась и
        загрустила. Старшая из девушек с любопытством смотрела за сменой
        эмоций на лице младшей. "Славная девчушка,"- подумала она.-
        "Сколько непосредственности. И скрывать чувства еще не научилась."
        - Привет, молодые, длинноногие, политически грамотные,- ска-
        зал Владимир и подал им руку.
        Юноши охотно поздоровались и стрельнули у него по сигаретке.
        - Это мой тезка и троюродный племянник- Вовка Некрасов, Ка-
        тюшкин брат. А это- его дружок Санька,- представил их художник.-
        Что ж вы, молодые люди, одну Катюшу от моряны спасли? Хоть бы еще
        кого из детей посадили,- упрекнул он их.
        Тут двери клуба открылись и народ повалил во внутрь. Катери-
        на держала в руках кошелек, но Владимир не позволил ей его от-
        крыть. Правда, и он не мог почувствовать себя джентльменом, пос-
        кольку билет стоил всего лишь десять копеек.
        Зал был почти полон. На картину про любовь пришли даже моло-
        дые мужние женщины. Мест на билетах указано не было. Садились кто
        где хотел. Катюшка с подругами и друзьями скрылась где-то в зад-
        них рядах. Владимир со своей спутницей расположились недалеко от
        выхода. Их руки, порой соприкасавшиеся на подлокотнике, передава-
        ли взаимное тепло и немного мешали воспринимать метания одинокой
        женщины на экране, которая все никак не могла устроить свою судь-
        бу.
        После фильма начались танцы под магнитофон. Посмотрев на это
        действо минут десять, Катерина с Владимиром пошли домой.
        Стоило им отойти от клуба тридцать метров, как ночная мгла
        окутала их. Улицы Крайновки, за исключением центральной площади,
        не освещались. Луна тоже не хотела показываться.
        - Как же мы дойдем до дому?- спросила Катерина.
        Владимир глубоко вдохнул носом чистый, напоенный морем воз-
        дух, и ответил:
        - По запаху. Я банку молока оставил на столе.
        Девушка шутку оценила. Но темнота была такая, что она уясни-
        ла смысл выражения "хоть глаз выколи". Глазам, действительно, не
        за что было зацепиться, и это немного раздражало. Казалось, что
        вокруг бездонная пропасть, и каждый шаг вызовет падение в нее.
        - Нужно отойти подальше и на минуту закрыть глаза. Когда
        глаза привыкнут, можно будет увидеть дорогу,- посоветовал Влади-
        мир.
        Катерина решила довериться совету. Действительно, вскоре она
        стала различать более светлую ленту дороги среди темных пятен
        травы и грязных берегов канав. Они, не торопясь, пошли по улицам.
        Выбирать направление Катя доверила спутнику. Ей казалось, что
        хоть она и видит дорогу, но никогда не разберется в хитросплете-
        ниях бесконечных заборов, поворотов и мостков.
        Они прошли половину дороги, как мимо метнулась огромная,
        сильная тень. Катерина непроизвольно взвизгнула и инстинктивно
        прижалась к своему спутнику.
        - Ты что? Это же просто корова,- сказал Владимир шепотом,
        нежно обхватывая рукой девушку.
        Катя прижималась к нему всем телом, и он ощущал прикоснове-
        ние ее красивой груди. Ощущение было приятным.
        Девушка, осознав, что она обнимается с молодым человеком
        прямо на улице, вежливо высвободилась и спросила тоже негромко:
        - А что она здесь...- она подбирала слово.- Пугает?
        - А здесь обычай такой. Коров держат в хлеву только зимой. А
        летом они весь день на пастбище. Вечером их гонят в деревню, хо-
        зяйки их доят, а потом выгоняют ночевать на улицу. Кстати, это не
        первая корова, мимо которой мы прошли. Вон там еще одна лежит,
        слышишь дышит? Так что, привыкай.
        Дальнейший их путь прошел без приключений.
        Во дворе Катерина попыталась включить свет на летней кухне,
        но Владимир не позволил, пояснив, что их тогда заедят комары. В
        темноте они допили молоко, заедая его хлебом и смеясь над послед-
        ним происшествием.
        Потом молодой человек отвел ее в дом, показав постель, где
        ей придется провести ночь, сам же он собирался расположиться на
        кушетке в летней кухне, отгородившись от комаров марлей.
        Катерина закрылась на крючок, переоделась в высохший ку-
        пальник, сложила все свои вещи на стул рядом с кроватью и с удо-
        вольствием забралась в постель.
        Она здорово устала. И все же день закончился неплохо. Она
        стала думать о том, что ей показалось приятным сегодня. И неожи-
        данно поняла, что наиболее приятные ощущения у нее сегодня были в
        объятиях Владимира, после встречи с коровой. Она почувствовала
        себя в его руках как-то спокойно, уверенно, как за каменной сте-
        ной. Как-то на своем месте. Потом она немножко подумала о том,
        как бы она могла себя повести, если бы в тот момент Володя ее по-
        целовал. Но к однозначному выводу не пришла. Столовый нож, кото-
        рый она потихоньку прихватила с собой из кухни на всякий случай,
        показался ей теперь невероятной глупостью. Девушка столкнула его
        со стула, и нож упал на пол. Катя даже подумала, не стоит ли ей
        снять крючок на двери, но вставать уже не хотелось. Вскоре она
        заснула. Снилось ей что-то такое, о чем даже подругам не расска-
        зывают.
        
        - Хотел бы я поглядеть, что девушкам такое снится,- сказал
        Роберт.
        - Ну, Боб, тут собрались почти интеллигентные люди, а ты
        пошлости говоришь,- возразил Алексеев.
        - Да я только одним глазком, в щелочку.
        - Тут не баня, чтобы в щелочку. Продолжай, Владимир.
        
        "Проснулась Катерина уже утром- в окно вовсю светило солнце.
        По комнате кто-то ходил. Это был Владимир. Он подошел к кро-
        вати и склонился к ней. Катерина зажмурила глаза. В груди она
        ощутила холодок ожидания. А еще быстро-быстро забилось сердце...
        Но поцелуя не последовало. С закрытыми глазами она услышала,
        как половицы заскрипели в обратном направлении, дверь негромко
        стукнула и все затихло.
        Катя открыла глаза- в комнате никого не было. И опять она не
        могла решить, что она испытывает больше: облегчение или недоуме-
        ние. Она встала, надела опять майку и шорты, платье надо было
        погладить, и вышла во двор.
        Владимир стоял у кухонного стола и резал лук тем самым но-
        жом, который она вчера вечером брала с собой.
        Они сказали друг другу "доброе утро" и оба поняли, что не
        возражали бы, если б эту фразу они могли говорить друг другу и во
        все другие дни.
        Владимир сказал, что скоро будет готов завтрак и объяснил
        ей, где следует взять утюг и покрывало для глажения платья.
        Катерина умылась и отправилась в дом за утюгом. Когда она
        вышла уже в платье, то застала Владимира в компании с Катюшкой.
        Катюшка вежливо поздоровалась и внимательно посмотрела на Катери-
        ну, как будто по ее лицу пыталась прочесть о том, как прошла ны-
        нешняя ночь. Неизвестно, что она там почерпнула, но, перекинув-
        шись с Володей еще несколькими фразами, девчонка удалилась.
        - Ох и шустрые у тебя родственники.
        - А что, хорошая девчонка. Уже парням головы крутит. Санька
        за ней как веревочка... Кстати, она говорит, что в одиннадцать
        часов будет автобус до Бирюзяка. Поедешь?
        - А сейчас сколько?
        - Без четверти десять. Вы долго спали, сударыня.
        Причин оставаться не было. Катерина сказала, что уедет.
        После завтрака, теперь ей уже не потребовалась отдельная та-
        релка для салата, они еще поболтали о Ленинграде, присели на до-
        рожку и пошли на автостанцию.
        Подходя к будке, где продавали билеты, Владимир объяснял ей
        местные особенности пользования автоуслугами:
        - Если ты подходишь к кассе и там написано, что билетов нет,
        это вовсе не означает, что ты никуда не уедешь. Просто ты вхо-
        дишь в автобус, занимаешь любое свободное место и молча едешь. А
        на выходе отдаешь стоимость проезда водителю. Не требуется ни ко-
        пейки больше. Контролер все равно получает с водителя деньги не-
        зависимо от того, есть у него зайцы или нет. Поэтому, чем больше
        пассажиров, не платящих в кассу, тем выгодней шоферу рейс. Здесь
        работники автобусного хозяйства весьма богатые и уважаемые люди.
        Билет они все-таки купили. И Катерина отказалась от того,
        чтобы платил Владимир. Пояснив ему, что это будет выглядеть так,
        как-будто он ее выпроваживает.
        Вскоре показался автобус до Бирюзяка. Переваливаясь с боку
        на бок, он подкатил к остановке. Из него высыпал народ.
        - Стоим пять минут,- объявил водитель.
        В этот момент художник решил сделать свой прощальный пода-
        рок и протянул девушке сверток.
        - Это книга- лучший подарок,- так сказать,- произнес он.
        - Это твоя работа?- спросила догадливая Катя.
        - Да. Я ее оформлял. Там, где написано художник, моя фамилия.
        Девушка открыла книгу и ее лицо выразило удивление.
        - Южно-Уральское издательство?
        - Да.
        - Так это же Челябинск?
        - Да.
        - Ты там живешь?
        - Да,- он уже отвечал не так уверенно, как будто в чем-то
        сомневался.
        - А что же ты раньше не сказал? Я ведь тоже из Челябинска.
        - Ты же мне все про Ленинград рассказывала.
        - Ну да. Я училась там в университете, родственники у меня
        там, но родилась я и жила до института в Челябинске. И распреде-
        ление у меня в Челябинск. У меня там родители на улице Калинина
        живут. Знаешь такую улицу.
        - Какой вопрос, я живу в доме, где магазин "Кругозор".
        - А в какую ты школу ходил?
        - В шестую.
        - И я тоже, у нас классная была Галина Александровна- англи-
        чанка.
        - Я тоже у нее учился. А почему я тебя не помню? Ты когда
        школу кончала?
        - В семьдесят девятом.
        - А, ну ясно... А я- в семьдесят четвертом. Ты тогда еще
        бантики носила, и под ногами у нас путалась.
        - Вот почему мне временами казалось, что я тебя где-то виде-
        ла,- произнесла девушка.
        Тут шофер подал сигнал и народ стал быстро втискиваться в
        салон автобуса.
        Катерина близко-близко подошла к Владимиру, положила обе ру-
        ки к нему на плечи, быстро коснулась его губ своими губами и за-
        бежала в автобус. Дверь его закрылась, и "ПАЗ" уехал, сильно пы-
        ля. На минуту молодому человеку показалось, что в одном из окон
        промелькнуло улыбающееся лицо Катерины...
        
        - Налейте чего-нибудь, а то уже связки скрипят.
        - Тут последний стакан.
        - Эта вся история?- спросили его,
        - А как надо?
        - Если есть продолжение, мы охотно послушаем.
        
        "Автобус вез Катерину утомительно медленно. Только миновав
        еще два поселка и сделав там остановки, он ближе к полудню прибыл
        в Бирюзяк. Там девушку встречали Маринка и ее кузен- тот самый
        парень на мотоцикле, который кого-то искал вчера в Крайновке.
        - Ну вот, а мы тебя потеряли, я так волновалась, так волно-
        валась. Ты где была, где ночевала?
        - У тети Марины Некрасовой, в ее доме. Мне буфетчица посове-
        товала.
        - Ну вот, я говорил, что ее там не было,- встрял кузен.- Вам
        Зинка- буфетчица сказала к Некрасовой Мане идти, а вы не в ту
        сторону пошли и к другой Некрасовой попали- тетке Марине, пом-
        нишь ее Маринка, она через два дома от нас жила, пятый год, как в
        Крайновку переехала? А тетка Марина сроду жильцов не держала. И
        потом ты говорила, что она в белом платье должна быть, а в клуб
        она пришла в шортах и темной футболке, да еще и не одна.
        - А с кем? Тебя одну невозможно на минуту оставить, к тебе
        сразу кто-то пристает.
        - Тут, скорее, я к нему пристала. Потом расскажу.
        Через час девушки сидели во дворе дома Марининой бабушки и
        чистили картошку на обед. За этим занятием Катерина и рассказала
        подруге про все свои приключения в Крайновке, выразив в конце со-
        жаление, что так нескладно они с Володей расстались.
        - Не грусти, может вы еще с ним в Челябинске встретитесь.
        Живете-то вы рядом, да и ты знаешь, где он работает,- успокаивала
        ее Марина.- Так, через час обед будет готов. Сколько сейчас?
        Катерина взглянула на руку и не увидела своих часов.
        - Я, кажется, у него там в шортах часы оставила.
        - Ну вот, еще не лучше,- вздохнула Филипенко.
        - Давайте я вам скажу, который сейчас час,- послышался голос
        со стороны.- Половина второго.
        Возле калитки стоял Владимир. В руке он держал дамские часи-
        ки.
        На лице Катерины застыли радость и удивление. Марина же раз-
        глядывала гостя с интересом. Она поняла, что это и есть новый
        знакомый ее подруги.
        Из-за спины Владимира, появилась Катюшка и сказала:
        - Здравствуйте.
        Даже ее появление обрадовало Катерину.
        - А это мой шофер. Она нашла в кармане шорт часы, и вызва-
        лась довезти меня сюда на мотоцикле,- пояснил Володя.
        - Ну я тут съезжу кое-куда, а потом загляну за вами, Влади-
        мир Андреевич,- сказала Катя-младшая.
        
        Около шести девчушка вернулась.
        - Катюша, езжай домой одна,- сказал ей художник.- Скажешь
        тетке, что я приеду завтра. И вероятно, не один.
        - Владимир Андреич, ну может поедем?- засопела девчонка.
        - Нет, нет. Завтра. Не реви, девчоныш, будет счастье и на
        твоей улице.
        - А я и не реву,- она завела мотоцикл.
        Катерина-старшая вышла со двора и встала рядом с художником.
        Тот обнял ее за плечи, она его за талию.
        Мотоцикл в руках младшей Кати взревел и вскоре она исчезла
        за поворотом.
        - Славная девчонка,- сказала Катерина.- Она, по-моему, к те-
        бе не равнодушна и даже ревнует.
        - В ее семнадцать лет это быстро пройдет,- ответил художник."
        
        - Здесь, я думаю, можно закончить,- сказал Краснов.- У меня
        все.
        - Что ж, история хорошая, но нам по условию нужен грустный
        конец. А здесь полный мажор,- заметил Михаил. Или чего-нибудь
        грустного добавим. А автор?
        - Чего грустного? Потом мы поженились и все.
        - А-а, ну это другое дело! Это все меняет. Если хороший че-
        ловек вынужден жениться, в этом есть что-то грустное или даже, в
        какой-то мере, трагичное.
        Все рассмеялись.
        - Я, кстати, тогда и песню сочинил,- сказал Владимир.
        - Это про избушку?
        - Не, другую,- и он взял гитару у Вадима.-
        
        На черных крыльях, в черном кимоно
        Ночь, как бабочка, влетела к нам в окно.
        Во всех углах развесила она
        Свой полумрак, как будто кружева.
        Ты спишь и улыбаешься во сне.
        И нет тебя милей на всей Земле.
        А с неба звезд лучистых фонари
        Льют золото на волосы твои.
        Там за рекой, нечесан и небрит,
        Бродяга-ветер под кустами спит.
        По небу босиком прошла луна,
        Чтоб не будить, любимая, тебя.
        В саду волшебник старый, добрый гном
        Колдует молча, бережет твой сон.
        Затихло все, и в полной тишине
        Спит женщина, дарованная мне.
        
        - Мне бы еще голос, как у Вадима. А то...
        И Владимир махнул рукой. Все немного помолчали.
        - А как вы соедините первую и вторую части. Они у вас ма--
        лость не совпадают. Там студент и неизвестный, здесь влюбленная
        пара. Как-то не сходится сюжет,- высказал свои сомнения Вадим.
        - Это ты тонко подметил,- согласился Алексеев.
        - Это пусть Михаил теперь думает, его очередь.
        - Опять Михаил?- возмутился Бурлаков.
        - Что ты там про Людмилу плел и грустную историю? Давай рас-
        сказывай.
        - А что там рассказывать. Там ничего похожего. Вспомнить не-
        чего.
        - Ну хотя бы, как ты с ней познакомился?
        - Познакомился? Познакомились мы с ней...- Бурлаков задумал-
        ся.- Первый раз я увидел Людмилу на сессии. Наши группы сдавали
        экзамены в соседних аудиториях. И надо заметить, она сразу же
        привлекла мое внимание, прежде всего волосами. Волосы светлые и
        очень симпатичная стрижка. На меня, как на всякого брюнета, блон-
        динки производят неизгладимое впечатление. Я смотрел на нее дол-
        го, пока она не обернулась, и у меня сразу на сердце отлегло- хо-
        рошенькая! А то ведь как бывает, увидишь со спины девушку с кра-
        сивыми волосами или со стройной фигурой, а она обернется и у те-
        бя такое чувство, как-будто тебя обсчитали в магазине.
        А тут беленькая и симпатичная. И она, вроде как, меня заме-
        тила, потому как стали мы с ней взглядами встречаться. Знаете,
        как это бывает. В общем, нам обоим было интересно. Сдал я экза-
        мен, выхожу из аудитории, ее, естественно, нет. Здесь-то до меня
        и дошло, что я ее могу больше и не встретить- институт большой,
        народу много. А эти подруги, что расписание составляют, могут нас
        больше никогда и не свести. Посмотрел я, поискал, нет девушки.
        Жалко, но делать нечего, стал я дальше учиться.
        Но буквально через месяц судьба мне снова улыбнулась. Прихо-
        жу я как-то на учебу пораньше. Я же вечером учился, а она на
        дневном. И в той аудитории, где у нас должны быть занятия, еще
        занятия идут. Прозвенел звонок, дверь открывается и оттуда выхо-
        дят студенты и она, моя потерянная блондинка, среди них. Да еще
        преподаватель ей в след крикнул: "Захарова, сдадите работу на
        следующем занятии."
        Так я узнал ее фамилию. Дальше было дело техники. Просмот-
        рел расписания ближайших факультетов и выяснил, кто занимается в
        этой аудитории в данное время. Оказалась одна из групп инженерно-
        строительного факультета. Потом по каким-то спискам, определил,
        что зовут ее Людмилой...
        Вы же знаете мою природную скромность. Я не могу просто так,
        ни с того ни с чего пристать к девушке и сказать: "Родная, ты мне
        очень нравишься, давай с тобой дружить." Не могу и все,- прибед-
        нялся Михаил.
        Потом он внимательно посмотрел за забор участка и крикнул:
        - Девушки, не проходите мимо! Вадик, там Света с Леночкой
        пришли, а зайти стесняются. Зови их сюда.
        Вадим отложил гитару и подошел к калитке. Действительно, не-
        вдалеке от алексеевского участка стояли девушки и делали вид, что
        увлечены своим разговором. Дюков подошел к ним, перекинулся с ни-
        ми несколькими фразами, и на участок они вошли уже втроем.
        - Мишель, они спрашивают, не будет ли тебя смущать их при-
        сутствие? Я сказал, что не будет.
        - Ты почти прав. Если они будут сидеть тихо, то нет. Кстати,
        когда я защищал диплом в институте, то приглашал девчонок из
        своей группы поприсутствовать. Женское внимание меня стимулирует.
        А невнимание угнетает. Так на чем я остановился?
        - На собственной скромности,- напомнил Славик.
        Ах, да. Так вот, будучи скромным от природы, я долго размы-
        шлял, как же мне привлечь ее внимание. Ибо по прошествии времени
        отношение Людмилы ко мне изменилось. Как вы помните, во время
        первой встречи наши взгляды часто встречались. Я ей был интере-
        сен. А теперь она смотрела на меня ни чуть не больше, чем на дру-
        гих парней. Но все-таки я своего добился, мы с ней познакомились.
        Произошло это во время следующей летней сессии. У нас тогда была
        милая традиция: сдачу каждого экзамена отмечать пивом. А после
        последнего мы всей группой шли в какое-нибудь кафе и праздновали
        окончание семестра. Во время такого похода наши пути с Людмилой и
        пересеклись. И ее и моя группы праздновали удачную сдачу сессии в
        кафе при ресторане "Уральские пельмени". В нашей группе учились в
        основном мужики, в ее- девушки. После некоторой дозы спиртного
        оба застолья начали перемешиваться...
        Чего я не люблю, так это вспоминать пьянки. Но на той я был
        молодцом- глупостей не делал и не говорил. Одним словом, я сумел
        набиться к ней в провожатые.
        Друзья мои, я вас предупреждал, что история эта грустная?
        Так вот, все мои успехи на этом кончились. Я познакомился с ней.
        Я с ней дружил. Именно как друга она соглашалась меня терпеть.
        Стоило мне попытаться добиться от нее чего-то большего, как она
        замыкалась и отстранялась от меня. Мне всегда давалось понять,
        что я должен стоять на определенной ступеньке и не должен меч-
        тать о следующей.
        Конечно, если бы я был мазохистом, то, может быть, в таком
        положении вещей и находил бы некоторое удовлетворение или даже
        наслаждение. Но увы, я- самый обычный, среднестатистический граж-
        данин и такие извращения мне не ведомы.
        Я мог бы долго терпеть такое положение вещей, если бы был
        уверен, что впереди будет просвет. С тех пор я не терплю, когда
        говорят: "За любовь надо бороться." Я всегда сразу спрашиваю: "С
        кем бороться? С любимой?" Если она сама не дает мне ни одного
        шанса. Если я ей не нужен ни в каком виде. Мне разрешалось прихо-
        дить в гости, говорить комплименты, дарить цветы. Но если я не
        показывался в течение недели, двух, то про меня не вспоминали.
        Моя любовь была нужна только мне, ею она не востребовалась и не
        воспринималась... И чем дальше это продолжалось, тем хуже стано-
        вилось мое положение. Если раньше каждая встреча с Людмилой была
        для меня праздником, то по прошествии некоторого времени они ста-
        ли приносить мне боль. Не физическую, а душевную и сердечную. Но
        я считаю, что сердечная боль ничуть не лучше физической, а даже
        более болезненна... И однажды я решил дать последний бой в моей
        битве за ее любовь. Я решил поставить последнюю красивую точку.
        Идея пришла ко мне когда я был в командировке в Ташкенте. А вы,
        девочки, знаете что хорошего есть Ташкенте?
        Леночка и Светочка дружно пожали плечиками, выражая недоуме-
        ние.
        - Там, девушки, растут прекрасные розы.
        Я купил букет роз на последние командировочные деньги. Как
        сейчас помню, хватило на семнадцать штук... Самолет прилетел но-
        чью, а на следующий вечер я приоделся и пришел в гости к Людмиле.
        Я знал, что она мне откажет. И эта уверенность сделала меня спо-
        койным, как танк.
        Ах, девушки, если б вы видели, какой я тогда был. Молодой,
        красивый, сильный, умный, талантливый.
        Девушки смущенно заулыбались, поняв, что Михаил шутит.
        - Это именно женское жестокосердие сделало меня таким, каким
        вы меня видите. Ну ладно, хватит жалоб.
        Итак, я пришел, весь такой нарядный, веселый, с букетом роз.
        Людмила, естественно, поняла, что это все не просто так. Она на-
        поила меня чаем, я вручил ей цветы, высказал свое предложение.
        Она внимательно выслушала и отказала. Потом мы попили еще чаю.
        Поболтали, я рассказал ей о поездке в Среднюю Азию, а затем без
        остановки о том, что это, пожалуй, мой последний визит. Я не люб-
        лю надоедать людям, которым я не очень нужен. Потом я ее прово-
        дил до остановки, ей куда-то надо было съездить. Она села в авто-
        бус, и я ее больше не видел.
        - А почему же она отказала?- спросила Светлана.- Как-то она
        объяснила?
        - Ну, естественно. Она сказала, что любит другого человека.
        С девушками это случается довольно часто, Светочка. Я об этом мо-
        гу судить по своему богатому жизненному опыту... Вадик, спой что-
        нибудь, соответствующее моменту.
        Вадим подумал, перебирая струны и, наконец, выбрал.
        
        Как печальны глаза, что я вижу напротив.
        Как печальна улыбка на этих губах.
        Ты идешь под дождем, плащ на плечи набросив.
        И лицо все в дождинках, а быть может в слезах.
        Так бывает порой: опускаются руки,
        И идут неудачи одна за другой,
        Изменили друзья, обманули подруги,
        Да дождливые дни, как назло чередой.
        
        Ты забудь обо всем, все пройдет непременно.
        Будет много счастливых и солнечных дней.
        Ты пойми и поверь, что придут перемены.
        Будет снова любовь, и счастливей, и прежней сильней.
        - Да это почти то, что надо. Правда, это больше девушке по-
        -дойдет, чем мне...
        - Так, Михаил, у тебя вся история?- спросил Славик.
        - Как тебе сказать. Видеть я ее больше не видел. Но еще
        кое-что у меня произошло.
        Когда я вам диктовал первую часть, то говорил, что тот неве--
        домый дядя должен был рассказать историю. У меня были кое-какие
        наброски этого рассказа. И та моя история должна оканчиваться,
        так же, как закончилась моя история с Людмилой.
        Студент, выгнаный ею, через некоторое время решает посетить
        ее еще раз. Но его ожидает разочарование, дом, в котором жила его
        любимая, опустел и всех жильцов выселили. У меня тоже также было.
        Я хотел подарить Людочке на день рождения цветы, она любила розы,
        прихожу, а дом ее пуст- всех выселили из экологически вредной зо-
        ны. Далее студент обращается в будочку горсправки и просит найти
        ему утерянное счастье- Захарову Людмилу Аркадьевну.
        Сердитая тетенька из будки берет с него десять копеек и де-
        лает запрос по телефону. Минут пять студент мнется вокруг будки.
        Потом тетка подзывает его и требует еще десять копеек за дополни-
        тельную информацию. Такие затраты нашему герою были по карману и
        он получает целых две бумажки. В первой он читает долгожданный
        адрес: улица такая-то, дом такой-то, где-то в поселке мебельной
        фабрики. Он уже собирается бежать на троллейбус, но тут читает
        вторую справку. И сердце у него падает. "На самое дно, самого глу-
        бокого ущелья." В бумажке написано, что Захарова Людмила
        Аркадьевна такого-то числа сменила фамилию на Романова...
        Представьте себе теперь лицо тетеньки из горсправки, когда
        она увидела, как молодой человек, заказавший справку, рвет ее на
        мелкие клочки, едва успев прочитать.
        Вот такая была грустная история. Теперь ты видишь, Вовик,
        какой должен быть по-настоящему грустный конец. Я думаю, присут-
        ствующим не надо объяснять, когда и почему взрослая девушка меня-
        ет свою фамилию?
        Все немного помолчали.
        - Что-то мне имя твоей знакомой знакомо,- произнес Алексе-
        ев,- она беленькая такая, симпатичная студентка?
        - Да.
        - Так это, наверное, к ней Зинаида приревновала моего друга
        Костю Зайчикова, после чего и увезла его отсюда в Златоуст.
        - Может и к ней. Впрочем, Зина могла этого и не делать. Кос-
        тя был тихий и послушный муж, а Людмила любила явно не его.
        - Тесен мир, однако,- заключил Славик.- Мне кажется, пора бы
        еще подкрепиться. Время,- он посмотрел на часы,- позволяет, уже
        полседьмого.
        Все дружно задакали.
        Роберт приволок еще одну сумку. В ней оказались хлеб, сыр,
        колбаса и консервы. Девушек организовали на мытье посуды. Из
        своей уникальной бочки Славик извлек еще две бутылки: "Столичную"
        и "Сибирскую".
        Расселись за столом и начали ужинать.
        - Так что будем делать с повестью?- спросил Роберт после
        первой.
        - А я считаю, что она у нас готова,- ответил Михаил.
        Все внимательно посмотрели на него.
        - И как же ты собираешься связывать все эти разномастные ис-
        тории?- удивился Вадим.
        - Похоже, мы с Вовой пришли к одному и тому же выводу. Прав-
        да, он сообразил это раньше. Я так понял, что он не столько ис-
        правлял ошибки, сколько конспектировал наши реплики, правильно?
        Краснов согласно кивнул.
        - Если нам не под силу за два дня придумать и написать
        складную сказочку с грустным концом, то почему бы нам не напи-
        сать повесть о том, как мы ее пытались сочинить?- дополнил он
        Бурлакова.
        Все посмотрели на Алексеева. Тот задумался, барабаня пальца-
        ми по столу.
        - Вообще-то, это идея. Я- за!
        - Я тоже не возражаю- сказал Роберт.
        - Тогда нам остается только техническая часть, разбавим на-
        ши истории нашими же репликами. Этим мы можем заняться и завтра.
        - Правильно, а сейчас повторим,- предложил Ваганян, поняв,
        что за руль ему сегодня больше садиться не придется.
        Повторили, не обидев и девушек. Да они не очень и отказыва-
        лись.
        - А как мы ее назовем?
        - "Современная сказка с грустным концом".
        - Не, очень длинно.
        - "Три рассказа про любовь".
        - А почему три?
        - Первую рассказал Мишель, потом Владимир, потом снова Мишель.
        - Скушно и стандартно.
        - А я предлагаю нескромное название: "Продается любовь",-
        предложил Бурлаков.
        - Почему так?
        - Мы тут с Володей души выворачивали, своими чувствами дели-
        лись, продавали свои любовные истории.
        - Тогда можно даже эпиграф взять из Шекспира,- предложил
        Краснов.- "Торгует чувством тот, кто перед светом
        Всю душу выставляет напоказ."
        Лично я за это название.
        - Ну если главные авторы так единодушны, я не возражаю. Вам
        бы, братцы на пару работать, как Ильф и Петров. Слишком хорошо вы
        друг друга понимаете. Большие бы бабки зарабатывали,- сказал
        Алексеев.
        - Как же, ждут нас! Во всех издательствах заждались,- иро-
        нично возразил Бурлаков.
        - А слабо вам, братья Гримм, стихами закончить вашу по-
        весть?- спросил Вадим.
        - Запросто! А потом пойдем купаться. Пойдем, девушки? Это
        так романтично- купаться летним вечером.
        Девушки не возражали.
        Выпивая и закусывая, парни быстро сочинили стихи и подобра-
        ли мелодию.
        Продается любовь, ни за грош ни за два.
        Ах, какие смешные это слова.
        Но пишу на листочке те строчки я вновь:
        Продается любовь? Продается любовь!
        Вот достали вы с полки эту повесть мою,
        Вот открыли страницы, а с них я пою.
        И звучит с моих строчек рефрен вновь и вновь:
        Продается любовь, продается любовь...
        На страницах ее есть разлука и грусть.
        Есть там боль и печаль, есть там нежность, но пусть
        Вам с последнею строчкой станет ясно без слов
        Отчего, почему продается любовь...
        КОНЕЦ
        ИЮНЬ 1994г.
        В произведении кроме авторских ис-
        пользованы стихи Ю. Пугина и Ю. Антонова.
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        
        ИСТОРИЯ ПЯТАЯ
        ВЫЙТИ ЗАМУЖ ЗА НЕДЕЛЮ
        (Осень 1987г.)
        ГЛАВА ПЕРВАЯ
        О том, как Тарханов однажды был террористом.
        Фильм был старый, но свежий. Назывался он "Интервенция".
        Сняли его давно, где-то в конце шестидесятых, в нем еще были за-
        -няты давно покинувшие этот мир Высоцкий и Капелян, а Валерий Зо-
        лотухин играл роль молодого паренька. Но Игорь Тарханов был уве-
        рен, что раньше этот фильм не показывали, по крайней мере, он
        этого не помнил. О чем он и рассказывал Эллине Юрьевой, провожая
        ее после сеанса домой. Молодому человеку фильм понравился, а де-
        вушке- нет. Ей не понятен был буффонадный стиль постановки.
        Дождь, шедший весь день, к вечеру прекратился, но стекла
        трамвая все еще были мокры и через них было плохо видно улицы.
        - Хорошо, что ты меня провожаешь, я так боюсь возвращаться в
        темноте. У нас улица такая странная: с одной стороны- девятиэтаж-
        ки, а с другой стороны- гаражи и железная дорога. Хорошо, хоть,
        дом недалеко от остановки,- рассказывала Эллина.
        - Да, железная дорога под окном- это замечательно. Часов не
        надо. Можно время по поездам проверять,- согласился Игорь.- А
        что, у вас много хулиганят?
        - Да нет, но все равно страшно.
        - Кстати, Элен, а ты знаешь, что я сам, не так давно, был
        террористом?
        - Ну и что же ты такого террористического совершил?- спроси-
        ла девушка, плотнее прижимаясь к молодому человеку и заглядывая
        ему в глаза.
        - Послали меня однажды в Казань на завод ЭВМ. Добрался я ту-
        да нормально, получил от них то, что требовалось и засобирался
        домой. Для этого прибыл в Казанский аэропорт. Причем с приключе-
        ниями: какой-то чудак прямо на ходу стал приставать к шоферу и
        помогать ему крутить руль. Но чудака с помощью оказавшегося по
        счастью в салоне милиционера высадили и приехали вовремя. И вот
        сижу я там в креслице и никого не трогаю...
        "Следующая остановка- Кувшинская,"- сообщила вагоновожатая.
        - Жду когда объявят посадку,- продолжил молодой человек,
        внимательно прослушав объявление.- И только я успел зарегистриро-
        ваться, как подходит ко мне милиционер. Я, как ты знаешь, чело-
        век мирный, взгляд у меня добрый, и ничем противозаконным не за-
        нимаюсь. Если, конечно, не считать переход улицы в неположенном
        месте. Поэтому я к его появлению отнесся абсолютно спокойно. Под-
        ходит этот служитель порядка и говорит: "Не могли бы вы, товарищ,
        оказать мне услугу."- "Пожалуйста,"- отвечаю.
        Я, надо заметить, не считаю, что если "мент", то не человек.
        Не могут же все наладчиками станков работать или в балете, или
        бухгалтерами. Милиция тоже нужна.
        И повел он меня в какое-то служебное помещение. Там, порыв-
        шись в сейфе, извлек он пакетик, ну как если бы в бумагу книжку
        не очень толстую завернуть. Подает он мне этот сверток и говорит:
        "Я бы попросил вас этот пакет взять и положить в свой багаж." Я
        ему отвечаю: "Ну хорошо, а кому я его должен в Свердловске пере-
        дать?" Я-то думал, что он просто оказией воспользоваться хочет. А
        он отвечает: "Да никому ничего передавать не надо, вы, главное,
        через контроль пакет пронесите." Я не очень понял, зачем это ему
        надо, у меня в голове мысль свербит, что скоро посадка заканчи-
        вается. Согласился я, в общем. Он сначала пытался засунуть пакет
        в мой дипломат, но там места уже не было: я туда уже ТЭЗы поло-
        жил и кусок сыра. Кстати, в Казани колбаса, как у нас, по тало-
        нам, зато почему-то сыр в свободной продаже, причем не колбасный,
        а нормальный, головками.
        Эллина молча подняла бровки, выражая удивление такому про-
        дуктовому изобилию.
        - Так что в дипломат я ничего класть не стал, а положил в
        простую хозяйственную матерчатую авоську, в которой у меня уже
        напихана была техническая документация.
        "Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка- улица
        Уральских коммунаров,"- предупредила вагоноважатая.
        - Это наша,- напомнила девушка.
        Игорь кивнул головой в знак согласия и продолжил:
        - Бросил я пакет в сумку и поплелся на досмотр.
        Народ уже почти весь прошел, да там и народу-то было, кот
        наплакал. В ЯК-40 всего двадцать пять пассажиров входит. В общем,
        девица, которая проводила досмотр, очевидно, что-то заподозрила и
        выделила из оставшихся пятерых человек нас двоих: меня и еще од-
        ного мужика с портфелем. Поскольку я, честно говоря, ничего не
        подозревал, то к предстоящим испытаниям относился абсолютно ин-
        дифферентно. Положил на ленту их рентгена свой багаж, а сам про-
        шел через дверь металлоискателя. Подхожу к транспортеру, чтобы
        снять свой дипломат, а девица нервничает- у меня в дипломате не-
        весть что показывает- и говорит: "Откройте портфель, что у вас
        там?."
        Трамвай остановился, распахнулись двери, и Игорь с Эллей
        поднялись со своих кресел и устремились на выход.
        - И что дальше,- спросила девушка, взяв своего провожатого
        под руку, когда они вышли из трамвая.
        - Открыл я ей дипломат, она стала рыться в нем, а в этот мо-
        мент через устройство просвечивания проехала моя сумка со свер-
        тком. Я спокойно снимаю ее и даже этот самый пакет поправил, что-
        бы он у меня не вывалился. Он у меня сверху лежал. А девица смот-
        рит в мой дипломат и ничего понять не может. "Это что?"- спраши-
        вает. Я ей популярно объясняю, что это ТЭЗы- блоки для ЭВМ, а это
        сыр, а это книги... Тут уже и портфель дяденьки приехал, что пос-
        ле меня в очереди стоял. Контролерша нервничает, меня отпустила,
        стала этого гражданина досматривать: весь портфель перерыла. Я же
        прошел в накопитель и стал ждать посадки в самолет. Минут через
        десять появляется тот самый милиционер и сразу ко мне. "Где па-
        кет?"- говорит. Показал я ему, и он, успокоившись, пригласил ме-
        ня на составление протокола. Вернулись мы к незадачливой девице,
        прогнали мою авоську еще раз через этот агрегат и убедились, что
        в этом пакете на экране отчетливо виднелся контур пистолета. Так
        что я на собственном опыте знаю, что оружие на борт самолета про-
        нести вполне возможно. Я теперь даже могу инструктировать по это-
        му поводу.
        Вот так, Элен, я был террористом.
        - И что было потом?- спросила девушка.
        - А ничего не было. Составили протокол на ее плохую службу.
        Я в нем расписался. Контролершу, наверное, наказали, а я сел в
        самолет и улетел в Свердловск. А через неделю состоялась встреча
        нашей группы и мы договорились сходить с тобой в кино. Все.
        Они немного помолчали.
        - Вот мы и дошли,- сказала Эллина, показывая дом, где она
        жила.- Ты просто не знаешь, Игорек, как я рада тебя видеть.
        Она встала перед молодым человеком и заботливо поправила во-
        ротник его куртки.
        - Взаимно, Элен. Но в то же время я тебя обо всем предупре-
        дил.
        - Спасибо, хоть показываешься иногда.
        - Тебе спасибо. Если бы не ты, я бы так и не увидел этот
        фильм. Одному ходить в кино неинтересно. Костик, как я тебе гово-
        рил- несчастный человек. А еще гений-шахматист. Сам женился на
        моей сестре, пусть сам и выкручивается. Так что, когда я не в ко-
        мандировке, дома и сходить некуда и не с кем. Если бы не ты,
        пришлось бы валяться с книжкой на диване. А так, вроде прогулялся.
        Будем прощаться?
        Эллина кивнула белокурой головкой.
        - Так ты, когда приедешь, сообщишь, чем дело кончилось?-
        спросила она.
        - Обязательно, Элен.
        - Ладно, я побегу, а то Артемка без меня спать не ляжет.
        Девушка положила руки молодому человеку на плечи, прижалась
        на мгновение к нему грудью и поцеловала его. Потом резко отверну-
        лась и пошла к подъезду. Оглянулась она только тогда, когда от-
        крывала дверь. Махнула на прощание рукой и исчезла в темноте
        подъезда.
        Игорь неспешным шагом пошел на остановку трамвая.
        
        ГЛАВА ВТОРАЯ
        Как Игорь устраивал свою судьбу.
        Вскоре подошла "девятка" и Тарханов сел в первый вагон. Мы-
        с-ли его были о событиях последних месяцев. А событий было множе-
        с-тво.
        * * *
        Этим летом он встретился с Верой Никитской и, похоже, все-
        рь-ез влюбился в нее. По крайне мере после этой встречи, у него
        про-пал интерес ко всем другим девушкам.
        А тут еще Костя- друг взял да женился. Причем, на младшей
        сестре Игоря. Тарханов знал, конечно, что они дружат, но никак не
        ожидал, что дело зашло так далеко. Первый звонок был еще в Крыму,
        где они вместе с Константином проводили свои отпуска. Обычно охо-
        чий до развлечений приятель вдруг перестал реагировать на деву-
        шек. Правда, и сам Игорь после знакомства с Верой Никитской стал
        уделять им намного меньше внимания. Так что два самых интересных
        парня, как считали незамужние девушки их группы, оказались на
        редкость инертными и участвовали во всех мероприятиях пос-
        кольку-постольку.
        Ну а открылось все насчет Кости и сестры Игоря- Марины в аэ-
        ропорту. Обычно Игоря никто из родных никогда не встречал. Слиш-
        ком много у него было командировок и связанных с ними поездок. А
        тут, среди встречающих, он вдруг разглядел собственную сестру. Но
        младшая Тарханова с братцем едва поздоровалась, и тут же повисла
        на шее у его друга. Надо было видеть, какие счастливые и глупые
        были у них лица.
        Игорь слегка хлопнул сестренку пониже спины и иронично заме-
        тил:
        - Машутка, мне кажется, тут есть люди и породнее... Да отпу-
        сти ты его. Задушишь. Где я себе другого механика найду. Ты луч-
        ше расскажи, как распределение прошло.
        Этим летом сестра заканчивала институт и во время его отпус-
        ка должна была получить распределение.
        Марина отпустила, наконец, друга и сказала, что устраивается
        на работу в один НИИ.
        А еще здесь же в аэропорту Игорь познакомился с Артемкой.
        Эллину встречали родители с внуком. Мальчишка сразу забрался к
        матери на руки. Игорь подошел попрощаться к ней и сразу завел
        разговор с мальчуганом.
        - Привет, мужик! Как дела?
        - Холосо,- шепотом признался мальчик.
        - Тебя как зовут?- спросил молодой человек, протягивая руку.
        - Алтем Юльев.
        - Ты маму любишь?
        Мальчик кивнул головой и сильнее прижался к Эллине.
        - Правильно делаешь, она у тебя хорошая. Только ты ее слу-
        шайся и не обижай... Ну ладно, Элен, я пойду, до встречи.
        Они кивнули головами друг другу на прощание, и Игорь с сест-
        рой и Костей ушли.
        Самое интересное, что распрощались они не навсегда. Где-то
        через месяц Игорю позвонили и сказали, что молодежная часть груп-
        пы, с которой они отдыхали в Крыму, предлагает им с Костей встре-
        титься и отметить встречу в каком-нибудь ресторане. "Малахите",
        например.
        Посидели хорошо. Собралось восемь человек. И даже драка, что
        состоялась в фойе в конце вечера, не очень испортила им настрое-
        ние. Тем более, что никто из их коллектива в ней участия не при-
        нимал. Пострадавшего и буянившего забрала милиция, а ребята рас-
        пределились, кто кого пойдет провожать. Игорю, хоть он и жил в
        центре на Попова, досталось сопровождать Эллю на ВИЗ. Тогда они и
        договорился сходить как-нибудь в кино. У обоих не имелось партне-
        ров, с кем можно было бы посещать культурные мероприятия.
        В эту осень Центр наладки станков с ЧПУ, где работал Игорь,
        был завален заказами. Нечастые наезды его домой скрашивались
        только встречами с друзьями и письмами. Письмами Веры. Но они бы-
        ли такими тонкими и такими редкими. Плохо, когда девушка живет в
        частном доме и не имеет домашнего телефона. И то, что летом каза-
        лось само собой разумеющимся, сейчас куда-то отдалялось, словно
        стиралось временем и расстоянием. И тогда Игорь решил переломить
        судьбу. Он обратился к Петровичу- начальнику их участка, чтобы он
        нашел ему командировку в Тулу, а иначе у него, у Игоря, личная
        жизнь не складывается.
        Для начала Петрович заслал его в Нижний Тагил на вагонный
        завод, который если и выпускал вагоны, то в третью очередь. А по-
        том, когда Тарханов вернулся, он его вызвал и сказал:
        - Задал ты мне Игорь задачку. Ты же знаешь, что европейская
        Россия- не наш район, не мы его обслуживаем. Но нашелся у меня
        телефончик бывшего однокурсника, Сережки Пантелеева, он вскоре
        после распределения в те края перебрался...
        - Бедный котик, ты долго его за хвост тянуть будешь, Петро-
        вич?
        - Ох, нетерпеливый. Есть у него станочек. Я договорился,
        пришлют они вызов.
        И начальник протянул записку.
        - Так тут какое-то Пушкино. Это где?- спросил Тарханов.
        - Московская область.
        - Ничего себе, рядом.
        - Да от Москвы до Тулы всего двести километров, и электрич-
        ки каждый час ходят. Не, ну если ты не хочешь...Можно Тюмень ор-
        ганизовать.
        - Да поеду я, поеду. Уговорил.
        - Для него же старался. Да милую провожать, семь верст- не
        околица.
        - Хорошо, спасибо тебе, Петрович. Спасибо.
        Дома Игорь посмотрел карту. Однако! Пушкино оказалась на се-
        вер от Москвы, а Тула была на юг от столицы. Но, с другой сторо-
        ны, двести сорок километров, все-таки, в восемь раз меньше, чем
        две тысячи, что их разделяло сейчас. Так что командировкой он за-
        ранее был доволен.
        Петрович, воспользовавшись хорошим настроением Игоря, пос-
        лал-таки его в Тюмень. Затем он еще успел помочь в наладке на
        ЗиКе и, наконец, послезавтра должен был лететь в Москву. А пока
        Тарханов, как истинный мужчина выполнил свое обещание и пригласил
        Эллину Юрьеву в кино. Не любил он, чтобы его считали болтуном.
        Тем более, он предупредил Эллю, что уезжает в командировку в сто-
        лицу и надеется, что там, наконец-то, решится его судьба.
        * * *
        Минут через двадцать объявили его остановку.
        
        ГЛАВА ТРЕТЬЯ
        Москва- столица нашей Родины.
        
        До этого Игорь был в Москве один раз, проездом в славный
        го-род Рыбинск. Это было крайне давно, восемь лет назад. Тогда он
        служил в армии и в Рыбинск его отправили за спецаппаратурой.
        Пробыл он в тот раз в столице полный световой день.
        Хорошо, хоть капитан- старший из командировочной группы-
        оказался не занудой и отпустил его в автобусную экскурсию по го-
        роду. Он и увидел из окна "Икаруса": и Красную площадь, и Ленин-
        ские горы с главным зданием университета и лыжным трамплином, и
        Садовое кольцо, и универмаги, и Большой театр. Если бы не эта ав-
        тоэкскурсия, у него так бы наверняка сложилось превратное впечат-
        ление о Москве. Столица так бы и осталась в его воспоминаниях го-
        родом-вокзалом, где основное население: толпы грязных цыган, как
        на Казанском, или мешочники с авоськами, забитыми батонами варе-
        ной колбасы, как на Ярославском. А между этими странными людьми
        то и дело шныряют военные патрули, которые без конца придираются
        к проезжающим солдатам. Лично к нему успели пристать дважды. Один
        раз из-за легкой небритости, а во второй, когда он уже побрился в
        вокзальном туалете, за то, что он ел мороженое на ходу.
        В тех краях, где служил Игорь, мороженого, в отличии от мед-
        ведей, не было вовсе. Поэтому он даже не подозревал, что есть
        его, согласно уставу, полагалась стоя в сторонке, а не во время
        движения.
        А еще в Москве было полным-полно хорошеньких девушек и маль-
        чиков- пижонов. Рядовой Тарханов разглядывал и тех, и других с
        большим интересом. Благодаря пижонам он понял, что последний писк
        моды- это длинные американские джинсы, низ которых подвернут из-
        нанкой наружу, словно брюки с манжетами. А на девушек Игорь прос-
        то любовался. От их точки ближайшие дамы жили в двадцати верстах.
        Но, все-таки, самым интересным в столице оказалось метро.
        Оно понравилось Тарханову больше всего.
        Обо всем этом и вспоминал наш герой в течение тех двух ча-
        сов полета. В Домодедово, куда прилетел его самолет, публика ока-
        залась почище. Не было ни разноцветных цыганок, ни мешочников с
        колбасой. Девушки и пижоны имелись, но мода, которую они демон-
        стрировали, ушла далеко вперед от той, что он видел восемь лет
        назад.
        Выйдя на автобусную стоянку, Игорь встал в очередь. Как ока-
        залось в последствии , это ему предстояло делать постоянно. Оче-
        редь за всем подряд была визитной карточкой столицы.
        В первый экспресс он не поместился, зато в следующий он во-
        шел одним из первых и сел у окна, хотелось увидеть что-нибудь по
        дороге.
        Минут через сорок он был уже в центре у парка имени Горько-
        го, где и спустился в метро. Да, впечатления тех лет не обманули,
        станции метро были также помпезны и величествены. Надо быть зако-
        ренелым москвичом, чтобы не замечать всего этого, или явным про-
        винциалом, чтобы этим любоваться.
        На Комсомольской площади он вышел и, определившись с направ-
        лением, стал выбираться к Ярославскому вокзалу. Он прибыл сюда не
        на один день и сразу решил, что сначала устроится на заводе, а уж
        потом попутешествует по столице.
        Электрички до города Пушкино ходили довольно часто: три-че-
        тыре раза в час. А там, рядом с платформой, оказалась и автобус-
        ная остановка, что крайне понравилось Тарханову. И вот он на мес-
        те.
        Поселили Игоря в учкомбинате- на заводе постоянно проводи-
        лись курсы для потребителей заводской продукции. Правда, по
        просьбе Игоря, Сергей Сергеевич- однокашник Петровича- выхлопо-
        тал ему место в комнате на двоих. Расположившись в общежитии,
        Игорь оформил пропуск на завод, отметил командировку и посмотрел
        на станок. Обычное изделие завода "Красный пролетарий". На три
        дня работы. Если очень постараться, можно пять дней вокруг него
        ходить, дольше не позволяла квалификация.
        Но станком он решил заняться завтра, а сегодня он первым де-
        лом пошел на переговорный пункт. Междугородний телефон он нашел
        недалеко от железнодорожной станции. Поскольку автоматической
        связи с Тулой почему-то не было, он сделал заказ и сел в уголок
        комнатушки. Через десять минут по громкой связи объявили: "Тула!
        Кто заказывал Тулу? Пройдите во вторую кабину."
        
        В кабинете логопеда, расположенном в школе номер пять, у Ве-
        ры Никитской шел обычный прием. Перед зеркалом, занимавшим доб-
        рую половину стены, сидел гражданин семи лет от роду и корчил сам
        себе рожицы. Это занятие его очень забавляло, и он едва сдержи-
        вался, чтобы не рассмеяться громко. Вера Ивановна подняла голову
        от тетради, в которой что-то писала, и со строгими нотками в го-
        лосе сказала:
        - Вова, перестань гримасничать, делай "парус", а затем дуй
        на язычок. А то так и не научишься произносить "ш-ш-ш". Над то-
        бой ребята в классе не смеются?
        Мальчик отрицательно покачал головой.
        - Пусть попробуют,- и он сжал кулачок.
        - Драться нехорошо, как, впрочем, и дразниться.
        На этом месте их беседу прервал звук открывающейся двери и
        на пороге появилась старшая пионервожатая школы Галя Киселева.
        - Вера Ивановна, вас к телефону. Междугородний звонок из
        Москвы,- сообщила она.
        Галя только в прошлом году закончила эту же школу и пошла в
        пионервожатые за стажем, не сумев с первой попытки попасть в ме-
        стный пединститут. Слово Москва она произносила с восторгом.
        - Из Москвы?- удивилась Вера.- Вовочка, бери свою тетрадь,
        на сегодня занятие закончено.
        Мальчишке не надо было повторять дважды- он вылетел из каби-
        нета пулей.
        Никитская вошла в учительскую, поздоровалась с педагогами и
        прошла к столу завуча Елены Михайловны, где и находился телефон.
        Она поднесла трубку к уху и услышала знакомый глуховатый голос:
        - Здравствуй, Верочка. Это я. Я приехал.
        - Я рада слышать. Когда ты приехал?.. Сегодня?... Где оста-
        новился? В Пушкино?
        - Это по Ярославской дороге,- пояснила преподавательница
        географии Любовь Дмитриевна.
        Все педагоги, делая вид, что они чем-то заняты, внимательно
        слушали реплики Веры.
        - Конечно, могу.... Нет, это далеко, лучше в Москве.
        - Когда мы с мужем еще не были женаты, и он приезжал ко мне
        в Москву, то мы встречались на Пушкинской площади,- поделилась
        опытом Елена Михайловна.
        Она гордилась тем, что в свое время училась в МГПИ имени
        Крупской.
        - Зачем куда-то ехать. Ты же приезжаешь на Комсомольскую
        площадь? Так вот там, направо от вокзалов, будет станция Калан-
        чевская... Да, надо будет пройти мимо Ленинградского вокзала. И
        там на платформе... Наша тульская электричка приходит туда...
        Время? Я могу с утра. На самую первую- очень рано вставать, а
        следующая?
        - На семь пятьдесят есть электричка,- сообщил трудовик Ста-
        нислав Евгеньевич.
        - Говорят, есть электричка на без десяти восемь. Значит, она
        прибывает в Москву около двенадцати,- продолжила разговор Никит-
        ская.- Хорошо, хорошо, наверное, так. До свидания. До встречи.
        И она положила трубку.
        - Вера Ивановна, а он москвич?- с завистью спросила Галочка.
        - Да нет же, он и из Свердловска,- призналась логопед.
        - А-а-а-а,- разочаровано произнесла пионервожатая.
        Столица Урала казалась ей достаточно далекой дырой.
        - Хороший город, я его проезжал, когда ездил по путевке в
        Монголию,- сообщил трудовик.- По крайней мере, пиво там неплохое
        и прямо на платформе продавали.
        Приятные воспоминания Станислава Евгеньевича на женщин в
        учительской впечатления не произвели.
        - Верочка Ивановна, а где же вы с ним познакомились?- удиви-
        лась географичка.
        - В отпуске, в Крыму, в Ялте,- не стала скрывать истину Ни-
        китская.
        - Как романтично, прямо как у Чехова,- промолвила литератор-
        ша Нелли Петровна, каждый год пытающая устроить свою судьбу и об-
        рести семейное счастье.- Поехать в Крым на следующий год? Или в
        Сочи?
        Решить она не успела, так как прозвенел звонок и начались
        занятия второй смены.
        
        Игорь, вернувшись в общежитие, был весьма огорчен тем, что
        вторую койку его комнаты заняли, и он теперь будет жить не один.
        Соседом ему поселили москвича Витю Кукляева. Свердловчанин край-
        не удивился, зачем ему жить в Пушкино, если есть квартира в сто-
        лице. Виктор объяснил, что дома кроме него в квартире живут еще
        родители и старший брат с женой и ребенком. Заниматься там невоз-
        можно, да еще каждое утро нужно ездить сюда на учебу. Проще оста-
        ваться здесь, тем более, что за проживание платит предприятие, а
        дома показываться на выходные, когда нет занятий.
        Наутро Игорь направился на завод и подготовил рабочее место.
        Сергей Cергеевич уже по этим его действиям понял, что наладчик-
        настоящий профессионал. Уже к обеду станок стал подавать призна-
        ки жизни.
        
        ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
        О том, как Игорь делал
        предложение.
        
        Продуктивно потрудившись в пятницу, Игорь объяснил Пантеле-
        е-ву, что доведет станок до ума на следующей неделе, а в выходные
        он работать не может. У него в Москве есть маленькое дельце.
        И в субботу утром он, наскоро позавтракав, отправился в сто-лицу на поиски своего счастья.
        В электричке ему пришлось стоять до самой Москвы- так много
        ехало в ней народу. Благо, путь был недолог: с полчаса всего.
        Прибыв на Ярославский вокзал, Тарханов через несколько минут
        отыскал Каланчевскую платформу.
        На нее, действительно, периодически приходили электрички. Из
        Подольска, например, или Чехова. С нее можно было попасть на Риж-
        ский вокзал и уехать в западном направлении. Только из Тулы ниче-
        го не прибывало. Игорь нашел на платформе какого-то железнодорож-
        ника и задал ему пару вопросов. Из ответов труженика стальных ма-
        гистралей Тарханов понял, что ждет он здесь неизвестно чего. Пер-
        вая утренняя электричка из Тулы была больше часа назад, но Вера
        на ней приехать не обещала. А вторая, на которую она и расчитыва-
        ла, оказалась дополнительной, и ее подавали обычно в праздники,
        чтобы жители города-героя Тулы могли в меньшей тесноте прибыть в
        город-герой Москву и спокойней отовариться в московских магази-
        нах. Но в этот день была обычная суббота и ее не пускали, в чем
        Тарханов смог убедиться лично, прождав ее напрасно на перроне.
        Следующая электричка должна была прибыть во втором часу пополуд-
        ни. Игорь посмотрел на свои часы, они показывали без нескольких
        минут двенадцать.
        Погода портилась. С утра серое и хмурое небо окончательно
        обиделось на великий город и уже с полчаса посыпало его мелким
        дождем. Наш герой, устав мерить железнодорожную платформу шагами,
        зашел в холодный павильон и сел на скамейку. Покидать место
        встречи с любимой девушкой он не собирался. Куда идти? А вдруг
        она приедет. Нет, он решил, что будет здесь ждать ее хоть до ве-
        чера. Развлечения ради он стал разглядывать пассажиров и поезда.
        Подали фирменный состав "Донбасс". Постояв у платформы несколько
        минут, он отправился на Украину. Уехала на Рижский вокзал пожи-
        лая тетенька с большой собакой. До этого она громко жаловалась
        Тарханову и дедушке с мальчонкой, единственным пассажирам на этой
        платформе, что вынуждена долго ждать электричку, хотя тут ехать
        несколько минут, по той причине, что в метро с собакой ее не пус-
        кают. С юга после тяжелого рейса прибыл пассажирский "Рос-
        тов-на-Дону- Москва". А за ним еще один электропоезд, и дед с
        внуком отбыли на нем в Волоколамск.
        Сидеть было холодно, и Тарханов вышел на платформу походить.
        Он ждал девушку уже полтора часа. Даже дождь уже прекратился. Че-
        рез некоторое время появилась еще одна электричка. Игорь встал у
        выхода с платформы и стал терпеливо рассматривать ее пассажиров.
        - Откуда электропоезд?- спросил он у мужчины, шедшего первым.
        - Из Серпухова,- ответил тот ему на ходу.
        И о чудо! Ему показалось, что в толпе прибывших мелькнуло
        знакомое лицо. До этого он видел Веру только летом в легком
        платьишке. А сейчас она была в длиннополом пальто и в шапочке, но
        из под нее выбивались такие знакомые темнорусые пряди...
        Вера тоже заметила Игоря и невольно улыбнулась. Молодой че-
        ловек быстро подошел к ней и, не спрашивая разрешения, склонился
        и поцеловал ее в щеку.
        - Я так долго ждал.
        - Замерз, наверное? Сегодня холодно.
        - Да нет. Мы куда-то идем?
        - А куда бы ты хотел?
        - С тобой куда угодно. Я в Москве пока дальше вокзалов ниг-
        де не был. С тобой- хоть на Северный полюс.
        После небольшого раздумья Вера решила показать ему Арбат.
        Его не так давно отреставрировали и украсили фонарями. Девушке
        там нравилось. Они спустились в метро, и пока длинный эскалатор
        нес их под землю, она рассказала ему о причине своего опоздания.
        О том, что добираться ей пришлось на перекладных, делая пересад-
        ку в Серпухове. Ту электричку, на которую она рассчитывала, ока-
        зывается отменили. Молодой человек смотрел в ее серые глаза, дер-
        жал ее за руку и молча улыбался. Вышли наверх они на станции
        "Арбатская".
        Тому, кто никогда не был ранее в Москве, всегда интересно
        впервые увидеть ее достопримечательности. В этом есть что-то по-
        хожее на то, как если после прочитанной интересной книги, вам
        предлагают посмотреть удачную ее экранизацию. Так вот и Игорь,
        только выйдя из метро, сразу заметил кинотеатр "Художественный",
        он знал про его существование. А когда они перешли по подземному
        переходу на другую сторону улицы, то оказались у известного на
        всю страну ресторана "Прага". В этом было что-то сказочное, хо-
        дить по незнакомому городу и находить в нем знакомые места. И
        улица Арбат существовала на самом деле, а отнюдь не только в ро-
        манах писателей. Ее только недавно сделали пешеходной, замостили,
        заставили вычурными фонарями и целиком отдали туристам. В самом
        начале, вдоль каких-то заборов, устроили импровизированную выс-
        тавку-продажу художники. Дальше располагались ларьки, торгующие
        безделушками для иностранцев, и вся улица была утыкана маленьки-
        ми, но престижными, хорошо снабжаемыми магазинчиками.
        Молодые люди шли медленно, никуда не спеша, рассказывая друг
        другу о своей жизни за последнее время: Игорь о городах, в кото-
        рых побывал, Вера о работе и своих ребятишках. Но Арбат- очень
        короткая улица, и они прошли ее всю минут за двадцать. На их пу-
        ти оказался ресторан "Арбатский", и они зашли туда пообедать,
        прогулка на свежем воздухе пробуждала аппетит.
        - Куда мы можем еще пойти?- спросил Игорь, когда молодые лю-
        ди вышли на улицу.
        - А что бы ты хотел увидеть?
        - Вообще-то, тебя. И желание мое уже сбылось. А что еще? Да-
        же не знаю. Что-нибудь интересное. В театр мы не можем- спектак-
        ли кончаются поздно, и ты пропустишь все электрички. Или у тебя
        есть, где здесь переночевать?
        - Увы,- отвечала девушка,- увы нет. Да и билетов здесь на
        хороший спектакль не купишь. А смотреть неинтересную пьесу в ис-
        полнении неизвестных актеров...
        Она пожала плечами.
        - Пойдем тогда просто погуляем,- предложил Тарханов.
        Они прошли сквозь гастроном "Смоленский" и вышли на однои-
        менную площадь. А потом перед ними встал выбор куда идти: прямо
        ли по Садовому кольцу, налево ли на Кутузовский проспект к доми-
        ку Леонида Ильича, или направо в центр. Игорь решил посмотреть на
        Калининский проспект.
        И опять замелькали знакомые виды: здание СЭВ, фирменные ма-
        газины "Мелодия", "Весна", "Дом книги", гастроном "Новоарбатский"
        и маленькая беленькая церковь возле башни из стекла и бетона.
        Несколько минут они посмотрели телепрограмму на огромном экране,
        висящем напротив здания междугороднего переговорного пункта. По-
        том была Библиотека имени Ленина и Манежная площадь с приземис-
        тым зданием манежа.
        Нет, чтобы ощутить всю прелесть этой прогулки, надо впервые
        приехать в Москву, москвичам или частым посетителям столицы это
        недоступно. Ну а если в подобной прогулке по Москве вас сопро-
        вождает любимая девушка, то все кажется прекрасным и интересным
        вдвойне.
        А вот Красная площадь, виденная Игорем в ту его единствен-
        ную, армейскую поездку,- у него даже сохранились фотографии: "ря-
        довой Тарханов на главной площади страны"- сильного впечатления
        уже не прозводила. Все также стоял охраняемый парнями с карабина-
        ми Мавзолей, суетился возле ГУМа народ и даже собор Василия Бла-
        женного никуда не исчез.
        Стемнело. Вера зашла в ГУМ и купила там небольшой тортик, а
        потом сказала, что ей уже пора на вокзал. Настроение у Игоря ста-
        ло падать, ему уже казалось, что он ждал девушку на платформе го-
        раздо дольше, чем находился в ее обществе.
        Снова метро и Курский вокзал. Суета и толкотня. У касс на
        пригородные поезда они остановились. Вернее, попытался остано-
        виться Игорь. А Вера решительно пошла куда-то еще. Тарханов пос-
        тарался обратить ее внимание на то, что билеты на электричку в
        Тулу продаются здесь. В ответ девушка ответила, что не собирает-
        ся есть этот торт одна, а хочет разделить его со своей подругой
        Натальей Свиридовой. А Наташа живет в городке Электросталь, и что
        на Владимирское направление билеты продаются в другом зале. Игорь
        тогда вкрадчиво поинтересовался, а как же поступить ему, тонко
        намекая, что было бы неглупо, если бы девушка прояснила свое от-
        ношения к нему лично и к возможности повторной встречи в будущем.
        Вера же в ответ находчиво заметила, что время хотя и не очень
        позднее, но темное, и только дружеские чувства гонят ее- одино-
        кую девушку- в такую даль. Тарханов намек понял, как и то, что
        его проверяют на благородную склонность к самопожертвованию. Хо-
        тя он и не был искателем приключений, а, тем более, любителем за-
        валиваться на ночь глядя к абсолютно незнакомым людям, живущим в
        городе, о существовании которого он не подозревал еще пять минут
        назад, Игорь, без всяких сомнений, решил, что девушку, любимую
        девушку, все же лучше проводить. Уж если он пролетел для встречи
        с ней две тысячи километров, то почему для того, чтобы не расста-
        ваться, не проехать в электричке еще семьдесят. Они купили биле-
        ты и стали ждать свой электропоезд.
        Игорь мысленно прокручивал варианты своего поведения в не-
        знакомой семье, параллельно думая о том, что вот если бы у него
        были знакомые друзья в Подмосковье, и он предложил бы Вере отпра-
        виться к ним на ночь в гости, то, наверняка, не был бы понят, и
        его ждал бы стопроцентный отказ. А потом он решил ничего не выду-
        мывать и вести себя спокойно и с достоинством.
        Вскоре электричку подали и они отправились навстречу своей
        судьбе. В вагоне молодые люди все больше молчали, не было жела-
        ния говорить о пустяках. Разговаривать же о важном в присутствии
        посторонних оба не хотели, слишком много людей было вокруг.