Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / AUАБВГ / Альшер Белая: " На Страже Пустоты " - читать онлайн

Сохранить .
На страже Пустоты Белая Лилия Альшер
        О книге: тёмная питерская сказочка, рассказанная зимней ночью. Современный мир, телефоны и магия, герой почти злодей, присутствует мистика, отношения без жестокости, главные герои взрослые и кругами друг перед другом до последней страницы ходить не собираются, поэтому чувственные сцены 18+ имеют место быть)
        18+ Жила-была в большом и шумном городе обычная девочка Ева, работала библиотекарем, копила на отпуск. Но повстречался ей на пути таинственный незнакомец, и начали происходить вокруг Евы совершенно необычные вещи…
        И уж решила она, что сходит с ума, видит то, чего нет, чувствует то, чего быть не может. Да только оказалось, что с ума сошёл весь мир, что некроманты бывают не только в книжках, что Светлые маги не всегда добрые, а чудовища из Пустоты всё больше проникают в реальность.
        Так кто стоит на страже Пустоты? Бывают ли бескорыстные Тёмные маги? И можно ли снять проклятие с…некроманта?
        Лилия Альшер Белая
        На страже Пустоты
        Пролог
        Несчастные случаи - очень странные штуки. Они обычно происходят совершенно случайно. А.А.Милн
        Декабрь в этом году пришёл снежный, Ева вышла из библиотеки на морозную улицу и подтянула повыше шарф. Тёплый, бабушка вязала. Дыхание лёгким паром таяло в воздухе, каждый вздох иголочками обжигал горло.
        - Ой, красота-то какая, Ев! - вздохнула Наденька, закрывая двери на ключ и дожидаясь, пока пискнет сигнализация. - Как в сказке!
        Ева улыбнулась в шарф. Действительно. Настоящая зимняя была повсюду. Дворик перед библиотекой запорошило свежим снежком поверх тёмных песочных дорожек, пухлые сугробы блестели, как россыпи бриллиантов под жёлтыми уютными фонарями. Впереди виднелся выход к шумным улицам города, проносились автомобили, переливались огни витрин и новогоднего убранства.
        - Только холодно, - шмыгнула сразу покрасневшим носом Наденька, ёжась в пуховике. - Пошли скорей к остановке, пока совсем не окоченели.
        - Вроде, потепление обещали к концу недели, - поддержала светскую беседу Ева, чувствуя, как мороз грызёт коленки, и пряча в карманах руки.
        - Да? Жалко. Хочется, чтобы Новый Год вот такой был, сказочный, снега хочется. А то раскиснет опять всё, никакого праздника, одни лужи. Ты, кстати, где отмечать будешь?
        Ева пожала плечами, что в пальто было совершенно неудобно:
        - Не знаю, к родителям, наверное, поеду. Друзья, конечно, зовут в компании отметить, но сестра в Прагу собирается с семьёй, родители совсем одни остаются.
        - Понятно. А меня муж зовёт к его родителям. У них, конечно, загородный дом, красота, но весь год потом со свекровью…
        - В приметы веришь? - Не смогла сдержать смешок Ева.
        - Не во все, но с Новым Годом всегда сбывается, - они как раз подошли к двойной остановке, заполненной ёжащимися людьми, встали под информационным табло. - Ой, не видишь, что за номер идёт?
        Наденька смешно прищурилась, вытягиваясь, чтобы рассмотреть из-за толпы приближающуюся маршрутку.
        - Вроде, девятнадцатый.
        - А нет, не мой, - успокоилась девушка и снова повернулась к Еве. - Вот ты не веришь, а он там на все праздники хочет остаться. Считай первая неделя года уже под надзором свекрови.
        - Да ладно, тебе же с ней повезло.
        - Повезло, - кивнула она, пританцовывая. - Даже очень. Вторая мама. Но вот как заведёшь свою, поймёшь меня.
        Ева покачала головой, пряча нос поглубже в шарф. Наденька на неё рукой махнула.
        - Ну, чего ты. Познакомилась бы уже с кем-нибудь. Чего всё по прошлому страдать? Молодая, красивая… На сайте бы каком зарегистрировалась.
        - Ты как моя мама говоришь.
        - А ты слушай, слушай мудрых женщин!
        Ева рассмеялась. К дальней остановке подъехала ненужная им обеим маршрутка, люди толпой толкнулись к дверям. И хаотично отпрянули обратно, началась ругать, толкотня, кто-то бесцеремонно пробивался к выходу и через людей.
        - Отойдём подальше, - только и успела предложить Наденька, как из-за спин пассажиров выскочил взъерошенный парень с безумными глазами.
        Следом раздался визг тормозов, перед маршруткой вылетел серебристый седан, сметая левую фару ПАЗика под грохот удара и нерусскую брань водителя. Из машины, с водительского сидения, буквально выпал на тротуар темноволосый парень в чёрном пальто, в руке блеснуло оружие. Громкий выстрел прозвучал в морозном воздухе оглушающе, люди с остановки бросились врассыпную. Наденька рванула за стенку остановки с ярким баннером новогодней распродажи. Ева поколебалась секунду, не решая, куда бежать - к Наденьке или на проезжую часть. И эта секунда оказалась фатальной. Парень с безумным взглядом стремительно двигался прямо на неё, его преследовал темноволосый. Всё случилось так быстро, что Ева даже не поняла, как именно оказалась вдруг в руках первого, он выставил её, как щит, пытаясь уберечь себя от пуль. Парень в пальто остановился и безжалостно направил на них дуло пистолета. Никто не пытался вмешаться, вокруг разворачивающейся драмы, как вокруг прокажённых, было пусто. Большинство людей пытались покинуть место, не желая быть ни свидетелями, ни жертвами. Кто-то сидел за остановкой, кто-то уползал к жилым
домам, к безопасным магазинам.
        - Ты не посмеешь! Тебе нельзя! - нервно и зло крикнул злоумышленник, сдавливая Еве горло согнутой рукой. Если бы ни мягкий шарф, точно бы задушил.
        Темноволосый на миг опустил оружие, и едва заметно подался вперёд. Безумец дёрнулся, отталкивая Еву в сторону дороги, и пистолет молниеносно взмыл вверх. Два выстрела прорезали мёрзлую стужу, парень опять дёрнулся, уже непроизвольно, а в такт прошивающих тело пуль. Крепкая рука поймала падающую под машины Еву за рукав и отбросила к остановке. Убийца быстро сел в появившийся будто ниоткуда чёрный седан и уехал быстрее, чем под убитым расползлось горячее пятно алой крови.
        Ева лежала на вытоптанном снегу остановки и бездумно смотрела в тёмное небо, медленно моргая, перед глазами сбирались тёмные мушки, закрывая огни города. Плавно, как в сон, девушка ушла в забытие.
        - Комитет с тебя шкуру спустит. Мы должны были всё сделать тихо, - напряжённо сказал водитель.
        - У меня тоже к Комитету есть вопросы. Меня никто не предупредил, что у него есть пара фокусов в кармане!
        - Девчонка не пострадала? - обернулся он.
        Темноволосый покачал головой.
        - Не должна была.
        - Это ты точно сказал - не должна была! - он крепче сжал мягкую кожу руля.
        Глава 1
        Шаги за спиной.
        Просто знать шаги недостаточно. Надо чувствовать музыку. Неизвестный романтик.
        - Ева, Евочка, мы так переживали!
        В восьмиместную палату терапии влетела Наденька в белом халате и бахилах. В руках трясся букет мелких хризантем и шуршал белый пакет с апельсинами. Ева улыбнулась и отложила телефон - набор больничного романтика. Соседки по палате неодобрительно покосились на шумную девицу, но промолчали.
        Любовь Тимофеевна, благообразная старушка, занимавшая койку напротив Евиной, отвлеклась от книги, чтобы долго и укоряюще посмотреть на Надю поверх очков. Надя стушевалась, задушено поздоровалась и умостила апельсины на тумбочку. Судьбу цветов торжественно вручила Еве в руки и села на край кровати.
        - Это от всего нашего коллектива! Девчонки хотели конфеты подарить, но тебе витамины нужны, какие конфеты?
        - Спасибо, - Ева с удовольствием уткнулась в солнечные головки, вдыхая горький и чистый аромат. - Но меня завтра уже обещали выписать.
        - В субботу?
        - Пораньше выпускают за хорошее поведение - голова не болит, ушибы проходят. Врач хороший, говорит, нечего мне тут на выходных делать, а дома и стены лечат. Только в понедельник за справками нужно зайти.
        Она встала с покрывала, сходила к раковине в углу палаты, чтобы налить в кружку воды для цветов за неимением вазы, и вернулась. Цветы пришлось опереть на крашеную в светло-зелёный цвет стену, стоять самостоятельно в широкой кружке они никак не хотели.
        - Хочешь, заедем за тобой утром? Я мужа попрошу, встретим тебя.
        - Нет, спасибо. Меня родители встретят. Думаю, мама не верит врачам, что со мной всё хорошо, и надеется оставить тут ещё на недельку.
        - Как она? - тон Наденьки сменился на сочувственный.
        - Да она переживает больше меня! - Ева уселась на койку, под спину положила подушку. - Когда увидела новости, оборвала все телефоны.
        - Ещё бы! Я потом посмотрела эти выпуски. Остановка огорожена, кровищи море, машина горит, везде сирены. Блокбастеры отдыхают!
        Ева грустно улыбнулась:
        - Да уж.
        - Ко мне полицейские приезжали, опрашивали. Но я толком ничего и сказать не смогла. Даже парня того не разглядела. К тебе приезжали?
        - Конечно. Я тут местная знаменитость, всем интересно, - едва заметно нахмурилась она. - Ко мне ещё журналисты прорывались, спасибо персоналу, не пропустили.
        - И как? Ты хоть помнишь, как этот парень выглядел?
        Перед глазами Евы будто вживую всплыл образ из памяти. Напряжённое лицо, правильные черты, ледяные и расчётливые зелёные глаза, растрёпанные короткие тёмные волосы.
        От воспоминания внутренности обожгло холодком, затошнило, и Ева тихо ответила:
        - Совершенно не помню. Врач говорит, это от стресса. Психологическая защита.
        Наденька серьёзно покивала.
        - Да, наверное. В новостях тоже ничего не говорят.
        Ева и сама это прекрасно знала. Ютуб и новости в поисковиках вездесущи, поэтому обо всём, о чём узнавали СМИ, узнавала и она. По вполне понятным причинам, её это происшествие волновало. И похоже, убийство простого и непримечательного парня из техподдержки сулило стать преступлением века. Особенно Еве нравилась растиражированная из какого-то интервью фраза «По невыясненным следствием причинам, в салоне брошенного автомобиля произошло возгорание». Дескать, ничего не нашли, но пытались. Потом они установили, что автомобиль числился в угоне… Потом начали строить теории заговора. Потом говорить о политическом следе в жизни паренька, потом о наркоманском…
        Вздохнув поглубже и отогнав навязчивые мысли, Ева откинулась на подушки и сменила тему:
        - Как на работе?
        Наденька закатила глаза.
        - Одно слово: детские новогодние мероприятия!
        Ева рассмеялась:
        - Это целых три слова!
        Подруга поморщилась:
        - Позавчера была встреча с детской писательницей, ну, ты ещё афишу готовила. «В гостях у сказок». Вчера перебирали книжный фонд на списание. Сегодня опять дети. Я уж отпросилась у нашего, к тебе сбежала. Скорее бы уже праздники. Тебя, говоришь, во вторник ждать?
        Они ещё немного пообсуждали работу, Наденька пожаловалась на заботливого и послушного мужа, который недавно принёс в дом большую радость - мешок сахара по акции и по цене двух мешков. Посмеялись, поделили напополам апельсин, и Наденька ушла.
        А Ева осталась. С телефоном, полным жутких новостей, и со своими мыслями.
        Говорить больше ни с кем не хотелось. Сунув маленькие наушники в уши, она включила радио и бездумно уставилась в окно. Серое небо прекрасно дополняло настроение. Мягкий голос в наушниках пел, что пожар догорел, нам остался лишь дым… Ева прикрыла глаза.
        Уже третий раз она соврала, что не помнит, как выглядит неизвестный убийца. Почему? Для себя она объясняла это тем, что просто хочет выжить. Человек с оружием, убивающий среди бела дня кого-то на остановке… Неужели что-то помешает ему узнать, в какую больницу отвезли случайную свидетельницу? Если сюда просочились даже настырные репортёры.
        Только вот эта причина что-то царапала внутри. Как будто это тоже была ложь. А правда была безумна. В тот миг, когда он направлял на неё, то есть, на того парня за ней, дуло пистолета, в его глазах была ледяная уверенность в том, что он делает всё правильно. Ни ярости, ни злости, просто уверенность. И он спас её. Парень, держащий за горло, дважды угрожал её жизни - когда душил и прикрывался, и когда бросил под колёса случайных машин. И если бы не этот хладнокровный убийца, поехала бы она в морг вместе с душителем, а не в тёплую терапию.
        Музыка, которую Ева уже даже не слышала, оборвалась резким проигрышем новостной заставки. Девушка быстро сдернула наушники вниз и выключила радио. Такое чувство, что новости буквально окружили её жизнь.
        Она потерла глаза и потянулась за кружкой. Чашка чая сейчас не помешает. Чай вообще никогда не помешает. Пальцы натолкнулись на гладкий фарфоровый бок, по салатовой стене легко прошелестели тугие листики хризантем. Ева вздохнула, достала кошелёк из сумочки и пошла покупать себе новую кружку.
        Утром Ева собрала вещи, вежливо отказалась от завтрака и подошла на медсестринский пост попрощаться, чтобы её не потеряли. Молоденькая медсестричка отвлеклась от заполнения какого-то журнала и улыбнулась.
        - Ева Владимировна, верно?
        - Да, шестая палата.
        Она угукнула и записала данные на стикере.
        - А Вас Ваш молодой человек забирает?
        - У меня нет молодого человека, - улыбнулась она девушке.
        Она округлила глаза:
        - Ну как же. Темненький такой, симпатичный, заходил на днях, спрашивал, когда у Вас выписка назначена.
        Ева похолодела и непослушными губами повторила:
        - У меня нет молодого человека.
        Медсестричка поколебалась:
        - Странно, я, наверное, перепутала что-то. Или репортёр опять…
        - Может быть, - вымученно улыбнулась Ева.
        - Вот, подпишите тут, - девушка подала ей бумагу и показала ручкой поле для подписи.
        Ева начертала нетвёрдую подпись и, подхватив с пола сумку с вещами, попрощалась и пошла к лифтам. Сбежать отсюда хотелось как можно скорее. Она сжала в ладони телефон. Репортёр не стал бы узнавать дату выписки, раз уже прошёл к палате, прямо туда вломился бы и наделал фоток на смартфон. По коже снова прошёл мороз, оставаясь липким потом на спине. Лифт с шорохом раскрыл створки дверей, и Ева вошла в пропахшую лекарствами кабину.
        Лифт опускался очень медленно и скрипуче, и несколько минут показались вечностью. А кабина - тесной клеткой. Ева почувствовала, как к горлу подступает приступ паники, становится нечем дышать, опустив голову, девушка попыталась совладать с собой. На её счастье, лифт как раз достиг первого этажа, створки снова разошлись. Сдерживая желание выбежать на воздух, она прошла по просторному холлу к ряду металлических решётчатых сидений. Присев подальше от сидевших тут и там пациентов и посетителей, она огляделась, как будто ожидала увидеть незнакомца с ледяными глазами прямо здесь. Опасение не подтвердилось. Никого, похожего на мужчину из её личного кошмара здесь не было.
        Телефон вдруг зазвонил и завибрировал, Ева вздрогнула и выронила его. Экран светился фотографией улыбающейся матери с букетом роз.
        - Милая, мы у въезда. Там шлагбаум, мы заезжать не будем. Выйдешь?
        - Мам, а ты пальто моё забрала, - напомнила она, оборачиваясь к окну, за которым мёл сухой и мелкий снежок.
        - Ой, прости, детка, забыла совсем. Я сейчас!
        Желудок невовремя напомнил, что завтрак они пропустили. Ева оставила сумку на стуле и подошла к киоску с газетами, газировкой и выпечкой. Выбрав румяный пирожок с рисом и яйцом, расплатилась, надкусила добычу и замерла - в огромном окне холла мелькнула смутно знакомая тень в чёрном пальто, оставляя в воздухе таять облачко табачного дыма.
        - Ева! - окликнула от дверей мама и помахала рукой.
        Неужели теперь каждый мужчина в пальто будет вызывать у неё такую нездоровую реакцию? Ева махнула в ответ и пошла навстречу маме.
        - Ну, как ты? - спросила родительница, глядя, как чадо с пирожком в зубах облачается в пальто. Сама она достала из кармана зеркальце и проверила, не растеклась ли тушь. Растаявшие снежинки мелким бисером усеяли шубку и тёмные локоны.
        - Хорошо, - ответила, наконец, Ева и взяла сумку. - Ничего не болит, отдохнула, выспалась.
        - И голова не болит?
        Девушка пожала плечами:
        - Были бы мозги, было б сотрясение, а так легко отделалась, синяками.
        Мама цокнула языком и поправила её светло-каштановые волосы, попавшие под воротник светлого кофейного пальто. От рук пахло духами.
        - На работу когда?
        - Во вторник, - дожёвывая пирожок, Ева направилась к выходу.
        - Может, у нас останешься на выходные? Аня с детьми заедет.
        - Тогда у меня точно будет болеть голова, - отмахнулась дочь. - Врач сказал - полный покой и отдых. Никаких родственников с детьми.
        - М-да? - с сомнением протянула мама. - Хороший врач. Может, и мне такое назначение выпишет?
        - Мам, ты хотела внуков.
        - Просто я поздно поняла, что ещё слишком молода для внуков, - кокетливо взмахнула она накрашенными ресничками.
        Смеясь, они дошли до машины, Ева уселась с сумкой на заднее сидение и чмокнула отца в подставленную колючую щеку.
        - Куда, мэм? - шутливо спросил он у супруги, когда она пристегнулась. Леонардо Ди Каприо из него получился своеобразный.
        - К Еве домой, не хочет она с тобой в шашки играть. Только заедем еще в магазин. Ее неделю дома не было, нужно купить что-нибудь, чтобы ребенок не голодал.
        Мотор уютно заурчал, машина стронулась и с шорохом покатилась к выезду. Ева счастливо откинулась на спинку сидения и обернулась. У газона больницы стоял лоснящийся черный седан. Водитель лениво курил, положив локоть на открытое окно. Бросив сигарету на снег, он закрыл окно, машина медленно поехала следом за ними.
        Ева тревожно опустила взгляд в колени. Кажется, у нее начинается паранойя. Нужно обратиться к специалисту, пока это окончательно не свело ее с ума. Осторожно обернувшись через некоторое время, она снова увидела этот дорогой блестящий седан в потоке.
        Дома было так тихо и спокойно, настолько привычно, что все произошедшее на прошлой неделе словно бы приснилось и никогда не случалось. Квартиру наполняли знакомые теплые запахи, мерное стрекотание часовой стрелки, урчание холодильника. Реальность была обыденной и простой, внушающей уверенность и стирающей воспоминания.
        Мама повесила шубу в прихожей и сразу прошла на кухню с пакетами еды. Оттуда немедленно раздалось привычное ворчание, какой у Евы бардак. По мнении мамы, конечно. Папа разулся и пошел следом, ободряюще погладив дочь по спине.
        Ева покачала головой и скрылась в ванной мыть руки и пережидать грозу. Привычно взглянула в зеркало над раковиной. Те же светло-каштановые волосы, карие глаза, бледная, как у всех в этом городе, кожа. За неделю ничего не изменилось, только взгляд стал как будто напряженнее, она стерла пальчиком потек подводки и потянулась к мылу. Пальцы уткнулись на сухую и пустую мыльницу. Она удивленно посмотрела на нее и полезла в шкафчик за новым куском. Вроде недавно кусок положила…
        На плите оглушительно засвистел чайник, будто на помощь звал. Ева вытерла руки и вышла. Мама уже разливала чай по чашкам, по-домашнему щебеча о делах старшей дочери, отец заботливо резал торт. «Прага», любимый торт всех мам. Ева села на стул, поджав к себе ногу, папа поставил перед ней блюдечко с куском торта. Как в детстве.
        - Спасибо, - она улыбнулась и подтянула поближе чай, любуясь родителями. По сердцу растекалось тепло.
        - Ну что? - смущенно спросила мама, вонзая ложечку в торт.
        Ева помотала головой, обнимая ладонями чашку. День прошел за семейными разговорами, воспоминаниями и планами на Новый Год.
        Провожая родных к дверям, Ева почти пожалела, что не поехала к ним на выходные. Она уже давно была взрослой девочкой и жила отдельно, но иногда так не хватало семьи… Жаль, что детство невозможно вернуть. Целуя и обнимая их на прощание, девушка уже чуть не плакала.
        - Милая… Может, с нами поедешь? - мама ласково погладила ее по щеке, вопросительно заглядывая в глаза.
        - Нет, мне нужно почту рабочую проверить. Наденька обещала комментарии по новым макетам прислать для афиш. Займусь ими.
        - Ну, смотри. Если что, мы на связи.
        - Знаю, - она улыбнулась. - Двадцать пропущенных звонков меня убедили!
        Мама очень укоризненно прищурилась, улыбнулась и вышла на лестничную площадку.
        Закрыв за родителями дверь, Ева подошла к окну кухни и подождала, пока они выйдут из парадной. Темнело, зимние сумерки сгущались. Мама повернулась и помахала ладошкой, толкнула плечом мужа, он неловко повернулся, расплылся в улыбке. Ева помахала им в ответ и обняла себя за плечи, глядя, как они садятся в машину.
        Стоило белой тойоте скрыться из виду, девушка обратила внимание, что в проезде напротив стоит уже знакомый черный автомобиль. В салоне вдруг вспыхнул огонек сигареты или зажигалки. Ева резко отпрянула от окна, сердце заколотилось, как бешеное. Она задернула шторы, едва не сорвав их с карниза, и совершенно неважно, что они почти прозрачные.
        В панике девушка развернулась к столу, ее ощутимо трясло. Нужно было как-то отвлечься. Дрожащими руками стала запаковывать под пластиковый купол остатки торта, собрала блюдца, ложки. Уложила их в раковину и вернулась за чашками. И оторопело замерла у круглой столешницы. Чашки было две.
        - Что за?..
        Остаток вечера прошел как в тумане. Чашка не нашлась, машина под окном никуда не делась.
        Устав бороться с жестокой действительностью, Ева выпила успокоительное, надолго сходила в душ и легла в постель. Желтый, почти солнечный, свет лампы, чай и книга помогли расслабиться и притупить дневные волнения. Читая о сложных перипетиях жизни одной мексиканской семьи, она лениво думала о том, что похоже, в ее жизнь тоже ворвался магический реализм. Ну, или она сходит с ума.
        - Серьезно? Чашка пропала? - Света, забежавшая проведать подругу, состроила скептическую гримаску и отправила в рот кусочек вчерашнего торта. - Может, ты засунула ее куда-то и не помнишь?
        Ева развела руками:
        - Я все обыскала. Мне же не показалось, мы чай втроем пили.
        Свету, убежденного циника и скептика, это не впечатлило. Несмотря на светлый цвет волос и смазливую внешность, эта девушка была отнюдь не наивна и жила в реальном мире.
        - Ну, а в мусоре искала? Может, разбила, выкинула и вылетело из головы? Бывает же. Даже у меня бывает. Тем более, у тебя стресс, ПТСР, в таких случаях очень часто бывают провалы в памяти.
        Ева нервно кивнула и отвернулась. Взгляд упал на рабочий стол, где стоял ноутбук с открытым фотошопом и были разбросаны листы заметок. И кое-что было не так.
        - Вот! - Ева встала с дивана и подошла к столу. - Я шла открывать тебе дверь, а здесь, на бумагах, я оставила ручку. И видишь, ее нет.
        Света шумно выдохнула, отложила на обивку дивана блюдце с тортом и встала. Жестом фокусника она достала из-под стола укатившуюся ручку. Не говоря ни слова, - находка говорила сама за себя, - девушка звонко обрушила корпус ручки на исписанный пометками лист. И с чувством выполненного долга села обратно есть торт.
        - Ладно, наверное, ты права.
        - Я всегда права. Просто вдобавок к стрессу, ты еще и живешь одна. Совсем тут одичать можно. Скажи, в больнице такое было?
        - Чашки не пропадали, - признала Ева. - Ручки тоже.
        - Ну, вот, - подтвердила свою догадку Света. И очень аккуратно добавила: - Ты не думала о том, чтобы обратиться к специалисту?
        - К экстрасенсу, что ли?
        - К психоаналитику! И если ты такие вопросы мне задаешь, то тебе точно пора!
        Ева нервно усмехнулась и мысленно порадовалась, что не рассказала о своей паранойе и черном седане.
        - Спасибо, подруга.
        - Ев, я помочь хочу. С такими стрессами в одиночку не справляются. Даже, если ты сейчас нормально себя чувствуешь, это не значит, что ты так легко отделалась. На твоих глазах человека убили! Ты сама жертвой была! Ты думаешь, это нормально?
        - А ты думаешь нормально мне постоянно об этом напоминать?
        Блондинка отложила торт и сложила руки на коленях:
        - Я дам тебе номер, запишешься на прием. Это моя хорошая знакомая, сама к ней ходила, когда со Славой рассталась. Пусть она с твоими чашками разбирается.
        Под неодобрительным взглядом подруги, Света подошла к ее столу, записала номер из своего телефона на веселеньком стикере с надписью «Все запомни, а бумажку сжуй» и приклеила его Еве на лоб.
        - И помни, я это делаю из лучших побуждений!
        - Припомню, - Ева переклеила стикер на доску над столом. - Когда меня в Скворцова-Степанова по твоей милости грузить будут.
        - Позвони ей.
        - Позвоню. Завтра к врачу за больничным листом съезжу и позвоню.
        - Врач хоть симпатичный?
        - А какая разница, симпатичный врач или нет?
        - Да такая, - Света прошлась по комнате, осматриваясь. Остановилась у зеркала, машинально поправила прическу. - Ты когда со своим рассталась? Года два назад? А на свиданье когда ходила? Хватит затворничать.
        - Свет, давай один совет за один раз.
        - Ладно, молчу. Ну, хоть кота, что ли, заведи. Все какая-то живая душа рядом.
        - Правильно, - хмыкнула Ева, - не мужика, так хоть кота. Надо же с чего-то начинать копить сорок кошек.
        - Тебе двадцать четыре, а не сорок, - строго напомнила Света.
        - Да, значит, мне нужно заводить по два с половиной кота в год.
        - Страшно представить половину кота… - ухмыльнулась Света и рассмеялась.
        - Ладно, про кота я подумаю. Про целого кота! Говорят, они видят потустороннее, может, хоть чашки пропадать перестанут.
        - Ев, я думаю, они и не начинали. Это нервы. Но кота все равно заведи. Давай еще по чаю, и поеду я. У меня еще свидание вечером, надо подготовиться.
        - Симпатичный? - шутливо вернула вопрос Ева, ставя на плиту чайник.
        - Вот, сегодня и посмотрим, - не без удовольствия ответила Света и поставила на стол чашки.
        Проводив подругу и еще раз клятвенно пообещав позвонить психологу и завести кота, Ева не удержалась от соблазна проверить, стоит ли под окнами злополучный седан. Седан стоял как вкопанный… Девушка прикусила губу и начала вглядываться в темный салон. Да так самозабвенно, что не на шутку испугалась, когда к машине подошел сосед с третьего этажа со всем семейством. От облегчения она рассмеялась и прижалась лбом к холодному стеклу.
        Но через пару секунд Ева ясно осознала, что сосед Серега не курил, потому что жена заставила бросить еще после свадьбы, а его ауди с самого салона не была такой чистой и лоснящейся, как вчерашняя. Номер, конечно, записать не догадалась.
        Утро понедельника начиналось оптимистично: инвентаризация мелких предметов недостач не выявила, яркое зимнее солнце золотило комнату, а на работу нужно было только завтра. Ева не спеша позавтракала перед компьютером, налила себе ароматного кофе и села на край подоконника. Жаль, дома не водилось свежих круассанов…
        Градусник за окном показывал ощутимый морозец, подозрительных машин во дворе не было. Да и не подозрительных тоже мало - соседи разъехались на работу. Редкие утренние прохожие щурились от яркого света, кусты под окнами оккупировали шумные синички. Идиллия. Которую чудесно дополнил глоток кофе. На душе стало спокойнее, улыбка сама мягко коснулась губ.
        Допив кофе, Ева быстро собралась и вышла в коридор. Оделась, нашла в сумке ключи от квартиры и буквально на пороге вспомнила, что злополучный листок с телефоном так и остался над столом. Прокляв собственную безголовость, прямо в сапогах пробежала в комнату и потянулась к доске. Стикера не было. Было только пустое место от него. Припомнив трюк Светы, придержала длинный шарф и быстро наклонилась. Под столом обнаружились одинокие, забытые тапочки.
        - Ну, это уже даже не смешно, - пробормотала Ева и выпрямилась. На столе тоже было пусто.
        С досады слишком громко хлопнула металлической дверью, чертыхнулась, начала закрывать. На шум выглянула соседка баба Шура.
        - А-а, Евочка! А ты уже вернулась?
        - Вернулась, - не очень дружелюбно подтвердила очевидное девушка, проворачивая ключ, и улыбнулась, чтобы сгладить резкой тон.
        Баба Шура принюхалась к прохладному и относительно свежему воздуху, как ищейка:
        - Опять Славка с шестого накурил! Не продохнуть! Я матери-то его скажу!
        - Скажите-скажите, - рассеянно кивнула она, нервно нажимая кнопку лифта.
        До больницы добралась без приключений. Морозный воздух торопил, гололед, от которого не помогали ни реагенты, ни песок, отгоняли лишние мысли и желание смотреть по сторонам. Стоило взять выписку и выйти на крыльцо, как позвонила Наденька.
        - Ева, спасай, а? Типография макеты просит, а у меня почта переполнена, я твое письмо не получила. Еще в пятницу почистить собиралась, а потом закрутилась так…
        Ева улыбнулась:
        - Сейчас приеду. Заодно больничный завезу.
        - Ты мой спаситель!
        Как всегда. Наденька обладала совершенно очаровательной рассеянностью. Ева натянула на нос шарф и побежала на троллейбус. Толпа буквально внесла ее с остановки на переднюю площадку - морозу люди предпочитали давку. Оказавшись в душных тисках чужих тел, она попыталась достать проездной, слыша, как над толпой громоподобно раздается голос кондуктора. Женщина, судя по всему, обладала не только выдающимся голосом, но и не уступающей ему фигурой.
        - Граждане пассажиры, кто зашел - за поручни держимся! Де-ержимся за поручни, машину сильно де-ергает, водитель ничего поделать не мо-ожет! Держитесь за поручни, чтоб никто у меня не улетел, ласточки мои!
        Машину действительно начало дергать, стоило отъехать от остановки. Ева попыталась пробиться к боковому поручню, и в итоге оказалась к нему же и прижатой. Из толпы то и дело раздавались придушенные писки менее удачливых пассажирок и возмущение.
        - Рыбки мои, готовим проездные, я пошла, сейчас будет бесплатный ма-ассаж!
        Море пассажиров взволновалось, кондуктор раздвигала их, как ледокол.
        - Передайте, пожалуйста, - Ева протянула руку с зеленой карточкой билета стоящему перед ней парню. Тот обернулся и на мгновение вместо его лица она увидела изменяющуюся уродливую маску. Словно помехи на изображении. Обмирая, она моргнула.
        Троллейбус снова дернуло, и морок исчез так же быстро, как появился.
        - Нет, это уже не езда, это… - кондуктор многозначительно промолчала.
        Парень бесстрастно взял карточку и передал дальше. Будто ничего не случилось. К горлу подступила тошнота. Дышать стало нечем. Она расстегнула ворот и оттянула шарф. Троллейбус рывками дотянул до остановки, двери распахнулись, впуская свежий воздух и новый поток пассажиров. Забыв о проездном, Ева стала пробиваться к выходу.
        - Так, на этой площадочке я давно не была, давайте, рыбки мои, плотнее, я вхожу! Ма-ассаж! - слышалось из глубины салона.
        Холод обжег лицо и шею, приводя в чувство. Ева закашлялась. Пропахшая табаком остановка и ежащиеся люди. Кто-то громко говорил по телефону, кто-то смеялся, стоя среди друзей. Просто люди. Никаких чудовищ.
        Ева подошла к занятой скамейке и села на самый краешек. Голова тягуче болела. Она прижала ладонь ко лбу, потерла глаза. Внезапно сознание накрыла всепоглощающая усталость, липкая и вязкая, как сироп. И раздражение, навязчивое, как жужжание мухи под потолком.
        «Мерзость… Мерзость одна кругом… Разоделась. Шалава…». Ева оторопело выпрямилась и обернулась. Обычная с виду бабуля сидела за ней и водянистыми глазами без интереса смотрела на молодую блондинку в шубе, увлеченно болтающую по телефону и каблучком постукивающую по снегу. В руке старухи были зажаты семечки, она раскусывала их и сплевывала шелуху вниз. «Мерзость…». Старуха жевала семечки. «Твари… Твари все».
        Безумие какое-то.
        В смятении Ева встала и отошла подальше, чужие эмоции схлынули, но во рту остался кисловато-затхлый привкус чужого разочарования в жизни. На горизонте все яснее замаячила тень душеспасительного учреждения.
        Подъехал троллейбус, люди выходили и входили, торопились. Ева оперлась на стеклянную стенку, от перспективы опять оказаться в салоне, среди лиц и эмоций, стало дурно. Бросило в дрожь. То ли от холода, то ли от нервов. Она затянула шарф, застегнула пуговицы, нащупала в кармане сумки наушники. Лучше пешком. Не важно, реальность это или игра угасающего разума, единственное, что сейчас поможет - держаться от людей подальше. «Я хочу узнать, что ты чувствуешь сейчас», - жизнерадостно раздалось в наушниках, когда она включила плеер. Еву передернуло.
        - Привет, - с облегчением поднялась из-за стола Наденька, как только заметила ее. - Я думала, ты раньше приедешь.
        - Да я проездной потеряла, решила, это повод прогуляться.
        Надя глянула в сторону окна с решеткой-солнышком. Четвертый час. Над городом брезжили легкие, едва ощутимые сумерки. Она зябко поежилась.
        - Не замерзла? Я в такую погоду мелкими перебежками от транспорта до места бегаю.
        - Немного.
        - Давай тогда по чайку? - решила Надя, поднимая с казенного старого стула шаль и заворачиваясь в нее.
        Знакомый теплый запах книжной пыли и старой деревянной мебели после мороза нагонял сонливость.
        - Давай лучше я макеты отправлю в типографию, пока не поздно, а ты чайник согрей, - предложила Ева, разматывая шарф.
        Наденька, источая радость и удовлетворение, убежала в закуток кухни. А Ева быстро открыла свою почту на ее компьютере, переслала вчерашнее письмо с макетами и направилась в отдел специальной литературы. Что бы с ней ни происходило, в книгах можно найти ответ.
        Уже совсем стемнело, когда она вышла из библиотеки. Фонари заливали улицы желтым светом, и все было как в тот самый день. Ева сделала несколько шагов по хрусткому снегу, и совершенно ясно для себя осознала, что на ту остановку больше не пойдет. Только не туда. Метро? Взгляд на часы в телефоне. Понедельник, почти час пик… Воображение живо нарисовало, что она почувствует, запертая в вагоне под землей, в толпе людей. Пожалуй, это испытание пока не для нее. Усталость накатила с простым желанием оказаться дома. И побыстрее.
        Не возвращаясь в библиотеку, Ева дошла до скамейки у ближайшей парадной и поискала в телефоне приложение такси. Отметила точку на карте, подтвердила машину. Сообщение на экране отобразило контактную информацию и время прибытия не более десяти минут.
        Девушка привычно подключила наушники, радиоволна жизнерадостно призывала петь с ней и забыть, что было. Ева усмехнулась такой поддержке. Кажется, ее телефон живет своей жизнью.
        Десяти минут еще не прошло, но в тихий двор уже въехала машина. Однако это было вовсе не такси. Страх парализующими щупальцами оплел тело. Как уверенный в своих силах хищник, черный седан подобрался к ее скамейке и замер в ожидании. Стекло с шорохом опустилось. Бежать было бессмысленно. Кричать, наверное, тоже.
        - Такси заказывала? - голос у убийцы оказался очень приятным. Мягкий, теплый.
        - У меня нет денег на бизнес-класс.
        Мерзлая улыбка, искривившая красиво очерченные губы, красноречиво уведомила, что шутить их обладатель не в настроении.
        Но попытаться же стоило?
        Она обернулась на окна библиотеки. Нет, не успеет. Пули быстрее.
        Обреченно, как на эшафот, Ева встала со скамейки, рассеянно оглянулась, взяла сумочку. Обошла машину и медленно села на пассажирское сиденье. Ее сразу окутало царящим здесь комфортом, запахами дорогой кожи, благородного парфюма. Центральный замок предусмотрительно щелкнул, отсекая путь к свободе. Вторя ему, Ева вздрогнула.
        - Ты убьешь меня, да? - губы почти не слушались, лицо онемело от холода.
        На водителя она не смотрела, не могла. Умолять тоже не будет, сбережет гордость. По крайней мере, постарается… Только пусть все будет быстро. И желательно, без лишней боли… Может, это даже лучше, чем сойти с ума. Девушка внутренне сжалась, готовая услышать свой приговор, уже рисуя в голове сцены, как ее вывозят в зимний лес. Поэтому ответ застал врасплох.
        - Нет.
        Это настолько не вписывалось в картину единения с природой, которую она себе представила, что все-таки повернулась и внимательно посмотрела на своего похитителя. Он любезно повернулся в ответ. Красивый, самоуверенный, выразительные зеленые глаза. Молодой, наверное, чуть старше нее самой. В машине было тепло, и он сидел без верхней одежды, черный джемпер с вырезом под горло, отлично подчеркивал атлетическую фигуру. Почему-то Ева покраснела и отвернулась. Легко забыть, что хладнокровный убийца.
        - Денег у меня тоже нет, взять с меня нечего.
        - Я похож на вымогателя? - почему-то улыбнулся незнакомец и переключил передачу. - Пристегнись. Иначе мы тут до утра просидим.
        - Странно, - нервно усмехнулась Ева, вытягивая ремень безопасности. - Уголовный кодекс тебе не указ, а вот ПДД соблюдаешь?
        Машина мягко тронулась в путь по заснеженным улицам.
        - Не люблю нарушать законы по понедельникам, примета плохая.
        Ева сочла за лучшее промолчать. Просто смотрела в окно, на яркие веселые витрины, новогоднюю иллюминацию, подсветку мостов. Все искрилось, мерцало, мигало, отражалось в снежных сугробах, блестящих машинах, стеклах домов. Потрясающая красота. Маркетологи, не скупясь на средства, создавали новогоднее настроение у потребителей… Город был сказочным. К сожалению, у нее сказка случилась страшная.
        - Уже видела их? - вдруг нарушил он долгое молчание на очередном светофоре.
        - Кого?
        - Пустых.
        - Не понимаю, о чем ты, - девушка так и сидела, бездумно глядя в окно, положив руки на сумочку.
        - Понимаешь, - уверенно возразил убийца и закурил, стеклоподъемник зашуршал. - Если, решила, что сходишь с ума - понимаешь.
        Ева поморщилась и повернулась.
        - Мог бы ты не… - она выразительно посмотрела на сигарету в его пальцах.
        - Это моя машина, - спокойно, со скрытой насмешкой, напомнил мужчина.
        Ева устало вздохнула, расстегнула пальто, в котором уже стало жарко и откинулась на спинку сиденья, закрывая глаза.
        - Полиции я ничего не сказала.
        - Я знаю, - к уверенности мягко примешалась нотка самодовольства. Эмоции будто сигаретный дымок поплыли по салону.
        - И не собираюсь, - на всякий случай уточнила она.
        - И правильно, - рассеянно похвалил незнакомец, пропуская машины на перекрестке, чтобы повернуть. Почти приехали. - Что-то еще странное происходило в последнее время?
        - Смотря, с чем сравнивать, - многозначительно протянула Ева. Чем заслужила быстрый, но странный оценивающий взгляд. Ответ ему явно понравился. Только чем?
        Машина въехала во двор и, попетляв среди домов, остановилась на том самом месте, в проезде напротив ее парадной. Если раньше и были какие-то сомнения, то теперь полностью исчезли. При условии, что и это происходит на самом деле.
        - Спасибо, - обреченно пробормотала Ева, не двигаясь. - Ну, я пойду?
        - Мы не договорили, - разбил ее надежды мужчина и потянулся за теплой одеждой, лежащей на заднем сидении.
        Он вышел из машины и, надевая пальто, внимательно осмотрелся, словно искал что-то. Нашел или нет, по лицу совершенно нельзя было прочитать. Ева захлопнула блестящую дверцу, пошарила в сумке, ключи попались на самом дне, под книгами и перчатками. Выудив их, девушка пошла к парадной, спиной чувствуя, что опасный спутник следует тенью. Чувство неприятное. Зато исключительно ее чувство. Ева ступила на площадку перед дверью, автоматически зажегся свет.
        Вдруг он перехватил ее руку с поднесенной к домофону таблеткой ключа и аккуратно оттеснил от входа. Домофон звонко булькал, сообщая, что дверь открыта. Он потянул ручку, не отпуская рукав Евы, и наклонился вперед, прислушиваясь к звукам подъезда. Или принюхиваясь? В чуть прищуренных глазах причудливо отражался свет, проходивший через ресницы, будто светилась сама радужка. Ева, давно уже, еще с первой встречи, сомневавшаяся в здравом рассудке своего внезапного водителя, просто наблюдала за его действиями, не пытаясь что-либо понять. И кому в этой стране права выдают?!
        Видимо, не найдя ничего опасного, мужчина шире открыл дверь и подтолкнул Еву вперед. Девушка подчинилась, прошла к лифту и машинально нажала кнопку вызова. Откуда-то сверху скрипуче отозвался лифт, начав устало спускаться. Лампочка на потолке, мигавшая уже недели две, замигала вдруг часто-часто и потухла, как мрачный предвестник. Все страхи в одночасье поднялись из глубины. Боже, да что она делает? Прямо сейчас она ведет в свой дом убийцу! Не к месту вспомнился хищный оценивающий взгляд. Ева запаниковала. Лифт гостеприимно распахнулся, освещая площадку.
        - Я не пойду, - она резко развернулась и почти уперлась в своего жуткого сопровождающего.
        Он на секунду опешил, а потом устало улыбнулся.
        - Ева, - он поднял ладонь и осторожно прикоснулся к ее лицу, на котором застыло совершенно загнанное выражение, - не делай глупостей. Не помогут тебе твои книжки, зря тащила. Свихнешься с ними. А я могу помочь.
        Лифт закрылся, все снова утонуло в темноте, кроме прикосновения. Ева закрыла глаза, мечтая просто потерять уже сознание. Но видимо, ее нервная система была устроена как-то не так, как пишут в сентиментальных романах. И она просто стояла с закрытыми глазами, сжимая сумку и ожидая своей участи. В чувства назойливо проникал волнующий запах его парфюма, тепло пальцев, не сдвинувшихся ни на миллиметр, спокойная уверенность, как обещание безопасности. Ничего не происходило, время замедлилось, растворилось в темноте вместе с ними. Понемногу ее дыхание выровнялось, чужие пальцы скользнули по подбородку, чуть приподнимая. И легкое дыхание коснулось губ, теплее, теплее. Но…
        Домофон возмущенно забулькал, шуршание и топот ворвались в парадную с потоком уличного мороза. Ева распахнула глаза. Незнакомец стоял прямо перед ней, как и раньше, едва вырисовываясь силуэтом в темноте. Он не приближался. И кажется, ее снова обманули собственные чувства.
        А чужие все еще отдавались в теле подтачивающим недоверие теплом.
        - Ты смотри! Опять лампочка перегорела! Что за домоуправление! Разорение сплошное! За что я плачу?! - разорялась баба Шура, злобно шурша пакетами. - Ох, я пожалуюсь, ох, покажу им…
        Одышливое дыхание раздалось на лестнице, соседка тяжело преодолевала ступеньки. Незнакомец отпустил Еву и медленно потянулся к кнопке лифта, чуть нависая над ней. Легчайшая насмешка повисла в тишине. Лифт предательски распахнулся, освещая на обозрение бабы Шуры новую главную сплетню недели.
        - Ой! Евочка, здравствуй! А чего ты, с работы уже? Вроде рано, - елейно начала Шура, расплываясь от довольства. - А кто это с тобой?
        - Здравствуйте, Александра Федотовна, - зеркально ответила Ева, заходя в злополучный лифт. Выбора ей не оставили. - А у меня последний день больничного. Завтра на работу. А это мой… друг.
        Ева, конечно, пыталась подобрать что-то вместо «ужас», «страх», «маньяк» и «убийца». Но соседка-то все равно поняла иначе.
        Спутник с милейшей улыбкой придержал двери лифта бабе Шуре, раскрасневшейся и запыхавшейся так, что можно было заподозрить у нее сердечный приступ.
        - Ой, спасибо, молодой человек! - довольно протиснулась в лифт соседка.
        Молодой человек зашел следом и под хмурым взглядом Евы нажал кнопку ее этажа:
        - А Вам какой, Александра Федотовна?
        - А я тоже на пятом живу, - утирая пот со лба, сияла Шура.
        - Какая удача!
        Бабка сняла шапку и обмахивалась ею, пожирая внимательными глазками красивого незнакомца.
        - А Вас как зовут, юноша?
        - Марк, - душевно представился тот, хитро покосившись на Еву. Она скучающе приникла спиной к стенке лифта.
        - Очень приятно! Редкое у Вас имя, красивое. А Евочку нашу давно знаете?
        - Нет, мы недавно познакомились.
        - Угу, - довольно отметила для себя информацию соседка, кивнув. - А вы пешком или на машине?
        - На машине.
        - Угу. Правильно, в наше время без машины никуда. А не Ваша черная там под фонарем напротив?
        - Моя, - мягко признался Марк.
        - Угу… Красивая машина.
        - Спасибо.
        Допрос с пристрастием прервал лифт, остановившийся на нужном этаже. Шура с огромным разочарованием подхватила пакеты и со вздохом вывалилась на площадку.
        - Ну, приятно было познакомиться. Заходите на чай. До свидания.
        - До свидания, - мило попрощалась Ева и вставила ключ в замочную скважину, ожидая, пока соседка скроется в квартире.
        Марк привалился к стене у двери, ожидая, пока она откроет.
        - Я тебя на чай не приглашала.
        - Так пригласи, - улыбнулся он. - Иначе к Шуре пойду. Спорим, она сейчас в глазок смотрит?
        - Чаю все равно не дам, - мстительно пообещала Ева, распахивая дверь перед гостем.
        Как и в случае с парадной, незнакомец повел себя странно. Внимательно и хищно вгляделся в сумрак квартиры, открытой перед ним, и только затем вошел внутрь.
        - Выключатель… - начала было Ева, переступая порог, но свет уже зажегся. - Угу, сам нашел.
        Гость быстро повесил пальто на вешалку, разулся и медленно прошел по коридору. Не сказать, что такая самостоятельность хозяйке нравилась, но возразить ему она не осмелилась, всего лишь недовольно пробормотала, чтобы чувствовал себя, как дома. Услышал он ее слова или нет, но повел себя так, будто услышал. В комнате зажегся свет, Ева застонала, вспомнив, какой оставила утром бардак. Совершенно не собиралась приглашать кого бы то ни было. Наконец сняв сапоги, девушка прошла в комнату.
        Марк, если это было его настоящее имя, стоял возле ее стола, глядя на доску для стикеров. Ева с неудовольствием отметила, что комната стала как будто меньше в размерах в присутствии высокого парня.
        - Любопытно…
        Девушка прошествовала к стулу, схватила с него футболку и короткие шелковые шортики, в которых спала, закинула под подушку и стала заправлять кровать, краем глаза косясь на молчаливого гостя. Тот продолжал бесстрастно изучать веселенькие стикеры, наклеенные вразнобой. И не проявлял ни малейшего интереса к ней.
        - Тебя действительно зовут Марк? - спросила девушка, забираясь с ногами в уголок дивана.
        Брюнет иронично улыбнулся. Ева уже подумала, что не ответит, но он все же отвлекся от созерцания цветных и шутливых бумажек с пометками и повернулся к ней.
        - Удивительно, что тебя это все-таки заинтересовало.
        - Просто меня больше интересует, не причинишь ли ты мне вреда.
        - Для этого нет повода.
        - То есть, ты можешь поклясться, что не навредишь мне?
        Он пожал плечами:
        - Ты не доверяешь мне, так что изменит моя клятва?
        - Справедливо, - признала Ева, не сводя с него взгляд.
        - Но я действительно пришел не за тем, чтобы причинять тебе вред. Я пришел помочь тебе. И меня действительно зовут Марк.
        - И я могу тебе верить?
        Он достал из заднего кармана обложку с документами и протянул ей. Ева подношение приняла и с сомнением открыла. Чернорецкий Марк Константинович. С фотографии холодно смотрел ее гость. На вид документы были настоящими, но что в этом понимает библиотекарь?
        - У меня нет таких проблем, в которых может помочь киллер, Марк, - прохладно оповестила девушка и протянула документы обратно.
        Марк сунул книжицу в карман и протянул руку к доске с записками для слабой памяти. А дальше случилось такое, что Ева приподнялась на месте, силясь поверить, что глаза ее не обманывают. Темная поверхность доски подернулась волнами, наподобие воды, а пальцы Марка прошли сквозь нее, углубляясь, как в омут. Он дернул рукав джемпера вверх и почти по локоть засунул руку в доску. Ева встала уже с места, борясь с желанием потереть глаза или ущипнуть себя побольнее. Марк же выдернул руку из омута, и в пальцах оказалась зажата обтрепанная, выцветшая бумажка с номером и подписью. Кажется, не одна Света умеет показывать эффектные фокусы и находить пропавшие вещи. Марк перевернул листок, демонстрируя ей. На поблекших следах чернил расцвели кружочки плесени.
        - Поверь, у тебя нет и таких проблем, в которых поможет мозгоправ.
        - Как ты это сделал? - Ева протянула руку, и парень отдернул листок подальше от нее.
        - Я бы на твоем месте не трогал это. Плесень из Пустоты уже ничем не выведешь, - он сжал листок в кулаке, а когда разжал, с ладони посыпался тающий прямо в воздухе пепел.
        Ева смотрела на все это обескураженно. Потом развернулась и вернулась на диван. В голове роились мысли, она отчаянно пыталась найти какое-то логическое объяснение происходящему, но находила всего лишь одно. Что она уже заперта где-нибудь в психоневрологическом диспансере, и все происходящее - ее галлюцинации. Или просто сон. Ее муторно затошнило.
        - Ева?
        Она не стала отвечать. С галлюцинациями не разговаривают. Девушка подняла с дивана телефон и тупо уставилась на экран, не зная, чей номер можно набрать. Вечер еще был непоздний. Наверное, стоит позвонить на работу и предупредить, что ей нехорошо, и завтра она не выйдет. Если у нее, конечно, еще есть работа. Глаза обожгли слезы.
        Словно прочитав ее мысли, непрошенный гость приблизился и положил прохладную ладонь ей на лоб. Возмутиться Ева не успела. Марк что-то произнес едва слышно, и ее тело мгновенно прошибло какой-то чистейшей энергией, лишающей возможности шевелиться и свободно мыслить. Разум оказался в плену чужой власти, все страхи растворились, оставляя безмятежное спокойствие. И напряжение, иголочками отдающееся в пальцах. Телефон выпал из ослабевшей руки.
        Однажды, в теплую июльскую ночь она оказалась с маленькой компанией на Ладожском озере. Никто не планировал эту поездку, просто поехали нагулявшись по городу. До последнего не могли решить, куда ехать. Просто из города. И вот пока остальные разводили костер, Ева оставила на зыбком песке туфли и пошла к воде. Белая ночь серовато-жемчужным туманом скрыла все кругом, оставив перед ней недостижимый горизонт и ленивую, цвета расплавленного серебра, воду. В тот миг она ничего больше не видела и не слышала. Только шелест волн о мелкие камешки и песок, только серебряную воду. Безмятежность. И этой безмятежностью снова затопило рассудок, возвращая в ту летнюю ночь, которую она почти позабыла. Но теперь не забудет никогда.
        Разучившись дышать и научившись заново, Ева прерывисто втянула в легкие воздух, и он отпустил ее.
        - Теперь ты готова меня выслушать?
        - Кто ты такой? - она подняла на него влажные светло-карие глаза. В них больше не было того ужаса, который испытывает любой человек, теряя по крупицам свою реальность. В них было чистое потрясение.
        Марк сел на противоположный угол дивана.
        - Я, конечно, хотел бы начать с того, что ты видела в последнее время, так было бы проще объяснить, но к этому мы еще вернемся. Я маг.
        С ее губ сорвался нервный смешок:
        - Как в той передаче?
        - Нет, - снисходительно улыбнулся мужчина. - Настоящий.
        - Все так говорят. Что ж ты тогда в программиста того из пистолета стрелял? Абракадабра не подействовала?
        Ее насмешка повеселила самоуверенного красавца, как плохая шутка:
        - Не подействовала. Амулетик у него был от моей магии. Пришлось так добивать.
        - Так это жесткая конкурентная борьба, или кто-то порчу просил навести, а ты не справился?
        - А ты зубастая. Мне нравится, - прищурился он и вытащил из воздуха сигарету.
        - Это моя квартира, - ядовито напомнила она.
        - Справедливо, - склонил он голову набок. Сигарета растворилась между пальцами.
        - Так, за что парнишку-то пришил, волшебник?
        - Потому что парнишка тот и так не жилец был, его тело Пустой занял, энергию жизни всю почти израсходовал, искал жертву перекинуться. Как те монстры, что ты видела.
        - Ничего я не видела.
        Взгляд с прищуром метнулся к ней.
        - Врешь. Я видел, как ты из троллейбуса рванула. Так бегают, когда смерть по пятам гонится. Не думаю, что от контролера убегала.
        - Может, ты плохо меня знаешь.
        - Сама веришь в это? - опять от него повеяло самоуверенностью.
        Ева фыркнула.
        - Ну, что ты там мог узнать? Родилась-училась-работаю? Ну, адрес, ну состав семьи. В фильмах еще говорят, что привычки узнать можно, если следить за человеком. Так я неделю в больнице провалялась. И поверь, это не входит в мои привычки.
        - Знаю. Ни одного больничного за три года, - покладисто согласился он.
        Ева покачала головой. Ей вдруг стало совершенно все равно, что он там узнал о ней. Ее жизнь была абсолютно обычной, рутинной, скучной. С перерывами на встречи с друзьями и домашними хобби. Ничего интересного. Даже обидно.
        - Зачем ты следил за мной? Боялся, выдам тебя?
        - Нет. Ты единственная видела меня таким, какой я есть, твои показания разнились бы с остальными свидетельскими, и их не приняли бы в расчет из-за удара головой и шока.
        - Тогда зачем?
        Марк помедлил с ответом, подбирая слова. Ева уловила какую-то внутреннюю борьбу. Но она быстрой тенью растворилась в принятом решении.
        - Когда мне поступает задание отследить Пустого, я все делаю быстро, тихо и без лишнего шума. То, что произошло на прошлой неделе - мой первый личный провал. Все шло, как обычно. Мы нашли тело, которое Пустой уже оставил, и я отследил новый сосуд. Обычно они слабо сопротивляются, тем более, таким, как я. Но в этот раз упокоить Пустого не получилось, он ранил моего напарника и сбежал. Я шел по следу, пока он не прыгнул в эту маршрутку. Мне пришлось быстро найти машину и догонять.
        - Да, точно. Машина еще и угнана была.
        Марк отмахнулся:
        - Я выбираю только застрахованные, хозяин в накладе не останется.
        - А поджег зачем?
        - Не мог вернуться кое за какими вещами, оставлять было нельзя.
        Ева скептически подняла бровь.
        - То есть, ты хочешь сказать, что этот программист был живым мертвецом, и ты его поэтому застрелил…
        - Если все рассматривать настолько упрощенно - да.
        - Понятно, - легко согласилась Ева. С безумцами не спорят. - Так, а за мной зачем следил?
        - Сначала я просто хотел встретиться с врачом и узнать твое состояние, потому что случайные жертвы мне были совершенно ни к чему. Но потом я заметил странную активность Пустых возле тебя. Сначала списал все на то, что их привлекает больница, обычное дело. Но все же решил убедиться.
        - И приехал сюда.
        - Да. И поймал возле твоего дома еще трех. К счастью, совсем свежие выходцы из Пустоты, удалось сохранить оболочку.
        - В смысле - людей?
        - Да. Проспятся, придут в норму, если снова Пустого не подцепят.
        - А кто они, эти Пустые?
        Маг уклончиво качнул головой:
        - Читала всякие истории о неупокоенных душах? Вот, они самые. Души, которые не могут найти покой и перейти в другие состояния энергии и другие формы жизни впитывает Пустот, великое Ничто нашего мира. Пустоту невозможно заполнить, и они так и продолжают в ней существовать, ни живые, ни мертвые до конца. Иногда они находят места, где завеса между реальностью и Пустотой истончается, и пробиваются сюда. Но без оболочки они не могут находиться здесь долго, иначе Пустота опять втянет их в себя. Поэтому находят человека послабее, морально уставшего, или самоубийцу, наркомана, алкоголика. И вселяются в него, питаясь жизненной силой, пока не израсходуют. Потому что своей силой не обладают, не производят ее. Убивая одного человека, они переходят на другого. И с каждым разом становятся немного сильнее.
        Марк замолчал, давая ей время на размышления.
        - Понятно, все понятно, - опять покивала Ева. Встала и пошла на кухню.
        Он последовал за ней и остановился в проеме двери, прислоняясь плечом к косяку.
        - Не веришь?
        Ева открыла холодильник и бездумно уставилась на полки. Потом подумала, достала из морозилки замороженные овощи и с полки курицу.
        - Я думаю, ты зря бумажку с номером психолога того самого. Тебе бы пригодился.
        Парень весело рассмеялся. Ева проигнорировала его веселье, начиная готовить ужин. День вымотал ее и морально и физически. Больше всего хотелось закрыть за самоуверенным красавчиком двери, зная, что больше никогда не увидишь, сходить в душ, поужинать за серией-другой какого-нибудь сериала, а завтра уйти на работу, зная, что в жизнь вернулась привычная скука. Она думала об этом, машинально промывая птицу, разрезая ее на куски, наливая на дно кастрюльки оливковое масло… Щелкнула кнопку вытяжки.
        - И даже не хочешь узнать, что я узнал?
        Она пожала плечами:
        - Я думаю, мне не нужна эта информация.
        Девушка закинула в горячее масло курицу и повернулась за пакетом с заморозкой. Овощей не было. Стол был пуст.
        - Это ты?! - раздраженно потребовала ответа Ева.
        - Нет, - усмехнулся фокусник. - Это ты… И если продолжишь в том же духе, скоро весь город отправишь в Пустоту.
        - Безумие какое-то…
        Она тревожно обернулась, поискала глазами пакет. Марк молча смотрел за ее попытками придать происходящему обыденный смысл.
        - Да нет его больше, - сжалился над ней маг.
        - Так теперь всегда будет?
        Ева оперлась поясницей на край кухонной столешницы, потерла лоб тыльной стороной ладони. Почему-то поверила ему. Давно уже чувствовала, что не врет. Но… По коже прошел озноб.
        Отвлекая ее от очередного приступа паники, зашипела, подгорая, курица в кастрюле. Чертыхнувшись, Ева добавила туда воды и полезла за вторым пакетом овощей.
        - Так будет, пока не научишься это контролировать. Рядом с тобой завеса истончается.
        - То есть… Если верить твоей теории… Я не только туда отправляю чашки, но и вытаскиваю этих Пустых?
        - Быстро схватываешь, - похвалил маг.
        Ева мрачно глянула на него. Чувствовала - продолжает втайне веселиться над ней, весь этот разговор и ее реакции забавляли его. Ну ладно…
        - И скольких я вытащила?
        - Я нашел всего двоих возле твоего дома.
        - Тебя не было здесь в воскресенье, - Ева обличающе выставила перед собой деревянную лопатку.
        - Это ревность?
        - Это вопрос.
        - Я был на другом задании. У меня есть и другая работа, кроме как следить за тобой.
        - Значит, следить за мной - тоже работа?
        Маг задумался на мгновение:
        - Я неправильно выразился. Следить за тобой - скорее хобби. В свободное от работы время.
        - И где же работают маги? Школа магии? ФСБ? Фриланс с хрустальным шаром? - она помешала содержимое кастрюльки, посолила. - Так и представляю…
        - У тебя библиотечная профдеформация - слишком богатая фантазия. Я работаю на одну организацию, Комитет. Это объединение магов и людей с разными способностями, наша задача - беречь реальность от Пустоты. И прочих паранормальных угроз.
        - А я кто? Человек со способностями или паранормальная угроза?
        Зеленые глаза снова позволили себе неприлично оценивающий взгляд. Словно головоломку решал.
        - Пока ты угроза.
        - Ты пока тоже, - ворчливо вернула сомнительный комплимент девушка.
        - Ты спросила, и я ответил. Стоит ли обижаться, если ответ не нравится?
        Ева вздохнула:
        - Лучше бы ты в Школе магии работал.
        - А на остановке ты видела нашу процедуру отчисления неуспевающих.
        Девушка поежилась.
        - Не напоминай, пожалуйста. Я еще не до конца уверена, что верю тебе. И вообще не знаю, что большее безумие: видеть то, что я видела, и слышать, что слышала, или верить тебе.
        Маг рассмеялся.
        - Выбор у тебя небольшой.
        К сожалению, он был прав. Она с неудовольствием поморщилась и решила, что лучше говорить на нейтральные темы. Или хотя бы на относительно нейтральные.
        - И что, все маги и эти способные входят в Комитет?
        - Нет, не все. Но действия тех, кто не входит, все равно регулируются Комитетом.
        - Понятно… - в который раз произнесла Ева, чувствуя, что словарный запас у нее совсем не библиотечный сегодня.
        - Но знаешь, про фриланс ты тоже угадала, - он отошел от дверной рамы и доверительно облокотился на край стола. - На машину я заработал гаданием на кофейной гуще… Хочешь, покажу?
        Ева повернулась и выключила плиту. Мужчина, конечно, был неотразимый, но часы над столом показывали почти половину девятого.
        - Тебе домой не пора?
        Ради справедливости, зеленоглазый маг тоже посмотрел на стрелки и совершенно уверенно подтвердил:
        - Нет, не пора. Я сегодня останусь у тебя.
        Ева опешила от такой наглости и усмехнулась. Карие глаза удивленно расширились.
        - Нет, не останешься.
        - Останусь-останусь, - заверил парень. - Не благодари.
        Девушка в полнейшем недоумении смотрела на него. Шутит? Конечно, относительно его самоуверенности у нее сразу сомнений не возникло, но такой поворот был совсем уж за гранью добра и зла.
        - Я и не собиралась благодарить. Ты не останешься. Мне нужно подготовиться к работе, я устала и не расположена к гостям с ночевкой.
        Брюнет эту исповедь выслушал невозмутимо.
        - Отдыхай, готовься.
        - Мммм… Полиция?
        Он покачал головой:
        - Не поможет.
        Ева кивнула - так и думала. Все еще находясь в шоке от происходящего, она достала из навесного шкафчика кофе и турку и поставила перед ним на столешницу.
        - Гадай, сколько душе угодно. Только прибери за собой. А ужин… сам себе наколдуешь.
        И ушла в комнату за полотенцем и домашней одеждой. Вскоре послышался шипящий звук льющейся из душа воды.
        Оставшись в одиночестве, Марк поставил вариться кофе и подошел к круглому обеденному столу в окружении белых стульев. Закатав рукава, маг провел ладонью над кремовой скатертью. Легкое марево задрожало над поверхностью, искажая реальность. Он осторожно протянул к нему руку и коснулся Пустоты. Ледяной холод тысячей острых иголочек пронзил его пальцы, Пустота тянула его к себе, предчувствуя свою законную добычу. Но было слишком рано. Марк сжал пальцы и вытащил в реальность чашку. Зеленовато-серая плесень заполняла ее почти наполовину, край был истерт, сколот, по некогда белому боку протянулись темные трещины. Восстановлению она уже не подлежала. Маг покрутил ее в пальцах и бросил обратно, совсем скоро Пустота совсем источит и сожрет ее. Несколько легких движений, и в воздухе повис странный красноватый символ. Воспользовавшись отсутствием хозяйки, - нет, не скромность ему помешала бы, а лишние вопросы и лишние для нее впечатления, - мужчина прошел в комнату и начертал и там защитный символ. Это запечатает на некоторое время возможность открытия новых путей в Пустоту.
        Знать бы только, что делать потом… И что с Комитетом делать.
        Он вернулся в кухню, налил себе кофе. В кармане зазвонил телефон.
        Стоило поднести его к уху, в трубке раздался требовательный голос напарника.
        - Где ты?
        - Кофе пью, - в подтверждение своих слов он сделал глоток и подошел к окну. Там мелкий колкий снежок заметал машины и прохожих, торопящихся по домам.
        - Допьешь по дороге, координаты я тебе скинул.
        Марк посмотрел в чашку, темный, как сама ночь, напиток источал белесый пар.
        - Сегодня у меня другие планы.
        - Какие могут быть планы? Анатольевич с тебя после прошлого провала шкуру спустит.
        - Личные планы, личные.
        - Доиграешься, Чернорецкий, - безжалостно напророчил голос. В трубке слышался шум КАДа и модное мяуканье радио.
        - У меня козырь в рукаве, - улыбнулся чашке Марк. - Так и передай ему.
        - Сам передашь.
        - Завтра.
        - Как знаешь. Я предупредил.
        Он сбросил соединение и посмотрел координаты. В двадцати километрах от города. Следом пришли фотографии от более расторопных коллег - два тела на свежем снегу, припорошенные снегом. Без видимых повреждений.
        Почему сразу двое? Пустые начинают объединяться? Интересно…
        - Ну, что нагадал? - спросила Ева, возвращаясь в кухню.
        Достала тарелку, положила немного курицы с овощами и села за стол. С влажных темных волос стекала вода на полотенце, накинутое на плечи.
        - Дорогу дальнюю, дом казенный, - ответил маг, глядя в телефон. Затем сунул его в карман и повернулся. Чашка была почти полна.
        - Так может, прямо сейчас поедешь?
        Маг изобразил на лице одну из самых очаровательных улыбок.
        Ева спокойно наблюдала за этим, пережевывая ужин.
        - Значит, нет?
        - Ты очень сообразительная, когда не нервничаешь и не боишься.
        Девушка хмыкнула, не удосужившись ответить на сомнительный комплимент. Потом поколебалась и отложила вилку.
        - Скажи, маги на самом деле бывают темными и светлыми, или это тоже книжный вымысел?
        - Бывают, - кивнул Марк.
        - И что-то мне подсказывает, что ты - темный, - с какой-то потаенной уверенностью предположила Ева.
        - Очень сообразительная, - с лукавыми смешинками в глазах повторил маг, поднося к губам чашку.
        Трель будильника вернула в реальность, где есть работа и бесконечный недосып. Ева мучительно застонала и потянулась к телефону, чтобы отключить противный звук. Семь… Поразмыслив, что дороже - еще пять минуточек или кофе и завтрак, пошла на сделку с совестью. И упала лицом в подушку. Поесть можно и на работе. А если подумать, то и накраситься тоже.
        - Ну и сны! Так вообще можно не проснуться.
        Полежав без движения пару минут, все-таки нашла в себе силы подняться. Неприятный осадок, который оставил после себя затянувшийся кошмар, не способствовал желанию нежиться дольше. Одернув шорты, девушка взъерошила руками волосы, потерла глаза и побрела на кухню ставить кофе. Как раз приготовится, пока она умывается.
        Не включая свет, вошла в кухню и от неожиданности вскрикнула: ее ночной кошмар сидел на стуле, опершись спиной на стену и закинув ноги на второй стул. И с совершенно нескрываемым интересом смотрел на ее ноги и коротенькую футболку. Ева скрестила на груди руки, прикрывая все стратегически важное.
        - Ты все еще здесь?
        Марк посмотрел на свои часы. Выглядел он совершенно не похожим на человека всю ночь просидевшего на стульях, наоборот, казался вполне отдохнувшим и собранным.
        - Одевайся, подброшу тебя на работу.
        - Как мило.
        Кофе отменялся. Раздосадованная девушка проскользнула в ванную, быстро умылась и почистила зубы, потом вернулась в комнату одеваться и причесываться. Зато время для макияжа появилось.
        Второе явление Евы на кухню было более презентабельным. Белая блузка и черная юбка-карандаш с завышенной талией подчеркивали точеную фигурку, делали длинные ноги еще длиннее. Вкупе с мягкими каштановыми локонами, лежащими на хрупких плечах, и миленьким накрашенным личиком эффект был потрясающий. Конечно, немного слишком для послебольничного возвращения на работу, но почему-то уступать до противного лощеному парню не хотелось. Тем более, она уже прекрасно знала, что ее ожидает новый оценивающий взгляд. Господин Чернорецкий не упустит шанса очередной раз попытаться смутить ее. Поэтому постараться было делом чести.
        - Будь во времена моей учебы такие библиотекари, я бы больше увлекался литературой.
        Ева снисходительно улыбнулась, наливая себе воды из фильтра, но признание ей польстило. Заслуженное, что и говорить. А самым приятным было то, что, насколько бы ироничный тон не придавал маг своему голосу, говорил он искренне. Ева снова улавливала это странное ощущение, как будто кожи и сознания касались отголоски чужого настроения. Не к месту вспомнилась неприятная старуха на остановке. Ева подавила безотчетное желание поморщиться.
        - Едем? - она отставила недопитый стакан воды на стол и вышла в коридор.
        Застегивая пальто, Ева чувствовала, как за спиной неторопливо одевается Марк. Какой все-таки тесной стала квартира с появлением в ней этого высокого парня. Потянувшись за сумкой, оставленной у зеркала, она непроизвольно посмотрела на свое отражение, а потом встретилась глазами с магом. И почему-то смутилась, поспешила выйти на лестничную клетку и вызвать лифт. Скорбно скрипнув где-то сверху, кабина остановилась на каком-то из этажей, не торопясь спускаться. Ева выдохнула. Руки дрожали. Что-то в зеленых глазах усиливало витающее напряжение. И дело не столько в его внешности, красивых мужчин вокруг достаточно. Дело в том, как вел себя, прекрасно о ней зная.
        Ева нервно нажала на кнопку еще пару раз.
        - Думаешь, так он быстрее приедет? - теплый шероховатый голос, раздавшийся над ухом, мурашками отозвался под тканью одежды.
        - Нет, но очень хочется.
        - Чего хочется? - почти невинно уточнил мерзавец.
        Где же лифт?
        - Мне не нравятся такие игры, - ровно, но уверенно сказала Ева.
        - А какие нравятся?
        На удачу, наконец, подъехал лифт, распахнул тесное нутро, являя им молоденькую пару с девятого этажа. Наверное, Ева никогда так искренне не улыбалась соседям, здороваясь и заходя внутрь.
        - Так, какие нравятся? - повторил вопрос Марк. Надежды, что при посторонних он не будет ее провоцировать, рухнули.
        - Настольные, - невозмутимо ответила девушка. - Раньше с друзьями почти каждую субботу встречались сыграть во что-нибудь.
        Марк едва слышно рассмеялся, скользнув по ней взглядом.
        - Настольные, говоришь? А у нас много общего.
        Слишком поздно осознав, что испорченный насмешник сейчас представил далеко не карточки и фишки, Ева готова была провалиться сквозь землю. По рассудку резонирующей волной прокатились мысли присутствующих, рассеиваясь в хищном и веселом интересе мага. Какие игры нравятся ему, можно даже не спрашивать…
        Девушка обессиленно прикрыла глаза, перебарывая свое раздражение и стыд и радуясь, что под тональным кремом хотя бы не видно, как она покраснела. Отчаянно хотелось спрятать лицо под ладонями, но такого провала она себе уже не простит. Боже, да когда это уже закончится?
        Посчитав, что лучшая стратегия от провокаций - игнорирование, Ева больше не сказала ни слова, только мило улыбалась, пока они не вышли из парадной. Мстительная мелочная надежда, что сейчас свежевыпавший снежок заставит нахала трудотерапией поплатится за язык без костей, умерла прямо на скользком крыльце. Среди запорошенных машин блестящей чернотой выделялась печально знакомая. Вокруг снега почти по колено, а на лаковой поверхности - ни снежинки.
        Марк перемену настроения девушки заметил сразу. И когда подошли к машине, галантно распахнул перед ней пассажирскую дверь, приминая рассыпчатый сугроб. Ева по-детски обиженно плюхнулась в зябкий салон. Усевшись в водительское кресло, маг тихонько рассмеялся:
        - Иногда проще закрепить одно заклинание, чем всю зиму махать лопатой.
        Ева хотела было что-то ответить, но посмотрела на него и промолчала. Опять к чему-нибудь привяжется. Тяжело вздохнула, слушая негромкое мерное рычание двигателя. Салон медленно прогревался, подогрев сидений уговаривал расслабиться. Но Еве это не помогало.
        - А можно закрепить какое-то заклинание, чтобы мои вещи не пропадали в вашей Пустоте?
        Он потянулся в ее сторону, Ева на всякий случай вжалась в спинку кресла, но маг всего лишь открыл бардачок. Среди бумаг и мелких вещей угрожающе мелькнул пистолет. Маг поискал что-то, порылся глубже и достал металлический тонкий браслет с защелкой. Протянул ей.
        - Это блокирует разные магические способности. На какое-то время должно помочь.
        - На какое? - девушка осторожно, двумя пальчиками взяла подношение и покрутила.
        - Не знаю. Зависит от твоих способностей. Их нужно подзаряжать время от времени, этот лежит уже месяца два в машине.
        - И поможет?
        - От нарушителей помогает.
        Ева скептически хмыкнула и защелкнула на запястье тонкий металл. На поверхности была какая-то гравировка с рунами и символами, вполне можно принять за украшение.
        Марк посмотрел на свои часы:
        - Позавтракаем?
        - Нет, спасибо.
        - Зря отказываешься.
        Она тоскливо посмотрела на мужчину, к которому за столь короткое время начала испытывать столько противоречивых чувств:
        - Отвези меня, пожалуйста, на работу и исчезни.
        Марк помолчал, внимательно глядя на нее, как будто пытался прочитать мысли. Самоуверенность никуда не делась, салон дорогой машины делал ее заметнее и ярче.
        - Зря отказываешься, - повторил он с усмешкой и пристегнулся. И почему-то мелькнуло сомнение, что он имеет в виду совсем не завтрак.
        Ева отвернулась к окну. Машина сдвинулась с места и плавно устремилась к утренним пробкам. Марк привычным жестом включил радио, негромко, просто для фона, и о чем-то задумался, закурив. Музыка и дым заполнили тишину, не мешая спокойному течению мыслей.
        Ева наконец смогла немного успокоиться и украдкой посмотрела на мага, прислушиваясь к себе. Что-то в нем притягивало и отталкивало одновременно. Несмотря на его нахальные манеры и склонность к не самым невинным играм, ему хотелось доверять, он не лгал в желании помочь. Но вот какой-то потаенный инстинкт, о существовании которого Ева и не догадывалась раньше, не давал забыть, что маг не так прост и опасен. Он не лгал, но и всей правды от него ждать было бессмысленно. Откуда она знала это? Просто знала. Даже не принимая в расчет его паранормальные способности, он был мужчиной. И себе на уме. Считала ли она его хладнокровным убийцей из кошмара наяву до сих пор? Нет…
        Заставляя себя вспоминать во всех подробностях события рокового вечера, прогоняя их снова и снова, девушка вдруг с удивлением осознала, что не испытывает больше ничего к тому, что произошло. Ни страха, ни жалости. Как будто фильм посмотрела. Причем, малобюджетный, и спецэффекты не впечатлили. Значит ли это, что она поверила в историю о Пустых и порталах в великое Ничто?
        - А ты, я смотрю, можешь убедить кого угодно в чем угодно? - пробормотала Ева, глядя на свою руку с браслетом.
        - Думаю, нет, но, если чего-то хочешь и не решаешься, только скажи, могу попробовать.
        Ева качнула головой:
        - Ты всегда такой бесстыжий?
        - А ты всегда все так двусмысленно понимаешь? - не без удовольствия все перевернул с ног на голову маг. - Я всегда считал, что библиотекари - приличные и воспитанные люди… Никогда так не ошибался.
        Девушка даже опешила от настолько необоснованных обвинений. А потом неверяще рассмеялась.
        - Я двусмысленно понимаю? Потрясающе! Ты неподражаем!
        - Да, - легко согласился он. Вероятно, со всем сразу.
        Пожалуй, она слишком серьезно ко всему относится.
        - Я имела в виду, - терпеливо пояснила Ева, - что мне интересно, что ты со мной сделал, чтобы я тебе поверила.
        Маг на секунду отвлекся от дороги и посмотрел в ее глаза:
        - Ничего. Я просто заблокировал твою панику и навязчивое состояние. А почему ты поверила, спрашивай себя. Кстати, ты говорила, что еще слышала что-то?
        Ева пожала плечами:
        - Наверное, просто перенервничала.
        - И тем не менее?
        Девушка улыбнулась самым уголком губ: когда он говорит серьезно, его речь становится едва заметно быстрее и резче.
        - Я вышла на остановку, и могу поклясться, что слышала мысли старухи, которая там сидела. Правда, это было больше похоже на анекдоты про бабушек на лавочке у подъезда.
        - Интересно, - прищурился маг. - А о чем думаю я, слышала?
        - Нет. Но там наверняка не было ничего приличного.
        - Ты всегда такая бесстыжая? - вернул он вопрос с притворным возмущением. - В моих мыслях не было ничего неприличного!
        - Темный маг со светлыми мыслями?
        - Именно! Наконец-то мы начинаем понимать друг друга. Если бы еще не твои двусмысленности…
        Ева устало прижала пальцами переносицу. К счастью, они уже сворачивали к библиотеке. Едва дождавшись, когда машина остановится, Ева отстегнула ремень безопасности и быстро разблокировала дверь, потянулась к ручке. Марк перехватил ее запястье, удерживая рядом. Рука у него была сухая, теплая и сильная. Девушка раздраженно обернулась и попробовала высвободиться. Не получилось. Больно он не делал, просто держал. Будет дергаться - сама себе навредит.
        - Телефон, - мягко сказал Марк, словно напоминая.
        - Хочешь сказать, не узнал мой номер?
        - Хочу сказать, что ты мой номер не узнала.
        - Диктуй, я запомню, - мило улыбнулась Ева.
        Улыбка к ней вернулась такая же, а зеленые глаза заледенели.
        - Ты ведь понимаешь, что браслет не будет подавлять твои удивительные способности вечно. И что ты в следующий раз отправишь в Пустоту? Чашку или человека?
        Аргумент был железный. Ева достала смартфон и передала вымогателю. Тот перехватил его поудобнее левой рукой, не отпуская строптивую девицу, на экране мелькнула блокировка. Маг не глядя смахнул требование пароля пальцем и ввел в память свой номер. Еще и набрал.
        - Хочу удостовериться, - пояснил он и протянул вещицу обратно, доверительно к ней наклоняясь. Чувственные нотки снова просочились в голос. - Звони. Если браслет разрядится, или если позавтракать со мной захочешь.
        - Не надейся, - Ева попыталась выхватить телефон, и маг резко отдернул руку, засмеявшись. - Тебе что, пятнадцать?
        - Было когда-то. Не смог удержаться. Твоя реакция просто сводит с ума.
        С этими словами снова протянул ей телефон и отпустил ее запястье. Ева ухватила свою собственность, и в этот раз маг даже не пытался шутить. Только улыбался, глядя, как она выходит из машины.
        Причина такой покладистости обнаружилась сразу. Возле дверей стояла Наденька с интересом глядя на дорогую машину. День обещал быть насыщенным…
        Марк припарковался возле серого особняка с лепниной, почти неприметного в череде многих. Темная табличка возле входа обещала какое-то совершенно неинтересное никому федеральное управление. Маг буднично зашел в стеклянные двери, бережно удерживая в руке стаканчик горячего кофе. По прорезиненным черным коврам прошел по светлому коридору к стойке проходной.
        Дежурный, старик с неприятными цепкими глазами, одетый в черную форму охранного агентства, поднялся со стула:
        - Чернорецкий! Тебя еще не уволили?
        - Я, в отличие от тебя, ценный сотрудник, - ответил на любезность Марк, проходя мимо стойки к лестнице с турникетами.
        - А вот не пущу. Пропуск доставай.
        Темный маг лениво развернулся:
        - Серьезно?
        - Серьезно-серьезно. Вчера тебя не было. Без пропуска не пущу, мракобесие. Может, уволили тебя все-таки!
        - Я смотрю, ты, Семен, совсем страх потерял.
        - Я работу свою выполняю. Можешь жаловаться, сколько угодно. Мне тоже будет, что сказать!
        От входа послышался звук закрывающейся двери.
        - Опять воюете?
        К стойке подошел Артем, светлый маг, с которым Марк работал в паре последние три года. Он зябко ежился, даже в тепле холла не доставал руки из карманов куртки, под глазами залегли тени. Явно задержался на вчерашнем вызове и спал часа три от силы. Если спал.
        - Я не воюю, я работаю! - огрызнулся старик. - Пропуска!
        Противостояние темного мага и дежурного длилось уже лет шесть, с тех самых пор, как Марк пришел в Комитет и получил пропуск. Камнем преткновения была сама фамилия, создававшая определенную репутацию. Не спасало даже то, что его мать, светлая колдунья, возглавляла один из отделов Комитета. Род Чернорецких был слишком знаменит в своих кругах и издавна славился нарушением законов, использованием запрещенной магии, сомнительными магическими экспериментами, несколькими заговорами против Комитета. И что хуже всего, последним подобно отличившимся Чернорецким был отец Марка, Константин. Один из сильнейших магов своего времени ввязался в опасные опыты с Пустотой, за что и был убит при задержании Комитетом. Поэтому у коллег молодой маг вызывал чувства крайне противоречивые.
        Вот Семен, слабенький светлый посвященный, привратник, как его иначе называли, видел в Марке копию Константина и каждый день ждал, когда же парень оступится и пойдет по стопам своего рода.
        Артем отмахнулся от грозного привратника и стянул с головы шапку, рукой пытаясь пригладить растрепанные каштановые волосы:
        - Семен, не бузи. Я тебе лично приказ об увольнении Чернорецкого скопирую, когда это произойдет. Марк, идем, нас в морге ждут.
        - В морге? - темный маг неотрывно и саркастично смотрел на дежурного. - В морге точно дождутся, спешить некуда.
        - Идем-идем, - поторопил Артем, поднимаясь к турникетам. - Семен, открывай.
        Пробормотав неразборчивое ругательство, старик все-таки открыл турникет перед магами.
        - Это что у тебя, кофе? - спросил Артем, когда они подошли к лифту.
        Марк посмотрел на стаканчик в руке и протянул напарнику:
        - Забирай. Тебе нужнее. А я уже на семьдесят процентов состою из кофе.
        Светлый забрал подношение, пока коллега не передумал.
        - Спасибо, выручил! - бросив крышку в урну рядом с лифтом, маг жадно глотнул горячего кофе. Лифт как раз подъехал.
        - На здоровье, - прохладно отозвался Чернорецкий, приваливаясь спиной к зеркальной стенке. - Что там вчера было?
        - Все следы запорошило, еле нашли, вели от трассы и обратно на трассу. Никто ничего не видел, не слышал. След от машины тоже не удалось снять, там движение оживленное, а тела, судя по всему, двое суток пролежали. Одна надежда - на судмедэксперта. Может, получится слепок Пустых сделать, на месте не получилось.
        Марк кивнул. Так Комитет и работает. Обычная процедура при обнаружении деятельности или появления Пустых - снять магические следы. Желательно сразу со всего, чтобы легче было искать неупокоенного выходца. Ведь каждая такая душа уникальна. Больна, уродлива, и каждая - по-своему. И она оставляет совершенно уникальный оттиск во всем, чего касается.
        Каждый раз, когда аналитики фиксируют новый случай, на место выезжают оперативные специалисты и назначенные Комитетом Ищейки, такие как Марк и Артем. Оперативники фиксируют и записывают каждую мелочь, следы, оставленные Пустым по ошибке. По возможности делают слепки души на чувствительные кристаллы, которые подшивают к делу и используют при поиске. Ищейки же, наиболее сильные маги, приезжают на место, чтобы увидеть картину в целом и прочувствовать собственными Силами Пустого, которого нужно выследить.
        Когда материалы собраны и заново проанализированы, начинается основная работа Ищеек - выследить и уничтожить. А если не получится уничтожить - отправить обратно в Пустоту, убив физическую оболочку. Как в том случае, когда пришлось устроить эффектную погоню за сбежавшим Пустым.
        Лифт мелодично огласил остановку на этаже. Минус первый. Артем, державший уже опустевший картонный стакан, вышел и бросил его в урну:
        - Получу материалы и поеду спать. Начинай без меня.
        - Сон переоценивают, - хмыкнул темный маг.
        - Я бы тоже так говорил, если бы выспался. Где ты там пропадаешь всю неделю?
        - Ты ведь Ищейка, странно, что за неделю сам не узнал.
        Артем поморщился:
        - Я что, еще и за тобой следить должен? Даже у меня есть дела поинтереснее.
        Из стальных створок морга вышел солидный высокий мужчина в возрасте. Строго посмотрел на приближающихся магов.
        - Что за вид, Артем? Хоть причесался бы. Вот, смотри на Чернорецкого. Умыт, побрит, на человека похож. Вы же лицо Комитета!
        Светлый хмуро посмотрел на напарника:
        - Я домой даже после вызова не заезжал. В машине на парковке спал!
        - Спасибо, Станислав Анатольевич, - белозубо улыбнулся темный.
        - А ты не благодари, не благодари! - напустился начальник теперь на Марка. - Где вчера был?
        - Бабушка заболела.
        - Агата?
        - Она самая.
        - Бедная старуха! Уже лет десять в могиле, а до сих пор болеет.
        - В семейном склепе сквозит.
        - Премии лишу, - пообещал начальник и строго кивнул головой на помещение морга.
        - Умытый-побритый, - язвительно пробормотал себе под нос Артем.
        Продолжая улыбаться, Чернорецкий зашел в холодную комнату. Потеря премия однозначно стоила его вчерашнего отсутствия. Да и зная Станислава… Как лишил, так и премирует. Второй раз за месяц лишает. Артем шагнул следом в царство кафеля, неуютно поежился, пытаясь унять озноб от недосыпа. Станислав с шумом захлопнул дверь.
        На столах лежали два обнаженных тела. Уже вскрытых и даже зашитых. Немолодой маг-патологоанатом сидел на стуле у стола с компьютером и кипой папок, курил и заполнял что-то в журнале.
        - Андрей, ну-ка отвлекись, - позвал Станислав.
        Медик поднялся, одернул мятый халат, подошел к столам и протянул вошедшим руку. Артем стушевался, но ответил на рукопожатие.
        - Руки мыл? - подозрительно уточнил Марк, глядя на прозектора.
        - А ты? - вернул шутку Андрей. - Знаю я вас, темных магов.
        - Вот и узнаем сейчас.
        Марк довольно протянул ему ладонь.
        - Э, нет, - погрозил тот пальцем.
        - Что узнал?
        Марк подошел к ближайшему столу и наклонился над лицом трупа, рассматривая.
        - Пустые, - просто и емко ответил медик, выпуская облачко дыма. - Я сделал для вас слепки. Еле вытянул, если честно.
        Патологоанатом подошел к столу и поднял с него два зип-пакета, в каждом было по два кристалла на цепочках. Он протянул один Артему, второй - Марку.
        Чернорецкий сухо поблагодарил, не глядя засунув пакет в карман пальто. Все его внимание было приковано к двум телам на столах. Артем задавал какие-то вопросы, Андрей и Станислав отвечали.
        - Отчеты подготовил? - Марк выпрямился.
        - Да, - медик гордо взял со стола папку и подал темному.
        - Что-то заметил? - Станислав, старая и закаленная Ищейка, не утратил профессиональный нюх.
        - Нет, - равнодушно качнул головой Марк, раскрывая папку. - Поэтому хочу посмотреть, что нарыл наш специалист по богатому внутреннему миру.
        Начальник не без разочарования вернулся к прерванному разговору.
        Чернорецкий полистал отчет. Да, кое-чего светлые маги не замечали…
        - Аналитики еще работают?
        - Обещали к полудню закончить.
        - Пусть занесут отчеты в мой кабинет, - попросил Марк.
        - А я? - моргнул Артем.
        - А ты же спать собирался?
        - Какое спать? - опешил Станислав. - Какое спать? Работы по самое… оно самое! Тут сразу двое Пустых, никогда такого не было. Все, забыли про сон, пока не поймаем и не упокоим!
        Артем посмотрел на напарника как на врага. Не мог помолчать?
        - Ну, не знаю, премия-то мне все равно не светит.
        - Двойную выпишу, если поймаете, - в сердцах ляпнул Анатольевич.
        - Другой разговор, - улыбнулся Марк, закрывая папку.
        - Работайте, - махнул на них рукой Станислав, будто благословил, и ушел. Вероятно, в свой кабинет.
        Артем удивленно посмотрел на закрывающуюся дверь.
        - Поражаюсь я твоей наглости, Чернорецкий.
        - Это не наглость, это фамильная предприимчивость.
        Патологоанатом с удовольствием затянулся новой сигареткой и протянул открытую пачку Марку.
        - Я бы на твоем месте пореже про семейные черты говорил. Не так поймут.
        Марк выудил одну сигарету и затянулся, табак затлел сам собой.
        - А мне нечего стыдиться. И скрывать тоже нечего.
        - Ну как знаешь. Твой отец такой же был, отсюда все печали, - развел руками медик и вернулся к работе. - А ну-ка, открой мне отчетик, пробежимся по списку, пока трупы свеженькие. Чего я там написал? Смерть наступила в результате полного энергетического истощения…
        Несколько часов спустя, пообедав и забрав все материалы по новому делу, Марк наконец попал в свой кабинет. И сразу же раздался звонок на рабочий телефон. Маг скинул пальто на рожок вешалки и поднял трубку.
        - Зайди ко мне, - простая просьба, напоминающая приказ и короткие гудки. Мать была как всегда лаконична.
        Марк бросил на свой стол бумаги, полученные от прозектора и аналитиков, и пошел на семейную встречу. За окном темнело.
        - Извини, я без цветов, - хмыкнул парень, закрывая за собой дверь.
        Темноволосая моложавая женщина в плотном фиолетовом платье с набивным рисунком и в аметистовых украшениях предупреждающе подняла тонкую руку. Она говорила по телефону, и судя по ее долгому молчанию и суровому взгляду, разговор был не из приятных. Марк прошел в кабинет, взял один из стульев и сел перед ее столом. От скуки потянулся к бумагам на ее столе, и женщина ловко шлепнула его пальцами по ладони. Маг пожал плечами и красноречиво посмотрел на часы. Рабочий день близился к концу. Мать с тяжелым вздохом закончила разговор, явно не досказав все, что собиралась. Положив трубку, она прикрыла глаза, отвлекаясь, и откинулась на спинку кожаного кресла.
        - Где ты был опять? Бабка Агата третий раз в гробу за неделю переворачивается! Девушку завел?
        - Может, и завел.
        - Значит, нет, - Камилла выпрямилась и придвинулась к столу. - И что-то мне подсказывает, что лучше бы это была девушка. Станислав мне звонил, говорит, уволит к чертовой матери.
        - Не уволит. У нас два Пустых на пару гуляют по городу.
        - Пустые объединяются? - она, наверное, первая, кто не выказал удивления. Скорее интерес слышался в ее голосе. - Не думала, что это возможно.
        Чернорецкий подозрительно склонил голову:
        - Все говорят, что такое впервые. А ты не выглядишь удивленной.
        Светлая колдунья уклончиво повела головой:
        - Твой отец говорил, что теоретически такое возможно. Я тогда похожее дело вела, правда, эта идея не подтвердилась. Но все бывает впервые.
        - И что может заставить Пустых объединиться?
        Камилла задумалась, стоит ли старое поминать. Но с другой стороны, от наследия Чернорецких все равно не скрыться. И замалчивать что-то бессмысленно. Побарабанив наманикюренными пальчиками по лакированной поверхности, она решилась.
        - Ходила раньше среди темных магов байка, что Пустыми можно управлять, а стабилизировав разрыв завесы в Пустоту - обрести неограниченный источник магической Силы. Радикалы…
        Марк скептически воспринял эту информацию.
        - Невозможно.
        - Как знать. В Пустоте тоже полно магов, которые хотели бы вернуться…
        - А здесь тех, которые не хотят там оказаться, - продолжил за нее сын.
        Камилла невесело кивнула. Длинные темно-фиолетовые серьги качнулись в такт.
        Вдруг в кармане Марка зазвонит телефон. Парень вытащил его и саркастично хмыкнув, посмотрев на высветившееся имя. Мать изогнула бровь, но теперь ей пришлось подождать.
        - Ты, кажется, говорила, что не собираешься мне звонить, и я не поверил. Но ты превзошла все мои ожидания! Сколько прошло, часа четыре?
        - Я… - голос на том конце провода дрогнул, обещая сорваться. - Я не собиралась. Но кое-что произошло… И я не знаю, кому еще позвонить.
        - И что же случилось, что ты передумала? - ядовито-сладко улыбнулся маг. Мать непримиримо руки на груди скрестила, неодобрительно глядя на сына.
        Ева выдохнула.
        - Кажется, я в вашу Пустоту человека отправила.
        - Невозможно.
        В трубке послышался всхлип.
        - Он шел за мной, стал догонять… А я испугалась. Я повернулась, а там никого! И следы на снегу…
        Марк неосознанно встал со стула. Это было уже не смешно. Девчонка только утром получила браслет, и если то, что она говорит, правда, у них всех могут быть крупные неприятности.
        - Где ты? Я сейчас приеду.
        - Возле дома, в парке…
        - Не уходи оттуда никуда. Я сейчас буду.
        Он отключил соединение и посмотрел на мать.
        - Дай десяток своих блокирующих браслетов для нарушителей.
        Камилла даже замерла от удивления:
        - Куда тебе столько?
        - Бабка четвертый раз перевернулась, - мрачно ответил темный.
        Мать хмыкнула и неохотно достала из ящика стола коробку с браслетами. Заглянув, пододвинула ему.
        - Надеюсь, ты не собираешься банду магов-нелегалов ловить?
        - Не дождетесь. Нелегалы - забота твоего отдела, я работаю с нежитью.
        Глядя, как сын уходит с коробкой браслетов подмышкой, Камилла сумрачно пробормотала:
        - Н-да, лучше бы девушку завел…
        Марк подъехал к парку, расположенному неподалеку от дома Евы. Видимо, домой поехала на метро и от станции шла через парк. И далеко не ушла. Легкое заклинание поиска даже не нужно было произносить, он ведь Ищейка. Где-то на грани сознания всплыл уникальный отпечаток ее души и, как путеводная, видимая одному ему нить, потянул вглубь парка по запорошенной дорожке. В свете фонарей деревья отбрасывали длинные черные тени на искрящийся снег. Марк быстро шел через сети широких тропинок, даже не глядя по сторонам.
        Ева сидела на крашеной белой скамье, бездумно уставившись в телефон перед собой. Экран был темным.
        Маг остановился возле нее, загораживая свет от фонаря. Девушка подняла на него глаза. Страха в них не было, и это уже обнадеживало.
        - Привет…
        - Здравствуй, Ева. Опиши мне, что случилось?
        Она покусала губу, собираясь с мыслями.
        - Я шла через парк к жилому кварталу и заметила, что за мной идет какой-то парень, - говорила она напряженно, но без паники, машинально посмотрела вправо, где все и случилось. - Я попыталась идти быстрее, и он ускорил шаг. Он догонял меня, и я развернулась, выставила руку. И… Я увидела только неясную тень, он будто растворился. Или пропал…
        Марк присел на корточки:
        - Покажи браслет.
        Ева покладисто протянула ему руку с тонким металлическим ободком. Маг прикоснулся к браслету, глаза вновь осветились блеклым зеленоватым светом, как когда он смотрел в пустую парадную. Чуткие теплые пальцы прошлись по выгравированным рунам, задевая кожу, и Ева ощутила покалывающие иголочки мурашек, волнующе пробежавших по телу. Но руны интересовали мага гораздо больше, чем новый повод подшутить над ней. Девушка не двигалась, с каким-то отстраненным интересом наблюдала за ним, все происходящее воспринималось как должное. Многое бы она дала сейчас, чтобы узнать, что именно он видит в этих фигурных впадинах на металле. И когда она успела привыкнуть к этому? Или смирилась? Или это просто усталость от стресса?
        - Что ты делаешь? - тихо спросила она, по выражению лица мага совершенно невозможно было ничего прочитать, он оставался сосредоточенным и серьезным. Странно видеть его таким.
        - Браслет разряжен, - Марк поднялся на ноги и отпустил ее руку. - Где именно это случилось?
        - У следующей скамейки, - она указала на другую лавочку рукой. - Я просто не смогла оставаться там.
        - Сиди здесь.
        Чернорецкий оставил девушку и пошел в указанном направлении. Он и так знал, что найдет там, на расстоянии чувствовал запах Пустоты, совершенно ни на что не похожим холодом, вплетающийся в морозный свежий воздух. Примерно так пахнут давно опустевшие заброшенные дома, где нет ничего, кроме холода и затхлой сырости. Маг видел нетвердые следы сапожек Евы, и резко исчезающие глубокие следы мужских ботинок. Темный присел над примятым снегом и опустил пальцы в фигурный протектор. Подушечки закололо от холода и следа чужой магии. Марк левой рукой достал из кармана сигарету и прижал губами. Дурная привычка заставляла сосредоточиться и войти совершенно в иное состояние. Мир приобрел новые краски - каждый предмет излучал свет, оставлял свой уникальный оттенок в общем пространстве. И кое-что было знакомым. Не веря ощущениям, он вытащил из пальто пакет с кристаллами, не доставая из пакета, сжал один, другой. И вытряхнул на снег второй из них. Слепок был идентичен. Марк встал и запрокинул голову, закрывая глаза. Что ж, одного из Пустых он нашел. Считай, одна премия в кармане. Другой вопрос, что делать с
пропавшим в Пустоте телом…
        Он обернулся на Еву. Она оставалась на скамейке, и выглядела уставшей.
        Марк сжал в ладони недокуренную сигарету, обращая в тающий пепел.
        - Идем в машину, - он подошел к девушке и взял ее за плечо, заставляя подняться. - И быстро!
        Что-то в его голосе убедило не задавать лишних вопросов и времени не тратить. Он обнял ее за плечи, буквально потащив в сторону автомобиля. Усадив на заднее сидение, вытащил из бардачка коробку с браслетами и бросил рядом с ней.
        - Надень сразу два и жди меня. Никуда не уходи, и пока не звони больше никому. Какие-то ощущения были перед тем, как ты открыла портал? Покалывание в руках, головокружение?
        - Нет, я просто испугалась, и все получилось само собой.
        - Тогда еще и не нервничай.
        С этими словами маг захлопнул дверь машины. Щелкнул центральный замок, блокируя двери. Почему-то на сей раз звук показался Еве успокаивающим. Машина еще хранила тепло, девушка сняла шарф и стянула с себя ледяное пальто, колени ныли от холода. Только сейчас она почувствовала, насколько замерзла. Открыв коробку с браслетами, она вытащила два и защелкнула на запястье. А потом еще один для подстраховки.
        Марк шел обратно, снежная поземка скользила за его шагами, стирая отпечатки Евиных сапог. Решения у этой проблемы было целых три… Он отогнул рукав, посмотрел на часы. Нет, скорее, два. Спрятать ее перед тем, как вызвать Комитет он не успеет, да и оставлять одну пока не стоит. Домой отправлять тоже нельзя. Ее уже выследили, и где-то у этого Пустого есть сообщник. А, если быть реалистом, то сообщники… В итоге, оставалось вызвать Комитет прямо сейчас, и заявить, что это он отправил тело в Пустоту. Или вытащить тело и уехать. Или…
        Темный прошипел проклятие, к счастью, ни к кому конкретно не обращаясь. Прохожих было мало, но достаточно, чтобы опять попасть в сводки новостей. Придется делать все крайне тихо.
        Наотмашь вызвав руну отвода глаз, маг вернулся к месту исчезновения Пустого. Это чуть сложнее, чем чашку вытащить. Закрыв глаза и сосредоточившись, он выставил вперед ладонь. Будто сквозняк в старом доме, Пустота тянула его, пытаясь втянуть в себя душу, мешало всего лишь тело. Марк потянулся на это притяжение, ладонь прошла через разрыв, как через брешь в шелковистой ткани. Никакого киселя, как показывают на больших экранах. Кожу обожгли иглы холода, выпивая энергию, безжалостно впиваясь все глубже. Души, попадающие туда, испытывают нечто похожее, но гораздо, гораздо острее, пока не утратят всю свою жизненную силу, до полного дефицита. И потом ищут чужую, чтобы заполнить себя вновь.
        Размышления, отвлекающие от ощущений, прервались, стоило пальцам коснуться шероховатой ткани чужой куртки. Маг открыл глаза, перед ним была заснеженная аллея, уходящая вдаль. Он сжал пальцы и потянул к себе куртку. Плавно, как через воду, тело поддалось движению, и тяжело, неохотно, сквозь разрыв прошел труп. Маг брезгливо разжал пальцы. Выпав из прорехи на истоптанный снег, высохший и заплесневелый труп в зимней одежде внес в свежий парковый воздух нотку смердящего приторного тлена, который не заглушал даже холод. Чернорецкий запечатал разрыв, стирая все следы своего вмешательства. Перед ногами лежала мумия, покрытая чернеющей плесенью. Слишком опасной для этого мира. Уничтожить? Не самая блестящая идея, учитывая, сколько и так приходится скрывать от зоркого Комитета.
        Он вытащил из кармана телефон и набрал номер. Смешная популярная мелодия в трубке сменилась усталым серьезным голосом.
        - Да?
        - Станислав Анатольевич, а я тут премию на дороге нашел. Правда, не первой свежести, но деньги же не пахнут?
        - Ты о чем вообще? - начальник явно стоял где-то в пробке, протяжно и нетерпеливо раздавались гудки машин.
        - Я нашел одного из вчерашних Пустых. Понятия не имею, что с ним произошло, но он весь в плесени. И выпит насухо.
        - Где ты?
        - Отправил отметку.
        Секундная тишина, и трубка ответила крайне нецензурно, мерно защелкал тихий поворотник. Связь прервалась. Марк саркастично усмехнулся и набрал следующий номер.
        Артем ответил хрипло и сонливо.
        - Приезжай по адресу, который я тебе сейчас скину. Я нашел одного из наших Пустых. Успеешь раньше Комитета, скажу, что нашли вместе.
        Скорбный вздох был ему ответом.
        Сунув телефон обратно в карман, маг закурил и начертал в воздухе несколько рун, которые скроют тело от прохожих, когда он отойдет, и не допустят распространение плесени. Оставалось решить вопрос с девушкой.
        Она сидела на заднем сидении, прикрыв глаза и накинув на ноги пальто. Маг разблокировал двери, заставив Еву вздрогнуть и подняться, сел рядом.
        - Покажи браслеты.
        Она вздохнула и подняла руку.
        - Целых три? - мягко улыбнулся он и снова углубился в изучение рун на браслетах.
        - Я решила перестраховаться.
        - Разумное решение.
        Марк осмотрел браслеты и отпустил запястье. Во взгляде появилась уже ставшая привычной самоуверенность и насмешка. И это тоже успокаивало, значит, поводов для беспокойства пока нет. Он сидел совсем рядом, его стылая одежда холодила ее кожу сквозь тонкую блузку, вызывая странное волнение.
        - Я вызвал Комитет. Они приедут минут через десять.
        - Мне нужно встретиться с ними?
        Не отрывая взгляда от ее лица, он покачал головой:
        - Тебе нужно оставаться в машине.
        - Может, я домой пойду, если с браслетами все в порядке?
        Темный помолчал. Полумрак, царящий в машине, делал обстановку какой-то очень доверительной, будто они были скрыты ото всего остального мира. Хотя, кто знает, может, это на самом деле было так, ведь никто не знает, какие еще заклинания охраняют машину мага.
        - Вчера вечером Комитет обнаружил сразу два тела, оставленных Пустыми, - спокойно сказал он. - И по удивительному совпадению, в которое я лично не верю, один из них выследил тебя. Думаешь, стоит идти домой?
        Ева смотрела на него прямо, не отводя взгляда:
        - Больше мне идти некуда.
        О том, чтобы поехать к родителям или к сестре, и речи не шло. Если Пустые так легко выследили ее, то что помешает им снова это сделать? При условии, конечно, что у них еще нет адресов всей ее родни. Марку, например, много времени не понадобилось, чтобы узнать о ней почти всю биографию. К подругам? Ева мысленно перебрала список, кому можно позвонить. Света примет с распростертыми, еще несколько друзей тоже не откажут. Но что делать, если браслеты снова перестанут действовать?
        - Зачем они преследуют меня?
        - Пока не знаю. До этого вокруг тебя я находил свеженьких, только вышедших из Пустоты. А этот гуляет по городу как минимум дня четыре.
        - Я не понимаю…
        Она нахмурилась. Все утро браслет скрывал ее новообретенные способности. И рабочий день прошел совершенно как раньше, ничего необычного или странного. Единственное отличие - домой Ева поехала на метро, а потом пошла через злополучный парк. Получается…
        - Он нашел меня, когда браслет разрядился, - поделилась девушка догадкой. - Значит, они не знают, кто я, просто чувствуют?
        - Чувствуют… - неточным эхом повторил Марк и поднял руку, касаясь ее щеки подушечками пальцев.
        Ева внезапно осознала, что все время, пока она молчала, задумавшись, маг рассматривал ее в полумраке салона и в скользящем свете проезжающих автомобилей. От этого открытия и ощущения теплых пальцев на коже девушка стушевалась и замерла. Дыхание непроизвольно стало тише, глубже, внутри растекалось волнующее тревожное чувство. Приятное, обжигающее, но тревожное. Марк медленно обрисовал кончиками пальцев скулу и коснулся уголка ее губ. Все почти так, как тогда, возле лифта в темной парадной. Только теперь на самом деле? Ева заставила себя посмотреть в глаза своему соблазнителю. Он был совсем рядом. Стоило чуть наклониться и…
        - Что было бы, если бы я не открыла глаза?.. - вдруг спросила она шепотом.
        Темный медленно перевел взгляд на ее бледные, аккуратно очерченные губы. И легонько повернул к себе ее лицо.
        - Это было всего лишь желание, - рассеянно ответил Марк, наклоняясь к ней и уже губами касаясь ее губ.
        Ева потрясенно вдохнула, чувствуя, как теплый язык ласкающе проникает в ее рот. Маг целовал ее неспешно, чувственно, наслаждаясь самим процессом, и противиться этому совершенно не было сил. И стоит признаться, не хотелось. Ева отвечала на каждое его движение, каждый тихий вздох, чувствуя, как голова начинает пьяно кружиться. Теплые губы скользили по губам, и кровь заполняли тысячи острых пузырьков шампанского. Все чувства обострились до предела, она тонула в его объятиях и волнующем запахе его кожи и парфюма. Раньше она никогда даже не задумывалась, сколько удовольствия может принести простой поцелуй. Было в этом что-то совершенно невероятное, что-то гораздо ближе, потаеннее и интимнее, чем просто физическая близость…
        Внезапно в его кармане настойчиво зажужжал телефон. И жужжал, и жужжал.
        - Наверное, стоит ответить?.. - едва сумев прерваться, предположила Ева.
        - Перезвонят, - шепотом ответил Чернорецкий, снова притягивая девушку к себе.
        К сожалению, он оказался прав. Стоило одному вызову закончиться, как сразу начался другой. Кто-то назойливый решил все-таки дозвониться до мага. Тяжело и недовольно вздохнув, Марк уткнулся носом в шею девушки и приложил телефон к уху.
        - Да? - обычно мягкий голос звучал хрипло и шероховато.
        - Где ты? Я подъехал к парку, ни машины твоей не вижу, ни тебя.
        - Иди к отметке на карте, которую я тебе отправил. Я сейчас буду.
        Отправив телефон обратно в карман, темный маг выпрямился и посмотрел на Еву. Она смущенно покусывала губы, отвернувшись к окну.
        - Позвони на работу, скажи, что руку сломала, это выиграет нам недели три. Я сейчас разберусь с Комитетом и отвезу тебя в безопасное место. Браслеты слишком ненадежный вариант решения твоей проблемы. Ты будешь должна научиться контролировать свои способности. И лучше, если я тебе все-таки помогу.
        - Опять больничный? Я так без работы останусь.
        - Сейчас все равно новогодние праздники. Но я не давлю, - Марк усмехнулся, открывая дверь машины. - Ты подумай… Что тебе важнее - живая или с работой.
        Дверь закрылась, блокировка щелкнула. Ева опять повернулась к окну. Подумать только, ведет себя, как ни в чем не бывало. Впрочем, ничего такого и не произошло. Припозднившееся чувство стыда затопило с головой, и Ева все-таки сделала то, что давно хотела. Просто спрятала горящее лицо в ладонях. Три недели, говоришь?..
        Глава 2
        Не бывает бескорыстных магов.
        Интересно, почем нынче бескорыстие… А. Вампилов
        - Что с ним все-таки произошло? - Артем присел на корточки перед высохшим трупом, в очередной раз рассматривая диковинную картину. К лицу он прижимал медицинскую маску, чтобы не вдохнуть случайно черную плесень. - Никогда не видел ничего подобного.
        Марк стряхнул пепел под ноги и с прищуром посмотрел на напарника. Тот действительно был обескуражен. Неподдельно.
        - Пусть эксперты разбираются, - равнодушно отозвался темный маг. - Но предположу, что Пустота засосала его вместе с оболочкой.
        - А потом выплюнула? - Артем поднялся на ноги и поправил съехавшую шапку.
        - Пусть эксперты нам и скажут после осмотра и вскрытия. Может, это другая плесень.
        - Ты же знаешь, что не другая, - сварливо возразил светлый.
        - Ты же знаешь, что не можешь делать выводов до официального отчета экспертов?
        - Знаю, но ты и сам видишь…
        Артему напоминание не понравилось. Светлый оставил напарника возле тела и пошел трясти медиков на предмет предварительных выводов. Марк посмотрел ему вслед, делая затяжку.
        Как он и ожидал, вопросов возникло слишком много. Но оставлять тело в Пустоте тоже было нельзя, Комитет не позволил бы закрыть дело, пока выходец не найден. Если бы он сказал, что сам отправил сосуд с сущностью в Пустоту, вопросов стало бы еще больше. Поэтому оставалось только расхлебывать то, что получилось.
        Комитет прибыл на место немногим позже светлого мага и огородил территорию, подогнав спецмашины. Теперь вокруг суетливо крутились специалисты, фотографируя все подряд, делая слепки магических следов и заполняя протоколы.
        - Как, говоришь, нашел его? - Станислав подошел почти неслышно.
        - Скажем так, сигнал от анонимного источника.
        - Не юли.
        Марк повернулся к начальнику.
        - Все так и было. Мне позвонил информатор.
        - И что же, никто, кроме твоего информатора, не увидел труп? Да тут репортеров и полиции было бы уже пруд пруди, пока бы ты ехал из Комитета.
        Чернорецкий улыбнулся. Заранее же знал, в какую петлю влезает, но кто ищет легких путей?
        - Это очень ответственный информатор, скрыл тело, пока я не приехал.
        Надо же, почти не соврал.
        Но Белов так легко не сдавался.
        - Жду подробный рапорт. И информатора твоего проверить надо. Нехорошая это история, очень нехорошая… - Добившись от Ищейки внимания, он негромко пояснил, подчеркивая приватность их беседы: - Пустые всегда держатся подальше от себе подобных, иначе притяжение Пустоты и истощение возрастают в десятки раз. Ты уж поверь моему опыту, Чернорецкий. А тут что? Пустые вдруг парами ходят, потом неизвестные маги их в Пустоту отправляют вместе с захваченным телом и зачем-то возвращают тело обратно! А информатор твой следы прячет и сам от Комитета скрывается. Очень темная история. И магия тут темная. Темная! Я понятно изъясняюсь?
        Начальник очень выразительно и долго посмотрел на мага. Заботился, значит. На фамильное дело намекал.
        - Ну, я пойду тогда? - Марк привычно растер пальцами окурок и стряхнул в снег серые пылинки.
        - Куда? - опешил Станислав.
        - Рапорт сочинять. «Как я поймал это».
        Темный не без раздражения развернулся и пошел в сторону машины. Белов, конечно, верил и ему и в него, но они оба понимали, что у семьи молодого мага было достаточно врагов в Комитете, чтобы подозрения все-таки возникли.
        - Чернорецкий! - крикнул он в спину темного. - Уволю!
        - Увольняйте. Моя работа на сегодня закончена. Забирайте мумию, буду ждать отчеты для дальнейшей работы, - отмахнулся Марк.
        - Премии лишу! - сбавил обороты Станислав.
        - Уволюсь.
        Это было уже весомо.
        - Утром чтобы рапорт лежал у меня на столе! Не на почте, а на столе! Рукописный!
        Артем повернулся на шум и увидел удаляющегося Марка. Станислав чуть ядом не плюнул вслед своему ценному сотруднику. Вот и светлый маг.
        - Снегирев, а ты чего смотришь? - переключился на него начальник.
        - Так закончили уже, Станислав Анатольевич. Тело сейчас погрузим и - в Комитет.
        Белов посмотрел на свои часы. Почти девять. Второй день подряд держать Ищеек и магов сверхурочно нельзя. Еще неизвестно, что день грядущий им готовит.
        - Ты сколько сегодня спал, Артем? - вдруг по-доброму обратился к нему начальник.
        - Ну…
        - Дуй домой, - вздохнул маг. - Поздно уже. Ваша работа действительно на сегодня закончена. Но чтоб завтра как штык!
        - Есть, - с видимым облегчением улыбнулся парень
        - И выспись уже, смотреть на тебя не могу! Сам как нежить ходишь!
        - Исправлюсь, - пообещал Артем и пошел догонять Чернорецкого, которого уже и след простыл.
        Марк сел на водительское сиденье и завел двигатель, машина отозвалась мерным урчанием. Салон выстыл, стекло начало обледеневать.
        - Замерзла?
        Он повернулся к Еве, которая укутавшись своим пальто, свернулась в углу широкого сидения с телефоном в руках.
        - Немного, - слукавила девушка, убирая смартфон и сворачивая наушники.
        Маг снял свое нагретое пальто и протянул ей.
        - Надень.
        - Зачем?
        - Оно теплое. Сам согреть сейчас не могу, уж, извини, Ева, нам пора ехать, но не замерзать же тебе окончательно.
        - Даже не знаю, расценивать это как заботу или как очередное хамство.
        - Если выбор предоставляешь мне, расценивай как заботу. И я не давал повода считать иначе.
        Подумав, Ева с этим сомнительным утверждением согласилась. Пока темный маг не сделал ничего, что стоило расценивать, как опасность. Про хамство вопрос оставался открытым.
        - Ладно.
        Ева отложила в угол свое пальтишко, слишком легкое для долгих сидений в холоде, и надела его одежду, заворачиваясь, как в одеяло. Плотная ткань источала живое тепло и приятный запах, напоминавший о недавнем поцелуе.
        Мурашки вместе со смущением прошли по телу расслабляющей волной алкоголя. Или это просто от отступающего холода? Ответ она знала, но хотелось, чтобы это оставалось маленькой темной тайной. Невольно губы тронула улыбка.
        И пусть сейчас на ее руке красовались тонкие блокирующие браслеты, она знала, с каким обжигающим вниманием он следит за каждым движением. Интересно, это когда-нибудь перестанет так волновать?
        - Спасибо, - скромно поблагодарила девушка, прячась поглубже в его пальто, пряча улыбку в поднятом вороте.
        Марк собирался сказать еще что-то, и по глазам было понятно, что какую-нибудь дразнящую двусмысленность, но в стекло внезапно постучали. Темный нажал кнопку на двери, и стекло с пассажирской стороны поползло вниз.
        - Марк, слушай, подвези домой, а? Я сюда на такси приехал, чтобы машину не греть, - в проем заискивающе заглянул Артем. Заметив Еву, он смешно кивнул. - Здрасте.
        - Добрый вечер, - усмехнулась та, откидываясь спиной на спинку сидения. Это было уже забавно.
        Марк с секунду рассматривал напарника, размышляя над его просьбой, потом перевел взгляд на Еву, по-домашнему обернувшуюся его пальто. Ей было все равно, согласится он или нет, просто со сдержанным интересом ждала продолжения. Напарник девушку не узнал. Или сделал вид, что не узнал? Он видел ее только в той одежде, что сейчас лежала в углу сидения, и в салоне было темно, но… Что ж, похоже, ему представился отличный шанс проверить свою теорию.
        - Садись, я сегодня добрый и невероятно щедрый и подвезу тебя до прямой ветки.
        Пробормотав невразумительное спасибо, Артем быстро сел на пассажирское сидение и передернулся от холода. И повернулся к Еве.
        - Еще раз здравствуйте! И кто эта прекрасная леди? Представишь?
        В зеркале заднего вида отразилось, как иронично улыбнулась прекрасная леди, ворот больше не скрывал половину ее лица.
        - Это моя девушка, Ева, - так и наблюдая за ней через зеркало, представил Марк. Видеть, как меняется выражение медовых карих глаз - бесценно, укор в них сочетался с насмешкой. Она даже не догадывалась, насколько они похожи. Спустя короткую паузу маг продолжил: - Ева, это мой глупый и невоспитанный напарник, Артем.
        - Приятно познакомиться, - вежливо и прохладно отозвалась она. Настоящий библиотекарь.
        Напарник с возрастающим интересом уставился на девушку, изучая тонкие черты.
        - Врешь, - подытожил он, добившись этим от Евы более теплой улыбки.
        - Преувеличиваю, - частично согласился с обвинением Марк, не отрывая глаз от салонного зеркала. - Она еще не согласилась.
        - Так и знал. На твоих не похожа.
        Ева фыркнула, Марк угрожающе-выжидательно развернулся к напарнику, укладывая руку на спинку своего кресла.
        - Я имел в виду… - смутившись, замялся Тема.
        - Ну-ну? - подначил Чернорецкий. - Моя доброта и щедрость сходят на нет с каждым твоим словом.
        - Да черт с твоей щедростью, - оборвал Артем, глядя на Еву. - Я имел в виду, что эта девушка слишком для тебя хороша. Ева, ну, зачем Вам этот темный… - Он осекся и продолжил: - Эта темная личность? Пойдемте лучше со мной на свидание?
        - Я смотрю, Вы не сдаетесь по таким мелочам, что я уже на свидании.
        - Если вижу, что могу еще спасти чью-то душу, не отступлю, - Артем картинно прижал руку к куртке там, где предположительно было сердце. - Вы какую кухню предпочитаете? Пойдемте в ресторан?
        - Домашнюю она предпочитает, - тонко напомнил Марк о положении вещей. - И кстати, до метро тут недалеко, может, прогуляешься?
        - Я и готовлю неплохо, - Артем пристегнулся, и Ева рассмеялась. Он был по-своему очаровательным. - Так что Вы завтра вечером делаете?
        - Тем, ты бы не приставал к чужой девушке? Прокляну же, - лениво проинформировал Марк.
        - Я помню, что ты преувеличиваешь. А вдруг, судьба?
        - Так, я еще и ревную, - стыло улыбнулся Чернорецкий, нажимая на фиксатор ремня безопасности напарника.
        Когда-то эта улыбка так напугала Еву, что жизнь промелькнула перед глазами. И надо сказать, зрелище было скучное. На Артема же она не произвела должного впечатления.
        Салон машины нагревался, и Ева осторожно высвободилась из плена черного пальто, оставляя его на плечах. Необходимости в этом не было, но скидывать на сиденье тяжелую ткань, пропахшую своим владельцем, совершенно не хотелось. И раз есть повод, почему не поддаться искушению?
        - Если эта прекрасная девушка пойдет со мной в ресторан, сочту дорогу до метро вынужденной преградой на пути к счастью, - поставил условие светлый, просительно оборачиваясь к Еве.
        Следом к ней обратились внимательные зеленые глаза. Ожидая ответа? Что ж… Сам напросился.
        - Ресторан, так ресторан. Тортеллини - моя слабость, - мягко призналась Ева. Зеленые глаза укорили, но так им и надо.
        - Метро там, - любезно указал темный маг.
        Артем бросил еще один взгляд на Еву:
        - Оно того стоило! До завтра, дружище, - светлый протянул ладонь.
        - Не друг ты мне больше, - фыркнул Марк, игнорируя предложенное рукопожатие.
        Артем рассмеялся и вышел из машины в густеющие зимние сумерки. Блокировка дверей негодующе щелкнула.
        - Тортеллини, значит? - Марк закурил, включая поворотник, машина плавно сдвинулась на полосу.
        - Да ладно, он даже мой номер не спросил, - иронично напомнила Ева. - Но это было мило.
        - Скоро он об этом вспомнит и будет допытывать меня.
        - И ты, конечно, заупрямишься и скроешь?
        - Ну, как я могу мешать? А вдруг, судьба? - с передразнивающей интонацией спросил маг.
        Ева покачала головой. Пожалуй, она начинала понимать, почему его так тянуло подтрунивать над ней. В этом определенно что-то было.
        - Ты позвонила на работу? - новый вопрос почти застал врасплох, красный свет светофора кровавым маревом расползся по лобовому стеклу и заполнил салон.
        - Да, и теперь мне в самом деле лучше сломать руку, иначе с работы меня уволят.
        - Стоит ли так цепляться? Рука, конечно, не шея, но давай решать проблемы по мере их поступления.
        Мысли сразу вернулись к Пустому, из-за которого она позвонила Марку, и к ее новообретенным способностям. Если и был вариант более действенно испортить себе настроение, его пока не изобрели.
        - Как прошла встреча с Комитетом?
        - Ты имеешь в виду расследование? - подчеркнул маг, выдыхая клубы дыма в неоново-красный свет. И это не был вопрос в полной мере. - У меня был вариант оставить мумию на улице, но тогда след мог привести к нам, а СМИ придало бы делу ненужную огласку, это был бы тот еще Армагеддон, не факт, что Комитет вообще добрался бы до тела. И всегда находится неучтенный свидетель или ошибка, которые могли привести к нам. Я не с дураками работаю, да и со следаками из местного населения знаком, ленивые они только до мелких правонарушений. Хотя… Если еще и прокуратура впишется, вообще душу из всех вынут, и в первую очередь из самих оперов. Еще был вариант уничтожить тело, но тогда Комитет не успокоился бы, продолжая искать то, чего нет. И последний вариант - самому вписаться в расследование, сдав эту мумию. Вопросов и подозрений это породило море. Комитет быстро установит, что тело побывало в Пустоте, но не найдет портал и примет версию, что в сговоре находятся не только Пустые, но и маги. Мой начальник, например, уже на пути к этому решению.
        - Почему ты просто не уничтожил тело? - Ева даже подалась вперед, удерживаясь руками за передние сидения.
        Маг помолчал, отрешенно глядя на дорогу. Возможно, в сложившейся ситуации Ева была единственной, кому он мог полностью доверять. И раз уж она стала невольным сообщником и даже орудием, стоит ее подготовить.
        - Потому что в Комитете завелась жирная и хитрая крыса. А ты дала мне прекрасную возможность проверить, кому я могу доверять, а кому - нет.
        Девушка замолчала, переваривая новую информацию. Все это было как-то нехорошо.
        - Почему я? - наконец сформулировала она.
        Маг бросил сигарету в окно. И приложил к губам новую. Ни зажигалка, ни прикуриватель ему не были нужны.
        - Потому что сговорившиеся маги ищут тебя.
        - Меня?!
        - Не исключаю возможности, что не тебя конкретно, и фамилия-имя для них загадка, тем более, для Пустых это не слишком важная информация. Но тебя выслеживают по способностям. И знали, в каком районе искать, видимо, засекли, пока браслета не было, и ждали, когда снова вернешься.
        - Это из-за того, что произошло… на остановке?
        Марк пренебрежительно фыркнул:
        - После того, как я отрапортовал, что ты жива и меня не помнишь, всем стало наплевать. Уж извини, если что, интересы Комитета обезличены, это механизм. Я единственный, кого на самом деле заботило, как ты. Не люблю случайные жертвы. И кстати… Извини еще за то, что так неаккуратно бросил на остановку, времени скорректировать удар не было.
        Ева неосознанно поежилась, снова переживая те события. Вспоминалось урывками, и правда, как плохое кино.
        - Не знаю… - девушка стушевалась. - Если бы ты не упустил того парня, этого всего не произошло бы. Но и… если бы не ты, я, как сказала Наденька, пила бы чай в морге… И то образно.
        - Наденька?
        - Моя коллега. Была со мной на остановке. Если узнаешь ее, поймешь, что она не Надя и не Надежда, она именно Наденька. Такая светлая девушка…
        Марк усмехнулся, будто сделал вывод именно о ней, о Еве, а не о Наденьке по этим словам. Неловкость заставила ее отстраниться и снова откинуться на мягкую кожаную спинку.
        - Так, зачем я сговорившимся магам? Я же ничего не умею.
        Чернорецкий рассмеялся:
        - А тебе ничего уметь и не надо, достаточно даже спонтанно открывать Пустоту. Темные маги могут получать силы из нее.
        - И ты?
        Марк бросил взгляд в салонное зеркало:
        - И я.
        - Так и знала, - осклабилась девушка. - Бескорыстных темных магов не бывает. Книжки не врут.
        - Ты ошибаешься, - почти ласково проговорил он. - Бескорыстных магов вообще не бывает. Иначе они называются Святыми, и их лики украшают храмы. Темных просто инстинктивно остерегаются, но и светлые всегда готовы на подлость. И я думаю, их подлость примечательна вдвойне, ведь они пользуются доверием.
        - И что ты от меня хочешь?
        Парень даже в лице не изменился:
        - Я пока даже не решил, какая от тебя может быть польза, кроме того, что ты отлично целуешься. Но опаснее оставлять тебя разгуливать по городу необученной.
        Ева от возмущения чуть не задохнулась. Даже слов это выразить не нашла.
        - Ты просто…
        - Просто что?
        - Ничего.
        Маг кивнул, соглашаясь со всеми невысказанными обвинениями:
        - Правильно. Только вот… Ты мне позвонила, не узнать, как у меня дела, ты позвонила, чтобы я решил твои проблемы. Так, кто из нас меркантильная сволочь? - На вопрос она ожидаемо не ответила. И темный мягче и равнодушнее продолжил: - Запомни, Ева, не бывает бескорыстных магов. И ты теперь одна из них.
        Девушка прикусила губу. Может, на вопрос она не ответила, но вину свою прекрасно сознавала. Он прав. Бескорыстие далеко не ее конек. Вчера и утром она старалась избавиться от общества Марка как можно скорее. Потому что его присутствие доставляло массу дискомфорта и смешанных эмоций, от которых хотелось сбежать. Они и пугали, и привлекали. И этим опять пугали. И обратиться за помощью к нему она решилась исключительно от необходимости. Иной выбор был бы не в ее пользу. Но ведь есть и оправдание.
        За прошедшие два года Ева выстроила свою жизнь заново и спряталась в ней, как в скорлупе. И вот… Привычный мирок не то, что рушился, от него вообще мало что осталось. Все разлетелось в прах за неделю. И пора признаться, что она просто цепляется за осколки. И из них уже ничего не собрать.
        - Извини, это действительно было некрасиво.
        Губы темного едва тронула тень улыбки:
        - Не извиняйся. Я оставил тебе номер телефона именно на такой случай. Для всех лучше, что ты позвонила.
        Ева вздохнула и перевела взгляд на дорогу. Машина стремительно съезжала с КАДа на трассу, с двух сторон поднялись стены заснеженных деревьев.
        - Куда это мы? - спохватилась она, подаваясь вперед.
        - В лес, конечно. Ты слишком опасна, нужно нейтрализовать угрозу, - в холодный, казалось бы, голос просочились насмешливые нотки, не давая воспринять ответ всерьез. Посмотрев на Еву, добавил: - Мы едем ко мне домой, там безопасно.
        - К тебе домой?
        - Да. Постелю тебе на стульях в кухне, будет уютно.
        Девушка улыбнулась.
        - А ты мелочный.
        - Злопамятный.
        Прошло около получаса, может, немногим больше, и машина въехала через шлагбаум в коттеджный поселок. Дом мага оказался на отшибе, над высоким забором высились второй этаж, крыша и шарообразные матовые фонари, светившие неярко, но приятно. Снежные сугробы, такие белые, каких не бывает в городе, искрились снежинками легкого пуха, мягко падавшего с неба.
        Ворота медленно и плавно распахнулись, открывая двор.
        Он оказался просторным и аскетичным, вокруг дома все покрывал толстый слой чистого снега, но широкие мощеные дорожки оставались вычищенными. Наверняка, та же магия, что и на машине. Двухэтажный дом осветился автоматической подсветкой, давая возможность рассмотреть его подробнее. Современная минималистичная геометрия отштукатуренного газобетона и стекло. Первый этаж наполовину состоял из огромных панорамных стеклопакетов, сразу презентуя взору просторную гостиную. Вторая половина первого этажа была закрыта светлой роллетой. За ней оказался гараж. Самый обыкновенный.
        - Да… Не таким я представляла себе дом чернокнижника, - призналась Ева, когда Марк вышел из машины и открыл для нее пассажирскую дверь.
        В гараже тускло горела подсветка, реагирующая на движение.
        - Ожидала увидеть избушку на курьих ножках?
        - Сама не знаю, чего ожидала. Но не этого.
        Марк странно усмехнулся:
        - Надеюсь, не слишком разочаровал. Идем в дом.
        Роллета зашелестела, отсекая вид на волшебно переливающийся снег, и когда опустилась окончательно, воцарилась оглушающая тишина, никакого фонового шума, преследующего в городе даже ночью. Ева остановилась, просто прислушиваясь.
        - Прошу, - маг галантно указал на лестницу у внутренней стены с белой дверью, отвлекая ее от слухового созерцания. И чуть опережая ее, прошел к двери и открыл. - Справа вешалка, прямо - гостиная и кухня. Слева - туалет и лестница на второй этаж.
        В прихожую проникал свет от уличных круглых фонарей, делая полумрак фиолетово-розоватым, слабо отражался от матового кафельного пола. Марк прошел дальше в дом, щелкая выключателем. Свет загорелся и в прихожей, и в гостиной.
        - У тебя нет стульев в кухне, - иронично заметила Ева, стоя посреди большой комнаты.
        - Умеешь торговаться. Занимай диван, - щедро предложил хозяин, обходя ее.
        Кажется, гостиная занимала почти весь этаж. Черный кожаный диван с прозрачным столиком, широкие кресла, большой плазменный телевизор у стеклянной стены… Кухня была там же, занимала весь угол комнаты, отделенная длинной барной стойкой. Все даже чересчур современно.
        - Где же черепа и гримуары?
        - На втором этаже, здесь они не гармонирую с мебелью.
        Хлопнула дверца холодильника и зашуршала кофемашина, перемалывая зерна.
        Ева обернулась к магу, разбиравшему полупрозрачные контейнеры с едой. Все было дотошно подписано, как на ресторанной кухне.
        - Что на ужин? - Ева подошла ближе и наклонившись над стойкой, прочитала один из стикеров на контейнере.
        - Для тебя - кофе. В лучших традициях твоего гостеприимства.
        Она прищурилась:
        - А ты жестокий. Сюда даже пиццу не закажешь.
        Маг злодейски поиграл бровью:
        - Месть сладка.
        - Ничего. Разгрузочный день еще ни одной фигуре не повредил!
        Девушка устало потерла шею, разминая ее в попытке немного снять усталость и напряжение, непроизвольно потянулась и отошла от стойки к дивану. Сев на мягкую кожаную обивку, поджала к себе ноги и посмотрела в окно. Увы, но вместо вечернего зимнего пейзажа, в окне отражались гостиная и Марк, разогревающий ужин. Ева прикрыла глаза, по-домашнему устраиваясь на широком подлокотнике, как на подушке.
        Была бы дома, залезла бы в душ и поскорее легла в постель. Где-то на тумбочке осталась недочитанная книга. Если и она в Пустоту не провалилась. Девушка чуть не застонала от усталости и того, как эта чертовщина надоела.
        Марк, негромко гремя посудой, кому-то позвонил, ради приличия спросил о планах и настоятельно попросил приехать. Абонент, судя по всему, в восторг от приглашения не пришел. Ева, кстати, тоже. День опять выдался слишком тяжелый, не хватало еще с кем-нибудь общаться.
        Через пару минут на стеклянный столик перед ней была поставлена тарелка и положены приборы. Салат и стейк. Прекрасный выбор для ужина. Следом на столе появились стаканы с водой и чашки с кофе. Чернорецкий сел рядом с гостьей, держа в руках вторую тарелку.
        - Ты сменил гнев на милость? - Ева взяла вилку и нож.
        - Кажется, ты начала умирать от голода на моем диване. Я не мог на это смотреть. Я слабонервный.
        С губ Евы сорвался нервный смешок. Слабонервный он…
        - Месть оказалась недостаточно сладка?
        - С душком, - подчеркнул Марк, разрезая мясо.
        Ева последовала его примеру и отправила в рот кусочек мяса. Пожевала. Пряно, сочно…
        - Вкусно. Очень, - оценила она и проткнула зубцами вилки лист салата. - Смею предположить, готовил не ты.
        - Наблюдательная, - опять шутливо похвалил парень, отсалютовав стаканом с водой. И уже серьезнее пояснил: - Я обычно поздно приезжаю домой. И предпочитаю, чтобы еда уже ждала меня в холодильнике. Поэтому, раз в пару-тройку дней ко мне приходит горничная, выполняет мелкую работу по дому и готовит.
        - Буржуй, - беззлобно обвинила Ева, собирая салат по тарелке. - Как в хорошем отеле - перевернул все вверх дном, ушел, и все - уборка номера. Еще и покормят. Хотя, большинство мужчин ради этого просто женятся. Или живут с мамой.
        - Поверь, экономка обходится дешевле. В обоих случаях. Я предпочитаю идти по пути наименьшего дискомфорта и работаю, чтобы обеспечивать себе комфорт.
        Ева отрезала еще кусочек мяса и с невыразимой ностальгией на него посмотрела:
        - Боже, накопить, что ли, денег на экономку?
        - Большинству девушек тоже достаточно переехать обратно к маме.
        - Я предпочитаю идти по пути наименьшего дискомфорта и делать все сама, - слегка передразнила она.
        Маг тихо рассмеялся:
        - Понимаю.
        Ева сделала глоток воды и еще раз осмотрела комнату, уже иначе оценивая обстановку.
        - Почему ты переехал в пригород? Не поверю, что пробки на КАДе тоже входят в список комфортных вещей.
        - Загородный дом для мага удобнее. Никогда не знаешь, какой ритуал нужно будет провести… какую жертву принести… У соседей по многоквартирному дому определенно было бы больше вопросов.
        Девушка прикинула гипотетические возможности:
        - Бабка Шура расколола бы тебя как гнилой орех.
        - Она уже это сделала, - признал силу противника Марк, вспоминая допрос в лифте.
        - И как часто приходится приносить жертву?
        Марк посмотрел в окно и тяжело вздохнул:
        - На каждую растущую луну. Того требует наш Кровавый культ.
        Ева проследила за его взглядом, но сквозь отражение комнаты увидела только затянутое темными тучами небо, снежные хлопья медленно падали в свете фонарей.
        - Дай угадаю, сегодня как раз растущая луна?
        - Да, ты очень удачно позвонила.
        Угроза эффекта не возымела:
        - Становишься предсказуемым.
        - Ничего страшного, думаю, я еще смогу тебя удивить.
        Чернорецкий забрал из ее рук опустевшую тарелку и поднялся с дивана.
        - Спасибо.
        - Не за что.
        Мелодичный звон огласил тишину дома, когда он почти дошел до кухонного блока. Маг равнодушно поставил тарелки на барную стойку и пошел в сторону прихожей.
        - А вот и Кровавый культ.
        Музыкальный вызов оборвался коротким звуковым сигналом - Марк открыл ворота. Яркий свет фар сразу же залил двор, ударил в стеклопакеты.
        - Что ж, пойду поищу запасный выход, - пробормотала Ева, поднимаясь с мягкой кожаной обивки и одергивая узкую юбку.
        Пока она шла в уборную, видела, как Чернорецкий открывает дверь и выходит на лестницу.
        Камилла вышла из машины и с шумом захлопнула дверцу. Настроение у колдуньи было крайне мрачное.
        - Зачем ты заставил меня ехать сюда? Что случилось такого, что нельзя обсудить утром на работе?
        - Здравствуй, мама, я тоже рад тебя видеть.
        Она цепко и недовольно смерила его взглядом, поднимаясь по лестнице:
        - Это меня и тревожит. Что ты натворил?
        - Ничего. Мне просто нужен твой совет.
        Камилла неоднозначно хмыкнула, заходя в дом и скидывая на вешалку белую короткую шубку. Едва она сняла ботильоны, из туалета вышла Ева.
        - Добрый вечер.
        Марк закрыл замок на двери и рукой указал на девушку:
        - Мама, это Ева. Ева, это моя мать Камилла.
        - Очень приятно, - слегка обескураженно отреагировала Ева. Потом сообразила, что, вполне возможно, она тоже работает на Комитет.
        - Значит, все-таки есть девушка, - совершенно не с вопросительной интонацией произнесла Камилла и обернулась к сыну. - Надеюсь, ты не жениться собрался?
        Ева весьма саркастично изогнула бровь, чем позабавила Марка, которому этот жест и адресовался. Эмоции от нее исходили прелестные. Камилла ей не нравилась примерно так же, как Камилле не нравился этот поздний визит.
        - Извини, но в подобном вопросе я не стану просить твоего совета.
        - Прекрасно! - Брюнетка качнула головой и по-хозяйски направилась к гостиной. - Это самое чудесное, что мать может услышать от своего сына.
        Чернорецкий подождал, пока Ева подойдет к нему.
        - Мама у тебя, я скажу…
        - Да, - согласился Марк, чуть подталкивая ее в спину теплой ладонью, - приятная женщина…
        - И знаешь, возвращаясь к нашему разговору… Пробки на КАДе - ерунда, да.
        - Я все слышу, - напомнила Камилла. Она уже прошла на кухню, взяла из шкафа чашку и ткнула кнопку кофемашины.
        Марк сел в кресло, Ева опустилась на диван рядом с ним и подтянула ближе свою чашечку, оставленную на прежнем месте. Камилла, сложив на груди руки, очень пристально посмотрела на гостью сына. Кофемашина медленно журчала темным напитком, распространяя вокруг чудный аромат.
        - Где-то я тебя видела, - Камилла забрала чашку и, сделав глоток, направилась к ним. - Ева… Не ты ли та случайная пострадавшая при депортации Пустого с остановки?
        Ответить ей маг не позволил:
        - Ты просматривала дело?
        Женщина с достоинством, граничащим с превосходством, опустилась на кресло.
        - Ты мой сын, тебя обвиняли в превышении полномочий, нарушении техники безопасности и еще по шести пунктам, я не могла оставить это без внимания, - сказав это, она замолчала на секунду, а затем добавила еще прохладнее. - Кстати, за прямое разглашение тайны деятельности магов и Комитета тебе еще обвинений добавят!
        Марк с усмешкой встал, забрал со стойки пепельницу и сигареты, закурил и вернулся на место.
        - Я как-нибудь сам разберусь, если меня в чем-нибудь опять обвинят.
        Камилла заледенела. Ева буквально физически почувствовала, как теплый и чистый воздух гостиной наполнился иголками инея.
        - Тогда в чем тебе нужна помощь?
        Чернорецкий прищурился:
        - Ты что-то уже слышала о том трупе, который я нашел сегодня?
        - Конечно. Комитет на ушах стоит, мне тоже отправили материалы. Не потому, что ты мой сын, я не вмешивалась. Просто подозревают деятельность темных магов, возможно, незарегистрированных.
        - Этот Пустой преследовал Еву и собирался напасть, а она отправила его в Пустоту через портал.
        - Что она сделала?! - Колдунья бросила беглый взгляд на девушку, с усталым видом сидевшую на диване, подложив под голову руку. - Марк! Ты в своем уме?
        Маг кивнул:
        - В своем. Я уже неделю наблюдаю за этим юным дарованием.
        Дарование блекло улыбнулось. Ева вообще в этом разговоре чувствовала себя лишней, но знала, что должна оставаться. Камилла начала полностью понимать ситуацию и раздраженно отставила на стол чашку.
        - То есть, браслеты ты брал для нее?
        - Да.
        - Почему сразу не обратился в Комитет? Если Ева обладает магическими способностями, мы должны провести исследование и зарегистрировать ее. Зная о ней и укрывая от Комитета, ты подвергаешь опасности и себя и ее.
        Марк идею и предупреждение воспринял скептически.
        - В Комитете не безопасно, - он затушил сигарету, струйка едкого дыма прощально поднялась из пепельницы. - В тот раз, когда пострадала Ева, Пустой от нас сбежал только потому, что у него был амулет от нашей магии. И сами по себе Пустые не обзаводятся подобными вещами. И девушек, способных открывать порталы в Пустоту тоже сторонятся, а не пытаются поймать.
        Камилла шумно вздохнула. Она так и сидела прямо, будто кол проглотила:
        - И это все твои аргументы?
        - Ты забываешь. Я - Ищейка, мне этого достаточно.
        - Хорошо, - сдалась мать. - Не доверяешь Комитету, зачем тогда звал меня?
        - Тебе-то я пока доверяю. Ты настолько принципиальна, что сдала даже отца. Будь весь твой отдел в сговоре, ты в нем точно участия не принимаешь. И мне нужно, чтобы ты примерно оценила способности Евы и подсказала, что с ними делать.
        Брюнетка помолчала, раздумывая над его просьбой.
        - Для более точного результата нам лучше встретиться в моей лаборатории. И нужно проверить генетическую базу.
        Марк удивленно изогнул бровь:
        - То есть, весь твой опыт победила программа, написанная десять лет назад?
        - Да, и мы переаттестовали всех живых магов в своем округе.
        Чернорецкий подался вперед и сцепил перед собой руки. Зеленые глаза были очень серьезны, давили.
        - Мама…
        Камилла дрогнула и встала с кресла:
        - Я сделаю это ради тебя, но мое мнение меняться не будет. Мне нужно, чтобы ты сняла браслеты. И дай мне руку, - чуть мягче обратилась к девушке колдунья и села рядом с ней.
        Ева без энтузиазма подчинилась, сняла тонкие браслеты и протянула руку строгой брюнетке в фиолетовом платье. Камилла тоже без удовольствия взяла девушку за руку и, начертав на ее коже зеленовато светящуюся руну, накрыла своей ладонью. И закрыв глаза, прислушалась к резонансу магии, отдающемуся внутри.
        Ева, в свою очередь, с отстраненным интересом изучала колдунью. Камилла была красива, элегантна, уверена в себе и напрочь лишена того обаяния, которым обладал Марк, и которое делало его самоуверенность почти привлекательной. В колдунье было что-то настолько отталкивающее, что открываться перед ней совершенно не хотелось. Каждое движение этой женщины шлейфом духов выдавало неудовольствие, раздражение и досаду. К счастью, все эти эмоции относились не к Еве, а к Марку.
        Через пару минут Камилла отпустила запястье девушки:
        - Ничего экстраординарного. Способности есть, но я бы назвала их средними, общими. Точнее сказать не могу, но портал она смогла бы отрыть лишь чудом и то чудом.
        Чернорецкий, однако, разочарованным или расстроенным не выглядел. Даже наоборот, результат без результата его заинтриговал. Ева вернула браслеты обратно и потерла руку, на ней еще оставался слабый свет руны. Стирался он легко.
        Камилла закинула ногу на ногу и выпрямилась:
        - Думаю, еще раз повторять, что я настаиваю на тщательной проверке в Комитете, не стоит?
        - Не стоит, - подтвердил маг. - Но я подумаю.
        Брюнетка по-змеиному улыбнулась и мельком посмотрела на маленькие золотые часики на руке:
        - Что ж, я сделала все, что ты от меня хотел, и теперь я еду домой. Проводишь?
        - С удовольствием, - Марк поднялся.
        - До свидания, Ева, - повернулась к ней на прощание колдунья, - надеюсь скоро увидеть тебя в Комитете.
        Садясь в машину, Камилла все еще негодовала, но теперь ее недовольство приобрело тревожные оттенки.
        - Марк, разберись с этой проблемой. И как можно скорее. Не хочу, чтобы тебя выгнали с работы. И очередной проверки тоже не хочу.
        Чернорецкий галантно взял дверцу машины за ручку и с улыбкой захлопнул:
        - До завтра, мама.
        Она покачала головой и завела машину.
        Марк вернулся в дом. Ева, подложив руку под голову, наблюдала, как медленно зарываются ворота. От нее веяло сонным умиротворением и послевкусием, остающимся от усмешки.
        - Теперь я понимаю твое желание жить подальше от мамы, - сочувственно пробормотала девушка, когда он подошел и сел на низкую спинку дивана. - Я бы, наверное, в другую страну переехала.
        - Снежные заносы и пробки сдерживают ее на время, - утешил темный и вздохнул с затаенной грустью. - Знаешь… В душе она очень добрый и ранимый человек, вынужденный скрывать это под броней железной леди…
        Ева с сомнением обернулась.
        - Серьезно?
        Чернорецкий бесстыже рассмеялся, качая головой:
        - Нет. Абсолютно нет.
        - Она просто воплощение тьмы! - девушка облегченно рассмеялась в ответ. - Злая ведьма Запада.
        - Между прочим, она светлый маг. Из древнейшей светлой фамилии.
        Ева беззлобно фыркнула:
        - Точно? Может, ей стоит переаттестоваться?
        Марк наклонился к ней и очень доверительно сказал:
        - Вот, и предложишь ей завтра.
        Ответом были глаза, полные неверия и нежелания:
        - Нет. Нет-нет-нет.
        - Да, - обреченно подтвердил Марк. - Утром заедем в твою квартиру, переоденешься, и поедем в ее лабораторию. А сейчас пойдем, я провожу тебя в гостевую спальню.
        Ева выдохнула и закрыла глаза, не двигаясь с места. Она почти приросла к мягкому и широкому дивану, в полной мере оценив вкус мага к комфорту.
        - Я уже готова спать здесь. Можешь просто выключить свет. Спасибо.
        Парень смотрел на нее насмешливо. Хрупкая, уставшая. Но очаровывала она в первую очередь тем, что не пряталась за манерами, воспитанием и смущением. Не играла в приличия. Просто была собой. Жаль только, что этому ее научила не уверенность в себе, а одиночество. И то, что его она всерьез не принимала.
        Но не оставлять же ее на диване.
        - Там есть подушки.
        - Это не повод двигаться, не заставляй меня.
        - Там есть душ, - перешел к козырям маг. - И ванна.
        Ева застонала, все еще не двигаясь.
        - Тогда набери ванну и брось меня туда прямо в одежде.
        - Никогда не получал предложения заманчивее.
        - Лжец! - обличила Ева. Потом потянулась и расслабленно улеглась на диван.
        - Лежачая забастовка? Мне отнести тебя наверх?
        - Если понесешь, то так тебе и надо.
        Маг хмыкнул, обогнул диван и осторожно взял на руки расслабленное тело. Сопротивляться, вырываться или возражать она не стала, даже не собиралась. Такая легкая и хрупкая, как птичка. Ева была спокойна, неожиданно доверчиво уложила голову ему на плечо и скрестила на груди руки, как ребенок, опускаясь в невесомую дрему. Мягким фоном отзывалось ее довольство, ей было приятно, и не более того.
        Марк неспешно нес девушку к гостевой комнате, осторожно прислушиваясь к ее настроению, и так близко чувствовал запах ее волос и кожи, ощущал тепло тела… Волнующе. Желание, еще неверное и тонкое, медленно поднималось из глубин сознания, и маг даже не был полностью уверен - физическая это реакция или больше ментальная. И с каждым мгновением, с каждым шагом, с которым его дыхание становилось глубже, а температура повышалась, чувства Евы менялись. Тревожная внимательность, недоверие и вопросительное предвкушение.
        Марк закусил губу, почти остановившись на краю лестницы перед высоким окном. Ева открыла глаза и вдруг посмотрела на него. Зрачки были расширены. То ли от недостатка света, то ли от взаимного влечения.
        - Уже выспалась?
        - Кажется, да.
        Отзываясь на его мысли, по телу девушки прошла волна мурашек, оставляя после себя напряжение в груди, натянувшее тонкую ткань блузки через кружево бюстгальтера. Ева замерла и, кажется, перестала дышать. Но сбегать, закрываться или уклоняться от взгляда не стала. Маг выдохнул и продолжил путь к комнате. Аккуратно толкнув незапертую дверь ногой, он внес ее внутрь и усадил на кровать, стоявшую напротив. Стеклянная стена за спиной девушки пропускала достаточно света, чтобы рассмотреть обстановку. Современно, аскетично, но лично. Она провела ладонями по черному постельному. Сатин…
        - Ты уверен, что это та комната?
        Марк качнул головой и опустился на одно колено, не отрывая взгляда от ее глаз.
        - Это нужная комната.
        - Уверен? - усмехнулась она, почти зачарованная его эмоциями.
        - Абсолютно, - он прикоснулся ладонью к ее щеке и притянул к себе, целуя. Тягуче, медленно, сладко. И не забывая расстегивать белую блузку.
        - Не думаю, что нам стоит так торопиться, - вдруг прервала она поцелуй, дрожащими пальцами касаясь его губ. В полумраке ее кожа была почти такой же белой, как расстегнутая блузка и кружево белья, сквозь которое соблазнительно темнели соски.
        Марк немного отстранился и мягко улыбнулся, не пряча глаз, в которых лукаво отражались огни уличных фонарей.
        - Может, ты и права, - легко согласился темный и стянул черный тонкий джемпер, обнажая рельефную грудь. Снял тяжелые часы с запястья и положил на тумбочку возле кровати.
        - А может, наоборот, не стоит терять времени, - задумчиво протянула девушка, высказывая мысли вслух.
        Марк тихонько рассмеялся и потянулся к ней, снова целуя. Ева прикрыла глаза, отдаваясь пьянящим ощущениям и сплетая пальцы на его затылке. Маг ласково провел ладонью по ее спине и, задержавшись на пояснице, подтянул девушку дальше на кровать и уложил на мягкое одеяло. Не отрываясь от сладких губ, он нависал над ней и касался чувствительной груди и обнаженного живота горячим торсом. Это прикосновение обжигало прохладную кожу, заставляя новую волну мурашек колко разбегаться по ее телу, оседая внизу живота тянущей тяжестью. Губы мягко скользили по губам, ласкающе сбегали к шее, тонко пахнущей духами и ею самой, сбивая дыхание и заставляя приникать все ближе, теснее и жарче. Чуткие пальцы дразняще скользили по груди, ребрам и нежным рукам, оставляя девушку без блузки и чувственно обрисовывая узоры тонкого кружева. Палец почти случайно задел сосок, Ева вздрогнула от слишком острого ощущения и прерывисто вздохнула. Узкая юбка мешала как никогда, Ева чувствовала себя почти связанной.
        - Марк, эта юбка…
        - Кажется, ты сама сказала, что нам не стоит торопиться, - насмешливо напомнил темный и опустившись к теплой груди, прикусил выступающий сосок.
        Она мучительно застонала, зарываясь пальцами в короткие волосы. Мимолетное раздражение лишь усилило желание, привнося новые оттенки к страсти. Всегда трактует слова в свою пользу!
        - Не хочу объяснять, что я имела в виду. Просто сними эту чертову юбку.
        Неслышный смех дыханием пощекотал чувствительную кожу на шее, а пальцы мага легко расстегнули пуговицу и молнию на юбке, плавно проникли за пояс юбки и под тонкие колготки, медленно спуская их с гладких бедер. Непроизвольно задержав дыхание, Ева следила за каждым его движением, приподнимаясь и помогая как можно быстрее стянуть ставший ненавистным карандаш. Сердце ее билось так глухо и жарко, что оглушало до звона в ушах.
        Марк не торопился, с удовольствием созерцая напряженный плоский животик, освещенный холодным светом фонарей. Который подчеркивал рельеф тела настолько, что пальцы кололо желанием исследовать его более подробно.
        - Марк…
        Подчиняясь ее полузову-полупросьбе, он плавно провел руками по гладким обнаженным ногам и вернулся к ней, коленом осторожно разводя горячие бедра и перекладывая ладонь на внутреннюю сторону. И наслаждаясь тем, как напряжение, установившееся между ним и Евой, быстро переходит в перенапряжение. Едва его пальцы скользнули под шелковистую ткань, она потрясенно ахнула и выгнулась ему навстречу. Свободной рукой маг снова обнял девушку и поцеловал, заставляя задыхаться, проникая пальцами все глубже. Девушка ответила на объятия жадно, с каждым его движением сжимая пальцами теплую кожу и крепкие мышцы. Ее тело прижималось все сильнее, пока томление внутри не сменилось горячей волной, и чувства не накрыла сладкая тьма с сотнями ярких точек перед глазами. Ноготки машинально впились в его предплечье. Губы со стоном скользили по его плечам и шее, собирая свежий запах парфюма и тела, и заодно сводя его с ума жарким дыханием. Чувства уже совершенно переплелись в тугой дурманящий комок, ставший невыносимым. Избавившись от ставшей совершенно лишней одежды, Марк бережно уложил Еву на подушки и потянулся к        Спустя несколько мгновений, он снова навис над ней, любуясь припухшими губами и жилкой, тяжело бьющей на стройной шее. Чувственное наслаждение делало ее еще прекраснее. Девушка коленом провела по его бедру вверх и приподнялась на локтях, закрывая глаза и снова целуя своего соблазнительного любовника. Придержав ее под поясницу, Марк плавно опустился на нее. И в нее. Ева всхлипнула, прикусывая губу, и подалась навстречу, с головой утопая в ощущениях. Марк отстранился и заполнил ее вновь, заставляя их тела дрожать от напряжения, и двигаться все быстрее. Пока долгожданная разрядка не заставила на миг оглохнуть и ослепнуть. Перед невидящими глазами расцветали цветные круги, и все, что они могли - держать друг друга в объятиях, переживая это мучительное удовольствие.
        Ева со стоном уткнулась лбом в плечо Марка, головокружение окончательно лишало ее сил.
        - Потрясающе, - тихо сказала она, размышляя, что это слово в полной мере описывает, что произошло с ней на эмоциональном уровне.
        Маг усмехнулся и щекочуще зарылся носом ей в волосы за ушком, нежно целуя:
        - Рад, что не разочаровал.
        Погладив ее по щеке, маг поднялся с кровати и, пообещав вернуться, ушел в ванную, дверь была слева от кровати возле входа. Зашумела вода. Ева перевернулась на живот и потянулась, обнимая подушку. Сонливость вернулась, завладевая каждой клеточкой тела, расслабленной после такого чувственного секса.
        Когда он вернулся, и матрас немного прогнулся под его тяжестью, Ева повернула голову, продолжая обнимать черную подушку.
        - Не против, если я на сегодня займу гостевую половину.
        Маг, сидя в обернутом вокруг бедер полотенце, рассмеялся. С его волос капала вода. Свет из душевой ярко освещал половину длинной комнаты.
        - Наоборот, я только за, - он протянул ей чистое полотенце.
        - Гостеприимный, - Ева с прищуром улыбнулась и взяла махровую ткань.
        Чисто символически прикрывшись, она прошла по паласу, подхватила с него скомканные трусики и бюстгальтер и исчезла в ванной. Стоя под теплыми струями воды, девушка все еще пыталась прийти в себя. Слабость отступала, теперь в теле чувствовалась приятная легкость, кровь быстрее бежала по венам. Запоздалое чувство вины колким комком шевельнулось в груди и сразу рассеялось. Ева улыбнулась. Стыдно не было. Она уже и забыла, насколько близость может быть приятной. Затворничество явно на пользу не идет. И кто знает, сколько опять продлится ее воздержание, когда вся эта история закончится?
        Выключив воду, Ева выжала волосы и надела белье. Обернувшись уже влажным полотенцем, вышла из ванной и передернула плечами - в комнате было прохладно. Стылый зимний воздух проникал в спальню через приоткрытую створку с балкона, на котором стоял Марк в футболке и легких трениках. В его руках тлела сигарета. И вероятно, это просто была дань вредной привычке.
        Заметив ее появление, он растер пальцами окурок и вернулся в комнату, закрывая створку.
        - Я нашел кое-что для тебя, - он поднял с края кровати сложенную футболку и подал ей. - Думаю, в этом спать будет удобнее.
        - Спасибо, - она развернула сухую, приятно пахнущую футболку и сбросив полотенце, надела.
        Как-то очень странно усмехаясь, маг подобрал полотенце и отнес его в ванную. Ева забралась под одеяло и со стоном полного удовлетворения закрыла глаза.
        Требовательный звонок мобильника разбудил Марка, и он машинально потянулся к тумбочке. Под пальцы попались только часы. Вспомнив события прошлой ночи, он свесился с кровати и вытащил телефон из кармана джинс. На экране отображался вызов от напарника.
        - Да?
        В трубке сразу зашумел город - отдаленные голоса, лай собак, шум машин…
        - Марк, во вчерашнем парке девушку убили, подозревают Пустого, все на месте уже, приезжай.
        - Опиши, - сразу просыпаясь, потребовал маг.
        - Ну… Средний рост… Стройная. Кажется. Волосы каштановые, одета в зимнее пальто светло-коричневого цвета и сапоги кожаные на каблуке. Что тебе описывать-то? Приедешь, сам увидишь.
        Плохо это было, очень плохо.
        Чернорецкий взял с тумбочки часы, прикидывая что-то:
        - Белов в Комитете?
        - Да. Приезжай давай.
        Связь прервалась, и маг откинул одеяло, застегивая часы. Ева тревожно приподнялась с подушки.
        - Что-то случилось?
        - Тут каждый день что-то случается, - в меру успокаивающе ответил парень и направился в ванную, поднимая с пола одежду, чтобы бросить в корзину. - Вставай, я сделаю кофе и поедем к тебе.
        Ева с удовольствием потянулась и посмотрела в окно. По серому нависшему небу совершенно нельзя было угадать, который был час. Питерская зима такая и есть - бесконечный вечер, переходящий в ночь. А телефон остался внизу.
        Ева запустила пальцы в волосы, пытаясь их распутать, но быстро сдалась и принялась одеваться. Сняв футболку и бросив на одеяло, она накинула блузку и начала застегивать ряд мелких пуговиц. Взгляд упал на рисунок, и Ева наконец разгадала проказливую улыбку мага, кривившую его губы, когда он заботливо поделился одеждой.
        - Ма-арк?
        Парень вышел из ванной, вытирая лицо полотенцем.
        Ева подняла футболку за плечики, демонстрируя рисунок с мультяшной шляпой и яркой надписью: «Только не Слизерин!». Темный маг расхохотался, как мальчишка. И смеялся так заразительно, что она и сама не удержалась от смеха.
        - Откуда это у тебя?
        - Девушка бывшая после школы подарила, когда документы в вузы подавали, - маг привалился к косяку, складывая полотенце. - Но только сейчас я в полной мере оценил шутку.
        - Она знала, что ты маг?
        - Она знала, что я абитуриент, - белозубо улыбнулся он.
        Ева прикусила губу и покачала головой, аккуратно укладывая футболку на подушку. Совершенно невозможный пересмешник! Учитывая грядущий поход в Комитет, действительно смешно.
        - Надеюсь, твоя распределяющая мама будет благосклоннее, чем вчера.
        - Оптимистка! Мне нравится, - он скрылся в проеме, избавляясь от полотенца.
        Она еще раз посмотрела на надпись. Представилось, как он веселился вчера, отыскав эту прелесть. Потом представилось, как выглядела она в этой ночнушке, и снова не удержалась от смешка.
        - Я и подумать не могла, что у тебя могут храниться такие вещи.
        Он остановился у выхода и посмотрел на шкаф с зеркальными дверцами:
        - Когда я переехал, забрал сюда все свои вещи. И до сих пор не могу найти время, чтобы их перебрать. Так что, здесь много сюрпризов. Даже для меня. Пойду сделаю кофе, уступаю тебе ванную.
        Когда Ева, умытая и причесанная, спустилась в гостиную, которая уже была заполнена бодрящим ароматом кофе, Марк сидел на кресле, повернувшись к телевизору. На столике перед ним стояли чашки с темным напитком и тарелки с сэндвичами, на экране сменялись ракурсами новостные сюжеты. Марк отвлекся от их просмотра, когда она подошла ближе.
        - Не против, если пообедаем позднее? Я и так опаздываю.
        - Что-то мне подсказывает, что ты часто опаздываешь, - девушка села на диван и потянулась к сэндвичу.
        Маг положил перед ней пару новых браслетов и посмотрел на часы:
        - Сейчас я опаздываю даже по своим меркам. Уже час дня.
        Ева улыбнулась почти мечтательно, меняя блокирующие магию браслеты.
        - А я-то думаю, с чего я так прекрасно себя чувствую? Это и называется «выспаться»?
        - Это называется «счастливые часов не наблюдают».
        Она укусила закуску и задумчиво пожевала.
        - Я бы сказала, безработные часов не наблюдают, - с тоской озвучила она мысль. А потом повернулась к нему. - Кстати… А когда мы поженимся? Я хочу такое белое платье, - Ева пространно провела рукой с надкусанным сэндвичем в воздухе. - И обязательно венчаться. Магам ведь можно венчаться?
        Брюнет слегка шокировано замер с чашкой в руках, подбирая слова. А Ева, выдержав это чудное мгновения, заливисто расхохоталась, откидываясь на диван. Марк с притворным возмущением отставил кофе.
        - Ты бессовестно разыгрываешь меня!
        - Извини, твое выражение лица того стоило! - девушка с невыразимым удовольствием прикрыла глаза. Маг только усмехнулся.
        - Это месть за футболку?
        - Может быть.
        - У тебя определенно актерский талант, я почти купился. Но… оно того тоже стоило. Ни о чем не жалею, ни о чем!
        - Я тоже, - честно призналась Ева и взяла чашку кофе.
        - Даже не сомневаюсь, - маг закончил с завтраком и поднялся. - Я переоденусь, и мы поедем.
        Ева кивнула, потянувшись к телефону, так и лежавшему на диване. Ответ магу по сути и не требовался.
        Вернулся Марк быстро, взял с полки в прихожей пальто и ушел прогревать машину, пока девушка допивала кофе. Присоединившись к нему, Ева пристегнулась и повернулась к магу.
        - Не пойми неправильно, я не имею на тебя никаких видов, и сразу извини за глупый вопрос. Но действительно интересно, как маги относятся к венчаниям и прочим религиозным обрядам?
        Чернорецкий чуть прищурился:
        - Никаких видов, значит?
        Ева развела руками:
        - Как там говорится? Дело не в тебе, просто я не готова к серьезным отношениям.
        Марк снова тихо рассмеялся, оценив сарказм.
        - К религиозным обрядам маги относятся примерно… никак. Магия - наши физические способности, темный или светлый - лишь источник наших Сил, и это условное название. И религия к этому не имеет отношения.
        - То есть, венчаются?
        - Обычно нет, у каждой семьи свои обычаи.
        - А Салем, инквизиция?
        - Клевета, интриги и предрассудки. Гораздо проще сымитировать припадок и обвинить неугодную женщину в колдовстве, чем поймать настоящего мага, - он нажал кнопку на брелоке, ролетта стала медленно подниматься. - Никакой сделки с дьяволом, увы.
        - Почему увы?
        - Потому что все желания и планы приходится исполнять самостоятельно. Никаких бонусов, - мужчина закурил. - Разве что, на зажигалках сэкономить можно.
        - И как же поймать мага?
        Темный уклончиво скользнул взглядом по зеркалам и стал выезжать из гаража:
        - Это смотря, для каких целей.
        - Чтобы убить? - она хищно смежила веки.
        - Чтобы убить - поймать мало, - иронично просветил он.
        Ева рассеянно кивнула. Конечно, он был прав, если брать в расчет опытного мага. А что до нее…
        - А как насчет мирового господства?
        - Опять вспомнила свои фантастические книжки? - мягко спросил маг, выводя машину на трассу. - Современным магам нужно что-то посущественнее разрушенного мира и бегущих прочь крестьян. В нашу эпоху победившего капитализма битвы разворачиваются за деньги и власть. И за возможность контролировать других магов.
        - Что ты имеешь в виду?
        Марк стряхнул пепел, взяв едва заметную паузу, чтобы сформулировать мысль.
        - Уже много столетий Комитет регулирует деятельность магов. Что можно, что нельзя, ведет учет способных, если нужно - карает. И скрывает нашу деятельность от обычных людей. Но каждый раз находится кто-то, кому не нравятся такие порядки и законы. Многие хотели бы использовать магию в своих целях, только Комитет мешает.
        Девушка обернулась к нему. Зеленый взгляд был прикован к дороге.
        - Как сейчас?
        Мимолетная улыбка была почти прозрачным ответом.
        - Да, примерно так. Но пока четкой связи и целей я не нахожу.
        - Марк… - Она поколебалась. - А почему ты сказал, что мы поедем ко мне, если тебя вызвали на работу?
        Он на мгновение отвлекся от монотонной трассы. Ева сидела, глядя в окно. Стоило ли ей говорить? Определенно стоило. Как бы там ни было. Потому что скорее всего, происшествие тоже связано с ней.
        - Потому что… Возле твоего дома, в том парке, откуда я забрал тебя, нашли убитую девушку. И что-то мне подсказывает, что это не совпадение, - он заметил, как слегка побледнела Ева, от нее кругами на воде разошлась легкая тревога. Что ж, ему тоже не по себе. - Но я проверю.
        Оставив Еву в ее квартире, тщательно запечатав двери и окна отражающей магией и забрав вторые ключи, Марк отправился к парку. Скопление машин и людей на белом снегу было хорошо видно сквозь голые ветки кустарников и высокие стволы деревьев. Сквозь серые питерские тучи, похожие на бескрайнее одеяло, едва-едва проглядывало холодное солнце.
        Первым Марка заметил Артем, стоявший поодаль от основной толпы. Он разговаривал по телефону и, машинально повернувшись, увидел Чернорецкого, идущего через парк. Он махнул ему рукой и убрал мобильник в карман.
        - Наконец-то! Мы уже сворачиваемся. А ты откуда? - Напарник глянул в сторону многоэтажек, выискивая ауди.
        Марк взял его за плечо и потянул к толпе. Тело уже грузили в машину.
        - Да по делам заезжал, с другой стороны машину оставил. Что у нас?
        - Да что… Девушка без способностей, колото-резаные раны, убита Пустым. Слепок эксперты сняли, с нашими двумя, ну, то есть, уже одним, не совпадает.
        Марк остановился возле места, где лежало тело. Капельки уже брусничной крови пропитали снег, там, где лужа была больше, кровь оставалась клюквенно-красной. Как в сказке про Белоснежку. Темный придержал полы пальто и присел перед отпечатком тела, вполуха слушая рассказ Артема, что тут было, когда он приехал, и что говорят эксперты. Маг снял перчатку, сунул в рот сигарету и провел рукой над примятым снегом, погружаясь совершенно в иное восприятие мира. Пальцы коснулись крови, через тело разрядом прошла путанная нить отрывочных и хаотичных эмоций. Сморгнув чужое восприятие, Марк посмотрел, как в машину садится их судмедэксперт, Андрей.
        - Грачев! - позвал Марк, патологоанатом обернулся. - Чистого кристалла не осталось?
        - Можно поискать, - улыбнулся добрый доктор, забрал из машины серебристый чемодан и пошел к нему.
        - Нашел что-то? - Артем любопытно наклонился. - Да мы тут все уже облазили.
        - Все облазили… - Эхом повторил маг, перебирая замерзающими пальцами ускользающее ощущение.
        Грачев быстрой походкой подошел к ним, опустил прямо на снег увесистый чемодан и с увлеченностью распахнул. В свои мрачные подземелья он явно не торопился и даже оттягивал момент. Помурлыкивая что-то под нос, доктор достал из гриппера мелкий прозрачный кристалл.
        - Вот он, родименький, - он любовно посмотрел кристалл на просвет и передал Чернорецкому. - А ты чего, нашел что-то? Смотри, мы уже все следы собрали.
        Марк сжал измазанными в крови пальцами гладкие грани, заключая в них даже не след, просто… настроение?
        - Да я так, заметки делаю, - маг выдохнул дым и опустил ладонь со стекляшкой в снег.
        Артем со скукой в глазах топтался рядом. Эмпатией он не обладал, другая специализация, и совершенно не чувствовал, что именно уловил там в снегу напарник. А на вопросы тот имел привычку отвечать туманно, если не был уверен в чем-то или просто не хотел делиться мыслями.
        В кармане Артема снова зазвонил телефон. Легкомысленная мелодия заставила мага на секунду смутиться. Извинившись, он вытащил мобильник и отошел подальше, отвечая.
        Марк проводил его взглядом, затягиваясь.
        - А знаешь, интересное, интересное дело вырисовывается, - азартно проронил Грачев, поднимаясь в полный рост и закуривая, смотреть сил на темного не было. Врач потер лоб запястьем. - Чтобы Пустые нападали на людей - было, и часто, подпитывались, чтобы тело не менять. Иногда целую серию за ними подчищали. Но чтобы за Пустым маг пытался следы чистить, такого я не видел…
        Чернорецкий тоже чувствовал, что без скрывающей магии тут не обошлось, даже поймал ускользающий призрак чужой Силы. Но Артем был прав, эксперты и сотрудники все облазили, везде оставляя свои отпечатки ауры и эмоций, забивая эфир. И индивидуальность Силы была почти неразличима. Но вот следы Пустого ощущались ясно, чисто. Свежие. А значит, либо неизвестный маг скрывал свое воздействие на Пустого, либо сам убил девчонку и прикрылся выходцем. Использовал как куклу. Марк взял из раскрытого чемодана мятый гриппер и запечатал в нем испачканный кристалл, спрятал в карман.
        - Что ж тогда не вычистил? - с издевкой спросил Чернорецкий, вставая рядом с доктором.
        Тот понятливо прищурился, глядя в глаза темному магу:
        - Я конечно, не Ищейка, но вот по опыту чую подставу. Все бы чистенько было, если бы не магия эта остаточная, и то, что вчера мы отсюда Пустого забирали.
        Марк кивнул.
        - Вот и я об этом думаю.
        - Что нарыл-то?
        - Да эмоции собрал, сколько смог. Девчонка испугалась и понять толком ничего не успела.
        - И как вы, эмпаты, чужую смерть через себя пропускаете? - сочувственно протянул Андрей. Эксперты были, в основном, сенсорами, тонко улавливающими Силы и собирающими магический след. К эмоциям они были нечувствительны.
        - Могу показать, - любезно предложил Ищейка и протянул собеседнику открытую ладонь.
        - Как-нибудь в другой раз, - отказался от заманчивого предложения Грачев и собрал чемоданчик.
        Чернорецкий с ухмылкой надел перчатки.
        Эх, - патологоанатом оглядел просторы, - и что в этом парке такого? Хоть лагерь разбивай.
        - Полевой морг - это сильно.
        - Зато как было бы действенно…
        К ним снова подошел Артем, смущенно улыбнулся.
        - Я что-то пропустил?
        - Дело пока не раскрыли.
        - Ладно, поеду я в Комитет, - вздохнул Андрей. - Вскрытие само себя не сделает. Может, еще чего найду интересное…
        - Зайду к тебе на огонек, - пообещал Марк, доктор ответил, что будет ждать.
        - Марк, слушай, поехали вместе в Комитет, а? Я машину на парковке служебной оставил.
        Темный покачал головой:
        - Не могу, мне нужно еще кое-куда заехать перед работой. Догоняй доктора, пока не уехал.
        Артем подавил волну раздражения, жарко ударившего в голову, и махнул рукой Грачеву, прогревавшему машину, потом легкой трусцой побежал к ней. Глядя вслед светлому магу, Марк стянул перчатку и убрал руку в карман. Сжал тонкий пластик, даже через него чувствуя наполнение кристалла и заново переживая чужую смерть. Нелепую и случайную.
        Дождавшись, пока машина доктора скроется за поворотом, выезжая на оживленный проспект, Марк вернулся в квартиру Евы. Когда ключ провернулся в скважине, она выскочила в коридор и встретила его весьма тревожно. Весь ее дом был пропитан эмоциями и мыслями, в которых слышалось как заклинание на разные интонации: «Мой дом - моя крепость». Здесь она скрывалась от всего - от проблем, от усталости, от мира, запираясь в комфортном и надежном одиночестве, поэтому сейчас тревога звучала еще ярче.
        - О, это ты, - с облегчением поприветствовала хозяйка и сложила на груди руки. Настроение переменилось. - Что там с девушкой в парке?
        Она уже переоделась, теперь на ней были светлые джинсы и растянутый кремовый свитер с широким воротом, соблазнительно сползающий с одного плеча. Причем, ровно настолько, что создавал дилемму - опустить его ниже или подтянуть. Чудесная вещица.
        - Дело ясное, что дело - темное, - философски ответил маг, повесив пальто, и зашел в ванную смыть с рук запекшуюся кровь. - Забрали в Комитет.
        - Значит, не совпадение?
        - Тебе действительно нужно, чтобы я ответил, или ты из вежливости спрашиваешь? - уточнил маг, вернувшись.
        - Нужно.
        После разговора в машине Ева испытывала совершенно иррациональное и смутное чувство вины: возможно, убитая как-то связана с ней или с происходящим вокруг хаосом. Поэтому ответа ждала с затаенным дыханием. Вне зависимости, рассеет он сомнения или подтвердит. Лучше знать.
        Чернорецкий подошел ближе, и Ева непроизвольно сделала шаг назад, чтобы сохранить личное пространство. Но в узком коридоре это не очень удавалось, и маг стоял все равно слишком близко. Завитой кончик каштановых волос упал на обнаженное плечо, отвлекая его от тяжелых мыслей и металлического послевкусия смерти. Пожалуй, не стоит посвящать Еву во все детали убийства, ей рано, да и вообще не нужно соприкасаться с еще одним кошмаром. Марк протянул руку и подушечками пальцев убрал с плеча локон, касаясь нежной теплой кожи. Легкий разряд норадреналина сбил ровное дыхание и тающими расслабляющими искрами растворился внутри, разогревая кровь. Его зрачки дрогнули и чуть расширились, тело впитывало живой чувственный отклик. Ева чуть отвернулась и подтянула ворот. Марк выдохнул, отпуская этот момент, и наслаждаясь его сладким осадком.
        Но пора было возвращаться к действительности.
        - Я подозреваю, что девушку убили с досады, так как надежд не оправдала. Или как свидетеля. А потом попытались скрыть следы магического воздействия и представили все, как нападение Пустого.
        - Какого воздействия?
        Марк пожал плечами:
        - Могу предположить, что обездвиживающие чары и проверка магических сил. Наверняка, отвод глаз для прохожих. Так просто к девушке на улице не подойдешь и не спросишь, колдунья она или нет.
        Ева вспомнила странные ощущения, когда Камилла взяла ее вчера за руку и долго прислушивалась к чему-то глубинному, скрытому в самой душе, куда совершенно не хотелось допускать кого бы то ни было. Насильно вытягивая оттуда отклик магии. Да, на это определенно потребовалось бы время и очень терпеливая, никуда не спешащая девушка. Машинально Ева потерла запястье, где вчера зеленела руна.
        - А разве нельзя просто как-то скрыть это воздействие, не убивая человека? Память там стереть, или… что еще умеют маги?
        - Можно, конечно. И на месте убийцы я так и сделал бы - меньше внимания бы привлек, - темный задумчиво обернулся к кухонному окну. - Поэтому я пока не могу понять, как это расценивать. Как какое-то предупреждение, демонстрацию или как безжалостную несдержанность. В любом случае, тебя лучше на время уехать отсюда, а лучше - из города.
        Ева покачала головой и скрылась в кухне. Опять уехать… Как будто это так просто. Зашумел чайник, начиная наконец разогревать воду. Марк вошел следом и остановился у стены.
        - На какое время?
        Девушка доставала из навесного шкафа чашки и чай в пакетиках. Предложение ей не нравилось. Сказывалась выработанная одиночеством привычка решать проблемы самостоятельно и не полагаясь на чью-то помощь. Ничего личного, как говорится, просто стиль жизни. Это восхищало. Отчаянное мужество браться за сложности, которые даже не по зубам.
        - На время, пока я не найду, кто это делает и зачем.
        Она со стуком поставила чашки на деревянную столешницу и оперлась на нее ладонями. Спокойствие, звучавшее в его голосе, почти раздражало.
        - Я сейчас на больничном, как ты помнишь, и не могу себе позволить переезд. Тем более к друзьям, учитывая мои новые супер-способности. Не хватало кого-то из них отправить куда-нибудь.
        - Можешь временно переехать ко мне.
        Девушка поморщилась:
        - Я не это имела в виду.
        Меньше всего хотелось, чтобы маг подумал, будто она таким образом напрашивается в его дом, или, несмотря на смелое заявление в машине, все же ищет его компании, прикрываясь опасностью. А-ля дама в беде, слабая и беззащитная. Поэтому лучше прояснить все сразу.
        - Я знаю, - успокоил темный, признавая ее независимость. - Я тоже имею в виду другое. Те, кого ищу я, ищут тебя. И мне выгоднее, чтобы ты была рядом и на виду. Это для всех безопаснее.
        Конечно, в его словах было рациональное зерно. Рядом с магом она не причинит вреда ни себе, ни окружающим, и возможно, даже сможет разобраться с силами, которые ей стали доступны. А если очень повезет, поймет, как это вообще произошло. Напряжение уходило. С Марком было бы спокойнее. И приятнее. Только вот…
        Чайник засвистел, обрывая мысль, Ева выключила газ.
        - Все-таки придумал, чем я могу быть тебе полезна? - иронично подметила она, разливая по чашкам кипяток. - Но это тоже не выход. У меня есть работа, квартира, семья и обязательства. Некоторых маньяков ищут годами. А то и десятилетиями… А некоторых вообще не находят! Я не смогу скрываться вечно.
        - Не сможешь, - мягко согласился он. И добавил с соблазнительным прищуром: - Поживешь у меня, пока не надоешь.
        Ева бросила в чашки по пакетику чая и пододвинула вторую чашку к краю стола, ближе к Марку.
        - А что делать, если ты мне надоешь? - насмешливо уточнила девушка, поднося к губам горячий напиток.
        Чернорецкий сложил руки, опираясь край столешницы, где медленно заваривался и остывал чай для него.
        - Я очень постараюсь тебе не наскучить. Но, если мое великолепное общество все же надоест, уедешь, - он прикоснулся к ручке чашки и чуть сдвинул. - Может, лучше кофе?
        - Много кофе вредно. Чай тонизирует, освежает, богат витаминами, минералами, антиоксидантами…
        - Мы еще не начали жить вместе, а ты уже пытаешься изменить мои привычки?
        Ева лучезарно улыбнулась:
        - Вот и я говорю, идея так себе.
        Марк как-то иначе посмотрел на янтарный напиток рядом с собой, потом невозмутимо взял чашку и сделал глоток под почти зачарованным взглядом Евы.
        - М-м, карамельный, - посмаковал он ощущения. - Не так уж плохо. Собирай вещи и поехали в Комитет.
        Кажется, переспорить его невозможно по определению. И в этом тоже что-то было сексуальное. Ева отставила недопитый чай и, обогнув упрямца, ушла в комнату вытаскивать из шкафа дорожный чемодан. В сущности, это может быть даже приятно. Главное не увлекаться.
        Сборы были в самом разгаре, когда в комнату вернулся Марк и занял компьютерное кресло. Чашка с чаем все еще была у него в руках. Ева тактический жест оценила. Хитро, хитро. Пожертвовал, так сказать, пешкой.
        Мужчина задумчиво посмотрел на чемодан, заполненный стопками одежды.
        - У тебя есть зимняя одежда, кроме пальто? Это сейчас твоя основная примета, думаю, ее тоже нужно сменить.
        Ева замерла, задумавшись, укладывая плойку:
        - Шуба есть. Но я до нее не доросла. Морально.
        - Это как?
        Она усмехнулась:
        - Мама шубу подарила. Белая норка. Я в ней похожа на колумбийского наркобарона. Ну, или на сутенера. В общем, сразу произвожу впечатление успешного человека.
        Заявление звучало интригующе. И более того, Ева говорила искренне, что интриговало еще больше. В светлых серо-зеленых глазах мелькнула тень интереса, и маг чуть подался вперед.
        - Я бы на это взглянул.
        - Сам напросился, - усмехнулась Ева, закрывая синий глянцевый чемодан, и отодвинула створку шкафа, за которой скрывались платья, костюмы и два объемных серых футляра.
        Бросив один из них на кровать, Ева расстегнула молнию и достала на свет божий длинную роскошную норку белого цвета. Не удержалась, чтобы не провести ладонью по гладкому меху. Накинув ее на плечи, девушка покрутилась из стороны в сторону, демонстрируя масштаб катастрофы.
        - Да, с этой шубой нас точно ФСКН повяжет. Что-то другое есть?
        Ева категорично качнула головой:
        - Нет. Пуховик торжественно отправился на помойку, как только я купила пальто.
        - Значит, в Комитет поедешь в этом, Фифти Сент.
        Ответом ему был шутливо-угрожающий взгляд, но облечь его в вербальную форму Ева не успела. Зазвонил телефон. На подоконнике.
        Марк потянулся и отодвинул занавеску:
        - У тебя есть домашний номер?
        - Да, у меня и у мамы, - Ева по дороге к телефону скинула мех на диван. - Подозреваю, эта индустрия жива только благодаря нам двоим.
        Она взяла трубку, перегнувшись через стол, и встала возле подоконника, отвечая на звонок.
        - Ева! Наконец-то, - выдохнула в трубке Света и начала отчитывать. - Мобильник отключен, на работе говорят, ты на больничном.
        - Разрядился, наверное.
        - Ходила уже к психологу? - Успокоившись, подруга вспомнила о насущных проблемах.
        Ева едва не рассмеялась. Какой тут психолог… Если рассказать ей все, посоветует уже сразу к психиатру идти…
        - Нет. Я другого специалиста нашла.
        Специалист бесшумно подошел сзади и приобнял, положив теплую ладонь на живот, скрытый свитером. Его губы щекочуще коснулись уха:
        - Не стоит говорить обо мне всю правду.
        То ли от тихого шероховатого шепота, то ли от откровенного прикосновения, тело снова накрыло расслабляющим волнением. И сердцу ведь не прикажешь, оно всегда выдает с головой. Гулкие удары в груди начали быстрее разгонять кровь по венам. Холодившее нутро предвкушение обращалось жаром и приливало к щекам.
        - И не собираюсь, - едва слышно отозвалась она
        - Какого еще специалиста? - Возмутилась Света. - Ева, тебе нужна профессиональная помощь…
        - Многопрофильного, - заверила Ева и прикусила губу, чтобы сдержать смех. - Лечит наложением рук.
        Марк усмехнулся ей в шею, пощекотал пальцами голый живот и отпустил, позволяя закончить разговор. Света продолжила скептически возмущаться наивности и недальновидности подруги. Марк же, провожаемый взглядом Евы, забрал с кровати чемодан и отнес в коридор.
        Глава 3
        Боишься ли ты темноты?
        Иногда безопаснее идти в собственной темноте, чем в чужом свете. Энтони де Мелло.
        Припарковавшись у здания Комитета, Марк вышел из машины и галантно отворил пассажирскую дверь, помогая Еве выйти из машины. В шубе это было немного затруднительно.
        - А я думала, у вас тут какой-нибудь мрачный готический особняк, скрытый заклинаниями и завесами, - она ступила на тротуар и осмотрелась.
        Оживленная улица Питера с грязным растоптанным снегом, снующими машинами, торопливыми прохожими совершенно не создавала впечатления чего-то магического и тем более - волшебного. Разве что развешанные новогодние украшения невнятно претендовали на сказку, но и те днем не горели. Все буднично, шумно и серо.
        - Хочешь что-то спрятать - оставь это на виду, - глубокомысленно проронил маг, придержав на мгновение Еву, перед которой почти бегом пронесся прохожий, спешащий к притормозившей маршрутке и не видящий никого на пути.
        - Спасибо.
        - Смотрю, ты и шагу уже без меня не можешь ступить.
        - Этот мир полон опасностей! Я не виновата.
        - И как ты жила до встречи со мной?
        - Ох, эта прекрасная, скучная жизнь… - с ностальгией протянула она, шагая к стеклянным дверям.
        - Признайся, просто реже из дома выходила.
        Маг пропустил девушку вперед, в светлый просторный холл, а затем повел ее к стойке проходной. За ней дурным предзнаменованием маячила знакомая до зубовного скрежета седая голова. Будто почуяв добычу, охранник отвлекся от телефона и хищно сощурился. Фирменная улыбка молодого темного только придала его настрою мрачности и решительности. На Еву он едва взглянул.
        - Семен, выпиши временный пропуск для девушки, - Марк подошел к стойке и положил на гладкую серую поверхность Евин паспорт.
        Документ дежурный проигнорировал.
        - Устав нарушаем, Чернорецкий? Посторонних водим?
        Ева с ироничной полуулыбкой повернулась к спутнику. Подобный прием был для нее в новинку. Пожилой охранник источал эманации такой бессильной и раздражительной злобы, что дух захватывало. Марк обернулся и утомленно вздохнул, показывая, что дело привычное, и вообще неизбежное.
        Ева одними губами пожелала: «Крепись!», расстегнула и сняла шубу, в которой стало уже жарковато, и отошла к стене с доской информации полюбопытствовать, чем живет и дышит местное «министерство магии». Дышало оно, похоже, вполне примитивными вещами - самым ярким пятном оказалась памятка по использованию огнетушителя.
        За спиной разгоралась ленивая битва.
        - Семен, сегодня разве твоя смена?
        - Моя, - фыркнул тот. - И я докладную на тебя сейчас составлю.
        - О чем? - с тонкой издевкой уточнил нарушитель.
        Строгий страж поднялся с места, дабы стать внушительнее.
        - О том, что… Чернорецкий, Марк Константинович, темный маг первой категории, разглашает секретные сведения и… и проводит в здание Комитета лиц посторонних, магической силой не обладающих! В частности… - Он таки взял с полки паспорт и раскрыл. - В частности Зорину Еву Владимировну.
        Марка угроза впечатлила. Но не совсем так, как планировал Семен.
        - Тебе бы в Ищейки идти с таким чутьем на правонарушения, а не тут штаны протирать. Пропуск девушке выпиши, она на прием к Камилле записана.
        - Нет у меня в записях никакого приема!
        - Позвони, - заботливо посоветовал темный.
        Охранник психанул окончательно и потянулся к служебному телефону. С минуту ему не отвечали, напряжение росло. Затем Камилла все же подняла трубку, и справедливость восторжествовала. Продолжая ворчать под нос гадости, Семен заполни форму временного пропуска и передал Марку вместе с паспортом гостьи. Надо отдать должное темному, триумфа или злорадства он не выказал, лишь поблагодарил с легкой насмешкой и забрал бумаги.
        - Ева?
        Она отвлеклась от чтения правил безопасности и присоединилась к нему, держа в руках перед собой шубу.
        - Что это было? - вполголоса поинтересовалась Ева, поднимаясь по ступеням к турникетам.
        - М-м… Семейное наследие, пожалуй, - после небольшой заминки пояснил Марк. - Чернорецкие нажили много врагов, и Семен искренне считает, что мне здесь не место.
        - А ты сам как считаешь?
        - Я считаю, что не стоит прислушиваться к мнению охранника относительно моей карьеры.
        Ева хмыкнула, на секунду ловя уверенный, но не надменный, живой взгляд. И не поспоришь… Ей бы в свое время очень помогло такое здоровое отношение к непрошенной критике. Но увы, все приходит с опытом.
        Вскоре они подошли к серебристым служебным лифтам. Дверцы одного из них разъехались в стороны, навстречу вышли несколько сотрудников. Сдержанно поздоровавшись, Марк подтолкнул девушку к опустевшей зеркальной кабине. Проводили их быстрыми, но очень любопытными взглядами. Чернорецкий нажал кнопку четвертого этажа и расслабленно привалился к поручню.
        - Что значит «маг первой категории»? - Ева повернулась, внимательно рассматривая красивый четкий профиль. С таких раньше картины рисовали…
        - Подслушивать нехорошо.
        Если он хотел смутить Еву - не получилось. Маловато для этого детских нравоучений, она уже слишком взрослая.
        - А следить за невиновным человеком - даже незаконно, - непринужденно напомнила девушка.
        - Я не следил, я защищал.
        - Это ты так говоришь.
        - Мы можем препираться целую вечность, да? - В глубокий голос скользнула улыбка.
        - Да, - девушка с удовольствием смежила веки. - Очень увлекает.
        - Если вкратце… Комитет сортирует наши возможности и уровень доступа к воздействию на окружающих по категориям. Большинство магов в Комитете - это вторая и третья категории. То есть, они обучены, выше среднего по способностям и в полной мере владеют своей магией. Первая категория отличается только тем, что я имею право убивать своей магией.
        - Звучит жутко.
        - Я Ищейка и защищаю наши гуманистические законы. Право на убийство не делает из меня маньяка.
        Ева смерила его подозрительным взглядом:
        - Маньяк так и сказал бы.
        - Маньяк, вероятно, вообще не говорил бы.
        Лифт остановился на третьем этаже, вошли двое сотрудников, немного потеснив Еву и Марка и заставив ее на время прервать расспросы. Лифт закрылся и продолжил плавно подниматься, а когда достиг нужной площадки, маг уже привычным движением положил ей на поясницу ладонь, чтобы направить. Новые заинтригованные взгляды прожигали насквозь. Девушка поежилась, словно пыталась сбросить с себя чужое любопытство. Но по сути, это было тщетно, потому как рабочий день был в разгаре, и светлый коридор с обилием кабинетов не пустовал. И взгляды нет-нет, но скользили по колоритной паре.
        - Они просто гадают, кем ты мне приходишься. Конвоирую я тебя, охраняю, или между нами что-то есть, - бархатисто пояснил Марк, не дожидаясь, пока вопрос прозвучит вслух. Впрочем, и не нужно было.
        - И на кого я больше похожа?
        - Кажется, мы уже установили, на кого ты с этой шубой похожа…
        - Значит, на неуловимую преступницу?
        - Ну-у, мы сейчас на этаже отдела по борьбе с магическими правонарушениями…
        - Это подтверждение моей теории или опровержение, что неуловимая?
        - А тебе как было бы приятнее?
        - Если бы ты не увиливал, - выдержав паузу для большего эффекта, призналась Ева.
        - Я подумаю…
        - Знаешь, а я понимаю их интерес, - перевела она внимание на очередной отсвет любопытства, - на их месте я делала бы то же самое.
        - Разве что на их месте…
        Спросить, что означает такое подчеркивание, Ева не успела. Только смутно уловила, как далеко витают его мысли. Марк остановился у одного из кабинетов с белой дверью и золотистой табличкой «Лаборатория», постучал и приоткрыл дверь. Камилла повернулась на шум, прижимая к уху мобильник, и жестом пригласила войти.
        - Я оставлю тебя здесь, мне нужно поработать, - негромко предупредил Марк, глядя в глаза своей спутнице. - Когда получишь результаты и освободишься, позвони, я заберу тебя.
        - Хорошо…
        Любая неизвестность волнует и выбивает из колеи, вот и Ева заходила в страшную голубую комнату со страшным названием терзаемая сомнениями. И далеко не смутными. Два голубых кресла, похожих на стоматологические в окружении компьютеров, специфический запах реактивов, обилие непонятных датчиков, явно крепящихся к телу и холодный люминесцентный свет… Все это откровенно пугало. Воображение, бережно взращиваемое на библиотечных книгах, почему-то решило в красках воспроизвести сцены из книг про инквизицию и задаться вопросом, какой инквизиция стала бы в современных реалиях. Наверное, какой-то такой. С другой стороны, связывать и бросать в воду ее, кажется, не собирались. Это немного обнадеживало.
        - Проходи, садись, - почти гостеприимно приказала Камилла, отвлекаясь от разговора и указывая на ближайшее кресло.
        Ева осмотрелась, повесила шубу и сумку на рожок вешалки и подчинилась. Со вздохом вытянувшись на прохладном кожзаме, она едва подавила нервный смешок. Не хватало только слов: «Я только посмотрю».
        Камилла жестко попрощалась с собеседником и подошла, усаживаясь на круглый табурет возле кресла и включая компьютер.
        - Мой сын рассказал тебе, как проходит процедура?
        - Нет.
        Камилла непримиримо дернула уголками губ. Ее подобная беспечность отпрыска не порадовала и, скорее всего, ему еще это выскажут. Но позже - профессионализм все же победил.
        - Тогда я сначала объясню. Я сниму с тебя блокирующие браслеты и установлю чувствительные датчики на указательных и средних пальцах, а также на висках. Кроме того, я возьму образец твоей крови. Для картотеки, и чтобы анализ способностей был наиболее полным и точным. Закатай рукав.
        Ева подтянула вверх рукав свитера, пока Камилла доставала жгут и спиртовые салфетки из ящика под компьютером. Укол она сделала гораздо легче и безболезненнее, чем от нее можно было ожидать. Затем распределила кровь по нескольким пробиркам и закрепила обещанные датчики.
        - Так… - результатом их приготовлений колдунья осталась, кажется, довольна. - А теперь положи руки на подлокотники и постарайся не двигаться.
        - Это долго?
        Камилла улыбнулась. Наверное, впервые с момента их знакомства.
        - О, ты даже не заметишь, - пообещала она и щелкнула пальцами перед носом своей подопытной, вызывая замысловатую руну.
        Сон навалился тяжелой перьевой подушкой, вжимая в удобное анатомическое кресло. Сквозь пелену похожего на наркоз сна, девушка слышала мерный писк приборов.
        Как и обещал, первым делом Марк зашел в морг к Андрею. В прохладном кафельном помещении тихонько играл легкий джаз, разбавляя гнетущую атмосферу. Доктор, насвистывая в такт, мыл руки в углу зала, за его письменным столом сидел молодой парень, видимо, стажер, и что-то увлеченно записывал, сверяясь с диктофоном. Идиллия.
        На звук закрывающейся двери обернулись оба. Грачев улыбнулся, потянулся к белому вафельному полотенцу.
        - А мы только закончили. Как чувствовал! Сразу видно - Ищейка.
        - Судя по хорошему настроению, у тебя есть для меня новости, - Марк подошел ближе.
        - Конечно, есть. Мои пациенты, знаешь ли, в отличие от живых не врут.
        Чернорецкий блекло улыбнулся. Доктор в своем репертуаре. Его чудаковатое, но искреннее и трепетное отношение к работе восхищало темного мага. Андрей обладал очень редким качеством для людей его профессии, на которых обычно профдеформация откладывает отпечаток отстраненности и равнодушия: за каждым телом, попадавшим к нему на стальной стол, видел целую жизнь, оборвавшуюся по той или иной причине. И если причина была насильственная, а в Комитете чаще всего так и бывало, по максимуму старался вытянуть информацию из трупа. Даже оставался сверхурочно при необходимости. Многие подшучивали над привычкой патологоанатома разговаривать с мертвецами, а он искренне продолжал верить, что под его скальпелем - самое заинтересованное в поимке преступника лицо. И Марк не мог с ним не согласиться.
        Пожав руку Ищейке, патологоанатом поправил очки и отправил стажера на перерыв.
        - Покажи девочку, - попросил Чернорецкий, закуривая.
        Андрей стрельнул у него сигаретку, надел перчатки, кинул пару Марку и полез открывать крайний холодильник. Выдвинув металлический язык, на котором покоилось тело, медик аккуратно откинул простынь. Бледная обескровленная девушка была совсем отдаленно похожа на Еву, но по спине все равно прошелся неприятный холодок ассоциации. Каштановые волосы, длиннее и темнее, чем у Зориной, молодая, красивая…
        - Жалко девчонку, - вклинился в его мысли голос патологоанатома. - Сразу видно - не в том месте не в то время оказалась. Это еще хуже, чем, когда злой умысел. Жаль, воскрешать не умею.
        Марк выдохнул горький дым:
        - Одежда еще у тебя?
        - Да, - кивнул Андрей и отошел. - Сейчас принесу.
        Марк наклонился над телом, осторожно приподнял веко. Голубоглазая. Была. Маг выпрямился. Прав доктор, жаль, что воскрешать они еще не научились. Кусочек пепла, упавший с сигареты растаял в воздухе, не долетев до блестящего пола.
        - Вот, - Андрей выложил на один из пустующих столов измазанную в крови одежду и маленькую коричневую сумку. Ткань все еще была сырой.
        Ищейка отвлекся от созерцания тела и подошел к разложенной одежде.
        В ноздри ударил прелый, густой запах крови, металлический привкус ржавчиной коснулся языка. Маг снял медицинские перчатки, достал из кармана пальто кристалл, заполненный сегодня на месте. Перебирая его грани пальцами левой руки, правой он прикоснулся к изрезанному кремовому пальто, на котором неравномерные разводы крови были похожи на неумело нарисованные розы. Подушечки резануло острым ощущением чужого ужаса и боли. Марк ушел глубже… И… ничего, кроме остаточного следа Пустого. Он резко перевернул пальто и прижал ладонь к спинке. А вот тут снова едва уловимо трепетала чужая магия. Маг нахмурился, зеленые глаза потемнели.
        - Ну? Что там? - пытливо спросил Андрей.
        Чернорецкий отступил на шаг, раздумывая.
        - Помоги-ка мне, - Марк протянул ему кристалл, - ты сенсор, может, что-то больше почувствуешь.
        Грачев спешно сунул в рот сигарету, которую держал в чистом зажиме, и стянул перчатки. Забрав у Ищейки кристалл, сначала посмотрел его на просвет, затем сжал пальцами и прикоснулся к шероховатой ткани пальто девушки. Молчал он долго, прислушиваясь к неуловимым потокам магии, которая едва сочилась от предметов. Лицо его было сосредоточенным и напряженным, будто он сквозь толщу зарослей пробивался.
        Наконец выдохнул клуб дыма и отдал магу кристалл, руки едва заметно дрожали.
        - Не знаю я… - обескураженно и обессиленно пробормотал доктор. - То ли наши натоптали, то ли муть какая-то.
        - Натоптали… - снова эхом повторил Марк, как на месте. - Под девчонкой прям натоптали… Комитетской магией… И главное, что-то знакомое в этой магии есть, а чья она, не могу поймать, хорошо подчищена.
        Патологоанатом потер лоб, поправил очки, стряхнул пепел в стальной лоток, где уже высилась горка окурков. В общем, во всю предавался раздумьям.
        - Ты скопируй мне кристалл, я к делу подошью.
        - Да не докажешь этим ничего, - отмахнулся Марк, - сейчас у тебя одежду заберут, просканируют, найдут те же следы магии и спишут на неаккуратную работу на месте происшествия. А если я прав, и это просто ошибка нашего клиента - мы заставим его быть еще осторожнее.
        - А я в отчетик отдельно запишу, а страничку придержу пока.
        Чернорецкий пожал печами и снова надел перчатки. От одежды больше толку не было. Андрей, уловив его настрой, вернулся к телу.
        - Я тебе тоже хотел показать кое-что… - с этими словами он осторожно, но с усилием развернул девичье запястье правой руки. - Вот, следы видишь? Герой наш с такой силой ей руки сжимал, что гематомы оставил, то бишь, синяки…
        Патологоанатом начал медленно проводить экскурсию по телу, детально описывая все, что нашел. Отчет еще не был готов, но осмотр он провел, и помнил досконально все почти слово в слово.
        Марк заново закурил. Иногда он даже сам не замечал этого. Во взгляде появился цепкий холодок
        - Ты сказал… Что она оказалась не в том месте не в то время. Почему?
        Андрей вскинулся:
        - Да ладно, Чернорецкий! Меня, что ли, уже подозреваешь? Да я после себя только один труп оставлю - свой собственный!
        Ищейка змеино улыбнулся. В красивой внешности появилось что-то мефистофельское.
        - Я пока спрашиваю, почему ты так выразился.
        Доктор дернул плечами:
        - Да опыт все, сын ошибок трудных. Понимаешь… Не устраивают маги поножовщину с такими людьми без способностей, еще и в компании Пустых… - глаза под толстыми стеклами затуманились, он обошел девушку. - Обычная она, самая обычная, приличная тихая девочка. Зуб последний заложу, что никаких связей с магами не найдете. И вот то, что я вижу перед собой, говорит о том, что перепутали ее с кем-то. И знаешь… Вот, нелогично это… За руки хватать, потом Пустого с ножом натравить и за ним же следы подчистить…. Я знаешь, что думаю?
        Марк склонил голову набок. Андрею не нужен был ответ, он уже блуждал по своим мыслям, оттого и речь становилась путанной. Но прерывать ее не стоило.
        - Я думаю, дело так было… Ее сначала порезали, а потом ошибку-то свою поняли. За руки хватали, пока живая была, хотели, наверное, проверить, маг она или не маг. Оттого и сила такая… А потом уже и Пустого натравили, чтобы след замести. Путаное дело, путаное. Нехорошее. И вообще не удивлюсь, если тут двое магов замешано.
        - Почему?
        Грачев хрипло хохотнул:
        - Потому что один столько херни не наворотит.
        Марк уклончиво хмыкнул. Спорить трудно. Версия вполне жизнеспособная - заметание следов слишком хаотичное. Над этим стоило подумать, что касается вопросов смерти - патологоанатому виднее.
        - Кстати, - вскинулся доктор, - а ты по эмоциям что нашел?
        Маг посмотрел на безмятежное тело перед собой:
        - Испугалась она очень, удивилась, а потом все болью заволокло и смертью. Могу сказать, что она точно не знала нападавшего. Даже крикнуть не успела, ее буквально парализовало от ужаса.
        - Эх, - вздохнул Андрей и затушил сигарету. - И как тебя такого сострадательного в темные маги занесло?
        - Наследственность дурная. Ты хоть не начинай.
        - А чего про Пустого не спрашиваешь? - сменил тему доктор.
        Чернорецкий пожал плечами.
        Патологоанатом рассмеялся:
        - А я тебе скажу, чего не спрашиваешь! - И пока Марк быстро прикидывал, где прокололся, Грачев продолжил: - Артем у меня, как приехали, материалы забрал. А я думал, ты сам взглянуть захочешь.
        Звонкий щелчок вырвал Еву из сна, но не заставил проснуться окончательно, она словно застряла между грезами и явью. Голова была тяжелая, тело мелко дрожало. Глубоко вздохнув, девушка попыталась открыть глаза, но почти сразу снова их закрыла, медленно приходя в себя.
        - Мы закончили, - явно повторила Камилла. - Сейчас распечатаю твои результаты, и мы их обсудим. Как ты себя чувствуешь?
        Ева все-таки приподнялась и поморщилась. Голова болела ужасно.
        - Как будто по мне первомайскую демонстрацию провели, - она с усилием села и спустила на пол ноги. И застонав, потерла шею. - Или Алые Паруса отпраздновали, что вероятнее.
        Камилла очень неоднозначно хмыкнула, забрала из лотка отпечатанные документы и пересела за стол, на котором высились широкие держатели для папок.
        - Сядь ближе, - в приказном тоне попросила колдунья и нетерпеливо махнула рукой на мягкий стул для посетителей. Потом быстро набрала чей-то номер и, дождавшись ответа, коротко попросила: - Зайди ко мне, мы уже закончили.
        Приказать было легче, чем сделать. Ева едва отлепила себя от цветного кожзама и медленно дошла до стола. Голова отзывалась пульсирующей болью на каждый шаг.
        - Голова болит? - сочувственно поинтересовалась Камилла, на миг отрываясь от чтения листов, чтобы оценить зеленоватый вид подопытной.
        - Очень.
        - Ничего, пройдет, - равнодушно успокоила колдунья. Ева едва не поаплодировала, насколько это вязалось с ее обликом и характером, посмеялась бы, если бы голова так не болела. - У людей с твоими способностями такое бывает после процедуры. Все эмпаты очень восприимчивы к таким воздействиям.
        - Это успокаивает, - поморщилась снова девушка, не вдаваясь в подробности услышанного, и обернулась.
        Возле дверей стоял кулер, а в сумке, кажется, лежало обезболивающее. После двадцати как-то незаметно начинаешь таскать в косметичке не только тушь, но и половину домашней аптечки. Последний рывок! Камилла проводила ее неодобрительным взглядом, но предпочла ничего не сказать. Ева вернулась на стул с сумочкой и стаканом воды.
        - Это вряд ли поможет, - указала брюнетка ручкой на таблетку в руках Евы. - Мигрень связана с остаточным эмоциональным воздействием. Пройдет, когда состояние нормализуется.
        - Угу, - покладисто согласилась девушка и выпила вторую таблетку, чтоб наверняка.
        Камилла протянула ей два листа, заполненных печатным текстом с гербом и печатями. Как все официально!
        - Здесь исследование по силе и индивидуальные рекомендации, - пояснила колдунья. - Признаюсь честно, я впечатлена тем, как ловко ты вчера скрыла от меня свою магию.
        - Я? Скрыла?
        - Скрыла, - жестко подтвердила Камилла. - Закрылась, как эмпат. Может, и не специально, но я не очень доверяю совпадениям, в которых замешан мой сын.
        Ева вчиталась в написанное, превозмогая головную боль. Хотя, если сидеть в одном положении и не двигаться, даже терпимо. На язвительное замечание предпочла не реагировать: Марка она знала недолго, но по его манере говорить и держаться, вполне определенные выводы о характере сделала. Конечно, до самого дна души не узнать никого, даже самого себя, но какие-то черты на заметку взять можно. Поэтому Камиллу понять можно - ее сын тот еще великовозрастный сорванец, склонный к авантюрам. И вообще, не так уж и не права была строгая маман, на совпадение все происходящее мало походило. Ева на ее месте тоже бы не поверила.
        - Так, - дойдя до конца страницы, Ева перевела взгляд на колдунью. - Объясните, наконец, что это значит? У меня так голова болит, что с таким же успехом мне можно иероглифы дать на расшифровку.
        Камилла глубоко вздохнула. Похоже, Ева не оправдала ее ожиданий. Что ж, она не Эвелин из «Мумии». Взаимная неприязнь медленно, но верно росла. Маг демонстративно встряхнула свой экземпляр.
        - Ты довольно сильный эмпат, - оценила она загадочные цифры в тексте. - Это твоя основная способность, так сказать, профильная магия. Причем, есть перспектива дальнейшего развития до телепатии. Надеюсь, эти понятия не нужно объяснять?
        - Не нужно.
        - Отлично. Помимо эмпатии есть способности к пространственной магии. Не знаю, как объяснить то, что порталы ты открываешь в Пустоту. Я не сталкивалась с этим в своей практике, но вероятно, это связано с тем, что ты подсознательно как-то настроилась на Пустоту после встреч с выходцами. Попробуй перенастроиться на какие-нибудь места этого мира.
        К сердцу подкралась тоска: вот так! Пространственная магия. И по закону Мерфи, кому-то - портал на Бали без визы, регистрации и смс, а ей - добро пожаловать в тур по загробному миру неупокоенных душ.
        - Перенастроиться, значит… - Ева закрыла глаза. - И как это сделать?
        - Я бы посоветовала использовать физические и эмоциональные привязки. То есть, попробовать поработать с предметами, связанными с местами, и с воспоминаниями. Ракушки там с Черного моря… Фотографии с отдыха…
        Ракушки… Да уж. Дома разве что банку варенья с бабушкиной дачи потискать можно для эмоциональной и физической привязки. Интересно, куда портал откроется - на огород, где снега по пояс, или в погреб, где вполне можно продержаться до весны. Следующего года…
        - Я попробую.
        - Считай это своей основной задачей. Связь с Пустотой нужно прервать во что бы то ни стало. Учитывая, что источник твоих сил - темный, Комитет может расценить тебя как угрозу, если узнает.
        - А Вы, разве, не Комитет представляете?
        - Да, и я провела оценку и анализ Сил. Эмпатия и перемещения, ничего криминального. Вдаваться в подробности я пока не стану. Позже, когда научишься минимально владеть этой магией, не открывая дверь в Пустоту каждый раз, когда чем-то… ммм… расстроена, пройдешь курс обучения в Комитете. Это обязательно с твоим уровнем.
        - Спасибо, - пробормотала девушка и задумалась, оценивая свое новое положение.
        - Не благодари. Одаренные магией недоучки такая же угроза как темный маг с привязкой к Пустоте. Отсрочку я даю из-за того, что в этом замешан Марк. Он ведь все равно не оставит это дело.
        - А можно как-то убрать эти способности?
        Камилла впервые посмотрела на нее с интересом. Не со скепсисом, не с высокомерием, а просто с интересом. И вроде бы даже с сочувствием. И отложила лист.
        - Нет. Если способности проявились, их уже не убрать. Блокирующие браслеты купируют магию, но, как ты уже знаешь, только на время. Даже в тюрьмах необходима постоянная подпитка браслетов.
        - То есть, если носить их постоянно, я могу жить нормально?
        - Это не будет нормально, - резонно возразила колдунья. - Лучше тебе принять новый порядок вещей. И научиться с ним жить.
        - Погодите, - Ева буквально ухватила за хвост ускользающую мысль, - Вы сказали, что я темная?
        - Да. Способности проявились в стрессовой ситуации, и теперь их источник - темная энергетика. Это естественно.
        Может, для кого-то это и было естественным, но человеку, не связанному с миром магов, трудно отделаться от стереотипов. И пусть «темная сторона» манила печеньками, связываться с разными кровавыми ритуалами, сборами на кладбищах и прочими жертвоприношениями совершенно не хотелось. Марк, конечно, не похож на фанатика, расчленяющего в грязных склепах девиц, скорее на растлевающего их в дорогих ночных клубах мажора, но… Как минимум Ева «не такая». Девушка приуныла, бездумно глядя в написанное, которое мало-помалу обретало смысл.
        - Но я ведь добрый человек, и к негативу и опасностям не склонна.
        Камилла насмешливо ухмыльнулась:
        - И это прекрасно. Значит, с тобой у нас будет проблем меньше, чем с большей половиной магов. Как светлыми, так и темными. Так ведь?
        - Сама надеюсь.
        - Думаю, ты быстро разберешься. В рекомендациях все указано, и на первых порах тебе поможет мой сын. Кстати, - помедлила Камилла, снова превращаясь в ледяную королеву, - я хотела бы знать, какие у вас отношения?
        - С Марком? - Вопрос, конечно, закономерный, но все равно неожиданный. Ева заранее посочувствовала девушке, которой придется отвечать на него иначе. - Никаких. Мы знакомы два дня.
        - Всего два? Ах да, во время того инцидента вы не были знакомы… Что ж, пусть так и остается, - кивнула сама себе колдунья. Как-будто могла что-то решать, случись все иначе. - Не пойми меня неправильно, Ева, ты милая девушка. Но твое появление и твои Силы… Поверь, у Марка достаточно сложностей в жизни. И даже помощь тебе сейчас ставит его под удар.
        - Я понимаю, - разговор снова начинал напрягать.
        Камилла поколебалась:
        - И надеюсь, правильно понимаешь?
        Ева склонила голову набок, изучая незапланированную соперницу. Наверное, надави на нее еще пару лет назад подобная сильная дама, спасовала бы и начала соглашаться, стараясь «быть удобной» для общества в ее лице. А теперь… Теперь уже не хотелось прогибаться под изменчивый мир, спасибо, нашлись учителя. И сейчас она могла четко и ясно ответить Камилле, что отношения с Марком ее не интересуют. Он прелесть, душка и мужчина-мечта, но увлекаться им так же опасно, как алкоголем. Насколько бы благороден и хорош ни был напиток, зависимость приведет к печальным последствиям. Поэтому насладиться - можно, а вот ввязываться в отношения…
        И вот это все Ева готова была бы откровенно объяснить Камилле, да ведь не поймет, раз уже не поняла ее емкое «ничего». Кроме того, не стоило так настойчиво загонять ее в угол. Поэтому Ева просто улыбнулась и поднялась со стула.
        - Конечно, правильно. Я ведь эмпат…
        Ответом ей были тревожные смешанные эмоции. Камилла эмпатом не была и как именно это расценивать не знала.
        Вежливо попрощавшись, Ева забрала с вешалки шубу и вышла в коридор, сгорая от скрытого злорадства. Там, сидя на одном из ряда кресел для посетителей, уже дожидался ее Чернорецкий. Он сосредоточенно изучал какие-то бумаги в серой папке.
        - Чем ты так довольна? - спросил он, не поднимая головы.
        - Тем, что это, наконец, закончилось, - слегка покривила душой Ева.
        Марк отложил папку и, забрав у нее из пальцев сложенные листы с результатами, развернул и вчитался.
        - М-м, эмпат, - голос мага полностью совпадал с чувствами и выражал тягучее, как мед, удовольствие, - еще и с перспективой развития до телепата… Так и знал. Какой я молодец.
        Ева немного удивленно смотрела на довольного, как ребенок, нашедший новогодний подарок раньше срока, Марка. Что его так радовало, непонятно. Но глубинное чувство перерождалось в сильнейшее предвкушение. От чего становилось даже тревожно. Опять задумал что-то авантюрное. В самый раз вернуть вопрос.
        - А чем ты так доволен?
        Он вдруг по-мальчишески озорно улыбнулся, настроение изменилось, от чего Ева еще больше подозрительно напряглась.
        - Тем, что в полку темных магов прибыло. Ну, что, принцесса Тьмы, когда начнем вершить черные дела?
        - Никаких черных дел! - Категорично отказала девушка, усаживаясь на соседнее кресло. - Твоя мама запрещает мне с тобой дружить.
        Марка эта новость не удивила, он отмахнулся:
        - Ну, если бы я ее слушал, разве стал бы темным магом?
        Будто почуяв сыновье вероломство и заговор, Камилла выглянула в коридор:
        - Марк, зайди в кабинет.
        Он повернулся, в глазах отсветом застыли лукавые искры:
        - Подождешь меня?
        - Конечно, - согласно смежила веки Ева.
        - Тогда я пальто тебе оставлю. А то вокруг одни маги, никому нельзя верить, - продолжил шутник и встал с кресла, оставляя сложенное черное пальто.
        Девушка покачала головой. Ни секунды без представления!
        Запустив в лабораторный кабинет сына, Камилла прикрыла дверь. На столе стоял ее рабочий ноутбук, видимо, она уже вносила в систему данные магического анализа.
        - С результатами, я вижу, ты уже ознакомился? - Кивнула она на белые листы в его руке, прижатые к серой папке.
        - Разумеется, - лаконично ответил Ищейка, вольготно усаживаясь перед письменным столом, разговор затянется, зная его мать.
        Она села напротив и вздохнула, будто раздумывала, что делать с непутевым отпрыском. Или как начать разговор. Марк помогать ей не собирался, насмешливо ожидая, что она скажет. Может, и мальчишество, а забавно.
        Но Камилла тоже не лыком была шита, и настроение его угадала безошибочно. Все-таки мать. Что ж, нравоучительное вступление можно пропустить…
        - Талантливая девочка, - удовлетворительно и одновременно неодобрительно подытожила колдунья после продолжительного молчания.
        Марк спокойно улыбнулся. Спорить с очевидным не имело смысла. Он-то заранее предполагал, какой магией обладает Ева, потому что ее реакция на его чувства была слишком узнаваемой. Такой зеркальный коридор из эмоций бывает только между эмпатами, и то не всегда. Все-таки от личных симпатий и антипатий сложно отойти, а эмпаты ощущают их особенно остро. Мысли мага непроизвольно вернулись к событиям прошлой ночи, и он едва не рассмеялся, тихо радуясь, что мать не телепат.
        - Знаю.
        - Даже не сомневаюсь. Поэтому ты вчера прикрыл ее от моего сканирующего заклятия?
        - Нет. Она сама от тебя закрылась. Думаю, на нее произвело впечатление твое обаяние. Но признаю, мне понравилось наблюдать этот экспромт. Хоть из-за него и пришлось согласиться на лабораторию.
        - А я думала, в тебе сознательность проснулась.
        Он деланно задумался, поднимая глаза к потолку:
        - Нет. Точно нет, ничего такого.
        - Марк… - она поморщилась, как от зубной боли, призывая побыть серьезным хоть пять минут. - Боюсь, ты оказался прав, и теперь ею действительно заинтересуется Комитет. Любой отдел захочет заполучить еще одного телепата. Нужно как можно быстрее избавиться от ее связи с Пустотой, пока это не обнаружили.
        - Она в праве отказаться. Набор нужных качеств для работы в Комитете не обязует подписывать трудовой договор.
        Камилла поджала губы. Конечно, в праве. Но реальность такова, что вышестоящие маги попробуют заполучить полезный кадр всеми правдами и неправдами. Не сказать, что телепаты были редкостной редкостью, однако Комитету их всегда не хватало. А Еве все равно предстоит курс обучения, и заинтересованные лица сделают все возможное, чтобы на выходе получить телепата.
        Ее мысли в свою очередь тоже были, как открытая книга.
        Марк склонил голову набок:
        - Просто скрой информацию про перспективы. Перепечатай программный лист. Пока они дойдут до сверки памяти аппарата с папками, пройдет уйма времени.
        - Это только отсрочит неизбежное.
        Чернорецкий вдруг резко заметил:
        - Ты настаивала на лаборатории. В крайнем случае, скажешь всем, что она будет работать с тобой.
        - Наглеешь, сын.
        Он пожал плечами:
        - Помнишь наш прошлый разговор? О сумасшедших магах, которые верили, что, стабилизировав разрыв в Пустоту, можно обрести неограниченные силы? А теперь представь, если они выйдут каким-то образом на Еву.
        Перспектива жуткая, но маловероятная, поэтому впечатления на мать не произвела.
        - Опять теории заговора?
        Марк просто без слов бросил на глянцевую поверхность стола папку, которую держал в руках. Камилла недоуменно посмотрела на это действие, затем на папку. Открывать не спешила.
        - И что это?
        - Открой. Грачев только закончил. Наверняка твой отдел тоже привлекут к работе.
        Мать с большой неохотой открыла папку, в которой были фотографии девушки на снегу, протокол осмотра места происшествия и свеженький отчет патологоанатома.
        - Сегодня утром возле дома Евы убили девушку, без способностей. Замешаны Пустой и неизвестный маг.
        - И?
        - Зима… Других примет, кроме пальто и цвета волос, те, кто искал Еву, не знали, поэтому под нож попала случайная прохожая.
        Камилла закрыла папку с неприятным зрелищем и отодвинула обратно сыну. Некоторое время она молчала, переваривая информацию. К чему он клонит, было ясно, как день.
        - Ты уверен, что это не совпадение?
        - Я в случайности вообще не верю. Ни в случайности, ни в судьбу, ни в приметы.
        Колдунья смягчилась. Никогда не верил. Чем доводил до белого каления Агату, которая пыталась привить внуку «старые привычки», вместе с наследием Чернорецких. В итоге наследие вместе с фамильным домом утопало сейчас в непролазных снегах под Петербургом, а маг навещал отчий дом от случая к случаю.
        Ужасный упрямец, всегда следует своей дорогой.
        - Я так понимаю, отговаривать тебя влезать в это еще глубже бесполезно? - наконец смогла выговорить она, глядя в стену, увешанную информационными плакатами.
        - Даже не пытайся, пожалуйста. Мы сэкономим кучу времени.
        - Хорошо, - медленно сдалась мать. - Ты ведь уже придумал, что тебе нужно, раз пришел ко мне с этой папкой?
        - Конечно. Достань мне из архива дела по тем сумасшедшим магам, протоколы допроса и все, что может быть связано. С чем вы тогда работали.
        - Я сделаю запрос.
        Чернорецкий покачал головой, забирая со стола свое новое дело.
        - Неофициально, пожалуйста. Не хочу, чтобы кто-то знал, что мы подняли эти материалы.
        Колдунья утомленно кивнула. Если отговорить его от самоубийственной затеи невозможно, придется помочь. Придется.
        - Беру свои слова назад. Лучше бы ты банду магов-нелегалов выслеживал, чем девушку нашел…
        Марк рассмеялся. Камилла сначала выдержала строгий холодный взгляд, потом все-таки грустно улыбнулась одним уголком рта. Ходят слухи, у этой женщины когда-то было отличное чувство юмора. И куда делось?
        - Ты наводил справки о ее семье? - спросила она через минуту.
        - Только о ближайших родственниках. Способных нет, обычные люди. И нет, она не приемная.
        - Пришли мне на почту, что нашел. Я попробую посмотреть по архивам с нелегалами, может, попадался кто-то из дальних родственников на подозрении в сокрытии магии. Такие способности передаются только по крови.
        - Знаю. И когда я заметил за ней милую привычку открывать порталы в Пустоту, сразу начал искать. Но среди ее семьи нет никого даже с минимальными способностями.
        Камилла покивала:
        - Значит, ты просто еще не нашел.
        - Значит, не нашел, - покладисто согласился Марк.
        Скорее всего, так и есть. Он мысленно перебрал в памяти список проверенных через систему родственников Евы. Вполне рутинная задача для Ищейки. Ничего подозрительного и выдающегося: инженеры, учителя, программисты, риелторы. Неожиданно подумалось, что система несовершенна, и если до сих пор обнаруживаются нелегалы, то есть шанс, что он ищет не так, или не там. Впрочем, есть и другой путь.
        Марк забрал со стола свою рабочую папку и поднялся.
        - Я пришлю тебе материалы и буду ждать звонка. Поработаю дома.
        Он уже взялся за ручку двери, когда мать остановила его окликом:
        - Марк! - Дождавшись, когда он застынет и обернется, поколебалась и просто попросила: - Будь осторожен.
        - Как всегда, - самоуверенно и привычно пообещал Ищейка и вышел.
        Белая дверь бесшумно закрылась, оставляя Камиллу наедине с неприятным чувством дежавю.
        - Спим на посту? - Весело уличил Марк, застав Еву сидящей с закрытыми глазами. - Плохой из тебя охранник.
        Ева выпрямилась и поморщилась. Голова продолжала ныть, уже не так остро, как сразу после сеанса, но вполне ощутимо, чтобы не обращать на это внимания.
        - Я в засаде, внушаю ложное чувство безопасности.
        Марк надел пальто и протянул ей руку, будто предлагая помощь, чтобы подняться с кресла. А потом резко передумал и коснулся тыльной стороной пальцев ее виска. Проходящая мимо сотрудница бросила заинтересованный взгляд на это движение, но парню было все равно.
        - Голова болит?
        - Твоя маман сказала, что это нормально.
        Он иронично искривил бледные губы:
        - Это ее безобидная маленькая месть, я полагаю.
        Ева вопросительно дернула бровью и снова поморщилась. Маг засмеялся и легонько погладил по виску, убирая ей за ухо прядь волос. Свидетели и удивление в глазах Евы его не смущали. Ему было приятно. И прикосновение, и ее замешательство и реакция окружающих. Девушка уже собиралась возмутиться, но тепло от пальцев оплетало висок и растворяло надоевшую боль. В груди шевельнулась теплая благодарность.
        - Так-то лучше, - самодовольно прищурился темный, и к чему именно относились его слова, осталось загадкой. Наверное, ко всему сразу. - Идем?
        Она легко поднялась, поправила сумку и встряхнула свернутую шубу. От которой было жарко уже даже рукам.
        - Куда теперь?
        - Вершить черные дела, конечно, - демонически сладко прошептал он, снова приобнимая ее за талию и подталкивая обратно к лифтам.
        - А мама разрешила? - строго уточнила девушка.
        - А мама не узнает.
        - Бунтарь, - восхитилась Ева. - Кстати, что она тебе сказала?
        - Что ты очень талантливая, - заметив, как она смешно поморщилась от этого ответа, Марк добавил: - Я не вру.
        Ева вдруг остановилась посреди коридора, заставляя спутника последовать ее примеру. Маг замер со всем вниманием и повернулся, продолжая держать одну руку на ее талии. Некоторые подозрения у нее были уже давно. И после магического теста еще больше усилились, почти превратившись в уверенность. Поэтому хотелось сразу расставить точки. Усугубляя догадки, Марк выжидающе смотрел ей в глаза.
        - А какими способностями обладаешь ты?
        - Я эмпат, - с каким-то особым удовольствием признался Чернорецкий. - Ну и, так сказать, маг общей практики…
        - Тоже с перспективой роста до телепата?
        Он как-то странно усмехнулся:
        - Ну уж нет. И тебе не советую.
        С этими совами он мягко потянул ее дальше.
        - Почему?
        - Со временем понимаешь, что считывания эмоций более, чем достаточно. Любой всплеск ненависти, зависти, раздражения… Желания… - Тепло выделил он, улыбаясь. - Все эти эмоции рождают в голове примерно одни и те же мысли у всех людей. Ты начинаешь реагировать на них, как на слова. Все остальное я считаю информационным мусором.
        - Информационным мусором? - с неуверенностью переспросила девушка.
        - Помнишь старуху на остановке?
        Ева помнила. Прекрасно помнила. И чуть не передернулась от омерзения, заново окунаясь в липкую паутину ее кислой ненависти ко всему живому и дышащему. Полустертым эхом в ушах зазвучали грубые слова.
        - Да, вот это я и называю информационным мусором. Среди телепатов Комитета много тех, кто сходит с ума или рано уходит в отставку, очень сложно жить, когда в твоей голове постоянно звучат чужие мысли. В своих бы разобраться… - Он ободряюще провел ладонью по ее спине, возвращая в реальность и делясь чистыми нейтральными эмоциями. - Продолжим разговор позже?
        Возле лифта стояли люди. Эффектная брюнетка в черном брючном костюме при их приближении сладко и таинственно улыбнулась и заправила за ухо прядь длинных отутюженных волос. Ее симпатия буквально окутала Чернорецкого с головы до ног. Так вот ты какое, зелье приворотное…
        - Марк… Привет. Давно не виделись.
        - Привет, Вик, - дружелюбно ответил маг, практически не реагируя на присутствие сексуальной колдуньи. - Завал на работе.
        - Бывает… Не представишь нас? - Она цепко посмотрела на Еву, изображая все ту же красивую улыбку.
        Ева зеркально улыбнулась и поняла, что ничто человеческое ей не чуждо: во-первых, она так примерно и представляла себе девушек, с которыми встречается Марк, и во-вторых, что важнее, ее это все-таки уязвило. Чисто по-женски: тем, что Ева своим видом на ее фоне не была довольна. И что мешало выбрать что-то более красивое и неудобное, чем свитшот и джинсы? Сложно быть всегда мудрой и сдержанной женщиной, если ты - живая женщина! Откликом на ее самокритику пришла нотка легкого разочарования от Чернорецкого.
        - Ева, - маг повернулся к ней, - это Виктория, моя коллега. Виктория, это - Ева.
        - Очень приятно, - с тоской отозвалась коллега. Теперь смутную неловкость испытывала она, наверняка, сравнивая и гадая, что не так.
        А «не так» было только то, что бесстыжий темный маг специально поддразнил красавицу, выбрав такую очередность знакомства. Да и по сути, представил ее спутнице, утаив, кто же спутница. Пусть сама обманывается. Проходимец…
        Ева улыбнулась куда как искреннее, хотя и саркастично, снова приветствуя в себе умудренную годами женщину. Марк кашлянул, скрывая смешок и делая ситуацию еще более неловкой.
        Лифт раскрыл створки, выпуская несколько магов, Виктория вошла внутрь, за ней остальные и Марк с Евой. Без блокирующего браслета мир заиграл новыми красками, и это дезориентировало. В тесном замкнутом пространстве лифта информационный мусор обступил кольцом, в полном объеме давая испытать, что имел в виду ее проводник в мир магии. Как будто после полной темноты выйти на свет, или из тишины оказаться на шумном шоссе. К новому восприятию еще предстояло привыкнуть. В головокружительном хаосе из чужого любопытства, разочарования, сомнений и будничной скуки единственным якорем невозмутимости оставался Марк. Он аккуратно оттеснил ее к стене, вставая за спиной, Отвлекающим маневром его пальцы скользнули под короткий край свитера сбоку, и Ева поежилась от неожиданной щекотки.
        А Чернорецкий наклонился и на грани слышимости посетовал ей на ухо:
        - Это даже обидно.
        - Что именно? Я помешала чему-то интересному? - Невинно, но только на первый взгляд, поинтересовалась Ева, повернув голову вбок, к стене.
        - Нет. Но я надеялся, что ты хоть немного будешь ревновать…
        - Зачем? - безразлично пожала плечами девушка и уловила его шероховатое недовольство. Злорадство шевельнулось хищной рыбой на глубине сознания.
        Пожалуй, она начинала понимать его излюбленную манеру провоцировать собеседников. Жестами, тоном, прикосновениями, двусмысленностями и выдачей совершенно не тех ответов, которые были нужны или ожидаемы. Ни с чем не сравнимое удовольствие играть чужим настроением и сбивать с толку. Контролируя реакцию человека, получаешь над ним вполне определенную власть… И да, наверное, он прав, телепатия - это уже лишнее.
        Ева задумчиво посмотрела на Викторию.
        Девушка держалась с королевским достоинством, глядя на табло с цифрами этажей. Лишь нетерпеливое постукивание черных ноготочков по папке с документами выдавало ее нервозность и испорченное настроение. Впрочем, поведение Марка она перенесла довольно спокойно, наверняка, тоже не строила иллюзий по поводу его верности. Или была привычна. Тут как у Соломона - все проходит, и это пройдет. Главное, подождать. Неожиданно Ева поймала себя на мысли, что Виктория ей нравится. Даже пожелать удачи хочется. В будущем. Тихий вздох за спиной невесомо коснулся волос, а пальцы, все еще лежавшие на обнаженной коже сдвинулись чуть-чуть выше. Ладно, в отдаленном будущем…
        Лифт остановился, мелодично звякнул оповещением из динамика, створки расползлись.
        - Была рада увидеться, - красиво улыбнулась брюнетка и послала темному лучистый, многообещающий взгляд. - До встречи!
        О да, эта девушка точно умела ждать. Или выжидать.
        На следующем, втором, этаже Марк подтолкнул спутницу к выходу:
        - Пойдем, я заберу документы из кабинета, и поедем.
        - Так на чем мы там остановились? - оказавшись в коридоре, на ходу спросила Ева.
        - На том ужасном факте, что ты не склонна к ревности, - с притворной печалью напомнил темный маг.
        - Тогда уж, на моем вопросе, зачем мне это нужно, - педантично уточнила она.
        - Хочешь сказать, я этого не достоин?
        Ева прикусила нижнюю губу:
        - Хочу сказать, что ты к этому чересчур привык.
        Он немного подумал над ее словами и с сомнением заметил:
        - Мне кажется, что ты преувеличиваешь мою ветреность.
        Ева легко рассмеялась:
        - Мне кажется, просто ты ее недооцениваешь!
        - С чего такой вывод?
        Девушка уклончиво повела плечиком:
        - Спроси у коллеги Виктории.
        - Так это все-таки ревность? - Хитро дрогнули ресницы мага.
        - А вот это уже самообман! - Жестоко разочаровала Ева.
        - Да, - знакомым уже, соблазнительно демоническим тоном выдохнул Марк, глядя на нее сверху вниз, - явный самообман.
        Тихий красивый голос патокой обволакивал разум, пробуждая в магически восприимчивой крови отклик на темное, глубинное желание, мурашками расползающееся по коже. Оно то ли отражалось, то ли смешивалось, усиливаясь, и разделить на двоих это упоительное состояние становилось невозможно. В этом было что-то потрясающее, как будто даже запретное, как откровенное касание любовников посреди людской толпы. Что-то на острой грани, обжигающее и волнующее.
        Ева непроизвольно сглотнула, смаргивая грезы и восстанавливая связь с реальностью. Все длилось лишь несколько секунд, но затронуло ее так сильно, что телом овладела слабость.
        - Ты всегда чувствуешь… так?
        - Смотря, что ты имеешь в виду, - не изменил своей привычке маг. - Мы пришли.
        Марк надавил на изогнутую ручку двери, и открыл кабинет, пропуская Еву внутрь. Взору ее открылось небольшое помещение в светло-коричневой гамме с двумя письменными столами по обе стороны, диванчик возле окна, стеллаж с папками, сейф и столик с чайником и всем прилагающимся. За одним из рабочих столов сидел Артем, он отвлекся от компьютера и удивленно улыбнулся.
        - Ева! И какими судьбами? По делам или за компанию?
        Марк забрал из ее рук шубу и повесил на вешалку возле дверей, туда же отправилось и его пальто.
        - По делам, - быстро ответил за девушку темный. - Ева, присядь пока куда захочешь.
        - Надеюсь, по делам не к нам? - Дружелюбно уточнил Артем. - А то к нам обычно с такими ужасами приходят…
        - Нет, не к вам, - Ева присела на край дивана, отложила сумку.
        - Но в Комитет, - полувопросительно произнес он.
        Марк подошел к столу напарника и развернул к себе раскрытую папку, над которой работал Снегирев.
        - Извини моего напарника, Ева, я уверен, он даже свидание способен превратить в допрос.
        Снегирев неодобрительно проворчал:
        - Это все оттого, что ты на работе не появляешься, и мне приходится работать за двоих.
        - Туше! - хмыкнул Марк, забирая папку.
        - Эй, я еще не закончил!
        - Сделай перерыв, - посоветовал темный. - Ева, хочешь чаю?
        Ева хотела уже нормально пообедать, дома она перекусила, но процедура анализа ее магических способностей отняла много сил, и есть хотелось с новой силой. Поэтому от чая отказываться не стала. Марк прошел к чайному столику, щелкнул кнопкой электрического чайника и уселся за свой стол, включая компьютер.
        Артем сдался, с наслаждением ложась спиной на спинку рабочего стула и закидывая руки за голову, разминая затекшие мышцы.
        - Так, ты все-таки из наших?
        - Из ваших?
        - Я имею в виду - из магов?
        - Да, - не поднимая взгляда от монитора, подтвердил Чернорецкий. - Недавно в наш город переехала, заходила в Камилле отметиться.
        - Серьезно? А я вчера и не почувствовал…
        Ева едва успела открыть рот, чтобы задать вопрос, но Марк ее опередил. Вероятно, снова считал ее недоумение этим заявлением.
        - Артем у нас сенсор. Но видимо, не настолько хороший, как писал в резюме, переходя в Ищейки.
        - Доиграешься, Чернорецкий, - с прищуром повторил Снегирев любимую фразу начальника. - И вообще, не встревай, дай нормально с красивой девушкой пообщаться. С тобой я наобщался уже.
        - Не могу, - рассеяно откликнулся Марк, что-то быстро печатая. - Вдруг, уведешь…
        Чайник призывно забурлил и щелкнул, отключаясь. Артем встал, достал чашки, открыл коробку с чаем.
        - У нас тут черный чай и кофе растворимый…
        - Мне чай, пожалуйста.
        Снегирев приготовил чай, подцепил из другой коробки пару конфет и отдал угощение Еве. Она осторожно забрала горячую чашку, наполненную до краев. Сладкое не любила, и отложила конфеты на подлокотник. Артем вернулся к столику, насыпал в кипяток кофе три-в-одном и уселся к ней на диванчик, помешивая ложечкой неаппетитное, но бодрящее месиво в чашке с проявляющимся от температуры рисунком. Сделав глоток, он от удовольствия даже прикрыл глаза. На толстом фарфоре в его руке пин-ап девушка быстро теряла платье в горошек. Ева не сдержала улыбки, скрыв ее за чашкой.
        - Так Вы, значит, маг, - как-то официально начал Артем, опираясь поясницей на подлокотник дивана. Доброжелательный интерес, который он излучал, был даже приятен в отличие от того изматывающего любопытства, что преследовало их за этими стенами.
        Теперь выдался шанс разглядеть его получше, при свете дня. Симпатичный, высокий, с густыми каштановыми волосами и яркими светлыми глазами. Такой обычный, обаятельный парень. Совершенно не похожий на своего демонического красивого напарника.
        - Как ни странно, да, - в такт ответила девушка.
        Он отставил вдруг кофе на пол и протянул ей руку:
        - Разрешите вернуть веру в свои профессиональные силы?
        Подобная настойчивость, пусть и благодушная, немного покоробила. Достаточно с нее сенсоров и тестов на сегодня. Ева покачала головой, сожалея одними лишь глазами.
        - Не хочу становиться объектом Вашего профессионального интереса и достижений.
        В душе собеседника вспыхнула на миг досада, но он отступился от идеи, отдернув руку:
        - Извините, действительно, плохая идея. Хотел впечатление произвести… - Он выглядел по-настоящему смущенным. - Похоже, и правда, переработал, совсем разучился говорить с красивыми девушками. Извините еще раз.
        Он подхватил с пола чашку и уделил все внимание кофе.
        - Ничего страшного. И можно на «ты».
        - А если не секрет, то какой магией обладаете… обладаешь? Мне уже просто интересно.
        - Ева эмпат, - опять опередил ее в ответе Марк. - Темнее темного.
        Похоже, после этого ответа интерес к ней заметно поубавился у обаятельного собеседника. Он смотрел по-прежнему светло и открыто, но в настроении случилась перемена. Артем как-то понимающе и загадочно хмыкнул, переводя на секунду взгляд на Чернорецкого, погруженного в работу.
        - Что ж, похоже, у меня действительно нет шансов.
        - Вот теперь ты все же похож на сенсора, - одним уголком губ улыбнулся Марк.
        Ева вздохнула поглубже и отпила чаю.
        По правде говоря, шансов не было и у Марка, но что-то останавливало от настолько смелого заявления, и хотелось просто извиниться за разрушенные надежды. Если они вообще были. В чем Ева лично сомневалась. Слишком это все напористо и наиграно, да и она не суккуб. Совсем как при знакомстве с Чернорецким хотелось сказать, что в эти игры она не играет. Это воспоминание натолкнуло на интересную мысль, заставившую иначе взглянуть на Ищейку. Кажется, кто-то завидует и подражает? Как-то мелко для такого, как Артем. Разочаровывало…
        - А могу я узнать о Ваших силах?
        - Мы ведь перешли на «ты»?
        - Да… О твоих силах?
        Артем скромно развернул конфетку:
        - Ничего выдающегося, я сенсор, чувствую потоки чужой магии, ощущаю, к какому типу они относятся, и могу потом найти мага по уникальному рисунку потоков.
        - Да уж, ничего выдающегося…
        - Светлый, добрый, вечный, - продолжил он вдохновенно и тепло улыбнулся. А глаза оставались холодными, голубыми. Наверное, издержки работы.
        - И скромный, - поддакнул Чернорецкий, вставая из-за стола и собирая бумаги.
        - Да. Как ты, - на полном серьезе кивнул напарник.
        - Я заберу эти материалы домой, поработаю над ними. Разгребешь текучку?
        Снегирев кисло махнул рукой, отпуская темного.
        - Ева?
        - Спасибо за чай, - она сделала глоток напоследок, и Марк забрал у нее чашку. Один рассеянный пасс, и чашка оказалась пустой и чистой. - И за компанию.
        - До свидания, Ева. Надеюсь, мы еще встретимся.
        Чернорецкий галантно помог ей надеть шубу и быстро увел из кабинета.
        - Мне показалось, или ты не доверяешь своему напарнику? - Ева пристегнула ремень безопасности, и Марк завел двигатель.
        Прогревая машину, он привычно сунул в зубы сигарету и на несколько секунд бездумно уставился в боковое зеркало. Его руки спокойно лежали на кожаном руле, и Ева с легким удивлением смотрела, как затлел кончик сигареты. Интересно, привыкнет ли она когда-нибудь к этому? К магии? Не укладывалось в голове, что и она сама так сможет когда-нибудь. А сможет ли? Непроизвольно посмотрела на свои руки.
        - Нет, пока я не доверяю тебе.
        - Мне? - Признание получилось неожиданным, и Ева вскинула голову. - И что я успела натворить?
        - В Пустоту вляпаться по уши. И меня с собой утянуть… Думаешь, мало?
        Обидеть он не хотел, скорее еще раз напомнить о необходимости соблюдать осторожность. Забота пропитывала бархатистый голос.
        - Хм… Действительно. И ты отвечал за меня, чтобы не сболтнула лишнего…
        Марк кивнул, забирая изящными пальцами сигарету от губ. Машина тронулась задним ходом на полосу, мягко отправилась в череду вечерних пробок. Сумерки сгущались, заносы недавно выпавшего снега отражали апельсиновый оранжевый свет фонарей. Вечерами зима особенно идет этому городу. И не только городу. Неожиданно для себя самой, Ева порадовалась, что сейчас они едут загород. Впереди долгая снежная дорога и несколько дней на природе. Она мало что видела в коттеджном поселке, куда привез ее маг, но там везде вокруг виднелись ели. Заснеженные высокие ели и бескрайнее поле за участками…
        - Пусть все думают, что ты просто эмпат. Большего говорить необязательно, - прервал поток романтических мыслей маг.
        - Понимаю.
        - Никому. Кроме меня, - в бархатистом голосе впервые прозвенела сталь. Пробирало. И это лишь в полголоса. Что же бывает, когда он злится? Чертов эмпат… Уже другим тоном сгладил впечатление, иронизируя: - Себе я пока доверяю.
        - Пока?
        Черная бровь Марка демонически изогнулась:
        - Если бы ты достаточно долго прожила в обществе магов, знала бы, что Чернорецким нельзя доверять. По крайней мере, все так говорят.
        Девушка коротко рассмеялась. Веселье отдавало горечью, но все же.
        - Что смешного? Это трагедия всей моей жизни.
        - Нам нужно было заранее придумать легенду.
        - И позывные, - на полном серьезе кивнул маг, сосредоточившись на повороте.
        Ауди по полосе разгона быстро влилась в поток блестящих и грязных машин, перестроилась в левый ряд. Широкие пятна фонарей сменялись, как кадры в старом кинопроекторе. Негромко, вплетаясь в шум дороги, из колонок звучало почти умоляющее: «Just follow the echo of my voice. It’s okay, tune into that frequency…»/*IAMX/
        Еве вдруг пришла на ум интересная мысль. Почти на грани вероломства. Даже ладони вспотели. Она повернулась к нему, залюбовавшись на миг красивым, уверенным лицом.
        - Скажи… - На языке сохло от невысказанных еще слов. - А можно как-то убрать вообще мои способности?
        Мужчина прищурился:
        - Я чувствую какую-то странную подоплеку в твоем вопросе. Ты тоже не доверяешь мне?
        На уловку поддаваться не нужно… Ева невозмутимо смотрела на профиль, скупо освещенный сменяющимися пятнами фонарей. Не дождавшись ответа, Чернорецкий выдохнул дым в приоткрытое окно.
        - Иногда у Комитета не остается другого выбора.
        Вот это уже настоящее потрясение! Говорить об этом магу совершенно не хотелось, сожаление и досада переполняли его.
        - Помнишь, я говорил, что некоторые телепаты сходят с ума? Так погружаются в чужой больной разум, что перестают различать голоса в своей голове. И все маги - всего лишь люди, среди нас бывают безумцы. Вот им и приходится купировать способности.
        Ева замерла. Неужели все так просто?
        - Полностью?
        - Да… Многие сходят с ума, соприкоснувшись с Пустотой. Не знаю, что с ними происходит, но это жалкое зрелище, когда маг уже ничего не может, но все еще помнит. И каждую ночь видит тварей из Пустоты. Естественно, Силы оставлять им в такой ситуации - опасно.
        - И как это происходит?
        Марк стушевался. Разговор был неприятен, причем, лично. Что-то очень близкое скрывалось в этом.
        - Это длительная и болезненная химиотерапия.
        - Я лезу куда не следует? - тактично спросила Ева, пока не сделала чего-то непоправимого.
        - Нет. Тебе лучше знать. Не обращай внимания на мои реакции.
        После такого ответа хотелось вообще заткнуться и помолчать в тряпочку. Но эксперименты на людях редко обходятся без жертв.
        - Химия помогает от магии?
        - Разве ты еще не поняла, что магия - нечто среднее между физикой и химией? Кровь, энергия, гормоны… Все твои мысли - набор химических реакций, способных вызывать отклик в физическом мире. В наш прогрессивный век без лоботомии активные участки мозга угнетают и отсекают препаратами… Хотя, не берусь судить, что гуманнее.
        Девушка поежилась на пассажирском сидении. Перспективы выглядели жутковато.
        - Некоторым пациентам лоботомия помогала, если судить по архивам, - ради справедливости заметила Ева. - А здоровому психически человеку могут убрать способности?
        - Ева, к чему допрос? В принципе, это возможно, хотя сложно и почти незаконно.
        - Твоя мать сказала, что это невозможно.
        Чернорецкий пожал плечами:
        - Потенциально ты интересна для Комитета. Неудивительно, что она соврала. Я же рекомендую разобраться с твоими возможностями, прежде, чем решать что-то настолько серьезное.
        - Ты никогда не жалел, что ты маг?
        Прочесть что-то по невозмутимому лицу - невозможно. Только ждать. Пепел с красными искорками скользнул по приоткрытому окну.
        - Жалел, конечно. Когда ребенком был, например. Все ра по летним лагерям, или в отпуска с родителями, а я - к отцу и бабушке, учиться Силами владеть. Для ребенка это сложнее, чем для взрослого. Все равно, что оружие дать в руки. Взрослый лишний раз не прикоснется, если объяснить…
        - У тебя родители не вместе живут?
        Марк бросил на нее короткий взгляд, и только тогда вспомнил, что они еще не общались столь откровенно. Скрывать здесь было нечего. История сложная, но старая. Да и помня об особенностях своей фамилии, он знал, что иначе быть не могло. Родовые проклятия есть, хоть верь в них, хоть не верь.
        - Мой отец погиб десять лет назад. Но большую часть моей жизни они были в разводе.
        - Извини, - устыдилась потревоженной темы Ева. Большинство одноклассников, выросших в неполных семьях, приучили, что это болезненно и нетактично.
        - Да это преданья старины глубокой, - отшутился Марк. - Сейчас дилемма посложнее будет…
        - М?
        - Решай - пообедаем, то есть, поужинаем, в городе, возьмем ужин с собой или будем довольствоваться тем, что наготовила Маша?
        - Маша?
        - Горничная, - в голосе проскользнула улыбка.
        - А ехать долго?
        - Сорок минут.
        В этом городе любые сорок минут дороги превращались в час, а то и в полтора.
        - Потерплю. Лучше расскажи, что твоя маман рекомендовала для индивидуальных занятий.
        - Индивидуальные занятия… Как звучит… - цокнул темный, жмурясь, как большой черный кот. - У меня дома есть несколько книг от Комитета с общей информацией по способностям и разновидностям. Изучишь их за два дня, а в выходные будем пробовать разорвать твою связь с Пустотой.
        - А что с браслетами?
        - Я оставлю тебе коробку. Если будешь сомневаться в себе - надевай. А так… Думаю, без сильных негативных потрясений ты вполне способна не открывать порталы.
        Честно признаться, было страшно. Страшно доверять самой себе после всего, что окружало после выписки. Ева поежилась от внутреннего холода, в машине было тепло и комфортно, но на душе заскребли кошки.
        - Дома я не пугалась…
        Презрительный смешок слетел с его губ:
        - Когда проверяла, стоит ли возле дома моя машина, или когда решила, что сходишь с ума?
        Вопрос остался чисто риторическим.
        - А бывает наоборот? Когда человек попадает в психиатрию, утверждая, что он видел что-то… необычное… и оказывалось, что это проявились способности?
        - Да… Комитет старается отслеживать такие случаи, но не всегда удается, если не проявилось ничего, кроме видения.
        В памяти всплыли разные рисунки современных диджитал-художников, наполненные жутчайшими созданиями. Поистине, людская фантазия способна рождать потрясающих чудовищ. Или не фантазия? Брезгливая мерзость сменилась опаской. Как в плохом фильме ужасов мелькнуло в мыслях изменившееся лицо парня из троллейбуса. Может, действительно, не способен человек придумать нечто такое, чего не существовало бы? И Лавкрафт, Гоголь и По видели мир с неприглядной изнанки?
        - Ты говорил, Пустота - пристанище неупокоенных душ. А что еще там… обитает?
        Чернорецкий пожал плечами.
        - Даже знать не хочу. Ничего хорошего. Ходят только неподтвержденные слухи, что есть там твари похуже Пустых. Демоны, бесы…
        - Демоны и бесы… - задумалась Ева. - Те, которых можно вызывать?
        Маг непроизвольно коротко рассмеялся и сжал руль:
        - Лучше не надо. Договориться с ними невозможно, это все сказки. И все, у кого получилось вызвать - мертвы. Вообще, всю чертовщину, которая есть, изрядно романтизируют.
        - Темные маги - тоже чертовщина, - не могла не уколоть девушка.
        - Меня можешь романтизировать.
        Ева от души расхохоталась. Кто бы сомневался! Уж от чего, от чего, а от скромности ему смерть не грозила. Очаровательный мерзавец даже этого не скрывал. Что тоже подкупало, как хитрая уловка, все глубже заманивало в сети. Опасный, опасный парень. Влюбиться в такого можно за секунду и навсегда, а он и не заметит. Так что, от романтизирования, пожалуй, воздержимся.
        - А что паранормального здесь есть? Я имею, в реальном мире.
        - Кроме магов? Приведения иногда попадаются, это не Пустые, совсем другой вид энергии, существуют без оболочки, просто как воспоминание. Негативные сущности…
        - В виде гномика? - Хихикнула девушка. И заслужила укоряющий зеленый взгляд.
        - В виде сгустка отрицательной энергии, дитя ютуба. Тоже без оболочки, просто воздействует на психику, иногда - на физические предметы.
        - А вампиры?
        Марк закатил глаза к потолку машины:
        - Все бы вам, девочкам, вампиры… Нет их, Ева, нет.
        - Жаль, - полной грудью вздохнула она с притворным сожалением, глаза блестели.
        Чернорецкий повернулся, на миг отвлекаясь от заснеженной трассы, и состроил грустное выражение лица, длинные ресницы дрогнули:
        - Ну я же лучше вампира…
        Сердце предательски пропустило удар. Хотелось вот прямо сейчас, поцеловать и доказать, что лучше, конечно, лучше. Как минимум, тем, что существует. Но…
        - Спорный вопрос, - вернулась к созерцанию запорошенных снегом деревьев Ева. - Не с кем сравнивать.
        - Так и не сравнивай, - искушающе согласился Марк, и от чувств, вложенных в эту простую фразу, ее кожу снова кольнули мурашки.
        Машина повернула на уже знакомую дорогу к его дому.
        Наскоро поужинав, Марк помог Еве отнести чемодан в гостевую комнату и, оставив ее разбирать вещи, ушел к себе поработать над делами. Оставшись в одиночестве, маг бросил серые папки на чистый письменный стол и заправил смятую постель, чтобы не отвлекала. Черная мягкая ткань источала легкий флер еще невыветрившихся эмоций, и от них пальцы пронизывало электричеством, будто он прикасался к ее коже. Это было так сильно, что память уводила в яркие впечатления, почти гипнотизируя. Встряхнув головой и открыв балкон, Марк отогнал непрошенные желания и вернулся к столу. Раскрыл ноутбук, щелкнул выключателем лампы над столом и разложил материалы в хронологическом порядке. Семь эпизодов, официально между собой не связанных. Наделавшее лишней шумихи дело Евы тоже было здесь. Тогда он получил первое подтверждение своей безумной теории. Сейчас нужно найти подтверждение еще одной. Марк достал из ящика чистый лист бумаги и пару ручек. Отошел на шаг, чтобы увидеть картину в целом. Нужно с чего-то начать… Зажав губами сигарету, вдохнул горький едкий дым, цвет глаз стал насыщеннее, радужка блеснула. За что же
уцепиться, чтобы точно узнать, кто ты?
        Не хватало еще кое-чего. Маг сжал ладонь и медленно расслабил, между пальцами заклубился зеленоватый туман, и из него соткался кристалл, оставленный в пальто. Со стуком бросив магическую вещицу к фотографиям и отчетам, Марк сел за стол и загрузил на мониторе базу Комитета. Стоит посмотреть, не было ли еще чего-нибудь подозрительного в последних сводках.
        Он так погрузился в работу, что очнулся, только когда потянулся к чашке кофе и обнаружил, что она пуста. Усталость сразу навалилась головной болью. Марк потер ладонями лицо и откинулся на мягкий компьютерный стул. В голове натужно гудело. Маг тряхнул рукой, посмотрел на свои часы. Уже одиннадцать. На столе не осталось свободного места, как и на листе с заметками. А воз и ныне там. Чернорецкий тяжело вздохнул и встал закрыть балкон, комната выстыла, морозный ароматный воздух бодрил до зябкой дрожи.
        Запирая стеклопакет, Марк услышал шуршащий шорох в коридоре, мимо открытой двери проходила Ева с чашкой в руках. Бросив на него взгляд, чуть улыбнулась и собиралась идти дальше.
        - Стой, - вдруг остановил ее темный.
        - М?
        - Что это на тебе?
        Ева непонимающе посмотрела вниз. Все, как обычно, короткая маечка и трикотажные шортики. И… Ева понимающе рассмеялась. На ногах у нее были очень удобные огромные бледно-розовые тапочки.
        - Ах, это! Тапочки!
        Все еще смеясь, Ева жеманно покрутилась, вставая в модельные позы, чтобы он со всех сторон оценил пушистых монстров на ее ступнях. Марк впечатлился.
        - Похоже, будто ты нацепила на ноги два огромных шара сладкой ваты.
        - Я знаю, - пропела она, сияя и отпивая чай. Взгляд остановился на хаосе на столе. - Как работа?
        Он с тоской проследил за ее взглядом:
        - Меньше не становится.
        - Можно?
        - А желудок крепкий?
        Ева прищурилась:
        - Я ужинаю под «Следствие вели…»!
        Маг хмыкнул и кивком головы приглашающе указал на стол. Ева медленно прошла в комнату. В спокойных серых и черных тонах интерьера розовые тапки смотрелись совершенным арт-хаусом. И притягивали взгляд едва ли не сильнее, чем длинные стройные ноги. Девушка наклонилась над столом, удерживая двумя руками чашку. Личико приобрело забавную сосредоточенность. Марк подошел ближе и встал с другой стороны стола.
        - Есть идеи, Шерлок?
        - Я библиотекарь, и мы не в кино. Конечно, нет, мне просто любопытно, - Ева потянулась к свежей фотографии с девушкой на снегу. Стало неуютно и неловко. - Это она, да?
        - Да.
        Ева посмотрела несколько долгих секунд на снимок и положила его обратно. Таким движением цветы на могилу кладут…
        - Поразительно… - Сумрачно промолвила девушка. - Ей стоило жизни неумение мужчин разбираться в оттенках. А как вы успеваете раньше полиции?
        Марк внимательнее посмотрел на свою гостью. Мысль была интересная, по крайней мере, навела его на некоторые новые размышления. Маг потянулся и осторожно поднял папку, чтобы посмотреть время вызова, и кто принимал.
        - Мы сотрудничаем. Если работаем по телу, после завершения нашей части работы, передаем обратно полиции на завершение формальностей. Каждый заслуживает ясности.
        Ева выпрямилась, потеряв интерес к жутким картинкам:
        - А почему тогда моим убийством Пустого занялась полиция?
        - Потому что им занялись СМИ и требовали ответов. А так… Тебе когда последний раз звонили?
        - Неделю назад, - прикинула девушка. Незаинтересованность полиции ею и правда была подозрительной.
        - А вот, если бы это был не Пустой, с тебя бы не слезли. Фигурально, - добавил Марк, скользнув по ней взглядом.
        - Новостей свежих тоже уже нет…
        - Мир не стоит на месте. Знаешь, сколько громких сенсаций происходит каждую неделю? Вспомнят, разве что к слову, - Чернорецкий выключил лампу над столом, оставляя верхний свет. - Хватит на сегодня, пожалуй.
        - Собираешься спать?
        - Собираюсь отвлечься, - выдохнул Марк. - Ты со мной?
        Она пожала плечами, поднося к губам чай:
        - Почему бы и нет.
        - Отлично, я так и думал, - с каким-то фальшивым облегчением произнес маг, чутье Евы подсказывало, что есть какой-то подвох.
        И не подвело: Марк быстро отобрал у нее чашку одной рукой, второй резко прижал к себе и поцеловал, невзирая на протест. Правда так же быстро отпустил. И даже вернул чашку. От его тела шло такое приятное тепло, что, когда он отстранился, Ева ощутила, насколько замерзла в остывшей комнате и поежилась. По рукам и груди скользнула стайка мурашек. Марк почти застонал, сдаваясь, и прежде, чем она успела что-то понять и предпринять, снова отобрал чашку и поцеловал. Уже никуда не торопясь. Не ответить на такой тягучий и чувственный поцелуй было бы преступлением. А Остап Бендер завещал Уголовный Кодекс чтить.
        Ева же и вовсе готова была к сотрудничеству с магической полицией, поэтому обняла его и позволила себе в полной мере насладиться ощущениями. Глупости, что поцелуй - это лишь прелюдия к более серьезному взаимоотношению полов, при должном умении, это может оказаться совершенно отдельным видом удовольствия. Иногда даже эмоциональнее, чем секс. Теплые губы мягко, гипнотически скользили по губам, язык ласкающе и нежно касался языка, и дыхание, то сдерживаемое, то размеренное, становилось все горячее. Голова кружилась, а опьяненное эмоциями тело плавилось от сумасшедшей близости. С каждой секундой воздух становился холоднее на контрасте с горячей-горячей кожей. С горячей-горячей ладонью, двигающейся по ее узкой спине.
        - Плохая была идея, - признал Марк, нехотя отпуская девушку. - Слишком хорошо отвлекает.
        - Дошутился? - понимающе хмыкнула Ева, плавно спуская ладони с широких плеч на грудь.
        - В каждой шутке есть доля шутки…
        Марк легко поднял ее на руки, и Ева ощутила себя маленькой и невесомой, удивительное чувство в руках мужчины. Она улыбнулась и скрестила лодыжки. Он проследил за этим движением и прикусил губу. Ему было и смешно и мучительно.
        - Не могу воспринимать всерьез женщину в подобных тапках.
        Ева насмешливо изогнула бровь и демонстративно покачала ножкой, привлекая еще больше внимания к тапочкам. По ее скромному мнению, они были превосходны. Особенно в этих мрачных, почти офисных или гостиничных интерьерах.
        - Какой кошмар! - Закрыл глаза Марк и помотал головой, будто в попытке отделаться от ужасающего видения.
        - Я слышу неуверенность в твоем голосе. Мне кажется, тебе они тоже понравились.
        - Нет.
        - Нет? - Изогнула бровь Ева.
        - Разве что, чуть-чуть, - Марк был сама серьезность. И прожигал несчастные тапочки холодным зеленым взглядом. - Знаешь, это странное чувство, когда видишь что-то настолько безвкусное, что в этом даже что-то есть?
        - Знаю. Это называется «современное искусство».
        Марк рассмеялся, усаживая ее на кровать, и задержался, глядя в теплые карие глаза. Как карамель.
        Ева пытливо склонила голову, стараясь проникнуть в его настоящие чувства, прочувствовать их сама, угадать мысли, но не испытывала совершенно ничего. Марк был воплощение невозмутимости и тишины. Поразмыслив над этим открытием, девушка вдруг осознала, что такая тишина уже давно не окружала ее, только разве что наедине с самой собой. А это значит… Получив подтверждение своим подозрениям кто-то стал осторожнее и закрывает свои эмоции. Хитро!
        - Как ты это делаешь?
        - Настоящий фокусник не раскрывает своих секретов, - категорично проронил Марк и коснулся ее губ легким поцелуем.
        К сожалению, надавить на фокусника посильнее не получилось. Звонок мобильного телефона отвлек его еще эффективнее. Маг рассеянно извинился и вернулся к столу. Уж полночь близится… Кто же звонит в такое время? Почему-то узнавать не было никакого желания. Как-будто подслушиваешь. Марк ответил на вызов, и Ева встала, невзирая на его предупреждающий жест, призывающий подождать. Судя по выражению лица Чернорецкого, работа не отпускала его похлеще, чем ревнивая любовница. Мстила за пропуски? Тогда это надолго. Ева послала Ищейке воздушный поцелуй и помахала пальчиками, прощаясь. Чашку с чаем придется оставить. Отвечая односложно на вопросы незримого собеседника, маг покривился и сел за компьютер, открывая почту.
        - Письмо получил? Я проверила все, что ты мне прислал, - говорила Камилла. - И тоже не нашла ничего достойного внимания. Наредкость обычная семья. Ее точно не удочерили?
        - Я ведь присылал тебе свидетельство о рождении. И справки ее матери.
        - А, да, вижу.
        - Я ведь говорил, что со своей стороны сделал все необходимые проверки. Когда ты стала сомневаться в моей работе?
        - Извини, сын, - в голосе сквозила усталость. Кажется, ее действительно напугало это дело, раз позвонила так поздно. - Я попробовала проверить дальних родственников и однофамильцев. Ты уже говорил с ней?
        - Нет, пришлось заняться основной работой, слишком много времени упустил.
        Говоря об этом, Марк поднял со стола записи дежурного о приеме вызова. И снова открыл сводку последних происшествий. На листе, исчирканном заметками, он записал несколько подозрительных дел, и стоило перепроверить, какие имена он найдет там. Он включил свет над столом.
        - Ты меня слушаешь? - вырвала Марка из рабочего запала мать.
        - Да… Однофамильцы…
        Камилла фыркнула. Слушает, но мнения не разделяет, а значит, пропускает мимо ушей.
        - Все, что я нашла - в письме, - отрезала она. - Поговоришь с девчонкой, напиши или позвони. Это важно. Мы должны понимать, с чем имеем дело.
        Чернорецкий улыбнулся. Похоже, ее все-таки проняло. Только что ж так невовремя? Он отложил телефон и продолжил методично и внимательно перерывать все, что уже нашел. Сунул в рот очередную сигарету, потянулся к чашке и, сделав глоток, с удивлением обнаружил в ней остывший чай. Пустая чашка из-под кофе стояла чуть дальше.
        Ева! Улыбка изогнула его губы. И сколько уже времени? Час ночи… Марк потер переносицу и закрыл ноутбук. На сегодня, пожалуй, достаточно. Он выключил лампу, оставил бумаги и направился в душ.
        Когда он вышел и выключил свет в комнате, темнота на миг ослепила. Марк откинул невесомое одеяло и лег в прохладную постель, закрывая глаза. Уставшее сознание быстро оплели сонные грезы, снимая контроль и делая его восприимчивее. К свежему запаху шампуня примешивался слабый аромат кожи Евы. Это путало мысли, подмешивая к образам воспоминания. И заставляло эмпата прислушиваться к эмоциям, въевшимся в гладкую ткань, не давая от них отключиться. Тело замерло в напряжении на грани сна и реальности, мозг обманывал его, делая ощущения реальными до дрожи. Еще немного, и его затянет в сон, грозящий стать повторением прошлой ночи. Сопротивляться этому нереально.
        Утро началось с безжалостного звона будильника на телефоне. И когда Марк выключил его, продолжилось звоном в голове. Полубессонная ночь обернулась головной болью и слабостью в теле. Не собраться… Он прикрыл запястьем глаза на минуту. Не девчонка, а суккуб. Вот от таких снов и пошла легенда.
        Чуть придя в себя, Марк приподнялся на локте, забрал часы с тумбочки, застегнул. За окном мела пурга. Фонари еще не отключились и едва пробивались светом сквозь стену из снега. Организм выдавал острую нехватку кофе. И покрепче. Стоя в ванной, он раздумывал, стоит разбудить Еву или достаточно оставить записку. Из подсознания пришла ехидная мыслишка, что будить надо было вчера, а сейчас уже смысла нет, пусть спит. Что ж, резонно.
        Собравшись и умывшись, Марк собрал со стола документы, допивая черный кофе, упаковал в кейс для бумаг и написал Еве записку. Сегодня она будет предоставлена себе, а ему, возможно, придется задержаться на работе…
        Осторожно, чтобы не разбудить, маг отворил дверь в гостевую комнату и прошел внутрь. Спальня была зеркальным отображением его собственной, даже цветовая гамма идентична. Только цвет постельного белья был здесь традиционно белый. Маг подошел к кровати. Девушка спала очень тихо, сунув под подушку одну руку и поджав к груди вторую, на которой серебрился браслетик. Все-таки, не доверяет себе. Каштановые волны волос укутали белую наволочку темными узорами. Красиво. Марк поставил сложенную записку на тумбочку рядом с ее телефоном.
        От легкого шороха бумаги по матовой поверхности, Ева проснулась и открыла глаза. Настороженный взгляд коснулся склонившегося к тумбочке Марка. Почему-то в этот миг он почувствовал себя едва ли не вором в собственном доме и мягко улыбнулся гостье. Она приподнялась на подушках. Без макияжа она казалась младше и беззащитнее. Не удержавшись, маг провел костяшками пальцев по бледной щеке и задержался на теплых губах подушечкой.
        - Спи, еще очень рано.
        - Ты на работу? - Чуть хрипловато спросила Ева, отстраняясь.
        - Мир сам себя не спасет, знаешь ли, - тихо пошутил Чернорецкий.
        - А я?
        - А у тебя есть шанс.
        Ева хмыкнула и села на кровати, собирая вокруг ворох пухового одеяла.
        - Я имею в виду, какие для меня планы на день?
        Маг поднял с паласа толстую серенькую книжку «Теория и практика применения магии», в которой вместо закладки был вложен фантик от конфеты, и подал девушке:
        - Учиться, учиться и еще раз учиться, как завещал дедушка Ленин. Как, кстати, книга?
        Ева мученически вздохнула:
        - Никогда не думала, что магия - это так скучно. Кажется, мои учебники по химии были более захватывающими. Зато усыпляющий эффект на высоте!
        Марк понимающе хмыкнул:
        - Тебе еще повезло, ты взрослая, тебе не пришлось с детства учиться магическому самоконтролю и подобной мелочевке. Это как язык новый учить - взрослому на изучение алфавита требует в разы меньше времени. А меня отец магией к стулу приклеивал, чтобы я не отвлекался.
        - И как? Помогало?
        Он не без самодовольства пожал плечами:
        - До тех пор, пока я не расплел эту формулу.
        - И долго… расплетал?
        - Месяца два. Потом ему пришлось придумывать формулы подейственнее. А позже перейти на торг.
        - А лет тебе сколько было?
        - Семь.
        Ева присвистнула:
        - Вундеркинд… А школа?
        - Пока не научат держать язык и способности за зубами - домашнее обучение.
        - А потом?
        - Потом все как у всех - школа, выпускные, вуз… Не все ведь мечтают работать на Комитет. Кстати… - Он посмотрел на часы. - Прекрасно, опаздываю, а я уж боялся, что успею вовремя. Нельзя нарушать традиции.
        Марк покачал головой, подхватил с пола поставленный к краю кровати кейс и повернулся к выходу.
        - Теория не ждет, - подмигнул он на прощание. - Повеселись!
        Ева кисло покивала пересмешнику и отложила книгу на одеяло. Спать уже совершенно не хотелось. Хотелось в душ и позавтракать. Ева упала на подушки и от души потянулась, прежде, чем вставать. Начинался новый день. Внизу хлопнула дверь, и Ева вдруг осознала, что совершенно одна в доме, окруженном снежной пургой. Красота.
        И красота эта заметала дороги с магической неутомимостью и скоростью. Пробки в город и в городе выросли до десяти баллов. Снежное безумие. По пути на работу Чернорецкий всерьез подумывал уже, что приедет как раз к ночной смене.
        - Наконец-то! - Артем от радости даже руки раскинул, увидев напарника в мокром пальто. - Это ты вовремя! Не раздевайся, поехали в Сестрорецк.
        И встал из-за стола, опять собирая бумажки, засовывая телефон в карман и накидывая на плечи куртку, которую обожал вешать на спинку стула. Марк судорожно закрыл глаза. И сердце биться перестало… Перед мысленным взором темного пронеслись вереницы пробок и аварий. Заметенные дороги и медленная спецтехника.
        - Зачем туда?
        - Да там бдительная бабуля живет, бывший комитетчик. Говорит, что Пустого видела.
        - Ты помнишь, сколько на нас дел висит? Может, ими займемся, а не галлюцинации ловить?
        Снегирев равнодушно двинул плечами, натягивая шапку и забирая оружие из сейфа:
        - Личная просьба Анатольевича.
        Марк зло выдохнул. Планы на этот день у него были совершенно другие. Стоило поговорить с дежурным и съездить в пару мест… На Сестрорецк с такими дорогами весь день уйдет. Впрочем, Артема тоже выпускать из виду не следовало.
        - Расслабься, - походя, тот хлопнул темного по плечу. - Поедем на моей.
        За то время, пока Чернорецкий привычно сцепился с дежурным и дошел до кабинета, снежная буря нисколько не уменьшилась, наоборот, появилось ощущение, что она усилилась. Ветер заметал мелкий колкий снег под пальто, щедрыми горстями бросал его за воротник. Видимость была чисто символическая. Артем бодро шагал сквозь снег к рабочей парковке.
        - Ух, погодка сегодня… Прям, магическая буря. Как считаешь? - Снегирев с какой-то змеиной ухмылочкой залез в серый туарег и завел машину. Потревоженный магией снег плавно слез с лакокрасочного покрытия.
        Марк отряхнул волосы и пальто, и сел на пассажирское сидение. Буря действительно была похожа на дело рук магов, только наверняка это узнать было нельзя: след магии при вызове природных явлений оставался на самом месте проведения ритуала. Да и ни у одного мага не хватило бы Сил на поддержание такого длительного и интенсивного процесса. Город заметает с самой ночи.
        Артем стянул мокрую шапку, взъерошил рукой густые волосы и расстегнул куртку. Все еще продолжая искоса смотреть на напарника.
        - Не думаю, - соизволил все-таки ответить Марк.
        - Что ж так? По мне так, погодка самое оно призывать Теней. Ни одна Ищейка нос не сунет, кроме нас с тобой, да ведь?
        - Да я бы тоже нос не сунул.
        - Ну, не все ж по личным делам бегать. Надо и работать иногда.
        - Вот и работай, - разрешил Чернорецкий с привычной улыбкой.
        - Вот и работаю, - серьезно кивнул Артем, выезжая с места. - И ты поработай. Кстати, нашел что-нибудь в материалах?
        - Нет, так, догадки, сегодня собирался проверить.
        - Угу, - рассеянно кивнул Артем, словно не ожидал другого ответа, и полез вбивать в навигатор адрес. - Что-то тихо сидим.
        «И сразу приятная новость! Я знаю, куда ехать!» - задорно объявил навигатор голосом медийной дивы. Снегирев весело хмыкнул в ответ и потянулся к магнитоле, включая свой плей-лист. Вибрирующие басы заполнили пространство прогретого салона. Артем сосредоточился на дороге и музыке, осматриваясь по зеркалам и окнам. Видимость не улучшалась. Как и настроение.
        - А у тебя есть подвижки? - спросил Марк, по привычке глядя в боковое зеркало.
        - Да никаких! - резко отозвался напарник, выезжая на улицу. - Просидел два дня над этой херней с Пустым и - ничего! Я поэтому и согласился на поездку эту. Если бабка не врет и не бредит, есть шанс что-то найти.
        Чернорецкий понимающе кивнул. Складно брешет. Если брешет. Марк достал из кармана сигарету и затянулся. Мир дрогнул, восприятие изменилось.
        - Анатольевич шкуру спустит, - Артем повторил его движение, закуривая. - Оба доиграемся.
        Медленно и печально продвигаясь по пробкам через город к кольцевой, они еще поговорили о накопившейся работе. Вялотекущее обсуждение застрявших дел, на первый взгляд не связанных и запутанных, как нельзя лучше подходило по настроению к дорожной обстановке. Раздражало страшно. И то и другое. Поэтому выезд на кольцевую был как свет в конце тоннеля. Артем облегченно вздохнул и расслабился, притапливая. Марк курил и думал о том, насколько сложный получился разговор. Оба что-то утаивали, что мешало совместной работе. Другой вопрос, что утаивал Снегирев…
        Чернорецкий стряхнул пепел о край стекла и повернулся к напарнику. Артем увлеченно качал головой в такт гремящей музыке, радуясь движению.
        - На винтажном Адидасе я лечу по платной трассе, заметая полосы соточкой баксов на пей-пассе…/Элджей и ЛаКоста/ - Артем с удовольствием постучал основанием ладони по краю руля и с улыбкой повернулся к напарнику. - Может, на ночь в клуб?
        Эмпат качнул головой:
        - Планы…
        - Когда ты отказывался от клуба?
        - Сегодня.
        Снегирев фыркнул. Отказ его явно не порадовал. Даже, если их намерения не совпадали в плоскости работы, отдыхать они предпочитали похожим образом.
        - И что за планы? Ева? - дождавшись кивка, Артем продолжил допрос: - И как она?
        - Хороша, - прищурился Чернорецкий, выдыхая сизый дым. - И хорошо.
        Ответ его позабавил. Темный маг был в своем репертуаре.
        - Ну, это на неделю.
        - Ты недооцениваешь меня. Или ее.
        - Значит, на две, - покладисто пересмотрел мнение Артем.
        - Она удивительная девушка, - насмешливо-упрямо подчеркнул темный, глядя на тлеющую сигарету в своей руке.
        - Угу. Точно на две. Тебя ж все равно на дольше не хватит. Так может в клуб?
        - Нет. Я верный. Пока две недели не прошли, - усмехнулся Чернорецкий.
        Артем цокнул языком и подозрительно глянул на напарника. Но от того не укрылось, что под благодушным настроением скрывалось почти профессиональное внимание. Что ж, хотелось бы посмотреть на того, кто найдет в эмоциях эмпата то, что тот не хочет показывать. Марк был безмятежно ироничен.
        - Позоришь звание темного мага, Мрак Константинович, - вздохнул Снегирев.
        - Что-то ты темнишь, Тем, - в тон ответил маг.
        Артем коротко рассмеялся.
        - Зря ты имечко сменил. Душевно было.
        Марк пожал плечами. Помимо имени, он еще от много отказался, что оставил отец. Но темное прошлое до сих пор аукалось.
        - И что, когда с Евой встречаешься? Какие планы?
        - После работы. Раньше ты так моими девушками не интересовался.
        Артем задушевно улыбнулся:
        - Ты же сам сказал, она удивительная девушка. И имя такое редкое. Как у той девчонки, которая из-за нас в больничку загремела.
        - Мир полон случайностей.
        Улыбка светлого мага стала еще шире, а глаза - холоднее и неприятнее. Эмоции же оставались ровными, как гладь озера в штиль. Совместная работа многому учит.
        - Приехали, - Снегирев медленно направил туарег в тихий двор.
        - И вот тогда я достаю амулет, и говорю ему: «Выкуси, Пустышка!», - старческий смех Елены Рудольфовны ломко повис в воздухе.
        Артем, сидевший за столом, затянутым белой скатертью с кружевным краем, вежливо рассмеялся в ответ. Все это начинало походить на Безумное чаепитие у Шляпника. Уже два часа бабка держит их в заложниках своих боевых воспоминаний о работе в Комитете. Как Марк и боялся, она вызвала Ищеек от скуки, про Пустого тоже, впрочем, рассказала, но история была шита белыми нитками. Зато к их приезду уже был накрыт стол, заварен чай и вытащены альбомы.
        Марк под предлогом покурить ушел в кухню и остановился у окна во двор, раскрывая форточку. Рудольфовна, сама балующаяся курением, настойчиво уговаривала не стесняться и курить в комнате. Застарелый горький запах, впитавшийся в мебель и занавески, говорил, что сама она точно не стесняется. Но темному нужна была больше эмоциональная передышка. От старухи одуряюще несло одиночеством, в стены въелись ее мысли о скорой смерти, сожаления о том, что жизнь по капле уходит из нее, и страхом. И этот ужасающий коктейль сводил с ума эмпата. Он злился на себя, что оставил последние блокирующие браслеты в машине. Идиот. День однозначно не задался с самой ночи… При воспоминании о вечере опять куснула досада.
        Злобно стряхнув пепел в граненую пожелтевшую пепельницу, Марк лбом прижался к холодному стеклу. Тошнота накрывала с каждой минутой, проведенной здесь, Артем же закругляться не собирался. Солдат пьет чай, служба идет.
        Взгляд зацепился вдруг за что-то в белесой мгле снегопада. Внутреннее чутье заставило подобраться и присмотреться. Маг куснул фильтр сигареты и ладонями прикоснулся к оконному стеклу, сделав жест, будто изображение раздвигает на экране. Магия отозвалась зеленовато-голубым мерцанием, и стекло стало будто увеличительное. Темная фигура, привлекшая его внимание, пошатываясь, шла прямо через нетронутый снег садика между домами, игнорируя протоптанные тропинки, монотонно прокладывая свою собственную. И не было бы в этом ничего примечательного, если бы не кукольные, дерганные движения.
        - Артем! - громко позвал Марк. Вот и посмотрим сейчас, из чего ты сделан.
        На пороге малогабаритной кухоньки возник напарник с чашкой в руках. Высокий парень почти полностью закрыл собой дверной проем.
        - Ну?
        Чернорецкий кивнул на увеличенное видение. Снегирев коротко ругнулся, сунул чашку на стол и метнулся в коридор одеваться. Марк последовал за ним, гадая, что принесет сегодняшняя охота. Не объясняя ничего потревоженной Елене Рудольфовне, Ищейки вылетели из квартиры догонять выходца.
        Метель стеной ударила в лицо, стоило сделать шаг из темной парадной на улицу. Артем в расстегнутой куртке бежал следом за удаляющимся Пустым. Судя по движениям, он только-только вселился в тело, и еще плохо управляет им. Но скоро паралич пройдет, и догнать Тень будет не так просто.
        Светлый маг, прикрываясь маскировочной магией, чтобы не смутить странным спектаклем невольных свидетелей, срезал путь по снегу. Как в старые добрые, когда никаких сомнений еще не было.
        - Стой, тварь! - грозно приказал светлый маг, наотмашь бросая в удаляющуюся фигуру заклинание Ловчей сети.
        Но Тень уже полностью освоилась и проворно скользила по снежным заносам дороги в проем между домами. Пустой - не человек, используя всю энергию полученного тела, он сильнее, быстрее и опаснее человека. А вот маги все-таки люди… Пусть даже тренированные…
        - Я с другой стороны зайду! - крикнул Чернорецкий, бросая в снег пальто и сворачивая к торцу дома.
        - Нет. Черт! - Артем бросил на напарника злобный взгляд, но тот уже был далековато. Ничего не оставалось, как продолжить забег.
        Снег кашей путался под ногами, замедляя их. Пустой уносился в даль, будто по замерзшей воде шел аки посуху. Еще и прохожие… Едва увернувшись от лавирующей между сугробами женщины с тяжелыми пакетами, Артем почувствовал, что начинает уставать. Дыхание с жаром выбивалось из груди, в рот залетали сухие колкие снежинки. А ведь комнатным мальчиком он не был, зал по шесть часов в неделю… Черной тенью в конце очередного дома мелькнул Марк. А потом пространство там странно исказилось, дрогнул воздух…
        - Твою мать… - выдохнул Снегирев, ощущая, как открывается второе дыхание. И с новой силой побежал вперед.
        По снежной стене отсветами мелькнули зеленоватые блики, воздух задрожал заново. И рассыпался красными искрами, как фейерверк. Люди ничего не заметят, но вот маги… Удивительное рядом, блин. Очередной взрыв магии. Похоже, все-таки поймал… Одуряюще пахнуло застарелым тленом. И… мусоркой? Загробный рык проморозил кровь.
        Артем был уже близко и широкими скачками по укутанным сугробами клумбам понесся к источнику магии. Сирень встала на пути у первой парадной и была нещадно поломана. Как разбуженный медведь, светлый маг вывалился за угол дома и заозирался. И замер с открытым ртом.
        Возле бетонной стенки с большими мусорными контейнерами творилось невероятное. Прямо перед зелеными контейнерами с маркировками разворачивалась черная дыра… Марк, тяжело дыша, стоял неподалеку над телом Пустого, сжимая что-то в руке и так же оторопело смотрел на разворачивающийся портал.
        - Чо это? - спросил Артем, и так прекрасно догадывающийся, что происходит.
        - В душе не знаю, - с теми же чувствами огрызнулся Марк и бросил в снег какой-то медальон. Пустой без боя не сдался и, пойманный ловчей сетью, все-таки умудрился подпортить магу лицо, разбив губу.
        Светлый любовался чужими достижениями недолго. Вибрирующий рев раздался снова. Прямо из черной воронки, за которой будто сырой подвал находился. А в следующий момент началось ЭТО. Как в страшном фантасмагоричном сне, из проема поползли жуткие полупрозрачные щупальца.
        - Ах ты ж, гребаный Лавкрафт! - ахнул Снегирев и вскинул руки. Портал надо было закрыть как можно скорее.
        Полупрозрачными щупальца были недолго, сквозь снег они начинали скользить вполне оформленными черными змеями. Чернорецкий ударил в них магией, пытаясь сжечь. Ловко увернувшись от, если не смертоносной, то болезненной волны, щупальца поднялись в воздух и ощерились острейшими белыми зубами, похожими чем-то на цветки венериной мухоловки. И бросились в атаку.
        - Твою мать… - задушевно повторил Артем и вытащил пистолет.
        Расстреляв обойму в неведомое чудище и в портал, добиться удалось только еще более раздраженного рыка, но черные хищные ленты все же немного втянулись обратно.
        Дальше началось что-то сумбурное и невообразимое. Ищейки старались закрыть портал, попутно пытаясь затолкать магией неведомую тварь обратно и не попасться ей под все удлиняющиеся щупальца, бросками хватающие воздух. Метель совершенно не облегчала дело. Вспышки срывающейся с пальцев магии расцвечивали сумрачный день в красный, зеленый, холодный голубой…
        К мусорке медленно шел мужик в трениках с мусорным мешком. Покуривая и шлепая по снежному месиву незашнурованными ботинками…
        Марк чертыхнулся, отвлекаясь на потенциальную жертву, бросил в мужика заклинанием временного забвения. И в тот же миг ему в правое предплечье вонзились бритвенно острые иглы зубов монструозной Тени. Маг вскрикнул от неожиданности и дернулся, выламывая несколько зубов, застрявших в мышце. Мужик флегматично прошаркал мимо мусорки, помахивая надутым пакетом. Артем, видя, что напарник ранен, ускорился, перехватывая инициативу и давая темному передышку. Их усилия, такое чувство, что разбивались о стену. Их просто не хватало.
        Марк вдруг сплюнул на снег и подошел к телу Пустого, лежавшему в сугробе. Вытащив из ямки оброненный туда медальон, маг сжал его, руку обхватило темное пламя. Портал схлопнулся, щупальца опали на снег, отрезанные рамкой, и рассыпались тающими черными искорками.
        Марк выдохнул, сел в сугроб, потом лег на снег, придерживая предплечье. Снегирев, тяжело дыша, опустился на колени, лицо у него было красное, по вискам стекал пот. Мимо опять прошаркал мужик, выкинул пакет, глядя сквозь магов, и пошаркал обратно к подъезду.
        Чернорецкий расхохотался от усталости, снежинки падали на лицо, обжигая и тая.
        - Я тебе сейчас Грачева вызову, пожалуй, - прохрипел Артем, садясь на грязный снег и доставая телефон.
        Глава 4
        Дом, милый дом.
        Чтобы изменить человека, нужно начинать с его бабушки. В. Гюго
        - Маркуша, - наклонился над темным магом Грачев и придержал очки. - А ты чего на снегу разлегся? Пневмония - коварна и внезапна, уж поверь старому патологоанатому. Или тебя тоже в черный мешок упаковать?
        Расстаравшись и боясь опоздать, медик выклянчил у Комитета проложить пространственный портал. Мелочиться не стали и отправили сразу бригаду оперативных специалистов, наскоро собранную Беловым. Машины выехали следом, но при такой погоде и загруженности дорог, грозили до места добраться к ночи. Артем скинул координаты и встретил коллег, коротко обрисовав ситуацию, и теперь пересказывал начальнику полную версию произошедшего. Грачев, оставив над трупом Пустого помощников и экспертов, занялся Чернорецким.
        - Нейротоксин, - с усилием пояснил Марк, продолжавший утопать в тающем сугробе. По черной рубашке расплывались мокрые пятна.
        - Не порядок, - доктор огляделся и взмахом руки подозвал Снегирева и Белова. Субтильных экспертов смысла звать не было, Ищейки подхватили мага под руки и рывком подняли. - Несем к Рудольфовне. А я чемоданчик прихвачу. И мешочек на всякий случай…
        Чернорецкий только бессильно и протестующе застонал. Правда, что именно его не устроило - осталось загадкой.
        Андрей угрозу исполнил наполовину - ограничился чемоданом. Рудольфовна охала и ахала, командуя, куда усадить или уложить раненого мага. Доктор предпочел работать в кухне, и Марка усадили на стул, стол сразу оказался занят чемоданом. Патологоанатом распахнул его и увлеченно зарылся в инструменты.
        - Так, снимите пока с него рубашку, - попросил Грачев, натягивая перчатки. - И принесите аптечку из машины! А то моим пациентам бинты не нужны уже. А мы пока с токсином разберемся…
        Рудольфовна, продолжая ужасаться, что происходит в ее тихом квартале, забрала у Артема рубашку Марка, обещая привести ее пока в порядок. Андрей встряхнул руками, вспоминая курсы магической первой помощи, ладони неуверенно засветились зеленоватым. Врач осторожно прикоснулся к предплечью его правой руки, рассматривая рваный длинный укус. Покрасневший и вспухший. Из трех проколов едва заметно торчали белые осколки, похожие на рыбьи кости.
        - Интересно, - протянул доктор, слегка надавливая пальцами на кожу. Зеленоватое свечение впитывалось в тело пациента, снимая паралич. И по-привычке профессионально осматривая рану. Наверняка даже проговаривает для себя отчет.
        - Жить-то будет?
        - Скоро узнаем.
        Кто-то из коридора передал Артему, стоявшему рядом с дверью кухни, аптечку. Белов был здесь же, волнуясь за подчиненного.
        Почувствовав снова всю власть над своим телом, маг глубоко вздохнул и сел поудобнее.
        - Спасибо.
        - Ты извини, анестетик я магией наложил, может слететь. Давно не практиковался…
        - Марк, что случилось до того, как Артем до тебя добежал.
        Елена Рудольфовна снова заглянула в кухню:
        - Там мальчики пальто Ваше принесли. Я его подсушу тоже и почищу.
        Марк кивнул и посмотрел на начальника. Что ему там успел наплести Снегирев, было неясно. Грачев распотрошил аптечку, намотал себе марлевых тампонов и, обильно смочив один антисептиком, начал промакивать рану. Сквозь пелену блокирующей боль магии, Марк чувствовал, как нитки бинта задевают длинные обломки зубов, подергивая рану. Не больно, но мерзко.
        - Я почти догнал Пустого, бросил в него Ловчую сеть, а она насквозь прошла. Бросил боевое заклятие - тот же эффект. Тогда сбил с ног, ударив боевым в снег, мы подрались…
        - Знаешь, мне как-то привычнее работать, когда пациенты молчат, - тактично, но непреклонно оборвал разговор Андрей и очень выразительно посмотрел на напарника и начальника своего пациента.
        Белов смутился, попросил доктора продолжать и забрал Снегирева разбираться с местом происшествия. Патологоанатом отбросил в раковину окровавленный бинт и взялся за пинцет.
        - Ну? - требовательно протянул Андрей, поправляя очки. - А дальше что?
        - Ты же просил молчать, - поморщился Марк, когда холодный металл коснулся кожи.
        Андрей хитро улыбнулся:
        - Нет, я сказал, что мне так привычнее. Не люблю, когда над душой стоят. В морге вот тихо, спокойно, не отвлекает никто.
        - А дальше я сорвал с него медальон, он мне губу разбил, и я его упокоил. Тогда сразу портал в Пустоту раскрылся, и Артем подбежал. Оттуда тварь какая-то полезла, щупальца черные с пастями. Я понимаю, как это звучит. Но покусали меня уже после того, как я это увидел.
        - Хм… - скептически выдал Андрей и распрямился, сжимая пинцетом острый, чуть изогнутый белый шип. Поднял его повыше, рассмотрел со всех сторон и сунул под нос Марку. - Ты только посмотри, какая прелесть.
        По скромному мнению Чернорецкого, на прелесть это было мало похоже. Больше все-таки на рыбьи ребра. По размеру - лосось. Но вот Андрей с большим вниманием рассматривал добычу со всех сторон.
        - Видишь, - он ткнул пальцем в обломанное основание, - полые внутри. Как у змеи. Вот через него нейротоксин и поступает в жертву… Интересно, а чем же он ее ест?
        Марк мысленно передернулся. Интересно это было только медику, который всего происшедшего не видел.
        - А не осталось ни одного щупальца?
        - Нет, они испарились, когда все-таки удалось закрыть портал. Портал, кстати, тоже привязан оказался к медальону.
        - А, - налюбовавшись на прелесть, Андрей осторожно опустил зуб в гриппер и потянулся вытаскивать следующий. - Эти остались, видимо, задержанные твоей кровью и магией.
        - Видимо, да.
        Доктор опять завозился над раной, вытаскивая осторожно и медленно очередную иголку. Не хватало еще оставить кусок внутри.
        - Ты сталкивался когда-нибудь с такими ранами? - спросил Марк.
        - С такими - нет, с похожими - да. Еще интерном был. Привезли нам тогда тело мага одного. Уж не знаю, кого он там навызывал, но разодрали его знатно. И Пустотой разило от ран неимоверно. Сам знаешь этот душок специфический. А ты ничего, повезло тебе. Глядишь, до свадьбы заживет.
        - То есть, никогда? - усмехнулся Чернорецкий.
        - Ну, это уж не от меня зависит!
        Доктор убрал в гриппер последний зуб, промыл рану и магическими импульсами провел диагностику. Рана была подозрительно чиста и тиха. Даже странно для Пустоты, наполненной плесенью, тленом и энергией разрушения. Для очистки совести сенсор-патологоанатом еще раз дотошно проверил повреждения. Но все так же ничего криминального не нашел. Хмыкнув, он вдруг поставил рядом с Марком чашку с остывшим чаем, которую тут оставил Артем, метнувшись за Пустым.
        - Давай проверим Силы твои.
        Чернорецкий дотронулся до края чашки пальцем. Вода вскипела прямо в фарфоровом изящном сосуде. Сенсор одобрительно кивнул, пошаманил над чашкой, проверяя структуру и силу магии. Снова ничего странного. Для сенсора, который не видел, насколько они исчерпали свои ресурсы, пытаясь закрыть портал…
        - Ладно, - сдался доктор. - Давай забинтую тебя. Больничный, к сожалению, выписать не могу, бухгалтерия не поймет… Так что, обратись к терапевту.
        Марк снова не сдержал усмешки. Больничный лист из морга - это сильно. Бабуля бы особенно оценила.
        - И если что, обращайся. Раны, оставленные Тенями, не шутка…
        Пока Андрей осторожно заматывал стерильным бинтом предплечье темного, в квартиру Елены Рудольфовны вернулся Белов. Неугомонная старуха и его стала уговаривать остаться на чай, тем более, стол она так и не убрала, предчувствуя, что маги еще вернутся. Станислав очень вежливо от нее отмахнулся и остановился в проеме дверей. Внушительный и суровый.
        - Закончили? - уличил Ищейка. - Говорить может?
        - Может, может, - то ли заверил, то ли разрешил патологоанатом, собирая чемоданчик. В металлической раковине оранжевым огнем вспыхнули окровавленные бинты и погасли.
        - Давай с самого начала… Вы увидели Пустого…
        Марк опять повторил всю историю целиком. Белов только мрачно кивал, внимательно слушая. Вопросы будет задавать позже. Почему-то Чернорецкий остро ощутил себя сидящим на допросе. Елена Рудольфовна мышкой проскользнула мимо Станислава и передала Марку рубашку. Чистую, восстановленную и даже отглаженную - невостребованность сделала женщину чрезмерно заботливой. Маг поблагодарил, поднялся со стула, сунул одну руку в рукав, и тут анестетик перестал действовать. Он зашипел, прижимая ладонь к толстому слою бинта. Грачев повернулся, готовый оказывать хоть первую, хоть последнюю помощь. Но Марк вызвал заклинание сам, и очередная волна магии заглушила боль.
        - Так, вот что, - Станислав поднял со столешницы прозрачный пакетик с извлеченными зубами и покрутил в руке, пока патологоанатом не отобрал. - Я поговорил с Артемом, и решил пока отстранить тебя от работы. Полечишься, отдохнешь. Дома посидишь.
        - В смысле - отстранить?
        - В прямом. Как раненого при исполнении.
        - На выходных отлежусь, - возразил Марк, застегивая пуговицы.
        - Чернорецкий! Не спорь с начальством! Отстранен, значит - отстранен.
        Марк переглянулся с Андреем. Тот пожал плечами, лицо было крайне обескураженное. А вот Станислав чувствовал себя виноватым и что-то недоговаривал.
        - А причину я узнать могу?
        Белов взглядом выгнал доктора из чужой кухни и сел на освободившийся стул. К сожалению примешивалось состояние какой-то легкой потерянности.
        - Понимаешь… Медальон, который портал открыл, оказался из комитетской лаборатории украден. Что у вас там с Пустым произошло - только твои показания. А на медальоне полно твоих отпечатков и твоей магии. В общем, пока мы с этим не разберемся, отстраняю. Сиди дома.
        - Это официальные обвинения?
        - Это настоятельное пожелание, - с нажимом подчеркнул Белов. К его эмоциям примешалось глубокое разочарование. Словно не получилось из темного мага человека сделать. - Ты отдохни, подлечись, а мы пока разберемся во всем.
        - Как прикажете, Станислав Анатольевич.
        Анатольевич совсем скис.
        - Может, машину тебе выделить, пусть домой отвезут? Могу Артема отпустить.
        - Не надо, - саркастично фыркнул Марк. - Вызову такси. Машину заберу на днях.
        В замке входной двери завозился ключ, затем шумно провернулись внутренние стальные штифты. Ева подняла голову от книги, которую читала, сидя за стойкой на кухне, и отставила чашку с чаем. Машины она не слышала, шума роллеты - тоже… Девушка встала и с опаской дошла до коридора. Что она будет делать, если это все-таки злоумышленник, а не хозяин дома, она и сама еще не решила. Под руку не попалось даже ничего тяжелее книги по теории владения магией.
        И наверное, к счастью для них обоих, это все же был Марк. Он неспешно зашел в дом и, закрыв дверь, с облегчением вздохнул, на миг прикрывая глаза.
        - Как день прошел? - светски поинтересовалась Ева, приближаясь к стене и опираясь на нее плечом.
        Чернорецкий ответил красноречивым взглядом и стянул пальто:
        - А у тебя?
        - Ну… - Протянула девушка. - Галя приходила.
        Марк улыбнулся, вешая пальто и оставляя ботинки на поддоне для обуви. Он и забыл предупредить, что сегодня должна была прийти горничная.
        - И как прошло знакомство?
        - Феерически. Сначала я приняла ее за взломщика, потом она меня… Пришлось продемонстрировать, что вещи я сюда ввезла, а не вывожу. Но думаю, окончательно ее убедили мои тапки…
        - Да, не самая удобная обувь для взлома.
        Розовое безобразие по-прежнему красовалось на ее ножках, делая весь вид девушки ужасно домашним. Она чуждо смотрелась в строгом интерьере коттеджа, но сама была такой теплой. Маг неожиданно поймал себя на мысли, что единственное, что ему хочется после сегодняшнего кошмара - поцеловать ее. Марк щелкнул выключателем, погасив освещение коридора и направился к Еве, стоявшей в широком пятне света из гостиной.
        Подойдя совсем близко, он, не говоря ни слова, просто склонился к ней и коснулся губ теплым поцелуем. Его ладонь аккуратно легла на ее затылок, длинные пальцы зарылись в шелковистые распущенные волосы, чуть запрокидывая ее голову. Очень, очень теплая. Мягкое хрупкое тело прижалось к каменно-твердым мышцам его торса, согревая разморенным домашним жаром. Дыхание смешалось, опаляя влажные губы.
        - Что ты делаешь? - нетвердо спросила Ева.
        От Марка пахло морозом, духами, лосьоном и упоительным запахом его тела, сладко, терпко, жарко. Каждый новый вдох сладко кружил голову. И с собой бороться становилось невозможно. Невозможно и незачем. Тело чутко впитывало эмоции мага, тянулось магнитом, отвечая на чувства, на мысли, на желания. А те были темными, мягко подавляющими, искушающими, лишающими всякой воли. И не встречая ни малейшего сопротивления только сильнее и сильнее завоевывали ее, затягивая в омут. Ева чувствовала, как тонет в этом сладком и пленительном сиропе, и не было перспективы желаннее, чем утонуть окончательно, раствориться до полной потери себя. Ева еще крепче обняла его, провела ладонями по спине, наслаждаясь ощущением сильного тела под пальцами, то ли держась, то ли не отпуская.
        - Обычно все, что хочу, - губы скользнули по ее уху, вызывая внутреннюю дрожь.
        Этот шепот… Разрядом прошел по нервам, отдаваясь звоном и адреналином. Ледяная волна ударила под ребра, схлынула жаром по коже. Новый глубокий вздох сорвался в беспомощное «ах», когда Марк склонился к ее шее, ладонью накрывая грудь, медленно опускаясь к краю футболки.
        - Ах, - насмешливо передразнил маг на ухо, прижимая девушку к шершавой стене. - Ах…
        Ева прикусила губу, не в силах вынести этот шепот снова. Из-под ног уходила земля. Хотелось прямо сейчас, прямо здесь, прямо так… Его обнаженное тело. К обнаженному телу. И не ждать ни мгновения больше. Ева горячечно расстегивала мелкие пуговицы на рубашке, и это превращалось в целую пытку, пальцы не слушались, пуговки путались в петельках, выскальзывали.
        - Ты специально надел эту рубашку?
        Марк рассмеялся, взялся за ворот левой рукой и резко дернул вниз, просто вырывая с нитками оставшиеся пуговицы. По гладким плиткам пола защелкали отлетевшие застежки. Ева со вздохом прижалась ладонями к горячей коже, поднимаясь на цыпочки и целуя его. Одежда мешала, создавала совершенно лишний барьер между ними. И на пол быстро отправилась ее футболка и бюстгальтер. Ева гладящим нежным движением провела по его плечам, заставляя ненужную рубашку соскользнуть вниз, к локтям. Ладонь наткнулась на плотную повязку из бинта. Она отстранилась, и Марк проследил за ее взглядом.
        - Бандитская пуля? - изогнула бровь девушка. Только сейчас замечая еще и запекшуюся царапину на губе.
        - Что-то вроде этого… Не отвлекайся, - маг захватил пальцами ее подбородок и вернулся к прерванному поцелую.
        - М… Может, нужно перевязать?
        Марк медленно отпрянул и, упершись ладонью в стену у ее плеча, иронично посмотрел на полуобнаженную девушку. Вид у него был… Какие там перевязки? О чем она вообще спрашивала? Желание потоком сухого песка запорошило последние логичные мысли и мурашками пробежало по груди и ребрам. Темный довольно улыбнулся, без труда считав все мысли. В его обжигающее желание скользнула нотка благодарности за заботу. Смешная девчонка. Марк дотронулся до ее припухшей нижней губы большим пальцем, а потом поднял девушку одной рукой, как ребенка.
        - Тяжело ведь, - вдруг смутилась Ева, когда он пошел с ней к лестнице.
        - Не бойся, не уроню.
        - Да я не об этом…
        Марк только поцокал языком, без усилия поднимаясь с ней по лестнице. В комнате он одним коленом встал на край постели и уронил ее на мягкое одеяло, нависая над своей соблазнительницей, пока ее не осенила еще какая-нибудь отвлекающая и благородная идея. Выпутавшись, наконец, из рубашки, маг одним гладким движением стащил с нее шорты вместе с бельем и мучительно застонал.
        - Опять эти тапки…
        Ева рассмеялась, быстро скидывая их с путами шорт, и притянула к себе мага.
        - Может, не в тапках дело? - шепнула она, чувствуя горячие ладони на своей талии, на своем животе.
        Ответом на шпильку ей был предупреждающий укус за мочку. Не больно, но так… остро. Ева всхлипнула, выгибаясь, и на смену укусу пришел пьянящий поцелуй. Лаская ее и дразня, все больше распаляя, почти дошедшее до точки, девичье тело, маг разделся, надел защиту и одним движением вошел в нее. Ева со стоном выгнулась, запрокидывая голову на краю кровати, открывая шею. Так ярко. Воздух просто затрепетал на самых губах.
        Ева зажмурилась, мир разделился на звуки, запахи, касания и эмоции… Эмоции… Ничего сильнее она не чувствовала никогда. Как натянутая струна, тело дрожало от каждого движения, от каждого шумного вздоха. Обостренное восприятие почти сводило с ума. Как будто она всю жизнь находилась под толщей воды, и вот мир обрушился на нее. Как в лифте. Но… Все иначе. Слишком лично. Ева кусала губы и не владела больше собой. Как эхо в горах, ее желание, ее удовольствие, ее нежность отдавалось в мыслях эмпата и возвращалось к ней усиленной волной, чтобы начать сначала. И когда это стало совсем невыносимо, реальность треснула, смывая ее всю ослепляющим оргазмом. Перед глазами расплывались цветные пятна, Марк с тихим стоном уткнулся лбом ей в основание шеи, удерживаясь на вытянутых руках, но девушка притянула его к себе, наслаждаясь расслабляющим весом мужского тела. Мышцы окутывало теплом. До самых кончиков пальцев. Голова кружилась, но уже иначе, сонно, опустошенно. Эмоции застыли густым покоем. Можно было молчать, даже не о чем не думать. Ева улыбнулась, носом проводя по его ключице.
        Марк приподнялся с нее, и Ева запротестовала, тогда маг просто удержал ее в руках и сел, оставляя ее сверху. Оставаясь в ней. Ева убрала ему со лба волосы, изучающе глядя в потемневшие зеленые глаза, погладила по щеке, чуть тронутой отросшей за день щетиной. Подушечки пальцев замерли на подзатянувшейся ранке губы.
        - Так многого хотел, что губа треснула?
        Маг рассмеялся, по-мальчишески улыбаясь.
        - Видимо да.
        - Болит? - она перевела взгляд на белый бинт.
        - Уже нет.
        - Что-то серьезное?
        Марк качнул головой и не без удовольствия заверил:
        - Патологоанатом сказал, что жить буду. Пока.
        - Патологоанатом? - глаза цвета темной карамели шокировано распахнулись.
        - Ну, какой доктор рядом оказался… Мне еще повезло. Рядом мог проходить ветеринар или психиатр…
        Ева непонимающе хлопнула ресницами и расхохоталась. Отсмеявшись, она покачала головой и опять попала в плен обжигающих черно-зеленых глаз.
        - Шутник, - выдохнула она, прижимаясь к мягким губам.
        Повинуясь ее желанию, Марк лег спиной на одеяло, удерживая ее за талию. Желание, как игла, пронзало остро и быстро. Ева сжала его плечо, неосознанно сдавливая недлинными ноготками. Слишком расслабленное, уставшее от неги, тело не противилось чувствам, действуя на одних рефлексах. Еще не остывшие, возбужденные нервные окончания настолько глубоко воспринимали касания и ощущения, что казалось, обжигающее удовольствие проникало под кожу, текло по венам. Медленно и близко… И… Разрядка наступила так быстро и внезапно… Марк хрипловато застонал, сжимая ее белое бедро, и Ева почувствовала, что это последнее движение - как последняя капля. Она согнулась, упираясь ладонью в его стальной пресс, вибрация и пульсация отдавалась под горячими пальцами. Сквозь прикрытые ресницы Ева смотрела на потрясающее движение тугих мышц. Нет ничего красивее натренированного мужского тела. Особенно, когда оно под тобой…
        Превращаясь во что-то беспозвоночное, мягкое, девушка медленно опустилась на грудь своего любовника. Щеки пекло, дыхание тяжело и слишком жарко наполняло грудь. Ева с усилием перекатилась на прохладное одеяло, но Марк опять привлек ее к себе рукой, остававшейся на пояснице девушки. И поморщился. Обезболивание снова переставало действовать. Но сейчас это такая мелочь…
        - Рука все-таки болит?
        Ева опиралась на локоть, прижимаясь телом к нему. Маг без слов взял ее ладошку со своей груди и прижал к повязке. Зеленоватое свечение прошло насквозь, вытягивая что-то неосязаемое, но ощутимое. Все это время девушка испытывала все его ощущения, как свои, и то, как схлынула тупая боль, не прошло мимо нее. Снова всю… ауру?.. затопило покоем и безмятежность. Потрясенная этим Ева осторожно опустилась на плечо Марка.
        - Теперь я не могу не спросить снова. Ты всегда чувствуешь так? Нет. Эмпаты всегда чувствуют так?
        - Нет, - помедлив, отозвался маг. - У тебя очень… чистые эмоции. Никаких скрытых мотивов. И я не могу удержаться.
        - Что ты имеешь в виду?
        Ева улавливала шевельнувшийся где-то в его мыслях дискомфорт. Царапнувший, как перышко в мягкой подушке.
        - Тебе ничего не нужно от меня, и ты просто наслаждаешься чувствами. Ты не играешь, не притворяешься и не продумываешь отступление. В момент близости ты даже не воспринимаешь меня, как личность, просто делаешь, что хочешь… И чувствуешь, как хочешь.
        Голос не дрогнул, но в эмоциях колыхнулся упрек. И ей даже стало жаль. Не давая себе увязнуть в фантазиях и привязках, Ева действительно отстранялась. Но… Проанализировав все, что смогла пропустить через себя, Ева пришла к заключению, что грешила этим не только она.
        - Ты ведь делаешь то же самое.
        - У каждого из нас есть свои мотивы, - прозвучало почти как вопрос.
        - Я просто больше не хочу доверять и привязываться, - честно, хоть и больно, призналась Ева, ставя точку.
        - А мне нельзя привязываться. Это не мое решение. Откровенность за откровенность.
        Ева выдохнула. Действительно стало легче. Она расслабилась и признательно поцеловала ароматную кожу рядом со своей щекой. Потревоженным илом в озере безмятежности всколыхнулась их память. Разная, но чувства были сейчас одни на двоих.
        Марк вздохнул и погладил ее по бедру костяшками пальцев.
        - Секс между эмпатами может быть особенно хорош за счет способностей, мы отражаем и усиливаем реакцию друг друга. Но чаще всего это невозможно. Потому что, если закралось что-то негативное в отношения, это тоже отражается и усиливается. Подозрения, неприязнь, отторжение… Все пары не всегда искренни друг с другом. И сложнее всего, когда ты эмпат.
        - Хочешь сказать, что все твои девушки были искренними, восторженными и чистыми? - склонность к сарказму у Евы не могло победить никакое благодушие.
        - Нет, - Марк хмыкнул. - Я просто надеваю блокирующий браслет, чтобы не чувствовать ничего ментально. А только физически.
        Ева удивленно привстала. Идея была интересная. Теперь понятно, почему он так быстро с ее затруднениями разобрался. Богатый жизненный опыт.
        - А ты хитрец!
        - Я такой, - самодовольно признался маг. - Душ?
        Ева поморщилась:
        - Если встану, упаду. Ноги ватные. Брось меня, спасайся сам.
        Темный принял информацию к сведенью, аккуратно встал с кровати и пошел к ванной:
        - Передумаешь - присоединяйся.
        Ева улыбнулась и потянулась на мягкой кровати. В голове еще гудело. По сердцу расплывалась сладкая нега.
        Утро разбудило ярким солнцем в окно. Выпавший за вчерашний день снег делал свет интенсивнее и нестерпимее. Ева сощурилась и потянулась, наслаждаясь теплым мягким одеялом и не желая из-под него вылезать. Но снова уснуть было бы непросто - солнце заливало комнату сквозь стеклянную стену. Солнечная сторона… Девушка откинула край одеяла и поднялась, снова потягиваясь. За окном высились сугробы, почти наполовину скрывая столбики фонарей. Дорожки, как всегда чистые, позволяли увидеть, насколько внушителен слой снега. Во что же превратились дороги?
        - Доброе утро.
        Ева повернулась и опустила руки, футболка, в которой она спала, тоже опустилась, заставляя мага все-таки перевести взгляд выше. Марк стоял в дверях, привычно свеж и собран, в руке была чашка кофе.
        - Как насчет выходных загородом? - сразу огорошил Марк, поднося чашку к губам.
        - Так, мы, кажется уже загородом.
        - Мм… Наблюдательная! И ничего-то от тебя не скроешь!
        Ева в шутливой угрозе прищурила глаза. Марк хмыкнул и продолжил расслабленно пить кофе. Девушка подняла с края кровати аккуратно положенную туда одежду, в которой она была вечером, и быстро начала надевать бюстгальтер, не снимая пока широкой футболки. Несмотря на то, что гостевая комната была в нескольких шагах, Марк ее туда попросту не отпустил. Впрочем, Ева не возражала.
        - Может, отвернешься?
        - А ты ханжа, - беззлобно уличил темный.
        - А ты нахал, - вернула она любезность. Повернувшись спиной, стащила чужую футболку, уютно нагретую и мягкую, и натянула свою, попутно влезая в тапочки. - Так, куда мы едем? И когда?
        - Меня временно отстранили от дел, и теперь у нас уйма времени, чтобы заняться твоими способностями, - пояснил маг, глядя, как она аккуратно складывает его футболку, оставляет на краю кровати и расправляет одеяло. - Мы поедем в дом, который остался мне от отца, там есть все необходимое. Редкие книги, гнетущая атмосфера, море паутины и никого в радиусе двадцати километров.
        - Мне уже начинать пугаться?
        Он дьявольски улыбнулся:
        - Это не поможет. Лучше пойдем завтракать.
        - А чем тебя не устраивает перспектива остаться здесь? Думаю, при желании, сможем создать гнетущую атмосферу и даже найти паутину.
        Марк посторонился, пропуская девушку в коридор. Она прошла в гостевую комнату, где в ванной осталась зубная щетка.
        - Сможем. Но у дома Чернорецких есть еще одно преимущество. Он защищен гораздо лучше.
        - Магически, полагаю? - раздалось из ванной.
        - Да. Мне поставить такую защиту кровожадности не хватает.
        - И зачем тебе понадобилась такая защита?
        - Мне? Чтобы спрятать тебя.
        - Ммм… Никого в радиусе двадцати километров, говоришь? Концы в воду? - как в подтверждение послышался шум воды в раковине.
        - Если говорить идиомами, то «залечь на дно» подходит больше.
        - А если серьезно?
        - Если серьезно… Меня кто-то подставляет. Как я говорил, в Комитете давно творится что-то неладное. Но стоило мне сложить два и два, как мне подсунули Пустого с амулетом. Если бы ты пострадала серьезнее, меня бы отстранили и обвинили по всей строгости наших законов. Но мне повезло, что Белов мне поверил. Хотя, к тому времени, как тело Пустого попало в Комитет, амулета при нем уже не было. А вчера нам, то есть, мне, подослали еще одну Тень с амулетом. И амулет не только укрыл Пустого от моей магии, но еще и открыл портал в Пустоту от соприкосновения с энергией его смерти.
        - Вот, если бы не читала кучу всяких фэнтезийных книжек, черта с два бы тебя поняла, - Ева вышла, расчесывая волосы, взяла с тумбочки резинку и завязала в хвост.
        - Так восхвалим же массовую культуру…
        - И что дальше с порталом?
        - Обычно мы довольно легко ликвидируем их, но в этот раз закрыть его помогло только повторное воздействие некромантии на амулет, он разрушился, но на нем остались мои отпечатки и след магии. И этого уже оказалось достаточно, чтобы отстранить меня от работы.
        - Ну, тебе повезло, что твои доброжелатели тебя не убили, - прикинула Ева, а потом повернулась, вспоминая про повязку на его руке.
        На ее вопросительный взгляд маг ответил уклончивым движением головы:
        - Утверждать не берусь, но вполне возможно, это был первоначальный план.
        - И поэтому ты хочешь поехать в родовое поместье?
        - Поместье - громко сказано. Просто старый пыльный дом с кучей воспоминаний. И я хочу в них порыться. Мы сейчас позавтракаем, заедем в Комитет за моей машиной и делами, которые мать из архива вытащила. И поедем. Вообще, там красиво. Думаю, тебе понравится, вокруг лес, рядом залив… Купаться, конечно, холодновато, но погулять можно.
        - Дела из архива - это про тех магов, которые Пустотой занимались? - Ева забрала с тумбочки телефон, проверила звонки и смс. Удалила несколько сообщений от магазинов и операторов и направилась к Марку. Он кивнул. - Покажешь?
        - Покажу. Поищем вместе. Заодно рассортируем бумаги отца, может, там тоже что-то осталось.
        Поездка становилась все более заманчивой перспективой. Лес, залив… Да и когда еще представится шанс взглянуть на родовое гнездо темных магов?
        До Комитета они добрались на такси. На парковке перегрузили вещи из такси в машину Чернорецкого. Оставив Еву в прогревающейся машине, Марк отправился на встречу с Камиллой, пообещав скоро вернуться.
        Ева от скуки порылась в соцсетях, ответила на непрочитанные сообщения, просмотрела скучные однообразные новости в ленте. Потом позвонила маме, рассказала про незапланированный отдых на природе. Мама обрадовалась, сразу встала в охотничью стойку и начала расспрашивать, насколько это все серьезно, и когда Ева ее с Ним познакомит. Пришлось разочаровать и быстренько закончить разговор.
        Оборвав звонок, Ева тяжело вздохнула. Сейчас мама позвонит с этой новостью старшей дочери, и расспросов будет в два раза больше. В салоне стало жарковато, Ева стянула шубу, бросила на заднее сидение и заново пристегнулась. Неожиданный стук в окно заставил вздрогнуть - кто-то побарабанил костяшками по стеклу. Девушка отпустила ремень и подняла голову.
        Лучше бы не поднимала, честное слово. Улыбающееся лицо, нависшее над пассажирским стеклом, не хотелось больше видеть даже в страшных снах. Высокий, красивый голубоглазый блондин. Все такой же, как два года назад.
        - Ева! Привет! А я думаю, ты-не ты? - Звук доносился глухо, но опускать стекло Ева не торопилась. - Ты что тут делаешь? Окно-то хоть открой.
        Девушка нехотя нажала на стеклоподъемник, открывая щель не шире пары пальцев. Свести бы это общение на нет, да побыстрее. Ну, все же хорошо было, ну, откуда он опять вылез?
        - Сижу.
        - Подожди… - Олег выпрямился и окинул ауди взглядом. - Это разве машина не Марка Чернорецкого?
        Как будто он это сразу не увидел! Ну что за детский сад!
        - Его, - коротко и недружелюбно подтвердила Ева, не глядя на собеседника. Но потом все же повернулась. - Откуда ты вообще взялся?
        Олег непринужденно пожал плечами, с любопытством разглядывая девушку в машине:
        - Работаю здесь. А какие у тебя дела с Чернорецким?
        - Тебя точно не касающиеся.
        - Ев, да ты хоть знаешь, кто он?
        - Знаю.
        Она вздохнула поглубже, пытаясь успокоиться. Где нелегкая носит этого темного мага, будь он неладен? Непроизвольно она посмотрела на телефон, прикидывая, сколько прошло времени и не пора ли звонить.
        Лицо Олега изменилось. Он, похоже, только сейчас начинал понимать, что она не шутит.
        - Подожди… Я понимаю, что я вообще последний человек, который тебе может давать советы. Но…
        - Но что? - заинтригованно поинтересовался Марк, вырастая из-за спины Олега.
        Как он подошел не видели ни Олег, ни Ева, но на ее лице промелькнуло искреннее облегчение. Собеседник ограничился брезгливым пренебрежением.
        - Но он редкостный подонок, - холодно закончил мысль блондин, прямо глядя на темного.
        Марк фыркнул, обходя машину, и даже не потрудившись ответить на грубость. Центральный замок щелкнул, Марк сел в машину и положил назад пакет с документами.
        А Ева саркастично улыбнулась. Впервые с момента случайной и тягостной встречи.
        - Спасибо за совет, Олег. Но, благодаря тебе, я уже умею общаться с подонками.
        Марк переключил передачу, и начал выезжать с места, не обращая внимания на так и оставшегося стоять парня.
        - Даже не вступилась за мое честное имя! - Осуждающе поцокал языком Чернорецкий, пытаясь отвлечь ее. Девушка сидела мрачнее тучи.
        - Было бы перед кем оправдываться…
        - Тоже верно, - закурил Чернорецкий. - Так, что тебя с ним связывает? А то не успеешь отойти на десять минут, рядом обязательно какой-нибудь светлый маг крутиться начинает?
        - Рябинин светлый маг? Впрочем, я уже ничему не удивляюсь…
        Настроение было испорчено окончательно. Кажется, вот же, уже забылось и прошло, и опять во рту привкус тухлятины. Не мужчина, а осетрина второй свежести. Ева недовольно поморщилась.
        - Он мой бывший… - Ева поколебалась, но все-таки выдавила из себя с неприязнью: - …жених.
        Марк бросил на спутницу очень короткий, но преисполненный одновременно удивления, насмешки и сочувствия взгляд. Как оказалось, выразить словами это довольно легко.
        - Как тебя угораздило?
        - Любовь слепа, глуха, нема и, кажется, еще и не в своем уме, - пробормотала девушка. - Я просто была другим человеком.
        - Я не осуждаю, - так невинно заверил маг, что Ева сначала разозлилась, а потом рассмеялась.
        Действительно. Ни за выбор, ни за чувства, ни за то, что закончилось плохо. Все осталось в прошлом. Случайная встреча - просто ошибка, ужасное воспоминание. Произошла - и нет ее. Но ради справедливости, стоит просто ответить.
        - Мы встречались два года. И он сам сделал предложение, я не настаивала. И сам же сбежал за неделю.
        - Давно?
        Не такого вопроса она ожидала.
        - Два года.
        Марк что-то явно прикинул в голове, с прищуром затягиваясь горьким дымом.
        - Изменил?
        - Черт его знает. Целый месяц перед свадьбой изо всех сил пытался со мной поссориться, и я терпела, мне не хотелось ругаться, а потом вдруг заявил, что нам пора снять розовые очки.
        - Серьезно?
        Почему-то сейчас, вспоминая это все, события уже не казались такими ужасными и трагическими. Это было смешно. Обидно, но смешно. Ева с другой стороны посмотрела на произошедшее и расхохоталась. Марк, как всегда, чувствуя ее эмоции, пропуская через себя, не удержался от улыбки.
        - И что он делал?
        Ева закатила глаза:
        - Он повсюду опаздывал, срывал всякие встречи с организаторами и поставщиками, не мог подобрать костюм, разругался с фотографом, забраковал даже торт! Торт! Его любимой фразой весь месяц было: «Мы уходим отсюда!». За два месяца подготовки мы успели заказать только платье, потому что его я выбирала себе сама.
        - И? - маг мимолетно повернулся к ней. Его и забавляло и огорчало рассказанное, хотя Ева уже откровенно потешалась, вспоминая феерическую помолвку.
        - И когда я промолчала даже на то, что он разругался с менеджером ресторана, где был заказан банкет, он притащил меня к парковке и заявил, что вся эта свадьба идет наперекосяк. И нам пора снять розовые очки. Он отвез меня домой, через неделю забрал свои вещи, и с тех пор мы не общались. Я оставила только платье на память.
        Чернорецкий чутко прислушивался к ее эмоциям. Видимо, горечь столько времени снедала ее, что больше ее не осталось, и она искренне смеялась над памятью. Над трусостью. И нечестностью. Над слабостью и истеричностью бывшего жениха. Дурное настроение уходило как гной из застарелой раны.
        - Ну, после такого, «подонок» из его уст звучит как комплимент, - прокомментировал Марк.
        - Вот и я говорю - не перед кем оправдываться, - мягко улыбнулась Ева. - А почему ты спросил про измену? Как самое очевидное?
        Марк снова оценивающе обернулся, помедлил. И будто нехотя ответил:
        - Просто около двух лет назад он все-таки женился…
        - На ведьме?
        Марк от души рассмеялся:
        - Мы говорим просто «маг», как «врач», к примеру. Но в данном случае «ведьма» подходит отлично. Очень склочная у него жена.
        - Так ему и надо, - хмыкнула в ответ Ева.
        Дорога быстро и легко летела под шипованными колесами ауди, унося их прочь от Петербурга. Пятница, но рабочая, и день в самом разгаре. Без пробок, без заторов. Последствия вчерашнего снегопада убрали хотя бы с трасс, и движению ничто не мешало. Сухая, холодная погода. Солнце спряталось быстро, небо затянула привычная питерская серость, но видимость была еще хорошая.
        - Скоро будет поворот, не бойся, - вдруг оповестил Чернорецкий, глядя на огромные сугробы справа. Они тянулись бесконечно вдоль полоски густого леса. Поворота не предвиделось.
        - Не бояться? Что ты задумал? - Ева вдруг почувствовала себя некомфортно, с подозрением оглядываясь на внушительные сугробы.
        - Повернуть, - непринужденно и логично ответил маг и перестроился на крайнюю правую полосу.
        Поворота все равно не предвиделось. Как бы она ни присматривалась. Но Марк включил мерно тикающий поворотник, замедлился и свернул… в сугроб. Ева ахнуть не успела, а машина, миновав столкновение со снегом, уже ехала по чистой белой дороге, отшлифованной грейдером. Ева закрыла рот. А потом вопросительно обернулась.
        Чернорецкий довольно рассмеялся. Шалость удалась. Примерно на такую реакцию он и рассчитывал.
        - Это просто иллюзия. Я ведь говорил - дом хорошо защищен.
        Попетляв по подозрительно чистой дороге среди сначала смешанного леса, а потом хвойного, машина выехала на своеобразную поляну. Дорога уходила, запутываясь среди снега и стволов вдаль, а слева утопал в снегу огромный деревянный дом в окружении леса. Ева, не торопясь выходить из машины, рассматривала его через лобовое стекло. Двухэтажный дом очень напоминал дачу Месмахера из Шуваловского парка, тот же псевдоготический стиль, все острое, резное, мрачное, с вычурными башнями и флигелями. Окна пусто и недружелюбно отсвечивали стеклами. При заглушенном моторе тишина давила на барабанные перепонки, как вода при погружении на глубину.
        - Тебе когда-нибудь говорили, что здесь новый «Ужас Амитвилля» можно снимать? - спросила Ева, когда Чернорецкий открыл пассажирскую дверь, помог ей вылезти и подал с заднего сидения шубу.
        - Нет, - на полном серьезе ответил маг. - Здесь же никого, кроме тебя не было.
        - Тогда я скажу. Здесь однозначно можно его снимать! У тебя в подвале, часом, портал в ад не припрятан?
        Ева потрясенно смотрела на домище. Ограда едва заметным пиками торчала из сугробов, ветки разросшейся и одичавшей сирени топорщились во все стороны, почти закрывая первый этаж. Снег едва-едва тронул алую жестяную крышу, то ли не удержаться на ней, то ли магия защищала.
        - Может, и припрятан. Я не проверял. После смерти бабушки я здесь вообще не был, - Марк забрал вещи из машины, что-то передал Еве, и кивнул, чтобы следовала за ним.
        Ева подчинилась, но все равно не могла оторвать глаз от мрачной, но красивой махины. Серым и некрашеным дом производил еще более жуткое впечатление, чем Желтая дача в Шувалове.
        Темный тащил по снегу чемодан на колесиках, спускаясь с широкой дороги к чистому подъезду. Стоило ему только прикоснуться к кованной калитке, как та со скрипом распахнулась. Двор, в отличие от всего окружающего, был чистым, будто дворник только закончил работу. Удивляться то ли сил уже не было, то ли просто надоело, но отсутствие сугробов, в которых можно утонуть, воспринималось как должное. Как говорится, «Вычислить путь звезды, и развести сады, и укротить тайфун, все может магия» /Л.Дербенев/. Вспомнив раз, от песенки было уже так просто не отделаться, и коварный припев застрял в голове, пока Ева шла следом за Марком к закрытой входной двери. Замок на нее висел вполне себе амбарный.
        Марк отпустил чемодан и вытащил из кармана связку потемневших ключей. Отворив двери, он галантно взмахнул рукой, приглашая спутницу ступить за порог. Ева по предвкушению, исходившему от него, поняла, что дело нечисто и осторожно приблизившись, заглянула за дверной проем.
        - Дурацкая шутка!
        - Что ты видишь? - любопытство подтвердило, что маг изначально эту гадость планировал.
        - Ну, как тебе сказать…
        За порогом был гнилой, обвалившийся в глубокий подвал, пол. Остатки досок, как гнилые зубы, торчали из стен, зажатые грубыми плинтусами. Сквозь дырявую крышу медленно опадали с крыши хлопья снега. И падали в сырой провал земляного подвала. Там на дне, в темноте, белел снег, изморозь, торчали осколки упавших досок, как в волчьей яме. Метрах в двух прямо над этой пропастью висела полуистлевшая деревянная лестница Собственно, это Ева и описала.
        Марка ее впечатление позабавило. Он оставил рядом с чемоданом пакеты с едой и мелочами, которые забрал из дома по пути к выходу. И подошел вплотную к девушке.
        - Ты мне доверяешь? - проникновенно спросил темный.
        Ева так же проникновенно помотала головой, на всякий случай делая шаг назад. Тогда Чернорецкий со смехом наклонился, подхватил ее под колени и шагнул за порог. Ева вскрикнула и зажмурилась. Но падения не последовало. Хохочущий до слез парень поставил ее на пол. На твердый, гладкий, крашеный красной половой краской дощатый пол.
        - Эти ваши иллюзии! - Ева от души ударила его кулачком по груди. Экзекуция на мага не подействовала, он продолжил смеяться и делал это так заразительно, что и она не могла уже на него обижаться, поддаваясь улыбке.
        Марк открыл внутреннюю дверь, за которой скрывался очень темный, но просторный коридор, спереди виднелась широкая гостиная, лестница наверх, еще какие-то комнаты.
        - Проходи. Для тебя больше дом не опасен.
        Ева шагнула за порог. Здесь было тепло. Совсем не как в брошенном на всю зиму доме, воздух не пах сыростью и плесенью, он пах засушенными цветами, старой бумагой, старым деревом. И какими-то едва уловимыми духами.
        Марк занес остальные вещи в коридор и не глядя прикоснулся к выключателю. Темный дом озарился светом желтых лампочек, открывая взору антикварную обстановку в стиле арт-деко.
        - Ты не отключил электричество, когда уехал? - ужаснулась девушка.
        - А ты видела здесь ЛЭП? - изогнул он бровь, снимая пальто и вешая на коричневую вешалку.
        Ева моргнула, переваривая новую информацию. Не видела. Здесь вообще, кроме леса, снега и этого дома ничего не было. Никаких проводов, никаких столбов… Все-е может магия… Маг протянул руку, Ева покладисто отдала шубу.
        - Не разувайся пока, здесь еще холодновато, - предупредил маг, когда она потянулась к молнии сапога. Поднял с ковра пакеты с едой, оставляя чемоданы возле закрытой двери кладовой. - Пойдем, я покажу тебе кухню.
        - Шовинист! - несерьезно фыркнула Ева.
        Почти пристыженный темный мстительно смежил веки:
        - Вообще, я не имел в виду, что место женщины на кухне, но чаю ты, похоже, с дороги не хочешь?
        - Хочу.
        Она вызывающе отобрала один пакет с провизией, Марк обошел ее и повел вперед по коридору.
        Вход в кухню оказался неподалеку, справа. А напротив была большая гостиная с тремя широкими окнами. Одна из стен сверху до низу была увешана то ли фотографиями, то ли портретами в рамках разного размера. Мебель была деревянная, резная, темная. Секретер с подсвечниками и настольной лампой, вычурные стулья рядом с окнами, большой круглый стол под скатертью, два кресла возле него… У дальней стены стояло пианино с фарфоровыми статуэтками и еще одним подсвечником. И чуть дальше - изразцовая белая печь с голубым изящным рисунком.
        - Потом насмотришься, - потянул ее в кухню Чернорецкий. Он уже успел оставить там свой пакет, пока Ева любовалась гостиной.
        - Здесь как в музее!
        - Угу. Как в кунсткамере. Потом проведу экскурсию.
        - Ловлю на слове, - с сожалением проводила взглядом интересную комнату Ева.
        Впрочем, кухня тоже поражала воображение. Чугунная варочная печь с вензелями и завитушками рядом со стеной укрытой мелким кафелем с голубым рисунком, таким же, как в гостиной. Большой, то ли обеденный, то ли для готовки, стол, рядом более простые, без обивки, но с прихотливой резьбой, стулья. В углу помещалась раковина. Массивные шкафы, через стеклянные дверцы которых виднелись баночки, флаконы, посуда. И холодильник. Вполне современный, большой белый холодильник.
        Ева поставила пакет на стул рядом со столом. Марк шумно порылся в недрах кухонного шкафа и достал откуда-то из низов чайник, отставил на плиту и включил воду в раковине. Кран отозвался шипением, плевками, кажется, даже проклятиями, и наконец выдал бледно-коричневую воду.
        - Смотри-ка, чай прямо из крана течет! - насмешливо всплеснула руками девушка. - Живут же маги!
        - Цыц! - То ли крану, то ли Еве адресовал Чернорецкий и щелкнул по металлу пальцем. Вода быстро очистилась, надрывное гудение труб исчезло. - Дом поддерживает в порядке родовая магия, но чем дольше ею не пользуются, и не подпитывают, тем чаще она дает сбои.
        - Сколько же здесь нужно магии?
        - Не так много, как кажется. Этот дом построен, скажем так, на костях моего рода, он собирает и приумножает наши Силы. Их просто нужно время от времени пробуждать.
        Вслед за очистившейся водой произошло еще несколько изменений. По раковине, кафелю и столам прошла легкая дымка. И когда пропала, пыль, налет и грязь пропали вместе с ней. Марк сполоснул чайник, набрал воды и поставил его на плиту. Внутри печи загудело пламя.
        - Лучше все-таки вскипятить, - прокомментировал маг и начал раскладывать на столе еду из дома. - Достанешь посуду?
        Ева обернулась к шкафам, вытащила с полок пару вполне современных кружек и тарелки. Марк стоял перед холодильником, что-то убирая туда, что-то оставляя на столе. Девушка поставила их на стол, стащила из коробки печенюшку и села на освободившийся стул, подвернув под себя ногу. Взгляд ее упал на провод от холодильника, сиротливо лежавший на полу.
        - Почему было просто не провести электричество?
        Марк захлопнул холодильник и занялся чаем. Годы, которые он провел вдалеке от этого дома, не притупили память, и маг двигался быстро и почти машинально, доставая чай, заваривая его. К сладковатому запаху дома и дыма, примешался аромат свежезаваренного чая и мяты.
        - Моя бабушка была довольно старомодна и больше верила в магию, чем в электричество, - не без иронии ответил Марк, присаживаясь к столу. - Думаю, в чем-то она была права.
        - И чем проще согреть еду, - Ева взяла вилку и положила себе на тарелку немного мяса с овощами, - магией или микроволновкой?
        - Зависит от того, есть ли под рукой микроволновка.
        - Допустим, что есть.
        - Тогда - микроволновкой, чтобы по каждой ерунде не утруждаться. Тем более, с ней справится даже ребенок.
        - И что, сильно утруждаешься? - девушка с сомнением посмотрела на источающий пар кусочек мяса на своей вилке.
        - Внутри этого дома - нет. А так… Магия - это способность, а ведь даже говорить периодически устаешь.
        Ева помолчала, обдумывая это утверждение.
        - Я уже, кстати, дочитала ту книгу, но до сих пор не понимаю, как это работает. То есть, я поняла, что имелось в виду по всем этим формулам. Что для изменения, к примеру, физического состояния объектов нужно приложить Силу, и формулы описывают, что при этом происходит. Но я не понимаю, как вообще использовать эту силу.
        Маг пожал плечами, отрезая ножом кусочек мяса и подталкивая на вилку тушеные овощи.
        - Я повторюсь, что это способность, Ева. Ты часто задумываешься, как держать вилку? - На этих словах она посмотрела на вилку в своих руках, а маг продолжил: - Нет, ты просто хочешь это сделать, а тело подчиняется. И магия - это не высшая математика. Ты просто реализуешь намерение.
        - У тебя все как-то слишком просто. Зачем же тогда все ваше обучение?
        - Обучение, во-первых, учит контролировать силу, а во-вторых… Давай сравним среднестатистического человека и профессионального спринтера. Оба могут бегать. Разница в скорости, силе, выносливости и умении владеть своим телом максимально эффективно.
        - Хм… Хорошее сравнение. Спасибо, все понятно.
        - Я рад. Дети, к примеру, часто используют сил в разы больше, чем нужно. Получается что-то вроде «тушить свечу огнетушителем». Вот над этим мы и поработаем.
        - Будем тушить свечи огнетушителем?
        - Только в случае крайней необходимости, - улыбнулся Чернорецкий. И зацепился за что-то взглядом в гостиной, часть которой все-таки просматривалась в широком проеме входа.
        Ева машинально обернулась, но с ее места виднелся лишь край стены с портретами, в которых тускло отсвечивал свет.
        - Что там?
        - Да так, показалось, - отмахнулся маг. - Дай мне руку.
        Девушка поколебалась, но все-таки протянула ладонь. Марк взял ее за запястье и перевернул внутренней стороной вверх. Немного щекотно и волнительно стало оттого, как теплые пальцы темного обхватили кисть, словно блюдечко, а в центре ладони начало теплеть. Какое-то неуловимое мгновение, и прямо над кожей разгорелся огонек, отражаясь в зеленых глазах. Ева с изумлением смотрела на это чудо на собственной ладони.
        - А теперь просто дыши ровно и удержи это ощущение, - Марк не отрываясь смотрел на маленький язычок пламени. - Оставь пламя именно такого размера.
        Ева вздохнула поглубже и честно постаралась сделать, как он просит, но лишние мысли все равно лезли в голову и мешали сосредоточиться. Она начала волноваться, с паникой гипнотизируя пламя. И как это сделать? Как удержать что-то неосязаемое. Марк неодобрительно дернул ресницами, и в чувства девушки вмешалось чужое спокойствие, заполнив собой все. И тогда маг отпустил ее руку, любуясь эффектом.
        Ева застыла, как каменное изваяние с протянутой рукой. На ладони трепетало настоящее пламя, и от каждого движения оранжево-желтого сгустка, девушка едва не вздрагивала. Едва - потому что пошевелиться было страшно.
        - Ну что, Прометей, видишь, как все просто? - самодовольно промурлыкал он.
        - Не вижу, - напряженно ответила Ева. С нее бы уже семь потов сошло, если бы кое-кто не подавлял ее панику.
        - Скажешь, не нравится?
        - Не знаю.
        - Нравится. Ты просто еще не поняла, - резюмировал Марк. Впрочем, он эмпат, ему виднее. Он подался вперед, задул огонек и взял ее за все еще поднятую руку. - Считай это маленькой репетицией первого урока. Пойдем, покажу тебе комнату.
        - Гостевую? - невинно уточнила девушка.
        Потянув за руку, Марк помог Еве подняться со стула и притянул к себе, без зазрения совести наслаждаясь прикосновением мягкой груди. Зеленые глаза, если и не заглядывали в душу, то в чувства - точно. Он не двигался, просто наблюдал за ней, рассматривая черты лица. А потом поднял руку и пальцем очертил ее скулу, зрачки медленно расширялись. Ева вздохнула, и сама не в силах отвести взгляд. Не двигаясь навстречу, но и не отступая.
        - Думаешь, в этом есть смысл?
        - Идея была твоя, - безжалостно напомнила Ева.
        Маг покаянно выдохнул, губами повторяя путь пальцев по ее скуле:
        - Я всего лишь человек. Иногда мне тоже в голову приходят глупые идеи.
        - Где бы это записать?
        Ева закрыла глаза, с удовольствием позволяя себе утонуть в остром, тревожном, почти опасном предвкушении. Жадно ощущая это каждой клеткой тела. Марк задержался над ее губами, и почти целомудренным поцелуем коснулся уголка. А затем отстранился и потянул за собой. К темно-коричневой деревянной лестнице на второй этаж. Ступеньки тихо поскрипывали под шагами. На стене над лестницей висели потемневшие от времени пейзажи.
        - А чемоданы?
        - Потом подниму.
        Достигнув конца лестницы, они вышли на второй этаж. Его заполняла осязаемая густая темнота, но стоило сделать шаг на площадку, как на стенах медленно разгорелись небольшие бра, похожие на газовые рожки. Темнота отступила, открывая взору старомодную и дорогую обстановку. Темно-зеленые ковры, почти в тон стенам, устилали полы, проем лестницы ограничивали резные поручни. Между запертыми дверьми висели картины, почему-то закрытые полотнами белой ткани, повешенными на рамы. Взгляд тянулся к коридору позади лестницы, там в конце тускло отражало свет овальное витражное окно. Кажется, там и находилась лестница, которая вела к выходу. Девушка припомнила иллюзию и поежилась.
        - Сюда, - Марк потянул ее вправо, к одной из закрытых темно-коричневых дверей. Ева заинтересовалась чеканным изображением на круглой латунной ручке, но он накрыл ее ладонью и с усилием повернул. - Моя комната.
        Лампы на стене вспыхнули, припорошенная пылью комната быстро преображалась, как фотография, которой добавляли резкости. Пыльный плен исчезал, краски возвращались. Волна магии прибоем прошла по всей комнате, воздух прогрелся. Здесь пахло пряно и тепло. Вдруг со стороны лестницы послышался скрип и будто бы тихий вздох. Ева обернулась, лестница частично проглядывалась отсюда.
        - Это старый дом, Ева, - прокомментировал Марк и бережно подтолкнул ее в комнату.
        При всей вычурности резной мебели, комната оказалась довольно строгой. Зеленые стены, густого, хвойного цвета; письменный стол в углу между двух окон с лампой и стопкой книг; комод с вместительными ящиками; массивная кровать с готической спинкой; высокий книжный шкаф, где на полках стояли не только книги, но и высокие стеклянные колбы и футляры с какой- то забальзамированной гадостью.
        - Сколько, говоришь, тебе лет?
        Ева прошла по комнате, обстановка которой напоминала спальню пушкинского современника.
        - Двадцать шесть, - Чернорецкий сел на край кровати, вытащив из-под покрывала подушку и положив под спину.
        Ева, как девушка начитанная, и вообще библиотекарь, подошла к книжному шкафу и с интересом принялась изучать полки. Что здесь было интереснее - книги или экспонаты, она и сама еще не решила. Но вторые внимания привлекали больше. Подняла и приблизила к глазам узкую колбу с мелкой гадюкой в пожелтевшем растворе.
        - А вот и обещанная кунсткамера, - Ева покрутила колбу, ощерившаяся клыками змея сдвинулась в растворе. На обратной стороне оказался бумажный стикер с надписью. - Vipera berus.
        - Гадюка обыкновенная, - рассеянно отозвался маг.
        - Хм, - Ева поставила коблу обратно и отодвинула, читая вслух корешок одной из книг. - «Энергия смерти: виды и применение». Уж не некромант ли ты часом?
        Девушка с усмешкой обернулась и застала крайне задумчивое выражение лица у мага.
        - Это очень сложный вопрос.
        - Почему?
        - Потому что, в целом, да. Но я очень стараюсь им не быть.
        Ева изогнула бровь, выражая и вопрос, и удивление. Она полностью повернулась к собеседнику и сложила на груди руки, испытующе рассматривая Чернорецкого.
        - Тут бы надо дьявольски захохотать и тащить тебя на алтарь, но мне очень лень, - фыркнул маг и лег поудобнее. - Давай завтра?
        - Так луна уже не растущая, - начала отнекиваться Ева, припоминая прошлый разговор о ежемесячных жертвоприношениях.
        Некромант уже едва сдерживал привычную улыбку. Крайне смешливый парень.
        - На растущую - это для Кровавого культа. А для души - самое то в полнолуние.
        Ева покосилась в окно. Полная желто-белая луна едва-едва показалась из-за рваного края хвойного леса, обступающего дом. Мороз крепчал, небо было глубокое, синее. Выключишь в комнате свет - и звезды увидишь. Девушка подошла к окну ближе, любуясь видом. Свет из окон рассеивался, падая на снег, искрящимся гранями снежинок.
        - А еще я не девственница, поздновато в жертву приносить.
        Вот тут уже маг от смеха не удержался. Правда, до дьявольского не дотянул, вышло наредкость обидно и позабавлено. Девушка развернулась, опираясь на подоконник.
        - Это же мифы сродни тому, что Земля - плоская.
        - Но на чем-то же они основаны.
        - Да, - развязно улыбался темный. - На суевериях.
        - А как же невинность жертвы? - Ева подошла ближе и села на противоположный угол кровати, уложив локоть на нижнюю спинку. - В смысле - чем непорочнее и неиспорченнее жертва, тем эффективнее?
        - Кажется, ты путаешь некромантов и оголтелых сатанистов. Для мага тело на алтаре - это сосуд энергии, которую можно высвободить и использовать в своих целях. И она не становится лучше или хуже от пола, поступков или наличия сексуального опыта. И если уж на то пошло…
        Марк сел на кровати и ловко подтянул девушку к себе, обнимая и рассматривая. Хищно и оценивающе. Ева на провокацию не поддалась, прекрасно читая в его эмоциях скрытое веселье и интерес отнюдь не кровожадный. Она просто снова изогнула бровь, ожидая продолжения.
        - Так вот… Для мага, приносящего жертву, нужны жизненные силы, и максимально. А секс - это же сильнейший механизм инстинкта самосохранения. Обеспечение вечной жизни своим генам… - Марк опрокинул ее на покрывало и навис над девушкой, над ее губами. - И во время секса, тело задействует столько ресурсов, столько энергии… Так что, разумнее приносить жертву во время секса… - И добавил серьезно и педантично: - КПД выше. И по передаче, и по преобразованию.
        Ева коротко рассмеялась:
        - Так, где здесь гостевая комната?
        - Не поможет, - покачал головой некромант, - дом-то мой.
        - Дом, милый дом, - пробормотала девушка, когда маг снова поднял ее, усаживая. Мысли царапнуло какое-то смутное воспоминание. - А зачем вообще нужно такое количество энергии?
        - Для разных целей, - уклончиво ответил Марк. И с неудовольствием добавил: - Магия, и темная и светлая, не означает злую или добрую. Но использование чужой жизни и энергии переводит ее в разряд черной. Вне зависимости от источника. Некромантами могут становиться и светлые маги. Да и энергию не обязательно использовать от живого объекта.
        - Ты говорил, что уничтожил медальон некромантией, - полувопросительно произнесла Ева.
        - Так рядом со мной был труп. Энергия смерти портал открыла, и с помощью нее я портал закрыл.
        Девушка задумалась. Мысли текли быстро, как река, память подкидывала в поток все новые и новые отрывки разговоров, которые теперь виделись под другим углом. Изменяя и дополняя общую картину.
        - И дом стоит на костях не фигурально?
        - Сюрприз, - кисло протянул Чернорецкий.
        Ева кивнула, принимая это как должное. Но мнение не выразить не смогла.
        - Какая жуть…
        - Какая есть. Хочешь уехать?
        Девушка задумалась над предложением. Суеверной она никогда не была, темноты тоже не боялась. И всегда жила уверенностью, что живых опасаться нужно все-таки больше, чем мертвых. И интуиция подсказывала, что с Марком все же безопаснее, чем без него. Наверное, выгоднее иметь некроманта в друзьях, а не во врагах.
        - Нет, - она покачала головой. - Я хочу остаться. Если, конечно, у тебя здесь еще и привидений не водится?
        - Ни одного не видел, - не моргнув глазом заверил Марк.
        - Хм… Ну, ладно…
        Немногим позже, разобрав вещи и оставив Еву в комнате, Чернорецкий спустился вниз. На столе в гостиной его ждал пакет с документами, принесенный из машины. Марк забрал его со скатерти, за спиной послышался шелестящий, на уровне слышимости шепот. Маг через плечо обернулся к стене с фотографиями и продолжил свой путь к закрытой двери рядом с печью. За ней скрывалась семейная библиотека. Помимо пыльных томов разной степени полезности и антикварности, она была полна жутких вещей и артефактов. Все-таки, прежде, чем проводить экскурсию для Евы, нужно убрать половину этих вещей подальше. И больше никогда не вытаскивать.
        - Не уйдешь… - прошептал особенно отчетливо призрачный голос. - Не уйдешь от крови, не уйдешь…
        Марк с чувством захлопнул дверь и прошел дальше, ко входу кабинета между стеллажами. Будто вчера запечатывал его, надеясь, что никогда не потребуется открывать. Надавив на ручку и отдавая короткий импульс своей магии, Марк толкнул дверь. Темное помещение привычно осветилось яркими лампами. Домашняя магия заботливо убрала скопившуюся грязь, разогрела застоявшийся воздух, обновляя его. Чернорецкий отпустил ручку, вошел в тихое помещение с темной мебелью. Стеллажи заполняли книги, инструменты, колбы, флаконы частично пустые, частично наполненные чем-то, под хрустальными колпаками на бархате покоилось пара черепов. На заваленном бумагами и тетрадями столе чуждо красовался старый компьютер. Все оставалось так, как при отце.
        Марк бросил свою ношу на ближайшее кресло. Для начала стоило собрать бумаги. Подойдя вплотную к столу, маг взял сразу несколько листов, постучал их срезом по столешнице, приводя в вид аккуратной стопки, а потом вчитался. И поморщился - вот, первое правило уборки: «Не начать рассматривать вещи!». Обрывочный текст, записанный торопливым нечетким почерком, представлял собой заметки по какому-то эксперименту с порталами в Пустоту. Марк подтянул к себе кресло за подлокотник и сел, пытаясь уже найти начало и конец записей. Ночь обещала быть долгой.
        Ева, в это же время, усевшись по-турецки на кровати и придвинув торшер, пила вкусный мятный чай с конфетами и читала новую книгу по магии. Теперь уже - по пространственной, в которой и заключалась основная проблема. Эта книга уже мало напоминала скучный учебник про основы, содержала практические советы, и под конфеты шла отлично. Девушка совсем расслабилась, зачитавшись. Дом заполняла тишина, уютная, теплая, совершенно не отвлекающая. Если не вспоминать жутких подробностей недавнего разговора и не смотреть в сторону книжного шкафа, то здесь было даже мило. Комнату пропитывало уютное спокойствие, уверенность в безопасности. Как будто ей снова десять, она у бабушки в деревне, и впереди целые каникулы. Ева улыбнулась и вернулась перечитать абзац, который пропустила, задумавшись.
        На краю видимости вдруг мелькнула черная тень. Ева вскинула голову. Перед ней, буквально в паре шагов стояла полупрозрачная старуха в черном платье с широкой седой прядью в волосах, точеные ноздри раздувались от ярости.
        - Если он еще раз в моем доме закурит, я ему лично сигарету в глотку затолкаю! - Зашипела она полузадушенным злым шепотом и протянула вперед призрачные руки, сжимая длинные черные когти, будто на чьей-то шее.
        Ева поступила как всякая женщина на ее месте. Вскрикнула, бросила в нее чашку и свалилась с противоположного края кровати. То ли кубарем, то ли вообще кувырком. Чашка пролетела сквозь старуху, уже разлетающуюся дымком в воздухе, и разбилась о стену, оставив мокрую кляксу. Ева же пружинисто оттолкнулась от ковра и вылетела из комнаты. С Марком они уже повстречались на лестнице. Маг поймал ее за плечи и встревоженно спросил, что случилось.
        - Там… - Ева по-детски ткнула рукой в сторону комнаты, все еще пытаясь прийти в себя. - Старуха была!
        - Какая старуха? - опешил Чернорецкий, глядя в сторону открытой двери комнаты.
        - Не знаю. В черном вся, прядь седая в волосах. Сказала, что затолкает тебе в глотку сигарету, если еще раз закуришь.
        - Ааа… - вдруг облегченно засмеялся темный, обнимая девушку. - Узнаю бабушку Агату. Импозантная женщина была.
        - У нее и при жизни такие черные когти были?
        - Я же говорю - импозантная.
        - Опять ваши иллюзии?
        - Нет, я ведь сам привел тебя в дом, иллюзий можешь больше не опасаться.
        - То есть, это призрак?! Ты ведь сказал, что здесь их нет!
        Маг на всякий случай обнял девушку покрепче и проникновенно уточнил:
        - Я не говорил, что их нет, я сказал, что я их не видел.
        Ева мстительно ударила его кулачком по спине.
        - Некромант! - Постепенно испуг проходил. От ситуации стало смешно, нервный смешок слетел с губ. - Бабушка… Бабушку твою на сигаретах печатать надо вместо рака легких и пародонтоза… Я бы не то, что в доме больше не курила, я бы вообще забыла, как это делается!
        Маг рассмеялся, целуя ее в висок:
        - Хочешь, с остальными родственниками познакомлю?
        - Может, ограничимся сегодня бабушкой? Я и так чуть инфаркт не заработала!
        - Ты вообще не должна была ее видеть, по идее, - серьезно сказал Марк и отпустил Еву, перенося руку ей на талию и увлекая по ступеням вниз. - Наверное, все еще связь с Пустотой сказывается. Здесь часть их энергии остается вмурованной в общую родовую магию, но они все равно мертвы, поэтому граница с Пустотой довольно тонкая. Это вообще побочный эффект некромантии.
        - Надеюсь, я здесь порталов не понаоткрываю?
        - Нет, дом защищен от Пустоты, Тени могут проявляться только в виде вот таких призраков, собирая свою энергию из общего фона.
        Вместе они спустились в гостиную, где ярко горели лампы, и маг подвел гостью к стене, увешанной рамками. Да, это были фотографии и портреты. Разных лет, разных людей. Даже непохожих друг на друга. Но странное чувство, сосущее под ложечкой, подсказывало: за каждым портретом - души. Тянутся к свету через стекло. Ева прошла на несколько шагов, рассматривая изображения, ощущение чужих взглядом нарастало. На нескольких фотографиях жалобно звякнули о рамы стекла.
        - Невеста… Колдуна невеста… - как легкое движение сквозняка прошелестели слова, обдавая мерзлым холодом.
        - Я ему не невеста, - равнодушно ответила Ева, и шелест смолк, исчез, будто показалось.
        Марк усмехнулся:
        - Не слушай их, они слишком старые. В их времена за руки держаться разрешали на второй день свадьбы, вот и фантазируют.
        - Ты тоже их слышишь?
        Маг вытащил из кармана сигарету и сунул в рот, закуривая:
        - Это моя семья, и пусть их кровь давно высохла, магия у нас одна.
        Ева выразительно посмотрела на сигарету в его руках:
        - А как же бабушка?
        Чернорецкий подошел к одному из портретов:
        - Пусть только сунется сюда из Пустоты, и я лично отправлю ее обратно.
        - А ты мстительный.
        - Весь в бабушку, - кивнул темный, поправляя портрет, чтобы висел ровно. И кажется, по стеклу раздался отчетливый скрип ногтей.
        Ева подошла ближе. На дореволюционной фотографии в пол-оборота стояла статная женщина в светлом платье с рюшами, на темных волосах красовалась шляпка, в руках был кружевной зонт от солнца. Годы изменили ее черты, но они все равно остались узнаваемыми.
        - Какого года эта фотография?
        Марк понимающе хмыкнул:
        - Маги живут очень долго, если им никто не мешает.
        Наверху вдруг раздался звонок мобильного телефона. Ева обернулась на лестницу.
        - Это мама. После десятого гудка она переходит в режим уничтожения, так что, я лучше отвечу. Иначе она решит, что ты меня все-таки принес в жертву.
        По сравнению с живой и волнующейся мамой все мертвые родственники Чернорецкого были не так уж страшны. Поэтому Ева поспешила наверх, совершенно не думая о возможности снова столкнуться с Агатой. Марк выдохнул облако дыма и с осуждением посмотрел на стену с фотографиями.
        - Придержали бы вы языки, дорогие родственники.
        Свет вдруг замигал и погас. Перед фотографиями вырисовались из темноты смутные прозрачные силуэты, уходящие прямо за стену вдаль.
        - Не сбежишь от судьбы. Не сбежишь от своей крови… Ты Чернорецкий… Проклятье найдет тебя везде…
        Марк улыбнулся, с прищуром затянулся и выпустил дым прямо в призрачные фигуры. Они рассеялись вместе с дымом.
        - Воронье, - беззлобно выдохнул Чернорецкий и растер пальцами окурок.
        Телефон нашелся быстро, оставленный на кровати с книгой и конфетами, только номер на экране высветился неизвестный. Ева приложила телефон к уху, отвечая на звонок, и зашла за кровать, куда осыпались осколки безвременно почившей чашки. Однако чашка оказалась снова цела, просто лежала боком на мягком ковре. Пятно чая тоже толи высохло, толи магия убрала. Ева наклонилась, подняла с пола фарфоровую посудинку и выпрямилась с ней. И снова едва не выронила, когда услышала голос собеседника.
        - Ева? А я боялся, ты номер сменила.
        Девушка со стуком поставила чашку на подоконник:
        - Я просто надеялась, что тебе хватит ума мне больше не звонить.
        - Прости. Просто у меня все из головы не выходит наша встреча. Я понимаю, сколько боли я тебе причинил, но…
        Слушать этот бред дальше Ева не стала, просто отключила соединение и с брезгливостью откинула телефон обратно на покрывало. Что бы он ни сказал, это просто лишние эмоции, лишняя информация, лишнее потраченное время. Больше ни минуты жизни на него! Но Олега она недооценила. Когда не нужно, он упрямился всерьез. И телефон почти моментально разразился новой мелодичной трелью. Как в насмешку, мелодия была та, которую Ева ставила на маму. Опять настройки слетели.
        Разозлившись, девушка снова сбросила вызов и отключила телефон.
        - Что-то случилось? - Марк бесшумно появился на пороге комнаты, привлеченным нетипичным для нее раздражением.
        - Олег звонил. Представляешь, ему еще наглости хватило набрать мой номер!
        В сердцах Ева сунула телефон в свою сумочку, повешенную на спинку стула, чтобы на глаза не попадался.
        - И что сказал?
        Она неодобрительно посмотрела на расслабленного мага. Его искреннее участие согревало, гнев сходил на нет сам собой. Ну, невозможно рядом с ним злиться, слишком, непрошибаемо спокоен. На него - запросто, а рядом - нет.
        Ева пожала плечами:
        - Да ничего не успел. Не хотела слушать этот… информационный мусор, - она улыбнулась, припомнив его выражение, а затем бессильно выдохнула. - Что-то я сегодня устала.
        - День был насыщенный.
        Марк подошел ближе и подтянул ее к себе в объятия. Ева закрыла глаза и уткнулась лбом ему в грудь. Ничего не хотелось больше, просто постоять так, осязая всем телом поддержку, которую мог дать этот мужчина сейчас. И пусть весь мир подождет.
        - Как твоя рука? - Пробормотала Ева, не поднимая головы из своего уютного убежища.
        - Спасибо, уже не беспокоит.
        Девушка все-таки обратила к нему лицо:
        - И царапина на губе затянулась.
        Темный машинально дотронулся до места, куда пришелся удар Пустого. Действительно, трещина зажила. А прошло чуть больше суток… Это странно, но не необычно, если принять во внимание Силу дома.
        - Ну, я ведь маг. На мне все заживает быстро, - почти не соврал Марк, но Ева все равно полуосознанно уловила его легкое замешательство. Ресницы дрогнули, зрачок расширился, пытаясь получить больше информации, верить или не верить, но концентрироваться на этом девушка не стала. И правда, устала. - Проводить тебя в ванную?
        Она покачала головой и с сожалением высвободилась из теплых рук:
        - Я сама.
        Забрав из сумочки зубную щетку, а из комода смену белья и полотенце, Ева ушла в ванную, которую Марк показывал ей ранее. Место интересное, как и весь дом, сохранившее дореволюционный шик.
        Оставшись в одиночестве, Марк стянул через голову джемпер и, бросив его на кровать, начал разматывать бинт. Рана не беспокоила с самого утра, когда он все-таки сделал перевязку, да и тогда уже боль притупилась, едва ощущаясь. Раскрутив марлю, маг откинул ее на стол и осмотрел рану. Точнее, что от нее осталось… Проколы зубов пустотной твари затягивались, покрывшись аккуратными корочками, покраснение вокруг них прошло. Ни следов яда, ни последствий гибельной магии. Просто прелестно. Но радоваться своей везучести почему-то не получалось. Неправильно это все, неправильно. Про регенерацию Марк не соврал, магия усиливала и ее и иммунитет, но ведь он все равно оставался человеком. Нахмурившись, Чернорецкий потянулся за оставленным бинтом. Можно, конечно, взять чистый и сделать перевязку по всем правилам, но что-то подсказывало, что, несмотря на нестерильный уже бинт, завтра рана исчезнет полностью.
        Марк затянул узел на повязке, встряхнул джемпер и повесил на спинку стула. Предплечья, чуть ниже повязки, вдруг обожгло кожу холодное прикосновение. За спиной никого не было, но в оконном стекле, при свете превратившемся в зеркало, отобразилась Агата. Строгая, статная, жесткая, в старомодном черном платье, совсем такая, какой он ее запомнил. Ее можно было даже принять за живую, если бы не осунувшееся, заострившееся лицо.
        - От тебя уже пахнет Пустотой, - голос будто доносился откуда-то издалека. Бесцветным отголоском. - Ты ошибся… Оно подействует все равно.
        Маг смотрел в глаза призрачному отражению:
        - Условия для проклятия не будут выполнены.
        Отражение грустно улыбнулось:
        - Ты только ускоришь неизбежное… И с тобой погибнем мы все… Смирись и прими условия, чтобы сохранить род.
        Чернорецкий прищурился, в глазах тусклым переливом сверкнула зелень, призрак испарился, на прощание все же прошептав:
        - Глупец…
        - Холодновато здесь, - поежилась Ева, входя в комнату.
        В руках она держала джинсы и свитер, в которых ходила днем, переодевшись в шорты и чистую футболку. Поэтому замечание вполне обосновано.
        Марк обернулся, стараясь выкинуть из головы неприятный и пустой разговор. Стоило ли вообще приезжать? Нет, настолько ли серьезна опасность, чтобы приезжать сюда? Память услужливо подкинула напоминание о бумагах в кабинете. Стоило.
        - Да, холодновато. Ложись под одеяло, - рассеянно проронил Марк. А потом снова стал ироничным насмешником и добавил в привычном тоне: - Заодно нагреешь кровать к моему приходу. Ненавижу ледяные простыни.
        Ева ничего не сказала, но, если судить по взгляду, теперь вместо ледяных простыней его ждал ледяной прием. Маг усмехнулся и в глубине души порадовался, что приехал сюда не один.
        Когда он вернулся, девушка уже спала, в комнате было темно и тихо, луна светила в другое окно, высвечивая дорожку света возле кровати. Марк быстро разделся и бесшумно, стараясь не разбудить ее, проскользнул под одеяло. Совсем бесшумно все равно не получилось, и девушка пошевелилась, поглубже зарываясь в тепло. Чернорецкий поудобнее уложил подушку под головой, закрывая глаза, чувствуя, как сознания касаются чужие эмоции, порожденные снами. Совсем непохожие на те, которые владеют телом во время бодрствования, в этих есть что-то гипнотическое, они гораздо глубже, иногда даже острее. Еве снилось что-то тревожное, впрочем, это неудивительно после событий дня. Марк помедлил немного, но все-таки подтянул девушку к себе. От прикосновения горячей спины к голой коже пробежала стайка мурашек. Ева на секунду вынырнула из толщи сна, но услышав тихое «Спи», расслабленно вытянулась рядом, слушая размеренное дыхание.
        Только вот сон больше не шел… От спокойно лежащей на талии руки и прохладного, не согретого еще сном, тела, становилось волнительно, нервные окончания реагировали так остро, что снова заснуть не получалось. Ева вздохнула и открыла глаза, рассматривая изменившуюся в лунном свете комнату. Тишина давила, в отсутствии других звуков, дыхание хотелось затаить.
        Не выдержав, Ева повернулась на спину, встречаясь глазами с магом, к которому сон тоже явно не шел.
        - Я тебе мешаю? - Прозвучало так многозначно, что девушка не удержалась от улыбки.
        - Нет, помогаешь.
        Марк приподнялся на локте, подложив ладонь под голову.
        - Хочешь расскажу что-нибудь скучное, и ты уснешь?
        - Спасибо, мне после твоих рассказов и не спится.
        - Тогда о себе что-нибудь расскажи.
        Ева хмыкнула:
        - Тогда уснешь ты, а я точно буду до утра ворочаться.
        - Тебе не угодишь, - тяжко вздохнул парень, его рука, остававшаяся лежать на ее животе, сдвинулась чуть вверх, проникая под задравшуюся футболку и остановилась на ребрах, большим пальцем задевая теплое кружево. И не двигаясь больше ни на миллиметр. Раздражало жутко.
        - Сам разбудил - сам виноват.
        Горячая ладонь на ее коже сжалась чуть сильнее, Марк наклонился к ней, но девушка прижала к его губам кончики пальцев.
        - Я зубы чистила пару часов назад.
        - Спящая красавица их не чистила сто лет. Если вообще чистила.
        Ева была непреклонна:
        - Так в оригинале ее не поцелуем и будили!
        Марк рассмеялся, наклоняясь ниже, к теплой шее:
        - А ты умеешь уговаривать.
        - Что? Я ничего такого в виду не имела!
        Чернорецкий ответил не сразу, целуя тонкую кожу на шее, ключицу… Заставляя желанием отвечать на желание. Его ладонь медленно и уверенно прошла по ребрам, животу, тронутому чувствительными мурашками, и беспрепятственно продолжила путь ниже, под ткань шорт и трусиков.
        - Уверена, что нет?
        - Уверена, что нет смысла отвечать, - Ева прикусила губу, облизывая ее. Тело сдавалось быстрее, чем разум, приподнимаясь навстречу и позволяя его пальцам проникнуть глубже.
        - Ох, она еще и мудра, - фальшиво восхитился маг, губами щекоча ключицу. Ева закрыла глаза, позволяя эмоциям снова смешаться.
        - Я тебя покусаю.
        Угроза должного эффекта не произвела. Марк быстро снял с нее одежду одной рукой и прижался к ароматной теплой коже, вспышка его удовольствия от этого простого прикосновения была такой сильной, что Ева распахнула ресницы. Глаза мага отдавали чуть мерцающей зеленью, и сейчас он живо напоминал ей кота, поймавшего аппетитную мышь в ее лице. Которая грозится кота съесть… И она почти задохнулась от этого взгляда и от сладкого напряжения, заставлявшего ее тело замирать в предчувствии, что вот-вот, сейчас… Она дойдет до края, до последней точки и…
        - А кто сказал, что мне не понравится? - поймал он уже обрывок связного разговора, входя нее.
        - Пошляк, - простонала Ева и закусила губу, выгибаясь и чувствуя, как внутри будто лопается пружина, и обжигающее тепло растекается по венам, ускоряя сердце. La petite mort, как говорят французы, но, пожалуй, и правда, она не ощущала себя никогда более живой.
        Сквозь неглубокий утренний сон пробивались странные вибрирующе-скрипучие звуки, отдаленно напоминающие счетчик Гейгера в работе. Ева проснулась окончательно, привстала и обернулась. На соседней подушке сидел огромный черный котище и с удовольствием месил лапками наволочку, оглушительно скрипуче мурча. Котище был пушист, прекрасен, усат и зеленоглаз. Ева потерла глаза, стирая остатки сна, но кот никуда не исчез, продолжая довольно щуриться на нее.
        - Надеюсь, ты не Марк, иначе мы тут застрянем надолго, - пробормотала Ева. - Машину я водить не умею.
        Кот хрипло мяукнул и встал с подушки потягиваясь. Девушка протянула к нему руку, животное любопытно принюхалось, и Ева не удержалась, чтобы не ткнуть легонько пальчиком черный резной носик. В тот же миг котище клубами черного призрачного тумана рассеялся в воздухе. Девушка вздрогнула и отпрянула. Но с кровати не свалилась, что можно считать хорошим прогрессом в общении с местными обитателями.
        Придя в себя, Ева встала, поправила кровать, заглянула в ванную, и переоделась в джинсы и свитшот. Кот и прочие обитатели за это время больше не показывались. Ободренная, девушка спустилась в гостиную, где Марк задумчиво чах над круглым столом, разложив перед собой очередные жуткие папки.
        - Я кота видела, - светским тоном сообщила гостья, подходя ближе.
        - Живого? - проницательно уточнил некромант.
        Ева пожала плечами, с интересом заглядывая в разложенные бумаги.
        - От прикосновения он растворился в воздухе.
        - Одна улыбка осталась?
        - Ничего не осталось. Только подушка смятая. Твоя. Но я бы уже даже улыбке не удивилась. Здесь все чудливее и странноватее. И бабуля твоя вылитая Королева Червей. Голову с плеч!
        - Это она могла, да. Так, как кот выглядел?
        Ева осторожно отсоединила от одной из бумаг фотографию и повернулась с ней к посмеивающемуся магу, сравнивая. На снимке был изображен темноволосый мужчина, очень похожий на Марка, только худее, изможденнее, под глазами явно залегали глубокие тени.
        - Черноволосый, зеленоглазый, морда наглая.
        Марк прикусил губу:
        - Кот или мой отец?
        - Кот, конечно.
        - Черноволосый? - уточнил маг, откровенно подтрунивая. Ева покраснела, закрывая лицо рукой.
        - Я оговорилась… Извини, пожалуйста.
        - Да я знаю, - сжалился насмешник. - Это бабушкин кот. Но, в принципе, описание подходит к обоим.
        - Больше всего оно подходит к тебе, - ворчливо возразила девушка, обратно прикалывая фотографию к листу бумаги. - Как успехи?
        Легкое настроение Марка мгновенно улетучилось, сменившись какой-то отупляющей усталостью и недовольством. Он с неприязнью посмотрел на бумаги.
        - Никого они не поймали. Все протоколы допросов - бредни фанатиков. Я уверен, большинство из них даже портал в Пустоту открыть не могли. Все эксперименты, которые там проводились, больше напоминают кружок юных сатанистов. Полностью разделяю все решения магического суда по этим молодчикам, но практического толка - ноль.
        - А твой отец?
        Чернорецкий покосился на фотографию:
        - Его никто не упоминал в показаниях. Значит, он работал независимо, или пойманная группа не знала о нем, как бывает с организаторами.
        - А ты сам как считаешь?
        - Я считаю, что он работал отдельно, потому что никто из моей семьи не вписался бы в такую чушь. В том смысле, что в тех действиях, которые здесь описываются, нет элементарных понятий об использовании энергии. Весь мой род - некроманты, и многие знания хранятся исключительно внутри семьи. Если бы мой отец участвовал в этом, почерк был бы узнаваем. По крайней мере, для меня.
        Ева потянулась к папке с фотографией. Она была совсем тоненькая по сравнению с остальными. Здесь не было долгих допросов, только куча отчетов и экспертиз, заключений. Еще бы. Убит при задержании. Подпись на рапортах и отчетах была знакомой.
        - Твоя мама вела дело? - шокировано уставилась она на мага.
        - Это очень сложная ситуация. Она и спровоцировала задержание.
        Ева покачала головой, немного выбитая из колеи подобным поворотом событий. С сомнением почитала написанное.
        - А его не могли подставить?
        - Не могу сказать, он работал над чем-то, я нашел обрывки его исследований, и они касались Пустоты. Я просто не уверен, что он работал не один.
        - А то, что происходит сейчас… На что это похоже? На то, чем занимались все эти маги, или на то, чем мог бы заниматься твой отец?
        Вопрос оказался хорошим. Заставлял задуматься. С минуту Марк помолчал, так и этак переворачивая уже известные ему сведения.
        - Знаешь… По тому, как все крутится вокруг Пустоты, похоже на бредни этих фанатиков, но по тому, как все обставлено с магической точки зрения… Больше похоже на нашу магию.
        - На вашу, в смысле, на Чернорецких, или вообще? - Ева наконец отложила папку обратно.
        - На Чернорецких… - протянул маг.
        - Может, злобные дальние родственники?
        - Исключено, я последний из рода, - легко отмел идею Марк и внимательно к ней повернулся, привлеченный необычными эмоциями. - Тебе неловко. Почему?
        - Я глупые вопросы задаю, наверное.
        Марк качнул головой:
        - Задавай. Они позволяют мне сразу вычеркивать глупые ответы.
        - А можно вообще бестактный?
        - Я заинтригован.
        Ева помялась, но все же решилась:
        - А почему ты видишь различие магии твоего отца и этих магов по описанию ритуалов, а твоя мать не увидела и подшила в одно расследование?
        - Потому что Агата так и не приняла мою мать в семью, да и отец старался этого избежать. Я уже говорил, что у каждой семьи магов есть свои традиции. И Камилла не Чернорецкая, она не знает всех нюансов, только общие сведения о некромантии.
        - А другие семьи потомственных некромантов?
        - Эти могут. Их и рассмотрим в первую очередь, - Марк вздохнул и начал собирать папки обратно в пакет.
        Что ж, отсутствие результата - тоже результат. По крайней мере, он точно знает, что кому-то понравилась идея недоучек, и он усовершенствовал исполнение. Это уже не дилетанты, это некроманты из Комитета. Только кто там настолько наглый, чтобы и некромантию практиковать и работать на благо магов и немагов? Чернорецкий не сдержался от нервного смешка, от которого Ева на него странно покосилась. Да он бы себя первым и заподозрил. Идея Белова с его отстранением уже не казалась настолько высосанной из пальца. Впрочем, всех сотрудников он не знает. Но черных семей в городе не так много, легко вычислить, кто при этом работает на Комитет. И имеем доступ или близкие знакомства с лабораторией.
        Ева стояла рядом, аккуратно закрывала и подавала папки. Когда она потянулась к делу Константина, Марк остановил ее. В этой истории не все было чисто и прозрачно. И стоило еще раз пересмотреть и оценить свежим взглядом. Камилла не хотела отдавать эти материалы, не видя в них ничего, кроме болезненных воспоминаний, но сейчас он был очень рад, что переломил ее решение. Девушка понятливо закрыла другую папку и протянула магу.
        - Позавтракаешь и займемся твоими способностями?
        - А экскурсия?
        - Вечером. Начнем с верхних комнат и закончим кабинетом. Где просидим до глубокой ночи, перебирая бумаги отца, - непреклонно застращал некромант. - Будешь хорошо себя вести, отпущу пораньше.
        - А если плохо?
        Чернорецкий задумался, что бы такого страшного придумать, чтобы точно проняло, и сурово сдвинул брови:
        - Бабушке пожалуюсь!
        Ева расхохоталась и в отличнейшем настроении повернулась к кухне. День обещал быть прекрасным.
        На смену коротким заморозкам пришла оттепель, снег отяжелел, отсырел. И прекрасно лип к рукам. Но вот на магию не отзывался совершенно. Ни растопить, ни заморозить, ни скатать шар в воздухе. За два часа все, что Еве удалось уяснить - может, она и обладает магией, но не рождена ею управлять; снежки катать легче руками; маг хитрый и отбивает их щитом на подлете.
        - Все, я сдаюсь, - Ева с шумом выдохнула и с размаху села в сугроб. Из мокрого снега вышло отличное кресло.
        Девушка раскраснелась, и теперь обмахивалась ладошкой, любуясь строгим и красивым пейзажем вокруг. Многовековые сосны тесно обступали дом, как суровое и молчаливое войско. Снег лежал словно вата, белый, стерильный, на вид мягкий, как пуховое одеяло. На бесконечном белом полотнище черточками темнели напавшие иголки. Красиво, тихо, умиротворенно. Летом здесь наверняка потрясающе. Увидеть бы летом, да не судьба.
        - Да ладно, ты ведь не думала, что за два часа станешь магистром магии? - Марк подошел поближе и протянул ей руку. - Не сиди на снегу.
        - У меня вообще ничего не получается, - Ева нехотя вложила руку в его ладонь, и маг легко, одним рывком, вытянул ее из обжитого сугроба.
        - Не придумывай. Ты просто слишком пытаешься это осмыслить. С эмпатией, например, ты освоилась прекрасно и сразу. В моих чувствах копаешься, как в своих.
        - Ты мне льстишь.
        - Нет, ободряю, - он обнял ее за плечи. - Идем, я покажу тебе нечто удивительное. Думаю, погода сейчас в самый раз.
        Через заснеженный лес, по едва различимой тропинке, они вышли к береговой линии. Близость воды и дикие сырые ветра не давали сугробам здесь задержаться, снег лишь густо припорошил обледенелый берег. Солоноватые волны шумели, разбиваясь о лед. И громко шуршали большими притопленными шарами из льда, похожими на доисторические яйца. Их были сотни. Подчиняясь силе неутомимой темной воды, они с пеной накатывали на кромку берега и отступали, на миг показываясь явственнее.
        - Это потрясающе…
        - Соленая вода замерзает иначе, чем пресная, и при определенных погодных условиях, ломает начавшее схватываться коркой ледяное сало и обкатывает до таких вот ледяных шаров.
        - Очень необычно…
        - Когда я был маленьким, отец наврал мне, что это икра снежного человека.
        Ева рассмеялась:
        - Так вот, откуда твое дурное воспитание!
        - Это не воспитание, - притворно обиделся маг, - это фамильная черта!
        Ева сдалась, Марка не переспоришь. Лишь с улыбкой повернулась к воде. Она стояла на ветру и смотрела на это удивительное чудо природы. Хотелось запомнить его навсегда. Ветер трепал волосы, заставлял промерзать насквозь, мех не спасал, а джинсы набрали влаги и еще сильнее холодили. Но уйти не позволяла та умиротворенность и красота, что царила здесь. В серых акварельных небесах, в живых ледяных волнах, в пронзительном белом холоде.
        - Идем, - Марк повернулся к тропинке, ведущей к дому. - Скучная бумажная работа не ждет. А пневмония - коварна и внезапна, мне доктор сказал. А из уст патологоанатома это звучит внушительнее, чем из уст терапевта.
        Некромант взял девушку за замерзшую руку и повел в теплый дом, скрывающийся в высоких соснах.
        Только оказавшись в сухом тепле, Ева осознала, насколько промерзла. Ее знобило, крупная дрожь проходила по телу. Она встряхнула шубу, освобождая белый мех от лишней влаги, повесила на спинку стула подсушиться и снова резко передернула плечами. Посмотрев на это безобразие, маг покачал головой.
        - Сходи в ванну, отогрейся, лязганье твоих зубов меня пугает.
        Ева обернулась и специально щелкнула зубами погромче и пострашнее. Впечатления уже не произвело. Перспектива простуды была страшнее.
        - Мне нужно просто переодеться и выпить чаю.
        - Разумеется. Но для начала погреться в ванне. Иди.
        - Да я с детства не болела.
        - Вот и не стоит начинать.
        Ева сузила глаза. Марк изогнул бровь. Пришлось подчиниться, мысль была здравой. Все еще замерзая изнутри, Ева поднялась в спальню и взяла мягкое полотенце из комода. А вот с переодеванием возникла заминка. Одеваться в шорты и футболку не хотелось, пришлось выбрать шорты и свитер. Посмеявшись над своим комплектом, девушка прошла в ванную комнату. Белый, с тонким голубым рисунком кафель, местами растрескавшийся от времени, окружил ее, на стенах зажглись желтые теплые лампы.
        Сквозь широкое полукруглое окно, находившееся прямо над белой ванной с потемневшими латунными ножками, сумрачно и темно смотрел лес, хороший вид, когда лежишь в согревающей воде. Там уже совсем вечерело, небо приобрело синевато-серы оттенок. Ева оставила полотенце и сухую одежду на стуле, стоявшем рядом, и начала набирать ванну. Из желтоватого крана вода лилась чистая, прозрачная, никакого «чая», видимо, магия теперь работала на полную мощность. От воды шло соблазнительное тепло. Быстро раздевшись, Ева закрепила резинкой волосы повыше и забралась в белую чашу.
        Удобно устроившись, она блаженно застонала от обжигающего прикосновения теплой воды к покрасневший коже. Когда ванна наполнилась, девушка закрыла вентили и с удовольствием уложила голову на край чаши. Прекрасно. С краешка крана капала вода, звук умиротворяюще и гулко отдавался в просторной кафельной комнате.
        Мерный тихий звук шажков заставил Еву отвлечься от упоенного созерцания звука капель и открыть глаза. Мимо, вдоль гладкого края ванны, проплыл загнутый кончик пушистого кошачьего хвоста. Черного. А значит, где-то на полу снова был утренний кот. Девушка подавила желание взять двумя пальчиками провокационную кошачью собственность, чтобы он снова не растворился туманом, и села в ванне, заглядывая за край. Котище, заметив внимание к своей персоне, развернулся, хрипло мяукнул и вытянулся, заглядывая в чашу и принюхиваясь.
        Ева с любопытством рассматривала кота. Зверюга была знатная, так и хотелось погладить. Увы.
        - Его зовут Шаттен. Ну, или по-простому, Шади.
        В дверях стоял Марк.
        - Ты что тут делаешь?
        - Чай тебе принес, - он невозмутимо указал на широкую чашку в своей руке.
        - Я могла и подождать, - сказала Ева и к своему стыду почувствовала, как хочется пить.
        - Извини. Я просто опять забыл, что с рассвета до заката ты превращаешься в ханжу. Стоило, наверное, подождать еще часик, пока окончательно не стемнеет, - голос, несмотря на тон беседы отдавал усталостью.
        Ева попыталась прожечь в нахале дыру взглядом, не преуспела и протянула руку:
        - Давай сюда свой чай.
        Маг охотно подошел ближе, подвинул ее вещи и сел на край стула. Чашка перекочевала в ладони Евы, сидящей к нему спиной. Кот, который при звуке голоса хозяина стриганул ушами и потревоженно ушел обнюхивать ванную, вернулся и запрыгнул на скользкий край. Каким бы призрачным котище не был, а балансировал и выглядел как настоящий. Любопытная мордочка с чутким носом приблизилась к водной поверхности и принюхалась.
        - Шаттен, значит, - протянула Ева, отпивая теплый чай с медом и глядя на кота. Осторожно подавшись назад, она облокотилась спиной на бортик. - Очень иронично.
        - Что ты имеешь в виду? - Марк задумчиво провел пальцем по выступающим позвонкам ее шеи, заставляя снова вздрогнуть, уже не от холода.
        - То, что он стал тенью.
        - Да, иронично, - согласился маг, но мысли его были не здесь.
        - Маарк? - Позвала девушка, возвращая его с небес на землю.
        - М?
        Маг перевел взгляд на нее, потом на кота. Шади, удерживая равновесие и балансируя хвостом, наклонялся совсем близко над водой и… шумно лакал ее, по поверхности аж расходились маленькие встревоженные волны.
        - Хм, это интересно, - Марк наклонился вперед, присматриваясь.
        - То есть, мне не почудилось, что ваш призрачный кот пьет воду?
        - Нет, воду он не пьет.
        - Что же он тогда делает?
        - Может, решил рассмотреть тебя получше? - Шепотом предположил парень, и Ева безжалостно брызнула на него водой. Маг рассмеялся и выпрямился на стуле. - Он воздействует на воду, а не пьет ее.
        Кот с хозяином не был согласен, и сидел, облизывая усищи. Когда это наскучило, Шади тяжело спрыгнул на кафельный пол и растворился от удара туманным облаком.
        - Так, все, - Ева сунула в руки магу свою ополовиненную чашку, - я выхожу. И ты выходи.
        Некромант с тяжелым вздохом покорился судьбе и вышел из ванной, давая ей спокойно одеться.
        Встретились они через несколько минут, на площадке возле лестницы. Марк стоял с чашкой, опираясь локтями на темные перила и глядя вниз. Что за мрачные мысли сейчас снедали его, оставалось загадкой, от мага не чувствовалось никаких эмоций, будто он опять их скрывал. Впрочем, видимо, так оно и было. При ее приближении, некромант улыбнулся и подал чашку. Ева забрала и заглянула в нее, чая поубавилось.
        - Что-то маловато.
        - Испарился, пока подогревал.
        Ева заглянула в честные глаза собеседника, понимая, что врет и не краснеет. И промолчала.
        - Идем? - Чернорецкий оттолкнулся от перил и подошел к ближайшей двери, открывая ее. - Это бывшая комната моего отца.
        Заинтригованная, Ева подошла к порогу и заглянула внутрь. Спальня оказалась просторной, но мрачноватой и немного захламленной. Здесь тоже была старомодная обстановка, но, если Марк стремился к минимализму, здесь было слишком много всего. На столах, секретере и полках стояли и лежали в хаосе книги. На стенах висели какие-то картины с охотничьими мотивами. На широкой кровати с еще сохранившимся навесом под балдахин, лежали пара костюмов, на кресло с высокой спинкой был небрежно накинут плед. На письменном столе валялись выцветшие от времени бумаги, прижатые лакированной черепушкой. От стен тянуло безнадегой и одиночеством.
        Ева отхлебнула все еще теплый чай и привалилась плечом к дверной раме:
        - Сюда бы Галю…
        - Действительно. А я не подумал и тебя привез…
        Просмотрев еще несколько комнат, настолько нежилых, что казалось, будто время в них остановилось, Марк привел ее в комнату бывшей хозяйки дома. Точнее, бывших хозяев, потому что, несмотря на то, что спальню наполняли вещи Агаты, мебель и обстановка говорили о том, что она была супружеской.
        Уже познакомившись с Агатой, Ева ожидала увидеть что-то темное и мрачное, когда Марк открывал двери, но комната оказалась довольно уютной. Здесь царил порядок, вещи аккуратно разложены по своим местам. Массивная кровать, тоже с рамой под балдахин, была тщательно заправлена шелковым стеганым покрывалом малинового цвета. Судя по характерно смятому кружку посередине, здесь недавно спал Шаттен. Все полки и лакированные поверхности были уставлены фотографиями. На туалетном столике с зеркалом стоял в хрустальной вазе букет свежих белых роз, рядом выстроились пузырьки с духами, пудреница, серебристая расческа, несколько шпилек. Красивая комната. И печальная, пропитанная чужими воспоминаниями. Ева тонко улавливала это ощущение вместе с привкусом легких цветочных духов в воздухе.
        - Могу я пройти?
        - Можешь, - благосклонно кивнул головой маг, оставаясь на пороге.
        Ева неторопливо прошла по комнате и остановилась у высокого комода, рассматривая фотографии. Довольно жизнерадостные и светлые, но сплошь старые, дореволюционные и годов двадцатых. Женщина на качелях, пара в саду, пикник на заливе. Дальше, рядом с зеркалом, было несколько фотографий «помоложе», пятидесятых-шестидесятых, изображавших совершенно другую пару, потом ребенка, юношу… Отвлекшись от фотокарточек, Ева прикоснулась к букету роз и удивленно обернулась.
        - Настоящие?
        - Их сохраняет магия, - непринужденно пояснил Чернорецкий. - Последний букет, который подарил Агате муж. У них была вполне милая традиция - консервировать магией каждый букет до тех пор, пока он не подарит следующий.
        - Это действительно мило, - Ева наклонилась над букетом, цветы до сих пор источали сладкий аромат. - Но неужели каждый?
        - Каждый, - подтвердил Марк. И помедлив, добавил: - Они ведь не знали, какой из них может оказаться последним.
        - Звучит очень грустно.
        - Так и есть.
        Ева снова пробежалась взглядом по фотографиям. Самой крупной из них была свадебная фотография. Темноволосая молодая Агата с молодым женихом-франтом с тонкими усиками.
        - Это твой романтичный дед?
        Марк проследил за ее взглядом.
        - Да. Александр.
        - И что случилось? - Ева не могла отвести глаз от красивой молодой пары. Фотографий с ним на полках было мало, и вывод напрашивался сам собой.
        - Агата сильно заболела, шансов выжить почти не было, и он повесился, - нехотя ответил Марк.
        - Но она же выжила. Может, стоило подождать…
        - Потому и выжила, - бесцветно произнес маг.
        Ева посмотрела на него и почувствовала, что краснеет. За поднятую тему было неловко. Кто знает, на какие ритуалы и жертвы некроманты способны ради жизни тех, кого любят. Букет теперь казался едва ли не святыней.
        - Извини.
        - Не стоит извиняться, всех их стоит вспоминать время от времени.
        - Подожди, а какой это год? - Решила она сменить тему, тем более, что по фотографиям кое-что не сходилось.
        - Двадцатый.
        - Тысяча девятьсот двадцатый? - шокированно переспросила Ева. Подозрения подтверждались. - Во сколько же лет она родила твоего отца?! Или это он припозднился?
        Чернорецкий хмыкнул:
        - Агата была моей прабабушкой. Их с Александром сын, Виктор, погиб вместе с женой в шестидесятых, и папу вырастила бабушка, как собственного сына.
        Вот, чьи фотографии пятидесятых годов стояли на зеркале!
        - Кошмар какой. В твоих историях все умирают. Настоящий некромант…
        - Люди вообще смертны, Ева.
        - Но не настолько же! - девушка сокрушенно покачала головой с сожалением глядя на фотографии. - Может, над вами проклятие какое-нибудь?
        Марк не удержался от нервного смешка, но быстро взял себя в руки.
        - Плох тот некромант, которого хоть раз не прокляли.
        - А вы, видимо, некроманты очень хорошие.
        - Ну… Скромность, конечно, украшает, но только в отсутствии других украшений. Так что да, что есть, то есть.
        Нескромный парень приглашающе протянул ей ладонь, уводя из комнаты и плотно закрывая дверь. Как будто вместе с ней мог закрыть и воспоминания, которые пропитали не только комнату, но и весь дом. В чем Чернорецкий дал возможность убедиться лично, экскурсия продолжилась и закончилась, как он и обещал, в кабинете.
        Оценив фронт работ, Ева присвистнула. Марк частично собрал кучи из бумаг, блокнотов и черновиков в стопки и коробки, и теперь вместо хаотичных завалов их ждали завалы организованные. Но бумаги все равно были везде - на столе и на полу рядом с ним.
        - Отлично, и что мы ищем?
        - Сам точно не знаю, - обнадежил маг, ставя тарелку с бутербродами на самый краешек стола, больше на нем места не нашлось, и новую чашку с чаем он подал ей в руки. - Мой отец многими исследованиями занимался, и по истории магии и по применению. Сейчас у нас в приоритете слова «Пустота», «Кровь», «Смерть»… Хотя, нет, не подойдет. Здесь других исследований и не найдешь…
        Ева меланхолично выпила чаю и вздохнула. Все-таки с наследием Марку повезло гораздо меньше, чем с наследственностью.
        - Хм… Знаешь… Как все-таки хорошо иметь обычную, не наделенную никакими магическими способностями, семью… Прямо, душа радуется.
        Чернорецкий неловко помолчал, созерцая вместе с ней кипы бумаг, а потом повернулся со странной, почти смущенной улыбкой.
        - Даже не знаю, как тебе и сказать…
        - Что сказать?
        Марк потер переносицу и усмехнулся:
        - Вообще-то… Магия только по крови передается. У магов и в смешанных семьях могут появиться дети без способностей, и даже со временем род может утратить магию от смешения с немагами, но наоборот не происходит никогда. Так что, ты или первая в истории, или от тебя что-то скрывают. И по принципу бритвы Оккама…
        - Слыша стук копыт, ты представляешь лошадь, а не зебру, - мрачновато закончила Ева пример задачки про очевидное.
        От открывшейся перспективы девушка крепко задумалась. Магу, конечно, виднее, как магами становятся, но вот… Семья-то коварно создавала образ совершенно обыкновенной, ни в чем подозрительном не замеченной. Решить, что кто-то из них втайне использует магию - полнейший бред. Простые, обычные люди: сестра, с упоением занимающаяся семьей и детьми; мама, вечно переживающая, что будет выглядеть на свой возраст; папа, пропадающий на работе и под ужин рассеянно слушающий пересказ последних новостей от мамы; бабушка с дедушкой, переехавшие загород и спонсирующие всех родственников вареньями и соленьями, каждый раз по новому рецепту. Милые, хорошие, приземленные. Нет, они и разжигание огня голыми руками - нонсенс. Представить за подобным занятием можно только бабушку со стороны отца, интеллигентную и тоненькую Божену. Пекущую к ее приходу пирог с грушами, обожающую поэзию серебряного века и слушать пластинки, а по субботам - обязательно театр. Мысль, что она может что-то знать о магии, казалась смехотворной. Настолько, что Ева и рассмеялась.
        - Нет, это невозможно. Твоя мама сказала, что проявление способностей могла спровоцировать встреча с Пустым.
        - Проявление, но не появление, - подчеркнул Чернорецкий, опускаясь на ковер перед одной из коробок с бумагами. - Так что, тебе стоит вспомнить как можно больше имен твоих прямых кровных родственников, чтобы поискать в архивах.
        Ева аккуратно уселась по-турецки возле соседней коробки, поставив чашку рядом, прямо на ковер. Верхние листы были зачириканы ручкой, девушка приподняла их на просвет, чтобы посмотреть, что там было написано. Ничего интересного, просто число, время и место.
        - Ну, я в своем семейном древе разбираюсь хуже, чем ты в своем, - она отложила листок на пол и взяла следующий. - Но можно спросить. Для начала у бабушки Божены, у нее архив фотографий тоже еще дореволюционный, и она обожает о нем рассказывать. Попробуешь ее грушевый пирог.
        - А просто позвонить никак? - Марк листал какую-то тетрадку.
        - Ты что, ей девяносто лет. Она смертельно обидится, если я позвоню и не приеду в гости. Тем более, если начну расспрашивать и не заинтересуюсь альбомами.
        - Тогда позвони ей, и завтра можно съездить.
        Девушка улыбнулась:
        - Надеюсь, моя бабушка произведет на тебя такое же неизгладимое впечатление, как твоя на меня.
        Чернорецкий изогнул бровь:
        - Такое же?
        - Неизгладимое! - Сделала ударение Ева, но коварности в глазах не поубавилось. - Пирог чудесен.
        - Хм… - лаконично ответил некромант, возвращаясь к просмотру тетрадки.
        Несколько часов спустя, большинство коробок было рассортировано по четырем большим по принципу: мусор, упоминание Пустоты, проклятия и исследования. Ева сидела на полу, спиной к письменному столу, и листала бумаги в кожаной папке. За прошедшее время, она много нового и интересного узнала о семье Марка. Например, то, что его отец часто путешествовал, собирая для исследования народные суеверия, рецепты зелий, делал множество заметок по проклятиям и способам их применения и снятия и совершенно не умел хранить бумаги. Ну, или выкидывать… Как он сам в них разбирался, история умалчивала. Одно объяснение - маг. Заскучав и устав, Ева вдруг наткнулась в своей коробке на настоящее сокровище.
        - Маарк? - Позвала она, наклоняя к себе коробку, чтобы раньше времени парень не увидел.
        - Мм?
        Некромант поднял голову, продолжая вчитываться в какой-то мелкий текст. Наверняка, очередное проклятие. К ним он проявлял интерес не меньший, чем почивший отец. Благо, этого добра здесь хватало.
        - Я нашла нечто важное, - тревожно сказала Ева, стараясь не смеяться. И с серьезным лицом подняла листок, все еще не показывая.
        - Я же эмпат, Ева, я чувствую подвох. Тебе стоит еще потренироваться меня обмануть, - улыбнулся над ее попытками Марк и выхватил бумажку у уже откровенно смеющейся помощницы. На белом листе цветными карандашами был криво и старательно нарисован мальчик на метле. - О! Самое главное разочарование детства! Ты не представляешь, как тяжело объяснить ребенку мага, что сова не прилетит, а на метле далеко не улетишь. Хотя, нет, с последним бабушка быстро справилась.
        Девушка расслабленно откинулась на резное дерево стола, уложив руки на колени:
        - Что-то мне подсказывает, что это увлекательная история!
        - Еще бы! - Чернорецкий отвлекся от перекладывания бумажек. - Мне было десять, и отец, увидев рисунок, подговорил меня попросить бабушку показать, как она летает на метле. Когда первый шок у Агаты прошел, она наглядно показала мне, как мой отец умеет летать… от метлы.
        Ева расхохоталась, живо представив эту картину.
        - А он был еще тот шутник!
        - Да уж. Он просто хотел, чтобы у меня было веселое и полноценное детство, а Агата пыталась призвать его к порядку. В общем, в тот день я узнал так много новых слов от бабушки, что мой мир уже никогда не стал прежним. Думаю, и для отца тоже.
        - Похоже, в вашем воспитании она не преуспела?
        - Только ей об этом не говори, - заговорщицки попросил Марк. - Нас было больше, у нее не было шансов.
        - И каково это, узнать, что сова, в отличие от люлей, не прилетит? Моим-то разочарованием было, что Деда Мороза не существует.
        Марк пожал плечами:
        - Дед Мороз, кстати, существует. Даже в Комитете на учете сверхъестественных существ стоит. Видимо, ты просто плохо себя вела.
        Ева прищурилась, но маг казался подозрительным не больше обычного.
        - Серьезно?
        - Абсолютно… - Честно кивнул парень. И добавил со смешком: - Нет.
        Ева потянулась и шлепнула его по колену:
        - Ты мерзкий врун!
        - Купилась, как ребенок! - Самодовольно похвастался маг, заслужив еще одну попытку рукоприкладства, но на этот раз безуспешного - успел увернуться. - И опять плохо себя ведешь!
        - Просто тебе нельзя давать спуску.
        Легкая передышка только дала осознать, насколько она уже устала. И проголодалась. Ева обернулась и потянулась за последним бутербродом. А забрав его с тарелки, с хрустом выпрямила затекшую спину, запрокидывая голову, разминая мышцы и суставы.
        - Ты меня пугаешь.
        - Ну, а чего ты хотел? Молодая была уже не молода… - Ева поморщилась и потерла поясницу. А откусив кусок бутерброда, расправила плечи, и в позвонках опять что-то хрустнуло. - Совсем не молода.
        - А хорошо сохранилась.
        - Это только с виду. А так все болит, ничто не помогает…
        Девушка с удовольствием потянулась руками вверх, снова что-то выхрустывая.
        - Подбросить в пансион для престарелых?
        - Не, рановато. Я же еще не научилась играть ни в одну карточную игру и вязать не умею. Я не найду там себе компанию, и другие старушки будут меня обижать и смеяться надо мной.
        - Ничего. Научишь их играть в настольные игры, - любезно подсказал Марк, протягивая лист в стопку с мусором, и Ева поняла, что не она одна при этих словах вспомнила тесный лифт с кучей соседей.
        Девушка перехватила бумажку одной рукой, сжала и бросила скомканной в мага. А затем опять легла спиной на экран стола.
        - Хорошо, - покладисто переложил ее все-таки в мусор, некромант. - Оставайся тут. Здесь смеяться над тобой и обижать буду только я.
        Угроза, может, и подействовала бы. Если бы не расслабленно-благодушное настроение мага, которое читалось без малейшего труда. Девушка пожевала бутерброд, покачала ногой в розовом тапке и вздохнула.
        - Я уже говорила, что ты невыносим?
        - Нет. До этого момента ты прекрасно меня выносила.
        - Все, и больше не могу! - Пафосно заявила Ева, встала, отряхнула руки от крошек бутерброда и ушла из кабинета.
        Марк отложил очередной лист в стопку с мусором и спешно попытался удержать бумаги от падения. Накренились они опаснее Пизанской башни. Не преуспев, маг пошел по пути наименьшего сопротивления - просто уничтожил их, обращая в ворох растаявших воздухе холодных искр.
        - Пожалуй, действительно хватит на сегодня, - оценил он фронт проделанной работы. В глазах уже рябило от мелкого суетливого почерка отца.
        Еву Марк нашел наверху, она зашла в уборную и ушла в спальню проверить телефон. С ним-то и стояла возле стола, покусывая губы.
        - У меня для тебя новости, - протянула девушка ему телефон, - Если, это, конечно, для тебя новости…
        Чернорецкий осторожно забрал телефон и взглянул на экран. «Держись подальше от Чернорецкого. Его подозревают в убийстве. Будь осторожна. Звонить больше не буду. Олег». Некромант хмыкнул и вернул ей мобильник.
        - Это все, что ты можешь сказать в свое оправдание? - улыбнулась девушка.
        - Что никого не убивал? - Предположил Марк неуверенно. - Завтра позвоню маме, узнаю подробности, кого и когда я успел убить. А то что-то у меня провалы в памяти.
        Глава 5
        Семейные тайны.
        Даже самая прочная семья не прочнее карточного домика. Джордж Савил Галифакс
        По старой питерской традиции, оттепель сменилась бодрящими заморозками и ветром, и в гололед превратились даже сугробы. Утром, глядя из окна на глянцевую дорогу, Ева позвонила бабушке, пока Марк проводил расследование, кого же он все-таки убил. Божена пришла в восторг от новости, что внучка приедет в гости. И еще больше воодушевилась от пожелания достать альбомы и рассказать про семью. Деловито уточнила, сколько у нее есть времени, если внучка выедет прямо сейчас, и ахнув на прощание: «Так, что же мы тут болтаем! Мне же в магазин еще сходить нужно!», отключила соединение.
        Марк разговор закончил тоже быстро. Результатов, судя по мрачновато-раздраженному настроению мага, он не принес. Камилла не была в курсе какого-либо расследования в отношении сына, помимо памятного с превышением полномочий и истории с отстранением. И перспективе, что обвинений и проблем может прибавиться, чуть не зарычала. День он ей явно испортил. И себе заодно. Потому что последнее, что ему хотелось - это добавлять ей головной боли. Но она пока оставалась единственным магом из Комитета, которому он доверял.
        - И что она сказала? - Ева сполоснула чашку из-под чая и поставила на сушилку.
        Марк подошел к ней и обнял одной рукой, целуя в шею и сжимая свободной ладонью плечо, скрытое серым кардиганом. Терпковатое раздражение стерлось ощущением невесомой приятности. Просто от запаха живой мягкой кожи, от пульсации крови на тонком горле. Обжигающие мурашки от теплых губ всколыхнули кожу на груди, по животу. Ева вздохнула и облокотилась на него, отпуская этот момент мимолетной нежности.
        - Ты уже знакома с Камиллой, она не говорит ничего такого, что стоило бы передавать.
        - Злилась?
        - Еще как, - это его даже позабавило. Марк поцеловал ее еще раз, быстрее, и отстранился, наливая себе воды в стакан. - Лучше бы сам в Комитет поехал. Завтра и съезжу. Заодно список твоих родственников проверю.
        - А тебя не арестуют?
        - Но ты ведь будешь меня ждать? - с надеждой спросил Марк, дрогнув ресницами.
        - Еще как! - не разочаровала Ева. - Если в твой дом пиццу не закажешь, то сюда даже такси не доедет! И даже не попытается, когда я скажу, что сворачивать нужно в какой-то там сотый по счету сугроб! Так что, если тебя посадят под арест, то я оголодаю, одичаю, объем кору, как заяц, потом умру, и буду ждать тебя в этом некромантском доме еще сильней!
        Чернорецкий замер с приоткрытым ртом:
        - Дивно-то как! На редкость ужасная картина! Но на будущее… Если меня арестуют, я просто пошлю за тобой Камиллу.
        - Камиллу? - поморщилась Ева, скрещивая руки. - Может, лучше кору?
        - Нет. Камиллу, - жестоко припечатал Марк, отставляя стакан с водой. - Ты готова? Едем?
        Девушка посмотрела на себя. Чистые джинсы, белая футболка и серый кардиган. Кажется, готова.
        - Едем, - согласилась она. И уже собравшись и садясь в машину, иронично спросила: - Хитро я придумала познакомить тебя со своими родственниками?
        - Очень хитро, - серьезно кивнул Марк, заводя двигатель. - Но до меня тебе далеко. Со своими я тебя уже познакомил. Я хитрей.
        Ева покачала головой, признавая поражение, и оглянулась на некромантское родовое поместье. Дом из окна машины выглядел все так же неуютно и мрачно, смотрел в ответ холодными стеклами. И правда, всех уже знала. Некоторых даже видела. И живьем и не очень.
        - Ты говорил, что твоя мать не была здесь? - она отвела взгляд от резного острого дома и посмотрела на мага.
        Его умение смутить было на грани инстинкта, потому что, как оказалось, все это время он смотрел на нее.
        - Не была. Знает, где он находится, многое о нем наслышана от моего отца, - он сделал многозначительную паузу, - так что, если понадобится, найдет…
        Ева осуждающе нахмурилась, но всерьез злиться не стала.
        - А почему?
        - Отец считал, что так будет лучше, то есть, что так будет безопаснее для нее.
        - А меня тебе, значит, не жалко?
        Чернорецкий покачал головой:
        - А тебя, я думаю, этот дом защитит.
        Она испытующе побуравила мага взглядом, но ничего, кроме обычного фонового веселья не нашла, и расслабленно откинулась головой на подголовник.
        - А твой отец, он тоже в доме?
        - Нет, - машина сдвинулась с места, Марк начал разворачивать ее в сторону трассы. - Он похоронен не здесь. Похоронами занималась Камилла, что не добавило им с Агатой взаимопонимания.
        - Мне жаль.
        - Мне тоже всегда было жаль, но у каждого из них были свои мотивы, - с привычной мягкостью откликнулся некромант. - И что еще больше жаль, мотивы у всех были благие.
        - Благими намерениями?..
        - Ими самыми.
        Машина быстро преодолела дорогу через поле, выехала на автостраду. Синий указатель вернул мысли Евы к предстоящей встрече. О своей семье как о магах думать никак не получалось. Совершено другой менталитет, совершенно другая обстановка. Другие люди.
        Ева покусала губу, любуясь залитой солнцем дорогой.
        - А что мы скажем бабуле?
        - Для начала будем придерживаться легенды, что ты права, и она не знает о магии. А дальше по обстоятельствам.
        - А на счет тебя какой легенды будем придерживаться?
        - На твое усмотрение, - пожал плечами Марк. И не удержался от самодовольного замечания: - Но я-то слишком красив, чтобы она поверила, будто я «просто друг». И машина у меня чуть получше, чтобы быть «просто коллегой».
        Ева чуть не поаплодировала его наглости. Хоть что-то может поколебать его самоуверенность?
        - Ты прав. Решено. Остаешься ждать меня в машине.
        - И не надейся, - легко отмахнулся Чернорецкий, подсознательно ожидавший такого поворота в ее предложениях. - Ты обещала мне пирог.
        - Так я принесу, не переживай.
        - Что-что, говоришь? Поворачиваем назад?
        Спустя пару часов и один весьма длительный и несерьезный спор, который больше развлекал, чем действительно был разногласиями, они въехали в арку старого питерского дома. Попетляв в лабиринте сквозных дворов, Марк припарковался и помог Еве выйти из машины.
        - Ты потрясающий упрямец! - Ева с улыбкой приняла ладонь и встала на посыпанный свежим песком лед, встречаясь с магом глазами.
        - Да, я потрясающий, - скромно согласился тот, наклоняясь к ней и целуя уголок губ, - остальное я не расслышал.
        - Упрямец! Упрямец, я сказала, - с нажимом повторила Ева, которую уже вели к парадной.
        - Ничего не расслышал, ничего… У тебя что-то с дикцией.
        - Тогда читай по губам! - Ева обошла его, быстрыми нажатиями набрала на домофоне номер квартиры, чтобы бабушка успела подготовиться к приходу гостей, и повернулась к магу. - Упрямец!
        - По губам? - прищурился некромант, мягко прижимая ее к крашенной деревянной двери и рассматривая сверху вниз с задумчивым вниманием. Подняв руку, он щекотно обвел костяшкой пальца контур ее губ, откровенно наслаждаясь и их мягкостью и ее чувственностью.
        Неблагозвучное бульканье домофона сменилось старческим бодрым голосом.
        - Это я, бабуль, - повернулась к динамику Ева, разрывая гипнотическое прикосновение, - встречай.
        Марк любезно распахнул открытую дистанционно дверь. Оказавшись в промерзлом подъезде, они услышали, как наверху, на третьем этаже, открывается квартира. В крашенных стенах гулко отдавались звуки и шаги, смешиваясь холодных эхом.
        Когда Ева ступила на площадку, Божена радостно заулыбалась.
        - Евочка! Как я рада тебя видеть! Я уже и пирог твой любимый приготовила-а, - жизнерадостный тон сменился протяжным минором, когда за Евой на площадку ступил Марк.
        - Привет, ба-а, - со взаимной радостью попыталась сделать шаг к двери Ева и почувствовала, как кто-то дергает ее за локоть, и она падает назад. Упасть, правда, не успела, некромант, который и был инициатором этого, перехватил ее за талию, прижимая к себе и выставляя вперед руку.
        Все произошло буквально в одну секунду. Чернорецкий лишь бросив взгляд на счастливую старушку в темном платье с кружевным воротом и серебристыми очками на цепочках, перехватил Еву за локоть и быстро притянул обратно к себе, не то, чтобы заводя ее за спину, но удерживая от дверей подальше. На ладони разгорелась руна принадлежности к Комитету.
        - Ты с ума сошел? - спокойно поинтересовалась девушка, но маг вопрос проигнорировал. Да Ева и сама его посчитала риторическим в сложившейся ситуации.
        Бабуля же, так и застывшая в оранжевато-коричневых деревянных дверях, поджала губы и сложила на груди сухонькие ручки. Взгляд прозрачно-карих глаз от смешения чувств был почти нечитаем. Но от ее возмущения, досады и недоверия чуть воздух не задрожал. Марк же заледенел, сосредоточенный и спокойный, как будто перед ним не девяностолетняя старушка стояла с тщательно уложенными волосами и очками на длинной цепочке, а Пустой с гранатой. Хотя, агрессии в его сознании не было, просто предосторожность.
        - Комитет, значит, - пренебрежительно фыркнула Божена, выдавая хоть какую-то реакцию. - Внучку-то мою отпусти.
        - Да мне и так удобно, - заверил мужчина и опустил ладонь.
        - И что это значит? - подала голос Ева, попеременно глядя то на спутника, то на родную бабушку. Вопрос относился к обоим.
        - То и значит, - отозвался Марк, не спуская взгляда с Божены. Но Еву все-таки отпустил, а руки убрал в карманы распахнутого пальто. - Она маг. Незарегистрированный. Нужно было с тобой на деньги спорить, озолотился бы.
        - Бабуля?
        - И давно Чернорецких в Комитет брать стали? - в свою очередь поинтересовалась Божена.
        - Ты-то откуда его знаешь? - нахмурилась девушка, стоя между ними.
        - А я не знала, угадала просто. Уж очень похож.
        - На кого? - подозрительно уточнил Марк.
        Божена снова поджала губы, напряженно прожигая взглядом гостей, которые из долгожданных стали практически непрошенными. Разговор и встреча зашли в полнейший тупик. И нужно было как-то из него выходить. Божена сдалась, махнув рукой вглубь коридора.
        - Ладно, проходите. Незачем на площадке сцену устраивать, она не для лишних ушей.
        Старушка посторонилась, открывая проход в квартиру. Марк с сомнением посмотрел на девушку, она с таким же сомнением медленно прошла в коридор, оглядываясь на бабушку. Чернорецкий остановился у самого порога, не спеша переступать. Божена понимающе и чуть высокомерно хмыкнула и посторонилась сильнее.
        - Входи-входи, пока приглашаю. Я думала, в Комитете посмелее маги работают.
        - Те, кто совсем посмелее - долго не работают, - парировал некромант и зашел в квартиру.
        Божена захлопнула дверь, защелкнула замок. Внутри сладко пахло свежим пирогом, заваренным чаем и старой пудрой. Из гостиной доносилось неразборчивое бубнение телевизора. Все так, как Ева помнила с детства. Но в этот раз она не спешила разуваться и раздеваться, и так и стояла в шубе у стены, обескураженно глядя на Марка. В его чувствах тоже не было четкой уверенности, только сдержанное внимание к происходящему. На том и порешили.
        Божена от этой молчаливой солидарности шумно вздохнула, что подразумевало «Ну, что ж с вами поделаешь».
        - Чай остынет, пока вы тут переглядываетесь, - сказала она и пошла в комнату, где был накрыт стол.
        - И что делать будем? - почему-то шепотом спросила Ева.
        Марк пожал плечами, легко развернул девушку за плечи спиной к себе и снял с нее шубку:
        - Чай пить, пока не остыл.
        - Оптимист…
        Когда они прошли в комнату, Божена уже полностью совладала со своим настроением, и была лишь слегка раздосадована. Она стояла у стола, на котором был выставлен чайный набор, а в углу лежали стопкой толстые альбомы, и разрезала на куски ароматный пирог с залитыми карамелью грушами.
        - Долго же ты нас искал, - саркастично улыбнулась магу Божена, когда гости сели за небольшой квадратный столик со скатертью.
        - Кого? - не понял Марк.
        - Как кого? Мою семью, - Божена со стуком поставила перед гостями по блюдцу с пирогом и села на стул напротив, потом потянулась к чайнику.
        - И зачем, по-Вашему, мне это было нужно?
        - Так из-за проклятия! - если гости с первого слова совершенно не понимали, что происходит, то до старушки это только начало доходить. И она обескураженно посмотрела на задумчивую внучку, машинально крутившую в пальцах мельхиоровую ложечку.
        - Какого? - снова показал чудеса сообразительности Чернорецкий.
        Божена совсем потерялась:
        - Варвариного…
        Марк изогнул бровь:
        - А Вы-то о нем откуда знаете?
        Когда очередная немая сцена затянулась, Ева отложила ложку, пододвинулась к столу и накрыла прохладную старческую ладонь своей, привлекая внимание.
        - Бабуль, давай попробуем с начала. Это я хотела с тобой увидеться, а Марка пригласила за компанию. Мне нужна твоя помощь.
        - Из-за проклятия? - голос Божены расстроенно и потеряно дрогнул.
        - Бабуль… Да какого проклятия! - теряя терпение, прикрыла глаза Ева. - Из-за магии. Пару недель назад я столкнулась с Пустым, и проявились мои способности, - коротко начала она. Ужасную историю с нападением, которая разошлась по газетам и каналам, от впечатлительной старушки скрыли, точнее, Евино в ней участие, и девушка считала, что волновать ее не стоит и теперь. - И если бы не Марк, я оказалась бы по уши в… не важно. В общем, он сказал, что магия - это наследственная особенность, и через архивы Комитета можно будет поискать, кто из моих предков обладал магией и какой именно. И я предложила съездить для начала к тебе.
        Божена почему-то расстроилась еще больше:
        - А я уж подумала, когда вас увидела, что это он печать снял.
        Марк пренебрежительно хмыкнул и скрестил на груди руки.
        - Какую еще печать? - чувствуя, что уже устает, переспросила Ева.
        Божена скорбно помешала ложечкой янтарный чай, в котором не было сахара, и отодвинула его, не притронувшись к напитку.
        - С начала, так с начала… Раз уж, печать с тебя снята, то теперь это и тебя касается… - Божена встала, надела очки и вытащила из секретера еще один фотоальбом. - Началось-то все с того, что моя мама, Варвара Вишневская, в свои восемнадцать была обручена и должна была выйти замуж за Николая Чернорецкого, уж не знаю, кем он тебе приходится, - она вскользь глянула на Марка и пододвинула открытый альбом Еве.
        - Он мой прапрадед, - прохладно подсказал некромант. Липкое неприятное чувство впервые замутило его эмоции за все время их общения.
        - Да, наверное, - кивнула Божена, и медленно продолжила: - А Чернорецкий уехал в рабочую поездку в Москву на полгода и вернулся оттуда уже с молодой женой. Скандал был кошмарный. Вот Варвара и прокляла его, используя родовую магию, долго Николай с женой не прожил, умерла она быстро. Маму из Петербурга отправили в Польшу, она слишком на этом проклятии зациклилась. Вернулась оттуда нескоро, замуж вышла и родила меня, когда ей уже тридцать восемь было. А когда мой папа заболел и умер, опять начала говорить о проклятии, что из-за того, что родовой магией воспользовалась, оно зеркально и на нее легло. Я тогда не слушала ее, только восемнадцать исполнилось, сбежала из дому и вышла замуж за немага, ничего больше о некромантии знать не хотела. Мы весело жили, любил он меня, жалко, утонул через три года. В тридцать шестом году я в военного влюбилась, мы поженились, а в тридцать девятом году его на границу с Финляндией отправили, погиб он там. А в начале войны меня начала искать семья Вишневских, но я не хотела, чтобы они меня нашли, и при эвакуации уехала в Ярославскую область, мы детей из Ленинграда
вывозили. В сорок шестом документы новые сделала и вернулась, тогда многие новую жизнь начинали. Я год рождения в них сменила, стала на шестнадцать лет моложе, - листая фотографии, как ретроспективу своей жизни, Божена усмехнулась. - В пятидесятом снова замуж вышла, мы вместе и года не прожили, как он умер. Вот тогда я и задумалась, что права была мама, проклятие осталось и на нас. Узнала осторожно, что Чернорецкие так и не смогли его снять. А я сама мало что о магии помнила, но тоже потихоньку стала искать способы. Последний раз я замуж пошла в пятьдесят пятом, родила твоего отца в шестидесятом и наложила на него сразу печать, чтобы магия крови не проявилась. Потому что, когда проявится, обратно не запечатаешь. Мужа, конечно, снова потеряла, но, как видишь, сына сохранила. Нет магии - нет проклятия.
        - И помогло? - с холодной усмешкой спросил Чернорецкий, когда Божена смолкла.
        Чай, как и пирог, остыл, Ева рассматривала черно-белые воспоминания, который Божена всегда скрывала. С матерью, которая по юной глупости обрекла на потери столько людей, с отцом, ушедшим рано, с любимыми мужьями, погибшими быстро и трагически. От снимков тянуло застарелой горечью и высохшими слезами.
        - Думаю, да, - сухо ответила Божена. - Мой сын уже много лет прожил с женой в счастливом браке, а у его старшей дочери двое детей и любящий муж. Это все, чего я хотела для них.
        - А что они будут делать, если что-то пойдет не так, и печать вдруг исчезнет, как у Евы? - не впечатлился некромант. - Тоже на четвертом браке почувствуют подвох и будут ходить по доморощенным ведьмам, чтобы снять порчу? Я совершенно случайно оказался рядом с Евой, и ее способности не успели спровоцировать непоправимых дел. Она всего лишь порталы в Пустоту открывала. И теперь я знаю, почему. Потому что Вы решили запечатать кровь старого некромантского рода.
        - И у меня получилось! - резко возразила она. - Еще пара поколений, и наша магия будет стерта кровью немагов.
        - Да, рано или поздно, будет стерта. Но это вопрос далеко не пары поколений. Это бомба замедленного действия.
        - Что это за проклятие? - Ева перевернула последнюю страницу альбома и вернула его бабушке. - В чем оно заключается, кроме того, что все мужья умирают?
        Божена пожевала губы, нехотя переводя взгляд с Чернорецкого на Еву.
        - Варвара была молода и романтична, она прокляла Николая, пожелав, чтобы ни он и ни один из его потомков не был счастлив в любви. Чтобы они жертвовали собой или своей любовью. Я не уверена, что она имела в виду именно смерть, и тем более она не догадывалась, чем это может обернуться для нее самой.
        - Потому что некромантия не предполагает ничего иного, кроме смерти, - как само собой разумеющееся пояснил Марк. - А воспользовавшись родовой магией Вишневских, она связала проклятие со своей кровью и, не поставив блоки, заодно связала себя с проклинаемым. Поэтому проклятие и стало для вас отражением, она вписала себя в его основу. Невежество Вашей матери превратило это… в обоюдоострый меч, если продолжать смертельные метафоры.
        Божена выпрямилась на стуле:
        - Скажите, Марк, у Вас большая семья?
        Маг пожал плечами:
        - Зависит от того, считать живых или мертвых.
        - Мертвым, полагаю, все равно, поэтому поговорим о живых.
        - Я бы с Вами поспорил, - неприязненно проговорил Марк, и Ева хмыкнула, вспоминая Агату с агитацией против курения, - но из живых в роду остался только я.
        Божена торжествующе улыбнулась:
        - А у меня есть внуки и правнуки!
        - Тем тяжелее будет потеря. Вы же понимаете, что даже с исчезновением Чернорецких, проклятие не исчезнет? - прищурился Марк. - Хотя, откуда Вам знать, если Вы решили сбежать от магии? Так я поясню. Некромантия хороша и плоха тем, что родовая магия становится сильнее с каждой новой смертью. И проклятие за прошедшие годы становилось все сильнее. Ваш карточный домик стабильности рухнет под собственной тяжестью.
        - Я позабочусь о них. А когда не станет меня - о них позаботится Ева, раз уж все случилось, как случилось…
        Вспышка глубинного раздражения не успела перерасти у Марка в слова резкие и бранные, потому что звонок телефона отвлек его. Маг вытащил из кармана мобильник, и, взглянув на экран с высветившимся контактом, скомкано извинился и вышел из-за стола, оставляя ошарашенную всеми новостями Еву с бабушкой наедине. Он ответил на звонок, хлопнула входная дверь.
        Ева опустошенно посмотрела в пустую и чистую чашку, на нетронутый пирог. До чая так и не дошло. Вопросов было так много, ответов так мало. Поколебавшись, Ева выбрала один, главный.
        - Почему ты не сказала нам?
        Божена сидела, невидяще глядя перед собой, подперев подбородок замком из ладоней.
        - Милая, чтобы защитить вас, конечно!
        И она всецело в это верила. Бессмысленно говорить ей сейчас обо всем, что Ева пережила за эти две недели, как думала, что сходит с ума, как столкнулась с Пустыми, как открыла тот портал, куда отправила, как думала, живого человека, как видела призраков дома Чернорецких, как все это было безумно, как быстро. И все потому, что Божена считала, что проблема исчезнет, если о ней не будут знать. Оказалось, что этого недостаточно. Но ее даже теперь не переубедишь. Удивительно, что любовь делает с людьми, и что люди делают с любовью.
        - Я всегда держала вас всех подальше от магии, - продолжала Божена откровения, мягко коснувшись теперь уже ее руки. - Даже, когда ты связалась с тем магом, Олегом. Он, конечно, не посвящал тебя в свои дела, но я все равно боялась, что это может ослабить и сломать печать на твоих Силах. Тем более, если бы у тебя были дети, они могли унаследовать проклятие… Но я все сделала, чтобы он отменил эту никому не нужную свадьбу…
        Ева кое-как подавила по-детски глупое желание ущипнуть себя побольнее, чтобы наверняка знать, что это не сон. Но такая чушь даже не приснится. Такое может происходить только наяву. Может, потом, когда чувства утихнут, Ева поймет ей и простит, но сейчас… Усмехнувшись творящемуся абсурду, девушка встала из-за стола и бросила на скатерть ложку, которая не понятно как снова оказалась в руках.
        Божена что-то попыталась сказать, поднялась следом, зазвенела посуда на задетой скатерти, из ее чашки пролился чай. Но Ева не слышала спутанных объяснений и просьб, ведь слышать больше не хотела. Карточный домик? Да, очень похоже. Стабильность и вера в семью летела к чертям. Если и хотелось кого-то видеть, так это родителей, чтобы знать, что с ними все хорошо. Но для начала - просто уйти отсюда. Просто глотнуть воздуха.
        Ева захлопнула дверь и прижала ее спиной. Она все еще была в тапочках и в кардигане, промерзлый подъезд охладил. Марк отвлекся от молчаливого созерцания лестничного пролета и повернулся к ней, выдыхая дым от тлеющей в пальцах сигареты. В глазах таяли зеленые искры.
        - Что-то случилось?
        Ева нервно рассмеялась:
        - Кажется, моя прабабка собиралась убить вашу семью.
        Марк криво усмехнулся, стряхивая пепел в пустоту пролета, и магией заставляя таять на лету.
        - За давностью лет можно это списать в архив.
        Девушка посмотрела на это незаметное маленькое чудо, застывшая улыбка померкла и исчезла, оставляя ее запутанные, расколотые чувства.
        - Тебе, наверное, лучше уехать? - хотелось, чтобы было предложение, но прозвучало все равно как вопрос.
        - Почему?
        Марк с пониманием смотрел на нее, но ему был интересен озвученный ответ. Люди редко говорят то, что чувствуют, чаще их логика и мораль выдает совершенно противоположные вещи. Вот Еве было одновременно совестно и страшно, что он согласится.
        - Потому что… Это, наверное, странно? Помогать мне после того, что мы узнали.
        Такая милая! Такая самостоятельная и честная… Чернорецкий очень постарался не рассмеяться и протянул ей руку.
        - Иди сюда.
        Ева оттолкнулась от дверей ладонями и подошла. Маг обнял ее, прижимая к себе, делясь своим покоем и давая ту поддержку, которая нужна ей больше всего.
        - Ева… Это очень старая история. И я с ней живу слишком долго, чтобы как-то реагировать на лишнее напоминание. Я понимаю, что тебе тяжело узнать это таким образом, но в моей жизни абсолютно ничего не поменялось. И у нас есть более приоритетные проблемы.
        - Ты какой-то неправильный темный маг, - благодарно выдохнула девушка, обнимая его в ответ. Почему-то напоминание о более насущной опасности, чем столетнее проклятие, успокоило, вернуло в настоящее. Прижимаясь щекой к мелкой вязке элегантного джемпера, Ева слушала мерные, медленные удары его сердца. - И от тебя никогда не пахнет табаком…
        Марк все же рассмеялся:
        - Как и любой курильщик, я не люблю запах табака.
        - Зачем тогда ты столько куришь?
        Маг жестом фокусника, прячущего монету, заставил окурок исчезнуть из ладони и обнял девушку и второй рукой.
        - Как бы я ни хотел не быть некромантом, но моя магия тесно связана с энергией смерти. И нет способа получить ее быстрее и эффективнее, чем медленно самоубиваясь. Моя регенерация, усиленная магией, делает эту привычку несущественной и безопасной, но я вижу мир под совершенно другим ракурсом.
        Ева шаловливо прикусила губу:
        - Ты там точно табак куришь?
        - Абсолютно, - заверил парень со всей честностью, и сунул в рот следующую сигарету, затягиваясь. А потом развернул Еву к двери квартиры Божены и аккуратно прижал ладонь к ее шее, туда, где кровь пульсировала сильнее всего. - Смотри.
        Ева тихо ахнула. Мир изменился, и в то же время остался прежним. Все приобрело дополнительную глубину, измененную структуру, у каждого предмета было совершенно разное излучение. Температура, материалы, осевшие эмоции, энергетика… Разобраться в этом с первого раза невозможно, но что-то в глубине тела будто считывало все, что окружало ее. Цвет, свет, вибрации… Так можно было разобрать на атомы любую вещь, даже не прикасаясь. Или пройти сквозь предметы, просто потому что может… А еще теперь Ева видела то, что заставило Марка задержать ее на площадке, не пустить в квартиру сразу… Деревянная рама дверей, холодная и сероватая в новом восприятии, была пронизана тысячами черных нитей, живых, двигающихся. Откуда-то на подсознательном уровне, девушка поняла, что так выглядит защита из некромантии. Наверное, и дом Чернорецких пронизан этой чернотой. Ева подняла руку, не собираясь касаться этой магии, лишь собираясь посмотреть, как она отреагирует. Нити уплотнились в клубок напротив ее руки и потянулись, отходя от крашеного косяка. Ева опустила руку, и они снова рассредоточились по старому дереву.
        - Это удивительно…
        - Цени. Ради твоего развлечения я сейчас жертвую жизнью.
        - Так у тебя же ускоренная регенерация, - Ева продолжала осматриваться, жадно впитывая измененным восприятием окружающий мир. Интересно, какой он в более приятных и древних местах.
        - Это все частности, факт остается фактом, - шутливо заупрямился некромант и убрал ладонь, позволяя миру в ее глазах вернуть прежние границы.
        - Ты можешь показать это любому?
        - Нет, конечно. Другие-то маги защищаются от воздействия на свою магию, это ты не умеешь.
        - Ты просто… - она прикрыла глаза от переполняющих эмоций, - потрясающий.
        - Знаю, - скромно согласился Чернорецкий. - Тебе вообще со мной очень повезло. Даже слишком повезло…
        Последнее замечание прозвучало слишком задумчиво и уже не так весело. В чувствах мага тоже что-то изменилось, расслабленность незаметно обратилась сосредоточенностью и ощущением опасности.
        - Что-то не так?
        - Да, совпадений не существует.
        Он быстро избавился от сигареты и, выдыхая дым, перехватил Еву за предплечье и потащил с собой обратно в квартиру. Захлопнув дверь и отпустив девушку в коридоре, он прошел в комнату, где Божена уже разглаживала ладонями чистую скатерть на пустом столе. Ева поспешила за ним, обескураженно наблюдая за происходящим.
        - С кем из магов Вы общаетесь? - резко спросил Марк, останавливаясь неподалеку от стола.
        - Что? - Божена выпрямилась, сняла мешающие очки.
        - Вы сказали, что узнавали у кого-то, справились ли Чернорецкие с проклятием. Да и знания о наложении печати тоже не так просто добыть простому смертному, - терпеливо напомнил некромант. - И я спрашиваю, с кем Вы общаетесь из магов?
        - Какое это имеет значение?
        Причин для доверия у Божены действительно не было. Да и разговор они с Марком закончили не на самой радостной ноте.
        - Ответь ему, - попросила Ева, прислоняясь к стене возле дивана. - Хватит уже тайн.
        Божена посмотрела на нее с горечью и всем недоверием, которое питала к магу. С достоинством и неудовольствием, она соединила ладони на столешнице и села на стул.
        - Это уже неважно. В прошлом году мой друг умер, больше я ни с кем из магов не общалась. Его звали Чистяков Андрей Иванович, и он был уважаемым магом и заслуженным работником Комитета!
        Марк что-то прикинул про себя:
        - Светлый?
        - Светлый, - с затаенным довольством подтвердила Божена, будто в темных было что-то… темное.
        - Да, очень светлая идея, запечатать все, - протянул Марк, поддразнивая старушку. - Как Вы нашли его?
        - Познакомились мы давно, еще до первого моего замужества. Не скрою, он был моим поклонником, и когда я поняла, что Вишневские меня разыскивают, я нашла его, и он помог мне уехать, а затем мы поддерживали общение, когда я вернулась.
        - А Вишневские?
        - Ох, - Божена театрально взмахнула рукой, - для них я давно умерла.
        - Спасибо, - воспитанно кивнул Чернорецкий. - Весьма был рад познакомиться.
        С этими словами маг повернулся к коридору и собрался уходить. Проходя мимо Евы, он мягко коснулся ее руки, и девушка шагнула следом.
        - Ева! - остановила ее бабушка, привставая. - Останься на пару слов.
        Ева после всего услышанного больше доверяла Марку, поэтому неосознанно посмотрела ему вслед и дождалась уклончивого кивка. Его эмоции говорили больше, чем слова. Чернорецкий не видел ничего опасного в общении, и предлагал решить эту задачу самой. Но он в любом случае отпустит и подождет. Прочувствовав это все за одно мгновение всем телом, Ева не могла не улыбнуться. Им даже не обязательно разговаривать. В ответ на это веселье сознания коснулось обнадеживающая поддержка. И Ева на секунду остановилась, прикусывая губу. Прекрасно, когда тебе говорят, что ты что-то можешь, или что ты все делаешь правильно, но когда ты испытываешь эту поддержку изнутри… Это…
        - Ева, - позвала Божена почти жалобно.
        Девушка вдохнула поглубже, вылезая из уютного омута чужих чувств и подошла к бабушке. Она была так растеряна, как сама Ева совсем недавно. Безотчетное желание помочь и собрать ее хоть немного, заставило обнять хрупкие старческие плечики. Входная дверь захлопнулась. Марк будет ждать в машине.
        - Ты правда веришь ему? - Божена сжала ее запястья, чтобы стать ближе, знать, что они все еще семья.
        - Ты так и не спросила, какие у меня есть способности, - тихо и суховато отозвалась Ева, тепло обнимая ее. - Я эмпат. И… копаюсь в его чувствах лучше, чем в своих. И кроме этого, пока ничего не умею. А он каждый раз спасает меня. И прячет меня.
        - Он любит тебя?
        Ева усмехнулась. Все бы старикам любовь…
        - Нет, не любит. Но дает мне нечто большее, он помогает мне.
        - Ты прости меня за Олега, - вдруг голос Божены задрожал, она горько и сокрушенно заплакала. - Я просто боялась, что проклятие вернется. Я так не хотела, чтобы вы все, как я, хоронили любимых. Я бы этого точно не пережила бы. Знать, что вы все обречены…
        Ева выпрямилась, оставив свои ладони на ее плечах.
        - Как ты уговорила его отказаться от свадьбы?
        - Ох, Ева… Я Андрея попросила повлиять на его семью. Они надавили на него, что не стоит жениться на девушке без способностей. Но я хотела защитить тебя. Защитить всех вас…
        Железная логика. Если отстраниться от всего того, что сжигало грудь - от обиды, от разочарования, от досады, от предательства, то в ее словах была логика. Холодная, благородная, милосердная, как полевой хирург. Но тот месяц перед свадьбой был самым унизительным и горьким в ее жизни. Если бы Олегу просто хватило тогда мужества сказать… Что угодно. Придумать любую причину, и просто сказать, что свадьбы не будет. Наверное, это легче было бы пережить. Но тот месяц и еще два последующих года изменили всю ее жизнь. И не к лучшему. Вместо того, чтобы перешагнуть эту историю, Ева постоянно запиналась за нее, не доверяя, не привязываясь, избегая отношений. Даже работу поменяла, скрывшись за пыльными полками.
        - Это все пара слов, которые ты хотела сказать?
        - Нет, - шмыгнула носом Божена, достала из-за манжеты платок и высморкалась. Потом высвободилась от ее рук и встала. - Я хочу отдать тебе мой дневник. В нем все, что я узнала о проклятии и способ, которым я наложила печать. Я не доверяю этому мальчику, в моей памяти Чернорецкие совсем другие, но я вижу, что он больше понимает в этом вопросе. Я буду молиться, чтобы вы нашли решение или нашли способ усилить печать.
        Попрощавшись с Боженой, заверив ее, что не держит на нее зла и остается любящей внучкой, Ева забрала завернутый в пакет пирог, расцеловала все еще огорченную старушку, Ева вышла из парадной и села в машину.
        - Почему ты спрашивал о магах, с которыми она общалась?
        Марк повернулся, как всегда с сигаретой. Ева сжимала в руках карамельно-грушевый пирог, его запах медленно наполнял салон. За окном едва-едва смеркалось, еще было светло.
        - Потому что единственное совпадение заключается в том, что за тем Пустым на остановке гнался я. Думаю, он не предполагал, что я продолжу преследование, когда он скрылся в маршрутке, и пытался добраться до тебя.
        Ева насмешливо подняла брови:
        - То есть, ты думаешь, он даже маршрутку до моей работы запомнил?
        - Если Пустым кто-то управлял, он был не разумнее манекена. И даже спасаясь бегством, выполнял заданную программу. Если у него была необходимость встретить тебя где-то, то он не знал других маршрутов, ему было все равно, а у этого плана был приоритет. Это объясняет и появление их вокруг тебя.
        - Ты говорил, это я открыла порталы.
        Марк кивнул и стряхнул пепел за окно:
        - Когда пропала первая вещь?
        - Я заметила это, когда вернулась домой. Смешно, но я не нашла мыло в мыльнице.
        - Мыло, чашка, листок и Пустой в парке. Это все?
        - Насколько я знаю, да, - подтвердила девушка, не понимая, к чему он клонит. - Еще видела человека-монстра в троллейбусе и слышала мысли жуткой старухи на остановке. Дальше все странности были связаны с тобой.
        Чернорецкий кивнул, принимая все это к сведению.
        - Думаю, я ошибся. В самом начале. Ты открываешь порталы в Пустоту, да. Но они односторонние. По крайней мере, пока. А значит, все Пустые, которые были вокруг тебя - были отправлены за тобой.
        - За мной? Да зачем?
        - Зачем? - с легким удивлением переспросил маг. - Чтобы убить, конечно. С нашей первой встречи, кстати.
        Ева вспомнила то жуткое мгновение, когда летела на проезжую часть. Впечатлений хватило на всю оставшуюся жизнь. И если прошлое перед глазами не промелькнуло, то лишь потому, что все произошло очень быстро.
        - Он мог меня убить, пока держал.
        Марк отрицательно качнул головой:
        - Не успел бы.
        - А в больнице? - почему-то очень хотелось найти какой-то изъян в этой логике, чтобы просто ощутить себя в безопасности.
        - Возле больницы было многовато Пустых, но там был и я.
        - Ты говорил, что они были только появившимися.
        Чернорецкий едва заметно улыбнулся, блекло и нерадостно:
        - Значит, тот, кто их послал был близко.
        Ева покусала костяшку пальца, думая, чем бы еще нарушить эту складную теорию. На ум ничего не приходило, кроме сериалов про зарубежных детективов. Впрочем, это тоже помогло, натолкнуло на стоящую мысль. Мотива-то не было.
        - И какой в этом смысл? - она повернулась к некроманту. - Я не наследница преступного магического синдиката.
        - Нет, - покладисто подтвердил мужчина, - но, как мы только что выяснили, ты наследница старого некромантского рода, а для некоторых это равноценно. Уж поверь мне.
        - И что из того? Я же сама этого не знала.
        - Но кто-то мог знать.
        Теория становилась все убедительнее. Но когда мы боялись доказательств от противного?
        - Ну хорошо, допустим, ты прав. Но зачем кому-то меня убивать, если я даже магией не владею? Даже более того! Я вообще о ее существовании в реальном мире не знала!
        - Ева, не будь наивной. Это может вообще не иметь значения. Да и причины могут быть разные. От банальной мести и борьбы за наследство до крестового похода. Люди умеют удивлять.
        - Нет у меня никакого наследства, - проворчала она, отворачиваясь.
        - И опять-таки, если ты не знаешь о нем, это не значит, что его нет.
        - И что делать? - Ева со вздохом достала из пакета кусок аппетитно пахнувшего пирога и надкусила с горя.
        Марк насмешливо посмотрел на нее и продолжил спокойно вести машину.
        - Сидеть подальше от города и учиться управлять своими Силами. А я попробую узнать, чем там сейчас Вишневские занимаются. Или занимались.
        - А ты думаешь, они тоже все… того?
        - Да ничего я не думаю, - маг сунул в рот сигарету, дым языками тумана поплыл по салону, - просто не знаю, кто и за какие прегрешения, прошлые или настоящие, может их искать.
        - Хм… - Ева вдруг улыбнулась и с прищуром повернулась к Марку. - Чернорецкие?
        Он изогнул бровь:
        - Серьезно?
        - Ну, вот, у Агаты Кристи убийцей обычно был самый неподозрительный персонаж.
        - Тогда я самый нерешительный убийца в истории. Столько возможностей было… А я все жду чего-то.
        - Да. И попутно спасаешь от других убийц, - поцокала языком Ева и вдруг замерла с кусочком пирога в руке. - Подожди… Марк, но ведь, если ты прав, и дело действительно в семье, то мои родные тоже в опасности?
        - Да, это возможно.
        - И ты учел это с самого начала? - поняла Ева.
        - Да. Но за Божену можешь не переживать, она вся пропитана своей защитной магией.
        Марк проснулся еще до рассвета, за окнами дома было темно, лес нависал острыми тенями. Здесь очень не хватало фонарей, которые стояли возле его дома. И окон пошире. Марк потянулся за часами, лежавшими на полу, потревоженный кот мурлыкнул, поднял голову с одеяла. Зеленые призрачные глаза светились, а черная шерсть сливалась с темнотой в комнате.
        - Что ты тут забыл? - шепотом чисто риторически спросил Чернорецкий, застегивая часы. Кот, разумеется, не ответил.
        Марк осторожно встал из-под одеяла, Ева с едва слышным вздохом перевернулась на другой бок, но не проснулась. Кажется, в последнее время ее нервная система совсем утомилась, и сон девушки стал гораздо глубже, практически без сновидений, что влияло и на самого Марка. Он уже так привык настраиваться на ее эмоции, что делал это бессознательно. Очень опасная затея, но слишком велик соблазн.
        Маг бесшумно оделся, забрал с пола телефон и спустился вниз, в кухню. Приготовив кофе, он сел за стол и слегка вздрогнул, когда на соседнем стуле материализовалась Агата. Кот, выполнявший, видимо, роль соглядатая, потому что комнату от неурочного посещения родственников он защитил, вспрыгнул ей на колени и хрипло замурлыкал.
        - Девушка сказала, тебя могут задержать?
        - Не стоит подслушивать все подряд, можно наслушаться глупостей, - некромант сделал глоток кофе, прикрыл глаза, наслаждаясь терпким запахом. - Меня не задержат.
        - Не стоило тебе связываться с Комитетом, - Агата придерживала кота одной рукой, а второй чесала его пушистое горлышко, запустив пальцы в густую шерсть. Кот мурлыкал на всю громкость, вытянув вперед усы и довольно щурясь. - Или думаешь, что это что-то изменит?
        - Не думаю.
        Бледные губы изогнулись усмешкой:
        - Константин тоже так говорил. И тоже думал совершенно иначе. И посмотри, что с ним стало? Она даже не позволила ему быть здесь, среди нас.
        Марк ощутил, как недосып превращается в головную боль от слишком крепкого кофе. Или от общества одной душной старухи.
        - Она не знала.
        - Потому что твой отец тоже избегал традиций. И тоже думал, что это поможет.
        - Наша песня хороша, начинай сначала… - закатил глаза маг. Семейное ворчание до зубовного скрежета напоминало детскую песню без начала и конца.
        - А ты даже слушать не хочешь, - оскорбилась Агата, уделяя все внимание коту. - Хорошо, я не скажу больше не слова. Пока не попросишь. Но не думай, что до тебя никто не пытался избегать брака. Вспомни, сколько нас было. Проклятие очень изобретательно.
        Марк поболтал в чашке остывающий черный напиток:
        - Лучше расскажи мне, что ты знаешь о Вишневских?
        - Вишневских? - удивилась вопросу мертвая. - Я искала их, когда Витя решил жениться. Прошло много времени, страсти остыли, и они могли помочь избавиться от проклятия, но узнала только, что род утратил магию.
        Чернорецкий чуть чашку не уронил себе на колени. А потом вдруг рассмеялся. Призрачная бабушка смотрела на него с аристократическим неодобрением. Впрочем, эта маска давно уже стала ее истинным лицом и не действовала, как полагается.
        - В каком году это было? - поборов смех, уточнил некромант.
        Агата все так же непонимающе смотрела на веселящегося внука:
        - В шестьдесят первом…
        - Ну, Божена… - в сердцах восхитился Марк, смежая веки.
        - Какая Божена, ты о чем?
        - Не важно. Уже не важно, - он отставил чашку и, все еще посмеиваясь, ушел в коридор одеваться. Нужно было ехать в Комитет. - Агата, - негромко позвал бабушку Марк, накидывая пальто, - если бы ты нашла Вишневских, ты сняла бы проклятие?
        Старуха соткалась из утренней темноты гостиной с котом на руках:
        - Конечно. Родовые проклятия вписаны в кровь. Нужно лишь было найти магически активную. К сожалению, оказалось, что поздно.
        - Кровь, говоришь… - задумался маг, припоминая лекции отца.
        В магии крови он разбирался хуже, чем в магии смерти. Чаще всего они даже противоположны, ведь свежая кровь - это сама жизнь. С живой кровью некроманту сложнее работать. Хотя, паре неуемных женщин это не помешало так круто вмешаться в родовую энергетику… Хорошо задумавшись над возникшей задачей, Чернорецкий вышел из дома.
        Агата, почесывая кота, медленно растворилась в воздухе. Но его надрывное мурлыканье еще долго слышалось в опустевшей гостиной.
        Понедельник и пробки давно стали почти синонимами для больших городов. Марк в глубине души порадовался, что его отстранили, а значит, опаздывать можно со спокойным сердцем. Раньше-то опаздывал регулярно, но вот сердце было чуть неспокойным, не на месте слегка.
        Припарковавшись, Марк вышел из машины, прихватив пакет с документами, и увидел, что от служебного входа ему активно машет рукой Грачев. Доктор, запахнувшись в зеленоватую парку, курил возле крылечка с металлической дверью, белый халат мято торчал из-под куртки. Чернорецкий махнул в ответ, что видит его, и направился к медику. Тот уже докурил, бросил затушенный окурок в бетонную мусорку и протянул руку для пожатия.
        - Привет, Марк! А я вот, вышел свежим табачком подышать, не все же в подземельях сидеть, - словно оправдываясь, пояснил Грачев и потянулся за пачкой в карман. - Не ожидал тебя увидеть. Слухи ходят, что отстранили.
        - Отстранили. А не ходят, почему? - светски спросил некромант, закуривая с доктором и опираясь спиной на металлические перила.
        - Да, как сказать, - Андрей поднял руку и потер переносицу под очками пальцами.
        - Да, как есть, - в тон ему предложил некромант, не позволяя сильно отвлечься.
        От Грачева исходил саднящий привкус вины и огорченности. Интересное сочетание, многообещающее. Доктор помялся еще немного, собираясь с мыслями, а потом все же решившись, ответил.
        - Да, глупость какая-то… Помнишь, девчонку ту? В пальто светлом, которая?
        - Помню, конечно.
        Как будто можно такое забыть. По крайней мере, за такой короткий срок.
        - Я все-таки не послушал тебя, приписочку в отчет сделал, что магический отпечаток нашел… Вот, и они нашли. Да только уже след твоей магии. А потом еще Белов забрал все твои дела и на перепроверку отправил. А все после кулончика того. Как рука-то, кстати?
        - Рука на месте… Уже не болит.
        От глупости положения, в котором внезапно оказался, Чернорецкий даже улыбнулся. Всерьез воспринимать творящийся цирк было уже невозможно. Спихнуть на него все, что он сам и пытался объединить в одно дело? Прекрасно, превосходно, восхитительно. Кошмар.
        - Это хорошо. И хорошо, что мы с тобой сейчас встретились. Не стоит тебе в Комитете пока светиться. Сам знаешь, сплетников у нас полно…
        - Семен в восторге, наверное…
        - Семен?
        - Да дежурный, - отмахнулся Марк. Это исключительно мысли вслух. - И кто занимается моей… мм… разработкой?
        - Артем. Под руководством Белова. Не как обычно, а с полным контролем с его стороны, - нехотя признался патологоанатом. И увидев опасно заострившиеся черты лица у эмпата, предостерег: - Маркуша, ты только глупостей не делай, ага? Послушай старого доктора, опасно это. И для здоровья и для репутации. Усугубить, так сказать, можно.
        - Мою репутацию уже ничем не усугубишь…
        Скорее уж она все усугубляла…
        Некромант прожигал взглядом стену соседнего здания за парковкой. Цель не прожигалась, но и от тяжелых дум не отвлекала. Кипящая и ядовитая ярость поднималась из глубины сознания, но затуманивать разум маг ей не дозволял. Наоборот, злость черным контрастом оттеняла мысли, делая их резче, быстрее, давала уловить малейшие детали. Маг медленно затянулся дымом, уходя в полутранс. Перебирая сейчас в памяти материалы, над которыми работал совсем недавно, Чернорецкий пытался проследить, как именно можно связать это с ним. И логика подсказывала, что вполне легко и непринужденно. Он был некромантом, довольно легко работал с Пустотой, работал в Комитете и имел ниточки к лабораториям и материалам, а еще имел прямую связь с тремя спорными делами… Убийство Пустого на остановке, иссушенный труп Пустого в парке и история с амулетом и порталом. Да, он идеально укладывался в схему, которую сам же и искал все это время. За исключением одного маленького нюанса. Вернее, двух, если все же вспомнить, что он не виновен.
        В любом случае, кроме разрозненных фактов и догадок, что это он, у Комитета ничего не было. И они не вызовут его, пока не нароют чего-то посерьезнее. И даже тогда постараются действовать осторожно. А то ведь репутация…
        - Поезжай-ка лучше домой, - ласково посоветовал Андрей. - Повторюсь, не к добру тебе сейчас тут появляться, только слухов больше станет. А это и на факты может повлиять…
        Чернорецкий кивнул. Совет хороший. Мать лучше вытащить куда-нибудь или к ней домой съездить.
        - А ты почему так уверен, что я не виновен? - саркастично усмехнулся Марк.
        Грачев дернул плечами, что смотрелось комично и угловато в объемной куртке:
        - Знаю.
        - И откуда же? - с темным оттеночком вкрадчиво уточнил Чернорецкий.
        От доктора оттеночек не укрылся, и он повернулся, прямо глядя в глаза некроманта:
        - Обижаешь, Марк. Мне на старость лет совершенно неинтересно нагружать себя работой.
        Парень коротко рассмеялся, оценив иронию. Действительно. Сначала убей, потом вскрой и отчет напиши… Да и человеком Грачев был наредкость ценящим жизнь. Как свою, так и окружающих. И некромантом, несмотря на профессию, не являлся, так что даже соблазна использовать ценный ресурс в виде энергии смерти не было.
        - Извини. Привычка, - смягчился Чернорецкий, докуривая. Андрей медленно понимающе кивнул. - Поеду я. Если что, звони.
        - И ты звони, если что, - правильно уловил намек патологоанатом. - И желательно один не оставайся. Для алиби, а то мало ли чего.
        - Я не остаюсь, - подумав о Еве, Марк улыбнулся. Пожалуй, им обоим очень повезло познакомиться.
        Распрощавшись с Грачевым, Марк вернулся в машину и позвонил Камилле. Она сама спустилась на парковку и забрала документы.
        - Нашел что-нибудь?
        Выглядела колдунья безумно уставшей. И скорее всего, в этой усталости не малую роль сыграл бедовый сын. Камилла лишь отчасти смогла узнать что-то о расследовании, велось оно тихо и тайно, тут даже связи и работа в Комитете не помогали.
        - Нет, все это сказки и фантазии. Я уверен, что ни у одного из этих магов не получилось воспользоваться порталом, не говоря уже о том, чтобы выкачать какую-то энергию из Пустоты.
        Камилла достала из пакета и пролистала папки.
        - А дело Константина?
        - Я оставлю его ненадолго у себя. Сейчас как раз разбираю его записи в кабинете. Думаю, его интерес к Пустоте был связан исключительно с проклятием и возможностью его замедлить или снять.
        Колдунья убрала пачку папок обратно и прикусила губу.
        - Марк… Если кто-то узнает, что материалы у тебя, могут неправильно понять. И учитывая, что ты оказался под подозрением, у архива могут запросить эти бумаги.
        Чернорецкий поморщился.
        - Не драматизируй.
        - Я не драматизирую. Просто я уже видела, к чему может привести подобная легкомысленность.
        - Ты забываешь одну очень важную деталь. Я ничего этого не делал, - холодно и раздельно напомнил Марк. - А отца подвело не легкомыслие, а чрезмерное доверие.
        - Я поступила правильно и своего решения не стыжусь, - непримиримо подчеркнула колдунья. - Законы едины для всех магов.
        - А что там полагается за кражу документов из архива и за подлог результатов магического теста?
        Камилла ахнула от досады:
        - Я сделала это ради тебя! И ты смеешь мне что-то говорить об этом?
        Парень равнодушно пожал плечами:
        - Что и требовалось доказать. Предлагаю на этом закончить, или мы, то есть ты, опять со мной разругаешься.
        Она шумно выдохнула, стараясь взять себя в руки и действительно не начать ругаться с сыном. С каждым годом общение все труднее давалось им, они существовали будто даже не в разных системах ценностей, а в разных мирах. Ее влиянию Марк поддавался слабо и, кажется, даже не замечал, всегда поступая по-своему. Ругаться с ним тоже было бесполезно. Будучи эмпатом, он просто либо отсекал собственные эмоции, либо влиял на нее. И как только появилась возможность, съехал в собственный дом, сведя к минимуму их общение. Иногда Камилла ловила себя на мысли, что ей очень сложно воспринимать его как сына, слишком большая пропасть была между ними.
        - Как успехи с порталами в Пустоту? - нервно сменила тему брюнетка.
        - Ошеломительные, - фыркнул маг. - Ева еще ни одного не открыла. Агата от нее в восторге.
        - В смысле? - она даже развернулась на сидении. - Ты, что, привез ее в дом Чернорецких?!
        - Я ведь говорил, что разбираю бумаги отца. Ева мне очень помогает. В основном, не сойти с ума от Чернорецких.
        - Марк, это уже далеко заходит. Избавься от этой девушки! У тебя проблем по горло. Я не хочу сходить с ума еще и из-за вашего проклятия!
        - Так не сходи, - резонно разрешил некромант. - А Ева сейчас - единственное доказательство моей невиновности. Ее стоит придержать рядом хотя бы за это.
        - Мы не знаем, откуда она вообще такая появилась. Я так и не нашла ничего на ее семью.
        - Ах да, точно. Совсем забыл со всем этим безумием…
        В декабре световой день короткий, к трем часам за окном уже начало смеркаться. Ева отложила книгу, которую читала, на покрывало и потерла уставшие глаза. Темную комнату быстро окутывали сумерки. Тишина и тепло дома действовали как снотворное. Девушка потянулась, зевая, и прилегла на подушки пониже, перебарывая сонливость. Серовато-белое, будто тоже покрытое сугробами, небо заглядывало в окно.
        Сегодня она снова созванивалась с мамой. Та уже была в курсе посещения Божены и ругалась, что не заехали к ней. Конечно, магических подробностей родительница не знала, но хитрая бабуля, видимо, решила действовать старым проверенным способом по отваживанию магов из своей семьи, и теперь мама с нетерпением ждала Еву с Марком на ковер. То есть, естественно, на чай. Но она второго такого чаепития не переживет. Да и зачем? Марк в ее жизни не задержится надолго, ни к чему лишние треволнения для мамы. Ей-то он точно понравится: красивый, успешный, уверенный в себе и чертовски располагающий. В общем, идеальный кандидат в мужья. Мама иллюзий настроит и начнет спрашивать о серьезности отношений. А стоит сказать: «Мама, мы всего лишь друзья», она только упрекнет, какая у нее нерасторопная дочь и надает советов. Не объяснишь же ей всего… Почему-то стало грустно и горько, будто иллюзий уже настроила она сама. Ева прикусила губу, продолжая смотреть в окно.
        - Отличное начало, кажется, пора заканчивать…/*Fleur/ - пробормотала девушка сама себе. Не хватало еще влюбиться в самого ветреного мага города.
        Привлеченный звуком ее голоса, на покрывало с пола тяжело вспрыгнул кот. Хрипло мяукнул и, щуря светло-зеленые глаза, начал топтать пушистыми передними лапами мягкое покрывало, запуская когти, громко сыто замурчал. Ева повернулась к коту, подложив ладонь под щеку. Красивый котище. И кормить не надо. И углы не метит. Рассмеявшись над собственными глупыми мыслями, девушка протянула к коту ладонь, Шаттен вытянул шею, принюхиваясь к пальцам, пропахшим старой бумагой. Но и не погладишь… Опять загрустив, Ева подалась рукой чуть вперед, кончиком пальца ткнув кота в сахарно крупитчатый черный носик, ожидая, что он дымом рассеется в воздухе. Но… ощутила лишь касание мокрого кошачьего носа. Шаттен оскорбился шуткой до глубины призрачной души, фыркнул, растопырив усы и тяжело спрыгнул на пол, оставив смятое покрывало. Ева проводила кота ошеломленным взглядом. Тот, ковыляя и дергая кисточкой хвоста, запросто прошел сквозь стену, хотя открытая дверь была рядом. Насколько же плотными здесь могут быть призраки?!
        С улицы вдруг донесся звук быстро подъезжающей машины, отвлекая ее от размышлений о неглаженном коте. Наверное, Марк вернулся. И похоже, не в духе. Ева опустила с кровати ноги, залезла в тапочки и, взяв с пола чашку из-под чая, спустилась вниз. Еще на лестнице она увидела, что машина - другая. Светлый внедорожник или паркетник, из-за разросшихся веток сирени было плоховато видно, почти влетел носом в сугробы у забора и остановился. Водитель, кем бы он ни был, выскочил из машины, раздраженно хлопнув дверью, и направился к дому. Еву сковал безотчетный страх. Она прижалась спиной к стене и медленно-медленно, на ослабевших ногах, подалась наверх, обратно в комнату. Раздался второй хлопок - глухой и мягкий. Дверь в комнату закрылась. Путь к отступлению отрезали призраки. Ева очнулась и чувствуя, как ее начинает колотить дрожь, спустилась в гостиную. Двери в библиотеку и кабинет были открыты. Сжимая в руках пустую чашку, до которой уже и дела не было, Ева мышкой нырнула в библиотеку. Сквозь тонкий тюль на окнах было видно, как незваный гость лезет через сугробы по пояс к дому.
        Ева скользнула в кабинет и села под стол, прислушиваясь к звенящей тишине. Едва слышна была бормочущая ругань незнакомца, шуршал снег. Легкий стук по оконному стеклу в гостиной. Девушка сжалась в комок под письменным столом. Спроси ее сейчас - чего она так испугалась, она бы не ответила. Ужас завладел ею на грани инстинктов, неосознанный, но настолько сильный и живой, что превратил ее в комок нервов и ощущений. Она просто знала, что незнакомец принес с собой опасность. Его раздражение, готовность к схватке, чувствовалась сквозь стены. И вся надежда была, что эти стены, кроме эмоций и звуков, не пропустят ничего больше.
        - Эй, есть кто-нибудь?! - раздался с улицы крик.
        Голос показался смутно знакомым и звучал ближе. Снег зашуршал иначе, вдоль дома, мужчина начал обходить здание по кругу, и скоро мог оказаться возле окон кабинета.
        Ева бесшумно и быстро выползла из своего укрытия и юркнула обратно в библиотеку, пока он не заметил ее в окна. Библиотека состояла сплошь из книжных полок, была темной без света, и там стояли два старых больших кресла, за которыми тоже можно спрятаться в углу. Затихарившись там, девушка рассеянно отметила, что дом будто бы тоже замер и затих. Дверь в кабинет осталась открытой, и Ева слышала, как незнакомец останавливается у окон, пытается заглянуть.
        Она потянулась к карману джинс и вытащила телефон. Переведя звонок в беззвучный режим, набрала Чернорецкого. Он ответил сразу, в трубке слышался монотонный гул дороги. Значит, он уже на трассе.
        - Марк, кто-то пытается проникнуть в дом, - тихо сообщила Ева.
        - Я буду через десять минут, - голос заледенел, шорох усилился. - В дом невозможно попасть без приглашения, не бойся.
        Связь прервалась, маг не стал терять времени на разговоры. И кто бы сейчас ни ходил вокруг дома, его стало даже жаль. Ева сжала в ладонях телефон и откинулась спиной на угол стен. За креслом пахло пылью и старой бумагой.
        Марк не доехал, практически долетел, до старого дома. Еще издалека он узнал припаркованную в сугроб машину, и от ярости чуть не расплавил пальцами руль, сжав его слишком сильно. Подавив желание просто врезаться в бампер фольксвагена, Марк объехал его и затормозил. Машину слегка развернуло, заднее крыло влетело в подмерзлый сугроб, взметнув волну снега и кусков наста. На крышу и капот посыпались белые куски. Выскочив из ауди, Марк с силой захлопнул дверь и сбежал вниз к двору дома. Вдоль фасада неурочным гостем была пропахана целая колея в снегу.
        - Какого хрена ты тут забыл, ублюдок?! - выплюнул некромант, подходя к дому.
        Артем уже шел вдоль дома обратно, тяжело утопая в осыпавшемся снегу. Марк ни помогать, ни идти навстречу не собирался, дожидаясь бывшего напарника на чистом пятачке двора.
        - Да вот, навестить решил, спросить, как дела, - опасно улыбнулся Снегирев, высоко перешагивая снег.
        - Отлично у меня дела. Выметайся отсюда! Как ты вообще сюда попал?
        Артем приближался, продолжая улыбаться, а глаза были сосредоточенные, холодные. На неприязнь темного мага он отвечал настороженностью. Марк явно помешал ему, Снегирев попытался бы проникнуть в дом, это точно. То, что у него не получилось бы - вопрос другой.
        - Меня сюда Комитет отправил, - задушевно пояснил Снегирев. - В этом районе нечисть заметили, я лишь приехал проверить.
        - В моем доме? - резко бросил некромант, не желая играть в эти игры. - Единственная нечисть здесь - ты!
        - Ну что же ты так, Марк. Не рад меня видеть? Я всего лишь делаю свою работу, сам знаешь.
        Выходя, наконец, из снежного плена, Артем разминал ладонь, на всякий случай готовясь выставить магический щит. Марк насмешливо и зло перевел взгляд на его руку, не сдвигаясь с места.
        - Район осматривай. Делай свою работу, - издевательски разрешил Чернорецкий. - Только в дом мой не лезь!
        - Ну, - тяжело выдохнул Артем, вставая перед ним. - Я ведь Ищейка, на страже Пустоты, и о тебе тоже забочусь. Давай вместе дом осмотрим, и я напишу в рапорте, что все спокойно, территория чиста.
        - Убирайся вон, - раздельно ответил маг, в глазах проявилась магическая зелень.
        Светлый чуть поднял руку, по перчатке скользнула зеленоватая искра.
        - Не думаю, что тебя стоит усугублять свое положение, Марк, - улыбка стала более развязной и нервной.
        - Не думаю, что не смогу уделать тебя без магии, Тем, - передразнил его тон Чернорецкий и резко подался вперед, четким хуком справа ломая нос бывшему напарнику.
        Артем ощутимо покачнулся, но не упал, все-таки парнем он был тоже крепким. Не бокс, конечно, как у Марка, но тяжелая атлетика, как суровая необходимость. Алая кровь окропила белый чистый наст, Снегирев закрыл лицо ладонью в перчатке, прижимая к носу.
        - Ублюдок! Чо ты там прячешь, урод? - Артем выпрямился и отошел на шаг. Второй раз давать фору некроманту он не собирался. - Где девчонка?
        - Тебя не касается, - почти спокойно просветил Чернорецкий, разжимая ладонь. Полегчало-то как. Так давно хотелось вправить ему если не мозги, то хотя бы нос… - Убирайся.
        - Ну же, Марк, - подначил Артем, фыркая носом и вытирая кровь, - чистосердечное облегчает совесть и судебный процесс. Я же сюда со всем Комитетом вернусь, твой проклятый дом по камню разнесут. Хуже будет. Что ты с девушкой сделал? Где она?
        Чернорецкий изогнул бровь, окончательно успокоившись и сунув руки в карманы. Снегирев продолжал смотреть на него, как на жирную гадюку. Эмоции при этом испытывал такие же. Ровный фон, которым он прикрывался раньше слетел безвозвратно с ударом.
        - Какое чистосердечное? Ты о чем?
        - Да не виляй уже, Чернорецкий, мы же здесь вдвоем, никого нет, можно поговорить начистоту.
        Марк тяжело вздохнул: чаепитие у Божены задало странный тон начавшейся неделе. Уже второй раз он чувствовал себя дураком, не понимающим вообще, что происходит.
        - Что ж, давай начистоту. Зачем ты приехал?
        - А сам не догадываешься?!
        Марк прищурился:
        - Да я пытаюсь. Но что-то не получается.
        Артем посмотрел на него несколько долгих мгновений, оценивая обманчиво расслабленную позу. Но бежать или нападать некромант, кажется, не собирался. Светлый маг зачерпнул снега ладонью и растер перчатками, смывая кровь.
        - Где Ева? - без обиняков серьезно спросил Снегирев. С таким выражением, будто от этого чья-то жизнь зависела.
        Очередной замкнутый круг начинал надоедать и раздражать. Марк подавил желание призвать родовую защитную магию и досчитал до десяти.
        - Или ты сейчас мне говоришь, зачем тебе Ева, или я просто вышвырну тебя отсюда так далеко, насколько защитной магии дома хватит.
        Постановка вопроса Артема немного озадачила, но с мысли не сбила:
        - Комитет уже в курсе твоих дел, Чернорецкий. И про Пустых, и про девушку в парке. Что ты сделал с Евой? Она еще жива?
        Задавая вопросы, бывший напарник снова начал источать готовность к противостоянию, он непроизвольно сжал кулаки, по перчаткам засновали мельчайшие разряды магии. Светлый готов был или мгновенно призвать оружие или просто ударить магией, даже не взирая на защиту двора. Но с каждый новым вопросом брови Марка все удивленнее тянулись вверх. До него дошла вся комичность ситуации.
        - Так, ты работаешь на Комитет? - понимающе и насмешливо спросил Чернорецкий.
        Снегирев огрызнулся:
        - Уже пять лет, тебе ли не знать!
        - Мм… - задумчиво кивнул Марк. - И ты приехал сейчас меня с поличным брать? Ну, то есть, искать это поличное, пока я в городе?
        - Именно так, - подтвердил парень, в руке материализовался табельный пистолет. Пока он не угрожал открыто, да и на предупредительный в воздух рассчитывать еще было можно. - Белову доложили, что видели тебя на парковке. Грех было терять время.
        - Очень разумно, - похвалил некромант, вытаскивая из кармана пальто телефон. - И вот, знаешь, какая штука? Я ведь тоже на Комитет работал все это время, - он нажал на последний вызов, включив громкую связь, девушка ответила быстро и испуганно. - Ева, выйди, пожалуйста, в коридор дома и открой дверь, но не выходи за порог.
        Артем вскользь посмотрел на телефон в руках потенциального преступника. В доме послышался звук захлопнувшейся внутренней двери, затем открылась входная деревянная дверь. Ева стояла за порогом с телефоном. Живая, здоровая, в розовых тапках и в тонком кардигане. Она поежилась и посмотрела на стоявших поодаль, возле ворот, парней. В сумерках она не заметила пистолета в руках Артема, подслеповато прищурилась, разглядывая Снегирева. За ее спиной включился свет, освещая коридор, длинную полоску снега на улице и магов.
        - Привет, - неуверенно произнесла она, обнимая себя за плечи. - Артем? Так это ты у дома ходил?
        - Спасать тебя приехал, - кивнул на бывшего напарника Марк.
        - От чего? - удивилась девушка, переводя взгляд на светлого.
        - От меня, судя по всему, - просветил некромант и хмуро посмотрел на Артема. - Только давай без теорий заговора, мы с ней, конечно, заодно, но к преступлениям отношения не имеем.
        - И ты хочешь, чтобы я поверил?
        - Да мне все равно, - честно признался Марк, делая шаг к дому. - Вызывайте повесткой, там и поговорим.
        Артем больше не представлял угрозы. Все, что он делал и говорил, вполне вписывалось в дурацкую схему того, что он с самого начала его собственного расследования подозревал Чернорецкого в бог весть чем. А может, еще раньше следить начал. По заданию того же Белова, мечтавшего из темного мага человека сделать. Сложно сказать теперь. Но проверить все равно стоило. Марк набрал номер из списка и дождался ответа. - Станислав Анатольевич? Это Вы ко мне Снегирева послали?
        Белов сначала уточнил, все ли в порядке, потом вздохнул потяжелее и признался, что парень сам вызвался. Пришлось пойти навстречу, выдать артефакт для нахождения скрытых путей… Что нужно было проверить, дело опасное… Много еще чего сказал. И попросил заехать завтра к нему лично. На том и распрощались.
        Марк перешагнул порог, в ответ на вопросительно-обескураженный взгляд Евы коротко поцеловал ее в макушку и потянул в дом. Что там будет на улице делать Снегирев, его абсолютно не интересовало. Пусть светлый был настолько глуп, чтобы приехать сюда в одиночку, но все-таки в дом даже не попытается забраться. Какой-никакой, а сенсор, должен ощущать концентрацию старой некромантии в стенах. Закрыв внутреннюю дверь, Чернорецкий услышал, как туарег заводится и разворачивается.
        - Что ты имел в виду, когда сказал, что он приехал меня спасать? - спросила Ева, зябко поводя плечами. Она смотрела в окно, как Артем уезжает.
        - Я сегодня поговорил с Грачевым, это наш… доктор, - Марк разулся, повесил пальто на вешалку и подошел к ней сзади, обнимая. - Он сказал, что мой начальник начал расследование против меня. Они всерьез считают, что ту девушку в парке убил я.
        - Но ведь мы тогда…
        - Да, прекрасно провели время. Но кроме нас этого никто не знает, и Комитет считает, что это я перепутал ее с тобой, и моей настоящей целью была ты, - последние слова он сказал как можно кровожаднее, резко крепко сжимая ее и впиваясь пальцами в ребра, щекоча.
        Ева взвизгнула от неожиданности и расхохоталась, сгибаясь пополам. Щекотки она боялась с детства. Это была худшая пытка со стороны старшей сестры. Некромант, правда, просто пошутил и отпустил ее быстро, просто прижимая к своей груди.
        Ева отдышалась и прикусила губу, задумавшись. Короткое веселье прошло слишком быстро, отголоски нерадостных мыслей Чернорецкого касались сознания. Наверное, сейчас он забыл, что она тоже эмпат, раз дал себе возможность расслабиться и потревожить свою обычную безмятежность. А может, просто не стал скрывать.
        - Это и есть то убийство, про которое говорил Олег?
        - Да.
        - И это еще не все? - поняла девушка.
        - Нет, - в его голосе мелькнула улыбка. - Думаю, они пришли к выводу, что и Пустые - мои.
        - Кошмар какой. А какая хорошая новость? - без особой надежды пошутила Ева.
        - Хорошая? - Марк перебрал возможные варианты. - Знаешь, их целых две. Во-первых, я теперь знаю, что могу доверять еще одному человеку из Комитета. Настоящие-то злодеи не суются в одиночку в логово к некромантам. А во-вторых, вчера в кабинете я нашел бутылку чудесного вина. И если ты меня поцелуешь, я, может быть, с тобой поделюсь.
        Ева повернулась, оценивая выгоду предложения. Зеленые глаза мага светились лукавым самодовольством. Девушка помедлила, потом скрестила на груди руки, так и этак наклонила голову, рассматривая купца.
        - Ну… - неуверенно произнесла она наконец. - Может быть… Но только если вино действительно хорошее.
        Хмыкнув, маг за руку потянул девушку в кухню. Поужинать они решили в гостиной, на кабинет уже смотреть не хотелось, тем более, завалы из бумаг хоть и уменьшились, но не исчезли.
        Разогрев магией ужин, Марк передал Еве тарелки и столовые приборы, а сам, пока она ставила их на стол, накрытый скатертью, откупорил бутылку вина и взял пару бокалов из шкафа. Ева ткнула вилкой кусочек свежего помидора, отправила в рот и села к столу, подтягивая ближе тяжелое кресло. Марк поставил перед ней высокий прозрачный бокал, и наполнил темно-красной ароматной жидкостью. Затем налил вина себе и сел рядом на соседнее кресло.
        Ева взяла бокал за тонкую ножку и принюхалась. Пахло… вином. Некромант иронично за ней наблюдал. Девушка пригубила напиток и отставила к тарелке. Улыбка мага стала шире.
        - И как вино?
        - Ничего особенного, - пожала она плечами, прекрасно зная, к чему клонит хитрый парень.
        Он покачал головой и подался вперед, забирая ее бокал:
        - Нет, ты просто все неправильно делаешь.
        Теперь иронично наблюдала Ева. Чернорецкий поднялся со своего кресла и встал рядом с девушкой, наклоняясь к ней ближе. Марк поднял бокал так, чтобы свет от одной из ламп высветил рубиновой искрой темный напиток прямо перед ними.
        - Видишь, - вкрадчивым, ласкающим тоном обратился к ней некромант, - вино прозрачное, цвет насыщенный, благородный. Теперь нужно дать ему подышать, напитаться воздухом, чтобы лучше раскрылся аромат, - Марк медленно повращал бокал, окрашивая тонкие стенки сосуда рубиновыми волнами, и поднес к ее губам, едва-едва касаясь розоватой кожи. - Чувствуешь, как оно пахнет? Черносливом, цветами, летним теплым вечером. И когда задержишь глоток на языке, - убаюкивая голосом, маг наклонил бокал, давая Еве возможность сделать глоток. - Медленно досчитай до трех, покатай вино на языке, согревая и давая полностью раскрыться нотам.
        Тихо отсчитывая за нее, он отставил бокал на стол и пальцами приподнял ее подбородок, поворачивая к себе. И когда она медленно проглотила вино, наклонился к ней и замер над самыми губами.
        - Что ты чувствуешь теперь?
        Она вздохнула, ощущая, как от вина и близости мага кружится голова. Вино действительно было чудесным, ароматным, мягким. Но явно проигрывало по крепости Чернорецкому.
        - Я чувствую привкус подлого обмана, - шепотом подловила Ева.
        Марк тихонько рассмеялся, выглядел он абсолютно довольным.
        - Я коварен, - прищурился маг и поцеловал ее, мягко придерживая за затылок. Неспешно, сладко и чувственно, будто тоже дегустировал. И когда в последний раз скользнул дыханием по ее губам и отстранился, добавил: - Я ведь говорил, очень хорошее вино… И прекрасный аперитив.
        С улыбкой Марк сел обратно на свое кресло и взял со скатерти вилку. Ева последовала его примеру, выпрямляясь перед столом и подтягивая ближе тарелку. На губах все еще чувствовался след его поцелуя, вкус его поцелуя и оттенок вина. Как же, как этого будет не хватать потом. Девушка улыбнулась, приступая к ужину.
        - Так, как прошел твой день? - спросил Марк, собирая вилкой салат.
        Ева прожевала кусочек мяса, раздумывая, как же он прошел.
        - Знаешь, все было довольно скучно и тихо, пока Артем не появился. Я позвонила маме, читала книгу, потом кот пришел. О, кстати! - Ева оживилась. - Представляешь, сегодня он не исчез, когда я дотронулась до него. Он был как настоящий. Ну, в том смысле, что у него была… плотность? Как это возможно? Он же призрак.
        - Плотность? - заинтересовался маг. - Любопытно. При определенных условиях призраки этого дома могут становиться материальнее. Но прикоснуться могут только ко мне, потому что я связан с домом. Возможно, в твоем энергетическом фоне осталось немного моей магии после сеанса занимательной некромантии.
        - То есть, чисто гипотетически, твоя бабуля тоже может ко мне прикоснуться?
        - Чисто гипотетически. И только, если сама захочешь с ней теснее пообщаться. Если вообще Сил хватит на поддержание ее «плотности». Кот маленький, привязан к дому, как часть интерьера, и подпитывается от него. И думаю, ты сама к нему потянулась?
        - Красивенный котище, - кивнула она. - Руки сами тянутся.
        - Да, красивый. Агата его обожала, кота ей тоже Александр подарил. Шаттен вообще в призрачном состоянии уже дольше находится, чем в живом.
        - Ну, это лучше, чем если бы из него чучело сделали.
        Марк не сдержал немного нервного смешка:
        - Не знаю, что в данном случае лучше, а что смотрится более жутко. С нормальной точки зрения…
        Ева сделала глоток вина и нахмурилась. От кота мысли плавно вернулись к внезапному вторжению. Чернорецкий перемену настроения уловил мгновенно и с тактичным вниманием повернулся к ней, ожидая, что она скажет. Ева встретилась с ним взглядом.
        - Ева? - подтолкнул он.
        Она тряхнула головой, отгоняя лишние мысли.
        - Я почему-то ужасно испугалась, когда приехал Артем. Сейчас даже не могу понять, что меня так напугало. Но в тот момент мне казалось, что…
        Она не договорила и отставила бокал обратно на стол. Пережитые эмоции липко и вяжуще нахлынули снова. Ей не нужно было облекать их в форму слов или разговоров, Марк вполне мог прочувствовать все, что она испытала. К этому невозможно привыкнуть, что кто-то постоянно знает, что ты чувствуешь и даже думаешь. И пусть воспоминание уже притупило чувство, оно все еще неприятно будоражило.
        Чернорецкий сочувственно дотронулся пальцами до ее виска, убрал за ухо каштановый локон.
        - Это все отголоски моей магии, Ева. Ты оказалась временно связана с домом, но связь слишком слабая и непрочная, поэтому ты так некорректно отреагировала на потревоженные защитные чары. Обычно они просто предупреждают, что кто-то проник за защитный круг. Кроме того, ты была здесь одна. А я обещал, что никто сюда не доберется. Любой бы испугался.
        - А как он смог найти дом? - спохватилась девушка. Ведь действительно обещал.
        Марк вернулся к прерванному ужину:
        - В Комитете знают, что этот дом в моей собственности, да я и не скрывал. Поэтому найти его, используя направляющие амулеты Комитета не сложно. А вот войти без приглашения сюда не смогут даже Ищейки Комитета. Ни войти, ни сделать что-то с домом. Поэтому здесь безопаснее всего.
        - А что будет, если кто-то попытается войти без приглашения?
        Чернорецкий нехорошо улыбнулся:
        - Скажем так, некромантия, охраняющая дом, станет только сильнее. Все, что здесь умирает, делает ее сильнее.
        Вилка, которую Ева только подняла, благополучно отправилась на край тарелки.
        - И когда ты говорил переступить мне порог…
        - То я тебя приглашал. Ничего страшного бы не случилось, просто рассеялась бы иллюзия. Такой фокус испортила!
        - А если бы там на самом деле был гнилой пол? - с сомнением изогнула бровь Ева.
        - Это невозможно, пока я жив.
        - А потом дом сложится, как карточный?
        - Примерно так, - усмехнулся Марк, разрезая мясо. На его аппетит мрачность разговора не влияла. - Родовая магия некромантов становится сильнее с каждой смертью, но угасает со смертью последнего. Кстати, о родственниках… Я сегодня виделся с Камиллой, отдал ей дела фанатиков обратно. Заодно попросил узнать, кто сейчас жив из Вишневских, и чем занимаются. Хочу проверить, не связан ли кто-то из них с Комитетом.
        - Надеюсь, ты не говорил ей о моем родстве с семьей, проклявшей вас? Она и так меня ненавидит.
        - Не говорил. Об этом вообще лучше не распространяться, тут Божена права. Но Камилла тебя не ненавидит, - равнодушно разуверил маг, - она со всеми такая.
        - Ты просто не слышал, как она выпытывала у меня, какие между нами отношения.
        - Могу представить. Все же, я знаю ее немного дольше, чем ты. Что до отношений… Так бы и сказала - близкие.
        - Вот, еще дразнить ее не хватало! Тогда она вообще не выпустила бы меня из кабинета. Я честно сказала, что никаких, но даже при этом прослушала лекцию о том, что и заводить их не стоит. Дважды.
        Чернорецкий рассмеялся:
        - Знаю. Она просто чересчур переживает о проклятии и боится, что я все-таки передумаю и на ком-нибудь женюсь. И совершенно не понимает, что это только мое дело.
        - Ну, то, что она переживает за тебя, я ее могу понять, - признала Ева, делая глоток вина и оставляя бокал в руках.
        - Да я тоже понимаю, просто инициативность не поддерживаю.
        - А вообще, ты прав, - девушка задумчиво поболтала остатки вина. - Божена со своей заботой мне свадьбу сорвала, оказывается.
        - Хм… Не замечал за Олегом подобных наклонностей, но бабуля-то еще ого-го, оказывается, - прищелкнул языком Чернорецкий.
        - Что? - вскинула голову Ева и рассмеялась, когда смысл высказывания до нее дошел. Она же говорила, что у Олега другая появилась. - Нет, не в том смысле. Божена через знакомых в Комитете на него надавила, что девушка без магии ему не пара.
        - Какая ирония, - смешливо промурлыкал некромант, заканчивая ужин и бросая скомканную салфетку в тарелку. - Девушка без магии. Впрочем, не факт, что девушка с проклятием ему подошла бы больше.
        - Кто бы говорил…
        - Да, у меня богатый опыт в проклятиях, - спокойно похвалился маг.
        - В любом случае, Олег виноват не меньше, чем Божена. Смелости честно признаться ему все равно не хватило, - отмахнулась Ева. Ситуация уже не задевала ее, только смешила и надоедала. - А бабушка, кстати, продолжает вмешиваться. Она уже нажаловалась маме на наш приезд.
        - Ммм… Хочешь познакомить меня с родителями?
        - Нет уж, - поспешно отказалась Ева от предложения. - С родителями теперь знакомить буду только после свадьбы.
        - Жаль, такие милые люди… - притворно посетовал Марк.
        - А ты откуда знаешь?
        - Заехал к ним после встречи с Камиллой. К сестре твоей тоже.
        - И что там?
        - Ничего подозрительного. Что тоже подозрительно. Оставил там пару заклятий поблизости. Если появится маг или Пустой, я об этом узнаю, а магия не подпустит близко.
        Ева помолчала, не зная, как расценивать ситуацию. Ведь не могла же опасность грозить ей одной. Или просто неизвестный злоумышленник, в существование которого так верит Марк, на время решил скрыться? А может, просто больше нет никакой опасности? Так много вопросов, так мало ответов…
        - Спасибо, - признательно произнесла Ева и встала, собирая со стола тарелки.
        Марк закупорил остатки вина, отнес его в холодильник. Ева сполоснула посуду, расставила ее на сушилке и отправилась в ванну, оставляя Чернорецкого в одиночестве. Которое, впрочем, не продлилось слишком долго.
        - Так значит, она из Вишневских? - голос Агаты за спиной доброго не сулил.
        Марк устало прикрыл глаза, злясь на себя, что вовремя не прикрыл рот. Ни на минуту нельзя забывать, что у этих стен есть уши, за исключением пары комнат. Он спокойно повернулся. Полупрозрачная Агата стояла прямо за порогом спальни. Войти внутрь она теперь не могла, натыкаясь на невидимую стену защиты, но ее вполне устраивало, что ее и из-за порога прекрасно слышно.
        - Допустим…
        Когда Ева вернулась, завернутая в большое белое полотенце, Марк сидел в кресле, листая какой-то мрачный фолиант с пожелтевшими страницами и жутковатого вида рисунками. Заметив девушку, он отложил так и раскрытую книгу на край стола и с интересом пробежался взглядом по ее фигуре, скрытой махровой тканью.
        - Я забыла чистую футболку, - объяснила она немного смущенно, вешая одежду, которую держала в руках, на спинку стула возле комода.
        - Это ты ее очень удачно забыла, - похвалил Марк, вставая с кресла и приближаясь.
        Захлопнув оставшуюся открытой дверь, отсекая от комнаты весь остальной дом, Марк привлек Еву к себе и с осторожностью усадил на широкий комод. Погладил кончиками пальцев по лицу, как будто хотел запомнить ее черты, темные дрожащие ресницы, бледно-розовые чувственные губы. И медленно, нарочито неспешно, по шее опустился к ключицам и ниже, развернул края полотенца, отпуская их и любуясь нежной светлой кожей, высокой мягкой грудью, мурашками, которые рождало даже не прикосновение, просто ожидание этого прикосновения. Настолько чуткая связь, что почти страшно утонуть глубже. Но и противиться этому желанию не имело смысла. Девушка тихо вздохнула, кожей ощущая этот взгляд и все его мысли. И когда встретилась взглядом с лучистыми зелеными глазами, слишком внимательными и лукавыми, скулы опять тронула краска. Снова как школьница перед старшеклассником…
        Некромант слабо улыбнулся, уловив ее смущение, и, положив ладони с обеих сторон от нее, наклонился над чуть влажным после ванны плечом. Высоко заколотые волосы немного растрепались, и сейчас несколько локонов, потемневших от воды, повторяли мягкий изгиб, соблазняя коснуться, убрать. Марк наклонился еще ближе, вдыхая сладковато-свежий запах ее тела и языком касаясь впадинки у ключицы, а пальцами - ее бедер. Ева вздрогнула, чуть подаваясь вперед, прижимаясь к его рубашке, от холода и теплых прикосновений острые иголочки обожгли спину и грудь, передаваясь и ему. Марк немного повернулся и поцелуем поймал ее губы, собственным желанием сводя с ума на короткий миг. Ева обняла его за шею и притянула еще ближе, забирая тепло и дрожа от прохлады комнаты и эмоций. Марк приподнял ее на секунду, белье вместе с полотенцем соскользнуло на пол с лакированной поверхности, оставляя ее полностью обнаженной. Внутренней стороны бедра дразняще и жарко коснулась его ладонь, а шеи - очередной соблазнительный поцелуй. Маг крепко прижал к себе девушку и перенес на кровать.
        - Мне придется оставить тебя на минуту, - прошептал он, прикусывая тонкую кожу на горле. - Не начинай без меня.
        Ева слабо рассмеялась, закрывая глаза и отпуская его.
        - Если не поторопишься, то и закончу без тебя, - предупредила она. И в отместку была накрыта его еще теплой рубашкой.
        Марк обещание сдержал и вернулся очень скоро. Сорвав с ее тела рубашку и заменив собой. Ева с восхищением посмотрела в потемневшие зеленые глаза, желание в которых почти граничило с болью, и почувствовала, как он медленно заполняет ее. Собой и своими эмоциями. И просто перестала думать, существовать, растворяясь в ощущениях, теряясь в них. В тихих стонах, в жадных вздохах, в полубреду потрясающего чувственного наслаждения. До тех пор, пока оно не стало абсолютным, невыносимым, разливаясь под кожей и прожигая оголенные нервы. Ева прикусила костяшку пальца, замирая и позволяя ему закончить, испытать то же острейшее удовольствие, которое сжигало ее сейчас. Марк со стоном поцеловал ее, притянул к себе снова и перевернулся на смятую простынь, удерживая девушку на своей груди.
        Тяжело дыша, Ева прижалась горящей щекой к его коже, закрывая глаза. Биение его сердца гулко отдавалось внутри, ее собственное сердце вторило эхом. Ритм замедлялся, постепенно приходил в норму, жар оставлял тело, холодя кожу. Ева села на кровати, голова все еще кружилось, собственное тело казалось слишком тяжелым для расслабленных мышц, она подтянула к себе свесившееся на пол одеяло и повернулась, собираясь лечь обратно. И столкнулась с серьезным и крайне задумчивым взглядом.
        - Ну что? - смутилась она опять.
        Марк поправил под собой сбившуюся подушку, продолжая тяжело смотреть на нее:
        - А что, если я знаю, как снять это чертово проклятие?
        Глава 6
        Границы Пустоты
        Казалось, что вокруг него пустота - пустая комната, пустой дом, пустая ночь. Ф.С. Фицджеральд
        Марк снова проснулся еще до рассвета и потянулся за телефоном. Очередной День сурка. От тихого шороха одежды Ева проснулась и привстала с постели, сонно глядя в темноту.
        - Куда ты?
        - В Комитет. Нужно встретиться с Беловым.
        Девушка потерла глаза и села, подтягивая одеяло к себе:
        - Я тебя недолго знаю, но, кажется, ты чаще стал ездить на работу, когда тебя отстранили.
        Марк рассмеялся:
        - Это дополнительно мотивирует.
        - Может, мне с тобой поехать?
        - Зачем?
        Она пожала плечиками:
        - Не знаю. Скажу, что ты меня защищал, что был рядом, когда ту девушку убили.
        - И примут тебя за мою соучастницу, - иронично предположил маг.
        - Ну, это еще доказать надо. И за что мы ее убили? За такое же пальто? Так себе мотив, - пробормотала Ева и рукой взъерошила волосы, спутанные после сна.
        - Не хочешь оставаться здесь одна? - понимающе переспросил Чернорецкий.
        - И это тоже.
        - Ладно, - сдался он, гладя на экран мобильного, - одевайся, я пока кофе сделаю.
        - Цены тебе нет! - искренне улыбнулась девушка в спину удаляющемуся некроманту.
        - Ошибаешься, - насмешливо разуверил тот, оставляя дверь в коридор открытой.
        Ева быстро оделась, заглянула в ванну, привела себя в порядок и спустилась вниз, когда Марк уже сидел с чашкой кофе и читал новостную сводку в телефоне. Девушка села за стол и подняла со стола свою чашку.
        - Спасибо! - она с удовольствием сделала глоток и закрыла глаза, чувствуя, как медленно просыпается. - Что нового в мире людей?
        Марк уклончиво качнул головой, перелистывая вкладку:
        - Сплошной вертеп.
        - В смысле?
        - Вообще, во всех, но я про рождественский, - улыбнулся некромант, откладывая телефон. - В фонтане у Казанского устроили.
        Ева поморщилась, оплетая пальцами чашку. Новый Год все ближе… Вдали от гиганта-города, маркетинговой мишуры и супер-предложений легко и позабыть. Здесь только тишина, зима и покой… Девушка вдруг поняла, насколько соскучилась по своей одинокой маленькой квартире. Сейчас бы собиралась на работу, а по телевизору шла реклама новогодних огоньков и праздничной сетки вещания, каналы показывали бы ролики с поздравлениями от звезд, а утренние шоу - как правильно ставить елку в квартире, и что нужно надеть. Создавали бы ощущение волшебства и праздника. Кто же знал, что волшебство - это так страшно. Она крепче сжала горячий фарфор, почти обжигая пальцы.
        - Ева?
        Тревожные нотки в голосе заставили ее отвлечься от грустных мыслей и посмотреть на мага. Внимательный как всегда. Слишком. Ева слабо улыбнулась, точнее искривила губы в подобии улыбки. Глупая попытка обмануть, но самой стало легче. Маг только бровь изогнул.
        - Какие планы на Новый Год? - легко спросила девушка, возвращаясь к кофе.
        - Никаких, - пожал плечами Марк. - Есть предложения?
        - Никаких, - со вздохом ответила она и замолчала. Вот и поговорили.
        - Если хочешь, я могу отвезти тебя к родителям.
        Ева покачала головой:
        - Нет, их в городе не будет. Я собиралась с ними отметить, но вчера узнала, что сестра им билеты подарила, и они уезжают на праздники.
        - А ты?
        - Ну, - протянула Ева, - я, если хочу присоединиться, должна сама позаботиться о билете.
        Чернорецкий задумался.
        - Может, тебе действительно лучше уехать на время подальше?
        - Что, уже надоела? - понимающе и иронично спросила девушка.
        - Ты о чем? - слегка опешил некромант, хмурясь.
        - Ты звал меня погостить, пока я не надоем, - невинно напомнила Ева. - И теперь не знаешь уже, куда выпроводить. К родителям или заграницу.
        Он рассмеялся, повинно склоняя голову:
        - Раскусила меня.
        - Подлец, - проворчала Ева, прячась за глотком кофе.
        Маг ухватился рукой за спинку ее стула и довольно легко, с противным скрежетом стула по полу, подвинул к себе. Ева едва успела отставить подальше чашку, чтобы не вылить остатки кофе на светлый свитер, плеснула только на столешницу. Поверхность сразу впитала жидкость, оставаясь чистой.
        - Не умеешь ты этим пользоваться, - упрекнул Чернорецкий и отобрал чашку, поставив на стол. А затем развернул к себе девушку и беззастенчиво запустил ладони под вязаную ткань, гладя горячую кожу и наклоняясь к ней. - Нет, определенно не надоела. До Нового Года точно еще потерплю.
        - Ах да, - согласилась Ева, обнимая мага в ответ. Его руки на ее теле были приятными, расслабляющими, им хотелось довериться и доверять. - Тебе же от меня нужно только одно. Моя кровь.
        - Угу. Да побольше, побольше, - усмехнулся Марк, целуя ее за ухом.
        - А обещал, что не вампир, - тяжело вздохнула она.
        - Такая большая, а все в сказки веришь… В добрые…
        - Так ничего доброго, кроме сказок, не осталось.
        - До чего ты цинична, - он с сожалением отпустил ее и потянулся к остаткам своего кофе. - Нужно ехать.
        Ева поправила свитер и откинулась на спинку стула, наблюдая за магом.
        - Скажи, а можно узнать, действует ли проклятие?
        - Хочешь проверить слова Божены или мне не веришь?
        - Мне просто интересно, можно ли его увидеть или почувствовать заранее. В своей жизни я не вижу никаких изменений, кроме эмпатии и магии. Вдруг я должна ощущать что-то особенное?
        - Особенное? - переспросил Марк. Вполне беспечно, но весьма двусмысленно.
        Ева с осуждением смежила веки. Некромант перестал дурачиться и встал со своего места. Он взял с сушилки чистый бокал для вина и поставил перед Евой, положив ладонь ей на плечо. Сжав кулак над бокалом, он шепнул что-то, и в прозрачный сосуд упали несколько капель крови. Марк аккуратно покружил его, оставляя на тонких стенках потеки алой крови. А потом Ева увидела это… Темную паутинную вязь тумана, клубящуюся внутри перламутрово переливающихся следов крови. Такую же, как на дверях Божены. Кровь сворачивалась, подсыхала, разводы магической силы гасли, и ядовитая дымка таяла, истончаясь.
        - И если мы снимем проклятие, точнее, когда мы снимем проклятие, они исчезнут.
        Ева, собираясь задать очередной вопрос, повернулась к нему и замерла с открытым ртом. Излучение тела было примерно таким же, каким показывают спектры ауры на разных картинках из интернета. Но кое-что было не так. От плеча Марка тянулись такие же черные, паутинно-тонкие нити. Он собирался убрать ладонь с ее плеча, но Ева быстро накрыла руку своей ладонью и удержала, вставая со стула.
        - Что-то не так? - уточнил Марк.
        - Не знаю, я ведь не волшебник, я только учусь, - рассеянно ответила девушка и глядя только на черные нити, поднесла к ним руку и попыталась дотронуться пальцами. От соприкосновения кожу обожгло ледяным холодом, острым, иссушивающим. Ева отдернула руку. - Оу.
        Чернорецкий следил за ее движением и видел то же, что и она. Кажется, укус призрачной твари все-таки не прошел даром. Он перехватил ладонь Евы и посмотрел на кончики пальцев. Сухость, похожая на ожоги, проходила очень быстро, кожа возвращала живой розовый оттенок. Его магия осталась сейчас с ней, и это, вероятно, влияло на регенерацию. Как при его удивительном излечении.
        - Что это?
        - Пока не знаю, - честно признался некромант, снова возвращаясь к тонкому восприятию мира и повторяя ее жест. Так нити обжигали и его. Очень, очень характерно обжигали. Он потер пальцы. Вспомнились брошенные Агатой слова о том, что от него пахнет Пустотой. - Разберемся с этим позже.
        - А что, если это проклятие усиливается?
        Чернорецкий замер, раздумывая над ее словами. Он видел проклятие в своей крови с тех самых пор, как научился видеть мир магическим восприятием. И оно по-своему было прекрасно. Этакое исключение из правил: магия смерти, вписанная в магию жизни, связанная с ней. Сложное и уникальное. Редкое. После смерти бабушки, оставшись последним Чернорецким, он видел, как оно усилилось, проявилось четче. Как смертельный вирус. Но сейчас все выглядело так же, как и несколько лет назад. Лечить подобное подобным оказалось вполне успешным предприятием - пустота жизни уберегала от пустоты смерти.
        Что же изменилось? Он посмотрел на Еву. Девушка стояла перед ним, сложив на груди руки и тревожно ожидая его ответа. Видимо, что-то он упускал.
        Марк посмотрел на наручные часы. Некоторые вещи могут подождать.
        Он взял с сушилки второй бокал:
        - Проверим?
        Ева по-детски убрала руки за спину:
        - А может не надо?
        - Больно не будет.
        - В медкабинете тоже так говорят, а потом или пальцы все исколоты, или синяк на полруки.
        Марк коварно рассмеялся, протягивая к ней руку:
        - Ну, Ева, комарик укусит и все!
        - И все, - кивнула девушка, отходя на шаг.
        Некромант поставил бокал на стол и снова протянул ей руку:
        - Это не больно. Вообще ничего не почувствуешь.
        Пока маг не врал, и все его уговоры и шутки ни к чему страшному и неприятному не приводили. Поколебавшись, Ева все же подошла и подала ему ладонь.
        - Думаешь, сможешь его снять так сразу?
        - Нет, просто хочу сравнить.
        Он несильно сжал ее кулачок над чистым бокалом, кровь легко и безболезненно сквозь пальцы и снизу полилась в стеклянный сосуд. Марк отпустил ее, девушка разжала ладонь. Ни следа крови, будто и не было магического пореза. Марк рассматривал кровь, почти как вино на просвет. Эмоции были ровными, изучающими, прохладно-увлеченными. Он видел то же самое, тот же рисунок, ничего необычного. Удерживая бокал, он поднял над ним свою руку, капля крови тяжело упала внутрь, за ней последовало еще несколько, и маг убрал ладонь. Ева с интересом наблюдала за ним. Сначала ничего не происходило, некромант круговым движением смешал маслянистую кровь, размазывая по стенкам, и его глаза широко раскрылись. На мгновение на красном фоне вспыхнули яркой чернотой ломкие, как ветви, нити проклятия, а затем стекло разлетелось на мельчайшие куски по всей кухне. Ева едва успела отвернуться, осколки ударились о ее джинсы и свитер и упали на пол. Марк тоже успел отвернуться, но стекло расцарапало ему щеку и лоб. Чернорецкий разочарованно отбросил на пол обломок хрустальной ножки, магия дома собрала бокал заново, чистый и целый,
он, покачиваясь, лежал у ног хозяина.
        - Что это было?
        Марк поднял его и поставил на край стола:
        - Неудачный эксперимент номер один. Смешение крови усиливает проклятие, а не нейтрализует его. Этот эффект не подавит даже заклинание Агаты.
        - И что делать?
        Некромант снова посмотрел на стрелки часов. Белов, конечно, не электричка, дождется, но совсем раздражать старика тоже не стоило.
        - Ехать в Комитет. Вечером разберемся с этим. Ждало же оно сто тридцать лет…
        - Подождет еще сто тридцать, - малооптимистично продолжила Ева.
        - Станислав Анатольевич?
        - А, Марк, проходи, - вместо приветствия пригласил Белов и махнул рукой.
        Судя по кисловатому лицу Артема, сидевшего здесь же, в кабинете со скрещенными руками, появление темного мага прервало какой-то спор. Марк придержал дверь, пропуская Еву вперед. Девушка вошла в кабинет и смущенно кивнула, держа в руках шубу.
        - Здравствуйте.
        - А это… - начал было с вопросительной интонацией начальник.
        - Это и есть Ева Зорина, пострадавшая по делу на остановке, - мстительно представил Снегирев. На переносице парня красовалась тонкая полоска лейкопластыря.
        - И моя девушка, - уточнил Чернорецкий, усаживая ее на стул за длинным столом, во главе которого сидел начальник. Маг забрал у нее шубу и повесил вместе с пальто.
        - И зачем тогда ты ее сюда привел? В качестве алиби? - недружелюбие и враждебность так и струились от Артема. Ева даже виски потерла непроизвольно.
        - Потому что даже дома оставить не могу. Все время находится кто-то, чтобы увести, похитить или… спасти.
        - Хватит, - терпение Белова иссякло, он коротко шлепнул тяжелой ладонью по столу. - Как дети малые. Марк, рассказывай.
        Чернорецкий одарил еще одним прохладным взглядом Снегирева и повернулся к начальнику. Коротко и серьезно некромант изложил события последнего месяца, что видит в них общего и какие подозрения имеет. Правда, остановился на рабочей версии, без упоминания Евиных родственников.
        - Это правда? - Белов так посмотрел на Еву, что она тихо порадовалась, что не на допросе.
        - Да, он с восемнадцатого числа был рядом. И в ту среду утром мы вместе в город приехали. А во вторник вечером Артем видел нас вместе, - она повернулась к Артему, тот пожал плечами.
        - Да. Вечером видел, когда плесневелого Пустого погрузили. Но мы быстро попрощались. Марк меня к метро отправил.
        - И домой я поехал, домой. С Евой.
        - Почему сразу ко мне не пришел? - сурово обратился к Чернорецкому Станислав.
        - Я уже сказал, что пытался выяснить, кто из Комитета может быть замешан. Без доказательств я не мог прийти.
        Марк подтянул к себе пепельницу, стоявшую по центру стола для совещаний, из воздуха вытащил сигарету и закурил.
        - Чернорецкий! Премии лишу! - в сердцах привычно рыкнул Белов.
        - Вы меня отстранили, - равнодушно напомнил темный.
        Станислав крякнул и откинулся на спинку кожаного кресла. Поразмыслив и поддавшись соблазну, достал из ящика сигареты и закурил сам.
        - И кого подозревал? - спросил Белов примирительно.
        - Да всех, - не стал мелочиться Марк. - А Снегирева - особенно.
        - Меня? - Артем, до этого скептически слушавший рассказ темного, развалившись на стуле, подскочил, садясь ровно. - А ты не охренел ли?! Да это меня за тобой присматривать приставили!
        Чернорецкий руками развел:
        - Присматривать? Ты лез, куда не надо, выспрашивал-вынюхивал, вел себя подозрительно и пытался меня вывести. Да я понял, что ты не причастен только, когда ты ко мне домой в одиночку заявился! Это же вообще идиотизм! В родовой дом некромантов приехать без подкрепления, еще и залезть на территорию. Да там даже моего присутствия не надо, чтобы не то, что убить, уничтожить каждого, кто влезет.
        - Я поехал без лишнего шума все проверить, - оправдался светлый маг под тяжелым взглядом Белова. Тот, похоже, не ожидал от Ищейки подобной глупости, чай не первый год работает. - Я же все-таки сенсор, я сначала проверил, что на территории безопасно.
        Чернорецкий стряхнул пепел в пепельницу, с сочувствием, как на блаженного, глядя на бывшего напарника:
        - Идиот. Я понимаю, что ты с Пустыми привык работать, с сущностями и с активной боевой магией, но хоть бы почитал сначала про дома некромантов. Но Вы-то его зачем отпустили, Станислав Анатольевич? Вы-то знали о последствиях.
        - Я его отправил посмотреть, чем ты там занимаешься. И с кем. И тихо! Кто ж знал, что он к дому полезет?
        - А теперь Вы расскажите, зачем за мной следить понадобилось?
        Рассказ Белова не занял много времени и не удивил. Примерно так Марк все и представлял себе. Подозрения, что массовые появления Пустых связаны с деятельностью мага из Комитета, у Белова появились давно. И он постарался еще тщательнее следить за своими сотрудниками. Из всех рабочих пар магов наибольшее его внимание привлекли, конечно, Марк и Артем. Станислав до последнего не хотел верить, что Чернорецкий замешан в этом грязном деле, но факты - вещь упрямая. И в ту картину, которую они создавали, темный укладывался, как недостающий пазл. Белов тоже умел складывать простые числа, то бишь, два и два, и шумиха на остановке, последующий труп Пустого в парке, и убийство девушки, так похожей на пострадавшую в этом же парке… И в каждом случае именно Марк приезжал на место. А затем амулет, украденный из одной из лабораторий, нашелся опять при его участии и с фоном его магии…
        Конечно, он прикасался к этой вещице, закрывал портал, по собственным словам, да и Снегирев подтвердил. Но… Не составило труда узнать, что в той лаборатории работают целых две бывшие девушки Чернорецкого. И одна из них как раз пропала, то есть, поспешно уволилась и уехала. Служебное расследование выявило, что она работала с образцами, но найти ее теперь не представлялось возможным.
        - И кто это? - спросил Марк, узнав о новой ниточке.
        - Вика, - ответил за начальника Снегирев.
        Ева, весь разговор слушавшая молча и не встревавшая в него по понятным причинам, вспомнила красивую брюнетку, которую они встретили у лифта. Уж не та ли Виктория, которая коллега? Целеустремленная девушка.
        - Мы связались с ее родными, но никто не знает, где она, и что с ней, - продолжил Артем. - Взяла билет на «Сапсан», села в вагон и больше ее никто не видел. Точнее, кто-то видел, что похожая на нее девушка поговорила по телефону, вышла на остановке Бологое и села в черную ауди. Но подтверждения мы не нашли.
        - Ты поэтому спрашивал про Еву? - понимающе спросил некромант.
        Снегирев кивнул:
        - Накануне тебя видели с ней на парковке Комитета. Рябинин помог отследить магией звонок, оказалось, что он знает Еву. Дома тебя не было, и мы надеялись проверить твое местоположение так. Твой телефон, понятное дело, не отследить.
        Марк фыркнул:
        - А просто позвонить нельзя было?
        - Мы не хотели рисковать. Думали, что ты решил начатое закончить. Тем более, что звонок Ева сбросила, а потом ее телефон оказался выключен.
        - Потому что меньше всего я хотела, чтобы он мне звонил, - не сдержавшись, пояснила девушка.
        - Да, Олег предупредил, что ты сама могла выключить телефон. И на этот случай все-таки отправил СМС.
        - Хорошо, - вздохнул Марк, стряхивая очередную порцию пепла в стеклянную пепельницу. - Теперь мы знаем, что я никого не убивал, а Пустые не мои. Ну, еще, что Снегирев - инициативный дурак. И что вы тоже в этой истории не замешаны. Что теперь?
        - Теперь… - Станислав почесал широкий лоб. - Работать. Артем передаст тебе материалы, над которыми сейчас работаем. Вернешься в штат. Оформлю тебе отпуск задним числом, - Марк на этих словах иронически изогнул бровь, и Станислав проворчал: - За свой счет! И напишешь мне полную объяснительную, где был, с кем был, что делал. И пусть девушка тоже напишет!
        Чернорецкий хмыкнул, искривив губы:
        - А Вам с подробностями, или сами додумаете?
        Станислав понял, что лишнего сболтнул, слегка покраснел и снова ударил ладонью по столешнице, пытаясь приструнить некроманта:
        - Доиграешься у меня, Чернорецкий! Марш в кабинет!
        Снегирев недовольно поднялся со стула и направился к дверям кабинета.
        - Как мне этого не хватало, - ностальгически поднял к потолку взгляд темный и, затушив сигарету, мягко потянул Еву за руку за собой.
        Забрав вещи и попрощавшись с раздосадованным, но отчасти удовлетворенным Беловым, который до последнего не хотел верить, что Чернорецкий все же пошел по пути своей темной фамилии, они втроем вышли в коридор. Кабинет Ищеек находился неподалеку.
        До кабинета они шли в каком-то неловком молчании. Естественно, коридор пуст не был, рабочий день в разгаре, и проходящие мимо коллеги с интересом косились и оборачивались. Слухи действительно расходятся очень быстро. Быстрее вируса гриппа. Так что, тихое отстранение вышло чересчур громким. А затем и мелкие подробности подозрений утекли из-за закрытых дверей.
        Продолжая тяжело молчать, Артем открыл дверь и, подождав, пока они войдут, закрыл на ключ. Светлый сумрачно подошел к своему столу и принялся рыться в папках. Чернорецкий оставался спокоен и насмешлив. Как всегда. Темный повесил одежду на рожок, бережно подтолкнул Еву к дивану и приблизился к Снегиреву.
        - Вот, можешь ознакомиться, - Артем подвинул папки.
        Марк без особого интереса открыл верхнюю и бегло заглянул внутрь.
        - Если мы собираемся работать и дальше вместе, стоит выяснить все здесь и сейчас, - буднично произнес Чернорецкий.
        - Думаешь, нам следует продолжать работать вместе?
        - Тем, - Марк забрал папки и перенес на свой стол, за которым теперь царили пустота и излишний порядок. Паутины и пыли только не хватало. - Своим расследованием ты не только мне репутацию подпортил. Ты копал под напарника. Трудновато будет найти нового. Меня-то восстановили, и я как был Чернорецким, так и остался, ни лучше, ни хуже репутация не станет. А ты что будешь делать? Никто не любит стукачей.
        Снегирев присел на край своего стола и сложил на груди руки, отворачиваясь к окну:
        - Да я вообще не хотел. Меня когда Белов вызвал, я пытался отказаться. Но ему-то это тоже все не нравилось. Мы хотели просто убедиться, что это не ты. Но ты, наоборот, стал еще подозрительнее себя вести. Все время что-то скрывал, на работе почти не появлялся, потом появилась Ева.
        Светлый маг повернулся к девушке, которая с интересом слушала его откровения.
        - Может, чаю?
        - Не откажусь, - кивнула Ева.
        Снегирев покладисто направился к чайнику.
        - Зачем ты пытался проверить ее магию? - спросил Марк, уже сидевший за своим столом и изучавшим все, что пропустил. И что на него насобирали.
        - Я, наверное, и правда, дурак, - неожиданно признался Артем, - не сразу понял, что это та самая Ева, которая из-за Пустого пострадала. Только, когда мы приехали на место убийства девушки. Один и тот же адрес. И мне показалось, что где-то я его уже встречал. Ну, и вспомнил, что рядом адрес регистрации нашей пострадавшей. А я же ее лица нормально так и не видел, в машине у тебя темно было… И я чуть не поседел, пока у трупа документы не проверили.
        - То есть, ты предполагал, что я посидел с ней в машине у места преступления, и пошел там же ее убивать?
        Артем устало потер ладонью лицо:
        - Да черт его знает. Я тогда чего только не думал, пока мне сумку ее не отдали. А потом приехал, и давай вместо сенсоров следы магии искать… Думаю, что он там ищет, что за двойная работа? Приехали в Комитет с Андреем, я и забрал у него отчет по плесневелой Тени. Подумал, что связано все наверняка. Даже к Белову сходил. Только вернулся от него, а ты в кабинет с Евой заходишь. Я и подумал - зачем ты ее с собой повсюду таскаешь? А потом вспомнил, что на Пустом следы пространственной магии нашли под слоями плесени. Вот и хотел проверить.
        Чайник щелкнул, будто черту под словами подвел, парень повернулся к нему, потянулся за чашками.
        Марк спокойно рассматривал Артема. Наверное, на его месте, он вел бы себя так же. Да и вел, в общем-то. С поправкой на темперамент.
        Снегирев налил чай, поднес Еве кружку, уже знакомую, с терморисунком, и подал круглую жестяную коробку с печеньем. Стояла та явно с прошлого столетия, печенье было наломано, все в крошках, и Ева с трудом выудила оттуда печеньку поаппетитнее.
        - Спасибо.
        Артем плюхнулся рядом на диван, удерживая под донышко свой чай.
        - Знаешь, если бы мы сразу не узнали имя той девушки, я бы точно перекрестился, когда Еву увидел. Или подумал бы, что ты ее поднял некромантией.
        - Ну, да, мертвая девушка не скажет нет, - хмыкнул Чернорецкий старую некромантскую шутку.
        - Эх, я тогда еще понял, что она не эмпат, - пробормотал светлый и с немым вопросом посмотрел на Еву.
        Девушка загадочно и сладко улыбнулась, поднося к губам чашку. Она предпочла возложить все переговоры на Марка. Ему виднее, что стоит говорить, что - нет. Про открытый портал некромант уже рассказал, но информация так и останется пока конфиденциальной, просто одним подозрением меньше. Артем улыбку встретил печальным вздохом.
        - Нет, вообще-то она эмпат. И весьма талантливый, - ответил Марк, улыбаясь лишь одним уголком губ, чисто для себя.
        Артем покачал головой, предпочтя мнения вслух не высказывать. Но спектр эмоций было тяжело утаить от двух эмпатов в одной комнате. И осадок досады, разочарования и понимания позволял прекрасно додумать все несказанное. Правда, если от Евы мотивы таких чувств укрывались, то Марк прекрасно понимал, что наедине напарник бы сказал что-то вроде: «Ну, значит, еще на пару недель хватит». Как ни удивительно, но Ева ему нравилась. Немного, но достаточно, чтобы начать вести себя как дурак. Чернорецкий улыбнулся чуть шире, затем взгляд натолкнулся на бумаги с описанием опроса свидетелей по делу о пропаже Виктории, и улыбка померкла.
        - Что известно о Виктории?
        - Кроме того, что уже обсудили? - Артем хлебнул чаю и поморщился от слишком горячего напитка. - В начале декабря она перевелась в другую лабораторию, там работала с пространственными и защитными амулетами. Перед случаем в Сестрорецке написала заявление на увольнение в связи с переездом. Потом тебя отстранили, а она села на поезд в Москву. Дальше сам знаешь. Как только амулет опознали, в лаборатории, где она работала, выявили недостачу. Она передала кому-то двадцать многофункциональных амулетов. Мы предполагали, что тебе.
        - Нет, не мне. И я заранее говорил Белову, что та Тень была с амулетом.
        - И он поверил, но доказательств так и не нашли. До тех пор, пока в Сестрорецке другая такая не появилась, и ты ее так удачно поймал.
        - Думали, я сам подкинул?
        - Выясняли, - лаконично ответил Снегирев.
        - Вы хоть кого-нибудь, кроме меня, подозревали?
        - Нет. А теперь ты, похоже, оказался невиновен, и испортил нам так хорошо скроенное дело, - посетовал Снегирев.
        Ева рассмеялась, Марк строго обернулся к ней, но пристыдить не получилось.
        - Никакой поддержки!
        Ева смущенно пожала плечами, на этом ее извинения и закончились. Чернорецкий снова посмотрел на бумаги перед собой, потом на часы.
        - Завтра съездим на станцию, где в последний раз видели Вику.
        - А сегодня?
        - А сегодня у нас с Евой другие планы.
        Снегирев вздохнул потяжелее - весь его вид говорил о том, что другого ответа он и не ждал. Чернорецкий и работа? Ну-ну.
        - Как думаешь, зачем Вика могла ввязаться в кражу амулетов? - вдруг спросил Артем.
        Марк непроизвольно посмотрел на Еву, как будто бы она могла знать ответ или натолкнуть на разгадку. Виктория совершенно не похожа на Еву, разве что, уверенностью в себе. Но то была различная уверенность. Ева легко относилась к происходящему, воспринимая свою жизнь такой, какая она есть, и просто получала от нее удовольствие. Вика же всю свою уверенность и напор устремляла на создание жизни, которую хотела, ведя вечную борьбу. Она старалась выглядеть идеально, говорить идеально, делать идеально. Всегда знала, чего хотела, и добивалась, добивалась, добивалась. И отступала только затем, чтобы вернуться к своей цели позднее. Их роман, разумеется, долго не продлился, но расставание далось тяжело.
        Чего она могла захотеть, чтобы пойти на преступление? У нее были и Силы, и карьера…
        - Мы не общались почти год, я пока даже не знаю, зачем ей понадобилось в это влезать, - растерянно ответил Чернорецкий.
        По дороге к старому дому, они заехали в гипермаркет пополнить запасы еды, и Ева стояла теперь в кухне, выкладывая на стол продукты из пакета. Под ногами крутился заскучавший кот, остатками охотничьих инстинктов выпрашивая колбасную нарезку. Зеленые глаза светились инфернальным светом, еще ярче выделяясь на угольно-черной треугольной мордочке. Розовая пасть с белыми клыками исторгала осипшее «мяу».
        - Ну, что ты будешь с ней делать? - риторически спросила девушка, вытаскивая из-под пленки кусок салями и отправляя в рот. Кот в риторических вопросах ничего не понимал и разразился очередным мявом в ответ.
        - С кем ты разговариваешь? - Марк вошел в кухню, держа в руках дневники, которые передала Божена.
        - С котом, - предательски указала рукой Ева.
        Чернорецкий посмотрел под стол, взмахнул рукой, будто стирал что-то. Для девушки ничего не произошло, Шаттен так и продолжил виться под ногами, глядя на нее как на божество. Мужчина склонил голову набок, любуясь этой картиной.
        - Интересно.
        - М?
        Темный сел за стол и потянулся за кусочком колбасы.
        - Ты его без материализации видела.
        - Опять твоя магия?
        - Да нет, видимо, твоя. Я вижу их Тени, когда курю, ну, или когда хочу увидеть. Агата, чтобы пообщаться, материализуется сама, она здесь самый сильный призрак.
        Маг помолчал, расфокусировано глядя в пустоту. Хотя, возможно так оно и было. Ева взяла в руки все, что собиралась положить в холодильник, и отвернулась.
        - И что это значит?
        - Что эмпатия и некромантия даются тебе значительно легче, - пояснил он. - Похоже, ты можешь видеть выходцев из Пустоты так же, как и все окружающее… Кстати, у тебя сохранилась распечатка магического теста?
        - В сумке должна лежать, - Ева прикрыла дверцу холодильника. - Достать?
        - Было бы неплохо.
        Девушка потянулась к сумочке, лежавшей на стуле, порывшись, вытащила мятый листок и подала магу. Марк развернул бумагу и вчитался. И нахмурился.
        - Что-то не так?
        - Да. Здесь ни слова о некромантии, - Чернорецкий бросил листок на столешницу.
        - А должно быть? - девушка взяла свои результаты и снова пробежалась глазами по строчкам. О магии смерти не упоминалось.
        - Когда дар врожденный - да. То есть, в твоем случае должен был проявиться.
        - Намекаешь, что я не Вишневская? - хмыкнула некромантка, скрещивая руки и упираясь бедром в край стола.
        Марк покачал головой:
        - Исключено. Кровь не врет. И в тестах обычно тоже.
        - Тогда..?
        - Пока не знаю. Но не мешает проверить, кто проходил тесты до тебя. Возможно, кто-то перенастроил чувствительность аппарата по магическим частотам.
        - Не понимаю…
        - Я имею в виду…
        - Нет, тебя я поняла, - мимолетно улыбнулась девушка. - Хотя бы примерно. Я не понимаю, при чем здесь я… Или просто не понимаю, что происходит.
        - Это временно. Событий слишком много, и пока сложно связать их с кем-то конкретным. Нужно подождать. И я разберусь с этим.
        Конечно, разберется. Другой вопрос - когда.
        - А с этим? - она подняла одну из трех старых тетрадей, вычурно подписанных именем Вишневской Варвары.
        - Я полистал всего страниц десять, но уже могу сказать, что это ужасно грустный сентиментальный роман.
        Заинтригованная такой рецензией, Ева раскрыла тетрадку. Вполне традиционный для образованной барышни романтический слог. Милые глупости, фантазии, мечты. Пространные меланхоличные описания дней, прогулок, приемов, планы на будущее. Изящно, красиво, легкомысленно. Девушка полистала записи, бегло прочитала пару записей.
        - И что мы ищем?
        - Все, что связано с проклятием. Ну, или с моим дедом. Как-то она ведь умудрилась сделать заклятие на крови.
        - А когда твой дед женился?
        - Осенью тысяча восемьсот девяностого года.
        - Угу…
        Ева поискала указанный период, изредка останавливаясь на страницах, исписанных витиеватым почерком.
        Лето и осень указанного года выдались для Варвары богатыми на впечатления и крайне волнующими. Половину первой же тетради занимали ее пространные рассуждения, что все это ложь и злые языки, и Никки не мог так поступить. В следующих записях, где Варя уже убедилась в вероломстве жениха, оптимизм отсутствовал, зато проклятия, пока не магические, и отчаяние нашлись в полном разнообразии.
        - Да уж, - подивилась Ева фантазии покойной бабушки. И повернулась к Марку: - Может, чаю, бутерброды и пойдем в постель читать теперь мое наследство?
        Маг устало улыбнулся:
        - Еще ни одна женщина не делала мне столь заманчивого предложения.
        Вскоре они удобно расположились рядом на кровати, уложив под спину подушки и подтянув поближе торшер. Ева переоделась в домашнее и с удовольствием вытянула длинные ноги в шортах на покрывале. Закрыв глаза, она вздохнула и откинулась на подушку.
        - Не филонь, - лениво толкнул ее плечом маг, - быстрее закончим, быстрее перейдем к кровавым ритуалам.
        - Все бы тебе кровавые ритуалы, - поморщилась девушка, - с чего ты взял, что мы тут что-то найдем?
        Марк взял чашку с потемневшего серебряного подноса, стоявшего между ними, отпил травяной чай, богато пахнущий мятой.
        - Божена не так просто отдала тебе эти дневники, она по ним сама искала способ уйти от проклятия. Значит, Варвара описала в них хотя бы вскользь, что делала.
        - Может, позвонить Божене? - Ева прямо по мягкому краю подушки повернула голову к магу, сосредоточенно пробегавшего глазами по желтоватым страницам. - Она ведь читала их. Даже не один раз, наверное.
        - Лентяйка, - фыркнул Марк. - Она явно хотела, чтобы ты что-нибудь еще полезное почерпнула из этих мемуаров.
        - О том, что, - девушка с легким раздражением подняла с коленей отложенную тетрадь и собиралась что-то зачитать.
        - Обойдемся без цитат, - смешливо взмолился некромант. - Я читаю все примерно тоже самое. Но найдешь что-то смешное или полезное, я буду рад послушать.
        - Например?
        Марк с книгой в руках пожал плечами:
        - Ну, знаешь, как в дневниках Толстого. Помню, была там запись, что был он на гимнастике, сильно посвежел и понял, что надо любить и трудиться. И следующая запись о том, что устал, не любил и не трудился.
        Ева прыснула, Марк остался невозмутим, даже посмотрел на нее строго, но в глазах плясали бесята. Она медленно потянулась к нему, отодвинула руку с чашкой и, кончиками пальцев коснувшись щеки, поцеловала. А затем так же медленно села обратно, поднимая тетрадь и вчитываясь в завитушки букв.
        - И все?
        - И все.
        - Ты специально выбрала момент, когда у меня руки заняты, - уличил маг.
        - Да, - довольно улыбнулась Ева, ощущая осадок разочарования от него, и все внимание уделяя записям. - Именно так. Трудись. А как выглядело ваше фамильное обручальное кольцо?
        - Старомодно, - ворчливо отозвался Марк. А потом повернулся с куда большим интересом. - А почему ты спрашиваешь?
        - Ну, Варвара тут плюется ядом, - Ева тряхнула тетрадкой, - что твой дед поимел наглость потребовать его назад, как семейную реликвию.
        - Точно! Кольцо! - Чернорецкий поспешно отложил тетрадку и чашку, встал и вышел из комнаты.
        - Не за что, - пробормотала девушка, углубляясь в дальнейшее чтение.
        И с каждым новым прочитанным словом понимала, то, что сейчас так озарило Марка. Варвара просьбу сочла более чем унизительной, поняла, что ничего уже не вернуть на круги своя, и что он - последний подлец. И что раз так, ей не остается иного выхода, как заставить его страдать так же, как и она. Ритуал Варвара не описывала, видимо, боялась, что дневник могут прочесть. Но очень коротко, совершенно не в своем духе, Варенька написала, что крови своей не пожалела, а прокляла кольцо, как символ обмана и предательства, и нести оно отныне будет лишь скорбь и горе, и не найдет больше ни один Чернорецкий счастья в любви. Дочитав девичью патетику до места, где она торжественно передает кольцо Николаю, Ева захлопнула тетрадку.
        - Вот дура малолетняя! - в сердцах тихо высказалась девушка. - Да у тебя бы еще этих Чернорецких было!
        Марк вернулся в комнату довольно быстро, с небольшой коробочкой из красного дерева в руках. Сел на свое место и открыл шкатулку. На подложке из синего бархата лежало потемневшее золотое кольцо с овальным рубином и двумя бриллиантами огранки роза. В свете торшера камни загадочно и холодно блестели. Маг осторожно вытащил вещицу и приблизил к своим глазам. Зеленые радужки тускло осветились, наверное, на ярком дневном свету, это даже незаметно.
        - Варвара прокляла его, - с полувопросительной интонацией произнесла Ева, вместе с ним рассматривая кольцо.
        - Не совсем. Она просто воспользовалась кольцом. Я все никак не мог понять, как она смогла добраться до нашей крови, чтобы наложить проклятие. О кольце даже не думал. Странно, что оно попало к ней до свадьбы.
        - Почему?
        Марк, насмотревшись на драгоценный перстень, протянул его Еве. Девушка осторожно взяла кольцо в руки за шинку и подвигала пальцами, чтобы поймать на гладкие грани свет. Рубин был большим, каратов шесть, очень темным, почти вишневым, блестевшим стеклянно, безжизненно. Бриллианты чистые, бесцветные, но из-за специфичной огранки не настолько переливающиеся, как в современных украшениях. Красиво, но очень старомодно, Марк прав.
        - Я ведь говорил, что у каждой семьи магов свои свадебные традиции. В нашей это кольцо дарят невесте в день свадьбы, приносят клятвы в присутствии семьи, смешивают кровь над чашей с кольцом. Звучит, конечно, жутко, но это не дань язычеству. Кольцо связано с магией рода, и впитывая кровь, оно скрепляет союз. И невеста становится частью рода Чернорецких не только фамилией.
        Ева отвлеклась от созерцания драгоценности и повернулась к магу, слушая его рассказ, как сказку на ночь.
        - А как еще?
        - Магией. Она становится так же неразрывно связана с этим домом и всем, что связано с Чернорецкими.
        - А если ты вдруг женишься на светлой и доброй колдунье, она тоже станет мрачной некроманткой? - изогнула Ева изящную бровь.
        Марк рассмеялся:
        - Это, конечно, очень вряд ли. Но чисто теоретически - да. И я уже говорил, что светлые маги тоже могут практиковать некромантию. И я не мрачный!
        - Извини, у меня, похоже, все еще очень стереотипное мышление. А почему кольцо не у твоей маман?
        - Отец решил, что убережет их от проклятия, если не введет Камиллу в семью. И кольцо так и осталось у Агаты.
        - А почему тогда не помогло?
        Вопрос был сложным. Не для ответа, для чувств, для восприятия. Марк немного грустно посмотрел на кольцо, которое она все еще держала в пальцах. Удивительно, как такая маленькая вещица принесла столько горя.
        - То, что моя мама не разделила проклятие отца, не означает, что проклятие не подействовало на него.
        - Кровь, да? - сочувственно протянула девушка.
        - Всегда она.
        - Но тогда получается, что ты все равно находишься под действием проклятия.
        Чернорецкий спокойно кивнул. Для него это была данность, с которой он прожил всю сознательную жизнь. С которой научился сосуществовать, не видя в этом трагедии.
        - Конечно. И Агата считает, что, оставаясь холостым и счастливым, я еще раньше подпишу себе смертный приговор, - улыбнулся Марк. - Но я думаю, она драматизирует.
        - Драматизирует?
        - Она, конечно, ссылается на кого-то из кузенов моего деда, который, не успев жениться, погиб при эксперименте на кладбище. Но я подозреваю, что там не проклятие виновато. А у меня хитрый план.
        - Какой же?
        - О, - некромант мечтательно закатил глаза, - я женюсь лет в шестьдесят на девушке помоложе, а там уже можно и спокойно к праотцам оправляться.
        Ева хмыкнула. Ну, как его можно принимать всерьез?
        - А девушка помоложе согласится?
        - Конечно, я же и сейчас не беден, а к шестидесяти вообще приданого поднакопить можно.
        Девушка присвистнула:
        - Завидный жених.
        - Еще бы. И я ведь маг, я к шестидесяти еще ого-го сохранюсь.
        Ева скептически оценила сидящего рядом мага.
        - И как тебя потом счастливая потенциальная вдова к праотцам-то выгонит?
        - А никак, - легкомысленно заверил Марк. - Проклятие-то мы снимем.
        Девушка улыбнулась и протянула ему кольцо обратно:
        - Уверен?
        - Да. Я же говорил, что не выпущу тебя отсюда, пока проклятие не снимем.
        Ева рассмеялась:
        - Вообще-то не говорил.
        - Разве, нет? Тогда сейчас говорю.
        - Не-а, - покачала она головой, маг убрал кольцо обратно в коробочку, - мы так не договаривались.
        - А я навру, что кругом измена, трусость и предательство.
        - А если серьезно? - она подтянула колени ближе и положила на них скрещенные руки. - Способ Агаты перемешать кровь не помог.
        Чернорецкий взял в руки чашку с остывшим чаем, нагрел пальцами до мягкого, едва заметного пара.
        - Возможно, проблема в количестве. Проклятие удвоилось и оказалось сильнее магии самой крови. А может, в качестве. Все-таки остывая и запекаясь, кровь теряет активную часть магии.
        - Так, на алтарь магической науки я не лягу! - категорично предупредила Ева. И Марк таинственно улыбнулся, его чувства уплыли куда-то совершено в иное русло от разговора. От зеленого взгляда и ощущения его эмоций будто изнутри пробежали мурашки, оседая на коже и исчезая, воздуха перестало хватать. - Нет!
        Чернорецкий прикусил губу, чтобы не рассмеяться, и отвел взгляд:
        - Ну, нет, так нет.
        - Ты бываешь серьезным?
        - Бываю. В особых случаях. А сейчас зачем? Все удовольствие портит.
        Подумать только! Удовольствие ему портит! Ева взяла с подноса свою чашку, остывший мятный чай освежал и дарил какое-то умиротворение. Почему-то в эту минуту, несмотря на все проблемы, которые закрутились вокруг то ли петлей, то ли клубком, было просто хорошо и спокойно. Она сделала глоток чая, и наслаждаясь привкусом мяты, откинулась головой на высокую подушку. Замедлить на миг ход времени, остановиться, отдохнуть в нем ото всего.
        - Так что ты там подразумевал под качеством и особенно - количеством?
        - Попробуем для начала смешать свежую кровь. Как при свадебном ритуале.
        - А как с бокалами не получится? - идея Еве не понравилась.
        - Нет, - без особой уверенности ответил Марк.
        То есть, в голосе-то она чувствовалась, а вот в его настроении - нет. Поэтому стоило переспросить еще раз. И понастойчивее. Что Ева и сделала.
        - Нет?
        - Нет, - к уверенности прибавилась улыбка. Что в случае общения с Марком вообще ничего не означало. - Хрусталь не выдержал магического резонанса, а серебро и тело его должны гасить.
        - А кольцо тоже нужно использовать? Я как-то не горю желанием связаться с вашим домом и с вашей магией.
        - А какая разница? У тебя и своих талантов предостаточно. Но не переживай, кольцо уже не понадобится. Это был только способ добраться до крови, проводник проклятия, и его не нужно использовать, потому что у тебя есть я. Чистокровный и полнокровный Чернорецкий.
        - Как мне повезло-то, - присвистнула Ева.
        - Что есть, то есть, - с достоинством согласился некромант.
        - А говорить при этом что-нибудь нужно?
        - Слова обычно просто помогают сосредоточиться и удержать мысли в нужном ключе. Иначе отвлечешься, и часть Силы рассеется. А говорить можно, что угодно. Например, «снимаю это проклятие». Нужно отменить пожелание смерти и смыть его кровью. Легкотня же.
        - И никаких там «я пойду по полю чистому, по полю широкому, найду там чего-нибудь, проклятие и снимется»? - с сомнением уточнила Ева, рассмешив Марка еще больше, чем это казалось возможным.
        - Господи, откуда ты этой чуши понабралась?
        Ева отмахнулась:
        - Да бабуля одна в библиотеку ходила, все заговоры целительницы одной брала почитать. Ну, и советы, само собой, давала. Почему-то чаще, как жениха приманить. И почему-то только мне.
        - А, так это жениха в поле искать надо? Ты не думай ничего лишнего, у меня интерес чисто профессиональный, - сразу расставил точки над «и» маг.
        - Да ты не переживай, невесты тоже, вроде, приманиваются, - успокоила девушка, делая еще один глоток чая. И после небольшой паузы улыбнулась. - Или нет. Но ты обязательно попробуй!
        - Обязательно. Только проклятие снимем, и сразу пойду. Куда ты там меня послала?
        - Во поле широкое.
        - Спасибо, что не в…
        - Не продолжай! - выставила предупреждающе руку девушка, закашлявшись от чая, из глаз слезы брызнули. Чернорецкий сочувственно похлопал ее по спине, еще больше чая пролив на кровать из ее чашки. - Одеяло теперь мокрое… Оно ведь высохнет?
        - Высохнет, - пообещал он. И добавил вполголоса: - К утру обязательно высохнет. Хорошо, что не мою половину облила.
        Ева поджала губы и сжав кулачок, по-детски, мстительно ударила его в плечо. Некромант поморщился и потер место удара:
        - И хорошо, что драться ты не умеешь.
        - Да, тебе определенно повезло, - подтвердила девушка.
        Утром Ева снова чутко проснулась от невесомого движения одеяла. Она повернулась и вопросительно мурлыкнув, как котенок, приподнялась с подушки.
        - Мимо тебя и мышь не проскочит? - шепотом спросил Марк, возвращаясь под одеяло и обнимая сонную девушку.
        - Это из-за привычки спать одной, - ответила она, прижимаясь к разогретому сном и одеялом телу. Гладкая кожа обжигала, так приятно было понежиться минутку в его объятиях. - Слышу каждый шорох. Ты надолго сегодня?
        - Не знаю. Возможно, придется задержаться. Хочу заехать к родителям Вики, взять что-то из ее вещей для поисков.
        Ева замерла, задумчиво поглаживая его по спине самыми кончиками пальцев. Почти неосознанно выводя узоры.
        - Как думаешь, вы найдете ее?
        Марк с ответом помедлил:
        - Думаю, найдем.
        - Живой?
        Этот ответ дался сложнее:
        - Не знаю. Эти люди, кем бы они ни были, хорошо подчищают за собой след. Но в любом случае, нужно ее найти. Позанимайся сегодня магией, - сменил он вдруг тему. - Попробуй достать кота.
        - Достать кота?
        - Да, расскажешь потом, на что твоих способностей хватило.
        Чернорецкий обнял ее покрепче, шутливо повалял по кровати, помяв и рассмешив, и все-таки встал с постели. Ева потянулась и села в подушках. Он быстро оделся, забрал телефон с зарядки и ушел в ванную, оставив девушку в кромешной тишине и темноте.
        Вчера вечером, закончив пролистывать тетради и не найдя для себя там больше ничего, кроме душевных излияний Варвары, которая питала склонность к драме и сентиментальности, они все-таки попробовали смешать свежую кровь. На этот раз в серебряной чаше, простой, чистой и без рисунков. Марк уверенно взял ее кулачок своей ладонью и сжал над посудиной, кровь алыми ручейками горячо потекла по ее пальцам, по ее ладони, смешиваясь и покрывая гладкое дно. Ничего столь же впечатляющего, как взрыв хрусталя, не произошло, чаша с достоинством выдержала испытание проклятием, не погнувшись, только почернела, когда кровь вдруг вскипела, покрылась черной сеткой из густых нитей заклинания, которые проявились и взметнулись вверх по серебряным стенкам и мгновенно запеклись. Некромант пробормотал тогда что-то, вроде «Надо же, как интересно получилось», и ушел в детальное изучение феномена. Ева пожелала ему удачи и ушла в кухню заедать неудачу поздним вредным ужином.
        Когда Марк вернулся, она уже спала, и, разбудив ее шелестом одежды, он так же быстро усыпил ее теплом теплого бока рядом.
        Ева потянулась и взяла с края стола телефон. Шесть утра. Можно, конечно, попытаться уснуть, но гораздо интереснее, до чего там дошел Чернорецкий в своих изысканиях. Девушка поднялась, оделась, расчесала волосы и сменила некроманта в ванной. Он, конечно, удивился столь раннему подъему, но кофе сварить пообещал. Девушка с улыбкой наклонилась над умывальником. Потрясающий мужчина.
        Спустившись в кухню, Ева уже привычно села на стул напротив окна и взяла в руки горячую чашку с кофе. Потрясающий!
        - Боже мой, чему ты можешь радоваться в шесть утра? - шутливо изумился Марк, отвлекаясь от чтения почты и новостей в телефоне. В кухне совсем по-утреннему пахло крепким кофе, свежим парфюмом и лосьоном.
        - У девушек свои секреты, - уютно улыбнулась в чашку Ева, совершенно не горя желанием делиться мыслями. Чувствами - пожалуйста, но мыслями - ни за что. - Что там с нашим ночным экспериментом?
        - Он не удался, ты спала, - на одном дыхании невозмутимо ответил маг.
        - Что?
        - Что?
        - Не смешно, - проворчала Ева, но все равно рассмеялась, отставляя чашку и закрывая лицо руками. - Марк!
        - Да понял я тебя, - некромант оперся локтями на столешницу, удерживая чашку. - Я почитал старые книги и порылся в записях отца. Вероятно, причина в том, что наши Силы не равны. Я последний в роду, и я сильнее.
        Ева хмыкнула:
        - Предлагаешь убить Божену?
        - Подумываю об этом… - загадочно прищурился маг.
        - Да ладно тебе, она милая, когда не лезет в чужую жизнь.
        - Ну, если на это так посмотреть, то у них много общего с Агатой.
        - Нет уж, явление твоей бабушки народу ничто в моих глазах не затмит, - нервно поежилась Ева.
        - Извини, детка, - раздалось за спиной. И Ева вздрогнула, чуть плеснув кофе на столешницу.
        Марк усмехнулся, глядя, как темное пятно испаряется на гладком дереве стола:
        - Я же говорил, не умеешь ты чашками пользоваться.
        Агата полупрозрачной цветной тенью прошла из-за спины Евы к внуку и встала теперь за его спиной.
        - Я так понимаю, у вас не получилось снять проклятие? - голос звучал сухо, отдаленно.
        - Пожалуй, мне пора, - посмотрел на часы Марк и отставил недопитую чашку кофе. Забрав со стола телефон, он потрепал Еву по голове, спутывая расчесанные волосы, и ретировался в коридор.
        - Сбежал от меня, - презрительно прокомментировала Агата, прозрачными глазами глядя сквозь стену. А потом перевела взгляд на гостью, и Ева чуть не подавилась глотком кофе. - Но ты ведь не сбежишь от меня, детка? Я давно хотела бы с тобой поговорить.
        - Хорошего дня, - иронично пожелал из коридора Марк, застегивая пальто. - От нее можно спрятаться в комнате и кабинете.
        Ева затравленно улыбнулась, входная дверь хлопнула.
        Марк позвонил Артему по дороге в город, чтобы не терял времени и сразу ехал по адресу Викиных родителей. Напарник звонку не обрадовался, между ними еще держалось неприятное напряжение, Артему было бы проще встретиться в Комитете, заново привыкнуть друг к другу. Два года совместной работы… И они снова чужие люди.
        Подъехав к высокому, двадцатиэтажному дому в новом квартале, Чернорецкий с трудом припарковался во дворе и закурил, ожидая, когда подъедет Артем. Идти сразу к родителям бывшей девушки не имело смысла - опять прибавится каких-нибудь подозрений. Темный стряхнул в приоткрытое окно пепел.
        Вика… Что он помнил о ней, кроме того, что она знает себе цену и умеет добиваться своего? Ничего. Кажется, любила ягодный мохито и тирамису, постоянно жалуясь, что испортит фигуру. Старалась выглядеть милой. Они ездили вместе в клубы, обедали в ресторанах, выезжали на выходные из города, иногда она оставалась у него. Не дольше пары ночей. Без оставленных зубных щеток, и тем более без всяких раздражающих домашних тапочек. Любая попытка оставить хоть что-то о себе в его доме пресекалась мягко, но неотвратимо. Чем настойчивее становилась Виктория, тем реже появлялась в его жизни. Расставание далось ей тяжело, сцен она не устраивала, но без удара по самолюбию не обошлось, девушка так просто не смирилась. Она не преследовала его, скорее делала вид, что ничего между ними не было. Стараясь заново привлечь внимание и выжидая.
        Каждый раз, каждый долбанный раз, он предупреждал, что не настроен на серьезные отношения. И каждый раз чувствовал себя мерзавцем, когда находилась какая-нибудь «не такая» девушка, уверенная, что уж с ней все будет иначе. Да это хуже проклятия.
        Стук в окно выдернул его из раздумий. С пассажирской стороны, на тротуаре, стоял Артем. Тени, залегшие под его глазами, живописали степень его недосыпа.
        Темный кивнул, закрыл окно и вышел из машины.
        - Так куда нам? - Снегирев обернулся к череде подъездов.
        - Сюда, - Марк кивнул на ближайший и бросил под ноги сигарету. До снега она, конечно, не долетела.
        Маги подошли к дверям с домофоном, открыли ее, как самую обычную и, вызвав лифт, стали подниматься на этаж. Шестнадцатый. Артем прижался спиной к металлической стенке лифта, заглянул в зеркало, снимая шапку и поправляя волосы. По факту, еще больше путая их.
        - Ненавижу высотки, - проворчал он. - Каждый день подниматься минуты две, спускаться минуты две, еще ждать лифта постоянно… Два часа жизни в месяц в лифте. Какой толк в этих высотках?
        - Обычно - вид, - прохладно ответил Марк.
        Снегирев посмотрел хмуро, будто вообще не ждал ответа.
        - Вид? На другие новостройки?
        Чернорецкий пожал плечами:
        - Я переехал загород.
        Хорошего настроения напарнику замечание не прибавило:
        - Я помню.
        Лифт с победным звоном остановился и медленно раскрыл створки. Светлая, выкрашенная в фисташковый цвет встретила пустотой и мигающей лампочкой. Марк придержал напарника вытянутой рукой, осмотрелся и все-таки вышел. Квартирный коридор находился за большой металлической дверью с матовым стеклом. Напротив них такая же дверь вела на лестницу.
        Чернорецкий прошел к квартирам, дойдя до нужной, позвонил.
        - Думаешь, они дома? - зевнул Артем, приваливаясь к светло-зеленой стене.
        - Время видел? Нормальные люди только на работу собираются.
        В подтверждение слов некроманта, нормальные люди открыли дверь. Из квартиры пахнуло кофе, яичницей и зубной пастой. Дверь открыл отец Виктории, высокий черноволосый маг, в его зубах была зажата щетка.
        - Антон Борисович? Мы из Комитета.
        В подтверждение слов Марк поднял ладонь, показывая руну.
        - Вы нашли Вику? - мужчина вытащил изо рта зубную щетку и утер тыльной стороной ладони пену с губ.
        - Нет, мы хотели бы уточнить пару деталей и взять что-то из ее вещей, чтобы организовать магический поиск.
        - Ясно.
        Мужчина посторонился. В коридоре уютной светлой квартиры с новым ремонтом уже стояла его жена, мать Виктории, Татьяна. Она взволнованно встретила гостей, без слов проводила в комнату Вики. Отец, извинившись, скрылся в ванной, смыть пасту. Татьяна замерла на пороге комнаты дочери, тревожно следя за Ищейками и боясь задать вопрос, который вертелся на языке. Из коридора послышался голос ее мужа, он звонил на работу, предупреждая, что задержится.
        - Она сказала, что в Москву к подруге поехала, - потеряно проронила женщина. - И вот…
        Артем застыл посреди Викиной комнаты, разглядывая обстановку. С чего начать и что делать, он не знал. Марк прошел по комнате, изменяя зрение, стараясь уловить что-то, что даст подсказку. Белая кровать, зеркальный шкаф, белые витые стулья, дизайнерский белый ковер на полу, стол с компьютером, на котором только документы и фотографии в рамках.
        Чернорецкий подошел к столу и поднял одну из фотографий. Их случайное селфи с прогулки по рекам и каналам.
        - А я Вас сразу узнала, - со слезами в голосе произнесла мать, - по этой фотографии. Викочка так ею дорожила. Я знаю, Вы обязательно ее найдете.
        Марк коротко переглянулся с напарником. Разубеждать бедную женщину - совсем уж жестоко. Пусть думает, что хочет. Темный поставил рамку обратно.
        - Скажите, могу я взять что-то из ее вещей для поисков магического следа? - вместо ответа обратился к ней Марк. - Может, украшение, то, что она долго носила, что впитало ее Силу?
        - Да, да, сейчас, - Татьяна сдвинулась с места, прошла к шкафу, из-за зеркальной створки достала большую деревянную шкатулку с резьбой. - Здесь все ее украшения. Посмотрите сами, что подойдет.
        Женщина поставила шкатулку на стол перед Марком и услужливо раскрыла. Некромант отшатнулся.
        - Артем, звони Белову, здесь наши амулеты, - бросил он резковато, и светлый подошел ближе, доставая телефон.
        - Я не знаю, не знаю, откуда это у Вики, - откровенно рыдала мать полчаса спустя, когда квартира уже кишела оперативниками из Комитета. - Я знаю только, что она перешла работать в другую лабораторию, еще что-то говорила об исследованиях магии крови, что работает в каком-то крупном проекте. Вы же понимаете, она ничего нам не рассказывала. У нее же степень секретности. Она очень ответственная девочка…
        Белов снова приехал сам. Не захотел оставлять своих горемычных подопечных без чуткого взора. Чернорецкий, завидев на пороге дорогого начальника, не сдержал ядовитой улыбки, без слов твердившей: «А я говорил». И теперь Станислав сидел с матерью и отцом Виктории в перерываемой спальне дочери и мрачно допрашивал вместе с Ищейками. Татьяна зябко жалась к мужу, на лбу которого пролегла трагическая морщинка. Ее светлые крашеный волосы трогательно растрепались.
        Амулетов в шкатулке с украшениями нашлось три. Приносила ли Вика сюда остальные, и куда они делись, родители не знали. Перед пропажей девушка вела себя как обычно, единственное, что отмечала мать, иногда была как сама не своя, переживала за что-то, но потом успокоилась, даже повеселела. Сказала, что просто привыкает к новой работе, что навалилась большая ответственность. Ни про амулеты, ни про то, с кем работала, не рассказывала. Вика и перед родителями создавала образ идеальной, успешной дочери.
        Эксперты тщательно упаковали амулеты, собираясь отправить их в лабораторию. Еще нужно подтвердить, что это именно те, пропавшие. И снять все магические следы. Перерыв комнату, они нашли книги по магии крови, какие-то обрывочные заметки, ничего серьезного. Системный блок компьютера тоже упаковали для детального изучения содержимого. Но зная Викторию… Марк машинально обернулся, оценивая обстановку. Она все старалась довести до конца. Что-то подсказывало, что Комитет не найдет ничего, если она не хотела. Оставив Артема и Станислава продолжать опрос, он еще раз прошел по комнате. Внимание так и притягивала дурацкая фотография, распечатанная с телефона. Незавершенность… Единственная вещь в комнате, от которой тянуло чувством несмирения. Пространство и вещи впитывают энергетику своего владельца, чувства, обрывки мыслей, настроение. И спальня излучала очень противоречивые эмоции. Но только фотография выделялась на этом смешанном фоне.
        Некромант подошел к фотографии и дотронулся пальцами до угла серебристой рамки. Целеустремленность, граничащая с одержимостью, оглушала. Наверное, стоило заставить ее принять это решение самой.
        Татьяна, отвлекшаяся от разговора, расценила его жест как сентиментальный. Женщина промокнула красные глаза скомканной салфеткой.
        - Она такая счастливая здесь. Возьмите, если это поможет.
        Чернорецкий поколебался и повернулся к спецам:
        - Дайте пакет.
        Он уложил фото вместе с рамкой в прозрачный зип-пакет. К этому еще можно потом вернуться. С разрешения хозяев, некромант выбрал из украшений браслет, который девушка часто носила, и забрал, когда его внесли в реестр.
        - Поехали, - позвал Марк Артема.
        - Куда собрались? - строго нахмурился Белов, оборачиваясь.
        - Поищем Вику, - Чернорецкий показал браслет в пакете и вышел из комнаты, не дожидаясь разрешения.
        Станислав нахмурился еще строже, под раздачу грозил попасть Снегирев:
        - И смотри, чтобы без приключений там!
        - Угу, - многообещающе выдал парень и ушел следом за темным.
        Спустившись во двор, Марк закурил, останавливаясь у парадной. Проезд был заставлен машинами. Комитета - в том числе.
        - Зачем фото забрал? Ностальгия?
        - Ностальгия, - рассеянно подтвердил некромант, глядя в серое небо. Ветер холодом уносил дым вверх. - Только не у меня. Эмоции зашкаливают.
        - Едем?
        - На вокзал, - добавил маг и направился к своей машине.
        Артему тоже не улыбалось потом возвращаться на окраину города, в Мурино, за машиной, поэтому ехать решили раздельно. На вокзале Снегирев скрыл их от взгляда людей простеньким отводом глаз, и они благополучно прошли проверки и сели в поезд. Тот же, в котором уехала из города Виктория.
        Растирая ладонью браслет, некромант прошел по вагону к креслу, которое она занимала. По прошествии времени и после стольких пассажиров невозможно уловить эмоции, только стертую ниточку следа в клубке подобных, но важнее просто повторить путь. Марк сел на свободное место, Артем опустился рядом. Экраны у потолка транслировали забавные ролики о важности соблюдать тишину и не мешать окружающим. Марк прикрыл глаза - оставалось подождать.
        Артем от скуки полистал бесплатный журнал, достал наушники из картонного конвертика.
        - Они их на китайском рынке, что ли, оптом заказывают? - ворчливо возмутился парень, демонстрируя добычу. - Я таких даже в девяностые не видел!
        Марк улыбнулся:
        - Положи на место.
        Снегирев запихал наушники обратно и откинулся на сиденье, выражая и нетерпение и скуку. Но еще быстрее поезд все равно не поедет. Парень успел задремать, и снилось что-то муторное и тягучее, когда Чернорецкий легко хлопнул его по плечу, выводя из сна.
        - Пойдем.
        Темный потянул его на станцию, все перебирая пальцами браслет. Обычный заснеженный городок. Люди, суета, просторная платформа с арками… Марк уверенно прошел станцию, вышел на дорогу за ней. И шел вперед, пока не остановился. А затем повернулся к напарнику, осматриваясь и закуривая.
        - Что?
        - Место хорошо выбрано. Ни камер, ни свидетелей. Заранее выбрали, - он обернулся. - Вы уже запросили видео с камер дальше по дороге?
        - Да, вчера, там пара магазинов, банки… Вика пропала в субботу, но она из Комитета, поэтому за два дня мы многое сделали. Но кое-что зависит и от бюрократии, сам знаешь.
        Чернорецкий присел на корточки и опустил ладонь в снег, создавая привязку к месту, точку отсчета. Едва слышно что-то прошептав, он сжал браслет. Черный туман просочился сквозь пальцы, браслет осыпался пеплом на грязную дорогу. Некромант поднялся, отряхнул руки, вытащил фото из кармана пальто и закрыл глаза. Магия не всемогуща, и он не всемогущ, но, если девушка жива и находится где-то в городе, почувствует ее. Если мертва - тем более. К счастью, город не настолько большой…
        Марк очень глубоко ушел в ощущения, прислушиваясь к себе, и не сразу заметил, как морозный холодный воздух приобрел совершенно иной оттенок вкуса. К озоновой свежести примешалась нота затхлости и тлена. Холод начал щипать кожу на руках и на щеках иначе, высушивая, впитывая Силы. И вместе с тем… Некромант открыл глаза, выныривая из глубины сознания, стер каплю крови под носом. Пустота отступила.
        - Думаю, я знаю, где она.
        Спустя полчаса, Ищейки вошли в городскую больницу.
        - Мы первым делом проверили больницы и морги, - возразил Снегирев, шагая за Чернорецким к стойке приемного отделения.
        - Вы мага искали, - коротко ответил Марк, вытаскивая из гриппера фотографию. И изобразив самую красивую из своих улыбок, обратился к медсестре за стойкой. - Здравствуйте. Скажите, не поступала ли к вам девушка, похожая на эту…
        - О, - повеселела медсестричка, поднимая голову и рассматривая фото. - Это же наша пофигистка!
        - Что Вы имеете в виду? - несколько опешил Марк. Снегирев подтолкнул его плечом, нависая над стойкой.
        - Ну… - девушка смутилась. Узнала и второго изображенного на фотографии человека. - Извините… Она поступила в состоянии глубокого шока, и все, что говорит, это «фиолетово»…
        - Проводите нас, пожалуйста, - попросил Артем, и девушка, жестом указав ее ждать, заглянула в коридор и позвала санитарочку. Светлый повернулся к напарнику. - А тебе везет.
        - Да. Как утопленнику, - мрачно признал Чернорецкий.
        Когда их проводили в палату, оказалось, что Вика находится почти в бессознательном состоянии. Ее нашли в воскресенье вечером. Бредущей по трассе из города, в одной блузке, джинсах и кроссовках. Девушка шла, обхватив себя за плечи, не реагируя ни на кого, и повторяя только слово «фиолетово». Перехватили ее неравнодушные водители, сотрудники ДПС вызвали скорую. На все типовые вопросы - как зовут, какой сегодня день, какое число, какое время года, ответа не было. Только равнодушно повторяла слово. Так и закрепилось прозвище. И никакой положительной динамики за день. Врачи уже подготавливали документы для перевода в психиатрию.
        Артем связался с родителями девушки, Марк сел на край ее больничной койки. Ее соседки с затаенным интересом поглядывали на них. Она осунулась, скулы проступили еще сильнее, под глазами залегли тени.
        - Вика? - маг взял ее за руку. Никакого отклика. Ни магии, ни эмоций.
        Чернорецкий непроизвольно сжал тонкое запястье чуть сильнее, пальцы мимолетно обожгло, кольнуло. Темный осторожно развернул ее руку ладонью вверх. На коже едва-едва светилась руна.
        - Тем? - Снегирев отвлекся от телефонного разговора, вопросительно поднял брови. - Посмотри.
        Ищейка наскоро попрощался, пообещав перезвонить, и подошел. Понятливо сжал руку Вики, вслушиваясь в отклик магии. Нахмурился, вздохнул поглубже, попробовал еще раз.
        - Ничего, - шепнул он темному. - У нее больше нет способностей.
        - Блок?
        - Нет, она просто немаг. Как такое возможно?
        Как такое возможно? Чернорецкий отвернулся, обдумывая варианты. Что-то такое было в записях отца… Неподтвержденная теория, что способности может выпить Пустота. Но кажется, он сам же и опровергал это.
        - Не знаю. Подождем заключения экспертов.
        Артем кивнул и вышел из палаты, набирая очередной номер. Нельзя оставлять ее здесь. И нельзя оставлять одну.
        Оставшись наедине с Агатой, Ева отставила чашку. Призрак обрел более плотные очертания и плавно опустился на стул, который до этого занимал Марк.
        - И о чем же Вы хотели поговорить? - осторожно спросила девушка, прикидывая, как скоро можно добраться до дверей комнаты, если что-то пойдет не так.
        - Новости плохо доходят до загробного мира, а мой внук слишком упрямый и вечно занятой юноша. Поэтому, думаю, мы можем многое поведать друг другу. Я - о прошлом, ты - о настоящем.
        - О прошлом? - предложение удивило больше, чем заинтриговало.
        Агата змеино улыбнулась. Но смазывая эффект, на ее колени вспрыгнул кот, неуклюже потерся ухом о ее призрачную грудь. Старуха придержала его руками, почесывая. Зверь замурчал, затоптался на сухих коленях, укладываясь.
        - В прошлом есть и поинтереснее истории, чем жизнеописание одной несчастной семьи, детка. Я все-таки была магом. И смею заверить, неплохим. И хоть колдовать больше не могу, все еще помню, как это делается. И с тех пор мало, что изменилось.
        - То есть? - склонность Агаты говорить загадками не способствовала взаимопониманию. Зато теперь Ева слышала в ее голосе какой-то легкий, интересный акцент, сглаженный годами.
        - То есть, я научу тебя пользоваться магией. От моего внука ты вряд ли этого дождешься.
        И не поспоришь. Если ее обучение магии продолжится в том же темпе, то лет через двадцать она будет прекрасным теоретиком, дочитав все книги, которые найдет. И может, все-таки научится лепить снежки силой мысли.
        - Хорошо, предположим. А что взамен?
        - Для начала расскажи мне, как он нашел тебя. Видишь ли, мой внук жаден до подробностей и ничего не рассказывает.
        - Ну… Это долгая история.
        Агата посмотрела на нее почти с жалостью:
        - В это трудно поверить, но у меня выдался свободный денек. Сегодня греметь цепями не моя смена.
        Ева шокированно застыла с приоткрытым ртом, глядя на Агату. Старуха самодовольно усмехнулась, потрясающе напоминая внука. Она невозмутимо продолжала почесывать кота.
        - Ну, не думала же ты, что я продержалась бы так долго в обществе этих оболтусов без чувства юмора? Ты тоже привыкнешь. Ко всему. Со временем.
        Девушка вспомнила про кофе. Чашка уже совсем остыла, напиток тоже едва теплый.
        - Я здесь долго не задержусь.
        - Понимаю. Я тоже была молодой и наивной и не собиралась здесь задерживаться, - мертвая красноречиво обвела взглядом потолок, имея в виду дом. - И посмотри, к чему это привело?
        Ева прикрыла глаза. Ох, этот неловкий момент…
        - Понимаете, не хочу показаться грубой, но со времен Вашей молодости мир немного изменился…
        - Да, - кивнула Агата. - Ханжей стало чуть меньше. Детка, я мертва всего десять лет, а не сто. У меня тоже было кабельное. Просто, помимо него, у меня есть еще и жизненный опыт.
        - Извините.
        - Ничего, Марк тоже постоянно об этом забывает. Так, теперь ты расскажешь мне, что произошло?
        Ева заглянула в почти пустую чашку. Пожалуй, еще одна порция кофе будет не лишней. Или не одна. Девушка поднялась, достала кофе и турку. Старуха следила за ней цепким, любопытным взглядом. Призрак призраком, а эмоции с нее считывались, как с живой.
        - Я стояла на остановке и ждала автобус… - начала Ева, поставив наполненную водой и кофе турку на плиту. Повернулась, скрещивая руки на груди.
        Рассказ получился долгим и путанным, постоянно приходилось возвращаться, уточнять какие-то детали… Но Агата слушала очень внимательно и спокойно, не прерывая и обдумывая ее слова. Но что именно о них думала - оставалось тайной. Эмоции текли ровным потоком. Ей не нравилось происходящее, она осуждала упорство Марка в расследовании, но ничто ее не ужасало. Да и что может ужаснуть старую мертвую некромантку?
        - Любопытно, - резюмировала Агата, когда Ева закончила рассказ, допивая вторую чашку кофе. - По поводу вашего расследования, ничего пока не скажу, нужно многое обдумать, но, что касается магии крови… Да, неравные Силы могли повлиять на результат. Есть способы временно усилить твою магию, но баланс соблюсти очень сложно. При наложении проклятия это, естественно, роли не играло, проклясть всегда легче.
        - Наверное, Вы правы. Я в этом мало разбираюсь.
        Агата усмехнулась:
        - Ты мне нравишься. Умная милая девочка. Внука моего, правда, всерьез не воспринимаешь. Но, пожалуй, это ему на пользу. Да и тебе тоже. Чем дольше игнорируешь очевидное, тем сложнее от него избавиться. Это как зубная боль.
        - Что Вы имеете в виду? - снова не поняла тонких намеков Ева. Или опять проигнорировала очевидное, как сказала бы Агата.
        Мертвая осуждающе вздохнула, вдруг вставая и передавая девушке в руки кота. К огромному изумлению той, котище всем немалым весом придавил колени. Ева неуверенно дотронулась до мягкой длинной шерсти, но кот не исчез, только запустил когти в плотную ткань джинс. Не оставалось ничего другого, как соблазниться и помять мурчащее животное.
        - Вот и славно, - старуха стряхнула с подола невидимую шерсть и царственно направилась в сторону гостиной. - Пойдем в мою комнату, у меня там есть несколько более полезных книг. Заодно посмотрим, на что ты еще способна.
        Марк вернулся поздно, около полуночи. Ева издали услышала шум подъезжающей машины, и подошла к окну спальни удостовериться, что это он. Не сказать, что теперь девушка пугалась каждого шороха, присутствие Агаты все-таки создавало иллюзию, что она не одна в доме, но разумная предосторожность никогда не повредит. Отсюда виднелась только часть дороги, окна выходили на лес и в сторону залива, поэтому, когда машина скрылась за углом, Ева оттолкнулась ладонями от подоконника, подхватила сонного теплого кота с покрывала и отправилась встречать некроманта.
        Марк закрыл входную дверь и в глубине души порадовался неяркому желтоватому свету в комнатах. Похоже, он так долго жил один, что не столько привык к этому, сколько устал. Положив на полку кейс с ноутбуком и плоскую коробку, маг снял стылое пальто и разулся. Справа скрипнула лестница, Ева медленно спускалась по широким ступеням, стараясь не упасть в своих большущих тапках. На руках у нее сидел ошалевший от новых впечатлений Шаттен, в панике оглядываясь и сокращая ей обзор.
        - Привет, - улыбнулся Чернорецкий, остановившись полюбоваться чудной картиной.
        - Ты говоришь «привет», - патетически начала Ева, вставая ровно на одной из ступенек и вальяжно почесывая кота, - но ты говоришь это без уважения!
        - Ммм, мадам знает толк в классике кинематографа.
        - На самом деле, не очень. Мне не хватает терпения досмотреть его до конца, - созналась девушка и спустилась наконец в гостиную.
        - Кота, я вижу, ты достала.
        - Полностью, - похвасталась она, поднимая черного зверя подмышки и в приливе детского восторга болтая из стороны в сторону. Кот стриг ушами и глазами искал спасения, пушистый хвост нервно дергался. - Полностью достала!
        - Вижу, он счастлив, - иронично заметил маг.
        - Да, кто ж его спрашивает? - умиленно проворковала коту девушка. - Главное, я счастлива!
        И прижала кота к плечу, погладив и зарывшись в мягкую шерсть носом. Покладистый кот хрипло замурлыкал, перебирая лапами, устраиваясь поудобнее.
        - А у тебя как день прошел?
        - Меня тоже достали полностью.
        - Что-то нашел? - спросила Ева, имея в виду расследование.
        - Да. Вику, - непроизвольно нахмурился Чернорецкий. - Давай не будем о грустном.
        Он подошел к ней ближе и непринужденно взмахнул рукой, кот рассеялся в воздухе.
        - Ну… - расстроилась Ева, и была сразу же заключена в объятия.
        Замена вполне равноценная. Девушка встала на цыпочки и обняла мага в ответ, его одежда холодила и пахла морозом. Марк поцеловал ее в висок и тихо, но твердо сказал, отпуская:
        - Никаких расследований сегодня и никаких проклятий. Никаких вопросов жизни и смерти!
        С этим заявлением некромант сунул ей в руки кейс с ноутбуком и коробку. С пиццей. Едва прикоснувшись к картону рукой, он разогрел угощение и ушел в кухню. Девушка проводила мага понимающим взглядом, - она и сама временами такая же с работы приползала, - и заглянула под крышку. Выглядело безумно аппетитно, пахло также. На кухне зашумела вода, потом хлопнула дверца холодильника, послышался звон чашек. Не удержавшись от соблазна, Ева стащила с расплавленного сыра кусочек запекшейся пепперони и отправила в рот.
        - Марк, если я скажу, что люблю тебя, ты ведь поймешь, что я сделала это под давлением еды и обстоятельств? - громко спросила она, с сожалением закрывая коробку.
        - Я тебя не осуждаю. Сам уже не могу жевать салат, - Чернорецкий одной рукой взял две круглые большие кружки, из которых они вчера пили чай, и початую бутылку вина.
        Ева ждала его на лестнице, и, выйдя из кухни, маг подтолкнул ее, увлекая наверх.
        - Идем-идем, про кота мне расскажешь, на Агату пожалуешься.
        - Да чего на нее жаловаться, она решила помочь мне с магией.
        - Правильно, - похвалил некромант, поднимаясь. Он приобнял ее рукой с чашками. - Очень осмотрительно. Жаловаться надо за закрытыми дверями.
        - Мне кажется, ты к ней несправедлив.
        - Да, конечно, - Марк пропустил ее вперед, в комнату, и закрыл ногой дверь. - Она просто боится тебя снова напугать. Или отпугнуть.
        Ева положила на комод ноутбук и пиццу. Марк подошел, вытащил из кейса компьютер и включил.
        - В любом случае, я ей благодарна. Я, конечно, люблю одиночество, но у меня дома обычно хотя бы телевизор болтает. Или в гости заезжает кто-нибудь.
        Марк налил вино в кружки и подал одну Еве в руки.
        - Как изящно, - восхитилась девушка, отсалютовав кружкой.
        - Зато практично, - он легонько ударил своей чашкой о край ее и, выпив немного вина, закрыл глаза, запрокидывая голову.
        Ева изучающе посмотрела на мага, сжимая пальцами толстый фарфор. До этого момента она не улавливала его чувств. Эмпат снова скрывал их. Привычка? Сейчас же усталость и саднящее разочарование, накопившееся за рабочий день, медленно таяло в привычных ровных чувствах.
        Некромант отмер и хитро посмотрел на девушку:
        - Что?
        Ева прикусила губу:
        - Посмотри на просвет, дай вину подышать… - насмешливо передразнила она и рассмеялась, делая глоток.
        - И правда, что это я? Вину нужно подышать, - Марк отвел ее руку с чашкой в сторону и, скользнув пальцами по чувствительной шее, склонился, захватывая губами ее нижнюю губу.
        Ева вздохнула, приоткрывая рот и отвечая на поцелуй. И замерла, так четко, так ясно и волнительно ощущая его присутствие рядом, привкус парфюма, свежего вина и приятного запаха тела. Ослабевшей рукой поставив чашку на комод, девушка погладила его по чуть колючей щеке, прижимаясь еще теснее, наслаждаясь, как жарко, как душно становится. Прерывисто вздохнув, она прервала долгий поцелуй, задержавшись на секунду у мягких губ. Миг, когда дыхание одно на двоих, возвращающий к более, более чувственным воспоминаниям. Ева улыбнулась. От желания целовать еще, сводило скулы. Девушка закусила губу, провела пальцами по его шее и все-таки отстранилась. Марк удержал ее в объятиях, его ладонь все еще согревала ее затылок. И он смотрел на нее так внимательно и пронизывающе, что Ева отвела взгляд…
        - Так что тебе рассказала Агата?
        Маг отпустил ее, решив не смущать еще больше. Он открыл коробку с пиццей и развернул к Еве, чтобы взяла кусок. Девушка честно потянула, растягивая сыр, тот, с которого уже утащила кружочек колбасы.
        - Что моя магия связана с Пустотой, - Ева сжала кусочек, придержала край пальцем и надкусила. - Ну, то есть, что, если все нормальные некроманты взаимодействуют с энергией смерти здесь, вытягивая ее из костей и прочих мерзостей, то мои способности связаны с этой вашей завесой, и я просто могу ее приоткрывать и взаимодействовать с энергией оттуда. Закрывать, Агата сказала, тоже могу, но пока не умею. И еще при прикосновении могу делать призраков материальными. Круто, да?
        На ее аппетит разговор о загробном мире не повлиял, и девушка с нескрываемым удовольствием смаковала пиццу.
        - Ты супергерой! - одобрительно кивнул Чернорецкий, поднимая коробку и ноутбук и перенося на кровать.
        - Ну, не смейся, - Ева взяла чашки и подала магу, уже удобно усевшемуся на кровати и что-то искавшему в компьютере. - Агата сейчас единственный человек, у которого есть время и желание учить меня с этим управляться.
        - Она не человек, - ради справедливости возразил Марк. - Это сложная совокупность остаточной магической, некротической, эмоциональной энергии и информации.
        Ева, удобно расположившаяся на подушках, скептически посмотрела на некроманта.
        И не без удовольствия сказала:
        - Ох, и надавала бы она тебе сейчас по шее!
        - Она сама меня этому и учила, - отмахнулся Чернорецкий, включив какой-то фильм, и откидываясь на подушки. - И тебя научит. Может, это не такая уж и плохая идея. Иди сюда.
        Он приподнял руку, приглашая прилечь рядом, на его плечо. Ева придвинулась и уютно устроилась на его груди.
        - И что мы будем смотреть?
        - Один старый и скучный фильм, и я очень надеюсь, что не досмотрим.
        Глава 7
        Фильм, конечно, не досмотрели. Потому что, если Марк что-то задумал, то отступать не собирался. Даже если это дерзкий саботаж кинопросмотра. Очень упрямый мальчик, как говорила Агата. И очень целеустремленный, думала утром Ева, сквозь сон слыша едва заметный шорох одежды. Стоило ли опять вставать в шесть утра, она еще не решила. Марк очень старался ее не будить, тихо выйдя из комнаты и прикрыв за собой дверь. Поворочавшись еще немного, девушка все-таки сдалась, подтянула к себе его подушку и с ощущением полного уюта уснула.
        Марк спустился в кухню, морально уже готовясь к тому, что Агата уже поджидает его для расспросов и советов. Встречаться с ней не хотелось, а развоплощать любимую бабушку совесть не позволяла. Но Агата преподнесла щедрый сюрприз - ненадолго оставила в покое и не появилась. Поэтому, наскоро позавтракав и проверив почту, маг без приключений добрался до работы. И даже раньше напарника, что случалось редко.
        - Привет, - сонный и мятый парень вошел в кабинет и, бросив на вешалку куртку, отправился к своему столу.
        Совместная работа до глубокой ночи заставляет со многим примириться и многое вспомнить, поэтому недружелюбное напряжение поугасло, Снегирев был зол только на утро, недосып и мерзкий кофе, который успел выпить на заправке. Чем щедро поделился с напарником, пока заваривал растворимый.
        - Даже эта бурда лучше! - гневно закончил светлый и рухнул на свой стул, включая компьютер. - Что нового?
        - Час назад записи с камер кафе и банка прислали, - ответил Марк, не отрываясь от монитора.
        - О! - оживился Артем. Новость взбодрила лучше кофе.
        Чернорецкий развеял его оптимизм одним взглядом, а потом добил словами:
        - Мы имеем дело с опытным магом. Номера расплываются на записи, водителя не видно.
        Снегирев экспрессивно откинулся на спинку стула, желваки дернулись.
        - И что у нас есть? - хоть вопрос и прозвучал как риторический, но спрашивал Артем вполне серьезно. С утра думалось тяжело, и это был привычный способ разогнать мысли.
        - Хмм… - Марк сел поудобнее и задумался, глядя, как медленно оживает напарник с каждым глотком кофе. - Одни вопросы.
        Снегирев открыл видеозапись, которую и ему прислали на почту.
        - Как там Ева? - непринужденно спросил светлый, уставившись в экран.
        Чернорецкий помрачнел:
        - Ты опять начинаешь?
        - Да не начинаю я, - резко возмутился Артем, - просто спрашиваю. Особенно, после того, что ты рассказал о ее порталах. Чо так реагировать-то?
        - Ева в порядке, Агата учит ее управляться с магией.
        - Агата? - чуть не поперхнулся кофе Снегирев. Бабушку Марка он, конечно, не знал, но был о ней наслышан. - Так, у вас все настолько серьезно?
        - Тем, отстань, а? - уже прямо попросил Чернорецкий.
        - Должен же я понять наконец, за что получил разбитый нос, - проворчал парень, потирая пластырь
        - За то, что лез, куда не надо. Если еще не понял.
        - Но знаешь, я тебя понимаю, - вдруг философски заключил Артем, щелкая мышью и останавливая кадр записи. При попытке что-то рассмотреть, изображение расплывалось. Чертыхнувшись, он отмотал назад и запустил заново воспроизведение. - Она очень красива. А эта ее белая блузка… Единственное, что в машине тогда разглядел.
        Марк тяжело вздохнул, глядя на часы. Стоит заглянуть к матери, узнать, что она успела выяснить о родственниках Евы. И заодно взглянуть на записи лаборатории…
        - Тебе кто-нибудь говорил, какой ты идиот?
        - Да, моя бывшая жена, - с энтузиазмом кивнул Снегирев.
        - Поэтому и развелись?
        - Поэтому и поженились. Но она, конечно, другого мнения.
        Чернорецкий хмыкнул и поднялся с места, отправляя компьютер в спящий режим.
        - Ты куда?
        - Зайду к матери, может, она что-то узнала о Вишневских.
        - Всерьез думаешь, что они могут быть причастны?
        - Или они, или кто-то, кто их ищет. Смысла покушаться на Еву из-за работы точно не было.
        Артем рассеянно кивнул, и Чернорецкий вышел из кабинета.
        Камилла, напряженно говорившая с кем-то по телефону, встретила его легким удивлением и отложила телефон, строго попрощавшись с собеседником.
        - Что ты здесь делаешь? - прозвучало суховато, ее еще переполняли неприятные эмоции от разговора, и чтобы смягчить впечатление, Камилла нервно улыбнулась. - Сумасшедшая неделя.
        - Я здесь работаю, - Марк расслабленно сел в кресло возле ее стола.
        Камилла поправила темный пиджак, положила телефон в карман и села на свое место. На краю стояла белая чашка с чаем на толстом блюдце, колдунья потянулась к ней.
        - Думала, тебя отстранили.
        - Белов передумал.
        Она кивнула, длинные тяжелые серьги с извечными аметистами покачнулись:
        - Это хорошо. Хотя, мне было бы спокойнее знать, что ты находишься подальше от этого кошмара. В Комитете сейчас происходит черте-что, мой отдел зашивается. Еще эта лаборатория… Пострадала девушка, лаборант.
        - Да, мы нашли ее вчера.
        Камилла очень серьезно кивнула, одним жестом подтверждая, насколько близко к сердцу принимает происходящее. Эмоции ее были раздраженные, нервозные, по сути, такой она и являлась чаще всего.
        - Ты нашла что-то о Вишневских? - спросил Марк.
        - Они очень давно эмигрировали в Чехию, и находятся вне нашей юрисдикции, поэтому я ничего больше не нашла. Извини, сделала, что могла, - она нервно выпила чаю. Чашка неприятно стукнула о блюдце, когда она поставила ее обратно. Марк с отстраненным интересом проследил за жестом. - Как у вас с Евой дела?
        - Все хорошо. Агата помогает ей освоиться, - ответил маг, и Камилла чуть поморщилась. - Скажи, в тот день, когда Ева проходила тест, кто-то еще использовал аппарат?
        Она склонила голову, серьги снова покачнулись:
        - Почему ты спрашиваешь?
        - У меня есть небольшое подозрение, что результат мог получиться… ммм… не совсем корректным.
        Камилла прищурилась.
        - Думаю, это исключено. Перед вашим приездом я заказала калибровку, результат должен был быть точным.
        - И все же, это не так.
        - Хорошо, - смягчилась Камилла, - приезжайте, мы просто пройдем тест заново.
        Марк задумался на секунду. Предложение заманчивое, кто знает, какие еще неожиданности может преподнести Ева. Но ведь не согласится. И в Комитет ее везти очень не хотелось. Что-то в этом всем не сходилось.
        - Нет, пока в этом нет необходимости.
        - Если ты прав, и результат некорректный, она может представлять опасность, - с нажимом подчеркнула колдунья.
        Чернорецкий проигнорировал давление. Он уже давно считал происходящее с Евой своим делом, и, принимая в расчет проклятие, она важнее.
        - Скажи, ты знаешь Викторию?
        - Викторию? - неуверенно улыбнулась мать.
        - Да, пострадавшую лаборантку.
        - Нет, милый, я не знаю, кто из лаборанток пострадал.
        Марк кивнул каким-то своим мыслям и поднялся. Очень хотелось проверить, кто же проводил калибровку.
        - Подожди, - остановила Камилла, и сын повернулся обратно. - Что ты нашел в способностях Евы такого, что сомневаешься в результатах?
        - Она некромант. В тесте этого нет.
        - Некромант, значит? - женщина задумалась, но восприняла новость почти как должное. - Что ж… Вполне ожидаемо, учитывая связь с Пустотой. И как она осваивается?
        - Тебе действительно интересно?
        - Ну… Раз уж ты до сих пор не удосужился оставить эту девушку и ее проблемы в покое… Я хочу быть уверена, что для тебя она не опасна.
        Марк скептически изогнул бровь, но ответил все же без сарказма:
        - Не опасна. И останется со мной столько, сколько потребуется.
        Камилла тяжело посмотрела на него, будто принимая какое-то решение. И отступила, тяжко выдохнув и складывая на груди руки. Марк направился к дверям, и она снова потянулась к телефону в кармане.
        Закрывая за собой дверь, некромант едва подавил сиюминутный, странный порыв чуть придержать створку, чтобы узнать, с кем говорила мать, но разозлился на себя за паранойю и ребячество и захлопнул. Стоило заняться более важными вещами. Марк направился к лабораториям. Калибровка… Вполне обыденная процедура. Из-за влияния магического поля испытуемых на аппараты, Комитет заказывал ее примерно раз в полгода. Странно, конечно, что они провели ее почти перед Новым Годом. Логичнее - подождать до января. Но ничего криминального. Если только кто-то из Комитета, проходя переаттестацию, не решил скрыть свою некромантию. И тогда этому магу нужны связи опять-таки с лабораториями. Слишком много совпадений вокруг научно-исследовательского отдела, слишком много. Может, поискать некроманта следует у них?
        Решив не лезть на рожон раньше времени, Чернорецкий заглянул для начала к другой своей бывшей девушке, работавшей вместе с Викой.
        Эмма, хрупкая рыжеволосая красавица, как раз пила чай в комнате отдыха и читала глянцевый журнал. Судя по тому, как основательно девушка устроилась в углу казенного диванчика, покачивая ножкой в туфельке с высоким каблуком, обратно к пробиркам она не спешила.
        - О, Марк, привет, - легко улыбнулась девушка, откладывая раскрытый журнал рядом на диванчик. - Какими судьбами?
        - Да, уточнить кое-что хотел, - маг сел в соседнее кресло.
        - По делу, значит. Из-за Вики?
        - Отчасти.
        Она кивнула своим мыслям.
        - Ужасная история, конечно. А ты знал, что у нас тестовые амулеты пропали, и ее сейчас в краже обвиняют? А, ну да, конечно, знаешь, ты ведь Ищейка, - Эмма рассмеялась над собой.
        Марк сдержанно улыбнулся. Эмма напоминала ему одну популярную французскую певицу, забавная, элегантная, очень легкая. Непостоянная, как и он сам.
        - Ты не знаешь, кто последнюю калибровку аппаратов для выявления способностей делал?
        - Ой, - Эмма пренебрежительно махнула рукой, - у нас такой скандал вышел с этими аппаратами!
        - Какой?
        - Да взяли нового техника. Все умею, все могу. Потаскался неделю испытательного с наставником, отзывы, вроде, неплохие получил. Ну, и отправили его калибровку делать, причем, инструкцию распечатанную дали. А потом вся наша лаба переаттестацию завалила. Он там что-то намудрил, настройки сбил, вот только вчера все переустановили. Теперь до Нового Года нужно успеть заново аттестоваться, сам понимаешь, мы ведь работаем с магией амулетов, все должно быть чисто по магическому фону…
        Конечно, понимал. В лаборатории попасть трудно, необходимо подходить для работы не только знаниями, но и способностями.
        - А техника уволили?
        - Нет. Он же новенький, сам накосячил, сам исправил.
        - И где его найти?
        - В техотделе. Вадиком, кажется, зовут. Или Владиком?..
        - А Вика тоже аттестацию проходила? - уточнил некромант, уже обдумывая новую информацию. Красивая девушка вполне могла сбить профессиональные настройки молодого техника, чтобы он ошибся с калибровкой.
        - Конечно, как и все, - заверила Эмма.
        Поблагодарив девушку и оставив ее дочитывать журнал, Марк встретился с техниками, и ему без всяких официальных запросов показали бумаги о калибровке аппарата. Записи с камер, к сожалению, не сохранились, видеорегистратор заполнил память диска и уже начал записывать все по новой. С бумагами показали и молодого техника, который делал настройку. Парень краснел под взглядами коллег, но честно сознался, что просто перепутал пункты настройки, и аппарат сам по себе работал некорректно. Никто косячить не помогал, сам справился. Не врал, сокрушался, нервничал… Очередная зацепка, которая не привела ни к чему. Зато понятно, почему у Евы так болела голова после процедуры…
        Весь остаток дня прошел в рабочей беготне и бумажной волоките. Против воли раздражение росло и накапливалось. Ощущение, что они топчутся на месте, сводило с ума. Созвонившись с Викиными родителями и удостоверившись, что в себя девушка не пришла, но находится под наблюдением магмедиков, Чернорецкий сдался. На сегодня. И поехал домой.
        Дом встретил отдаленный бубнением телевизора где-то за гостиной и мягким расслабляющим светом в комнатах. А вот девушка встречать не вышла.
        Марк нашел ее в домашней библиотеке, за просмотром какого-то фильма по телевизору, установленному в нише с дверцами между полок. Ева сидела в глубоком кресле, на коленях спал кот, вытянув мохнатые лапы.
        - Он так сладко спит, - жалобно пояснила девушка, указав на кота.
        - Да, вечным сном, - поддакнул некромант, подсаживаясь к ней на соседнее кресло.
        Выглядел Чернорецкий уставшим и раздраженным, эмоции скрывал. Но не всегда же она полагалась на магию в общении с людьми. Ева повернулась к нему, плечом утыкаясь в тканевую обивку.
        - Ты злишься?
        Марк улыбнулся, укладывая голову на высокую мягкую спинку кресла:
        - Ужасно.
        - Не похоже.
        - Просто я злюсь не на тебя, - вздохнул маг и бездумно повернулся к телевизору. - Меня раздражает, что я совершенно, не понимаю, что происходит. В лаборатории подтвердили, что аппарат был неисправен, но это оказалась просто ошибка техника. Человеческий фактор. Такое чувство, что все против меня, я хожу кругами и натыкаюсь на стены.
        - Сегодня будем говорить о делах и проклятиях?
        - К сожалению, придется.
        - А счастье было так возможно, - иронично протянула она. Марк поморщился, как от внезапной мигрени. - И какой у тебя круг по Данте?
        - Как соблазнителю и магу мне там должен быть уготован восьмой. И я как раз по уши в дерьме. Все сходится.
        Ева тихонько рассмеялась, опуская голову. Соблазнитель и маг потрепал ее по волосам, путая шелковистые каштановые пряди.
        - Поужинаем? Я пожалуюсь на работу, ты снова пожалуешься на Агату…
        - Эй, я не жаловалась на Агату!
        - Конечно-конечно, - притворно спохватился Чернорецкий, вставая с кресла. - Потом, в комнате пожалуешься.
        - Марк! - возмутилась девушка, вставая следом и выключая телевизор.
        Парень уже не слушал. Он вышел из библиотеки, прошел через гостиную в кухню. Ева подошла как раз, когда он перекладывал из сковороды поджаренный стейк на салатные листья. И когда все успел? Облизнув палец, испачканный маслом, маг достал кусочек лимона из холодильника, сбрызнул салат соком. Ева последовала его примеру, ужинать так ужинать.
        - Если магический тест недействителен, значит, мне опять придется его проходить? - Ева порезала на дольки помидор и добавила на свою тарелку, Марк забрал у нее нож и сунул ей в руку вилку.
        - Только, когда вся эта история закончится. Про некромантию мы уже знаем, не думаю, что возможны еще сюрпризы.
        - Уверен? - Еву его слова не убедили.
        - Я на это скромно надеюсь.
        Они вернулись в гостиную, за круглый стол с мягкими креслами. Ева подвинула бумаги и кейс, которые Марк оставил на столе, когда вернулся домой, поставила тарелку. Сверху на бумагах в прозрачном пакете лежала фотография в рамке. Девушка подняла ее и присмотрелась. Безоблачное солнечное небо, кусочек гранитного канала, улыбающаяся Виктория, обнимающая Марка. Ее черные глянцевые волосы разлетались от ветра, солнце отражалось в темных очках, надетых вместо обруча на голову.
        - Красивая девушка, - лаконично заметила Ева, узнавая ее. Ревность непроизвольно царапнула по нервам и испарилась. Добровольно принудительно.
        - Мне приятно, - самодовольно сказал эмпат, не желая пропускать это мимо внимания.
        - Это скорее комплимент девушке, - не преминула уколоть Ева, усаживаясь перед тарелкой. Разочарование было достойной наградой за частичное лукавство.
        - Разбиваешь мое сердце.
        - Да, я такая, - рассеянно согласилась девушка, приступая к ужину. - А почему фото в пакете?
        - Потому что это не на память, а по работе, - нахмурился некромант и взял в руки фотографию, которую Ева вернула на место. - Эта вещь просто отличается по эмоциональному фону от ее вещей, и я не понимаю, что это значит.
        Ева прожевала салат и протянула руку:
        - Можно?
        Маг отдал ее легко.
        Ева отложила вилку, вытащила из пакета рамку, положила на колени и немного повозилась с зажимами. Вытащив саму фотографию, она перевернула ее и усмехнулась. А затем подняла над столом, обратной стороной к Марку. Видеть его лицо в эту секунду - бесценно!
        - Девочки, - пожала Ева плечами, как будто это все объясняло. И протянула снимок некроманту.
        Марк забрал фотографию. Две короткие записи на латинице: «VChernoretskaya» и произвольный набор букв и цифр чуть ниже. Некромант поизучал надпись несколько секунд под насмешливым взглядом Евы и отложил в сторону. Вернулся к прерванному ужину.
        - Очень амбициозная девушка, - прокомментировала Ева, отрезая кусочек стейка.
        - Да уж, - обладатель столь желанной для Виктории фамилии мысленно передернулся.
        Ева тихо рассмеялась над его реакцией. Которая лишала всякой возможности ревновать и дальше. При взгляде на девушку на фото, он не чувствовал совершенно ничего, так равнодушно рассматривают картины в приемных и офисах. Возможно, когда Марк впервые увидел снимок, у него и промелькнуло сожаление, ностальгия по прошлому или отголоски прежней увлеченности. Но сейчас фотография не трогала. Больше интриговала и вызывала отторжение надпись.
        - Так понимаю, это логин и пароль? - спросила Ева, разламывая кусочек хлеба.
        - Думаю, да. Другой вопрос - от чего.
        - Всегда можно спросить.
        Марк отстраненно покачал головой:
        - Нет. Мы нашли ее в очень плохом состоянии в больнице. Она ничего не помнит и ни на что не реагирует. Магмедики говорят, что ее лишили памяти и магических Сил то ли амулетом, то ли заклятием. И возможно, она даже разучилась говорить в каком-то смысле…
        - Кошмар какой… - потрясенно выдохнула Ева. - А твоя мать говорила мне, что лишить магии невозможно.
        - Я тоже так всегда думал, - подтвердил Марк. - Кстати, я с ней виделся сегодня.
        - Мм, привет передал? - иронично изогнула губы девушка.
        - Конечно, - отвечая, Марк проникновенно прикрыл глаза. - Я просил ее узнать о Вишневских, где они сейчас, чем занимаются. Камилла уверена, что они эмигрировали.
        Ева понимающе покивала:
        - Поэтому ты говорил, что ходишь кругами?
        - Да. Прекрасное чувство, не так ли?
        - Может, ты просто близок к разгадке? - оптимистично возразила она.
        - Может.
        Скепсиса в его голосе хватило бы на еще два разговора. Как и усталости. Ева знала это чувство - когда решение задачи не дается, изматывая все больше и больше. И все ответы, которые находишь, не приближают к правильному решению.
        - А куда они эмигрировали?
        - В Чехию, - думая уже о чем-то своем, ответил Марк.
        Ева тревожно посмотрела на него, внутри все заледенело. Маг, привлеченный ее внезапным ужасом, повернулся.
        - У меня туда родители послезавтра уезжают…
        Чернорецкий посмотрел на часы. Почти десять. Не слишком позднее время для звонков.
        - Ты ведь не думаешь, что это связано?
        - Я обязательно проверю, - пообещал некромант, успокаивая девушку. Связано, или нет, но это бы объяснило, почему ее семью пока не трогали. Вполне разумно: подождать и убрать сразу всех, а там и до Евы добраться. - У нас есть еще два дня, ведь так? Узнай завтра, почему именно туда.
        - Сестра…
        - Я помню, - мягко прервал ее Марк. - Просто узнай у нее, почему она собралась именно туда, где предположительно осели Вишневские. Проверим, совпадение ли это.
        Ева кивнула и отложила свою вилку. Аппетит пропал, тревога не отступала. Девушка сидела на кресле, бездумно глядя перед собой. Чернорецкий этого испытания долго не вытерпел. Коснулся ее подбородка пальцами, привлекая внимание и чуть поворачивая к себе.
        - У нас два дня, чтобы все выяснить, - спокойно напомнил он. И с улыбкой добавил: - И мы всегда можем сорвать их поездку. Представляешь, как они обрадуются.
        Да уж, сорвать всегда можно.
        - Кстати, твои родители не боятся оставлять тебя одну в городе после выписки? Если слишком волнуешься за них, всегда можно попросить остаться.
        - Нет, ты что! - Ева ожила и категорически помотала головой. - Я и так их еле убедила, что со мной все хорошо, и я сама со всем разберусь. Сестра, оказывается, вообще-то сразу и им билеты купила, но из-за того, что я оставалась одна, а потом попала в больницу, родители медлили с ответом. Но, поскольку я оказалась достаточно здорова и в себе, чтобы найти парня, как все думают, они все-таки собрались.
        - То есть, они отказывались от поездки в Чехию, потому что тебе было не с кем отмечать Новый Год? Это очень мило.
        - Это очень грустно. Нужно было им сразу соврать, что я куда-нибудь в гости иду.
        Чернорецкий решил не комментировать спорное утверждение. Закончив с ужином, он забрал тарелки со стола.
        - Выпьем чаю и пойдем снимать древнее проклятие?
        - Угу, - без энтузиазма согласилась девушка.
        Спустя еще полчаса, они пришли в кабинет. Здесь было уже значительно просторнее, стол пустовал, коробки с бумагами заполонили угол, чтобы не путаться под ногами. Марк снял с полки серебряную чашу, так и оставшуюся темной со времени прошлого эксперимента, поставил на стол и достал из ящика антисептические салфетки. Вытащил пару штук и протянул одну Еве. Девушка села на стул возле стола и протерла ладонь.
        - Если еще пара таких экспериментов успехом не увенчается, я заработаю анемию.
        - По моим подсчетам, тебя хватит еще на сотни на две экспериментов, не будем же отступать, - Марк подтянул стул и сел напротив. - Но, если хочешь, куплю тебе гематоген.
        - Твоя щедрость не знает границ. Но ты вообще состав гематогена видел? Теперь он способствует только повышению шансов на диабет, а не гемоглобина.
        - Тебе не угодишь. Дай руку.
        Ева похлопала ресницами:
        - И сердце?
        - Нет, - буднично отказался маг. - До этого эксперимента мы еще не дошли.
        Девушка фыркнула и протянула правую ладонь. Марк аккуратно перехватил ее пальцы и переплел со своими над невысокой чашей. Теплое прикосновение было щекочуще приятным. Ева со вздохом почти обреченным, поставила на столешницу локоть.
        - Руку, - снова попросил некромант, протягивая вторую ладонь.
        - Ты уже придумал, что делать с несовпадением уровня Сил? - поинтересовалась девушка.
        Маг крепко взял ее за руку и расслабленно уложил на колено.
        - Думаю, если я вмешаюсь в твою магию и поделюсь своей, баланс будет достигнут. Конечно… Был еще один способ, - Марк сильнее и томнее сжал ее ладонь, бесстыже рассматривая девушку, - я рассказывал тебе о нем ранее. Но в таком приятном случае слишком сложно сосредоточиться. И можно перестараться…
        - С тобой вообще сложно сосредоточиться.
        Некромант нескромно усмехнулся и прикрыл глаза. Ева почувствовала легкое покалывание в левой руке, которую он сжимал, передавая часть своей магии. Голова закружилась, легкая боль тронула виски и отступила. Необычное напряжение разливалось по телу, почти вызывая дрожь, пальцы покалывало. Ева посмотрела на некроманта, он так сосредоточенно погрузился в себя, что не замечал ничего. А вот Ева не заметила, когда он сжал пальцы ее правой руки крепче, и кровь неожиданно полилась по коже в чашу.
        Она приподняла локоть, чтобы алая маслянисто-плотная жидкость не пропитала рукав. Теперь и эмоции Евы оказались во власти Чернорецкого, девушка прикрыла глаза, позволяя ему управлять своим сознанием. Пожалуй, такого покоя, расслабленности и какой-то невероятной неги, она и сама не смогла бы найти в своей душе. Хотелось просто…
        Марк что-то неразборчиво пробормотал, правую ладонь ошпарило искрами магии в крови. Ева поморщилась, но некромант удержал ее на месте. Что-то будто вытягивало ее силы, физические, тело слабело, его била дрожь. И когда удерживать руки стало совсем сложно, все закончилось. Резко и неожиданно. Ева открыла глаза, и Марк вдруг привлек ее к себе и поцеловал.
        - Кажется, все.
        Ева оглянулась на чашу, Марк потянулся за влажными салфетками. В серебряном сосуде остывала кровь. Красная, совершенно обычная. Отдав ей чистую салфетку, маг взял чашу и закурил. То ли по привычке, то ли, чтобы легче было увидеть нити проклятия, если таковые остались. Он поболтал кровь в чаше, размазывая ее по серебряным стенкам, Ева заинтригованно следила за каждым движением, вытирая ладонь.
        - И?
        - Чистая, - утомленно подтвердил он. Радость победы стиралась дичайшей усталостью. - Завтра перепроверю утром. Пойдем спать.
        Он накрыл чашу ладонью, очищая ее магией от крови, потом встал и протянул ладонь девушке. Ева с усилием встала и покачнулась, Марк едва успел ее удержать ее бесчувственное тело. Лишившись поддержки его магией, организм исчерпал все свои силы.
        Чернорецкий стер ладонью по воздуху невидимую границу, через которую не могли проникнуть сюда призраки дома, и усадил девушку обратно на стул, присаживаясь перед ней на одно колено. Пульс прощупывался слабо. Дышала она тихо и поверхностно. Эмоции не считывались.
        - Агата, - призвал он мертвую.
        Призрак шагнула в кабинет прямо из дверного проема, еще мгновение назад пустовавшего. Полупрозрачная фигура обретала краски и плотность, шелест платья делал ее еще реальнее.
        - Ты что натворил, балбес? - ахнула бабушка, сразу же понимая, в чем дело.
        - Проклятие снял, - резко сказал Марк, нервы сдавали и без нравоучений.
        Агата разочарованно-раздраженно застонала и подошла ближе. Не единожды возмущаясь недальновидностью и глупостью Варвары, она совершенно не ожидала чего-то подобного от собственного внука. Ритуал отмены проклятия вытянул из девушки всю жизненную силу, и теперь она находилась в состоянии полного энергетического истощения.
        - Что ты делал? По пунктам! - Агата протянула ладони к вискам Евы, но прикоснуться, конечно, не могла. Как и не чувствовала ее способностей.
        - Я соединил нашу магию, дождался равновесия, изменил ее эмоции и смешал кровь. Мы перебороли резонанс проклятия, и я разорвал связь магии.
        До этой минуты Марк был уверен, что призраки бледнеть не способны. Но Агата была поистине уникальной обитательницей дома.
        - Ты не дал ей времени восстановиться, бездарь несчастный! - скрипнула зубами ведьма, ногти снова превратились в черные когти, впились в призрачные ладони. - Неси ее в гостиную и бери кольцо!
        - Ты с ума сошла?! Я просто попробую заново связать Силы и установить баланс.
        - Каким образом, интересно?! В ней сейчас магии и на карточный фокус не хватит! Свяжи ее с домом!
        - А с домом как будто связать проще!
        - Проще! Свяжется кровь, восстановится магия!
        Марк прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Агата права, это самый простой и действенный способ, но… Во-первых, он не собирался связывать свою жизнь с кем бы то ни было настолько поспешно. И при подобных обстоятельствах. Во-вторых, хотелось бы самому решать, с кем это сделать. И каким образом. А в-третьих… В-третьих, в планы Евы это тоже не входило.
        Но с другой стороны… Столько всего случалось в его жизни, опасного, сложного, трагичного. Но это самое тяжелое решение, которое нужно принять очень быстро. Имеет ли значение свобода выбора, которой у него никогда и не было до этого дня, чужой жизни? Ее жизни? Есть шанс, что Ева восстановится без помощи дома. Вместе с тем, дом сделает это быстрее и в полной мере. Некромант поднялся и положил ладонь на ее щеку, со стоном поражения бессильно уткнулся лбом в ее плечо.
        - Довольно уже упиваться страданиями! - жестко прикрикнула Агата. - У тебя не так много времени осталось. Решай уже, что страшнее - труп или жена. И от того и от другого избавиться довольно просто.
        Марк зыркнул на нее зло и резко, но некромантка презрительно хмыкнула, скрещивая на груди руки и расправляя плечи. Была бы живой, точно бы силой заставила.
        - Давай-давай, быстрее. Похороны не свадьба - не отменишь, - холодно подначила ведьма.
        Чернорецкий выпрямился. Пожалуй, он сам загнал себя в очередную ловушку. Просчитался. Но, раз получилось избавиться от проклятия, от клятвы тоже как-нибудь избавится…
        Агата, словно мысли прочитала.
        - Никто тебя не заставляет в верности клясться. Прикрывался от баб своих проклятием, теперь женой прикрываться будешь, - ядовито посоветовала бабушка, сдвигаясь в сторону дверей. - В гостиную!
        Марк осторожно поднял девушку на руки и, как и приказывала Агата, принес в гостиную. Старуха уже ждала его посередине комнаты, как раз между столом и стеной с фотографиями. Она молча ткнула пальцем в ковер, Марк бережно уложил Еву на пол, куда указала ведьма. Там, скрытая от лишних глаз ковром, была выжжена магией гексаграмма с руническими символами, живое сердце дома. Некромант сжал ладонь, а когда раскрыл, на ней появилось кольцо Агаты. Все такое же тусклое, темное, мертвое.
        Ведьма быстро отошла, встала у стены с портретами. Марк моргнул, меняя зрение на колдовское, из-под толстого ковра зеленоватым светом пробивался рисунок гексаграммы в круге и руны. Девушка угасала. Агата стояла за границей круга. К ней подтянулись и остальные тени, тонкие, едва считываемые. Они рассредоточились вокруг, встали стеной, источая холод. Некромант очень неприязненно посмотрел на мертвых родственников. Происходило совсем не то, чего они ждали. Он правой рукой взял ладонь Евы, как для рукопожатия, зажал между ними кольцо. И остановился, не зная, как продолжить.
        Агата заметила, как он колеблется, и искривила тонкие губы.
        - Не тяни, дальше уже некуда! Этой рукой я ввожу тебя в свой дом, этим кольцом я ввожу тебя в свою семью, этой кровью я ввожу тебя в свой род. Будет достаточно.
        - Но она не даст согласия.
        - Но и не откажется. Думаешь, кольцу есть дело, чьим голосом формула сказана? Это артефакт, а не капеллан на венчании!
        Марк посмотрел на девушку перед собой, коснулся шеи. Ева безучастно лежала на ковре, ее сердцебиение замедлилось, дыхание становилось все легче. Это единственное, что отличало ее от мертвеца, и держало здесь. И сейчас ей все равно, остаться или уйти. А ему… Ему - нет. И неважно, по каким причинам. Некромант закрыл глаза и быстро проговорил слова принятия в род и слова вхождения в род за Еву. Кровь снова смешалась, уже без сопротивления, омывая рубиновый перстень. Несколько капель тяжело упали на ковер, сразу исчезая. Кажется, Ева права, скоро они оба заработают анемию.
        - Покажи кольцо, - потребовала Агата.
        Марк развернул ладонь, пальцами удерживая кисть Евы. Перстень весь был покрыт разводами крови, как и их руки. Она мгновенно впитывалась в металл и камень, и кольцо менялось, очищалось от темного налета, рубин обретал яркую прозрачность.
        - Надень его, - Агата наклонилась над плечом внука. - И отнеси ее наверх, пусть отдохнет.
        Марк подчинился, кольцо уменьшилось по размеру, плотно обхватило ее безымянный палец. Маг представил, как рада будет Ева, когда увидит на себе это украшение. И что ему выскажет. Усмехнувшись, он осторожно поднял девушку на руки и отнес в спальню. Уложив ее на постель, маг наклонился, прижался губами ко лбу. От сна ее состояние отличалось полной бесчувственностью, никаких эмоций, тишина. Ужасная непривычная тишина.
        Агата стояла у порога, в комнату она войти по-прежнему не могла. Заметив ее, Марк стер границу и здесь, призрак сразу же оказалась у изголовья кровати.
        - Лучше понаблюдать, пока она не придет в себя, - сказала некромантка, присматриваясь к девушке и прислушиваясь к ее дыханию.
        Чернорецкий сел рядом с Евой, взял ее за руку, стирая следы запекшейся крови. Он горько усмехнулся над иронией своей судьбы. Марк не верил в совпадения, но они упрямо продолжали верить в него.
        Агата прошла за спиной, расположилась на кресле у окна. Кот с тревожным мурлыканьем появился из ниоткуда, запрыгнул на колени хозяйки.
        - Вы все решили собраться здесь?
        - Больше никого не впущу, если хочешь, - смягчилась Агата, занимаясь котом.
        Ева очнулась перед самым рассветом. Открыла глаза, тяжело вздохнула. Свет луны высветлил дорожку от окна. И в тусклом столбе света мелькнула, поднимаясь, тень. Ева едва не закричала, но вовремя узнала Агату.
        - Тише, детка, - прошелестела старуха.
        Ева шумно выдохнула, сердце стучало, как после марафона. Все-таки, очень жуткое зрелище, как с пустого кресла вдруг кто-то встает.
        - Как ты себя чувствуешь? - спросила Агата, вставая так, что лунный свет падал на ее фигуру.
        - Нормально, - ответила девушка, оборачиваясь.
        Марк спал сидя, во вчерашней одежде, свесив набок голову и сложив на груди руки. Что вчера произошло? Она ничего не помнила, кроме того, что они, кажется, сняли проклятие. Голова раскалывалась, жутко хотелось пить, а по всему телу растекалась болезненная слабость. Это что, похмелье? И когда они успели отпраздновать? Но, в целом, ответ получился честным, состояние нормальное.
        Пить хотелось все сильней. Ева попыталась встать, но голова закружилась, как на карусели, и девушка опустилась обратно на подушку. От ее движения проснулся Марк, пошевелился, стряхивая усталую дрему.
        - Ева? - позвал он.
        - Вроде, да, - иронично согласилась девушка, вымученно улыбаясь, и ладонью накрывая лицо. И резко поднимая снова, разворачивая к себе кольцом. - Это еще что?!
        Она предприняла новую попытку встать, села, ее ощутимо повело. Марк быстро перехватил девушку, пока не упала с кровати, и осторожно приобнял, вернул на подушки.
        - Я тебе все объясню. Это ничего не значит, - спокойно заверил он, расслабляюще бережно удерживая ее. Ему хватило времени все обдумать. - Вчера мы сняли проклятие, помнишь?
        - Помню, - напряженно подтвердила она. Как же приятно было чувствовать ее эмоции, пусть и опасливые, настороженные, недоверчивые. - И что?!
        - Помнишь, как при ритуале возникла неприятная изматывающая дрожь? - ей не обязательно было отвечать, достаточно чувствовать. Марк продолжил: - Это был тот же резонанс наших проклятий, который разбил хрусталь. Объединенных Сил хватило, чтобы погасить сопротивление и снять проклятие. Но, когда я разорвал магическую связь, оказалось, что тебе недостаточно своих Сил. Я просто не подумал, что после ритуала мы не вернем прежний уровень магии. Я получил подпитку от дома. А ты… ты могла умереть, Ева. Мне не оставалось ничего другого, как соединить тебя с домом и родовой магией.
        Она потрясенно потянулась к кольцу. Новость ее ошеломила, она не понимала всей серьезности сказанного.
        - На твоем месте я бы пока его не снимал, - перехватил маг ее руку. - Пусть магия полностью восстановится.
        - И сколько на это понадобится времени? - Ева с ужасом смотрела на кольцо, издевательски блестящее в лунном свете.
        - Пара дней, - неуверенно предположил Марк. Девушка фыркнула. - Агата, как тень из Пустоты, тоньше чувствует твои Силы, она скажет, когда сможешь снять.
        Отвечать девушка ничего не стала. Мыслей слишком много. Ева прекрасно помнила, что это за кольцо, и что оно значит на ее руке. И пока не знала, как относиться к этому. Но замешательство было скорее неприятным. Она осторожно высвободилась из его рук и перелегла на подушку. Тяжесть на душе выстроила первую стену недоверия и недосказанности. Тяжесть в голове мешала обдумать. Но пару дней можно потерпеть. А потом снять кольцо. Как будто от его наличия или отсутствия что-то зависит… Это же просто проводник, как он говорил. Ева отвернулась к окну. Агата уже исчезла, не хотела мешать.
        - Проклятие действительно снято?
        - Да, я проверил пару часов назад.
        - Так просто?
        Марк вздохнул, ее эмоции вызывали бессильную тошноту, ту же, что испытывала она.
        - Найти тебя было самым сложным. Как ключ от старого сейфа. Можно бесконечно долго пинать его, разбивать молотком, пытаться расковырять замок, но, если у тебя есть ключ - все не так уж и трудно…
        Ева смотрела в окно, в чуть-чуть посветлевшее небо. Покусала губу. Может, он и прав.
        Чернорецкий прилег рядом. Несмотря на темноту, Ева ощущала его пронизывающий взгляд. Он подложил ладонь под голову и смотрел на нее, прохладными пальцами погладил по щеке. Ева закрыла глаза.
        - Я тоже колебался сначала. Может, даже целую минуту, - от такого признания девушка открыла глаза и повернула к нему голову. Это было честно, это было понятно и близко. Очень по-человечески. - Мне нелегко было пойти на это. Страшно. И не хотелось… Но я знаю, что сделал это бы еще раз. И еще, и еще, если бы время вдруг повернулось вспять. Я сделал бы это для тебя.
        - Почему?
        Некромант горько усмехнулся одним уголком губ.
        - Ты мне еще не надоела, - напомнил он старый разговор, улыбаясь. Настроение чуть заметно переменилось, Марк придержал ее скулу, не давая возможности отвернуться и поцеловал.
        - Ты каждый спор собираешься так заканчивать? - спросила она едва слышно, не в силах сопротивляться обезоруживающей нежности.
        - Действенная же тактика, - выдохнул он ей в губы, обнимая мягкое податливое тело.
        - И я все еще хочу пить, - пожаловалась девушка.
        Марк медленно отпустил ее и поднялся, включил торшер.
        - Сейчас принесу. Есть не хочешь?
        Она задумалась. Тошнота от головокружения и впечатлений от кольца на пальце еще отдавалась где-то на границе чувств.
        - Нет, только пить.
        Он кивнул и вышел. Ева потерла глаза, приподнялась осторожно, чтобы не упасть, села на подушках. Оставшись наедине с собой, она снова посмотрела на чужое кольцо. Выглядело оно иначе, новее, чище. Девушка зажала камень пальцами, рассматривая внимательнее. Красно-малиновые искры вспыхивали в глубине почти угрожающе. Хотелось его снять, невыносимо хотелось. Но Ева не рискнула. Убрала руку с глаз долой, отвернулась. Может, не так все страшно, как она воспринимает? Что она вообще знает о магии, кроме того, что, выбираясь из одной магический ловушки, неминуемо попадаешь в другую? Ева подтянула колени к подбородку и обняла их. В конце концов, это не штамп в паспорте, никто не узнает, ничего не произошло. Это закончится, Марк найдет того, кто стоит за убийствами и преступлениями, и она вернется к привычной жизни. Ничего не изменилось.
        Убедить себя оказалось довольно легко, и когда Марк вернулся с чашками и кувшином, Ева чувствовала себя значительно лучше. Чернорецкий протянул ей кружку, налил что-то, внешне похожее на зеленый чай. Взмахом руки маг снова поставил защиту от приведений на комнату. Со своей чашкой сел напротив девушки и развернул к себе наручные часы.
        - Который час? - заинтересовалась она.
        - Семь.
        Ева сделала первый глоток и поморщилась. Напиток оказался горьким и терпким. Она непонимающе заглянула в чашку и принюхалась. Пахло травами. Марк понимающе хмыкнул и тоже сделал глоток.
        - Теперь я знаю, почему ты постоянно пьешь кофе. Ты не умеешь заваривать чай.
        - Я рад, что привычная колкость к тебе вернулась. Хороший знак. Это тонизирующий травяной настой, поможет быстрее восстановить магию. А мне - не уснуть.
        Ева, скрипя сердцем, выпила еще немного. Жажду утоляло прекрасно.
        - Ты еще на работу собираешься?
        - Нет. Сегодня я дома. Не хочу оставлять тебя в одиночестве или с Агатой. Я позвонил на работу, переслал им фото логина и пароля, которые мы нашли вчера. Надеюсь, к вечеру они получат какие-то результаты.
        - Как думаешь, что это может быть?
        Застарелая страсть к передачам про расследования давала о себе знать, и Еве было безумно интересно, что может скрываться за логином и паролем. Марк задумался, сделал глоток горького чая.
        - У Виктории была прекрасная память, она бы не забыла пароль.
        - И логин - тем более, - поддакнула Ева. От Марка пришла волна уязвленности.
        - В ее духе подстраховаться. Так что, у меня большие надежды на этот аккаунт.
        Ева помолчала. Она так и лежала спиной на высоких подушках, зажав чашку ладонями. Взгляд снова упал на громоздкое кольцо. Холод страха обжег что-то внутри. Зеленый взгляд обжег следом. Марк молчаливо и внимательно смотрел на нее.
        Ева не поднимала глаз, чтобы не встретиться с этим взором.
        - Расскажи мне подробнее о кольце.
        - Что тебя интересует? - покладисто переспросил Марк. Не помешает прояснить все сразу, здесь и сейчас.
        - Ты говорил, что это кольцо делает… кого угодно… - произнести слово «невеста» оказалось слишком сложно, - частью семьи Чернорецких. И я?
        - И ты, - кивнул некромант. И предвосхищая следующий вопрос, добавил: - И если снимешь кольцо, это не изменится. Как и с проклятием, кольцо всего лишь инструмент.
        Ева разочарованно и тяжело вздохнула. Она все-таки надеялась на другой ответ.
        - И что означает эта связь?
        - Хм… Ты можешь пользоваться родовой магией, дом подпитывает тебя, защищает… Ты можешь пригласить кого-то, и человек спокойно пройдет через порог… Здесь ты сильнее всего, быстрее восстанавливаешься…
        - А для нас? - резковато задала Ева вопрос, который пугал больше всего.
        Марк отвел взгляд. Тяжесть на душе ощущалась физически.
        - Я не знаю. В каком-то смысле, наверное, ничего не значит, - наконец ответил он. - Я не полностью произнес все наши ритуальные клятвы, только ту часть, что связала бы тебя с семьей, - Марк остановился на полуслове, глядя на закрытую дверь комнаты. - Мы с Агатой ужасно поссорились, пока ты спала.
        - Почему? - Ева спросила это, чтобы немного подтолкнуть снова ушедшего в неприятные раздумья мага.
        - Потому что я колебался, а она наговорила кучу гадостей, чтобы подтолкнуть меня. Это дом некромантов, Ева, и он пропитан магией смерти. Клятвы на крови здесь так же серьезны и смертельны, как проклятие Варвары. Полностью произнесенная клятва связала бы нас навсегда. Без права выбора другой жизни. И я не уверен, что произнесенная не целиком, она не действует в полной мере.
        - И что она сказала? - Ева уже имела опыт общения с Агатой, и несмотря на кажущуюся доброжелательность, это довольно опасная ведьма. А ее категоричность в том, что касалось их с Марком отношений…
        - Спросила, что для меня страшнее - труп или жена. И сказала, что я и дальше могу пудрить мозги своим любовницам, прикрываясь уже не проклятием, а женой, - с неохотой и саркастичным неприятием повторил Чернорецкий.
        - Оу, - обескураженно высказалась девушка. И хмыкнула: - А ты, значит, когда я сознание потеряла, о любовницах думал? Замену подбирал?
        Маг посмотрел на нее, как на душевнобольную:
        - Я вообще думал только о том, что с тобой. Я пытался достучаться до твоих эмоций, чтобы понять, в каком ты состоянии. На магию ты не отзывалась.
        Ева нахмурилась:
        - Я и правда умирала?
        - Я решил не рисковать. Но не думаю, что, если бы от энергетического истощения в этом доме в обморок упал мужчина, она бы предложила нечто подобное.
        Ева вдруг рассмеялась. Невесело так, устало. Глядя в чашку с горьким чаем.
        - Что?
        - Олег… - она помотала головой. - Два года отношений, месяц до свадьбы. И мы разошлись. Вот это я понимаю, колебаться… Как ты вообще решился на это? Ты ведь меня совершенно не знаешь. Я не уверена, что смогла бы на твоем месте. Вызвала бы скорую. Или Комитет ваш. Я даже от свиданий отказывалась, и я не готова брать на себя ответственность за кого бы то ни было.
        Ева не шутила. Она говорила искренне. Не понимала, как он согласился. Ее циничность, реалистичность, готовность жить моментом и не ждать ничего ни от кого… Все это было результатом полного, глубинного, жесточайшего недоверия к окружающим. Привычкой опираться на себя. Поэтому она и не воспринимала ничего всерьез.
        - Я не хотел рисковать тобой, - повторил маг.
        - Ах да, ты не любишь случайные жертвы.
        Некромант поболтал в чашке холодный чай.
        - Ты недооцениваешь мое отношение к тебе.
        - Лучше недооценивать, чем переоценивать, - постаралась она закрыть щекотливую тему. - А что бы ты делал, если бы мы были в твоем доме, а не здесь?
        - Я вызвал бы магмедиков, если бы не смог сам тебе помочь. И думаю, в моем доме наши Силы не были бы настолько различны, а значит, и такого резонанса бы не было, - от выводов, к которым пришел, Чернорецкий мучительно застонал, как от зубной боли. И почему он не подумал об этом раньше?
        Ева отставила пустую чашку на покрывало и повернулась к нему:
        - Скажи… А почему ты не хотел делать этого?
        - Потому что я хотел бы сам распоряжаться своей жизнью. И сам решать, кого я назову своей женой. И я знаю, что это так же важно и для тебя.
        Ева улыбнулась. Спокойнее и мягче. Казалось, с ее души камень свалился, и она наконец смогла расслабиться. Нечаянные узы уже не так пугали. Это очень страшно, когда тебя без твоего ведома лишают привычной жизни и ставят перед фактом, что теперь ты в магическом браке с человеком, которого почти не знаешь. И не знаешь, чего ожидать и от брака и от мужа. С ним хорошо. Очень. Но, наверное, только, пока все не испортили взаимные ожидания, требования, разочарования.
        - Знаешь… Если бы ты сказал, что не сомневался ни минуты, я бы всерьез испугалась. И за свою свободу и за твое психическое здоровье.
        Марк невесело улыбнулся.
        - Я не претендую на твою свободу…
        - И мы даже сможем спокойно разъехаться, когда твое расследование закончится?
        - Как только захочешь. Если возникнут проблемы, что-нибудь придумаем.
        - Хмм… А половина имущества мне при разводе полагается? - прищурилась девушка.
        Чернорецкий сладко-ядовито улыбнулся:
        - Хоть сейчас на тебя этот дом перепишу. Пусть они теперь тебе мозги выносят.
        - Спасибо, это слишком щедрое предложение, - ужаснулась Ева перспективе.
        - Может, все-таки, перепишу? - с надеждой почти попросил некромант.
        - Нет-нет, оставь себе!
        - Ну, пожалуйста, - Марк опустил чашку на пол и пододвинулся к ней, нежно обнимая. Наклонился к ее уху, поцеловал за мочкой и прошептал: - А я с тобой за это разведусь.
        Ева прикусила губу, чувствуя, как от щекочущего и колючего прикосновения по телу бегут мурашки. Таким он нравился ей больше. Знакомо шутливым, соблазняющим, с чистыми, чуткими эмоциями. Никакого давления взаимных обязательств. Девушка улыбнулась.
        - Это шантаж?
        - Это блистательный и коварный план по избавлению от гнета семьи Чернорецких, - он прищурился с видом стратега, обозревающего перспективы. - Господи, да это же великолепно! Поехали к нотариусу?
        Ева отрицательно покачала головой:
        - Знаешь, если на то пошло, то мне пока и замужем неплохо.
        Днем Ева позвонила родителям, уточнила детали поездки в Чехию. Мама воодушевленно повторила, что билеты старшая дочь купила по какой-то очень выгодной акции, что номера в отеле забронированы, что хотели предложить и Еве поехать, но все так закрутилось, потом она попала в больницу… В общем, ничего нового мама не сказала. Сначала даже приняла ее интерес за желание поехать с ними и попыталась придумать, как побыстрее оформить документы. А когда Ева заверила, что у нее другие планы на Новый Год, решила, что дочь хочет, чтобы они остались. В голосе женщины слышались такие печаль и самоотречение, что у Евы не хватило духу разочаровать ее и отменить поездку. Пусть лучше Марк сначала сам все проверит. Если она испортит родителям отпуск ложной тревогой, не простит себе. Повеселевшая мама сразу перешла к ответному расспросу дочери, который сводился не столько к ее планам, сколько к тому, когда она познакомит родителей с Марком. И поскольку «никогда» маму не устроило бы, пришлось врать, что после праздников.
        Распрощавшись с удовлетворенной родительницей, Ева набрала сестру. Разговор с Аней прошел по тому же шаблону, что и с мамой. Вот, что значит гены! Сестра тоже предложила присоединиться, потом спросила, все ли хорошо, и не хочет ли Ева, чтобы она с ней осталась. Потом начала расспрашивать про Марка. Сходя с ума от дежавю, Ева объяснила, что просто решила узнать, почему именно Чехия. Аня сказала, что получила рекламную брошюру в почтовый ящик о новогодней Праге и влюбилась. Больше билетов - больше скидка. Ничего сверхъестественного.
        Ева положила трубку и устало посмотрела на Марка, сидевшего в кресле с ноутбуком.
        Чернорецкий отвлекся от работы:
        - И когда я познакомлюсь с тещей?
        - Да кто ж тебя знает? - беспечно отозвалась Ева, потягиваясь. - Это ведь ты на кофейной гуще гадаешь, у меня дара предвидения нет. Но думаю, как и все, когда женишься.
        - Так мы уже.
        - Ничего такого не припомню, - хмыкнула Ева. Парень покачал головой.
        - Ты узнала время и номер рейса?
        - Да, - Ева привстала с кровати и подала ему листок из блокнота.
        Некромант перепечатал данные в письмо и отправил Снегиреву. Он рассказал напарнику о своих подозрениях, и какими бы призрачными они ни были, проверить стоило. Артем найдет фирму, предоставившую билеты, и узнает все подробности тура и заманчивой скидки. Конечно, Марк предпочел бы съездить сам, но оставлять сегодня Еву не хотелось. И с собой взять нельзя. Она быстро восстанавливалась, но кто знает, как отреагирует ее организм и магия, если выйти из дома? Оставлять наедине с Агатой тоже не самая блестящая идея. Пока Ева слаба, старуха не сможет материализоваться и помочь, зато навредить - запросто. Не физически, конечно. Но Марк продолжал на нее злиться до ослепляющего желания убрать ее кости из дома. Бабка чувствовала это, и на глаза не попадалась. Или демонстративно обижалась.
        От раздумий отвлек телефонный звонок. Маг надеялся увидеть имя напарника, сегодня должны были прислать отчет по экспертизе амулетов, которые нашли в квартире Вики, но на экране высветился номер Камиллы.
        - Да? - он отложил компьютер на пол и вышел из комнаты.
        Ева переписывалась в соцсети с подругой, и на его уход внимания не обратила.
        - Ты в Комитете? - как всегда требовательно спросила Камилла.
        - Нет, сегодня другие дела. Что-то случилось?
        Марк спустился в кухню и поставил кофе.
        - Хотела узнать, как у тебя дела. Как Ева?
        - Ева в порядке, - он помешал ложкой кофе в турке. - Постигает азы некромантии.
        Камилла не стала комментировать его издевку, но дыхание выдало, что она не в восторге.
        - Сегодня принесли уведомление, что аппараты магического тестирования работали некорректно. Ты был прав, но сбой уже исправили. Еве нужно пройти тесты заново.
        - Не нужно. Я ведь уже говорил, что привезу ее только, когда посчитаю безопасным.
        - Марк… Не слишком ли ты взялся распоряжаться жизнью этой девушки?
        - Не слишком.
        - Я не хочу повторять одно и то же, но ты меня сам вынуждаешь…
        - Я снял проклятие, можешь успокоиться, - маг взял с сушилки чашку и перелил ароматный напиток из турки.
        - Что? Что ты сказал? - кажется, у Камиллы что-то упало в кабинете. Она тихо выругалась.
        - Я сказал, что снял проклятие, - спокойно повторил он, опираясь поясницей на край стола.
        - Но как? - радости в голосе матери не прибавилось, слышалась только тревога и сухость. - Ты уверен?
        - Я полностью уверен. Проклятия больше нет.
        - Я хочу проверить сама. Как ты это сделал?
        Марк поднес к губам кофе:
        - Не важно, как, это только мое дело. При встрече покажу.
        - Хорошо, - равнодушно согласилась Камилла. - Завтра ты будешь на работе?
        - Думаю, да. В любом случае позвоню тебе.
        Дождавшись ее ответа, Марк оборвал соединение и посмотрел на телефон в своей руке. Даже зная свою мать как облупленную, иногда он удивлялся ее безэмоциональности. Возможно, его магический дар - антипод ее характера. В любом случае, она не успокоится, пока сама не увидит.
        Чернорецкий взял чашку и вернулся наверх. Как всегда после общения с матерью, остался легкий, но неприятный осадок, как от пережженного кофе. Маг сделал глоток, стараясь убрать этот привкус новыми ощущениями. Ева повернула голову и рассеянно-вопросительно на него посмотрела, будто он что-то сказал, а она не расслышала. Дом усиливал и эмпатическую связь между ними.
        - Камилла, - объяснил он, показывая телефон в руке.
        Ева понимающе улыбнулась и вернулась к чтению чего-то на экране.
        - Ты обрадовал ее своей спонтанной женитьбой?
        - Нет, - не возвращаясь к оставленному ноутбуку, Марк поставил на пол чашку и прилег на кровать. Прикрыл глаза рукой. Бессонные тридцать часов все же давали о себе знать, усталость наваливалась шумом в голове. - Всего лишь сказал, что снял проклятие.
        Ева прислушалась к ощущениям. Эмоции некроманта проходили через зеркальные нейроны, примеряя все на ее личность, и что-то радости она в них не замечала.
        - Тогда чем она недовольна? - осторожно уточнила Ева. - Просто я же вижу, что она тебе успела настроение испортить.
        - Она перманентно всем недовольна, - без упрека ответил Марк. - Она хронический параноик, и любая, даже очень приятная новость вызывает у нее тревогу. Я не представляю, как мой отец женился на ней. Наверное, его привлек вызов всей жизни - рассмешить эту женщину.
        Ева против воли рассмеялась, представив себе это в красках. Маг криво улыбнулся, уловив ее чувства. Не открывая глаз, парень убрал с лица руку и переложил под голову
        - И как? У него получилось?
        - Не знаю. Он унес эту тайну в могилу. Мне он говорил, что у Камиллы было прекрасное чувство юмора, но, полагаю, это тоже шутка. Из разряда летающей Агаты.
        - Хэштег тыжнекромант! Неужели, нельзя вызвать мертвеца и спросить?
        - Не так все просто. Камилла его кремировала. Наверное, все-таки, рассмешил, и она боялась испортить репутацию железной леди.
        - Какая опасная женщина! А ты точно ее сын?
        - Я тоже временами сомневаюсь, но факт есть факт.
        Девушка отложила телефон и прилегла рядом, подмяв под себя подушку. Она оперлась головой на согнутую руку и решила рассмотреть получше мага, лежащего перед ней, раз уж выдалась такая удачная возможность. Высокие скулы, длинные ресницы, идеальная стрижка… Приподнятые уголки придавали губам такой чувственный изгиб, что хотелось прикоснуться, пока он так близко. Привыкнуть к лощеной внешности темного мага не получалось, он напоминал какого-нибудь актера или праздного сына богатых родителей. Отчасти, конечно, так и есть. Но насколько же внешность обманчива.
        Он открыл глаза и повернулся. Зеленые радужки стали темнее.
        - О чем ты думаешь?
        - Почему ты спрашиваешь? - в тон спросила Ева.
        - Эмоции. С таким видом люди в магазинах состав колбасы читают. Что-то из разряда, и хочется, и отравиться желания нет.
        Девушка рассмеялась. Он и не знал, насколько прав.
        - Ты преувеличиваешь.
        - Разве что слегка.
        - Я просто пыталась беспристрастно оценить твою внешность, - все же решила поддразнить Ева.
        - И как? - проникновенно поинтересовался маг, в глазах заблестели смешинки.
        - Нос длинноват, - капризно поморщилась девушка, не оставляя ему шанса.
        - А у тебя язык островат, но я ведь терплю.
        - Эй, - она шутливо ткнула его пальцем между ребер. Маг притворно охнул и потер место ранения.
        Рядом зазвонил брошенный на кровати телефон, Марк поднял его и нажал соединение.
        - Я еще разберусь с тобой, - пообещал он Еве и поднялся. В трубке слышался ужасный шум, вой сирен. - Тем?
        - Слушай… - обалдевшим голосом отозвался напарник. Похоже, он крутился на месте. - Я, короче, ничо не понимаю. Я приехал в турагентство, которое билеты продало, и тут, походу, взрыв бытового газа… От офиса вообще ничего не осталось. Вся улица в бумажках и стекле… Вон, только что пожарные подъехали…
        - Когда это произошло?
        - Да только что! Я на соседней улице был. У меня в машине чуть стекла не выбило! Это я удачно опоздал… - Снегирев шумно выдохнул. До него начала доходить вся степень его везучести. - Твою мать…
        Марк обернулся на Еву. Девушка села на кровати и выжидательно смотрела на него. Ищейка просто разрывался. Что же все так невовремя? Жаль, что невозможно оказаться в двух местах одновременно. Даже, если ты маг. Он посмотрел на часы. Третий час дня.
        - Что случилось? - она уже не на шутку испугалась.
        - Я перезвоню, - коротко сказал Чернорецкий и опустил телефон. - Офис фирмы, которая продала билеты, взлетел на воздух.
        - Как это? - ахнула Ева, неосознанно поднимаясь с кровати.
        - Похоже, взрыв газа.
        - Похоже? - с усилием переспросила девушка.
        Марк обескураженно хмыкнул:
        - Нет, не похоже…
        - Если нужно, поезжай. Со мной все нормально, - заверила она, скрещивая на груди руки.
        Чернорецкий задумчиво постучал телефоном по ладони.
        - Я тебя одну не оставлю. Как бы ни был защищен дом, я уже не знаю, что еще может приключиться.
        Марк сунул мобильник в задний карман и потер лоб, пытаясь решить новую задачу. По-хорошему, нужно сейчас же ехать в город к Артему. Как раз все успеет догореть, или все успеют потушить, и можно осмотреть место. Даже, если взрыв не магический, он не случайный. Чернорецкий перевел взгляд на Еву. Девушка выглядела как обычно, ничто не напоминало об обмороке и истощении. Он подошел к ней и взял ее лицо в ладони, вглядываясь в карамельно-карие глаза. Магия ощущалась в ней щекочущими острыми искрами на кончиках пальцев. Сильнее она никогда не была.
        - Поехали в город, - решил он наконец, проводя пальцами по теплой шее. - Если тебе станет хуже, скажешь, и мы соединим Силы.
        - Вот, пожалуйста, больше не надо!
        - Больше никаких кровавых ритуалов, - улыбнулся он, отпуская девушку. - Могу поклясться на крови.
        - Марк… - бессильно застонала Ева.
        - Извини. Поедешь со мной?
        Она сурово на него посмотрела и потянулась за своим телефоном:
        - Поеду. Но чтобы ни одной дурацкой шутки!
        - Не даю заведомо ложных обещаний, - честно предупредил парень и перезвонил Снегиреву.
        Марк припарковал машину на соседней улице. И задумчиво посмотрел на девушку на пассажирском сидении. Без подпитки магией дома она, кажется, вполне обходилась.
        - Если нужно, я подожду здесь, - правильно истолковала она его взгляд.
        Некромант опять закурил и качнул головой:
        - Пойдем прогуляемся.
        Ева нехотя вышла из теплой машины на мерзлую улицу. Оставлять ее в одиночестве маг совершенно не был настроен. И доходил до смешного. Ева представила, как сейчас будет ходить по пожарищу в белой шубе и на каблуках за Марком, как за матушкой гусыней.
        - Могу отвезти к маме.
        - Давай! - воодушевилась Ева.
        - К моей, - уточнил Чернорецкий.
        - Прогуляться, так прогуляться, - вздохнула она, перешагивая ледяную колею на дороге.
        Марк подал ей локоть, чтобы уцепилась и не падала. Недовольство девушки только забавляло его. Медленно и в молчании они дошли до перекрестка. Запах гари пропитал всю округу, но здесь чувствовался сильнее всего. Посередине одного из домов зияла почерневшая дыра, оскалившаяся арматурой, перекрытиями, выбитыми стеклопакетами. Рядом стояли помятые машины, засыпанные порошком, пеной, залитые водой. Место было опечатано полицейской лентой, пожарные еще разбирали завалы, на место уже приехала полиция. Зевак хватало тоже… Артем нашелся буквально за углом, он стоял возле урны, курил и говорил по телефону. При виде Марка, он зажал окурок зубами и протянул ему руку.
        - Привет, Ева. А ты какими судьбами?
        - Не спрашивай. Сама не знаю.
        - Она мой новый напарник, - заявил Чернорецкий.
        - А я смотрю, у вас отношения все серьезнее, - поддразнил Артем и заметил на пальце Евы рубиновый перстень. И прищурился, пригляделся. - Оу, какое у тебя кольцо интересное. Очень похоже на…
        - Молчи уже, а? - утомленно попросил Марк. Ева убрала руку в карман тоже не с самым счастливым видом.
        - Погоди, - весело опешил Снегирев. - Это чо, реально родовое кольцо? А я чувствую, что магия от него странная…
        - Вот, когда не надо, ты сенсор, - проворчал Марк. - Может, делом займемся?
        Светлый маг хохотнул изумленно, чем вызвал еще больший прилив мрачности у новоявленных молодоженов, и кивнул в сторону развороченного офиса.
        - Ну, а что тут сказать? Офис свежий, филиал известной фирмы. Но франшиза. Директор какой-то левый. В общем, создавалась как однодневка, видимо. Рекламы особой нет, не знаешь, куда ехать, не найдешь.
        Марк кивнул, принимая к сведению. Взгляд стал холодным, сосредоточенным на темном провале, где раньше были широкие окна.
        - Что по жертвам?
        - Семерых вытащили. Только работники. Я подошел под магической завесой, пока их в машины грузили, трое магов. Остальные, кажется, Пустые. Не могу точнее сказать. Нужно, чтобы наши посмотрели. А тут немагов полно…
        - Ясно. Что-то по фону можешь сказать?
        - Я пошарил здесь, взрыв магический. Газом и не пахнет. Сорри за каламбур.
        Чернорецкий придержал возле губ сигарету. Фирма явно создавалась только с целью заманить в ловушку семью Евы. Надо признать, хитро. Больше билетов - больше скидка?.. Кто-то даже не пожалел своих денег на билеты. Наверняка, агент делал блестящее предложение, чтоб поехали все. Семейный тур. Собрать их всех в одном месте и… И что? Убить? Зачем убивать семью бывших магов? Кроме Божены, конечно, но старушка бы вряд ли пережила потерю всей семьи. Итого пятеро магов без Евы. И что это дало бы для подозреваемых родственников-Вишневских? Магию, конечно. Силы стали бы сильнее сразу во много раз. Но амулеты из Комитета, Вика… И Пустые… Мотивы и причины обычно просто. Магия ничем не хуже денег и любви, чтобы убивать. Возможно, кто-то из эмигрировавших Вишневских тоже снял блок со способностей.
        Тогда зачем взрывать салон? Логичнее было просто закрыть или уничтожить после убийства Зориных… Или злодей отказался от плана? Но Вика и амулеты… И почему именно Вишневские? Почему с Викой связалась именно семья, которая связана проклятием с Чернорецкими? То есть, была связана.
        - О чем задумался, Шерлок? - толкнул его плечом Снегирев.
        - Думаю, зачем Вика могла ввязаться в убийство.
        Артем почесал нос, все еще заклеенный пластырем:
        - Судя по логину - ради тебя, - не сдержавшись, парень расплылся в язвительной улыбке. И патетически пояснил: - Ты ее забыл, а она тебя - нет! Ну, то есть, теперь-то забыла, конечно… Потому что вообще все забыла…
        - Забыла, - эхом глухо повторил Марк.
        Что, если Вика узнала о проклятии, и решила, что без него у нее появится шанс? Глупость, конечно… Но, что, если она нашла Вишневских и у них нашелся общий интерес? Но зачем тогда столько амулетов?.. Сигарета неожиданно дотлела до фильтра, и Марк бросил ее под ноги.
        - Прогуляемся? - спросил он у Артема, указывая на горелый офис.
        Снегирев вместо ответа направился в сторону ограничительных лент.
        - Идем, - Марк взял девушку за руку и потянул за собой.
        Сбывались ее худшие опасения. Сейчас она точно белым мехом где-нибудь протрет черную стену и станет как далматинец. Или Круэлла. Да Марк и сам с удовольствием бы закрыл ее в машине, своей или Снегирева, но обе стояли слишком далеко. А оставлять девушку одну рядом с офисом людей, которые на нее же и охотились… Неосознанно маг сильнее сжал руку Евы.
        Светлый что-то сделал, какой-то жест, который Ева не разглядела, и люди, до этого оглядывавшиеся на них, равнодушно отвернулись, взгляд скользил прямо насквозь, не задерживаясь.
        - Мы что, стали невидимыми? - уточнила Ева, перешагивая обломки рекламных конструкций.
        - Нет, это отвод глаз. Они и видят нас, но не способны рассмотреть или задержаться взглядом. На самом деле, люди очень многого не замечают даже у себя под носом. И без всякого отвода.
        Чернорецкий придержал ее, пропуская идущего мимо них пожарного. Потом, все так же удерживая, шагнул в почерневшее помещение через окно. Ева, скрип сердцем и зубами, последовала за некромантом. Артем уже во всю осматривался, лавируя между пожарными и полицейскими. Марк довел спутницу до дальнего угла и оставил там, попросив оставаться на виду, но не сталкиваться с людьми. Ева тоскливо посмотрела на сплошное пятно сажи, в которое превратилась стена, и постаралась отодвинуться, насколько возможно. Марк строгим взглядом прервал перемещения. Девушка кисло вздохнула и встала, сложив перед собой руки.
        - Ну что, чувствуешь что-нибудь? - спросил некромант у светлого.
        - Остаточную магию, - отозвался Артем. И задрал к потолку голову. - Горело-то хорошо. Современные материалы, мать их.
        - Чтобы что-то найти, думаю, нужно здесь хорошенько прибраться.
        - Да кто бы тебе тут еще прибраться позволил. Тут же трупы были, теперь целое расследование возгорания затеют…
        Маги отошли к дальнему углу что-то выискивая, и Ева от скуки обернулась на улицу. И вздрогнула. Прямо перед ней стояла растрепанная брюнетка в одной туфле, рваных колготках, вся в ссадинах и синем костюмчике, напоминая зомби-стюардессу. Молчала и смотрела на нее.
        - Привет, - неуверенно сказала Ева.
        Девчонка не ответила, продолжала буравить ее бессмысленным пустым взглядом. Ева заметила на пиджаке серебристый узкий бейдж с названием турфирмы и именем.
        - Света? - позвала она, снова пытаясь начать разговор. Попытка успехом не увенчалась. - Ноль эмоций…
        Случайная фраза натолкнула Еву на одну хорошую мысль. Эмоций действительно от потрепанной пострадавшей не ощущалось. Ева похолодела. Это же призрак! Не такой, как Агата или кот. А… настоящий, что ли? Чувствуя, как задрожали руки, и в ногах появилась предательская слабость, Ева подняла ладонь и пальцем дотронулась до плеча незнакомки. Холод пронзил острой иглой насквозь. Девица будто ото сна очнулась, мутные глаза сфокусировались на лице Евы.
        - Она активировала все амулеты, - скороговоркой выпалила призрачная дева и осыпалась гаснущим в воздухе пеплом. Ева отшатнулась от неожиданности. Оперлась спиной о стену и громко выматерилась, потом охнув, закрыла ладонью рот.
        Но кажется, ее не услышал никто. Кроме магов, которые тут же появились рядом.
        - Что случилось? - тревожно спросил Чернорецкий.
        - Шубу испачкала, - мрачно пояснила она. Марк развернул ее и провел ладонью по спине, убирая грязь магией. - И приведение видела.
        - Какое приведение? - ладонь замерла. И хорошо бы, если бы он убрал ее повыше…
        - Не знаю. Девушка в одной туфле. В синем костюме. Видимо, работала здесь.
        Марк отпустил Еву и вопросительно обернулся к Артему. Тем пожал плечами.
        - Грузили тут девушку в синем, но я не видел, что у нее на ногах было.
        - Хорошо. И где ты ее видела? Что она делала?
        - Да ничего не делала, просто появилась вот здесь, - она указала на место, где теперь стоял Марк. - И молчала. А когда я дотронулась до нее, сказала: «Она активировала все амулеты» и исчезла.
        - Призраки не разговаривают, Ева, - недоверчиво улыбнулся некромант. - Я имею в виду, такие призраки, с места трагедий.
        Ева развела руками:
        - Ну, извините. Сказала, что видела.
        - Погоди… - Артем подошел ближе. - Ты сказала, что «она активировала все амулеты»?
        Ева кивнула. И Снегирев толкнул Марка в плечо, привлекая внимание. Некромант изогнул бровь.
        - Отчет по амулетам видел? Прислали на почту.
        - Не успел.
        - Я сам его от скуки прочитал, пока тебя ждал, - признался Снегирев. - Короче, там написано, что все амулеты были связаны между собой. Ну, те, что в лабораторию попали, их уже разобрали и деактивировали. Но, похоже, Ева права. Силы в амулетах вполне хватило бы, чтобы тут все разнести.
        Чернорецкий по-новому взглянул на руины офиса. Вполне вероятно… Если амулеты сдетонировали, высвободив накопленную Силу, то от них самих здесь мало, что осталось. Искать нужно мельчайшие осколки. Магический фон еще будет повышен какое-то время. Возможно, поэтому Ева и увидела так ярко призрака. И даже успела перекинуться парой слов. Он снова посмотрел на девушку. А ведь никто так и не знает, какие у нее возможности и способности. И какие сюрпризы еще добавила связь с Чернорецкими… От этой мысли стало как-то странно, что-то вроде позабавленности и предвкушения шевельнулось внутри. Ева, уловив эти эмоции, удивленно повернулась к нему.
        - О, Белов звонит! - удовлетворенно объявил Артем, поднимая трубку и чуть отходя. - Да? Да, конечно, - светлый прикрыл рукой трубку и повернулся к ним, - Комитет перехватил тела, они уже у Грачева! Да, Станислав Анатольевич, едем!
        - А здесь все? - спросила Ева, когда Марк приобнял ее и повел к улице.
        - Сюда он тоже бригаду сенсоров отправил, - ответил за Чернорецкого Артем, спрыгивая на тротуар.
        Белов встретил своих подчиненных на пороге морга и нетерпеливо взмахнул руками.
        - Ну, наконец-то! А Ева здесь что делает?
        Марк обернулся на девушку, которую привел за собой.
        - Ева, как оказалось, видит призраков. Если рядом с телами будет хоть один, у нас есть шанс получить больше ответов.
        Станислав с интересом посмотрел на девушку. На лице Евы не было и толики воодушевления.
        - А не страшно? - добродушно спросил он.
        Девушка отрицательно покачала головой:
        - Мне уже ничего не страшно.
        - Но простыни лучше не поднимайте, - настоятельно попросил Чернорецкий, толкая ладонью тяжелые металлические двери. Пахнуло гарью, палеными волосами и формалином.
        Грачев поднялся от внимательного рассматривания чьих-то внутренностей и широко улыбнулся:
        - Где вы пропадали? У меня здесь новостей море!
        Ева прикрыла нос рукой, чувствуя, как земля, то есть, кафельный пол, уходит из-под ног. Чья-то обугленная грудная клетка производила неизгладимое впечатление. То есть, попробуй теперь отделаться от этого воспоминания! По ту сторону двери все представлялось иначе.
        - Минутку! - попросил Марк и развернулся на месте прямо с ней. И вывел в коридор. Прислонив девушку к стене, убедился, что обморок отступил, и сказал: - Подожди меня здесь.
        - С удовольствием, - сдавленно согласилась девушка.
        - И никуда не уходи.
        - Да меня и стоя плохо ноги держат, - отмахнулась Ева.
        Чернорецкий с сомнением остановился.
        - Иди, - с нажимом подсказала девушка.
        Ищейка прищурился, но подчинился, возвращаясь в место окончательной регистрации граждан. Ева начала обмахиваться ладошкой, пытаясь избавиться от навязчивого запаха.
        - Так что я пропустил?
        - Мы нашли документы, - обернулся к нему Артем. - Ты был прав, это Вишневские.
        Снегирев протянул ему пластиковые пакеты с документами разной степени обугленности. Какие-то из них пострадали от огня, какие-то - нет. Среди них были права и паспорт на имена Анджея и Веслава Вишневских. Грачев начал упоенно рассказывать, что он обнаружил, Белов удовлетворенно поддакивал и кивал. У них уже вырисовалась вполне ясная картина преступления, пока Ищейки добирались до Комитета.
        При осмотре в телах и одежде Анджея и Веслава нашли осколки двух амулетов. До официальной экспертизы утверждать было рано, но и так понятно, что амулеты окажутся идентичными украденным из лаборатории. Грачев давал удивительное заключение - Вишневские не смогли полностью пересилить блокировку способностей и были вынуждены постоянно подпитываться от амулетов. А амулеты подпитывали связью с… Пустотой. Каким-то образом, и каким, еще предстояло выяснить, артефакты удалось связать с завесой. Жаль, Виктория потеряла память и не может рассказать о своих исследованиях. Но может, ее загадочный аккаунт что-то прояснит?
        По всему выходило, что Вишневские связались с ней ради амулетов. И магией крови она, вероятно, занималась ради снятия блокировки с их способностей. Или наоборот, узнав о проклятии Чернорецкого, нашла Вишневских и помогала им вернуть способности, преследуя цель освободить от него Марка. Убийство семьи Евы создало бы дополнительный всплеск Силы в их крови и сделало их по силе практически равными Чернорецкому. И они могли бы помочь с ритуалом.
        А взрыв… Видимо, Виктория что-то сделала с амулетами на случай, если ее попытаются обмануть или убить… На радостях Белов уже напряг аналитиков и сенсоров, те сравнили магию с амулетов и тел Вишневских со всеми слепками Сил из этого дела. Все сходилось. И магия на девушке, и на Пустых. С небольшой погрешностью, но сходилось. Тут тебе и человек из Комитета, и пропавшие амулеты, и покушения на Еву…
        Кажется, дело было закрыто. Виновные найдены… Впереди уйма бумажной работы, чтобы все доказать. Но у дела большой потенциал. Белов радовался удачному завершению и хвалил за работу.
        А Марк задумчиво курил, слушая эту версию и очередные посулы премии. Все так идеально вписывалось в схему. Совсем, как когда обвиняли его…
        - Я домой, - объявил некромант, растирая пальцами окурок.
        - Какое домой, Чернорецкий? За работу, - попытался остановить начальник, его почти трясло от нервного перевозбуждения. Хотелось всего и сразу, чтобы они с Артемом сейчас ему целый сценарий нарисовали.
        Марк, конечно, это понимал, но что-то не давало ему выдохнуть спокойно и расслабленно. Может, просто усталость и недосып.
        - Я вторые сутки не сплю. Я домой, - вместо прощания отмахнулся темный и вышел из помещения.
        Ева обеспокоенно встретила его в коридоре. Иногда это прекрасно, когда не нужно лишний раз говорить и объяснять, что с тобой творится. Девушка просто молча посочувствовала, но вмешиваться и расспрашивать не стала, позволила увести себя из холодного тусклого подземелья. Сев в машину, Марк ненадолго задумался, слушая, как мерно работает двигатель. Дом Чернорецких слишком далеко. Имеет ли смысл туда ехать? Если Белов прав, и все закончилось, дополнительная защита не нужна. Поколебавшись, он выехал на маршрут к своему дому. А завтра пораньше на работу.
        Спустившись утром в гостиную, Марк включил кофемашину и вдруг осознал, насколько соскучился по своему дому. Здесь удобно, уютно и упоительно тихо. Никаких призраков. И даже воздух свежее. Что вполне объяснимо: ионизатор работал без сбоев. Чернорецкий забрал из холодильника пару контейнеров с едой, которые, судя по дате, оставила там вчера Галя, и бросил в микроволновку. Что за женщина! Никаких вопросов. Просто выкинула испорченное, приготовила новое, все прибрала… Ее присутствие чувствуется, но абсолютно не мешает. Идеально. Посмеявшись над своей внезапной сентиментальностью, Марк забрал еду и кофе и сел перед телевизором. Новости привычным фоновым шумом составили компанию. Он поднял чашку с насыщенным кофе, который не приготовишь в турке и замер, наслаждаясь минутой. Просто идеально. Все идеально.
        Обзор происшествий перешел к взлетевшему на воздух турагентству. Репортеры болтали несусветную чушь, искусственно создавая шумиху и ажиотаж. Обещали следить за событиями с серьезными лицами. Смешно. Марк пил кофе и, не прислушиваясь к телевизору, размышлял о вчерашних находках.
        Сейчас, когда сонливость не туманила голову, он понимал, что сомнения оправданы. В одиночку Виктория не смогла бы это все организовать. Она умная девушка. Но ключевое слово - девушка. Она хотела веселиться и быть счастливой, а не создавать кровавые заговоры.
        - Доброе утро, - поприветствовала Ева, одетая в спортивные брючки и футболку.
        - Я разбудил тебя?
        - Выманил на запах кофе, - призналась девушка. Она сделала и себе чашку и села на диван. Марк подвинут к ней тарелку с сандвичами.
        - Позвони сегодня родителям. Им не стоит ехать. Не думаю, что все закончилось.
        Ева тяжело вздохнула:
        - Но ты ведь сказал, что эти Вишневские мертвы.
        - Это не значит, что у них нет еще какого-нибудь брата. Или сестры, раз уж призрак сказала тебе, что амулеты активировала некая она.
        Девушка пожевала сандвич, совершенно не чувствуя вкуса. Вчера по дороге Марк рассказал ей все, к чему пришли его коллеги из Комитета. Но судить самостоятельно, кто из них прав, Ева не могла. Она совершенно не разбиралась во всех этих расследованиях.
        - Ты уверен, что это не паранойя?
        Марк почти обиделся.
        - Я просто не верю в совпадения.
        - Хорошо, - кивнула она. С утра думалось плохо, кофе еще не подействовал, да и вообще хотелось вернуться в теплую постель. Можно прямо с кофе. - Что именно ты считаешь совпадениями?
        Некромант скептически изогнул бровь.
        - Ну, - она отложила сандвич и облизнула соус с пальца, - обычно вслух рассуждать проще. Расскажи, что ты считаешь самым притянутым за уши в этой истории.
        Чернорецкий расслабленно откинулся на спинку кресла.
        - Мне не нравится то, как вовремя уничтожили офис с амулетами и Вишневскими впридачу. Я бы поверил в то, что Вика во все это вмешалась, и ее бы убрали Вишневские, когда она стала мешать. Но кто-то убрал их. Понимаешь?
        - Понимаю, - кивнула Ева. - А про твое проклятие Белов и Артем знают?
        - В общих чертах.
        - Погоди, - девушка нахмурилась, а потом повернулась к нему. - А откуда Вика узнала про проклятие?
        - Понятия не имею, - признался маг. - В Википедии об этом не слова.
        Ева пропустила шутку мимо ушей, медитируя над чашкой с кофе.
        - А если ее сами Вишневские нашли? Может, они тебя искали? У них ведь тоже проклятие…
        - У них блок на способностях. А как сказала Божена, нет магии - нет проклятия. Если они и искали ее, то ради снятия блока.
        - А она такой хороший специалист?
        - Нет. Магией крови она до этого не занималась. И сомнительно, что обратились именно к ней. Скорее уж, она их нашла для взаимовыгодного дела.
        - А откуда она узнала, что проклятие связано с ними?
        Марк замер, так и не поднеся чашку ко рту. Действительно. Любую сумасшедшую идею объяснить можно. Кроме того, что очень ограниченное число людей знало о Варваре Вишневской. Слишком много лет прошло. И если кто-то и знал что-то о проклятии, то уж фамилию наложившей его женщины… Да и женские-то фамилии имеют свойство меняться. Ева - прямой потомок, а носит фамилию Зорина…
        Марк поставил белую чашку на блюдечко, чувствуя, как внутри разливается болезненный холод осознания.
        - Марк? - Ева испуганно села.
        - Мне нужно ехать, - сухо отозвался он, вставая с кресла. Проходя мимо, машинально потрепал ее по волосам. - Отдохни сегодня, я не знаю, когда вернусь.
        Наверное, никогда прежде он не ехал с таким нежеланием на работу. Хотелось опоздать, оттянуть момент, но так получилось, что приехал он раньше. С тяжелым сердцем поднялся на четвертый этаж и постучал в дверь нужного кабинета. Камилла встретила его сидящей за своим столом и читающей какие-то рабочие документы. Она отвлеклась от бумаг и блекло улыбнулась ему.
        - Ты рано.
        - Смотря, о чем ты, - Марк прямо в пальто сел на стул перед ее столом.
        - Что-то случилось? - колдунья закрыла папку и положила на край стола.
        Чернорецкий помедлил, собираясь с мыслями. Их было слишком много, а сил хватило только на усмешку:
        - Как тебе все это в голову пришло?
        - О чем ты?
        - О твоем сговоре с Вишневскими.
        - Марк, - Камилла с той же блеклой улыбкой взяла со стола тяжелую ручку и принялась рассеянно крутить в пальцах. - Ты пришел ко мне с обвинениями или с доказательствами?
        Он пожал плечами, разочарованно глядя на нее.
        - Я просто пришел поговорить. Я не собираюсь продолжать семейную традицию тобой начатую. Сегодня я откажусь от этого дела. И пусть за тобой приходит кто-нибудь другой.
        Камилла покачала головой:
        - До чего же ты похож на отца. Даже страшно. Иногда я не могу понять, есть ли в тебе хоть что-то от меня? - женщина вздохнула, во взгляде мелькнула боль. - Спрашивай.
        - Знаешь, весь этот месяц я просто с ума сходил. Каждая моя находка не приносила совершенно никаких результатов. Я будто в стену утыкался. Между тем, что происходило вокруг, не было абсолютно никакой связи. Кроме Комитета.
        - И что же меня выдало?
        - Твоя безупречность. И Вишневские.
        - Да, - она задумчиво посмотрела в потолок, - это единственная связь, которую понять мог только ты. И если ты не собираешься меня сдавать с поличным, то ничего не доказать. Я ничего не делала своими руками.
        Чернорецкий чувствовал себя совершенно разбитым.
        - Зачем? Зачем тебе это все?
        - Как это зачем? - Камилла непонимающе улыбнулась. - Чтобы снять проклятие, конечно. Когда у Константина обнаружили рак, мы поняли, что проклятие действует даже несмотря на то, что мы не связаны родовой магией. И мы знали, что тебя ожидает все то же самое, если мы не снимем его. Все эти эксперименты с Пустотой, некромантией и магией крови… Мы делали, что могли. Но я работала в Комитете, и потом появилась эта банда фанатиков… Меня саму начали подозревать. Костя был уже слишком болен, и мы решили, что исследования я продолжу без него.
        - Поэтому ты кремировала его? Чтобы Агата не узнала?
        - Ни Агата, ни ты… Я должна была сохранить наработки, пожертвовав неудавшимися теориями и экспериментами. Только благодаря этому Комитет не забрал у меня все. Мы уже знали, что у Вишневских проблема с магией, да и найти их оказалось сложно. Но в конце концов у меня получилось с ними договориться. Я снимаю с них блок, а они помогают мне убрать проклятие.
        - На них так и остался блок, - подсказал Марк.
        - Да, но наработки твоего отца помогли немного этот блок…ммм… сдвинуть, приподнять… Понимаешь, из Пустоты действительно можно получить Силу. Только накапливать и преобразовывать ее могут только амулеты. Но сами амулеты в Пустоту не засунешь, как ты понимаешь. Но ведь можно использовать Пустых. Но это был временный метод, пока они не войдут в полную Силу.
        - Пока не убьют остальных потомков Вишневских.
        - Магия требует равновесия Сил. Не я придумала правила. И не я придумала план убийства этих Зориных, я только помогла их найти.
        - Вернемся к амулетам. Пустота и Тени вытягивают энергию, а не отдают ее.
        - Как оказалось, не совсем, - пожала мать плечами. - Пустота преобразовывает любую энергию и магию под себя. Что-то близкое к некромантии. Или ее разновидность. И ее потенциальная мощь колоссальна. Нужно только создать канал связи с амулетом. Пустой вполне подходит.
        - Предположим. Но блок со способностей Евы исчез. Почему ты не сняла блок, а использовала амулеты?
        Камилла улыбнулась со снисходительным видом:
        - Во-первых, это был способ их контролировать. А во-вторых, я до сих пор не знаю, что сыграло решающую роль в уничтожении ее блока. Может, столкновение с Пустым и амулетом, может, близость смерти, может, отклик на твое проклятие. А может, все вместе.
        - Но зачем ты подставляла меня?
        - Милый мой, я бы никогда так не поступила! Ты самое важное в моей жизни. У меня и в мыслях не было, что именно ты поедешь за моим Пустым! А потом я решила, что это неплохой способ тебя на время убрать подальше от опасности. Я пыталась убедить Белова тебя отстранить, но он же вцепился, как клещ! Он безоговорочно тебе верил и ему эти внутренние расследования были не важны.
        - Ты подставила меня с машиной.
        Мать не удержалась, полезла в ящик и достала пачку тонких сигарет. Курила она редко, но сейчас ей это было нужно.
        - Нет. Я знала, что Ева подтвердит твое алиби. Зато это снова запутало след, Ищейки зря потеряли уйму времени.
        - Вика могла погибнуть.
        - Не драматизируй. Я всего лишь стерла ей память одним из амулетов, которые она мне любезно предоставила, и высадила в людном месте.
        - А девушка в парке?
        - Один из Вишневских. Не вытерпел. Они в общих чертах знали, как она выглядит и где живет. И знали, что у нее открылись Силы. А раз нападение сорвалось, решили действовать наверняка.
        - Почему было не подождать до отъезда в Чехию?
        Камилла стряхнула пепел в чашку из-под чая:
        - Им хотелось все и сразу. Хотели за счет нее проверить, не снимется ли блок. Думаешь, им было принципиально, в какой последовательности расправиться с ними? Да они искали их много лет! Чехия вообще была запасным планом. Но ты так вцепился в эту девчонку… Что я убедила их оставить ее в покое и ждать. Кроме того, не хотелось привлекать лишнее внимание ко мне и к Вике.
        - Как ты ее убедила?
        - Очень просто. Сказала, что тебе пришлось от нее отказаться из-за проклятия, чтобы она не пострадала. И обещала поддержку ваших отношений со своей стороны. И поддержку в Комитете, конечно. Мне она нравилась. Но потом Вишневских стало все сложнее контролировать, а ты совершенно не собирался успокаиваться с Евой. И я поняла, что мне легче избавиться от них. Ведь у меня уже оказалась в руках подходящая кровь, нужно было только добиться баланса.
        - Баланса, - усмехнулся Марк, вспоминая, как сам с этим налажал. - Поэтому ты так настаивала на магическом тесте?
        - Да. Мне нужна была ее кровь и проверить, насколько сходны ваши показатели. Кстати, как тебе удалось?
        - Агата подсказала. Я просто поделился с ней своими Силами. Она ведь тоже оказалась некромантом. Это ее основной источник Сил.
        Камилла грустно улыбнулась:
        - Если бы не испорченный аппарат…
        - А что с офисом?
        - Когда ты позвонил и сказал, что все закончилось, я сначала не поверила. Это было так… Страшно. И я просто боялась поверить. Понимаешь… Для меня это означало не только то, что ты свободен, что наша работа с Костей была закончена, но и мое избавление от договоренностей с Вишневскими. Только они бы не оставили меня в покое. И я поняла, что медлить больше нельзя, или они убьют Зориных. Это были ужасные люди. Мир ничего не потерял с их уходом.
        - И что ты сделала?
        - Просто активировала все амулеты разом на полную мощность. Резонанс разнес их офис к чертям.
        - Концы в воду? - понимающе подсказал Чернорецкий.
        - Я сама была не рада, что связалась с ними. Но ради тебя я бы сделала это снова.
        Марк отвернулся от нее, глядя в пространство. Все сомнения и тревоги ушли, оставив звенящую пустоту внутри. Пустоту.
        - Зориным больше ничего не угрожает?
        - Нет. Пусть едут в свой отпуск, - вздохнула она. - Билеты оплачены Вишневскими, гостиницы тоже. Пусть развлекаются. О плане больше никто не знал.
        - А Вика?
        Камилла пожала плечами:
        - Силы со временем восстановятся. Амулет выпил их, как из Пустого. А вот с памятью тяжелее, заново всему научится. Со временем.
        - Она помнит твои аметисты, - сообщил Марк.
        - Знаю. Но это память не вернет.
        Чернорецкий потер ладонью лоб. Хотелось очнуться от этого, как от дурного сна. Но это все наяву, и от этого уже никогда не избавишься. Он узнал все, что хотел, даже больше. Марк встал со стула и не пошел к дверям. Камилла не стала его останавливать. В отличие от него, она чувствовала громадное облегчение. Впервые он чувствовал такое спокойствие и радость внутри ее эмоций. Никакого напряжения, никакой горечи.
        Возле дверей он остановился, будто вспомнил что-то еще, и вместо прощания сказал:
        - Вика оставила в своих вещах логин и пароль от какого-то аккаунта, и над ним сейчас работает наш it-отдел. Он был неплохо спрятан. Не знаю, что там, но что-то явно связанное с тобой.
        - Спасибо, что предупредил, - мягко поблагодарила она. И очень серьезно посмотрела на сына. - Я люблю тебя, Марк.
        - Я тоже люблю тебя, мама, - разочарованно ответил он и закрыл двери.
        Оставалось уговорить Белова дать ему отпуск за свой счет.
        Вернувшись домой, Чернорецкий застал Еву в гостиной. Она сидела на диване перед телевизором, будто вообще никуда с утра не уходила. Только чашка кофе сменилась большой чашкой чая.
        - Привет, - мягко улыбнулась она, складывая руки на спинке дивана и кладя на них подбородок. - Как день прошел?
        - Словами не расскажешь, надо петь, - нерадостно пошутил некромант, поставил в коридоре чемодан и подошел к ней ближе. - Я в родовой дом заехал, вещи забрал.
        Сообщение вызвало смешанные чувства. Это было почти как подведение итогов. Хотя, перед поездкой он позвонил и предупредил. Сказал, что все закончилось, родители могут ехать в отпуск, и опасности больше нет. А значит, нет и необходимости отсиживаться в некромантском доме.
        Ева подвинулась, Марк сел рядом и невидяще уставился в телевизор. Реклама йогурта явно не стоила такого внимания, а значит, мысли его витали далеко.
        - Твои родители уехали?
        - Да. Спасибо, что, - Ева остановилась на секунду. Сложно описать одним словом все, что он сделал, - что помог.
        Марк кивнул.
        - Не за что, - ответил он и тоже замолчал, думая, как же рассказать ей о матери. - Нам нужно поговорить.
        - Снять розовые очки? - иронично подсказала Ева.
        - Нет, - он чуть заметно улыбнулся, вспоминая ее признание в машине. - Мне уже поздно.
        - Я ни при чем, - умыла руки Ева, оставив недосказанное «сам виноват»
        Марк снова кивнул, признавая полностью свою вину. Действительно, сам виноват. Но если хорошенько оценить все, то даже не жалел. Вернее, не ощущал, что связал себя чем-то или ограничил. С ней он ощущал лишь поддержу, словно нашел дополнительную опору.
        - Я взял отпуск.
        - Решил выспаться? - поддразнила девушка, прикусывая губу.
        Чернорецкий повернулся к ней. Если глаза и являлись зеркалом души, то эмоции о ее состоянии говорили полнее. Оказывается, даже пресловутое «смятение чувств» бывает разным. Марка захлестывало неприятие, неуверенность, неверие и усталость. Ярко, образно. Маг перевел взгляд на ее чашу с чаем.
        - Я узнал сегодня, что весь этот кошмар устроила моя мать.
        Резкое удивление сменилось сожалением. Ева непроизвольно подвинулась ближе, просто реагируя на свои и его чувства. Кто угодно стал бы заверять, что не знал, оправдывался, но Марку это не нужно было делать, она ощущала каждую его мысль, как собственную. Нет другого способа залезть в чужую шкуру. Но они почти были сейчас одним человеком. Ева не заметила, как обняла его, уложив голову на плечо, а некромант, как страшную сказку, рассказал ей все, что узнал сегодня.
        Когда он закончил рассказ и замолчал, Ева с какой-то сомнамбулической отрешенностью заметила, что на экране снова крутят рекламу йогурта. Тяжко выдохнув, она щелкнула кнопкой на пульте, экран мгновенно погас.
        - Ее теперь арестуют? - хрипловато спросила Ева.
        - Не думаю. У нее явно остался телефон Вики, и она подчистит аккаунт раньше, чем до него доберутся айтишники. Но если не успеет, что ж… Закон един для всех, как она говорит.
        Ева закрыла глаза, прижимаясь к нему ближе. От него пахло лосьоном, парфюмом и особенным запахом тела, ставшим родным за короткое время.
        - Я могу что-то сделать для тебя? - спросила она тихо.
        - Просто побудь со мной.
        В длинные каштановые волосы зарылись чуткие пальцы. Он рассеянно погладил ее, сосредоточенный на воспоминаниях и предчувствиях.
        Девушка вдруг села на него сверху. Маг удивленно посмотрел на нее, но расслабленно откинулся на диван.
        - Поймала, - удовлетворенно заключила она, прищуриваясь и кладя пальцы на его щеку.
        - Тяжело тебе, наверное, пришлось, - поддел некромант, закрывая глаза и целуя ее ладонь.
        - О, ты даже представить не можешь… - сказала Ева еще тише, опускаясь к самым его губам. И когда уже почти коснулась, вдруг погас свет. Ева подняла взгляд к потолку, привыкая к внезапной темноте. - Это ты?
        - Лампочки, наверное, перегорели, - бархатисто соврал маг, его руки скользнули под ее футболку, оглаживая нежную кожу.
        Больше разговоры не были нужны. Ева поцеловала его, чувствуя, как все недосказанные слова тают на губах. Все-таки он прав, эмпатия гораздо лучше, чем телепатия. Гораздо лучше, подчеркнула для себя девушка, чувствуя на шее невольный тихий вздох, рожденный его мягким желанием, обволакивающим и ее сознание. Язык неспешно скользил по языку, прикасаться хотелось все сильнее и сильнее. Одежда мешала, став неудобной, царапающей слишком чувствительную кожу. Повинуясь только ее ощущениям, Марк снял с нее футболку и быстро избавился от своей рубашки. Горячая гладкая кожа обожгла, но Ева со стоном прижалась ближе, обняла его, зарываясь пальцами в короткие шелковистые пряди. А его пальцы прочертили чувственные дорожки по ее бокам, спине и, спустившись ниже, легко проникли под резинку спортивных брюк.
        Легко сняв с них остатки одежды, Марк уложил ее на мягкий диван и поцеловал, прижимая к себе. Согревая, путая мысли легкими поцелуями, все ниже, ниже. Легкий укус тонкой кожи отозвался разрядом острого удовольствия. Ева прерывисто вздохнула, опаляющий кожу жар рождался где-то внутри, лихорадил, обострял все чувства. И все тело стало лишь способом выразить желание, которое опьяняет и объединяет. Сводит с ума до дрожи и ломоты в пальцах. Прикусив губу, Ева обняла его ногами, закрыла глаза и подалась вперед, заставляя его сесть на диван. С закрытыми глазами, по запаху, наощупь, по наитию, она поцеловала его в губы, мягко касаясь пальцами чуть колючего подбородка.
        - Я не… - начал он было, но девушка не позволила договорить и привстав, медленно опустилась на его бедра, чувствуя, как он заполняет ее изнутри.
        Их дыхание снова смешалось в жарком мареве ощущений. Всхлипывая, с болезненной силой держась за его плечи, Ева двигалась, почти неосознанно, на чистых инстинктах, где-то на грани сознания растворяясь в его эмоциях, в его удовольствии, его реакциях. Предугадывая каждый отклик и каждых стон. Пока тело почти не сковало напряжение в предчувствии момента, которого хотелось достигнуть быстрее. И оттянуть, наслаждаясь ласками. Ожидание нарастало, заставляло почти останавливаться, замирать, прикасаться снова и… Разрядка ударила, как прибой, сжимая что-то внутри, расслабляющей теплотой разбегаясь по венам. Еще пара хаотичных движений, слишком крепкие объятия и оглушающий стук сердца. Его или ее уже не важно. Ева расслабленно легла на его плечо, к влажной коже липли растрепавшиеся волосы. Она устало убрала со лба пряди и поцеловала его в шею. Солоноватая теплая кожа. Губы пекло.
        Они так и полулежали на диване, остывая, отдыхая. Дыхание становилось тише, размереннее. Ева поерзала и обняла его удобнее, уютннее. Так спокойно…
        - А если ты сможешь отклеить меня от этого дивана, мы поднимемся в спальню, - пообещал Марк и охнул, пытаясь приподняться с кожаной обивки. Ева немилосердно над ним рассмеялась.
        Ева проснулась рано, будто что-то толкнуло, разбудило. Она лежала на постели со стороны окна и смотрела, как кружатся за стеклом снежинки. У Марка принципиально не было штор, и розоватый свет фонарей у дома заливал комнату. Ева осторожно выбралась из одеяла и одернула футболку, в которой спала. Марк не проснулся, ему снилось что-то тяжелое, неприятное. Девушка полюбовалась им и, стараясь не разбудить, осторожно положила ладонь ему на плечо. Вспомнив все, что было между ними вечером, она поделилась эмоциями, улавливая, как чутко меняется его сон. От маленькой приятной шалости стало теплее. Ева улыбнулась и вышла из комнаты.
        Переодевшись, девушка быстро собрала свои вещи и снова спустила чемодан вниз, к дверям. Решение далось тяжело, но все нужно заканчивать. И лучше закончить на приятной ноте. Да, убеждать себя было сложно, но все-таки получалось. Достаточно подумать, что будет дальше. А чем дальше, тем все станет запутаннее, и больнее будет расставаться.
        Ева заварила себе чашку чая и села на диван. Столько воспоминаний… Девушка сняла кольцо Чернорецких и положила на кофейный столик, рядом со своим телефоном. Возможно, она еще успеет выпить чай.
        - И что заставило тебя подняться в такую рань? - Марк положил ладони на спинку дивана по обе стороны от нее. - И на тебе слишком много одежды.
        - Это потому, что на улице прохладно для шорт, я мерзлячка.
        Чернорецкий хмыкнул над шуткой и губами коснулся ее шеи:
        - Ты собираешься уехать?
        - Метод дедукции? - улыбнулась Ева. Через ее сердце будто суровую нитку тянули. Медленно и неотвратимо.
        Марк тяжело вздохнул. Ему было совершенно не легче.
        - Ева…
        - Даже не думай меня отговаривать, - поспешно оборвала она, вцепившись в свою чашку. И серьезно добавила: - Пожалуйста.
        Эмпатическая связь прервалась, некромант отступил, девушка осталась наедине со своими чувствами.
        - Подвезти тебя?
        - Я жду такси.
        - Я так и думал.
        Марк отошел к кухонному блоку, зашумела кофемашина. Начинался самый обычный день. Ева сделала глоток чая, и почему-то он был очень, очень горьким. Зато помогал проглотить комок в горле.
        Маг забрал чашку и сел в кресло. Тишина угнетала, и он включил телевизор, новогодние рекламы с колокольчиками и обрывками песен и поздравлений заполнили молчание притворно веселым шумом. Ева подумала, что сейчас просто не выдержит этого и пойдет до Питера пешком, но приложение на телефоне звоном сообщило о прибытии машины. Девушка схватила телефон и вспорхнула с дивана, оставляя на столике чашку.
        - Я могу тебя проводить?
        - Если хочешь.
        Ева накинула шубу, быстро обулась и взяла за ручку чемодан. Марк осторожно, но непреклонно перехватил ручку. Девушка отпустила ее, выходя на крыльцо. Некромант надел пальто и ботинки, вышел следом. Ева уже открывала дверцу ворот. Спешила, как на пожар.
        Такси уже ждало за воротами. Марк отдал водителю чемодан, и тот принялся укладывать его в багажник. Маг отошел к воротам.
        - Говорить, что ты зря это делаешь - бессмысленно?
        - Абсолютно, - подтвердила она, стоя рядом. Медленно подняла руку и взялась за отворот пальто. - Спасибо. За все.
        Он усмехнулся, отворачиваясь на секунду и поворачиваясь с осуждением. Ева была рада, что не чувствует сейчас его эмоций. Вдвойне это все она бы не выдержала. Даже в глаза смотреть не хотелось, она с сожалением пропустила между пальцами шерстяную плотную ткань его пальто и сделала шаг к машине.
        - Прощай, - улыбнулась она, усаживаясь на пассажирское сиденье.
        Марк покачал головой и подозвал водителя. Достав телефон, оплатил заранее счет и ушел в дом. Вернувшись в гостиную, сел в кресло перед оставленной чашкой кофе. Телевизор продолжал болтать, но в доме уже ощущалась эмоциональная тишина. Ему не нужно было даже задумываться над этим, он чувствовал, насколько пуст дом. На глаза попалось оставленное кольцо с рубином. Маг подхватил его с гладкой столешницы и с силой запустил в стену.
        Ева прикусила согнутый палец, мысленно поблагодарив его, что не остался ждать, когда уедет такси. Водитель сел на свое место, пристегнулся. От него исходили тоже смешанные чувства. Неловкости, сожаления, стыда за невольное подглядывание чужой драмы. Машина стронулась, и Ева выдохнула с облегчением. Домой.
        Водитель такси молчал, не приставая с разговорами. Пять звезд.
        Как во сне она смотрела на дорогу, к которой уже успела привыкнуть. Сугробы, пробки, серый КАД. С каждым километром, остававшимся позади, Ева с удовольствием предчувствовала возвращение свободы. Отвратительной, мерзкой, совершенно никому не нужной свободы. Полностью чудесное осознание собственной независимости застигло ее за дверями родной квартиры. Настолько ярко и безнадежно, что оглушенная ею, девушка прижалась на миг к дверям. И осела вниз. Сил больше не было, она просто уткнулась головой в колени. Лучше бы кота завела…
        Эпилог
        Хорошо быть свободным, когда ты не один. Э.М. Ремарк
        Тридцать первое декабря. Об этом напоминало все, как будто можно хоть на минуту забыть. Говорят, одиночество наиболее остро ощущается в праздники. Особенно, такие вот, семейные… Не врут, определенно не врут.
        А если ты еще и от парня сбежала… Могла же подождать пару дней. Не могла. Нельзя. Ева выключила воду и вылезла из душа, пока мысли опять не свернули к заманчивой мысли добавить туда фен. Вытерев тело пушистым полотенцем, она надела шелковый халат и вышла из ванной. Родители до третьего числа будут в Праге, шлют оттуда счастливые фото себя, сестры и племянников. Света ноет, чтобы она приехала сегодня к ней после курантов. Наденька ноет, что поругалась со свекровью из-за салата. А у нее ни свекрови, ни салата, ни желания выходить из дома. Хочется просто принять успокоительное, надеть беруши и спать. Пока не наступит январь. И станет легче. Всего несколько часов, и все уже в прошлом году.
        Это, конечно, не лучший способ провести новогоднюю ночь, но точно лучший, учитывая ее настроение.
        Ева сняла с волос полотенце, бросила на стул, включила погромче телевизор, ушла на кухню… Бросив в пустую чашку чайный пакетик, она слушала, как закипает на плите чайник. За окном было еще светло, но кто-то уже начинал отмечать Новый Год, то и дело в воздух взлетали фейерверки. На фоне светлого еще неба цветные взрывы смотрелись куце, невесело.
        Ева подошла к окну, сложив на груди руки. Пусто, холодно. Она прижалась лбом к холодному стеклу. Внизу стояла черная ауди. Ева уже знала, что это новая машина соседа с третьего этажа. Но если на миг представить, то можно убедить себя, что это Марк.
        Дверь машины вдруг раскрылась и на снег действительно вышел Чернорецкий. В руках привычно дымилась сигарета, пальто не застегнуто. Ева отпрянула, остановилась только наткнувшись на край столешницы кухни. Она судорожно сглотнула, адреналин зашкаливал. И страшно, и опьяняюще-радостно.
        - Боже мой…
        Ева сжала край столешницы пальцами.
        Она слышала, как внизу металлически стукнула дверь парадной, как скрипнул лифт на этаже, как заворочался ключ в ее двери. Сердце билось так сильно, что почти причиняло боль. Ева развернулась к коридору, тревожно вышла, когда дверь раскрылась. Некромант закрыл ее ключом и повернулся.
        - Я собирался вернуть тебе ключ, - он показал ту запасную пару, что она сама отдала ему еще в самом начале, и протянул ей.
        Ева взяла ключи дрожащей рукой и посмотрела на них:
        - Это не мои.
        - Знаю, - Марк шагнул к ней и, подхватив на руки прижал к стене, легонько целуя в губы. - Я и говорю, что собирался вернуть ключ, а потом вспомнил, что ты все еще моя жена, и будет честно отдать тебе мои запасные. Надеюсь, двух дней без меня тебе хватило?
        Ева обняла его и руками, и ногами. От пальто шел морозный холод, проникал под тонкий халат. Девушка опустила голову ему на плечо, запах его кожи и его парфюма успел притупиться в памяти, и теперь волновал до полной невозможности. До болезненной необходимости. Ева вдруг обнаружила, что щеки у нее мокрые, шмыгнула носом. Чайник на плите истошно засвистел. Девушка нервно рассмеялась и попыталась выбраться из объятий, встав на пол.
        - Чайник…
        - Угу, - равнодушно прокомментировал Чернорецкий, удерживая на месте, обнимая, целуя в шею и не собираясь отвлекаться. Свист, тем не менее, начал резко стихать.
        Марк скинул пальто на пол, небрежно разулся и потянул ее в комнату. Уложив девушку на кровать, маг завис над ней на вытянутой руке, свободной ладонью погладив по влажной щеке. Зеленые глаза серьезно и тепло следили за ней.
        - Больше не будешь от меня убегать? - спросил он вдруг, касаясь пальцем губ.
        Девушка опустила веки, расслабленно чувствуя, как ее окутывают его чувства. И она снова становится целой, ощущает мир полно.
        - Не буду, - пообещала она. И себе пообещала, что позволит этому быть.
        - Врешь, - тоскливо прокомментировал Чернорецкий, опускаясь к ней и целуя долго, томно, тягуче. И когда со вздохом закончил поцелуй, пообещал: - Но я все равно тебя поймаю.
        Ева улыбнулась. Пусть попробует. Бежать уже поздно. Слишком больно, слишком скользко.
        Немногим позже, лежа в его объятиях, Ева тихо покусывала губы и смотрела в потолок. В теле сладкой усталостью гудело тепло, а голову кружила такая легкость, такая ясность… Как вернуться домой, как вернуться в себя. Пожалуй, теперь она в полной мере понимала его коварный и жестокий план - он не удерживал ее и отсекал чувства, чтобы она разобралась в своих. Как же она утонула в нем! И когда?
        Некроманта ее серьезность и задумчивость явно забавляли, он лежал рядом, подложив под голову подушку повыше, и внимательно изучал все изменения на ее лице, как будто эмоций ему было мало.
        - И что теперь? - наконец спросила она, обеспокоенно поворачиваясь и подпирая голову рукой.
        - Теперь? - Чернорецкий на секунду задумался и улыбнулся: - Не знаю. Я ведь до этого никогда не женился. Но в моей семье ходит шутка, что у некромантов любовь гробом не заканчивается.
        - Ну, - пожала она плечами, - лишь бы им не начиналась.
        Марк поморщился, почему-то вспоминая их знакомство. Произошло уже столько всего, что хватило бы на пару жизней.
        - Думаю, поздновато, - сказал он наконец.
        - Да, - подтвердила Ева после некоторой заминки.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к