Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / AUАБВГ / Аббакумов Игорь: " Полководец Третьего Рима " - читать онлайн

Сохранить .
Полководец Третьего Рима Игорь Николаевич Аббакумов
        В произведениях, посвященным "попаданцам", главный герой попав в чуждую для него эпоху, причем в прошлую, как правило опирается на послезнание. Он обязательно стремится одолеть врага с помощью оружия будущей эпохи. А вы попробуйте одолеть врага, если враг и сильней тебя, и развитей, и планы его тебе ну совсем не известны. И решил я, что более всех мне подходит Субудай-багатур. Сын простого кузнеца, так и не освоивший грамоту, не поднявшийся до высот тогдашней культуры. Я решил воскресить героя в те годы, когда СССР предстояло распасться, но отправить действовать в эпоху, когда идет полным ходом освоение межзвездного пространства. Там его ум, знания, опыт, будут востребованы даже тогда, когда правят бал высокие технологии.
        Игорь Аббакумов
        Полководец Третьего Рима
        Часть 1. ДОЛГИЙ ПУТЬ ИЗ МОГИЛЫ
        Предисловие
        Россия воевала много и часто. Были войны удачные, были войны не совсем удачные, а были и поражения в войнах. Как правило, мы начинали войны, не сумев хорошо подготовиться к ним. Это позволяло врагам нашим, иметь на начальной стадии войны довольно неплохие успехи. Да куда далеко ходить. Великая Отечественная война так и началась. Множество крупных и мелких поражений - вот типичное начало войны, которую ведет Россия. Все это дает основание нашим врагам, как внешним, так и внутренним, кричать о нашем неумении воевать. Вот то ли дело Европа! Какой чудесный орднунг в их войсках! Ну разве можем мы сиволапые, сравниться в воинском мастерстве с культурными людьми Благословенного Запада? Но вот ведь какое дело. За 300 последних лет, наше государство проиграло всего 3 войны. А вот образцовая Германская армия, сумела выиграть только три войны, причем, не с нами. А те войны, которые мы начинали с неудач, спустя некоторое время мы все-равно выигрывали. В чем же дело? Может быть, мы вовсе не бездарны в военном деле? "Бездарны! Еще как бездарны! Вам просто повезло! У вас огромные просторы, у вас непроходимые
леса и болота, у вас много ресурсов, у вас неисчерпаемые людские резервы! Вы мастерски закидываете маленькие европейские армии горами трупов! А когда наступает зима, вместо вас воюет Генерал Мороз, а весной и осенью Генеральша Распутица!" И не втолковать никак людям, что мешает воевать любой климат и любая местность. Что леса Индии более густы, чем наша тайга, что их горы выше, чем Среднерусская возвышенность, что их климат тоже ужасен, а население многочисленней, чем в России. Тем не менее, Индию, кто только не завоевывал, в том числе малыми силами. "А еще у вас есть бескрайние степи, куда вы по примеру скифов, трусливо бежите от врага, а затем подло его уничтожаете в засадах!" И бесполезно спорить, что Европа всегда была лучше населена, что ее промышленность всегда была мощней нашей, что даже коней в Европе было больше, чем у всех азиатских кочевников вместе взятых. "Нет! Нет и нет! Вы никогда не умели воевать!" Может и не умели, но только один противник, сумел лишить нас независимости. Вы знаете, о ком я веду речь. О страшных монголо-татарах. Они вопреки европейским стандартам, напали зимой. И это
время для них оказалось вполне подходящим. Тогдашние леса, были гуще, чем в более поздние времена. Но это им нисколько не помешало. И дорог на Руси не было никаких, даже плохих. И это их не смутило. Может, было огромное численное превосходство? А вы сумеете провести огромную армию сквозь дебри лесные? А по замерзшим рекам, можно провести войск не больше, чем смогут провести хозяева этой страны. Не было огромного преимущества в численности войск! А может было качественное превосходство? Увы! И тут мимо кассы! Не было у степняков массового производства вооружения из железа. Русские всадники, могли драться на равных с рыцарями Европы, сомкнутый строй русской пехоты, был не по зубам ни византийской армии, ни рыцарским орденам.
        Просто у монголов, было два прекрасных козыря. Образцовая организация войска и талантливый полководец. В Великом Западном Походе, монголами командовал Бату-хан. Но не он был творцом побед. Его подпирал Субудай-Багатур. В этом походе, все боевое планирование, всю организационную часть вел именно он. Но и до этого у него были громкие победы. Пройдя рейдом от Сыр-Дарьи до Калки, он вместе с таким же талантливым командующим Джебе, сумел разгромить войска всех встретившихся ему врагов. Никакие трудности не смущали этого незаурядного человека. Пустыни, степи, горы, леса, сильнейшие укрепления - ничто не послужило помехой его войскам. На той же Калке, им было разгромлено многократно превосходившее его русско-половецкое войско. И бился он вовсе не с неумехами.
        Было три полководца, которые сумели за последние 300 лет, осуществить глубокое вторжение в нашу страну. И все три были вдребезги разгромлены. Однако, несмотря на то, что Россия стала могилой для их армий, Европа их считает великими. А вслед за Европой и мы. А вот единственный полководец, сумевший завоевать Россию, почему-то великим не считается. А ведь он Россией не ограничился. Европе тоже досталось от него, и не слабо. У монголов в это время, хватало хороших полководцев, но именно он сумел пройти дальше всех. Именно ему досталось испытать в бою всех возможных противников, что нашлись между Желтым и Адриатическим морями.
        Мы тогда оказались в подчинении у тех, кого считали дикарями. Но урок не прошел для нас даром. Мы научились выигрывать войны. Причем даже такие, которые выиграть считалось невозможным. И мы победили, единственных, кто сумел нас победить.
        Это предисловие, я пишу вот почему. В произведениях, посвященным "попаданцам", главный герой попав в чуждую для него эпоху, причем в прошлую, как правило опирается на послезнание. И первое, что он делает, это начинает производство различных "роялей". Прогресс двигает. В итоге, выбранная им для грядущей победы сторона, всегда знает о тех каверзах противника, которые он и придумать то еще не успел. А еще он стремится, обязательно одолеть врага с помощью оружия будущей эпохи. А вы попробуйте одолеть врага, если враг и сильней тебя, и развитей, и планы его тебе ну совсем не известны. И попробуйте начать подобную схватку, без крупных провалов, причем, не имея никакого представления о замысле врагов. То есть нормальная работа для командира любого ранга. Именно такого героя я и хочу себе представить. И решил я, что более всех мне подходит Субудай-багатур. Сын простого кузнеца, так и не освоивший грамоту, не поднявшийся до высот тогдашней культуры. Тем не менее, он оказался умней и талантливей тогдашних "цивилизованных" людей. И если у человека есть ум и талант, то он сумеет быть успешным в любой эпохе.
Даже если поначалу ему многое чего не понятно. Ну а то, что он ни разу не русский… Это не беда. Во-первых, много таких чертей нерусских служило нашей Родине и прославили ее своими трудами. Например, Багратион и Барклай де Толи. А во-вторых, Субудай вовсе не чужд нашей стране. Ведь родился и вырос он именно на той земле, что входит сейчас в состав нашей Родины. Это Республика Тыва (Урянхайский край). Там до сих пор живет народ, которых в разные времена называли по-разному. Это русские казаки называли их урянхайцами, а вот монголы называли их "сойоты". Легенды относят Субудая и к тувинцам, и к тохарам, и к другим племенам. Иногда народ Субудая называли "урук-хай". Те самые "урук-хайи"! Которыми Толкиен запугал западного читателя!
        Я решил воскресить героя в те годы, когда СССР предстояло распасться, но отправить действовать в эпоху, когда идет полным ходом освоение межзвездного пространства. Там его ум, знания, опыт, будут востребованы даже тогда, когда высокие технологии правят бал.
        Глава 1
        ТУВИНСКАЯ АССР. КАА-ХЕМСКИЙ РАЙОН. У СЛИЯНИЯ РЕК БАЛЫКТЫГ-ХЕМ И САРЫГ ЭР.
        Дикая природа, хороша лишь в ясный солнечный день, когда ты одет в сухое обмундирование и тебя не донимают кровососы. А еще, она особенно хороша, когда нет у тебя никаких других забот, кроме как приятно провести время. Тогда верховья Малого Енисея, это то, что нужно крепкому и молодому мужчине, чтобы сбросить накопившееся за год раздражение издержками цивилизации. Ты приезжаешь в эти экзотические места вовсе не прямым рейсом. С остальной республикой Каа-Хемский район, связывают две дороги: одна "Сарыг-Сеп-Кызыл", имеющая мост через Каа-Хем, вторая "Сарыг-Сеп-Балгазын", включающая паромную переправу в деревне Дерзиг-Аксы и недоступная в осенне-весенний период. Так что не во всякое время ты попадешь в эти красивые места. Но даже автотранспортом, попасть в нужные тебе места, можно только по зимнику. А в остальное время года, только на своих двоих и приходится путешествовать. Но места эти стоят того, чтобы туристы мечтали каждый год возвращаться сюда на отдых. Конечно, природными красотами, прекрасной охотой или рыбалкой, жителей Сибири трудно удивить. Но именно здесь, в Каа-Хемском районе, можно
увидеть настоящие поселения староверов, бережно сохранивших свой уклад жизни. Здесь сохранились староверческие скиты, которых уже не увидишь в коренной России. Можно много перечислять достоинств отдыха на природе. Но это разговор именно об отдыхе.
        А что вы скажете, если вы находитесь в той же местности, в тоже время, но только не на отдыхе? Если пребывание в зоне туризма, для вас работа, причем вовсе не работа гида, если погода оставляет желать лучшего? Вот уже неделю, как хляби небесные, стремятся выполнить годовую норму выпадения осадков. И очень плохо то, что пришлось прервать начатую работу. Вести съемку местности под проливным дождем, никак не получится. Вот и приходится капитану Советской Армии Руссияну Кирилловичу Аверкову, коротать время за партией в "тысячу" вместе со своими гражданскими коллегами. Благо, что место для стоянки экспедиции не совсем дикое. Два деревянных сарая, находившиеся у слияния рек Балыктыг-Хем и Сарыг-Эр, были хоть и покинуты прежними хозяевами, но тем не менее неплохо сохранились. В одном сарае, разместился Аверков со гражданскими специалистами, в другом поселились солдаты-срочники. Конечно, строились сараи вовсе не для жилья, но для людей, привыкших жить в более суровых условиях, они были настоящим подарком. Это и спальня, и рабочее помещение, и столовая, и склад рабочего инструмента, не говоря уже о том,
что постройка сама по себе является желанным укрытием от непогоды. Привыкшие к жизни под открытым небом, топографы немедленно воспользовались возможностью жить под крышей. А самое главное в этих условиях то, что можно воспользоваться для обогрева, сушки одежды и готовки пищи, привезенной заранее печкой-буржуйкой. Те, кто проводит летний сезон в тайге или горах, прекрасно понимают разницу между костром и печкой.
        - Кирилыч! Как там насчет целительных капель? Этого вопроса, заданного техником Воропаевым, следовало ожидать в обязательном порядке.
        - Имеют место быть! - в тон Воропаеву ответил Аверков.
        - Так чего мы тянем? А ну-ка грянем бояре по маленькой! - поддержал Воропаева Гришковец, неизменный энтузиаст экспедиционных застолий.
        - Так накрывайте стол, а я "наркомовские" вытащу!
        Сказано-сделано. На импровизированный стол, оборудованный из ящиков для инструмента, в быстром темпе начали выставляться банки с тушенкой, рыбная консерва, луковицы, и конечно кружки. Гришковец начал нарезать хлеб, а Воропаев с Иванцом, устроили подъем тем, кто, не принимая участия в карточной игре, просто "давил на массу", отсыпаясь про запас. Аверков, отойдя в угол, где лежал закрытый на замок железный ящичек, для самого ценного экспедиционного имущества, открыл его и достал сделанную из нержавейки емкость с "шилом".
        Иванец, как человек ответственный, сел на раздачу. Грянул первый тост, дружно застучали ложки по открытым банкам с тушенкой и застолье началось.
        Вообще то, Аверков, не был сторонником устройства подобных посиделок. Как правило, вкусив с вечера "живительных капель", утром люди бывают отнюдь не живчиками. Но если толпа здоровых мужиков, вынуждена, целую неделю маяться бездельем, то пусть лучше уж они "разряжаются" за столом, чем копят раздражение. От безделья людям всякая дурь в головы лезет.
        После второго тоста, пошел обычный застольный треп. Третьим тостом, фляга была прикончена и пришлось доставать вторую. Впрочем, теперь мужики теперь сами не спешили с потреблением "огненной воды". Посидели, поговорили, а потом желающие устроили у открытой двери сарая перекур. Лезть наружу, под дождь никто не стал. Во втором сарае, расположенном по ту сторону реки, должны были уже вовсю спать солдаты. Впрочем, Аверков был уверен, что и там никто не спит. Хоть перед экспедицией солдат и проверяли, на предмет припрятанного спиртного, но то, что сейчас и там идет пьянка, можно было не сомневаться. Просто опытные в таких делах "деды", спирт конечно с собой не брали, но приготовить в укромном местечке брагу, а то и самогон, как пить дать додумались. А уж из чего сделать, русский солдат всегда сообразит.
        "Надо бы зайти проверить архаровцев, А то ведь пьянка - дело такое. Мало ли кто и кому какие обиды припомнит. А ведь оружие при них и патроны то не холостые".
        Неохота лезть под дождь, но надо. Сняв повешенную на вбитый в стену гвоздь плащ-накидку, Руссиян направился к выходу.
        - Кирилыч! Куда это тебя разобрало?
        - Да схожу, на бойцов своих гляну.
        - Да оставил бы ты их в покое! Тут в "самоход" ходить не куда, а в Монголии им делать нечего!
        Руссиян усмехнулся про себя. До советско-монгольской границы, было всего ничего. Но бежать туда, даже за водкой, никто-бы не стал. До населенных пунктов и на той стороне неблизко. Да и шагать по тайге и горам, переходя реки и речушки вброд, то еще удовольствие.
        "И загнала же судьба меня нелегкая в медвежий угол! Ведь всем разумным людям ясно, что вторгаться через эту местность никто не будет. Да и кто вторгнется? Не монголы же попрут на нас! А китайцам, прежде чем попасть сюда, топать через всю Монголию". Нет, Руссиян понимал, ради чего они здесь комаров кормят. Просто приграничная черта, это зона работы военных топографов. И раз в десять лет, будь добр, вносить в существующие карты текущие изменения местности. Ну это в теории, а на практике, у ВТС зачастую руки до таких мест не доходят. Да и какие здесь могут быть изменения? Хозяйственная деятельность почти не ведется, поэтому вполне сойдут карты времен царя Гороха. Ну в крайнем случае, можно пользоваться данными аэрофотосъемки. Так нет же! Где то "наверху", какая-то штабная сволочь, посмотрев на бумаги, подняла вопрос "стратегической важности". Вот мол товарищи, какое упущение я нашел! И спорить с таким дураком никто не будет. Ведь они всегда "правы".
        Вот так, брюзжа про себя, капитан и дошагал до брода через реку Сарыг-Эр. Впрочем, бродом это уже было не назвать. Если в сухую погоду, глубина реки в этом месте не превышала 30см, то сейчас пришлось перекинуть через брод мостки из стволиков молодых лиственниц. Вот только никто не знал, что так "распогодится", и что уровень воды поднимется так высоко. Теперь, чтобы пройти по мосткам, надо было идти по колено в воде и хорошо, что на ногах рыбацкие резиновые сапоги. Перейдя реку, Аверков направился к занятому его солдатами сараю.
        "Одно хорошо, что в этих горах "духи" не водятся. Самые страшные здесь враги - это дикие звери. Ну медведя я не боюсь, он по этому времени сытый и не злой, ну а снежных барсов здесь давно не видели".
        До сарая оставалось всего ничего, когда капитан вдруг почувствовал, что сейчас произойдет беда. Причем, какая-то непривычная беда.
        Горы только кажутся несокрушимыми и вечными. На самом деле, они также ненадежны, как и болота. Даже не так. Они коварней болот. И сход снежных лавин тому подтверждение. Но и там, где снега на склонах нет, скрытые до времени угрозы все-равно таятся. Даже если эти горы образованы из гранитных и базальтовых пород, это вовсе не значит, что беда не притаилась в ожидании своего часа. Просто грунт поверх массива, несокрушимым не является. Если неделю молотили проливные дожди, этот грунт насытится водой до такой степени, что в любую секунду может превратиться в селевой поток. Конечно, если склоны поросли лесом, грунт может так и не сойти со склона, но если происходит подземный толчок, то жди беды. Тува - является сейсмоопасным районом. И землятрясения здесь происходят. И вот именно сейчас оно и произошло.
        Прямо на глазах у Руссияна, поросший лесом склон направился прямо на сарай занятый его солдатами. Правда, на пути этой беды текла река Балыктыг-Хем, но это мало влияло на конечный результат. От страха за судьбу подчиненных, капитан даже не обратил внимание на то, что землю ощутимо трясет. А вот подчиненные это ощутили. Еще не поняв, что там такое стряслось, они пулей выскочили из своего сарая. И вовремя. Оторвавшийся от горы склон, преодолев реку, все-таки дошел до сарая. И чудо было в том, что разрушив импровизированную казарму, он остановился. Прямо перед остолбеневшими людьми.
        Рефлексы, вбитые долгой службой, сработали правильно:
        - Якименко! Доложить о наличии личного состава!
        Простенькая команда разрядила обстановку. Пришедший в себя сержант Якименко, чисто на автомате подал команду:
        - Отделение! В одну шеренгу становись!
        Построились мгновенно. После недолгой переклички, Якименко доложил, что личный состав отделения присутствует в полном составе, отсутствующих нет.
        В полном составе - это хорошо. А больше ничего хорошего не было. Сошедший оползень, вместе с сараем похоронил и запасы продовольствия, и необходимое теперь оружие, и не менее необходимый инструмент. А самое главное в том, что похоронена радиостанция. Конечно, если подразделение не вышло на связь, командование обязательно примет меры к поиску людей. Но только вот какая закавыка: оставаться на месте нельзя. Оползень, перегородил реку, а значит, что скоро это место будет затоплено. Кроме того, родившийся на Курилах капитан, с землятрясениями уже сталкивался. Первый толчок уже затухал, но ведь возможен и второй. А он может натворить не меньше бед.
        - Отделение! Слушай мою команду! Сейчас все выдвигаемся к штабному сараю, там оказываем необходимую помощь гражданским служащим. Якименко! Командуйте!
        Как хорошо, что именно сегодня бойцы не отбились, а устроили пьянку! Чем хорошо? Да тем, что обувь у них была на ногах. Да и бушлаты они не успели снять. Иначе, быстрый бег по каменистому грунту, был бы невозможен. Добежав до брода, Аверков увидел, что мостков уже на месте нет. Ну ничего, перейдем вброд, благо глубина сейчас едва по грудь.
        Перешли. А перейдя, увидели, что со штабным сараем тоже не все слава богу. Оползня здесь не было, но ему хватило и толчков, чтобы рухнуть. И опять, капитан возблагодарил, что так вовремя устроил пьянку. Выскочить успели все. И хорошо, что все были одеты и обуты. А вот на имуществе можно ставить крест. Рухнувшая на опрокинутую "буржуйку" древесина, уже вовсю разгорелась. Потушить ее, невзирая на ливень было уже невозможно. И оставалось только спасаться с тем, что есть на себе.
        ПРИКЛАДНАЯ НЕКРОМАНТИЯ.
        Мой вам совет: не тревожьте попусту прах мертвых. Все мы знаем, что мертвые уже никому не причинят вреда. А так ли это? Вернее, всегда ли мертвые безобидны? Любой служитель культа, объяснит вам, что души умерших попадают либо в рай, либо в ад. И что там с ними происходит, можно только гадать. Но на памяти человечества, есть и такие случаи, когда душа умершего человека, обладавшего при жизни сильной волей, не покидала наш земной мир. Задержавшейся в нашем тварном мире душе, холодно и неуютно. Но есть веская причина, по которой она отказывается от загробного мира. Вернее причин может быть две, но преобладает одна. Или Любовь, или Ненависть. Ненависть способна на многое. Она прекрасно помнит все долги, что не успела раздать при жизни. Именно величайшая ненависть заставляет погибшего вселяться в тела людей и зверей и уже в новом теле они довершают то, что не успели при жизни. Не на пустом месте родилось выражение: "В него вселился демон".
        Но как бы Ненависть не была сильна, могущество Любви гораздо больше. Страстное желание, не покидать на произвол судьбы тех, кто был при жизни дорог, творит истинные чудеса. Казалось бы, чем может помочь бесплотная душа в минуты опасности? Можете не сомневаться, она на многое способна. Она может дать совет, явившись во время сна. И эти сны мы называем вещими. А сколько раз на войне, человеку как будто кто-то посторонний подсказал, о подстерегающей его опасности. И вскакивает, задремавший было боец, и наносит безошибочный удар по подкравшемуся врагу. И командир угадывает в кромешной тьме, где притаился ничем не выдавший себя враг. И заблудившееся войско, вдруг в тумане, на незнакомой местности находит удобную и правильную дорогу. Не на пустом месте, еще в древние времена, родилось почтение к умершим предкам. Но не всем такая честь. Не всех любили столь сильно умершие. И не всякая душа настолько сильна, чтобы отказаться от заслуженного посмертия. Поэтому надеяться на такую подмогу приходится не всем.
        А если вылетевшая душа не найдет "своих"? Вот тут и таится главная проблема. Безумие, охватившее неприкаянную душу, способно нанести огромный вред тем, кто напрасно ее потревожил. И опять, вспоминаем древние легенды о страшных последствиях для тех, кто понапрасну тревожил мертвых.
        Человек, существо не только разумное, но и наблюдательное. Кто скажет наперед, что задумала неприкаянная душа. Пользы может и не быть, а вреда окажется много. Вот потому и старались люди тщательно соблюдать похоронные обряды, чтобы не дать притаившейся в теле мертвого душе, вылететь на свободу.
        Землетрясение, потревожившее Восточные Саяны, имело не только разрушительные последствия. Толчки, вызвавшие в нескольких местах оползни и сход селевых лавин, обнажили заодно и древнее захоронение. Таившаяся в прахе, вот уже восемь веков как мертвого героя, душа, вырвалась на волю. А вырвавшись на волю, начала искать того, кто может стать наиболее подходящим вместилищем для нее.
        ДУХ УМЕРШЕГО.
        Я похоронен на родной Урянхайской земле. Именно это я и завещал своим сыновьям. Вот только душа моя, измученная беспокойством о судьбе того, что оставил нам в наследство Повелитель, не пожелала уйти на встречу с теми, кому я обязан был своим рождением. Я умирал своей смертью, окруженный славным потомством, живыми еще соратниками по походам. Я умирал на земле сильной и обширной державы, которая продолжала расширяться, но будущее ее меня не радовало. Когда проводишь жизнь в походах на врагов, приобретаешь привычку, все время заглядывать вперед. И с каждым годом, твои предсказания становятся точней. Я научился понимать мысли врагов. Я прекрасно могу предсказать поведение любого из соратников. И на склоне жизни, мысли и души наследников Повелителя, стали для меня развернутым свитком. Я так и не научился книжной премудрости, но письмена чужих мыслей, я научился понимать очень хорошо. Власть Великого хана еще крепка, но нынешнее окружение хана, крепким не назовешь. Те, кому мы никогда бы не доверили своих замыслов, стали советниками правителя. А нынешний правитель, сам не отличит худых коров от
упитанных. Если только, он вообще сможет отличить быка от коровы. Но и это не беда. Единственный человек, которого я считаю своим истинным Повелителем, тоже иногда ошибался, но те, кто его окружал, умели указать на сделанные ошибки. Умели они найти и способы исправления допущенных ошибок. Но нет их ныне, а на смену им пришли совершенно другие люди. Я ясно видел, что недолго нашей державе быть великой. Но вот чего я не видел, так это путей к исправлению грядущих бед. Я прекрасно умею воевать, но я ничего не понимаю в искусстве управления странами и народами. Мне по прежнему непонятно, каким образом, мой Повелитель, смог создать из окружаещего его отребья, тот народ, чье имя наводит ужас даже на самых сильных наших врагов. И народ, привыкший уже быть народом, а не сборищем кочующих племен, по-прежнему является основой нашей мощи. Но корень грядущих бед, в той знати, которая ведет наш народ по начертанному пути. Но разве не захочет она однажды, с этого пути свернуть? А народ, что может сделать народ? Когда он голоден, он не понимает причин голода, а когда сыт, он не понимает причин сытости.
        Вот эти тяжелые мысли и не позволили моей душе обрести покой даже после смерти. Поэтому, душа моя не смогла расстаться с уже мертвым телом. А тело, придавленное землей моей могилы, постепенно истлевало. Душа же, теперь цеплялась за остатки моего праха, как сползающий в пропасть охотник цепляется своими руками, за самую ничтожную травинку, растущую на крутом склоне. Душа знала, чего ей хотелось. А хотелось ей дождаться нового повелителя, способного повести наш народ по пути величия. И когда появится тот повелитель, которого я признаю своим, то он будет нуждаться в новых полководцах, способных повести его тумены к блестящим победам. Твердая вера в то, что моя плененная душа, в нужное время, обретет подходящее тело, помогало терпеть тот ужас, что испытывает любой, лишенный посмертия. При жизни, меня сравнивали со свирепым барсом. Наверное, воины были правы, ибо даже самый яростный хищник, обладает безграничным терпением, позволяющее ему, сидя в засаде, дождаться подходящую добычу.
        И я дождался своего часа! Когда потрясли земную твердь сильные толчки, могила моя разверзлась. И радость моя победила ту боль, что терзала мою душу веками. Я без сожаления покинул свою смертную темницу и заметался среди дрожащих гор и дождевых струй, в поисках живых людей. Душа, без помощи высших существ, недолго будет разумной, если лишена живого вместилища. И если я не найду людей, значит придется искать подходящего зверя. И времени на поиски у меня немного. Стоит мне промедлить, и душа потеряет разум. Я стану неразумной и ужасной нечистью. Страшным проклятием здешних мест. Но к счастью моему, поиски мои были не слишком долгими. Тем чутьем, что наделены души, я нашел горстку людей, стоящих у горящей постройки. Половина из них, походила на юных и неопытных новобранцев. Другая же половина, была мирными обывателями. Но был и тот, в ком я нуждался. Именно начальник над воинами мне подходил наилучшим образом. Вот в него я и вселился.
        Глава 2
        Когда Аверкова посылали в эту "дыру", то все понимали, что ставить целого капитана, для руководства коллективом из полутора десятков человек, это непозволительная роскошь. Тут и лейтенанта ставить слишком жирно будет. Тем не менее, приняли решение, что возглавит работы именно он. Просто командир привык "гнилые" вопросы решать сразу. То, что съемку подобной местности, могли бы еще долго не производить, ясно было всем с самого начала. Но спорить попусту с идиотами, "закинувшими шар", было неразумно. И раз уж вопрос такой возник, то решать его надо быстро. Тут дело в том, что съемка текущих изменений местности, отличается от сплошной съемки. При сплошной съемке, топограф старается отразить на планшете все, что видит глаз. Любая промоина, отдельно торчащий валун, отдельно стоящее дерево… все это является предметом его забот. Другое дело, когда местность, была ранее отснята. Вот тут топографу нужно нанести на планшет только произошедшие на местности изменения. Даже в казалось бы, безлюдных местах, они всегда есть. Вот поработали лесорубы зимой, и сразу куча изменений возникают. Проложенный зимник,
временные постройки, вырубка на месте рощи, новые, не существовавшие ранее тропы… Чтобы быстро выполнить подобную работу, нужно уметь эти самые изменения находить. А это просто только в теории. Поставь на это дело новичка, и он обязательно, либо чего-нибудь пропустит, либо отснимет то, что можно было бы и не снимать. И выясняется это как правило потом, когда камеральщики обработают результаты твоей работы. Руссиян Кириллович, избегать лишней, ненужной работы умел. Но умел он не пропускать и того, что сделать необходимо. Вот потому ему и доверили руководство экспедицией. Но руководство экспедицией, это не только работа. Экспедиция - это еще и жизнь отправленных в нее людей. И жизнь эту надо уметь наладить. Здесь не будет возможности по каждому поводу плакаться в жилетку своему начальству. Все возникающие проблемы, надо уметь решать самостоятельно. А это не все умеют. Кое-кого, приходится держать всю жизнь поближе к мудрому начальству, которое всегда придет на помощь растерянному подчиненному. А вот Аверков, самостоятельно решать возникающие проблемы умел. Вот потому, на него выбор и пал. Знали, что
дело будет сделано быстро, знали, что не подведет, знали, что не растеряется.
        И вот сейчас, настал момент взять на себя полную ответственность за спасение находящихся в его подчинении людей. Правда решение тут напрашивается несложное: район работы надо срочно покидать. Сидеть на месте и ждать помощи, было чревато. Ничего хорошего тут не высидишь. Надеяться, что обеспокоенное начальство пришлет к попавшим в беду "вертушку", не стоило. Во- первых, спохватится оно только в середине дня, когда ему доложат, что сеанс связи с Аверковым не состоялся. Во-вторых, в распоряжении начальства нет своих вертолетов, их надо заказывать на стороне, а на это нужно время. В-третьих, наверняка пострадали не только они, и у руководства республики сейчас забот выше крыши, поэтому спасатели полетят в первую очередь туда, откуда доносятся самые громкие вопли. И в-четвертых. Скоро здесь будет море разливанное. А значит находиться на этом месте долго нельзя. Значит надо собираться в дорогу.
        Первые команды капитана были просты: осмотреть свои карманы. Сейчас каждая мелочь может спасти жизнь. Найденные в карманах сигареты, зажигалки и спички, приказал немедленно сдать сержанту Якименко. Тем, у кого были при себе часы, сверить их и подзавести, прямо сейчас. У кого нашлись в карманах носовые платки - немедленно выстирать и просушить (для перевязок ран). Высушить носки и портянки. "Где? Разуй глаза! Пожар-то он на что?" Просушить обмундирование. У кого в карманах нашлись ножи - подточить прямо здесь, вон камней сколько рядом!
        Вот так в заботах ночь и проходила. Самое опасное, для людей, попавших в беду, это когда они не знают, что конкретно нужно делать. Но когда находится тот, кто это указал, дурные мысли их не гложут. Все при деле, все заняты. А Аверкову нужно было решить, куда им выбираться. Напрашивалось три конкретных решения. Первое, это выдвигаться к границе с Монголией и идти до ближайшей погранзаставы. Там наверняка есть связь и продовольствие. Недостаток - идти возможно только по топким низинам вдоль русла рек. После обильного ливня, эти низины теперь навряд ли проходимы. Второй вариант - идти вверх по течению реки Балыктыг-Хем до села Кунгуртуг. Недостатки - часть маршрута пройдет по заболоченным низинам, которые наверняка сейчас непроходимы. В итоге, даже добравшись до села, не получится связаться с начальством. Ведь какая там связь? Вовсе не радиостанция. Обычный телефон. И наверняка, после землятрясения, жители сами сидят без связи с внешним миром. Они, конечно. не откажут в помощи, но чем они могут сейчас помочь? Только накормить. И когда у начальства до них дойдут руки - неизвестно. Третий вариант, тоже
легкого не сулил. Предстояло пройти вниз по течению реки Балыктыг-Хем до ее слияния с Малым Енисеем, а затем вниз по течению Малого Енисея до села Сизим. Маршрут тоже трудный, но зато он проходит по незаболоченным местам и выводит в достаточно плотно населенные места. Конечно, у живущих там тувинцев и старообрядцев, наверняка сейчас немаленькие проблемы, да и тараканы у них в башке водятся весьма интересные, но помочь попавшим в беду, для них святое.
        В итоге, взвесив все "за" и "против", капитан принял решение действовать по третьему варианту.
        ДУХ УМЕРШЕГО.
        Вселившись в чужое тело, я сразу решил разобраться, не совершил ли я ошибки, избрав для себя именно этого человека. Мысли его были мне доступны, а то, на каком языке он разговаривает не имело значения. Язык, известный ему, сразу стал известен и мне. И первое, что меня неприятно поразило, так это то, что владелец тела оказался урусом. Значит прав был я в своих предположениях, что потомки погубят Державу Потрясателя! И если воины когда то побежденного, далекого народа, до чьих земель нужно было добираться годами, разгуливают по родной для меня Урянхайской земле, как у себя дома, значит, держава наша, либо умалилась, либо исчезла. Боль и гнев всколыхнули мою душу. Ну почему я вышел на свободу так поздно! Я бы сумел стать хорошей опорой даже ничтожному хану! Враги никогда бы не сумели одолеть мой народ, если бы я снова встал во главе наших туменов! Тогда, будучи при смерти, я считал, что мы потеряем земли, населенные чуждыми нам народами, но сумеем отстоять земли, населенные людьми нашего языка. Но грех воину ссылаться на могущество врага. Раз по моей земле спокойно ходят враги, значит надо понять,
что осталось от нашей силы. А затем, подумать, что делать дальше. И я продолжил знакомство с тем, кто стал отныне и моим телом. Но как же это было трудно! Его душа, почувствовала мою душу, его воля напряглась и вступила в бой с моей волей, и я не одолел его! Мысли его стали менее доступны для меня. Но ведь недаром для меня прошли войны и походы! Я давно научился по отрывочным сведениям, составлять полную картину войны. И того, что я сейчас узнал, было на первое время для меня достаточно. Владельца тела, звали Руссиян, он был действительно урусом. И я не ошибся приняв его за командира. Руссиян пребывал в ранге сотника и командовал разведчиками пути. И это была для меня величайшая удача. Те, которые командуют разведчиками пути, часто докладывают своим полководцам, а значит, я смогу узнать все необходимое об их войсках. Но сейчас отряд сотника Руссияна, оказался в беде. Благодаря землетрясению, заставшему их в ночное время, они остались без всего необходимого. Сейчас Руссиян, принял решение о прекращении разведки и возвращении к своим войскам. И когда он сообщил своим подчиненным о пути возвращения, я
принял решение всячески помочь ему в этом. В общих чертах, сотник знал, как найти дорогу к своим. И даже не будь меня, он наверняка бы справился с поставленной задачей. Но он не знает эти края, так, как знаю их я. Он сможет вести свой отряд в светлое время, но он не сможет провести его в тумане или ночью. А я смогу. Но для этого, мне нужен был откровенный разговор с ним.
        АВЕРКОВ.
        Аверков всегда гордился тем, что не терял головы ни при каких обстоятельствах. Даже там, "за речкой", он ни разу не мучил себя вопросами: "Как быть?" или "Что делать?" Тогда, будучи еще сержантом-срочником, он зарекомендовал себя надежным исполнителем, способным выполнить поставленные командованием родного артполка, те задачи, которые обычно и ставят перед топографами. Был под обстрелами, однажды приходилось вырываться из засады, приходилось отражать нападения. И никогда не было повода впадать в мистику. Вся та потусторонняя хрень, которой увлекаются излишне впечатлительные люди, его совершенно не интересовала. И может быть потому, что те нештатные ситуации, в которые он попадал, нельзя было считать "полной дупой", потребности в религии у него не возникло. Учеба в Военно-Топографическом Училище в Ленинграде, тоже обошлась без "чертовщины". Ну а служба в СибВО, протекала плавно и без ЧП. К имеющимся бытовым трудностям, капитан относился философски. Правда в последнее время, в стране много чего происходило ранее необычного, в том числе и повальное увлечение мистикой и религиями, но Руссиян решил с
ума не сходить. Увлекались в основном "чертовщиной" весьма странные личности, на чьих лицах крупными буквами было написано - ?идиот". Всяким там экстрасенсам, он тоже не спешил верить, ибо подозревал в них обыкновенных мошенников. Конечно, в экспедициях приходилось видеть и необычные вещи, в том числе и знахарей со знахарками, успешно лечивших своих пациентов, но объяснял он достигнутые положительные эффекты просто. Мол есть у людей природный талант к целительству, плюс унаследованные от кого-то практические ЗНАНИЯ и приемы, которые нормальный врач, вполне способен освоить.
        Все это так, но сейчас Руссиян пытался разобраться именно с "чертовщиной". Четкое ощущение, что внутри его поселился кто-то разумный, возникло тогда, когда он ставил своим людям задачу. И ощущение это до сих пор не прошло. Этот "кто-то", пытался прочесть его мысли и подчинить его волю. В то, что он сходит с ума, капитан не верил. Ситуация конечно была тяжелая, но не настолько, чтобы ум за разум зашел. Да и сходят с ума тогда, когда выхода для себя не видят. Правда, ситуация не позволяла слишком долго задумываться о своих ощущениях. Капитана больше интересовало два вопроса: чем питаться в пути и какой темп перехода выдержат его люди. И тут, "внутренний обитатель" заговорил! Засевший в Руссияне тип предлагал свою помощь!
        "Внутренний голос", раскритиковал решение капитана двигаться руслом Балыгтыг - Хема. Он говорил, что образованная оползнем запруда, может быть прорвана в любой момент, и тогда вал воды, просто смоет людей, которым некуда будет убежать. Взамен он предлагал двигаться по горной тропе, ведущей через перевал Чжяб-Даба. Такая тропа, огибающая вершину с отметкой 2152.0, действительно существовала. И еще "внутренний голос" предлагал, начинать движение прямо сейчас, не дожидаясь рассвета.
        - Дождь еще не скоро пройдет, и земля под ногами суше не станет. Если сидеть на месте и непонятно чего ждать, то повторным толчком, вы будете похоронены. Выводи людей сейчас, пока еще есть возможность идти горными тропами. Не бойся ночи! Я сумею найти нужный путь при любых условиях!
        То, что говорил засевший внутри его тип, было разумным, правда, как он найдет путь в кромешной мгле, он не пояснил.
        - Эти места не сильно изменились за прошедшие века. Тропы, по которым предстоит пройти тебе, намного старше твоей державы. И я найду нужный путь в этих местах, хоть при свете дня, хоть под покровом тьмы!
        "Я отвечаю за жизнь и здоровье находящихся рядом людей. Я не имею права обманывать их доверия".
        - Поверь мне, я прекрасно знаю, как дорого доверие тех, кто идет за тобой. И я знаю, как легко его потерять, если заводишь соратников в беду. Я предлагаю тебе выход из беды. И медлить тебе нет смысла. А о цене за помощь, мы поговорим, тогда, когда беда останется позади.
        "Ну, смотри приятель! Я прекрасно понимаю, что тебе мой организм нужен живым и здоровым. Иначе бы ты не уговаривал меня. Если мои люди пострадают из-за тебя - желаемого не получишь! Я сумею погубить себя так, чтобы ты после этого не гулял на воле!"
        - Их погубит разве что собственная глупость, но я за нее не в ответе. Поэтому, хочешь их сберечь - заставь их жить по твоим приказам. А я свои обещания, всегда выполняю!
        Вот такой странный диалог прошел в голове Руссияна. Подумав еще немного, он решил действовать по варианту, который предложила, засевшая внутри его тварь. Здесь и выбора особого не было, да и дальнейшее пребывание на месте, без всяких действий, ослабит волю людей. Нет уж, пусть лучше рассчитывают свои силы на переход, чем шансы на гибель.
        - Народ! Высиживать нам здесь до утра нечего! Пока не стало совсем плохо, выходим прямо сейчас. Дорогу, я прекрасно знаю. Порядок движения такой, гражданские идут в середине колонны. Якименко! Дохляков - впереди колонны, сильных - замыкающими. В движении не курить! Все перекуры на привале. Всем все понятно? Раз вопросов нет, значит вперед!
        ДУХ УМЕРШЕГО.
        Я прекрасно видел, что сотник, совершенно недавно стал начальником над этими людьми. Может Руссиян и хорош, но люди его, никогда не видели, каков он во время настоящей беды. А значит, большого доверия к нему не испытывали. Того доверия, которое заставляет воина, не задумываясь, выполнять любой отданный приказ. Они не спорили с ним, лишь потому, что боялись остаться в ловушке. Они очень хотели оказаться от этого места подальше, а Руссиян отдавал те приказы, которые они сами желали. Самое трудное для сотника начнется тогда, когда люди вымотаются. Вот тогда сомнения в правильности принятого решения, у них и появятся. И если Руссиян хорош - он эти сомнения задавит. А если очень хорош - то они у людей не возникнут. Посмотрим, насколько хороши его люди!
        Я вел Руссияна в кромешной тьме, по той тропе, которую ясно видел сам. А его люди шли за ним. Ошибиться я не боялся. Мне не нужны были карты, чтобы пройти там, где я хотя бы один раз прошел. Сейчас наш отряд был еще полон сил и не голоден, поэтому ропота или ворчания я не слышал. К тому же я сразу задал правильный темп движения. Шли без особой спешки, но и не медленно. И хорошо, что командир вырос там, где тоже были горы. Я помню, как трудно привыкали жители равнин к переходам по горам. Слишком широкий шаг, неправильно поставленная стопа., непривычная для них манера посадки на коне - все это приводит к быстрой усталости в походе. А нам нежелательно было медлить. У отряда нет ни продуктов, ни оружия, ни инструмента. Сейчас это нам дает выигрыш в быстроте передвижения. Но уже через сутки, люди захотят есть. Как я понял, охотиться так, как обычно охотились мы - они не умеют. Впрочем, разбушевавшаяся стихия, разогнала все зверье в округе. Так что на охоту тратить время бесполезно. Сейчас их спасение в быстроте и выносливости.
        Где то через час после начала движения, подземные толчки повторились. Мы не только ощутили дрожь земли. До нас донесся страшный грохот сходящей лавины. Теперь, даже тому, кто мог сомневаться в правильности принятого решения, стало понятно - уходить надо было сразу. Я чувствовал то облегчение, которое произошло в душах людей. То, что командир поступил правильно, теперь знали все. И это очень хорошо. Для Руссияна хорошо. Подчиненным полезно убеждаться раз за разом, что начальник всегда прав. И тут я уловил насмешливую мысль сотника: "А если не прав - смотри пункт первый!" Видимо, это какая-то шутка, понятная для урусов. Но ее смысл я понял. И если он и дальше будет так настроен, то поход закончится удачей. Главное, чтоб не сдались люди. И я надеюсь, что народ, сумевший дойти до своего Последнего Моря, не склонен унывать в беде. Иначе, было бы обидно, что лучшие воины Вселенной, уступили слабакам и нытикам.
        АВЕРКОВ.
        Прошли те времена, когда топографы могли состязаться в выносливости с солдатами Суворова. Сейчас уже нет нужды добираться к черту на кулички на своих двоих. Теперь их доставляет к месту выполнения работ самый разнообразный транспорт. Например, их сюда забросила "вертушка". А в случае крайней нужды, их могли к месту работы выбросить с парашютом. Конечно, того кто ведет съемку местности в таких вот районах, изнеженными людьми не назовешь. Для них привычно, продираться сквозь буреломы, покорять трудные вершины, терпеть и зной и холод, форсировать реки, проходить через болота. Им знакомы таежные просторы и горные теснины. Тундра и пустыня их тоже не особенно пугают. Но выбираться на своих двоих, уходя от беды, приходилось не всем. А то, что никогда не испытывал - пугает. Очень часто, "покорители природы" забывают о том, что природу еще никто не покорял. Что она всегда способна отомстить за глупую самоуверенность. Вопрос о том, как долго выдержат его люди, для Аверкова стал самым главным вопросом. Паника и уныние могут возникнуть в любой момент. И очень будет обидно, если они погубят все, к чему они
стремились. Пока что все шло нормально, никто не ныл и не проявлял слабости. За остаток ночи, и световой день, удалось пройти немалое расстояние. Достигнуть перевала не удалось, но до него осталось всего ничего. За день пути, было сделано два привала. Якименко, ставший волею судьбы каптерщиком отряда, раздал курильщикам по одной сигарете. А вот с едой было швах. Побеги кислицы и щавель - вот и все съедобное, что попалось им на пути. Разговоры вести никого не тянуло. Всем хотелось одолеть подъем. И хотя знали заранее, что спускаться с гор не менее сложно и утомительно, все равно, спуск казался желательней подъема.
        Когда расположились на ночевку, чувствовалось, что никому никуда не охота больше идти. Пришлось дать команду. Ибо необходимость в костре и оборудовании ночлега все-таки была. А когда наконец-то разгорелись костры и устроены были лежанки из срезанных веток, пришлось назначить дежурных, чтобы поддерживали всю ночь огонь. Впрочем, вторую половину ночи, до самого рассвета, капитан дежурил сам. Ибо дежурные уже с трудом боролись со сном.
        Утренний подъем был тяжелым. Всего то и радости было, что обувь и портянки были высушены. Обувшись, перекурив натощак и загасив костры, люди нехотя двинулись дальше. Полдня преодолевали оставшееся до перевала расстояние, и когда вышли на перевал, то особого облегчения никто не испытывал. Отдыхали, восстанавливая сбитое во время подъема дыхание. Разминали натруженные ноги. Курили. И на разговоры опять никого не тянуло. И тут подал голос Виктор Иванович Жердев:
        - Кириллыч! А ты у нас все-таки молоток! Все мы тут топографы, кроме твоего войска конечно. Карту мы читаем как газету, я например, так и помню ее. Любой из нас, кого угодно сумеет вывести, но только днем. Но чтобы геодезист, в кромешной тьме, без видимых ориентиров, без компаса, да еще в горной тайге, сумел найти правильную тропу - я такого не слышал. А это Кириллыч - показатель! Уж поверь мне!
        - Да у Кириллыча наверное в заднице буссоль спрятан, только он нам его не показывает- присоединился к Жердеву Иванец.
        - Да какой там буссоль? Наверняка детородный орган в намагниченном состоянии путь указывает! Интересно, на баб он так-же укажет?
        - А тебе что завидно? Или у тебя только на стакан организм намагничен? То то я смотрю, как стакан залудишь, так штаны у тебя почему то поднимаются!
        - Да помалкивай тетеря! Ты бы лучше вспомнил, как на Ангаре, стаканом пытался перепад высот померять!
        Шутки и подначки посыпавшиеся со всех сторон, привели людей в обычное настроение и капитан был благодарен Виктору Ивановичу, за то, что сумел отвлечь людей от невеселых мыслей. Путь к спасению, был еще долгим и не совсем простым. И случиться в пути могло многое, но всегда хорошо, когда люди, собираясь в поход, выкидывают из головы дурные мысли.
        Глава 3
        ДУХ УМЕРШЕГО.
        За время всего похода, мне не пришлось жалеть о том, что я выбрал для вселения, тело сотника Руссияна. И хотя, я ему подсказывал дорогу, но людей вел он сам. Он брал на себя наибольшие тяготы, и люди его это видели. Но еще большую радость они испытали, когда Руссиян, с помощью вырезанной им рогатины, сумел добыть горного козла. Это была величайшая удача, ибо горные козлы очень осторожны и подкрасться к нему на расстояние удара - это надо уметь. Это улучшило настроение в отряде и добавило уважения к своему командиру. И это помогло одолеть оставшийся путь. Мы спустились с перевала, а затем прошли по правому берегу реки Верхний Тениус до ее впадения в Ка-Хем, который урусы называют Малым Енисеем. Дальнейший наш путь пролегал по правому берегу Ка-Хема. Если бы Ка-Хем не был в этих местах порожистым, можно было бы сплавиться на плотах. Но порогов хватало, и мы шли пешком. Правда, теперь, мы не всегда ночевали под открытым небом. Иногда нам попадались пустые зимовья. Как я понял из мыслей Руссияна, в этих краях в ходу были правила взаимовыручки. Мы находили в зимовьях сухие дрова, спички, соль табак,
чай и сахар. И все это нам пришлось кстати. Правда, покидая ночлег, мы должны были оставить что-нибудь полезное, для таких-же путников, как и мы. Но у нас ничего полезного не было с собой. Именно поэтому, находящиеся в походе, старались не выгребать до конца все запасы. Потому, что в тайге могли оказаться такие же, попавшие в беду путники. Мне понравилось то, что ни разу начальнику не пришлось прикрикнуть на своих людей, чтобы остановить неразумную жадность. В отряде ни разу не возникли ссоры, при дележе скудной еды или табака, никто не жаловался на трудности и не проклинал свою судьбу. Эти люди, берегли силы для перехода, но никогда не жалели их для оказания помощи товарищу. Им было тяжело, но они всегда находили в себе запас бодрости, для того, чтобы на привале, развеселить приятелей хорошей шуткой. Мне начинали нравиться эти люди. Именно на таких и держится мощь любой державы. Именно тот народ, который преодоление трудностей, считает не подвигом, а обычным делом, способен идти по пути величия. Из их отрывочных фраз, я понял, что мой народ не порабощен ими, а является союзником. А значит, даже в
будущем, я не имею права им вредить. И разве в моем войске были одни урянхайцы? Бок о бок с нами, шли по пути к славе, люди разных языков и наречий. Разве от этого наша слава умалилась? И если мне придется служить в его войске, то значит ли это, что я служу не своему народу? Ведь мы вошли в степную державу, не являясь жителями степей. Мы просто пошли за Истинным Вождем, строя свое будущее, войдя в семью столь разных народов. И сейчас, я очень надеялся на то, что вождь, правящий урусами - велик и справедлив. Что он судит по делам, добрым или злым, а не по степени знатности или по родовой принадлежности. И я не ошибался, насчет Последнего Моря урусов. Они его давно достигли. Но они пошли дальше, выбравшись за твердь небесную. Когда кончились дожди и установилась ясная погода, один из людей Руссияна, сидя у костра, показал всем на летящую по небу звезду. Из их разговоров я понял, что это летящий за твердью небесной корабль, который они называют "спутник". Так я узнал о том, что урусы начали свой путь к звездам. Они долго говорили о черной бездне небесной, называемой Космосом. И рассуждали они о
путешествиях между звезд, как о вполне достижимом деле. Я узнал о том, что там, за синевой небес, есть бесчисленное количество солнц и земель. И они мечтали о том, что когда наступит время из их пророчеств, называемое коммунизмом, они смогут полететь до края Вселенной. Правда, когда это время наступит, они навряд ли знают.
        Меня захватила их мечта. Понял я, что напрасно потрачу отпущенный моей душе срок, если не поведу звездные тумены новой Державы, туда, где в бесконечной пустоте полыхает жаром Последнее Солнце Вселенной. Где на поверхности Последней Земли, можно будет воткнуть в ее девственную почву, боевой знак новой Орды. Главное - чтоб у этого народа, оказался достойный Вождь!
        АВЕРКОВ.
        Идти до Сизима не пришлось. Нас искали и наконец-то нашли. "Вертушка", отправленная на поиски, неделю прочесывала места нашего возможного нахождения. Летуны, обнаружившие нас на переправе через реку Ужеп, среагировали на наши сигналы. Они, посадили "вертушку" прямо на речном перекате. Сперва выскочил врач с медбратом. И первый его вопрос: "Больные, раненые, пострадавшие?" получив ответ, что таковых нет, он крикнул:
        - Тогда что вы стоите? Бегом на посадку! Там внутри разбираться будем!
        И там, в "вертушке", летя до Кызыла, мы были накормлены, хотя и вполне умеренно. Уже на аэродроме под Кызылом, когда экипаж заглушил движок, мы смогли поблагодарить и их. Оказывается, их пустили на поиски, только на третий день после того, как мы не вышли на связь. Сперва, они прилетели на место нашей стоянки, но увидели там только свежеобразовашееся водохранилище. Потом они прочесали пойму Балыктыг-Хема, но на пятый день после землетрясения, больше там искать не стали, после того, как увидели несущийся по реке вал из воды и грязи. Потом стали искать по другим маршрутам, пока наконец-то не нашли нас.
        А направлял поиски, срочно приехавший из Омска, наш командир, полковник Андреев. Именно он, днюя и ночуя на аэродроме, определял летунам место очередных поисков. Как только мы выгрузились у вертушки, он вместе с нашим замом по тылу прибежал нас встречать.
        - Ну, здорово Руссиян Кирилович! Здорово мужики! Как здоровье то ваше? Да не тянитесь вы тут, потом Устав вспомним!
        - Здравия желаю, Иван Васильевич! Дошли! Пострадавших нет, все здравы, только отощали слегка да обносились. И с имуществом у нас непорядок вышел.
        - С имуществом в части разберемся. Главное, что живы и здоровы, а все остальное с бою возьмем! Значит, сейчас Семен Рудольфович вас всех в баньку определит, да обмундирует по-новому. А то стыд и срам, пленные румыны под Сталинградом лучше смотрелись! Ну а с обедом обождите. Как в порядок себя приведете, так будет вам и обед, и постель. Бабу правда не обещаю, но по сто грамм за спасение, Рудольфович вам всем накатит. Вопросы есть?
        - Никак нет Иван Васильевич!
        - Ну, тогда отдаю вас на попечение Семена Рудольфовича. Парьтесь, радуйтесь и до утра отдыхайте. Завтра утром на Омск оказия местная полетит, так что смотри Кириллович, чтоб на радостях никто не разбежался!
        Все-таки "батя" у нас молодец. Догадался ведь, что нам понадобится после блужданий. Мы сели в подошедший "Пазик" летунов, и под чутким руководством майора Финкельштейна отправились смывать дорожную грязь.
        ДУХ УМЕРШЕГО.
        Тот, кто был начальником Руссияна, мне понравился. Рослый, слегка полноватый воин в ранге тысячника, оказался командиром разведчиков пути. По его лицу, осанке, движениям, было видно, что до нынешнего своего положения, он поднялся в тяжелых и сложных походах. И много раз, терпел всевозможные невзгоды воинского пути. А вот помощник его, мне не глянулся. Хоть он и носил воинские одежды, но воином от этого он не стал. Было в нем что то купеческое. Причем похож он был не на того купца, что привык водить караваны через пол-мира, а на приказчика, всю жизнь проторчавшего при складах или в лавке. Видимо он отвечал за обеспечение идущих в поход воинов, всем необходимым. Такие люди нужны в любом войске, ибо кто-то должен заботиться о сытости и достатке идущих на войну. Но я в свое время, брал на такую службу только тех, кто вдоволь походил с караванами по миру. Те купцы, что служили в моем войске, могли быть, и проводниками, и толмачами, и вести переговоры в тех местах, где их знали. Они знали места, где можно было найти корм для наших коней. Им было известно очень многое и я не стеснялся спрашивать их о
многих вещах. Этот же приказчик в ранге помощника тысячника, навряд-ли привычен к оружию и походам. Все, что он умеет, так это разве пересчитывать товары и деньги. И зачем войско урусов держит подобных?
        АВЕРКОВ.
        Что ждет офицера вернувшегося из экспедиции? В первую очередь его ждет бумажная волокита. Нужно сдать на склады и ремонтные мастерские, то имущество, которым ты пользовался. Нужно сдать полевые журналы, абрисы и результаты мензульной съемки камеральщикам, для того, чтобы они все это обработали. И наконец, нужно сдать отчет о командировке и документы на списание пришедшего в негодность имущества. Это если у тебя все нормально. А вот ничего нормального у Аверкова и не было. Полковник Андреев, не стал портить им настроение при первой встрече, заявив, что об остальном поговорят в Омске. И вот это "остальное", и свалилось на голову всем, кто радовался благополучному окончанию от неприятностей. Наивные! Неприятности только начались! Первыми насели на Аверкова начфин и зам по тылу. Доводы их были просты:
        - Вам ребята, при отбытии в командировку, выдавались наличные деньги и материальное имущество. Вы вернулись. Ни денег, ни имущества при вас нет. Оправдательные документов, о том куда все это делось, тоже нет. Руссиян Кириллович! Мы прекрасно знаем о той беде, в которую Вы попали. Мы Вам очень даже верим, но мы тоже за все это отвечаем. Максим Леонидович отвечает за финансы, а я, Ваш покорный слуга, отвечаю за материальные ценности. С нас тоже спросят. А что мы предъявим? Ваши слова? Лично я не хочу давать объяснения прокурору. Поэтому будьте добры, напишите, пожалуйста, объяснительную записку, да и люди ваши пусть пишут. Вы же знаете, что чем больше бумаги, тем чище задница. Да, еще, не забудьте пожалуйста приложить справочки от метеостанции, что был сильный ливень и от сейсмологов, что землетрясение было на самом деле. А то знаете, там, "наверху" всего этого не видели. Могут не поверить нам. А ваших объяснений явно будет недостаточно.
        Это еще ладно. Но ведь штаб Сибирского Округа, тоже интерес проявляет. Только у них другой интерес. Ведь именно по приказу Штаба Округа, была направлена экспедиция. Время и средства на нее потрачены, а задание так и не выполнено! Подать сюда Тяпкина-Ляпкина!
        - Где результаты экспедиции товарищ капитан? Ах, пропали значит во время стихийного бедствия? А расположить стоянку экспедиции в безопасном месте Вы не догадались? А то, что снятые материалы надо было обязательно спасать, тоже не подумали? Вы первым делом свою шкуру решили спасти! Вы понимаете, что Вы трус товарищ капитан? Вы знаете, как Ваши действия может оценить трибунал в военное время? Вы знаете, что из-за Вашей трусости и безответственности… - тут штабной обличитель заткнулся. Понял он, что еще немного и Аверков плюнет и на Устав, и на субординацию. И мало не покажется.
        - В общем, я приказываю Вам товарищ капитан и вашим подчиненным, письменно объяснить свои действия во время выполнения полученного задания.
        И это еще не все. Так как для работы в поле, Аверкову выдавались топографические карты местности, то и тут нашелся человек, которому поручено было разобраться и с этой пропажей. Правда он не хамил. Но объяснений тоже потребовал:
        - Руссиян Кириллович! Вы не первый год служите. Порядок должны знать. Вы под роспись, для работы, получили Генштабовские карты местности. Вы как топограф должны знать, что эти карты, являются секретными по определению. Вы, скажем прямо, утратили секретные документы. Это в любом случае надо расследовать, поэтому давайте подойдите к делу серьезно и без обид. Я верю, что Вы не передавали эти карты ни монгольской, ни китайской разведкам. Поэтому давайте, пишите подробно, как хранились карты, как и кто с ними работал, при каких обстоятельствах они были утеряны. И еще, потрудитесь взять справку у метеорологов и сейсмологов. Так будет больше веры Вашим словам.
        Утрата карт - это серьезно конечно, но еще серьезней была пропажа оружия и боеприпасов. И это тоже случай, который обязательно расследуется. На войне, хватило бы устных объяснений для списания утерянного оружия. Там, если видят, что человек воюет без дураков, задавать дурных вопросов не станут. Потому, что порча и утеря оружия при ведении боевых действий, никого не удивляет. Будь это "за речкой", можно было даже втихаря купить у дуканщика эти самые СКСы и отчитаться. Все-равно там, на номера никто смотреть не будет. А вот в мирное время… Государство хочет точно знать, что боевое оружие действительно надежно похоронено, а не попало в руки нежелательным субъектам. Вот здесь, нервы трепали всем и основательно. Как хранилось оружие? Кто и как использовал его во время командировки? Почему, во время стихийного бедствия его не вынесли? Почему стоянка экспедиции была расположена в столь опасном месте? Проводился ли инструктаж дневальных? Вопросы, вопросы, вопросы. И ответы, обязательно письменные и обязательно с приложенными справками.
        В общем, довели людей до того, что спасению из лап буйствующей природной стихии, никто особенно уже не радовался. Попасть в лапы бюрократов - это оказалось гораздо опасней.
        А затем, по итогам расследований началась "раздача слонов". Сначала, даже не дожидаясь результатов расследований, политуправление округа, потребовало, чтобы коммунисты части, рассмотрели персональное дело кандидата в члены КПСС Аверкова Р.К. и дали его действиям соответствующую оценку. На партийном собрании части, капитану было больно, обидно и противно. Те, кто никогда не вылезал из кабинетов штаба, с умным видом мешали его с дерьмом. Каждому из этих "умников", Аверков, с удовольствием заехал бы куда положено. Как водится в таких случаях, нашлись и те, кто не спешил выражать свой "одобрямс" и топить товарища. Ведь люди, выполняющие реальную работу, склонны сочувствовать бедам таких, как они сами, а не помогать начальству портить жизнь человеку. Именно поэтому, при голосовании, прошло предложение об объявлении выговора а не об исключении. Но, все-равно, не снятый выговор по партийной линии - это не то, что ускоряет карьерный рост.
        А еще пришла тьма приказов, по результатам расследования. В одном из них, Командующий войсками СибВО, объявлял виновнику предупреждение о неполном служебном соответствии. Если кто не понял, то поясню. После такого взыскания, следующим на очереди является понижение в звании и должности. И добро, если бы это взыскание наложил командир части. Так как ты у него на глазах, возможность все исправить всегда есть. Сам наложил, сам и снял. А вот взыскание, да еще такое, которое наложил командующий восками округа, снять намного тяжелей.
        И уж если не везет, так не везет до конца. Подошла очередная аттестация офицерского состава. И раз ее писали после скандальных разбирательств, то формулировки "склонен в сложных обстоятельствах, проявлять растерянность и нерешительность", мертвым грузом повисли на последующие два года. И скорее всего, подобные формулировки, будут переносить и при следующих аттестациях. Служба что называется, не пошла. И видимо это надолго.
        А затем, после всех этих мытарств, Руссияна вызвал к себе командир. И там, в кабинете, без посторонних ушей, сказал:
        - Вот что, Руссиян Кирилович, давай мы примем с тобой по рюмочке кавказских капель, пока замполит не видит, да и побеседуем о делах наших невеселых.
        Андреев выставил на стол бутылку редкого в этих местах Кизлярского коньяка и две стопочки. Приняли они сии "капли" без всякого тоста, и закусив кусочком шоколада, начали разговор:
        - Ты, капитан, наверное понимаешь, что дальше у нас тебе ни на что хорошее рассчитывать не стоит?
        Аверков молча кивнул в ответ.
        - Ты уж извини, но ничего для того, чтобы вытащить тебя из этого дерьма, я сделать не мог. Слишком уж много шибко "правильных" теперь развелось. Да и кто будет меня слушать, когда так некстати на тебя свалились самые скандальные "подарочки". И ведь хрен кому что докажешь! Да ты и сам уже в этом убедился.
        - Убедился, чего уж тут спорить!
        - Вот и я о том же. Понимаешь, всем ты хорош, я так к тебе претензий и сейчас не имею, просто попал ты в "полосу" несчастливую. Но если совсем ничего не делать, то не выбраться тебе из нее до конца службы.
        - А что можно тут сделать? Я ведь теперь "меченный". Как ни старайся, а желающие мне это припомнить, найдутся. Тут и к ворожке не ходи!
        - А вот здесь ты не прав. Есть один выход. Тут ведь как? С глаз долой - из сердца вон! Тебе сейчас место службы менять самое то. На новом месте многое можно поправить. Там ведь ты будешь человеком новым. Присмотрятся к тебе, оценят, да и поправят твои дела. Ты как, согласен?
        - Подумать нужно товарищ полковник.
        - Думай! Только недолго. Я ведь тебе плохого не желаю и не предлагаю. И место хорошее я для тебя нашел.
        - А какое место, если не секрет?
        - От тебя не секрет. Пришла вакансия в строевой отдел. Есть местечко на Плесецком космодроме. Город Мирный Архангельской губернии, если ты не в курсе. Правда это местечко у строителей, в ОКСе, но зато бытовые условия там чудесные, да и служба там совсем иная, более спокойная.
        - Я подумаю, завтра буду готов дать ответ.
        - Давай, думай! Ну, давай еще по рюмочке чаю, и можешь быть свободен.
        ДУХ УМЕРШЕГО.
        Меня поразило, насколько несправедливо обошлись с молодым сотником. Войско есть войско. Проступки не должны оставаться без наказания и меня не удивить строгими порядками. Смерть виновного, это не месть, это способ, предостеречь от совершения ошибок остальных людей. Только в этом смысл применения наказаний. Но чтобы наказать воина, надо понимать, действительно ли он виноват, или это просто несчастливое стечение обстоятельств. Выносящий приговор, в этом должен прекрасно разбираться.
        Я же увидел, как люди, носящие воинские одежды, не умели отличить беды от преступления. И даже не хотели разбираться в этом. Но удивляться этому не стоило. Эти люди, облеченные властью, не были не только на войне, но даже в походах. Подобное я видел не раз, но только не в войсках моего повелителя. В войсках Поднебесной империи, хватало начальников, которые управляли войсками, не выходя из шатров, рассылая лишь свитки с приказами. В наших войсках, воин, совершивший проступок, больше всего на свете боялся осуждения своих товарищей. В войсках Поднебесной - гнева начальника. Разным был и смысл наказаний. Мы предостерегали от ошибок, они же старались, в первую очередь, устрашить подчиненных. Стоит ли удивляться тому, что их войска не проявили в боях нужной стойкости, ибо устрашены были еще до встречи с нами.
        Если ты командир, а не бездушная скотина, способная повелевать только рабами, ты должен уметь доверять тому, с кем свела тебя воинская судьба. И незачем воину бояться отвечать за свои поступки. Но вот это сборище болванов, стремящихся уйти от ответственности с помощью крючкотворства, не верящее в честность того, с кем завтра будут делить судьбу, разве они способны отвести беду от своей державы? Командир, имеет право даже на жестокие наказания, но если он занимает свое место по праву, он не станет унижать подчиненных.
        Я начал сомневаться в своих первоначальных выводах о мощи державы урусов. С такими начальниками, закат прежней мощи произойдет очень быстро. И спокойствие, которое царит у них сейчас, продлится ровно столько времени, сколько потребуется врагам понять, что время для успешной войны уже настало.
        АВЕРКОВ.
        Новое место службы, мне определенно понравилось. Хорошее отношение со стороны начальников и сослуживцев, отсутствие бытовых трудностей, новая интересная работа. Что еще нужно для полного счастья? Разве что хорошая жена. Так и на этом фронте, у меня уже наметился прогресс. Уж красивыми женщинами, крупные гарнизоны, как правило не обижены. Пока что мои отношения с Ней, не выходили за рамки простого ухаживания, мы еще присматривались друг к другу, прежде чем перейти к серьезным отношениям. А пока что я старательно вписывался в новые реалии. И все бы ничего, но поселившаяся во мне древняя тварь, добавила мне немало забот. Пока решалась моя судьба, я его присутствия не чувствовал и считал случившуюся там в Восточных Саянах чертовщину, воздействием на мозг какой то местной аномалии. А вот когда судьба моя была решена, вот тут он и проявился. И знаете, я поверил ему сразу. Ибо не бывает таких природных аномалий, которые смогли бы перемещаться на огромные расстояния. Хорошенько подумав, я выдвинул для самого себя следующую гипотезу:
        Наше тело - это в какой то мере генератор полей. Во всяком случае, электрохимические реакции присутствуют в полный рост. В течении жизни, мы излучаем отраженный от нашего тела свет, мы выделяем тепло, мы излучаем электромагнитные волны. Что-то из излучаемого нами, воздействует на внешнюю среду, а что то накапливается в нас до тех пор, пока количество не перейдет в качество. То есть не начнется стадия самоорганизации аккумулированной энергии. Видимо это и назвали люди душой. Обычно, после физической смерти, душа, лишенная постоянной подпитки от тела, просто рассеивается в окружающем нас пространстве. Но бывают и исключения. Наверное, когда моего "пассажира" хоронили, его закопали там, где свойства местности позволили закапсулировать его душу. И она не рассеялась, а продолжала существовать, сохранив бывшую при жизни память и то, что мы называем волей. Не знаю, насколько мое объяснение случившемуся со мной, будет научным, но оно меня вполне устроило. Да и не собираюсь я разбираться в этих подробностях, как не собираюсь и делиться тем, что со мной произошло. Слишком уж для меня нежелательны,
последствия подобной откровенности.
        Меня другое беспокоило. Мой "пассажир" счел нужным представиться мне. И оказался он не кем иным, как Субудаем. Тем самым Субудаем, что разгромил наших предков в битве на реке Калка, а спустя пятнадцать лет, обрушил свои войска на земли Киевской Руси, пройдя их из конца в конец. Как бы вы себя чувствовали, если бы узнали, что в Вас вселился дух маршала Даву или генерала Гудериана? Вот и я о том. В общем, сильно мне не нравилась эта ситуация. Правда, Субудай уверял меня, что вредить моей стране, он ни в коем случае не будет. Более того, им было обещано, что он наоборот, постарается принести моей Родине огромную пользу, как только будет к этому готов. Вы бы поверили на моем месте? Успокаивало только одно, подчинить мою волю, у него никак не получится, потому, что в случае такой попытки, я смогу сорвать его планы. Как? Да хотя бы застрелюсь!
        Глава 4
        2320 год. БАССЕЙН РЕКИ ВИЛЮЙ.
        - Я, Том Джеггинс, ведущий программы "Утро Мира", Информационная служба ВВС. Сейчас я веду свой репортаж с территории природоохранного заповедника "Сибирь". Как вы знаете из предыдущих репортажей, в бассейне реки Вилюй, экспедицией экологов были обнаружены реликтовые поселения людей. При установлении контакта, выяснилось, что жителями поселений, оказались потомки членов религиозной секты ортодоксов. Ортодоксы - это одно из направлений христианства, когда то широко распространенного на территории восточной Европы, на Балканах и на просторах Северной Азии. Последние ортодоксы исчезли, как мы думали раньше, на рубеже 21 и 22 веков. И вот остатки их обнаружены! Сейчас с ними пытаются установить контакт сотрудники из Службы Социальной Реабилитации.
        ДВА ЧАСА СПУСТЯ:
        - И снова с вами Том Джегинс! Я беседую с сотрудником Службы Социальной Реабилитации, Жаном Картье. Жан! Вам удалось установить контакт с сектантами?
        - Да Том, удалось. И не скажу, что он был удачным.
        - Что привело Вас к неудаче?
        - Обычное мракобесие! Том, эти люди живут вовсе не в изоляции от мира. Они в курсе всех происходящих событий. И тем не менее они не хотят иметь с нами никаких дел!
        - Жан! А Вы им сказали, что они грубо нарушают постановление Всемирной Организации, принятое всеми сообществами как обязательный закон?
        - Конечно, мы им говорили, что человечество против бесконтрольности развития любых сообществ. Мы говорили им, что изоляция от цивилизации является преступлением против Человечества. Так Вы знаете что они ответили?
        - И что?
        - Они заявили, что все человечество должно пойти на мужской детородный орган, а они не станут позволять кому либо ставить им Печать Дьявола.
        - Печать Дьявола - это что?
        - Печатью Дьявола, они называют тот информационный биочип, который имплантируется всем цивилизованным людям.
        - Но ведь это абсолютно безвредный имплантант!
        - Увы! Они так не считают! Они уверили самих себя, что это ставит человека под тотальный контроль властей! Они слышать не хотят о тех преимуществах, которыми обладает пользователь имплантанта. Их главари, заявили, что Господь обеспечил тело человека всем необходимым для успешной жизни. Что все изменения, вносимые в тело человеческое, способствуют попаданию души человеческой в Сети Дьявола. Они считают, что обладатель имплантанта становится не Божьим Творением, а Рабом Сатаны!
        - Господи! Какая чушь!
        - Вот эту чушь мы и выслушивали во время переговоров с их главарями.
        - И как Вы думаете, какое будет принято по этим сектантам решение?
        - Сейчас сюда прибудет полицейский спецназ. Этих несчастных, надо спасать от самих себя!
        ДВА ДНЯ СПУСТЯ.
        - И снова с вами Том Джегинс! Я беседую с представителем штаба Антитеррористической Операции, региональным комиссаром Хорхе Добсоном. Сэр! Как проходит операция?
        - Трагично Том! В ответ на предложение сдаться, они не только ответили отказом. Эти ублюдки, показали, что готовы пойти на любое преступление против законов человечества. Несколько часов назад, мы получили сообщение о гибели двух групп захвата.
        - Сэр! Но как это стало возможным? Ведь в спецназе вовсе не младенцы служат?
        - Обстоятельства происшедшего, сейчас выясняются. Все произошло настолько неожиданно, что мы еще не знаем сами подробностей трагедии. Мы только знаем, что парни попали в засаду. Врачи же уверяют, что все были убиты либо холодным, либо кинетическим оружием.
        - Неужели парни пошли на операцию без бронекомбинезонов? Ведь это оружие вышло из применения давным-давно!
        - Нет, Том! Они пошли снаряженными как положено. Но видимо этого недостаточно оказалось для них.
        - И какие меры Вы намерены применять?
        - Мы обратились за помощью к армии. Сейчас, армия приступила к оцеплению района операции. Теперь судьба этих ублюдков в руках Корпуса Корабельной Пехоты. Я искренне желаю этим ребятам удачи!
        ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ СЕРЖАНТА 69 БРИГАДЫ РЕЙНДЖЕРОВ ВАЛЕРИ ПИНСОНА:
        "Мне до сих пор больно вспоминать, то, что произошло во время "Вилюйской Бойни". Нам еще повезло, что наш батальон рейнджеров, шел во втором эшелоне. А вот парням из группы "Дельта" - не повезло. Прямо на наших глазах, их флаеры попали в устроенную засаду. Из густых зарослей, к их машинам устремились счетверенные прерывистые лучи. Попадая во флаер, они разносили его в куски. Противолучевая защита, ни черта не помогала. Тех же, кто был внутри, порвало на куски. Из "Дельты" никто тогда не уцелел. Потом, на занятиях, нам сказали, что сектанты применили самоходные комплексы "Shilka". Их уже три века, как никто не использует, но все равно они остались страшным оружием. Как их проморгали средства технической разведки, лично мне непонятно.
        После гибели "Дельты", операцию притормозили. Нам дали точку посадки и скомандовали дождаться, когда огневые точки будут подавлены. Увы! У летунов, тоже все пошло не гладко. Когда им дали целеуказание и они начали работу, то выяснилось, что сектанты и это предусмотрели. Флаеры огневой поддержки, встречали мобильные засады, где были не только знакомые уже установки "Shilka", но и переносные архаичные ракетные комплексы "Strela", "Igla", "Grom" и " Stinger". Потеряв несколько флаеров, летуны заявили, что на малых высотах работать слишком опасно. Что теперь они будут работать только со средних высот.
        До средних высот, сектанты действительно не могли добить, но качество огневой поддержки стало неприемлемым. О точечных ударах пришлось забыть. Только удары по площадям. А несогласованность между нами и летунами, привела к нескольким случаем "дружественного огня". Особенно досталось четвертому батальону. Из за ракетных засад, пришлось забыть о десантных флаерах, иначе десант мог понести неприемлемые потери при высадке ("пляжные потери"). Нам пришлось вести боевые действия в пешем строю, так как местность была непроходима для бронетехники. Вот тут- то и начался настоящий кошмар! Эти уроды, постоянно устраивали нам взрывные ловушки. Представляете? Стоит задеть безобидную с виду веточку, как тут же раздается взрыв и в вас летит целый сноп стальных роликов! Вызванные саперы, помогали мало, только замедляли движение. Но все же, их присутствие лишним не было. Дело в том, что эти фанатики, твердо решили не попадать к нам в плен. Идя в бой, они заранее минировали свои тела. Поэтому, любая попытка осмотреть труп или взять в плен хоть кого-то из них, заканчивалось гибелью тех, кто совершал такую глупость.
Впрочем, пленных не было. Они, попав в безвыходную ситуацию, просто инициировали заложенный заранее заряд.
        Но мало было минной опасности! Нас сильно донимали снайперские засады. Тут они вовсю применяли кинетические системы "Mosin 91", "SVD", "Mauser 98". И броня от их пуль не спасала! На ближних дистанциях, они использовали автоматические штурмовые карабины и ракетометы с термобарической или зажигательной начинкой.
        Еще ни в одной миротворческой операции, мы не несли таких ужасных потерь! Как я уже говорил, защита, хорошо держащая воздействие лучевых и плазменных боевых систем, совсем не спасала от кинетических систем.
        Но тяжко приходилось нам не только от огня противника. Как оказалось, они считают смертным грехом однополый секс. Узнав, каким то образом, что в боевых подразделениях, для повышения сплоченности, служат по преимуществу люди, состоящие между собой в однополом браке, они начали воздействовать и на нашу психику. Они неоднократно выкрикивали через звуковые усилители оскорбительные фразы. А один раз, нам попался установленный на тропе деревянный щит, на котором красовалась надпись на Интерлингве: "Пидорасы! Добро пожаловать в Ад!". Естественно, щит был заминирован и нам пришлось вызывать саперов, чтобы с их помощью, уничтожить подобную мерзость".
        НЕДЕЛЯ СПУСТЯ.
        - И снова с вами Том Джегинс! Я беседую с представителем пресс-службы штаба Антитеррористической Операции, майором Эмилио Хуаресом. Сэр! Каковы итоги проведенной операции?
        - Скажу честно, они неутешительны.
        - А можно поинтересоваться подробностями? Почему неутешительны?
        - Том, мы никогда не несли таких потерь. Точное число погибших солдат и полицейских, мы выложим в открытом доступе завтра. Поверьте, мы получили не только большой шок от происшедшего. Нам сама Судьба преподала урок! И мы честно говорим Человечеству: мы сделаем все необходимые выводы и постараемся больше не допустить повторения случившейся трагедии!
        - В чем же причина столь высоких потерь?
        - В том, что мы никогда не вели боевые действия в подобных условиях. В основном, миротворческие операции проводятся в населенных пунктах. Здесь же войска действовали в непривычных для них условиях пересеченной местности, поросшей густыми лесами. Для нас оказалось полной неожиданностью, эффективное действие архаичных систем вооружения. Да и тактика сектантов, была непривычно для наших парней.
        - Сэр! Удалось ли спасти кого-нибудь из сектантов?
        - Ни одного! Такое впечатление, что они не собирались дальше жить.
        - Да, но какой тогда был смысл в их сопротивлении, если по Вашему уверению, они вовсе не защищали свободу и жизнь? Что мешало им просто провести массовый суицид?
        - Логика подобных фанатиков нам вовсе непонятна. Они живут в каком-то выдуманном ими мире. Я не могу сказать, что мне понятна причина, толкнувшая и взрослых людей, и их детей, на столь яростное сопротивление. А случаи массового суицида были. Когда мы занимали какой-нибудь поселок, то оставшиеся живыми сектанты, собирались в своем деревянном храме, запирались и сжигали храм вместе с собой.
        - Боже правый! Но зачем такое изуверство?
        - В одном поселке, наши армейские психологи пытались уговорить их выйти и сдаться. Мы им искренне обещали сохранить жизнь и свободу. Мы не врали! Так не согласились!
        - Но почему?
        - Они ответили так: "Даже звук вашей речи оскверняет бессмертную душу настоящего человека. И мы лучше примем смерть мученическую, нежели будем терпеть скверну в ваших городах!" Уверяю Вас, именно так и ответили! Видеозапись об этом у нас есть, и мы ознакомим всех желающих с ней. Наши психологи, пытаясь спасти этих несчастных, говорили им, что по христианским канонам - самоубийство грех, но в ответ, эти изверги заявили, что лучше сгореть в пламени земном, чем вечно гореть в Гиене Огненной!
        - Может они были накачены наркотиками? Ведь вменяемый человек так себя не ведет!
        - Уверяю Вас Том, наши медики тоже задали себе такой вопрос. Они обследовали достаточно трупов. И они все дружно уверяют, что погибшие, никогда в жизни не употребляли наркотиков.
        - Можно ли считать, что с ликвидацией этого логова, проблема исчезла?
        - Том! Это не для открытой публикации. Это просто в порядке дружеской услуги. Я не стану заражать Вас глупым оптимизмом. Есть предположение, что часть сектантов сумела выбраться за линию оцепления. И я не уверен, что полиция сумеет их найти. Отсутствие биоимплантанта в телах бежавших, не позволяет отследить их перемещения.
        - Эмилио! Так может секта прикрывала бегство главарей?
        - Нет, мой дорогой друг! Главари сожгли себя в одном из храмов. Это уже установлено криминалистами. Если кто и бежал, то только рядовые. Наверное спасали какие-то, очень важные для них артефакты.
        ТО ЖЕ ВРЕМЯ. НЕМНОГО В СТОРОНЕ.
        Пока пресс-служба давала интервью корреспонденту ВВС, Двое саперов из Корпуса Корабельной Пехоты, делали свой маленький бизнес. Они продавали тела двух находящихся при смерти сектантов, компании каких-то высоколобых умников. И хотя бравые пионеры, задрали цену до небес, "высоколобые", расплатились с ними, совсем не торгуясь. После чего, поместив лежащие без сознания тела в машину с логотипом медицинской фирмы, покупатель поручил их заботам выездной бригады реаниматоров. Машина тронулась. Стороны остались довольны только что состоявшейся сделкой.
        Глава 5
        КУРТ ВЕРНЕР. ОБЫЧНЫЕ ЗАБОТЫ.
        Те конторы, в которых работают настоящие ученые, от контор набитых тусовщиками от науки, отличаются многими признаками. В частности названиями. Настоящая работа не терпит никаких признаков богемы. Это прежде всего, рабочее место ученого, а не клуб по научным интересам. Поэтому название таких центров скромны и просты. Например: Лаборатория Лос-Аламос. Или НИИ "Агат". Не зная истории этих учреждений, вы поймете, чем они занимаются, только по одному названию? Но если встретилось название "Заирская Академия Изучения Бытовых Инстинктов Слонов" (аббревиатура - ЗАИБИС), то можно делать простой вывод - перед вами контора для распила выделяемых на научную работу грантов.
        Исследовательский Центр "Байкал", расположенный на берегах одноименного заповедного озера, был заведением серьезным. Организованный по принципу древних "шарашек", он сосредоточил под своей крышей немало ценных специалистов. Вы только не подумайте, что специалисты были лишены свободы передвижения. Отнюдь. "Шарашка", в первую очередь подразумевает сосредоточение научных кадров, причем, в том месте, где им никто не будет мешать работать по заданной тематике. Местный люд не посещал симпозиумов, конференций и других престижных научных тусовок. Они не тратили времени на написание никому не нужных диссертаций. Они работали, не отвлекаясь на непродуктивную суету. Их имена, если и станут громкими, то не сейчас и не сразу. Но, тем не менее, за каждым числился значительный вклад в науку. К их услугам была вся потребная информация, у них не было проблем ни с финансированием научных работ, ни с нужным оборудованием, ни с необходимыми для опытов материалами. А чем они занимались? А много чем. Но если вывести результирующую их усилий, то она прямо укажет на сильных мира сего. В перечне немалого количества
лабораторий, нам будет интересна та лаборатория, которая занималась чисто медицинскими проблемами. И она была, для сильных мира сего, пожалуй, наиболее важной. Ведь хозяева жизни, повелевая каждый своей империей (промышленной, сырьевой, финансовой…), чтобы эффективно ею управлять, очень нуждались и в крепком здоровье, и в хороших мозгах, и в отличной памяти, и главное - они хотели долгих лет жизни. Надо заметить, хотели они в первую очередь для себя любимых. Ну а быдло, оно может и подождать того момента, когда нужные руководству технологии, станут настолько дешевы, что сгодятся для массового применения.
        А теперь заглянем в тот блок лаборатории, где хозяйничал доктор Курт Вернер. А заглянув, увидим, как уважаемый доктор чуть ли не пинками, подгоняет недостаточно расторопных коллег. Давайте поймем правильно, умница Вернер, уже неделю выходил из себя, в ожидании нужного для опыта "материала". И вот наконец, проныра Ганс, привез этот материал. Но Боже Правый! В каком состоянии! Это же дохляки! Их срочно надо тащить в реанимацию! А бригада реаниматоров? Да с таким видом нужно не реанимировать, а самому меняться с пациентами местами! Впрочем, Вернер вынужден был сдерживать себя. Пока ему не скажут, что состояние тел подопытных стабильное, ничего поделать он не может. Нет, будь его воля, он бы давно закончил начатую работу! Но, увы! Наложенные ограничения не позволяли дать волю своему нетерпению. Для заданной тематики, подходил не всякий подопытный. Во-первых, действовал древний запрет, не позволяющий использовать людей, в качестве полигона для медицинских экспериментов. А во- вторых, не каждый человек, подходил на роль донора или акцептора высшего порядка. Когда началась "Вилюйская бойня", доктор
Вернер немедленно заслал проныру Ганса в район боевых действий, с категорическим наказом, добыть минимум парочку подходящих особей, желательно разных полов. Ганс, целую неделю, рискуя собственной шкурой, без всякого успеха пытался выполнить задание. И вот наконец, ему повезло. Удалось добыть молодых мужчину и женщину, правда находящихся в тяжелом состоянии.
        Когда реаниматоры, доложили Курту, что он сможет, наконец, приступить к своей работе, Проныра Ганс опять прибежал с докладом:
        - Доктор Вернер! Нам опять повезло! Есть еще два тела!
        - Надеюсь это "чистые" тела?
        - Конечно "чистые"! Лоренцо специально проверял их сканером! Имплантанты отсутствуют.
        - Марта! - Вернер обратился к рослой блондинке, обладательнице выразительных форм.
        - Да, доктор Вернер! - было видно, что Марта весьма побаивается своего шефа.
        - Так вот Марта, позаботьтесь, чтобы реаниматоры занялись новенькими.
        - Будет сделано, доктор Вернер!
        - Чарли! Вы пока что подмените Марту и чтоб больше никаких заминок в работе не допускали!
        - Доктор Вернер! В тот раз…
        - Я не желаю слушать оправданий Чарли! Еще одна заминка, и я отправлю Вас помогать патологоанатомам! Все коллеги! Начинаем работу! Оперируем пациента из бокса "Би"!
        Началась подготовительная суета. Впрочем, суетой это можно было считать на взгляд Вернера. Со стороны, все это смотрелось, как четкая и неторопливая работа. Все знали неугомонную натуру Вернера, его умение работать не считаясь с личным временем, и нисколько не считаясь с личным временем коллег. К этому привыкли все, здесь присутствующие. Этим давно перестали возмущаться. Просто те, кто имел наглость возражать Вернеру не по делу, давно перестали здесь работать.
        Началась проверка готовности пациента к операции. Конечно, реаниматоры свое дело знали неплохо, но уже был случай, когда из-за их упущения, операция закончилась неудачей. Поэтому зануда Курт, проверял готовность тела самолично.
        Итак, пациент. Женщина, молодая, возраст примерно 22 -23 года. Точнее не скажешь. Сведений о ранее перенесенных заболеваниях нет. И взять их неоткуда, так как информационный биочип не имплантирован. Данные предварительного тестирования:
        Следов ранних травм нет, следы перенесенных вирусных и инфекционных заболеваний отсутствуют. Патологий нет. Аллергические реакции на вводимые препараты не проявились. Поврежденные внутренние органы прооперированы, Процес выздоровления начался успешно. Состояния клинической смерти нет. Летаргия - только искусственная. Все прекрасно! Теперь на всякий случай проводим повторное тестирование и начинаем имплантацию приготовленного "паразита".
        Так, повторное тестирование закончено.
        - Внимание! Готовим к подключению капсулу с "паразитом" IGR - 40 -92!
        Спустя десять минут, проводящие нити "паразита" были внедрены в тело пациентки.
        - Теперь, все не занятые в дальнейшей операции, могут покинуть операционный бокс. Дублирующей смене, разрешаю отдохнуть.
        Но вот все лишние вышли, а оставшиеся расселись каждый за свой пульт управления. Увы! Автоматизировать эту операцию пока не получилось. Вживление "паразита" производится пока что в ручном режиме. Каждый участвующий, знает только свои действия. Все об этой операции, знает только шеф. Вот он и сел за центральный пульт.
        Первая операция, закончилась спустя только девять часов с момента ее начала. Без нештатных ситуаций, конечно, не обошлось, но в общем все сделали правильно. Теперь можно сутки отдыхать. Послезавтра следующая операция. А пациентку повезли в реабилитационный бокс. Там, если только не произойдет отторжения паразита, ее через пять дней приведут в сознание. А группе доктора Вернера, предстоит послезавтра такая же работа, как и сегодня. Хоть бы все прошло успешно! А то прошлые операции прошли без всякого положительного результата.
        МЕСЯЦ СПУСТЯ.
        - Курт! Я поражаюсь тому, что тебе хватает терпения на ту работу, которой ты занимаешься. Неужели ты не в состоянии, взять себя в руки и спокойно дождаться результата?
        - Свен! Мне несложно быть терпеливым, когда время мое занято работой. Но мне сложно быть спокойным, когда уже ничего от меня не зависит.
        - Дружище! Возьми пример со своих пациентов. Вот посмотри, я готов биться об заклад, что их мучает любопытство, не менее сильное, чем тебя. Но ведь не мечется из них никто, не вопит!
        - Что у них на уме - это по твоей части. Я лично в этом мало что понимаю.
        - Мне тоже их Курт, нелегко понять. Ты учти, у них сейчас у всех диссоциативное расстройство личности.
        - Свен! Но это естественное состояние после подобных операций! Мы для того и пригласили тебя, чтобы ты убрал этот эффект!
        - Легко сказать: "Свен! Убери эту штуку!" У них же не стандартное расстройство. У них вообще нет никакого расстройства, если уж на то пошло! Курт, хоть ты о многом и умалчиваешь, но ведь и я не рядовой психиатр. Можешь уверять меня в чем угодно, но я могу отличить раздвоение личности от двух самостоятельных личностей! Так вот, я уверяю, что ты, в существующие тела, поместил еще по одной душе!
        - Отдаю должное твоему профессионализму. Ты все правильно понял. Я действительно поместил в тела, в дополнение к старым душам, души уже несуществующих людей.
        - Коллега! Ты гений! Хотя многие бы назвали тебя просто колдуном. Вот только кому нужны подобные опыты?
        - Знаешь приятель, это всего лишь догадки, и это только праздный разговор между нами.
        - Как ты знаешь, мы работаем на Больших Шишек. Даже не так, на очень Больших Шишек! - сказав это, Курт, многозначительно поднял вверх указательный палец. Прервав разговор, он плеснул в фужер кальвадос и весело отсалютовав присоединившемуся к нему приятелю, пригубил божественный напиток.
        - Как ты понимаешь, это вовсе не Правительство. Эти люди из тех, кто не теряет власти при любой власти. Но эти "небожители" тоже люди. А людям свойственно очень беспокоиться о своем здоровье. То, чем мы все тут занимаемся, нужно, прежде всего, им. Все эти технологии, которые отрабатываются у нас, эти операции по обновлению внутренних органов, работа по устранению дефектов физического и умственного развития, работы по усилению и совершенствованию возможностей тела, несомненные успехи по продлению молодости и продолжительности жизни, финансируют они. Вот только этого им уже недостаточно.
        - И чего же им не хватает, по-твоему? - Свен, прекрасно знавший своего приятеля, устроился в кресле как можно удобней. Курт, когда позволял себе выпить, всегда любил говорить подолгу и забавно. А Курт, входя в азарт, хлебнул еще немного кальвадоса и продолжил веско и значительно:
        - Проблема любой элиты Свен! Которую не смогли решить социальными методами. Это проблема состоит в том, что каждый последующий, хуже предыдущих. А когда они станут совсем плохи, то только революция, меняющая элиту, способна решить проблему любого общества. Но ведь тогда больно будет всем! И Шишкам тоже! А им это нужно? Вспомни, что творилось в России накануне Звездной Экспансии? Тогда всем миром давили Русский Бунт! И подавили, вырезав русских всех до единого. Только и русские оказались не просты. Сколько они уничтожили "пушечного мяса"? Данные до сих пор не публикуют! Думаешь, что эти, которые наверху не понимают проблемы? Думаешь, что их не беспокоит собственное вырождение? Понимают Свен! И беспокоятся. Вот только, что делать, они до сих пор не представляли. А тут, выходит на сцену некий Курт Вернер, со своей диссертацией "О методах фиксации биополя". Когда я только писал ее, старые кретины из Академии Наук, только пальцем у виска крутили. А эта молодая скотина Курт, работал над методами сохранения Души Человеческой! А вот когда этот Курт, сумел создать среду, сохраняющую матрицу сознания, эти
идиоты остались с носом! А Шишки мгновенно поняли, что вот он, выход из создавшегося положения! Представь себе Свен! Наследники остаются с носом, потому, что любимый папочка, дедушка или дядюшка, просто пересаживает свою матрицу сознания, в то тело, которому еще долго жить!
        - Курт! Но тогда зачем, из тела реципиента, ты не удаляешь матрицу сознания?
        - Я этого просто не умею делать Свен!
        - ???
        - Не получается у меня, Свен, удалить матрицу сознания из живого тела. Сам организм человека сопротивляется этому. Понимаешь? Подсадить можно, а удалить - нет!
        - Что, совсем не получается?
        - Да как тебе сказать? В общем получаться у нас получалось, но когда мы производили пересадку матрицы из тела живого донора к живому реципиенту, матрица донора оказывалось в сильно разрушенном состоянии. Вот у мертвяка, она выходит легко, без сопротивления, а у живого - частичное разрушение. А результат? Личности с нормальным сознанием, подсаживают психа! Как ты думаешь, сознание реципиента долго будет в норме?
        - Но почему это прошло мимо меня?
        - Да тебя тогда еще не было, твоей частью работы занимался другой парень.
        - Ну, хорошо, а если реципиент в момент пересадки мертв?
        - А вот в труп, матрица донора, категорически отказывается лезть. Хоть что делай, не лезет и все! Вот и приходится иметь дело с экземплярами, имеющими двойное сознание. Впрочем, даже это, только на днях у нас стало уверенно получаться.
        - Курт! Но чье сознание тогда ты подсаживаешь?
        - Здесь, и происходит самое интересное! Сплошная некромантия с мистикой, разбавленная шаманством. В общем, это не наше достижение. Парень один, из "Эколе Нормаль", производил обычные сканирования георадаром мест старых захоронений. Вот он обратил внимание, что иногда, выдаваемая на экран "картинка" не соответствовала реальной картине расположения грунтов. Долго он пытался понять, в чем дело. Перепортил тьму могил. И только потом, сообразил, чем вызвано искажение результата. Оказалось, что иногда мертвых, хоронили в районе местных аномалий. И эти аномалии Свен, прекрасно сохраняли матрицу сознания! Правда, если могилу вскрывали, матрица, либо исчезала, либо деградировала, спустя некоторое время. Тут надо было действовать быстро, чтобы накрыть матрицу ловушкой. Над ловушкой мы долго мучились. А потом, были мучения, когда создавали пересадочный зонд. Лет шесть на все это ушло. Так что пересаживаем мы матрицы давно умерших людей и получаем, как говорит Марта, "двоедушных монстров".
        - Курт! А ты уверен, что идешь правильным путем? Ведь сразу не определишь, как матрицы между собой уживутся. Конфликт сознаний вполне вероятен.
        - А вот на этот вопрос, ты Свен и должен дать мне все ответы! Тогда понятно будет, правильным мы идем путем, или нет.
        ГАНС ПО ПРОЗВИЩУ ПРОНЫРА. СРОЧНЫЕ ЗАБОТЫ.
        Проныра Ганс, свое прозвище, носил по праву. Чем бы его не озадачивал доктор Вернер, Ганс всегда решал поставленные задачи. А это было ой как нелегко! Хотя бы потому, что ценные мысли у доктора возникали внезапно, а реализовать сумасшедшие идеи, требовалось немедленно. И Ганс с этим всегда справлялся. То, чем занимался шеф, попадало под запретительные статьи древних еще конвенций. Но раз Хозяевам нужен результат, то деятельность лаборатории не подлежала огласке. И попробуйте сами, обеспечить работу всем необходимым, когда не имеешь права объяснить контрагентам, для чего тебе понадобилась та или иная вещь. Проныра, крутился как мог, и всегда успешно. Думаете, что его за это благодарили? Ага! Если все привыкли, что твоя работа не вызывает у заказчика замечаний, то считают, что так и должно быть. И потому, искренне не понимают: а что тут сложного? Ганс же, о настоящей цене приложенных усилий предпочитал не распространяться. Уж больно сфера деятельности была деликатная. Помощников себе, тоже подобрал из тех, кто не склонен к хвастовству. Подобная деятельность, постоянно нарушающая множество законов и
инструкций, не может быть доверена человеку с улицы. Пусть даже он талантлив и удачлив в этой сфере. Но Ганс и не был человеком с улицы. Не был он и простым исполнителем поручений шефа. Как и его люди, Ганс состоял в штатах соответствующей Службы. И главной задачей его, было отнюдь не создание благоприятных условий для научного поиска. Главной задачей был контроль деятельности научного подразделения доктора Вернера и обеспечение безопасности. Так что был он человеком, со многими тайниками и тайничками. И вот один из тайничков, сейчас и сработал.
        У всех у нас есть явные и тайные привязанности. Явной привязанностью Проныры, были собственные дети. А тайная привязанность распространялась на доктора. Одна из дочерей Проныры, имела врожденные дефекты развития. В принципе устранимые. Вот только лечение это, любящему отцу, было не по карману. А Вернер, вылечил Гретхен, между делом, даже не заикаясь о вознаграждении. И при этом, пошел на подлог, производя лечение под видом очередных опытов. Не один, конечно, ассистентов хватало. Вот за это только, Ганс и готов был устранить любого, кто создаст шефу серьезную проблему.
        И это не голословно. Накануне, стало ясно, что у подопечного возникли очень серьезные проблемы. И устранением неких персон их не решить. А создала проблему, пьяная болтливость Вернера. Свен, поддакивающий приятелю в нужных местах, решил резко продвинуться по карьерной лестнице и слил услышанные сведения заинтересованным лицам. Каким образом он вышел на наследника одного из хозяев трансгалактической финансовой империи, пока что неясно, но информация о возможной пакости со стороны "любимого" дедушки, ему очень не понравилась. И он решил принять меры. Нет, устранять хозяина он не планировал. Просто решил любой ценой сохранить статус-кво. И если проблему создают какие то "ботаники", значит надо валить "ботаников"! Вместе с их лабораторией. В принципе, возможностей наследника, для проведения в жизнь такого плана, должно хватить.
        Ганс узнал об этих замыслах, просто потому, что Свен был все-таки слабым конспиратором. Обычная рутинная слежка, выявила его контакты с посредниками заинтересованной стороны. А сделать выводы из отрывочных сведений - особого труда не составило.
        Теперь шефа надо было спасать. Чем в настоящий момент Ганс и занимался. Среди его контрагентов, было немало таких, кто зарабатывал свой хлеб насущный не совсем законным путем. Вот сейчас, соблюдая все мыслимые меры безопасности, он и беседовал с одним из таких.
        - Сеньор Антонио! Я, решил Вас побеспокоить только потому, что знаю Вас как надежного и порядочного партнера. До этого, я имел дело только с вашими помощниками, но то, что нужно мне сейчас, оказалось не в их компетенции.
        Собеседник, среднего роста, худощавый брюнет, навряд ли был потомком легендарных итальянских мафиози. И он навряд ли владел настоящим итальянским языком. Но традиции есть традиции. Вставлять в свою речь отдельные итальянские слова, считалось в этой среде обязательным, если ведется доверительная беседа. Даже имена собеседника, полагалось произносить на итальянский манер.
        - Сеньор Джованни! Мне хотелось бы сперва услышать о той сумме, о которой пойдет речь.
        - Сумме? Честно говоря, я не в состоянии оценить то, чем я решил расплатиться с Вами вместо денег, но полагаю, что эту плату, вы оцените гораздо дороже денег.
        Антонио, не послал собеседника к дьяволу, только потому, что имел представление о том, с кем он в данный момент разговаривает. Вместо этого он спросил:
        - Это то, о чем я подумал?
        Утвердительный кивок в ответ, подтвердил его догадку. И в самом деле, чем еще может заплатить сотрудник спецслужбы? Они ведь вовсе не так уж много зарабатывают. Только информация, которой они владеют, может оказаться ценней всего на свете.
        - Сеньор Джованни, мне хотелось бы убедиться в Вашей платежеспособности.
        - Хорошо, сеньор Антонио, я приготовил вам кое-что, в качестве задатка.
        Просмотр файла, сброшенного тут же с носителя на планшет мафиози, занял целых двадцать минут.
        - Вы ответственно подошли к нашей встрече Джованни. С Вами можно иметь дело. Я так понимаю, что оставшееся я получу по исполнению?
        - Да, Вы все правильно поняли!
        - Тогда давайте подойдем к сути проблемы.
        - Хорошо. Мой подопечный - весьма неплохой ученый, вляпался в крупные неприятности. А так как я ему обязан кое-чем существенным, то избавить его от этой неприятности, считаю себя просто обязанным. Первая сложность в том, что вместе с ним огребут неприятности и те, с кем он работает. А без них, его жизнь лишена смысла. Речь идет о срочной эвакуации этих людей. И это не шутки. Второй сложностью, является то, что он ученый, поэтому, без своей лаборатории, он даже вместе с сотрудниками не представляет ценности. Третьей сложностью, является то, что эвакуироваться придется мне, моим людям и нашим семьям. Я работаю в команде, сеньор Антонио. И хотел бы на новом месте заняться привычным ремеслом. Для этого, мне нужны мои люди.
        Выслушав Ганса, Антонио слегка улыбнулся, а в глазах его зажегся азартный огонек:
        - Джованни, ты предлагаешь мне проделать весьма занятную штуку. Такой масштабной "эвакуацией", мы еще не занимались. Но мне обязательно нужно знать, кому ты перешел дорогу?
        - Так ли это важно?
        - Важно Джованни, еще как важно! Тут ведь все зависит от того, кто тебя будет искать. Обычная полиция, если не найдет тебя на Земле, просто передаст на вас данные, полицейским других планет. Сама же она выискивать не на своей территории ничего не станет. Спецслужбы посерьезней, могут вас искать и на других планетах, но только не карантинных. Здесь политика такова, что у карантинных планет свои службы безопасности, которым плевать на проблемы наших служб. Помощи в поиске обычных беглецов они не окажут. Просто потому, что политика их правительств, направлена на поощрение иммиграции. И им все равно, есть грехи у поселенца в прошлом, или нет.
        - Значит, одна из карантинных планет? Этот вариант я рассматривал, ты только что его подтвердил.
        - Не торопись Джованни. Карантинная планета, это не тот выход, который тебя устроит. Навряд-ли ты ссорился с полицией или со Службами. У тебя проблемы с кем-то более серьезным.
        - Сеньор, те, для кого мы представляем проблему, это люди с большими возможностями. У них есть влияние в официальных структурах, но они способны оплатить услуги и частных структур, наподобие Вашей. И я думаю, что для подобных дел, у них найдутся и собственные структуры.
        - При самом худшем варианте событий, я ожидаю, что искать нас будут именно собственные структуры наших врагов, с привлечением конечно частных и государственных служб.
        - Тогда карантинные планеты для вас не являются выходом. Тамошние службы, сильно коррумпированы. За сходную цену, они даже собственную администрацию "упакуют" и сдадут. Но это и хорошо! Ведь за вас с вашими приятелями, можно получить хорошую цену!
        Антонио откровенно веселился, а Ганс начал подумывать, что идея, привлечь в качестве помощников, криминальную группировку, была пожалуй слишком опрометчивой.
        - Не надо беспокоиться Джованни! Если за твою шкуру, дают очень хорошую награду, значит есть и такие люди, которые заплатят не меньше, для того, чтобы ты был жив и здоров.
        - Империя? Сеньор, это не приемлемый вариант.
        - Ну почему Империя? В нашем Сообществе тоже есть места, куда ищейкам просто опасно соваться.
        - Что-то вроде колонии для особо опасных преступников?
        - В точку, Джованни! В точку! Планета Немезида!
        - Я никогда не слышал о такой.
        - А о ней, никогда не сообщают в новостях. Конечно, если ты поищешь в Сети по тем каналам, на которых у тебя есть служебный допуск, ты найдешь о ней сведения. Но очень незначительные. А вот мы, имеем с этой планетой некоторые дела. Поэтому я и сообщу о ней гораздо больше, чем ты сумеешь накопать.
        - Сеньор! Но подходит ли это мне? Раз там не жалуют ищеек… Я ведь как раз из них.
        - Терпение Джованни, сейчас тебе все будет ясно. Ты ведь знаешь, что когда, после Большого Бабаха, началось освоение Звездных Миров, то многие колонисты, летели туда не совсем добровольно. Землю тогда чистили от "нежелательных элементов". Карантинные планеты - это просто продолжение чистки. Стоит им достигнуть наших стандартов жизни, как чистить от "нежелательных" будут уже их. Но это будет не скоро. Ведь что такое Карантинная планета? Отстойник для неудачников, пытающихся заработать на жизнь за счет транзитных услуг. Население на такой планете, как правило не более парочки миллионов человек. Серьезный бизнес с ними вести невыгодно. Вот и возятся с ними фирмы не очень крупные. А Немезида - это исключение. Тех, кого туда сослали, наши власти опасаются серьезно. Им предоставили самостоятельность, но вести внешнеэкономическую деятельность им запретили. Более того, им запрещено вообще покидать эту планету! Вот только парни там собрались, явно не из неудачников. Они, Джованни, не стали надеяться на подачки с чужого стола. Они начали развиваться! Суди сам! Там сейчас живет пять десятков миллионов
человек! Они с "нуля" создали свое производство. У них хорошая система образования. У них развивается наука. У них даже солидный экспорт произведенных товаров! Каким образом? Контрабандный обмен! Они поставляют на рынок промышленную продукцию, которую производят своими силами. Конечно, в масштабах Сообщества это пока еще мизер, но все равно, оборот товаров и услуг большой. Они как могут, удешевляют производство и стараются сохранить качество. И потребители у них есть. Если на карантинных планетах, как правило один транспортный терминал, для сношения с внешним миром, то на Немезиде их целых девять! Это мало для Земли, но это очень хорошо для переферии. И вложились в эти терминалы вполне солидные люди. Правда, контроль там, включая таможенный, осуществляет наше правительство, а вовсе не аборигены. Но ведь если официально этой торговли не существует, значит местные чиновники просто закрывают на это глаза.
        В этой торговле, есть и наше скромное участие. У меня есть на Немезиде и свои люди, и налаженные связи. Поэтому туда вам и надо бежать.
        - Сеньор Антонио, я пока увидел в Вашем варианте два заманчивых момента: развитость аборигенов и Ваши связи среди них. Но где гарантии, что они нас не выдадут заинтересованным лицам?
        - О! Гарантия есть! Прекрасная гарантия! Ненависть, Джованни, обыкновенная ненависть. Они ненавидят и Сообщество, и Империю. Причем непонятно, кого больше. Лично я думаю, что все-таки Сообщество.
        - И Правительство ничего не может сделать?
        - В том то и дело, что не может. Там есть гарнизон Сообщества, там есть офисы наших спецслужб, более того, часть аборигенов даже поддерживает Сообщество, вот только зона контроля все-равно мала. Давить на них опасно. Некоторые в этом уже убедились, правда в последние мгновения своей жизни. У них есть свои спецслужбы, которые не чужды террористической деятельности и скажу Вам по чести, связываться с ними не стоит.
        - Ну, хорошо, Вы предлагаете найти убежище, в логове опасных "отморозков", пусть они не ладят с нашим правительством, но разве их не могут контролировать те, кто в состоянии манипулировать властями? Почему Вы думаете, что они не пойдут на сотрудничество с ними? Ведь это может принести, гораздо большие выгоды. Где гарантия, что в обмен за обещание, поспособствовать легализации части внешнего оборота, они не откупятся нами?
        - Всего две причины. Им нужна наука и развитые технологии. Поэтому, ваших "ботаников" они примут с распростертыми объятьями и сделают все, чтобы с них не упал ни единый волос. А Вы Джованни, хоть Вас это и покоробит, пойдете мелким приложением к ним. А вторая причина, тоже весьма веская. Они никогда не заключают соглашений, которые делают их чьими-либо марионетками. Они просто пошлют желающих вас найти, очень далеко. Это очень серьезные люди и договоры они соблюдают свято.
        Глава 6
        Вынужденное заточение Ганса и его спутников, закончилось на территории товарного склада, находящегося недалеко от транспортного терминала. И хотя их "Одиссея" еще не закончилась, эвакуацию следует считать успешной. Самым трудным делом, как он предполагал, должны были стать уговоры Курта Вернера. И приятно разочаровался. Доктор Вернер был не только капризным "ботаником". Оказывается, это очень даже разумный человек. Порадовала та серьезность, с которой он отнесся к сообщению о грозящей им всем опасности. Никаких сомнений, истерик и рефлексий. Вернер просто взялся составить перечень того имущества, которое по его мнению, необходимо взять с собой в дорогу. Список набирался солидный, как раз для того, чтобы обеспечить полную загрузку транспортно-пассажирского звездолета. Но Проныру, это не смущало. Если все пройдет так, как запланировано, то никто предъявлять претензии к пропавшему оборудованию не будет. Второй сложностью, было уговорить сотрудников лаборатории и членов их семей, последовать за доктором Вернером. А их набиралось, согласно "списка Вернера" более пяти десятков человек. Вероятность того,
что подготовка к эвакуации будет "засвечена", была велика. Но здесь, было принято решение, не посвящать их в обстоятельства дела и эвакуировать принудительно, в самый последний момент. Эту часть операции, взяли на себя люди "Синьора Антонио". Третьей проблемой, стала необходимость вывезти четыре бокса с находящимися в них подопытными. Просто так их было не вывести, а на содержании их в боксах, Вернер настаивал. Сам бы Курт, не стал бы заморачиваться с сохранностью подопытного материала, но Вернер уперся рогом. По его словам, на новом месте, не скоро получится повторить начатый опыт. Скорее всего, только спустя продолжительное время, когда его, Вернера, уже не будет в живых. Тут Вернер, неожиданно получил поддержку от мафиози. Курт заподозрил, что "Антонио" знает, как получить из этой ситуации еще большую выгоду, нежели та, которую предложил ему он. Пришлось маскировать вывоз боксов с подопытными, под очередную замену оборудования, и делать это в самый последний момент, перед окончанием первого этапа операции. Четвертая проблема, состояла в том, что ищейки, не станут брать след лишь тогда, когда сумеют
найти и опознать трупы намеченных жертв. Эту часть подготовки операции, целиком взял на себя "Антонио". У кого как не у него, был выход на "черных" медиков, способных модернизировать тела, которые должны остаться на месте операции. Как подозревал Ганс, в роли "жертв" нападения, выступят тела людей, создававших группировке "Антонио" весьма заметные проблемы. Когда наконец, было все подготовлено, люди Ганса смогли засечь подозрительное шевеление вокруг лаборатории. Время действовать наступило. Все, намеченные к эвакуации люди, были собраны, под предлогом корпоративной вечеринки в конференц-зале. В момент нападения, принудительная эвакуация и началась. И проводилась она через полупроходной канал для силовых кабелей, через который здание лаборатории было подключено к энергосетям. Люди Ганса и "Антонио" изобразив поначалу отчаянное сопротивление, начали отход вслед за подопечными, инициировав предварительно установленные подрывные и зажигательные заряды. Так как нападающие использовали переносные штурмовые системы, то взрывы и возгорания, их не должны были удивить. А потом, была дорога к складскому
терминалу. Там людей поместили в обычные товарные контейнеры, оборудованные внутри, всем необходимым для жизни. А потом началось долгое путешествие, продлившееся, если верить часам Ганса, около месяца. И вот, наконец, долгожданная Немезида.
        Когда их освободили из заточения, человек, представившийся как Лоренцо, повел их к автобусу. Модель автобуса, конечно, была весьма архаичная, но салон все-таки обеспечивал достаточный комфорт при поездке.
        Планета вовсе не поразила воображение пассажиров. Обычные земные пейзажи. Каких-либо эндемиков, среди местных растений не было видно. Не попадались и крупные населенные пункты. Семейные фермы, небольшие поселки, и движение не слишком оживленное. Обычная хоть и живописная глушь. Впрочем, пассажиры автобуса, там на Земле, жили отнюдь не в мегаполисах, поэтому вид из салона их вовсе не шокировал, а скорее успокаивал. Через два часа езды, автобус свернул с трассы и поехал вглубь соснового леса, пока не выехал на поляну, огражденную решетчатым забором. Сразу за забором, находилось десяток коттеджей. Надпись на проходной, выполненная на интерлингве, говорила о том, что они въезжают на территорию Гостевого Пансионата. Когда все вылезли из автобуса, к Проныре подошел Лоренцо, и отведя его чуть в сторону, сказал:
        - Сеньор Джованни! Здесь распоряжаются совсем другие люди. Поэтому, предупредите своих, чтобы ничего не делали самовольно. И еще, этот пансионат под охраной. Охрана эта не наша. Впрочем, сейчас подойдет сеньор Массимо, который Вам все объяснит. А я сейчас обязан получить у Вас, тот носитель с информацией, который был обещан сеньору Антонио.
        Покончив дела с Лоренцо, Ганс был представлен хозяину здешнего места - "сеньору Массимо". "Сеньор Массимо", оказался крепышом, среднего роста, русоволосым, лет так тридцати пяти.
        - Здравствуйте Ганс! Вам наверное удобней будет называть меня Максом, если это так, то я возражать не буду.
        Макс говорил на интерлингве с каким то странным акцентом, который раньше Проныре не встречался. Но мало ли на свете произношений? А Макс тем временем продолжал:
        - Мы сейчас не станем обсуждать того, ради чего оказали всем вам свое гостеприимство. Сейчас мои ребята помогут вашим людям устроиться на ночлег. Предупреждаю сразу, продовольственных магазинов поблизости нет. Все продукты, мы будем завозить сами. Сейчас же, когда вы все расположитесь, мы обеспечим вам питание готовыми обедами. Так же будет и с ужином, да и завтраком тоже. Потом, кто хочет, может готовить для себя, то что привык есть. Но это по желанию. Еще предупредите людей о том, что территория пансионата охраняется и выходить за обозначенный периметр нежелательно. Далее, то имущество и оборудование, что вы привезли с собой, сейчас разгружается на терминале и будет вывозиться в наши хранилища. Поэтому вопросы по нему, можно будет задавать позже. И еще, с завтрашнего дня, с вами будут работать наши дознаватели. Предупредите своих людей, пусть не беспокоятся. Это обычное собеседование с иммигрантами.
        - Макс! Как можно будет связаться с Вами, если возникнет в этом нужда?
        - Вообще то, в каждом коттедже, есть стационарные средства связи. Это внутренняя связь. Вот по ней ко мне и обращайтесь. Именно ко мне, ибо наши люди, отвечать на ваши вопросы не будут. Пытаться связаться с кем-либо по вашим коммуникаторам, я не советую. Во-первых, здесь другие стандарты связи, во- вторых, не стоит вам афишировать свое присутствие. Вы конечно, сейчас под нашей защитой, но все-таки не надо никому создавать проблем.
        После такого инструктажа, началось вселение беглецов в коттеджи. В принципе, здесь было все понятно, один дом - одна семья. Но не обошлось и без курьезов. Доктор Вернер, как и его ассистентка Марта, были холостыми. И когда каждому из них досталось по коттеджу, Марта начала протестовать. Она потребовала, чтобы ее поселили непременно в одном доме с Вернером, заявляя, что быть одной в доме, в незнакомом месте, ей просто страшно. Что она вполне привыкла к обществу доктора Вернера и совершенно не способна ему помешать, что в конце концов, она ведь всегда помогала доктору на работе и не видит ничего плохого в том, что будет заботиться о его бытовых удобствах. Скандал, затеянный Мартой, несколько снял то напряжение, которое испытывали невольные переселенцы. Охранники, весело смеясь, что то начали говорить на незнакомом языке. Макс же, вопросительно посмотрел на Вернера. Тот в ответ сперва пожал плечами, а затем утвердительно кивнул.
        - Можете вселяться к уважаемому доктору, госпожа…
        - Краус, господин Макс. Пока что Краус!
        Услышанный ответ вызвал новые раскаты смеха, причем не только у охраны, но и у самих путешественников. А довольная достигнутым, Марта Краус, подхватила свое имущество, легко поместившееся в дамской сумочке, уверенно направилась к дому, в котором собралась поселиться. Злой как черт Вернер, направился следом.
        А на следующий день, началось обещанное собеседование.
        Проводить собеседование, приехала довольно представительная компания и в количестве достаточном, чтобы беседовать со всеми одновременно. Проводилось собеседование, прямо на дому. Ганс, наметанным глазом определил, что приехавших вести опрос людей, можно смело разделить на несколько групп. Были среди приехавших те, кого смело можно было отнести к "ботаникам". Эти сразу, с места в карьер разбежались по домам, которые занимали ученые. Другая группа - эти походили на школьных учителей. Причем не на чиновников от образования, а на тех учителей, которые ежедневно работают с детьми. Третья группа, скорее всего, были настоящими чиновниками. Они сразу занялись опросом домохозяек. А вот последняя группа, эти пришли явно по душу Ганса и его людей. "Учительница", беседовала в соседней комнате с детьми Ганса, а с его женой какой-то социальный работник. С Пронырой беседовал тип с настолько невыразительной внешностью, что опытный человек, быстро поймет, что перед ним служащий полиции. Впрочем, беседа проходила в спокойной, доброжелательной обстановке. Полицейский, так и не представившийся, кстати, задавал
вопросы, согласно лежащей перед ним распечатке вопросника. Фиксировал ответы на планшете и продолжал задавать очередные вопросы. Такую манеру ведения допроса, Проныра знал прекрасно. Среди десятков безобидных с виду вопросов, находятся несколько таких, ответы на которые и будут интересны по-настоящему. Он тоже, умел вот так же, беседуя с настороженным человеком, говорить на безобидные темы, время от времени, вплетая в узор беседы нужные ему вопросы. Сейчас полицейскому, важно было выделить в беседе те моменты, в которых "клиент" начинает давать явно противоречивую информацию. Ганс это знал и не на секунду не терял бдительности. Главная особенность вот таких работников ему была известна. Уцепившись за сомнительные фрагменты данных показаний, он уже не успокоится, пока не прояснит для себя всю картину. Это просто стандартная манера работы любой полиции. Ну и что, что сейчас они вежливы и корректны? Будет нужно - дойдет очередь и до грубости. Так, в беседе-допросе, прошло все время до ужина. То, что собеседование с ним, его женой и детьми, закончилось практически одновременно, ничего удивительного не
было. Просто, хорошо отработанная стандартная процедура знакомства. Потом "гости" попрощались и ушли, а семья, наконец то приступила к ужину. Когда ужин подходил к концу, в прихожей запищал домофон. Подошедший к нему Ганс, увидел на видео, стоящую у входа заплаканную Марту.
        Открыв дверь, он спросил:
        - Марта! Что случилось? Почему ты плачешь?
        - Ганс! Десять минут назад, они арестовали Курта и куда-то увезли!
        - Марта! Пройди в дом. Сейчас я все выясню.
        Проводив Марту в холл и оставив ее на попечение жены, Ганс вызвал по стационару Макса.
        - Макс! Мне сообщили, что какие то люди, арестовали и увезли Курта Вернера.
        - Ганс! Не стоит поднимать панику. Я в курсе происходящего. Ничего плохого ему не сделают. Видимо возникла нужда, задать такие вопросы, которые задают конфиденциально. Поговорят с ним и отпустят обратно. И еще, Ганс, я советую никому из вас не делать глупостей. Ни к чему хорошему это не приведет. И постарайся успокоить людей.
        - Что мне людям говорить?
        - Скажи, что ничего плохого их не ожидает. Скоро вы все необходимое узнаете. До связи!
        Нельзя сказать, что Ганс успокоился. Что то произошло такое, что заставило местные власти нарушить собственный порядок. Вот только что? Как успокоить людей? Что им сказать.
        На следующий день, пансионат напоминал разворошенный муравейник. Тихо, когда вполголоса, а когда и шепотом, все обсуждали неожиданную сенсацию. Охрана, теперь была на виду и от вчерашней приветливости, не осталось и следа. Правда, доставка продуктов произошла вовремя.
        "Что же случилось такое, что местные встали на дыбы?" Ганс как мог, успокаивал доверившихся ему людей, но не особо успешно. День прошел весь в тревоге, а вечером, приехали уже за Пронырой.
        ТЕРРИТОРИЯ СКЛАДСКОГО КОМПЛЕКСА.
        Первыми на территорию складского комплекса, доставили под охраной четыре контейнера, на которых стояла пометка "Живой груз". Что это за груз, в сопроводительных документах не указывалось. Правда пометка об опасном характере груза тоже отсутствовала. Тем не менее, специалисты из Санитарного Надзора, вместе с эпидемиологами присутствовали. А еще, были "те, кому положено". Когда открыли контейнер, взору присутствующих предстал закрытый прозрачный бокс, вместе с автономным источником питания и установкой жизнеобеспечения. Внутри бокса, на кушетке, лежал зафиксированный мягкими лямками мужчина, в паутине проводов, идущих от контрольно-диагностической аппаратуры и трубочек, идущих от капельниц.
        - Внимание! Всем стоять на месте! Одеть защитную одежду! Ничего не трогать! Определить степень биологической опасности! Приготовиться к открытию бокса!
        - Экспресс-анализ никакой опасности не показывает! - доложили через полчаса специалисты.
        - Погодите, там стоит контрольно-диагностическая аппаратура! Нужен врач общего профиля.
        - Хорошо, Вызываем и ждем. А пока займитесь другими контейнерами.
        Вскрытие других контейнеров ничего нового не дало. Там тоже были люди. Всего было в наличии четыре человека. Двое мужчин и двое женщин. Возраст 25 - 30 лет. Физически развиты нормально.
        Спустя час, подъехала машина с целой бригадой врачей. Видимо медики, получившие невнятные объяснения от вызывавших, решили перестраховаться, от греха подальше. Вид диагностической аппаратуры, незнакомого дизайна, сперва вызвал небольшое замешательство. Но затем, придя в себя, разобрались с управлением.
        - Здоровье пациента в норме! Можно приводить его в сознание?
        - Приводите!
        - Остальных тоже привести в сознание?
        - С ними пока обождите. Нужно посмотреть, что с первым произойдет.
        Началась суета вокруг первого пациента. Действовали медики не спеша и очень осторожно. Прошло достаточно много времени, прежде чем пациент открыл глаза. Сперва взгляд его был блуждающим, затем стал осмысленным.
        - Пациент, как Вы себя чувствуете? - действуя на автомате, будничным тоном спросила врач.
        Взгляд мужчины отразил целую гамму чувств: настороженность, недоумение, изумление…
        - Вам не плохо? Может Вас что-нибудь беспокоит? - врач не заметила, что задает вопросы не на интерлинге, а на родном языке.
        - Вы кто? - задал вопрос мужчина, причем на том же языке. Правда, произношение слегка различалось.
        - Я Ваш врач. Скажите, с Вами все в порядке?
        - В порядке доктор, в порядке… Господи! Велика воля Твоя! Сам себе не верю… Доктор, как Вас зовут?
        - Валентина! С вами точно все в порядке?
        - Порядок родненькая! Порядок! Если даст Господь мне дочку, я ее Валюшкой назову!
        Тут до окружающих начало доходить, что потрясло мужика. А он продолжил:
        - Кто бы мог подумать? Свои! Русские! Истину сказывал отец Онуфрий, что народ возлюбленный Богородицей никому не дано стереть с Лица Земли!
        ШТАБ ДНД. СПУСТЯ ДВОЕ СУТОК.
        Курт Вернер не имел того опыта и той выучки, которыми обладал Пройдоха. Произошедшее с ним, повергло его в нешуточный шок. Еще бы, такой резкий переход! Первое собеседование, с ним проводили коллеги, люди понятные и оставившие о себе хорошее впечатление. В ходе приятной беседы, не только хозяева старались составить верное мнение о собеседнике. Вернер тоже пытался понять, с кем ему возможно, предстоит работать в дальнейшем. Тут уж Вернер играл на своем поле. Пусть хозяева не знали многого из того, что знали ученые Сообщества, Вернер не считал, что это имеет большое значение. Знания - дело наживное. К тому - тупице они все-равно ничего не дают. Главное - иметь соответствующие качества. К радости Вернера, те кто с ним беседовал, были действительно учеными, а не остепененными идиотами. Уж это определяется легко. Беседа мгновенно свернула с намеченной ранее колеи, на вещи, интересные собеседникам. А впрочем, смысла не было опрашивать по намеченному ранее плану. Хозяевам не потребовалось много времени, чтобы понять, что перед ними не рядовой научный сотрудник, а очень талантливая личность. И почему бы
тогда не поговорить о высоком? Расстались они очень неохотно, довольные беседой и предвкушая удовольствие от будущего сотрудничества. Марта, с которой проводили беседу вовсе не коллеги, а работницы социальных служб, тоже осталась довольной проведенным временем и тем, что удалось узнать о предстоящей жизни на новом месте. Она уже предвкушала, как поделится с Куртом новостями, когда судьба внезапно состроила очередную гримасу. Пришедшие за Куртом парни, настроены были вовсе не доброжелательно.
        - Курт Вернер? Собирайтесь! Принято решение, задать Вам ряд вопросов в другом месте. Извините, но здесь, задавать вопросы неуместно. Все необходимое узнаете там, куда мы проследуем. Госпожа Краус! Можете не волноваться. Ничего плохого мы Вашему другу не сделаем. Он просто ответит на ряд вопросов. Когда вернется? Мы на этот вопрос сейчас ответить не можем. Вы все узнаете в свое время.
        После этого, Курта вывели на улицу и посадили в обычную машину. После продолжительной дороги, они приехали не в очень крупный город, застроенный малоэтажными зданиями. Остановилась машина, возле архаичного вида здания. Его провели внутрь здания и поселили в изолированном помещении с металлическими решетками на окнах. Здесь предстояло ночевать. Так доктор впервые в жизни познакомился с узилищем. Хотя, находившаяся в комнате кровать, была вполне удобна, а усталость чувствовалась, заснуть не вышло. Промучившись всю ночь без сна, Курт несмотря на душ и принесенный завтрак, чувствовал себя неважно. А потом его привели на допрос.
        Комната, куда привели беднягу-доктора, зловещего впечатления не производила. Обычный рабочий кабинет, такой же, какой бывает у того же служащего коммунальной службы. И люди, находящиеся в кабинете, не внушали страха. Обычные люди, совсем не похожие на тех полицейских, которые украшают популярные сериалы. Впрочем, Курт никогда не имел дело с полицией, а сериалы если и видел, то только мельком. Тем временем, сидящий за столом, напротив входа, господин, начал разговор:
        - Господин Вернер? Прошу Вас садиться напротив меня.
        Курт сел в кресло, стоящее как раз напротив стола заговорившего, а тот продолжил:
        - Позвольте представиться. Я, Алексей Михайлович Быстрицкий, следователь, которому поручено вести Ваше дело. Слева от Вас, находится представитель Инспекции Этического Надзора. Зовут его Никита Андреевич Соколов, - следователь кивнул на сидящего слева, мужчину, одетого в строгий деловой костюм.
        - Впрочем, Никита Андреевич, пока, что к Вам вопросов не имеет. Они у него появятся, только в том случае, если у меня с Вами ничего не выйдет. Сейчас он присутствует здесь чисто из любопытства, и возможной экономии своего времени. Чтоб не тратить его потом, на изучение Вашего дела. А справа от Вас, на диванчике, сидит Станислав Григорьевич Кацман. Он - врач. Находится здесь только потому, что речь здесь пойдет о медицине, вот Станислав Григорьевич и взялся консультировать нас по всем непонятным вопросам.
        - Скажите, а где здесь адвокат? - спросил слегка воспрянувший духом Вернер.
        - Присутствие адвоката во время следствия, нашими законами не предусмотрено. У нас просто нет никаких адвокатов. Виновных в совершении преступления, на суде защищает тот школьный учитель, который учил и воспитывал подсудимого. Впрочем, так как Вы окончили школу не у нас, то защищать Вас на суде будет Ваш коллега-врач. Если конечно у него появится такое желание. Увидите его на суде. Если только попадете туда.
        После последней фразы следователя, Вернеру стало не по себе. А следователь перешел от слов к делу. Первые вопросы были заданы только по установочным данным самого Курта и являлись не более, чем протокольной формальностью. Сказанное вслух, компьютер отражал на экране монитора уже в виде оформленного текста. Сам монитор, был двухсторонним, поэтому выведенный на экран текст, могли одновременно прочесть и следователь, и подследственный. Покончив с формальностями, следователь задал первый вопрос по интересующей его теме:
        - Господин Вернер! Только что Вы говорили о своем медицинском образовании. Вы принимали Клятву Гиппократа?
        - Господин следователь! Я не понимаю, о чем Вы спрашиваете. Я занимаюсь только медициной, а не какими-то мистическими бреднями.
        - Погодите, Вы как врач, просто обязаны принять эту клятву.
        - Извините, но ничего подобного, ни во время учебы, ни во время работы, я не делал. Я даже не понимаю, почему я должен, что-то кому - то обещать против своей воли! Ведь клятва, это архаичное название обещания? Я прав?
        Реакция присутствующих была разной. Соколов - остался невозмутимым, Быстрицкий - выглядел как человек, который обнаружил на привычном ранее месте, незнакомый предмет. Кацман - вот он был изумлен, и изумления своего не смог скрыть. Более того, он вмешался в процедуру допроса:
        - Вы действительно не знаете о Клятве Гиппократа?
        - Представьте себе, я только сейчас услышал о ней! И совершенно не понимаю, почему меня о ней спрашивают!
        В разговор снова вступил Быстрицкий:
        - Станислав Григорьевич! Вы задали правильный вопрос, но не забывайте, пожалуйста, что следствие веду все-таки я. Кстати, ознакомьте господина Вернера, с содержанием данной клятвы.
        Кацман, чуть помедлив, не спеша, начал произносить внимательно слушавшему его Вернеру, слова древней клятвы. При этом, сразу становилось понятно, что слова эти, он выучил наизусть, а потому, в письменном источнике, нисколько не нуждается. Произнесенный текст, произвел на Вернера сильное впечатление, но он по-прежнему не понимал хода мыслей следователя.
        - Господин следователь, я впечатлен! Но какое ко мне касательство, имеют ваши местные правила?
        - Вернер! Вы видимо не понимаете, во что вляпались. То, что Вы не знаете тех законов, которые нарушили, вовсе не освобождает Вас от ответственности за их нарушение. Вы нарушили не какие то "местные правила". Вы нарушили те законы и конвенции, которые принимались ВСЕМ, я подчеркиваю, ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ. И эти правила, до сих пор никто не отменял. То, что Вас не судили за это на Земле, вовсе не значит, что вам простят эти грехи на территории Русского Мира!
        - Но в чем конкретном меня обвиняют?
        - В том, что Вы проводили опыты над людьми! Причем неоднократно и даже на постоянной основе.
        - Но господин следователь, медицина, как и любая наука, основана именно на опытах!
        - Вы правы Вернер! Без опыта - нет науки. Но есть одно обстоятельство, которое и отличает науку от преступления. Вы ставили опыты на людях, которые не дали добровольного согласия, на принесение себя в жертву науке. Вы и сейчас, прибыв к нам, притащили с собой "подопытный материал". Видимо, Вы надеялись продолжить свои опыты у нас.
        Быстрицкий помолчал немного, а затем произнес следующее:
        - Вернер, судьбу Вашу, окончательно буду решать не я. Я только готовлю тот материал, на основании которого, умные люди, решат, что с Вами делать. Лично я, советую говорить мне правду, только правду и ничего кроме правды. Если я приду к выводу, что Вы врете или юлите - я запрошу разрешение, на применение особых методов следствия. Тогда Вы мне расскажете все, что я захочу услышать. Но те, кто будет принимать по Вам конкретное решение, совсем не лояльны к людям, из которых признание пришлось выбивать. Я советую Вам, все это принять к сведению и вести себя правильно.
        - Господин Быстрицкий! Вот Вы говорите о соблюдении правил, о наличии которых забыли даже образованные люди. Но как тогда смотреть на Вашу угрозу, применить пытки? Разве это законно?
        Вместо Быстрицкого, ответил Соколов:
        - Видите ли, господин Вернер, я как человек, занимающийся вопросами этического надзора, отвечу Вам так: Закон не может быть единственным орудием справедливости. Есть еще принятая в обществе мораль. А она говорит о том, что нельзя причинять зла тому человеку, который пришел к тебе с чистой душой. Вы, и ваши люди, пришли к нам, чтобы получить защиту своей жизни и свободы. Мы приняли вас. Мы плюнули на те неприятности, которые может принести нам, подобное решение. Но приняв вас, мы должны быть, уверены, что не пригрели на груди змею. Сейчас, когда мы обнаружили, что лично Вы, жили неправедно и творили злые дела, мы требуем от Вас, объяснить свое поведение. Мы караем нарушителей закона и морали, но мы же, считаем, что человека, искренне осознавшего, что жил неправильно, нужно не наказывать, а исправлять. Но первым признаком осознания, мы считаем искренность. Если Вы расскажите все, о чем мы спросим, если Вы это сделаете без принуждения, значит, мы сможем вывести Вас из под действия законов. Но если Вы будете что-то скрывать, и нам придется принудить Вас к даче правдивых показаний, то погубите не
только себя, но и тех людей, которые Вам доверились. Ибо только врагам есть, что скрывать от приютившего их.
        НЕМЕЗИДА. ЦАРЕВ-ГРАД. РЕЗИДЕНЦИЯ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА.
        Комната, где действующий ныне император Всея Руси Константин Третий из династии Вороновых, проводил совещание, воображения не потрясала. Те, кто строил резиденцию правителя Немезидской Руси, стремились не потрясать воображение посетителей представительской роскошью, а создать условия для плодотворной работы. К тому же, в начальную эпоху освоения планеты, народ-изгой не мог себе позволить архитектурные изыски. А императоры не стремились вызывать на свою голову, гнев людей, не имеющих зачастую самого необходимого. Основатель правящей ныне династии, старался подавать своим поданным пример скромности и воздержанности. Он вообще не имел постоянного пристанища, и не брезговал ночевать в сооруженных на скорую руку времянках. Преемники его, когда обстановка стала не столь напряженной, как в начале колонизации планеты, постоянной резиденцией обзавелись, но и они предпочли жить в строении, ничем не отличающимся от дома, справного хозяина. И даже когда в обществе образовался необходимы для комфортной жизни достаток, владыки предпочли, чтобы их упрекали в отсутствии приличного царям дворца, чем в грабеже
своего народа. В общем, главный принцип, который сформулировал основатель династии "Самим не борзеть, и другим не давать", был пока что в ходу. Такой же подход, господствовал и среди высших руководителей государства. И не потому, что здесь собрались ангелочки, а потому, что от народной поддержки, слишком многое зависело.
        Сейчас, в указанной выше комнате, происходило совещание. Присутствовавшие здесь помимо императора, князь-кесарь Крылов и канцлер Лукашевич, внимательно слушали докладчиков: начальника Тайной Канцелярии Ежевского и председателя Государственного Комитета по научным изысканиям Беляева.
        В данный момент докладывал Ежевский.
        - Ваше Императорское Величество! Три месяца назад, на наших людей, курировавших экспорт продукции, вышли представители криминальной группировки Энтони Фроста, более известный в криминальной среде, как "сеньор Антонио". Просьба этого мафиози была несколько необычной. Он просил о предоставлении убежища группе ученых с Земли, которым угрожала физическая расправа со стороны одного из крупнейших олигархов Сообщества. В дополнение к ученым и их семьям, убежища просили также сотрудники службы безопасности научного центра. После проведенной проверки, когда мы убедились, что речь идет действительно о том, что просили, я дал согласие на оказание содействия в проведении эвакуации. Полторы недели назад, беженцы были доставлены в складскую зону той фирмы, которую контролировал "сеньор Антонио". В тот же день, они были вывезены в один из городков, который находится под охраной наших сотрудников. На следующий день, мы, совместно с научниками и сотрудниками Социальных служб, было организовано ознакомительное собеседование с прибывшими людьми, в ходе которого мы убедились, что они действительно те, о ком мы
договаривались с криминальными деятелями.
        Все было нормально, но вечером произошло ЧП. Среди привезенного беженцами имущества, были контейнеры с "живым грузом". Когда их вскрыли, то обнаружили живых людей! И эти люди, были подопытным материалом доктора Вернера!
        - Эти люди, сознавали, кем они являются? - спросил князь-кесарь.
        - В том то и дело, что они ясно понимали это! Но их сделали подопытными животными, когда они были в бессознательном состоянии.
        - Тогда в чем проблема? Людей отдать нашим медикам, а с "несчастными беженцами", поступить по закону, - выразил свое мнение Лукашевич.
        - Ваше Высокопревосходительство! Здесь не все так просто, и рубить с плеча мы не стали. Первое, что нас удивило - все подопытные были русскими людьми.
        - Что? Ежевский, Вы не ошиблись? Откуда они взялись? Вы уверены, что они ранее не числились у Вас пропавшими без вести?
        - Ваше Высокопревосходительство! Вот уже 30 лет прошло с тех пор, как мы зафиксировали последний случай пропажи без вести. И это был один человек. А тут четверо и все младше тридцати лет! Притом, двое из них женщины!
        - Хорошо, у нас не пропадали. Но Вы уверены, что это настоящие русские, а не подсылы? - тут уже влез в разговор и сам император.
        - Ваше Императорское Величество! Эту версию мы тоже отработали. Но первое, что ей противоречит, так это тот говор, на котором беседовали бедняги. Это не акцент! Это живой русский говор, причем в двух разных вариантах. Сотрудники господина Беляева именно такое заключение нам и выдали. Александр Михайлович! Доложите, пожалуйста, о Ваших выводах.
        - Ваше Императорское Величество! - Беляев откашлявшись, продолжил:
        - Наши специалисты, во время собеседования, проанализировали речь "подопытных" и пришли к выводу, что это не ошибки в произношении, да еще в двух вариантах. Это образцы живого русского языка, который мог быть в ходу в двух изолированных местах. Впрочем, Порфирий Прокопьевич, все Вам разъяснит.
        Ежевский продолжил дальше:
        - Когда мы проводили расследование, то нами были допрошены, как обитатели боксов, так и профессор Курт Вернер, производивший опыты над этими людьми. В дополнение, нами был допрошен, начальник службы безопасности в лаборатории Вернера, Ганс Краммер, по прозвищу Проныра. Показания всех фигурантов, не противоречат друг другу.
        - С вашего позволения! - обратился к императору князь - кесарь, и получив согласие, выраженное кивком, потребовал:
        - Порфирий Прокопьевич! Вы можете не мучить нас забавными интригами? Доложите, пожалуйста, коротко. Чем все закончилось?
        - Ваше императорское Величество! Ваше Величество! Ваше Высокопревосходительство! Коротко не выйдет, но доложу самую суть. Двое фигурантов, Михаил Коробов и Мария Сидорова. Это уцелевшие боевики Русской Православной Общины. Община эта, располагалась в глухих местах сибирской тайги на реке Вилюй. Долгое время, община не обнаруживала своего присутствия, пока на нее случайно не наткнулись изыскатели-экологи. Уничтожать невинных людей, община не стала, что и послужило причиной ее гибели. Так как они не захотели интегрироваться в чуждое им общество, то Сообщество направило против них карателей. Большинство дееспособных общинников, погибло в боях. Оставшиеся, совершили самосожжение в храмах. Сами Михаил и Мария, получили приказ от лидеров общины, вырываться с несколькими людьми за кольцо блокады. Целью прорыва, было спасение книг и учителей. В дальнейшем, они должны были выйти на подпольщиков, которые снабжали общину всем необходимым и поставляли сведения о внешнем мире. В ходе прорыва, Михаил и Мария были тяжело ранены и в бессознательном состоянии попали в лабораторию доктора Вернера.
        Два других фигуранта, Джон Девяткин и Фатима Носик, состояли в том самом Русском Подполье. Они как раз и были почти натурализовавшимися русскими людьми, из которых и состояла агентура Общины. Они, подозревают, что стали жертвой предательства и в плен попали после оказанного сопротивления, будучи в тяжелом состоянии. И они тоже оказались в лаборатории доктора Вернера.
        Проверяя данные показания, мы допросили сперва доктора Вернера, а затем Ганса Краммера. Те не только подтвердили сказанное несчастными, но и рассказали такое, что мы вынуждены были обратиться к людям уважаемого Александра Михайловича. Впрочем. Дальнейшее он доложит гораздо лучше меня, если Вы Ваше Императорское Величество дозволите.
        - Докладывайте, Александр Михайлович!
        - Ваше Императорское Величество! После извлечения из боксов, первичное освидетельствование пациентов, проводилось обычной бригадой "Скорой Помощи". Так как пациенты, все без исключения жаловались на раздвоение сознания, к освидетельствованию были привлечены психиатры. Предполагаемое диссоциативное расстройство личности, у пациентов обнаружено не было. Все психиатры сошлись во мнении, что в телах пациентов, присутствуют сразу две, а у Джона Девяткина три вполне нормальные личности. После этого, врачи обратились к нам, с просьбой исследовать сей феномен. Я не знаю, к какому выводу могли придти наши специалисты, но тут поступила информация о результатах допроса доктора Вернера. Оказалось, что сей фрукт, работал над одним из направлений получения бессмертия. Основной идеей экспериментов Вернера, была попытка подсаживания сознания донора в тела живых реципиентов. Так как извлечь неповрежденное сознание из тела живого человека не получалось, Вернер наловчился, улавливать сохраненное самой природой сознание давно умерших людей. Ради этого, он научился находить соответствующие аномальные зоны, где
захороненные люди не расставались со своим сознанием. Звучало дико, но Вернер брался прям при нас повторить подобный опыт, на том оборудовании, что прибыло вместе с ним.
        - И что получилось в результате опытов? Вернее, чьи персоны пересадили беднягам?
        - Начну по порядку. В Михаила Коробова, было вселено сознание полковника Российской армии Михаила Делягина. Умер от рака. Последняя занимаемая должность - начальник штаба мотострелковой бригады.
        В тело Марии Сидоровой, вселено сознание погибшей на Великой отечественной войне, наводчицы расчета зенитного орудия Екатерины Житковой.
        В тело Фатимы Носик, вселено сознание погибшей в результате нападения хулиганов, учительницы немецкого языка, Ленни Кляйн.
        Но самый интересный случай произошел с Джоном Девяткиным. Вернер, сам того не подозревая, вселил в него сознание сразу двух личностей. Первая личность, отставной капитан Советской Армии Аверков Руссиян, погибший во время войны сербов с американцами. А вторая личность, никто иной, как Субудай-багатур. Это оказывапется полководец Чингиз-хана и Батыя! Причем, их сознание, частично слито было, еще при жизни Аверкова.
        Глава 7
        СЕВЕРНЫЙ ОКЕАН. ОСТРОВ БЕЛЫЙ. ВИЛЛА РОМУАЛЬДА СОБАКА.
        Ромуальд Собак, самые важные в своей деятельности решения, предпочитал обдумывать именно на построенной еще его предком вилле. Здесь никогда не проводились публичные мероприятия и даже покойная жена ни разу не ступала на землю этого острова. Покойницу до самой смерти мучили подозрения, что муженек здесь просто развлекается с молоденькими шлюшками, но она предпочитала держать свои подозрения при себе. Да и напрасны они были. Ромуальд не нуждался в подобной конспирации. Со шлюхами он развлекался в совершенно других местах. Более того, сюда никогда не приглашалась даже близкая родня. Только наследник его дела, мог однажды ступить на этот остров. Но с персоной наследника хозяин пока еще не определился. Потомков хватало, но сыновья с дочерьми, равно как и внуки с внучками, по мнению Ромуальда, на эту роль подходили мало. Сейчас, следовало определить, кто из правнуков более всех достоин стать наследником немалых капиталов. И тянуть с этим больше не следовало. Вчерашний разговор с советником по вопросам экономики, задел Собака-старшего нешуточно.
        Умница Раджив Сингх, никогда не давал непродуманных советов и прогнозы сделанные им всегда были точны. А значит, сказанное им, можно смело принимать в расчет. И потому, Раджив был тем, кто получил право приезжать на эту виллу без предварительного приглашения. Вчера, явившись без приглашения, Раджив завел речь о дальней пока перспективе:
        - Когда я был еще совсем молод и только начинал свою карьеру, мой шеф и наставник профессор Хань, говорил, что не стоит рассматривать экономику только через призму перемещения капиталов или активов. "Основой экономики, сынок, являются люди. Хороший экономист учтет даже известные ему людские капризы. Почаще смотри на людей и ты поймешь, что ожидает твою фирму в будущем".
        - Раджив! Я слышал это от тебя более ста раз. Обычно ты это говоришь перед тем, чтобы озадачить меня новой проблемой. Так говори же, не томи! Переходи сразу к делу!
        - Хорошо! Вот тебе цифры: население планет Демократического Сообщества, составляет двенадцать миллиардов человек. Население Империи Чжунхуй составляет девять миллиардов человек. Население карантинных планет составляет семьдесят миллионов человек, из них пятьдесят три миллиона приходится на Немезиду.
        - Погоди! На Немезиде еще недавно было тридцать два миллиона человек…
        - Уже Роммуальд, уже! Ты посмотри статистику что обработали наши ребята.
        - Ты хочешь сказать, что русские стали размножаться как кролики?
        - Да нет, просто сведениями они с нами не делятся. Это просто последствия ограниченного обмена информацией.
        - Ладно, надеюсь, что это не доставит нам проблем? Да будь их хоть миллиард, планеты хватит чтобы их разместить. А в космос им дороги нет…
        - Ромуальд, я советую выслушать меня до конца.
        - Ладно, излагай!
        - Проблема в том, сколько людей заняты обеспечением благополучия всего этого поголовья. Сельское хозяйство можем не считать. Оно везде высокопродуктивно и голод человечеству не грозит. А вот в промышленном производстве цифры такие: сто миллионов в Сообществе и столько же в Империи. Карантинные планеты - это сфера влияния Сообщества поэтому я и считаю их в составе Сообщества. Есть еще те кто занят в сфере управления. Есть развитая сфера услуг, есть наука… но это не более 6% населения. Все остальное население - это дармоеды. Бесполезные пожиратели ресурсов. Что у нас, что в Империи. Они одним своим наличием тормозят всяческий прогресс. Ресурсов на расширение ареала обитания не хватает. Колонизация затормозилась. Никто не хочет осваивать новые миры. Зачем? Людям и так неплохо живется. Но это еще не главная беда. Господствующая верхушка тоже размножается, а доля прибыли, приходящаяся на каждого члена этих семей постепенно падает. И первопричина всего - стада дармоедов, не желающих никак участвовать в дальнейшем развитии, но желающих хорошо жить. И это характерно и для нас, и для Империи.
        - Ты считаешь, что наступило время Большого Передела?
        - Еще нет, но оно уже стучится в нашу дверь.
        Ромуальд задумался. Вера в интеллект и интуицию Раджива, его не подводило никогда. Именно поэтому, в немалой степени, если не считать собственных деловых качеств, его корпорация занимала устойчивые позиции не только на местном рынке.
        - Что по твоему мнению будет предпринято? Тотальный геноцид? Разборки внутри Семей?
        - Будет масштабная война. Кто из двоих игроков ее развяжет, я еще не уверен. Но я бы поставил на Чжунхуев. У них соблазны более сильные.
        - Продолжай!
        - Война, это прекрасная причина для того, чтобы провести необходимые изменения в обществе и избежать при этом беспорядков. Просто так не получится взять и заставить дармоедов работать, а принудительный труд во время войны - это естественная мера. Обоих игроков вполне устроит ничейный результат этой войны. Главный эффект, который от этого ожидается - резкое увеличение доли населения занятого производительным трудом.
        - Значит, населению захваченных планет…
        - Грозит принудительный труд на захватчика. Рабство. Впрочем и на нетронутых войной планетах, рабы тоже появятся.
        Так, а ведь советник высказал еще не все. То, что Семьи не упустят случая ограбить планетарные элиты, это теперь было понятно и так. И спрятать капиталы не выйдет: Семьи контролируют все финансовые потоки. Вопить на весь свет тоже бесполезно. Государственные, силовые и общественные структуры, под колпаком у Семей. И единственное, чего ты добьешься - увеличишь число грабителей. Омертвлять капитал, вкладывая его в ликвидную недвижимость, тоже не получится. Это быстро отследят и конфискуют под любым предлогом. Во время войны, обвинения в чем угодно никто проверять не будет. Лечь под противника? Так ведь там свои Семьи и лично ты, им не очень то и нужен. Да и не пустят они чужака в свой круг. А грабить они умеют не хуже.
        - Раджив, ты бы на кого поставил как на победителя?
        - На чжунхуев. Я не знаю, сумеют ли они выиграть войну, но на первом этапе преимущество будет за ними. И тебя это коснется более, чем кого либо. Ты ведь у нас самый богатый человек на Немезиде.
        - Значит, первый удар придется по нам? Почему ты так решил?
        - Простые цифры. Из 100 миллионов людей, занятых в сфере товарного производства, миллионов 30 находится здесь, на Немезиде.
        "А ведь тогда дела и вовсе плохи. Если чжунхуи овладеют Немезидой, то это сразу увеличит их возможности на тридцать процентов. И сразу они начнут превосходить Сообщество, по производственным показателям почти в два раза. Сообщество свалить не так то просто и со временем, применив принудиловку, они выровняются с Империей. Проблема здесь в другом. Чжунхуев русские конечно ненавидят, в свое время они тоже чистили Землю от них, но за прошедшее время они не мозолили тут глаза. А ведь русская верхушка может попытаться вступить с чжунхуями в торг. Много они не выторгуют, но положение русских может улучшиться. Впрочем, они в такой же торг могут вступить и с Сообществом. Вся промышленность здешняя находится в их руках. А это козырь. Льготы в обмен на лояльность".
        - Ты не прикидывал, как поведут чжухуи, оккупировав Немезиду?
        - Два варианта. Первый, они вводят у нас прямое управление во всех сферах жизни, насаждая свою администрацию. Силой подчиняют русских и заставляют работать на себя. Второй вариант: они просто договариваются с русскими и оставляют их в покое, становясь просто заказчиком для их промышленности. Я бы на их месте выбрал второй вариант. Так меньше хлопот, а рабов поискал бы на других планетах. Зачем вмешиваться в работу того, что и так прекрасно работает?
        Здесь, пожалуй, Сингх прав. Чжунхуи не дураки. Считать они умели всегда. Скорее они постараются найти с русскими компромисс, ибо тем жертвовать собой ради благополучия Сообщества, причин нет.
        "А вот нам придется туго. Чжунхуям мы не нужны. Все наше благополучие базировалось на посреднических операциях. Мы сидели на мощном товарном потоке, получая процент со сделок. Но ведь Империя может работать с русскими напрямую, значит мы лишние. Убери нас, уменьшатся и "ножницы" в ценах. Русские за свои товары получат более дорогую цену. А чжунхуи, наоборот, купят их по более дешевой. Дешевле, чем покупало у нас Сообщество. А значит, первыми рабами будем мы. Я конечно могу заранее уехать отсюда и вывести свои капиталы из местных сделок. Кто-то поступит также, но не все. Вот им и придется несладко. Но, черт с ним с быдлом. Мне бегство тоже не облегчит судьбу. Если у Сообщества будут неудачи, то Семьям надо кого-то в них обвинить. А мы как на грех, с русскими этнически близки. Очень просто, обвинить нас в сотрудничестве с Империей. Кто будет разбираться, что мы не русские а россиянцы? Толпе это безразлично. И к тому же хороший повод, чтобы лишить нас и капиталов и имущества. Видимо с нас и начнут ограбление планетарных элит".
        - Зная тебя, думаю что ты и выход придумал, - Собак старался в разговоре выдержать нейтральные интонации.
        - Предложи себя русским! Я знаю, что вам договориться с ними тяжело, вы им ненавистны более, чем кто-либо. Но от разговора с самым богатым на планете человеком, они не откажутся. Только подумай, чем ты им можешь оказаться полезен. Просто деньги, которые завтра отнимут Семьи, им не нужны. Постарайся, чтобы им нужен был именно ты сам. Больше я ничего не могу сказать, ибо не представляю, чем ты их можешь заинтересовать. Но запомни, в этой ситуации, они могут выиграть больше других, если примут правильную стратегию действий. А пока, я с твоего согласия пойду отдохну.
        СПУСТЯ СУТКИ.
        "Все-таки Раджив умница и времени даром не терял", - подумал Собак, заканчивая читать прибывшую по почте аналитическую записку. В ней Раджив кратко и доходчиво изложил ситуацию, которая была на сегодняшний день в так называемом Русском Мире. Впрочем, часть сведений из этой записки Ромуальд знал и раньше. Он ведь не просто так оказался на Немезиде. Происходя из семьи потомственных россиянских правозащитников, он знал раннюю историю появления своей семьи на этой планете. Когда родину их предков охватило пламя Гражданской войны, его семья встала на сторону Демократического Сообщества, наводившего порядок в их стране. За это, "непримиримые" вырезали большую часть семьи Собаков. На Земле, в городе Цюрихе, до сих пор висит памятная табличка на стене того дома, где случилась эта трагедия. "Непримиримые" тогда очень неплохо отметились, выслеживая и уничтожая своих врагов по всему миру. Их террор-группы, наводили страх и ужас на обывателей цивилизованных стран. И тогда за русских взялось все Мировое Сообщество. Но война от этого получила еще больший размах. Русские, прежде чем исчезнуть с лица Земли,
прихватили на тот свет немало своих врагов. Эту войну, историки потом, ставили в один ряд с мировыми войнами. Упрямых скотов, возомнивших о себе слишком много, пришлось уничтожать, а уцелевших после поражения, сослали в самом начале Звездной экспансии на Немезиду. Но отправили не только их. Чтобы контролировать этих опасных тварей, был сформирован Корпус по поддержанию мира и порядка. Формировали его из лояльных Сообществу россиян. Предок Собака, попал сюда, возглавляя Гуманитарную Службу этого Корпуса. Это был удачный старт! Так как русские нуждались буквально во всем, а "лоялисты", помнившие о своих унижениях, что исходили дома от "непримиримых", ничего прощать не собирались. Прибывшая с Земли гуманитарная помощь, доставалась русским совсем не бесплатно. Вот Собаки и приобрели на этом стартовый капитал.
        Это были нелегкие времена. Тогда, вся торговля на Немезиде, сводилась к обмену экзотических товаров, на предметы, необходимые для жизни. "Лоялисты" с большим удовольствием задирали цены до заоблачных высот. Обычный пакетик семенного материала, здесь стоил столько, сколько на земле стоила огромная плантация. Как могли, так и старались победители помыкать побежденными. Но превратить их в холопов не получилось. Бандит Воронов, по которому явно соскучился Международный трибунал, сумел объединить и организовать свирепое русское зверье для собственной защиты и выживания. "Лоялисты" поначалу смеялись, узнав, что этот клоун провозглашен императором "всея Руси". Только зря смеялись. Люди, прошедшие школу терроризма и подпольной борьбы, сумели защитить себя от "полицаев". Созданная Вороновым Тайная Канцелярия, умела выслеживать и карать обидчиков. А если ее возможностей не хватало, в дело вступали добровольные народные дружины. Особенно свирепо карали за обиду, нанесенную школьному учителю или врачу. Конкурент Собаков - Курковский, на этом и погорел. Когда его люди просто так, ради забавы поиздевались над
молодой врачихой, то это было их последней забавой. Той же ночью, весь отряд Курковского был отравлен, а самого главу нашли нанизанным на кол. Попытка провести ответные репрессии показала, что у мятежников оружие в наличии есть. Самодельное в основном, но и трофейное тоже появилось. Впрочем, кровавые эксцессы длились недолго. Ворошить это осиное гнездо - себе дороже. Тем более, что ценность русских начала возрастать. Поставив себе цель, остаться развитым и сильным народом, они не жалели никаких усилий, чтобы развить и науку и промышленность. И у них это получилось. Правда, некоторые направления развития им были заказаны, но тем не менее, стать крупнейшим поставщиком промышленных изделий они сумели. Благодаря этому, в астероидном поясе их системы, сырьевые корпорации создали многочисленные добывающие и обогатительные комбинаты. Чтоб быть поближе к потребителю сырья. Хотя, заключать контракты напрямую, русским было категорически запрещено. Им вообще запретили любые международные контакты. По мысли Комитета по делам колоний, представлять Немезиду во внешнем мире, должны "лоялисты". Это послужило
источником огромных доходов для многих семей "лоялистов". Впрочем, для тех кто занимался просто обслуживанием этих сделок, жизнь тоже была прекрасна. Оседлав мощный, все возрастающий финансовый поток, россияне начали жить намного лучше русских. Взаимной любви это не добавило. Причем, образовавшаяся у русских элита, ненавидела россиян даже сильней, чем простонародье. Открытых конфликтов пока не было, но гадить по мелочам друг - другу, считалось хорошим тоном. Две части, прежде единого народа, расходились друг от друга все дальше и дальше. "Россиянцы", "подпиндосники", "полицаи"… - это основные прозвища, которыми русские именовали россиян. Те в долгу не оставались и именовали русских не иначе, как "совками". Почему так, уже никто не знал или уже забыл. А язык? Он стал потихоньку расходиться. Интерлингом владели все, но дома говорили на родном языке. Русские говорили либо на так называемом "сбереженном" наречии, либо на "советском" диалекте. Россияне же, говорили на "россиянском" или как выражались "совки", на "полицайском" наречии. Так что скрыть свое происхождение при разговоре было трудно.
        Все это Собак знал и раньше, но вот сейчас, изучая творение Раджива, он понял, что знал недостаточно. Оказывается, кроме русских, на Немезиду ссылали много кого. Тут и участники "Исламского Сопротивления" и "Новые Маккавеи" и какие-то антиглобалисты. Например, половина населения Ташкентского округа или Туркестанского края - это потомки террористов из "Исламского Сопротивления". Потомки антиглобалистов составили основу населения Германской Марки и Союза Латинских Общин. "Новые Маккавеи" стали основой рассеянного по всей территории Народа Жидовского. Русские были самым многочисленным, но не единственным народом. И вообще, Русский Мир оказался устроен гораздо сложнее. Общество этого мира, оказалось устроено по общинно-сетевому принципу. Помимо локальных общин, существовали и другие формы взаимодействия. Вот взять например жидовского магната Рябиновича. Большая часть ткацких и пошивочных фабрик входило в состав его "Рябиновской Мануфактуры". Но если разобраться глубже со структурой его монополии, то оказывается, что производители сырья для его мануфактуры, связаны с ним не только производственными
связями. Какой-нибудь живущий в Туркестане хлопкороб Саддыков, или Петров выращивающий лен в Подмосковье, могли быть "потомственными корешами" Рябиновича. Что это такое, Раджив до конца не понял, но отметил, что "потомственные кореши" обязаны поддерживать друг - друга в любых обстоятельствах. А институт побратимства? Оказывается, что обет духовного родства, хоть и заключается на срок не превышающий срока жизни побратимов, но соблюдается не менее свято, чем обязательства "потомственных корешей".
        Анализ структуры власти, тоже поверг Ромуальда в ступор. Он считал, что у русских жесткая диктатура, осуществляемая местной элитой. На деле все оказалось не так. Общины выбирали старост, артели старшин или каких-то "бугров", общественные объединения - председателей. И все это управлялось без участия государства. При этом, не только выбранные лидеры могли принимать решения. Учителя и врачи, обладающие оказывается самым высоким общественным статусом, тоже могли сказать свое веское слово. И их мнением не принято было игнорировать. И вообще, школьные учителя, которым ставилось в заслугу "сохранение и сбережение души народа", считались блюстителями традиций. Правда, случайный человек, стать учителем не мог. Здесь отбор был очень серьезным. Многие русские политики, начинали свою карьеру с учительской стези. Уважением эти люди пользовались нешуточным, и потому, за обиду нанесенную учителю, русские наказывали очень жестоко.
        И власть общин любого уровня, была настолько велика, что разного рода магнаты ничего не могли с этим поделать. Вот взять такой обычай, назывался он "народная кубышка". Суть его состояла в том, что если община принимала решение построить объект нужный всем, кто живет в данной местности, то выбирался казначей, обязанностью которого и было собрать необходимые финансовые средства. И вот тут скидывались все, невзирая на статус и достаток. Каким бы жадным магнат не был, но и он вносил весьма серьезный вклад. И это не займ. Это невозвратная ссуда на дело, которое принесет пользу всем. Отказаться от взноса в "народную кубышку" можно. Но сразу станешь изгоем. А изгои быстро теряли все, что имели. Деньги, собранные в "народную кубышку", обладали такой значимостью для народа, что за попытку украсть оттуда хоть грошик, казнили без всякой жалости. Такие единичные случаи были. Считалось, что вор, плюнул этим самым в "душу народную". И потому, на снисхождение, рассчитывать он не мог.
        Преступность у русских была, но здесь тоже подход был разный. За особо тяжкие преступления закапывали в могилу сразу. В остальных случаях, считая, что человек оступился по собственной глупости, приговаривали к принудительным работам. Если человек не сделал выводов и взялся за старое, тогда однозначно закапывали. Ибо один раз ему уже все объяснили. "Правило рецидива" - назывался такой подход.
        Случалось, что рецидивист, успевал удрать в россиянский сектор и попросить убежища. Иногда это спасало ему жизнь. Иногда нет. Смотря что сотворил. Россиянцам подобный подход не нравился. Ведь эти беглецы увеличивали число преступлений уже у них, но поделать ничего не могли. Законы Сообщества сильно ограничивали их в этом плане.
        Государственный аппарат был невелик. Занимался он делами, касавшимися всей страны. Конечно, его распоряжения общины выполняли, но во внутреннюю жизнь общин он не лез. Те же учителя, были на содержании общин, а не государства.
        Политические партии были. Но роль их действительно была невелика. Было их всего две: РКП (Русская Консервативная Партия) и ЛТПР (Либерально-Трудовая Партия России). На роль лидеров они не годились и чем занимались - непонятно. Но были. И даже продвигали своих кандидатов в региональные выборные структуры.
        С монархией тоже оказалось не все так просто. Она была какой-то разделенной. Был императорский дом из династии Вороновых. А был еще князь - кесарь из династии Крыловых. Назначение князь-кесарей, состояло в том, что они правят в качестве опекуна до достижения наследником совершеннолетия или при временном отсутствии императора. Система эта возникла не сразу. Сперва был конфликт между республиканцами и монархистами. В итоге родился компромисс. Князь-кесарь, это не только подстраховка от полного безвластия, но и противовес, предохраняющий русских от тирании. Считалось, что реальная власть императора невелика и чисто декоративная. Что находилось в непосредственном распоряжении императора? Собственная канцелярия, прислуга (малочисленная) да охрана (тоже небольшая). У императора было право, утверждать или отвергать решения выборных органов управления. Утверждались решения всегда, и не отвергались ни единого раза. Даже у князь-кесаря возможностей было больше. Тому вообще непосредственно подчинялись две важные структуры; Тайная Канцелярия и Академия Наук.
        Но если верить труду Раджива, это просто видимость. Почему императоры утверждают принятые решения? Да потому, что проект решения проходит через собственную императорскую канцелярию, где местные эксперты рассматривают вдоль и поперек, а уж потом приносят на подпись согласованное решение. То есть вместо конфликта сторон, идет борьба мнений и выработка приемлемого для всех варианта. И все это кулуарно. То есть все возражения рассматривают еще на этом этапе. Так может-быть в самой канцелярии сидит какой-нибудь "серый кардинал"? Раджив уверял, что это не так. В качестве доказательства, Раджив указал на источник доходов императора. Оказывается, несмотря на скромный цивильный лист, Константин III был очень богат. Императорская доля участия в любом значимом коммерческом проекте составляла 10%. По прикидкам Раджива, общая сумма денежных капиталов, находящихся в личной собственности монарха, составляла порядка ста пятидесяти миллиардов рублей.
        "Так, а сколько это будет в кредах? Считаем. Ого! Да он самую малость бедней меня! Да, прав советник, это не марионетка. С таким приходится считаться".
        А еще, советник в качестве предположения, высказал мысль, что в подобном обществе и у такой фигуры, наверняка есть и "потомственные кореши", и побратимы, и многие другие люди тесно связанные с императором серьезными обязательствами. Так что непросты Вороновы!
        "Значит, разговаривать буду именно с ними. Нужно только определиться с наследником и придумать, что предлагать".
        Глава 8
        ЦАРЕВ ГРАД. РЕЗИДЕНЦИЯ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА.
        "Сам не борзей и другим не давай!"
        Окончание доклада, как раз совпало с началом ужина. Поужинав, император попрощался с Ежевским и Лукашевичем, пообещав принять решение по их докладу в течении пары дней. После чего, пройдя вместе с князь-кесарем и канцлером в свой кабинет, продолжил обсуждение столь интересного вопроса.
        - Иван Иванович! Александр Дмитриевич! Что Вы можете сказать по поводу услышанного.
        - Знаешь Костя, все это звучало как фантастика, но своим опричникам с научниками, я доверяю. Осталось только правильно распорядиться оказавшимися у нас людьми, - князь-кесарь, в приватной обстановке имел право обращаться к императору по-домашнему, как впрочем и канцлер, - Вообще, первые мысли практического плана, у меня есть. То, что на Земле существует русское подполье, является приятной новостью. Постараюсь, чтобы с ними была установлена связь.
        - Я так понял тебя Иван, ты хочешь плотно сесть на Энтони Фроста? - подал голос канцлер.
        - Да, именно так я хочу и поступить. Нам просто не через кого забрасывать агентуру на Землю. Да и легализовать наших ребят он наверняка сможет.
        - Иван! Честно говоря, с подобными типами рассчитывать на длительное сотрудничество опасно. Как правило, полиция "пасет" такие организации весьма плотно. Думаю, что стукачей в окружении Фроста хватает. Да он и сам за сходную цену маму родную продаст.
        - Значит Саша, мы должны ему предложить такое, что ему никто никогда предлагать не станет. Но это уже, хитроумный ты наш, должен придумать обязательно сам. Ты ведь у нас мастер на интересные решения.
        - Ну, хорошо, я что-нибудь придумаю. На то у вас и канцлер существует, чтобы придумывать. Ты вот только скажи, что ты хочешь найти на Земле? Ну, найдешь ты несколько десятков уцелевших, и что с ними делать? Влиять на ситуацию на месте, они не сумеют. Эвакуировать? Получилось один раз, получится и второй. Здесь я проблем не вижу. Только ведь это нам настолько дорого станет, что ни о какой компенсации убытков, речи даже не пойдет. Тот же Фрост, с нас три шкуры сдерет.
        - Александр Дмитриевич! - в разговор влез император, - ты ведь прекрасно знаешь слова основателя нашей династии о ценности для нас любых людей? А здесь случай вообще выдающийся. Люди, опираясь только на свои силы, попытались сохранить наш народ. Про то, что есть еще на свете мы, они вообще не знали. Собственно, им хватило одной веры, для создания устойчивой общины. Учти, во время бойни, часть боевиков получили задание идти на прорыв. Значит, их лидеры считали, что получится все повторить заново. Что они кстати выносили? Иван Иваныч, Вы не в курсе?
        - Да в курсе я! Сидорова говорила, что они несли с собой носители. На которых было Святое Писание на церковно-славянском, копии летописи, словарь русского языка и школьные учебники. Ну, еще и книги художественные были там записаны.
        - Вот видишь Александр! Значит, есть мне смысл, посылать туда наших людей. Они ведь старались спасти то, что считали самым дорогим. И главное - ЧТО они выносили. Значит, Саша, был у них предусмотрен вариант на случай поражения. Да и оставшиеся люди, наверняка не паникеры. Я считаю предложение Ивана Ивановича не просто разумным, но и своевременным. Мы ведь народ-изгой. О нас вообще ничего не известно! Мы как бы и не существуем. Всю необходимую информацию о внешнем мире, приходится по крохам выманивать с наших контрагентов. А тут мы получаем людей, которые будут помогать нам не за страх, а за совесть. Ведь кто они сейчас? Кучка фанатиков-сектантов, вынужденных вариться в собственном соку. Ни ясного будущего, ни внятных перспектив. А теперь представь, что они получают то, о чем и мечтать не смели! Народ, который в них нуждается. Держава, готовая их поддержать. Да за саму возможность стать частью Русского Мира, они будут трудиться как проклятые! И всего то дел, прийти к ним и сообщить, что мы есть! И что они нам нужны.
        - Романтик ты Костя! Красиво рассудил! Вот только больших возможностей по добыче важной информации, эти резистанты наверняка не имеют. Я уже не говорю о том, чтобы влиять на события в нужном для нас направлении. И связь с ними будет такова, что получать сведения в любой момент, мы не сможем. Сведения эти вообще будут запаздывать.
        - Значит Саша, я нацелю их на то, что будет для нас всегда актуальным. Сбор научной и технической информации. Ну а сведения по остальным вопросам, в меру их возможностей, - подытожил эту часть дискуссии князь-кесарь.
        - Ладно, подробности можешь опустить. Твоя епархия, ты и готовь. Только о цене вопроса не забывай думать. Бюджет то у нас не резиновый, - нехотя согласился канцлер и продолжил:
        - Тут вторая, весьма существенная проблема нарисовалась. Что нам делать с учеными? Я, конечно, понимаю, что ты Ваня, создашь для них условия работы и припашешь. Охранников их ты тоже к делу пристроишь. Правда, на них "висит" такое, что срока давности не имеет, но Костя у нас правитель милостивый, поэтому проблем с царским помилованием не возникнет. Тут проблема в том, что они совсем чужие для нас. Наши ценности, для них - пустой звук. А мы им предоставим сразу возможность, стать не последними людьми в нашем Мире.
        - Саша! Да проследят мои опричники за их поведением!
        - А за их мыслями тоже?
        - И что тебе здесь не по нраву?
        - Мне не нравится то, что сейчас они нам будут благодарны, а в будущем? Мало нам подпиндосников, так мы еще сами, своими руками внедрим к себе такую фронду, что о согласии в обществе, через пару поколений придется забыть.
        - Ты что предлагаешь? По тихому удавить их всех?
        Тут канцлер усмехнулся, и весело глядя на собеседников, заявил:
        - И как только вас обоих престол держит? Да с таким подходом, мне придется скоро личную диктатуру устанавливать! Чтоб вас живодеров от бессудной расправы спасти!
        - Что? Есть чудесная идея?
        - Как всегда, любезные мои начальнички! Как всегда!
        - Александр Дмитриевич! Кончай тянуть кота за хвост! Говори, что надумал! - император, прекрасно знавший своего канцлера, понял, что у него родилась какая-то идея.
        - Тут Костя вот в чем дело, люди, которые к нам прибыли, хоть и бежали из своего мира, но мир этот для них не чужой. Более того, он не вызывает у них никаких возражений в душе. А вот нас они не только не поймут, но и не примут. Им ближе по духу подпиндосники. Вот они и будут тянуться к ним всей душой. Да и кем они у нас будут? Просто наемными работниками? Уважаемыми конечно работниками, но все равно людьми второго сорта. Рано или поздно, они захотят большего. Да к тому же привычного. А мы им этого не позволим! Что им останется делать? Искать тех, кто им посочувствует. Вот тогда они и станут нам врагами!
        - Убивать их, после того, как мы выжмем из них все полезное? Так ведь свои этого не поймут и не примут. Народ у нас настолько жалостливый, что не задумываясь подберет нам подходящую осину, за то, что невинные души губим.
        - Значит, мои дорогие друзья, надо их изменить! Причем так изменить, чтобы они стали действительно нашими людьми.
        - Менталитет нелегко изменить. Ты ведь Саша знаешь, что как мозги не промывай людям, а свое, родное, все-равно всплывет.
        - Надо взорвать их внутренний мир! Да так взорвать, чтобы одно только упоминание о нем, вызывало в их душах ненависть и отвращение.
        - Не знаю, как ты себе это представляешь, но природа не терпит пустоты. Кто знает, какие черти заведутся в их тихом болоте после всего этого.
        - Значит надо им нужную идею дать! Причем такую, которая увлечет их, которую они захотят передать по наследству. Здесь надо использовать то, что сидит в человеке настолько глубоко, что не вытравить никакими средствами. Обратите внимание, все иммигранты, носят немецкие имена и фамилии. Вот это и надо использовать! Интересно, они хоть знают родной язык?
        - Навряд ли. Сейчас в сообществе, живых носителей оригинальных языков не осталось. Все интерлингвой пробавляются. Наша Немезида - исключение из правила, но ведь и мы не в Сообществе.
        - Ну, это решаемо!
        - Ты, Александр Дмитриевич, хочешь восстановить Германию? - заинтересовался император.
        - Да Костя! Именно это я и хочу сделать. Вспомни, сюда, помимо нас, ссылали всех, кто активно боролся против Нового Мирового Порядка. И ссылали их, нарочно, чтобы жизнь нам раем не казалась. А вот и не вышло у "любезных"! Мы сейчас имеем в составе Русского Мира, союзные нам жидовские и мусульманские общины. И они сумели сохранить свое культурное и языковое наследие. У нас есть уже Германская Марка. Но это незначительное образование. Всего-то тысяч двадцать населения. Все, на что их хватило, так это сохранить испорченный немецкий язык. Трудяги они неплохие, но ты не задумывался, почему у них до сих пор нет своей элиты? Сельский староста или поселковый бургомистр - предел общественного развития. Всякий, чей талант выше среднего, уходит к нам. У них изначально не было интеллектуалов. Высшее образование получают у нас. А потом идут на производство и в науку. А это все русскоязычное. Пара поколений и немца нет, потому, что ему нечего делать в Германской Марке.
        - Что изменится, если у нас возникнет настоящая немецкая община? - вновь встрял в разговор Крылов.
        - Иван! Ты вспомни, зачем мы ее сохраняли! Когда придет время Реванша и мы выйдем в Космос, нам нужно будет искать союзников. Не просто тех, кто недоволен Сообществом, а тех, кто ослабит его, перейдя на нашу сторону. Вот только, как показывает опыт, разница в менталитете может сделать такой союз гибельным для нас. Потенциальным союзникам, нужно предложить выбор: с кем они пойдут дальше. Мы должны прийти с готовыми мирообразующими сообществами. Тем, кому не подходит Русский Мир, должны иметь в качестве альтернативы Мир Ислама, Жидовский Мир, Германский Мир, Латинский Мир. Вспомни наконец, что мы приняли концепцию Симфонии Миров, как противовес Новому Мировому Порядку!
        - Ладно Саша, успокойся! Разошелся тут понимаешь ли… Помню я это все. Вот только всегда считал, что овчинка выделки не стоит. Ты лучше скажи, как ты этих милых немцев собираешься делать великой нацией. Кстати, с латинами ситуация такая же.
        - Да черт с ними латинами! До них очередь тоже дойдет. Только позже. А мысль моя такая: берем этих беглых вивисекторов вместе с их добром. Поселим их в Германской Марке. И на базе их лаборатории создаем Германскую Академию Наук. Пусть они ставят там опыты, учат немецкий язык и обучают молодые немецкие таланты.
        Император, продолжавший внимательно слушать оживился:
        - Идея твоя Саша правильная, но того, что ты предлагаешь, недостаточно. Наш опыт говорит о том, что народ развивается только тогда, когда ему предложена какая-нибудь идея. А вот своей идеи, немцы не придумали, а мы в этом направлении для них ничего не делали. И предложить им нам сейчас нечего. Так что довольно быстро, твоя новоиспеченная академия обрусеет, если только не опиндосится. Здесь людям надо дать если не идеи, то хотя бы идеалы. Причем такие, которые будут дороги им. Вот тогда народ и воспрянет.
        - Хорошо Костя, я понял тебя. Но это как раз и не проблема. И я даже предполагаю, кто железной рукой погонит немчуру к светлому будущему.
        Лукашевич немного помедлил и продолжил:
        - От тебя Ваня, мне нужны сведения о том, кто у них является лидером. Нужны твои историки и психологи, а еще, хотя бы пяток хороших оперативников из Тайной Канцелярии. Только учти, они мне нужны до конца проекта. Сразу сейчас, я не готов изложить все в подробностях. Но дня через три, ознакомлю в подробностях, что и как я буду делать. А вот от тебя Костя, мне нужно царское помилование этим людям. И пусть твоя канцелярия напишет его так, чтобы даже сволочь от умиления прослезилась.
        - Хорошо, Александр Дмитриевич, будет людям помилование! Но сначала, все-таки суд! Для того, чтоб лучше прониклись тем, какую помойку они носили в своей душе. Судить будем всех, так доходчивей будет! Так что с меня еще и выездную сессию организовать. С тебя Иван Иванович, выделить все, что Александру Дмитриевичу потребно от твоих служб. Ну а теперь, что мы решим по остальным подопытным?
        После некоторой паузы, слово взял Иван Иванович:
        - Боюсь я, что когда-нибудь, нами займутся всерьез. Надежды Сообщества, что будучи оторванными от Родины, мы деградируем до полной потери своей идентичности, не сбылись. Мы сохранились и развились. Клетка нас пока еще сдерживает. Но как долго это будет? "Вилюйская Бойня" - для них, это первый звоночек. Там было несколько тысяч человек, с мизерными возможностями для Реванша. Здесь, на Немезиде, нас гораздо больше. И с каждым годом, мы набираем все больше сил.
        - Ты боишься, что будет принято решение о зачистке?
        - Да, мужики, именно этого я и боюсь. А еще мне страшно то, что нам нечем себя защитить. То ополчение, что мы сумеем собрать, страну не защитит. Надо создавать и готовить свою армию. А кадров для этого у нас нет. Я все чаще склоняюсь к мысли, что нужно как то договариваться с Сообществом.
        При этих словах, канцлер аж подскочил:
        - Иван! Нормальные переговоры возможны, если нам есть чем давить на Семьи! А то, что говоришь ты сейчас, это капитуляция! Я всегда вам говорил, что хватит опираться только на экономику и спецслужбы. Нам нужна армия! Хотя бы для того, чтобы у врага не получилось легкой прогулки по нашей земле! И мы должны ее создать! Под любым благовидным предлогом. И я вижу в том, что в нашем распоряжении оказались подопытные, имеющие опыт боевых действий, пусть и в других эпохах - подарок судьбы. Не знаю, смогут ли они быть просто хорошими генералами, но армию они нам создать помогут. Или хотя бы зародыш ее.
        - Хорошо ты Саша говоришь! А главное, что вовремя. И кого ты видишь на месте создателя нашей армии?
        - Трудно сказать. У нас нет необходимой методики подбора армейских командиров. Надо как-то выкручиваться из этой ситуации.
        И опять вмешался император:
        - А давайте, поручим им написать сочинение на тему: "Как можно защитить Россию"! Чьи мысли нам понравятся, тому и карты в руки!
        - Ты Костя, у нас, прямо кладезь ценных идей. Я не против этого. Пусть ребята обдумают, да постараются родить что-либо полезное.
        СЕВЕРНОЕ ПОМОРЬЕ. ОКРЕСНОСТИ СВЕТЛООЗЕРСКА.
        Когда в результате карьерного роста, вы занимаете заметную и престижную должность, то ваши друзья скажут:
        - Умница и молодец! Я всегда в него верил!
        А если вы застряли на малозаметной должности? Тогда и отзывы другие:
        - Он что, не мог пойти выше?
        Джозеф Войновский, в секретариате корпорации Собака, невзирая на прожитые им годы, дальше должности рядового секретаря не продвинулся. Более того, в секретариате, существуют свои ранги. И не был Иосиф ни первым, ни вторым и даже не десятым секретарем. Он был просто секретарь, которого шеф видит очень редко, да и то мельком. Но было одно отличие от остальных коллег. Он не сидел в приемной, и не сопровождал шефа в деловых и частных поездках. Задания и поручения, он получал не от первого секретаря, а от шефа непосредственно. И рабочее место его это не стол в приемной или кабинете, а просто отдельно стоящее строение, куда посторонние никогда не ходят. Не положено! Да и шефу туда лучше не ходить, ибо незачем и некогда! И как вы уже поняли, работа Иосифа была весьма деликатной. И это не служба безопасности. Просто у всякого крупного начальника, всегда есть человек, работающий по принципу: "Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что". Такие люди ценятся дорого и публичность им не нужна.
        Вот и сейчас, получил Иосиф команду от хозяина на организацию тайной встречи с русским императором. И как это сделать? Это любой русский может записаться на аудиенцию и изложить свою просьбу. А что делать подпиндоснику? Да его даже на порог охрана не пустит и любую почту от него сочтет провокацией. А главное - секретность летит псу под хвост. Поэтому, Иосиф даже и не стал рассматривать такой вариант. Он просто связался с таким же секретарем, как и он сам, но только из канцелярии императора и предложил ему порыбачить вместе на Светлых озерах. Получив в ответ согласие, он договорился о времени и месте встречи.
        Если вы считаете, что Иосиф был в приятельских или деловых отношениях с Петром Ивановичем, то вы ошибетесь. Ни друзьями, ни приятелями, ни партнерами они не были. Они даже никогда друг-друга не видели и не имели общих дел. Они просто друг о друге знали. Причем достаточно. И именно поэтому они не стали разводить ненужную конспирацию. И так понятно: коллега намерен сообщить что-то важное.
        Поэтому, когда Ромуальд Собак, в окружении родственников и прочих "нужных" ему людей справлял свой сто десятый день рожденья, коллеги секретари славно порыбачили на Светлых озерах и с удовольствием отведали сваренной тут же ушицы. А заодно пришли к выводу: их шефам тоже не помешает провести время на природе и хоть раз в жизни нормально порыбачить. Именно так и выполняются подобные задания!
        ТО ЖЕ МЕСТО. НЕДЕЛЮ СПУСТЯ.
        - Если это все, что Вы хотели мне сообщить, То я Вас просто поблагодарю и мы расстанемся. Но Вы ведь пришли не только с этим.
        То, что кратко изложил императору Собак, было конечно важным, но все равно не стоило этому верить до конца. Подпиндосники всегда были мастерами "разводок" и верить им было бы опрометчиво. Ради получения прибыли, или получения дополнительных преимуществ перед конкурентами, они и не такое еще проворачивали. То, что сообщил сейчас Собак, слишком уж соответствовало чаяниям и ожиданиям политиков Русского Мира.
        Идея Реванша, всегда лежала в основе всех планов развития Русского Мира. Получить возможность сыграть на противоречиях между самыми сильными своими врагами - это просто подарок судьбы. А уж открытая война между хищниками - это и вовсе золотая мечта. Большая война - это шанс для его народа. Во время такой войны, можно сбросить те путы, что были наложены на русских прежними победителями. Открыть для себя дорогу к звездам! А вот для подпиндосников такой сценарий означает гибель. И они об этом знают. Зато спровоцировать русских на преждевременный бунт им выгодно. Так что лучше проявить сдержанность и осторожность:
        - Вам есть еще что сказать мне?
        - Как я понял, Вы не совсем поверили в выводы моего аналитика. А ведь меня они убедили.
        - Не забывайте, что мы отрезаны от внешнего мира и большинство исходных данных, указанных в аналитическом материале проверить не можем. Верить на слово мы тоже не можем. Нам нужны твердые доказательства и гарантии, что это не провокация.
        - Скажите, это правда, что цари никогда не врут?
        - Цари никогда не врут своему народу! Вы разницу уловили?
        Император говорил правду. Еще первый император из династии Вороновых провозгласил этот принцип. Позже, когда монархисты мирились с республиканцами и конституционалистами, это принцип закрепили законодательно. Царь, пойманный на лжи своему народу, обязан был отречься от престола. Или его просто свергнут.
        - Если я прямо сейчас скажу, что согласен стать русским, это будет для Вас гарантией?
        - Будет. Но у Вас ничего не выйдет.
        - Почему? Ведь жидам и жителям Туркестана вы в этом праве не отказываете?
        - Пот, кровь и слезы! Они это прошли и в испытаниях не нуждаются. Вы же - нет! Ваши предки отреклись от имени русского, а потому тоже: пот, кровь и слезы! Но только испытываются три поколения в тяжком мирном труде, например в освоении пустых земель или ратный подвиг на поле боя, тогда сразу. Предупреждаю, даже если Вы пожертвуете все свои средства нам - это ничего не поменяет. Нам нужны не богатые, а верные. Вам же веры нет!
        - Тем не менее, я считаю, что приемлемый выход есть. Вы, конечно, имеете возможность торговаться что с Сообществом, что с Империей, даже что-то выторговать, но все-равно, лишнего они вам не позволят. Соперники галактического масштаба им не нужны. А ваша весовая категория пока что скромна. Я же не просто подскажу, но и обеспечу приемлемый выход из этой ситуации. Как Вы отнесетесь к тому, что я создам вам силовую опору вне планеты?
        - Продолжайте!
        - Мои возможности позволяют создать где-нибудь на отшибе, в другой звездной системе, производственную и военную базу для вашего флота. Имея даже небольшой флот, а также возможность его развивать, вы точно станете фактором влияния на политику во всей Галактике.
        - Что Вы хотите взамен?
        - Гарантию того, что на меня и моих наследников будут распространяться те права, которыми обладают Ваши поданные. Что их не лишат той собственности, которою я передаю по наследству.
        - И вы согласны ради этого, построить нам верфи и корабли? А по наследству Вы их тоже передавать хотите?
        - Я предлагаю Вам, строить все это на паритетных началах. Флот останется вам. Думаю, что это можно зачесть мне как личный вклад в "народную кубышку". А вот производственные мощности, должны остаться в моей собственности. Или во владении на паритетной основе, если Вы тоже внесете необходимый вклад.
        Предложение это было конечно интересное и заманчивое. Повысить мощь Русского Мира, не ломясь через препоны, а просто обойдя их, было бы неплохим выходом. В случае конфликта с Сообществом, промышленность, построенную на Немезиде, вывести из строя было легко. Самое дешевое сырье для нее добывалось в астероидном поясе системы. Контроль над этим поясом имеет тот, кто имеет флот. У русских флота не было никакого, ни военного, ни торгового. Конечно, можно добыть необходимое сырье и на Немезиде, но тогда придется строить целую сырьевую отрасль. И себестоимость сырья сразу станет выше той цены, по которой оно поставлялось раньше. Привлекательность Немезиды для всего мира, состояла в том, что она производила дешевую продукцию. При блокаде придется об этом забыть и строить экономику, замкнутую на внутреннее потребление. И тем самым изолировать себя от внешнего мира. Похоронив будущее русского народа окончательно.
        Выйти из положения, используя не только свои средства, но и средства Сообщества, а также его подготовленные кадры - это заманчиво.
        Остается только одно сомнение: Собак не прост. Разработать и осуществить хитроумную комбинацию, имеющую своей целью выманить чужие средства, а затем присвоить их, вполне способен. Достать его за пределами Немезиды вряд ли получится. Значит нужна страховка.
        - Значит так, сейчас, пока не поздно, я Вас предупреждаю: цари не нарушают своего слова, даже если оно дано врагам. Если Вы задумали обман, то лучше откажитесь прямо сейчас. Возможности для того, чтобы ни Вы, ни ваши наследники не оставили в этом мире потомства у нас есть. Более того, легкой смерти не получит никто. Наоборот, будете сами мечтать о смерти. Ну как?
        - Я трачу свое время не для того, чтобы выслушивать страшные угрозы. Последствия своего решения я представляю неплохо. Если Вам нужна страховка от обмана, так давайте о ней и поговорим!
        - Значит, обратный ход давать не намерены? Прекрасно! Вот теперь и поговорим о том, как спасти Вас и Ваши капиталы.
        Глава 9
        ЦАРЕВ ГРАД. СПУСТЯ ДЕСЯТЬ ДНЕЙ. СУБУДАЙ- БАГАТУР.
        Второе переселение душ принесло свои сюрпризы. Когда я вместе с Руссияном погиб в Сербии, я думал, что это уже последняя моя смерть. Но душа в Чертоги Предков не стремилась. Взрыв ракеты, произвел выброс грунта и тело Руссияна оказалось погребенным. И ни его, ни моя, душа в Чертоги Предков не стремилась. Видимо мечта, зародившаяся во мне, сумела укрепить мою и его души. Я чувствовал, что в Мире Живых еще не все дела мной переделаны, что я все эти годы не зря приобретал новые для себя знания, которым так и не успел найти применения. Пока Руссиян служил своей державе, я повидал многое. Обилие и разнообразие того, что здешние воины называли боевой техникой, сперва меня ошеломила и сбила с толку. Но затем, когда знания накопились, а новое перестало удивлять, до меня стало доходить, что на самом деле, незнакомого для меня здесь мало. Нет, я не стал знатоком того, как устроена виденная мной техника. Но пехота осталась пехотой, даже если стала ездить на колесах. Метательные машины тоже сохранились. Просто они стали сложней устроены. И даже конница, не совсем пропала. Просто пересели воины на "железных
коней". А самолеты и ракеты? Да те же метательные снаряды, только летают дальше и не прямо. И даже автомат вполне сравним с луком. Задача его ведь осталась прежней - метнуть стрелу. Патрон - это тоже понятно, там пуля заменяет стрелу, а пороховой заряд тетиву. Сам по себе магазин, выполняет назначение колчана. Определив подобия, можно понять способы применения. Но это было не главное. Теперь надо было разобраться с приемами боя. Глазами Руссияна, я смотрел фильмы и картинки в нужных книгах. Да, способы войны усложнились. Поначалу я не все сразу мог понять, но потом, разобравшись, понял: сейчас бой состоит из тех же частей что и раньше, потратив время, понять необходимое несложно. Но Руссияна учили, как командовать войсками, чья численность ненамного превышает пять сотен воинов. Как управлять большей численностью войск, урусов учили в академии. Вот только Руссияну теперь путь в академию был заказан.
        Меня не устраивало то, что о нынешних войнах я знаю только по рассказам. И потому, когда распалась держава урусов, я посоветовал Руссияну покинуть службу и стать вольным удальцом. Ведь войны где то идут, а мне, чтобы воевать вровень с нынешними, нужно было побывать на войне. Не сразу, но Руссиян согласился, сказав, что "нынче в армии нечего ловить". Уйдя со службы, мы направились в Боснию, где и воевали вместе с другими удальцами урусов против мусульман. И здесь не сразу мне было все понятно. Воюющим армиям не хватало решительности. Они боялись дальних купцов и властителей больше, чем своих врагов. Потому, их полководцы все время оглядывались назад. В результате, потери возрастали, а победа отдалялась. Мне не понравилась эта война. Если полководец имеет возможность победить, но боится это сделать - значит, он должен поменять своего владыку на более достойного. А это не делалось, а значит, терялся смысл в самой войне.
        Вторично, мы приехали воевать уже в Косово. Там я увидел другую войну. Разбойников, поднявших бунт, поддержала очень сильная держава. И действовала она очень решительно, ни на кого не оглядываясь. А сербы оглядывались.
        К тому времени, я начал понимать местные войны. Как то перед сном, я спросил Руссияна:
        - Почему сербы так нерешительны:
        - Они слишком слабы, да к тому же, их правители боятся потерять те деньги, что хранят у ростовщиков врага.
        Я рассмеялся про себя, но Руссиян понял мое настроение:
        - Субудай, над чем ты смеешься?
        - Я смеюсь над неверием и глупостью людскими. Если ты слаб, то сумей победить и сильный взмолится о пощаде. Именно так и поступил мой Повелитель. Я смеюсь над глупостью местных повелителей, доверивших свое достояние ворам и обманщикам. Страна, управляемая купцами, всегда уязвимей, чем страна управляемая воинами.
        - Легко тебе говорить. Ведь у сербов не шансов на победу.
        - Руссиян! А зачем ты стремился на эту войну? Войско, не способное побеждать, никому не нужно.
        - А как бы ты стал побеждать?
        - Ключом к любой победе, является то, чего враг потерять боится больше, чем жизнь. Эти враги воюют ради денежной выгоды. Она им дороже всего на свете. Они забыли, что значит защищать свой дом и семью. Сил сербов вполне хватает, чтобы не пускать врага в свои дома. Им остается только дать задание части своего войска, начать творить в доме врага разбой и бесчинства. И когда вражеские властители поймут, что лишаются самого для них дорогого, они сами заговорят о мире.
        - Ты хочешь сказать, что сербы смогут победить Америку?
        - Смогут, если их правители станут жить войной и перестанут оглядываться назад. Они не покорят сильную державу. Но добиться того, чтобы их оставили в покое - сумеют.
        - Сербы не афганцы. Те еще могли так поступить.
        - Вот и я об этом.
        - И все же, "сила солому ломит". Чтобы заставить врага уйти, нужно нанести ему потери. Пусть ты зашлешь спецназ в тыл врага. Но враг найдет, чем ответить спецназу.
        - Вздор! Почему ты не можешь правильно взглянуть на любую войну! Посмотрев на нее правильно, ты найдешь ключ к победе.
        - Ты уже умеешь побежать американцев? Субудай! Что может сделать сербская пехота, когда ее спокойно может стереть с лица земли авиация?
        - Заставить врага воевать так, как это умеют сербы.
        - Поясни! Я ведь тебя не понимаю.
        - Тут все просто. Почему мы не видим американской пехоты? Здесь только местные разбойники воюют с нами.
        - Избегают лишних потерь. Берегут своих.
        - Значит, их пехота не очень сильна. Именно потому, они жертвуют разбойниками-албанцами и насылают на вас "небесных всадников". Но и те, ради точного удара, не стремятся летать низко. Они, боясь вашего огня, летают высоко и потому их огонь не очень меткий.
        - Это так, но что нам это даст?
        - Скажи Руссиян, что будет, если спешенные "небесные всадники", сойдутся в наземном бою с сербской пехотой?
        - Коню понятно! Десяток сербских пехотинцев, ЗАДАВИТ сотню летунов любой страны. Ведь пехота приучена ДАВИТЬ! Летун, конечно, имеет понятие о тактике пехоты, но это не та война, в которой он будет победителем. Но, знаешь Субудай, если они идиоты, они полягут все, причем не только они, но и техники, обслуживающие самолеты. Но они не идиоты. Они вызовут свою пехоту, а сами сбегут.
        - Если они поступят так, то они еще большие идиоты. Истреблять бегущего легче. А пехота придет не сразу. Они не увидят этой помощи. Главное, Руссиян, что "небесные кони" останутся без всадников. Подготовить нового всадника, всегда было трудней, чем развести коней.
        Вот так мы и спорили. А потом была смерть. И века во тьме. Правда, теперь, в могильной тьме, я был не один. Душа Руссияна тоже не захотела идти к предкам. Значит, не все дела еще переделал. А потом было воскресение. Наши души, толпа лекарей подсадила в тело сопляка, который оказался урусом-полукровкой. Так мы с Руссияном и попали в новое царство урусов.
        АВЕРКОВ РУССИЯН КИРИЛОВИЧ.
        Мой Дух-подсадка, оказался неплохим соседом. Правда, его вопросы меня поначалу доставали весьма серьезно. Но потом привык, мне даже самому понравились его неожиданные для меня выводы. На многое я стал смотреть по-иному. На войне, для меня поначалу от него никакого толка не было. Но когда Субудай потихоньку адаптировался к нашей реальности, я понял, какой клад я носил внутри себя. Распознать ловушку, устроенную противником - это надо суметь. А он это делал бесподобно. Здесь не было никакой мистики. Как сказал мне Субудай, тот, кто хоть раз сумел вырваться из устроенной врагом засады, тот всегда сумеет понять: есть засада или нет. Но он не только вычислял каверзы врага. Он и сам был на них мастер. Много муслимов, в последние мгновенья своей жизни, проклинало свою судьбу, угодив в наши ловушки. Так как идеи Субудая приходилось озвучивать мне, то и слава доставалась именно мне. Правда негромкая, в кругу ближайших боевых товарищей. Они считали меня не просто везучим, для них я стал чем-то вроде своего колдуна. И позывной мне дали соответствующий: "Витцхер" Но что плохого в славе, так это то, что она
доходит и до врагов. И тогда начинается охота на тебя. В Боснии, нам удалось избежать всех ловушек, засад и покушений. Те хитрости, что применяли против нас босняки, Субудай умел разгадать.
        Но, когда за доставшим босняков "Витцхером", начали охоту разведчики НАТО, нам пришлось солоно. Мы избегали обычных засад и ловушек. Но нас начали "сливать". Первый раз мы уцелели случайно. Ракетный удар по месту, где мы располагались на отдыхе, пришел с небольшим запозданием. Вместо нас, расплатились своими жизнями ни в чем не повинные мирные сербы. Потом нас "сливали" не раз. Противник в этом случае больше не устраивал засад. Он просто направлял команду, корректировщиков артиллерийского или ракетного удара. Мы приняли свои меры. Так как "вычислить" Иуду не получалось, то мы старались как можно больше времени проводить в рейдах. В населенных пунктах мы больше не располагались на отдых. Все необходимое для боев, мы стали получать в условленных местах. Но сколько веревочке не виться… В общем, кто-то влиятельный, надавил на сербов и те высказали нам совет-приказ: "Убирайтесь туда, откуда пришли!" Было конечно обидно. Но мы вернулись в Россию. А вот в Косово, нам везло недолго. Охота за "Витцхером" завершилась удачей. И опять непонятно, кто нас слил.
        А после воскрешения и попадания на Немезиду, меня это уже не мучило. Жалко было только погибших и не воскресших ребят. Мы с ними прошли через многое и здесь они бы мне очень пригодились. Вот только души их не задержались на Земле. Живущие, на Немезиде, местные русские мне понравились. Чувствовалось, что хотя и тут люди разные, но той гнили, что поселилась в душах слишком многих моих современников, в них нет. Именно потому, я и рассказал им все как есть, без утайки. После курса реабилитации, меня навестил один из доверенных людей императора и сообщил о том, что нас приспособят к тому делу, которому мы посвятили свои прежние жизни. Телу, в котором пребывало уже три души, дали новое имя. Так появилась на свет триединая личность, которую теперь зовут Иван Руссиянович Субудаев. Заодно нас предупредили, чтобы мы не распространялись о своей прошлой жизни никому.
        Напоследок, проводивший инструктаж человек, представившийся Петром Ивановичем, сказал нам такую вещь:
        - Мы принимаем к себе не всякого. Только тех, кто через пот, кровь и слезы, доказал свое право называться русским человеком. В вашем случае испытание излишне. Никто из вас не отрекся от имени русского, а свои пот, кровь и слезы, вы уже пролили достаточно. Вы наши. В этом у нас сомнений нет. Поэтому, спокойно отдыхайте, набирайтесь сил и оглядитесь вокруг себя. Долго вам отдыхать не выйдет. К делу вас обязательно приставят, а дальше как выйдет. И помните: за царем служба не пропадет!
        СУБУДАЕВ ИВАН РУССИЯНОВИЧ.
        Заканчиваю наброски предварительного плана по обороне Русских владений на Немезиде. Конечно, сколь-нибудь серьезной военной доктриной это не назвать. Это только черновые наброски на основе предоставленной мне информации. По сути своей, набор благих пожеланий. Когда мне предложили написать это "сочинение на заданную тему", я был сильно удивлен. То, что двое моих прототипов, были военными, еще не гарантия того, что удастся составить реальный план. Возражать, однако, я не стал. Потребность знать обстановку как можно подробней, определила мое согласие. И вот, я доставлен в Библиотеку местной Академии Наук, вместе с сопровождающим меня служащим Тайной Канцелярии. Тайная Канцелярия - это аналог известного по прошлой жизни КГБ. А то, что подготовкой доклада пришлось заниматься в учреждении, относящемся к ученым, было следствием местных особенностей. С момента своего создания, наука и разведка, так часто выполняли совместные задания, что наличие у них общего куратора на самом верху, не вызывало удивления. Более того, бедность общества, не позволяла тратиться на множество похожих инфраструктур. Поэтому
добытая информация, в данный момент находилась в совместном пользовании. Фактически, местная наука, с самого начала была одним из филиалов разведки.
        Уютно расположившись перед монитором, я приступил к поиску и изучению общей информации о планете Немезида.
        Это была планета земного типа, имеющая геометрические параметры сходные с Землей-матушкой. Правда, она была не так богата на сушу. Два материка, расположенные в полярных областях, можно было не принимать пока во внимание. Покрытые толстым слоем льда, они еще никак не осваивались поселенцами Немезиды. Несколько полярных станций, в расчет можно не принимать. Третий материк, так и не получивший названия, в данный момент осваивался местными жителями. Освоена была только шестая часть суши, аккурат на западе материка, из имеющихся 33 миллионов квадратных километров площади континента. На остальном пространстве, есть редкие научные станции, работающие в вахтовом режиме. Там по сути дела была "Терра Инкогнита". Возможности вести спутниковую разведку, поселенцев лишили, а возможности ведения аэрофотосъемки были незначительные. Но и это мне пока не нужно. Мне нужна освоенная земля. Больше материков на планете нет. Многочисленные острова, имеющиеся в Океане, исследованы были лучше, но до масштабного заселения их, дело пока не дошло. Десяток пунктов базирования кораблей рыболовного и промыслового флота - это
тоже не впечатляет. Значит, внимания пока на них не обращаем. Карта освоенных земель радует глаз качеством съемки. Здесь уже отсутствуют "белые пятна", поэтому информации она дает не в пример больше. Но название Освоенные Земли, вовсе не означает, что они все заселены. Простору для людей хватает и здесь. И заселена эта территория пятнами. Это не удивляет. Ядром каждого пятна, является транспортный терминал, через который и осуществляется связь планеты с Демократическим Сообществом Людей. Пятен заселения - девять, по числу терминалов. На удалении от терминалов располагаются промышленные предприятия и населенные пункты. В глаза бросилось, что наиболее значительные пункты, носят названия старых русских городов. Правда на карте они фигурируют с добавочным словом: "Новый" или "Новая". Сопровождающий меня "чекист" Павел, пояснил, что в разговоре между собой, местные люди, эту добавочку опускают. Забавно было встретить в стране, где правит монарх, подобные названия, да еще в старом советском варианте: Сталинград, Ленинград… Спросил об этом Павла, а он ответил, что это просто ностальгия по временам, когда
Старая Родина, достигла наивысшей степени своего величия. Попались и такие названия, как Казань, Уфа, Ташкент, Самарканд, Бухара. Оказывается, что при выдворении с Земли, вместе с "непримиримыми русскими", выселялись и не менее непримиримые жители азиатских стран. Жили здесь и "непримиримые евреи", которые или в силу своей склонности к иронии, или назло примиренцам, предпочитали называть себя жидами. Все эти осколки народов и составили то, что получило название Русского Мира или Русью Немезидской. Правда, не все население Немезиды, относилось к Русскому Миру. Сюда выселяли не только "непримиримых". Оказывается, здесь жили и потомки тех, кого направили вести наблюдение и контроль за сосланными. Эти в основном тоже были русскими по крови, но душа у них была совсем не русская. Отвечая на мои вопросы, Павел рассказал, что предки этих людей, как раз и составили ту "пятую колонну", с помощью которой, Золотой миллиард и подавил Русский Бунт. Я не стал пока выпрашивать исторические подробности. Достаточно знать то, что потомки предателей, по-прежнему нам враждебны. И дело не только в исторической памяти.
Хватало и сейчас причин для взаимной неприязни. Русскими, их на Немизиде никто не считал. "Полицаи", а чаще "подпиндосники", вот самые распространенные названия, которыми их честили местные. "Подпиндосники", так и не сумели установить контроль над местностью заселенной "непримиримыми". Появляться там, где живет население Русского Мира, было весьма опасно. После нескольких попыток, окончившимися для них плачевно, они замкнулись в своих городках и поселках, жмущимся к транспортным терминалам. И тем не менее, они были опасны. Три с половиной миллиона "подпиндосников" имели возможности для того, чтобы втихую пакостить нам, но об этом позже. Еще на планете, жило несколько сотен тысяч граждан Сообщества, завязанных на внешний обмен сырья и промышленных товаров. Большинство их, были работниками сырьевых корпораций. Вторым по значению, родом их деятельности, было обеспечение исправного функционирования транспортных терминалов. Были и те, кто занимался нелегальным бизнесом. Все эти граждане, относились к Русскому Миру вполне нейтрально и проблем не доставляли. Правда кроме деловых контактов, других отношений и
не было. Была еще прослойка из нескольких сотен государственных служащих. Эти, отличались склонностью к коррупции и пользовались сложившейся на планете обстановкой, к своей пользе. В дела Русского Мира, они не лезли, а возникающие вопросы, решались через представителей мафиозных группировок. Был здесь и воинский контингент Содружества, представляющий собой экипажи орбитальных станций, наземной станции Космической обороны с батальоном пехоты при ней и по взводу в каждом транспортном терминале. Вот и все население планеты. Интересуюсь у Павла, численностью всех вооруженных формирований на планете. И получаю справку. Итого пару тысяч военнослужащих армии Содружества, столько же сотрудников охранных служб коммерческих фирм Содружества и 32 тысячи человек, служащих в полиции у подпиндосников. Это те, кто может быть задействован против нас. Правда, в основном они обучены проведению полицейских операций, но батальон линейной пехоты, может проводить и боевые операции. А что с нашей стороны? Павел отделывается общими фразами. Силовые ведомства Русского мира, представлены в основном оперативно-следственным
персоналом. Для возможных силовых акций, есть ДНД - добровольные народные дружины. Они действительно добровольные, и действительно народные. Члены этих дружин, раз в неделю ходят на дежурство, для поддержания правопорядка. Бойцы ДНД, обладают приемлемой подготовкой, для участия в полицейских и спасательных операциях. Теоретически, они могут противостоять "полицаям", если те не применят тяжелого вооружения. В случае чрезвычайных обстоятельств, предусмотрен призыв граждан в Народное ополчение. Но в данный момент, это не более, чем декларация. Просто серьезно этим еще никто не занимался. На планете, есть собственное оружейное производство, но оно занято выпуском лишь гражданских и полицейских образцов личного оружия. Негусто, однако.
        А вот теперь надо разобраться, что надо защищать. Скажите что народ? Ошибаетесь! Еще ни одна армия мира, не сумела защитить весь свой народ. Просто это невозможно сделать. Никакой армии на это не хватит! Никто не может защитить народ, кроме самого народа. И защитить себя народ может только с помощью государства. Армия, разведка, дипломатия, правоохранительные органы… это всего лишь кадровое ядро защитной системы общества, тело которого, в трудную минуту, наполняется гражданами, выступившими на защиту своей жизни и своего благополучия. Те кто этого не понял, понадеявшись только на искусство профессионалов, горько потом пожалел об этом.
        Значит, поручаем защиту народа, самому народу. Создаем дееспособное народное ополчение. Налаживаем военное обучение населения. Многому, конечно, не научишь, но военный контроль территории, оборона стационарных объектов, защита коммуникаций - это им по силам. Учитывая, что в стране население сосредоточено в девяти регионах, значит, планируем создать девять военных округов, со своими органами управления. Где бы только руководителей для этого найти?
        Но эффективная защита населения и территории, возможна только тогда, когда в целости будет источник благосостояния и могущества народа. Смотрим теперь под этим углом зрения на защиту страны.
        Первая опасность - это голод. Народ может питаться во время войны гораздо скромней, нежели в мирное время. Изыски в питании - это примета мирного времени. Во время войны уместна простая пища. Но, голодать люди не должны. Смотрим и видим - продуктами питания, Русский Мир, обеспечивает себя самостоятельно. Часть продовольствия идет даже на продажу "подпиндосникам" и ближайшим гражданам Сообщества. Так, значит, перестав им поставлять продукты, мы нисколько не ущемим себя, сократив производство продовольствия. Защитить посевы и пастбища от диверсий, невозможно даже силами всего населения. А потому, нужно формировать запасы продовольствия, причем складировать их в таких местах, где масштабные боевые действия маловероятны. Для защиты складов достаточно небольших гарнизонов. Острова в Океане, сами собой напрашиваются для решения этой задачи. Какие из них, пока неважно. Окончательный выбор можно сделать потом.
        Теперь смотрим структуру промышленности. Страна производит промышленную продукцию для собственного потребления и на экспорт. На планете, в основном обрабатывающая промышленность. И судя по всему, развитая. Наукоемкие производства в наличии тоже имеются. Это хорошо, есть возможность производить разнообразные системы вооружения. Понять бы еще какого. Но есть один неприятный момент. Воздействие средств поражения. Простой обороной их не защитишь. Рассредоточить предприятия невозможно. Строить дублеры? А есть ли для этого возможность? Я не знаю. Значит надо сделать так, чтобы противник не имел возможность нарушить работу предприятий в ходе боевых действий. Как это сделать? Да отогнать его подальше, а лучше вообще уничтожить его наземные войска. А это только наступлением! Так просто? Здесь все просто. Возможных мест сосредоточения войск противника немного. Они находятся там, где поступает все необходимое на планету. Это транспортные терминалы. Единственные места, через которые возможен быстрый ввод войск противника и их дальнейшее снабжение всем необходимым. Решение сей задачки очевидно: либо внезапный
захват терминалов и установление над ними своего контроля, либо то же самое, но предварительно разгромив вражеские наземные силы в местах возможного сосредоточения. А вот с этой задачей, ополчение не справится. Нужна обученная регулярная армия. На первых порах в составе десятка батальонов. Чему и как их учить, мне лично понятно. И все-равно остался открытым вопрос: как и чем вооружать. Впрочем, для быстрого и внезапного удара, вполне подойдут те системы вооружения, которые считаются здесь устаревшими. Итак, берем, транспортные узлы, под свой контроль и противнику придется проводить очень дорогую десантную операцию на необорудованной для этого местности. А мы можем подумать, как быстро и дешево построить Космическую Оборону. Много неясностей, но пока все логично.
        Только противнику можно и не проводить десантную операцию. Промышленности нужно сырье. А откуда оно идет? Собственных сырьевых источников у нас нет. И вовсе не потому, что нет полезных ископаемых. Они есть, но только под землей. Строить ее можно долго, всю жизнь. И все-равно полностью себя не обеспечишь. А откуда тогда идет сырье сейчас? А из космоса! Здесь тоже есть астероидный пояс. Просто там добыча и переработка сырья намного проще и дешевле, нежели на поверхности планеты. Судя по справочникам, оно поступает в достаточных количествах, причем вперемешку с полуфабрикатами. Значит, напрашивается еще удар по орбитальной группировке. Но чем его произвести? Опять никакого понятия. Это серьезная забота местных для конструкторов и промышленников. А нам нужно только дать правильное техзадание им и продумать тактику применения этих средств.
        Что получаем в итоге? Контроль над транспортными узлами и орбитальными станциями, предотвратит нас от ведения боевых действий на поверхности планеты. Значит, войну мы должны начать внезапно и по собственной инициативе. Но есть одна проблема: Отсутствие собственного космического флота, не позволит защитить завоеванное. Вопрос поражения станет вопросом времени. И получается, что начинать войну, придется лишь тогда, когда Сообществу будет не до нас. То есть, когда они схлестнутся с равным по силам противником. Как это сделать? Не представляю! Это задача для правителя, а не для меня. Если он ее сумеет решить, значит, я сумею найти способ выиграть необходимое для победы время.
        Ладно! Еще пройдемся внимательней по тезисам, определимся по некоторым мелочам и будем оформлять "сочинение" свое начисто.
        И вот настал день, когда я предоставил свои выкладки на суд местных правителей. Император, князь-кесарь и канцлер - вот и вся "приемная комиссия". Правда докладывал не только я. Мой собрат по несчастью, Михаил Семенович Коробов, в прошлом своем, учился в Академии имени Фрунзе. Ему тоже поставили задачу, аналогичную моей. Но мысли его, с моими не совпадали. Его концепция - ведение партизанской войны на истощение противника. Уже по стилю доклада, чувствовалось, что за плечами автора, багаж солидных теоретических знаний. Мой доклад, на фоне этого, действительно выглядел, как выглядит школьное сочинение, на фоне добротного произведения.
        По окончанию доклада, началось обсуждение. И первым, вопрос задал император:
        - Иван Руссиянович! Начнем с Вас. Что Вам не понравилось в докладе Михаила Семеновича?
        - Сама идея партизанской войны не понравилась, все остальное - нравится.
        - И чем же Вам не понравилась идея партизанской войны?
        - Тем, что нарушено самое главное условие победы - наличие крепкого тыла.
        - Подробней поясните, пожалуйста, - подключился к разговору канцлер.
        - Тут дорогие товарищи все просто. Для победы нужен тыл. Весь экономический потенциал, который мы имеем, должен работать на нас, а не на врага. Значит все это надо удержать под своим контролем. То есть упорно защищать каждый завод, каждый населенный пункт, каждую пашню. А при партизанщине, мы все это отдаем в руки врага и уходим в дикую местность. И долго мы так продержимся?
        - Вы не учитываете, что и противник, не сумеет воспользоваться завоеванной территорией, - возразил Михаил Семенович.
        - Какое-то время - да, не воспользуется, но ему это по большому счету не так уж это и нужно. Все необходимое, он завезет извне. А вот мы ничего необходимого завести не сможем. Кончатся сделанные на тайных базах запасы, и все, войско можно распускать по домам. Воевать ему будет нечем.
        - Ну так уж и нечем! Если активно действовать, трофеи всегда будут! - продолжал упираться оппонент.
        - Михаил Семенович! Дорогой! Ну не построишь на трофеях свое счастье! Чтобы они были, надо в любом случае вступать в бой. А здесь у карателей - преимущество. Они быстро нарастят те силы, что будут с вами вести бой. И уже не отцепятся. Им это выгодно будет, чтобы партизан "залип" надолго. Так и перемелют они Ваши силы!
        - А кто сказал, что мы будем рогом упираться? Ударил - удрал! В другом месте - тоже самое. И у кого потери будут больше?
        - Так ты, вступая в короткие бои, много трофеев не добудешь. А "ударил - удрал", тоже не пойдет. Противник то останется не разгромленным. А не разгромленный враг - опасней, чем вообще не тронутый. Наберется опыта - мало тебе потом не покажется.
        - Так господа! Я чувствую, что сейчас у вас пойдет бесконечный спор и демонстрация эрудиции, вмешался князь-кесарь, - Давайте, каждый укажет на принципиальные недостатки плана своего оппонента. Начните Вы Михаил Семенович.
        - Главный недостаток плана Ивана Руссияновича, его авантюрность. А в частности, план материально не обеспечен. Вообще ничем. Его не исполнить даже частично. Но даже если затратить время и подготовиться, все-равно, начать его осуществлять проблематично. Нужно ждать, когда Сообщество подерется с Империей. А этого может и не произойти никогда. К тому же, скрыть такую подготовку не получится. Сообщество постарается нам все испортить в самый неподходящий для нас момент. И что тогда? А тогда придется все-равно действовать так, как я расписал. У меня все.
        - Вы что скажете Иван Руссиянович?
        Слушая возражения Михаила Семеновича, я понимал его правоту. Мой план действительно тянул на авантюру. Но кое-что, критик мой не учел.
        - Скажу я одно. Материально обеспечивать, что мой план, что план Михаила Семеновича, все равно предварительно придется. Потому, что отсутствие материальной составляющей, свойственно нам обоим. Но это вопрос решаемый. Здесь другая проблема. Партизан - слаб по определению. Бороться на равных с частями регулярной армии - он не сможет. Поэтому, ему нужно обширное пространство для маневра и природная крепость для передышки. Значит, цепляясь за населенные пункты, он обрекает себя на поражение. Придется уповать на необитаемую пересеченную местность. А это означает, отказ от тяжелого вооружения, что резко снизит его возможности по ведению войны. Второе - партизан хорош для разрушения тыла, а вот настоящий тыл противника, нам недоступен. Фактически, мы будем разрушать свою страну. Третье. Главная надежда партизана - это успешные действия своей регулярной армии. Уже это предполагает необходимость иметь силы, способные удерживать территорию. А эти силы - либо свои собственные, либо силы могучего союзника. Последнего, у нас нет. И неизвестно, будет ли? Так что, создание армии, способной успешно наступать, это
суровая необходимость. Без этого, партизанская борьба - такая же авантюра, как и мой план.
        Спор затянулся надолго. Видно было, что правители разрываются между умеренностью Михаила Семеновича и моей дерзостью. Принятие конкретного решения, становилось проблематичным. И тогда, чтобы покончить со спором, который мог стать бесконечным и бесплодным, я задал вопрос:
        - А мы не можем провести военную игру? На каком - нибудь компьютере?
        На меня все посмотрели, как на явного идиота.
        - Иван Руссиянович! Вы можете не знать, но "игрушки" подобного рода, создаются усилиями целых корпораций. И занимает этот процесс целые годы, - император, которому явно нравилась моя идея, с явным сожалением начал объяснять "дикарю", очевидные для его современников вещи. Но вот только, в "дикаре", сидели не только отсталые предки. То, что во мне осталось от Джона Девяткина, просто так соглашаться не спешило:
        - А зачем создавать все заново? Берем игру-стратегию, вводим в нее электронную модель реальной местности, и уменьшаем разнообразие юнитов. Нам ведь сейчас нужно не детальное планирование, а проверка самого принципа.
        Князь-кесарю, подобный подход, диким не показался:
        - Думаю, что мои умники, за неделю с подобной задачей справятся. В конце-концов, действительно, зачем нам большие подробности? А так, авторы поиграют друг, против друга и многое станет ясным. Вы лучше сейчас поработайте над теми деталями своих планов, которые у вас явно совпадают.
        Предложение всем показалось здравым. Ведь у нас были точки совпадения взглядов по отдельным пунктам. В частности, идея создания стратегических запасов на островах и малонаселенных местах. Мы все перешли в другое помещение, где оказалась установка, способная показать модель местности в трехмерном виде. Началось конкретное планирование. Тут уже, в основном рассматривались предложения хозяев. Все-таки, возможности своей страны, они знали лучше.
        Глава 10
        ГОРА СИГНАЛЬНАЯ. ПОСИДЕЛКИ С ШАШЛЫКАМИ.
        Гора Сигнальная, у подножья которой расположились мы, названа так не случайно. Она достаточно высока и имеет плоскую вершину. Местные геодезисты, создавая опорную геодезическую сеть, сразу облюбовали ее, для установки пункта триангуляции. Геодезическую вышку, если по-простому. Вообще то, это анахронизм. Весь мир, давным-давно перешел на спутниковую навигацию. Но кто может поручиться за то, что в один прекрасный момент, нас не лишат этого блага. Да и пользоваться благами, которые дает наличие на орбите Немезиды группировка навигационных спутников, нам дают не в полной мере. Есть ограничения по разрешающей способности привязки. Причем, его распространяют не только на "непримиримых", но и на "подпиндосников". Вот и приходится нашим геодезистам гонять ходы прадедовским способом, так же, как делал это в свое время я. Правда, инструмент у них, значительно совершенней того, которым работал я. Но все-равно, ограничения сильно усложняют производство работ.
        Мы сидим на полянке, недалеко от вышки. Мы, это император со своей женой и я с полковником Коробовым. Вместо стола, на поляне расстелили полотно. Обычный пикник. И разговоры шли тоже обычные. Практически ни о чем, пустой треп. Когда первая партия шашлыков была готова, дело пошло веселей. К тому же, вино было выше всяких похвал. Тосты были самые обычные, ничего за прошедшие века в этом плане не изменилось. А потом, слово взяла царица:
        - Иван Руссиянович! Михаил Семенович! Я знаю, что вы недавно появились в нашей стране. Как Вы находите наше общество?
        - Ваше Импера…
        - Иван Руссиянович! Дорогой! Мы на отдыхе! Оставьте титулы, обращайтесь по-простому. Здесь я Марина Леонидовна.
        - Хорошо! Марина Леонидовна! Мы только начали здесь жить. Как оно будет дальше, не знаю, но первые впечатления хорошие.
        - А у Вас Михаил Семенович?
        - Тоже неплохо, только непонятно, чем нам тут придется заниматься.
        - Вы еще не выбрали себе занятие по душе?
        - Знаете, Марина Леонидовна, я ведь по натуре своей просто усердный служака. Провести остаток жизни, вскапывая огородик, я смогу, но этого мне будет мало. Если мне не найдется серьезного занятия, то я приму сан.
        - Вас так привлекает Церковь?
        - А чем она плоха? Я верую истово. Те мои знакомые, что уйдя в запас, посвятили себя Церкви, так для них ничего в жизни не изменилось. Служба - она везде служба, а ряса - тот же мундир. А мундир носить я всегда умел.
        - А разве служба в Церкви, не является мирным занятием?
        - Нет! Это такая же война, как и на полях бранных. Чтобы воспитать человека в праведности, нужно одолеть те же трудности, что одолевает и воин. Ведь настоящая Церковь, это войско праведное. Там, на Вилюе, я это прекрасно понял. И служитель церковный, это не просто пастырь, а командир, направляющий войско свое. А сам Христос, разве не видели люди Его в гневе великом? Вовсе не к смирению он призывал, когда увидел оскорбителей святынь в Храме Отца своего. Оружием и бранью гнал он торгашей из Храма.
        - Однако, - промолвил император, - а как дело обстоит с правой и левой щекой?
        - Надо подставлять! Ибо бьют по щеке, лишь за обиду, что ты причинил брату своему! Нельзя обидеть человека и не понести за это наказание! Человек, смиренный перед Господом нашим, такие вещи понимает и принимает заслуженную кару безропотно.
        - А если тебе попался просто любитель поиздеваться над тобой?
        - Совестливый человек, ударив по правой щеке, устыдится гнева своего. Ибо видит человека раскаявшегося. И по левой щеке бить не станет. Того же, кто ударил по левой щеке - бей насмерть! Ибо нет совести у него, а значит, жить ему незачем!
        - И чему же Вы собрались учить прихожан? - заинтересовалась царица.
        - Тому, что мир окружающий нас, погряз в грехах и неправедности. Что всякий раз, когда это происходит, Господь наш, в доброте своей, посылает людям своих карателей. И кто это будет, как не народ, сохранивший себя в чистоте и праведности? Ведь призывал Христос: "Продай одежды и купи меч!" Вот когда люди ответят: "Господи! Есть у меня два меча!" - значит, служение мое принесло пользу.
        - Семеныч! Ты разошелся, прям как замполит на партсобрании! - влез в разговор я, - скажу тебе по-другому: кончай маяться дурью! Волка можно запереть в монастыре, но все-равно он смиренным от этого не станет. Ты же искусаешь всех, кто станет тебе поперек! Какая ряса? Тебя учили большему, нежели меня. И все это зря? Тебе напомнить о таланте, зарытом в землю? Или тебе больше говорить не о чем?
        Царица, увлеченная речью Семеныча, разочаровано сказала:
        - Разве Вам не интересны рассказы о службе? Михаил Семенович неплохо о ней рассказывает.
        - Марина Леонидовна, давайте не будем за столом о службе говорить! А то подумают, что мы уже напились, - увидев легкое недоумение на лице царицы, я пояснил:
        - Это просто из древнего анекдота, при случае расскажу.
        - Хорошо, тогда вот какое дело, я конечно царица, но диплом у меня историка. Расскажите мне пожалуйста, как на самом деле Вы завоевали Русь? Поверьте, для меня это удача, о которой историки могут только мечтать! Встретить средневекового полководца воочию, пусть даже и в другом обличье.
        Я вопросительно взглянул на императора.
        - Рассказывайте Иван Руссиянович, Марина в курсе Вашей истории попадания к нам.
        - Хорошо! Начну с того, что когда я вселился в Руссияна, мне довелось читать Ваши книги о том, как все это происходило. Так вот, там все описано неправильно! Побежденным противникам, всегда стыдно говорить о настоящих причинах поражения, поэтому они выдумывают сказки о врагах. Это было еще тогда. Мудрецы, далекие от воинских походов, расспрашивали своих воинов о случившемся. Но вот меня никто не спросил. Воины, проигравшие войну, неохотно говорили о своей вине. Гораздо приятней, им было говорить о том, как храбро они сражались с несметными силами победителя. И мудрецы, не способные отличить верхового седла от вьючного, охотней верили своим несостоятельным хвастунам. И не верили тем, кто говорил им горькие вещи.
        С чего же мне начать? Вот пишите вы историки, о тех несметных полчищах, которые шли на войну. Причем именно монголов. Но ведь монголов, участвующих в Великом Западном походе, была жалкая кучка. Да и я не монгол. Решение о походе на Запад, принял еще мой первый Повелитель - Чингиз-хан. Поначалу, речь шла лишь о войне с кипчаками. Джучи, которому это было поручено, вел войну, натравливая окрестные народы на кипчаков, тщательно сберегая свое войско. Толк от этого поначалу был. Ломая главного врага, он потихонечку подминал под себя союзников. Но затем, кипчаки, усвоившие эти уроки, начали поступать так же. Годы шли, а война не прекращалась и до победы было далеко. А после смерти Джучи, война вообще зашла в тупик. Это произошло потому, что потомство Чингис-хана, грызясь за власть и славу, начало действовать вразнобой. Хитрые кипчаки, сумели повернуть дела в свою пользу. Те ошибки, что совершили царевичи на этих землях, привели к тому, что даже часть союзников стала нашими врагами. Сам Бату - хан, не был полновластным хозяином улуса. Местные властители, пользуясь разногласиями в стане чингизидовичей,
потихоньку набирали влияние. Хитрая дипломатия себя исчерпала, и только война могла положить этому конец. И тогда, Великий Хан дал приказ мне, отправиться на помощь Бату. Много войск он дать мне в помощь не смог. Ибо войска были нужны и в Китае и южнее Каспия. С собой я взял свою личную сотню и Ямскую тысячу. Только не надо думать, что это была настоящая сотня и настоящая тысяча. В личной сотне моей, служило шестьдесят отборных воинов. Ямская тысяча состояла из Степной и Лесной сотен. Ну, и еще сотни три людей, чьей обязанностью было содержать воинский лагерь.
        Войск как видите, было немного. Но их и не нужно было много. Главную свою надежду, я возлагал на Ямскую тысячу.
        - А это еще что за войска такие?
        - Это, Семеныч, гонцы, доставляющие донесения от войск мне и мои приказы войскам.
        - То есть фельдегеря?
        - Они самые! Ведь главное, не столько численность войск, сколько их управляемость и дисциплина.
        - Ну, с этим у вас был полный порядок! Если за одного труса казнить целый десяток…
        - Ага! А за десяток трусов, казнить сотню! Семеныч! Это Марина Леонидовна еще поверит в подобную чушь, ей простительно верить в это. Но ты ведь человек военный! Если у тебя сотня воинов всего, а один десяток дрогнул, то всех своих и казнишь? А как ты это сделаешь? И с кем воевать потом будешь? Да воинам проще командира убить, чем жить по таким порядкам!
        - А что репрессий у вас не было?
        - Были Константин Ильич! Вот только не в таких масштабах. Да сами судите, римляне, казнили каждого десятого из тех, кто струсил! И им этого хватало! Один раз проведут децимацию и несколько веков живут без проблем! У Сталина, если собрать штрафников и расстрелянных за панику и трусость, все вместе и полтора процента не наберется. Так что этого мизера репрессий вполне хватает, чтобы навести порядок. Казнить десять за одного, нет нужды. Это уж выдумка чистой воды Ваших собратьев по ремеслу Марина Леонидовна!
        - Да Вы не горячитесь, продолжайте Иван Руссиянович!
        - Когда я прибыл в ставку Бату, то застал в ней полную неразбериху. Никто не мог сказать, где конкретно и какие находятся войска. Их просто разбросали по десятку направлений. И при этом ожидали побед. Но и собрать войска в единый кулак, быстро было невозможно. Ибо они были заняты. Долго рассказывать, но если коротко, то несколько лет ушло на то, чтобы поочередно громя воюющие с нами народы, освободить занятые войной отряды и собрать их в один кулак. Это почти получилось, но остались три непобежденных народа: Кипчаки, мордва и башкиры. Мириться с кипчаками было невозможно. Они считали, что в силах повернуть войну вспять. А вот с башкирами и мордвой это удалось. Но тут уже заслуга самого Бату. Именно он сумел прекратить ненужные нам войны. Начав собирать свои силы в кулак, я заодно навел в войске порядок. Беда была в том, что войск было мало, а царевичей много. Не все из них годились быть командирами, но ставить их рядовыми воинами, было невозможно. Слишком много у них было влиятельной родни, которая могла на это обидеться. Пришлось их делать темниками, а чтобы от этого не страдало дело, дать им в
помощь опытных командиров. Причем таких, которым воины будут беспрекословно повиноваться. В общем, одним труды, другим почет.
        Я хотел покончить с кипчаками в течении одного года. Такое было возможно. Но в войну втянулись камские булгары, и войско пришлось делить. Половина войска, под руководством Мунке, ушла на Дон, а с оставшейся половиной мы занялись разгромом камских булгар. Война с булгарами была тяжелой. И заняла она три года у нас. Под конец войны, произошло то, что и послужило причиной нашей войны с Русскими землями. Во время боев у города Золотарев, на помощь булгарам пришли русские войска. Началось Золотаревское сражение, которое мы выиграли, взяв заодно и сам город. А ведь это было нелегко! Сам город имел четыре ряда стен! Да и войск противника хватало. Против нас собрались войска булгаров, буртасов, мокша, русские, кыпчаки и аскизы. С нашей стороны в основном тюркские и угорские воины с юга Западной Сибири. А после сражения, выяснилось, что если мы отсюда уйдем, то русские князья, наложат свою лапу на эти земли. У них ведь было так много князей, что на всех уделов не хватало. Лазутчики даже рассказали нам шутку, которая ходила в Русских землях: "В Суздальской Земле - по два князя на селе". Эти князья с
удовольствием захватили бы земли разгромленных булгар. Бату, пытался договориться с руссами. Он соглашался с тем, что русские князья займут своими войсками эти земли, но требовал в ответ, чтобы они подчинялись не своим старшим князьям, а ему. Старшие князья, что Рязанский, что Владимирский, поначалу с этим согласились. Им хватало и своих земель, а сплавить буйных и жадных родственников, с их дружинами, под чужую руку, им было выгодно. Но именно с родственниками и не удалось договориться. Те боялись, что потеряв покровительство своих повелителей, они станут беззащитны перед нашей силой. Вот они и заставили старших князей, ввязаться в войну с нами. И для начала унизили и убили наших послов. Война стала неизбежной.
        - Так Вы Иван Руссиянович, уверяете, что именно русские виноваты в этой войне? - царица спросила вроде бы спокойно, но легкое раздражение в том тоне, которым она задала свой вопрос, все-таки почувствовалось.
        - Эх, Марина Леонидовна! Если бы все было так просто! Типа один виноват, а остальные праведники. Нет! Тут все сложней! Просто, на всем пространстве Евразии, рушился старый порядок. Он уже перестал работать. А нового еще не было. А это время сплошных войн. И кто-нибудь, начнет наводить свой порядок. А не наведет, другие желающие найдутся. Вы думаете, почему все начали воевать? Да потому, что люди решали наболевшие вопросы. И войны, на всем этом пространстве, начались задолго до нашего прихода. Просто мы были победителями. А могли победить и другие. Те же кипчаки. Если конечно у них родился бы подобающий вождь.
        Той осенью, мы собирались идти на Дон, добивать половцев. Но вместо этого, пришлось готовить поход против Рязани и Суздаля. Когда Бату, ставил мне задачу, он сказал мне о том, что возможно, войной с двумя этими землями, дело не ограничится. Судя по донесениям лазутчиков, бардак на Руси творится такой, что мелкие князья остальных Русских земель, могут никого не спрашивая, влезть в эту войну. Но не просто влезть. А втянуть тем самым и свои земли. Поэтому, Бату требовал, чтобы наш удар был стремительным, а победы впечатляли.
        "Мне не нужно затевать множество сражений Субудай. Если мы провозимся с Русью столько, сколько возились с Булгарией, то мы проиграем. Ты должен нанести один удар, но так, чтобы у врага не было ни сил ни желания, бить в ответ".
        - Иван! Вот ты помянул лазутчиков. А как они работали? Ведь для раскрытия намерений правительства страны, нужна очень долга работа. Когда же вы шпионов засылали?
        - А мы Семеныч, их и не засылали. Они всегда там были.
        - Не понял!
        - Все просто. Никто тогда не держал разветвленной агентуры, даже в сопредельных странах. На это просто не хватило бы средств. А людей готовить? Не было у нас столько времени. Подумай сам, сколько нужно людей, чтобы снабжать нас сведениями о том, что творится от Тихого Океана и до Атлантики?
        - И как же тогда обходились? Ведь об этом никто нигде из древних авторов не пишет. Лазутчиков упоминают, но о подробностях молчат, - царица действительно нешуточно заинтересовалась этим вопросом. Еще бы! Осветить в трудах этот момент, который никто не освещал, это дорого стоит!
        - Купцы. Те купцы, которые торгуют с разными странами. Когда они везут свой товар, они платят различные подати за провоз товаров. Бывают слишком большие подати, бывают разумные, а бывают маленькие. Но какие правила не установи, платят купцы неодинаково. Потому, что вместе с товарами, они везут еще и вести из разных стран. Ведь в каждой стране, у них есть много знакомых, с которыми они ведут свои дела. Да и между собой, купцы говорят о многом. Когда караван появляется в городе, то многие люди спрашивают купца о новостях. И обязательно будут люди, которые спросят о том, что им интересно, но только не при посторонних. Спрашивают о разном. Правитель спрашивает об одном. Начальник стражи - тот в основном о разбойниках и бунтовщиках. А у воеводы свои вопросы.
        Император, лукаво улыбнулся:
        - Ничего в мире не меняется, все давным-давно придумано!
        - Вот именно! Конечно, купец может ничего не знать, но тогда с него и поборы возьмут большие. Поэтому, они предпочитают знать и рассказывать без утайки.
        - Но ведь и враги ваши, тоже узнают у него сведения?
        - Да, Марина Леонидовна, они тоже узнают. Впрочем, купцы могут одной стороне докладывать ВСЕ, а другой, только о том, о чем спрашивали. Мы например, жестоко карали грабителей караванов, казнили мздоимцев, брали небольшие поборы. У нас был простой и справедливый суд. Поэтому, нам докладывали все. А врагам нашим, только то, о чем они догадались спросить.
        - Так, Иван, с этим понятно, вы своим подходом, считай вербанули всех купцов, которые вам повстречались. Но ведь тебя интересуют конкретные военные сведения, а не новости из королевских спален, - уже не на шутку заинтересовался Семеныч.
        - Так спрашивают не только купца. Купец ведь, человек, конечно, не простой, но он не на все обращает внимание. Но ведь в караване есть и охрана, и начальник при них. Они, как правило, не новички в военном деле. Они и обратят внимание на то, на что купец не посмотрит. А еще, в караване есть проводники, отлично знающие местность. Так что есть кому задать интересные вопросы. Но не только на купцов была надежда. В Поволжье, жило немало руссов, которые не поладили со своими властями, поэтому, и они бывали полезны. Вот из них и вербовались настоящие лазутчики.
        - Да, как всегда, паршивая эмиграция, готовая Родину продать.
        - А как без них? Но вернусь к повествованию. Получив задачу от хана, и собрав нужные сведения, я решил, что нападать надо сейчас, когда реки замерзнут. У руссов в ту пору не было надежных дорог. Сами они передвигались либо на речных кораблях, либо по льду замерзших рек. Так было и у других народов, живших восточней их. По лесным дебрям, много людей не провести. А уж конное войско, по лесам никто не водил.
        Эффект внезапности, очень важен в военном деле и достигается он, многими способами. Я знал, что руссы, не ожидают нашего нападения. По их мнению, было невозможным, после окончания тяжелых боев, вот так сразу, затевать новое наступление. Их войска не были собраны воедино. А часть подручных князей, даже затеяли походы за добычей в другие страны. К тому же, они много имели дела с половцами. Сами половцы, зимой, крупными силами не воюют. Лошадей не прокормишь. Слишком глубокий снег, глубже, чем в степях Монголии. Ну а раз, мы пришли со стороны степи, то значит и будем воевать, как те степняки, к которым они привыкли. Вот только они не учли, что мы не союз мелких племен, а держава. Что нам есть, кому отдать приказы о срочном подвозе фуража. И они очень были удивлены, когда в декабре месяце, наше войско вторглось в их земли. Ведь они ожидали, что мы раньше конца весны, не сможем начать войну.
        Прозевав наш удар, они просто не успевали собрать свои войска воедино. Правда, рязанские князья, сумели собрать войска. Но собрать, не значит подготовить к битве. Сочтя себя достаточно сильными, они двинулись на нас. И это была ошибка. Лучше бы они отошли на соединение с войсками Владимиро-Суздальской земли. А так, их неподготовленное к войне войско, сходу попало в устроенную на ровном месте ловушку. И было разгромлено. Другой неожиданностью для них, явилось то, что мы не стали идти одной колонной. Я разделил войска. Но разделить, это не значит ослабить. Двигаясь по разным дорогам, мы, тем не менее, могли быстро собраться в нужном для нас месте воедино. И в этом мне помогала Ямская тысяча. Конечно, Степную сотню я отправил на Дон, но ведь там ей было самое место. А Лесная сотня, за время войны, получив пополнения в Сибири и на Урале, разрослась до трех сотен. Это были люди, для которых лес был привычен, поэтому они не блуждали, когда везли донесения.
        Одновременно с вторжением в рязанские земли, началось вторжение в Суздальскую землю. А там, этого ожидали еще меньше, чем рязанцы. И не успевая собрать войска, они приняли, как им казалось, мудрое решение. Суздальские князья, тоже считали, что мы являемся подобием кипчаков. А кипчаки штурмовать города не умели. Они решили, продержаться в городах, выигрывая время и изматывая нас вылазками. План их был хорош. Рязань могла к весне, по моим расчетам, собрать 20 тысяч воинов. Владимиро-Суздальские князья, еще больше, до пятидесяти тысяч воинов. К тому же, Рязань надеялась на помощь со стороны Черниговской земли. Но там, опасаясь вторжения Менгу и Кадана, посылать войска в Залескую Украину не решились. У меня же, было не более двадцати тысяч воинов. Пока противник не оправился от неожиданности - этого было более чем достаточно, но весной, после распутицы, этого было бы слишком мало.
        Я прекрасно понял замысел врагов, как и их просчет. Они не приняли во внимание две вещи: В отличии от кипчаков, мы умели быстро брать города штурмом, поэтому запершись в городах и крепостях, они позволили громить их силы по частям. Второй их просчет состоял в том, что они не учли того, что мы в отличии от всех, умели водить войска по лесам. Поэтому, многие их отряды, шедшие к месту сбора, были внезапно атакованы и истреблены. Летописцы русские вовсе не врут, что нас всегда было больше, чем руссов. К месту каждого сражения, мы умели быстро подтягивать войска. И всякий раз, против тысячи руссов, внезапно оказывалось тысяч пять наших воинов. А так, по общей численности, мы были в меньшинстве.
        - Стоп, то, что ты лучше маневрировал, чем противник, я уже понял. То, что идя врозь, воевали вместе - тоже понял. Ты мне скажи, почему ты успевал, а наши, нет.
        - Ты можешь мне не верить Семеныч, но тогда никто на Руси, не умел воевать по-настоящему в лесу.
        - А подробней можно? Как это так, жители лесной страны, не умели воевать в лесу?
        - А не было у них раньше такой нужды. Жили русы в долинах рек, они были не лесным, а скорее речным народом. Именно в долинах рек они и селились. В лесах, мало кто жил. Вот и суди сам, войско найдет богатую добычу там, где народ гуще живет. Где жизнь бойкая. Значит, лезть в густые дебри, крупным отрядам нет нужды. Они и не лезли. Да и лес к тому же непроходим для крупных отрядов. Они и не ходили. Да и опасно это. Можно и не выйти из лесу.
        - Там что, в лесах партизаны сидели?
        - Можно сказать и так. Вот ты Семеныч, знаешь, чем отличается село от деревни?
        - Да по мне, что то, что это - сельский населенный пункт.
        - Большая разница! В селе, обязательно есть церковь, а значит и власть государства. А вот в деревне, церкви нет. Конечно, в долинах рек, были как деревни, так и села, а вот в лесах - только деревни. И никакой государственной власти! Не покорили князья эту деревню. Они туда вообще старались не лезть без нужды. Только с сильной дружиной и с большой осторожностью. Вот и жили эти деревни, никакой власти над собой, не зная. И плевать было жителям этим, на то, что рядом идет война! Кто с кем воюет, их тоже не волновало.
        - А почему князья не могли установить над ними власть?
        - А потому, Марина Леонидовна, что войску там не пройти.
        - А что мешало?
        - Искусство воевать, это прежде всего, умение совершать марши. А без обоза, марши невозможны. Где пройдет обоз, там пройдет и армия. Именно обозы делают возможным походы на большие расстояния. Того, что тащит воин в заплечном мешке или в седельных сумках - надолго не хватит. Вести растянувшийся обоз, даже на открытой местности непросто. А по пересеченной - тем более. Но еще сложней, защитить обоз от нападения врага. А в лесу, на узкой тропе, когда и обоз, и боевые отряды вытянуты в нитку, собрать воинов и принять нужный боевой порядок для отражения нападения - трудно и невозможно. А лесные жители, вовсе не были мирными. Разбоем они не брезговали. Это в широком и ровном поле, их можно бить. В лесу же, все твое преимущество в численности и выучке, ничего не дает. Они тебя и выследят, и нападениями изведут. А остаться без обоза - для войска смерть. Хочешь пройти через их леса - плати им дань. Иначе, живым не выйдешь. Вот мы, совершая марши по русским лесам и платили им дань.
        - Иван Руссиянович, но ведь и русские войска могли так поступать.
        - Нет, не могли. Мы были в этих лесах чужаками, от которых раньше, лесовики не видели никакого зла. Мы шли и никого не трогали, платя дань за проход, оплачивая услуги проводников, за фураж с продовольствием тоже платили. А вот князья… Они были здесь давно. Любой сбор налогов с местных - это по сути своей разбойничий набег. Тем князья и занимались, ничего не давая лесовикам взамен. Поэтому с ними, деревни не стали бы даже разговаривать. А вот мы, Марина Леонидовна, это другое дело.
        - И что, вы не грабили?
        - Грабили, но не всех и только по приказу. Чингиз-хан был мудрым правителем, и он нас давно научил, что не стоит добавлять противнику причин для упорного сопротивления. Мы никогда не грабили храмы, мы не отнимали имущества у того, кто встретил нас миром. Воины, уже давно знали этот порядок. Поэтому, не все стремились на войну с нами. Грабили только тех, кто сопротивлялся. Поймите, если бы это было не так, то у нас ничего бы не вышло.
        Все это я почему объясняю, нужно понять, как мы шли. Часть сил и тяжелые обозы, шли по льду замерзших рек. Это удобный путь, но слишком много воинов не всегда проведешь. А другая часть войска вместе с вьючными обозами, шли по лесным тропам. И если встречался противник, то он видел только часть войска и всегда удивлялся, когда из лесной чащи, появлялись наши подкрепления. Вот так, облавным порядком мы и шли.
        - А как вы восполняли потери?
        - На месте и восполняли. Среди лесовиков хватало удальцов, желающих сходить за добычей. Именно поэтому, невзирая на потери, мое войско не уменьшалось в численности. Последнее сражение с войском великого князя Владимирского, на реке Сить, мы вели уже с остатками русских войск.
        - А засады? В летописях и упоминаются, что вы коварно заманивали в ловушки.
        - Смешно, но засады устраивали и мы, и русы. Вот только наши засады, были более удачные. Русы просто не привыкли к той системе разведки и охранения, что применяли мы. Мы же шли облавным порядком. Ну устроил ты засаду на дороге, и что? Один отряд атакуешь, а на тебя сзади накинутся те, кто шел параллельным маршрутом. Фактически, против их неподвижных засад, мы применили подвижные засады.
        - А Новгород? Он же отбился?
        - Нет, он не отбился. Мы шли по новгородским землям, не встречая войск врага. Новгородцы, не ожидали, что мы так быстро окажемся на их земле. И тоже не успели собрать войск. Их спасло две вещи, то что зимний поход продлился дольше, чем я рассчитывал изначально, и недостаток у нас лошадей. Даже если война победоносна, нужно понять, когда пришло время остановиться, чтобы не загубить достигнутых результатов. Нас ждал паводковый период - распутица. В это время, ни один разумный человек не отправляется в дорогу. Реки, на которых должен сходить лед, тоже не годились в качестве дорог. Поэтому, я принял решение о возврате в степи, по пути, что шел по водоразделам рек. Там и почва суше, а реки узкие и неглубокие и их легко перейти вброд.
        - Так ведь вам до Новгорода оставалось немного. Прошли бы и переждали бы распутицу в Новгородских владениях.
        - Не получилось бы. Войско мое уже не годилось для боя. Выглядело оно грозно, но только для неопытного человека. У русов хватало опытных в военном деле людей. Они бы быстро заметили ту слабину, которая делала невозможным дальнейшие победы в сражениях. Стоять на месте было опасно. Надо было уходить. Тут все дело в лошадях.
        - Что? Лошади кончились?
        - Стало мало боевых лошадей. В ту пору, воин шел в поход, ведя с собой трех лошадей. Марши он совершал на ездовой лошади - холощенном жеребце или смирной кобыле, имущество и добычу, он вез на вьючной лошади. А в бой шел на боевом коне. Боевой конь - это самая главная ценность кавалериста. Коней в боях мы тоже теряли. У русов мы брали коней, но это были в основном не боевые кони. На Руси боевых коней разводили очень мало. Пополнить конский состав боевых частей мы не могли. А идти в бой верхом на крестьянской лошадке - значит проиграть все. Вот и уходили мы верхом на ездовых конях. Пока противник не разобрался в обстановке. И этот поход был тяжел. Ведь надо было еще добычу, взятую в походе не потерять. И под Козельском надолго задержались. Если бы в это время, смоленские и черниговские князья, проявили больше решительности, Козельск мог стать нашей могилой. К тому времени распутица кончилась, и они могли привести к Козельску свои войска. А у нас, ни боевых коней в достатке, ни умения воевать пешим строем.
        - Это конечно все интересно, Иван Руссиянович, - вмешался император, - но сейчас другое время и другие средства борьбы. Сейчас уже невозможно воевать теми способами, что воевали Вы. Как вы поступите, если противник, сумеет по Вашему примеру, опередить Вас?
        - Буду защищать Россию так же, как и завоевывал ее.
        - А пояснить можете?
        - Могу! Я внимательно изучил то, что предоставил нам уважаемый Иван Иванович. Как и двенадцать веков назад, противник смотрит на освоенную местность и не готов маневрировать в дремучих зарослях. Поэтому он может вторгаться хоть внезапно, хоть по приглашению, успеха он не добьется. Через три года, ему будет нас не одолеть. Я имею ввиду на поверхности планеты. В космосе все по-другому.
        - Вы так смело уверяете нас. А если не получится?
        - Не получится у того, кто не ищет пути к победе. А нам она нужна позарез, я прав?
        - Военная победа, снимет с нашей шеи ту удавку, которая на нас наброшена, мы господа хорошие, сидим в клетке и греем себя надеждой, что однажды сумеем ее сломать и вырваться на волю. Вы понимаете, почему мы так ненавидим существующий порядок?
        - Догадываюсь, но лучше пояснить.
        - Давайте не сейчас, в кои-то веки выбрались на шашлыки под винишко, и все-равно о политике болтаем…
        - Так напились ведь! - не удержался я от хохмы, - кстати, я обещал рассказать анекдот на эту тему.
        ВЕЧЕРОМ ТОГО ЖЕ ДНЯ. РЕЗЕДЕНЦИЯ ИМПЕРАТОРА.
        - И каково, Марины, твое мнение?
        - Я ставлю на Ивана. Он лучше подходит для задуманного тобой.
        - А Михаил?
        - Михаил, более ограничен в своих фантазиях. Его постоянно надо направлять. А вот Ивана направлять не нужно. Ему достаточно сказать "Фас!" Чингиз неплохо разбирался в людях. А потому, лучше не гадать. Получив задачу, Иван сам разберется, как ее выполнить. А Михаил пусть подопрет Ивана. Это у него неплохо получится.
        - Знаешь Марин, я все-таки не перестаю сомневаться. Они не наши современники. Они реликты прошедших эпох. Их задор, может оказаться исчерпанным. Да и что им наши чаяния?
        - Костя! Достичь былого величия, для нас важно. Но и для них это не пустой звук. Не забывай, что я экстрасенс и потому лучше чувствую людей. Субудаев сейчас - это голодный, упорный и хитрый зверь. Покажи ему добычу, он ее выследит, и не успокоится, пока не затравит ее. Не сможет один - соберет стаю. Ты бы видел, как он смотрел на Коробова. Как вожак на члена своей стаи! И он поведет его туда, куда будет нужно. Коробов тоже не прост. Сейчас, это просто злой фанатик, не простивший поражения и мечтающий о победе. Путей к победе он не знает, а потому и готов удариться в поповщину. Но это потому, что нет привычной для него службы. Будет служба - будет полезная отдача от него.
        - Дожились! Во главе важного дела ставим людей из прошлого!
        - "Гинденбургов у нас в запасе нет!" Значит обойдемся теми, кто есть.
        - Хорошо, пусть будет Субудаев. А куда приспособить Коробова, решит он сам.
        Глава 11
        Вскоре, как и было обещано, состоялась игра между мной и Михаилом Семеновичем. Я играл за противника. Исходными пунктами для захвата планеты, у меня были транспортные терминалы. А у Семеныча, все населенные пункты планеты. У обоих из нас, было два вида юнитов - боевые, и юниты снабжения. Пункты снабжения партизанских сил, располагались в населенных пунктах и лесных схронах на материке, плюс склады на островах. Я же, в качестве баз снабжения использовал транспортные терминалы. Изначально, мои силы, численно в несколько раз уступали силам Семеныча. Но зато была возможность наращивать их через транспортные терминалы. Так, как начало игры было за мной, то я не тратя времени на наращивание группировки, сразу перешел в наступление. Пока Семеныч стягивал против меня разрозненных "партизан", я успел захватить ряд населенных пунктов, вместе с имеющимися там запасами. Одновременно, я начал получать ресурсы и пополнения через терминалы. Это вызвало ожесточенную борьбу на моих коммуникациях. Потери мы несли равные, но все равно, моя группировка росла численно. Семеныч, тоже наращивал свои силы, но решающего
преимущества добиться не смог. А я, нарастив свои силы, начал борьбу за населенные пункты. Количество ресурсов, которые были в распоряжении Семеныча, начали медленно уменьшаться. Сперва, это было не особо заметно, но когда я поставил под контроль приморские города, приток ресурсов с островов в Океане прекратился. И это сразу сказалось на ведении боевых действий. Если до этого, он весьма успешно действовал против моих колонн снабжения, громя начисто каждую вторую, то теперь, когда уменьшились подходящие к нему пополнения, атаки на конвои стали реже. Появилась нехватка сил. Стремление отбить назад хотя бы один приморский пункт снабжения, вылилось в ожесточенную схватку с равными потерями и еще больше уменьшило воздействие партизан на мои коммуникации. К концу схватки на побережье, численное преимущество было уже на моей стороне. И тут Семеныч, сообразил, насколько опасно терять контроль над населенными пунктами. Он начал упорную борьбу за них, временами переходя в наступление. Вот только численное превосходство было уже за мной и я продолжал его наращивать. Для атак на мои конвои, сил у "партизан"
становилось все меньше и меньше. Я же, владея инициативой, создавал численное превосходство именно там, где мне это было удобней, а потери мои начали уменьшаться. Зато у Семеныча они росли. В конце концов, избегая окружения, он увел свои силы в лесную местность. Ресурсов у него остался самый мизер, и юниты его начали терять боеспособность даже без боев. Попытки атаковать мои конвои, привели к тяжелым для него боям по прорыву блокадной линии. На этом игру и остановили.
        Вторая игра, прошла сразу после первой. Теперь я защищал планету, а Семеныч пытался ее захватить. Он скопировал мои действия, начав захватывать населенные пункты. Вот только я на эту провокацию не поддался. Не обращая на его войска внимания, пожертвовав частью территории, я первым же ударом захватил терминалы. Лишенный возможности получать пополнения живой силой, "противник" оказался в явном меньшинстве и с небольшими ресурсами для продолжения борьбы. На этом игру закончили. Ибо исход схватки был теперь ясен.
        Хозяева, наблюдавшие за нашей схваткой, сделали выводы. Да и Семеныч, дважды проиграв, несколько поменял свое мнение о моем авантюризме.
        - Что же господа, вывод напрашивается определенный. Доктрина господина Субудаева, более перспективна для нас. Но и мысли господина Коробова можно принять в качестве составной части этой концепции. Думаю, что никто не станет возражать, если Иван Руссиянович займется формированием и боевой подготовкой нашей армии, а Михаил Семенович, ему в этом поможет.
        Вот так я и стал "командармом". Но тянуть весь этот воз на себе, мне не очень хотелось, поэтому, я сразу сделал заявление:
        - Ваше Царское Величество! Я, конечно, не откажусь от такого дела, но вот только оборона страны, это не только дело армии. Тут считай, все государство должно трудиться. А на войне, нужен один командующий. Вы - глава государства, вам и карты в руки. По моему, Верховным Главнокомандующим, быть во время войны вполне уместно именно царю. А в мирное время… Ну я не разбираюсь в тех же финансах, в экономике, в производственных вопросах… А столкнуться с этим придется не раз. Вы уж, как человек привычный, как раз подойдете на эту роль. Ну а я займусь чисто военными вопросами. Они мне ближе.
        - А почему Вы не хотите, чтобы им был наш уважаемый князь-кесарь? Он ведь у нас и так руководит силовыми ведомствами!
        "Господи! Ну как объяснить, что это нежелательно? Да ни одна армейская душа, не захочет, чтобы армию подмяла под себя полиция! Слишком мы разные по менталитету".
        Но тут на выручку пришел Семеныч:
        - Ваше Императорское Величество! Во время войны, все учреждения страны должны работать на армию. А значит, князь-кесарь, который занят совсем другими делами, должен вызываться "на ковер" высшим армейским командованием, для последующего получения "фитиля". Нам же, по чину не положено учинять подобные безобразия. Значит, остаетесь Вы. А Вы и сейчас обязаны трахать все что шевелится, а во время войны тем более. Значит Вы над нами и командир!
        Солдатская прямота Коробова, вызвала веселый смех присутствующих. А канцлер еще и добавил:
        - А и впрямь Ваше Императорское Величество, займитесь Вы этим делом лично, а то неправильно это будет, валить все заботы по обережению Отечества на Ивана Ивановича. А Вам все-равно делать нечего, кроме как на троне место занимать.
        Вот на этом и порешили. Царь-батюшка взял на себя вопросы финансирования и снабжения. Ну а я Семенычем, взялись за чисто военные вопросы. С чего начали? С Устава. На Боевой Устав, мы конечно не замахивались, ибо для этого, надо было сперва разобраться с той тактикой, которая была принята в этом мире, А вот Уставы Дисциплинарный, Гарнизонной и караульной службы, Внутренней службы, требовались немедленно. Здесь особых разногласий между нами не возникло. Неделю спустя, проекты Уставов были готовы и после доклада у императора, утверждены пока что без изменений. Начало положено, но теперь надо было формировать и обучать первое армейское подразделение. Самое интересное было в том, что мы оба не знали, чему учить людей. Вооружение пригодное для боя - отсутствовало по определению, а значит, и разрабатывать тактику и организационную структуру мы не могли. Как быть? Подумав, мы пришли к такому выводу, что первое, сформированное нами подразделение, должно быть учебно-испытательным. То есть, испытывать в полигонных условиях то, что нам дадут промышленники, и на основании полученных результатов, мы разработаем
боевое применение оружия. Казалось бы, в чем проблема. Возьми и копируй то, что применяет армия Сообщества, но тут рогом уперся Семенович. Он участвовал в боях на Вилюе и на основании своего опыта, очень не хотел, чтобы мы шли тем порочным путем, которым шла армия сообщества.
        - Знаешь Иван, армия Сообщества, в основном выполняла миротворческие миссии на других планетах. А там, местное население, далеко от населенных пунктов и дорог не отрывается. Поэтому, боевые действия ведутся без отрыва от населенных пунктов и коммуникаций. Ну и техника у них соответствующая. Когда же на Вилюе, они сунулись в тайгу, то они не смогли вообще применить против нас тяжелые системы вооружения. По тропам таежным их было не доставить, А лесные поляны, пригодные для посадки флаеров, мы прикрыли засадами. И все. Пошли у них потери. Просто потому, что обходиться им пришлось только тем, что есть на себе. Вот тут то, наше оружие себя и показало.
        - Семеныч! Хочу задать тебе вопрос! Где вы нашли боеприпасы для "Шилок", для винтовок, да и ПЗРК в исправном состоянии? Ведь не может пороховой боеприпас, храниться столько времени.
        - Иван! Да не было у нас всего этого! Были самоделки, по образцу старого оружия. А многие ли нынешние вояки разбираются в старом, давно забытом оружии? Есть колымага похожая на указанную в энциклопедии "Шилку", вот они и называли ее "Шилкой"! И со "стрелковкой" так же. Я думаю, что эксперты потом разобрались, что на самом деле мы применяли. И кстати, я считаю, что и мы должны применить нечто подобное.
        - Это еще почему?
        - Не понял? Ну тогда слушай лекцию. Сообщество ведь к войне с кем готовится? С Империей! А это война, которая совсем не будет походить на карательные операции.
        Это бои за орбитальные комплексы, производственные комплексы на астероидах, бои на поверхностях планет с бескислородной атмосферой, на поверхностях лун…. Поэтому решили вооружать войска лучевым и плазменным оружием. Решение это конечно верное, да и на поверхности планет земного типа, все это пригодно, только есть моменты, о которых никто не подумал.
        После первых боев с полицией и рейнджерами, в нашем распоряжении оказалось трофейное вооружение. Мы его осмотрели как можно более тщательно. И я тебе скажу, в нашем случае, его лучше не применять.
        Вот берем штурмовую винтовку. Это мощное лучевое оружие. Но чтобы оно стреляло, к нему много чего нужно.
        Семеныч взяв стило, начал набрасывать на экране планшета, фигурку бойца в полном боевом снаряжении.
        - Чтобы она стреляла, ей нужна энергия. Энергию она получает по кабелю, который находится внутри бронекостюма и входит вот в этот красивый ранец на спине. В ранце этом находятся миниреактор для выработки энергии, аккумулирующее устройство и распределительное устройство. Все это защищено броней, чтоб не повредить в бою. Весит эта "дура" как рюкзак, набитый кирпичами. В общем, долго не побегаешь с ним. И при всем при том, это дает 60 выстрелов. Причем, не в режиме автоматического огня. Так что если попалось тебе пятеро злодеев с обычными магазинными винтовками, то не ты их прижмешь огнем, а они тебя. А если кончилась энергия, то меняй ранец!
        - А разве миниреактор не вырабатывает энергию?
        - Вырабатывает, конечно, но не так быстро, как это нужно в бою. И к тому же, тратится эта энергия не только на выстрелы, но об этом чуть позже. Беда еще в том, что в бою, ты самостоятельно ранец не заменишь. Остался один и все, ты безоружен! Конечно, они и это предусмотрели. Каждая группа из четырех стрелков, в бою сопровождается бронированным внедорожником, а в нем, помимо прочего, есть и сменные ранцы, вот только к нему еще добраться надо, и то, если его не подбил противник. А на Вилюе, они вынуждены были забыть про внедорожники. Сделал шестьдесят выстрелов и чеши на сборный пункт за новым ранцем, а вместо тебя, следующая смена идет. Короче, ротацию производили. А это как ты понимаешь, требует вдвое больше личного состава, от реально потребного. Но это еще не все. К винтовке нужен еще нашлемный прицел в комплекте с прибором управления огнем. К тому же у бойца, чтоб он не заблудился, в бронекостюм встроен навигатор. А еще приемо-передатчик, для связи и приема информации на полевой планшет. Плюс, видеоаппаратура, микродиагностический комплекс, автоматический инъектор медикаментов и стимуляторов,
комплект подачи аварийных сигналов… Многое чего. И все это весит столько, что о перебежках, переползании, прыжках и беге можно забыть. Но ведь и в населенных пунктах встречаются препятствия. И вот что они придумали, чтобы увеличить подвижность. На тело одевается спецбелье, содержащее датчики, фиксирующие изменения напряжения мышц тела. А поверх белья - скелетно-мышечный усилитель. Что это такое? Скелетный усилитель - это шарнирно-стержневой каркас с сервоприводами, которые служат средством усиления скелета тела. Приводится этот усилитель в движение, псевдомышцами, они внешне похожие на комбинезон. Сама псевдомышечная приблуда, состоит из токопроводящих эластичных волокон. В общем, назначение этой штуки - повторение напряжения мышц тела, только с большим усилием. Поверх всего этого, жесткие защитные пластины. Они защищают тело от воздействия лучевого и плазменного оружия, и будучи связаны со скелетным усилителем, дополняют механическую прочность его. Но и это не все. Боец должен не только воевать. На войне еще и жить приходится. Нам конечно, попались образцы бронекостюма, используемые только на
планетах земного типа, но наверняка есть и другие их типы. Тем не менее, устройства для массажа и кондиционирования там были. А еще устройства для удаления продуктов метаболизма. Проще говоря, для удаления пота мочи, кала и рвотных масс.
        - Да, Семеныч, хитрое получается устройство!
        - Да не просто хитрое, а очень хитрое. По сути дела, все защитные и переферийные устройства, являются неотъемлемой частью штурмовой винтовки, убери одно устройство, и вести бой либо очень трудно, либо невозможно. Всего-то два сомнительных преимущества: отсутствие отдачи и нет нужды учитывать баллистику. Но бой на Земле - это не для подобных систем.
        - А воздействие пуль, как держит?
        - Да никак! Прошивается вся эта защита насквозь! И самое главное, что даже если он не ранен, воевать все-равно не в состоянии. А уж если повреждения в районе ранца - о ведении огня можно забыть.
        - И зачем тогда они с этим связывались?
        - Так ведь они собирались в космосе воевать. Там, вся эта система вполне нормально будет работать. А вот еще! Чуть не забыл! Есть у этой винтовки интересная функция - сигнальный выстрел. Переключаешь на уменьшение мощности излучения, и луч можно использовать для целеуказания. Мощность падает раза в три, и вместо шестидесяти боевых, можно сделать 180 сигнальных выстрелов. Убить, конечно, не убьет, но подставляться все-равно не стоит. Может ослепить, если нет защиты на глазах. Они ведь быстро сообразили: раз вести бой нормальным способом долго не выйдет, переключаются на сигнальный выстрел и ведут беспокоящий огонь. На испуг берут. И ведь мы поначалу на это купились!
        - Ну, теперь понятно. Раз в космосе нам бои не вести, значит, берем и заказываем обычную "стрелковку". Нам она будет в самый раз. Дешево и сердито!
        Дальнейший разговор, состоялся уже в присутствии канцлера, когда мы явились к нему на прием со своими первыми заявками.
        - Иван Руссиянович! Вот меня смущает Ваша доктрина. Честно говоря, я ожидал, что вы сделаете ставку на профессиональную армию. Я понимаю, что ее вооружить и подготовить, будет дороговато, но мы с этим справимся. А массовое вооружение народа… Нет, мы не боимся своего народа! Только оружия для этого, нужно будет на два-три порядка больше, чем для профессиональной армии. Мы и с этим справимся, но ведь будут еще более совершенные образцы. Перманентное перевооружение такой массы людей, да еще при условии, что большинство из них никогда не пустят оружия в ход… Может, лучше профессионалы?
        - Отвечаю! Профессионалы, будут и так. Я уже говорил, зачем они нужны. Но у профессионалов есть два недостатка. Первый - готовить их долго и дорого, а потерять их можно за один бой. Кем восполнять тогда потери? Ведь мы не собираемся сдаваться? Вот тут и нужны будут подготовленные заранее резервисты. И желательно, чтобы у них, личное оружие и снаряжение было при себе. Для экономии времени. Да, они хуже профессионалов, но их не надо будет учить с "нуля", их нужно только доучивать! Немного времени, и приобретя боевой опыт, они сравняются с профессионалами.
        - Хорошо, даже если это так, но разве есть нужда в таком количестве резервистов? Два - три резервиста на одного профессионала, этого должно хватить на первое время. А недостающие кадры можно и во время войны готовить. Для этого вовсе не обязательна милитаризация всего населения.
        - А вот теперь, Александр Дмитриевич, я назову второй недостаток профессионалов. Сколько бы их не было, как бы мы их не готовили, прикрыть все угрожаемые направления они не смогут. Более того, армия призывного типа, даже полностью отмобилизованная, с этой задачей тоже не справится. Противник ведь не дурак. Он тоже постарается нас перехитрить. И будь ты семи пядей во лбу, он найдет слабину и туда ударит. И кто его встретит?
        - А что может сделать наспех собранное ополчение?
        - Много чего. Нет, одолеть врага без помощи армии, ему непосильно. Но вот прикрыть эвакуацию мирных граждан из зоны боевых действий, обеспечить охрану важных объектов от диверсантов, удержание некоторых пунктов до подхода подкреплений - это оно сможет обеспечить. Если только не свести дело к простой раздаче оружия.
        - А что же Вы еще планируете в этом направлении?
        - Создание мобилизационных запасов вооружения на местах, включая тяжелое. Запасы продовольствия, медикаментов, боеприпасов и снаряжения и все это на местах. Проведение занятий с людьми, чтобы по тревоге, они четко знали, куда бежать, кого рожать. Чтобы они владели хотя бы основами тактики общевойскового боя. Подготовка лидеров Народного Сопротивления на местах…
        - Вы представляете себе, какая это нагрузка на наше народное хозяйство? А отвлекать такую массу народа от основных занятий?
        - Александр Дмитриевич! Я и Михаил Семенович, не желаем, чтобы у врага получилась легкая прогулка. Поверьте, нет ничего неприятней для агрессора, чем народ, имеющий привычку не бежать куда глаза глядят, а первым делом хвататься за оружие. И встретить врага должна не толпа вооруженных идиотов, а воины, прекрасно знающие свой порядок действий на ближайшее время. И чтобы ими руководили не растерянные штафирки, а лидеры, умеющие планировать свои действия в любых условиях.
        - Вы как хотите, но именно этого я добиваться и буду! Один раз вы свою страну просрали! Второй раз этого быть не должно! Мы должны быть хозяевами на своей земле при любых условиях! Если Вы этого не понимаете, я попрошу императора дать мне какого-нибудь другого человека в помощь!
        "Да, что-то меня потянуло на пышные речи! А хотя, пусть обижается! Мне в отличии от них, стыдиться нечего. Один раз я умер после множества славных побед. Второй раз, я погиб ради того, чтобы они жили на своей земле. Третий раз… Кто его знает, но к смерти я уже привык".
        На другом совещании, где обсуждался вопрос управления боевыми действиями в военное время, тоже возникли споры:
        - Первое, что мне нужно, это постоянная информация о противнике. Следовательно, разведка и связь. Поэтому, следует создать 11 территориальных узлов хорошо защищенной правительственной связи и управления. Думаю, что наилучшим выходом для этого будет, поручить это князь-кесарю. Из обслуживающего персонала и охраны, сформировать 11 рот Войск Правительственной Связи и подчинить их ведомству уважаемого Ивана Ивановича.
        - Почему не Вам?
        - Потому, что на первых порах, нам это не потянуть. Она нам нужна не только для обеспечения военных операций, но и для управления территориями в военное время. Кроме того, для взаимодействия с правительством и гражданскими властями. Сейчас, подготовить военно-территориальные органы управления, мы пока не можем. Постоянные гарнизоны, нам тоже пока не нужны. Я сосредоточусь на формировании и обучении только полевых частей. Поэтому, разумней будет, если этим займется Тайная Канцелярия.
        Князь-кесарь призадумался. Кадровая проблема его тоже доставала. Хоть о Тайной Канцелярии, среди подпиндосников и мафии и ходили жуткие слухи, но действительность была иной. Во всей службе его, числилось всего 300 сотрудников. Этого ему не хватало катастрофически. Появление собственных постоянных силовых подразделений, позволяло ему существенно расширить свой кадровый резерв. Ведь пока люди служат, можно присмотреться к ним, выбрать наиболее подходящих и обучить новых разведчиков, аналитиков и просто административных работников. Получить в свое распоряжение, сразу полторы тысячи человек - это заманчиво! Тут уж можно согласиться с Субудаевым.
        - Я согласен!
        А у полковника Коробова, претензии возникли мгновенно:
        - Я с этим согласен лишь частично! - после чего, жестко раскритиковал мое предложение по созданию узлов правительственной связи:
        - Мысль твоя, Руссиянович, неплоха, но кое-что ты не додумал. На кой ляд Крылову отдавать все одиннадцать пунктов? Хватит с него девяти! А вот оставшиеся два, мы подгребем под себя!
        - Обоснуй!
        - Все просто. Императору, на случай войны, нужен будет Основной Пункт Управления (ОПУ). Вот его рядом с первым узлом дальней связи и создадим. Там будет размещаться его Ставка, оттуда он и будет руководить страной во время войны. И пусть эту ставку охраняет и защищает его охрана. Затем, наш Полевой Штаб, который со временем станет Генеральным, подгребет под себя второй узел дальней связи. Вот вокруг него, мы и сформируем свой Запасной Командный Пункт (ЗКП). Там и штаб наш разместится, там мы смонтируем систему искусственного интеллекта, там и охрана будет строго нашей. Да и темницы свои армейская контрразведка наша разместит. К тому же, на первых порах, и нашей разведке, удобней будет размещаться поближе к нам.
        Крылов мгновенно вскинулся:
        - Какая армейская контрразведка? Какая ваша разведка? Полковник! Вы не слишком много на себя берете? Зачем нам нужны дублирующие друг- друга структуры?
        - А чем Вас Тайная Канцелярия не устраивает? - канцлер, реагировал на аппетиты полковника более спокойно.
        Но сбить Коробова с занятой им позиции было непросто:
        - Тем, что она не моя. Я не могу смотреть на мир чужими глазами и слушать чужими ушами. Мне нужны люди, которым я сам, без посредников, буду ставить задачи.
        - Потребуете у меня людей? - вот это князь-кесарю как раз и не могло нравиться.
        - Нет, не потребую. Ваши люди может и хороши, но у нас другая специфика и другие задачи. Ваших парней придется переучивать, а это нежелательно. Лучше уж мы свои кадры воспитаем. Если Вы не поняли, то объясню подробней. Госбезопасность работает в интересах всей страны, а не отдельного ведомства. Круг интересующих ее вопросов огромен. А значит, что входить в подробности нашей специфики они не смогут. То, на что обратит внимание армейский разведчик, они пропустят как несущественное. Кроме того, именно мне надо ставить им задачи, поэтому, что я не могу тратить время на то, чтобы уговорить Вас выполнить мою заявку. Мне проще приказать своим подчиненным. А значит, даже если вы мне в этом откажите, я все-равно вынужден буду создать свою разведку явочным порядком!
        Вообще, позиция Семеныча, мне не могла не понравиться. Проиграв мне в играх, он признал за мной лидерство. Но и быть обезличенным заместителем, тоже не захотел. Явно решил стать местным Шапошниковым, раз уж не вышло стать Наполеоном. Я не против его амбиций. За его плечами Академия им. Фрунзе и опыт штабной работы. Пост Начальника Генштаба, как раз для него. Хорош он будет на этом посту или плох, я не знаю. Просто других кадров у меня нет.
        - А зачем Вам своя контрразведка? - продолжал допрос Иван Иванович.
        - А затем, что армия - организация закрытая. И у нас будут свои тайны, о которых посторонним знать незачем. Тайны эти надо охранять. Вот и пусть их охраняют именно наши люди. Кстати, я не требую, чтобы армейская контрразведка замыкалась именно на нас. Пусть она подчиняется Верховному Главнокомандующему, а нам только в рамках общих боевых задач. Если Вас тревожит ее неподконтрольная Вам деятельность, то напрасно. Поиск заговоров и измены, по-прежнему Ваша прерогатива. В том числе и в наших рядах.
        Но возражал не только князь-кесарь. Канцлеру мы тоже доставили головную боль своими аппетитами.
        Когда я заявил, что мне нужен опытный управленец на пост военного министра, он разошелся не на шутку:
        - И кого ты предлагаешь на этот пост? Себя или Коробова? Больше вроде бы некого.
        - Ошибаетесь. Ни я, ни Коробов, на этот пост не годимся. Здесь нужен вполне себе гражданский человек.
        - И что гражданский человек может понимать в военном деле?
        - А ему и не обязательно понимать. Во всяком случае, на первых порах.
        - А теперь давай подробней об этом.
        - Тут все просто. В мирное время, что я, что Коробов, будем заняты обучением войск, а в военное время - руководим ведением боевых действий. Вот и вся наша функция, причем чисто военная. А вопросы, что приходится при этом решать, не все относятся к военной сфере. Большой объем возникающих проблем, можно отнести скорее к хозяйственной и социальной сфере. Часть из них, мы решим, но если мы будем заниматься всем подряд, то пострадает качество подготовки армии. Вы, тоже не сможете в полной мере этим заниматься, потому, что на Вас висят заботы о всей стране, и разменивать себя на "мелочи", будет накладно.
        - А если дать тебе просто заместителя по этим самым вопросам, или двух - трех?
        - Не пойдет! Заместитель, он и есть заместитель. Через голову он прыгать не станет, а значит побежит за уточнениями, разрешениями, советами… а к кому? Да ко мне и побежит, больше не к кому. А значит, все-равно загрузит меня своими проблемами.
        - Ты точно уверен, что сугубо гражданский человек с этим справится?
        - А почему нет? С чем таким незнакомым он встретится? Решение вопросов финансирования, размещение заказов на промышленных предприятиях, выделение земель, строительство инфраструктуры, социальная политика… Неужели у нас нет резерва управленцев, годных на пост министра? Да не поверю! Вы же не год и не два здесь живете. Уж с подготовкой кадров для гражданских министерств, наверняка вопрос решили.
        - Мечтать не вредно. А ты в курсе, что государственный аппарат у нас всегда был скромных размеров? Вот сейчас, когда мы начнем готовиться к войне, придется развернуть столько управленческих структур, что имеющиеся резервы будут быстро исчерпаны. Сейчас в нашей Академии Управления, учится вдвое больше слушателей, нежели раньше. И все равно нам кадров не хватит.
        - Но ведь вы как-то эти вопросы решаете.
        - Решаем! Обязательно решаем, потому, что деваться нам некуда! Сейчас у нас карьеру на государственной службе, люди будут делать очень стремительно. Столько повышений! Да только и этого нам мало. Придется уговаривать вернуться к делам тех, кто по возрасту вышел в отставку. И этого мало. Придется творить такое, чего раньше всячески избегали делать. Кланяться в ножки частному сектору. Уговаривать руководителей корпораций, взять на себя руководство выполнением государственных программ. Вы представляете себе, что из этого выйдет со временем? Полное сращивание частного капитала с государственным аппаратом! Это ведь ужас! Просто так это уже не отменишь. И что нам впоследствии с этими монстрами делать? А ведь не по дурости такое сотворим, нужда заставит.
        - Александр Дмитриевич! Вы должны понимать, что сейчас вопросы обороны приоритетны. Надеюсь, Вы понимаете, что жадничать здесь глупо?
        - Да что с вами поделаешь? И понимаю я, и помогу вашему горю. Будет у вас министр! Будет! Правда, министерств у нас пока нет, поэтому обойдетесь Военным Департаментом.
        - И кто это такой? Я его знаю? - спросил император.
        - Конечно знаешь! Матвеев, который является хозяином судостроительных верфей. Человек он головастый, энергичный, а вот в рамках существующего пакета заказов, ему давно уже тесно. Так что ему и карты в руки! И других даже не просите, все равно не будет.
        - А фирма-то его не развалится из-за этого?
        - Не развалится! Пусть дела передает своему братцу, братец у него вполне способен потянуть самостоятельно семейное дело, а доходы они и без нас договорятся, как поделить.
        - Так ведь в этом ничего нового нет. Во время Второй Мировой войны, американцы вполне успешно привлекали руководителей частных фирм в качестве руководителей не только промышленных программ. Вон, один такой тип даже возглавил Центральное Разведывательное Управление. - блеснул своей эрудицией Семеныч.
        Вот так и работали!
        Глава 12
        Сколько веревочке не виться, но приступать к делу было нужно и притом, еще вчера. Пока мы занимались организационными вопросами и теорией, местные власти время зря не теряли. Подготовка Пункта Постоянной Дислокации для первой части формируемой армии, началась сравнительно недавно. Нашим Пунктом Постоянной Дислокации, стал огромнейший остров площадью около миллиона квадратных километров, отделенный от северо-запалного берега материка проливом шириной порядка ста двадцати километров. Это было недалеко от Ленинградского Территориального Округа. По сути дела это субконтинент. До нашего появления, здесь ничего, кроме метеостанции не было. Ранее, здесь планировалось устройство научного полигона, поэтому, остров на картах был обозначен как Полигонный. Теперь же, после отдачи его на нужды Вооруженных Сил, его название, очень даже подходило под сложившуюся ситуацию.
        И все же, мы появились там не первые. Первыми как всегда, появились топографы. Необходимость, произвести подробную съемку, стала актуальной. Конечно, подробно отснять такую территорию, дело не одного года, но ведь начинать когда-то надо! Следом подтянулись гидрографы и ожидалось прибытие геологов. Всем изыскателям, готовилась база в бухте Лазарева. Там уже начали работать строители. Для нас, на востоке Полигонного острова, строился поселок Восходный. Но это вовсе не место нашего пребывания. Это место разгрузки необходимых для нас грузов. ППД находился, если верить карте, в глубине острова, у подножья горы Погодной, в ста километрах от Восходной пристани. На остров, нас доставил обычный легкомоторный самолет, оборудованный поплавками для посадки на воду. Впечатление от самолетика - такое же, как и от его собратьев конца 20 века. Все отличие - двигатель. Для меня он необычен. Малогабаритный реактор позади пассажирского салона и винтомоторная группа, состоящая из электромоторов и редукторов. Как это не похоже на флаеры, которые доводилось видеть на Земле, нашим реципиентам! Впрочем, нам уже известно,
что на развитие некоторых видов транспорта, да и технологий, Сообщество наложило ограничения. В частности, грузоподъемность летательных аппаратов сильно ограничена. Вместе с нами, прибыли и первые воины будущей армии. И были это люди совсем не простые. Руководство наше, вовсе не хотело, чтобы армия, стала слишком уж самостоятельна, а потому, приняло свои меры. Вот взять например назначенного на должность начальника армейской контрразведки Воронова Владимира Ильича. Младший брат императора! Ну кто бы еще сомневался! Кому еще можно доверить на первых порах формирование такой специфической структуры? Только тем, кому полностью доверяешь. Смущало только то, что до этого, он был простой "канцелярской крысой" - работником Государственного Архива. Впрочем, первое впечатление от встречи с ним, было неплохим. Молодой мужчина, спортивного телосложения, не походил на книжного червя нисколько. Мы поздоровались, уселись за стол и начали разговор.
        - Значит так, Владимир Ильич, говорю Вам сразу: Службы контрразведки у нас нет. Ее придется создавать на пустом месте. Создавать придется Вам. Здесь я Вам ничего советовать не могу. Вы все будете решать сами. Завтра, будьте готовы отбыть со мной на Полигонный Остров. Там, Вы вместе с остальными рекрутами, пройдете курс молодого бойца. В дальнейшем, займетесь своими прямыми обязанностями. А чтобы Вы не были человеком, чуждым для армии, три дня в неделю, будете проходить дальнейшее военное обучение в одном из учебных подразделений. Это обязательное требование. Подчиняется Ваша служба лично императору, как Верховному Главнокомандующему, а в оперативном плане мне. Что это такое, вам растолкует полковник Коробов. У него это лучше получится. Вопросы есть?
        - Есть. Каковы должны быть взаимоотношения наши с Тайной Канцелярией?
        - Дружественными. Приглядывать за нами, это их право, но делиться информацией с ними - только с санкции руководства. На территории воинской части, их людей вообще не должно быть. Сами понимаете, что если слишком много осведомленных, то о секретах можно не рассуждать.
        - Отношения с армейской разведкой?
        - Ее еще нет, но будет обязательно. Подчиняется Начальнику Полевого Штаба. Текущий пригляд за разведкой, только с его санкции. Лишний раз нос в их дела не суйте, работайте деликатно. Свои подозрения, Вы должны обосновать. Это обязательное условие.
        - Набор сотрудников?
        - Только из состава военнослужащих, прошедших действительную срочную службу. Обязательно через добровольное согласие. Со стороны - ни в коем случае. Я о кадровых сотрудниках говорю, а не о завербованной Вами агентуре. Тут уж сами разберетесь.
        - Главная цель, которой мы должны добиться?
        - Их две. Первая: предотвращение утечки важной информации и одновременно формирование потока дезинформации для противника. Вторая: Мне нужна организация, способная в идеале не только предотвратить работу чужой разведки, но и упредить деятельность разведки противника. Короче, шпиона вы должны вычислить еще тогда, когда его только готовят к выполнению задания. Это трудно, но у СМЕРШа подобное получалось.
        - Первая задача, как-то расплывчато сформулирована. Слишком большой охват получается.
        - Вот поэтому, я и не хочу брать людей, которые не варились в нашем котле. Пройдете обычную службу, начнете понимать, что именно нужно пресекать, а на что можно не обращать внимания.
        - Хорошо, думаю, что я смогу это понять. Теперь о второй задаче. Вы не против, если служба наша будет называться как и в старину СМЕРШ?
        - Зачем Вам это?
        - Все просто. Опыт нашей страны показывает, что за старыми названиями, стоят правильные традиции и удачный стиль работы. Услышав слово СМЕРШ, мои сотрудники обязательно поинтересуются историей этой организации. Им будет легче понять самостоятельно, какой работы ждет от них армия. Это эффективней, чем тратить время на длительные и нудные нотации.
        - Я не против, но окончательно решит Ваш брат. Вы не забыли, что он ваш шеф?
        - Не забыл.
        - Личные пожелания есть?
        - Есть. Вы не против, если первым моим сотрудником будет жена? Она библиотекарь. То есть, обучена правильно хранить и отслеживать движение физических носителей информации. Ведь именно это и потребуется при работе с носителями, содержащими закрытую информацию?
        - А дети как?
        - Останутся у брата.
        - Ну, что же, если она согласна, то я не против. Условия бытовые мы вам создадим не роскошные конечно, но и спартанскими их не назовешь.
        - Нас это не смущает.
        - Тогда не стану отнимать у Вас время. Собирайтесь, вылет через пять часов.
        Другим интересным рекрутом был Сергей Крылов - племянник нашего уважаемого Ивана Иваныча. И, был для меня величиной пока что неизвестной. С одной стороны, он собирался служить в нашей армии на невысокой должности психолога учебно-испытательного взвода. С другой стороны - племянник очень не простого человека. Во всяком случае, мы с Семенычем, даже не сговариваясь, решили при нем лишнего не болтать. Он тоже к активному общению с нами не стремился. В общем, поживем - увидим. Именно племянник и ознакомил нас со списком первых рекрутов. Список был у него на планшете. Вот о них и пошла речь. Он дал каждому из них краткую характеристику. Меня эти характеристики весьма насторожили. Судя по данным устным характеристикам, сплошная "золотая молодежь"!
        - Сергей Кириллович! По какому принципу, производился набор рекрутов?
        - По сугубо добровольному принципу, Иван Руссиянович!
        - Сергей Кириллович! Вы уже в армии, поэтому, обращайтесь к старшему по званию так, как требует Устав. Это, во-первых. А во-вторых, почему именно эти люди? Что, среди рабочих и крестьян, не нашлось желающих?
        - Товарищ капитан! Когда принималось решение о наборе добровольцев, было решено, что дети известных в стране родителей, должны первыми испытать на себе тяготы нового служения. Уверяю Вас, необходимые тесты, они прошли успешно. Те, что будут первыми, по интеллектуальным и морально-волевым качествам, отвечают самым высоким требованиям, которые мы предъявляем к людям опасных профессий. У остальных, результаты хуже, но все-равно достойные. Просто было ограничение на количество рекрутов первого набора. Те, кто не попал в первый набор, придут позже, вместе со вторым набором. Единственная, кто не проходил тестов - это Ксения Собак. Но для нее, на самом "верху", было принято решение, сделать исключение. Хотя она тоже добровольно дала свое согласие.
        - Это еще почему? Я про Собак спрашиваю!
        - Товарищ капитан! Ксения Собак - подпиндосница. Подпиндосников, мы не только русскими, мы их даже людьми не считаем! Однако, есть принятая в нашей стране в отношении их политика. Никому из них, мы не отказываем в шансе стать русскими людьми. Тем, кто изъявил желание, стать частью Русского Мира, мы идем навстречу. Но даром, мы ничего и никому не даем. Раньше, средством чистки душ подпиндосников, считался физический труд в тяжелых условиях. Таким давался земельный надел и он честным крестьянским трудом, зарабатывал право на то, чтобы если не его, то его внуков, мы считали людьми.
        - И насколько удачна была такая политика?
        - Совсем неудачна! Менее сотни подпиндосников, за всю нашу историю, пошли этим путем.
        - А теперь решили армию к этому делу подключить.
        - Да, товарищ капитан! Решили, в качестве эксперимента, заменить крестьянский труд, службой в армии.
        - Сергей Кириллович! А на что надеялись ваши затейники? Ведь у армии совсем другие задачи, - вставил свое слово Семеныч.
        - Товарищ полковник! Когда по ней принималось решение, вспомнили, что наши предки считали армейскую службу, способной из любого сделать достойного человека.
        - Так! Мне все теперь понятно по Собак. Будем делать из нее человека. Не впервой. Но по остальным, поясни мне такой момент: Им какая радость идти в армию, да еще рядовым? Может, на родители этих деток надавили?
        - Товарищ капитан! Ни на меня, ни на моих родителей, никто не давил! На остальных ребят тоже! Просто есть закон о неделимости наследства. По этому закону, наследником является только один из детей. Остальные, должны найти свой путь к успеху сами. Лично я, до этого дня, работал школьным учителем и готовился к написанию диссертации. Когда объявили о наборе в армию, я принял решение, пойти в качестве психолога первого набора.
        - Настоящий мотив Сергей Кириллович, будьте добры изложить.
        - Есть! Военная педагогика и психология у нас забыта. А знаниями извне, с нами не делятся. Здесь у меня будет возможность, воссоздать ее как науку, работая с людьми в реальных условиях. Это поможет сделать мне научную карьеру. Если все получится конечно.
        - Мотивы остальных?
        - Остальные, просто не дураки. Они понимают, что в новом для всех деле, наивысшие шансы добиться максимального успеха, высокого положения и уважения в нашем обществе, будут у тех, кто решился стоять у истоков этого дела. Армейская служба для них - это возможность приобрести влияние и связи в новой для себя среде. И это при том, что они не становятся чужими для своего старого окружения.
        - Ну что, Сергей Кириллович, вы своими ответами, нарвались на нешуточные проблемы для себя. Пропустить Вас через солдатскую службу, я и так намеревался. Но сейчас, я назначаю Вас командиром первого отделения. Вот и изучите психологию с педагогикой, находясь в этой шкуре.
        - Спасибо товарищ капитан!
        - Надо отвечать: "Рад стараться!" Впрочем, знание Устава, мы с Вас еще спросим. Да и найдем, кто Вам его объяснит.
        Озадачили нас серьезно. Учитывая, что унтеров нам никто не подготовил, мы решили, что первое время, сержантскую работу будем выполнять невзирая на нынешние свои чины. Тем более, что я, что Семеныч, имели за плечами подобный опыт. Правда, был еще один момент. Среди рекрутов были девчонки. За прошедшие века, правила приличия могли измениться настолько, что попасть впросак было несложно. Но здесь нам пришла на помощь еще одна соратница-бедолага. Маша Сидорова, соратница Семеныча по Вилюю, носила в себе душу и разум погибшей на войне зенитчицы Екатерины Житковой. Здесь, на Немезиде, ей как и нам, дали псевдоним. И вот теперь, сержант Мария Житкова, награжденная в прошлой жизни двумя медалями "За Отвагу", поехала вместе с нами на Полигонный остров, командовать современными девчонками.
        К своему новому назначению, она отнеслась без энтузиазма.
        - Я Иван Руссиянович, хочу пожить для себя, пока еще молодая. А то ведь так и не удалось. Ни там, в Союзе, ни потом на Вилюе. Ведь что за жизнь была у меня? Ничего не успела сделать. Там "фрицы" помешали, здесь "пиндосы" житья не дают. А в итоге? Ни семьи, ни нормальной специальности. Ничего нет!
        - Ладно Маша, я тебя неволить не буду. И вправду, зачем тебе это?
        - Да будет Вам Иван Руссиянович! Мне не привыкать! Я же знаю, что такое "Надо!" Вам ведь каждый человек сейчас дорог. Помогу я Вам.
        - Ну что же, я от помощи не отказываюсь, но долго в неволе держать тебя не буду. Обещаю, что через три года, ты уйдешь на "дембель". Мы даже на учебу тебя направим. А там и семью себе создашь. Чем черт не шутит?!
        Я не стал ей говорить, что через несколько лет, мы ожидаем войну. Знаю я этих сознательных комсомолок! Она ведь тогда совсем не уйдет, как не ушла несколько веков назад. Я уж постараюсь, чтобы на войну она по любому не попала. Свое право на счастливую личную жизнь, Мария заработала дважды. Вот и хватит с нее!
        Первый день на новом месте, запомнился прибытием транспорта с новобранцами. Когда они вылезли на свет божий, большинство из них, еле держалось на ногах. Лица некоторых, имели зеленоватый оттенок, а одна из девчонок, совсем молоденькая, лет семнадцати, была вынесена без сознания.
        "Да, ребятишки. Видно, что не привычны вы, ездить по бездорожью. Всего-то сотня верст пути, а вы уже небоеспособны".
        - Крылов! Житкова! Построить личный состав в одну шеренгу! Девицы! Да-да! Я вам говорю! Приведите сомлевшую в чувство и тоже в строй! - Семеныч уже приступил к привычной когда-то работе.
        Строились долго, и выглядела шеренга отнюдь неровной. А дальше, все было предсказуемо. За столетия, привычки новобранцев не меняются. Были и пресеченные тут же попытки заговорить без разрешения, и попытки пререкания, все как всегда. Пресечь пресекли, но понимания, во что они влипли, у них еще не было. Ну что же, будем воспитывать народ!
        - Товарищи рекруты! Мне доложили, что все вы пошли служить в армию добровольно. Но армии, той, которая нужна нашей Родине, еще нет! Ее надо создать! Именно для этого вы здесь и находитесь. Вам предстоит стать костяком той силы, которая покончит с унизительным положением нашего народа. Мы, ваши командиры, поможем вам стать этой силой. Задача эта очень трудна. Многие из вас будут неоднократно сожалеть о том, что вообще связались с нами. Кто-то, наверняка не сможет выдержать того, что мы потребуем от вас выполнить. Запомните раз и навсегда, мы не просим и не уговариваем. Мы требуем! Отказы приниматься не будут. Мы не станем принимать во внимание те причины, которые вам помешают выполнить приказ. Предупреждаю, уже этот день, будет для вас трудным, а каждый следующий, труднее предыдущего. Тем из вас, кто очень сильно себя пожалеет, настолько сильно, что захочется повеситься, мы предоставляем простой выход из этой ситуации. У входа в штаб, висит рында. Тот, кто не выдержит испытаний, может подойти к ней и позвонить. Его тут же уволят из армии и отправят на материк, домой. Надеюсь, что слабых духом,
среди вас нет. А теперь, товарищ полковник!
        - Я!
        - Действуйте согласно плану занятий!
        Я оставил Семеныча и Машу, разбираться с любимым личным составом и пошел в здание штаба. Дел впереди было немеряно.
        Всю первую неделю, занимались тем, что "обламывали" новобранцев. Нужно было, выбить из них старую "дурь". Мы приходили все вместе на подъем. Вместе с рекрутами бегали на зарядку. После завтрака - развод на занятия. Впрочем, занятия у нас, разнообразием не баловали: изучение Уставов, строевая подготовка, физическая подготовка. И так весь день, с перерывами на обед и ужин.
        Непривычный образ жизни и непонимание смысла наших действий, всегда порождает недоуменные вопросы. Наибольшее число вопросов, задавал наш психолог. То, как мы начали воспитывать новобранцев, повергло его в шок. Это противоречило тому, чему его учили, и что он сам, как учитель, применял на практике. Я решил, что раз мы готовим из этих людей командный и инструкторский состав нашей армии, то затыкать им рот не стоит. Наоборот, они должны получить ответы на свои вопросы. Вот и сейчас, когда я разрешил задавать вопросы, Крылов первым же и задал:
        - Товарищ капитан! Я понимаю, что за Вашей спиной, большой опыт работы с людьми. Ваш подход к воспитанию и обучению, наверное чем то оправдан. Но он не понятен даже мне.
        - Что Вас смущает?
        - Бесцеремонность, непререкаемый тон, нежелание выслушивать возражение. Стремление на корню давить любой протест.
        - Вопрос понял! Отвечаю. Известно ли Вам всем, что армия, это самый демократический институт общества?
        - Я бы так не сказал, товарищ капитан. Судя по Уставам, демократии здесь нет совершенно. Сплошная властная вертикаль.
        - Я к этому еще вернусь. А начну с того, что вы парни, принесли с собой сюда, много лишнего и ненужного в военной жизни. Там, дома, у вас всех было то положение в обществе, которого добились ваши родители. Причем у всех вас оно было высокое. А вот у Собак - все сложнее. Эта дура, из-за детского каприза, лишилась всего, что имела. Скатилась вниз, в общем то. Так вот, в армии этого нет. Здесь правит аристократия таланта. Армии безразлично, кем ты был раньше и каков был твой достаток. А вот вы, этого еще не забыли. Но именно это из вас надо выбивать в первую очередь. Поэтому, мы вас, сперва обезличиваем. В строю вы все равны! Нет ни знатного, ни простолюдина! Имеет значение только твое место в боевом порядке подразделения и полезные для нашей службы навыки. Последнего, у вас всех очень мало.
        Насчет бесцеремонности, неудобного тона и нежелания слушать возражения. Война, всегда неожиданна. Она не станет ждать, пока боец будет подготовлен в достаточной мере. Поэтому, щадящие методы воспитания, нам не подходят. Мы сейчас, отсекаем от вас излишнее самомнение. Оно вам будет мешать выполнять боевую задачу. А нежелание спорить… С вами сейчас не о чем спорить. Чего полезного в сложной обстановке вы можете предложить, если вы к ней еще не готовы? Самая малость, чего от вас сейчас можно добиться - это правильных действий по подсказкам командира.
        Вот так и прошла у нас первая неделя. Новая неделя, у нас началась с выдачи оружия и боевого снаряжения личному составу. Увы! Это было не то оружие, которое нам требовалось. То, что нам было нужно, над этим еще мучились конструкторы.
        Теперь расписание наших занятий изменилось. Строевых занятий, которые рекруты уже возненавидели всей душой, стало меньше. Меньше стало и занятий по Уставам. После получения боевого оружия, появились занятия по огневой подготовке. Нет, на стрельбище, мы выводить рекрутов не стали. Прежде, чем новобранец начнет выполнять упражнение по стрельбе, их надо приучить к оружию. Первое занятие, посвященное изучению матчасти, проводил рекрут Амосов Николай Николаевич, двадцати лет от роду. Младший сын владельца Новотульского Оружейного Завода. Следовательно, не наследник папашиного дела. За плечами его Машиностроительный техникум, отделение точной механики. Практику проходил на отцовском заводе. После окончания "технаря", готовился к поступлению в Новоленинградский Политехнический Институт. Тема дипломной работы: "Автоматические стрелковые системы". Защита диплома проходила в заводском КБ. В принципе неплохо. Продукцию отцовского завода знает неплохо. Парень серьезный. Вот и решили мы, что сам бог велел ему вести подобные занятия. Но предварительно, мы его познакомили с такой важной вещью, как план-конспект
занятий. Дело то он свое знал, но знать и уметь объяснить - разные вещи. Главный принцип армейского обучения: "Объясняй показом, поясняй рассказом", Амосову, да и остальным тоже, был неизвестен. Вот этим манером мы и стали учить людей, обращению с оружием. И тут был еще один момент. Нам были присланы 9 мм штурмовые карабины, которые поставлялись для ДНД. Укороченные версии этих карабинов, которые использовали охранные службы, тоже были присланы. Но если ребята, ранее знакомые с гражданской версией этого оружия, имели представление об их устройстве, то я, Семеныч, Мария и Ксения Собак - видели его впервые в жизни. На первом занятии, мы изучили его устройство и неполную сборку-разборку. В принципе, для нас ничего нового тут не было. Оружие оказалось простым по устройству. Но вот Собак! Она постоянно роняла детали, при сборке, не могла попасть куда надо, а уж о том, что у нее оказывались "лишние" детали, я помолчу. А затем, для подопечных началась каторга. Теперь, с оружием они расставались только во сне. Даже если оно было ненужно, они все-равно его брали с собой. Ежедневная чистка после занятий,
тренировки на скорость сборки-разборки. Подъемы по тревоге тоже с ним. А уж занятия на полосе препятствий - это святое! Я добивался от них одного - оружие должно им, сначала надоесть. Должен исчезнуть ажиотаж, который охватывает человека непривычного, когда ему вручают эту "игрушку". Вы замечали, как красуются перед публикой люди, которые нечасто имеют дело с оружием? Вот это и надо было выбить из них, чтобы они о нем вспоминали, только тогда, когда в нем возникнет нужда. А так - привычная железяка, не более того. Это чтоб их не тянуло на баловство с оружием. Второе, что мы от них добивались, это чтобы оружие срослось с ними. Когда непривычный человек, идет, бежит, прыгает, переползает, эта железяка ему постоянно мешает. Она напоминает о себе! Причем самым неудобным образом. Но если ты живешь с ним, то через некоторое время перестаешь его замечать. Оно становится частью твоего тела, оно само удобно располагается на нем. А без него - как-то непривычно становится. Именно этого мы и старались добиться. Нужно сказать, не обошлось и без анекдотов. Ксюша Собак - это было ходячее посмешище. В самый
неподходящий момент, оружие у нее падало на землю, она его забывала в столовой, а уж про неполную сборку, я помолчу. А когда она забыла свой карабин в туалете, тут даже выдержанная Маша психанула. Теперь, для укрепления памяти, Ксюша постоянно после отбоя драила сортир. А заодно проверяла, не оставил ли кто в сортире оружие.
        Вообще, ходячее недоразумение, не обещала стать справным бойцом. Рекруты, постоянно над ней смеялись, командиры - постоянно придирались. Уже этого ей хватало с лихвой. Но ведь была еще неприязнь сослуживцев! Никак ей не удавалось вписаться в коллектив. Слишком чуждым элементом она была для нас. Более всего, она походила на несчастную болонку, оказавшейся в вольере с серьезными псами. Ведь ее не загрызли, лишь потому, что не до нее было собачьей своре. А уйти на волю - жизнь бродячей собаки пугала ее еще больше. Мы все ждали, что она не выдержав, подойдет к рынде у входа в штаб и подаст ей сигнал дежурному. Но она не шла. Плакала тайком, когда думала, что никто этого не видит и продолжала с несчастным видом тянуть лямку.
        Самые большие неприятности для нее начались, когда пошли марш-броски. Те, кто служил, прекрасно знают, чем марш-бросок отличается от кросса. На кроссе, ты помираешь один, а на марш-броске - всем подразделением. Первый марш-бросок был пустячным. Всего шесть километров. Неопытные рекруты, бежали вразнобой. Каждый стремился прийти первым. Пришли, а затем долго ждали Собак. А зачет-то по последнему! В норматив не уложились? Будем тренироваться! Побежали по-новому. Опять Собак отстала! Перебегать третий раз, я заставлять не стал - вымотались все, а Ксюша вообще еле ноги переставляла. Нет! Дохляками рекруты не были. Со спортом дружили все, но Собак! На следующий день, бежим снова. Теперь, Собак бежит впереди, а товарищи подталкивают ее тычками. В норматив уложились, но Собак потеряла головной убор. Непорядок! Вы что, не слышали? В бою вам нужно буквально все! Терять ничего нельзя! Потеря любого предмета - это незачет! Бежим по-новому ребятушки! "Ребятушки" тихо звереют и смотрят на Ксюшу весьма неласково. Но мы неумолимы - помирать надо всем вместе, а за неудачника тоже надо отвечать всем вместе.
Вперед! Бежим еще раз!
        Как и обещано нами, каждый следующий день, становится тяжелей предыдущего. Тяжело и нам. Мы ведь не в своих телах! Нам тоже нужно физически втянуться. Хотя мы один раз уже подобное испытывали, поэтому нам легче. А вот ребята уже не верят в собственные силы. Они вообще не верят, что доживут до присяги. Настроение падает. Курение у нас до присяги под запретом, но курильщикам уже не хочется курить. Каждую свободную минуту, им хочется подремать. А еще им хочется постоянно есть. Их кормят полноценно, но непривычные нагрузки и строгий распорядок, дают о себе знать. Обычно, это привыкание тянется полгода. Есть и спать! Простая русская пища, для них теперь всегда желанна. Теперь они едят быстро и жадно. Но и с туго набитым желудком они испытывают голод. Мы через это уже проходили, поэтому знаем - через полгода, они будут есть быстро, но без суеты. Исчезнет чувство постоянного голода, появятся блюда любимые и нелюбимые, появится недоеденная пища. А пока что, они готовы вылизать тарелки языком, как псы. Терпите ребята! Вам сейчас тяжело, а дальше будет еще тяжелее! Мы разнообразим занятия по физической
подготовке. Каждый день что-нибудь новенькое. Не сказать, что нагрузки запредельные, но занятия по физической подготовке, уже воспринимаются как изощренный садизм. Наматываем круги вокруг спортгородка. Сколько кругов предстоит пробежать, мы никогда заранее не сообщаем. Рекруты не знают, как рассчитать свои силы и это их выматывает еще сильней. Сразу после пробежки - на гимнастические снаряды. Турник уже стал для многих неодолимым барьером. Подъем переворотом не могут выполнить три четверти бойцов. Им не хватает ни сил, ни дыхания, ни ловкости. То, что у меня с Семенычем это получается легко и многократно - народ воспринимает как недостижимый идеал. Им, даже подтянуться, уже нет сил! Но пока не поступила команда покинуть гимнастический снаряд, умри, но продолжай висеть на проклятом турнике! А затем полоса препятствий! Пять полос, по числу отделений. По сигналу, бегут первые. Преодолев полосу, рекрут прибегает в конец строя и тогда бежит следующий. По эстафете. Чье отделение преодолеет полосу быстрей? Этот вопрос ребят волнует нешуточно. У них уже давно сбито дыхание, дрожат от напряжения руки и ноги,
градом льет пот. Им очень тяжко. А если у вас в отделении неловкая копуша Собак? Пятое, "девичье" отделение, в котором она служит, уже давно ее ставит самой первой. Стараясь потом наверстать то время, которое она неизбежно потеряет зря. Самой Ксении очень страшно. Она переживает больше всех. Ведь ее коллектив уже на постоянной основе воспитывает! Ее не бьют. Уж этого мы точно не допустим! Но кроме уже привычной чистки туалета, она постоянно убирает кубрик своего отделения. Сейчас, преодолев с грехом пополам полосу, она подвернула ногу на ровном месте! Страх, заставил ее допрыгать до своих на одной ноге. И пока отделение рвет жилы, она, уже не скрываясь, плачет от боли и досады.
        Удивительно, но сегодня пятое отделение преодолело полосу первым! А теперь "раздача слонов". Занявшие первое место, садятся верхом на занявших последнее место. Они совершают вокруг площадки, три круга почета. Верхом на занявших последнее место. Остальные - все это время отжимаются. Это чтоб неповадно было в середку забиваться. Собак, впервые в жизни уселась на чью-то шею. Даже про боль в ноге забыла. Не верит, что сегодня не на ней ездят. Что сегодня не ей убирать кубрик. А вот слезть ей очень трудно. А товарищи на что? Я объявляю о конце занятия и приказываю нести страдалицу в лазарет. Всем отделением.
        А на занятиях по тактике, свой садизм. Учим ползать по-пластунски, перебежкам, самоокапыванию. И все на время. С первого раза до народа мало что доходит. Поэтому команды "Отставить! На исходный рубеж, бегом марш!" подаем часто. И опять есть неуспевающие. А значит - "Будем тренироваться!" По моему убеждению, хочешь человека чему-нибудь научить - заставь его сделать требуемое идеально. Да не по разу. Двадцать два раза подряд! Этого хватит ему на всю жизнь! Все вбивается на уровне рефлекса. После таких занятий, форма постепенно приходит в негодность. Постоянно приходится ее чинить. Любое порванное место, тщательно изучают брат и сестра Рябиновичи. Это их отец поставляет нам форму. Сара с Иосифом готовят отчет с замечаниями, по которому фабричные конструктора будут вносить улучшения в форму. И этим им заниматься до тех пор, пока форма не станет по-настоящему надежной и удобной.
        Накануне первых стрельб, вся наша компания "попаданцев" по очереди сходила на свежепостроенное стрельбище. Нужно было заранее пристрелять свое оружие. Что я могу сказать об этой системе? Все-таки оружие под промежуточный 9мм патрон, нам не подходит. И отдача велика, и с настильностью не очень. А уж прицельная дальность и скорострельность и вовсе не подходит для нашей работы. Оно даже в качестве оружия для первоначального обучения бойцов стрельбе, тоже не подходило. Нет, спецназовцам, такое оружие самое то. А вот для классического общевойскового боя, нужно другое оружие. Но как говорится, "На безрыбье и сам раком станешь".
        Наконец, настало давно ожидаемое рекрутами событие. По давним методикам обучения, первые стрельбы производятся перед принятием присяги. Это имеет свой смысл. Рекруту специально не дают поблажек. К концу КМБ, он накапливает достаточно злости на весь мир. На нас - потому, что это мы его изводим ненавистной муштрой и придирками. На командиров отделений - потому, что "они зад начальству лижут". Да и с товарищами по строю, отношения вовсе не безоблачные. Поводы для раздражения есть всегда. Давая рекруту в руки, магазин с боевыми патронами, мы ставим его перед соблазном и не слабым. Именно сейчас он сможет свести счеты со всеми, кого успел возненавидеть. Конечно, большинству их, такая мысль даже в головы не заглянет. Но такие, кого она посетит, найтись могут в любой момент. Так что первые стрельбы, это не столько учеба, сколько испытание, на наличие в наших рядах неуравновешенных людей. Впрочем, как правило, все проходит без эксцессов. Прошло без ЧП и у нас. Отстрелялись рекруты весьма паршиво. На "отлично" отстрелялись я, Семеныч и Мария. Но это не удивительно, у нас и оружие было заранее пристреляно и
стрелковой практики хватало. На "хорошо" - всего двое: Амосов и Собак. Ну от Амосова другого ожидать было трудно, все-таки сын оружейника имеет возможность стрелять. А вот Собак удивила по настоящему. Куда девалась нерасторопная, неловкая дура? На огневом рубеже, мы увидели девушку, которая спокойно, без нервов, занимается серьезным делом. Знать бы еще заранее, сколько сюрпризов она нам преподнесет!
        А на "удовлетворительно" отстрелялось всего шесть человек. У остальных - "неуд". Такого я не ожидал. Такого раньше мне не встречалось. Обычно, большинство людей, даже если впервые взяли в руки оружие, справляется с простеньким упражнением на "удовлетворительно". Клинические "мазилы" - это маленький процент новобранцев! Что же, учтем и это.
        Следующий день после стрельб, был не учебным. ПХД - парко-хозяйственный день. Предстояло подготовиться к торжественному дню. Посовещавшись, мы решили никакой показухи на день принятия присяги не готовить. Почему? Так ведь чем является праздничный день для солдата? Тем же, чем и для кобылы свадьба: "голова в цветах, а ж…па в мыле!" Быть зачинателями такого подхода, мы не хотели. Со временем, найдется достаточное количество идиотов, которым придет в голову "улучшить" праздничный день утомительными торжествами. Нет! Мы решили сделать все просто и скромно! Построение, само принятие присяги и полный выходной день до вечерней поверки. Пусть народ развеется. Теперь есть где.
        Глава 13
        ЦАРЕВ ГРАД. РЕЗИДЕНЦИЯ ИМПЕРАТОРА.
        Спустя три дня, перед отъездом на Полигонный остров, император встретился с участниками проекта "Берлога". Всех эти люди, были подобраны лично им. Справятся они с заданием или нет, заранее не скажешь. Приходится верить и надеяться. Одиннадцать мужчин и женщин. Это первый состав участников проекта. Потом к ним присоединятся другие. Половина из них - прямые родственники императора и императрицы. Самый главный среди них - Хвостов Геннадий Леонидович, является обладателем странной специальности. Называется она "инженер-исследователь". А еще он брат царицы. Вот перед всеми ими, Константин Ильич Воронов и держит речь:
        - Товарищи! - общение с Субудаевым и Коробовым даром не прошло. Почти забытое древнее воинское обращение к соратникам, вновь входило в обиход. Пока что в армии и среди доверенных людей императора.
        - Ваша общая задача - изложена письменно. В целях сохранения ее в тайне, вам нельзя говорить о ней вслух, даже здесь. Вам дается месяц на подготовку к выполнению задачи. Через три года, первый этап проекта должен быть обязательно выполнен. Старшим я назначаю товарища Хвостова. Вы должны сразу уяснить, что в случае выхода из строя старшего, должен найтись человек, способный продолжить начатое дело, поэтому с внутренней иерархией определитесь сами. Обеспечением мероприятий по режиму секретности, займется товарищ Зимовин Максим Викторович. Если кто его не знает, то я вам его представляю, - указанный товарищ встал и коротко поклонился всем присутствующим. А Константин Ильич продолжил:
        - В виду важности вашей миссии, Вам товарищ Хвостов, вопреки обычной практике, присваивается императором наследственный княжеский титул. Поздравляю Вас!
        Охреневший от такой новости Хвостов, даже не знал, как ответить. Да и остальные тоже удивились изрядно. Еще бы! При наличии монархии, до сего момента, на Немезидской Руси не было никакого дворянства! А теперь появилось. Да еще титулованное.
        - Кроме поздравления, сообщаю о том, что дается титул Вам не просто так. Там, где вы все будете действовать, будут действовать законы нашей Державы. Ваш титул - это прежде всего право на высшие властные полномочия. Прошу это помнить. Все Ваши решения окончательны и бесповоротны и ограничены лишь рамками задания. Подчиняетесь Вы лично мне и и только мне. Если будет потребность выйти за рамки задания - обращаетесь без всяких стеснений. Это понятно?
        - Понятно, Ваше Императорское Величество.
        - Вот и отлично Ваше Сиятельство.
        - Теперь Вы, Зимовин. Ваша задача - обеспечение необходимого уровня сохранения секретов. В том числе неприятными способами. Санкцию на применение радикальных методов Вам дает либо князь Хвостов, либо я. Но если нет возможности спросить разрешения - действуйте самостоятельно. Но отчет за самостоятельные решения все-равно обязаны дать. Ясно?
        - Ясно, Ваше Императорское Величество!
        - Второй Вашей задачей, будет вербовка нужных нам специалистов и текущий контроль за их лояльностью. В одиночку Вы это не сделаете, поэтому создавать свою службу, будете на месте из подходящих людей. Но отдавать все на Ваш произвол, я не собираюсь. Поэтому, у Вас будет куратор. Кто он, узнаете позже. Текущие вопросы будете решать с ним. И связь тоже держите с ним. Ну а раз Вы становитесь командиром, то я, своей властью, учитывая имеющийся у Вас практический опыт и нужную подготовку, присваиваю Вам воинское звание "ефрейтор". Поздравляю Вас!
        - Спасибо Вам, Ваше Императорское Величество!
        - Кстати, вниманию остальных, все вы с момента ознакомления с поставленной задачей, являетесь кадровыми военнослужащими наших Вооруженных Сил. И звания у вас тоже имеются. Вам Хвостов, хоть Вы и князь у нас теперь, звание ефрейтора не помешает, прочие же, считаются рядовыми на действительной службе. Поэтому, желаю вам всем успехов и дальнейшего роста в званиях.
        Народ, при такой новости только и смог, что кивать головами. Вы спросите, почему, несмотря на важность миссии, им не присваиваем офицерских званий? Так ведь Субудаев предварительно настоял на том, чтобы званиями не разбрасывались. Пусть народ, приучается уважать маленькие и скромные звания. Пусть поймет, какой ценой достается каждая лычка. Пусть солдат научится считать ефрейтора очень большим начальством. В конце - концов, армией командуют двое - главком и ефрейтор, остальные им лишь помогают в этом деле. Пусть это все поймут и усвоят.
        - Звания Вам эти, мы даем авансом. Цените это. Люди, за эти звания льют пот, гребут дерьмо и тратят жизнь. Вечером, мы примем у вас Воинскую Присягу, и с этого момента, спрос с вас будет иным. Прошу этого не забывать.
        Ну, а после вдохновляющей части, пошла деловая часть. Оговаривались основные детали начальной стадии проекта. Император отвечал на заданные вопросы. А затем, после принятия Присяги, участники проекта покинули Аудиенц- зал. Разработкой конкретных деталей операции, они займутся самостоятельно. В этих вещах, лучше не сковывать их инициативу.
        Начальная стадия проекта "Берлога", с этой самой минуты началась.
        СЕВЕРНЫЙ ОКЕАН. ОСТРОВ БЕЛЫЙ. ВИЛЛА СОБАКА.
        Ромуальд Собак, теперь старался покидать свою виллу как можно реже. Работой, недавно созданной "Белоостровской Управляющей Компании", он предпочитал руководить лично. Дело это было весьма деликатное. Как спасти собственные капиталы? И чтоб никто не смог ничего заподозрить. А как вывести на внешний финансовый рынок капиталы императора? Работа, что ни говори трудная. Помощников для этого, приходилось подбирать очень тщательно. Люди, умевшие молчать, у него имелись. Правда, их не хватало. Но к счастью, такие люди были и у императора. И вот сейчас, они тихо и незаметно трудились над задуманным. А заодно и контролировали Собака. Впрочем, обманывать партнеров, Ромуальд не собирался изначально. К тому же, император не дал своего согласия на участие в проекте, пока не получил в свое распоряжение ценную заложницу. Не просто так, наследница сбежала к русским. Это было заранее оговорено и согласовано. Именно она, Ксения Собак, унаследует то, что оставит ей Ромуальд. Большой сюрприз ожидает всю свору потенциальных наследников, когда они примутся делить наследство. Конечно, что то им останется, но компании
"Судостроитльные верфи Берложья", "Транспортная компания "Берложье" и "Берложская Сырьевая Корпорация", зарегистрированы вовсе не в Сообществе. И владеть ими имеют право тоже не граждане Содружества. Ксения еще не гражданка Немезидской Руси, но три года службы в Армии Русского Мира, таковой ее сделают. Конечно, полноправной хозяйкой этих компаний она не будет. Доля ее участия не превысит 40%. Но все равно, она останется самым богатым человеком Русского мира, если не считать императора. Правда, компании эти пока еще существуют только на бумаге, но при должной энергии участников сделки, они быстро обретут плоть и кровь.
        И все же, как хорошо вышло с Ксенией. Ромуальд, никогда не обратил бы на нее внимания, если бы не Раджив. Сильного впечатления, Ксения не производила на окружающих. Обычная семнадцатилетняя блондинка со смазливой мордашкой. Ее будущее казалось заранее определенным. Получение приличного образования. Брак, заключенный по расчету. Светские мероприятия, сопровождаемые светскими же скандалами. В общем, обычная мебель в доме богатого человека.
        Однако, Раджив сумел убедить, что за обычным экстерьером, скрывается вовсе не пустота. В общем, присмотревшись внимательней, Собак сделал свой окончательный выбор в ее пользу. Потом была доверительная беседа один на один, после чего было разыграно душещипательное представление на публику. Тут ничего особо придумывать не пришлось. Ксюша сама воспользовалась сложившимися обстоятельствами.
        Один из ее дядюшек, будучи похотливым козлом, в который раз попытался затащить ее в свою постель. Он и раньше пытался это пытался сделать. Всякий раз, получив отпор, он только еще больше раззадоривался. Так что Ксения прекрасно знала, не отстанет кобелина! И ведь наверняка сама спровоцировала последний скандал! Дядюшка так завелся, что она еле вырвалась от него. В слезах и с синяками. А папаша? Это в Совке, родной отец иможет убить насильника. Тут на его стороне будет мнение общества. А в Россиянском Секторе, действуют законы Сообщества. Если насильник оплатил жертве курс реабилитации, то у суда не может быть к нему никаких претензий. А Ксюшины родители еще и лебезят перед дядей. Зависят они от него. Мамочка, так прямо и сказала:
        - И чего тут ужасного? Глаза закрыла, расслабилась, получила удовольствие. Арнольд Бертольдович, человек порядочный, он позаботится, чтобы у тебя было все в порядке!
        А дальше осталось только "несчастной" девице изобразить крайнее потрясение от таких слов. В общем, скандал потом случился громкий и нешуточный: дочь уважаемых родителей сбежала из родного дома! И куда сбежала? К "совкам" поганым!
        Теперь, она находится в полной безопасности. Тяжело ей придется, зато наследство свое, она заработает честно. И вряд ли у русских возникнут к ней претензии. Если человек соблюдает принятые в их обществе правила, то обществу плевать, сколько денег у него на счету.
        ОСТРОВ ПОЛИГОННЫЙ.
        А у Ксении Собак, что называется, кошки скребли на душе. Ее мучили сомнения: правильно ли она поступила, ввязавшись в это совсем не забавное приключение? Убегая из дома, она по сути своей, убегала в неизвестность. И ведь говорили ей еще в детстве, что Совок - это дикая нецивилизованная земля, населенная тупыми и агрессивными сектантами! Что живут эти сектанты, по дремучим правилам, по которым нормальные люди давно уже жить перестали. Взять хотя бы их монархию! Глупо заводить ее у себя! Ведь, как известно из учебников, все-равно они ничего сами не решают. Правда, Ксюшину судьбу, решил именно император. А культ учителей? Везде это просто работники системы образования, а у этих мракобесов учителя обладают значительной властью не только в школе, но и вне ее. Например, судьбой самой Ксюши, от начала и до конца, занималась обычная учительница из сельской школы, которую звали Лариса Юрьевна. Именно к ней отвели девушку селяне, к которым она обратилась с просьбой о помощи. А дальше, обычная с виду женщина, лет тридцати, приколола на платье бейджик и начала творить чудеса. Все ее просьбы, незамедлительно
выполнялись не только в родном селе, но и в Царев-Граде, куда они приехали, чтобы решить Ксюшин вопрос. Здесь уже, кто только не занимался ее судьбой! И чиновники Канцелярии Его Императорского Величества, и страшные чекисты из Тайной Канцелярии, и обычные психологи… Но всегда, на всех собеседованиях, Лариса Юрьевна, присутствовала вместе с девушкой. Именно ее присутствие, помогало справиться с возникавшим то и дело страхом. А когда решение было принято, то Лариса Юрьевна, расставаясь с подопечной, оставила ей свою старомодную визитку, сказав при этом:
        - Если возникнут трудности, то обращайся прямо ко мне. Не стесняйся! Я ведь теперь для тебя почти что крестная!
        Кое-что, из жизни этих странных людей, Ксения узнала уже доподлинно. В стране, где адвокатов не было вообще, защитой прав конкретного человека, занимался именно учитель, ранее учивший его. Правда, если имел на это желание. Отказ учителя, помочь бывшему ученику - это оказывается очень серьезно. Просто так учителя не отказывают и любой здешний суд, это обязательно учтет. А учителя не только помогали. Они могли и наказать ученика, и очень сурово. И это воспринималось обществом как должное! Вот Шурка Белова, как-то со смехом рассказала, как учительница выпорола ее пучком крапивы, прямо по голой заднице. За что? Да за бесстыдство! И никто не стал искать на учительницу управу.
        А в армии, Ксении стало вообще трудно. Зря она обрадовалась, узнав, что служить предстоит не с каким-то там быдлом. Ведь говорил прадедушка, что главная трудность во взаимоотношениях с "совками" состоит в том, что "совковая" элита, ненавидит россиян гораздо больше, нежели простонародье. Так и оказалось! Первое, на чем споткнулась Ксюша, так это на языке общения. Интерлинг здесь знали, но между собой говорили на русском языке. Нет, в школе она проходила россиянский язык, правда пользовалась им считанные разы. Но ведь местные дикари говорили вовсе не на россиянском, а на русском! Причем в ходу были два основных наречия - "сбереженное" и "советское". На первом говорили сами русские, на втором разного рода инородцы. И начались у нее проблемы на ровном месте. Первая же фраза, произнесенная с ПОЛИЦАЙСКИМ акцентом, сразу похоронила ее надежды на обретение друзей и подруг среди сослуживцев. Что интересно, ни капитану с полковником, ни Машке-командирше, которые разговаривали на СТАРОСОВЕТСКОМ диалекте, они таких претензий не имелили! А ведь он менее понятен для нее. Хорошо, что команды они отдают простыми
и короткими фразами, а то вообще была бы беда!
        А сама служба? Разве такой она себе ее представляла? В видио она выглядела гораздо привлекательней. А на деле время проходило в ожидании постоянных придирок стервы-Машки, злых и презрительных подначек рекрутов, постоянной усталости, нехватки сна и чувства голода. Это "совкам" хорошо! Их всех учили в спортивных секциях! А ее? Она собиралась наследовать адвокатскую фирму родителей и готовилась поступать на юридический факультет в местном университете. Ничего суровей фитнесса ей и не требовалось. А теперь за это приходилось расплачиваться!
        А девки местные? Эти плебейки с королевскими замашками, оказались еще хуже местных парней! Когда она потеряла сознание, то они не врача вызвали, а просто отхлестали ее по щекам! Здесь это оказывается допустимо! Но окончательно она похоронила надежды на доброе к себе отношение, посетив баню. Когда в первую же субботу, их привели в то, что "совки" называют баней, она удивилась той радости, которую испытали все, кроме нее. Простая бревенчатая постройка, внутри которой оказалась примитивная каменная печь. Чему тут радоваться? А банная процедура? Эта парилка, эти веники и деревянные тазы? А примитивные грубые мочалки? Нет, конечно, все это оказалось здорово, хотя парилка ей была непривычна. Но усталость сняло как рукой, и настроение поднялось. А что уж говорить о привычных к этим процедурам девчонках? Те просто наслаждались, особенно, когда выскакивали из парилки и с визгом ныряли в прохладную воду устроенного рядом с баней пруда. Даже Машка подобрела и стала похожа на человека. Просто веселая и компанейская подруга! И квас, что черпали прямо ковшом из деревянного бочонка, Ксюше тоже понравился. Но
зачем нужна такая архаичная система? В казарме есть душевые боксы, совсем нетрудно встроить в них термомассажные устройства с задаваемой контрастностью! Только зря она сказала это вслух. На нее посмотрели как на убогую. А Лейла Ахмади, дочь "хлопкового короля" из Новой Ферганы, произнесла:
        - Россиянка однако!
        И так произнесла, что сразу стало ясно: Вот мы, люди русские, нам все понятно, а это чудо - всего лишь какая-то россиянка приблудная! А сама-то кто? Какая она русская? Чурка натуральная! А все туда же! Да и Сара, сучка жидовская, та еще "русская"! Хотелось все это высказать прямо в лицо, но воздержалась. Бесполезно это. Никому ничего она тут не объяснит. А обозлить может запросто. И друзей здесь у нее никогда не будет.
        Так и тянулись эти ужасные и кошмарные дни. Много раз, когда становилось совсем невмоготу, она смотрела на рынду, висящую у входа в штаб. Достаточно в нее позвонить и армейский кошмар закончится навсегда. Ее отпустят, но что дальше? Вернуться домой? А будет ли лучше? Что ждет ее дома? Прадед ей точно не простит этого. А остальная родня и знакомые? Уйдя к "совкам", она до конца своих дней получила ярлык "русской шлюхи"! Таких даже быдло россиянское презирает.
        Так что путь назад был закрыт. Не примут ее обратно. Разве что работницей в дом терпимости. Правда, осталась еще визитка Ларисы Юрьевны. Та уж точно отнесется к ней с пониманием. Теперь, после неоднократной уборки сортира, карьера уборщицы в сельской школе, ужасной не казалась. Но что это даст? Здесь, в Совке, действует Правило Пашни. Никто не считается полноправным гражданином, если у него нет хотя бы огорода. Даже магнаты местные, не могут обойти этого правила. Сами конечно они землю не возделывают, но и нанять батраков не могут. Приходится им сдавать свои законные гектары в аренду сельским общинам. Хотя, судя по разговорам девчонок, даже они не брезгуют поработать на земле, просто так, в свое удовольствие. А Ксюше, и такого не светит. Если она выдержит оговоренный в договоре срок службы, то тогда ей за каждый год в армии, полагается по гектару земли. И отнять эту землю не может даже император. Сделать это можно, только по решению народного собрания. А если не дослужишь - поездка на Новые земли и только внуки будут признаны здесь русскими людьми.
        Куда ни кинь - везде клин! Приходилось терпеть и тихо слезы лить от жалости к самой себе. До присяги она дожила с трудом. А в итоге? Предстоит еще более кошмарная жизнь. И жаловаться на это некому. В армии вообще запрещено жаловаться на трудности и лишения. Это Машка весьма доходчиво объяснила. Но и общество здешнее жалобщиков не любит. И как дальше жить? А так и жить, тянуть лямку до окончания службы и попытаться устроиться в этой жизни. Ведь в конце испытаний, если она их выдержит, ее ждет шикарный приз. Тогда ей будет все-равно, кто и что о ней думает.
        ТАМ ЖЕ.
        Полковник Коробов, ни в прошлой, ни в этой жизни, особых талантов за собой не замечал. Все, чем он мог похвастать, так это тем, что в прошлом служил честно и добросовестно. Начальству зад не лизал, на подчиненных свои беды не перекладывал. Служба у него шла по-разному, были и удачи, были и провалы, но духом не падал, дотянул свою лямку до конца. Воевать ему ни разу не пришлось. Обычная служба мирного времени. Срочная служба, училище, академия, гарнизоны, выход на пенсию. Правда, на пенсии недолго довелось жить. Но тут уж ничего не попишешь. Реципиент его, тоже ничего особенного собой не представлял. Простой парень из таежной деревни. Жил - не ныл, воевал - не стонал, погибал - не срамился. Именно так, по мнению Михаила Семеновича, и полагалось вести себя настоящему русскому человеку. И потому, две души в одном теле прекрасно ужились. Был реципиент очень даже религиозен, но и полковник неложно верил в бога. Так что ужились они друг с другом. И спасибо доктору Вернеру, что свел их вместе. Новая жизнь, Михаила Семеновича устраивала со всех сторон. Ему судьба дала возможность быть у истоков великого
дела. А что еще требовать от нее? Кто как, а обе души видели в этом Промысел Божий. Тут и без всяких пророков понятно, что народ, низко павший и мечтающий о сытой праздности, в который раз спасает от забвения его небесная покровительница - Богородица. Еще при первой жизни полковника, слово Родина не вызывало в душе народной того отклика, который ранее позволял спасать свою душу, идя на верную смерть. Ведь когда пришла беда, лишь десятая часть населения страны, пошла с ней бороться. Зато каждый пятый встал на сторону врага и бил своим же в спину. А остальные? Просто равнодушно смотрели на гибель своей страны, считая, что все потуги - напрасны. Вот и потеряли Россию! Слава Богу, что умер раньше этого позора! И как велик был подвиг тех, кто стремился сохранить Имя Русское! Одни, строили свою Россию на чуждой прежде планете. Укоренились в эту землю, окрепли и готовятся вызволить себя из плена, чтобы занять достойное место под звездами.
        А те, кто остался на Земле? Разве их подвиг меньше? Совсем ничего не зная о том, что есть во Вселенной их братья и сестры, они тем не менее не впали в грех уныния. Сберегли язык, сберегли Веру, отринув соблазны подлого и лукавого мира победителей. Они тоже копили силу для того, чтобы жить вольными людьми. Жалко, что так все сложилось! Жаль тех, кто предпочел гибель в бою, соблазнам жизни сытой скотины. Ведь они совсем немного не дожили до встречи с братьями своими. Мир праху вашему мученики! Он, полковник Коробов, сделает все, чтобы народ его обрел прежнюю силу. А значит и подвиг ваш сделает ненапрасным.
        ОСТРОВ ПОЛИГОННЫЙ. ПУТЬ К БУХТЕ САБЕЛЬНОЙ.
        Чтобы сразиться с врагом, до него нужно сначала дойти. Так было во все времена. И не случайно войну, иногда называют походом. Но для того, чтобы добраться до врага, нужно не сбиться с пути, не заплутать. И идти желательно скрытно, не выдавая себя ничем. Когда полководец рисует на карте стрелочки, то не всегда они направлены прямо на врага. Очень часто они показывают охват и обход. А это тоже в первую очередь скрытный марш. Но легко рисовать стрелочки, а как пройти по тому маршруту, что выбран полководцем? Вот этому я сейчас и учу свое невеликое войско. Думаете, легко пройти армии из пункта "А" в пункт "Б" даже по хорошим дорогам? В мирное время помешать может только необычайно плохая погода. А вот в военное время, мешать станет противник. Если войска не умеют совершать такие переходы, то расторопный враг, всегда их будет бить еще до начала настоящего боя, прямо на марше. И выбор у него будет велик. Бомбо-штурмовые удары и ракетно-артиллерийский обстрел, удары из засад и действия диверсантов. И на это нужно правильно отвечать. Пройти маршрут без потерь или с малыми потерями - вот чему мы сейчас
учим ребят. Причем имеем в виду не только потери в людях. Потеря времени тоже недопустима. Потому и топают мои бойцы по полевой дороге с полной выкладкой. Сорок верст от ППД до бухты Сабельной, потом ночевка, а затем обратно до ППД. Дорога - это слишком громкое название. Скорее это колонный путь, который проложили строители по нашей заявке. Для тренировки - это то, что нужно.
        Когда был объявлен выход - радость личного состава было заметна невооруженным взглядом. Это всегда так. Сколько бы ни прослужил солдат, но выход за пределы опостылевшего им казарменного городка, всегда радостное событие. Даже если это выход на войну. Просто, казарменная жизнь, внутри периметра, всегда и всем надоедает. А выход в поле, всегда несет смену впечатлений, кучу мелких послаблений и придает службе большую осмысленность. Так было во все времена, во всех армиях мира. Впрочем, эта радость будет недолгой, ибо мы идем не на прогулку. У каждого бойца, включен таймер с обратным отсчетом времени. На планшеты выведена схема маршрута. Уложиться в заданное время - обязательное условие выхода. Иначе: "Будем тренироваться!" Эту фразу все теперь знают и искренне ненавидят.
        Мы вышли в поход после утреннего развода. Как водится, сперва все было нормально, но недолго. Командиры отделений задали темп движения, причем, на мой опытный взгляд, как раз такой, чтобы уложиться в отведенное время. Ох, ребята! Наивные же вы люди! Вы не уяснили еще, что командир ваш родной, всегда готов вам подбросить пакость? Напрасно вы так хорошо о нас думаете! Мы специально для этого вышли с вами. Работа у него такая, портить вам жизнь в мирное время! Я правда еще помалкиваю, но Семеныч зверствует вовсю. Вводные так и подкидывает: "Противник справа!" Спустя версту: "Воздух!" А самый смак в том, что нескольких нерасторопных, он объявил "ранеными". Теперь народ приуныл серьезно. Никому объяснять не надо, что раненых мы не бросаем. Их оружие и снаряжение тоже. Прошел всего час, а взвод потерял "ранеными" четверть состава. А привалы то, через каждые 10 километров! И темп движения сбился. Командиры отделений начинают звереть, а "раненые" выглядят ох как виновато! Не радуются они возможности "поездить" на товарищах. До первого привала, народ еле дожил. А он у нас всего 10 минут и пришли мы с
опозданием. Конечно, "раненых" мы сразу объявили "выздоровевшими", но пакости для бойцов на этом не кончились. Просто на этот раз, пакостником был я. И оцените мой сволочизм, я просто взял, и задал вопрос:
        - Кто и что во время пути, заметил необычного?
        В ответ недоуменное молчание.
        - Объясняю! На войне, самое важное для вас событие - это встреча с человеком. Если это свои - событие радостное. Если чужие - то все наоборот. Поэтому любой след, оставленный человеком, надо подмечать. Итак, кто и что видел?
        Понятно, никто глазенок своих не удосужился разуть. Хорошо, что нашлемный прицел, связанный с вычислителем траектории, дает возможность вести протокол. Не дождавшись ответа, я демонстрирую на своем планшете снимки лежащей на дороге обертки от конфеты и пробки от пивной бутылки, свежий затес на дереве и обломанные недавно ветки кустарника.
        - А теперь уясните себе раз и навсегда, нельзя идти и ничего не замечать, так можно влететь в засаду. Подмечать нужно все необычное. Вопросы?
        - А если мы идем по свалке, там ведь много чего лежит?
        - Значит, определяй: что лежит давно, а что оказалось недавно. Что слежалось, а что разворошили. И предупреждаю сразу, следующую часть маршрута, тупо не идти. Увидели что любопытное - сразу доклад.
        Следующую "десятку" мы шли уже быстрей, а на вводные реагировали уже без задержки. Никто не хотел обременять своих товарищей. Но разве с первого раза до людей правильные мысли доходят? Первым "раненым" оказался Максим Воронов, племянник императора. Заметив лежащую в кустарнике тряпку, он с радостным видом схватил ее и начал доклад.
        - Поздравляю Вас с оторванной рукой!
        В ответ недоумение, переходящее в горькое понимание, что его только что назначили на роль "раненого".
        - Поясняю для идиотов. На войне противник может применять минные ловушки. Как раз для дураков, которые сходу хватают что ни попадя. Увидел - не спеши хватать. "Двухсотым" бывают лишь раз в жизни!
        Огорченного Максима, потащили на импровизированных носилках. Вот только так, надо внушать людям правильный взгляд на вещи. Война - злая шутница. Так мы и шли, стараясь доходчивей объяснить народу те вещи, что были для меня давно очевидны. Семеныч "развлекался" тактическими вводными, а я тренировал в людях умение смотреть вокруг себя. Чтобы вбить в плоть и кровь им, как надо правильно вести себя на войне. А судя по всему, она не за горами.
        Темп движения постепенно нарастал, командиры отделений еще не теряли надежды уложиться в срок. Последняя четверть пути до бухты Сабельной, мы двигались уже как на марш-броске. И не смотря на все старания, опоздали на час. Но на этом мучения не закончились. Выскочив на берег, народ углядел ряд мишеней, расставленных здесь заранее. Доклад об обнаруженном противнике, команда "К бою!" и стрельба на поражение. Вы пробовали стрелять со сбитым дыханием, трясущимися руками и испорченным настроением? Если нет, то рекомендую. Сразу поймете, какой вы на самом деле стрелок.
        А теперь добавьте к этому чистку оружия и расположение на ночлег. И кому то надо охранять нашу стоянку. Впрочем, опоздание было еще некритичным. Главное - уложиться во время завтра. Я разрешил командирам отделений выбрать время подъема и начала движения самостоятельно. Они и выбрали. Их "ефрейторский зазор" составил аж целых три часа! То, что люди не выспались и не отдохнули толком, их уже совсем не волновало. Страшное "будем тренироваться" было тем кнутом, который добавлял всем дополнительный заряд бодрости. Думаете, обратный путь обошелся без неприятностей? Да они просто не представляли, насколько богата наша фантазия! Например, не поняли еще ребята, почему в армии все делается по команде командира. Ведь подавали на привале команду "Оправиться!" Но разве до всех дошла важность этого мероприятия? И вот, во время перехода, Лейла Ахмади, вздумала справить нужду в кустиках. Сколько таких беспечных, вражеские разведчики утащили в плен прямо с "насеста"! Нельзя в походе отрываться от своих! Что же, не доходит через голову, дойдет по-другому. Останавливаю строй, разворачиваю всех назад, а затем
объявляю смущенной Лейле, что ее при попытке захвата "языка" ранили вражеские разведчики, а командир отделения, который прозевал ее выход из строя, ранен при ее освобождении из плена. Потащили ребятки! За счет огромного "ефрейторского зазора", мы закончили свой поход даже немного раньше срока. Но впечатлений хватило всем. Воспитывать кого-то "через коллектив", смысла не было, ибо "отличились" все. Но зато крепче запомнят эту науку!
        А потом был второй выход по тому же самому маршруту. На этот раз, каждое отделение выходило в поход самостоятельно, с интервалом в час. Основная задача та же - дойти, уложившись в отведенное время. Но было и отличие. Ведь мало пройти по маршруту, воин должен уметь и провести по нему войска. Даже если он находится при смерти и не способен двигаться, все равно, должен уметь показать войскам дорогу, по которой прошел сам. А как такое возможно? А кроки на что? Вот и наносят ребята на свои планшеты те элементы местности, что имеют значение для выполнения боевой задачи. А оцениваю их работу вовсе не я. Сделанные кроки, они отдадут топографам, которые и оценят их труд. Тут и станет ясно, кто справился с заданием, а кому надо еще тренироваться. Впрочем, есть и побочная цель. Мне нужны разведчики. Потому, я и выявляю людей наблюдательных, с хорошей зрительной памятью и отсутствием топографического кретинизма. Остальным тоже польза. Пусть научатся вычленять из кучи деталей то, что имеет отношение к выполняемому заданию, смело отбрасывая несущественные подробности. Пусть учатся выделять на местности те
ориентиры, которые пригодятся им для выполнения чисто боевых задач. Не забывайте, что мы готовим из ребят командиров.
        А тактические вводные и упражнения на внимательность - сегодня им это не светит. Потому, что я провожу с Семенычем и Марией отдельное занятие. И тоже на местности. Просто Семеныч, как и большинство, виденных мной офицеров, с картой дружит, пока она расстелена на столе в штабе, а в поле ее достает только для того, чтобы спросить у местных дорогу. А Мария, вообще карту не читает. Как это устранить? Да очень просто. Сейчас Семеныч с Марией ведут глазомерную съемку выбранного мной участка местности. Пусть набивают шишки, пусть краснеют за совершенные ляпы. Во время учебы это допустимо. Главное, чтобы мой начальник штаба, был действительно начальником штаба и не считал, что карта гладкая.
        Три дня, отпущенные на занятия пролетели быстро. Бойцы мои благополучно провалили задание. Но это и понятно. Одно дело, когда рядом с тобой находится требовательная нянька, а другое - когда тебе предоставлена самостоятельность. Придется выполнять все по-новому. А Семеныч с Марией, тоже провалили задание. И тоже "будут тренироваться"! Вот так и прошли три месяца, три четверти времени из которых мы занимались в поле, а остальное время в учебных классах. Маршруты постепенно усложнялись, а задачи были прежние. Дороги сменялись тропами, тропы сменялись бездорожьем. Ровная местность сменялась пересеченной. Простые подначки, заменялись более сложными. А переноска "раненых" производилась все реже и реже. К тому моменту, когда пошли осенние дожди, люди изменились сильно. Они теперь не напоминали выпущенных на волю стаю благодушных идиотов. Загар, свойственный людям, проводящим время на свежем воздухе, намертво въелся в их лица. Взгляд стал внимательным, исчезла прежняя рассеянность, движения приобрели нужную ловкость. Да они и сами заметили в себе положительные изменения. Тяготы похода, постепенно
переставали быть тяготами, появились силы на шутки и проказы. Постепенно уходило прежнее желание, одолевавшее их при объявлении привала: упасть и не шевелиться. Теперь они знали, как надо сушить форму после преодоления брода, как ее чинить в полевых условиях. Снаряжение, перестало висеть на них, как на корове седло. Теперь оно выглядело частью их самих. Ладные, подтянутые ребята и девчата, научившиеся не терять бодрости. Пожалуй, только Собак выбивалась из общего ряда. Но и у нее был прогресс. Раньше, она напоминала испуганную комнатную собачонку, которую засунули в вольер с молодыми волкодавами. Теперь эта "болонка" пообтесалась. Волкодавов по-прежнему боится, но хоть на собаку стала похожа! Правда, мучились с ней изрядно. И ведь не скажешь, что совсем безнадежна. Просто то, что у других получалось с первого раза, у нее выходило с пятого. Зато если уж она что освоила, то освоила намертво.
        Вы спросите, зачем я всему этому учил? Ведь для совершения маршей есть воздушные и наземные транспортные средства. А это память о службе в одной "дружественной стране". Когда мы туда вошли, то выяснилась скандальная особенность нашей армии. Воин стал не способен быстро и в срок выйти на исходный рубеж, совершив марш в пешем порядке. И это русская пехота, которая всегда славилась своей выносливостью и быстротой! Нет, у спецназа и десантуры с этим был полный порядок. Их этому учили и продолжали учить. Но ведь войны выигрывают не они! Пехота была, есть и будет всегда тем родом войск, который принесет вам окончательную победу. Конечно, сблизиться с противником сидя на боевой технике, это гораздо быстрее и тратится меньше сил. Беда только в том, что скрыть марш на технике от противника, практически невозможно. Он успевает приготовиться к отпору. И тогда потери весьма велики. Или успеет уйти из под удара, что тоже нехорошо. А простая пехота, способна незаметно просочиться, подкрасться, подползти. И когда она, возникнув внезапно, как из под земли, появится перед врагом, врагу будет очень невесело. Но для
этого, пехота должна уметь ходить. В любую погоду, по любой местности, на любые расстояния.
        Глава 14
        ЦАРЕВ ГРАД. РЕЗИДЕНЦИЯ ИМПЕРАТОРА.
        Осень. Две недели над Полигонным островом идут ливневые дожди. Земля везде раскисла. Дороги стали непроезжими для обычной техники. Реки и ручьи вышли из берегов и соваться в горы стало просто опасно. Именно поэтому, все занятия мы проводим в помещениях. Ничего не поделаешь, приходится ждать и ждать, когда у хозяев здешнего неба кончится вода. Прогнозы синоптиков нас ни в чем не убеждают. "Мертвый" для полевых занятий период. Где ты солнышко? Впрочем, грех на это жаловаться. Наш военный городок потихоньку растет. У нас появились учебные классы, оборудованные нужными симуляторами. То есть, мы можем вести обучение личного состава и в виртуальной реальности. Чем мы и пользуемся. В один из таких тоскливых дней, пришла шифровка. Меня срочно вызывают в Царев Град. Оставив дела на Семеныча, я поехал в поселок Восходный, где меня ждал кораблик гидрографов. Именно на нем я и добрался на материк. А уж там, на легкомоторном самолете, долетел до Царева Града. Прямо с аэродрома, меня забрала машина и доставила в резиденцию императора.
        Кроме императора, в кабинете присутствовал еще один, незнакомый мне человек. Вот его мне сразу и представили:
        - Иван Руссиянович, как Вы и просили, мы подобрали для вас руководителя Военного Департамента. Знакомьтесь, пожалуйста - Матвеев Петр Ильич.
        Мы пожали друг - другу руки, а император продолжал:
        - Раз вы уже представлены, то можно переходить к деловой части нашего совещания. Иван Руссиянович, расскажите пожалуйста Петру Ильичу о той работе, которую ему предстоит выполнять.
        Что же, к такому разговору я давно готов. К тому же, все точки над буквой "Ё" лучше расставить сразу.
        - Петр Ильич! Цель нашей деятельности - подготовить страну к победоносной войне. Решать эту задачу, будет вся страна и Вооруженные Силы в частности. Моими задачами являются: боевая подготовка имеющихся в нашем распоряжении войск, планирование и ведение боевых действий. Конкретные планы мы еще не составляли, ибо пока это бессмысленно. Есть только общие соображения, в которые я Вас и посвящу. Вашими задачами являются: строительство Вооруженных Сил и подготовка Театра Военных Действий к войне. Предупреждаю сразу: В армии не принято посвящать в конкретные планы тех, кого это не касается. Так меньше утечки информации. А потому, даже до Вас, хоть Вы мне и начальник, доводиться будет не все. Чаще всего, Вы будете получать от нас заявки, польза от выполнения которых Вам будет непонятна. Прошу принять это как должное.
        Петр Ильич вопросительно взглянул на императора, тот в ответ утвердительно кивнул головой. А я продолжил:
        - Армия, это сложный механизм. Не все находящиеся в ее распоряжении структуры ведут бой. Есть еще и те, кто обеспечивает всем необходимым армию. И это не обязательно военные люди. Госпитали, узлы связи, транспортные подразделения, стационарные ремонтные базы, органы капитального строительства, топографическая служба, финансисты… все это можно укомплектовать и из чисто гражданских людей, и из готовых организаций. В этом я вижу Вашу ближайшую задачу.
        - Как Вы уже поняли Петр Ильич, - вмешался в разговор император, - Вам предстоит создать ведомство, которое является обычной корпорацией. При этом, товарищ капитан настаивает, чтобы Вы не лезли в дела основного производства, а занимались координацией работы вспомогательных служб и производств. Вы согласны так работать?
        - Без вспомогательных служб и основное производство встанет. Это очевидно. Мне на первых порах уже на этом поприще забот будет хватать. Очевидно, что строить наши взаимоотношения, придется по предложенной схеме. Но только на первых порах!
        - И что же Вас не устраивает в этой схеме?
        - Уважаемый Иван Руссиянович, правильно намекнул на мою некомпетентность в военном деле. Но по мере выполнения поставленных задач, уверяю Вас, я сумею разобраться и в этом. А потому, я настаиваю на возможности оспаривать те решения наших стратегов, которые мне совсем не понравились. Нет, я не мечу в полководцы, но в сфере строительства Вооруженных Сил, мое мнение должно учитываться.
        - Принято! Все текущие жалобы направляйте лично мне. У Вас товарищ капитан, будет аналогичное право. Согласны?
        - Согласен! Но тогда и начальник ГШ должен иметь такое же право!
        - У нас появился Генеральный Штаб?
        - Нет, но появится. Со временем.
        Вот так нас и познакомили.
        ТАМ ЖЕ. ВЕЧЕРОМ.
        Заканчивать совещание пьянкой - не обязательно. А уж собираться при этом менее чем втроем и вовсе не стоит. Но бывают моменты, когда именно так и нужно поступать. Я с Семеновичем, даже не став принимать во внимание местных раскладов, неоднократно давали понять окружающим нас политикам, что именно император является для нас лидером. Теперь император, хочет понять, насколько мы были серьезны в этих намерениях. Я же, пытаюсь понять другое, станет ли он опорой мне и моим соратникам? Люди сильны взаимной поддержкой. Пусть сейчас я никто и звать меня никак. Пусть император сейчас сильно ограничен в своих властных возможностях. Но если мы с ним будем работать в унисон, то власть его станет сильной и неоспоримой. Со временем конечно. Вот и пытаемся мы друг-друга прощупать с помощью коньяка и задушевной беседы. Мы пьем прекрасный коньяк местной выделки "Ани". Мы разливаем его по граненым стаканам. Не удивляйтесь! Здесь принято угощать важного гостя напитками разлитыми именно в граненые стаканы и стаканчики. Это культовая посудина. Память об Изначальной России. Мы уже давно обращаемся между собой
по-простому, "без чинов и званий". Так нам проще.
        - Вот скажи Костя, а почему, здесь монархия возникла? Я в прошлой жизни не замечал у нашего народа особой тяги к царям.
        - Так ведь монархические традиции разве исчезли? Были цари. Потом генеральных секретарей воспринимали как царя, а там и президенты с царскими замашками пошли.
        - Это я понимаю. Но ведь никто и не кричал, что царь нам надобен. А тут раз и уселся кто-то на трон.
        - Ваня! Да нет у меня трона, и дворца царского нет, как и короны. Вот титул есть. А как он возник, мог бы и из книжек узнать.
        - Костя! Да не читаем мы с Семенычем ничегошеньки, окромя служебных документов. Да и некогда нам беллетристику читать. Ты уж сам нас просвети.
        - Ну, с точки зрения международного права, династия наша самозваная. А как возникла? А просто. Когда наших предков начали депортировать на Немезиду, то первыми сюда попали боевики одной из монархических организаций. Они и выбрали моего предка царем. А почему так? Да решили просто; раз царей больше неоткуда больше взять, значит надо найти его среди своих. А предок мой и тезка, показался им самым подходящим, да и авторитетом пользовался немалым.
        - Хорошо, выбрали. А те, кто вовсе не монархисты, так просто с этим согласились?
        - А им тогда не до склок было. Ты просто представь себе, мы на девственной планете. Даже нужник деревенский еще не построен. Жизнь нужно строить с "нуля". Людей надо организовать и сплотить. Следить, чтобы не перегрызлись между собой. Вот предок мой и сумел это сделать. Когда пошли следующие партии переселенцев, мы им смогли уже помогать обустроиться и наладить хоть примитивную, но упорядоченную жизнь. Ведь не было грызни за кусок хлеба или за место под крышей! Не допустил этого тезка мой! Сумел организовать людей правильно. Сумел настрой нужный задать, да цель ясную поставил. А людям, в тот момент было все равно. "Хоть царь, хоть пес, лишь бы яйца нес!" Так что поначалу и споров не было никаких. Да и когда спорить? Тут ведь нужно было выживать и подпиндосников в Страхе Божьем держать.
        - Кстати, про подпиндосников, можно подробней? Они-то из под какого хвоста выпали?
        - Иуды это Вань! Еще там на Земле, они были Иудами. За блага мирские, готовые кому хочешь душу свою продать. Когда пошла интервенция, они ведь и в полицаях ходили, и задницу интервентам лизали. Их еще там, в отхожих местах топили. А уж когда нас задавили, так они и в лагерях охранниками норовили стать. Чтоб за страх свой иудин рассчитаться с нами! Мразь это Ваня! А сюда прислали их, чтобы нас в повиновении держать. Но не вышло это у них! Это на Земле, на одного патриота приходилось полтора предателя да семеро равнодушных. А здесь, на Немезиде, балласта не было. Здесь не они нам, а мы им указали правила жизни.
        - И как?
        - А просто! Как только они пытались борзеть, так их сразу стали находить задушенными, зарезанными, в дерьме утопленными… В общем, бояться они нас стали. Так и стали мы жить по тем правилам, которые нам по нраву, а им нет. Они больше не лезут в нашу жизнь, но гадить по мелкому, все равно гадят.
        - Слушай, а перевоспитывать вы их не пробовали? Времени то вон сколько прошло…
        - Ты только это публично не ляпни! Тут уж проблем найдешь на свой зад больше, чем в сортире поместится.
        - А что тут не так?
        - Мы до сих пор народ-изгой. С нами никто не ведет никаких дел. Официально конечно. А неофициально, многое покупается то, что мы производим. Вот только контракты заключаются через легальные фирмы-посредники. А фирмы эти все подпиндосные! Даже нелегальные поставки, что идут через мафию, и то через них производятся. Представляешь? Ни хрена не делают, прибыль с каждого товара стригут! Да если бы не они, мы бы продавали дороже, а покупали дешевле! И ведь никуда нам от этого не деться. Вся таможенная служба Сообщества на Немезиде, из них состоит. Грабят они нас и отказываться от грабежа не собираются. Вот он, корень наших нынешних разногласий с ними. Нет, не помиримся мы с ними!
        - Это единственное разногласие?
        - Не единственное. Мы слишком разные. Разная мораль, разные привычки, даже язык, и тот уже разный!
        - Мы с Семенычем тоже непохожи на вас.
        - Эх, Ваня! У вас с Семенычем, хоть и не совсем наш, но все-таки не "полицайский" язык, который эти сволочи называют "россиянским". Вы говорите на древнем советском наречии, но оно нам не противно. Просто старый диалект. Ладно, это тема отдельного разговора и не со мной. Давай, еще по одной!
        Выпили, закусили, помолчали.
        - Костя! Ты мне про вашу монархию еще растолкуй. Мне действительно понять это нужно. Вот смотри, допустим, попервости, народу было до лампады, как называет себя правитель. Но потом, должны возникнуть вопросы: "Почему он император, а не я президент?"
        - Вот! В самый корень глянул! Поначалу, вопросов не задавали. Других забот было полно. И первые тридцать лет, у нас была монархическая диктатура. А затем, и свои якобинцы нашлись, и подпиндосники сумели нашептать. Вопросы люди задавать стали. И даже партии пытались организовать. Вот только, что Константин Первый, что унаследовавший ему Илья Первый, тоже были непросты. За эти тридцать лет, они народу сумели объяснить некоторые вещи. А главную из этих вещей - это о причине поражения и утраты Родины.
        - А действительно, в чем главная причина?
        - В утрате навыков самоорганизации. Если бы они были не утрачены, то народ сам сумел бы и нечисть продажную извести, и правителей своих на путь истинный направить. Так ведь первые императоры нашей династии над этим и работали. Всячески поддерживались народные принципы самоорганизации. И это дало эффект! Ведь у нас до сих пор, государственный аппарат невелик. Люди привыкли выбирать старост или артельных старшин. Решать свои вопросы на сходке - обычное дело. У нас нет конституций, законов мало. Все решает произвол властей или народное мнение. Но принятые решения, выполняются всегда!
        Так вот, когда крикуны начали бузить, и даже думать, как получше назвать парламент, Илья Первый назначил референдум. А народ возьми и скажи, что монархия на данном этапе его вполне устраивает, что менять пока что ничего не нужно, ну а дальше посмотрим. Может быть и поменяем ее.
        - И что, крикуны успокоились?
        - Не сразу. Но ведь Илья, когда получил народную поддержку, тоже не глупил. Самых инициативных крикунов, пристроил при власти, а остальные сами утихли. Князь-кесари именно тогда появились. Ну, а дальше уже привыкли люди. Вот так и живем, без парламента и конституции. А монархическая власть стала вполне условным понятием.
        - Условная власть, это отсутствие власти.
        - Согласен. И что ты предлагаешь?
        - Костя! В армии, власть всегда конкретна и имеет фамилию, имя, отчество, звание и должность. Ты в Уставе нашем, прописан как Верховный Главнокомандующий. Значит, будь им. Начнешь юлить, подлаживаться под политиков - армия тебя не поймет. Кого не набери в нее, но знать, кто ей отдает приказы, она должна четко.
        - Ты к чему это клонишь?
        - Воину всегда нужен Вождь. Не начальник, воин не начальникам служит. Воин нуждается в Вожде. А за Вождем, должна быть идея. Да такая, ради которой люди на подвиг пойдут.
        - А чувство долга, честь?
        - Костя, без Идеи, их нет, и не будет. Эти понятия не могут родиться на пустом месте. В лучшем случае будет тупая исполнительность. А воин, даже рядовой, тем и отличается от солдата, что он творит победу! Он не побоится нарушить глупый или устаревший приказ, если увидит Лик Победы. Он без ропота выполнит гибельный для него, но спасительный для товарищей приказ - ибо жертва, это его удел. Дашь Идею - получишь воинов. Без идеи - получишь солдат. Поэтому, если найдешь для нас и народа заветные слова - выскажи их. Не таись. Взамен, получишь такую силу…
        - Ваня, ты не слышал нашего "Марша Непокорных". Он есть в записях, но вживую его сейчас не услышишь. Его поют по особым случаям, а не по приказу. Но, когда ты его услышишь, ты поймешь душу нашего народа. Он создан восставшими заключенными штрафных лагерей. Еще там, в России Изначальной. А идея? Идея есть. Ее не надо выдумывать. Когда народ задаст мне вопросы, а я дам на них ответы, ты все увидишь сам.
        - Понятно, что ничего не понятно.
        - Ты Ваня не веришь в успех затеянного?
        - Не верил бы, за дело не брался! Я понял, как выиграть войну. А значит, верю в успех.
        ОСТРОВ ПОЛИГОННЫЙ. ППД. НЕДЕЛЮ СПУСТЯ.
        Поездка моя завершилась. Петр Ильич начал работу по выполнению наших пожеланий, а я вернулся к прежним заботам. Впрочем, мне добавили и новых забот. Перед расставанием, император перекинул на мой планшет информацию.
        - Здесь товарищ капитан, содержится та информация о Вооруженных Силах Содружества, которую только удалось достать. Сведения эти от моего личного источника. Думаю, что Вам с полковником Коробовым, стоит это изучить. Пора переходить к составлению конкретных военных планов. И не только Вам. Кроме того, я хочу слышать Ваши конкретные предложения по созданию нашего Военно-Космического Флота.
        И вот, покончив с дневными заботами, я совместно с Семенычем изучаю по вечерам разведывательную информацию.
        Итак, что из себя представляет себя "потенциальный противник"? На первый взгляд, численность его Вооруженных Сил огромна. Три миллиона военнослужащих. Но это еще ни о чем не говорит. Против нас сразу столько не бросят. И потом не бросят. И есть на это две причины. Первая - наличие сильного противника в лице Империи Чжунхуй. Поворачиваться к такому противнику спиной никто не будет. А потому, для осуществления военного контроля над принадлежащими Сообществу Системами, нужно держать огромные силы. Второй причиной является то, что невозможно все силы бросить в бой. Никто не будет включать в состав экспедиционных сил, персонал стационарных военных объектов. Значит нужно понять, сколько сил без ущерба для себя, враг сможет бросить против нас. Прежде всего это флот. У Сообщества он огромен. Но сам по себе флот, неважно какой, морской или космический, неспособен победить в войне. Все флотские победы - это пугало для слабонервных. А я не пуглив. Флот опасен только тогда, когда к делу подключается еще и армия. Тогда да, от флота может быть толк. Поэтому, для нас опасны только два типа кораблей: способные
высаживать десант и имеющие возможность оказать огневую поддержку десанту.
        А что имеет в этом плане противник? Пятнадцать корабельных соединений, названных Корабельными Ударно-Десантными Группировками. Что это за зверь? Смотрим состав и возможности этого зверя. Итак, опасными для нас являются три корабля в каждой группировке: Десантный крейсер, Монитор огневой поддержки, Авианесущий десантный крейсер. Остальное - корабль управления, технической поддержки и эскортные корабли, я могу пока не учитывать. Лишь десять процентов корабельного состава несет для нас угрозу. Остальные, в операциях на поверхности бесполезны. Смотрим дальше, каковы возможности десантного крейсера? Это огромный корабль. В нем размещаются десантно-штурмовой батальон и механизированный батальон, все это назвали мобильной бригадой. Также на крейсере расположены бригадные средства усиления и штурмовые десантные челноки. То есть, на поверхности Немезиды, могут десантировать "по-боевому" порядка двух с половиной тысяч человек. Это если транспортных терминалов не окажется в их распоряжении. Но прежде, чем десант попадет на поверхность, ему желательно огнем расчистить путь. Для этого и держат Монитор огневой
поддержки. А чем он оказывает эту поддержку? Сотня ракет, каждая из которых несет десяток управляемых боеголовок. Пуск осуществляется с безопасной дистанции. Перед входом в атмосферу, производится старт управляемых боеголовок. После этого, пользы от монитора нет. До тех пор пока он не пополнит боезапас. И только потом, он сможет снова работать по противнику. Правда, на линии соприкосновения войск он бесполезен, но с бомбардировкой тыловых объектов он справится. Но мало высадить десант. Плацдарм надо как минимум удержать. А для этого нужны огневые средства, которые смогут оказать непосредственную огневую поддержку войск на поле боя. Для этого в группировке держат авианесущий десантный крейсер. Он несет в себе сорок тяжелых челноков. В каждом из них либо флаер огневой поддержки, либо десантный флаер. Последние предназначены для обеспечения быстрого маневра десантными подразделений и снабжения. Кроме того, на крейсере размещены и технические специалисты обслуживающие летательные аппараты, которые высаживаются на поверхность гораздо позже. Сила конечно серьезная и если все произойдет в штатном режиме, то
справиться с ней будет нелегко. А вот насчет штатного режима я сомневался. Высадка "по-боевому" у них отрабатывалась на учениях, но ни разу не применялась в реальных боевых действиях. Во время миротворческих миссий, они предпочитали более безопасный для войск вариант - нормальная высадка войск на территории транспортного терминала. При этом корабль садится прямо на территории терминала и десантные челноки были без надобности. Такое выходило потому, что сам терминал уже в мирное время был занят их войсками. То есть, плацдарм существует постоянно. Если внезапный захват терминалов произойдет, то они такого удовольствия лишатся. Штурмовать терминал из космоса тяжело. Оказывается, он еще и оборудуется средствами ПКО. А разрушать его… на это никто не хочет идти. Его стараются беречь.
        Что остается? Высадка в безлюдном месте? Это сравнительно безопасный вариант, но ведь им надо еще добраться до противника. В условиях нашей планеты, покрытой густыми лесами, это очень долго, а ведь главный козырь любого десанта - быстрота и стремительность. В этом случае, они его лишатся. К тому же, посадку челноков на пересеченной местности не практикуют.
        Высаживаться в местах, населенных? Именно это они и отрабатывают. Вот только все это показуха для политиков. Любой занятый противником плацдарм, опасен только в том случае, если войска расположенные на нем, есть возможность снабжать и пополнять. В противном случае - это лагерь потенциальных военнопленных или кладбище героев.
        В этом случае сорвать замысел противника нетрудно. Высадка производится в несколько эшелонов. Но ведь обратный старт десантных челноков не производится мгновенно. Накрой посадочную площадку огнем дальнобойных систем, и сколько челноков сумеет стартовать? Значит, потеря темпа неизбежна, да и снабжение летит к чертям. А потому, долгого боя десант не выдержит. Даже против ополченцев.
        Средства непосредственной огневой поддержки на поле боя? В принципе и их можно высадить с первым эшелоном. Правда есть тут одна существенная деталь: флаеры огневой поддержки, как и транспортно-десантные, вести активный воздушный бой не могут! Это к какой же войне, вы ребята готовились? Ведь мы, вполне можем на базе винтовых спортивных самолетов создать примитивный истребитель! Кстати, над этим надо подумать. В общем, сорвать замысел противника легко. Захват существующих в мирное время его плацдармов, и о десантах можно забыть! Через три года, мы вполне будем к этому готовы.
        Есть и другой путь. Если из трех, опасных для нас кораблей, повредить всего один, то только безумец решится погнать десант на явную гибель. Для этого нужны боевые корабли, ибо современным планетарным средствам ПКО это не по силу. Дистанции слишком большие. Но флота у нас нет. И в ближайшее время его не предвидится. Или все-таки будет? Темнит что-то его царское величество! Как есть темнит!
        ДЕЛА ОРУЖЕЙНЫЕ.
        Не успел мы разобраться с Семенычем с полученной информацией, как нагрянули промышленники. А от них, я дождался более серьезных забот. Они привезли для испытания новые образцы оружия и боевой техники. Всю неделю я потратил на разбирательство с результатами их творчества. Прежде всего, мы оценили штурмовой карабин. Амосовские умельцы, оказались весьма веселыми фантазерами. Взять хотя бы название - ШКАС. А расшифровывается, как "Штурмовой карабин Акулова - Сомова" Вот ведь затейники! Но вообще, вещица неплохая. Ствол калибра 7.62. И чего они так уцепились за этот калибр? А вот боеприпас безгильзовый. Просто вокруг пули расположен пороховой заряд, прикрытый пластиковой "рубашкой". При выстреле, "рубашка" ведет пулю по стволу, а при вылете из ствола, распадается на лепестки. А пуля летит дальше. Вот так они и упростили затворную группу. Отдача мягкая, настильность очень даже неплохая, магазин очень емкий. Правда слегка напрягло то, что магазин одноразовый и снаряжается в заводских условиях, но затем привыкли к этому. Кстати, подствольный гранатомет тоже одноразовый. Оказалось, что на подствольный
крепежный узел, можно по выбору многое чего крепить. Помимо гранатомета, можно установить "окурок" дробовика, можно тактический фонарь, а при желании и сигнальную систему. Все это прекрасно сопрягается с тактической рукоятью. Карабин неплохо интегрирован как с нашлемным прицелом, так и с личным компьютером бойца. А главное, что оружие простое, удобное и как потом мы поняли, очень надежное. Умеют наши делать такие вещи! Был и командирский вариант ШКАСА. Это просто укороченный вариант основного оружия. "Обвеса" у него конечно меньше, но все равно, тоже неплох. Впечатлила техника. Правильно говорят: "Мы рождены, чтоб танки были быстры!" Вот возьмите легкий транспортер. Мы, когда выдавали задание на проектирование, все-таки не имели опыта составления подобных техзаданий. Просто озвучили набор благих пожеланий. Так ведь наши умельцы сумели многое чего додумать за нас. Первое, что бросается в глаза - это необычные колеса. Представьте себе цилиндр, к которому с внешней стороны присобачили короткий усеченный конус, а с внутренней - длинный. Чем слабее грунт, тем больше площадь опоры. К тому же, колесо еще
является полуосью. В свое время, я такое видел на первом советском марсоходе, что создан был ВНИИ "ТрансМаш". А двигатель где? А оказывается, что колесо еще является и кожухом для "движка"! Восемь колес - восемь "движков". В корпусе транспортера, только микрореактор, питающий двигатели расположен. Примерно также сделан и тяжелый тягач. А грузовая платформа, может не только груз перевозить. Можно присобачить при желании и поворотный оружейный контейнер. Это еще не та боевая техника, что нам нужна. Это просто транспортные средства. Но ведь в свое время, немцы, не имеющие танки, именно на автомобилях отрабатывали тактику подвижных войск. Значит, мы повышаем свои возможности. А на подходе были еще мобильные системы войскового ПВО, артиллерийские системы, плюс специальная техника. И все это надо осваивать и испытывать!
        Быстрота выполнения нашей заявки, меня не удивляла. Скорее всего, у конструкторов уже был солидный задел.
        Весь план боевой учебы претерпел существенные изменения. И хорошо, что подразделение изначально задумывалось как учебно-испытательное. Техника в руках дикаря - это самое то, что нужно для качественного ее испытания! Именно мало обученный солдат может сломать то, что ломаться не должно. Значит, самые невероятные причины отказов будут устранены. Оружие и техника станут просты и надежны, а значит, пригодны для боевого применения в любых условиях. Может быть специально создать подразделение из необученных дебилов? Пусть испытывают любую предлагаемую армии систему. Ой, как много конструктора о себе узнают новое!
        Глава 15
        ДЕЛА ФЛОТСКИЕ. РАЗМЫШЛЕНИЯ.
        Итак, на основе изученной нами информации, можно планировать и осуществлять мероприятия по противодесантной обороне. Но это частичное решение задачи. Победы над противником, нам это не принесет. Это позиционный тупик. А он никогда не был ключом к победе. Особенно для слабой стороны. Мы по-прежнему будем блокированы. Если противник не захочет лить свою кровь, а просто наберется терпения и подождет, то мы проиграем. Энтузиазм населения иссякнет, и появятся сомневающиеся, недовольные и просто равнодушные. А это уже шаг к поражению.
        Значит, нужно сделать так, чтобы блокады не было. А это возможно только при наличии флота. Причем не только военного. Первое, что нам нужно, это средства доставки грузов и пассажиров. Нужны грузо - пассажирские корабли достаточно большой вместимости. Какой? Это должен сказать наш уважаемый канцлер. Корабль этот должен обладать достаточной скоростью, чтобы его не настигла погоня. Он должен быть устойчив к повреждениям, на случай, если противник попытается его уничтожить. Ему необходимы свои системы технической разведки, чтобы вовремя избежать перехвата. Технические средства, уменьшающие его заметность - это для просачивания через кольцо блокады. Не помешают также и средства подавления средств локации и связи противника. Вот каковы основные пожелания к нему. Корабль для прорыва через блокаду. Быстрый, малозаметный, трудно поражаемый. Корабль контрабандиста. А в случае нужды и военный транспорт. Но мало создать такой корабли. Нужно их объединить в подходящую для этого структуру. Причем, структуру не чисто военную или гражданскую. Здесь пожалуй лучше подойдет мафиозная структура. А вот и название
просится на язык - Контрабандный Флот! Великое дело, правильно назвать. Я ничего не понимаю в нелегальной деятельности контрабандистов. Но это неважно. Важно, что их можно привлечь к делу в качестве наемников и консультантов. Правда, под нашим контролем. А методы контроля, пусть придумает царь. У него это лучше получится.
        Один пункт мне ясен. Переходим к другому. Транспортные корабли нам очень важны. Противник это знает. Как только он поймет, что они у нас есть, то сразу начнет охоту за ними. А значит будут случаи удачного перехвата. Вряд ли получится поставить на наши прорыватели мощное оборонительное вооружение. Нужен другой корабль. Такой, который способен связать боем врага или силой пробить брешь в кольце блокады. Хотя бы временную брешь. Получается, что это должен быть многоцелевой боевой корабль, заточенный на длительный космический бой в условиях численного превосходства противника. Он должен обладать высокой скоростью, боевой устойчивостью и мощным вооружением. Но это общие требования. Их выдвигают к любому типу боевой техники. А более конкретно? Как он будет вести бой? Скорее всего, при защите конвоя или прорыве блокады, он столкнется с превосходящими его силами противника. С сотней кораблей одновременно вряд ли, но с десятикратно превосходящим его противником - очень даже возможно. Как бы он не был хорошо вооружен и защищен, но ему победить не светит. Просто толпой запинают. Причем быстро. И толку от его
гибели, пусть даже и геройской? Затяжного боя не получится, а удирать ему нельзя. Значит, нужно сделать так, чтобы противник не мог навалиться на него всем скопом. Что-то должно постоянно отвлекать врага от цели. Что именно? Да тут все просто. Если наш крейсер, будет нести на борту полностью роботизированные кораблики - истребители, способные вести бой в автономном режиме, то противник столкнется не с одной целью, а с множеством. Пусть эти кораблики, будут способны вести бой на небольшом удалении от корабля матки, игнорировать их противник не сможет. Ведь они активно маневрируют и атакуют. А если они будут объединены в "боевой рой", то врагу придется нелегко. Согласованные маневры и атаки, с распределением целей по приоритетам - это еще хлеще! Кораблю-матке, остается только вести последовательные схватки, с каждым кораблем врага по отдельности, а не со всеми разом. И даже если его уничтожат, то гибель его не будет напрасной. Провозится противник долго и обойдется ему это слишком дорого. Вот и получается у нас такой "роевый крейсер". Потом, по мере накопления таких кораблей, можно будет их объединять в
отряды разной численности. Но ведь ими в бою нужно управлять! А тут уже напрашиваются другие типы кораблей. Любым подвижным соединением, неважно каким: кавалерийским, механизированным или корабельным, невозможно управлять в бою, находясь в стационарном командном пункте. Командующий, должен управлять боем, находясь внутри собранной силы. Нужен корабль управления. На первых порах в одном экземпляре. Но чем бы его ни напичкали, желательно, чтобы он не выделялся своим внешним видом от кораблей основного класса. Иначе противник его быстро определит и постарается уничтожить в первую очередь. А из вооружения - только оборонительное. Ведь главное оружие военачальника - это его войска.
        Не стоит забывать и о кораблях разведки. Они нужны нам в первую очередь. Причем, они должны вести не только разведку в открытом космосе. В случае чего, нужна способность вывесить над планетой спутник разведки и связи, доставить на поверхность планеты разведывательные зонды и даже поисковую группу разведчиков. И способность вести космический бой тоже должна иметься у него. В итоге получаем ударно-разведывательный крейсер. И нужно их на первых порах не менее двух штук. А дальше видно будет.
        Хорошо, создали мы нужные нам корабли. Теперь самый главный вопрос - люди. Здесь дело не только в профессиональной подготовке. Подготовка - дело наживное. Важен настрой экипажа. Патриотизм, готовность идти на тяжкие жертвы ради товарищей, нацеленность на победу… Нужны люди, которые воспитаны нами, разделяют наши ценности. Но этого мало. Можно сколько угодно говорить человеку о славных традициях, но толку от этого не будет, если он не приучен преодолевать трудности. Для этого и существует казарма. Сколько бы человек не служил, но через казарму его пропускать надо. А сейчас казарма есть только у армии. А потому, пусть кандидаты, отобранные для службы во флот, первый год послужат у нас. Чтоб, придя на корабль, хотя бы на военных людей были похожи.
        Все эти соображения, я оформил в виде документа, зашифровал личным шифром и отправил в адрес императора.
        Через два дня пришел короткий ответ:
        "Ваши предложения взяты за основу".
        ЦАРЕВ-ГРАД. ДЕЛА ТОЖЕ ФЛОТСКИЕ.
        Спрашивая мнение Субудаева относительно флота, Константин Ильич не тешил себя надеждами на то, что получит квалифицированный совет от него. Субудаев, это чистой воды сухопутчик, как впрочем и Коробов. На самом деле, это был намек, мол появится у вас ребята возможность воевать в космическом пространстве. Вы уж готовьтесь к этому на всякий случай. Однако те по всей вероятности отнеслись к этому более серьезно. В присланном меморандуме, не было никакого намека на желание иметь десантные части. Более того, Субудаев подверг сомнению целесообразность их формирования. А вот предложение о необходимости формирования Контрабандного Флота, явилось полной неожиданностью. Правда, и Иван Руссиянович, и Михаил Семенович, говорили ему и раньше, что планирование боевых действий надо тесно увязывать с возможностью снабжения. Да, но они говорили о снабжении чисто армии. А Контрабандный флот - это снабжение промышленности всей планеты. Или Субудаев держит в уме и другие перспективы?
        Но формировать этот флот придется. Причем не так, как думал император. Ранее предполагалось, что просто сформируют обычную компанию, занятую грузоперевозками. Вот только Иван правильно заметил, что скрытые перевозки - дело мафиозное. А значит, этот флот придется организовать по тем же принципам, что и обычную мафию. А в этом деле, мы ничего не понимаем. Тут нужен профессионал, причем имеющий свои кадры и готовую структуру.
        СЕВЕРНОЕ ПОМОРЬЕ. ОКРЕСНОСТИ СВЕТЛООЗЕРСКА.
        Энтони Фрост свое место в этом мире, прекрасно знал. Занимаясь деятельностью, которая осуждалась законами всех планет Содружества, он прекрасно понимал то, как опасно переходить границы дозволенного, которые хозяева жизни очертили давным-давно. Не стоило себя тешить, собственным, немалым могуществом. Была и на него управа. Но сейчас, он дал согласие на пересечение границ собственной безопасности. Когда он летел с Земли в эту "дыру", он думал, что предстоит выполнить пусть и крупный, но в общем то обычный заказ. Оказалось, что предстоит играть в политику. Инстинкт самосохранения предостерегал его от этого. А вот честолюбие, наоборот, подталкивало его к этому. И что делать? С одной стороны, войти в состав элиты пока что планетарного масштаба - это недостижимая ранее мечта. Но в случае неудачи - верная смерть. Откажешься - найдут другого на эту роль, предварительно убрав из этой жизни, нерешительного партнера. Его не торопили. Время подумать было. И теперь, дав согласие, Энтони стал королем. Да не криминальным, а самым настоящим. Правда, весь мир об этом, пока не должен знать.
        Титул свой, надо было подтвердить делом. Всего-навсего, организовать скрытые перевозки в одну из звездных систем, которую Сообщество считало неперспективной. И действительно, планет земного типа там не было. Там вообще не было никаких планет. Лишь миллионы астероидов вращались вокруг звезды. То, что изгои решили обойти ограничения, наложенные карантином, Энтони понял сразу. Может быть, он и постарался бы увернуться от выполнения взятых на себя обязательств, даже невзирая на неплохой куш, что предложили ему заказчики. Вот только, ознакомившись с предоставленным ему для изучения аналитическими материалами, Энтони понял: близится Большой Передел. Тот, кто в этих условиях сумеет принять правильное решение, сумеет сорвать Большой Приз. Прочих же, либо догола обстригут, либо насмерть затопчут при дележе добычи. Местные поняли это раньше всех и начали готовиться к переменам. В такие времена, лучше иметь поддержку тех, кто в тебе заинтересован.
        Правда, его предупредили, что бесконтрольности не будет. Люди, способные не только присмотреть за ним, но и в случае нужды, способные поступить очень сурово, всегда будут неподалеку. А вот этот, что идет сейчас к беседке, наверняка один из них!
        - Buon pomeriggio, signor Antonio! - поздоровался подошедший мужчина, - puoi chiamarmi signore Giuseppe.
        Конечно, глава мафиозной корпорации, где еще соблюдали старые обычаи криминального мира, прекрасно узнал итальянский язык. Правда, как и его подельники, он владел им не очень хорошо. Так, несколько десятков простых фраз, требуемых этикетом. И если бы настоящий итальянец из прошлого, услышал речь Энтони, то сразу бы понял, что перед ним maiale americano.
        А вот незнакомец, произнес обыденное приветствие так, что сразу стало понятно: это язык его матери, да и бабушки тоже.
        - Сеньор Джузеппе! Вы явно преувеличиваете мое знание этого почти исчезнувшего языка. Если Вам не трудно, давайте перейдем на интерлинг. Мне так будет легче.
        - Хорошо, я согласен. А теперь давайте перейдем прямо к делу. Нам очень многое нужно обсудить с Вами.
        Синьор Джузеппе, действительно оказался полномочным представителем заказчика. Если до этого, Энтони имел только общее представление о предстоящем деле, то теперь, после беседы с Джузеппе, понимание предстоящей работы стало полным.
        Изгои, действительно решили обойти запреты, создав второй, скрытый центр своего развития. Там, в системе, которую Джузеппе назвал "Берложье", предстояло заложить учебную базу, корабельные верфи, комплексы по добыче и первичной переработки сырья и транспортные терминалы. Люди Энтони, должны были осуществлять необходимые для этого перевозки и вербовать в Сообществе необходимых специалистов. Побочной задачей, был обычный и промышленный шпионаж. Оплата должна была производиться по факту выполненной работы. Впрочем, как вскользь отметил Джузеппе, никто не запретит Энтони, вложить в проект и свои средства. Правда, инвестиции эти будут носить долгосрочный характер и отдача от них наступит не сразу. Думаете, что Энтони отказался от участия? Вслух он ничего не сказал, но ценная мысль в голове мелькнула. С партнерами всегда больше считаются, нежели с подрядчиками. Вкладывать свои средства в всякого рода заводы и верфи - рискованно. Свои могут этого не понять, да и Сообщество, если преждевременно узнает об этом, по головке не погладит. А вот поставить под свой контроль сферу услуг, местную индустрию
развлечений, торговлю - это другое дело. Тут и деньги живые крутятся и в случае чего, Энтони здесь не при чем. Он только услуги людям оказывал, а не подрывной деятельностью занимался. А в случае удачи проекта, он входит в состав даже не планетарной элиты. Тут уже размах на всю Галактику будет. Потомство его войдет в круг тех, кто будет хозяевами жизни. Кстати, детей своих, нужно подготовить как следует. Местная верхушка не имеет привычки нарушать данные обещания. Но просто так, в свой круг никого не примет. Одних отцовских заслуг для этого маловато. Свои нужно иметь! Взять хотя бы младшего сына. Энтони не возражал, когда тот, вместо того, чтобы идти по отцовской стезе, решил стать военным. Пусть мальчик дурью помается, попробует себя в другом деле, может быть что путное из этого и выйдет. Ничего путного из этого не вышло. Ему уже тридцать лет, а он всего лишь первый лейтенант. Да и то уже в отставке. А почему? Да потому, что Флот Сообщества - это та еще клоака. На Флоте давно сложились потомственные офицерские династии. Традиции тоже древние, причем такие, о которых не принято распространяться. "Ром,
плеть и содомия", это еще с каких времен повелось! Да большая часть командного состава флота склонна к разного рода извращенным забавам! Не имея интимных друзей, чужак никогда не сделает там успешной карьеры. В чем Джером Фрост и убедился. Внешность он унаследовал материнскую, а потому, старшие офицеры мгновенно обратили свое внимание на смазливого, тогда еще второго лейтенанта. Гнусные, с точки зрения Джерома намеки, преследовали молодого офицера постоянно. И вот недавно, отчаявшийся во всем сын, написал рапорт об отказе выполнять принятую им присягу. Такое обычно делалось в знак протеста. Последствия? Это матросу подобное обойдется без последствий. Удовлетворят рапорт и марш в отставку! С офицерами все сложней. Рапорт тоже удовлетворят, в отставку тоже отправят, но и гражданства лишат. Вот так и стал Джером изгоем. И ничего Фрост с этим поделать не мог. Даже его немаленьких возможностей, было недостаточно, чтобы воздействовать на этих уродов. Флот - это могущественная каста. И давить тех, кто поплыл против течения, умеет не напрягаясь.
        "А ведь это выход для Джерома! Сейчас он не у дел. Наши дела его не привлекают. Обязательств перед Сообществом у него нет. А тяга к службе, у него осталась. И почему бы ему не пойти на службу к местным? Грамотный и опытный офицер им явно пригодится. Глядишь, и станет Джером местным адмиралом!"
        Энтони даже не предполагал, насколько он окажется прав. Джеронимо Гело, в прошлом Джером Фрост, действительно дослужится до адмирала. Только это уже другая история.
        ЗВЕРЕЙ НА ВОЛЮ!
        Субудаев и Коробов, занятые своими делами, совершенно не обращали внимания на то, что происходило на материке. А происходила там, подготовка к очередной Спартакиаде. В новостях об этом сообщалось, но вояки из прошлого, не придавали этому большого значения. А напрасно! Как только русские наладили сносные условия жизни на Немезиде, они сразу вспомнили о прекрасном. О том же искусстве. Но не единым искусством жив человек. Спорт тоже прекрасен! А еще полезен. Правители, озабоченные перспективами дальнейшего развития страны, мимо спорта не прошли. И он стал массовым. Уровень спортивных команд постепенно повышался. Настал момент, когда русских спортсменов стало не стыдно и на Олимпиаду послать. А вот это было невозможно. Народ-изгой, навсегда был исключен из Олимпийского движения. К тому же, со временем, Олимпийские игры, утратив свой изначальный благородный смысл, стали просто одним из приносящей прибыль, отраслью шоу-бизнесса. Можно было, наплевав на все человечество, проводить свои, планетарные Олимпиады. Однако этого не стали делать. Просто здесь помнили, что такое Олимпиада. Общество, мечтающее о
реванше, сочло неуместным спекулировать на символе мира. Поэтому, вспомнили о том, что был в их истории и другой спортивный праздник, символизирующий готовность человека к борьбе. Поэтому, здесь и проводили Спартакиады.
        Местом проведения очередной, летней Спартакиады, был выбран южный берег Балтийского пролива. Как раз напротив Полигонного острова. Строительство спортивных сооружений, уже почти закончили. Но возникла еще одна, совершенно пустяковая забота. Вспомнили о том, что желательно иметь символ Спартакиады. Был объявлен конкурс на лучший символ. В итоге, после оценки поступивших в жюри рисунков, предпочтение отдали рисунку, выполненному обычной школьницей. Пара забавных медвежат, которых юная конкурсантка назвала Миша и Маша, сумели завоевать приз зрительских симпатий. Событие хоть и примечательное, но не глобальное. Так думали все. А вышло по-иному.
        Владимир Постниковский, выдающихся спортивных результатов показать не мог. Скромный разряд по шахматам, это все, на что его хватило. Блистать на Спартакиаде было нечем. Но тем не менее, она его равнодушным не оставила. А уж символ предстоящего праздника, тем более.
        Дело в том, что Владимир решил посвятить свою жизнь политике. С этой целью, еще будучи школьником, вступил в "одну из старейших русских политических партий" - Либерально-Трудовую Партию России. Он даже недавно стал ее председателем. Увы! Оказалось, что путь в ряды политической элиты Русского Мира, это ему не открыло. Партия переживала не лучшие времена. Политического веса и популярности ей явно не хватало. Все, на что она была способна, это провести пару своих представителей в Земской Собор. А если учесть, что собирали этот Собор в редких случаях, то можно смело говорить, что толку от ЛТПР не было никакого. Ни обществу, ни самим партийцам. Только и оставалось, что устраивать перебранки в Сети, с членами еще одной "старейшей политической партии" - Русской Консервативной Партией. Те тоже были политическими карликами. И ничем, кроме болтовни на тему Православного Сталинизма, прославиться не смогли. Но Постниковский духом не падал. Он давно понял, что пустая болтовня перспектив не имеет и мечтал превратить свою крошечную партию, в партию прямого действия. Нужен был только случай. Победа безобидного
детского рисунка, этот случай и предоставила.
        Дело в том, что хотя Немезида и была богата лесами, но эндемичная фауна, была бедна. Мелкие летающие твари, столь же мелкие рептилии да насекомые. И это все. В ходе освоения планеты, были завезены домашние животные и птицы с Земли. Часть из них, даже успела одичать. Одичавшие собаки и кошки, козы, кролики и даже куры - это все, чем обогатился живой мир планеты. Тех зверей, о которых рассказывалось в детских сказках, русские люди видели только на картинках. Правда, разжиревшие на посреднических операциях подпиндосники, смогли себе позволить завести зоопарки и частные зверинцы. Но русские, по понятным причинам, посещать их не стремились. Вот это и решил использовать Постниковский.
        На следующий день, его уже видели в клубе фанатов "Спартака".
        - Народ! Где справедливость? - кричал он публике, - наш легендарный зверь, достойный символ нашего народа, не может своим присутствием украсить наш праздник! Ты чего напялил на себя образина?
        Разошедшийся Владимир, ткнул пальцем в сторону крепкого фаната, как раз одетого в футболку с символом Спартакиады. Немедленно бить его не стали, только потому, что его слава, как политического клоуна, распространилась широко. Поэтому фанаты, готовые позабавиться очередной клоунадой, пока что добродушно посмеивались.
        - Ты сынок лучше сними это и не позорься! Ты знаешь, где эти мишки находятся? Не знаешь? Тогда слушай сюда! В плену они! В клетке томятся на потеху подпиндосникам! И что, ты будешь пиво жрать и на трибунах орать? А символ Родины пусть вражин потешает? Тогда сними это и вытри символом России свою задницу! - оратор, вновь ткнул пальцев в начинавшего заводиться парня. Он специально все внимание переключил на одного из зрителей!
        - Ты мне сука футболкой не тычь! Ты чего сволочь хочешь! - не выдержал парень.
        - Чего хочу? А хочу я собрать народ толковый, да отобрать у этих подонков то, что принадлежит нам по праву! Русский зверь, должен украшать наши леса, а не буржуйские клетки! Если только у тебя яйца железные, а не серебрянкой крашенные, то ты пойдешь со мной. Адрес клетки я знаю.
        После этого, Володя выступал много где, но своего добился. В указанный день, толпа заведенной русской молодежи, вооруженная городошными битами и дедовским огнестрелом, атаковала частный зверинец в Россиянском секторе. Досталось и хозяевам зверинца и подоспевшему к месту происшествия наряду полиции. Последние, вообще с трудом смылись. А спустя короткое время, клетка с перепуганой медведицей и парой маленьких медвежат, была погружена краном на трейлер и отправилась в Россию, сопровождаемая участниками акции.
        Эффект от этой акции превзошел все ожидания. Кода колонна вступила в ближайший русский населенный пункт, все население высыпало на обочину дороги. Всем было любопытно вживую увидеть тех зверей, о которых они только слышали. Особенно радовались дети. А взрослые? Да тоже радовались, только более сдержанно выражали свои чувства. А потом набежали корреспонденты. Вовремя опубликовать сенсацию - это важно. Возвращение с набега, превратилось в триумф. По мере продвижения колонны, толпы зевак росли. Люди приветствовали своих удальцов. В адрес Постниковского, было тоже немало одобрительных выкриков. Владимир наслаждался выпавшей ему славой. Впрочем, потом прибежали ученые-биологи. Они потребовали отдать зверей им, ибо только они смогут обеспечить медведям правильные условия для проживания на воле. Подумав, виновники происшествия с этим согласились. Ну не дома же держать зверей. Ведь медведь, это вольный русский зверь. Вот и пусть гуляют мишки на воле!
        Целую неделю в Сети, обсуждалось это происшествие, а затем пошла цепная реакция. На жителей Туркестанского округа, "медвежья история" произвела сильное впечатление. Там сразу нашлись те, кто вспомнил о том, что барс вообще-то является их культовым зверем. Желающие повторить русские подвиги тоже нашлись. Им нужен был только организатор акции. Вот это момент, Постниковский прозевал. Чем и воспользовались конкуренты из РКП. Толпы народа, руководимые активистами консерваторов, атаковали у подпиндосников несколько частных зверинцев. Как выглядит настоящий барс, никто не знал, а потому трофеями участников набега, стали тигры и львы, пантеры и леопарды, впрочем, снежного барса тоже удалось добыть.
        Тут Владимиру и стало понятно, что расслабляться не стоит. То что конкуренты оказались столь же шустры, было неприятно. Но затмить их подвиги, возможность еще была.
        Что там тигры, львы ми прочие киски? Это уже пройденный этап. А вот мамонты! Хоть они и вымерли, но ученые Земли, сумели из сохранившихся в вечной мерзлоте клеток, клонировать живых особей. И не только клонировать, но и создать из них устойчивую популяцию. Так вот, один из местных россиянских олигархов Сэммюэль Шендерович, следуя моде, приобрел несколько реликтовых зверей и доставил их в свое поместье на Немезиде. На эту добычу, лидер ЛТПР и нацелился.
        - Вы в курсе, что Россия - родина слонов? Думаете, что это стеб безродных космополитов? Напрасно! Они хоть и вруны, но на этот раз сбрехали правду! Кто такой слон? Да это просто лысый мамонт! А мамонты где жили? Да в России-матушке был их дом! Наши далекие предки охотились на них и тем своих жен и детей кормили. Любой ученый вам это подтвердит!
        Владимир, в своей привычной манере заводил толпу. Впрочем, толпа и так уже понимала, куда он клонит. Желающие принять участие в охоте на мамонтов, уже появлялись. Но вожак не только языком болтал. В перерывах между митингами, он формировал из своих активистов отряд штурмовиков.
        - "Охота на мамонтов" - легкой прогулкой не будет. Нас наверняка встретят и приветят. Те, у кого моча в заднице не держится, пусть уходят сразу. Я никому не позволю позорить партию!
        Впрочем, волонтеров хватало. И вот, в один прекрасный день, колонна доморощенных штурмовиков, на арендованных автобусах, сопровождавших трейлеры, тронулась в путь. Постниковский не ошибся. У границ поместья их встретил во всеоружии полицейский спецназ. Но отступать было поздно. На кону лежала собственная репутация. И пока в их сторону неслись призывы разойтись, притихшие штурмовики строились "стенкой" прикрывшись самодельными щитами и крепче сжав свои городошные биты.
        - Разом! Пошли! - скомандовал лидер и неровный строй шагнул вперед. В их адрес еще неслись призывы мирно разойтись, но спецназ по команде уже сомкнул щиты. Нарисованная на каждом щите ненавистная "Роза ветров" подействовало на добровольцев как красная тряпка на быка. Здесь эту эмблему хорошо помнили.
        - Бей полицаев! - клич раздался сразу в нескольких местах. И строй рванул вперед. Навстречу полетели гранаты со слезогонкой, строй полицаев разомкнулся, и через образованные интервалы ударили мощные водометные струи. Если со слезогонкой проблем не возникло, ибо противогазы прихватили все, то водометам противопоставить было нечего. Строй русских, так и не добежав до полицаев, сломался. Вот только отступать никто не стал. Теперь уже бесформенная толпа, с диким криком ударилась в ровные шеренги полицаев. Напрасно! Именно такие толпы они и были обучены разгонять и рассеивать. Тактика древняя и многократно проверенная. Раздробить противника на несвязанные друг с другом кучки и давить их одну за другой. Вот только легкой расправы не вышло. Ненависть, пестуемая с молодых ногтей, не позволяла упрямцам отступать, а крики пострадавших, только подливали масло в огонь. Полицаи тоже умели ненавидеть. Ненавистных "совков" никто жалеть не собирался. Постниковский, ощутил это на себе. Впрочем, не имеющий опыт драк политик, потерял сознание от удара полицейской дубинки еще в начале схватки. Кого то, уже тащили в
"воронки". Кого-то, выдернув из толпы, уже начинали просто избивать в сторонке. И может и кончилось бы все это неудачей, но вдруг обстановка разом изменилась. Позади раздался рев мотора, гудение предупредительного сигнала и голос повторяющий по громкоговорителю:
        - Народ! Посторонись! Иду на таран! - это не выдержал водитель трейлера. Быстро отцепив прицеп от тягача, он решил вмешаться в драку по-своему.
        Тягач "Вепрь" - машина серьезная. Тяжелая, мощная и крепкая. А в руках умелого водителя еще и маневренная. К такому обороту полицаи готовы не были, ложить свои жизни они не собирались. Может они и смогли бы что-нибудь придумать, но вслед за первым безумцем, в атаку пощли остальные. Бывшие до сей поры вне схватки водители, начали выруливать свои тягачи и автобусы в сторону схватки. Это и решило все дело. Полицаи, бросив свою побитую и покореженную технику, бросились бежать.
        А потом было оказание помощи пострадавшим, штурм и разграбление поместья, усыпление мамонтов и погрузка их туш на трейлеры. И возвращение назад. Конечно, усыпленные мамонты выглядели не так презентабельно. Но слава все-равно была велика. Триумф удался, хотя сам главный триумфатор и охал от боли в сломанной руке.
        Пришлось Постниковскому сидеть дома, да посещать амбулаторию временами. Процесс пошел и без его участия. Все, кто имел буйный нрав, опустошали зверинцы подпиндосников и без его руководящей и направляющей роли. И ничего с этим поветрием не смогли поделать. Ни подпиндосники, ни свои власти. Первые боялись более масштабного нашествия, а вторым, просто нечем было угомонить молодежь. Впрочем, такой забавы хватило всего на несколько месяцев. За это время, популярность Постниковского в обществе, заметно выросла. И он уже начал подумывать, что с ней делать и как быть дальше. Впрочем, кое кто уже сделал свои выводы насчет его. В один прекрасный день, за Владимиром пришли.
        Глава 16
        ОТРЯД СТАНОВИТСЯ ВОЙСКОМ.
        Вот и прошли первые полгода нашей военной деятельности. Чего мы достигли за это время? На первый взгляд немногого. Войско наше, численностью в пять десятков бойцов, не производило нужного впечатления. Однако, следует учесть, что было оно тем малым зернышком, из которого со временем будут получены большие урожаи. Создавать армию всегда трудно. Полгода назад, военными людьми был только я и Семеныч, да еще Мария. Сейчас все по-иному. У нас теперь есть люди, способные справиться с первоначальным обучением новобранцев. На командиров они еще не тянут, но инструкторами быть способны. А потому, всем им повесили ефрейторскую лычку. Всем, кроме Собак. Ей звания присваивать нельзя, ибо она еще не заработала гражданства. Стараниями Петра Ильича, у нас начала появляться тыловая и обеспечивающая структура. Он, как глава Военного Департамента, сумел облегчить мне жизнь. Теперь, можно было расширять масштаб нашей деятельности. Нужен новый призыв.
        Я получил несколько царских указов, в числе которых был и тот, что позволял нам призвать под знамена потребное количество людей. Но вот того, что из этого вышло, предсказать не мог никто.
        Правила жизни на Немезидской Руси, народ устанавливал для себя сам. Власть монарха и правительства была властью до тех пор, пока сохранялось доверие народа к ним. Законов и правил, обязательных для исполнения, было мало. Чиновники в своей деятельности руководствовались в основном здравым смыслом. Принимая необходимые решения, они оглядывались не столько на монарха, сколько на возможную реакцию населения. А она могла быть весьма неожиданной. Идиоту могли и срок жизни сократить. "Произвол властей и мнение народа" - это красиво сказано. Вот только возможен был и обратный вариант. Пока мы возились с нашим первым набором, на нас мало кто обращал внимание. Масштаб нашей деятельности был небольшим и затраты сравнительно маленькие. Но однажды народ проснулся и узнал о том, что у него появилась армия. И тут такое началось! Нет, народ вовсе не возражал против этого. Люди понимали, что обретя силу, можно устранить ту несправедливость, что была допущена по отношению к ним. Потомки тех, кто не смирился с поражением, жаждали реванша. Сколько можно говорить о потерянном величии? Пора бы уже и действовать
начинать! Эти настроения вызревали давно, Манифест императора только подогрел страсти и в Канцелярию императора посыпались вопросы с мест. А затем на местах были выбраны народные представители, которые приехав в Царев Град, организовали работу Земского Собора. Заседание "земцев", куда вытащили и меня с Коробовым, состоялось прямо на городском стадионе. Почему на нем? Так ведь дворцами народ здешний так и не разжился. Люди, как в старинные времена, собрались обсуждать важные вопросы прямо под открытым небом. И это было здорово! Никто не задавал нам пустых вопросов. Здесь собрались те, кому народ доверил, в случае нужды, решить за всех. Правда, без споров не обошлось. Мы предполагали, что на первом этапе, мы создадим профессиональную армию, а затем развернем на ее основе дееспособное народное ополчение. Земцы, однако, приняли решение о введении всеобщей воинской обязанности. Пришлось с этим согласиться. Вопрос финансирования был решен весьма быстро и просто. Оказывается, здесь в ходу был такой обычай, который назывался "народная кубышка". Это означало безвозмездную передачу средств на реализацию
принятого проекта. Именно так и поднимали свое народное хозяйство первопоселенцы. Оборона страны - это касается всех, а значит и платить придется всем. И возражений по этому поводу не было. Поэтому земцы быстренько вынесли эти решения на утверждение всем народом. Оперативно проведенный в Сети референдум, эти решения утвердил. Более того, он уполномочил земцев взять процесс строительства вооруженных сил под свой контроль. С этого самого момента и началась работа Военной Комиссии.
        За что еще можно похвалить этих людей, так это за то, что они с пониманием отнеслись к нашим нуждам. Чтобы, не отвлекать нас лишний раз от дел, комиссия в полном составе переехала на Полигонный остров и приступила к работе. Они не стали лезть в нашу повседневную жизнь. Финансы, кадры и нормативная база - вот что было кругом их забот.
        Что за армию мы начали формировать? В первую очередь, это малочисленное пока кадровое ядро. Земцы хотели большего, но Коробов им доходчиво объяснил, что росту настоящей регулярной армии мешает нехватка инструкторского состава. На первичное обучение нового призыва, мы могли выделить не более двадцать подготовленных нами человек. Тех самых, что из первого призыва. Остальные три десятка - это уже на развитие не учебной, а боевой части. И земцы пошли нам навстречу. Их решением, в каждом округе, была создана призывная комиссия, которая и занялась отбором кандидатов среди добровольцев. Учитывая, что нам нужно было отобрать всего 120 человек, то отобрать подходящих кандидатов труда не составило. На местах разгорелись нешуточные страсти вокруг призыва. Нам требовались в первую очередь легко обучаемые кандидаты, поэтому, очень много кандидатов отсеялось. Другая группа кандидатов, набиралась по "списку Коробова" И их на первых порах должно было быть не более 30 человек. Из этих людей, Коробов должен был формировать дееспособный штаб. Тут, помимо общего подхода, присутствовали такие требования, как наличие
полезной специальности, инициативность в сочетании с исполнительностью и хорошая эрудиция. Именно из них, Михаил Семенович и будет готовить костяк офицерского корпуса. Думаете это все? Отнюдь! Некоторые службы мы решили не создавать "с нуля", а воспользоваться готовыми гражданскими структурами. Просто соответствующим фирмам, было предложено в полном составе перейти на службу в армию. Конкурс здесь тоже был не слабый, но именно так и появились у нас топографическая, медицинская, ремонтная и другие службы. А что стало с остальными желающими? Не переживайте. Их мы не отвергли. Просто, параллельно с формированием регулярной армии, началось формирование иррегулярных частей - штурмовиков и лесных егерей.
        Когда я просил императора, направлять мне на обучение помимо обычных людей, особо отобранную буйную молодежь, я не представлял себе, кого мне пришлют. Обычно, таким людям, очень трудно привить навыки дисциплины. Считая, что прибудет плохо управляемая, агрессивная толпа, я специально отобрал из первого набора, самых подходящих кандидатов на роль инструкторов. Десять человек, среди которых был и наш психолог и оба племянника императора, должны были суметь "обломать" подобную вольницу. Для них, это могло стать весьма серьезным испытанием. Но ведь и свои ефрейторские лычки надо было суметь отработать! Впрочем, долго учить этих ребят мы не собирались. Тридцать дней обучения и пять дней для закрепления полученных навыков на тактических ротных учениях - это все, что мы собирались им предложить. А затем новый состав. За год я хотел подготовить по данной программе 12 рот штурмовиков. Именно они и должны были стать тем расходным материалом, который обеспечит нам первые тактические успехи на войне. Те, кто уцелеют при штурме транспортных терминалов, станут костяком новых боевых частей. Для них даже
командиров мы не собирались готовить, считая, что необходимые для штурма лидеры, выдвинутся естественным путем во время обучения. То есть, это были части для разовой акции. Действительность опровергла мои расчеты. Прежде всего тем, что "буйные" оказались неплохо организованы и имели устоявшихся лидеров. И что это за парни? Обычные футбольные фанаты.
        Футбол недаром считают народной игрой. Среди депортированных на Немезиду "непремиримых", любителей футбола хватало всегда. На базе первых команд любителей, были созданы футбольные клубы, вышедшие со временем на профессиональный уровень игры. Названия клубам присваивались те, которые существовали еще на Старой Земле. "Спартак", "Зенит", "Динамо"… Для общества, помешанного на старых традициях, эти названия звучали как музыка. Это вам не подпиндосные "Красные Быки" или "Белые Лошади"! Впрочем, на проводимые чемпионаты, эти недоразумения никогда не приглашались. А где классный футбол, там и фанаты. И творили эти фанаты, точно такие же безобразия, как и на Старой Земле. Но был здесь и конструктивный момент. Вступить в Лигу Фанатов было непросто. Абы кого туда не брали. Основной принцип отбора кандидатов - "принцип инженера Карасика". Что за принцип? А в его основе была легенда о том, что в давние времена, команда "Спартака" опаздывала на матч с командой "Динамо" из-за поломки техники. Может и засчитали бы "Спартаку" поражение за неявку, но любимую команду выручил ее ярый фанат - инженер Карасик. Он
надел форму вратаря, вышел на поле один и некоторое время защищал ворота в одиночку. А затем, прибыл "Спартак". Но как прибыл! Военные летчики десантировали команду прямо на футбольное поле. Игра продолжилась, но Карасика никто не стал отстранять. Он достойно защитил свои ворота и даже перешел в нападение, "размочив" "сухого вратаря" соперников. Так гласила легенда. То, что на самом деле все было не так, понимал даже самый безбашенный фанат, но сомневаться в этом было не принято. Я знал, откуда дровишки, но тоже промолчал, когда Крылов Сергей мне об этом рассказал.
        Так или иначе, но "принцип инженера Карасика" был свят среди фанатских клубов всех спортивных обществ. А требовал этот принцип, чтобы настоящий фанат своей команды, готов был в любую секунду, делом помочь любимой команде. Поэтому, спортивная подготовка у этих ребят, была весьма серьезная. Причем не только по футболу. Слова: "Закаляйся как сталь", для них были не просто словами из старого гимна, это был их стиль жизни. И они не только "болели" и дебоширили. Каждый год, фанатские клубы проводили свои чемпионаты, на которых разыгрывался высший приз - Кубок инженера Карасика.
        Все это пришлось мне принять во внимание и поменять планы. Итак, на исходе осени, к прохождению КМБ приступила первая рота штурмового батальона "Спартак". И отнеслись рекруты к учебе серьезно и ответственно. За месяц учебы, они выложились до конца. Занятия на имитаторах, штурмовом городке, стрельбище и на учениях. И ведь результаты были весьма неплохи для новобранцев! Вот что значит неподдельный энтузиазм! Глядя на результаты, я предложил, каждому десятому, остаться для прохождения полного срока службы. Согласились все выбранные нами кандидаты. Без особой конечно охоты, но с пониманием, что "если грянет", то каждый, хорошо обученный боец будет на вес золота. За эту мороку, я обещал выполнить их желание. Оно было простым: Если что, то "поставить их в строй со своими ребятами". Хорошее желание!
        Остальным, предстояло через год, снова прибыть на Полигон, для прохождения очередного, месячного курса военных сборов. Через год, вместе с ними прибудет вторая рота их батальона.
        А пока что на "дембель". Но не с пустыми руками. Личное оружие, амуниция и караульная норма боеприпасов, поедет с ними домой. Я не собираюсь лишать оружия тех, кому оно однажды было доверено. А пока что новые заботы. На смену им прибыла первая рота штурмового батальона "Зенит". Все началось по-новому. Батальон "Зенит", проходил обучение по той же программе, что и "Спартак", за одним-единственным исключением. На имитаторах воспроизводилась обстановка на совсем другом объекте. Ведь цель их атаки, должна быть совсем другая. А за "Зенитом" уже выстроился в очередь "Пахтакор"…
        Не отстали от своих почитателей и спортсмены. На общих собраниях они требовали, чтобы призывали под знамена и их.
        Вы скажете, что слишком много людей теперь стало знать о ближайшей задаче. Что сохранить в тайне подобные намерения уже стало невозможным. Что кто-нибудь да проболтается, а враг, как известно никогда не спит и всегда подслушивает. Все это так. Но, во-первых, направления наших первых атак были очевидны и без болтовни. Так что ничего нового для себя противник не узнает. А во-вторых, неожиданность бывает разная. Бывает, когда враг ещё не ждет, а бывает, когда уже не ждет. В любом случае, обороняться от нас на широком фронте он не может. У него будет два выхода: либо атаковать самому, причем первым, либо сосредоточится для обороны прямо внутри транспортных терминалов. В любом случае, победы он не добьется. В первом случае, он нарвется на наших "лесных егерей", завязнет в боях с ними и не сможет отразить удар штурмовиков. А во втором случае, я строил свои расчеты на давно известной истине: крепость - это не только твердыня, это еще и ловушка для того, кто ее обороняет. Если мне предложат выбор между сильной позицией и свободой маневра, я выберу последнее. Просто потому, что оборонять точечный объект
против противника, имеющего тяжелое вооружение - можно, но без помощи извне не перспективно. Так может помощь придет? Не придет! Посадка десантных челноков в зоне интенсивного обстрела - дело рискованное. А задействовать штатные транспортные системы терминалов для снабжения гарнизонов, мы тоже не дадим. Слишком уж они медленные. Подъем на внешнюю орбиту любого груза, растягивается на двенадцать часов. Транспортный терминал оборудован десятком подъемных систем. Это весьма сложные технические системы. В случае штурма, наивно думать, что мы позволим наземным службам работать в штатном режиме, а уж грузопассажирские платформы, уязвимы даже для тех средств войскового ПВО, что у нас уже имеется.
        Что остается? Высадка десанта в нашем тылу? С одной стороны кажется заманчивым и перспективным. Ведь перехватывать десантные челноки нам попросту нечем. Но вы учтите еще одну вещь. До нас десанту еще надо дойти. И это по местности покрытой дремучими лесами. Но ведь я не зря ратую за поголовное вооружение населения. Сколько их дойдет до нас? Ведь у нас будет, кому "провожать" десантуру. "Лесные егеря", это конечно не спецназ, но как показывает опыт войн, в густых зарослях, любой папуас с оружием, способен уравнять свои шансы в борьбе с любыми суперменами. Тут особой выучки и не потребуется, хватит той, что будет.
        Так вот, кто такие "лесные егеря"? Корпус "Лесных Егерей" - это территориальные иррегулярные формирования. Эти люди не проходят военную службу в мирное время. В мирное время, они только проходят военное обучение без отрыва от основной деятельности. Программу обучения для них составили мы. Мы же подготовили все наставления и методички. Готовиться они должны самостоятельно, мы даже не имеем возможности полноценного контроля за их подготовкой. Контролировать процесс обучения будут территориальные штабы обороны. Их девять штук и подчинены они непосредственно императору. Самая большая тактическая единица - рота. Командиры все выборные. Для иррегуляров это вполне приемлемо. Вооружение - только то, что можно унести на себе. Средства передвижения - тот транспорт, что есть в распоряжении населения. Оружие, средства связи наблюдения и управления - за казенный счет. Боеприпасы приобретаются самостоятельно. А кто их учит? Есть кому, уже месяц как есть. Тот комплекс навыков, который им необходимо иметь, они получают в военно-спортивных клубах. Ориентирование на местности и походные навыки - через клубы
спортивного туризма. Оказание первой медицинской помощи - через Общество "Красный Крест". Изучение матчасти - это уже сервисные службы фирм-изготовителей. А вот с огневой подготовкой дела обстояли не очень. Стрелковых клубов практически не было. Может быть потому, что Немезида, хоть и покрыта щедро лесами, но животных, на которых можно охотиться здесь нет. Местные обитатели лесов - это насекомые и мелкие рептилии. Есть одичавшие домашние животные земного происхождения: кошки, собаки, свиньи и козы, но их немного. Вот и нет здесь охотничьих обществ и стрелковый спорт был развит слабо. Но теперь все изменилось. Появились стрелковые клубы, созданные на добровольной основе. "Стрелковый Клуб "7.62", "Ворошиловский Стрелок", Клуб "Трехлинейка"… В общем, подготовка населения к войне началась.
        Ни я, ни Михаил Семенович, не считали, что такое воинство сможет выдержать серьезный бой. Но ведь и создавались "лесные егеря" вовсе не для длительного и упорного общевойскового боя. Конечно, со временем мы доберемся и до них. Тогда и они станут частью регулярной армии, а пока пусть будет так, как есть.
        Прикрыть эвакуацию мирного населения из зоны боевых действий, они сумеют. Вести партизанскую войну - научатся. С охраной важных объектов - справятся. Вести разведку, сопровождать колонны снабжения - и это осилят. А в случае чего - вот вам массовый вооруженный резерв, который не будет беспомощным в бою. А чему не доучили - война научит.
        МОЗГ, ГЛАЗА И УШИ.
        Когда я знакомился с призванными недавно рекрутами, мое внимание привлекли шесть парней, очень похожих друг на друга. Ну явно, их одна мать рожала! А когда они представились, то сердце мое дрогнуло. Что вам скажет фамилия Салчак, при типично русских именах? Наверное, ничего не скажет. А вот мне она говорила о многом. А уж когда я спросил о месте рождения, то сердце мое дрогнуло еще раз. Село Кунгуртуг на Восточной границе. И это вам ни о чем не говорит? А у меня догадка превратилась в уверенность. Передо мной стояли соплеменники. История мне понятна. Смешались с русскими, утратив природную внешность. На мой вопрос, заданный на языке детства: "Ты понимаешь мой язык?" - они среагировали одинаково, то есть полным непониманием. Тот же вопрос, заданный на монгольском, а затем на кипчакском языке, тоже вызвал недоуменные взгляды. Горечью наполнилась моя душа. Беда, ударившая по русским, захватила в свои объятья и мой народ. И если их предки, переселенные на чуждую им планету, еще помнили о своей принадлежности к славному и доблестному народу, то потомки утратили и язык и внешность.
        Я не подал виду в том, что сильно огорчен, но с этого дня, начал приглядываться к братьям Салчак. Слабая надежда еще не оставляла меня. Можно забыть язык, можно изменить внешность, но ведь невозможно изменить саму душу народа! Вдруг я окажусь прав? Может мне удастся пробудить в них память крови? А братья, ничего не подозревая, несли свою службу исправно. Стремление быть лучше других - это видимо их природная черта. А когда после прохождения КМБ, они прошли вместе со всеми свой путь до бухты Сабельной и умудрились не получить ни одного замечания, я решился осуществить то, что задумал. Отныне, братья Салчак, проходили свою подготовку по особому плану. Я их выделил в отдельное подразделение. Старший из них - Павел, отныне стал и старшим в команде. Легче им от моего внимания не стало. Именно к ним я и стал особенно требователен. Любой норматив, достаточный для остальных, они обязаны были перекрывать. Им стали ставиться наиболее сложные задачи. Им каждое лыко стало в строку. Братья терпели долго, ни на что не жалуясь, целых полгода. А затем, Павел, как старший из них, подошел ко мне и обратился
напрямую:
        - Товарищ майор (а я уже был майором), почему Вы к нам постоянно придираетесь? Чем мы заслужили подобную честь?
        Этого вопроса я ждал давно и ответ у меня был готов заранее:
        - Сегодня, после вечерней поверки, зайдете ко мне в штаб, там и получите необходимые объяснения.
        - Мне одному приходить?
        - Нет! Зайдете все вместе.
        А после поверки, состоялся тот разговор, к которому я готовился давно:
        - Хотите знать, чем вы мне так не понравились? Отвечу: все вы находитесь не на своем месте. Пока что. Я добиваюсь того, чтобы вы именно заняли то место, которое должны еще заслужить. Я хочу, чтобы у нашей армии появились особые войска. Войска, которые способны совершить то, что все считают невозможным. Я не могу этого добиться от всех, значит, буду добиваться от некоторых избранных. Сейчас, прямо при мне, вы сделаете свой выбор. Если вы согласитесь служить в таких войсках, то я от вас оставлю одни кости без мяса, но добьюсь, чтобы вы стали ужасом для любого врага. Чтобы свои вас заранее уважали, а чужие заранее боялись. Вы имеете право отказаться и я верну вас в общий строй, я перестану придираться так, как придирался раньше. Но тогда я вместо вас найду других, более достойных людей и те обязательно сделают то, что могли бы сделать вы. У вас есть пятнадцать минут на то, чтобы выйти и обсудить мое предложение, а затем дать ответ.
        Братья вышли, а я остался в своем кабинете. Если кто-то думает, что я решил своими силами воссоздать свой народ, то он ошибается. Тот, кем я являюсь сейчас, уже давно не урянхаец. Мне одинаково дороги и русские и урук-хайи, но душа моя давно уже изменилась. Я привык еще тогда, при первой своей жизни, не отдавать предпочтение никакому, из служивших моему Повелителю народов. Для меня армия давно стала истинной моей Родиной. Великий Улус для меня был лишь выразителем общей идеи, рожденной Чингисом. А моя вторая жизнь? Капитан Аверков тоже ценил войсковое товарищество выше крови и землячества. А Советский Союз был для него тем же, чем был для меня Великий Улус. А Джон Девяткин… Он слишком мало жил своей жизнью. Жил среди чуждых ему по духу людей и редких товарищей. Ностальгировал по былому величию своего народа, тому самому величию, о котором он и представления не имел. Ему, наверное, понравилось бы жить спокойной жизнью на Немезиде. А вот мне и Аверкову, угомониться сложно. Мы сделали свой совместный выбор в пользу войны. Мы оба считаем грядущую войну, спасением для своего народа. Ведь несмотря на
всю жестокость войн, народы исчезают от сытой и спокойной жизни гораздо чаще, нежели от истребительных войн. Вот эти парни, утратили память о своих корнях именно в мирное время.
        Все, отведенное время вышло. Только я это отметил, как раздался стук в дверь и братья попросили разрешения войти.
        - В военных учреждениях стучать не принято! Заходите без стука!
        Братцы смутились, но похоже, что двусмысленности произнесенной мной фразы они так и не поняли.
        - Определились?
        - Так точно, товарищ майор! Мы согласны!
        - В таком случае, вот вам первое задание: вы должны изучить ту подборку файлов, что я сейчас загружу на ваши планшеты. До завтрашнего вечера, знакомитесь с материалом, после чего приходите ко мне с окончательным ответом. Вы должны определиться, сумеете ли вы справиться с тем, что я хочу вам поручить.
        Загрузка папки много времени не заняла, ведь необходимости шифровать и защищать информацию, не было. Вся подборка файлов была из обычных, открытых источников.
        - Все, можете быть свободны!
        Парни ушли, а я задумался. То, что они не изменят принятого решения даже после ознакомления с моей задумкой, у меня не вызывало сомнений. Ведь задумал я не более, не менее, как воскресить Спецназ ГРУ. Меня не смущало даже то, что за прошедшие времена, полностью утрачены методики подготовки бойцов этого легендарного формирования. Первое подразделение Спецназа, будет учебно-эксперементальным. Именно путем проводимых экспериментов, мы восстановим утраченное и разовьем достигнутое. Главное, чтобы мои протеже, прониклись желанием стоять у истоков этого дела. Будет желание - возникнут и конкретные идеи. Инициативу я им сильно сдерживать не буду. В конце концов, в этом призыве собраны те, кто способен обучаться незнакомым вещам даже без нянек. Пусть парни экспериментируют. Кое-что, сможем им подсказать и мы с Семенычем. Да и от больших глупостей мы их предостережем.
        На следующий вечер, братья явились в точно назначенный срок, чтобы выразить свое повторное согласие.
        - Ну что ребята? Раз уж вы согласны, то слово мое будет такое: То, что вы изучили - это наполовину не более, чем легенда о спецназе. Люди, что писали эти статьи, сами там не служили. Они описали то, что привлекло их внимание. То, что бросается в глаза любому человеку. Им не все рассказывали, они не на все рассказанное обратили внимание, что-то поняли превратно, в результате, у них получилась картинка, годная для рекламы, но мало похожая на реальность. Вот на эту рекламу вы и клюнули. Действительность же будет иной. Мне, чтобы организовать сражение, нужно знать обстановку. Как я ее узнаю? Зайду в штаб и потребую, чтобы начальник штаба мне ее доложил. А он откуда ее будет знать? Нужная информация будет идти к нему "сверху" от начальства, по докладам "снизу", это от командиров частей и подразделений и по своим каналам - это разные виды разведки. Поэтому, отныне полковник Коробов, это тот кто будет вас драть и кормить, не сам конечно, но будет. А чтобы он не мучился, выискивая вас, связь со штабом у вас будет отныне постоянная. Правда у него и без вас много забот, но тут у него будет хороший помощник
- начальник разведки. Сейчас его еще нет, но это ненадолго. Вот он и будет собирать то, что узнаете вы и другие люди, которых мы подготовим еще. Значит, ваша главная обязанность - сбор сведений о противнике. А какие сведения нужны - это вам скажет начальник штаба. Только учтите, у него вопросов может возникнуть к вам много. Значит, учитесь все замечать, что может представлять для нас интерес. Чтоб по сто раз в одно и тоже место не бегать. А бегать вам придется много куда, в том числе и на закрытые, хорошо охраняемые объекты. Так что разведка - это ваше все. Ясно?
        - Так точно, ясно!
        - Но это не все. Раз уж вы будете проникать туда, куда остальным по тихому не пролезть, то у меня сразу возникнет дурная идея: а нельзя ли попутно уничтожить то, что мы никак не хотим видеть в целости и сохранности. Вы ведь уже там, так зачем мне других людей гонять? Так что диверсии и террор - это ваша вторая работа. Предупреждаю сразу - унести ноги после этого вам будет сложно. Но будет и третья часть вашей работы. Не везде можно проникнуть по-тихому. Иногда придется штурмовать объект, назначенный к уничтожению. А важные объекты, противник будет охранять и защищать серьезно. И получается, что нужно уметь проводить стремительный штурм, то есть вступить в открытую схватку с сильным противником, причем в отрыве от своих. А это уже другие умения. Вот вкратце то, к чему вы должны готовиться. И будут вам ребятушки, постоянно ставиться такие задачки, ответы на которые вы должны искать самостоятельно. Это понятно?
        - То есть, будем действовать как ученые, проводящие эксперимент?
        - Можно сказать и так. Вот только полученные результаты, обретенный опыт, должны оставаться после вас в виде руководств, наставлений, методичек. И это тоже ваша забота, в первую очередь твоя, Павел.
        - Кто еще кроме нас войдет в наше подразделение?
        - А это целиком в твоей власти. По старой доброй традиции, командир разведчиков имеет "право первой ночи". То есть, он первый выбирает среди пополнения, тех, кто его устраивает. Вот и выбирай. Только запомни, наши предки не случайно говорили о том, с кем бы он пошел или не пошел в разведку. Смотри не ошибись! Разведчик ходит по краю. Иногда они и попадаются. В идеале, даже труп не должен дать противнику никакой информации. А выдает врагу только такую информацию, которой враг поверит, перед тем как в ловушку влезть.
        На этом наш разговор был окончен, а на следующий день начались будни сотворенного нами "спецназа".
        Здесь не было никакой красочной романтики. Обычная общевойсковая подготовка, плюс специальные занятия. Они учились многому. Совместные занятия со связистами, саперами, артиллеристами… Обучение у специалистов из тыловых служб. Плюс, свои специфические занятия. Раз в месяц, обязательное участие в тактических учениях, где они должны были обеспечивать успехи штурмовиков. А еще их гоняли по острову "лесные егеря". А еще занятия в классах и на тренажерах. Постоянные тренировки всех видов памяти, наблюдательности, глазомера. Проверка умения работать с информацией. Нагрузочку им дали еще ту! А искусство следопыта? Оно ведь было практически утеряно. Удалось восстановить лишь жалкие крохи его. В общем, хоть наш "спецназ" и превосходил обычные подразделения, но не намного и до идеала было еще далеко.
        Ждать мгновенных успехов в начале трудного пути не стоило. Я заранее знал, что процесс становления элиты сухопутных войск будет небыстрым.
        А у Коробова, были свои заботы. Освободившись от сержантской, по сути дела работы, полковник взвалил на себя создание тех служб, благодаря которым армией можно управлять в бою.
        Сейчас, на горном плато и в окрестных пещерах кипела работа. Там, под поверхностью земли, со временем у нас возникла уникальная автоматизированная система управления войсками под названием "Стратег". Но о нем расскажу позже. А на поверхности, возник жилой городок для штабных работников и обслуживающего персонала, под названием Шапошниково. Правда защитить все это полноценно, пока не получалось. Сказывалась нехватка войск и необходимого вооружения. Все это пришлось отложить на потом. СМЕРШ тоже не сразу сумел начать свою работу в Шапошниково. Проблема та же - нехватка кадров. Там, в Шапошниково, рядом с жилым городком, был создан тот учебный центр, где Семеныч занялся подготовкой командных и штабных кадров. А это была та еще эпопея!
        Как вы понимаете, никто на Немезиде не держал военно-учебных заведений, для подготовки офицерских кадров. Предложение канцлера, о подготовке офицеров из гражданских технических специалистов, мы отвергли с порога. Потому, что получить вместо качественно подготовленных кадров, сборище "пиджаков" мы не хотели. Дело не в наших предубеждениях. Мы ничего не имели против них. Просто армия - организация консервативная. Перестроить ее на нужный лад, всегда трудно, а иногда и невозможно. "Пиджак" хорош тогда, когда приходит в структуру с устоявшимся подходом к делу. Вот тогда из него и можно вылепить того, кто нам нужен. Окружающая его человеческая среда, должна быть сильней его самого. А это получается в том случае, если она состоит из людей, которых армия вырастила, выучила, воспитала. Которые всем, что имеют в жизни, обязаны армии. Именно из таких и получаются воины, а не просто военные специалисты. Таких людей у нас не было изначально. И времени на воспитание их, было отпущено мало. И как тут быть? Мы приняли решение, готовить нашу элиту по тем принципам, по которым готовил их Вермахт. То есть, мы сразу
отказались от училищ и академий классического типа. В чем их основной недостаток? А в том, что принятого туда человека, годами учат и воспитывают, делая его обладателем неплохих знаний как теоретических, так и практических. Затем он приходит в войска, и выясняется, что командовать даже взводом, он совершенно не способен. На "гражданке", от такого специалиста стараются быстренько избавиться. В армии начальники тоже не дураки, они тоже стараются от таких избавиться. Но как? Ведь потрачены огромные средства на подготовку, причем, робкий юноша действительно учился добросовестно. Но толку от этого нет и не ожидается. Выгонять его из армии не за что, ведь он старается изо всех сил, как специалист он неплох, но командир из него не получился. Срывать погоны и делать его рядовым? Опять вопрос: а за что? Он не совершает порочащих его поступков. И приходится его ставить туда, где никем командовать не нужно. Он служит никем не руководя, растет в званиях, и даже пребывает на хорошем счету. Но случись война, доверить ему командование боевым подразделением нельзя - он не сможет организовать бой. Он просто погубит
доверенных ему людей. То, что при этом он сам лично храбр и честен - положения не спасает. Была в советское время такая басня о полковниках:
        "Есть три вида полковников: товарищ полковник, полковник и "эй-полковник" Товарищ полковник командует полком, ездит на служебной "Волге". Просто полковник, сидит в кабинете, на службу едет в личной машине, потому, что служебная ему не положена. А "эй-полковник", никем не командует (чаще всего это преподаватель), на службу добирается в общественном транспорте, ибо денег на машину у него нет.
        А между тем, если обучение и селекция кандидатов происходит прямо в войсках, то случайные люди очень редко становятся офицерами. Именно этим путем мы и пошли. То, что отобранные призывной комиссией кандидаты, согласно пройденным тестам, соответствовали нужным требованиям, мы решили не принимать во внимание. То, что они уже обладали полезными для нас специальностями, тоже пока игнорировалось. Первые полгода, Коробов гонял их, как обычных солдат-срочников. Главная цель - добиться от них, чтобы в бою и в походе они не были обузой личному составу. Но было здесь еще одно условие. Те, кто не сдал "ефрейторского норматива", мог даже не мечтать о карьере. Таких просто решили списывать в обычные подразделения. Правда, отсева пока еще не было. Ребята попались амбициозные и волевые, портить себе жизнь из-за того, что не смог стать равным обычному солдату, они не хотели. Но гоняли их не только на плацу и на полигоне. Попутно они осваивали обязанности работников штаба. И тут им приходилось нисколько не легче, чем на штурмовой полосе или на марш-броске. Учеба совмещалась с практической работой. Модули
"Стратега" после монтажа и тестирования, постепенно включались в работу. Поэтому обработка поступающей информации, создание нормативной базы, учебных пособий, решение в виртуале тактических вводных, и нанесение известной обстановки на планете - этого мы с них не снимали. Вот так и приобретали они необходимые теоретические знания. Спустя полгода, они были все отправлены на прохождение службы в учебный центр. Полгода они обучали новобранцев и резервистов, пребывая в роли командиров отделений. А вместо них, Семеныч начал гонять новых кандидатов. Этот этап службы, для наших кандидатов был весьма важен - проверялась их способность к обретению командных навыков. В итоге они должны были вернуться в Шапошниково сержантами. На этот раз, отсев был. Двое "пролетели" мимо сержантского звания. Не проявилась у ребят командная жилка. Вот им и было предложено два варианта прохождения дальнейшей службы. Первый вариант - дослужить в качестве срочника оставшиеся два года в боевом подразделении. Второй вариант - продолжить службу в штабе, но уже в качестве рядового оператора. Один выбрал "срочку", а второй штаб. Думаете,
что второй проиграл? Отнюдь! Просто мы ввели такое понятие, как "горизонтальная карьера". Это значило, что сей ефрейтор, который никогда больше не станет сержантом, будет повышать свою служебную категорию, оставаясь в прежнем звании. Вместе со служебной категорией, будет расти и его оклад. В отставку он уйдет небедным человеком, заработав вместе с социальными льготами еще и по гектару пахотной земли, за каждый год службы. То есть обеспеченным, а значит и уважаемым человеком.
        А сержанты, вернувшись в Шапошниково, вернулись и к прежней работе. Правда, уже не в одиночестве. У них появились подчиненные из новых кандидатов. Теперь гоняли не только их, но и они гоняли своих коллег, причем весьма сурово. Ну а раз людей стало прибывать, то начали постепенно формироваться отделы штаба. Спустя еще полгода, после штабных мытарств, первые кандидаты снова отправились в войска. На этот раз исполнять обязанности взводных командиров. И не только в учебные, но и в боевые подразделения.
        Глава 17
        ЗВЕЗДЫ УЖЕ БЛИЗКО!
        Когда брат царицы, а ныне владетельный князь Хвостов, приступил к воплощению в жизнь проекта "Берлога", он обосновано считал, что будет очень трудно. Он ошибался. Было все намного трудней. Работать с людьми Ромуальда Собака и Энтони Фроста, было еще то "удовольствие". Каждый тянул одеяло на себя, пользуясь тем, что русские зависят от них во всем. Даже собственные деньги, потратить на закупку необходимого, невозможно было без их помощи. А вся опора и поддержка - это десяток человек на первых порах. И все же, уже этого было достаточно. Вырезать узоры с помощью топора, русские умели во все времена. Не подвела их смекалка и на этот раз. Любая встреченная ими проблема, решалась нестандартно. База в "Берложье" росла как на дрожжах. Вместо дорогостоящих работ с самого "нуля", что требовало много времени и огромных затрат, применялись более дешевые варианты возведения сооружений. Взять хотя бы орбитальный городок. Хвостов заставил Фроста, вместо выгодного ему размещения заказов на поставку большого количества конструкций блоков, скупить и перегнать в систему, отслужившие свое пассажирские корабли. Здесь
на месте их состыковали, объединили генерирующие установки кораблей в единую сеть, и на все это ушло два месяца, вместо предполагавшихся полутора лет.
        Правда, кое на чем, Фрост тоже пытался экономить. Когда было принято решение о создании Контрабандного Флота, он начал приобретать корабли, чей возраст был весьма почтенен. Помешать ему в этом не удалось, пришлось смириться. Тем более, что задачу, возложенную на них, они выполняли.
        В числе задач, которые нужно было выполнить, была вербовка нужных специалистов. Тут уж Фрост развернулся вовсю. Часть работавших на него сутенеров, сменила профиль работы. Секс-индустрия в роли кадровой службы! Бред! Впрочем, вербовка шла успешно. Вот только качество принятых на работу кадров! Ведь клевали на сделанные предложения те, кому деваться было некуда. То есть неудачники. Ох и намаялись с ними, пока сумели их заставить нормально выполнять свою работу. После того, как люди Энтони наглядно показали "верботе", что с ними здесь никто церемониться не будет, порядок образовался, но ненависть те, кто подвергся репрессиям, затаили. Впрочем, через три года, можно будет обойтись без них. Младший обслуживающий и технический персонал, планировалось постепенно заменить на более лояльных выходцев с Немезиды.
        А вот с инженерами и конструкторами, пришлось нянчиться. Доверить работу с ними, мафиозным костоломам, Геннадий Леонидович не мог. Поэтому, когда образовалась первая "шарашка", пришлось сажать в каждый отдел своих кураторов. И если кто решил, что это были служащие "Тайной Канцелярии", то это напрасно. Чекисты к этому проекту не были допущены вовсе. С Немезиды, вызвали обычных школьных учителей. А почему их? Да потому, что публика подобралась в "шарашке" знатная! Сплошные непризнанные гении! Тщеславные и вздорные личности, считающие бездарями всех, кто не он. Вот и приходилось педагогам быть и судьями, и примирителями, и воспитателями, и вообще мастерами на все руки. И если бы это были действительно ценные кадры! Так ведь нет! Сутенеры вербовали всех, кто подворачивался им под руки. А какой хороший специалист станет круто менять свою жизнь? Он и так неплохо живет! А потому, и здесь собрались те, кто ничего в жизни добиться не сумел. А заменить их пока некем. Специалисты такого ранга, готовятся долго. Если учесть, что в России их вообще не было, то надежды на скорое избавление от навербованных
придурков не было никакой. Впрочем, не все в жизни плохо. Решение поручить кураторскую работу с конструкторами педагогам, оказалось верным. Терпеливо работая со своими подопечными, они сумели найти первые жемчужины в груде хлама. Первой, добилась успеха Джулия Портинари, учительница итальянского языка и литературы из Латинской Марки. Нашла она ключик к тому, кто оказался действительно талантливым человеком. Хоть какая-то в жизни радость! Оцененный ей по достоинству Джонатан Капруччи, не произвел поначалу благоприятного впечатления. Неряшливый, неорганизованный коротышка. Очень конфликтный. И потому, не стоило удивляться, что он нигде не смог задержаться подолгу. Раз за разом, он терял работу и докатился до кабального контракта. Впрочем, и здесь его могли запинать, если бы не Джулия. Именно она разглядела в нем настоящий талант. Когда она принесла Геннадию компоновочную схему корабля, предложенную Джонатаном, он ее оценил по достоинству. Даже он, неискушенный в космическом судостроении, понял: это, то самое, что нам надо! "Вариант Капруччи", обещал сильно ускорить строительство кораблей. За такого
ценного кадра стоило цепляться. Правда, на нем висит долг перед мафией, но это проблема решаемая. Аннулировать кабальный контракт, внеся необходимую для этого сумму, не трудно. Был должен мафии, будет должен русским. Но и этого мало. Нужно, чтобы он захотел у нас остаться. Причем, чтобы сам захотел! Но не простым наемным работником. Нужно, чтобы он согласился получить гражданство. Правда, подарить русское гражданство, князь Хвостов не в силах. Но и ждать, когда минует положенные три поколения, не получится. А хотя… Ведь достаточно прослужить в Вооруженных силах три года, чтобы получить его на законном основании. Да, но не в армию же Джонатана отправлять! А причем тут армия? Чем хуже флот? Правда, его еще нет, но ведь появится! Всего то и дел, призвать этого умника на флот, присвоить ему своей властью звание матроса, а дальше пусть трудится, как трудился. Кстати, ведь официальный статус у заказчика, это тоже немало! Ставим его начальником над конструкторской братией, и пусть он строит и равняет под себя! А Джулия в этом ему поможет! Значит так и поступим. Ставим Джулии задачу на вербовку, думаю, что
она это сумеет сделать деликатно и используем таланты первого матроса нашего Военно-Космического флота на всю катушку.
        ГЛАВНАЯ ПО СЕРПЕНТАРИЮ.
        Джонатан Капруччи, действительно не умел успешно делать карьеру. Получив неплохое образование по выбранной специальности, он нигде не мог задержаться надолго. Конечно, вакансии в судостроительной отрасли есть всегда, в принципе устроиться можно. Но только кандидатом. Вообще, кандидат - это должность для недавнего выпускника, которому нужно набраться опыта, работая в реальных проектах. Вроде бы все справедливо. Только Джонатан дожил уже до сорока лет, а выше кандидата так и не поднялся. И не потому, что он бездарь. Просто установившиеся порядки его бесят. Во времена, когда большая часть населения являются получателями пособий, рабочее место где угодно, повышает социальный статус. Но проблема в том, что образуется и кастовость. Это Джонатан начал с кандидатов. А ведь есть однокашники, которые миновали этот статус. И вовсе не потому, что талантливы. Совсем наоборот. Просто для них уже приготовили заранее местечко. И ведь формально, возможности для роста есть. Только эти должности приберегают для своих чад. Да бог с ним с должностью! Так ведь и в другом зажимают! Попробуй запатентуй свои наработки,
если ты не свой! Не дождешься! Старые пердуны не позволят, чтобы это мимо них прошло! А если пытаться патентовать самостоятельно, то подпишешь себе приговор. Фирмы к таким делам относятся очень ревниво. Сразу в суд подают за воровство интеллектуальной собственности! И ведь выиграют процесс гады! Просто потому, что у них адвокаты лучше! И куда с такой судимостью идти? Кто возьмет на работу "вора", про которого написано судьей, что он вор! Молодой инженер через это уже прошел. Правда, до суда дело не дошло. Его вызвал юрист фирмы и все подробно объяснил. А потом предложил: либо уходишь по-хорошему, либо судишься. Со всеми озвученными последствиями такого шага. Пришлось уйти. В других фирмах оказалось не лучше. Везде были одинаковые порядки. Поменяв десяток мест работ, Джонатан уперся в тупик. Больше его нигде не хотели брать. Конечно, можно плюнуть на все и жить на пособие. Мама так ему и предлагала. Вот только жалко было, что ничего в жизни добиться не удалось. Поэтому, когда подвернулся контракт, он согласился на его заключение, невзирая на явно кабальные условия. То, что новое место оказалось
непонятно в какой дыре, его не смутило. И даже то, что предложили должность рядового инженера, вполне Джонатана устроило. Ужаснуло другое. Наниматели, явно первый раз столкнулись с этой работой. Набрали кого попало, толком не сумели объяснить, что они хотят получить на выходе, а главное то, что он не знает как это воплотить в жизнь! И что тут делать? Работать!
        А с этим возникли проблемы. Подготовка проекта - дело коллективное. Чтобы она шла успешно, нужны свои авторитеты и лидеры. Среди коллег были всякие люди. Были способные, были посредственности, а были и бездари. Но все мнили себя великими, а свое мнение единственно верным. Хотя на самом деле были такими же неудачниками. Из-за возникавших споров, дело не двигалось. Вот-вот заказчик начнет искать виновных. Но и понимание, что близится очередное фиаско, не способствовало прекращению пустых споров, грызни и открытых сор. Истинный серпентарий, а не фирма! Про себя, Джонатан так свою работу и называл.
        Правда был в этом шипящем гадюжнике, уголок спокойствия и порядка. Джулия Портинарри, куратор конструкторского отдела, отличалась неизменным спокойствием и приветливостью. А что ей местные дрязги? Она отвечала за соблюдение режима секретности. Время от времени, она правда вмешивалась в возникавшие то и дело конфликты между обитателями "серпентария". Гасить конфликты у нее получалось удивительно легко. И все с неизменным спокойствием. Бывало, что конструктора, как дети малые, подходили к ней излить свою душу. Что-что, а внимательно выслушивать людей она умела. Умела она и успокоить человека, сказав пару ничего не значащих фраз. Она была единственным в отделе человеком, не вызывающим ни у кого возражения. Но произошло и недоразумение. Майкл Денсе, донельзя развязанный тип, невзирая на свою полноту и отвратную внешность, мнил себя знатным сердцеедом, перед которым не устоит ни одна женщина. Весь его опыт основывался на посещении борделей, но сам он это не принимал во внимание. Естественно, что обладавшая роскошной фигурой дама, не прошла мимо его внимания. То, что предмет вожделения, был выше его на
десять сантиметров, Майкла нисколько не смутило. Сомнительной остроты комплименты, успеха ему не принесли, и он однажды проявил большую решительность. Сразу выяснилось, что дама не менее решительна. Целую неделю, хороший "фингал" украшал физиономию местного "Дон Жуана", а походка пару дней была неуверенной. И все это произошло на глазах обитателей "Серпентария". На этом история и закончилось. Желающих добиться успеха на этом поприще больше не нашлось.
        Сам Джонатан, ни на кого не облизывался. Обладая маленьким ростом, он сильно комплексовал по этому поводу. Настолько сильно, что решиться на романтические встречи, было выше его сил. Более того, он и бордели не разу в жизни не посещал. Невзирая на свои сорок лет, он так и остался "нецелованным". И если характера его на что и хватало, то только не на общение со слабым полом. Что очень сильно огорчало его самого и его маму.
        МОЗГ, ГЛАЗА И УШИ. ГОД СПУСТЯ.
        Когда Павел Салчак с братьями, согласились служить в спецназе, они имели очень малое представление о том, что это такое на самом деле. Зато теперь они были сыты этими знаниями по самое горло. И все-равно этих знаний не хватало. Ведь некому было им объяснить, что на самом деле им понадобиться в каждом конкретном случае. Обычно их учеба протекала так. Я или Коробов ставили им учебную задачу. Сперва, они шли в симуляторный зал и выполняли ее в "виртуале". Особый статус их подразделения, позволял им подключаться к серверу Полевого Штаба и загружать реальную обстановку на симуляторы. Задание отрабатывалось в "виртуале". На этой стадии, они выясняли, какие знания и умения, какое вооружение и снаряжение им понадобится для того, чтобы выполнить поставленную задачу. Второй стадией, была подготовка на полигоне, где они отрабатывали физически то, что им требовалось. Третья стадия - выполнение того же задания в "поле". И хотя такой подход, позволял хорошо подготовиться, но в "поле", как правило, всплывало то, что не было выявлено на симуляторе. Четвертая стадия - работа над ошибками и недостатками. Все, что
всплыло при практическом выполнении, надо было отработать "вживую", чтобы нужные навыки намертво вросли. После таких учебных заданий, уважение к далеким предшественникам, только росло. Ведь в прежние времена, разведчики не имели возможности использовать при подготовке ту технику и оборудование, что использовали они. Предки, лишенные возможности отработать задание в "виртуале", платили за свои достижения немалой кровью. Коробов говорил, что иногда за взятого у врага "языка", полковые разведчики прошлого, теряли пять человек. Такие уверения начштаба, производили впечатления на братьев. Правда, теперь, год спустя, братья были уже не одни. Павел в полной мере воспользовался своим "правом первой ночи". Теперь у него в подразделении служило четыре десятка подходящих людей. И этих людей приходилось не только учить, но еще учиться у них. Ведь народ тут подобрался непростой. Вот возьми Максима Костина. На "гражданке" он окончил медицинское училище, немного поработал медбратом в обычном лазарете. Навык полезный, но таких парней можно найти много. А вот то, что он еще мастер спорта по панкратиону - это было
дополнительным плюсом. В их Урянхайской Гвардии, как шутливо называл "спецуру" Субудаев, Максим стал инструктором по рукопашному бою. А взять Володю Черепенко! На гражданке он работал на строительстве подземных сооружений мастером взрывных работ. Да еще до кучи имеет разряд по альпинизму. Полезный ведь человек! Теперь все, что имеет отношение к его профессии и увлечению, стало предметом его забот. Димка Андросов, бывший на "гражданке" наладчиком систем охраны и сигнализации, теперь учит бойцов тому, как это все преодолевать, а при нужде и использовать в своих целях. И это не считая того, что у него разряд по спортивному ориентированию. Каждый, кто попал в "Урянхайскую Гвардию", был человеком многосторонним. Терять таких ребят, Павел не хотел. Поэтому, он не успокоился, пока не добился от них приемлемой выучки. Выполнить "ефрейторские нормативы", обязан был каждый. Сдать зачеты на высшие категории - это конечно не сразу, но работа в этом направлении велась. И следует принять во внимание, что нормативы у его "урянхайцев", были сильно завышены. Это Павел внедрил сам, своим волевым решением. А что? Особые
войска, они и есть особые, тем более народ здесь служит не такой как в пехоте. Да и майор уверял, что планку требований, лучше сразу поднять повыше.
        - Запомни Павел, в военном деле, нет ничего хуже недоучки. Лучше уж вообще иметь дело с необученным человеком. А почему? Да потому, что второй знает, что ничего не умеет и никого в заблуждение не вводит. Так его и выучить неплохо временем можно. А вот недоучка опасен тем, что он сам уверен в своей крутости, и других в этом уверяет. А в решающий момент, он оказывается не в состоянии сделать нужное всем дело. В общем, ненадежный это человек. А в разведке что главное? Чтоб человек был надежен. Во всех смыслах.
        Впрочем, это все повседневные и уже привычные хлопоты. Хуже всего было то, что штаб требовал много писанины. С тех пор, как полгода назад, образовался в штабе Разведывательный Отдел, появились требования о регулярном отправлении туда отчетов. Сидели там молодые ребятишки, которые на основании его отчетов, составляли инструкции по боевой подготовке. А потом, эти инструкции сваливались на его же голову. "Умников" этих, Павел еще ни разу не видел, но неприязнь к ним, уже зародилась в его душе. Весьма часто, он представлял себе, чтобы он с ними сделал, попади они в его лапы. Ох бы он и вытряс из них душу! Он бы им показал на соответствующих примерах, как выглядит настоящая разведка! Теперь понятен был смысл шутки, услышанной от Субудаева, о том, что есть два вида штабов.
        Впрочем, сегодня его мечта должна наконец сбыться. Вызванный в штаб, Павел сидел в кабинете Коробова и слушал его инструктаж:
        - Слушай меня внимательно. Сейчас я познакомлю тебя с твоими кабинетными коллегами. Они будут проходить у тебя в подразделении войсковую стажировку. Я ставлю перед ними три задачи. Первая - совершенствование имеющихся командных навыков в составе твоего подразделения. Вторая - изучить на практике реальные возможности имеющейся войсковой разведки. Третья - спланировать и провести реальную разведывательную операцию на объектах вероятного противника, силами твоих разведгрупп. Срок стажировки - шесть месяцев. Временный статус на время обучения - заместитель командира разведгруппы. Главная цель стажировки - определить их реальный потенциал, как руководителей войсковой разведки. Нам необходимо понять, на что они годны. По результатам стажировки, будем судить, кого оставить в разведотделе, кого отправить в войска, а кого оставить у тебя. Стажеров будет пятеро. Все они имеют стандартную общевойсковую подготовку и опыт командования отделением в учебном подразделении. Ранее показанные ими результаты, меня устраивают. Поэтому и направляю их для получения новой порции знаний и навыков. Поблажек им не давай.
Пусть прочувствуют на себе, все "прелести" службы в спецназе. Слишком предвзято тоже не относись, ибо несправедливый командир, никогда не станет хорошим командиром. Кстати, у них есть неприятное для тебя поручение. Они присмотрятся к твоим людям и если найдут среди них перспективных ребят для работы в разведывательном отделе, будут их рекомендовать. А уж я, лучше не обижайся, тебя обязательно раскулачу.
        Последняя фраза, Павлу весьма не понравилась. Полковник, говоривший на советском наречии, часто произносил непонятные Павлу фразы и словечки. Что такое "раскулачу", Салчак не знал, но то, что это вовсе не обещание набить морду, понял сразу. Наверное, это значит "забрать силой" понравившуюся тебе вещь. Вот так и старайся! Только подберешь и обучишь подходящих людей, как у тебя их тут же заберут штабные "варяги"! А ведь это будет не раз и не два. Ведь как он понял, такие стажеры будут у него гостить постоянно, сменяя друг - друга каждые полгода. А значит "раскулачивать" его гвардию будут на постоянной основе.
        СПУСТЯ ПЯТЬ МЕСЯЦЕВ.
        Сержант Игорь Хюммель, не подозревал, что очень скоро, произойдет то, что сделает его одной из легендарных личностей восстановленного ГРУ. Сейчас он просто готовился к первому в своей жизни реальному разведывательному заданию. Естественно готовился не в одиночестве. Готовилась вся Урянхайская Гвардия вместе с присланными к ним стажерами. Позади у Игоря, осталось пять месяцев очередной, очень ужасной стажировки. Начиная с первого дня стажировки, командир "спецуры", старшина Салчак, стал для них истинным тираном. Впрочем, подчиненные Салчака не отставали от этого дракона. И дело было не в тех физических нагрузках, которые они испытывали во время занятий и учений. Самым главным испытанием для стажеров, явились те порядки, которые царили среди "урянхайцев". Здесь был не тот армейский порядок, к которому они все уже привыкли за предыдущие полтора года. Здесь царили порядки, присущие скорее рабочей артели, чем воинскому подразделению. Нет. С дисциплиной у "урянхайцев" был полный порядок. Случаев непослушания Игорь еще не встречал. Но вот с субординацией творилось то, что ни один устав не предусматривал.
Та группа, куда попал сержант, имела своеобразное представление о том, что он должен делать. В первый же день, после отбоя, от него потребовали "проставиться", причем немедленно. Тут наш практикант и охренел. Пьянство, оно было бичом подпиндосников, а вовсе не русских. К тому же, потребление алкоголя на территории воинской части было под запретом, а уж самовольная отлучка - тем более. Однако, чувствовалось, что подобное с него требуют неспроста. Воли отказаться у Игоря хватит, но это осложнит ему дальнейшую жизнь среди этих людей. Пришлось скрытно выбираться за периметр части и бежать десяток километров до городка строителей, где в местном кафе, могло продаваться вино. А когда был проделан обратный путь, то оказалось, что его разведгруппа спокойно дрыхнет, не помышляя ни о какой пьянке. Разбуженный им командир группы, просто забрал принесенную бутылку, положил ее в свой шкафчик и спокойно заявил, что это вино, они разопьют тогда, когда стажировка закончится. В чем смысл этого издевательства, стало понятно на четвертый день, когда "залетел" посланный разведчиками с аналогичным заданием стажер Веремчук.
Впрочем, Веремчука за это сильно не наказывали. Но легче ему от этого не стало. Старшина Салчак, во время построения вдоволь поиздевался над "разведчиком, который на простом деле попался внутреннему патрулю из "сиволапых пехотинцев", да к тому же еще и новобранцев". И что можно ожидать от такого разведчика? Этот случай вспоминали Веремчуку долго и все кому не лень. А стажеры поняли, что это был тест, "Проверка на вшивость", как выражался Субудаев. Было еще много таких тестов, но главное Хюммель понял еще тогда: Судят не за то, что сделал, а за то, что попался. А уж если еще при этом сдался, то все, вспоминать об этом будут долго.
        А на занятиях и учениях вообще происходило невероятное: передача командования от командира к подчиненному, происходила постоянно, причем подчиненный сам брал на себя командование, а командир и не возражал. Впрочем, этому нашлось вполне рациональное объяснение: ситуационное лидерство. У каждого был свой профиль подготовки, индивидуальная специальность, которой человек владел лучше, чем его сослуживцы. Вот в рамках своей специальности он и командовал, когда это требовалось. При этом, вся ответственность по-прежнему была на командире. Все это понятно, но как проявить себя самому? Ведь навязанного им неумеху, никто и слушать, а тем более слушаться не будет. И плевали разведчики на твой официальный статус, у них своя иерархия, свои авторитеты. Спасли сержанта два умения - умение отлично плавать и познание в электронике. Первое умение привело к тому, что Салчак назначил его внештатным инструктором на тренировках по преодолению водных преград. А вот второе умение, привело к тому, что преодоление охранных зон, напичканных разнообразной электронной хренью, возглавлять стал он. И только таким путем
получилось занять то место, на которое он был назначен приказом. Все-таки лишних знаний не бывает.
        Не меньшим кошмаром были учения, на которых приходилось отрабатывать уход от погони. Местные "лесные егеря" даром, что иррегуляры, за прошедшее время изрядно натаскались на поиск и преследование разведывательно-диверсионных групп. Ходили слухи, что со временем, этих "псов" передадут армейской контрразведке. Ведь уходить от них становилось с каждым разом все тяжелей и тяжелей. У них ведь тоже нашлись подходящие таланты.
        Немало времени отнимали и занятия по опознанию разнообразных подразделений и боевой техники вероятного противника. Сведения о вооруженных силах Содружества были неполными, о многом еще не имелось даже представления. Но тем не менее, запоминать нужно было многое. Но все это уже позади. Теперь идет подготовка к реальной операции.
        Главную роль в этой операции отводят стажерам. "Спецназ здесь будет работать лишь на подхвате. Никаких силовых акций не планируется, ибо местом порведения операции будут транспортные терминалы. Разведчики проникнут туда хоть и под легендой, но совершенно открыто. Серия обычных поездок, носящих на первых порах ознакомительный характер. Раньше, там работали только люди Ежевского из Тайной Канцелярии. Естественно, та информация, которой они располагали, была предоставлена Полевому Штабу. Разведывательный отдел, ее тщательно изучил. Проблема была в том, что у чекистов свой круг интересов, и то, что интересно армии они даже не изучают. Армия же, готовящая захват и удержание этих важных для Руси объектов, интересовалась совершенно другими вещами. Численность и состояние гарнизона, его вооружение и оснащение, система взаимодействия различных силовых структур, наличие укреплений и заграждений, возможность скрытого подхода… Вопросов, что может задать штаб, планирующий операцию много. И на все вопросы должен быть дан четкий ответ. Кем дан? В первую очередь Вторым отделом Полевого штаба.
        Первый выезд на операцию на транспортный терминал?1 (Московский Территориальный Округ) не предвещал значительных успехов. Грузовик, вывозящий промышленную продукцию, согласно заключенного контракта, выглядел вполне обыденно. Место водителя занимал в данный момент низенький и худощавый спецназовец Василий Лямин. Место сменщика - Игорь Хюммель. Их "фура" отличалась от точно таких же машин лишь смонтированными внутри ее портативными приборами для добычи нужной информации. Впрочем, все это было не на виду. Груз на грузовой платформе был легальный, его действительно доставляли реальному заказчику.
        А вот и пост дорожной полиции. Естественно подпиндосной. Первое испытание достоверности разработанной легенды, произойдет здесь. Обычно, полицаи хорошо помнили тех водителей, что совершали рейсы по этой трассе на постоянной основе. На увиденного ими новичка, они среагировали ожидаемо - на панели управления сразу загорелся сигнал, означающий требование остановиться. Остановиться, это можно. При подготовке задания, Игоря предупредили, что посты полиции не только следят за порядком на дороге, но и собирают мзду с проезжих. Перечислять полицаям деньги не рекомендовалось. Просто ни один русский водила, этого делать не будет. Мзду полицаям платили фирмы-посредники. Дай русский водила полицаю "на лапу" и тогда у них сразу возникнут подозрение о том, что дело тут нечисто. С чего бы это высокомерные "совки", никогда не считавшие обитателей россиянских анклавов за людей, так засуетились? Мзду они возьмут, но и "хвост" повесят. А это нежелательно. Поэтому, останавливаемся, спокойно отвечаем на заданные вопросы и двигаемся дальше. Пока что на приемный склад заказчика. И не забываем следить за работой
приборов.
        За оставшееся время стажировки, Игорь с напарником ездили на терминал пять раз. В принципе ничего необычного не произошло. С результатами инструментальной разведки, сейчас возились прикомандированные к штабу топографы и аналитики Второго Отдела. Обработанная ими информация, уйдет в электронные недра "Стратега". Пока, ничего важного или тревожного найти не удалось. Но ведь это только начало. Скоро, с точно таким же заданием уйдет следующая группа стажеров. А Игорь и другие стажеры вернутся в свой отдел. Жаль правда, что "отвальной" так и не было. Ничего, это в следующий раз. А вот старшинские лычки, он "обмоет" в своем отделе. Чтоб крепче держались. А затем начнется рутина. Но вот в кабинете ли? Судя по всему, Терминал?1, это уже предмет его постоянного внимания. Жаль, что своей агентуры у нас там нет. А почему ее нет? Да потому, что этим еще никто не занимался. А надо бы! Вот только как ее вербовать?
        Такой же вопрос задавал себе и Субудаев. Получены результаты первого разведывательного поиска. Но это не те результаты, которые ему были нужны. Во-первых, поиск был произведен на пяти терминалах из девяти, а во-вторых, результатом поиска стал подробный план терминалов и их окрестностей. Этого недостаточно, чтобы планировать операцию по захвату объектов. Пока что неизвестно даже назначение всех сооружений. Неизвестны ни планы вероятного противника, ни его реальные возможности, ни заготовленные противником сюрпризы для нападающих. Но польза все-таки есть. Разведчики взглянули на объекты воочию и полученные результаты можно использовать для занятий с командирами штурмовых подразделений. Пока что на симуляторах. Впрочем, если вести разведку непрерывно, то собирая по крохам информацию, можно узнать многое.
        Предстояло решить и другую проблему. Отделы штаба потихоньку разрастаются. Семеныч уже на части разрывается, чтобы наладить их работу. Пора уже снимать с него часть забот. Отделам нужны начальники. Ну с первым отделом, Семеныч сам разберется. Да и с остальными тоже. Это ведь чисто его епархия. А вот с Разведывательным Отделом, нужно было решать вопрос совместно. Оставлять этот важный отдел без начальника было нельзя. Опытного, грамотного, авторитетного кандидата на этот пост у нас не было. Значит нужно искать перспективного. Такого, который со временем сможет приобрести необходимые качества. Беда была еще и в том, что мы сами не знали тонкостей этой работы. Что-то подсказать могли, но вот именно "что-то". А так, учителя из нас были плохие. Значит, весь расчет на то, что кандидат на эту должность, сам, в короткий срок, сумеет освоить эту работу. Как всегда, весь расчет на смекалку. А что еще делать?
        Не откладывая дела в долгий ящик, я собрал в своем кабинете Коробова и Салчака, обрисовал им проблему и предложил подумать над кандидатурой. Первым высказался Салчак:
        - Товарищ майор, из тех, кого мне присылали на стажировку, наиболее подходит Хюммель.
        - Обоснуй.
        - Спецназовец из него конечно не очень то и выйдет, но нашу работу он понял лучше всех. Уважение у ребят завоевать сумел. Мысли высказывал дельные. Никогда не мямлит, Аккуратен, инициативен, соображает мгновенно. Почти не теряется. В общем, качествами разведчика обладает в полной мере. На всех наших "подставах" ни разу не споткнулся. Я считаю, что он, как начальник, для меня подходит.
        - Понятно. Теперь Вы, Михаил Семенович.
        - Молодежь у меня сейчас работает талантливая, хоть я им об этом и не говорю, но Хюммель - один из лучших. Я, честно говоря, хотел перевести его в Оперативный Отдел. Там он смотрелся бы очень даже неплохо. Но раз Павел Степанович говорит, что согласен иметь Хюммеля своим начальником, то я только поддержу его предложение.
        - Хорошо, вот только дайте ему свою характеристику.
        - Она проста. Прирожденный офицер генштаба. Что это такое, Вы знаете. По личным качествам - скорее пруссак, чем русак.
        - Прекрасно! Тогда подготовьте к 17 -00 проект приказа о назначении Хюммеля на должность и к 18 -00, направьте мне его на собеседование.
        Ровно в 18 -00, Хюммель был у меня.
        Беседа с ним длилась довольно долго. Я рассказал ему о канувшей в небытие ГРУ. О прежней славе этой замечательной организации. О ее триумфах и развале. А потом я сказал ему:
        - В общем так, Игорь, если я что-то предлагаю людям, то всегда им даю возможность подумать и отказаться от моего предложения. Если ты чувствуешь, что не справишься, то откажись. Слишком серьезное дело я тебе предлагаю. Откажешься - избавишь себя от позора. И я не хочу, чтобы первым руководителем был неудачник. Согласишься - я тебя жалеть не стану. С этого поста, люди просто так не уходят. Знаешь, был раньше в разведке такой обычай - тому, кто очень сильно подвел, вручался пистолет. С одним патроном. Потом его оставляли одного. У нас этот обычай будет обязательно. Запомни это.
        - Буду знать. Но я не стану отказываться. Позор говорите? Дед мне говорил, что позор и слава, под ручку ходят. Вот только слава к трусам не пристает. Подумать, я уже подумал, поэтому готов взвалить на себя все, чем нагрузите.
        Его ответ, мне понравился. И потому, выложив на стол проект приказа, где уже красовалась подпись Коробова, я утвердил его еще и своей подписью.
        - Читай приказ и распишись на обратной стороне о том, что ознакомлен.
        После этого я продолжил:
        - С этой секунды, Игорь Севастьяныч, ты получил в свои руки огромную власть. Гораздо большую, чем начальники других отделов нашего Полевого Штаба. Над тобой только три командира: полковник Коробов, я и император. Больше ты никому не подчиняешься. Смотри, не заиграйся. СМЕРШ, конечно еще слаб, но попадать к ним на допрос, я тебе не советую. Теперь о главном. Разведка у нас сейчас в зачаточном состоянии. Какой она станет в ближайшем будущем, теперь зависит от тебя. По секрету скажу тебе: через год мы ожидаем войну. И мы очень хотим, чтобы враг нам не сумел преподнести неприятные сюрпризы. Поэтому, не позднее, чем через полгода, для нас не должно существовать никаких тайн на этой планете. Как ты это сделаешь, я не знаю. Думай сам. Сам налаживай работу всех видов военной разведки. Сам готовь нужные кадры. Сам создавай материальную базу. В том, что зависит от нас - мы поможем, но нянек больше у тебя не будет. А теперь, иди и представляться Коробову, в связи с назначением на новую должность. Успехов тебе старшина!
        Глава 18
        УЗНИК "СЕРПЕНТАРИЯ".
        А вообще, невзирая на творящийся бардак, новая работа Джонатану нравилась. Здесь он увидел реальную возможность стать лидером проекта. А это гораздо интересней, чем рутинная проработка второстепенных узлов, что оставляют на долю рядовых исполнителей, корифеи этого дела. То, что коллеги его, расслабились от отсутствия руководящей и направляющей воли, его нисколько не сбивало с рабочего настроя. Он понимал, что когда заказчик поинтересуется достигнутыми успехами, в выигрыше будет тот, кто сумеет выполнить к тому времени, наибольший объем работ. Похоже, что эту истину понимал только он. Остальные обитатели "Серпентария" постепенно снижали обороты. Все больше времени они проводили во взаимных склоках. Кое-кто, даже начал топить своих коллег, "исповедуясь" тайком Джулии. Джулия, все эти доносы внимательно выслушивала и что-то вносила в свой рабочий планшет. Действенной реакции на эти доносы, пока не было. Но Капруччи не сомневался, что она последует. Рано или поздно. Просто Джулия накапливает "материал" для доклада своему начальству. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять: скоро все взвоют!
        Джонатан, во все эти дрязги не лез. День изо дня он усердно работал над проектом. И вовсе не потому, что боялся репрессий. Ему был очень интересен конечный результат. Он очень хотел оставить после себя заметный след в этой жизни. Ведь впервые, не ему диктовали свои варианты проектирования, а он сам выбирал варианты решения возникающих проблем. Он наслаждался процессом творчества! Его нисколько не раздражал плохо налаженный быт. Он на это не обращал внимания. Самыми лучшими минутами нынешней своей жизни, он считал время, проведенное за работой. Была бы его воля, он бы вообще не покидал своего рабочего места.
        Увы! Режим есть режим! В этом вопросе Джулия была непреклонна. Как только подходил к концу рабочий день, она всех выпроваживала восвояси. Взять работу "на дом", тоже было против правил. И приходилось с этим мириться, хотя лучшие мысли, как назло приходили именно в конце дня! Капруччи терпел и подчинялся этим правилам. Но терпение его лопнуло к концу второго месяца.
        Как обычно, Джулия, объявив об окончании рабочего дня, начала следить за тем, как инженеры покидают помещение. Сперва, Джонатан, увлеченный своим делом, не услышал сделанного объявления. Когда ему повторили его второй раз, он только пробормотал: "Сейчас! Сейчас!" - но от работы так и не оторвался. Тогда Джулия, которая всегда уходила последней, подошла к нему и сказала:
        - Сеньор Капруччи! Я прошу Вас покинуть помещение, рабочий день подошел к концу.
        - Мисс Джулия! Почему я не могу работать сверхурочно? Мне для детальной проработки своих идей, не хватает рабочего времени! Я согласен больше времени посвящать работе! Я не прошу за это прибавки к жалованию! Почему я не могу работать один?
        - Просто потому, что это против установленных здесь правил. А еще потому, что я устала, нуждаюсь в отдыхе и не могу оставаться здесь ради каприза одного человека!
        - Она устала! - Джонатан начал заводиться всерьез, - Она видите ли устала! Что Вас так утомило? Сплетни с этими бездарями, лодырями и неудачниками? Да вы бездарно тратите тут свое время, не принося никому пользы! А когда, человек, который неплохо понимает в своем деле, просит разрешить ему поработать еще немного, она ему заявляет что устала! Вы хоть понимаете, чем я тут занят? - Джонатан разорялся еще долго. А вот Джулии, присущая ей выдержка не изменила. Она с веселым интересом посмотрела на разбушевавшегося Капруччи и заявила:
        - Сеньор! Да вы настоящий итальянец!
        Что такое "итальянец", Капруччи не знал. И приготовился дать отпор тупой самке, что обзывает его незнакомым словом, но перебить Джулию оказалось не просто:
        - Сеньор! Я могу дать Вам небольшую поблажку и не препятствовать Вашему желанию поработать. Я даже останусь вместе с Вами, ибо не могу покинуть помещение, где идет работа. Но только, если Вы меня сумеете убедить, что действительно это принесет нам пользу. Итак, объясните мне, чем Вы так увлечены и почему именно это принесет нам пользу.
        Тут Джонатан и задумался. Коллеге, он легко сумел бы объяснить суть решаемой проблемы. Талантливому коллеге, даже объяснять ничего не потребовалось бы. Чтобы оценить красоту замысла, достаточно взглянуть на чертежи. А вот как это втолковать дилетанту?
        - Мисс! Я не знаю, смогу ли я Вам понятно объяснить? Вы кто по образованию?
        - Педагог. И притом гуманитарий. Но пусть это Вас не беспокоит. Мой опыт говорит о том, что если специалист, не сумел в течении пяти минут, объяснить пятилетнему ребенку, суть выполняемой им работы, то это не специалист, а шарлатан. Ну как сеньор? Будете мне объяснять, или прекратим разговоры?
        Вот ведь поддела стерва! Но объяснить нужно. Иначе, не получится ничего в жизни добиться. А быть хроническим неудачником, Джонатану надоело. Заикаясь и запинаясь от волнения, инженер начал рассказывать, стараясь говорить доступно. Впрочем, Джулия умела слушать, причем внимательно и с интересом. Это успокоило и дальнейшая речь текла свободно. Увлекшись, Джонатан потратил не пять минут, а целых полчаса. Но это неважно! Видно было, что женщина его прекрасно поняла.
        - Ну что же сеньор, Вы меня убедили. К сожалению, сегодня я не могу пойти Вам навстречу, но Вы не расстраивайтесь. Я прямо сейчас пойду к своему руководителю и постараюсь его убедить. Думаю, что у меня это получится. Завтра, никаких препятствий у Вас не будет. А сейчас, давайте покинем это место. До завтра, сеньор Капруччи!
        ДОКЛАД.
        - Геннадий Леонидович! Среди того мусора, что набрали для нашего КБ люди Фроста, нашелся любопытный экземпляр. Это Джонатан Капруччи. Ранее я о нем Вам докладывала. Разработанная им компоновка корабля, нами оценивалась как перспективная. Впрочем, от этого замысла он уже отказался. Говорит, что это не решит нужным образом наших проблем.
        - Джулия! У него есть, что предложить взамен? - подал голос присутствовавший шеф Джулии, Аркадий Львович Зимовин.
        - Есть! Вот смотрите на эти эскизы. Джонатан, прекрасно понял, что судостроительных мощностей у нас нет. А мы заказали проектирование трех разных по назначению кораблей. Он уверяет, что для воплощения замысла в жизнь, мы должны построить три разных головных цеха. На такую работу у нас уйдет уйма времени, причем, третий цех мы сумеем ввести в строй не ранее, чем через десять лет. За это время, проектируемые ныне корабли, морально устареют.
        - То есть, по его мнению, нам не стоит и связываться сразу с тремя типами кораблей? - досадливо перебил Джулию Хвостов.
        - Нет, он так не считает. Он считает, что если нам нужны сразу три типа, то менять планы не стоит. Стоит найти решение, позволяющее сократить время проектирования, строительства и ввода в строй кораблей.
        - И он нашел нужное решение?
        - Пока он нашел решение, позволяющее существенно сократить сроки проектирования. Для следующей стадии - строительства кораблей, нужное решение он найдет только в результате совместной работы с технологами.
        - Это серьезно? Я имею в виду решение.
        - Более чем. Смотрите сами, мы заказали проект на три корабля, как я уже говорила, разного назначения. Капруччи нашел возможность стандартизировать изготовление всех частей кораблей, причем так, что у кораблей общая архитектура. Отсеки, где располагаются маршевые двигатели, энерго-силовой отсек, распределительный отсек, образуют оболочку вокруг обитаемых помещений. Следующий пояс - это шлюзовые и коммуникационные отсеки различного назначения. И наконец, наружный пояс - отсеки основного технологического назначения. Обратите свое внимание на то, что геометрические параметры поясов и ядра, что у разведчика, что у крейсера, что у транспорта - совпадают. Более того, начинка поясов, кроме внешнего, практически совпадает. Получаются что разные корабли, мы можем собирать, используя сборочные модули, стапеля и монтажную оснастку одного типа. В процессе строительства, мы можем оперативно изменить назначение строящегося корабля.
        - Слушая Вас Джулия, можно подумать, что Вы сами конструируете эти корабли. Даже не заподозришь в Вас гуманитария, - сделал комплимент Зимовин.
        - У меня, Аркадий Львович, хорошая память и привычка внимательно выслушивать собеседника. К тому же, Джонатан умеет интересно и понятно все объяснять.
        - Значит так друзья мои, - выдержав паузу, Хвостов перешел к постановке задачи, - То, что в "Серпентарии" бардак, удивляться не стоит. Мы этих людей раньше не знали, а потому, дали им немного воли, чтобы они показали себя во всей красе. Теперь, пора с них требовать результат. А результат, как я понял, есть только у Капруччи. Как Вы думаете, Джулия, он подойдет нам, как руководитель проектных и конструкторских работ?
        - При нашей активной поддержке, он с этой задачей справится.
        - Это обеспечим. Вы Джулия, теперь будете у Капруччи правой рукой, надежным тылом и даже подругой. Проще говоря, главный администратор этого направления работ. Одну мы Вас не бросим, дадим Вам помощников из новоприбывших людей. Все вместе, вы должны сделать из этой кучи придурков, дееспособную команду. Меры воздействия - на Ваше усмотрение. Вы Аркадий Львович, должны дать взамен Джулии, нового режимщика, да не одного, а с помощником. Теперь по Капруччи. Ему стоит придать официальный статус. Что хотите делайте, но он должен подать на мое имя прошение о зачислении его на службу в наш Военно-Космический Флот. Это обязательно.
        РОВНЫЙ СТРОЙ ГАДЮК.
        Данное ему обещание, Джулия выполнила очень быстро. Уже на следующий день, Джонатан получил возможность работать столько времени, сколько его душе будет угодно. В присутствии покровительницы конечно. Впрочем, возникли обстоятельства, о которых он и думать не мог. Когда он вволю наработался и собрался уходить, режимница пригласила его к себе в гости. "Для разговора не при посторонних" - именно так она и сказала. Дальше, события закрутились стремительно. Приняв гостя у себя, Джулия недолго с ним беседовала. Бедняга и опомниться не успел, как оказался в ее постели. Задуматься о случившемся, чертовка ему не дала. Утро Джонатан встретил, так и не отойдя от ночных впечатлений. На работу он явился в состоянии легкой эйфории, что вовсе не снизило его работоспособности. Он даже не заметил, как кончилось его рабочее время. Оставшаяся с ним сверхурочно Джулия, сидела рядом с ним и болтала. Странно, но это совсем не отвлекало его от дела. Более того, ее болтовня, создала вполне комфортную для работы обстановку. Капруччи, смог даже поддерживать между делом беседу:
        - Джулия! А что за слово, которым ты меня вчера обозвала? Как его там? А вот: "тальянец"!
        В ответ раздался смех:
        - Джонатан! Не смеши! Я не обозвала тебя, а назвала. Ты настоящий итальянец! Поверь, это хороший комплимент! У тебя не только характер итальянский, у тебя и фамилия подходящая!
        - Это что, какое-то реликтовое племя?
        - Нет дорогой! - тон собеседницы стал серьезным, - это очень древний народ, который есть и поныне. Остатки нас, сейчас живут на Немезиде. Вряд ли ты слышал об этой планете. Населяют Немезиду, в основном русские…
        - Постой! Русские… Так это же маньяки, которые чуть не уничтожили нашу цивилизацию! И ты значит тоже из них?
        - Успокойся! Я не из них. Я рядом с ними.
        - Так значит, я работаю в данный момент на врагов всего человечества?
        - О Мадонна! Как же вам промыли мозги! Ты хоть знаешь кто создал первый межзвездный корабль?
        - Знаю. Айван Шарунов. Только к чему этот вопрос?
        - Погоди! А кто создал технологию спуска и подъема кораблей на поверхность планет?
        - Но это всем известно! Бэзил Лавреньтьев.
        - Это русские Джонатан! Ты назвал имена русских конструкторов! Именно эти "маньяки" открыли путь человечеству к звездам! Именно они и проложили первый маршрут в Галактике. И потому, их постарались уничтожить. Я народ имею в виду. Испугались, что русские, став монополистами, подчинят себе всех. Я знаю, что написано в ваших учебных материалах по истории. Вот только там ложь! Русские не были гегемонами на материнской планете. Да, владение подобными технологиями, могло сделать их самым могущественным народом. Вот только, они себе на беду, предложили сотрудничать всем, кто хотел рвануть к звездам. Это их и погубило.
        - Дорогая! Но ведь это и так стало достоянием всего человечества. Ведь никто не был ущемлен.
        - Это потому, что сразу справиться с русскими не удалось. Пришлось привлекать другие значимые народы. Естественно, платой за участие в войне, стал доступ к трофейным секретам. Тогда, победителям достались в качестве трофеев многие тайны побежденных, включая самих разработчиков новых технологий.
        - А побежденных, значит удалили с Земли. Но ведь как я понял, ты не из этих…
        - Не из этих. Я итальянка. Жительница Латинской Марки. А там не только мы. Испаноязычных тоже хватает.
        - А почему тогда вы там оказались?
        - А потому, что тот мир, что навалился на русских, не был образцом совершенства. Не все в нем захотели стать тупым стадом на поле хозяев жизни. Небольшое количество жителей Старого Мира, вполне сочувствовали русским. Часть этих людей приняли активное участие в борьбе против Семей. Разведчики, диверсанты, контрабандисты… Победители, потом всех, кого им удалось схватить, отправили вслед за побежденными.
        Джонатану стало не очень уютно. Выходит, его наниматели, это мечтающие о реванше фанатики. И откровенничала Джулия неспроста. Что-то ей от него было надо. Даже не ей. Тем, кто стоял за ней, нужно было что-то важное именно от него.
        - Джулия! Скажи мне честно… Все мы… В общем всех нас отсюда не выпустят?
        - Не говори ерунды! После выполнения условий контракта, вы все уедите домой. Кроме тех, кто решит остаться.
        - Ты хочешь, чтобы я остался? Значит, ты поэтому со мной…
        - Именно поэтому! И еще потому, что ты мне нравишься! Удивлен? Только я никогда не вру! А потому, ты должен решить все сам. Или ты остаешься со мной, или я провожу тебя через три года к твоей мамочке!
        Врет или не врет? Как это понять? Первая в его жизни женщина, для него это значимо. А с другой стороны, ведь она может и с ним потом уехать. Зачем ей здесь оставаться?
        - Джулия! А может, вместе уедем? Ко мне домой… Ну, когда контракт будет выполнен…
        - Милый мой! Я не смогу жить у вас. Совсем не смогу. Мы настолько от вас отличаемся, что ты и представить себе не можешь. Я хочу жить в своем, дорогом мне мире. А этот мир не похож на ваше сонное царство.
        Ох, не хотелось больше говорить на эти темы. Пришлось перевести разговор на нейтральные темы:
        - Ты, кстати, не рассказала мне о своем народе совсем ничего.
        Вот дальше, слушать было намного интересней. Рассказчицей она оказалась неплохой. Она рассказывала ему о народе, что веками поставлял для всего цивилизованного мира ученых и инженеров, архитекторов, художников и скульпторов, моряков, купцов, ремесленников… Народ, сумевший в Темные Века сохранить драгоценные знания. И все это было растрачено на пользу других народов. Ему льстило, что он оказывается тоже имеет отношение к этому народу, в этом Джулия его уверяла со всей серьезностью.
        А потом снова была ночь, проведенная с ней. Видимо старые сказки о ведьмах-соблазнительницах были вовсе не сказками. Всю неделю, Капруччи жил в двух измерениях разом. И работал плодотворно, и отдыхал неплохо. Коллеги, конечно заметили это и поняли причины произошедших с ним изменений. Однако кроме перешептываний и гнусных ухмылок, больше ничего себе не позволяли. Еще бы! Джулию они побаивались, а потому вели себя осторожно.
        Через неделю, так и не пришедшего в себя инженера, она затащила на прием к местным боссам. В итоге, обалдевший Капруччи, подписал все, что от него потребовали хозяева. В одно прекрасное утро, Петр Аркадьевич Зимовин, представил обитателям "Серпентария" их нового начальника. Так Джонатан Капруччи, стал матросом Военно-Космического Флота. А заодно и главным инженером проекта.
        То, что вольная жизнь кончилась, конструктора ощутили на следующий день. Всем были нарезаны конкретные задачи. Никаких возражений, новое начальство слышать не желало. Попытки игнорировать распоряжения, были пресечены сразу. Оказывается, на обитаемой станции, существовала такая чудесная вещь как карцер. Ранее, туда сажали только проштрафившихся работяг. Ненадолго, максимум на неделю. Теперь выяснилось, что и "высоколобым" путь туда не заказан. Первые четыре строптивца, проведя там ночь среди буйной "монтажни", больше туда не захотели. Самым упертым оказался Майкл Денсе. Карцер его нисколько не исправил. Более того, обозлившись на тиранические заскоки своего коллеги, он пытался организовать из недовольных фронду. Безуспешно. Не те людишки! Часть инженеров давно мечтали хоть о какой-то определенности и применяемые строгие дисциплинарные меры, восприняли спокойно. А несогласные, после первого вразумления, нарываться на репрессии побаивались. Вместо этого, они стали чаще обычного "исповедоваться" перед новой сотрудницей режимного отдела. Впрочем, и ставшую влиятельной Джулию, они тоже не забывали. Еще
бы! Любовница непосредственного начальника, могла при желании облегчить участь любого из них. Главное, правильно подмазаться к ней, тогда гроза и минует! А то, что Джулия может осадить вспыльчивого Капруччи, они нисколько не сомневались. Правда, они не знали одной тонкости. Будучи неплохим педагогом, пассия начальника, заранее оговорила с любовником стиль административной работы.
        - Милый! Я думаю, что тебе многих захочется просто разорвать на части. Только перегибать палку не стоит. Прежде чем буйствовать, посоветуйся сперва со мной. Поверь мне, я сумею правильно выбрать меры воздействия. С кого-то хватит и простой доверительной беседы, этими я займусь. Ну а кого-то нужно будет примерно наказать, этих ты накажешь. Этакая игра в злого и доброго следователей. Дело делаем одно, а средства воспитания разные.
        Джонатан прислушался к этому совету. Благодаря ему, наказывал он не сразу, а посоветовавшись с милой в приватной обстановке. Это пошло ему на пользу. Когда он был недоволен, все это видели. А вот как он накажет - можно было только гадать. Хорошо, если только накричит. Это считай пронесло. А вот если сдержался, значит дела твои плохи. Ожидание наказания, заставляло коллег нервничать и раскаиваться в содеянном. Многим начало казаться, что вовремя сделанный донос, облегчит их участь. Увы! С доносами знакомилась не только Джулия. Джонатана тоже она знакомила с ними. Уважения к коллегам, это ему не добавляло. И жалости к ним, он теперь не испытывал.
        Только Майкл Денсе, до кляуз не опускался. Он конфликтовал открыто. Чем и заслужил некоторое уважение у начальства. Но осадить его было нужно. Поэтому, исчерпав все меры воздействия, заботливое начальство подвергло его экзекуции. В прямом смысле этого слова. Ничего плохого, в своевременном применении телесных наказаний, русские педагоги не видели. Главное, чтобы они шли на пользу. А потому, применяли их в своей практике. На строптивого Майкла, Джулия смотрела как на великовозрастное дитё, которого родители вовремя не накормили "березовой кашей". Вот это она и посоветовало Джонатану исправить. Публичная порка, произведенная на глазах у коллег, совсем уж строптивца не исправила. Но фрондировать он перестал. Теперь он старался доказать всем свое превосходство, именно в профессиональной сфере. Споры с начальником, стали даже более бурными. Вот только польза от этих споров была. Майкл оказался вовсе не бездарью и предложить хороший вариант решения проблемы, умел. Поэтому, он стал в "Серпентарии" единственным человеком, способным спорить с начальством без неприятных для себя последствий.
        Другим стабилизирующим фактором, послужило появление в КБ учеников. Их привезли с Немезиды. Это были недавние выпускники технических ВУЗов. Конечно, знаний у них в этой сфере было маловато, как соответственно и опыта, но зато других качеств хватало с избытком. Трудолюбие и дотошность, сочеталась со стремлением к импровизации. Дисциплина и обучаемость, тоже на высоте. В общем, они напоминали тех легендарных итальянских инженеров, о которых рассказывала Джулия. Относясь с почтением к чужому опыту и знаниям, они тем не менее никогда ни перед кем не заискивали. И как оказалось, неплохо умели себя вести в хорошей компании. В общем, на узколобых фанатиков они не смахивали. Кстати, с Джулией они вели себя приветливо и уважительно. Как узнал Джонатан, уважение к учителям, это свойственная русским черта.
        ПОЛИГОННЫЙ ОСТРОВ. КОСМОНАВТЫ В ОКОПАХ.
        Какие только сюрпризы не преподносит жизнь. Год назад, нам отдали на растерзание очень любопытных людей. Вместе с очередным набором рекрутов, прибыло полтора десятка человек зрелого возраста. Никто из них не знал русского языка. Но и это не было удивительным. Все они, вопреки принятым правилам, имели воинские звания. Сопровождавший их один из секретарей императора, в приватной беседе со мной прояснил ситуацию:
        - Это Иван Руссиянович, скажем так, иностранные волонтеры. Опыт военной службы они имеют, правда не на поверхности планет. Воинские звания у них настоящие, заслуженные, а потому мы решили их за ними оставить. С государством своим они в ссоре, так что подались к нам.
        - Причина, по которой они в ссоре со своими государствами, уважительна?
        - У большинства да. Остальных просто выгнали за реальные грехи. Это мы проверили в первую очередь. Впрочем, Вам с ними служить придется не больше года. Потом они будут служить на флоте.
        Вот такие пирожки с котятами.
        На следующий день, я вызвал для беседы двоих из этой команды, тех, кто имел офицерские звания. Когда старший лейтенант Гело и лейтенант Крюгер, вощли в мой кабинет, то Субудаевская и Аверковская части моей души, испытали от их появления, серьезный шок: "И они считают себя военными людьми!" Нет, я не сторонник пустой парадности, и не формалист. Я не фанат строевого плаца. Но воин должен выглядеть воином! Вы обращали внимание на походку воина? Воин, даже если не знал строевой муштры, НИКОГДА НЕ ШАРКАЕТ НОГАМИ! Его походка легка и свободна, равновесия при ходьбе, он никогда не теряет. Первое, чему учат воина - это правильно ходить. А эти два чуда? Слов нет! Ну ничего ребятушки, мы это быстро исправим! Строевой плац, полоса препятствий и марш-броски, быстро объяснят вам, КАК нужно ходить по земле. Но и это не все. Как они одеты! Это же смех! Какой идиот им нацепил погоны? Если не поняли о чем речь, то поясню. Дело не в нарушении формы одежды, которой в Средние века не было совсем. Просто на воине все сидит ЛОВКО! Ни одежда, ни снаряжение его не сковывают. Они не цепляются за препятствия, они не
сползают с него во время движения. На нем ничего не гремит и не звенит. Потому, что он все это УМЕЕТ носить. Эти с позволения сказать "военные" выглядели как чучела, совсем не знакомые с армией. Пустое щегольство тут не нужно. Нужно просто помнить, что одежда на войне, это защита твоего тела от непогоды и царапин. Но только, если ее правильно носить. Они понятия не имеют, как это делается. Ну ничего, научим! А не согласитесь, значит заставим! На марш-броске, вещи сами вам объяснят то, что не сумел объяснить сержант. А не поможет и это - "губа" еще не таким доходчиво все объясняла. А уж незнание воинского этикета… Ладно, времени на зубрежку уставов у них хватит.
        Строить и равнять я их не стал. Этим займутся другие люди, но разговор я с ними повел не так, как ранее хотел:
        - Товарищи офицеры! Поздравляю вас с новым местом службы. Надеюсь, что сработаемся.
        А в ответ… В общем блеянье и мычание. Ладно, не все сразу.
        - Сразу вынужден вас предупредить, что честно заработанные вами воинские звания, в течении всего периода обучения, служебного значения иметь не будут. Более того, в связи с требованиями режима секретности, я требую, чтобы вы не афишировали их. На все время обучения, вы просто волонтеры. Следующее. Вы подчиняетесь назначенным вам инструкторам. Это не обсуждается! И последнее. Вместе с вами, в составе вашей учебной команды будут проходить службу наши люди. В дальнейшем они поступят в ваше распоряжение. Все! Можете быть свободны!
        Они вышли, а я задумался. Неправильно мы формируем это подразделение. Совсем неправильно! Нельзя держать вместе наемников и добровольцев. Только деваться нам некуда. Своих космонавтов у нас нет. Пока свои выучатся да наберутся опыта. В какую цену это станет? И что делать тут? По уму, если не уверен в исполнителях, бери все это под свой контроль. А как? Я ни разу не адмирал. Я ничего не понимаю в космических сражениях. А хотя… мне и не нужно становиться адмиралом. Чтобы уметь видеть их ошибки, мне нужно стать хотя бы мичманом. Значит стану. Как? Эти ребята мне и помогут. Просто у них и у меня, будет меньше свободного времени. Ну, ничего! Зато потом, они будут точно знать уровень моей осведомленности. А это уже достаточно, чтобы с моим мнением считались.
        В тот же день, началась учеба в этом необычном подразделении. К счастью, конфликтов между нашими добровольцами и наемниками не возникло. Некогда было тратить время на конфликты. Тут уж наши сержанты и ефрейторы постарались на совесть. Подопечные были взяты в ежовые рукавицы. Всю "прелесть" военной службы, они ощутили в полной мере. И было им это настолько физически тяжело, что на нарушения дисциплины, у них не было ни сил, ни желания. Вообще, я недоумевал, почему им не привили самых элементарных навыков? Когда я спросил об этом у Джеронимо Гело, то он мне ответил так: Оказывается, В ВКС Сообщества, не предусмотрено участие личного состава кораблей в боевых действиях на поверхности планет. Этим занимается армия. Правда, представление о тактике действия войск им дают, но все занятия проходят на симуляторах в виртуальном режиме. Единственно, что они отрабатывают на практике, так это абордажные и противоабордажные операции. Потому они так беспомощно и выглядят на поверхности.
        Свое намерение, получить знания по ведению боя в космосе, я претворил в жизнь. Каждый вечер, в течении двух часов, Джеронимо "гонял" меня в симуляторном зале. Нужно сказать, что объяснять непонятное, у него получалось неплохо. Впрочем, больших успехов я в этом не добился. Мои надежды на то, что получится разбираться в этом деле на уровне мичмана, не осуществились. Во-первых, год - это мало. Джеронимо учился в своей академии целых шесть лет. Во-вторых, мне элементарно не хватало необходимых базовых знаний. Но здесь пока ничего поправить было нельзя. В этом, наши подчиненные намного превосходили и меня, и Семеныча. Ну а в-третьих, закрепить на практике то, что я усвоил, не было никакой возможности. Так что мало помогли мне эти занятия. Правда, как сказал мне Гело, аттестовать меня на уорент-офицера, после прохождения стажировки, уже можно. Ну, хоть не совсем дуб! И то хорошо.
        После годового обучения, мы приняли новый набор кандидатов в ВКФ. На этот раз никаких иностранцев не было. Обычные парни и девчонки. Все они имели хорошее образование. Энергетики, робототехники, связисты и многие другие подходящие флоту специалисты. И снова освоение пехотной науки. Спросите, зачем мы это делаем? Причин две. Первая, это воспитательная причина. Человек, успешно преодолевший возникшие трудности, всегда устойчивей в бою и решительней. А вторая причина состоит в том, что они во время внезапно возникшей войны, могут оказаться в отрыве от своих. В отпуске например. И никого рядом не будет, кроме слабо обученных ополченцев. И будут эти ополченцы смотреть на него с огромной надеждой, ведь он военный человек. Он же должен знать, что и как делать. А что ему делать? Лепетать, что он не пехотинец, а космонавт? Что вот если бы он был на корабле то о-го-го! А так, только о-хо-хо! Мы не собираемся бросать ценных специалистов в наземный бой, но в случае чего, сделаем это без колебаний. Значит мы должны быть в них уверены, что справятся, не подведут и теряться от собственной беспомощности не
станут. Как не стали теряться и паниковать их далекие предки под Одессой и Севастополем.
        Глава 19
        ПОСЕЛОК ЦАРЕВО. СТАВКА ВГК.
        Сегодня я, Михаил Семенович и глава нашего департамента, присутствуем на совещании в Ставке ВГК. Это первое наше совещание в этом месте. За два года, в поселке Царево, который еще недавно был простым местом отдыха для лиц, приближенных к императору, возвели комплекс подземных сооружений. Узел правительственной и военной связи, система искусственного интеллекта "Политик", энергостанция, служебные здания и сооружения и системы жизнеобеспечения, все это теперь действовало.
        Кроме нас на совещании присутствуют князь-кесарь, канцлер, глава Тайной Канцелярии и президент Академии Наук.
        Мы слушаем доклады присутствующих. И давимся от зависти и досады. Невзирая на свои громкие названия, ни ГРУ, ни СМЕРШ, похвастаться большими успехами пока не могли. Какую то информацию они конечно нам давали, но это не шло ни в какое сравнение с теми сведениями, которыми нас снабжали другие службы. Большую часть необходимой информации, мы получали от людей Ежевского. А что тут удивляться? Тайная Канцелярия существовала уже давно. Развитая агентурная сеть на Немезиде и вне ее, опытные оперативники и аналитики, плюс взаимодействие с Академией Наук, свое дело делали. Еще один поток важной информации, шел от канцелярии императора. Где она добывала эти сведения, никто не знал. Но характер предоставляемых нам сведений, говорил о том, что на нее работают очень непростые и хорошо осведомленные люди. Вот и сейчас, они знакомят всех нас с теми изменениями, что произошли в Вооруженных Силах Содружества.
        Итак, "Вилюйская Бойня", даром для содружества не прошла. Части и подразделения, участвовавшие в ликвидации Русской Православной Общины, показали недостаточную эффективность и боеспособность. Это не прошло мимо внимания хозяев Содружества и они приняли срочные меры. Боевые части сухопутных войск, проходят срочное перевооружение. Плохо показавшее себя в боях на поверхности лучевое оружие, теперь оставляют для боевых действий внутри орбитальных станций и для абордажных групп. Наземные части вооружают кинетическим оружием. В частности пехота уже получает рельсотронные ружья. Но и это не все. Убедившись, что боевые действия придется вести не только в районах плотного проживания людей, но и в малолюдных труднодоступных местах, "сообщники" заказали совершенно иную боевую технику. Теперь, помимо классической бронетехники, начали широко внедряться боевые мини-роботы. Причем, в огромных количествах. Огневую поддержку каждого бойца, будет осуществлять пять боевых мини-роботов. Но и это не все. Тяжелая бронетехника тоже не избежала внимания. Вместо классических танков, поддержку пехоты будут осуществлять
полностью роботизированные тяжелые штурмовые системы. Координировать их действия, будут экипажи машин управления. А артиллерия? Да она давно уже полностью роботизирована, но теперь и она получила в свое распоряжение новые комплексы управления огнем. Эффект от этих мероприятий огромный. Механизированный батальон Сообщества, это уже не тактическое подразделение. Это уже оперативно-тактическое соединение типа старого механизированного корпуса. Все наши потуги, по созданию армии, кажутся мышиной возней, на фоне этих гигантских приготовлений.
        Кстати, наша возня с созданием армии, незамеченной не прошла. Сперва ей не предавали особого значения, считая, что все наши приготовления несерьезны. Но после эскапад Постниковского, что имели место быть в год проведения Спартакиады, подпиндосники забеспокоились. Действия своей полиции и охранных структур, они признали неудовлетворительными. И те и другие проходят реорганизацию. Судя по имеющимся у нас сведениям, нам придется иметь дело с силой, способной вести не только карательные мероприятия. В общем подкузьмили наши патриоты. Правда, теперь все утихло. Неспроста мне сбагрили футбольных фанатов. Да и Постниковский теперь выведен из игры, после того, как им занялся СМЕРШ. Нет, устранять его никто не стал. Ему и всему активу ЛТПР вручили повестки о призыве в армию. Уклониться от призыва он не мог, а потому сейчас трамбует плац на Полигонном острове.
        В Конце совещания, мне и Семенычу, было предложено обдумать услышанное и родить что-нибудь полезное.
        ТРИ ДНЯ СПУСТЯ.
        Через три дня, мы оформили свое видение ситуации в виде меморандума. Итак, на первый взгляд все ужасно. Полмиллиона роботизированных средств поражение противника - это круто! А на второй взгляд не очень. Роботы есть и у нас на вооружении. Правда это в основном эвакуаторы, подносчики боеприпасов, средства разведки и обезвреживания взрывных заграждений… В общем не боевые, а вспомогательные системы. А откуда они у нас взялись? Все просто. Не забывайте, что 30% промышленной продукции в Сообществе немезидского происхождения. Правда, мы производим только комплектующие, но размещая заказы у нас, волей-неволей знакомят с технической документацией на изделия. Так что скопировать эти новинки, мы можем практически мгновенно. Более того, мы имеем полную возможность сорвать противнику процесс перевооружения армии. Конечно, Сообществом руководят не идиоты, будь их воля, они бы у нас ничего не заказывали. Только желающих заниматься производительным трудом у них мало кто хочет. Проще сидеть на пособии или заниматься спекуляциями.
        Уязвимым звеном в этом замысле, является процесс управления этой ордой. Современные средства ориентирования на местности в основном завязаны на навигационные спутники. Поэтому, массовое применение этих роботов возможно только в том случае, если противник позволит создать спутниковую группировку. На это и весь расчет. Только с сильным противником такое не пройдет. В чем они скоро и убедятся. Далее, у них получается интересная вещь, на которую Семеныч сразу обратил внимание: рядовой боец, в окружении роботов - это аналог рыцаря с вооруженной свитой. Он может направлять их действия и без помощи единой системы управления боем. Но ведь это уже работа командира, а значит, вся прежняя структура управления боем, должна измениться. Рядового бойца надо переучивать. Он должен не только уметь действовать самостоятельно, но и организовывать взаимодействие на поле боя со своими соседями. Даже обученные и опытные командиры это делают не идеально. А что говорить о рядовом бойце? Каждый двадцатый, с этой задачей справится. А остальные? Даже если их учить. Но об этом пока никто еще не думал. Первые же учения,
выявят этот недостаток. Меры безусловно примут. Только переучивать воина сложней, чем учить заново. И быстро это не получится. Какой еще есть выход? Можно пользоваться тем, что благодаря наличию у каждого бойца своего компьютера и средств связи, объединить всех участников боя в единую боевую сеть. Так давно уже делается. Система искусственного интеллекта типа нашего "Стратега" сумеет направлять действия каждой боевой единицы. Но это не решит всех проблем ведения боя. Все решения искусственного интеллекта будут шаблонны. А с шаблоном неплохо справляется противник склонный к импровизации.
        Стоит ли нам перенимать эту задумку врага? Думаю, что стоит. Но пять роботов на одного бойца - это излишество, а иметь одного робота на бойца, стоит.
        Теперь о смене личного оружия бойца. Рельсотронка, это хорошо. Но нам здесь спешить и метаться не стоит. Ведь микрореактор и аккумулятор остались на месте. А проблемы от их наличия, Семеныч мне давно уже озвучил. Наши бойцы, благодаря тому, что энергия нужна им только для систем ориентации, связи и управления огнем, носят малогабаритные аккумуляторы. И потому им не нужны громоздкие доспехи. Они передвигаются сами. А солдат Сообщества, при повреждении микрореактора быстро превращается в неподвижную тушку с недостаточным ресурсом даже для пассивного сопротивления.
        А вообще, нам такие новации у противника даже выгодны. Стремление избежать больших потерь, имеет оборотную сторону. Снаряжение и вооружение простого пехотинца, год от года становится все дороже и дороже. А дороговизна - враг массовой армии. А в чем сила массовой армии? В возможности быстро восполнять потери. Но такая армия должна недорого обходиться стране. Но Сообщество сделало ставку на снижение людских потерь. Именно этим вызвано стремление роботизировать все что можно и нельзя. При таком подходе, нужен очень грамотный солдат. А такого не подготовишь за три месяца. И за год не подготовишь. Стоит нанести противнику неприемлемые потери, как боевые действия придется прекращать. Даже если они были удачными. Просто для того, чтобы подготовить новых солдат и командиров. Я не думаю, что Сообщество бросит против нас миллионные армии. Сейчас это им не по силам. Непонятно вообще, зачем они свое войско делают таким громоздким. Ведь это только кажется, что роботы есть не просят. На деле, для того, чтобы поддерживать их в боеспособном состоянии, нужно содержать огромные технические службы. И эти службы
должны сопровождать армию.
        Я попросил Семеныча, проанализировать это и выдать примерную организационную структуру экспедиционных сил противника. Результат прикидки ошеломил: теперь, на одного воюющего бойца, будет приходиться порядка сотни людей, которые будут обеспечивать его всем необходимым. А ведь это не только люди. По транспорту картина не менее ужасная. Выходило что-то вроде сорока тысяч транспортных и вспомогательных средств на всю эту ораву. То есть, на две с половиной тысячи тысячи бойцов одной мобильной бригады и двенадцать - тринадцать тысяч боевых роботов, необходимо порядка двухсот пятидесят тысяч людей вспомогательного состава и сорок тысяч единиц вспомогательной техники! А какой тогда будет космическая составляющая такого войска! Это же огромный транспортный флот, который нужно собрать и прикрыть боевыми кораблями. Выходит, что задействовав одну мобильную бригаду, сообщество не сумеет задействовать нигде остальные четырнадцать бригад! Во всяком случае, в ближайшее время. Ведь для них, по нашим сведениям, нет соответствующих вспомогательных служб.
        Все еще не веря в полученный результат, я спросил Семеныча:
        - Ты не ошибся в своем анализе ситуации?
        - Командир! Я твердо уверен, что наши противники уже просчитали последствия принятого в их "верхах" решения и получили точно такой же результат.
        - Так, а если сравнить нашу предполагаемую организационную структуру с их? Ты не просчитывал еще?
        - Так точно! Просчитал! И получается у меня, что у нас в отличии от них, воюет четыре процента личного состава предполагаемой армии против их одного. Чтобы ты лучше представлял себе это, скажу так: Если у них идет в бой один боец в сопровождении пяти роботов, то у нас пойдет в бой четыре бойца, в сопровождении четырех роботов. Но это будет у нас в День "Д". То есть мы в преимуществе.
        - Что-то мне не верится в то, что там, в штабах сидят глупцы.
        - Так и я думаю Руссияныч, что когда они все просчитают, то решат, что лучше иметь пятнадцать пусть и посредственных, но боеспособных бригад, чем иметь одну действующую и четырнадцать пассивных. Думаю, что их вояки уже сейчас стараются "урезать осетра". Если конечно политики им это позволят.
        Дальше Семеныч пустился в пространные рассуждения, что армия Сообщества давно не сталкивалась с серьезным противником. Те миротворческие операции, что ей приходилось вести, являются по сути дела не военными, а полицейскими операциями. Армия выродилась в жандармерию. И поэтому, ей возможно навязать разного рода военную экзотику. Фирмы производящие вооружение, просто навязывают армии высокотехнологичный бред. Ну а имеющиеся в правительстве лоббисты, помогают им "пилить" военный бюджет. Может быть и так.
        - Значит Руссияныч, если мы проморгаем вторжение, то по любому придется что то придумывать в ответ.
        - А тут и придумывать нечего. Сил на то, чтобы связать боевые подразделения боем, нам хватит. Громить надо именно тыловые службы противника. С этим вполне справятся "лесные егеря".
        Дальнейший разговор перешел уже на обсуждение мелких деталей.
        ПОЛИГОННЫЙ ОСТРОВ. ПОСЕЛОК ШАПОШНИКОВО.
        В любом новом деле, бардака не избежать, его можно только свести к минимуму. Роботизация армии противника еще только намечается, а мы уже принимаем ответные меры. Разработка новой тактики, пересмотр штатной структуры боевых подразделений, вопросы перевооружения армии. Создание новых руководств и наставлений… Не закончив толком одно, начинаем все бросать и делать по-новому. Конца и края этому не видно. И этот бардак, растет и ширится, захватывая все большее количество людей. Добиться порядка становится все трудней и трудней. А жизнь нам подкидывает все новые сюрпризы. Взять например нашу разведку. Старшина Хюммель серьезно отнесся к моим пожеланиям. Уже через месяц, поток поступающей информации возрос настолько, что в дополнение к "Стратегу", пришлось срочно создавать еще одну систему искусственного интеллекта: "Афину". Именно сюда поступала вся развединформация, добытая службой Хюммеля. Именно "Афина" вела основной объем аналитики. Правда, Хюммель не пренебрегал и теми аналитическими выкладками, которые делали и его сотрудники, да и сам этого не чуждался. И вот, спустя три месяца, после того, как
он приступил к своим обязанностям, он выдал такой результат, что мне с Семенычем пришлось резко менять все разработанные планы. Дело в том, что мы в основном смотрели на транспортные терминалы и их окрестности. А вот на базу Сообщества в Феляйн-Бей, мы особого внимания не обращали. А Игорь Хюммель, взял и обратил на это внимание. И вот я сижу вместе с Семенычем в его кабинете и слушаю совместный доклад Хюммеля и Салчака.
        - Из сведений, что были предоставлены нами Тайной Канцелярии, нам было известно, что база в Феляйн-Бей, это объект противокосмической обороны и узел связи. Но точно такие же по назначению объекты есть и на транспортных терминалах. Я задал простой вопрос: что такого ценного защищает система ПКО в Феляйн-Бей? Ведь там нет других значимых военных объектов. Сразу возникла цепочка других вопросов: Почему на терминалах на прикрытие объектов ПКО выделено по взводу, а там аж целый батальон расположили? Почему эта станция находится не в населенной местности, а на отшибе? Почему отсутствуют наземные транспортные коммуникации, связывающие этот объект с остальным миром? В общем, кучу вопросов сам себе задал. После этого, мы приступили к пристальному наблюдению за территорией этой базы. Причем, как средствами технической разведки, так и проведением скрытых поисков силами спецназа. Вывод у нас получился такой: Там находится командный пункт, с которого и осуществляется управление наземными операциями на Немезиде. Две недели назад, нами было зафиксировано проведение командно-штабных учений планетарного масштаба.
Поисковые группы наблюдали пребывание на базе, во время проведения этих учений, аж целого генерала с сопровождающими его лицами. Факт проведения учений подтвержден нашими источниками информации, которые мы имеем на терминалах. Оттуда же мы получили подтверждение сведений о проведенной недавно инспекции.
        - Все это чудесно, но временное присутствие высокого чина, еще не говорит о том, что оттуда будет осуществляться управление боевыми действиями. Логичней это вести с орбиты. Какой смысл располагать там КП? - Семеныч не спешил присоединяться к выводам разведчиков.
        - Этот вопрос мы тоже себе задавали. Именно признаки присутствия работоспособного штаба мы и искали.
        А дальше Хюммель доложил, что непрерывно мониторя все переговоры гражданского персонала базы по открытым каналам связи, "Афине" удалось выделить большую группу людей, занятых модернизацией системы искусственного интеллекта. И оказалась эта система, по своим возможностям сравнима с нашим "Стратегом". После этого, отправленные в скрытый поиск бойцы Салчака, сумели проникнуть на базу и обнаружили тоже много интересного. Прежде всего, множество военных в таких чинах, в которых быть не должно, да еще в аномально большом количестве. И это не временные жильцы. Это люди, проживающие в гарнизоне на постоянной основе. Иначе, что тут делают целых семнадцать полковников? Причем вместе со своими семьями. Да и у генерала семья оказалась на месте. Однако и это не все. От Салчака, бойцы получили дополнительное задание: вскрыть систему охраны и обороны базы. Конечно, тут больше работал взвод технической разведки, но и непосредственный поиск дал результаты. А один из результатов нам очень не понравился. Вскрыт действующий центр управления диверсионными операциями и база подготовки диверсантов. В общем, Феляйн-Бей
оказалась еще тем "осинным гнездом"!
        - Значит так Хюммель! То, что ты сделал, достойно похвалы. Но в дальнейшем, использование групп спецназа на режимных объектах противника, только с моего разрешения! Тебя Салчак это тоже касается. Наблюдайте снаружи сколько угодно, легальное проникновение, тоже не под запретом, но игры в индейцев пора прекращать! Это понятно?
        - Так точно товарищ майор!
        - Следующее. Тебе Хюммель, даю задание на организацию скрытой системы наблюдения в окрестностях этой "Кошкиной лужи". Наблюдатели, технические средства разведки, все используй. Ясно?
        - Ясно, товарищ майор! Вот только у Салчака не хватит людей для организации наблюдения по всему периметру базы. Да и с техническими средствами разведки проблема.
        - Хюммель! Ты в армии и не последний в ней человек. Но если не понимаешь, как выполнить полученный приказ, значит спроси об этом своего заместителя. Он быстрей тебя решит все возникшие проблемы. Что? У тебя нет заместителя? Поздравляю Вас! Тебя Салчак тоже и с тем же! А чтоб до вас лучше доходило, даю вам сутки на составление необходимого плана действий. Завтра, в это же время, оба докладываете его нам. И заявочку не забудьте продумать! Можете быть свободны!
        Когда Хюммель и Салчак вышли, Михаил Семенович досадливо пробурчал:
        - Вот же засада! Как мы раньше не подумали об этом? Теперь весь план нужно менять!
        В этом он был прав. По старому плану, мы не планировали штурм этой базы. Все-таки, батальон линейной пехоты, это не паршивый взвод охраны. Тем, что у нас имелось в распоряжении, успешный штурм провести было трудно. Поэтому, мы решили обойтись только блокадой базы. Причем силами "лесных егерей". Теперь так не получится. Оставлять в целости и сохранности готовую систему управления ведением боевых действий опасно. Ее желательно уничтожать сразу. Средств огневого поражения нужной мощности, мы не имеем из-за наложенных на нас ограничений. Остается непосредственный штурм. Но и войск, пригодных для выполнения этой задачи, мы еще не имеем. Штурмовые батальоны, несмотря на все наши старания, еще не имеют необходимых для этого навыков. Регулярная армия, это по сути дела один усиленный батальон. Его мы успеем подготовить для выполнения этой задачи, но тогда остаемся без сильного и надежного резерва.
        - Семеныч! Займись составлением нового плана! Это первое. Второе, Я Хюммелю не зря про заместителя говорил. Тебя это тоже касается.
        - А кого ставить? У меня одни школяры. Ребята они конечно толковые, но готовности нужной у них нет даже для батальонного уровня.
        - Времени для окончательной готовности, нам осталось не более трех месяцев. Больше нам никто времени не даст. Остается только учиться в поле. Поэтому, находишь две кандидатуры. Ставишь им задачу на разработку плана штурма этого "Кошкиного дома". И не только на разработку, но и на выполнение всей подготовительной работы. Пусть набираются опыта на практике. Вечером, в 20.00, я жду этих людей у себя. Буду им ставить конкретную задачу. Да и ты приходи. Тебе тоже надо быть в курсе предстоящих планов.
        КАБИНЕТ НАЧАЛЬНИКА "СМЕРШа".
        В отличии от разведки и спецназа, наша контрразведка никакими результатами похвастаться не могла, ибо период становления еще не прошел. Установление и поддержание режима секретности, создание системы информационной безопасности, составление базы данных на интересных нам "подпиндосников" и граждан Сообщества. Вот в принципе и все успехи "СМЕРШа". Ни одного вражеского шпиона или диверсанта в наших рядах, контрразведка за все время своего существования не обнаружила. Я не лез в эту кухню, предоставив императору лично разбираться с тем, что тут творится. Но сегодня случай иной. Пора Воронову-младшему, начинать проводить конкретную работу, по контрразведывательному обеспечению войсковой операции.
        - Слушайте меня внимательно Владимир Ильич. Я ставлю Вам конкретную боевую задачу. Наша разведка, обнаружила центр управления спечоперациями и подготовки диверсантов на нашей планете. Всю имеющуюся информацию по этому делу, Хюммель Вам передаст. Вашей задачей является обезвреживание всех находящихся на планете диверсантов. Приступить к обезвреживанию нужно сразу, как только начнется наша войсковая операция. Какие у Вас будут по этому делу соображения?
        - Первое. Сколько времени, Вы отпускаете на подготовку операции?
        - Не более трех месяцев. Что второе?
        - С кем решать вопросы потребного материально-технического обеспечения?
        - Заявку составляете Вы, визирую я, утверждает император.
        - Третье. Мне необходимо взаимодействовать с армейской разведкой. Нужна Ваша санкция.
        - И это будет. Нужно, значит нужно.
        - И последнее. Изъятие диверсантов, лучше всего проводить силами своих силовых подразделений. Мы их не имеем. Однако, если Вы разрешите призвать наш кадровый резерв, то в течении недели они будут сформированы.
        - Стоп! Что это за кадровый резерв такой?
        И тут я услышал от Воронова удивительную вещь. Оказывается, изучив историю еще того, земного СМЕРШа, он понял, что рано или поздно, он столкнется с необходимостью создания специализированных боевых подразделений, чьим назначением будет борьба с нежелательными "гостями". А где людей для этого взять? То, что мы не позволим ему забирать обученных людей, это он понимал. Но понял он и то, что свои проблемы, желательно и решать самому. А потому, воспользовавшись интересом общества к военной службе, сумел провести вербовку нужных ему людей. Где их готовить, он тоже нашел. Военно-спортивные общества учили азам военного ремесла всех желающих, а Корпус "лесных егерей" не отказывался принимать добровольцев. Правда, изъять эти кадры, можно было только через призыв в армию. А с этим были определенные сложности. Дело в том, что как я уже говорил, призывные комиссии, являлись негосударственными организациями. Кого призывать, а кого нет, решали они. Нас их работа пока что устраивала. Принудительного призыва еще не было, добровольцев хватало. Здесь даже образовался конкурс вакансий. Не всякий доброволец его
проходил. Были даже скандалы. Одна девица даже в суд подала на призывную комиссию, враз став известной всей стране. Тут вообще история была знатная и потешная. Эльмира Ибрагимова, сумела пройти все тесты и испытания. Но комиссия ей отказала в поступлении на действительную военную службу по двум соображениям: ей не хватало двух лет до призывного возраста, и за нее хлопотала Академия Наук. Оказывается, это молодое дарование, со временем может стать прекрасным ихтиологом. Получив отказ, Ибрагимова затеяла судебное разбирательство, по поводу того, что грубо нарушено ее основное гражданское право: Право на защиту своей Родины. И как ее не увещевали, она осталась непреклонной. Твердила как заведенная:
        - Никто не имеет права, лишить человека возможности защищать свою Родину с оружием в руках. Ограничения по возрасту, полу, состоянию здоровья, образовательному цензу и профессиональным признакам, являются дискриминацией!
        Может быть и кончилось бы это разовым скандалом, но к ней присоединились другие забракованные кандидаты. И хорошо, что в это время, началось формирование Корпуса "лесных егерей". Только такой мерой и удалось достичь компромисса.
        - Хорошо, Владимир Ильич! С "земцами" я поговорю. Призывные комиссии это их епархия. Они нам в таких вопросах никогда не отказывают. Будут тебе нужные рекруты.
        Глава 20
        ПОСЕЛОК ЦАРЕВО. СТАВКА ВГК.
        Чем ближе день начала войны, тем больше меня беспокоит реакция противника на наши приготовления. То, что мы готовимся к войне, скрыть невозможно. Об этом много где болтают и бороться с этой болтовней невозможно. Но поведение врагов, сбивает меня с толку. Они слабо реагируют на то, что знает уже каждая собака. У меня давно бродят мысли о том, что наши действия выгодны врагу. Что мы лезем в подготовленную им ловушку. Я поделился этими мыслями с императором. Оказалось, что он испытывает такое же беспокойство:
        - Я не понимаю наших врагов, Иван. Что бы ты стал делать, узнав о том, что кто-то готовит против тебя войну?
        - Начал бы тоже готовиться.
        - А ты видишь признаки этой подготовки?
        - Ни одного. Они проводят перевооружение расквартированных на Немезиде войск. Проводятся два раза в год плановые учения. Один раз мы вскрыли проведение командно-штабных учений. Силовые подразделения полиции прошли переподготовку. И это все. Ни проверок боеготовности своих войск, ни оборудования позиций, а Семеныч уверяет, что и мобилизационные мероприятия также не проводятся. Это на планете, а что за ее пределами творится, я вообще имею слабое представление.
        - А там, тоже самое. Мы конечно не всеведущи, но кое какие источники информации имеем. Ни по линии Ежевского, ни по линии моих личных источников, ничего необычного не наблюдается. Военно-космический флот, конечно строит новые корабли, но это не против нас, а против Чжунхуйской империи.
        - А что с десантными частями?
        - А с ними продолжают экспериментировать. То перевооружение, что они затеяли, рушит им весь устоявшийся порядок. Приходится им менять всю организационную структуру. Ты тогда был прав, говоря, что они погорячились с роботизацией наземных частей. В общем, из-за отсутствия ясного взгляда на их роль в общевойсковом бою, все застряло на стадии эксперимента. Проводятся учения, ведутся испытания. Пока что основная масса продукции идет на склады. Кстати, а как у нас обстоят с этим дела?
        - У нас тоже не все слава богу. Артиллеристы, ПВОшники, разведчики, своими системами довольны. Тут особых проблем нет. А вот вписать их в пехоту не получается. Боец тратит слишком много времени на управление действиями и контроль робота-спутника. Снижается эффективность пехоты и усложняется организация подразделений. Классическая пехота оказалась эффективней. Правда, кое-что мы все-таки придумали. Всех штурмовых роботов отдали саперам. Те проверили их в деле и остались довольны. Им они как раз подошли.
        - То есть?
        - Все просто. Они их используют в качестве подвижного минного поля. Даже термин у нас такой появился "Штурмовое минное поле". А так, несмотря на то, что выпуск их пока отстает от графика, мы тоже их вынуждены после приемки отправлять на склад.
        - А как у тебя с дорогами?
        Вопрос с дорогами, я поднимал постоянно. Причем дороги эти не похожи на те, что принято пользоваться в развитых мирах. Еще когда Семеныч, работал над военно-географическим описанием театра военных действий, я решил внедрить одну свою задумку. Суть в том, что нужно было решить проблему быстроты и скрытности переброски войск, в условиях, когда мы имеем непроходимые леса и господство противника на околопланетных орбитах. Лесные массивы в этом плане были для нас шикарным подарком судьбы. Нужно было только подготовить колонные пути. Причем так, чтобы кроны деревьев закрывали сверху саму проезжую часть. По мере разработки плана боевых действий, наш Полевой Штаб, посылал главе военного департамента заявки на прокладку очередного колонного пути, просто указывая координаты конечных пунктов. Петр Ильич Матвеев, глава этого департамента, уже сам организовывал выполнение наших заявок. В итоге, за три года, страну покрыла сеть фронтальных и рокадных трасс, невидимых сверху.
        - Новые заявки готовим непрерывно, до идеала нам конечно далеко, но на начало войны их хватает.
        Все эти разговоры мы вели месяц назад. А сегодня, разговор предстоял более важный. Быть или не быть войне? Ради этого, мы собрались на совещание в Ставке. Мы, это весьма представительная компания. Раньше, мы никогда таким составом не собирались. Полный состав правительства и представителей значимых структур и общественных организаций. Здесь присутствовали даже руководители имеющихся на Немезиде двух политических партий, Владимир Постниковский и Геннадий Сайганов. Зачем их пригласили, мне непонятно. Ясно видно, что впервые попав на такое собрание, они чувствуют себя не в своей тарелке. Именно поэтому они постарались сесть поближе к нам, к военным. С нами им как-то привычней. Времени на привыкание у них хватило. Набеги на зверинцы, при всей их эффектности и общественном резонансе, были совершенно некстати. Запретить впрямую, их было невозможно, потакать - чревато. Но пресечь неуместную самодеятельность стоило. Пресекли просто, этим клоунам и всему их активу, вручили повестки о призыве в армию. И вот, прослужив достаточный срок в штурмовых батальонах, горе-политики слегка поменяли свое отношение к
жизни. Еще бы! Сделать из сержантов "учебки" исправных муштрователей, у нас получилось. Всякий, попавший в их распоряжение, быстро становился справным солдатом. А уж политиканам особенно повезло. Ими занялся лично сержант Горелов - свежеиспеченная легенда нашей армии. Уже сейчас, понятие "гореловская команда" означает очень многое для тех, кто проходит службу в нашей армии. Впрочем, хватит об этом.
        Совещание в Ставке, началось с выступления императора. Оно было коротким и свелось к вопросу: быть войне или не быть? И тут надо сказать, что большая часть публики почувствовала себя неуютно. Есть все-таки разница, между мечтой о Реванше и санкцией на этот самый Реванш. Народ вел себя нерешительно. Оказаться в роли поджигателей войны, никому не хотелось. И я их понимал. Одно дело, когда ты подвергся нападению. Тут правота по любому на твоей стороне. Другое дело, когда ты совершаешь неспровоцированное нападение, да еще не объявляя войны. Поэтому, присутствующие здесь, чиновники, старались оттянуть время, когда придется высказаться со всей определенностью. Пошли вопросы о готовности армии к войне и Михаилу Семеновичу пришлось на эти вопросы отвечать. Потом возникли вопросы к Ежевскому, а затем мы услышали реплики о том, что собравшиеся здесь люди, вообще то не уполномочены никем на принятие такого решения. В общем, если бы вопрос о начале военных действий решался простым голосованием, то он бы так и не был решен. Император пока помалкивал, но я чувствовал, что для того, чтобы переломить настроение
собравшихся, у него приготовлен некий шаг. Так всегда поступал мой первый повелитель, когда в его окружении возникали сомнения и колебания. Я тоже молчал. Мое время говорить еще не наступило.
        И тут вдруг разговор зашел по-иному. Выступивший Беляев Александр Михайлович - Председатель Государственного Комитета по научным изысканиям, завел речь о том, что для того, чтобы придать нашим действиям хоть какую то законность, нужно придумать и осуществить какую-нибудь провокацию. Мол, не сами напали, а в ответ на враждебные действия. И сразу наступила тишина. Кого-то это предложение шокировало. Кто-то мысленно его одобрил. И опять, ни те ни другие не спешили присоединиться к нему открыто. Опять пошла пустая говорильня, но уже на другую тему: "Как нам получше устроить провокацию?" И обязательно так устроить, чтоб никто об этом не догадался. Я этот бред слушал совершенно спокойно лишь потому, что в прошлых своих жизнях встречал и не такое. А вот Коробов и Ежевский, хоть и сдерживались, но чувствовалось, что это ненадолго.
        Глупцы! Как ни пытайся выдать карася за порося, но враг то твердо знает, что не нападал и даже не задумывал этого. Уж его вы такими фокусами не введете в заблуждение.
        И тут, на мой коммуникатор, пришло сообщение:
        "Товарищ майор! Прошу Вашего разрешения выступить на совещании.
        ефрейтор Постниковский."
        Ну что? Хуже точно не будет. Слушали баранов, послушаем и клоуна. Я повернул к Постниковскому голову и кивнул в знак того, что разрешаю.
        Постниковский сразу попросил слова. Потом встал, оправил китель и начал:
        - Товарищи! Вы все обо мне тут слышали. Сейчас я буду говорить и как председатель старейшей политической партии, и как простой русский гражданин, и как простой солдат.
        При этих словах, Владимир покосился на свою честно заработанную ефрейторскую лычку. Сидящие в зале чиновники, слегка оживились, а оратор сделав паузу продолжил:
        - Какого хрена мы тут собрались? Почесать языки попусту можно и с девочками, если только не в постели. Для чего нас тут всех кормят?
        Ого! А оговорка про "нас" неспроста сделана. Этот хрен с бугра уже столбит себе место в высших эшелонах власти.
        - Я вам четко скажу, нас тут кормят для того, чтобы при нужде, мы могли принять решение за весь народ. Боитесь ошибиться? А вот хер вам! Я от лица рядового состава вам скажу, что если сей секунд, майор Субудаев объявит боевую тревогу и пошлет нас куда подальше, то мы вопросов не зададим. Я лично схвачу то, что мне положено и побегу туда куда пошлют!
        Если Вам интересно мнение народа, то и тут скажу, что готов организовать силами своей партии блиц-опрос всего нашего населения. И через двадцать четыре часа, вы будете знать мнение всей страны. О себе лично тоже. И это мнение вам совсем не понравится. Да и нахрена это делать? Хотите всех кур в курятнике переполошить? Не ребята, так дела не делаются! Решать надо вам и только вам, а не играть в решения.
        Теперь, тут есть те, кто сомневается в законности и этичности наших действий. Херня это все на постном масле! Это я вам как несостоявшийся юрист точно говорю. Не поняли? Тогда слухайте сюды!
        Нам войну на Земле еще объявляли? Объявляли! Ни капитуляции мы не подписывали, ни мира мы не заключали. Нас привезли сюда как пленников, а на свободу так до сих пор не выпустили. Война еще не окончилась, а значит мы вправе возобновить ведение боевых действий. Причем, никого не предупреждая об этом. Как военнопленные, мы тоже вправе поднять восстание. И предупреждать об этом врага мы не обязаны. Если до вас еще не дошло и вы будете тянуть Муму за хвост, то вот вам мое слово: Через десять дней, у меня и моих ребят "дембель". Собрать штурмовой отряд и атаковать врага, мы теперь в состоянии. И как вы нам помешаете? Силой остановите? А у вас это выйдет? В общем, решайте как хотите, а я решу так, как я хочу!
        После этих слов, Владимир сел на свое место.
        А клоун наш не совсем клоун. И вправду, рушить заведенный порядок сложно. Мы ведь отпускаем людей на "дембель" вместе со штатным вооружением и снаряжением. Нарушать собственные правила? Да ладно! Даже если такого отпустишь босым и голым, он все равно не остановится. Где находятся ближайшие от места жительства мобилизационные склады, он знает. Это их на занятиях заставляли зубрить. Так что угроза его вовсе не пустая. Применять против него и его сподвижников войска? Нам только гражданской войны не хватало! Похоже, что присутствующие это поняли. А тут еще, у меня спросил разрешение на выступление и Сайганов. Я разрешил. Глава местных консерваторов, выступил в том же духе. Мол, русские консерваторы, полностью разделяют мнение главы русских либералов. И не только разделяют, но и готовы поддержать их в любых акциях, направленных на благо Родины.
        Все это могло выглядеть смешным: две карликовые партии ставят ультиматум элите серьезной державы. Только чиновникам было не до смеха. Они быстро сообразили, что эти шуты здесь присутствуют неспроста. И угрозы, произнесенные Постниковским, тоже не пустой звук. Все это кем-то санкционировано, а им просто нужно присоединиться к уже принятому решению. Стоит провалить решение о начале войны и завтра на тебя натравят возмущенную общественность.
        - Я так понимаю, что аргументы, изложенные товарищами Постниковским и Сайгановым, все считают достаточно вескими? - подал голос император. Никто из присутствующих не подал голоса. Все сидели и выжидали, что последует дальше.
        - Раз уж мы о чем-то тут беседовали, следует и документик об этом родить, - а это уже канцлер вмешался - ведь не просто так мы тут собирались.
        - А я уже кое-что подготовил тут. Прошу ознакомиться товарищи.
        На коммуникаторы всем присутствующим, был сброшен текст. Ознакомившись с ним, мы зафиксировали свое согласие с тем, что там было изложено. Ничего сенсационного там не было. Населению просто сообщалось то, что начатая пару веков назад война против русского народа, формально закончена не была. Что она продолжает идти с применением других способов воздействия на противника. Дальше излагались. В этой ситуации, правительство Немезидской Руси, оставляет за собой право на возобновление боевых действий в любой удобный для себя момент.
        В общем лично для меня, ничего нового не было в этом.
        После, когда из зала вышли все лишние, начался настоящий разговор.
        ПОЛИГОННЫЙ ОСТРОВ. ПОСЕЛОК ШАПОШНИКОВО.
        Вот и все. Мы собираемся на войну. Моя "урянхайская гвардия", во главе с Салчаком, уже сосредоточена в окрестностях Феляйн-Бей. А сейчас Полигонный остров покидает, созданная с большим трудом, первая наша мотострелковая бригада. Но жизнь на острове не замрет. Созданный за эти три года учебно-эксперементальный центр, продолжит свою работу. Никуда не уезжает и Полевой Штаб. Для него только начинается настоящая работа. Также продолжат свою работу курсы по подготовке командного состава, а уж вспомогательные службы тем более. Боевую технику и тяжелое вооружение, мы оставляем на месте. Ей будут пользоваться для боевой подготовки новые поколения рекрутов. Мы уходим налегке. Все необходимое для боя, мы возьмем на одном из мобилизационных складов. Два дня назад, началась расконсервация части этих складов.
        Через пять дней, бригада приступит к штурму вражеской базы. Но это не единственное место боя. Транспортные терминалы и районы компактного проживания подпиндосников будут атакованы одновременно. Атаке штурмовых батальонов на терминалы, будет предшествовать зачистка населенных пунктов от нежелательных элементов. Эту часть операции проводит госбезопасность и приданные им подразделения егерей. Арест сотрудников полиции и силовых полицейских подразделений, захват наиболее важных гражданских учреждений и объектов, охрана их. Конвоирование задержанных, согласно особого списка в организованные заранее фильтровальные лагеря. В общем, нас это не касается, все это забота людей князь-кесаря.
        Нас волнуют чисто наши, армейские задачи. Пару дней назад, началась скрытая мобилизация. В заранее определенных местах идет развертывание штурмовых батальонов. Новые рекруты, прошедшие курс обучения у егерей направлены на Полигонный остров. Оставшиеся егеря получили команду, находиться в состоянии боевой готовности. Многое можно говорить о конечном этапе подготовки к войне. Главное то, что впервые за все время, нами задействованы немалые силы: порядка сорока тысяч человек. Еще есть претензии по качеству вооружения, еще недостаточна выучка подавляющего числа бойцов, а подготовка командного состава вообще отвратительна. Сейчас это не важно. Война все поставит на свои места.
        Я попрощался с Семенычем и последний раз зашел домой. Жена все уже давно поняла. Да-да, я год как уже женат. И выбор супруги был вовсе не за мной. Мне ее просто "рекомендовали", а я не стал возражать. Лично мне было все-равно на ком жениться. В своей первой жизни я тоже не сам выбирал себе жен. Первую жену мне сосватал отец. Я, как уважительный сын, полностью ему подчинился. Еще несколько жен, нашел мне повелитель, а последнюю по времени, его внук. Так было принято в те времена. Все эти свадьбы затевались ради получения каких-либо выгод. Ни мое, ни мнение невест никого не интересовало. А потому, прошлая моя семейная жизнь приносила не столько счастье, сколько ощущение комфорта..
        Так и сейчас. Жена мне нужна была постольку, поскольку. И она это прекрасно поняла. А потому и не претендовала на большее, нежели обычное человеческое уважение.
        МЕСТО РАЗВЕРТЫВАНИЯ МОТОСТРЕЛКОВОЙ БРИГАДЫ В ПУНКТЕ NN.
        Едва приступили к расконсервации боевой техники и тяжелого вооружения на мобилизационных складах, как со мной вышел срочно на связь начальник СМЕРШ. Кодовой фразой он сообщил мне, что имеет для меня важную информацию. Спустя час, мы встретились с ним. Событие, о котором он хотел мне сообщить, было действительно важным. Я получил ответ на мучивший меня вопрос: Почему противник не реагирует на наши приготовления?
        Позавчера, с Владимиром Ильичем, установил безличный контакт и настоял на личной встрече, начальник информационного отдела полиции сектора "Бета-Север". Приняв все возможные меры предосторожности, Владимир Ильич явился на встречу. Встреча была короткой. "Гость" просто передал носитель с записанной на нем информацией. Потом, уже в своем штабном трелере, Воронов-младший ознакомился с записью. Запись оказалась меморандумом, в котором капитан полиции Гапуненко, изложил следующее. Оказывается, как мы и предполагали, все проводимые нами мероприятия по подготовке к войне, для "подпиндосников" секретом не были. Сбором сведений и их анализом, они занимались серьезно. Более того, что очень неприятно задело Владимира, они и его СМЕРШ расшифровали не особо напрягаясь. Конечно, преодолеть нашу систему информационной безопасности они не сумели, но по косвенным признакам, расшифровали всех оперативников как СМЕРША, так и сотрудников армейской разведки. Профессионалы, есть профессионалы. А вот дальше, у полиции начались проблемы, свойственные многим спецслужбам. Проблема с доведением полученной информации до
начальства. А начальство было не свое. Каждый административный сектор россиянской территории, имел свою полицейскую структуру. А вот собственного, центрального органа управления, у подпиндосников не было. Сведения, добытые силами полиции, шли в офис Службы Безопасности расположенный на базе в Феляйн-Бей. Там, информация полученная из всех доступных источников сводилась воедино, анализировалась, делались окончательные выводы и докладывались дальше "наверх". А потом приходили ответы "сверху", часть которых доводилась до сведения тех, кому положено было что-то знать по долгу службы. Так вот, всеобщее начальство, было категорически несогласно с выводами своей разведки. Всю нашу суету и возню, оно считало не подготовкой к ведению боевых действий, а подготовкой к проведению масштабного шантажа. Видимо, издалека все так и выглядело. Но тем, кто был ближе к месту событий, так не казалось. Просто потому, что они понимали, что даже если это шантаж, то отнюдь не бескровный. И первой нашей жертвой станут именно они. Именно поэтому, собирая о нас все новые и новые сведения, они пытались достучаться до сознания
идиотов из высших эшелонов разведки. Даже шли на подлоги, преувеличивая реальную угрозу. Ответ начальства не менялся: "Вы просто впадаете в панику. Успокойтесь, этого не будет никогда! Русские конечно фанатики, но руководство у них адекватное. Оно представляет себе последствия жесткой конфронтации с нами". Это звучало успокаивающе, но спокойствия подпиндосники не ощущали. В то, что Сообщество способно раскатать нас в тонкий блин, они верили. Но верили и в то, что первым блином в этой заварушке, будут именно они. Конечно, кое-какая реакция на их вопли была. Им подкинули вооружения и инструкторов, но мера эта казалась недостаточной. Пытались они принимать и свои меры, но столкнулись с сопротивлением сырьевых кампаний, мафии и отсутствием решительности у собственной администрации. Чувствуя, что ожидаемый кощмар вот-вот наступит, главы полиций секторов, наконец - то договорились между собой и решились на тайные переговоры с нами. Капитан Гапуненко в этой истории, был всего лишь эмиссаром своего прямого начальства.
        - Владимир Ильич! Что они хотят от нас конкретно?
        - Товарищ майор! Они предлагают нам, соблюдение нейтралитета со своей стороны, в обмен на то, что мы их не тронем.
        - Насколько, по Вашему мнению они серьезны в своих обещаниях?
        - Я бы им не стал доверять до конца. Пока мы хозяева положения, они не пикнут, но при малейшем изменении обстановки не в нашу пользу, ударят в спину.
        - "Наверх" докладывал?
        - Так точно! Доложил брату по закрытому каналу. Брат скоро будет здесь.
        К утру император в сопровождении секретаря, был уже в нашем лагере. В этот день, мы должны были закончить подготовку к маршу. Дел у меня было по горло, но тем не менее, для короткого обмена мнениями, пять минут нашлось.
        - Иван Руссиянович! Зачем я здесь, ты в курсе, думаю, что все, о чем необходимо подумать, ты подумал. Теперь скажи мне, что ты думаешь по этому поводу?
        - Где переговоры, там и торговля. Как правило долгая. Нам сейчас это не нужно.
        - То есть ты предлагаешь их не затевать?
        - Я предлагаю, действовать так, как раньше решили. Менять планы уже поздно. Это первое. Второе, тридцать тысяч человек при оружии и имеющих нужную подготовку, я не хочу оставлять позади себя. Они нам не друзья, а значит, в спину ударят. И третье, если хотите с ними говорить, то условие того, что мы их не тронем, только одно: добровольно и немедленно складывают оружие и направляются в пункты сбора.
        - Вот ты как! А почему не хочешь подождать?
        - Погода не позволяет. Сейчас, я и сам не смогу отменить собственные приказы. Синоптики обещали пасмурную погоду и без осадков на всей территории страны. Причем в течении всей этой недели. Пока стоит такая погода, мы скрыты от спутниковых систем наблюдения и тех, что стоят на БПЛ. В оптическом конечно режиме. Но для нас и это немало. Мы должны успеть скрытно выйти на исходные рубежи для атаки. А мотострелковой бригаде, нужно еще совершить марш на север. Протянем время, и двигаться сможем лишь по ночам.
        - А если распылить маскирующие аэрозоли? Вы же хвалили их.
        - Они скрывают то, что происходит на местности, но самого факта маскировки они не скрывают. Можем насторожить противника.
        - И все-таки, почему ты не хочешь, без всяких боевых действий, вывести полицаев из игры?
        - Очень даже хочу. А потому, если хотите с ними говорить, то ставьте только одно условие: не оказывать сопротивление разоружению и задержанию.
        - А если я приму иное решение?
        - Извините, Ваше Императорское Величество, - я перешел на официальный тон, - есть ситуации, когда командир обязан посылать начальников далеко и подальше. Сейчас именно такой случай.
        Мы прекрасно друг-друга поняли. Я не шутил. С началом "игры", охранные системы, включая боевых роботов, были активированы. Положить охрану императора - нет проблем! Да и была та охрана чисто символической.
        - Хорошо, Иван Руссиянович, не будем спорить, я дам нужные указания в соответствии с Вашими пожеланиями. Но и Вы позаботьтесь о том, чтобы егеря не спешили открывать огонь на поражение. Обойдется дело миром - пусть живут, не обойдется - сами виноваты.
        - Будет выполнено!
        Император покинул меня, а я продолжил заниматься насущными делами.
        УТРО СЛЕДУЮЩЕГО ДНЯ.
        Утром, перед началом марша, император опять зашел в штабной фургон:
        - В общем так Руссияныч, не скажу, что получил четкий и определенный ответ, обещают подумать. Ты был прав, они что-то пытаются выторговать. Но теперь уже и мне нет времени на разговоры. В полдень, я должен быть в Ставке. Как поступать, решай теперь по обстановке, но нужные приказы отдай. Нам не нужна лишняя кровь.
        - Уже сделано. Доведено до исполнителей. А там, как получится.
        - Ну, тогда с богом! Если что, я буду постоянно на связи.
        И вот марш начался. Мы движемся, "облавным порядком" по проложенным в лесных массивах колонным путям, совсем не выходя на магистрали. Я сижу в своей КШМ вместе со штабной группой. Позади нас движется штабной фургон с операторами, за ним фургон связистов. Спереди и сзади охрана на своих БМП.
        Мы идем так, чтобы вообще не заходить в населенные пункты. В общем, стараясь соблюдать все меры скрытности. Впереди три дня марша, а пока первая наша забота, пройти мимо анклава подпиндосников, который на их картах обозначен как "Сектор "Бета-Север", а на наших, как Ленинградский Транспортный Терминал. После двух часов марша в восточном направлении, мы приближались к месту разворота на север. И шло все до этого момента штатно.
        Сидя в КШМ, я не терял связи ни с войсками, ни с Полевым Штабом, ни со Ставкой, ни с едущим туда императором. Как только начался обратный отсчет времени, все средства связи, навигации, разведки и наблюдения, имеющиеся как у подразделений, так и у каждого бойца, передавали информацию "Стратегу", а тот после анализа и обработки поступившей информации, доводил ее до всех причастных к нашему делу лиц. Я имел отличную возможность связаться с любым командиром и даже рядовым бойцом. И не только отдавать им лично приказы, но и наблюдать обстановку их глазами. Система искусственного интеллекта это позволяла работать командиру в режиме реального времени. Я этим с удовольствием пользовался, но то, что это в любой момент может выйти из строя, не забывал. И заранее подстраховался.
        Марш проходил спокойно, но как всегда, жизнь полна неожиданностей. На этор раз она была совсем нехорошей. И узнал я о ней из поступивших почти одновременно цепочки докладов:
        - Москва! Бета - Север Красный!
        - Москва! Бета - Восток Красный!
        - Москва! Альфа - Центр Красный!
        Хреново! "Москва" - это информация чрезвычайной важности. И передают ее находящиеся на терминалах наши наблюдатели. "Красный" - это кодовое обозначение начала массированной высадки войск противника. А все эти "альфы" и "гаммы" - это кодовое обозначение мест высадки. А доклады шли дальше. И судя по ним, вторжение идет через все терминалы разом. Нет только доклада с Феляйн-Бей, но это не удивляет. Там центр управления операцией, а не плацдарм для вторжения. Плохо, что мы туда никак не успеваем. Но и штурмовые батальоны не успевают к месту своей части операции. Все придется менять на ходу! От разработанного плана ничего не остается. Но спутать планы, это еще не значит выиграть! Ваши планы ребята тоже полетят к чертям после первого выстрела! Хоть вы и опередили нас, но мы вовсе не в беспомощном состоянии. Наши войска хоть и не на исходных рубежах, но они уже собраны. И через пару часов вы с ними встретитесь. Вот тогда и поглядим, чье войско лучше! Как бы вы не были сильны, но влезая в логово опасного зверя, будьте готовы к тому, что в родной берлоге мы не опасны только когда спим. Ладно, к черту
лирику! Сейчас нас спасет от поражения только быстрота действий. И первое что я делаю, это подаю общий сигнал "Боевая Тревога!". Спустя короткое время, изготовленные к бою штурмовики и егеря получат боевые приказы, а пока первые приказы получает бригада. Ей не нужно готовиться к бою. Ей только нужно изменить маршрут движения и перейти из походного порядка в предбоевой.
        И проблем с постановкой задачи у нас нет. Ранее было проведено много виртуальных игр с командирами подразделений, посвященных штурму любого из находящихся на Немезиде значимых объектов. Задачи отрабатывались учебные, но в памяти "Стратега" сохранились наиболее лучшие решения поставленных задач. Так что с разработкой нового плана проблем не было. Короткая команда и нужный вариант оказался на планшетах командиров.
        Теперь, маскировка намерений нам была не так уж и важна. Важней была скорость сближения с противником. Ради этого, мы вышли из лесов на магистрали. Скорость марша увеличилась. Мы проходили уже виллы и кварталы подпиндосников. Посты дорожной полиции, были покинуты, местные жители, увидев нас, разбегались кто куда. И было от чего, наши бойцы, не утерпели, и на броню своих боевых машин, перед началом марша нанесли изображение красной пятиконечной звезды. А кое-кто и закрепил маленькие красные флажки. Я не стал придираться к этому. Пусть эта победная символика вновь увидит поле боя. Уважение к достижениям предков, гордость за славное прошлое, никогда не мешало воину творить победу.
        Глава 21
        ОКРЕСТНОСТИ ЛЕНИНГРАДСКОГО ТРАНСПОРТНОГО ТЕРМИНАЛА.
        Выход бригады на исходный рубеж для атаки, порадовал меня своим четким исполнением. Все-таки не зря мы дрессировали личный состав! Разведрота бригады вместе с артиллерийскими разведчиками выдвинулись как можно ближе к периметру терминала. Бригадная артиллерия встала на выбранные позиции. Саперы начали выгружать и готовить к бою свои средства разминирования, разграждения и штурмовых роботов. Подразделения ПВО развернули свои установки и начали осторожно "щупать небо". Взвод инструментальной разведки уже запустил свои беспилотники и осторожно подвел их к периметру терминала. Сразу на мой штабной планшет пошла "живая картинка". Пехота притаилась среди построек окружающих поселков.
        Вокруг все стало тихо. Местные обитатели попрятались по домам, поглядывая через щели жалюзей на страшных "совков". Что-либо кому-нибудь они уже не могли сообщить: подавление гражданских линий связи уже началось. Другие виды связи противника, мы пока не давили. Сперва следовало прослушать, о чем они говорят. Прослушали. Наши связисты тут же выпали в осадок: на терминале шел бой между пиндосами и неизвестным противником! Выхожу на связь с Хюммелем:
        - "Статистик"! Пни своих! Пусть доложат, что за бардак творится на терминале?
        Через пятнадцать минут пошел доклад:
        - "Статистик" - "Батыру"! По сообщениям "внутрянок" "косые" месят "синих". Под замесом: "Бета-Север - 1", "Бета-Север -2", "Альфа-Центр", "Альфа-Запад", "Гамма-Восток", "Гамма-Центр", "Гамма-Запад", "Дельта-Посейдон" и "Дельта-Пляж". На "Дельта-Пляж" закопали "косых", на остальных хоронят "синих". "Марконни" подтверждает "внутрянку".
        Ну, ничего себе! Не было заботы - сожрала баба порося! Исполнилась мечта идиотов - Империя Чжунхуй напала на Сообщество! Атакованы все терминалы. Правда на Одесском терминале, у "косых" ничего не вышло, там пиндосы отбились. Зато на остальных у них все идет успешно. И как тут быть? Влезать в драку или не влезать? Выхожу на связь с императором, объясняю ему текущую обстановку. Подчеркиваю, что решать нужно сразу бить или не бить, а главное - кого? Император раздумывал долго, целых четыре минуты, а затем, приняв решение, приказал:
        - Субудаев! Плюнь ты на пиндосов, сейчас они нам никак мешать не станут. А вот терминалы в руках "косых" нам не нужны. Атакуй терминалы, все, кроме Одесского.
        - Задачу понял! Что с Одессой?
        - Пока сидим и смотрим, что пиндосы станут делать дальше. Через какое время ты сможешь атаковать?
        - "Бета-Север - 1" через 15 минут. Остальные по мере готовности.
        - Начинай! Даже один терминал в наших руках, значительно улучшит наше положение.
        - Понял, выполняю, конец связи!
        Теперь начинаю работу со своей штабной группой, нужно ставить конкретные задачи войскам. Впрочем, те, кто рядом со мной, занимаются бригадой и только бригадой. Они уже начали передавать командирам подразделений ранее отработанный на учениях и играх план атаки. Я же связываюсь с Коробовым, сообщаю ему об изменении обстановки и ставлю задачу:
        - Я занимаюсь "Бета-Север - 1", "Зенит" выдвигается ко мне. "Черноморцу" - наблюдение за "Дельта-Пляж". Остальным "игрокам" ставишь новую задачу: захват энергоцентра на своем объекте, это обязательно. Все остальное по мере возможности. Егеря - в усиление "игрокам"!
        - Сокращаем прежнюю боевую задачу?
        - Да, именно сокращаем. Пока "игроки" доберутся, "косых" будет слишком много, им столько не потянуть.
        - Понял! Начинаю ставить задачу.
        - До связи!
        Задачи поставлены. Пора и своим делом заняться.
        - Внимание! Всем доложить о готовности! - выслушиваю доклады командиров. На пульте загорается предупреждающий сигнал о том, что настало время "Ч". Сигнал к атаке подаю безмолвно, простым нажатием сенсора. Все, пошли!
        Наша атака была для чжунхуев неожиданной. Их группы захвата еще не оклемались от боя с пиндосами, а спустившиеся по орбитальным лифтам подкрепления, не успели развернуться. Более того, у них не было тяжелого вооружения. Уже потом мы узнали, что оно ждало их на погрузо-разгрузочных базах, в завезенных заранее контейнерах.
        "А ведь у Муравьева и Львова есть шанс. Им до своих объектов недолго добираться" - пришла в голову мысль.
        Сперва, у нас все шло как по нотам, растерявшийся противник ничего не мог нам противопоставить. Но это было недолго. Хорошие командиры у него нашлись. Они твердой рукой прекратили возникшую было панику и начали организовывать сопротивление. Теперь пошли потери и у нас. Вот тут и сказалась слабая подготовка наших командиров. Как только возникли трудности, многие из них растерялись, началось нерешительное топтание на месте. Чем противник и воспользовался, начав переходить в контратаки. От нашей артиллерии толку уже считай никакого. Сейчас все должно решить умение вести пехотный бой. Пришлось вмешаться самому. Целый час, ситуация была неустойчивой. Мы превосходили в начале боя "косых" и численно и вооружением, только этим преимуществом нужно было еще уметь пользоваться. Нужно уметь организовывать взаимодействие разных родов оружия. Чем и приходилось мне заниматься лично. А то наши ротные и комбаты этого как раз и не смогли сделать. Трудно винить недавно произведенных в офицерские звания людей в том, что они не умели чувствовать бой. Офицера за менее чем три года не подготовить. Пока он не пройдет
бои, пока за свои ошибки не расплатится кровью своих же подчиненных - мастером боя он не станет. И хоть как ты его обеспечь для боя, особых успехов от него ожидать не следует. Что я сейчас и наблюдал.
        Зато противник, вооруженный только тем оружием, которое было в тот момент в его руках, действовал намного успешней. Самое обидное было то, что задействовал он в контратаках малую часть своих сил. Действуя активно, умело и решительно, они смогли даже кое-где потеснить наши подразделения. А в это время, основная часть его сил приводила себя в порядок и закреплялась на местности.
        Тем не менее, все его атаки отбить удалось. Приведя себя в порядок, мы продолжили наступление. Что-что, а этот вопрос у нас был неплохо отработан, правда действовала бригада хуже, чем на учениях. Кто-то из командиров слишком зарывался, кто-то наоборот чересчур осторожничал. А я не мог быть одновременно в разных местах. Как мог, так и подсказывал, но заменить собой каждого, никому не под силу. Именно неопытность войск, привела к тому разнобою в хорошо спланированных действиях. Кто в лес, кто по дрова! Теперь уже наша атака стала выдыхаться. Что последует за этим дальше, предсказать было несложно. Если сначала, под прикрытием контратак, "косые" выстраивали оборону, то сейчас, прикрывшись обороной, они готовили удар. Куда ударят, я понял заранее и принял свои меры. Впрочем, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы об этом догадаться. Контейнеры с тяжелым вооружением - вот их шанс на победу. Прорвись они к ним и возможности их резко возрастут. Поэтому крутясь как только можно, я подготовил за линией наших войск "огневой мешок".
        В глубине боевого построения, наши саперы уже скрытно приготовили два штурмовых минных поля, а артиллеристы заранее пристреляли участок возможного прорыва. К тому же, в это время начал подходить штурмбатальон "Зенит". Только я успел поставить "зенитовцам" задачу, как чжунхуи нанесли удар.
        Будь наши командиры лучше подготовлены, они смогли бы заранее угадать момент, когда нужно от атаки переходить к обороне. Но чего не было, того не было. Среагировать правильно на изменение обстановки они не сумели и две роты были просто отброшены в результате внезапного удара. Врагов, оказалось больше, чем я предполагал и это были свежие, еще не побывавшие в бою подразделения. Не имея тяжелого вооружения, они сумели нанести нам урон и обычным, легким оружием. Прорвав фронт, "косые" рванули вперед и попали под наш огневой удар. Огонь штурмовых роботов и артиллерии произвел страшные опустошения, но не остановил атаки. Как ни смотри, но стойкость вражеской пехоты впечатляла. Медленно и упорно, они продвигались вперед, прокладывая себе путь огнем, постепенно увеличивая свои шансы на победу. Более того, расширяя подконтрольную им площадь плацдарма, чжунхуи подтягивали из глубины новые подразделения. Моя штабная группа, сумела наконец оценить численность войск противника, но когда они мне доложили эти сведения, я не сразу им поверил. Я ведь поначалу считал, что противник нам уступает численно. А
"Стратег" определил, что против моих четырех батальонов и "Зенита", действует порядка пятнадцати батальонов противника! Куда им столько? Одно хорошо - без тяжелого вооружения, это всего лишь легкая пехота. Правда, очень хорошая легкая пехота. Еще одна новость, на этот раз от воздушной разведки: она определила место нахождения КП противника. Тут уж я зевать не стал, по КП немедленно открыла огонь наша артиллерия. То, что накрытие было успешным, я понял по поведению атакующего противника. Он как будто сломался. Им ведь оставалось совсем немного, чтобы прорваться через наш огневой заслон, а так, даже не пришлось "Зенит" отправлять в атаку. Чжунхуи отошли на исходный рубеж. Мы тоже прекратили бой. Войска нужно было приводить в порядок. Бой стихал по всему периметру.
        Стихший бой - для войск это не передышка. Это труды по подготовке нового боя. Вот этим я и занялся, собрав для начала командиров в своем штабном трейлере.
        ТАГИЛЬСКИЙ ТЕРМИНАЛ.
        Населению каждой местности свойственен свой патриотизм. Немезидский Урал исключением из этого правила не являлся. И хотя местный Уральский хребет был и пошире и повыше своего аналога на Старой Земле, а местное население навряд ли было потомками настоящих жителей Старого Урала, на получившийся в итоге результат это не влияло. "Традиции, товарищ!" - именно такой была любимая присказка местных жителей. Магия старых названий здесь вовсю правила бал и порождала причудливые мифы. Субудаев и Коробов, помнившие, что на самом деле представлял собой Старый Урал, только пожимали плечами, услышав здешние легенды. И если вся Немезидская Русь была построена на старых, сильно искаженных сказках, то Немезидский Урал был настоящей Сказочной Страной. Здесь упорно верили в то, что Урал всегда был становым хребтом России. Что именно они всегда были самыми мастеровитыми людьми. Доказательства этому? Легко! Читайте старые сказки Бажова! Там сказано о наших предках все! Уже за эту уверенность, насмешливые соседи их иначе, чем "Данилками" не звали, к чему уральцы относились благосклонно. А что? Кто на Руси был первым
Мастером? Конечно Данила! Уж всяко получше тульского Левши! А откуда он родом? Вот то-то!
        А кто был самым лютым воином в Русской армии? Сомневаетесь что мы? Напрасно! Читайте наши предания, там все сказано о "черных ножах" из нашей стали, которыми наши предки резали в бою всякую нечисть!
        Те, кто сомневался в таких уверениях, быстро знакомился с другими аргументами, которые "данилки" не задумываясь пускали в ход, если кто-то задевал святое.
        Правда, не во всем "данилки" приходили к согласию и между собой. Про Суровых Уральских Мужиков слышали все, но с какого они были города родом, об этом давно забыли. Зрелые люди по этому вопросу не спорили, ибо четко знали, что родиной этих мужиков был земной аналог его родного города. Зато молодежь спорить не уставала и споры эти не были словесными. Делом нужно доказывать! Они и доказывали. Бороться с этим явлением было бесполезно, поэтому пришлось вводить какие-то рамки приличия для ведения споров. Каждый год, на Масленницу, происходили кулачные бои между патриотами разных городов Урала. Добровольцы из Тагила, Челябинска, Магнитки, Катькин-Града, Уфы… строились друг против друга фалангами и начинали бой за право считаться суровейшими из суровых. Победившую команду, ждала роскошная награда: право торжественного восхождения на Медную Гору, чтобы возложить возле построенной на самой вершине горы часовенки, дары ее Хозяйке. Дары были простые - обычный венок из цветов-эндемиков.
        А проигравшие? Им целый год на эту священную гору путь был заказан, ибо "недостойных Хозяйка не привечает". Но победа одной из сторон, никогда не убеждала проигравших в своей неправоте и неполноценности. Повторить все заново и взойти наконец с дарами на Медную Гору - вот цель, достигнуть которой они упорно стремились. Ради этого, едва оправившись от побоев, они готовились к масленичным боям целый год. Как готовились? Смешной вопрос! Бои на Масленицу, это не последние бои в их жизни. Каждое воскресенья, проходили схватки "район на район", "деревня на деревню". Уклониться от участия в этих схватках не рисковали даже самые упоротые "ботаники" - прослыть "ссыкуном" не хотел никто. Именно в этих боях и отбирали достойнейших.
        Равняясь во всем на героев сказок и легенд, уральские горцы сумели выковать из себя тех, о ком уже их потомки будут сказывать сказки.
        В первый же день начавшейся войны, когда все запланированное ранее пошло прахом, командир штурмбатальона "Уралмаш", младший лейтенант Данила Петрович Муравьев, проявил себя истинным "данилкой": упорным в достижении поставленных перед ним задач. Первую задачу, поставленную перед ним Субудаевым - захват энергоцентра, он решил легко. "Уралмаш" изначально находился недалеко от этого объекта, марш до него занял не более пятнадцати минут, а затем последовала стремительная атака на противника, который еще возился с засевшими в корпусах охранниками из подпиндосников. Внезапность принесла свои плоды: те "косые" которые пытались оказать сопротивление, были уничтожены на месте, те же, кто оказался сообразительней - просто бежали. А "полицаи"? На их беду, среди них нашлись идиоты, открывшие стрельбу по атакующим "совкам", тем самым они подписали приговор как себе, так и остальным. Штурмовики Муравьева уничтожили их походя.
        Первая победа, пусть она и не большая, вселила во всех боевой задор. Останавливаться на достигнутом не хотел никто, ни командир, ни бойцы. И черт с тем, что "косые" уже приходят в себя, плевать на то, что их тут целая дивизия против их батальона, надо идти вперед, пока удача на их стороне! И они пошли, не испытывая ни тени сомнений в том, что все у них выйдет так, как хотят они. Но шли они не одни. Пока Штаб Территориальной Обороны бездействовал, Муравьев своей волей поставил задачи поднятым по тревоге "лесным егерям". Рота за ротой, пусть и вразнобой, но они спешили на помощь своим безбашенным землякам. И когда "Уралмаш" увяз в плотной обороне противника, они начали вступать в бой. А следом спешили все новые и новые бойцы.
        Здесь все сложилось намного трагичней, чем на Ленинградском терминале. Все-таки Муравьев уступал Субудаеву умением чувствовать бой. Ввод резервов в бой частями, тоже было не лучшим решением и потери от возникшего бардака были значительными. Спасало положение только то, что противник сам еще не разобрался в обстановке и творил не меньшие глупости. Но это только спасало от разгрома, а не приближало победу. До Муравьева эта истина дошла не сразу, а только после того, как с ним вышел на связь полковник Коробов. Описав красочно и в деталях, все что он думает о способностях Муравьева, полковник отдал приказ:
        - Все, что к тебе приходит, в бой сразу не бросай! Формируй ударный кулак! Бить растопыренными пальцами - запрещаю!
        - А что делать тем, кто уже в бою?
        - Продолжай ими давить на "косых", связывай их боем! И еще, сейчас к тебе подойдет "артель", пользуйся ей правильно. Пусть они сносят своим огнем все, что тебе мешает продвигаться.
        - Как быть с тем, что включено в особый список?
        "Особым списком" значились те объекты, повреждение которых было нежелательным. А раз у противника войск как грязи, то превратить их в сильные опорные пункты он сумеет. Подумав, Коробов ответил:
        - Старайся выманивать из них живую силу в чистое поле. Отсекай ее огнем от этих объектов. Ну, а если не получится, придется выковыривать их оттуда пехотой.
        Сражение за Тагильский терминал продолжалось.
        "ВРАТА ТУРКЕСТАНА".
        В штурмовых батальонах, все командные должности, были выборные. И хотя, все армии мира, стараются избежать принципа выборности командных кадров, Субудаев наоборот, именно этот принцип и внедрил в иррегулярных формированиях. А когда полковник Коробов, начал активно против этого возражать, то получил от Субудаева следующий ответ:
        - Семеныч! Настоящее право на власть, дает то доверие, которым пользуется командир в глазах окружающих. Если бы у нас хватало подготовленных командных кадров, то я бы сам ратовал за назначаемых сверху командиров. Но чего нет, того нет. А дисциплина и управляемость подразделений, нам нужна уже сейчас. Вот и пусть люди сами решат, кто их поведет в бой.
        - Так они могут вообще выбрать не пойми кого.
        - Они выберут тех, кому доверяют. А если ты боишься, что это будут некомпетентные люди, то напрасно. Сейчас, кого не поставь командовать, всякий будет болваном. И других людей у нас не будет. Просто, своими выборами, народ покажет нам, кого мы должны готовить для командования. Мы их и будем готовить. Не переживай, избежать занятий атаманы не смогут.
        - Ну ладно, выберут они себе атаманов, начнем мы их готовить, а если кто из них и впрямь идиотом окажется?
        - А почему ты считаешь, что народ не отличает, кто идиот, а кто не очень. Он что, специально будет ставить свою жизнь под удар? И не забывай, что выборы выборами, но подготовка, прием сдаваемых зачетов, перемещения по службе и присвоение званий по-прежнему висят на нас. Понизить в должности вплоть до рядового, мы всегда в состоянии. Так что ошибки народного выбора, не будут вести к фатальным последствиям.
        В соответствии с этим принципом, Александр Львов и был выбран командиром батальона "Пахтакор". А почему именно его? Да потому, что заметили люди в нем одно хорошее достоинство: Какая бы проблема не возникла, у Александра сразу находится в готовом виде, подходящее решение по этой проблеме. Руководство строительной фирмы, где Львов работал прорабом, это знало и ценило. Но знали об этом и фанаты "Пахтакора". Вот так и стал он комбатом. За три прошедших года, Александр не разочаровал ни людей в своем выборе, ни верхнее начальство. Народный выбор оценили и приняли.
        Когда батальон подняли по тревоге и довели до командира первое боевое задание, Александр теряться не стал. Решение на бой, он выработал быстро.
        Младший лейтенант Львов, прекрасно понимал, что действовать по старому плану уже нельзя, а также то, почему Субудаев изменил задачу дня в сторону ее уменьшения. Вот он и не стал совершать ошибки, типичные для остальных комбатов.
        Прикинув время, необходимое для выдвижения на исходный рубеж, комбат понял, что катастрофически не успевает, что его батальон, противник гарантировано перехватит еще на половине пути. И что делать? Выход был прост: ни в коем случае не двигаться по магистрали. Вместо этого, батальон совершил марш по покрытой густыми зарослями пойме Сыр-Дарьи. И хотя, из-за возникших сложностей, походная колонна оказалась разорвана на несколько частей, выход на рубеж атаки прошел в общем то нормально. Энергостанция терминала, была мгновенно захвачена силами головной походной заставы, которая лихо ворвалась на позиции противника, прямо на легковых внедорожниках марки "Ишак". Тут никаких трудностей не возникло. Наладить оборону этого объекта, противник просто не успел, а малочисленная охрана и не пыталась обороняться. Она в панике бежала. Успех был легким, а дальше пошли сложности. Развить успех силами ГПЗ нечего было и думать. Противник в растерянности был недолго. Следующая стадия боя, состояла из контратак чжунхуев и постепенного вступления в бой подходивших подразделений сводного отряда туркестанцев. Именно
сводного отряда, а не батальона. В атаке на транспортный терминал, принял участие не только этот батальон. Были там и другие добровольческие формирования. И роль их в успехе операции была неоценима. Вслед за бойцами Львова, в бой пошли ополченцы из стрелкового клуба "Карамультук" и медики из добровольного общества спасателей "Ибн-Сина". Не отстала от них и любимая футбольная команда, выставившая на поле боя и взрослый и юниорский состав. А еще, в пути присоединялись одиночные добровольцы, не успевавшие явиться по тревоге к месту сбора своих подразделений. Уже на территории терминала, в состав "Пахтакора" вошли и бывшие здесь ранее разведчики-наблюдатели. Бардак это поначалу создавало, но порядок Львов навел быстро. Когда были отражены первые, наспех организованные атаки чжунхуев, следовало подумать, как быть дальше. Держать весь отряд на территории станции, смысла не было. Сил у врага хватало для того, чтобы блокировать занятый объект. Если противник подтянет введет в дело тяжелое вооружение, то гибель скученных на ограниченной территории добровольцев наступит быстро. Комбат решил атаковать дальше.
Рота Юнуса Ахмеджанова, повела наступление на складской терминал. Выбить из рук противника такой козырь, как хранящиеся в контейнерах тяжелые артиллерийские системы, было очень необходимо. Рота Ахмеда Саидова, нанесла удар в сторону центральной таможни - там начиналась транспортная магистраль, идущая в сторону Ташкента. Прервать сообщение между ударной группировкой чжунхуев и находящимися в космопорте резервами, значит сорвать наступление на столицу края. Остальные подразделения отряда, начали закрепляться на занятой энергостанции. Пока она не отбита противником обратно, космические лифты работать не будут, а значит переброска новых войск агрессора на планету неосуществима. Во всяком случае через "Ворота Туркестана".
        Спланировать бой оказалось легче, чем провести его. Рота Ахмеджанова нарвалась на плотный огонь противника, который уже начал вводить в дело тяжелые артиллерийские системы. Применяемые им пушки Гаусса, сумели подавить огонь тех невеликих средств средств огневой поддержки, что имела при себе первая рота. Переносные рельсотронные установки чжунхуев, сумели вывести из строя нашу бронетехнику и начали постепенно выводить из строя штурмовые роботизированные устройства. Были ощутимые потери и в личном составе. Вот только остановить атаку не удалось. Бойцы Юнуса начали медленное сближение с боевыми порядками противника, используя каждое укрытие, каждую складку местности. Они понимали, что лучшим способом выхода из под орудийного обстрела, является сближение с врагом на как можно более близкую дистанцию боя. Перебежками и переползанием, прикрывая друг-друга огнем, русская разноплеменная пехота медленно но верно сокращала дистанцию боя. И пусть она не имела теперь "брони", пусть отсутствовала артиллерия, проявленное упорство в достижении цели, приносило свой результат. Огонь переносных систем не мог решить
все задачи, но он был. Штатные снайперы с рельсотронными ружьями и добровольцы из "Карамультука" с легкой стрелковкой, постепенно слепили и давили огневые точки чжунхуев, позволив стрелкам выйти на дистанцию гранатного боя. И как только это произошло, последовал яростный рывок осатаневших от потерь бойцов в сторону позиций противника. А вот тут нашла коса на камень. Солдаты пиндосов, всегда старались избегать ближнего боя. Будь они на месте чжунхуев, они бы просто разорвали дистанцию, прикрывшись плотным огнем. Но здесь были все-таки чжунхуи, для которых ближний бой не считался чем-то неестественным. И они не побежали. Они рванули навстречу. Завязался самый кошмарный и всех существующих видов боя - рукопашный. И долгим он не был. В физическом плане превосходство было за врагом. Тела, усиленные псевдомышцами, могли совершать усилия, недоступные даже физически крепкому человеку. Экзоскелет достаточно хорошо защищал тела от повреждений. Вот только наших это не смутило. Очереди ШКАСов, выпущенные в упор, удары шанцевым инструментом, прикладами и вообще любыми тяжелыми предметами, да помноженное на ярость,
свое дело сделали. Чжунхуи, понеся потери отступили. И неспроста. Трупы, которые они оставили, выглядели кошмарно. Как будто артиллерийскими снарядами разорванные. Это был хоть какой, но успех. Правда, дался первой роте он дорого. В строю осталось едва четыре десятка человек. Сил на выполнение поставленной задачи больше не было. То, что склады они уже не возьмут, Ахмеджанов прекрасно понял. Все, что они теперь могли сделать, это закрепиться на месте и огнем своего оружия, мешать противнику вытаскивать технику из контейнеров.
        Бой второй роты отличался в деталях, но результат был похожий. Выбить чжунхуев из здания таможни не удалось. До рукопашной тут не дошло, но потери были не меньшие. А потому и Саидов принял решение о переходе к обороне. Благо, что дорогу на Ташкент перекрыть огнем получалось.
        А третья рота, бой пока не вела. Пользуясь тем, что противнику не до нее, она тщательно закреплялась на захваченном объекте. Шла подготовка к длительному бою в отрыве от своих войск. Надежда на то, что удастся продержаться до подхода наших, еще была.
        Эпилог
        К вечеру Ленинградский терминал был наконец-то взят. Но это и не удивительно. Прекратив атаку в сторону контейнерного терминала, чжунхуи потеряли свой шанс на победу. А дальше - новых возможностей для достижения успеха я им не предоставил. Как только мы были готовы, на противника обрушился шквал огня и мы перешли в атаку. То, что их было больше чем нас, никакой роли уже не играло. Стиснутое на ограниченной площади войско никогда не сможет задействовать все свои силы. А если еще оно лишилось управления, то это уже не армия, а легко истребляемая толпа. И они это ощутили на своей шкуре. С каждой минутой, подконтрольная им территория уменьшалась все больше и больше. Они еще пытались выкрутиться за счет упорства, у них еще были не потерявшие голову командиры. Все, что можно было сделать, "косые" сделали. Поздно! Потеряв удачный момент, они потеряли победу. Даже ошибки, что неизбежно совершали наши ротные и комбаты, не могли повлиять на окончательный результат. Как-то незаметно наступил момент, когда сопротивление перестало быть организованным. Бой сменился простым истреблением. Появились первые
пленные. Сперва, это были раненые, оставленные противником на нашу милость. Не тратя на них лишнего времени, бойцы их просто передавали начавшим подходить егерям.
        Чтобы не ожесточать врага, был заранее отдан приказ, запрещающий издевательства над взятыми в плен и сдавшимися. Более того, как только наши связисты сумели встроиться в "сетку" противника, пошла от нас информация и на ту сторону фронта, что мы с пленными и беспомощными не воюем. Эффект от этого был - чжунхуи быстро обозначили свои медпункты ясно читаемыми символами.
        Вскоре, начали сдаваться и те, кто осознал безвыходность своего положения. Сначала их было мало, но постепенно, количество сдавшихся все увеличивалось и увеличивалось. Сдавались как в одиночном порядке, так и целыми отрядами. Когда наступили сумерки, оставшиеся в живых чжунхуи вывесили белый флаг.
        Разбираться с теми, кто капитулировал, я поручил срочно приехавшим работникам Штаба территориальной обороны, Хюммелю и Воронову. Мне сейчас было не до пленных. Нужно было понять, что нам принес этот день.
        Выслушав доклады как об успехах, так и о потерях, я связался с Семенычем. Доклад его, меня сильно не порадовал. Полный успех, пусть и с ощутимыми потерями был только у нас. На Тагильском терминале, мы топчемся на месте. Муравьев, выполнив ближайшую задачу, не стал останавливаться на достигнутом и замахнулся на весь оставшийся терминал. Бои идут с переменным успехом и кто кого сумеет победить еще не ясно. У Львова тоже не все слава богу. Доложил об успешном выполнении ближайшей задачи и исчез. Как Семеныч не старался, но установить с Львовым потерянную связь не получилось. Вот и гадай: то ли противник заглушил ему связь, то ли "Пахтакор" уничтожен полностью.
        А на остальных направлениях, никто никакого положительного результата не добился. Потому, что были разгромлены еще на подходе к цели. И кто в этом виноват? Да никто кроме меня! Можно выставить в качестве причины незрелость наших командиров. Можно указать на то, что из Семеныча стратег пока еще никакой. Только толку? Именно я дал людям приказ, выполнить который им оказалось не по силам. Ну не все они оказались Львовыми и Муравьевыми! Мне с этим нужно было раньше разбираться и ставить комбатам другие задачи. Ведь поставь я им задачу, на ведение активной обороны, они сумели бы ее выполнить! Территорию мы бы конечно теряли, но войска сохранили бы боеспособность.
        Ладно! Не стоит заниматься самобичеванием! Нужно исправлять ситуацию. И не только исправлять, но и повернуть ее к своей пользе.
        - Семеныч! Сейчас ты немедленно собираешь себе в помощь оперативную группу своих штабистов и не медля выезжаете ко мне.
        - Есть! А кого на "хозяйстве" оставить?
        - Кого хочешь, того и оставляй. Все-равно, как не было у нас Генштаба, так и нет.
        А это камень уже в огород Коробова. Вроде грамотный мужик, мог ведь мою дурь исправить, когда дело неладно пошло, а не исправил. Мог подсказать комбатам, чтобы не перли на рожон, а разминувшись с выходящим противником, выйти на рубеж атаки обходными путями, как это сделал Львов. А не сообразил ведь.
        Я не стал упрекать Семеныча в тех ошибках, которые он уже успел совершить. Все, что можно было сделать в этой ситуации, но не было сделано, мы разберем вместе, когда он прибудет ко мне. Ему тоже нужно учиться, ведь реального боевого опыта, у него даже меньше, чем у моих горе-командиров. С ними кстати тоже нужно разобрать сегодняшний бой.
        Спустя некоторое время, состоялся разговор с императором.
        - Ну что майор, порадовать меня ничем не сможешь?
        - Ваше Императорское Величество, докладываю…
        - Не нужно докладывать. Обстановку я знаю. Ты мне лучше скажи, что нам со всем этим делать? И что мне говорить народу?
        Чувствовалось, что царь наш был крайне зол и растерян. Все пошло не так, как мы решали ранее. Он продолжал и дальше осыпать меня упреками, но я его уже перестал слушать.
        Я просто посмотрел на него другим взглядом. И увиденное мне не понравилось. В моем молодом теле жил не старик, а древняя и много испытавшая за двенадцать веков тварь. Тот, кого я признал в молодые годы своим Повелителем, разве он так себя вел? После блистательной Калки, мы потерпели поражение от булгар. Я вместе с Джебе, этим поражением, похоронил достигнутое нами за четыре года тяжких трудов. Вина наша была огромной и кое-кто предлагал нам бежать от гнева Повелителя в другие, неподвластные ему земли. Мы не стали следовать советам "доброжелателей". Вместо этого, резкий и порывистый Джебе заявил непрошенным советчикам:
        - От Повелителя бегают лишь его враги!
        А потом, мы стояли перед Ним, стыдясь и не зная, куда девать свой взгляд. Нам уже не было страшно умирать, ибо стыд и позор, выпавшие на нашу долю, были страшнее смерти. Повелитель глядел на нас своим пристальным взглядом и долго молчал. А потом сказал, как плетью ожег:
        - Я вижу перед собой стыдливых женщин, а не мужей, стойких во всяком несчастье. Когда преодолеете свою стыдливость, тогда я найду для вас службу.
        И знаете, сразу стало легче!
        - Так что мне сказать народу? Что выкормленная им армия, которой ни в чем не было отказа, оказалась ни на что не годна?
        - Ты скажешь людям, что выкормленная ими армия, столкнулась с врагом, который многократно ее превосходил по всем статьям. Что, столкнувшись с могучим врагом, мы не побежали. Пусть не везде была сегодня удача, но это не последний день войны. Никто, слышишь? Никто не поднял руки вверх, вымаливая пощаду! Не было и сбежавших. Даже там, где все было плохо, воины сражались достойно и отступили только по приказу.
        Ты скажешь людям о том, что уже первый день войны показал, нашу способность хорошо воевать и бить врага! Мы не только отступали перед ним, мы еще и громили его! Многие тысячи их, бросили свое оружие и просили у нас пощады! Я могу всем, кто в этом сомневается, показать и пленных и взятые в бою трофеи. Завтра враги сдадутся нам в другом месте - на Урале.
        Та приказывал захватить хотя бы один терминал? Мы выполнили твой приказ! Северо-Запад теперь свободен от врагов. Завтра будет свободным Урал. А остальное - дело времени.
        Моя отповедь, сперва ошеломила царя. Не сразу он смог понять, как мне ответить. Затем я услышал от него:
        - Да Субудай! Я передам твои слова всему народу. Ты прав, замахиваясь на империи, войну в один день не выиграешь. Ты мне скажи еще одно: ты веришь в то, что мы их одолеем?
        - Я не просто верю, я это знаю! Более того, я теперь знаю место, где решится судьба всей этой войны. Враг конечно, не глуп, но я заставлю его поглупеть. Ты это еще увидишь.
        Вот так и закончился наш разговор. Позади, остался первый день войны. Не совсем удачный день. Но разве цыплят не по осени считают? Вся война еще впереди, знать бы еще, когда она закончится!
        Часть 2. ЛОГОВО РУССКОГО ЗВЕРЯ
        Предисловие
        Добро пожаловать во вторую часть трилогии "Полководец Третьего Рима". Вам наверное первая часть произведения показалась очень занудной. Слишком много рутины и интриг. А боевые действия только слегка затронуты. Пусть вас это не огорчает. Вторая часть будет вся состоять из описания войны. Так было задумано изначально.
        Обычно, в произведениях такого жанра, стараются показывать позитивное влияние "попаданца" на судьбу местных недотеп. И как правило, все планы героя тщательно продуманы, помощники у него либо строго безупречны, либо услужливо- дебильны. Я стараюсь изображать иначе. Уже в первой части, мы видим народ, потерпевший жесточайшее поражение, лишенный материнской территории и превращенный в изгоя. И народ этот мечтает о реванше. Не только мечтает, но и действует. При этом он не остался не изменившимся. Помимо усилий по собственному выживанию, он прикладывает усилия по подготовке грядущей победы. Меняется и мой главный герой. Он тоже не идеален, как и окружающие его люди. Он работает в условиях кадрового голода и наложенных врагами ограничений. Он не может все знать наперед и всего предусмотреть. И вот, ранее разработанные планы, пошли прахом. Готовились к войне с одним врагом, а воевать пришлось с другим. Планировали сами напасть первыми, а вместо этого напали на нас. Хотели начать войну с побед, а начали с поражений. И как тут быть дальше, никто подсказать герою не в состоянии. А значит, придется думать о
том, как изменить неблагоприятный ход событий.
        И ничего тут не поделать. Только у жуликов идет все на "отлично". А талант настоящего полководца, проявляется именно в такие тяжелые моменты. Именно тогда, когда военная наука предрекает грядущее поражение, полководец должен создать предпосылки победы. Главное, чтобы народ не терял веры в достижимость этой победы. А народ достался ему своеобразный, не похожий на прежний. Да и вы не узнаете в этих русских самих себя. Слишком много потеряно и забыто. Слишком много отринуто. Еще больше, осталось в памяти, но в таком искаженном виде!
        Я описываю общество, которое цепляется за любую мелочь из своего прошлого. Чтобы сохранить себя как народ. Мифы и легенды о прошлом прошли свой отбор. Этим людям важна любая позитивная зацепка. Пусть даже нам это кажется смешным. А им не до смеха. Им просто нужно победить. Ранее несущественное, они возводят в культ, если это помогает им одолевать трудности и не терять надежды. Переосмыслена идеология и даже религия. Именно религия вдруг стала так важна. Лично я атеист. Но наблюдая за поведением людей, оказавшихся в сложной ситуации, я часто видел, как отчаявшийся человек, вдруг обретал силы, уцепившись за веру в бога. Но разве в обществе, стоящем на грани исчезновения, не появятся религиозные фанатики, черпающие в своей вере, силы для сопротивления? В общем, читайте дальше.
        Глава 22
        ТРЕМЯ ВЕКАМИ РАНЕЕ: 2120 ГОД. КАНАДА.
        Из воспоминаний разведчика террор-группы "Русич" Ширинбекова Афзалбека Шакарбековича (позывной "Пинхони"):
        "За всех нас было обещано крупное вознаграждение. Его даже успели выплатить поимщикам. А теперь, когда после успешного восстания, мы вновь на свободе, хозяева здешних земель наверняка назначили более крупные суммы за наши головы. Еще бы! На свободе находятся опаснейшие враги всего "свободного мира"!
        Кто же мы такие? Знакомимся:
        "РАБИНОВИЧ ИОСИФ МОИСЕЕВИЧ. Он же Joseph Rabinowitz. Позывной: "Хазарин" ("Hazarin"). Возраст - 50 лет. Глава подпольной структуры мафиозного типа на территории Северной Америки.
        Родился и вырос в России в городе Москве. Получил образование в Санкт-Петербурге. Окончил БГТУ "Военмех" им. Д. Ф. Устинова. Факультет "Р" (МЕЖДУНАРОДНЫЙ ПРОМЫШЛЕННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ И КОММУНИКАЦИИ).
        Защитил диплом по двум кафедрам:
        По сведениям, имеющимся у Агенства Глобальной Безопасности, во время учебы на втором курсе вступил в экстремистскую организацию "Русская Весна".
        В 2095 году, добровольно вступил в ряды Вооруженных Сил Российской Федерации. Проходил службу в артиллерийских частях. Первичная должность - командир огневого взвода. Последующие должности: командир взвода управления артиллерийской батареи, командир взвода артиллерийской разведки отдельного артиллерийского дивизиона, заместитель командира разведывательной роты мотострелковой бригады, командир мотострелковой роты. Имеет опыт боевых действий. В 2105 году комиссован из Вооруженных Сил России по состоянию здоровья (сахарный диабет) в звании "капитан запаса".
        В 2108 году окончил аспирантуру при своей альма-матер. Успешно защитил диссертацию по закрытой теме.
        В 2110 году эмигрировал в Израиль. По данным имеющимся в распоряжении Агенства Глобальной Безопасности (АГБ), сотрудничества с Главным Разведывательным Управлением и "Русской Весной" не прекращал. В 2111 году, им был организован Русско-Еврейский Инвестиционный Фонд. В 2115 году, эмигрировал в Канаду, где на основе подконтрольного ему РЕИФ и была организована мафиозная структура, обеспечивающая Русское Сопротивление всем необходимым для борьбы с Силами Демократического Сообщества. В 2119 году, в ходе масштабной операции, проводимой АГБ на территории Северной Америки, против русских террористов и русской мафии, был арестован в превентивном порядке. Содержался в "красном секторе" лагеря "Юкон". В отношении его подрывной деятельности проводилось следствие.
        Совершил побег, воспользовавшись восстанием заключенных лагеря "Юкон". В настоящее время его местонахождение неизвестно.
        Женат.
        Жена: Рабинович (Шварц) Реввека Аароновна. Возраст - 43 года. Позывной "Эфа". Функционер "Русской Весны". В настоящее время ее местонахождение неизвестно.
        Сын: Рабинович Александр Иосифович. Возраст - 20 лет. Позывной - "Сынок". Боевик Поморской Партизанской Бригады. В настоящее время его местонахождение неизвестно.
        Дочь: Рабинович Юлия Иосифовна. Возраст - 19 лет. Позывной - "Дочка". Боевик Поморской Партизанской Бригады. В настоящее время ее местонахождение неизвестно".
        Впечатляет? Только сейчас этот "опасный русский мафиози" находится в жалком состоянии. Мы его выдернули из медицинского блока "красного сектора" чуть живого. Несем его на носилках по очереди. И это не удивительно. Хозяевам здешних мест хотелось узнать от него очень многое. Судя по всему, его усиленно пичкали убойными препаратами. Допрос с помощью применения медикаментозных средств. Выложил им он что или нет, мы не знаем, но нам этого и знать было не положено. Наша задача простая: Любой ценой доставить его до своих. Мы на этот счет не гадаем и не рассуждаем. Приказано, значит выполним! Уж с чем-чем, а с дисциплиной и исполнительностью у нас всегда был полный порядок. Это вам не иммигрантская шелупонь из "зеленого сектора". Те вообще к Русскому Сопротивлению не имеют никакого отношения. Их "замели" лишь потому, что они когда-то жили в России. Похоже, что пиндосы из них сделают чудесных "козлов отпущения"! Ну и пусть платят за побитые нами горшки! Заслужили! Более продажной публики не встретить. Сперва, от России отреклись, а потом в лагерях перед пиндосами выслуживались.
        А вообще, если честно говорить, даже не знаю, донесем ли мы "Хазарина" живым до своих или тут на Канадщине и похороним. Ему нужен хороший врач, а мы опасаемся заходить в населенные пункты. Бояна, чем может, тем его и выхаживает. Вот только что она может? "Хазарин" жалуется, что после пыточной фармации, у него во рту приторно аж до тошноты. Постоянно скармливаем ему плоды рябины[1 - Плоды рябины использовались в народной медицине как противоцинготное, кровоостанавливающее, мочегонное, желчегонное, потогонное, слабительное и как средство от головной боли; в научной медицине рябина не используется.]. Благо ее много тут растет. Вроде помогает немного, только по малой нужде приходится его часто носить. Впрочем, "Хазарин" не скулит. Как может, так и шутит: "Пора мне Афзалбек фамилию менять. Ей-богу, дойдем до своих, сменю свою фамилию. Был Рабиновичем, стану Рябиновичем зваться!"
        Помоги Аллах великий и милосердный мученику за праведное дело! И пошли успеха нашей Бояне в ее целительстве!
        "БОЯНА ДОБРИЛОВИЧ. Она же: Bojana Dobrilovic. Позывной "Црвена". Возраст - 25 лет. Волонтер Гуманитарной миссии "Славянское Братство". Родилась в Боснии и Герцеговине в городе Брчко. Училась в Белградском Университете с 2112 по 2116 годы. Учебу прервала в связи с семейными обстоятельствами. Имеет незаконченное медицинское образование и навыки в нетрадиционной медицине. С 2113 года недолго состояла в экстремистской группировке "Милош Обилич". В 2116 году в составе "Славянского Братства", работала медицинской сестрой в различных гуманитарных миссиях на территории России. В 2118 году, получила тяжелое ранение при эвакуации из зоны конфликта детской больницы. В том же году начала сотрудничать с русскими террористами. Подозревается в ликвидации российских граждан сотрудничавших с Силами Демократического Сообщества Наций. В частности, имеются подозрения в ее причастности к ликвидации семьи российского правозащитника Собака в городе Цюрих и семьи Гозманов в городе Торонто.
        В 2119 году, в ходе операции, против русских террористов и русской мафии, была арестована в превентивном порядке в городе Чикаго. Содержалась в женском отделении "оранжевого сектора" лагеря "Юкон". В отношении его подрывной деятельности проводилось следствие.
        Совершила побег, воспользовавшись восстанием заключенных лагеря "Юкон". В настоящее время его местонахождение неизвестно".
        Вот такова наша Бояна! Надежная девчонка и никогда не унывает. Ее отправили с нами потому, что за Рабиновичем нужен хоть какой-то уход. Не будь "Хазарин" в плохом состоянии, она бы ушла вместе с остальными повстанцами на Аляску. А на Аляске сейчас жарко. То, что мы уже два месяца не выходим к людям, еще не значит, что мы не в курсе текущих новостей. Трофейные коммуникаторы позволяют нам слушать новостные передачи местных вещательных компаний. А суть новостей такова: Восстание на Юконе было успешным. Ребята сумели не только вырваться на свободу, но и захватить достаточно оружия. Еще на стадии подготовки было решено уходить через Аляску. Они и ушли. Правда, через Берингов пролив они не прорвались, зато захватили на Аляске у пиндосов много военных складов. А затем, если верить новостным лентам, поставили там под контроль весьма большую территорию и провозгласили на весь мир, о создании Русской Аляски. Сейчас пиндосы туда направляют войска и эвакуируют беженцев. Чем это закончится - Аллах его знает. Но мы искренне желаем ребятам удачи.
        Так вот о Бояне. Когда мы уходили, она взяла в медблоке те лекарства, что там имелись. Жадничать мы не могли. Тем, кто уходил на Аляску, а это пара тысяч человек, лекарства тоже требовались. Так что делились по-братски. И конечно, нам этого запаса не хватило. Мы ведь не на курорте отдыхали. У всех после лагерей были проблемы со здоровьем. И если бы не Бояна, не прошли бы мы столько, сколько удалось пройти. Наделил ее Аллах великий и милосердный, талантом истинной целительницы. Иногда, глядя на ее хлопоты, складывалось впечатление, что мы идем не по дремучим лесам, а по самой настоящей аптеке. Травы и плоды, кора различных деревьев и корни кустов - все годилось ей для приготовления снадобий. Уже после первой недели после побега, все, кроме "Хазарина" почувствовали себя лучше.
        Честно говоря, я очень неровно дышу к ней. Серега Львов это быстро приметил. Как - то на привале, он отвел меня в сторону и сказал:
        - Афзалбек, лучше не мани свою душу. Не про тебя она. Была бы русской бабой, может что и вышло бы. А так… Понимаешь, сербы они очень не любят муслимов. А она жила в муслимском краю. В общем, смотри сам, но я бы тебе не советовал смотреть на нее. Все-равно не примет она тебя в свое сердце.
        - Серега! Хороший ты мужик! И образованный, и повидал в этой жизни много, и умный, а все-равно дурак! Ты хоть знаешь, как мою маму звали? Не знаешь? Значит слушай: Светлана Георгиевна! Думаешь, ей мусульмане нравились? Не любила она их. А вот с отцом моим у них любовь и вышла. Если Аллаху будет угодно, то и у меня все получится, так как я мечтаю.
        - Ну, смотри Афзалбек, выйдет, так выйдет. Но уж если ты ей не по нраву придешься, отойди в сторону. Очень тебя об этом прошу.
        Вот чудак-человек! Да в нашем роду не принято принуждать женщин к чему-либо. И вовсе не потому, что одни ангелы у нас водились. Просто, наш далекий предок, завещал нам беречь дух нашего рода, а для этого запретил нам брать в жены совсем уж обыкновенных женщин. И потому не брали мы жен в своих краях. А где найти необыкновенных женщин? И уходили наши мужчины на войну, благо было куда идти. А если не было войны в наших краях, то уходили дальше и служили тому, кого сочли достойным. А потом возвращались домой, принося с собой добычу и раны. Или вообще не возвращались. Но те, кто вернулся, обязательно знакомили свою мать с той невестой, что привел сын из похода. Явиться с войны без невесты, считалось у нас неприличным. И это были не запуганные пленницы, таких наши матери ни за что в дом не пустили бы. Это были женщины, которые не склонялись ни перед какой силой. Такие, которые не станут идти против своего сердца, а в сердце их никогда не будет места слабости.
        "Жена - это не добыча и не подарок. Жена - это награда мужу, согласно его достоинству". Так было нам завещано исстари нашими матерями.
        Числились мы все таджиками. Но что нас роднило с ними, кроме места рождения, веры и языка? В наших жилах давно уже поселилась кровь многих народов мира, живущих между Четырьмя Океанами.
        Так что ты не прав Сергей. Я свою награду возьму, по праву своих заслуг и обретенному достоинству. И пусть Бояна будет ко мне благосклонна! А не выйдет - значит, Аллах счел меня недостойным.
        "ЛЬВОВ СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ. Позывной "Дерсу". Возраст 32 года. Боевик террор-группы "Железный Феликс". Родился и вырос в городе Находка Приморского Края. В 2106 году, заключил контракт на службу в Пограничных войсках Российской Федерации. Службу проходил в подразделении специального назначения. По окончании контракта, согласно сведений, имеющихся у АГБ, продолжил службу в Закордонной Разведке Погранвойск РФ. Заочно окончил Санкт-Петербургскую Государственную Лесотехническую академию имени С.М. Кирова, Экономический факультет.
        После упразднения Государственной Пограничной Службы, в 2114 году вышел в отставку. До 2116 года работал столяром в различных частных фирмах. Сразу после выхода в отставку, присоединился к оппозиционному движению "Союз Михаила Архангела". Тайно готовил боевиков для этой организации. Учавствовал в подготовке и осуществлении резонансных террористических акций в Кракове и Стокгольме. С 2118 года, нелегально действовал на территории Северной Америки в составе террор-группы "Железный Феликс". Лично участвовал в ликвидации бывшего начальника Государственной Пограничной Службы РФ Борисмана Н.Г. и бывшего Министра Внутренних Дел Сердюкина М.М., эмигрировавших к тому времени из России. В 2119 году, задержан, по обвинению в совершении террористических актов на территории Канады.
        Содержался в "оранжевом секторе" лагеря "Юкон". В отношении его подрывной деятельности проводилось следствие.
        Совершил побег, воспользовавшись восстанием заключенных лагеря "Юкон". В настоящее время его местонахождение неизвестно".
        Мы уходим все дальше и дальше на юг и восток. То, что мы удачно избегаем встреч с людьми, немалая заслуга Сереги Львова. Вот уж действительно лесной человек! Мы бы сотню раз потерпели неудачу, если бы не его лесные умения. Именно он заботился о сохранности нашей одежды и обуви. Про обувь - отдельный рассказ. Когда мы придем на указанную "Хазарином" явку в Торонто, мы должны выглядеть так, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания. Нас снабдили в дорогу приличной для города одеждой и обувью. Ради этого, во время восстания, мы ограбили магазины в ближайшем городке. И именно эту одежду и обувь, "Дерсу" запретил нам вообще одевать:
        - В городе, вы должны выглядеть как все, а не как жертвы катастрофы.
        Мы теперь бреемся настоящей опасной бритвой, чтобы незагоревший на солнце подбородок не привлекал внимание полиции. Мы даже, выходя в путь, побрили налысо свои головы, чтобы к концу похода, иметь аккуратные короткие стрижки. А обувь? Та что была на нас, уже пришла в негодность и была давно закопана в землю. Теперь мы идем в лаптях. Да-да! Самых настоящих лаптях! Ими нас снабдил Серега. В них вполне удобно совершать переходы, правда хватает их ненадолго. Но это не беда, теперь мы все научились их плести. Кроме "Хазарина" конечно. Но ему они не нужны. Ведь он не идет. Конечно, хлопоты Бояны даром не прошли, Иосиф Моисеевич встал на ноги. Но длительные переходы, пока что не для него. Быстро устает. Нам проще нести его на себе, чем плестись за ним не пойми сколько времени. Он очень стыдится своей немощи и просит чем-нибудь его нагружать. Мы и даем ему нагрузку, но только на привалах. Ночной караул - это его святое! А выспится днем, на носилках. Впрочем, мы уже втянулись в эту жизнь и она нас нисколько не тяготит. Пожалуй, лучше всех, чувствуют себя братья-близнецы Филлиповы. Они среди нас самые
молодые, им всего по семнадцать лет. От лагерных хворей они избавились быстрее нас всех.
        Присмотревшись к ним, я понял, что наши командиры не просто так назначили их в наш отряд. Сильные, ловкие и сообразительные, они не были никому обузой. А в их стойкости, сомневаться не приходилось. Невзирая на несолидный возраст, они были крепкими орешками для любого врага. Список их претензий к либерастам разных мастей и пиндосам, у них накопился солидный. Счет этот открылся в 2117 году после "гуманитарной бомбардировки" их родного поселка Пустошка, что находился в Псковской области. Именно тогда, четырнадцатилетние подростки и осиротели. А потом была боевая работа в отряде "Скобарь". Там они прошли проверку делом. И ведь не просто так, когда возникла нужда, их нелегально отправили в Северную Америку в помощь нашему "Русичу".
        Это была самая громкая акция в истории террор-групп. Здешние хозяева, слишком привыкли к тому, что их веками никто не трогает. Они сеяли беду по всей Земле и не получали ударов в ответ. В крайнем случае, за их грехи отвечала рядовая "бражка". В тот год, наше руководство решило, что пора этим тварям ответить лично за все, что ранее сходило им с рук. Нужно было только выбрать момент, когда они соберутся вместе. И этот момент настал!
        Они собрались на свой шабаш в Лос-Анжелесе, все эти Варбурги, Шиффы, Морганы и прочие Рокфеллеры. Веками террористы убивали королей, президентов, министров, генералов… На них однако не охотился никто. Еще бы! Ведь до этого, все "королевские охоты" заказывали именно они! Их не рисковали трогать даже самые отмороженные антисемиты, хотя еврейских корней у этих особей было с избытком, а еврейская кровь, временами текла ручьями. Они давно уже себя приравняли к богам, забыв о том, что богов тоже убивают. Охраняли их мощно, но недостаточно эффективно. Все-таки отсутствие покушений расслабляет.
        И они не ожидали, что найдутся те, кто сочтет и их жизни. Много позже я узнал, что инициаторами этой акции, были израильские патриоты из тайной организации "Новые Маккавеи". И пусть Вас не удивляет решение этих людей. Традиционная мораль, для них оказалась значимей кровного родства. Именно они, потом дороже всех расплатились за эту операцию. Сил "Маккавеев" на это не хватало и они вышли на нас. Но кроме нас, Русского Сопротивления, подключились мои собратья из Туркестана. Сил мы собрали достаточно, и подготовились хорошо.
        "БРАТЬЯ ФИЛЛИПОВЫ ПЕТР И ПАВЕЛ. Близнецы. Позывные: "Кузя" и "Дёма". Возраст 17 лет. Боевики отряда "Скобарь" Псковской партизанской бригады. Родились и выросли в городке Пустошка Псковского Региона. В 2116 году, начали террористическую деятельность в отряде "Скобарь" в качестве разведчиков-наблюдателей. В 2117 году использовались в качестве разведчиков - нелегалов на территории ряда регионов России. В 2118 году, прошли диверсионную подготовку на тайных базах Русского Сопротивления. В том же году были задействованы в ряде террористических операций. В 2119 году проходили практику на территории подконтрольной Юкатанским инсургентам. В числе прочего, совершенствовали свое владение испанским языком. В том же году, нелегально проникли на территорию Северной Америки. Проживали в Лос-Анжелесе. Принимали непосредственное участие в террористической атаке на Новый Комплекс во время проведения Большого Саммита. Задержаны при попытке покинуть зону проведения полицейской операции.
        Содержались в "оранжевом секторе" лагеря "Юкон". В отношении их подрывной деятельности проводилось следствие.
        Совершили побег, воспользовавшись восстанием заключенных лагеря "Юкон". В настоящее время его местонахождение неизвестно".
        Из воспоминаний Рябиновича Иосифа Моисеевича, бывшего руководителя нелегальной резидентуры ГРУ. Позывной: "Хазарин":
        "Акция по уничтожению представителей американской финансовой элиты была глупой, с какой стороны не смотреть. Эффектно выглядело, что ни говори, но результат от ее проведения мне не понравился. И дело не в том, что среди уничтоженных ребятами уродов, хватало моих соплеменников. Уж на них мне было наплевать с высокой колокольни. Плохо было то, что эта акция принесла пользу нашим врагам. А нам соответственно вред.
        Наше руководство, готовя операцию, считало, что уничтожает истинных хозяев наших врагов. А на деле, все эти Варбурги, Шиффы, Морганы… были просто богатыми и влиятельными приказчиками своих хозяев. Их истинные хозяева не пострадали. А приказчики, какими бы они не были хорошими, их можно всегда заменить. Среди моих соплеменников, всегда найдется достаточное количество талантливых, амбициозных и беспринципных личностей, готовых занять освободившееся место. Так что, Система хоть и потерпела ущерб, но даже и не пошатнулась. Как я и предполагал, выбывших легко заменили.
        Но это был не самый большой вред. Хуже было другое - американская элита действительно ослабела и ее начал подминать под себя более опасный зверь. Я имею в виду англичан. На них привыкли смотреть, как на ручную американскую шавку. Именно так и смотрело на них руководство Русского, Исламского и других Сопротивлений. А напрасно. В благополучные еще времена, в своей диссертации, я писал о скрытой "английской угрозе". Но, как я не старался довести до людей свою мысль, веры мне не было. Я очень старался все излагать простым языком, чтобы те выводы, к которым пришел я, стали очевидными для всех.
        Вы спросите, как я углядел новую опасность для мира? Отвечаю. Любую проблему нужно рассматривать комплексно. Не останавливать свой взгляд на самой заметной детали, а окинуть взором весь мир. США - были самой крупной и броской деталью нашего мира, но всем миром они не были. И даже не были самой определяющей силой. Да, они сумели одолеть Англию в двух мировых бойнях. Причем, не воюя с ней, а помогая ей. В итоге, значение Англии сильно умалилось, Британская Империя, как тогда казалось, ушла в небытие. Эта победа была одержана под руководством людей незаурядных. А потом к власти пришла серая посредственность, которая всерьез считала, что гордая, талантливая и коварная страна, согласится навсегда стать подстилкой для своих "кузенов". Как говорил А.В. Суворов: "Недорубленный лес вырастает вновь". Английская правящая элита уничтожена не была, а значит, было кому готовить реванш. И они готовили. Они многое потеряли, но то, что нужно для реванша, они сохранили. Например, влияние на политику других своих англосаксонских "кузенов". И если рассматривать построенную лордами новую систему, как единое целое, то
получается интересная картина.
        "Союз Кузенов" уже давно превосходил США по объемам в таком деле, как международная торговля примерно на 14%. Под контролем "кузенов" оказались самые большие в мире запасы полезных ископаемых. Английские корпорации, без шума и пыли вели свою работу по всему миру, причем не только удерживая старые позиции, но и завоевывая новые. Их участие в китайских, индийских, сингапурских, малазийских и прочих "азиатских тигров" проектах, составляло стабильную долю порядка 20%.
        А взять спецслужбы? Когда американцы рушили колониальные империи европейцев, они рано праздновали победу. Выяснилась неприятная для них вещь: ключи от местных шкатулок увезли с собой старые хозяева. Сила, подкуп и интриги помогают не всегда. И если хочешь поставить у власти удобного тебе человека, то очень часто приходится обращаться за помощью к старым хозяевам. Обратите внимание когда в африканских странах приходится наводить порядок, то американцев там не видно и не слышно. Все темы перетираются при посредничестве англичан, французов, бельгийцев. Амеры только бабло выкатывают, а расходуют это бабло их союзники. Почему так? Да потому, что уходя, те же англы не ушли. Вся местная элита была выращена и воспитана ими. Старые связи сохранились. Большинство английских дипломатов и эмиссаров, работающие в странах Африки, являются потомками прежних колониальных чиновников. В обществе, где у людей длинная память, с каким-нибудь Биллом Гейтсом- Пятым, местный чиновник будет разговаривать только потому, что его рекомендовал десятый секретарь английского посольства Том Добкинс. Почему? Да потому, что сотни
лет назад, предка Мумбы, волонтера колониальных войск, дрючил на плацу сам сэр Питер Добкинс - прапрадед нынешнего мелкого дипломата. И в Азии без англов, янки мало что сделают. Вот первый пример: К военной элите Великобритании относятся гуркхи. Традиционно, они идут служить в британскую армию. Но не все. Конкурс 300 человек на место. Те, кому не повезло, идут служить в армию и полицию бывших британских колоний в Азии. А в Америку, они и не думают идти служить. Заманивать бесполезно. Более того, как известно, Восток дело тонкое. Как работать американской разведке в Китае? Ведь господин Хо, станет работать только с теми, кого рекомендовал господин Ли. А господин Ли не станет иметь дел ни с кем, если только за него не просил уважаемый дядюшка Ван. Пройдя по цепочке связей, мы упремся в какого-нибудь пятого виконта Питерсона из окрестностей Старого Йорка, чей предок еще в 18 веке строил агентурную сеть Ост-Китайской компании. В общем, многие замочки в мире, не поддаются американской отмычке, а открываются только английским ключиком.
        Все отмеченное мной, говорило о том, что у английской элиты еще есть шансы оседлать американскую элиту. Возможности для этого появились. Нужен был только небольшой толчок, чтобы "лайми" решились сделать последний шаг к установлению своего мирового господства.
        И этот толчок, от великой глупости сделали мы сами! Мы хорошо проредили самую активную и влиятельную часть американской правящей элиты. И сразу ощутили последствия. Мир изменился буквально за неделю.
        Пока не отошедшие от шока янки, судорожно пытались утихомирить возникшую панику, "лайми" действовали деловито и решительно. Это янки гребли всех подряд, кто казался им подозрительным. Пришедшие им на помощь английские, канадские, австралийские и даже новозеландские службы, не суетились. Взяв на себя заботу сортировки задержанных, они весьма преуспели в этом деле. Мы тогда с ужасом убедились, что они о нас знают очень много. Гораздо больше, чем американцы. И именно они, сняли с этого процесса самую густую пенку. Тех из нас, кого они сочли перспективным для дальнейшей разработки, они быстро спрятали подальше от своих союзников на территории Канады. А американским хваленым спецслужбам они предоставили возможность возиться с теми, кто меньше всех знал. Проведенные допросы, дали им целое море ценной информации. А кто владеет информацией… В общем, изречение этого английского подданного все знают.
        И пока нас "потрошили" на Юконе, англы сумели оседлать многие процессы, происходящие в мире. Карательные операции во всем мире, теперь происходили под их руководством.
        Впрочем, еще не все для нас потеряно. Именно поэтому я и стремлюсь сейчас в Торонто. Нужно оживлять старые связи. Нужно продолжать борьбу. А законсервированная агентура у меня еще есть. Часть имеющейся агентуры, я "сдал" на допросах. Можете меня осуждать за это, но в моей шкуре вы не были. Современные методы следствия, дают почти 100% гарантию потери контроля над собой. Молчать, как партизан не выйдет. Впрочем и партизаны пели как миленькие. Вопрос в том, сумеешь ли ты сохранить в тайне хоть что-то. У меня это вышло. Но честно говоря, если бы не восстание, я бы и оставшиеся арии "пропел". Теперь нужно пользоваться тем, что еще осталось для врага неизвестным.
        Вы спросите, зачем мне все это надо? Не лучше ли отречься от этого сиволапого сброда, который называет себя русскими? Нет, не лучше! Для меня во всяком случае. Рабиновичи давно стали символом именно русского еврейства. Мы очень много вложили своего в эту страну: Души и таланта, здоровья и жизней. И прадеды мои, проливали кровь не на Ташкентском мясокомбинате. Листайте архивы те, кто этому не верит! Именно поэтому, я оказался здесь, рядом с этими ребятами, которые делают все, что только можно для выполнения поставленной задачи. Как только доберемся до цели, перед нами возникнут другие задачи и мы их тоже станем выполнять. Только теперь уже вместе.
        А фамилию, я все-таки сменю. Рябинович - это и корней своих не скрою, и память о походе останется, и о Родине напомнит. Когда еще я увижу рябины, растущие на Русской Земле? А очень хочется, сорвать спелую гроздь и не спеша разжевать плоды, чтобы подавить приторный вкус английского плена. А когда кончится все, если конечно доживу, то перед домом своим посажу это замечательное дерево".
        ВМЕСТО КОНЦОВКИ.
        Дальнейшая судьба наших героев будет непростой. Просто потому, что победы они не увидят. Вместо победы будет новый плен и депортация на Немезиду.
        Там, на Немезиде они встретятся, спустя пять лет, после побега из Юконского лагеря. Именно там, Иосиф Моисеевич встретит, наконец, свою семью. Он не забудет своего обета. Гроздь рябины, он провезет с собой в чуждый русским мир. Трясясь над ней, как над самым дорогим ребенком, он сумеет прорастить ее на чужой планете, возле той сооруженной наскоро лачуги, которая станет первым жилищем семейства Рябиновичей.
        Сергей Львов, попав на Немезиду, женится на овдовевшей женщине и усыновит ее детей. А со временем, жена родит ему и своих отпрысков.
        Для братьев Филлиповых, семейная жизнь тоже начнется там. И без потомства они не останутся.
        Афзалбек тоже сменит фамилию. Такой совет ему даст "Хазарин". Слишком известной была для врага прежняя его фамилия. И есть такие тайны, которые делают носителя их опасным в первую очередь для своих. Уж лучше поберечься. А потому, разведчик Ширинбеков навечно остался там, на Старой Земле. На Немезиду отправился некий Пинхони Афанасий Шакурович. Но с ним отправилась и память предков. Часы "Командирские" с наградной надписью, еще с тех самых легендарных времен, когда была на Земле Советская Империя. Давно умерший майор Советской Армии Ширинбеков, получил их в награду от генерала армии Ивашутина "за образцовое выполнение боевого задания".
        А Бояна? На Земле, мечте Афзалбека исполниться было не суждено. Жизнь распорядилась по-своему. А на Немезиде они вновь встретились. Там и поженились. Нет, не пришлось Пинхони представлять свою невесту матери. Война преждевременно унесла жизни его родных. Но уже своим сыновьям, он передал завет предков: искать жен необыкновенных. А где их найдешь, дело твое. И примет ли их в дом родная мать - думай заранее.
        Именно с этих людей и начался новый для Русского Мира обычай - "потомственное корефанство". А спустя три века, их потомки, связанные этими узами, вновь встретили беду.
        Глава 23
        2424 ГОД. СЕВЕРО-ВОСТОК НОВОГО ТУРКЕСТАНА.
        Ксению Собак война застала уже тогда, когда она уже полгода, как дембельнулась. И хотя прадед ей много чего рассказывал, все-равно сам факт начала войны ее потряс. И как теперь ей жить? До сих пор, она жила не совсем самостоятельно. Дома зависела от родителей. Потом ее судьбой распорядился прадед. А уж про службу в армии и говорить нечего. Три года жизни по командам командиров изрядно ей надоели. Но и уйдя в запас, она воли не получила. Русские власти не собирались терять контроль над ценной заложницей. И поэтому, ей очень настойчиво намекнули, что лучшее, что она может сделать, так это воспользоваться честно заслуженными бонусами. Бонусами были, три гектара пахотной земли на восточной границе Туркестана. Пришлось собирать вещички и ехать куда сказано. Правда, когда ей показали выделенный для нее участок земли, она передумала огорчаться. Место, где ей предстояло свить свое гнездо, было на диво красивым. Впору размещать здесь не фермерское хозяйство, а самое настоящее поместье. Река Или, вытекающая из ущелья на равнину, была в этом месте уже достаточно широка. Склоны холмов не очень круты.
Кадастровый инженер, показавший ей на месте этот участок, прямым текстом так и сказал, что если она засадит своими силами склон холма, чем-нибудь противооползневым, то никто не будет оспаривать ее прав на владение получившимся парком. Об этом стоило подумать. Но начать пришлось с элементарного устройства жизни. И самая большая забота Ксюши была в том, что ей понадобились деньги. А где их взять? Прадед не станет перечислять на ее счет ничего от своих щедрот. Перечисление денег со счетов подпиндосников на счета русских граждан отслеживали специальные службы. А потому, прадед сразу предупредил, что денег вот так сразу, совсем не будет. Ни цента.
        Помня об этом, Ксения старалась свое денежное довольствие не транжирить. Правда, девчонки, которые проходили вместе с ней службу, оказались в равных с ней условиях. Даже то, что они являлись дочками богатых родителей, не избавило их от необходимости жить на солдатское жалование. Почему? А потому, что как только человек поступал на военную службу, его прежний лицевой счет в банке блокировался и открывался новый счет в Полевом банке. А в нем порядки были интересные. Нельзя было перевести ни копейки со стороны на лицевой счет военнослужащего. Армейская платежная система этого не позволяла. Только то, что переведено в рамках движения финансовых средств, заложенных в военный бюджет. Уволился со службы - старый счет разблокировался. Деньги снова твои. Так что скромно жили все. И дети магнатов, и дети крестьян. Впрочем, понятие "скромно", означало в пределах разумного. При желании, круглую сумму скопить было можно. Но для этого нужно было прослужить годы. Ксении это не грозило. Все три года, она пребывала непонятно в каком статусе. Не являясь гражданкой Русского Мира, она не имела права ни на какое
воинское звание. И только уходя на "дембель" она получила и гражданство, и ефрейторское звание, и даже положенные по статусу часы "Воинские". Те самые, которые похожи на "Командирские". Все отличие в том, что "Воинские" в титановом корпусе, а "Командирские" в платиновом. Зачем нужен был сей предмет, Собак так и не поняла. Такими часами давно уже никто не пользуется. Хотя сослуживцы ее носили их с удовольствием.
        Вообще, о своей службе, она больше не жалела. Теперь она твердо знала, что способна преодолеть многое. Тот ад, в котором она пребывала во время "учебки" был несравним с тем адом, который ожидал их в боевом подразделении. Когда их сунули служить в хозвзвод, девчонки напрасно огорчались, а Ксения напрасно радовалась. Легче никому не стало. Хозвзвод хоть и не считался боевым, но занятия в нем были такие же, как и в мотострелковом взводе. Оказывается, их засунули сюда не для того, чтобы обеспечивать работу в стационарной столовой, а для того, чтобы обеспечивать жизнь солдата в полевых и только в полевых условиях. Стрельбы, марш-броски, танкодром, тактика, саперное дело, медицинская подготовка… А в промежутках, следовало портняжное и сапожное дело, поварское искусство и диетология, изучение разного рода автоматизированных систем приготовления пищи и починки амуниции. Изучалась наука о приготовлении сбалансированного питания из находящихся под рукой несъедобных с виду ингридиентов.
        Питание адаптированное к разным климатическим условиям. Приготовление стимуляторов… Господи! Целая куча знаний, непонятно как уместившаяся в голове! Но уместились. И даже все необходимые зачеты, для получения значка классности сданы. Теперь можно было при желании, работать инструктором по выживанию. Благо, соответствующий патент ей в армии выдали. Но желание пока не возникало. Было желание обустроиться на новом месте.
        Проблема с наличием необходимой суммы денег, решилась неожиданно просто. Департамент Колонизации, таким как она, выдавал связанный кредит на первоначальное обустройство. Причем, кредит беспроцентный, с большим сроком возврата. Поэтому, стоило только открыть счет в местном банке, как деньги моментально перечислили на ее имя. А затем начались труды. В итоге, у нее был теперь свой, вполне уютный дом, со всем необходимым для комфортной жизни. И тут эта война!
        Когда ей пришло на коммуникатор уведомление о мобилизации, Ксения как раз уже обставила комнаты мебелью и подумывала о следующем этапе своей жизни.
        Идти на войну очень не хотелось. Но как тут быть? Это в цивилизованных местах считают, что на войне должно умирать быдло. Все-равно оно мало значит в жизни человеческого общества. Русский Мир, считал иначе. Он был заселен опасными психами, которые считают, что общественная значимость родителей, не является щитом от опасности для их родных детей. Те, кто почему то считал иначе, подвергались такой обструкции, что дальнейшая жизнь в этом обществе становилась невозможной.
        А потому, пришлось грузить на купленный три месяца назад внедорожник привезенный со службы контейнер с амуницией, приводить в порядок форму и "ШКАС-Укорот". На следующее утро, закрыв дом, Собак села в машину и тронулась в путь к месту, которое значилось в предписании, как место дальнейшей службы. Ее ждал прекрасный город, столица Нового Туркестана. Город, которого она раньше никогда не видела.
        ЦАРЁВО. СТАВКА ВГК.
        Если бы полковник Коробов увидел это заседание в Ставке, то неизвестно еще, какими словами, описал бы его этот истово верующий человек. Скорее всего, он бы выразился нейтрально: "Так военные советы не проводят!" И правда, что может полезного предложить руководству, это сборище, разместившееся с большим трудом в Большом зале ОКП? Это уже не совещание, а говорильня, тем более, собранная тут толпа не имела никакого отношения к планированию боевых действий.
        Реакция Субудаева, была бы в этом случае совсем иной: он просто приготовился бы сидеть и скучать, заранее смирившись с бездарно потраченным временем. Такие сборища, он видел в ставке своего Повелителя двенадцать веков назад. И он, в отличии от Коробова, прекрасно понимал, зачем они происходят.
        Тогда власть Повелителя сильно зависела от родовой аристократии. И приходилось их собирать для обсуждения важных вопросов. Самое смешное, что право решать важные дела, у таких сборищ есть, но никакого решения они принять не смогут. Просто потому, что никогда не сумеют договориться друг с другом, придя к единому мнению. Но пренебрегать этими людьми не стоило. За каждым из них стоял свой род. Спровоцировать раскол в обществе можно было легко, а добиться после этого примирения - стократ сложней. Константин III, понимал это не хуже Субудаева, а потому и он, подобно Чингиз-хану, набрался терпения и решил выслушать собравшихся здесь людей. А люди собрались здесь непростые.
        Хотя, Русский Мир и считал себя империей, на деле это было не так. Плохо устроенная республика - это будет точней. Слишком слаба была имперская элита. Региональная элита была намного сильней. То, что страна еще не развалилась на ряд самостоятельных стран, объяснялось лишь той позицией, которую занимали лидеры местных образований. Взять хотя бы крупных промышленников, а это добрая половина собравшихся. Они поддерживают идею Реванша вовсе не в силу своих высоких моральных качеств. То, что их предки боролись с Сообществом, является дополнительным мотивом для них, но не основным. Основные мотивы были другие. Они четко понимали, что в круг властителей мира, их никогда не пустят, как ты не старайся. И выслуживаться бесполезно. Там уже все места поделены давным-давно. К тому же, их возмущали те порядки, что были установлены в отношении их. Ограничение рынков сбыта производимой продукции, грабительское посредничество подпиндосников, запрет на освоение самых передовых технологий… В общем, недополучаемая прибыль - вот основной их мотив. Моральное право, задавать неприятные вопросы, они имели и знали об
этом. Как ни крути, но в подготовку этой войны они не слабо вложились, а первые результаты порадовать их не могли.
        Другой половиной собравшихся, были разного рода региональные политики. За этими стояли вовсе не деньги. Доверие общества - тоже значимый капитал. Пользоваться этим в своих интересах, они прекрасно умели. И были они, влиятельней промышленных магнатов. Да и организованы лучше. Ведь существовавшие на Старой Земле подпольные организации никуда не исчезли. Они просто перекочевали на Немезиду. Подпольной деятельностью они заниматься давно перестали, а превратились со временем в закрытые клубы политической направленности. Именно там и собирались местные "сливки общества", чтобы между делом "перетереть" интересующие их вопросы. И ходу чужакам в эти клубы не было. Большая часть региональных проблем, прежде чем они будут вынесены на публичное обсуждение, предварительно обсуждались там.
        У этих людей, были свои мотивы для поддержки идей Реванша. Им тоже было тесно в своем провинциальном "болоте". Им тоже хотелось вырваться на просторы Галактики и стать вершителями судеб более высокого ранга. И народ за ними шел.
        Редкий однако случай: среди собравшихся сплошные "ястребы" и ни одного "голубя"! Но сейчас пребывали эти "ястребы" в нешуточном сомнении. Ведь все планировалось не так! То, что предстояло по сути дела перебить на первом этапе чисто полицейские формирования, они прекрасно знали и считали эту часть плана выполнимой. То, что захваченные при этом станции Противо-Космической Обороны можно быстро ввести в строй и создать надежный "зонтик" против агрессора любой силы - в это они тоже верили. Ну а дальше, можно было вести с Сообществом совсем иной разговор.
        Но все пошло иначе! Вместо нетрудного боя с марионеточной полицией, пришлось иметь дело с сильной регулярной армией, которая сорвала им все планы. Вместо легких побед - поражения. Вместо переговоров и торга - предстоит тяжелая вооруженная борьба. Разговаривать как равные с равными, с ними никто теперь не будет. Для этого нужно победить. А это уже нереально. Так считало большинство собравшихся в Ставке людей.
        - Уважаемые сограждане! Прежде, чем мы сообщим вам о принятых в текущей ситуации решениях, прошу вас заслушать доклад руководителя нашего Военного Департамента, Матвеева Петра Ильича - такими словами начал совещание Константин Ильич Воронов.
        Сказать о том, что Матвеев, за три прошедших года, стал разбираться в военном деле, было бы большим оптимизмом. К решению чисто военных вопросов его так и не допустили. Поэтому ни Коробов, ни Субудаев, к стратегам его не причисляли. Петр Ильич был в первую очередь техническим руководителем своего департамента. Но совсем уж профаном он не был. Как мог, так и работал над повышением своего уровня и успехи у него в этом деле уже были. Кроме того, накануне предстоящего выступления, он плотно пообщался в Сети с Коробовым и Субудаевым, поэтому, отвечать на возникшие вопросы был готов.
        - Прошу внимательно выслушать информацию о текущей обстановке, - начал свое выступление Матвеев, - в настоящий момент, как вам всем известно, создалась не предусмотренная нашими планами ситуация. Империя Чжунхуй опередила нас буквально на пять дней. Это основная причина крушения наших планов…
        - Ответьте на вопрос, - это подал голос председатель "Общества Михаила Архангела" архиепископ Крымский отец Илларион - мы не могли начать свою операцию в более ранние сроки? Скажем так, дней на десять раньше?
        - Могли. Даже при неполной готовности наших войск, штурм транспортных терминалов мог быть успешным. Так считает наш Полевой Штаб. Но по его же мнению и не только его, для нас это все имело бы более страшные последствия.
        - О каких последствиях Вы ведете речь?
        - Объясняю! Взяв терминалы, мы бы не успели в любом случае разобраться в том, что там происходит. А там тайно, под видом вспомогательного персонала находились боевые группы чжунхуев. Осуществить захват всех терминалов, кроме Одесского, они сумели. Сунься мы туда раньше - и уничтожены были бы уже наши войска. Возместить такую потерю, нам сейчас было бы нечем. В бой пришлось бы бросать недостаточно подготовленных ополченцев.
        - Мы уже затыкаем ими "дыры" - подал голос Беляев Александр Михайлович - Председатель Государственного Комитета по научным изысканиям, а заодно и глава влиятельного в научных кругах общества "Ломоносов".
        - Вы Александр Михайлович не учитываете того обстоятельства, что армия наша, как ни крути, но осталась целой. И даже штурмовые части наших иррегуляров для нас не потеряны. Люди получили хоть и неудачный, но все-таки опыт борьбы с современной регулярной армией…
        - Да какой там опыт! Всего-то один день боя!
        - Прошу выслушать меня до конца. Смотря, какого боя. Войска Субудаева поражения не терпели. Более того, они успешно выполнили поставленную задачу. И хотя потери понесли выше ожидаемых, все равно они не превысили приемлемый уровень. Мы теперь имеем регулярную часть имеющую опыт успешного ведения боя с превосходящими их силами! Более того, эта бригада теперь высвободилась и вместе с батальоном "Зенит" и Ленинградским народным ополчением, сразу, как приведет себя в порядок, окажет помощь на других фронтах. Вам этого мало? Тогда вот Вам еще факты! - Петр Ильич уже разошелся не на шутку, - час назад, мне поступил доклад, что войска Уральского Округа, руководимые Данилой Петровичем Муравьевым, полностью очистили от врага Тагильский терминал.
        - Петр Ильич, спокойней пожалуйста, - начал урезонивать разошедшегося Матвеева, канцлер. Он то уж знал прекрасно, что выдержанный обычно Петр Ильич, не переносил, когда начинали хаять его работу. Тут уж Матвеев мог в своем гневе зайти весьма далеко.
        - Нет уж Александр Дмитриевич, увольте! Пусть эта сука научная, совсем уж нас за сиволапых не держит!
        - Петр Ильич! Я Вам приказываю успокоиться и продолжать доклад в спокойной манере, - это уже рявкнул император.
        - Хорошо, могу и спокойно. Только не хрен гадить на моих людей! Они как могут, так и воюют.
        - Все! Забыли! Продолжайте дальше.
        - Продолжаю. Уважаемый Александр Михайлович, видимо не догадывается, или не знает еще об одной вещи: Взятый чжунхуями в плен персонал станций ПКО на этих терминалах, теперь находится в наших руках! Я распорядился об отправке туда наших подходящих специалистов. Их усилиями и с помощью пленных пиндосов, мы сумеем поставить эти объекты на боевое дежурство. Этим вопросом я теперь занимаюсь лично. Можете считать, что через неделю, у нас кроме Сухопутных Войск, появятся Войска Противо-Космической Обороны!
        Это сообщение вызвало заметное оживление среди собравшихся. Даже не будучи военными людьми, они сумели оценить по достоинству эту новость - наличие "зонтика" даже над двумя регионами, меняло всю стратегическую обстановку на планете. Прикрытые станциями ПКО терминалы, это конечно не окно в Большой Мир, а всего лишь дырка, но и ее хватит для выхода из длительной блокады. И что по сравнению с этим неудачи на сухопутье?
        А вот теперь, почувствовав изменение настроения собравшихся в лучшую сторону, на первый план вышел император:
        - Петр Ильич, не упомянул еще об одной неприятности, которая нас миновала по счастливой случайности. Это я возвращаюсь к вопросу, заданному нашим уважаемым архиепископом. Начни мы эту войну раньше и по своей инициативе, то сейчас вместо одного противника - Империи Чжунхуй, мы имели бы в открытых врагах еще и Демократическое Сообщество. К счастью, этого не произошло, мы волей-неволей оказались с пиндосами в одной лодке. Иллюзий насчет помощи от них я не испытываю, но действенной помехи они нам оказывать сейчас не будут. Их интерес сейчас в том, чтобы "косые" поглубже увязли на Немезиде. В общем, пользуясь их проблемами, мы можем смело плюнуть на наложенные на нас ограничения. И мы уже это сделали. Теперь я могу сообщить вам то, что до сих пор держалось от всех в тайне: Мы уже полгода, как являемся космической державой.
        Реакция собравшихся - "как пыльным мешком стукнутые". Много разнообразных эмоций отразилось на лицах присутствующих. Император не стал томить их неопределенностью:
        - Хочу сообщить вам всем приятное известие: три года назад, в звездной системе, названной нами Берложье, тайно, в обход наложенных на нас ограничений, нашими эмиссарами были заложены судостроительные верфи. И первая очередь уже год как работает. Буквально на днях, со стапелей сошли два построенных "систершипа"! Эти первенцы нашего космического судостроения, разведывательные крейсера проекта "Медвеженок", названные "Миша" и "Маша", скоро достигнут необходимой степени готовности или как говорят флотские, "Войдут в линию"!
        Вот теперь реакция зала была бурная. Позабыв о собственной солидности и значимости, присутствующие впали в эйфорию. Кто-то кричал "Ура!" Другие, не сумев сдержать детскую восторженность, допускали и более крепкие выражения. А еще люди радостно обнимались. В общем, веселились от души, как радовались и далекие предки, узнавшие о том, что их родной смоленский парень, первым во всем мире шагнул к звездам.
        Предвидеть такую реакцию труда не составляло. Следовало закрепить успех выступления и потому по сигналу, в зале появилась прислуга, несущая на берестяных подносах, культовые граненые стаканы, наполненные до краев коньяком.
        - А! Будь что будет! Пьем по-нашему, по-варварски, одним махом!
        - Хорошо пошло мужики! Да какие там беды? Беды эти тьфу! Что нам впервой кровью за успех платить?
        - Одолеем, братцы, и эту беду, а без битой рожи ни одна драка еще не была!
        - Нет, ты смотри, не промах наши ребята, как они их! Ход конем и в "дамки"!
        Да уж, на что публика ко всему привычной была, а от внезапной радости, помноженной на принятый стакан, "окосели" считай все. Ну и черт с ними! Совещаться в таких условиях смысла не было. Впрочем, и собравшиеся этого не хотели. Настоящее совещание произойдет чуть позже, в другом месте и в меньшем составе. Главное дело было сделано: уважаемые в обществе люди, узнали важную для себя информацию. А уж сделать правильные выводы и оценить возникшие перед ними перспективы, они сумеют и без чужих подсказок. И настрой у них будет деловой. А для ведения войны, это очень важно.
        "ТАШКЕНТСКИЕ ВОРОТА". ДРУГАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ.
        Крылатого русского выражения о том, что бывают положения хуже губернаторского, генерал Тен не знал. Но именно так он оценивал положение своей группировки в Туркестане. А ведь как здорово все начиналось! Войска особого назначения без особых проблем взяли терминал и открыли дорогу для частей регулярной армии. И пусть вас не смущает пышное название "Войска особого назначения". К элите вооруженных сил Империи, они не имели никакого отношения. Настоящий осназ занимался захватом орбитальных станций, а для операций на поверхности Немезиды, использовался уличный сброд, навербованный Социальной Службой и пропущенный через полугодичное военное обучение. Этого вполне хватило для внезапного захвата объектов атаки ударом изнутри. Вести же полноценный общевойсковой бой или диверсионные операции, этот военный мусор не мог в принципе. И то, что этих "войск" было в распоряжении генерала достаточно много, целых три тысячи человек, преимуществ никаких не давало. Как показал сегодняшний день, местные варвары пройдут сквозь эти "особые войска" как нож сквозь масло. Для войны с варварами, нужны полноценные
общевойсковые соединения. А с этим у генерала возникла проблема. И главная ошибка была допущена еще на стадии планирования. Главной проблемой считалось наличие на планете тридцати тысячного армейского и полицейского контингента Содружества. Поэтому, Верховный Генеральный Штаб приложил все усилия для того, чтобы эту проблему быстро устранить. И это удалось! Ну почти удалось. Срыв мятежа в Одесском терминале не критичен.
        А вот с позицией государства изгоев, ошиблись все, кто планировал войну. Считалось, что у изгоев нет стимула для того, чтобы поддерживать войска Содружества. А оказалось все наоборот. Эти варвары не задумываясь начали боевые действия против войск Империи. А ведь командование экспедиционных сил, было твердо уверено, что варвары будут сохранять нейтралитет. Местных варваров, предстоящие на Немезиде изменения никак не должны были затронуть. Верховный Канцлер Ван Ман, так и объяснял, что варвары, как люди занятые производительным трудом, не подлежат реформированию. Империя им предоставит защиту от произвола плутократов Сообщества и право на внутреннее самоуправление. Не просто так, а в обмен на лояльность. Красиво сказано! Вот только варвары похоже, что были не в курсе благих намерений пришельцев. Вместо дружеских приветствий, последовала атака. А последствия этой атаки гораздо худшие, чем думают сами враги. Войска генерала Тена, сейчас находятся в очень тяжелом положении. И положение это нужно исправлять. Атака "варваров" на захваченный было терминал, привела к серьезным последствиям. Во-первых,
противник лишил энергии космические лифты, а значит пополнений в ближайшее время дивизия Тена не дождется. Ударом на здание таможни, враги отрезали ушедший в сторону Ташкента авангард, от источника снабжения и пополнения. Атака в сторону складов, привела к тому, что воспользоваться заброшенным заранее тяжелым вооружением не получится. А самое неприятное - это понесенные потери. Ведь это только кажется, что войск у Тена много. На деле же, из того что он имеет в своем распоряжении, только три батальона из двенадцати высаженных, являются армейской пехотой. Шесть батальонов - это полевая жандармерия, которая пригодна для военного контроля местности и противопартизанских действий, и ограничено для общевойскового боя. Еще три батальона - это обычная полиция, чьей задачей является поддержание порядка в населенных пунктах. Ей тяжелое вооружение вообще не положено. Ну а "войска особого назначения" можно и не считать. Они свое дело сделали и что с ними дальше делать, пусть разбирается спецпредставитель Лю. Тем более, что эта стерва, куда-то их уже вывела с территории терминала.
        Вот с такими мыслями, генерал Тен и начал совещание в своем штабе. Обрисовав всю глубину той задницы, в которой они оказались, он попросил высказаться остальных присутствующих. Первой, как это ни странно, взяла слово Лю:
        - Положение еще хуже, чем об этом говорит уважаемый генерал Тен. Мне на коммуникатор пришло сообщение о том, что творится на остальной части планеты. Мы потерпели разгром на терминале "Бета-Север" и вот-вот потеряем терминал "Бета-Север-2". Я не очень хорошо понимаю в военном деле, но думаю, что последнее создаст нам нешуточную угрозу.
        - Госпожа Лю, - Тен старался скрыть свое раздражение, которое испытывал всегда при виде этой дуры, - у Вас наверное есть предложения для нас?
        - Есть уважаемый Тен! Я предлагаю, не усугублять ту ошибку, которую мы допустили в начале операции. Этот день показал, что варвары способны похоронить замечательные замыслы наших стратегов. Им не хватит конечно сил, на полную победу, но и нам не нужна победа над ними. Нам нужна их промышленность. И желательно в целом виде. Нам нужна лояльная планета а не та "черная дыра" которая поглотит наши войска.
        - Что конкретно Вы предлагаете нам, госпожа Лю?
        - Я предлагаю прекратить боевые действия в этом регионе. Они нам по сути дела не нужны. Я сама готова провести переговоры с представителями властных структур варваров. Я конечно не имею возможности приказывать Вам и командованию экспедиционных сил. Но я готова ходатайствовать перед Сыном Неба, о вручении кому- либо из нас, необходимых для ведения переговоров полномочий. Впрочем, заключить перемирие с противником, хотя бы в этом регионе, Вы можете и сами.
        Если Лю хотела, чтобы ее предложение прошло, то она выбрала не тех слушателей. Несмотря на всю свою высокородность и принадлежность к влиятельному "Обществу Золотого дракона", она была и оставалась чуждым человеком для присутствующих здесь профессионалов. Исправлять ситуацию таким образом, значит показать слабость перед лицом врага. Так считали остальные присутствующие. Поэтому, ее предложение даже не стали обсуждать. Вместо этого, пошли доклады о том, какие меры приняты для исправления возникшей ситуации. Поэтому, высокородная госпожа Лю, не стала больше присутствовать на совещании. Пусть эти болваны и дальше лезут на рожон. Лично она, начнет готовиться к худшему. Прямо с совещания, она направилась в лагерь подчиненных ей "войск особого назначения", которые штабные остряки давно назвали "войска молодых негодяев". Лично Лю, это название нравилось. Она помнила древнюю историю. Когда то, "Молодые негодяи" сумели сделать то, на что оказалась неспособны столичные гвардейцы. Вот и она постарается, чтобы это отребье, стало способным совершать невозможное.
        Глава 24
        ЛЕНИНГРАДСКИЙ ТРАНСПОРТНЫЙ ТЕРМИНАЛ.
        Хлопоты, свалившиеся на меня после захвата терминала, привели к потере аппетита. Отчего так? От хронического недосыпа. Так было всегда. На войне, самая дорогая награда для воина - это сон. Но чем больше у тебя власти, тем меньше приходится спать. Отцы-командиры всегда найдут для солдата срочную и неотложную работу после окончания боя. И выспится солдат лишь тогда, когда часть отведут на отдых и переформирование. Командир заснет лишь тогда, когда убедится, что в его "хозяйстве" наведен приемлемый порядок. А полководцу сна отпущено еще меньше. И это нужно терпеть уже до самого окончания войны.
        Бригада наша, после окончания штурма, приводила себя в порядок. Мы пополнили убыль личного состава за счет "лесных егерей". Они конечно обучены хуже, чем основной состав, но качественно подготовленного пополнения, мы дождемся еще не скоро. В похожей ситуации были и штурмовики "Зенита". Но мы не просто так сидели на месте. Срочно прибывший к нам полковник Коробов, принимал у меня дела. С собой он прихватил практически всех работников Полевого Штаба, оставив в Шапошниково нескольких операторов для работы со "Стратегом".
        С этого дня, на Семеныча я взваливаю большой объем работы, который предстоит людям выполнить, именно под его руководством.
        Нужно основательно укрепиться в захваченных нами терминалах, превратив их в серьезные укрепрайоны с сильным гарнизоном. Но тут он будет трудиться не в одиночестве, помогать ему будут местные власти. Конечно, созданные три года назад штабы территориальной обороны, так и не стали военными штабами, но в неплохих организаторских способностях, работающих там людей, мы уже давно убедились. Постоянный гарнизон терминалов, составят местные ополченцы.
        Нужно ввести в строй захваченные объекты противо-космической обороны. К счастью нашему, они не пострадали нисколько в результате боевых действий. Это возьмет на себя глава нашего департамента. Почему он? Да потому, что больше ставить на это дело некого. Единственные компетентные специалисты, что есть у нас - пленные пиндосы. Доверять им мы не можем, а потому, помощь Петру Ильичу в этом деле станет оказывать СМЕРШ. Пусть практикуются! Впрочем, разведка наша тоже не останется в стороне. Хюммелю на будущее нужна своя агентура, поэтому работу с пленными, его люди уже начали.
        Но не только мы будем потеть. Финансовый Департамент уже прислал своих людей. Им нужно будет наладить работу таможни.
        Хватает забот и Тайной Канцелярии. Война только началась, а у чекистов уже наблюдается стремительный рост собственных рядов. Фильтрационные лагеря в захваченных нами секторах наполняются "нужным" контингентом и оперативники Ежевского приступили к "просеиванию" направленных туда подпиндосников. Но это не единственная забота людей Ежевского. Нужно обезопасить себя извне, от проникновения нежелательных элементов. Еще до войны было решено, что этим займется воссозданная пограничная служба. Полученный опыт войны, уже заставил эти планы менять. Лично мне не понравилось то, каким образом чжунхуи захватили у пиндосов терминалы. Чжунхуи, под видом разного рода малоквалифицированной рабочей силы, сумели инфильтровать уроженцев подконтрольных им планет. Именно они, после получения сигнала, внезапным ударом изнутри и захватили терминалы. Но и это не все. Для сокращения времени на доставку десантников к месту проведения боевой операции, чжунхуи заранее завезли в опломбированных контейнерах и складировали на месте тяжелое вооружение. Если бы мы промедлили с ударом, здесь было бы то же, что творится везде: бои с
хорошо обученным и прекрасно вооруженным противником.
        Повторения чужой оплошности, мы не хотели. Поэтому, решили не ограничиваться контрольно-пропускными пунктами, а создать на постоянной основе сильные погранзаставы и не менее сильные "тревожные группы". То есть настоящие погранвойска.
        Все это я объяснил Семенычу бегло, когда он только прибыл. А сейчас, собрав военный совет, я начал ставить более масштабные задачи ему и вызванному в срочном порядке Муравьеву. Я с ним, уже сутки как приказом императора, повышены сразу на два звания.
        - Слушайте меня внимательно. То, что я вам сейчас поручу, в случае выполнения, определит исход всей этой войны, - оба слушали меня внимательно и я продолжил дальше, - положение, в котором мы сейчас находимся, мягко говоря, называется проститутским. Те успехи, что достигнуты мной и Муравьевым, мало что решают. И если мы не поправим дела на остальных фронтах, то лишимся и того, чего достигли.
        Для начала, ориентирую:
        По сведениям, полученных от пленных, Силы Вторжения, направленные на захват Немезиды, составляют девять дивизий регулярных войск с приданными им частями усиления и порядка 20 -25 тысяч человек иррегулярных формирований. Общую численность войск чжунхуев, я оцениваю как 140 тысяч "регуляров" и 20 -25 тысяч иррегуляров. Наши силы на момент начала войны, составляли порядка пяти тысяч человек в боевых частях регулярной армии, двух тысяч человек в учебных частях, семь с половиной тысяч человек в штурмбатальонах, 90 тысяч в составе Корпуса Лесных Егерей и около двухсот тысяч в разного рода добровольческих формированиях. Впрочем, последние, имеют незначительную военную ценность.
        - То есть, получается, что противник нас превосходит раза в полтора? - спросил Муравьев.
        - Неправильно ты считаешь, - вмешался Семеныч, - тут считать нужно не только численность. Они нас превосходят и в плане вооружения, и в организационном плане, да и инициатива сейчас на их стороне. Так что считай, что тут тройное преимущество.
        - Но ведь сколько то они уже потеряли?
        Тут уж Семеныч был игроком на своем поле:
        - Иван Руссияныч! Дозволите дополнить?
        Я ему кивнул и Семеныч начал показывать обстановку на планшете:
        - По обобщенным "Стратегом" данным, в Ленинградском и Тагильском терминалах, противник потерял убитыми и пленными порядка девяти тысяч человек из состава Второй и Третьей дивизий и четыре тысячи иррегуляров. Двадцать тысяч человек из состава этих дивизий, во время боя, застряли на орбите и не могли попасть на поверхность Немезиды, из-за прекращения подачи энергии на грузовые устройства. То есть, восстановить эти дивизии, "косые" смогут быстро. На Одесском терминале, пиндосы сумели справиться с атакой "косых", а потому, они там потеряли только пару тысяч иррегуляров. Поэтому высадка Шестой дивизии не состоялась. Но нам от этого легче не стало. Шесть терминалов сейчас в руках противника, так что высадят они ее где им будет нужно. И притом очень скоро. Так что ребята, начнут они сносить нашу армию по всем фронтам. Пусть не сразу, а поочередно, но снесут. Все шансы на победу сейчас на их стороне.
        - На счет шансов на победу, ты конечно прав, но возможность победить, есть всегда и у слабой стороны. Поэтому, слушайте мое решение:
        Мы не станем разбрасываться по всем фронтам. Везде сильными мы быть не можем. Поэтому, направим свои усилия туда, где и решается наша судьба. Успехи у противника сейчас практически везде, но размер успехов разный. Самого большого успеха добилась Первая дивизия генерала Чена. Это под Москвой. Потеря Московского края, для нас недопустима. Там не только центр управления всей страной, но и подготовленные "ключики" к будущей политики галактического масштаба.
        Поэтому, оборону Московского края, я поручаю тебе, Муравьев. В Ставке я это решение уже утвердил.
        - Какие силы будут переданы в мое распоряжение?
        - Я понял о чем ты. Так вот, с Урала, я тебе разрешаю взять только твой бывший батальон. На большее не рассчитывай. У меня насчет этого есть особая задумка. А там под Москвой, в твоем распоряжении будет все, что сумеешь найти. В дополнение к этому, тебе перебросят войска из под Одессы.
        А теперь проникнись до конца тем, что тебе предстоит выполнить.
        Генерал Чен, судя по тому как он воюет, это не просто хороший генерал, это талантливый полководец. Ни ты, ни Коробов ему не ровня. Со временем старлей, из тебя может выйти неплохой генерал, но сейчас ты просто молодой мудак. Не обижайся, так оно и есть. Поэтому, не пытайся Чена победить. Тебе это не под силу. Твоей задачей будет, заставить Чена, бросить против тебя в дело, все, что у него есть. Причем, нужно это сделать любым способом. Сейчас для нас любая цена приемлема.
        - А если он разгромит мои войска?
        - Если он это сумеет сделать, пустив в дело все, что у него есть, то страшного для нас ничего не будет. Страшно станет ему.
        - Значит, - снова влез Коробов, - бросив в бой, все войска, он получит удар?
        - Правильно! А нанесешь его ты!
        Семеныч призадумался. То, что он был тут самым знающим из собравшихся, не порождало у него иллюзий относительно собственных военных талантов. Из хорошего офицера мирного времени, не всегда получается хороший боевой командир. Его реальный боевой опыт, приобретенный во время "Вилюйской бойни" - это опыт рядового бойца, а не командира. А маневренная война, это еще то удовольствие. В ней помимо способностей к планированию, нужны не меньшие способности к импровизации. Именно в таком духе он мне и высказался.
        - Ты и прав и не прав одновременно. На войне импровизируют не от хорошей жизни. Если ты вынужден этим заниматься, значит плохо планировал бой.
        Я ясно видел, что Коробов чувствует себя очень неуверенно. Значит нужно эту его боязнь перебороть. Правда, иных способов, кроме как предоставить ему полную самостоятельности в своих действиях, я не видел. Тем не менее, я решил это сделать. Сильной чертой Коробова, была методичность во всем. Вот это и стоило использовать.
        - Вспомни то, что ты мне рассказывал о Мольтке-старшем. Он ведь не был великим импровизатором. Он просто выигрывал сражения с часами на руках. Качественно планировать, ты умеешь, вот и спланируй несложную по своей сути операцию. Не забывай, что когда ты будешь иметь Чена в задницу, его в это время будет держать за руки и за ноги Муравьев.
        Мы слегка посмеялись, а потом я продолжил:
        - Здесь тебе нельзя до поры, до времени, обнаруживать свой замысел. Поэтому, до последнего момента, ты не трогаешься с места. Учти, спутниковая разведка у "косых" уже действует. Все наши войска они видят прекрасно. Поэтому, сидишь на заднице ровно, пополняешь войска, проводишь их боевое слаживание. В общем показываешь, что никуда ты дергаться не собираешься. В твоем распоряжении, кроме Первой мотострелковой бригады, будет батальон "Зенит" и лесные егеря, в количестве девяти рот. Егерей укрупни до уровня батальона. С севера, к тебе же идет спецназ Салчака.
        Момент для начала операции выбираешь самостоятельно. Скрытно выдвигаешься в Московский сектор и с ходу захватываешь терминал. Этим ты похоронишь надежды генерала Чена на получение подкреплений. Затем наносишь ему удар в тыл. Ничего необычного тут тебе не предстоит. Хорошо все спланируешь - выиграешь сражение одними маршами.
        - Руссияныч, а если они ту же самую Шестую дивизию перебросят заранее на усиление Чена?
        - Могут. Но не станут. Этой дивизии, на днях найдется более срочная работенка. Не до вас ей будет.
        - А ты? Где ты будешь?
        - На связи я буду. Можешь не волноваться. Нужно будет - вмешаюсь. А территориально я буду в Туркестане. Удивлен? Ты еще не так удивишься, когда поймешь, для чего я туда поехал.
        ДОРОГА НА ТАШКЕНТ.
        Первую часть жизни, Ксения прожила в местах, где дороги были отличного качества. Правда, далеко эти дороги не тянулись. Жили россиянцы небольшими анклавами во враждебном русском окружении. А потому, путешествия на автомобилях были невозможны. До недавнего времени, сообщения между анклавами было в основном по воздуху. Все это осталось в прошлом, если только не исчезнет навсегда. Транспортные магистрали в землях, населенных русскими, тоже были неплохи, но не везде. И если основные магистрали были приличны, то второстепенные дороги так и остались с грунтовым покрытием разной степени ухоженности. Правда, передвигались русские не только по суше. Реки, озера и моря тоже использовались ими. А вот воздушное сообщение, было развито слабо.
        За время своей службы в армии, Ксения столкнулась с понятием, которое с большим трудом переводилось на россиянский язык и совсем не переводилось на интерлинг. Это так называемое бездорожье. Полигонный остров и позволил ей оценить все прелести этого понятия. Непонятно почему, но военное начальство не особо беспокоилось о качестве дорог на этом острове. Вместо строительства прекрасных дорог, оно начало требовать создания внедорожной техники дикой проходимости и начало учить военнослужащих управлению транспортным средством в экстремальных условиях.
        Сейчас, преодолевая огромные расстояния по Земле Туркестанской, Собак могла воочию оценить и качество местных дорог, и приобретенное в армии водительское мастерство. Это раньше, езда вне дорог доставляла нешуточные страдания. Теперь же, она от собственного умения, временами испытывала радость. Именно сейчас, когда нужно было спешить, удалось оценить достоинства купленной "тачки". Легковой вездеход "Ишак", был гражданской версией армейского "Козла". Все отличия состояли в отсутствовии бронирования и более комфортабельном салоне. Правда, монтажные отверстия для крепежа вооружения сохранились. Сохранился и бортовой навигатор армейского образца. Именно он и предлагал Ксении наиболее короткий путь до места назначения. И путь этот не всегда совпадал с существующими дорогами. Подчиняясь подсказкам навигатора, она то ехала лесами, то преодолевала холмистую гряду, то форсировала реки вброд. Техника - творение умельцев Самарканда, ни разу не подвела. Дважды пришлось ночевать в лесу и в чистом поле. Раньше, такое приключение она бы считала образцом собственной крутости. Теперь же, после того, с чем
столкнулась на службе, подобное оценивалось просто как незначительный эпизод. В населенных пунктах, она старалась не останавливаться, но когда до транспортного терминала осталось часов шесть езды, то на выезде из селения Чадак, ее машину остановил патруль местных ополченцев.
        - Салям, уважаемая! Куда едешь? - спросил ее старший патруля, бородатый азиат лет пятидесяти.
        - Здравия желаю, уважаемый! В Ташкент я еду, по делам службы, - привычно коверкая язык ответила Ксюша. Коверкать язык ей посоветовал их взводный психолог, Сергей Крылов. И она следовала этому совету. Как бы она не старалась освоить основные русские наречия, но "полицайский" акцент выпирал то и дело. А это рождало проблемы в общении с сослуживцами. На нее и так косо смотрели, а уж речь ее всегда приводила окружающих в раздражение. Вот Сергей ей и дал совет, при разговоре шепелявить, картавить, лишь бы скрыть природный говор. До сих пор это ее выручало. Но сейчас похоже, она чем-то не понравилась старшему патруля.
        - Сейчас ты туда не проедешь, там война идет, лучше давай проезжай до чайханы, там покушаешь с дороги, чай попьешь, а мы узнаем, как тебе лучше проехать. Фарид! Садись с ней в машину, проводи девушку до чайханы и сделай все как нужно, - приказал он такому же бородатому патрульному.
        Фарид молча подчинился. Пришлось ехать к чайхане. Видимо, старший патруля, в чем-то ее подозревает и поэтому пропускать ее не хочет.
        То, что чайхана, это обычное кафе, Ксюша узнала только сейчас, когда они остановились на площади перед этим заведением. Вылезая из машины, она по привычке потянулась к "укороту", чтобы взять его с собой.
        - Не надо, пусть будет здесь. Его никто не украдет, - подал голос Фарид, - у нас не принято входить в дом с оружием.
        - Но я не могу оставлять своего оружия где попало!
        - Все-равно не надо. Ты не бойся, за ним и машиной твоей присмотрят.
        Фарид крикнул что-то на незнакомом ей языке. Прибежал мальчишка лет тринадцати. На том же самом языке, сопровождающий отдал приказ пацану. Тот сел в машину.
        - Можете идти.
        Зайдя в чайхану, Ксения огляделась. Зал был пуст. Посетители не спешили заходить в это симпатичное с виду заведение.
        - Добрый день уважаемые, что будете кушать? - обернувшись, она увидела перед собой русскую женщину лет тридцати. Попросив ее дать возможность ознакомиться с меню, Ксения села за первый же свободный стол. Фарид тем временем что-то сказал на своем языке то ли хозяйке, то ли официантке. С оружием своим кстати, он не расстался. Хозяйка, выслушав Фарида, кивнула ему в знак согласия и внимательно посмотрела на гостью. Очень внимательно! Однако вновь подойдя, снова спросила, что желает заказать уважаемая посетительница. С заказом возникли проблемы, так как из всех перечисленных блюд, знакомыми оказались только чай и кофе. Пришлось просить проконсультировать. Приняв заказ, хозяйка в явном смущении попросила сразу его оплатить. Чувствовалось по ее поведению, что этой просьбой, она нарушает какое-то важное правило, но ничего другого ей не остается. И тут Ксения все поняла! То, что в России практически нет полиции, вовсе не значит, что человек, вызвавший подозрение, избежит процедуры опознания и при нужде задержания. Ее потому и привели в чайхану, что в ней есть кассовый аппарат, который не только деньги
считывает, но и с помощью твоей же платежки, можно установить кто ты такой. Улыбнувшись, она протянула свой "жетон смертника". Это ведь не только способ опознания трупа. Одновременно он и удостоверение личности и платежка аккредитованная в Полевом Банке, и средство, подтверждающее твое право доступа к закрытой информации.
        Хозяйка же, считав сканером информацию с жетона, удивленно глянула на результат, а затем, повернувшись у Фариду, начала что-то резко ему выговаривать. Фарид так и остался невозмутим, слушая видимо что-то не очень для себя приятное. А выслушав до конца, начал в ответ что-то объяснять хозяйке. Та не дослушав его ушла на кухню.
        - Я прошу прощения уважаемая, если мы Вас чем-то обидели, - начал вдруг Фарид, - просто нам нужно было Вас проверить. Сейчас война идет. Враги конечно до нас не дошли, а мародеры и грабители уже появились. Но раз Вы наш солдат, то к вам претензий больше нет. Сидите, отдыхайте, кушайте себе спокойно. Тамара Вам сейчас все принесет. Если захотите переночевать, то мы найдем где Вам это будет удобно. Да в любой дом заходите, везде Вас встретят как гостью.
        Фарид говорил, прижав руку к сердцу, видимо в знак того, что он говорит искренне. Потом попрощавшись, он ушел, а через минуту, оставленный на страже пацан, занес в чайхану ее автомат.
        Спустя самое короткое время, Тамара принесла на подносе заказ и усевшись рядом, завела речь:
        - Вы девушка не обижайтесь на наших мужиков. Сейчас время смутное. Как косоглазые пришли, так полицайское отродье разбегаться начало. Куда бегут, непонятно, но пакостить уже пакостят. Вчера вон, у Хафиза, учителя нашего пытались барашка спереть.
        - А что, у них не на что было купить?
        - Да я бы им ни в жизнь ничего не продала, вот только Хафиз у нас не такой. Жалостливый он очень. Хасана, это который Фарида прислал с вами, ох как он ругал, за то что тот стрелять по ворью начал.
        - Он что, убил воров?
        - Да нет! Только пугнул. Но Хафиз все-равно его ругал. А по мне, так правильно Хасан поступил! Эти тварюги, вон сколько времени с нас кровь сосали! И сожранное им поперек горла не встало! Правильно старики говорили, что первые нелюди их зачали!
        "Да, хорошо, что по всем базам данных, я прохожу как Собакина, а не Собак. Наша фамилия везде известна. Тут бы тетка эта точно со мной не то, что сидеть и разговаривать, а даже и минуты находиться мне не позволила".
        - Если бы были они людьми, как бы они сделали? - не могла уняться Тамара, - да попросили бы по человечески. Ну и мы соответственно как люди, не стали бы отказывать!
        - А может, у них просто денег не было?
        - Совести у них отродясь не было! Ты вообще откуда свалилась к нам?
        - Приезжая я. "Срочку" отслужила и дали мне земельный надел на берегу Или, почти что в верховьях.
        - Да все равно, неужели в твоих родных местах по иному люди судят? Откуда родом-то сама?
        - С Подмосковья, - почти не соврала Ксения.
        - Ну, не знаю, как там у вас в Подмосковье, а у нас, если человек в нужду впал, или беда какая у него, народ всегда выручит человека. А у вас что, совсем не так? И кстати, ты наверно жидовкой будешь?
        С последнего вопроса, Собак аж передернуло. Там где она росла и воспитывалась, слово "жидовка" имело совсем не тот смысл, что здесь. Это здесь, оно носит нейтральное значение, а у россиянцев вовсе не так. Как не прививали россиянцам толерантность, но старые предания о евреях были живы. Всем было "известно", что русские экстремисты, там на Земле, не просто так истребляли россиянцев и другие цивилизованные народы, а по прямой указке еврейских комиссаров. Да и в семье своей, она не раз слышала от отца и его знакомых, что русские продали Россию "жидам пархатым". И все ради того, чтобы захватить власть над всем миром. Что бандит Воронов пришел к власти на жидовские деньги, которые всякие там Рябиновичи или Самойловичи тайком вывезли с Земли. Ходили слухи, что Тайная Канцелярия, сплошняком состоит из евреев и полукровок, что науку у русских тоже обсели сплошные жиды… В общем, много чего говорили.
        - А с чего Вы решили, что я жидовка?
        - Да говоришь ты интересно. Жиды вроде как все картавят, или не так?
        - Не так! - то, что жиды картавят, было для Ксюши новостью. Ей приходилось с ними служить вместе и не только с Рябиновичами. Но у всех тех, кого она видела, речь была без дефектов. Более того, в армию, людей с речевыми дефектами категорически не берут. Это она только с "дефектом" и то не по своей воле. Но вообще, разговор с этой болтушкой надо заканчивать, тем более она наелась, да и устала за день.
        - Тамара! Большое спасибо! Все было очень вкусно. Вы не подскажете, где можно переночевать, а то поздно уже ехать.
        - Да ночуй у меня. Ту недалеко мой дом. Пойдем, провожу.
        СУБУДАЕВ. РАЗМЫШЛЕНИЯ В ПУТИ.
        Что я знаю о Ташкентском или как его еще называют здесь Туркестанском округе? Да в общем то только сведения справочного характера. Полным аналогом земного Туркестана он не является. Это очень обширный регион, ограниченный с юга океаном. Побережье океана заселено не очень густо. Западную границу Туркестана, образовала обширная акватория, глубоко врезанного в материк моря, которое не мудрствуя лукаво, назвали Каспийским. На севере, регион ограничивался двумя горными хребтами, которые продолжали здешний Урал, расходясь от него на юго-запад и юго-восток. На этих хребтах и располагались истоки большинства туркестанских рек, текущих в основном с севера на юг. Две крупнейшие реки Туркестана, назывались как и на Земле Аму-Дарья и Сыр- Дарья. Проходя через всю территорию края, они вбирали в себя множество попутных рек и речушек, а в конце своего пути впадали в залив, названный Аральским. Восток Нового Туркестана, это поросшие лиственными лесами холмы, переходящими постепенно в высокие горы. Настоящий, земной Туркестан, этот край напоминал разве что теплым климатом. Степи и пустыни здесь еще не
образовались. Открытые для взора места, были образованы только деятельностью человека. Теплый климат, плодородные почвы и обилие влаги, делали эти земли настоящей житницей, а судоходные реки и выход к морям, способствовало хорошей транспортной связанности с остальной территорией Немезидской Руси. Правда, населения здесь было не так уж и много. Половина пятимиллионного населения была представлена русскими. Остальное население, было потомками переселенцев из стран Средней Азии, Ирана и Синьцзяна. Вот и все, что я знал. Теперь предстояло познакомиться с этим краем поближе.
        Почему я принял решение, лететь именно сюда? Да потому, что Новый Туркестан имел хорошо определимые естественные границы. Эти границы нетрудно оборонять. Если сейчас не уделить ему достаточно внимания, то тогда возможный успех чжунхуев, приведет к тому, что в их распоряжении окажется обширный и самодостаточный регион. Который, нетрудно заселить в короткие сроки лояльным населением. Тогда, чтобы их оттуда выбить, придется пролить немало крови. А в итоге, получишь назад мертвые, непригодные для жизни территории.
        Мое решение, находиться в Ташкенте, вызвало вопросы. Ставка недоумевала. В ту пору, когда под Москвой все трещит по швам, а в остальных местах немногим легче, Ташкент выглядел со стороны островком благополучия. Наши первоначальные успехи под Ленинградом и Тагилом уже не радовали душу. Конечно, император, в своем манифесте все изложил красиво. Там упоминались и толпы пленных, и огромное количество трофейного оружия. Но повторяю, это уже было в прошлом. А в настоящем, приходилось успокаивать правителей, заботясь о том, чтобы они не терроризировали ни Коробова, ни Муравьева.
        В итоге, между мной и императором произошел весьма содержательный разговор:
        - Товарищ полковник, я пока не принял решение о личном вмешательстве в руководство боевыми действиями, только потому, что верю в то, что Вы знаете, что делаете. Но в таком случае, я обязан потребовать с Вас, чтобы Вы объяснили мне свой замысел.
        - Хорошо, сейчас я это сделаю, но взамен мне хотелось бы, чтобы в мои действия никто не лез.
        - Включая меня?
        - Исключая Вас.
        - Принято. Излагайте!
        И я начал свои объяснения. Чем привлекателен для чжунхуев Туркестан? Тем, что на восток от него расположены никем не заселенные земли. Урал тоже для них был ценен именно этим, но там у них ничего не вышло благодаря Муравьеву. Имея такой плацдарм, можно вести колонизацию пустующих земель, даже не прекращая войны. Чем бы война не закончилась, но если Восток будет хоть как-то заселен чжунхуями, то мы рано или поздно проиграем. Нам просто не хватит сил, выбить столь сильного противника, если он будет получать пополнения не только с орбиты, но и на месте. Именно поэтому, драться за Туркестан чжунхуи будут всерьез. Как только захлебнется наступление по всем фронтам, они именно здесь сосредоточат свои усилия. Хорошо это или плохо? Лично я считаю что хорошо.
        - Погоди, я конечно не стратег, но почему ты думаешь, что враг бросит все и рванет туда? Ведь можно сперва покончить с нами в других местах, а потом сосредоточиться на Туркестане.
        - Это только так кажется. Когда я давал штурмбатальонам задачу на захват энергоцентров, я не надеялся, что выполнить задачу смогут все. Так и выщло. Муравьев перевыполнил задачу, а Львов выполнил ее так, как и было нужно. И сразу появилась вкусная морковка перед носом ишака.
        Противнику срочно нужен работающий космопорт. А Львов одним ударом лишил его такой возможности. Все, что они сейчас там имеют - это просто изолированный плацдарм. Который, пока что бесполезен для них. Более того, вторым ударом, Львов обезоружил противника и разобщил его силы. Чжунхуям нужно не теряя времени исправлять это положение и очень быстро. Иначе, подтянув резервы, мы разгромим его Туркестанскую группировку по частям. То, что мы в состоянии это сделать, они убедились в боях на Урале и под Ленинградом. Отбить наше нападение, не имея тяжелого вооружения, у них не получится. Имеющийся у них опыт, показывает, что больше суток им против нас не продержаться. А терять бездарно пятнадцать тысяч солдат и офицеров - неразумно.
        - А если они вместо того, чтобы вести бои, сумеют эвакуировать плацдарм?
        - Не забывайте о "морковке". Терминал почти что в их руках. Еще одно небольшое усилие и он полностью их. Всего то и дел, разгромить какой-то несчастный батальон и занять энергостанцию. Именно так все и выглядит со стороны.
        - Значит, чтобы избежать разгрома, им нужно усилить группировку, а чтобы захватить терминал полностью, им тоже нужно перебросить войска. Я правильно понял?
        - Да, правильно. Как только они это начнут делать, вам станет полегче.
        - Легче ли? Да им просто стоит перебросит пару тысяч человек с тяжелым врооружением и Львов не устоит.
        - На это им нужно время. А стоит им это сделать, как они сразу убедятся в том, что ничего кроме мясорубки, у них не выйдет. Я ведь не оставлю "Пахтакор" без помощи. Кроме того, у них будет торчать перед носом еще одна вкусная морковка. Подумав хорошенько, они к ней тоже потянутся. Но для этого им понадобится еще больше войск.
        - Что ты задумал?
        - Ловушку. Я стану строить им там хорошую такую западню, в которую они сами, без всякого понукания, загонят свои войска.
        - Ты уверен, что у тебя все это получится? В западне пока что мы.
        - На войне, настоящие ловушки так и делаются. На ровном месте, при твердой уверенности противника, что победителем будет именно он.
        - Ты уверен, что они не разгадают твой план?
        - Даже если уже разгадали, это им уже не поможет. Они не могут отказаться от переброски подкреплений. Протянут время - потеряют и космопорт, и находящиеся там войска. Просто взять и отступить, они уже не смогут. Ведь шансы на победу у них еще велики. Они захотят их использовать.
        Глава 25
        МУРАВЬЕВ. ПОДМОСКОВЬЕ.
        Каждый командир, применяет устав по-своему. И если взять действующего под Москвой генерала Чена, то о нем можно сказать только одно: он уставы очень уважал. А потому и воевал строго по уставу. Об этом можно было судить хотя бы по организации разведки и охранения. Ни щагу без разведки! Ни минуты без охранения! Это замедляло темпы продвижения чжунхуйских войск, зато берегло их от глупых потерь. Как только ни пытались русские нападать на чжунхуев, они всегда были готовы дать отпор. Уже первый день войны показал, что партизанскими методами здесь победы не добьешься. Как впрочем и прямыми атаками. Походные порядки дивизии Чена мгновенно превращались в боевые. Застать врасплох никак не получалось. На второй день войны, егеря пытались заходить в тыл противнику, чтобы перерезать линии снабжения. Однако ничего кроме потерь, добиться не удалось. К охране тылов и закреплению на местности, враг относился серьезно. В итоге, удары рейдовых отрядов были не только отбиты, но и сами рейдовики с большим трудом уходили от мобильных групп полевой жандармерии. Причем, просто так, уйдя в леса, от охотничьих команд
противника было не оторваться. В лесах чжунхуи тоже воевать умели. Имея в избытке средства авиационной разведки, они быстро выслеживали отходящих егерей, вызывали флаеры огневой поддержки, а потом уже десантировали мобильные группы с десантных флаеров. Это в Туркестане, благодаря удачной атаке "Пахтакора", чжунхуи не смогли воспользоваться завезенным заранее вооружением. Здесь же, под Москвой, у них всего необходимого для войны было в избытке. Чем они и пользовались.
        Муравьев, получивший задачу, выманить врагов в чистое поле, крепко призадумался, как это вообще возможно сделать. Судя по поступающим докладам, противник продвигался неся незначительные потери и в подкреплениях пока не нуждался. И даже для защиты своих коммуникаций, ему много войск не требовалось. И как тут не думай, но бросит он все свои резервы в бой, только в том случае, если наступающие окажутся в очень тяжелом положении. А как это сделать? Получается, что нужно нанести очень мощный удар. Да такой мощный, что поставит чжунхуев на грань поражения. Какие-то особенные, гениальные идеи на ум Муравьеву не приходили. Он просто решил попытаться устроить противнику обычные Канны. На первом же селекторном совещании, он приказал командирам егерей, действовать по прежней схеме, а сам занялся созданием ударных группировок к северу и к югу от направления главного удара противника.
        Для начала, он вывел из боя остатки штурмового батальона "Спартак" и приказал комбату "Спартака" скрытно перейти в район Подольских лесов. Этот батальон и должен был послужить основой Южной Ударной Группы.
        Основой Северной Ударной Группы, Данила решил сделать свой родной "Уралмаш", остатки которого, он начал перебрасывать под Москву по воздуху.
        Проблем с пополнением и вооружением, пока что не было. Корпус Лесных Егерей, был многочисленным формированием. В бой вступила, только малая часть этого формирования. И рота за ротой постепенно подтягивались к линии фронта. Оборонные предприятия работали, а арсеналы еще не были исчерпаны.
        Наносить удар одной пехотой - от этой идеи, Данила отказался сразу. В условиях, когда в распоряжении противника была ударная авиация, такой шаг не мог привести к успеху. Вместо этого, началось сколачивание общевойсковых ударных групп. За основу группы бралась рота егерей и к ней добавлялись подразделения ПВО, саперы, артиллеристы. Но этого Муравьеву показалось мало. Узнав, что на местных складах, имеются подготовленные к продаже Сообществу боевые роботы, он быстро наложил на все это богатство свою руку.
        Несмотря на то, что никто не чинил ни каких препятствий, создание ударных группировок не удалось завершить в намеченные сроки. А на фронте тем временем, дела шли не лучшим образом. Войска чжунхуев, продолжали наступать не сбавляя темпа. И хотя, темп продвижения не был рекордным, легче от этого не становилось. Зацепиться намертво и остановить врага, не получалось нигде. На опорные пункты ополчения, чжунхуи обрушивали лавину огня. Попытки подавить огонь противника, оканчивались как правило неудачей. Враг, оснащенный всем необходимым для боя, мгновенно засекал наши огневые позиции и наносил ответный удар. Не помогали и средства инструментальной разведки. Те, что работали в активном режиме, засекались моментально. Те, что работали в пассивном режиме - после более длительной работы вражеских устройств - провокаторов. Самым досадным было вовсе не потеря оружия и техники, пока цело было производство, потери можно было восполнить. Гораздо хуже было то, что вместе с техникой гибли хоть как-то подготовленные люди. Ругань в адрес оружейников была первостатейной. А те и сами себя проклинали, поняв, какую
ошибку они совершили, взяв за образец боевую технику Демократического Содружества.
        Вооруженные силы Содружества, привыкли воевать с противниками, не имеющими нормальных средств борьбы. Бить самим, не получая в ответ - это был их фирменный стиль. Эта привычка и повлияла на технические решения конструкторов-оружейников. Русские же конструктора, создавали аналоги того, что удалось изучить. А так, как чжунхуйских образцов вооружения, до сего момента они в своем распоряжении не имели, то повторили грехи тех, с кого брали пример.
        Зато чжунхуи, готовившиеся к войне с Содружеством, много чего обдумали заранее. Именно поэтому, их оружие и было более совершенным.
        Надежды на то, что конструктора сумеют за несколько дней исправить ситуацию, не было никакой. А как тут быть и что предпринять, Муравьев совсем не представлял. А потому, когда ему доложили, что на Четвертом боевом участке, противник сегодня не только не имел успехов, но даже понес чувствительные потери, он в это не поверил. Но подтверждения потребовал. В ответ, командир этого участка, посоветовал приехать на позиции и самому убедиться в правдивости доклада.
        Данила появился на Четвертом боевом участке тогда, когда уже стемнело и боевые действия, шедшие весь день затихли. Выйдя из своей КШМки, он сразу столкнулся с встречавшим его "хозяином" боевого участка Матвеем Ишиным.
        - Ну давай, показывай, что у тебя тут творится.
        - Пройдемте ко мне на КП, там удобней будет разговаривать.
        КП представлял собой несколько загнанных в капониры обычных автобусов, переделанных под военные нужды. Зайдя в один из них, вслед за Матвеем, Виктор увидел сидящую за штабным планшетом мелкую девчонку блондинистого вида.
        - Знакомьтесь, товарищ старший лейтенант, это Ирма Нойманн, виновница сегодняшних успехов.
        - И что она такого сотворила? - Муравьев внимательно рассмотрел привставшую в знак приветствия пигалицу. На первый взгляд, ничего особенного, если не считать феноменально низкий рост и худобу, в девчонке не было. Судя по имени, это уроженка Германской Марки. Сколько ей лет, на взгляд не особо определишь. Но явно не четырнадцать, которые ей так и хотелось дать. Как говорила мать Виктора: "Маленькая собачка, до старости щенок".
        Вместо ответа на грубоватый вопрос, Ирма развернула планшет так, чтобы Виктору удобно было его рассматривать и начала доклад. Судя по ее докладу, денек выдался очень хлопотным. Как всегда, чжунхуи начали день с огневой подготовки, обычно успешной. Но сегодня, она успешной не была. Артиллерийская разведка наших, засекла работу средств управления артиллерийским огнем и передала данные на огневую позицию. Спустя пять минут, чжунхуи вынуждены были прервать ведение артиллерийского огня и вызвать ударные флаеры. Те прилетели, нанесли удар по тому месту, откуда велся огонь и нарвались на ответный огонь зенитных средств. Два флаера были повреждены и вышли из боя. Остальные, разорвав дистанцию, зависли вдалеке, ожидая возможности нанести повторный удар. Потом, артиллерийская разведка вновь засекла работу приборов управления огнем. И вновь наши нанесли короткий удар, получив в ответ гостинцы от вражеских летунов. Правда, удар, нанесенный с дальнего расстояния, ущерба нашим не нанес. Так продолжалось полдня. В это время, потеряв надежду на своих артиллеристов и летунов, пехота чжунхуев попыталась решить
задачу дня без огневой поддержки. Завязался пехотный бой, в котором использовалось в основном переносные системы ведения огня. Успех в этот день был на нашей стороне. Несколько раз, артиллерия противника открывала огонь и столько же раз его прекращала, получив в ответ русские "гостинцы" калибром 120 мм.
        - Погоди, а чем это вы стреляли?
        - Жидкотопливная гаубица на самоходном шасси.
        Вот это фокус! Данила прекрасно помнил, что вначале, такие установки действительно были на вооружении. Их выпустили совсем немного, для обучения первых артиллеристов. Потом их заменили орудиями Гаусса, а этот примитив был сдан на склады. То, что "гауссовки" еще не кончились, об этом он знал точно. И с какого перепуга они связались с этим старьем? Последний вопрос он задал вслух, а в ответ получил пространный рассказ.
        Все началось с того, что Ирма, как и положено, в четырнадцать лет окончила школу. Правда школа эта была вовсе не семилетка. Обладая хорошими способностями, она за семь лет прошла десятилетний курс обучения в Schule Leibniz. Подобного рода школа была единственной на всю Германскую Марку, если не считать появившуюся пару лет назад Schule Mendel. Таким девочкам и мальчикам, не позволяют заниматься низкопрофильными работами. И даже техникуму не позволят давать образование им. За таких выпускников уже бьются высшие учебные заведения. Поэтому счастливая обладательница аттестата зрелости, без проблем смогла поступить в Высшее Техническое Училище. Через четыре года, юная обладательница диплома по специальности "геофизик", столкнулась с тем, что она никому особо и не нужна. Брать с собой в экспедицию в неосвоенные места, это хрупкое чудо никто не хотел. Слаба физически. А сидеть в конторе за обработкой результатов экспедиций, человеку не имеющему пятилетнего стажа работы в "поле", не позволяли правила. Вот и занялась инженер Нойманн тестированием и юстировкой геофизического оборудования в ремонтных
мастерских фирмы. Правда, когда представилась возможность пройти военную подготовку без отрыва от производства, она отказываться не стала. По иронии судьбы, она попала в территориальный учебный центр подготовки артиллеристов. Изучить материальную часть, для нее проблем не составило. Теоретические знания, необходимые для исполнения обязанностей командира расчета, тоже впитались быстро. Новое дело, ее неожиданно заинтересовало. Поэтому, к началу боевых действий, ту часть теории, которую необходимо знать командиру артиллерийской батареи, она освоила. Правда, закрепить полученные знания на практике не удалось. Началась мобилизация. Рекрут Нойманн, как и многие ее товарищи, была срочно приведена к присяге и стала рядовым Корпуса Лесных Егерей. Учитывая ее военно-учетную специальность, ее направили служить в артиллерию. Причем на самый "важный" участок - взвод логистики. А когда началась война, их батарея была срочно брошена в бой. Первый бой, назвать боем не получилось. Было избиение. В тот день, их батарея потеряла все свои орудия, едва сумев дать залп по противнику. Ежедневно их пополняли матчастью и
личным составом, но провести полноценный бой получилось только сегодня. И всю эту неделю, она делала карьеру, которая возможна только в армии, терпящей поражение. Начав рядовым взвода логистики, она поневоле повышалась в должности. Успела пару дней покомандовать взводом управления, а последние два дня - батареей. За время войны, батарея трижды полностью сменила и матчасть и личный состав. А нанесла ли она противнику хоть какой-то ущерб - бог весть. В чем была причина неудач, понятно было с первого дня.
        Что рельсотронные орудия, что орудия Гаусса, потребляли огромное количество энергии. Чжунхуи, имевшие в своем распоряжении прекрасные средства инструментальной разведки, засекали локальный всплеск энергии. А дальше следовал мгновенный ответ. Точно также, они засекали и работу любого излучающего устройства. И тоже накрывали их практически с первого же залпа. Причем, не спасала и работа в пассивном режиме. Пусть позже, но их работа противником определялась. Артиллеристы, приходили в отчаянье от собственной беспомощности. А пехота, не прикрытая огнем уже не жалела слов в адрес "этих бестолочей и дармоедов". Вот в таких условиях Ирма и стала комбатом. Не за красивые глазки и не за особые таланты. Просто потому, что она была единственной уцелевшей от первого состава батареи.
        Получив назначение на должность, Ирма обратилась к Ишину с просьбой, чтобы он не ставил батареи боевых задач, хотя бы один день. Матвей, выслушав странную просьбу, тем не менее согласие дал сразу. Все равно от артиллеристов толку было, что с козла молока, а так, может и вправду что придумают. И они придумали! Вместо орудий Гаусса, были привезены со складов две жидкотопливные гаубицы и две тоже жидкотопливные 40 мм скорострелки. Привезли бы и больше, если бы это было в наличии. Тем не менее, орудия, не дающие при выстреле заметного энергетического всплеска, решали часть возникших проблем. Правда, будучи геофизиком, Ирма понимала, что достаточно применить современные приборы сейсмической разведки и позиция артиллерийской установки будет достаточно точно определена. К счастью, подобной техники чжунхуи в войсках не имели. Ну а если она и появится, то простенькие меры противодействия уже придуманы. А проблему маскировки работы средств артиллерийской разведки и управления огнем, удалось решить весьма просто. На платформу обычного грузовика, установили турель с автоматическим гранатометом. Вот только
стрелял он не гранатами, а обычными разрядными устройствами, которые упав на землю, в течении небольшого промежутка времени, имитировали работу энергетических установок. Правда, все понимали, что операторы противника со временем научатся производить селекцию сигналов, но это произойдет не за один день. Главное, чтобы сегодня это сработало, а там можно со временем и усовершенствовать придуманное.
        Сегодня, все это прошло проверку боем. Поиграв полдня в кошки-мышки с вражеской артиллерией, батарея сумела подавить ее работу. Одна установка из двух была все-таки повреждена, но ремонту в полевых условиях подлежала. Хватило и одного орудия, чтобы устроить пехоте противника веселую жизнь в течении второй половины дня.
        - Вот такая у нас появилась богиня, - подытожил доклад Нойманн довольный Ишин.
        - Какая такая богиня?
        - Так ведь предки наши звали артиллеристов "богами войны". Ну а у нас девчонка рулит артиллерией. Какой из девки бог? Богиня, самая настоящая богиня!
        - В общем так Матвей, - Данила уже принял решение, - делать твоей богине у тебя больше нечего. И не надо уверять меня, что без нее ты пропадешь. Ее парни если и менее опытны, то ненамного. Сам знаешь, мы только неделю на войне. Воевать они смогут теперь и без ее помощи. Так что протесты свои можешь сам понимаешь куда засунуть. Она поедет со мной. Хватит ей батареей командовать! Пора ее в должности повышать. Полчаса тебе Ирма на сборы и передачу дел. И ждут тебя, кулёмушка ты наша, великие дела.
        - "Кулёмушка", это что такое?
        - Да так в наших краях мелочь всякую зовут. Детей в основном. Ласково и по домашнему. Ты не обижайся Ирма, не на что. Наполеон, говорят, тоже "кулёмой" был, и тоже из "богов войны".
        - Если не возражаете, пусть это слово будет моим позывным!
        - Понравилось?
        - Очень!
        - Вот и договорились.
        ПОДМОСКОВЬЕ. СЕМЕНОВСКИЕ ВЫСОТЫ.
        - Только начнешь жить, как какая - нибудь сволочь, придет и все порушит! Господи! Третий раз молодость свою гублю. Да когда это наконец все кончится?!
        Именно такими словами, Маша Житкова, третья "попаданка" в будущее и встретила известие о том, что на Россию в очередной раз напали. И было от чего взяться злобе и отчаянью. Тогда, летом 1941, когда жизнь только начиналась для нее, а все дороги считались открытыми для молодых, напали немцы. В итоге, лично ей до старости дожить не удалось. Девчонки, служившие вместе с ней, считали ее везучей: год войны - и ни одной царапины. И это после того, как их батарее дважды довелось и из окружения выходить, и от танков отбиваться. Последний раз, только она одна и уцелела.
        Начинала она, звавшаяся тогда Катей Житковой, как и тысячи таких же молодых советских девчонок: курсы сандружинниц, направление в Действующую армию, а там как повезет. Ей и "повезло"! Батарея 37 миллиметровых зенитных орудий, за первые полгода войны, дважды обновила свой состав. Судьба, миловала ее поначалу. Вокруг нее гибли и молодые парни, и зрелые мужики, а ее не коснулся ни один осколок! Из сандружинниц, ее перевели в орудийный расчет. Вроде бы и ничего все, но дважды батарею утюжили немецкие танки, а ворвавшаяся на огневую позицию вражеская пехота, пыталась доделать то, что не доделали танкисты. И оба раза, в последний момент, приходила помощь.
        За оба этих случая, всех выживших наградили. Две медали "За Отвагу" - по тем временам это было неплохо. Но радости это никакой не доставляло. Сколько было их, выживших?
        Хуже было другое: на нее начали коситься. Сначала, она не понимала причин людской неприветливости, ведь раньше, люди относились к ней по-доброму. Потом, ей все объяснил комиссар дивизиона, вызвавший ее для беседы в штаб:
        - Нам, Екатерина, нужна боеспособная батарея, а не толпа пока еще ходячих мертвецов. Вот чтобы люди бодрей себя чувствовали, мы приняли решение, убрать тебя с батареи от греха подальше.
        - Товарищ старший политрук! Но за что? Я ведь ни с кем… я никогда… я не давала никому повода усомниться…
        - Вот если бы, Вы сержант Сидорова, "когда-нибудь и с кем-нибудь" что-то догадались совершить, а тем более "дать", то я первый бы за Вас порадовался. И отправил бы тебя на радостях, подальше от фронта. Ты что, еще ничего не поняла?
        Катя отрицательно помотала головой, хотя страшная догадка уже посетила ее, после последних слов комиссара.
        - Думают люди, что ты беду ко всем притягиваешь. И разуверить их в этом невозможно. Ты уж поверь мне, никакими словами это из них не выбить, - комиссар знал, о чем говорил, ведь ему, прошедшему бойню Империалистической войны, и фронты Гражданской войны, прекрасно была известна сила фронтовых суеверий.
        Страшное это дело - суеверия. Особенно там, где люди постоянно под смертью ходят. Рано или поздно, могут они сорваться. И что им в голову взбредет, никому заранее не известно. Могут ведь и пристрелить "ходячую беду". Такие случаи, на памяти много видавшего в жизни комиссара, бывали.
        Кроме того, старший политрук Сергей Пафнутьевич Иванов, полгода назад призванный из запаса, примеривал эту ситуацию и на себя. Дома у него, остались такие же дурехи, как и эта, готовая вот-вот расплакаться от обиды. Жалко ее! И лучше решить ее судьбу прямо сейчас. Целее будет, а там как повезет.
        В общем, перевели Катю служить подальше от фронта, на Волгу, в Сталинград, в формирующийся 1077-й зенитный артиллерийский полк.
        На прощание, комиссар посоветовал ей, как можно быстрее найти себе подходящего кавалера и "залететь":
        - Поверь мне, эта война надолго затянется, а о судьбе людской гадать, на войне бесполезно. Так может и счастлива будешь, хоть и недолго, да и дите на память останется. Никто тебя, дуру этакую, осуждать за это не станет.
        На новом месте службы, следовать совету комиссара, она не стала. И вовсе не потому, что таких молодых и красивых девок, здесь было больше половины личного состава. Если бы захотела, то сумела бы! Просто стыдно было дезертировать, даже таким, не осуждаемым способом. Ведь эти девчонки, ничего еще не умели! Их всему нужно было учить, а опытных и знающих людей, в полку было мало.
        В то, что она действительно "беду в себе носит", Екатерина поверила в те роковые для них дни 23 и 24 августа 1942 года, когда после отражения налета немецкой авиации на Тракторный завод, пришлось переводить стволы в горизонтальное положение и отражать танковую атаку.
        Делать это, их еще не успели научить, а потому, пришлось учиться на ходу. Судьбу боя, решали считанные минуты и шансы на победу у немцев были. Вот только 37 85мм зениток, чьи расчеты работают, а не разбегаются в панике - страшная сила. И немцы это ощутили на своей шкуре очень быстро. Да и не оставили их в одиночестве. Поднятый по тревоге батальон ополченцев-работяг, тоже вступил в бой и атака была отражена.
        Ничего на этом не закончилось. Наоборот, только началось. Немцы снова бросили в бой авиацию. На этот раз, они перепахивали "передок" совершенно безнаказанно. Зенитчицы, получившие приказ беречь снаряды, огня по самолетам не вели.
        И снова немецкая атака, и снова тяжелый бой. Катя, чувствовала, как немцы переходят из состояния деловитой уверенности в состояние иступленной ярости. Еще бы! Ведь им оставалось совсем немного, для того, чтобы полностью выполнить приказ своего фюрера! И это было им вполне по силам. Кроме горстки работяг, поддержанных двумя танками и тремя бронетракторами, да молоденьких большевичек у орудий, из которых они и стрелять толком не умеют, никаких войск, на пути 16 танковой дивизии Вермахта не было. Еще рывок и город в их руках!
        Вот только ни работяги, ни "фанатичные большевички" с этим не согласились. Выдержка, сообразительность, точность действий… Откуда это все взялось у них в этот день? Они и сами не знали. Каждое орудие, стало отдельным островком обороны, куда стягивались все, кто был еще жив. Немцам, чтобы дойти до цели похода, нужно было задавить все эти маленькие крепости. И они давили, оставляя на земле разорванные и обугленные тушки своих "камарадов".
        83 танка, 15 грузовиков, три батальона пехоты - вот цена достигнутой наконец победы! Только все напрасно! Едва управились с этими упрямцами, как перед победителями возникло новое препятствие: русские подтянули новые войска. И были те войска не хуже только что перебитых. Все нужно было начинать сначала!
        Потом, жалостливая пропаганда говорила о том, что все они погибли в бою. Екатерина, однако, знала, что это не так. Немцы тогда вообще озверели от потерь. И если раненых мужчин просто добили, то девчонкам повезло меньше, в том числе и ей. Ее, в числе прочих сорока девчонок, бросили умирать в колодец.
        "Свободным женщинам, ни один враг не даст пощады!"
        Не сложилась жизнь и у второй ее ипостаси - Марии Сидоровой. Ей неплохо жилось в скиту на Вилюе. Дом, учеба, церковь. Все это ушло в прошлое, когда пришли каратели.
        И ведь можно было не умирать! Но пришлось это сделать. Рожденным и выросшим на воле, нынешняя цивилизация была страшнее смерти. То рабство, которое пиндосы считали свободой, им было не по нутру. И они выбрали свою судьбу. Сами без понуканий, взяли в руки оружие. А все остальное, что с ними случилось, было лишь следствием этого выбора.
        Ей опять не пришлось умереть в бою. Только на этот раз, вместо глубокого колодца, была лаборатория Курта Вернера и соединение двух душ в одном теле. Горечь от случившейся неудачи, она преодолела быстро. Осталось только придумать, как вырваться из плена. И тут, судьба в очередной раз ей сделала подарок - вернула ей Волю и Родину! Вот за это, стоило служить тем, кто ей все это вернул. И "эти" - были родными русскими людьми, пусть и с другой планеты.
        "Где мы, там и Россия!"
        Можно было плюнуть на все, и зажить спокойной жизнью. Обрести наконец, свое тихое мирное счастье. Никто бы ее за это не осудил. Но Родине в очередной раз потребовалась армия, а настоящих военных людей - раз, два и обчелся. А потому, сперва дело, а потом награда. И она пошла служить. А заодно обрела и новое имя, слив в нем судьбы сразу двух душ. Здесь ее знали теперь, как Марию Житкову. И она привыкла к нему, втайне надеясь, что новое имя поможет обмануть жестокую к ней судьбу.
        Через три года службы, как и обещал Субудаев, ее уволили в запас. Можно было наконец-то пожить для себя. Тем более, что Немезидская Русь, была щедра и благодарна ей.
        Никогда не имевшая своего дома и хозяйства, она вдруг стала богатой помещицей. За каждый год службы, ей как и Собак, полагался гектар пахотных земель. Но получила она, в отличии от Ксюши, вовсе не три гектара. Местные чиновники, засчитали ей все, что только можно: и год Великой Отечественной Войны, приравняв его к трем годам мирной службы, и тот десяток лет, что она была боевиком Русской Православной Общины на Вилюе.
        - Мы считаем все то время, которое Вы потратили на службе нашей Родине. А где проходила служба и в какие времена, это не важно, - так ей было объяснено в Канцелярии Его Императорского Величества.
        Земли, обозначенные в дарственной грамоте, были в двух днях пути от столицы, в долине реки Преображенка. Неплохие места, хоть и редко заселенные.
        Субудаев, как и тот, прежний ее комиссар, решил, что лично с нее войн хватит и позаботился о том, чтобы больше она никогда в боевых действиях участия не принимала. Именно этим и можно объяснить то, что по мобилизации, она получила назначение на должность инструктора первоначального военного обучения не куда-нибудь, а в столичную Актерскую Гильдию. Раньше, она с актерами никогда не сталкивалась. И даже настоящего театра в жизни видеть не доводилось. Впрочем и сейчас не довелось. Местом новой службы, где расположили учебный лагерь, стала Семеновская Гряда, расположенная к югу от Царева-Града.
        Насколько Мария понимала, командование решило поберечь не только ее, но и актеров. Бои проходили к востоку от столицы и вряд ли докатятся до этих мест.
        Вверенные ее заботам люди, ей понравились, хоть и не похожи были на тех артистов, какими она себе их представляла.
        Не единым хлебом жив человек. Душа тоже нуждается в своей, особой пище. Осваивая планету, люди нуждались не только в материальных благах. Тяга к прекрасному не исчезала. Среди них нашлись и скульпторы, и художники, и поэты… Нашлись люди и с талантами актеров. Правда, сперва все было на уровне примитивной самодеятельности, но первые артисты не унывали, обходясь тем, что было им доступно. Да и что нужно настоящему актеру? Только зрители! Остальное не так важно. Вот и выступали они, как на заре человеческой истории, под крышами примитивных построек или, если не было и этого, под открытым небом.
        Со временем, появились прекрасные залы, способные вместить тысячи зрителей. Появилось нужное оборудование, для создания спецэффектов, но традиция "хождения в народ" никуда не исчезла. Более того, выступления в необорудованных местах, стало своего рода актерским шиком. Считалось, что именно в таких условиях и виден истинный талант исполнителя. Была у русских актеров и своя Мекка - Семеновская гряда, театр, созданный самой природой. Там где сходятся Большая Семеновская высота, Федотова Горка и высота Дунькин Пуп, была котловина, над склонами и дном которой слегка поработали люди, образовав примитивный амфитеатр. Аккустика тут была изумительная и потому, раз в год, сюда съезжались актерские труппы со всей страны, на театральные фестивали. Съезжались сюда и заядлые театралы, ради того, чтобы насладиться игрой знаменитостей в архаичных условиях.
        Сейчас же, актеры собрались в святое для них место не для игр. Отряд "Мельпомена", проходил здесь военное обучение.
        На изнеженных слабаков, эти люди не походили. Что говорить о циркачах и танцовщиках балета, чья физическая подготовка соответствовала строгим армейским стандартам? Театральные актеры были ничуть не хуже. Поэтому, никакого нытья и капризов во время обучения не было. Люди трудились с полной отдачей.
        Впрочем, занимались не только подготовкой. Хоть появление противника и считалось маловероятным, но оборудовать на высотах опорные пункты, Мария все-таки решила. На всякий случай.
        Глава 26
        "ТАШКЕНТСКИЕ ВОРОТА". ТАМОЖНЯ.
        А на Ташкентском терминале, шла своя, не совсем обычная война. Вот уже который день, положение войск оставалось без изменений. Чжунхуи, хоть и имели подавляющий перевес в живой силе, предпринимать решительный штурм русских позиций не решались. Понимание того, что без тяжелого вооружения, успеха не добиться, у командования 9-й дивизии войск Империи Чжунхуй, было. Устраивать малорезультативную мясорубку, генерал Тен не хотел. Именно поэтому, его войска сейчас сидели в обороне, в ожидании подкреплений.
        Война все-таки шла, но вяло. "Косые", стремились улучшить свое положение, постепенно выбивая у врага, живую силу. Тоже самое, стремились делать и русские.
        Иногда, вспыхивали продолжительные перестрелки, вызванные подозрительным шевелением на позициях противоборствующей стороны. А иногда, воцарялась тишина, когда противникам нужно было эвакуировать без помех своих убитых и раненых.
        Сегодня, в очередной раз, вывесив белое полотнище с изображением Красного Креста, наши запросили перемирия. Спустя короткое время, над позициями "косых" возникли голографические картинки с тем же самым символом. Очередное перемирие началось.
        - Время! Пошли ребята! - Львов махнул рукой и повел сводную группу на позиции второй роты. С ним, помимо группы медиков, шли саперы и стрелки, неся на себе блоки с необходимым оборудованием.
        Противник, конечно не дурак. То, что русские что-то затевают, он наверняка понял, но мешать этому, нарушая перемирие, не стал. Наверняка и он использовал это время для подготовки своих каверз.
        До позиций, занятых остатками роты Саидова, дошли быстро.
        - Здравствуй, командир! - Ахмед уже поджидал их.
        - И тебе поздорову. Капонир готов?
        - С утра готов. Все как ты просил. И вырыли, и замаскировали.
        - Марич! - обратился Львов к командиру саперов, - приступай!
        Марич начал негромко командовать. Его ребята, быстро и споро, установили и выверяли в отрытом капонире опорную раму. Затем, начали монтировать на ней принесенные соленоиды. Тем временем, в отдельных ячейках начали проверку состояния генератора и пульта управления импровизированным метательным устройством. В итоге, у саперов получилось импровизированное метательное устройство, направленное на занятое "косыми" здание таможни.
        И пока саперы возились со своим "чудом", медики шустро оказали необходимую помощь раненым и подготовили их к эвакуации. А стрелки, пришедшие с комбатом, заняли исходный рубеж для атаки.
        - Слушай внимательно Ахмед. Как только сработает наша самоделка, я вместе с пополнением беру таможню. Через две минуты после начала атаки, ты посылаешь нам в помощь вторую группу. А сам с остальными сидишь и ждешь моей команды. Что бы не случилось, но спину нам прикрой. Как только все закончится, покидаешь старые позиции и занимаешь новые на таможне. Задачу понял?
        - Понял. Только, может мне вести штурмовую группу? Поверь мне, я справлюсь не хуже!
        - Нет уж, я затеял это, я и буду командовать, а ты ротный, сидишь и делаешь то, что тебе приказано!
        Медики, подготовив раненых к эвакуации, запросили разрешение на выход. Саперы, закончили тем временем установку контейнера с опилками на направляющий ложемент. Команда на эвакуацию подана, а Марич начал насыщать опилки жидким кислородом.
        "Хоть бы сработало!"
        Это метательное устройство, было придумано самим Маричем, а для изготовления его, пошло все, что только нашлось на занятой третьей ротой энергостанции.
        Наконец, насыщение кислородом кончилось. Все. Теперь осталось только выждать. Раненые уже в безопасном месте, знаки перемирия убраны, но как правило, противники еще десять минут не тревожили друг-друга.
        "Хоть бы сработало!"
        Саперы уверяли, что сорок минут в их распоряжении будет. Сейчас они покинули позицию пуска и готовили дымопусковые установки. У пульта управления остался только их командир.
        Наконец, нужный момент подошел:
        - Пуск!
        Контейнер мгновенно сошел с ложемента и влетел в проем в стене здания. Взрыв получился зрелищный. Все-таки, такая архаичная карьерная взрывчатка не применялась несколько веков. Не мудрено, что саперы перестарались с определением необходимого его количества. Обломки конструкций разлетелись весьма далеко.
        В ту же секунду заработали дымогенераторы, затягивая поле боя непроницаемой для глаза завесой.
        - Вперед!
        "Нейтралка" преодолена быстро, но ворваться в здание столь же стремительно не вышло. Пришлось преодолевать возникшие завалы. К счастью, никто в этот момент не стрелял.
        - Пошла зачистка!
        На помощь уже спешит вторая группа. Потом пошли доклады о том, что все чисто. Боя не было. Третьей роте достались лишь остатки здания и четыре десятка контуженных чжунхуев.
        - Саидов! Подтягивайся! Внимание всем! Закрепляемся!
        Противник так и не пришел в себя. А успех неплохой! Третья рота теперь контролирует весь выезд с терминала, да еще вдобавок отрезала от главных сил тех "косых", которые засели на водозаборной станции.
        - Павел! Хаджимурат! Ко мне! - Филиппов и Пинхони, потомственные его корефаны, немедленно подошли. Кому, как не им выполнять следующий этап задуманной операции?
        - Приступайте ребята! С Богом!
        Разведчики мгновенно скрылись в клубах дыма и не осевшей еще пыли. Самое время было их посылать к своим. Именно ради этого, Александр и затеял всю эту операцию. Ведь не смотря на то, что положение их не было еще безнадежным, оно могло стать таковым в любой момент. И чтобы получить от своих помощь, нужно было сперва установить связь.
        Та связь, что была изначально, почему-то не действовала. Видимо враг сумел ее как-то заглушить. Не до конца конечно, на ближнем расстоянии она действовала, но только в пределах занятого плацдарма.
        А дальше оставалось только ждать. Если свои не помогут, то останется лишь погибать. Противник не вечно будет столь беспомощен.
        ГОСПОЖА ЛЮ И ЕЕ "МОЛОДЫЕ НЕГОДЯИ".
        Генерал Тен мог сколько угодно считать высокородную госпожу Лю напыщенной дуррой и редкостной стервой, но ее собственные подчиненные так не считали.
        А сама госпожа Лю имела все основания быть довольной и собой, и своими подчиненными. Хоть и набраны сущие отбросы, которых ни один здравомыслящий хозяин никогда не возьмет в работники, но при правильной работе с ними, можно получить неплохую отдачу. Даже ближайшие ее помощники, в недавнем прошлом были проблемными людьми. Но как только осознали, что здесь к ним относятся с уважением, постарались заслужить доверие хозяйки. Оставалось только радоваться тому, как быстро они претворяют намеченные планы в жизнь. Взять хотя бы организацию фильтрационных лагерей. Она выше всяких похвал! Поступивших на фильтрацию людей, изучают быстро и тщательно. После тестирования и занесения необходимых сведений в базу данных, их распределяют по местам, согласно присвоенному индексу полезности. В зависимости от присвоенного индекса, их ожидает разная судьба. Это конкурирующие фирмы без всякого отбора продают государству пленников всех скопом. У госпожи Лю, все происходит иначе. Уже год, как в канцелярии Великого Канцлера, рассматривают ее заявку, на присвоение ее компании статуса суверенной корпорации. "Zhuquan zong
gongsi "Liu" - неплохо ведь звучит! Трудность была в том, что за всю историю Подзвездного Чжунхуя, только одна корпорация получила такой статус. И чтобы его получить, нужно очень постараться. Зато заимев его, она войдет в высшие эшелоны власти. Но чтобы заявка прошла все инстанции, нужно показать, что ты достойна оказанной чести. Немезида давала ей такой шанс.
        Именно поэтому, она не станет продавать всех пленников государству. Накануне войны, она сумела выиграть тендер на колонизацию одной из пригодных для заселения планет. Честно говоря, сделать это было несложно. Люди осведомленные, понимали, что во время войны, набрать необходимое количество квалифицированных специалистов не получится ни у кого. А госпожа Лю, сумела придумать выход из этого положения. Это только кажется, что россиянские сектора Немезиды населены бесполезными отбросами. На самом деле, если покопаться как следует, то людей, имеющих полезные профессии найти можно. Взять тех же летчиков и наземных специалистов или персонал лечебных учреждений. Фактически, это ядро персонала будущих дочерних фирм. И таких, если разобраться, только в Ташкентском секторе, вместе с семьями тысяч пятнадцать наберется. Прочих, можно смело продавать. Но и здесь, не стоит грести всех под одну гребенку. Например, молодых и красивых девиц да смазливых мальчиков, выгодней продать напрямую "купцам" представляющим индустрию развлечений в том числе и подпольных развлечений. Прочие же испытают на себе все прелести
приготовленных для них в метрополии "трудовых лагерей". Жалеть этот двуногий скот, право не стоило.
        С русскими же, другое дело. Их хоть и собирались ставить под контроль, но предусмотренный для них статус, был совершенно иным.
        Никто не собирался делать их рабами. Предполагалось, что их положение, после перехода в сферу влияния Империи, станет даже лучше прежнего. Но, русские сами этого не захотели.
        "Если бы все зависело от моей воли и моего желания, то война прекратилась бы в самый первый день. Я просто не вижу в ней никакой пользы. Ни для себя, ни для страны. Договориться о мире и сейчас не сложно, но на "верху" до этой мысли еще не дошли. А жаль! Теряются такие прекрасные возможности для сотрудничества! Хорошо еще то, что до сих пор действует приказ о корректном отношении к русскому населению. Ведь ожесточать столь упорных в своей непримиримости людей, было бы очень глупо".
        А в отношении корректного поведения, проблемы могли возникнуть на ровном месте. Трудно приучить к дисциплине тех, кто недавно еще был на самом дне. Хотя ее военный советник Сяо и старается добиться от подчиненных идеальной дисциплины. Но до этого еще далеко. А вот и сам советник Сяо! И что он мне сообщит?
        - С какими вестями Вы пришли, уважаемый Советник?
        - Новости не радостные, высокородная госпожа.
        - Сяо! Я конечно высокородная, но при личном докладе об этом можно не вспоминать.
        - Хорошо! Генерала Тена опять постигла неудача. Час назад, русские внезапным ударом взяли у него здание таможни.
        - Сяо! Объясни мне пожалуйста, почему так? Насколько я знаю, у Тена войск в десять раз больше чем у противника. Неужели наши войска так плохи?
        - Войска неплохи. Намного лучше, чем у русских. Дело в командирах.
        - То есть, наш генерал не на своем месте? Говорите прямо!
        - Так и есть, генерал Тен не приспособлен для этой войны.
        Значит, правильно она оценила этого павлина, еще тогда, когда война только готовилась. Тупой усердный служака! Парадами командовать способен. Воевать, как выяснилось - нет!
        - Сяо! Как ты думаешь, что произойдет дальше?
        - Если у русских найдется такой же толковый и решительный командир, как тот, что командует ими на плацдарме, то через два дня Девятую дивизию начнут уничтожать по частям. Это нетрудно сделать. Она и так разделена на слабо взаимодействующие части.
        - Что в этой ситуации можно сделать?
        - Девятой дивизии, срочно нужно тяжелое вооружение. Его желательно взять откуда угодно. Если этого не сделать вовремя, последствия для всех нас будут печальные.
        - Значит Сяо, мы этим и займемся. Смотри, - Лю подвела его к трехмерному макету местности - видишь, в семидесяти километрах от терминала, есть аэропорт. Нужно организовать его работу. Охрану и оборону его организуешь ты, летный персонал и наземные службы будут из местных, контроль за работой местных кадров возьмет на себя наша служба безопасности. Кроме того, доставка грузов от аэропорта до района боевых действий - тоже на тебе. Технический персонал - тоже из местных. Далее. Прочесывание местности продолжать, но часть наших людей, нужно подготовить для ведения настоящей войны. Это может понадобиться в любой момент.
        - Госпожа, но нам на все это не хватит людей.
        - Пусть тебя это не беспокоит. У тебя будут необходимые люди. Причем, сразу пара тысяч.
        - Кто это такие?
        - Твои люди, взяли в плен местных полицейских. Люди Кана, уже сегодня с ними поработают.
        - Я бы не стал им доверять.
        - И я им не доверяю. Но я им предложу изменение личного статуса. А будут стараться, то и семьи их изменят статус.
        - Все-равно, верить им не стоит. Человек, идущий служить врагу, не станет сильно любить свою семью.
        - Вот потому, мы и создадим охранные подразделения смешанного состава. Чтобы плотно их контролировать. И поручим им такую работу, что даже самые последние мерзавцы будут их презирать и ненавидеть.
        - Госпожа Лю, я согласился из наших отбросов сделать людей. Потому, что считал и считаю: нашим парням просто не везло в жизни. Они опустились. Но они не потеряны для нашей Родины. Дай им достойное задание и они снова станут людьми. Но этими…
        - Я поняла Вас Сяо. Похвально, что Вы столь разборчивы. И Вы правы, не стоит мешать в одну кучу мед и… ну, Вы поняли о чем я. Поэтому, из своих людей, найдите тех, кто не побрезгует ими командовать. Надеюсь, у Вас есть те, от кого Вы не прочь избавиться?
        - Такие всегда есть.
        ДОРОГА НА ТАШКЕНТ.
        И снова дорога. С утра пораньше, попрощавшись с гостеприимной Тамарой, Ксения выехала из поселка. Правда, прямая дорога ей была заказана. Как объяснил ей Хафиз, впереди, на терминале, идут бои. Сведения конечно не очень надежные, но похоже, что наши там дерутся в окружении. Нужно было ехать кружным путем. А он сейчас единственный. На запад вдоль "зеленки" до самой Аму-Дарьи и потом, вдоль берега реки на юг, до самой Плотинной Гряды. На самой Плотинной Гряде, есть дорожка, по которой ее "ишак" вполне пройдет.
        - Там, на гряде, наверняка есть наши. Просто это единственный обходной путь. Вряд ли его оставили не занятым.
        - А что, обойти его невозможно?
        - Только по реке и по воздуху. Но по реке, "косым" плавать не на чем, а по воздуху… В общем, было бы у них что-нибудь летающее, мы бы это уже увидели.
        - А с востока? - Ксения ткнула стилом в обозначенную на планшете низину.
        - Там никто ходить и не станет. Раньше там была котловина. И какой-то умник построил там завод. Что-то связанное с биотехнологиями. А в один прекрасный день, на заводе произошла авария. В общем, котловину затопили. Потом пытались вообще засыпать. Работу до ума так и не довели. Бросили. Опасно там стало. А дальше… Начали расти какие-то непонятные водоросли. Ученые прозвали их "черной ламинарией". Растут они, отмирают, всплывают наверх, образовывают целые плавучие острова. А на островах этих растет эндемичное растение, типа тростника. И тоже отмирает, падает… В общем, за два века там образовалась такая трясина, что не пройти не проехать. Да и приближаться к ней люди боятся. Там до сих пор знаки биологической опасности не сняты.
        - И что? Так это и оставили?
        - Так и оставили. Полицаи не стали возиться, потому, что Топи их прикрывали от нас. Ну а мы прикрываемся ими от них.
        - Понятно. Значит путь теперь только один.
        - Я бы тебе и им не советовал пользоваться. Там "косых" может и нет, зато полицайское отродье может в "зеленке" прятаться.
        - Придется ехать, Хафиз, придется. Если не доберусь до своих, могут посчитать дезертиром.
        Вот так и поехала. Правда двигалась она осмотрительно, тщательно оглядываясь по сторонам. Оделась тоже по полному боевому и "укорот" был под рукой. Пару суток ехала без приключений. Расслабилась преждевременно и чуть было за это не поплатилась. Огибая встретившиеся ей заросли, она чуть ли не врезалась в стоящий у опушки обычный полицейский автобус-"скотовоз". А рядом с автобусом…
        В общем, спасибо армии родной! Не пройди она ее, совсем бы пропала. И не "помирай" она многократно на тренажерах и учениях, сейчас бы точно померла. От страха. Но вбитые армейским зверьем рефлексы, сработали как нужно: не успев испугаться, Ксения начала действовать, быстро, решительно и жестко.
        Раз! Прибавив скорости, она направила машину на двух чжунхуев, помогавших друг-другу облачиться в бронекомбенезон - эти самые опасные. Удар! Лежат голубчики!
        Два! "Укорот" уже в руках и первая очередь досталась трем россиянским полицейским, непонятно что здесь забывших.
        Три! Огляделась. Ага! Еще двое полицаев от нее удирают! Нашлемный прицел активирован, приклад уперся в плечо. Сигнал о захвате цели. Две "отсечки" - два трупа.
        Четыре! Выходим из машины, осматриваемся. Добить еще живого чжунхуя и понять, во что она вляпалась.
        А вляпалась она во что-то непонятное. Что делала здесь эта компания? Полицаи не похожи на пленных, похоже, что они с "косыми" заодно.
        А что у них в автобусе? Кабина пустая, смотрим "загон". Как его открыть? Ага! У полицаев ключики от него! Открываем…
        "Мать честная! Ну нельзя же так визжать! Я ведь могла с перепугу и выстрелить!"
        Досаду Ксении, вызвали "пассажиры" полицейского "воронка": десяток подростков, захваченных в качестве добычи чжунхуями. Когда она заглянула внутрь "скотовоза", ее встретил оглушительный девчоночий визг и крики ужаса пацанов.
        - Чего орете? Быстро заткнуться и вылезать!
        Пришлось даже оружием слегка пригрозить. Хорошо, хоть подействовало. Начали вылезать.
        - Построились быстро, в один ряд! Вот здесь, прямо у машины!
        Глядя с ужасом на непонятно откуда взявшуюся воительницу, они кое-как выстроились у полицейской машины.
        "Да, видок у них еще тот, того гляди в обморок начнут падать. Да эти чудики наверное решили, что она их сейчас будет расстреливать! Ну и тупицы! Делать мне нечего больше! Сейчас нужно ноги уносить по быстрому и так задержалась больше необходимого".
        Сообразив, что с опущенным забралом она их очень страшит, Ксения подняла щиток и продолжила старясь говорить медленно и раздельно:
        - Сейчас, вы пятеро и ты, - она указала на пятерых парней и девчонку, которая выглядела покрепче своих товарок, - берете трупы и забрасываете в воронок. Шевелитесь давай, пока не огрела чем тяжелым!
        С горем пополам, переблевавшись, они команду выполнили.
        Правда, разоблачать чжунхуев пришлось все-равно самой. Ведь чтобы правильно разобрать бронекостюмы, нужно знать, как это делается. Правда, трофеи эти, большую ценность для нее не имели. Только лишний груз. Но с другой стороны, когда она доберется до своих, трофеи и будут свидетельством того, что от войны она не пряталась.
        - Кто умеет водить машину? Ты что ли? Значит, садишься за руль "скотовоза" и едешь следом за мной. Остальные, быстро по машинам! Кто боится, оставлю здесь!
        А потом, они уехали вглубь лесных зарослей и долго петляли, пока не выехали на подходящую поляну возле лесного озерца. Там Ксения и заставила закопать трупы врагов. После чего продолжила расспросы.
        Оказалось, что пятеро мальчишек и столько же девчонок, воспитанники пансионата для сирот. Дружить не дружат, но вместе держаться привыкли. Когда напали "косые" воспитатели разбежались, бросив подопечных. А воспитанники вслед за ними. Куда бежать, никто не знал. Разгромить какой-нибудь магазин побоялись. Этим занялись те, кто посильней, понаглей и посообразительней. А эти шли куда глаза глядят. И что делать дальше, представления не имели. Увидев, в кого превратились мнящие себя цивилизованными люди, они старались держаться от любых людей подальше. А потом, начались облавы. Они попались потому, что не умели прятаться. Чжунхуйский патруль, вместе с прислужниками-полицейскими, подкрался незаметно. А дальше их подогнали к машине, и заперли, но не всех. Изо и Вику потащили насиловать. Ксения появилась тогда, когда насильники натешились и загрузили свои жертвы в "скотовоз". Вот и вся история.
        Собак проклинала свою бесхарактерность. Нужно было бросить к чертям эту обузу! Одна она доберется до своих, но с ними… В общем попала девочка! С другой стороны, жалко этих существ. Они ведь и постоять за себя не сумеют. Пропадут, как пить дать пропадут!
        - Значит так, меня звать Ксения Собакина, я солдат регулярной Русской Армии. Воинское звание мое - ефрейтор. Сейчас, маскируем технику, потом обустраиваем стоянку. И только после я вас покормлю.
        "Ну, вот опять! Где только таких косоруких воспитывают! Самого простого не умеют! Разве что сенсоры давить. Хотя, три года назад ты сама была не лучше этих чудиков".
        Своему собственному спокойному поведению, Ксюша не удивлялась. Тут все дело было в микродиагностическом комплексе и автоматическом инъекторе медикаментов. Правда, полным аналогом таких же устройств, что были у пиндосов и чжунхуев они не являлись.
        Те, не надеясь на врожденную храбрость бойца, при изменении состояния организма, накачивали сей организм стимулирующими препаратами. И делали они это, в тот момент, когда человек чувствовал опасность. В общем, бой вело накачанное "наркотой" существо. А потом, в специальных реабилетационных центрах, лечили бойца от применения этих "медикаментов". И все-равно, в отставку уходил человек, с сильно разрушенной психикой.
        Наши, решили поступить иначе. Боевые рефлексы и психотренинг, закладывались обычными интенсивными тренировками, а встроенное в броник медицинское оборудование, смягчало тот "отходняк", что неизбежно возникал после пережитой опасности.
        Вот и у Собак, как только опасность исчезла, инъектор ввел ей щадящую дозу успокоительного препарата.
        Так! с трудом, но выполнили намеченное. И хотя солнце еще высоко, двигаться дальше не стоит. Пусть эти чудики придут в себя и успокоятся, а там и решать можно насчет дальнейших действий. Правда, то, что вокруг идут облавы, надо принять к сведению. И уж без охраны лучше не отдыхать.
        Покормив свалившихся некстати едоков из своих запасов, она занялась осмотром трофейных лучевиков. В принципе ничего необычного, в Сообществе они похожи. Вот только без "бронника" от них толку не будет. А в него, кто попало не залезет. Его еще нужно уметь подогнать к параметрам нового владельца и протестировать техсистемы. Выполняется эта работа в специальных сервисных центрах. Хотя, можно поступить и по-другому. Амосов на занятиях рассказывал, что если отсоединить лучевик от питающего кабеля, то пять выстрелов в боевом режиме у тебя будет. Правда, если он не будет сопряжен с компьютером, то пользоваться прицельными устройствами невозможно. Компьютер хрен отсоединишь от питания. Ладно! Вряд ли детишки стрелять в цель умеют. А вот попугать мародеров, можно и неприцельным выстрелом. Главное, чтобы с перепугу друг-друга не перестреляли. Хотя, если переключить лучевик на сигнальный выстрел, то и пугать смогут, и своих не подстрелят и выстрелов будет не пять а пятнадцать.
        Остаток времени, пришлось посвятить обучению и организации караульной службы. А еще выводить из шока пострадавших девчонок.
        Ночью их никто не тревожил, но сон у Ксении был прерывистый, несколько раз она вставала, чтобы сменить караульных и осмотреть окрестности самой. Заодно еще раз обдумала свои дальнейшие действия. По всему выходило, что придется возвращаться назад в Чадак. Там конечно россиянцев не любят, но навряд ли станут отказывать в помощи детям, попавшим в беду. Хафиз точно не выгонит их. А слово учителя, у русских значит много.
        Утром, безжалостно подняв подопечных, она погнала их купаться. И опять они преподнесли ей сюрприз. Простая мысль, что мыться можно не только в ванной или душе, в их головы не укладывалась. Купание в естественном водоеме, который наполнен необеззараженной и не подогретой водой, для них это было совсем непривычно. Впрочем, загнать мыться удалось. После скромного завтрака, команда "По Машинам!" и вперед на Чадак. Если ехать осторожно, то через два дня они будут на месте.
        ЗАБОТЫ ВЫСОКОРОДНОЙ ГОСПОЖИ ЛЮ.
        Сейчас же, в данный момент, госпожа Лю работала не столько на вполне осязаемую прибыль, сколько на неосязаемые пока бонусы. Не прошло и двух дней, с того момента, как начал работать местный аэропорт, вывозящий "живой товар" в Сталинградский сектор, как прибежали с просьбами военные, им понадобилось перебросить в Туркестан подкрепления. Она не отказала. Более того, она сейчас заслала своих эмиссаров в другие подконтрольные войскам Чжунхуя сектора. Задача у этих эмиссаров непростая - подгрести под себя всю существующую транспортную и пассажирскую авиацию. Трофейную разумеется. А заодно наладить работу авиалиний по снабжению войск. Другой заботой эмиссаров, являлось налаживание работы местных медицинских учреждений в интересах армии. А там и наземный транспорт на очереди. Правда, нужный ей персонал предстоит еще перехватить у оборотистых конкурентов, но если вояки поймут пользу от сотрудничества, то проблема будет решена. Самую главную выгоду, она видела в том, что на планету ее имени будет вывезена не бесформенная толпа колонистов, а целые фирмы, чья работа будет отлажена в условиях войны.
        Правда, на Исполнительном Совете фирмы, когда она ставила эти задачи, доктор Вонг выразил сомнения в том, что планета ее имени, с такими колонистами сможет стать чжунхуйской по духу.
        - Не беспокойтесь уважаемый господин Вонг. Я и это предусмотрела. Местных работников культуры и образования, я туда не потащу. Подрастающее поколение колонистов, будет учиться в наших школах и пользоваться нашими информационными сетями. Если проявить терпение и не форсировать событий, то через три поколения, потомки первопоселенцев станут говорить как мы и думать как мы. Кроме того, не стоит забывать и наших граждан. Например, те "молодые негодяи" которые по истечению контракта захотят спокойной жизни вдали от потрясений, мы их тоже поселим на этой планете.
        А военного советника Сяо, волновали более насущные проблемы:
        - Высокородная госпожа, организованный нами "воздушный мост" нуждается в защите. Рано или поздно, но противник поймет, как именно происходит снабжение здешних войск. Думаю, что организовать перехват флаеров, он сумеет. Нужно, чтобы эти рейсы прикрывала штурмовая и истребительная авиация.
        - Спасибо за своевременные мысли уважаемый Сяо. Я поговорю об этом с командованием.
        У инженера Юэ, тоже возникли полезные идеи, он уже исследовал возможности наведения переправ через болото. По его расчетам, если подготовиться как следует, то за ночь можно успеть проложить сразу две нитки. Самое ценное в его решении было то, что в качестве готовых секций можно было использовать товарные контейнеры с окрестных погрузо-разгрузочных площадок. Оставалось только вскрыть их и избавить от находящегося внутри них груза.
        - Здесь можно найти еще одну выгоду. Товары, которые мы вытащим из контейнеров, имеют свою стоимость. Я уже распорядился, чтобы при разгрузке, товары регистрировались и складывались отдельно. Техническая возможность к вывозу на Сталинградский терминал, имеется. Наши грузовые флаеры все равно туда летят порожняком…
        - Погодите уважаемый Юэ. Я имею в виду организацию вывоза. У меня есть более удачная мысль на этот счет. Мне просто нужно еще немного подумать.
        На самом деле, Лю уже все придумала. Ведь большая часть товаров, это сырье и полуфабрикаты для местной промышленности. Ну и что такого, что это промышленность русских! Главное, что они все это купят. Нет смысла тащить на орбиту то, что привозилось специально сюда.
        После заседания Совета, она вызвала Кана и поставила ему задачу:
        - Тебе необходимо в короткий срок наладить контакты с местными торговцами. У нас есть что им предложить на продажу. Думаю, что на берегу Аму-Дарьи, можно организовать перевалочную базу, для перегрузки товаров на те корабли, которые должны предоставить местные. Для договоренности о ценах на товары и способах оплаты, нужно постоянное присутствие представителя заказчика. Думаю, что ты уже понял, что афишировать этот обмен мы не будем. Вопросы сохранения всего этого в тайне, решать тебе. Обеспечение безопасности тоже на тебе.
        Глава 27
        ЦАРЕВО. СТАВКА ВГК.
        Рабочий день Константина Ильича, начинался с просмотра тех донесений, которые исправно поставлял ему "Стратег". Прошли те дни, когда успехи чжунхуев воспринимались как сенсация. Это в первые дни войны, его одолевало острое желание вмешаться в события лично и что-нибудь сделать. Правда, непонятно было, как это "что-нибудь" должно выглядеть. Впрочем, сейчас это уже позади. Ведь прав был Субудаев, когда говорил о том, что после первого выстрела, даже у побеждающей стороны все идет не так, как было задумано изначально. Чжунхуи пока что успешно наступают, но не везде. Кое-где их уже основательно проучили. Питер и Урал - эти успехи первого дня войны, уже дали свои плоды. Вчера Матвеев доложил о том, что два центра космической обороны уже встали на боевое дежурство. Пусть с нарушением директивных сроков, но это сделано. У врага теперь образовалась проблема с ведением разведки из ближнего околопланетного пространства. Отбить назад эти терминалы, у него уже не выйдет. Их теперь защищают сильные гарнизоны, которые под руководством офицеров Полевого Штаба, продолжают строительство и совершенствование
обороны.
        В Крыму, наступление врага захлебнулось на пятый день войны, после того, как на помощь Крымскому Ополчению, пришли на подмогу одесские ополченцы. Там "косые" встали в оборону и война приняла позиционный характер. Менять там что-либо, ни Субудаев, ни Коробов не считают целесообразным. Мол пусть все идет так, как идет. Коробов сформулировал даже более определенно:
        - В условиях боевых действий малой интенсивности, крымчане с черноморцами приобретут нужный боевой опыт. Строго говоря, они воюют в щадящих условиях. Качество противоборствующих войск со временем сравняется. На большее, нам пока замахиваться не стоит.
        В других местах, все было не так. Противник еще продолжал теснить наши войска. Темпы наступления снизились, но продолжали оставаться еще заметными.
        - Когда темпы наступательной операции станут ниже 10 -12 километров в день, можно считать, что наступление провалилось, так считал Коробов, с высоты своих академических познаний.
        - Это что, общий закон?
        - Можете, Ваше Императорское Величество, считать это общим правилом.
        - И что они, враги наши могут в этих условиях сделать?
        - Срочный ввод в дело резервов, может исправить ситуацию для них к лучшему.
        А вот это уже плохо. И Тайная Канцелярия, и ГРУ и СМЕРШ, докладывали о том, что резервы у противника еще есть. Шестая дивизия Войск Чжунхуя, еще в боях не учавствовала и ее могли бросить в бой практически немедленно. Вторую и Третью дивизию, уже пополняют "пушечным мясом" и они могут быть брошены в бой весьма скоро. Вот только куда?
        Субудаев уверял, что все эти силы оттянет на себя Туркестан. Коробов же считал, что московское и сталинградское направления, для "косых" намного важней. И кто из них более прав? Или оба не правы? Обстановка в Туркестане была малопонятна. С одной стороны, потерпев неудачу с терминалом, противник притих и не проявляет активности. А с другой стороны, Субудаев уверяет, что тишина эта ненадолго.
        А под Москвой, дела вообще идут погано. Генерал Чен вовсю переигрывает Муравьева и уверенно теснит наши войска. Контрудары, которые Муравьев попытался нанести, отбиты "косыми" легко и непринужденно. Ничего, кроме роста потерь, они не принесли. Сводка потерь у Муравьева вообще была ужасной: на сегодняшний день он потерял убитыми, ранеными и пропавшими без вести около двенадцати тысяч человек. И это имея против себя не более пятнадцати тысяч человек со стороны врага! Фронт не рухнул лишь потому, что Муравьев непрерывно получает пополнения.
        Была еще одна причина для беспокойства. Вчера вечером, он подписал указ о создании штрафных подразделений. Увы! Не все оказались стойкими. Трусы, паникеры и дезертиры тоже были. Только у Муравьева, таких выявилось аж целых шестьсот с небольшим человек. В других местах намного меньше, но там и бои не такие свирепые.
        С этим нужно было что-то делать! Нельзя позволять малодушным, выживать за счет отважных! Иначе, потеряем все, чего с таким трудом достигли в предшествующие времена!
        "Отныне, бойцы, совершившие позорные для воина поступки, должны считаться предателями, ударившими в спину своим товарищам. Следовательно, их жизнь как и жизнь любого предателя, не представляет для Русского Мира никакой ценности. Отказавшиеся по своему малодушию, защищать честь и достоинство нашей Родины, не имеют никакого права на защиту своей чести и достоинства со стороны общества".
        Сурово? А куда деваться? Справедливость прежде всего! Бойцы, воюющие на фронте, должны знать, что вернувшись домой, они не увидят отсидевшуюся от войны сволоту.
        А что делать с этой сволотой? Сам Константин Ильич считал, что закопать ее в землю, будет наилучшим решением. Но вот Субудаев с этим не согласился:
        - Того, кто поддался страху, нужно воспитывать еще большим страхом. Дрогнувших перед опасностью, нужно испытывать в еще большей опасности.
        - Но как можно доверять тому, кто один раз уже подвел своих товарищей?
        - Ваше Величество! Опыт мой говорит о том, что большая часть этих людей уже стыдится своей слабости. Дайте им возможность доказать, что они еще не потеряны для нас. Можете их собрать всех вместе, и отправить ко мне в Туркестан. Я найду им достойное применение. Назад они вернутся честными людьми. Или не вернутся совсем, но на потомков их позор не ляжет!
        - Пусть будет по-твоему.
        Что же, исправить человека, всегда лучше, чем казнить. Но выпавший на их долю позор, они прочувствуют в полной мере:
        "Человек, не понявший, что такое Позор, никогда не поймет, что такое Честь. Для того, чтобы осужденные на позор, прочувствовали то, чего они лишились, отныне и до момента оправдания, им запрещено:
        - Находиться под кровом жилища честных людей и пользоваться правами гостеприимства.
        - Разделять пищу за общим столом с честными людьми.
        - Находиться в близости с любой незапятнанной позором женщиной, даже если это его супруга.
        - Пользоваться родительскими правами в отношении собственных детей.
        - Пользоваться правами собственника на имеющуюся у них ранее собственность".
        Много чего написано в этом указе. Но главное, ради чего он писался, было в самом конце:
        "Всякий, смывший своими подвигами и кровью, позорившие его деяния, вернет себе честное имя и обретет уважение русских людей, а ранее проявленная слабость подлежит прощению и забвению".
        Наверное Субудаев все-таки прав. Тем, кто оступился - нужно давать шанс. Ну а тем, кто этот шанс не использовал, лучше не попадаться на пути честных людей.
        "Ибо один раз им уже все объяснили".
        "ТАШКЕНТСКИЙ КАПКАН". СУБУДАЕВ.
        Есть на этой войне объекты, которые никто не станет разрушать. Это транспортные терминалы. Устроены они как правило стандартно. Девять лифтов, позволяющих выводить на орбиту или спускать с орбиты грузы в несколько миллионов тонн. Доставляется на поверхность планеты не сам корабль, а отстыкованный от него пассажирский или грузовой отсек. Сам корабль, так и остается пристыкованным к орбитальной части лифта. Таким образом, на планете идет работа с грузом и пассажирским потоком, а на орбите проводят межполетный регламент корабля.
        Так работал первый в мире орбитальный лифт, построенный еще в той, Старой России. С той поры, лифты только совершенствовались, но не менялись принципиально.
        Построить такое "чудо" нелегко. Порядка десяти лет тратится на возведение и запуск каждого лифта. Поэтому, что мы, что наши враги, старались не причинять лифтам никаких повреждений. Но работает это чудо только при поступлении достаточного количества энергии. Часть энергии, вырабатывается прямо в космосе, а часть - прямо на планете. Сейчас, когда мы контролировали наземную энергостанцию, чжунхуи не могли использовать лифт по назначению. Более того, в момент, когда "Пахтакор" захватил энергостанцию, на поверхности остались девять отстыкованных от кораблей десантных отсеков. Как вы уже поняли, они превратились в "мертвый груз", а сами десантные крейсера - в чемодан без ручки. Уже это заставляло командование агрессора покончить с нашим плацдармом как можно быстрее. Но близок локоток, а укусить его не выйдет. Доставленные еще в мирное время контейнеры с тяжелым вооружением, находились в зоне обстрела. А без этого вооружения, атаковать даже всей дивизией "Пахтакор" - занятие для самоубийц. То, что возникший пат продлится недолго, я прекрасно понимал. И свои меры принял. Причем, необходимые распоряжения,
я отдал еще на второй день войны, когда обстановка стала более-менее известной. И пока я добирался до Ташкента, многое из намеченного уже было выполнено. А кто выполнял? Да местный Штаб Территориальной Обороны.
        Штабы территориальной обороны, вовсе не являлись военными штабами. До этого им было еще очень далеко. Основная часть работников штаба, это люди, работавшие раньше в местной Коллегии по Чрезвычайным Ситуациям. Все они были подобраны не нами. Основным критерием отбора, служила способность быстро принимать решения и энергично претворять их в жизнь. Может этого и хватало, для борьбы с последствиями аварий и катастроф, но для руководства военными действиями, этого было недостаточно. В мирное время, они решали в основном вопросы, связанные с подготовкой театра военных действий. Со временем, по мере накопления кадрового резерва, мы все равно заменили бы эти штабы на дееспособные военные структуры. Но война пошла не так как мы рассчитывали, а потому, пришлось пользоваться тем, что было под рукой в готовом виде.
        А самой первой моей заботой, стала забота о занятом Львовым плацдарме. Его нужно было удержать во чтобы то ни стало.
        Начальник местного штаба, Гарматов Сергей Юльевич, встретил меня весьма толковым докладом о том, что было уже сделано. А сделано было уже немало.
        В подходящем месте, за лесистыми холмами восточного берега Сыр-Дарьи, уже оборудованы позиции для тяжелых систем Гаусса и подъездные пути к ним. И все это прикрыто огнем зенитных систем. Там же, чуть поодаль, расположились стартовые установки для запуска ударных беспилотников. Для охраны всего этого от наземных войск противника или диверсионных групп, уже прибыла Хорогская бригада народного ополчения. Горные егеря. Кстати не только по названию. Ходить в горах эти ребята умели, ибо таких умельцев сюда специально набирали. Весь инструкторский и командный состав - прибыл из Федерации горных видов спорта. Правда, ходить в горах и воевать в горах - разные вещи. Ну да ладно, научатся и этому. На склонах холмов, обращенных к противнику, расположились артиллерийские и авиационные наблюдатели, уже установившие надежную связь с "Пахтакором".
        На плацдарме тоже кипела бурная деятельность. Львова пополнили людьми и боеприпасами.
        - Сергей Юльевич, а как вы это сделали?
        - А вот, смотрите как, - Сергей Юльевич подвел меня к одному из планшетов, - этого робота, мы использовали в мирное время для формирования дна фарватеров и чистки дна водоемов.
        На планшете появилось изображение ползущей по дну приплюснутой сверху машины.
        - Как только возникла проблема со Львовым, наши гидростроители, предложили использовать его для снабжения плацдарма. Взяли, демонтировали часть рабочего оборудования и получили отсек, достаточный для размещения в нем восьми человек с оружием и снаряжением. Ну а можно и просто четыреста килограмм груза разместить. Роботов у нас этих достаточно, сами их выпускаем, поэтому идея пошла "на ура". Теперь, по дну реки, целое сообщение с плацдармом налажено. Туда забрасываем все необходимое, а обратно эвакуируем раненых.
        - А что-нибудь крупное, они могут таким образом туда доставить?
        - Над этим уже думали. Наши судостроители, уже готовят погружной грузовой контейнер для крупного габарита. Зацепил его манипулятором и тяни к месту, как буксир тянет баржу.
        - Отлично! Мне нужно, чтобы у Львова на плацдарме, появилось собственное мощное ПВО!
        - Нужно, значит будет! А что Вы хотите ему подкинуть?
        - В первую очередь, жидкотопливные скорострелки. Они уже доказали свою эффективность. Есть другие предложения?
        Другие предложения были. Гарматов активировал на планшете еще одну схему:
        - Смотрите, Иван Руссиянович! Мы захватили на терминале очень мощную энергостанцию. Толку от нее пока никакого. Разве что как укрытие от обстрелов использовать. Но вот если Львову доставить туда рельсотронные установки вместе с расчетами и станциями наведения, да подключить к ней….
        - Стоп! Стационарный вариант? Сомнительно. У рельсотронок низкая скорострельность. Уже поэтому, под Москвой, наши жидкотопливные гаубицы, гасят их в артиллерийских дуэлях только так. А ведь там применяются маневренные самоходные системы.
        - Мы уже Иван Руссиянович думали над этим. Самоходки потому и гасят, что энергоресурс у них мал. Пока она восстановит заряд… А тут мощная энергостанция! Проблем с энергией не будет. Проблему скорострельности, мы частично решим. Как? Да просто монтируем на поворотную платформу счетверенную установку! Мы именно так сейчас и строим систему ПВО Ташкента. А теперь представляете? Два десятка таких установок - смонтировать не проблема! Скорость вылета снаряда - 15км/сек! Да в радиусе пятнадцати километров, ни один летающий джигит, даже суперджигит не увернется! Сдохнет и даже обосраться не успеет! А уж на земле, они перед собой быстро рельеф от всего постороннего выровняют!
        Гарматов разошелся не на шутку. Глаза его азартно заблестели. Умеет человек думать, решать и воплощать задуманное в жизнь. Именно поэтому, я решил не заниматься созданием штаба с нуля. Лучше использовать тот, который уже есть. Правда, штаб этот чисто территориальный, а не полевой. Я приехал и уехал, а ему и после меня нужно работать. А мне сидеть на месте видимо не придется. А значит, мне нужна своя, мобильная штабная группа. Но это чуть позже. Кое-что я в этом направлении уже сделал. Со мной прилетел младший сержант Вадимов, которого рекомендовал мне Хюммель и сержант Корзинин. И если Вадимов должен был заняться налаживанием разведки, то Корзинину я поручил создание и налаживание работы Оперативного отдела штаба округа. И все в короткий срок. Вот этими ребятами, я и усилю работу местного штаба. А себе подыщу кого-нибудь другого.
        - В общем так Сергей Юльевич, сделали Вы немало, теперь делать будем дальше, только вместе. С этого момента, забудьте о штабе территориальной обороны. Есть Штаб Туркестанского Военного Округа. И Вы его начальник. А вот эти два товарища, младший сержант Вадимов и сержант Корзинин, это два самых важных Ваших помощника. Прошу любить их и жаловать!
        Итак, операция "Ташкентский капкан", начала обретать плоть и кровь. Сейчас мы заканчиваем строительство первой стенки нашей ловушки. Но будут и другие.
        ТАШКЕНТСКИЙ ГОСПИТАЛЬ. ДЕСЯТЬ ДНЕЙ СПУСТЯ.
        Несмотря на то, что прогресс давно уже предложил человечеству множество быстрых и удобных способов обмена информацией, люди по прежнему учились писать письма по-старинке, пером на бумаге. И самый древний вид посланий - письма, так и не канул в Лету. Обычно, так поступали те, кто хотел донести до родных и близких людей, самые заветные слова и мысли. Право, на бумаге их излагать уместней.
        Именно написанием письма домой и был сейчас занят начальник штаба отдельного батальона полевой жандармерии Девятой экспедиционной дивизии майор Пэн Туан.
        Перо и бумагу, ему предоставила медицинская сестра, осуществлявшая уход за пленным чжунхуйским офицером.
        Привыкший оформлять всю документацию с помощью полевого планшета, майор тем не менее не забыл школьных уроков каллиграфии. Красиво написанные иероглифы, не просто ложились ровно на белый лист бумаги. Они украшали ее, превращая чистый белый лист в настоящее произведение искусства. И что с того, что сам Пэн Туан не был чистокровным чжунхуем! Привитая с детства потребность к красоте и гармонии во всем, не позволяла ему допускать даже малейших изъянов, при написании последнего и самого важного письма в его жизни.
        "Дорогой мой сын! Ты прочтешь эти строчки тогда, когда между Чжунхуем и Немезидой будет мир. Что бы тебе про меня не говорили впоследствии, но тебе стоит знать о том, что в плен я не сдавался. Враги наши, подобрали меня на поле боя тогда, когда я был без сознания. Тем не менее, плен у нас считается страшным позором и снисхождения к опозоренным не допускают наши старые обычаи".
        Пэн Туан грустно усмехнулся: Какие там старые обычаи? Их выдумали и вбили в головы молодым, блюстители нравственности из Старых Семей. Уж их детей, майор ни разу не видел на войне. Хотя, Сумасшедшая Лю как раз принадлежит к такой семье. Но она исключение. Чего она хочет добиться, ему не понять, но все-равно, кроме нее здесь нет представителей имперской аристократии.
        Легко, сидя в уютном и безопасном офисе, рассуждать о воинском духе предков. Лично у него, предки были совсем иными, как и у всех офицеров армии. Они все полукровки, слегка ассимилированные инородцы. А кто еще пойдет в армию? Слова "чжунхуйский офицер" так же истины, как и "горячий вакуум". Таких просто нет в природе! Империи служат на поле брани те, кого коренные жители Империи презирали во все времена.
        "Знай, что на этой войне, мы столкнулись с совершенно необычным для наших времен противником. Он ничуть не умней, не сильней и не храбрей всех остальных людей. Он просто совершенно другой. Этого не объяснить простыми словами тому, кто с ним не сталкивался. Чтобы его понять, нужно прийти и сразиться с ним. Или вообще его не трогать. Просто потому, что эти люди никогда и ничего не забывают. Ты еще поймешь, что последнее качество - самая страшная черта их характера".
        Да уж, эта война преподнесла немало сюрпризов! Их батальон предполагалось использовать только для контроля территории и охраны наиболее важных объектов. Война с русскими совершенно не планировалась. Считалось, что они будут благодарны Империи за освобождение их от гнета Сообщества. Когда поступила информация, что их части подверглись не спровоцированной атаке русских войск - в это не сразу поверили. Тогда еще была возможность решить все миром, но "наверху" закусили удила. Было принято решение, поставить на место наглых варваров. То, что у варваров есть все возможности для ведения затяжной войны, об этом сразу думать не стали. Хорошо еще то, что хватило ума не отменять приказ о корректном поведении с аборигенами. Более того, командование экспедиционных сил, подтвердило ранее изданный приказ о соблюдении принятых правил ведения войны. Если бы не он, то многим раненым пришлось бы расстаться с жизнью. Правда, этот приказ не стали распространять в отношении россиянцев. Империя, как и русские, считала их паразитическим элементом, а значит, на них не стоило распространять принятые во всем мире нормы
гуманизма.
        Что вытворяли с россиянцами "молодые негодяи", Пэн Туан знал прекрасно. Своим подчиненным они строго-настрого запретили творить бесчинства в отношении них вовсе не из соображений гуманности. Просто, что майор, что его комбат, были опытными вояками. Эта война у них была не первой. Они прекрасно помнили, как разлагаются и теряют боеспособность войска, позволяющие себе творить бесчинства над мирным населением. Когда давили бунт на планете Баяк, они это и увидели во всей красе. Многие тогда поплатились за разнузданность своими жизнями. Там население тоже было непростым и карательная операция затянулась на целых десять лет.
        Правда, тамошние рейды по горам и джунглям сильно отличались от здешней войны. Здесь пришлось вести полноценные полевые сражения. Не то, чтобы жандармы не умели это делать. Учили их этому, обязательно учили. Но это была не их задача, просто пехота прозевала внезапный удар русских в самом начале операции. Теперь, об одержании победы малыми силами не приходилось и думать. А раз так, то в качестве пехоты пришлось воевать и им.
        "Знаю, что после окончания школы, ты решил идти по моим стопам. Я не возражаю против твоего выбора, ибо считаю его достойным. Надеюсь, что ты, как и я, будешь осваивать эту древнюю и благородную науку, самым добросовестным образом. И первое, что я тебе посоветую, это не считать за истину мнение, распространенное в Старых Семьях о наших солдатах. Знай, что ни твой отец, ни твой дед, ни все твои предки, этого мнения не разделяли".
        Майор знал, о чем писал. Сколько бы ни прошло веков, но отношение чжунхуев к собственной армии, так и не поменялось. "Из хорошего железа не делают гвоздей, из приличной девушки не делают певички, из хорошего парня не делают солдата". Когда это еще было сказано? О том даже историки не скажут наверняка. Империя, презиравшая своих солдат, тем не менее нуждалась в них. Поэтому, военная карьера - это пожалуй единственная карьера, которую полукровка мог делать, не испытывая при этом препятствий со стороны чистокровных чжунхуев. Но будь ты даже маршалом, породниться с аристократией у тебя не выйдет. Старых порядков еще никто не отменил. И потому, военные стали довольно замкнутой кастой в этом обществе.
        А ведь этими парнями, могла гордиться любая держава как прошлого, так и настоящего. Что последний бой и показал.
        "Здесь, на Немезиде, я узнал об отношении наших врагов к тем, кто выбрал воинскую стезю. Оно уважительно. И потому, становясь в воинский строй, они наделяют своих командиров правом, требовать от них невозможного. Помни, что так поступали и наши истинные предки, сражавшиеся с предками пиндосов на нашей прародине. Не стоит презирать тех, кто взял в руки оружие и встал с тобой в общий строй".
        Что еще сказать сыну в этом письме? Ведь он будет судить о том, что произошло с ним и его ребятами, только на основании сообщений информационных агенств. А эти писаки, свое вдохновение черпают из официальных сводок.
        Как подготовить сына к той войне, которая обязательно случится в его жизни? А то, что эта война с русскими не последняя, он не сомневался. Это просто было понятно всякому, кто пережил недавнее неудачное наступление.
        Там, в столичных офисах, все выглядит не так, как вблизи. В Столице видят маленький и задиристый народ, который хоть и полезен во всех отношениях, но ровней великим державам не является.
        А он, на поле боя увидел иное: народ этот сражается вовсе не из-за того, что испытывает большую ненависть к чужакам. Нет! Это не так. Обитатели Немезиды, ломают стеснявшую их рост клетку, чтобы вырвавшись на просторы Вселенной, стать вровень с теми, кто правил мирами под звездами.
        Не стоит успокаивать себя тем, что они малы и незначительны. Они быстро растут и задушить их в колыбели уже не выйдет.
        "Дам я тебе еще один совет. Всякий, кто встретил тебя с оружием в руках, одинаково достоин и смерти, и уважения, но не бесчестья. Тот, кто этого не понимает и подвергает достойных бесчестью, очень быстро и сам будет обесчещен.
        На этой войне, мы твердо следовали подобному правилу. Мы не позорили себя расправами над слабыми и беспомощными. А потому, сын мой, нас не коснулся позор".
        Рассказать что ли о последнем бое? Не стоит. Те, кто остался жив, сами о нем сыну расскажут. А чисто военные выводы из этого боя, уже делаются в вышестоящих штабах. Курсантам военных академий, их обязательно сообщат.
        А ведь бой этот, был совсем не похож на предыдущие. Пока Девятой дивизии не перебросили по воздуху тяжелое вооружение, на линии соприкосновения особой активности со стороны противника не наблюдалось. Редкие перестрелки, да мелкие вылазки. Так было до того рокового дня.
        В тот день, их батальон должен был вести атаку на занятую русскими энергостанцию. Их усилили значительным количеством тяжелых штурмовых систем. Подготовились на совесть, только и противник оказался не прост. Вернее, он был уже совсем не таким, к которому они успели привыкнуть. Что-то поменялось у русских буквально за несколько дней.
        Когда начался огневой удар по их позициям, в ответ заработали их тяжелые системы, которых раньше не было. Пэн уже по этому понял: сейчас русскими командует совсем другой командир. Этот командир сумел скрытно сосредоточить невероятное количество артиллерии и средств ПВО. Он сумел добиться от своих войск, соблюдения высокой маскировочной дисциплины. Он заставил провести в быстром темпе большой объем работ по инженерной подготовке поля боя. Он сумел наладить приемлемый уровень взаимодействия между родами войск.
        Когда летуны попытались нанести удар по их позициям, небо буквально расцвело от многочисленных шнуров плазмы - чуть ль не сотня "стволов" рельсотронных установок начало вести огонь по штурмовым флаерам. Полтора десятка этих аппаратов превратились в хлам буквально в первые секунды боя. Остальные, снизившись на высоту, позволявшую прикрыться строениями и складками местности, спешно вышли из боя.
        Потом, с безопасной дистанции, они все-таки нанесли удар по русским позициям. Как потом оказалось, удар был малоэффективен.
        Не очень велик оказался толк и от артиллерии. Русские и ее сумели на время подавить. Сменив позиции, артиллеристы попытались нанести новый удар - бесполезно. Продолжать огневую подготовку и огневое сопровождение, пришлось с частой сменой позиций. А это снижало темп огня.
        Зато у русских с этим проблем не было. Располагая мощной энергостанцией, они располагали неограниченными запасами энергии. А если учесть еще жидкотопливные системы, от которых весь мир так неосмотрительно отказался, то преимущество в огне, было явно за ними.
        Но проблему нужно было решать и командование стало решать ее пехотой. И пошла пехота на не подавленную оборону. Вот тут ее и встретил шквал огня, да такой, которого ветераны отродясь не встречали.
        И все-таки, хорошая пехота способна на многое. Неся потери и не имея возможности пока что дать достойный ответ, чжунхуи сумели сблизиться с позициями противника.
        Только тот, кто долго воевал в пехоте, способен понять, чего это людям стоило. Но упорство приносило свой результат. Ближняя дистанция боя, сделала невозможным для русских применение тяжелых артсистем. Оставались еще легкие системы и они были так же эффективны: практически все машины, поддерживающие атаку, именно ими были выведены из строя. Впрочем, дело свое бойцы их батальона знали. Большинство обнаруживших себя огневых точек, были подавлены огнем именно пехотного оружия.
        Увы! Это была лишь первая линия обороны противника и занята она была легкими роботизированными системами. Вторую линию, ту где засела живая сила, предстояло еще штурмовать. Пришлось остановить атаку, привести себя в порядок и подготовиться к новому штурму. А это было весьма тяжело. Силы и задор у его солдат были уже не те.
        "В академии, вам будут объяснять, что времена, когда от командира требовался героизм, давно прошли. Что в современной войне, главным его оружием является собственная голова и средства связи. Все это правильно. В большинстве случаев, так оно и бывает. Но есть на войне моменты, сынок, когда командиру любого ранга, приходится вспоминать, что он такой же солдат, как и его подчиненные. И тогда, он становится последним резервом своего войска. А резервы, хоть и не всегда вводятся в бой, но предназначены они все-таки для боя".
        Вот именно, последний резерв своего войска. То, что этот резерв пора бросать в бой, они поняли, когда готовились ко второму штурму. Потери батальон понес ужасные. Командиры нижнего звена управления, те, кто и управляет непосредственно действиями солдат в бою, практически все вышли из строя. Посылать в атаку неуправляемую никем толпу, значит положить батальон окончательно, не выполнив при этом поставленной задачи.
        Именно поэтому, комбат разделил батальон на независимые и полностью автономные штурмовые группы и поставил командовать ими, всех оставшихся офицеров, включая себя самого. Вот так майор Пэн Туан и стал командиром импровизированной штурмовой группы.
        "Правом посылать людей на смерть, может обладать лишь тот, кто и сам готов разделить любую участь своих солдат. Никто из моих товарищей, не отказался от выполнения своего долга. Я не жалею о том, что служил с ними вместе и горд оказанной мне честью, иметь таких сослуживцев".
        Как бы не была сильна оборона русских, но ключевой пункт, взятие которого рушило всю систему их обороны, здесь имелся. Этим шверпунктом, была диспетчерская энергостанции. Займи диспетчерский зал, и мощь артиллерийского огня противника снизится в разы. А это сделает поставленную перед Девятой дивизией задачу выполнимой.
        Именно к этому зданию, отчаянно рвались остатки батальона полевой жандармерии. Их не оставили на произвол судьбы. Летуны и артиллеристы, рискуя собой, стремились если не подавить, то хотя бы оттянуть на себя шквальный огонь русских огневых средств. Но все решал ближний бой.
        Батальон, неся последние, как им казалось потери, сумел сблизиться с противником в упор. Солдаты Чжунхуя не боялись сближаться с противником вплотную, потому, что знали: здесь они будут господами положения.
        Все оказалось не так. Русские не только не попятились, они сами набросились на прорвавшихся к ним солдат. И опять редкий в эту эпоху рукопашный бой, победа в котором дается очень тяжело. Группа Пэн Туана, сумела пройти дальше всех, они даже сумели ворваться в диспетчерскую и завязать бой с операторами. Это был их последний успех. Спустя мгновенья после начала схватки, их атаковал сильный резерв противника. Это было последнее, что майор успел запомнить. Пришел в себя он уже в плену, в госпитальной палате.
        Чем закончить прощальное письмо к своему сыну? Последние, прощальные слова, следовало хорошо обдумать.
        Как сложится его дальнейшая судьба, он прекрасно знал. Его освободят после окончания боевых действий, это русские обещали твердо. Ему даже вернут при этом личное оружие, это тоже обещано.
        А вот возвращаться к своим он не станет. Сразу, после возвращения ему личного оружия, он выполнит последний долг, что диктовала ему совесть. Ибо не годится командиру возвращаться из боя живым и здоровым, если полегли в том бою те, кого он вел за собой.
        Пэн Туан не знал, что в тот день, когда он попал в плен, на своем командном пункте, застрелился генерал Тен, не сумевший выполнить поставленную перед ним задачу.
        Глава 28
        ФЕЛЯЙН-БЕЙ. ШТАБ ОБОРОНЫ НЕМЕЗИДЫ.
        Бригадный генерал Лоуренс Гланц, лорда Валлентайна знал достаточно давно. Когда то, они вместе учились в знаменитой Королевской Военной Академии в Сандхерсте. А это очень много говорит тем, кто в этом понимает. Это вам не паршивый Вест-Пойнт, где дают кое-какие знания всякой швали, которую рекомендуют мелкие политиканы планетарного уровня. Поступить в Сандхерст дано немногим. Здесь мало иметь отличные знания и высокий IQ, здесь не такую уж большую роль играет и богатство твоих родителей. В дополнение к этому, здесь нужен, как говорят русские "огромный блат". А блат, за деньги не купишь. Его нужно иметь смолоду. Поэтому, 90% кадетов, принятых в Сандхерст - это те, кто связан с Семьями очень тесными узами. А остальные 10%?
        А вот остальные кадеты были более простых кровей. Это те, кем осуществляют необходимую ротацию кадров. Приток свежей крови так сказать. На деле, эта ротация внутренняя. "Свежая кровь" перетекает с более нижнего уровня правящих семей. Главный критерий отбора? В принципе оцениваются кандидаты по деловым качествам, но так, как желающих поступить всегда больше, чем вакантных мест, то дополнительный конкурс проводится. Каким образом? Да на основе того же блата.
        Тем не менее, оценивать выпускников Сандхерста, как балованных и капризных особей не стоит. Это в школе для быдла, существуют всевозможные поблажки учащимся и бдительный контроль за соблюдением их прав. В элитных учебных заведениях, все наоборот. В роликах и буклетах, рекламирующих эти школы, четко и ясно написано: "Спальни не отапливаются!". В школе для простонародья, не только учитель, но даже и полиция не имеет права принять решительные меры к расшалившемуся ребенку. У элиты не так. Там, где учатся ее дети, есть и телесные наказания для провинившихся, и лишения завтрака для любителей опаздывать, и карцер для наиболее строптивых.
        За грубое нарушение освященных временем правил, безжалостно выгоняли даже детей очень влиятельных родителей.
        Здесь тщательно прививали хорошие манеры своим воспитанникам, но демонстрировались эти манеры только на людях. Внутри же, когда этого не видели посторонние, традиционно процветала грубость нравов. Старшие издевались над младшими, заставляя в обязательном порядке проходить унизительные для личного достоинства обряды инициации. И можете быть уверены в том, что ни один защитник прав детей и молодежи, туда носа не совал. Жаловаться на грубость и суровость обычаев считалось дурным тоном. "Традиции, сэр!"
        Вот за несоблюдение этих традиций и следовало самое страшное наказание - изгнание из своего круга. Изгой никогда не попадет в ряды элиты. Лузеры и слабаки здесь презирались.
        А что творилось по ночам в неотапливаемых спальнях? Об этом, даже под закат жизни старались не вспоминать.
        И Гланц, и Валлентайн, такую школу прошли. Именно поэтому, один служил в высших эшелонах разведки, а другой был начальником гарнизона целой планеты с полномочиями генерал-губернатора.
        Сам Гланц торчал на этой планете достаточно давно, но правильно понять, что происходит вокруг на самом деле, никак не мог. И потому, не знал, что ему делать дальше. Счастье еще, что чжунхуям, увязнувшим всерьез в войне с русскими, было сейчас не до него.
        Вот для того, чтобы помочь Гланцу правильно разобраться в происходящем, сюда и прибыл лорд Валлентайн.
        Сидя в рабочем кабинете Гланца, они вели свою обстоятельную беседу:
        - Лоуренс, дружище, я тебя не узнаю, ты ведь не имеешь привычки теряться. Сколько я тебя помню, ты всегда умел действовать не только разумно, но и решительно. Что сейчас на тебя нашло?
        - Чарльз, а какие такие решительные меры, я могу предпринять сейчас? Я их мог принять раньше, еще три года назад, но меня постоянно одергивали, требовали не лезть не в свои дела. Я вынужден был пустить все на самотек, хотя предотвратить случившиеся, можно было легко и просто.
        - Дружище, вот поэтому, тебя и засунули сюда, а меня прислали тебя наставлять на путь истинный: ты не понимаешь вещей, которые очевидны.
        Что правда, то правда, Лоуренс торчал здесь давно, почти десять лет, а Чарльз прибыл сюда на днях. Именно образованные "дыры" в прежней системе орбитального контроля за окружающим пространством, позволили его челноку беспрепятственно совершить посадку на территории базы. Прибыл он не один. Вместе с ним обитателями Феляйн-Бея стало четыре десятка разного рода специалистов.
        - Давай для начала задай волнующие тебя вопросы, я на них дам ответы, а потом перейдем к тому, ради чего я сюда прибыл.
        - Тогда первый вопрос: Что сейчас происходит в Пространстве?
        - Полный аналог Пирл-Харбора. Ты должен помнить, что это означает.
        - То есть, ты считаешь, что сейчас чжунхуи обладают полным господством в открытом пространстве?
        - Временным. Им нечем закрепить свои начальные успехи. Пройдет время, и статус-кво будет восстановлено. И в этом Лоуренс, есть и твоя немалая заслуга.
        - В чем заслуга? В том что я не лез не в свои дела?
        - Именно так! Ты всегда был исполнителен, когда требовалась исполнительность и умел проявить инициативу, когда требовалась именно инициативность. Вот потому, ты и торчал в этой "дыре". Другой человек, поставь его вместо тебя - все бы нам тут испортил. Кстати, твой Фрэнк Жюпен именно из таких. А ведь были люди, предлагавшие его на твой пост.
        - Давай не будем трогать Фрэнка. Я его прекрасно понимаю и не осуждаю. И как не смотри, но его действия сохранили нам еще один весомый козырь.
        - Ты уже понял, о чем я говорю. В рамках местной инициативы, он принес нам пользу, но в рамках галактической стратегии, сотвори он подобное на всей Немезиде, мы бы ее потеряли и как бы не навсегда.
        Упомянутый Фрэнк Жюпен, в то злополучное утро, устроил чжунхуям настоящий погром на Одесском терминале. В результате, сохранен не только терминал, но и контроль над местным россиянским сектором. Его стараниями, в руках Сообщества остался еще один плацдарм на этой планете. Именно так Лоуренс и сказал Чарльзу.
        Вообще, ему не нравилась та политика в отношении русских, которой придерживалось Сообщество в последние годы.
        Создание первого армейского подразделения на Полигонном острове, его разведка отследила быстро. Прикончить этот зародыш будущих проблем, труда не составляло. Но ему сказали: "Нет! Пусть все идет как идет".
        Когда и его разведчики, и полиция россиянских секторов зафиксировали резкое возрастание реваншистких настроений в русском обществе, Лоуренс забил тревогу. Нападения русских экстремистов на зверинцы, давали прекрасный повод для пресечения беспорядков. Но на "верху" опять сказали: "Сиди спокойно и не дергайся!"
        А то, что русские резко нарастили мощности своей оборонной промышленности? А создание огромного числа иррегулярных подразделений? А развертывание на базе учебного подразделения целой бригады регулярной армии?
        Он понимал, что русские готовятся к войне. Готовятся серьезно. В своих докладах он отражал все, что лежало не только на поверхности, но и то, что скрыто было русскими от постороннего внимания. Тщетно!
        Все, что ему разрешили, так это повысить боевые возможности туземной полиции.
        Он был в своих выводах не одинок. Руководство туземной полиции тоже било тревогу. Ведь и там не идиоты сидели. Были и там дальновидные люди. Именно они и предлагали, создать из лояльного Сообществу населения, местные Силы Самообороны. Не разрешили.
        А были и другие основания для тревоги. То, что русское руководство сотрудничает с мафией, новостью не являлось. Этот давний по времени процесс был и под наблюдением, и под контролем. Но в последние годы, это сотрудничество перестало ограничиваться рамками нелегальной торговли и перешло в сотрудничество военно-политическое. Разве трудно было осадить Энтони Фроста? Запретили это делать.
        Инфильтрацию граждан Чжунхуйской Империи на Немезиду, тоже вовремя заметили. А ведь тут было все серьезно. То, что это не простые "мокрые спинки" - заметили сразу. Но противодействовать инфильтрации тоже запретили. И опять запреты шли с самого "верха".
        Временами, Лоуренса посещала дурная мысль: "А не продались ли "верха" русским?" Мысль эта была настолько бредовой, что он ее отбрасывал. В самом деле, что такого могли предложить русские Семьям, чтобы те начали сами и добровольно гадить в собственное белье? Значит, существовали какие-то непонятные ему соображения.
        - Чарльз! Ты не объяснишь мне, ради чего мы позволили и чжунхуям, и русским, колотить посуду в нашем доме?
        - Все просто Лоуренс, мы просто вырастили врага для наших врагов. Если не понятно, то слушай дальше.
        А дальше, Валлентайн поведал о том, что эта война была желательна всем. Каждый игрок надеялся решить с помощью нее свои проблемы. Игроками подразумевались только Сообщество и Империя. Вся остальная полунезависимая мелочь в расчет не принималась. Захват или потеря этой мелочевки никого не усиливала и не ослабляла. Следовало найти то место, удар по которому существенно ослабит противника. У Чжунхуя такого места не было. Чтобы существенно ослабить Империю, следовало захватить не менее трети принадлежащих ему планет. Учитывая боевую мощь их вооруженных сил - быстро это не сделаешь, если вообще сумеешь сделать.
        А вот у Сообщества, такое место было. Это была Немезида, сосредоточившая у себя почти треть промышленных мощностей. Сосредоточиться на защите этого места? Но имея в тылу нелояльное население, рискуешь потерпеть разгром. Зачистить это население? А кто работать будет?
        После долгих дум и сомнений, приняли решение отказаться от упорной защиты этого гадюжника своими силами. А кто тогда будет ее защищать? А вот пусть русские ее и защищают! Они ведь бредят независимостью, вот и пусть воюют за нее!
        Проблема была в том, что защищаться русским было нечем. Именно поэтому, Семьи закрыли глаза на реваншистские потуги аборигенов.
        - Мы просто позволили создать им армию, которую применить против нас у них не выйдет. И как видишь, так оно и вышло. Мы воюем с Чжунхуем их руками и на их деньги.
        - Погоди, но ведь то, что ты мне поведал сейчас, больше смахивает на самоутешение. Ведь флот наш, что ни говори, но поражение потерпел. В Пространстве сейчас хозяева вовсе не мы.
        - Ты слишком поверхностно оцениваешь происходящее. Ведь что произошло на самом деле? Первым ударом, чжунхуи накрыли наши корабельные Ударно-Десантные Группировки. Это для того, чтобы мы не имели возможности высаживать войска на их планетах или освобождать захваченные наши планеты. Корабли они уничтожили, но не сами десантные части. Те так и остались в целости и сохранности на своих защищенных базах.
        - Хорошо, Экспедиционные силы мы сохранили, но ведь без кораблей они так и просидят всю войну.
        - Зря ты не интересуешься делами флота. Корабли те представляли собой откровенный хлам. Последняя их модернизация проводилась еще при нашем рождении. Новые корабли заложены были несколько лет назад и сейчас они начнут массово сходить с верфей. В общем, пока Империя возится с русскими, наша наступательная мощь будет восстановлена.
        - Теперь понятно. Значит, наша задача состоит в том, чтобы экспедиционные силы Империи надолго застряли у нас.
        - Вот теперь Лоуренс, ты стал похож на себя прежнего. Ты все правильно понял. Пусть русские и чжунхуи убивают друг-друга как можно больше и дольше. Империя пусть теряет здесь наиболее подготовленные кадры, а русские пусть хоронят своих энтузиастов.
        Выиграет тот, кто сумеет сохранить свои силы в конце войны.
        - Чарльз, а если одна из сторон сумеет быстро победить? Проиграют чжунхуи - нам придется самим возиться с русскими. Проиграют русские - чжунхуи получат и хороший приз и сохранят наступательный потенциал, при резко возросшем производственном.
        - Этого, допускать нельзя. Ты не озвучил еще один вариант: внезапное замирение воюющих сторон. Чтобы не было ни быстрых побед, ни скорого мира, для этого я и прибыл сюда. Нет! Не работать вместо тебя, а помочь тебе сделать нужную работу в этом направлении.
        ОДЕССКИЙ ТРАНСПОРТНЫЙ ТЕРМИНАЛ. ШТАБ ФРЭНКА ЖЮПЕНА.
        Два дня спустя, лорд Валлентайн в сопровождении небольшой свиты, проинспектировал последний, оставшийся под контролем войск Сообщества россиянский анклав на Немезиде. За те несколько дней, которые он посвятил проверке состояния дел в "хозяйстве" подполковника Жюпена, отношения между "гостем" из метрополии и комендантом, более доверительными, чем были ранее, не стали.
        Удивляться этому не стоит. Фрэнк, как уроженец одной из колоний, по любому не мог быть на равных с аристократом из старинного и влиятельного рода.
        Тем не менее, "эта штучка" из Комитета Начальников Штабов, претензий к деятельности коменданта не предъявила. Да и какие претензии тут могут быть? Жюпен был не из тех людей, что способны терять даром время. Раздавив наличными силами чжунхуйских диверсантов, он на этом не остановился. Взяв на себя верховную власть в анклаве, Фрэнк успел сделать многое.
        Он заставил шевелиться и работать многих. В быстром темпе, на подконтрольной ему территории был возведен неплохой укрепрайон. Причем, работы и дальше не прекращались, укрепрайон продолжали совершенствовать. Из местной туземной полиции, частных охранных фирм и россиянских добровольцев, был сформирован гарнизон укрепрайона. Были конечно проблемы с вооружением и выучкой личного состава, но эти проблемы Фрэнк сумел решить. Личный состав потихоньку учили, а необходимое вооружение завозили контрабандисты, возобновившие свою деятельность.
        Хуже было другое. Непонятно было, чем кормить людей. До войны, в анклаве проживало 380 тысяч человек. Сейчас к ним добавились те россиянцы и прочие граждане Сообщества, что бежали к ним из районов, где шли боевые действия. А это составило не менее 700 тысяч человек. Ранее, больших запасов продовольствия в анклавах не держали. Теперь об этом жалели.
        В мирное время, поставки продуктов осуществляли русские при посредничестве россиянских фирм. Сейчас все поменялось. В рамках ранее заключенных контрактов, поставки продолжались. А это уже было недостаточно. А вот новых контрактов русские заключать не стали, объясняя это тем, что сейчас, в связи с войной им самим не хватает. Врали конечно! Хотели бы - нашли бы возможности.
        Попытки переговоров на эту тему были провальными, потому, что их пытались вести прежние фирмы-посредники. Русские наотрез отказались разговаривать с "полицаями", да еще добавили, что они вообще не обязаны заключать какие-нибудь контракты.
        Пришлось нарушить прежние запреты и вести переговоры напрямую. С разрешения Жюпена, этим занялся интендант его гарнизона.
        С ним разговаривать стали, но кто? Толстосумы из Одесской Торговой Палаты! Те конечно начали задирать до небес оптовые цены на продовольствие. Бедный Бенедикто Рамирес, торговался отчаянно, но пока еще ни один контракт подписан не был.
        - Понимаете шеф, у меня сложилось впечатление, что прибыль их сейчас интересует меньше, чем возможность безнаказанно издеваться над нами, - именно так Рамирес и объяснял Фрэнку суть возникших проблем.
        В общем, если ничего не сделать, скоро возникнет голод. Этими словами подполковник и закончил объяснения о создавшемся положении высокому гостю.
        - Фрэнк! Я пришел к выводу, что мы ранее мало ценили Вас. Но это поправимо. Во-первых, позвольте поздравить Вас с повышением в звании. Вы теперь полковник!
        - Благодарю Вас сэр!
        - Это не все, мы ценим также усилия приложенные Вашими подчиненными. У меня есть необходимые полномочия для поощрения достойных. Вам остается только составить необходимый список, а мне одобрить его.
        - Спасибо Вам сэр!
        - Кончайте Вы этот официоз Фрэнк! Давайте говорить "без чинов". Мы ведь с Вами на войне!
        - Хорошо Чарльз!
        - В общем, вечером, я собираю совещание. Тех, кто обязан на нем присутствовать, я приглашу сам. Там я поставлю перед вами конкретные задачи и сообщу о дальнейших ваших перспективах.
        СТАРЫЙ ДОБРЫЙ ПОДХОД.
        Баронет Майкл Ингманн, считал себя истинным джентльменом. Именно так и никак иначе! И он им был. Не той пародией на аристократа, которую показывают быдлу в "мыльных операх", а настоящим. И пусть его титул был куплен предком всего лишь три века назад, положения дел это не меняло, потому, что кроме небольших денег, предок кинул продавцу титулов еще и то, чем мог похвастаться не всякий - заслуги. А они имелись и были значительны. И пусть дальние поколения рождались в грязи и нищете, зато надев простой солдатский мундир, они честно несли по всему миру "бремя белого человека"! Простые солдатские медальки, хранимые как память о прошедшей вдалеке от родной земли службе, весили в глазах достойных людей, больше чем все золото мира.
        Его предки умели не только усмирять дикарей. Если было нужно, они без возражений шли на картечь и пулеметные очереди равного по силе противника, шли в первой волне десанта, стойко держались на захваченных плацдармах. И наступило время, когда один из предков, принес с войны не только скромные солдатские медали, но и орден, вместе с офицерскими погонами.
        Но не единой храбростью силен человек. Мозги тоже многого стоят. Следующее потомство не подвело своих предков. Правда, их новая стезя была уже иной. Той, о которой не принято распространяться, зато охотно врут в бульварных романах. Йен Флемминг в свое время здорово над этим посмеялся. Ингманны и на этом поприще не подвели свою страну. Пусть высоких чинов им не досталось, зато в архивах они остались навечно. Секретных конечно архивах. Высшим их достижением, считалась работа в России. Именно оттуда один из Ингманнов и вывез коллекцию старинных монет, которыми и заплатил за королевский патент. А еще были награды, врученные в узком кругу посвященных. Именно они, а не монеты, дали вожделенный титул и герб.
        Первый баронет Ингман, отличался своеобразным чувством юмора. В качестве родового символа, он взял изображение свиньи, лежащей в грязной луже и окруженной пустыми бутылками. А еще украшал герб девиз, написанный не только на латыни, но и на языке побежденного врага: "Свиньи грязи не боятся!" Так он и увековечил свою прежнюю работу.
        Как отнеслась к такому гербу настоящая аристократия? Хорошо отнеслась, с пониманием. Ведь может же джентльмен быть слегка экстравагантным!
        Менялись поколения. Менялись названия правительственных контор. А Ингманны не менялись. Идти через страх, позор и грязь к грядущей славе, стало их семейной традицией.
        А сильно ли они при этом разбогатели? Не сильно. И даже не разбогатели. Ничего, кроме жалования, к их рукам не прилипало. Бывало, они распоряжались огромными для них суммами, но присвоить себе хоть грошик, они считали бесчестным. Ведь не равняться же им на своих презираемых "подопечных"! Вот уж кто был настоящими свинотами! Уж для тех, дорваться до обильной кормушки, было мечтой всей жизни. Видимо на большее фантазии не хватало. Ингманны только посмеивались: что происходит дальше с откормленной свиньей, они прекрасно знали.
        Нынешний баронет, мало чем отличался от своих достойных предков. И занимался он тем же, чем и они: копался в грязи и имел дело с грязными свиньями. Ведь та работа, курировать которую ему поручил лорд Валлентайн, чистенькой не была. Впрочем, дерьмо к честному джентльмену не прилипнет, а значит, брезгливо морщиться не стоит.
        Работа Майкла Ингманна началась сразу после того, как лорд Валлентайн поставил конкретные задачи ответственным исполнителям на проведенном недавно совещании. Для Майкла и его помощников, объектом работы стали сформированные Фрэнком Жюпеном россиянские силы самообороны. Правда, теперь они назывались иначе: Russian Liberation Army (R L A). Полковник Жюпен конечно недоумевал: почему Валлентайн вдруг дал такое название. Но Майкл и его подчиненные, тщательно изучившие перед прилетом сюда все, что связано с русскими, прекрасно все поняли. Русские отличаются прекрасной памятью и понять, КТО теперь находится на их земле, им труда не составит. Удивительно, но россиянские недоумки, так и не поняли, что хозяева их крупно подставляют. Смену названия, они восприняли, как знак высокого доверия. И не поняли они, почему шеврон с одиозной для русских надписью, выполнен так, что удалить его с формы в срочном порядке невозможно.
        Ну что же глупцы, вы еще прозреете, когда угодите в лапы к русским! Уж нынешние не так милосердны и отходчивы, каким был их древний и до сих пор авторитетный диктатор.
        Так что мотивы для вашей преданности нам, мы уже создали. А дальше: "Добро пожаловать в суровую реальность, придурки!"
        Но возня с простым "пушечным мясом" - это удел инструкторов. Его интерес состоит в том, чтобы отобрать среди этого "мяса" тех, которые нужны будут для предстоящей работенки. И это должны быть людишки особого склада.
        Это обычный пожар можно потужить грязью. Пожар войны, брошенная в него грязь только усилит. И чем зловонней она, тем жарче полыхнет.
        Вот такую зловонную людскую грязь, они и выискивали.
        ОТРЯД "INFECTION".
        Уоррант-офицер 2-го класса Стивен Дуглас, относился к капитану Ингману с тем уважением, с которым старые служаки обычно относятся к толковым командирам. И что с того, что Ингманн никогда не был диверсантом? Главное, что это не штабной сиделец, которого непонятно за что повышают в чинах. Он имел дело с Ингманом еще тогда, когда молодой кадет проходил стажировку в группе тогда еще капрала Дугласа.
        Что он мог про него сказать? Настоящая "солдатская кость", да еще с дубленой шкурой. Такого режь ножом - кровь даже не брызнет. Потом, приходилось выполнять задания, спланированные Ингманном. Всякое было. Были и проколы, но никогда баронет не сваливал вину на подчиненных. Все брал на себя. Может быть в обычной пехоте это и загубило бы его карьеру, но в их войсках, такое поведение ценилось всеми, в том числе и командованием. А неудача неудаче рознь. Некоторые из них были чреваты политическими скандалами, ибо приходилось заниматься не совсем благовидными делами. Такими, которыми не станешь хвастать. Кляузники у них не задерживались надолго. Кого-то выживали, кто-то сам уходил, а кое-кто и "не вернулся с задания".
        Парни, которые у них служили, дерьмом никогда не были. Зато сейчас… вот именно эти!
        Когда впервые он глянул на этих "солдат" выстроенных на плацу, захотелось просто плюнуть в рожу каждого из них. Похожие желания испытывали и капралы, даже невозмутимый всегда Смит. А импульсивный Нестор Дукакис, тихо проворчал:
        - И предки этих людей были моими единоверцами?
        Дуглас только косо глянул на капрала и тот заткнулся. То, что Дукакис втайне придерживался ортодоксального варианта христианской веры, в их роте знали все, но говорить об этом при посторонних воздерживались. Зачем портить человеку жизнь? Реликтовые формы христианства, официально хоть и не запрещались, но и не одобрялись.
        А вообще, капралов можно было понять. Считается, что в разведывательных и диверсионных подразделениях должны служить самые лучшие из имеющихся кандидатов. На самом деле, это не более, чем широко распространенное заблуждение.
        Конечно, в нормальных условиях, сюда так просто не попадешь. Отбор очень строгий и берут действительно самых лучших. Но если вдруг, первосортные кандидаты куда-то исчезнут, то и с третьесортным личным составом, эти службы будут так же эффективны и опасны.
        В разведке нет отбросов - есть кадры. Маменькин сынок, капризная девица, безногий калека, беременная женщина, маленький ребенок… как показал опыт, могут быть вполне успешными на этом поприще. Более того, они временами даже опасней для врага, нежели полностью здоровый человек. Обучение и воспитание творит с людьми чудеса. Но чудеса эти возможны, если вы имеете дело с НОРМАЛЬНЫМ человеком. А что сейчас? Видно же, что набраны откровенные мрази!
        Любая разведка, всегда избавляется от садистов и психопатов. Такие "кадры" ей не нужны. Ненадежны.
        Но если капитан отобрал именно таких, значит, имел для этого основания. Правда, он же и предупредил их заранее:
        - Парни, мне не нужно, чтобы вы из них сделали настоящих диверсантов. Это не получится ни у кого. Мне нужно, чтобы вы сделали из них людей ПОХОЖИХ НА ДИВЕРСАНТОВ.
        Парни после этих слов приуныли. Все-таки они не новички в этом деле. Где и как могут использовать эту сволоту, они уже догадывались. Начальству, конечно видней, но после таких "рейдов", нормальным парням лучше убираться отсюда подальше. Если они правы в своих догадках, то скоро противник озвереет не на шутку.
        Но приказ есть приказ. Приказано подготовить, значит будем готовить. И начались мучения! Вот только не понять, кто намучился больше, инструктора или рекруты. Ну не выходило из этих экземпляров ничего путного! Каждого по отдельности еще можно было натаскать, чисто механически. Но ведь им действовать группами! А вот группы, как раз и не получались. Не тот народ им дали.
        Тут дело вовсе не в расовых особенностях. Во времена Русского бунта, те же русские поставили рекорд в деле подготовки дееспособных отрядов спецназа. Оказалось, что даже за две недели, можно из группы дилетантов добиться нужного результата. Правда, это была подготовка для успешного выполнения одного конкретного задания. Но ведь у этих уродов и такой формы готовности не было!
        Спустя месяц, Дуглас честно доложил капитану Ингману, что никакого заметного прогресса в обучении рекрутов он не достиг:
        - Сэр! Они проваливают все испытания. Я не знаю, что Вы им поручите, но они даже до места операции не дойдут.
        - Дуглас, от них это и не требуется. До места операции доведете их вы.
        - Сэр?
        - Не тянись ты так дружище. Мы не на плацу. Просто ты и твои ребята, пойдете с ними контролерами. То, что им предстоит сделать, особого ума не требует.
        - Капитан, нам не хотелось бы заниматься тем, что Вы им предложите.
        - А я и не заставляю вас участвовать в этом. Ваша задача - довести этих "шакалов" до места операции и вернуться назад. Больше ничего от вас не требуется.
        - Но если все так просто, зачем мы их учим?
        - Чтобы они БЫЛИ похожи на настоящих диверсантов. Ведь чему то вы их уже научили.
        - А если они попадут…
        - В плен? Пускай попадают! Нас это никак не коснется. Вы ведь про нейропрограмирование достаточно знаете?
        - Да сэр, я об этом знаю.
        - Отлично, продолжайте работать дальше и ни о чем не волнуйтесь.
        Дуглас ушел, а Ингманн погрузился в свои заботы. Парни явно догадываются, о каких "операциях" идет речь. И это им не по душе. Они правы. Рано или поздно, враги все поймут правильно. Но делать это нужно, очень нужно. И подготовка групп безмозглых "мясников" не единственная его печаль. Для того, чтобы даже такие простые операции проходили успешно, нужна основательная подготовка. Сейчас, возможностей для работы агентурной разведки и технических средств очень мало. В основном, сведения о противниках добывают поисковые группы. Хоть чжунхуи и русские плотно заняты друг-другом, но об осторожности забывать не стоит.
        Оперативные группы в полевой жандармерии чжунхуев - серьезный противник, как и сама полевая жандармерия. У русских тоже есть чем противодействовать. Тайная Канцелярия например - это вполне серьезное заведение с немалыми возможностями для тайной войны. Есть у русских и другие козыри. Конечно, Спецназ ГРУ, "волкодавы" СМЕРШа и особые группы Корпуса Лесных Егерей еще не имеют практического опыта, но судя по тому, что о них известно - это единственный их недостаток. Работать будет трудно.
        ЕЩЕ ОДИН ЧЕЛОВЕК.
        И Валлентайн и Ингманн, очень удивились бы тому, что их планы через два дня уже стали известны русским. Удивляться этому не стоит. Россиянцы, бывают разные. Когда Семьи затеяли свои, непонятные для местных игры, те задумались о своей дальнейшей судьбе. Судя по всему, их ожидала роль жертвенного барашка. Первыми к такому выводу, пришли те, кто руководил оперативными службами в анклавах. И было это еще до войны. Становиться жертвой им не хотелось. Нужно было искать какой-то выход. А кто ищет, тот всегда найдет. И они нашли. Правда, выходы бывают разные. Меньшая часть оперативников, накануне войны позаботились о "бестах", где и укрылись вместе со своими семьями. В принципе, они просто надеялись пересидеть эту войну. И черт с ним с карьерой, жизнь дороже!
        Большая часть осведомленных, просто решило сотрудничать с чжунхуями. Они резонно полагали, что у тех есть возможности для защиты столь ценной агентуры. Именно они облегчили чжунхуям захват терминалов. И они не ошиблись. Разведка экспедиционных сил, внесла их и их семьи в особый список. Столь ценными и опытными кадрами было бы глупо разбрасываться. Правда, все пошло не так. Под Питером и на Урале, большая часть полицейских была выловлена "лесными егерями" в первый же день, и лишь малая часть сбежала в Феляйн- Бей. Но в остальных местах все пошло по плану. Правда, сидеть на месте, перебежчикам не дали. Новые хозяева потребовали от них дальнейшей работы. Теперь они, в качестве "чудом спасшихся от врага" собрались и в Феляйн-Бее и в Одесском анклаве. Местная военная контрразведка армии Сообщества, еще толком не разобралась в этой ситуации, поэтому, информация к противнику о положении дел уже шла.
        А были и те, кто решил сотрудничать с русскими. Например, капитан Гапуненко. Правда, настоящего сотрудничества сразу не вышло. Удалось только накануне войны выйти на контакт с руководством "СМЕРШа". Почему именно с русскими? Гапуненко рассуждал просто: кто бы в этой войне не победил, русские с Немезиды никуда не денутся. Опыта и традиций тайной войны у них хватает. Рано или поздно, они любого оккупанта заставят считаться с собой. Все вернется к тому, с чего и начиналось. Победитель будет контролировать анклавы, а русские - всю остальную планету. Значит, лучше вовремя переметнуться к ним.
        Чжунхуи? Насчет них, капитан не питал никаких иллюзий - россиянцы им нужны на короткий срок. А что будет дальше, попробуй пойми.
        Сообщество? Как выяснилось, оно готово ими жертвовать. Да и никуда оно от Гапуненко не денется. Учитывая его биографию, опыт работы и имеющиеся связи, СМЕРШ скорее всего и заставит работать на территории Сообщества.
        Такие вот были у него рассуждения. Как показали дальнейшие события - он оказался прав. В первый день войны, он отсиделся с семьей в подготовленном заранее "бесте". А дальше все просто: выйдя из "беста" на второй день войны, он сдался СМЕРШу. Беседовали с ним там недолго. Он ясно и четко выразил свое согласие о работе на новых хозяев. После этого, ему под видом беженца помогли добраться до Одесского анклава, а семья теперь пребывала в полной безопасности в фильтрационном лагере. Сведения от него уже шли, ведь с его чином и опытом, доступ к ценной информации не так уж и труден.
        А сейчас Гапуненко засек странную возню с не менее странным отрядом "INFECTION".
        Глава 29
        ЦАРЕВО. СТАВКА ВГК.
        Даже если царь является полнейшим идиотом, ждать от него проявление идиотизма, стоит только тогда, когда это выгодно окружению. Сейчас однако, окружение полностью лояльно существующей власти и целиком поддерживает текущую политику. А это значит, что правитель всегда может на него рассчитывать. И донесут вовремя и совет нужный дадут. Именно поэтому, смысл затеянной врагом интриги, поняли сразу, как только поступила информация от "особых источников".
        - Пиндосы не хотят ничьей победы, только взаимного истощения. Ради этого, они пойдут на любую подлость, им к этому не привыкать, - именно такой вывод и озвучил канцлер, после того, как ознакомился с поступившими сведениями.
        - Ну и мы не "валенки" однако. Историю учили, выводы нужные делали, значит сможем и испортить им все "удовольствие", - сообщенная Вороновым-младшим новость, для князь-кесаря новостью не была. У него, люди Ежевского, тоже не зря свой хлеб ели. Агентура в стане пиндосов была и у них.
        - Значит, - подал голос император, - нужно принять свои меры, причем радикальные.
        - С этим то как раз все ясно, подтянем скрытно артиллерию, накроем огнем эту "Заразу" да особыми группами подчистим то, что осталось.
        - Иван Иванович! Не пойдет так. У нас с пиндосами хоть и враждебный нейтралитет, но все-таки, это нейтралитет. Делать их открытыми врагами, не решив вопрос с чжунхуями, пока что преждевременно, - сразу возразил канцлер.
        - А у тебя, Саша, есть вариант получше моего?
        - Есть. Сделать все так, как ты и предложил, но только руками "косых".
        - Погоди, привлечь "косых" к этому делу, было бы конечно неплохо, все-таки лучше будет, если там увидят их рожи, а не наши. Вопрос только в том, как с ними договориться?
        - Есть Ваня, способ такой!
        А дальше, Александр Дмитриевич, начал излагать суть своего замысла:
        - Тут дело какое? "Кому война, а кому мать родна". Так и у нас. Вернее у них. Помимо армии, у "косых" тут работают "войска особого назначения" - разведчики наши уже об этом докладывали. Это вовсе не спецназ, это скорее карательно-мародерские части. Принадлежат они частным фирмам. Основная их задача - удар в спину, ну а дальше они занимаются обеспечением обычной работорговли. Две фирмы на этом погорели благодаря нам. Одну "обанкротили" пиндосы. Остальные шесть, заняты сейчас своим бизнесом: отловом разбежавшихся подпиндосников и продажей их своему государству. В принципе, они уже заканчивают свою работу и скоро покинут Немезиду, но не все.
        - И кто тут остается? А главное - зачем?
        - А остается тут до самого конца, фирма одной экстравагантной дамочки - высокородной госпожи Лю.
        Александр Дмитриевич, начал рассказывать внимательно слушавшим его собеседникам о том, как на его Торговый Департамент, неожиданно вышли агенты советника госпожи Лю, по вопросам безопасности.
        - Разговор шел об организации обычной контрабанды. Они нам толкают трофейное сырье и полуфабрикаты, а мы им поставляем продукцию гражданского назначения. Дело было выгодное и нужное, поэтому я дал на это свое согласие. В общем, вам я об этом ранее сообщал, правда без конкретных деталей. Вводить для участие в сделках наших разведчиков, было нецелесообразно - лишняя огласка была совсем не нужна. Тем не менее, наши торгаши тоже не промах, все что нужно, выяснить сумели.
        - Выводы наверное весьма интересны? - спросила молчавшая до сих пор царица.
        - И выводы интересные, и дамочка эта интересная. Более того, она нам может принести огромную пользу и в дальнейшем.
        - С этого места подробно. Меня особенно ее мотивы интересуют.
        - Мотивов много. Самый значимый - мадам Лю, спит и видит стать главой так называемой "Суверенной Корпорации Лю".
        - Что за зверь такой?
        - В общем, корпорация, имеющая права и возможности суверенного государства, но естественно остающаяся вассалом Империи.
        - Ого!
        - Ага! Но чтобы этого добиться, мадам Лю, должна доказать имперским Семьям, что она в этом качестве, принесет огромную пользу. Вот она и старается.
        - Торговлей с противником своей страны?
        - Торговля - это только способ установления постоянных контактов с нами. Нет, о получении прибыли сия дамочка не забывает. Ее трофейщики хватают все, что не приколочено, но это все делается не из банальной алчности. В отличии от других фирм-мародеров, она идет дальше. Она уже организовала и продолжает организовывать транспортные компании, ремонтные службы, госпитали и занимается логистикой в интересах воюющей армии. Более того, она развивает и силовую составляющую своей корпорации. Сейчас, у нее под ружьем порядка трех тысяч собственных вояк и пара тысяч местных "полицаев". Самое важное для нас то, что она, эта частная армия, находится целиком и полностью в ее подчинении.
        - Александр Дмитриевич! - император слегка оживился, - Ваш замысел мне понятен. Вы предлагаете нанести удар ее "армией". Выгода для нас от этого несомненна. Но какова ее выгода? Что она от этого получит? Что заставит ее пойти нам навстречу?
        - Выгод для нее здесь несколько. Удачно проведенная собственными силами спецоперация, повысит ее значимость в глазах собственных "верхов". Вторая выгода - на территории анклава, содержится порядка полутора тысяч человек, взятых пиндосами в плен "молодых негодяев". Освободив их, она повысит и свои возможности. Но главное не в этом. Главное, это то, что она не считает войну с нами такой уж необходимой для Империи. Более того, ее эмиссары достаточно прозрачно нам намекали, что их госпожа готова стать посредником в возможных переговорах о примирении.
        Так! Все начинало складываться причудливым образом. Взаимодействие с врагом в некоторых вопросах, становилось явно необходимым. Война с Империей, русским сейчас тоже не очень-то и нужна. Гораздо важней была бы, война Империи с Сообществом. Шансы для замирения еще есть. Пиндосы это поняли и хотят повязать воюющие стороны кровью. Если этот отряд, названный "Заразой", переодевшись в нашу форму вырежет госпиталь с ранеными, мириться не получится. Чжунхуи, перестанут придерживаться цивилизованных норм ведения войны и сорвутся с "катушек". Сколько Хатыней при этом возникнет? А ведь за них придется мстить. Тут уж своих от ответных зверств не удержишь.
        Второе! А кто сказал, что пиндосы не продублируют свои действия? Пленные "молодые негодяи" - это тоже материал для вербовки. С Валлентайна станется, сформировать еще и чжунхуйскую "Заразу". И тогда, начнет гибнуть русский "мирняк". Здесь и наши разойдутся так, что хрен удержишь. Вот тогда и выйдет взаимное и долгое истребление.
        Эту школу мы проходили господа пиндосы!
        - Значит так, выведением "Заразы", займемся совместно с госпожой Лю. С нашей стороны, обеспечение необходимой информацией, войсковое прикрытие района проведения операции, обеспечение коридора для эвакуации военнопленных и прочие вещи. Силовая часть акции, на чжунхуях. Вы, Александр Дмитриевич, обеспечиваете необходимые контакты для ведения переговоров. Вы Иван Иванович и ты Володя, - обратился он к Крылову и своему брату, - планируете операцию совместно.
        - Моих "волкодавов" на это не хватит. Да и у Ивана Ивановича людей негусто, - подал голос брат императора, он же начальник "СМЕРШа".
        - Возьмете особые группы "Корпуса Лесных Егерей"! Этого, вам должно хватить.
        "ТАШКЕНТСКИЙ КАПКАН". СУБУДАЕВ.
        Прилет императора в Ташкент был внезапным и как мне казалось, совсем ненужным. Дела наши здесь шли неплохо. Пытавшийся штурмовать плацдарм противник, получив по зубам, притих. Но это ненадолго. Застрявшая здесь Девятая дивизия, поставленных перед ней задач так и не решила. Более того, ее сейчас нужно спасать от разгрома. Именно так я и видел текущую ситуацию. Мы продолжали готовить капкан для более сильного зверя. Прибытие новых подкреплений, нас не пугало. Более того, чем больше враг сюда пригонит войск, тем больше мы их тут положим. Я даже втайне испытывал нетерпение, ожидая следующего, вполне предсказуемого шага "косых".
        В военном деле, значение имеет не только фактор силы и разума. Эмоции играют не меньшую роль. И как раз они, очень редко учитываются полководцами. А ведь именно они, сейчас толкали противника на опрометчивый шаг.
        Та порка, которую я устроил войскам Девятой дивизии, вовсе не повергла противника в уныние. Правда, генерал Тен, если верить тому, что сообщала мне разведка, от стыда застрелился, но подчиненные его были в ярости и жаждали смыть свой позор. Видимо такие же эмоции испытывало и командование экспедиционных сил.
        Вадимов, взявший в свои руки организацию разведки в Туркестанском округе, ежедневно докладывал о любой, замеченной "на той стороне", активности. Судя по отслеженным разведкой действиям, теперь "косые" решили испытать свою удачу в другом месте, а именно, захватить сам Ташкент.
        Смысл в этом был. В столице края находился мощный энергоузел. Захватив его, чжунхуи решали сразу множество своих проблем технического плана. Я уже не говорю о промышленном потенциале края. Если у врага все выйдет, то он уменьшится раза в четыре. Не стоит забывать и выгодное расположение города.
        В общем, и эта "морковка" была очень вкусной для чжунхуйского "ишака". А раз так, то не грех этим и воспользоваться. Со стороны казалось, что мы лихорадочно продолжаем укреплять город, насыщая его стационарными оборонительными сооружениями. Но это именно казалось. Я прекрасно помнил, что любая крепость, это не только твердыня, но и ловушка для засевшего в ней гарнизона. Пройдя с победами через много стран, я пришел к выводу, что легче захватить страну усеянную крепостями, нежели страну без крепостей. Кипчаки, не строившие совсем крепостей, оказались в свое время более трудным для нас противником, нежели страны, укрепившие свои города. Позже, к такому же выводу пришел и Суворов.
        Впрочем, полученный опыт людей мало чему учит, люди продолжают надеяться на крепости.
        Чем же они мне так не нравятся? Прежде всего тем, что разобщают войска на отдельные гарнизоны и сковывают собственный маневр. А это позволяет нападающему бить твои силы по частям.
        В предстоящем сражении, я делал ставку не на укрепления, а на дороги. Тайно возводимые малозаметные пути сообщения, названные каким-то шутником "тропами Хошимина", а в народе "хошиминками", позволяли мне быстро и внезапно перебрасывать свои войска в любое место. Сами войска, находились довольно-таки далеко от места событий. Но это обманчивое впечатление. Понадобится - мигом окажутся в нужном месте, в нужное время и с нужном количестве.
        Все это я и объяснил императору при личной встрече. И похоже, не очень его убедил.
        - У нас под Москвой дела неважные творятся. Муравьев явно не справляется с ситуацией, а Коробов отсиживается вдалеке. Может быть Муравьева заменить Львовым? Тот неплохо справился с задачей.
        - Каждый хорош на своем месте. Менять командующих не стоит. Наберитесь терпения и получите нужный результат. Я ведь внимательно слежу за всем, что творится у нас. Возникнет нужда - появлюсь лично. А пока, не вижу ничего необычного. У вас под Москвой, "косые" еще толком не начинали воевать, а наши еще не научились этого делать. Как бы генерал Чен не был хорош, но его погубит собственная методичность.
        - С чего ты взял?
        - Да вижу я, что он опасается распылить свои силы в окрестных лесах. Поэтому, он стремится построить операцию так, чтобы все бои шли на открытом месте. Так ему удобней бить Муравьева. Тот сам на него лезет. Ради этого, он и жертвует темпом продвижения. Надеется перемолоть нас на открытом месте. Это ошибка. Как бы не был плох и неопытен Муравьев, какими бы слабыми не казались наши войска, но затягивая борьбу, Чен сам их учит воевать. Думаю, что он вскоре об этом пожалеет.
        - Думаешь, что Муравьев за столь краткое время научится воевать?
        - Нет, не научится. Вы все забываете о Коробове. Вот он то сейчас и учится воевать. Вы не смотрите, что он и его войска сейчас далеко. Понадобится - быстро окажется на месте.
        - Твоими устами…
        Потом император приказал мне заниматься своими делами, а сам занялся какими-то своими, о которых я ничего не знал. Спустя несколько дней, он снова явился ко мне в штаб и уединился со мной для тайного разговора.
        - Иван! Я не знаю, как ты это сумеешь сделать, но сделать это нужно. Нужно победить чжунхуев так, чтобы они не полегли здесь в больших количествах. Мне нужно, чтобы они сдались без больших сражений и сохранили свою мощь.
        - Чем это вызвано, если не секрет?
        - Они должны сохранить достаточно сил, чтобы продолжать свою войну с пиндосами. Если ты эти силы уничтожишь - значит, всю войну с пиндосами нам придется вытягивать на себе. А мы для этого недостаточно сильны.
        - Я вижу только одну возможность для этого. Поставить их в такое безвыходное положение, что им не останется ничего иного, как прекратить с нами войну. Но, как именно это сделать, я пока не понимаю.
        - Постарайся что-нибудь придумать. Нам это очень нужно.
        Вот так! Не больше, не меньше - выиграй войну, не вступая в бои! И как это сделать?
        "ТАШКЕНТСКИЙ КАПКАН". КОРПОРАЦИЯ "ЛЮ".
        Недоброжелатели, а их хватает у каждого богатого человека, уже давно уверяли, что Лю Минь, ничего особенного из себя не представляет. Что это обычная молодая дурочка, которой повезло родиться в нужной семье. И добавляли, что больших личных ее заслуг, в успешном ведении дел, нет и не было. Мол все дело в том, что на нее работают умные люди, а она просто пользуется чужим умом.
        Сама Лю, считала, что для того, чтобы пользоваться чужим умом, нужно сперва обзавестись своим. А в том, что он у нее есть, она сама нисколько не сомневалась. Она конечно не считала себя гением бизнеса и политики, но разбираться в своем деле, разбиралась. И весьма неплохо. Впрочем, умерший пять лет назад прадед, в этом нисколько не сомневался.
        Возглавляемая им корпорация "Бей Ци", вот уже несколько веков была в числе лидеров, получавших свою прибыль на освоении новых планет. Конечно, управлял он своим делом вовсе не в одиночку. Дело это было семейным, а за три века деятельности, семья разрослась в обширный клан. Все было хорошо, но главу клана, это "хорошо" не устраивало. Не было прежнего размаха. Фактически, вместо освоения новых планет, они занимались вложением средств в развитие инфраструктуры уже освоенных планет. Впрочем, конкуренты занимались тем же. Вся Империя топталась на месте, не находя в себе сил для рывка в будущее. И дело было не в нехватке средств. Их всегда можно найти. Как считал сам патриарх клана, дело было в изменении сознания людей. Энтузиазм, ранее толкавший людей на достижение поставленных целей, потихоньку исчез. Люди не хотели менять к худшему хорошо налаженную жизнь. Большинство населения, никаких перемен не желало. Простому народу, неплохо жилось на социальное пособие, а "верхушка" была довольна стабильно получаемыми дивидендами. Настоящие труженики, обеспечивающие этот праздник жизни, составляли лишь сотую
долю населения. Дальновидные люди понимали, что слишком долго такой праздник жизни не продлится. Незаслуженное благополучие огромного числа дармоедов, развращающее действует на трудяг. Уже наметилась тенденция к сокращению их числа. Рано или поздно, но наступит день, когда общество впадет в нищету, имея при этом дешевые и доступные ресурсы для развития.
        Положение спасало две вещи: В Сообществе происходили такие же процессы, а деятельные и решительные люди, еще не перевелись. Вот эти люди и могут растормошить беспечных.
        - Внутренние перемены назрели давно. Но для того, чтобы люди на них решились, нужны особые условия. Либо крушение старого мира, либо создание нового мира. Моих сил и возможностей на это уже не хватит, но ты можешь попробовать, - с таким наставлением обращался прадед к перспективной правнучке.
        - Мне рушить этот мир?
        - Нет! Мир сам начнет себя разрушать. Ты можешь лишь создать новый. Но черпать возможности для строительства, ты сможешь лишь участвуя в разрушении.
        Вот теперь Лю Минь и участвовала в разрушении старого и попытке строительства нового мира. В принципе, за короткое время, она уже сделала немало. Есть люди, проходящие испытания новым для них делом. Есть ресурсы, переданные ей по наследству и уже есть добыча, способная увеличить ее возможности. Не хватало главного - признания. Над этим она тоже работает.
        Еще недавно, люди подобные покойному генералу Тену, считали ее дурой, стервой, сумасшедшей… Теперь мнение о ней начало меняться к лучшему. А это важно. Ей еще предстоит работать с этими людьми.
        Она не удовлетворилась легко взятой добычей. Она пошла дальше и результат уже виден. Создание тыла воюющей армии прямо в зоне боевых действий - штабные офицеры это уже оценили. Военные перевозки, медицинское обслуживание, дублирующие системы связи, снабжение воюющей армии… Это заслуги ее собственной корпорации, сумевшей грамотно использовать местные ресурсы и возможности. Побочным результатом этой деятельности, явилось создание дееспособных фирм, чья работа будет отлажена и продолжится на планете ее мечты.
        А ее частная армия? Из того переулочного сброда, которой в начале войны умел только бить в спину и грабить беззащитных, советник Сяо со своими коллегами-отставниками, формирует вполне приличные формирования.
        Она и здесь сумела усилить свои позиции. После скандальной атаки на захваченный русскими плацдарм, "штабные павлины" вынуждены были ее просить, чтобы ее люди занялись охраной тылов и прикрытием второстепенных направлений.
        Все это конечно хорошо, но ей не хватало главного: участия в реальной политике. Причем не в роли рядовой пешки, а в качестве самостоятельной фигуры. В этом плане, своим она была еще не интересна. На фоне прожженных политиканов она еще не смотрелась. Но разве обязательно действовать через своих? Можно использовать и противника для этих целей.
        Когда она поручала советнику Кану, выйти на русских торговцев, она заботилась не только о получении прибыли. Тайные контакты с русскими - это тоже возможность участвовать в политике. Рано или поздно, русские обратятся к ней не только с коммерческими предложениями. Просьбы о посредничестве в каком-нибудь деле - вот что она имела в виду. И ее ожидания оправдались. Русские именно к ней и обратились.
        Правда, это была просьба не о посредничестве в переговорах. Ей предложили провести своими силами одну интересную спецоперацию.
        Тот, кто вел с ней переговоры, ничего от нее не скрывал:
        - Мы, обратились именно к Вам потому, что Вы наиболее заинтересованы в дальнейшем сотрудничестве с нашей страной. Если Вы выполните нашу просьбу, то мы и дальше продолжим это сотрудничество, но только в больших масштабах. И не только в коммерческой сфере. Думаю, что у Вас тоже со временем возникнет нужда в том, чтобы уже мы решали Ваши проблемы деликатного свойства.
        - То есть, Вы предлагаете нам сотрудничество на постоянной основе?
        - Вы правильно все поняли.
        - С одним условием. Наши контакты и совместные акции, не должны быть истолкованы нашими спецслужбами, как измена своей стране.
        - Ничего подобного мы Вам предлагать не станем.
        А дальше, шло обсуждение сути проблемы. Ей предлагалось своими силами и при поддержке русских спецслужб, провести в Одесском россиянском анклаве, операцию по освобождению чжунхуйских военнопленных и попутно уничтожить базу, где проходил подготовку отряд провокаторов.
        Сейчас, Лю Минь обсуждала эту проблему со своими советниками Сюем и Каном.
        Нужно сказать, что восприняли они это необычное поручение, вполне спокойно. Демонстрировать крайнее удивление не стали, а сразу перешли к деловой части.
        - Госпожа! - начал Кан, - в таких делах не все может пойти по плану. Наша акция может провалиться хотя бы потому, что в последний момент, противник возьмет и передислоцирует в другое место пленных и подлежащий уничтожению отряд. Менять все в самый последний момент - не лучшее решение.
        - Что Вы можете предложить?
        - Нам нужна оперативная связь с русским "источником". Обстановка может резко поменяться, а значит, своевременно об этом узнав, мы или действуем по запасному варианту, или вовремя откладываем операцию, чтобы попусту не "светиться" и не насторожить противника.
        - Вы считаете, что русские станут открывать инкогнито своих информаторов?
        - Не думаю. Но это и не нужно делать. Просто, раз операция совместная, то и штаб операции тоже должен быть смешанным. Русские налаживают оперативную связь со своими агентами и руководят ими. Наш представитель, получает от них всю оперативную информацию, касающуюся нашей части дел. Ну и естественно нужна связь с нашими исполнителями.
        - Хорошо, я передам им Вашу просьбу. У Вас есть подготовленный для этих дел эмиссар?
        - К сожалению, мои люди еще недостаточно опытны, да и "расшифровывать" их я не хочу. С Вашего разрешения, этим эмиссаром буду я. Я и так "засветился" перед русскими, хуже уже не будет. А понять, стоит ли давать подтверждение на начало акции или нужно давать "отбой", я смогу.
        - Принято! У вас все?
        - Пока все.
        У советника Сяо, были другие вопросы. Но ему тоже требовалось личное присутствие в штабе совместной операции.
        ОДЕССКИЙ АНКЛАВ. ДВЕ НЕДЕЛИ СПУСТЯ.
        Все! До начала операции осталось совсем немного времени. Штурмовые группы скрытно вышли на рубеж атаки. Советник Сяо, со своего командного пункта отслеживал выдвижение своих людей, в режиме реального времени.
        Честно говоря, собственными силами провести такую операцию, он бы никогда не смог. Собственных диверсантов, он еще не успел подготовить. Единственный батальон, который он усилено готовил к боевым действиям, имел только слабую общевойсковую подготовку. Правда, взводами и ротами командовали опытные профессионалы, но сержантский состав, был еще "зеленым". Если бы не помощь русских, он бы и не брался за это дело.
        Прежде всего, когда ему закачали на планшет сведения об укреплениях противника, он понял, что без тяжелого вооружения ему тут делать нечего. А где его взять?
        К счастью, у русских нашлись трофейные чжунхуйские "гауссовки". С большой неохотой, но они их предоставили, целых шесть установок и необходимую к ним технику. А сами артиллеристы? У Сяо их не было. Брать у своих армейцев? Да ну! Армейцам сейчас очень нужен заметный успех. Они просто нагло оттеснят их от дела и проведут операцию сами.
        Опять переговоры. Нехотя, русские выделили ранее захваченных в плен чжунхуйских артиллеристов. Правда, жестко оговорили, что после окончания операции, они вернутся обратно в лагеря.
        Подавление радио-электроники пиндосов, русские тоже брали на себя. У Сяо и тут не было ни нужных для этого средств, ни подготовленных людей.
        Беспокоили мощные опорные пункты, преграждавшие путь штурмовым группам. С собственными саперами тоже был "напряг". А вернее их не было совсем. Впрочем, и к этому русские отнеслись с пониманием. Приехал их инженер и показал места отрывки стартовых котлованов, а скрытно рыли и охраняли их уже сами "молодые негодяи". Накануне операции, стало ясно, что они придумали. Обыкновенные установки горизонтального бурения, применяемые в коммунальном хозяйстве для прокладки коммуникаций! Техника совсем не секретная! Правда, слегка модернизированная для возникших обстоятельств. Скорость бурения - 800 метров в час. Длина бурения - до полутора километров. Правда, точность "попадания" в пределах 5- 10 метров. Ничего не поделаешь, без финишного котлована о сверхточности никакой речи идти не может. Впрочем, поданный к месту подрывной заряд достаточной мощности, исправит возникшую погрешность.
        Ладно, если с передовыми опорными пунктами вопрос будет решен, заминки не возникнет. Его людям тоже есть чем "давить" сопротивление врага. К тому же, как уверяют русские разведчики, оборону этого сектора держат какие-то "власовцы", чья выучка недостаточна, а стойкость в бою сомнительна. Так это или нет, ясно станет только во время боя.
        Итак, проходим первую линию обороны. Бараки, где располагается встревожившая всех "Зараза", находятся как раз на выбранном направлении атаки. Артиллерия накроет их огнем, а выделенный для этого взвод произведет окончательную "зачистку". Если повезет, то "зачистим" и инструкторов. Хотя, последние могут оказаться крепкими ребятами.
        Вторая цель операции - лагерь военнопленных. К ней, после прорыва первой линии обороны, пойдет бронегруппа, на технике, захваченной русскими в качестве трофеев. Вот ей и нужно пройти вторую линию обороны. Она еще не закончена и войсками не занята. Максимум, что можно встретить, так это караульные посты и парные патрули.
        А дальше, самое интересное: перебить охрану лагеря, организовать эвакуацию пленных и прикрытие этой эвакуации, не забыв заодно захватить в здании лагерной администрации имеющуюся там документацию. Последним займутся люди Кана. Это их работа.
        Отход - это самое сложное. Правда, помимо артиллеристов, его будут прикрывать ударные беспилотники. Тоже трофейные. Но управлять ими будут русские расчеты. Они же русские, выставят на пути отхода роботизированные огневые системы - это чтобы отсечь огнем преследователей. И эта техника тоже трофейная!
        Сяо еле сдержался, чтобы не сплюнуть: ему бы это все! Видимо под Ленинградом и Тагилом, армейцам знатно досталось, раз они не успели ни применить, ни уничтожить свое тяжелое вооружение.
        Затем, путь их лежит через болота, на которых русские уже навели скрытые переправы, названные ими странным словом: "гать".
        Дальнейший отход будет прикрыт русским спецназом, которого он так и не увидел. А потом, замаскированные посадочные площадки для флаеров. Эти хотя бы свои, собственность корпорации. Правда, экипажи на них россиянские, но это уже не имеет значения. Главное, чтобы не нарушили границы предоставленного для пролета "коридора".
        В общем, если все выйдет по плану, то перед ним и его ребятами откроются хорошие перспективы!
        Огорчало одно. Против эвакуации раненых, русские не возражали, более того, они сразу оговорили, что без экстренной медицинской помощи, своих временных "союзников" не оставят. А вот эвакуацию погибших запретили. Досадно конечно и на ребят это плохо подействует. Но придется с этим смириться. Для русских, успех операции состоял в том, чтобы в ней "засветились чужие рожи", а сами они якобы не при делах.
        Все! Время! Сигнал на начало операции пошел к исполнителям!
        СУТКИ СПУСТЯ.
        И госпожа Лю, и ее помощники, имели все основания быть довольными. Конечно, эта операция прошла не совсем гладко. Имели место и заминки, и отклонения от плана, и срочная импровизация, и даже путаница с взаимным опознанием. Но все равно она прошла успешно. Главное - выполнены все задачи. Правда, четыре десятка "молодых негодяев" так и остались лежать на месте боя, но на это грех роптать. Без потерь еще ни один успех не приходил.
        Для советника Сяо, главным был полученный его людьми опыт. Какой ни есть, но это реальный опыт. Причем не только для рядовых. Штаб батальона, принявший участие в организации и управлении боем, тоже получил свой опыт. И кстати именно штаб предложил "заточить" этот батальон на проведение спецопераций. А что? Вполне реально. Есть представление у людей о том, как это делается. Стало понятно, что для этого нужно и главное - чему учить этих людей в дальнейшем. А пехота? Уже не проблема. Вон, какое пополнение себе обеспечили! Сейчас разберутся с ними "безопасники", отсеют подозрительных от надежных и можно готовить из них пехоту!
        Советник Кан тоже был доволен. Эта операция, помимо опыта, дала ему то, чего он стремился добыть - целые, не уничтоженные документы на захваченных носителях. Конечно, с преодолением системы защиты еще придется повозиться, но нужные для этого специалисты у него есть. Зато сколько будет добыто "материала"! Кое-кому это дорого обойдется!
        Но, пожалуй, самой довольной была сама хозяйка. Пусть в этой эпопее, они не были самостоятельны. Посторонним об этом все-равно незачем знать. Зато какой эффект!
        Скрывать, что успех выпал на долю ее фирмы, она не собиралась, да это и не требовалось. Наоборот, согласно договоренности с "партнерами", весь мир должен знать, что все это провернула она - Негодяйка Лю!
        Хорошее кстати прозвище! В некоторых посланиях, оно будет очень здорово звучать. Нужно только не забыть об этом.
        Главное - есть установившийся контакт с местными политиками. Свою полезность и надежность, она уже доказала в совместном деле. Нужно будет - сотрудничество можно и продолжить. С русскими рано или поздно придется договариваться, а они ей уже намекнули, что без ее посредничества они обходиться не станут. Такое отношение к себе стоит ценить.
        Правда, заглядывая намного дальше, она решила и после войны не прекращать контактов. В этом был свой резон. Свою планету, она намеревается превратить в чжунхуйский аналог Немезиды. А без сотрудничества со страной, имеющую самую развитую промышленность, это будет сделать очень трудно.
        А еще, нужно избежать ненужного ожесточения ведущейся сейчас войны. Добытой с бою информацией, стоит поделиться с армейской разведкой. Ей одной за всем не уследить. С Сообщества станется, создать новую "Заразу" Пусть уж и разведка экспедиционных сил проследит за этими затейниками. Впрочем, Кану тоже нужно создавать свою внешнюю разведку. Хватит зависеть от информации, получаемой из чужих рук. Дороговато ей это обойдется конечно, но и экономить на этом не след.
        А еще, придется обеспечивать своих "негодяев" всем, что имеет на вооружении чжунхуйская армия. И искать для этого специалистов. Тоже заметные затраты. Но и тут экономить не стоит. Самостоятельность - это огромная ценность и большое уважение к твоей персоне. Последнее кстати, уже заметно. Полковник Вонг, сменивший покойного Тена, кажется более доброжелателен к ней. Может посидеть с ним вечерок, в неофициальной обстановке?
        Глава 30
        ПОДМОСКОВЬЕ. ПОРАЖЕНИЕ НАКАНУНЕ ПОБЕДЫ.
        Пообещав императору, что в случае нужды, я немедленно вмешаюсь в те события, что происходят рядом со столицей, я прекрасно знал, что сделать это придется. Так оно и оказалось. Каким бы незрелым командиром не был Муравьев, какими бы плохими не были войска, оборонявшие столицу, но дело они свое сделали. Дивизия генерала Чена продвигалась вперед уже с большим трудом. Более того, кое-где наступающие даже попятились назад. Противник не только терял солдат. Происходило обычное на любой войне дело: терялось преимущество в выучке и опыте. Наши ополченцы тоже учились. И учились быстро.
        Был еще один момент. В этой войне, командир, имевший постоянную связь с нашим "Стратегом", получал от него и информацию, и оценку обстановки на поле боя, и даже рекомендации.
        Сильно ли это нам помогало? А это как посмотреть. С одной стороны, слепо доверять оценкам и рекомендациям, что давала командирам система искусственного интеллекта, не стоило ни в коем случае. "Стратег" тоже ошибался. Не стоит забывать, что такое понятие, как имеющийся опыт, для самообучающихся систем тоже существует.
        Однако, его работа, все-таки помогала командирам избегать самых глупых и досадных ляпов. С каждым новым днем войны, количество ошибочных решений, постепенно уменьшалось. Когда-нибудь, должно произойти неизбежное: мы сравняемся с врагом в боевом мастерстве. Последовавшие вскоре события показали, что чжунхуи это тоже поняли. Затягивать войну им смысла не было никакого. Внезапный и быстрый ввод в дело крупных резервов, мог решить все их проблемы. Именно так они и поступили.
        Сначала, на Сталинградском терминале высадились две их дивизии. Ранее не участвовавшая в деле Шестая и уже битая мной Вторая. Впрочем, тут противник и допустил принципиальную ошибку: начал их перебрасывать в Туркестан. Но об этом позже.
        Гораздо опасней для нас, оказалась высадка на Московском терминале Третьей дивизии. Муравьев ее уже один раз громил, в первый день войны, на Тагиле. Но уничтожены были только боевые подразделения. Вспомогательные службы дивизии, высадиться не успели. И вот, заменив погибшую пехоту десантниками и жандармами, ее восстановили и бросили в дело. Причем, все было сделано на высшем уровне. Высадка, сосредоточение, марш в исходный район для перехода в наступление и само начало наступления, было произведено быстро и без заминок. Хорошо поработал штаб генерала Чена, нам бы так работать.
        Третья дивизия не стала наступать там, где мы ее могли встретить во всеоружии. Вместо этого, она воспользовалась проложенными в лесах "хошиминками", теми, что мы проложили еще в мирное время, и быстро совершила обход нашего южного фланга. Муравьев и ахнуть не успел, как получил мощный удар во фланг и тыл. В общем, наши войска на южном фланге были разгромлены и рассеяны, а "косые" начали развивать свой успех. И шли они прямо на Царево.
        - Я изначально не верил в то, что Муравьев сможет исправить ситуацию, - с таких слов, император начал свой разнос, едва мы встретились.
        - Муравьеву такая задача и не ставилась. Его задачей было, заставить врага бросить в бой все, что у него есть. Вот этого он и добился.
        - Только нам от этого не легче. Что будет дальше? Бои на территории столицы?
        - А дальше, будет то, что противник пожалеет о принятом им решении.
        Говорил я это не просто так. Любой прорыв на большую глубину - это палка о двух концах. При стремительном движении вперед, наступающий неизбежно оторвется от своих. А что такое наступление с "повисшими" флангами? Это лотерея. Можешь и проиграть. Особенно, если у твоего противника есть что преподнести тебе в качестве сюрприза. Первым сюрпризом, которым я собирался огорчить врага, была группировка Коробова. На нее я изначально и делал ставку. Правда, ей нужно три дня, для того, чтобы прибыть на место событий. Да к тому же, обстановка сильно усложнилась. Обхода и флангового удара мы не ожидали.
        Вторым сюрпризом для противника, должен быть наш контрудар во фланг Третьей дивизии. Правда ударную группу для этого еще предстояло собрать и подготовить. А это тоже займет не менее трех дней. Увы! Останавливая противника, Муравьев бросил в бой все, что имел. Теперь, необходимые для удара силы, нужно было выводить из боя и приводить в порядок. Но с этим я справлюсь.
        Сложность была в том, что для успеха моего плана, нужно было придержать наступающих на подходящем для этого рубеже целых три дня. Такой рубеж был - Семеновские высоты. Но на штабном планшете, они были показаны пустыми, не занятыми никакими, даже самыми паршивыми войсками.
        - Муравьев! Срочно выводишь из боя и гонишь на Семеновские высоты артиллерийскую группу Нойманн!
        - Товарищ полковник! Им там без пехоты верная гибель! Они и часу не продержатся!
        - Пехота будет! Просто она подойдет позже. А Нойманн должна продержаться до ее подхода. Кроме того, посылаешь туда группу авианаводчиков, а позиции ударных беспилотников располагаешь в 30 километрах северо-западней высот.
        - Да не поможет это!
        - Разговорчики! Делай, что приказано! И запомни на будущее: без резерва - ты не командир! Растратил резервы - вот и получил конфуз!
        Муравьев заткнулся и начал отдавать нужные команды. Я снова глянул на планшет. Стоп! Только что этого значка на нем не было! Сейчас на высотах возникло условное обозначение занятых нами оборонительных позиций. Видимо тамошний командир, только что включил в боевую сеть свой полевой планшет.
        Срочно связь! Есть связь! На том конце отозвался прекрасно знакомый мне голос:
        - "Вилюй-2" на связи!
        Машка! Сучка! Вот уж как вовремя!
        - Здравствуй Мария! Как ты жива?
        - Здравия желаю товарищ полковник! Все прекрасно!
        - Докладывай, что у тебя происходит?
        - В настоящее время командую добровольческой дружиной "Мельпомена". Место дислокации - Семеновские высоты. До настоящего дня, проводила занятия по боевой подготовке добровольцев и оборудовала собственными силами опорные пункты на ближайших к дороге высотах. Двадцать минут назад получила по боевой информационной сети сведения о выдвижении противника в нашем направлении. Мной принято решение, сколь можно, задержать противника.
        Это конечно уже хорошо. Коль Мария взялась за дело, оно будет непременно сделано. Вот только… Еще там, на Полигонном острове, она мне рассказала о своей беде. Те, кто рядом с ней принимает бой - живыми не возвращаются. Мне, видевшему много войн и сражений, в это как-то сразу поверилось. Воинские приметы - обычно сбываются. Но если совсем ничего не делать, они станут сбываться всегда. Нет уж! Нового колодца для этих ребят не будет! Тут уж я сам об этом позабочусь! И на свадьбе твоей, Мария, я обязательно побываю!
        А потому, я начал заниматься тем, чем занимался на всякой войне - работать головой и отдавать распоряжения.
        ПОДМОСКОВЬЕ. СЕЛО ГРАЧЕВО.
        Попасть служить в военную полицию Чжунхуя, было непростым делом. Даже рядовым. Просто так, человека с улицы, сюда не брали. Для начала, нужно было прослужить в войсках первой линии не менее пяти лет. А это как раз те войска, что ведут непосредственный бой с противником: пехота, саперы, десантники… Но это еще не все. Если служба прошла беспорочно, то желающие должны были еще послужить не менее пяти лет в войсках полевой жандармерии, причем именно в силовых подразделениях. А это тоже не сахар. Полевая жандармерия тоже частенько под огнем ходит. И только после этого, твой рапорт о желании служить в военной полиции, станут рассматривать. И опять, преимущество будет тому, кто до этого служил беспорочно. При такой системе отбора, сюда попадали далеко не худшие кадры, много чего испытавшие на своем веку. Среди нижних чинов, найти такого полицейского, чтоб был младше тридцати лет, было невозможно. Те, кто приходил сюда, будучи уже офицером, тоже много чего в своей жизни повидал. Уже поэтому, даже самый буйный десантник, был вежлив и уважителен, при общении с патрулем военной полиции.
        Старший лейтенант Лу Чанг, исключением из правил не был. И хотя начал он свою службу в полиции буквально на днях, некомпетентным в вопросах военного администрирования, его бы никто не назвал. За новое для него задание: организацию лагеря для русских военнопленных, он взялся уверенно и со знанием дела. Впрочем, часть необходимой работы, по обустройству лагеря, уже сделали армейские инженерные подразделения. Сейчас, Лу Чанг был занят приемом первых партий поступивших военнопленных. Забот было выше крыши. Нужно было принять и разместить порядка восьми сотен человек, взятых в плен в результате успешного наступления войск Третьей дивизии.
        Когда начали размещать первых поступивших пленников по жилым вагончикам, старший лейтенант обратил внимание на их внешний вид: оборванные, грязные, избитые. У многих следы запекшейся крови. На охрану глядят злыми псами.
        - Почему у них такой вид? - строго спросил Лу того фельдфебеля третьего разряда, который передавал ему очередную партию пленников - с ними недостойно обращались?
        - Никак нет господин старший лейтенант! Их никто не избивал. Просто никто из них не хотел сдаваться. Всех их, нашей пехоте пришлось силой брать, даже раненых. Вот и вид у них такой неопрятный.
        Да, то что этих взяли в плен только после жестокой драки, в это вполне верилось. Пехоте просто некогда устраивать жестокие "развлечения" со взятым в плен противником. А в полевой жандармерии и военной полиции, служили только те люди, которые умеют выполнять приказы. А приказ был строг: достойно относиться к здешним пленным. Вот как только пленных убедить, чтобы вели себя спокойно? Лу видел за свою службу немало подобных типов. Такие, как эти, сдавшимися себя не считают. Чуть придут в себя - сразу жди от них неприятностей. Были похожие случаи.
        Второй проблемой было то, что среди них много тяжелораненых. С ними тоже нужно возиться. Причем, не откладывая это дело надолго. Война есть война. Свои тоже попадают в плен. А тяжелораненых обменивают в первую очередь. Если они сейчас начнут умирать, то это вызовет осложнения на переговорах с противником. Старлей на этот счет иллюзий не испытывал. Эта война была для него уже третьей по счету. И похоже, что она затянется надолго. Нужны медики. А с этим проблема. Бои идут нелегкие и армейским медикам хватает и без этого забот.
        - Господин старший лейтенант! С Вами хочет побеседовать вот эта женщина из местных, - переводчик Сонг показал на задержанную патрулем высокую женщину лет сорока.
        - Что ей нужно?
        - Она говорит, что пришла решать с Вами вопрос по уходу за русскими военнопленными.
        - Она имеет нужные полномочия от своего командования?
        - Она сказала, что будет на эту тему разговаривать только с Вами.
        Пришлось подойти поближе и начать разговор:
        - Кто Вы такая? Представьтесь!
        - Меня зовут Ольга Грачева. Я пришла договариваться с Вами по поводу военнопленных.
        - Вы кого-то представляете или говорите от себя лично?
        - Я являюсь председателем местного Совета Общин и заодно представляю местную коллегию медицинских работников.
        Лу удовлетворенно кивнул головой - это как раз то, что ему и нужно. В полученной им ориентировке, говорилось о том, что учителя и врачи, имеют на Немезиде очень высокий социальный статус. Значит, к словам этой врачихи, прислушаются многие, даже самые строптивые:
        - Изложите пожалуйста мне, самую суть Вашей просьбы.
        То, что изложила эта женщина, Лу Чангу очень даже понравилось. Она, от имени местных общин, предлагала взять на себя, заботы по прокормлению и уходу за военнопленными.
        - Мы располагаем всеми необходимыми медикаментами и медицинским оборудованитем, для проведения необходимого курса лечения. Более того, мы можем разместить тех, кто находится в наиболее тяжелом состоянии в своих стационарах…
        - Это исключено! Я не имею право отпускать на свободу военнопленных. Командование тоже на это не согласится.
        - Хорошо, но оборудовать стационар на территории лагеря вы нам разрешите?
        - Разрешу.
        - Тогда второй вопрос: я считаю правильным, если заодно Вы разрешите оборудовать нам прачечные и пункты санитарной обработки. Думаю, что проблемы с возникновением эпидемии Вам не нужны.
        - А персонал будет конечно из местных?
        - Естественно. Так будет лучше всем.
        - Я согласен с Вами, госпожа Грачева, но тоже выдвину свои условия.
        - Я готова их выслушать.
        Лу внутренне усмехнулся: "Какая восхитительная уверенность в себе! Впрочем, наверняка это от того, что сейчас из расположенных сравнительно недалеко зарослей эндемиков ее прикрывают снайперы из местных. Но все равно молодец! Смелость и спокойствие - хорошие черты. С такими людьми можно смело договариваться".
        - Вы госпожа Грачева, должны предоставить нам гарантии того, что установленный нами режим содержания пленников не будет нарушен никоим образом. Мне не нужны побеги, саботаж и прочие враждебные действия. Ваш персонал и пленники, не должны доставлять нам ненужных проблем.
        - Надеюсь, что эти правила не будут для нас унизительны?
        - Не будут.
        - Хорошо. Тогда я сама, стану добровольным заложником на территории лагеря и буду лично отвечать за соблюдение достигнутых нами договоренностей. Но предупреждаю Вас сразу: нарушите слово - мы сумеем вас за это покарать. Здесь живут мирные, но не беззащитные люди.
        "Кто бы сомневался! Наверняка, лагерь будет под постоянным наблюдением. Впрочем, если не будет стрельбы, с этим можно смириться. Зато проблемы решатся наилучшим образом".
        - Госпожа Грачева, считайте, что мы обо всем договорились. Остальное решим в рабочем порядке.
        Вместо ответа, врачиха достала коммуникатор и начала отдавать распоряжения.
        ПОДМОСКОВЬЕ. СЕМЕНОВСКИЕ ВЫСОТЫ.
        Для этих людей, эта война была первой. Как они себя покажут в бою, Маша совсем не знала. Все, что можно было для них сделать - она сделала. Может и немного, но сколько успела, столько успела. Готовила она, доверенных ее вниманию людей, основательно и на совесть. Они это видели и ценили по достоинству, а потому и работали с полной отдачей. И помогали ей чем могли. А могли они немало. У хороших актеров, и техники хороши, и администраторы, и даже гардеробщицы не просто пальто подают. Обеспечением всего, что потребовалось для оборудования опорных пунктов, занялись администраторы. Техники, неплохо управились с монтажом систем наблюдения и охраны. Да и мобильные минные заграждения для них особой премудростью не оказались. Директора, взяли на себя руководство боевыми группами, которые не мудрствуя лукаво, назвали "Цирк", "Балет" и "Драма". Так на тактической схеме они и были обозначены. А главный режиссер Драматического Театра, стал ее заместителем. А теперь, настал их черед. Противник скоро будет здесь, а как пошутил клоун Фроленко: "За нами нет никого, кроме Надежды". Плохая шутка, ей она не
понравилась. Да и настроение людей перестало ей нравиться. Чем ближе бой, тем смурней было у ее бойцов на душе. И это плохо.
        Плохо было и то, что и проклятье, всюду сопровождавшее ее, никуда не делось. И смотрела она на людей, как на готовых покойников. А это еще хуже. Кое-кто уже это почувствовал. И что тут делать? Людям уверенность в себе нужна, а она тает прямо на глазах. Слово бы какое-нибудь найти, чтобы куражу им добавить. Самой-то ей, после двух смертей, уже не страшно, а в людях страх еще жив.
        "Стоп! А почему бы им нужного слова сейчас не сказать? Я конечно, на речи не мастерица, но тут и мастерства не нужно. Главное, что мямлить не приучена. Вот и пусть, услышат они от меня нормальную человеческую речь. Вот здесь, прямо в котловине, их и собрать. Место это для них особое, можно сказать святое. Должны ведь проникнуться! Ведь в этом месте вся их жизнь!"
        - Внимание личному составу! Всем, кроме наблюдателей, общее построение на сцене!
        Собрались-построились быстро. Теперь можно и слово им напутственное сказать:
        - Значит так, мальчики и девочки, что нас ожидает - всем известно. Всю свою жизнь, вы показывали людям со сцены, каким должен быть герой. Сегодня вы займетесь тем же самым. Дело это, никому, кроме вас, я поручить не могу. Нету у меня под рукой других героев! Репетиции кончились, теперь нужно сыграть от души. Главное, чтобы вы все делали так, как вас учили. Придумывать что-то свое - можно и даже нужно. Зрители у вас будут строгие. Вот только, за хорошую игру, они будут не в ладоши хлопать, а освистывать. Освищут - значит, все вы делаете правильно, продолжайте в том же духе.
        Одних нас, на произвол судьбы не бросят. Подмога уже в пути. Но нашу часть работы, мы должны сделать сами.
        "Подействовало на них или нет? Никак не пойму. Да ладно, бой покажет, кто и чего стоит".
        - Все, митинг закончен! Командирам развести людей по позициям!
        Итак, люди разошлись. Жаль, что не выйдет находиться с ними рядом. Ее место на командно наблюдательном пункте. Возле полевого планшета.
        Спустя полчаса, когда уже ничего не выдавало присутствия тщательно замаскировавшихся людей, появились вражеские беспилотники. Пока что разведывательные. Десять минут, которые они потратили на прочесывание и разглядывание склонов высот, показались вечностью даже ей. А что говорить о бойцах? Хорошо еще то, что нервы у всех выдержали. Маскировку никто не нарушил.
        Углядел враг что-нибудь или нет, было непонятно. Ждем дальше и соблюдаем маскировочную дисциплину. Еще прошло пятнадцать минут и наконец появился противник. Это еще не основные силы. Это только головная походная застава. Идут правильно, стволы поставлены "елочкой", бдительности не теряют, но похоже, что высоты считают пустыми. Проверять заросли не лезут.
        Что лучше? Накрыть огнем их сейчас или пропустить? Накроешь сейчас - предупредишь о себе их основную колонну. Пропустить? Колонну конечно накроешь, но вот ГПЗ спешится и зайдет с тылу и натворит дел.
        И тут, как палочка-выручалочка ожила связь:
        - На связи "Кулёма"! Прошу транслировать мне на планшет наблюдаемую обстановку!
        - Я "Вилюй-2"! Передаю!
        - "Вилюй-2"! ГПЗ пропустить! Это наша забота. Ждите колонну. Через десять минут, войду в зону уверенного поражения целей. Прошу обозначить точную привязку своих позиций. Учтите, мы будем вести огонь на ходу.
        Как хорошо, что ничего не нужно вычислять самой. Координаты позиции каждого бойца, системе управления боем известны с точностью до сантиметра. Всего и забот, что ткнуть стилом в нужные сенсоры на экране. Все, пакет информации ушел на планшет "Кулёмы". А заодно, дадим команду приборам наблюдения, чтобы транслировали видимую обстановку прямо на ее компьютер. Так будет надежней.
        Ждем дальше. Появление основной походной колонны противника, совпало по времени с сигналом "Кулёмы", что ее самоходки вошли в зону уверенного поражения целей. А дальше было все просто: нервы у ее бойцов выдержали до конца и команду на открытие огня, Мария дала в самый удобный для этого момент. Секунду спустя, "пушкари" присоединились к ее "концерту".
        Что творилось на дороге - словами не описать. Врагов накрыло очень плотно. Развернуться и открыть ответный огонь, "косые просто не успели. По сути дела это был не бой, а безнаказанная расправа. Впрочем, особо обольщаться не стоило. Накрыли только голову колонны. Остальные среагировали правильно: начали разворачиваться к бою и вести по высотам пока еще неприцельный огонь. А потом, противник, прекратив огонь, вывесил знак перемирия. Пришлось и нашим подать команду "отбой".
        Каковы собственные потери? Что, совсем нет? Даже раненых? А настроение? И настроение бодрое? Это хорошо.
        Первым подошел к ней ее заместитель Аркадий Петрович:
        - Ты смотри, командир, как мы их накрыли! Даже не верится, что это мы их так лихо разделали!
        А вот теперь, когда люди рады успеху и пережили свой первый страх, можно и краски сгустить:
        - Аркадий Петрович! Это ненадолго. Сейчас, они эвакуируют своих убитых и раненых и возьмутся за нас всерьез. Так что давай командуй, чтобы люди сменили позиции.
        - Командир! Сделаем мы это, прямо сейчас. Но ведь порадоваться можно?
        - Радуйтесь, кто против? Только не расслабляйтесь сильно. А то знаю я вас артистов. Небось уже на радостях из заначек кое-что подоставали! - нет, все-таки не получается говорить строгим тоном. Самой хочется радоваться удачному началу.
        - А что, уже можно? Так это мы мигом!
        - А я что говорю? Пьяницы несчастные! Да ладно, немного хлебните, если есть что и хорош. День еще не кончился и бой еще будет.
        - Думаешь, что полезут?
        - Конечно, полезут, им эта дорога край как важна.
        - Ладно, пойду прослежу за сменой позиций и приду. Тебе что-нибудь принести?
        - Неси уж, искуситель, только самую капельку.
        Аркадий Петрович ушел, а Маша осталась на КНП с операторами. Нужно было готовиться к длительному и упорному бою.
        "Скорей бы "арта" дошла!"
        ПОДМОСКОВЬЕ. ЛАГЕРЬ ШТРАФНОЙ СОТНИ.
        Что такое быть нелюдью, Петр Иванович Захаров понял только здесь, в лагере четвертой штрафной сотни. Сейчас он и сам себя нелюдью считал, а ведь еще совсем недавно мнил себя человеком!
        Был он до того, самым обычным водителем школьного автобуса. Жил жизнью обычного труженика и она его радовала. Свой уютный дом, построенный накануне свадьбы, рядом с домами родителей и братьев. Свой сад, где были высажены плодовые деревья. Общинное поле, где в посевную и при сборе урожая трудились сообща всей своей большой семьей. Простые человеческие радости, которые доставляла эта жизнь и конечно же убеждение в том, что живут они правильно, по-людски.
        Именно убеждения, а не принуждение, заставило его пойти добровольно на эту войну. Он поступил так же, как и его родня и считал, что поступает правильно. Правильно-то правильно, но как выяснилось, что думал он о себе слишком хорошо. Война показала, что ничего хорошего в нем нет. Когда он драпанул с поля боя, то в душе своей, он уже понимал, что не мужик он уже, а самое настоящее дерьмо. Тогда можно было еще все поправить, собраться с духом, вернуться туда, где остались те, кто не попятился перед врагом. Вот только сил он в себе нужных так и не нашел. Вместо этого, он сунулся в первое же попавшееся село. Лучше бы он этого не делал!
        Когда таких, как он, собрали на дне старого карьера и велели раздеться до исподнего, не он один решил: Кранты! Сейчас убивать будут!
        Был страх и понимание того, что с ними поступают так, как они того заслуживают. Вот только ошибались они все насчет своих заслуг. Вместо снятой русской военной формы, им велели одеть рабочие робы серого цвета, с нашитой на спине полосой белого цвета. Вместо добротной обувки, им кинули рулоны ткани и обувку, сплетенную из узких лент и велели:
        - Одевайтесь-обувайтесь лапотники!
        Вот тут и проняло холодком по спине. Историю в школе учили все. И все знали, что в легендарной ныне Красной Армии, когда ей командовал еще Троцкий со Сталиным, в лапти обували только трусов, шкурников и пойманных дезертиров. Что честный боец, предпочитал ходить босиком в любую погоду, но не обувал позорной для него обуви. Но куда им до суровых предков! Кое-как обулись. Ходить босиком не решился никто.
        Потом их построили и зачитали императорский указ, где все говорилось об их дальнейшей участи. Потом разбили на сотни и десятки и отвели по местам временной дислокации. Вот тут и наступили настоящие муки, да не физические, а душевные.
        Им назначили старшину с комиссаром и дали конвой для сопровождения - четверых подростков с "укоротами". Комиссар на построении объявил, что если они еще раз сбегут, то ловить и возвращать назад их никто не станет. "Ибо один раз, вам уже все объяснили!" Вот так, как хочешь, так и живи. В соответствии с указом им теперь нет ходу в нормальное жилье, а потому ночевали под открытым небом, прямо на земле. Суточный паек, старшина им бросал прямо на землю: "Жрите, как сумеете!" Ни мисками, ни ложками их не удосужились обеспечить: "Не положено! Посуду только людям дают, да честной скотине!" Когда такое сказали в первый раз, до многих дошло: людьми их теперь никто не считает. Что теперь для общества, они хуже самого грязного скота. Что деваться им теперь некуда.
        Мир велик. Можно бежать куда угодно. Ловить уж точно не будут. Только что это им даст? Выросшие в окружении людей, объединенных в семьи, братства и общины, они прекрасно знали силу взаимовыручки, силу настоящего общества. Общества, где тебе всегда придут на помощь в трудную минуту, потому, что считают это своим долгом. А вот теперь их от общества отлучили! Да что от общества! Теперь и семья их не примет. Это стало ясно после того, как в первый же день, назначенный по чьему-то недосмотру в конвой, сын Фарида Тохтарова, молча плюнул родному отцу под ноги и отошел в сторону. Петр тогда еле спас потрясенного Фарида, решившегося свести счеты с жизнью.
        - Нет нам сейчас к людям дороги, Петруха, - говорил поникший Фарид, - я теперь за то, чтобы только имя мое не проклинали в семье, готов сделать все, что угодно. Веришь? Мне теперь помереть не страшно.
        Впрочем, до такого вывода, постепенно дозревали все. Все эти дни, они не только вели скотский образ жизни. Заниматься с ними тоже занимались. С утра до вечера, их гоняли по оборудованной еще в мирное время штурмовой полосе.
        И вот настал день, который зародил в их душах надежду. В этот день, на утреннем построении, комиссар им сказал:
        - Сегодня, вам дают шанс вновь стать людьми. Пусть мертвыми, но людьми. Те, кто согласен стать человеком, отойти направо! Остальные, кому страшна людская участь, могут свободно идти на все четыре стороны. Прямо сейчас.
        Скотской свободы не захотел никто. Потом им выдали оружие и простенькую амуницию. Оружие было так себе: устаревшие 9 мм штурмовые карабины с подствольной дробовой насадкой. Затем, их уже без сопровождающего конвоя, комиссар повел на посадку в подъехавшие автобусы. Везли их часа три. Высадили на опушке леса и поставили задачу:
        - Нам приказано, совершить скрытый марш по этому лесу в сторону Семеновской гряды. Там сейчас идет тяжелый бой. Мы должны оказать этим бойцам помощь и удержать гряду в течении трех суток.
        А потом был пеший марш про лесу, по которому их вели к месту боя проводники. Впереди была полная неизвестность, но прежняя тяжесть, камнем висевшая на душе, куда то исчезла. Фарид, идущий следом за Петром, тоже не выглядел больше смурным. На первом же привале, когда они сели на землю рядом, он снял с себя лапти и онучи и отбросил их в сторону:
        - Все, больше никогда меня в этой обувке не увидят!
        - А как дойдешь то? Нам еще топать и топать.
        - А вот так и дойду, как раньше люди ходили.
        Петр молча последовал его примеру. Кое кто из соседей к ним присоединился. Потом марш продолжился. Идти босиком по земле, оказалось не так ужасно, как представлялось, а потому, на следующем привале, остались еще брошенные на землю онучи и лапти. Постепенно, сотня избавлялась от самого броского свидетельства своего позора. Комиссар, прекрасно видевший все это, ничего не сказал. Да и зачем? Пусть идут в чем хотят. Главное, чтобы воевать стали нормально. О том, что они идут к месту боя не одни, он уже сообщил. Все шесть штрафных сотен, шли параллельными маршрутами, готовясь нанести удар с тыла, атакующему Семеновскую гряду противнику. Скрывать это от штрафников он не считал нужным. Пусть знают! Сейчас было главным, вовремя выйти на рубеж атаки, а там как сложится.
        Так и шли, стараясь беречь ноги и дыхание. Всем было ясно: Поможешь людям - станешь вновь человеком. Они свое выбрали.
        ПОДМОСКОВЬЕ. СЕМЕНОВСКИЕ ВЫСОТЫ.
        Артиллеристы успели вовремя, пока временное перемирие еще действовало. Командовавшая ими девчонка, полностью оправдывала присвоенный ей позывной. Воистину кулёма! Маленький рост и хрупкое телосложение, делали ее похожей не на молодую девушку, а на девочку-подростка. Тем не менее, невзирая на ее несолидный вид, люди ей подчинялись охотно. Значит, она успела уже хорошо показать себя в деле. Впрочем, это было видно и по предыдущей мастерской стрельбе, которую самоходчики, чтобы не попасть под накрытие, вели на ходу. Самым ценным, кроме пушек конечно, было то, что с ними прибыли четыре зенитные скорострелки. Не бог весть какое средство ПВО, но близко они штурмовые флаеры "косых" не подпустят. Да и в наземном бою от них польза великая будет.
        Чуть позже прибыли авианаводчики. И тоже, помимо аппаратуры наблюдения и управления воздушным боем, привезли с собой пару зенитных скорострелок. Их командир, носивший позывной "Сокол-100", получив вместе с Ирмой от Марии, боевую задачу, сразу начал устраивать людей и технику на указанном месте.
        Как и предрекала Житкова, следующий бой не походил на праздник. Все-таки это разные вещи, бить из засады и вести открытый бой. Чем то эти высоты сильно мешали "косым", да так помешали, что не поскупились на применение орбитальных средств огневой поддержки. Одновременно с этим, нанесла удар авиации я и артиллерия. Включились станции постановки помех и подавления. А в довершении ко всему, в тылу был высажен посадочный десант.
        Счастьем обернулось то, что русских войск на высотах было мало, иначе потери были бы просто огромными. Они и без того были очень заметными. Но потери были не только в людях. Технике тоже досталось. А затем начался штурм. Он тоже принес немало огорчений. В зоне ведения настильного огня, выжить пехотинцу было практически невозможно. Оборудованные укрытия скрывали бойцов от наблюдения и не всегда защищали от поражения. На пятнадцатой минуте отражения атаки, пехоте пришлось уйти на обратные скаты высот. И большой удачей было то, что личное оружие нашей пехоты было выполнено по устаревшей концепции. Наличие подствольного гранатомета на ШКАСе, позволяло вести заградительный огонь по навесной траектории. Сперва вслепую, наугад. А потом, когда авианаводчики подвели беспилотники, на личные компьютеры бойцов пошла информация о наблюдаемых целях. Сопряжение штурмовых карабинов с индивидуальной системой управления огнем, дало возможность ведения прицельного огня.
        Маша на своем КНП лично в бой не вступала. Ей хватало и командирской работы. Высвеченная на командирском планшете обстановка на поле боя, позволяла ей управлять огнем своего подразделения простым прикосновением стила к экрану.
        Но вряд-ли бы удалось отбить штурм, если бы не работа артиллеристов. Вот уж кто был достоин всяческих похвал! В начале боя, они тоже понесли потери, как в людях, так и в технике, но опомнились быстро. Стоило беспилотникам транслировать "картинку" на экраны планшетов, как они тут же открыли огонь по "косым". 120 мм снаряды жидкотопливных орудий начал производить опустошения в рядах штурмующих. А орудия Гаусса включились в артиллерийскую дуэль. Чжунхуи конечно засекали место расположения орудий, но поделать ничего не смогли. Наши установки, в нарушение всех канонов находились в непрерывном движении, а потому и не попадали в накрытие.
        Был у противника еще один шанс. Высаженный десант сумел выйти в район артиллерийских позиций. Никакого пехотного прикрытия, кроме нескольких наблюдателей, там не было. Все у чжунхуев могло получиться, успех был уже близок, но не получилось. Просто Ирме и ее людям, ранее успели вбить в головы простую мысль: русские артиллеристы с позиций никогда не бегут. И орудий своих врагу не отдают. Такова традиция! Так поступали все наши предки! В обществе, помешанном на старых традициях, такие слова не были пустым звуком. И когда десантники вышедшие на дистанцию последнего броска, рванули вперед - их встретил ад. По ним били прямой наводкой всё, от "универсалок" до "гаусовок", а добавил кошмара огонь "укоротов" экипажей транспортно-заряжающих машин.
        Нужно было обладать огромным мужеством, чтобы видя, как рвет в мелкие клочья твоих товарищей, продолжать до конца стремиться к победе. У "косых" хватило его с избытком. Участь тех, кому досталась незавидная судьба, только добавило им ярости. Еще один отчаянный рывок и они сошлись с русскими в ближнем бою. Тут уж на позициях за личное оружие схватились все. И опять возник нетипичный для современных войн рукопашный бой. Как и ранее, на Ташкентском терминале, он оказался ужасней огневого контакта.
        Конструкторы-оружейники не предусмотрели штыка для "укорота", как и подствольника, но сменная насадка-дробовик для ближнего боя, в комплекте имелась. Десантуру встретили длинные очереди выпущенные в упор, выстрелы картечью из дробовиков и конечно обычные лопаты в не дрожащих руках.
        Ирма сунулась было в схватку вместе со всеми, но ее тут же отшвырнул в сторону приставленный для охраны ординарец:
        - Дура! Куда лезешь? Лучше подмогу зови, а там и без тебя обойдутся!
        - Пусти скотина! Убью урода!
        - Подмогу зови!
        - Кого звать?
        - Кого можешь! - Василий как звали ординарца сунул ей выроненный коммуникатор.
        - Внимание! Я "Кулёма"! Все кто меня слышит, веду бой с пехотой противника на позициях. Нам требуется подкрепление.
        Надежды на то, что кто-то придет и поможет не было никакой. Ирма Нойманн считала, что тут они и полягут. Но оказалось, что думала она так напрасно:
        - "Кулема"! Я "Сокол -100"! Даю картинку "ударникам", держитесь, мы уже идем к вам!
        Да, про авианаводчиков она забыла. А они подогнали сперва разведывательные беспилотники, а потом по их данным отработали по второй волне десанта ударные беспилотники. И это была не вся их помощь. Часть операторов, с оружием в руках ударили во фланг десантуры. Это еще не решило исход схватки. "Косые" не отошли. Им хватило духа, загнуть свой фланг и встретить операторов своим огнем. Но все-равно, помощь "соколов" была кстати. Стоило им оттеснить немного вражью десантуру от орудий, как пришла заявка на открытие огня от боевой группы "Цирк".
        "Циркачам" тоже пришлось хреново. Пользуясь тем, что артиллеристам стало не до них, пехота косых ворвалась на позиции "клоунов". Отразить эту атаку уже не получалось и "клоуны", те кто еще оставался жив и в сознании, вызвали огонь на себя. В полном соответствии со старинным обычаем, как и положено было на войне. Врага задержали, но высоту Дунькин Пуп защищать стало некому.
        В этот день, они могли полечь все, но этого не случилось. В самый отчаянный момент, когда сил уже не было, в тылу атакующего противника вдруг вспыхнула стрельба и стал слышен отборный русский мат. Подмога все-таки пришла. Пришедшие так вовремя штрафные сотни, сцепились с полевой жандармерией. Та тоже оказалась слеплена из хорошего теста. Опытные и хорошо обученные вояки, мгновенно поняли, что перед ними сейчас неумелый противник. Чем встретить эту отчаянную атаку, у них было. Повторился тот кошмар, что ранее испытала на своей шкуре их десантура: ответный огонь рвал в клочья уже тела штрафников.
        В этой атаке, Петр держался рядом с Фаридом, так они условились заранее. Ад, которым встретили их "косые", был намного страшней того, что они испытали раньше. Но сил душевных, на преодоление страха, теперь было намного больше.
        Кто-то перед атакой, сказал о том, что в старину, идущим в атаку штрафникам запрещалось кричать "ура!" В это поверили и потому орали все, что на душу пришло. Сам Петр, никогда не поганивший свою речь грязными словами, ничего не кричал. Он только повторял про себя пришедший в голову речитатив:
        Не больно, не страшно
        Сойтись в рукопашной!
        Но никакой рукопашной не было. Потеряв почти две трети своего начального состава, они все-таки дошли до перепаханных огнем артиллерии высот.
        После этого, вражеский штурм выдохся. Сегодня продержаться удалось, но положение все-равно было аховое. У Марии в строю осталась едва половина от имевшихся ранее людей. Ирма тоже готова была прийти в отчаянье: людей на вполне исправные артсистемы не хватало. А про авианаводчиков и говорить было нечего. Они теперь с большим трудом могли обеспечить работу своего поста. Со штрафниками, пришедшими так вовремя, тоже нужно было что-то делать. Главная проблема была в том, что командиры, которые вели их сюда и хоть как-то управляли ими, полегли во время атаки. А от неуправляемой толпы, в бою толку немного.
        Надеяться на подход новых подкреплений не приходилось. Вражеский десант, хоть и понес большие потери, но от своих все-таки их отрезал. Была только одна отрада: противник еще не озверел окончательно и коридор для эвакуации раненых дал.
        Предстояло держаться еще два долгих дня.
        Глава 31
        ЦАРЕВ-ГРАД. ВОРОНОВА МАРИНА ЛЕОНИДОВНА.
        Эту девушку, сидящую сейчас за гостевым столиком, Марина Леонидовна знала давно, правда, заочно. Вживую, довелось ее увидеть только сейчас.
        Когда старший сын Василий, пошел "в первый раз в первый класс", учитель определил ему место на "камчатке", так как был сынуля самым рослым в классе. Соответственно, его соседкой по парте оказалась самая высокая из девчонок - Катя Лемешева. То, что Василий был царским сыном, а Катя дочерью работников коммунального хозяйства столицы, никакой роли не играло. Скромность и воздержанность, бывшие отличительными чертами русской элиты со времен Начального Освоения Немезиды, привела к тому, что особых школ для своих детей, местная знать не завела.
        "Все мы русские люди, а значит, особых условий ни для кого не будет!" Эта мысль была во всех внедрена прочно и потому, такое соседство по парте, абсолютно ничего не значило.
        Правда, дети быстро подружились и остались друзьями до самого конца семилетки. И опять, никаких признаков того, что эта дружба переросла во что-то более серьезное, не было. А дальше, Василий поступил в архитектурный техникум, а Катерина в медицинское училище. Неизвестно, что было бы дальше, если бы не война.
        На второй день войны, Вася сбежал на фронт.
        "Мама! Может и рановато идти на войну, когда тебе еще пятнадцать лет, но пойми меня правильно: С моей ряхой и могучей статью, стыдно торчать в тылу в такое время…" - так он объяснил свой поступок в присланном по почте сообщении.
        Насчет могучей стати - тут он был совершенно прав. Двухметровый громила, умевший завязать узлом стальной прут, кандидат в мастера спорта по панкратиону, выглядящий старше своих лет, в тылу смотрелся бы не очень хорошо. Только народ раздражать! Поэтому Марина Леонидовна, отнеслась к его поступку с пониманием, хотя на сердце поселилась тревога. И сердце-вещун не обмануло: провоевав три дня, ополченец Василий Воронов был тяжело ранен и в бессознательном состоянии попал в госпиталь.
        Об этом ей сообщили сразу. Естественно, она сразу помчалась в госпиталь, чтобы навестить кровиночку. К сыну ее не допустили.
        - Он сейчас перенес сложную операцию и находится в регенерационной капсуле, пока не будет закончено восстановление пораженных тканей, автоматика никого к нему не допустит, даже меня - сообщил ей проводивший операцию врач ожогового отделения.
        - С ним все очень серьезно?
        - Внутренние органы не поражены и их работа в норме, а покровные ткани мы нарастим. Не переживайте. Сейчас не как в старину. Все делается очень быстро и качественно. Неделька в капсуле, затем послеоперационный уход в стационаре, а потом отпуск по ранению для окончательной поправки. Увидите его еще.
        - Как скоро?
        - Думаю, что недели через три, мы его переведем на амбулаторный режим. Тогда и увидитесь.
        Посетить госпиталь еще раз не вышло. Быть царицей, это не значит быть домохозяйкой. Государственных и общественных забот хватило с лихвой. А теперь выяснилось, что и на побывку сын не явится. Именно это он сообщил в письме, которое принесла Катерина.
        "Мама! Знаю, что тебе очень хотелось меня повидать. Извини меня пожалуйста, но сейчас это невозможно…"
        Дальше она читать пока что не стала. Не хватало еще расплакаться в присутствии гостьи! Слезы - это потом. Сейчас, нужно уделить внимание подруге сына, а потому, она отложив непрочитанное письмо в сторону, занялась гостьей. Свежезаваренный чай с пирогом домашней выпечки - что еще нужно для непринужденной беседы? Да и разглядеть гостью нужно было, как следует. Рослая, где-то на полголовы ниже Василия, крепенькая, фигура соразмерная. Яркой красавицей ее не назовешь, но не уродка. Наверное, неплохо рядом с Васей будет смотреться. Только смущается сильно. Ничего, сейчас мы ее разговорим!
        - Катюша! Вы каким-нибудь спортом занимаетесь?
        - Занимаюсь. Только все почему-то думают, что баскетболом…
        - А это значит не так?
        - Конечно. Как в двенадцать лет выбрала себе фехтование, так и продолжаю до сих пор им заниматься. Правда, без особых успехов.
        - А дома у Вас как?
        Ответ вполне ожидаемый: Она сама учится на первом курсе медицинского училища и подрабатывает санитаркой в госпитале. Нет, учебе это не мешает. Сейчас все девчонки проходят постоянную практику в госпиталях. Ради этого, им даже поменяли все расписание. Так что особых трудностей никто от этого не испытывает. Стипендию, квартальная община платит достаточную, плюс доплаты в госпитале, так что на жизнь ей хватает. Папа ушел добровольцем на фронт. Мама продолжает работать дворником в столичном коммунальном хозяйстве.
        О последнем, Катерина сообщила своей высокопоставленной собеседнице, изрядно покраснев от смущения.
        - А вот этого Катя, стесняться не стоит. У нас никакой честный труд не является позором. И кстати, дворник - это основа порядка в любой державе! Первый после царя! Не забывайте это пожалуйста.
        Как хорошо, что она в первую очередь политик! Можно спокойным тоном болтать о чем угодно, изрекая банальные истины и отвлекаться при этом от чисто материнских тревог.
        "Кстати, фразу о дворниках стоит распространить. Пусть переварят и осмыслят ее. А то кое-кто начал проявлять неуместный снобизм!"
        Дальше беседа пошла намного оживленней. Болтали о разных пустяках, не касаясь серьезных тем. А потом, проводив гостью, царица вернулась к чтению письма.
        "В детстве, я любил твои рассказы об истории нашей Родины. Ты очень хорошо нам рассказывала о славных делах нашего народа. Ты же нам и рассказала, что все русские царевичи, начиная с Петра Первого, обязательно проходили военную службу.
        Когда у нас появилась своя армия, я твердо решил следовать этой традиции: после окончания техникума, пройти полноценную срочную службу…"
        А вот этими планами он с ней не делился. Впрочем, не важно, что он думал тогда. Важно, как он поступает сейчас. А сейчас он поступает правильно. Как впрочем и его подруга.
        Кстати, о подруге. Раз уж сын поручил именно ей передать послание, значит, их отношения перерастают из простой детской дружбы в нечто более серьезное. Как к этому отнестись?
        Конечно, положение их таково, что на Васино предложение руки и сердца, большинство девиц ответит согласием. И родители этих девиц, возражать не станут. Здесь, как и везде, такие браки заключаются не только на небесах, но и в особняках влиятельных семей. Именно так она сама и выходила замуж. Но всегда ли это правильно? Родство с аристократией не только укрепляет положение правящей династии. Оно еще и повязывает целой кучей не всегда удобных обязательств. А оно это нужно?
        В древности, выходом из подобной ситуации, была женитьба на иностранных принцессах, ничем не повязанных с местной знатью.
        "Но нам подобное не светит. Наша династия не признана никем, кроме собственного народа. Значит и нужно черпать в народе нужные нам силы! В конце-концов, нас с народом роднит одна общая черта: все мы и цари, и простолюдины, являемся потомками бунтарей, бросивших вызов всему миру. Мы не сочли нужным жить по чуждым для нас правилам. Значит, нужно крепче держаться за свои. Мы выжили, возродились и снова приняли вызов, брошенный нашими врагами. И раз у нас нет иной опоры, кроме сил собственного народа, значит следует практический вывод: Любая русская девушка обладает достаточной знатностью, чтобы стать царевной.
        Катерина? Пусть будет она! Это решать Василию".
        Все-таки, она больше политик, нежели мать. Хотя и мать тоже.
        "Накануне, я принял решение, поступить на действительную военную службу и подал заявление об этом, полковнику Субудаеву. Думал, что он мне откажет из-за недостаточности моих лет. Готовился спорить. Но Иван Руссиянович, одобрил мое решение, сказав, что он и сам в этом возрасте начал военную службу.
        Я прошу прощение у тебя и отца за то, что все это проделал тайком от вас. Но ждать наступления совершеннолетия я не в силах. Главное, что никто не упрекнет вас в том, что такой здоровый балбес как я, спрятался за материнской юбкой. И для меня очень важно то, что свой первый воинский чин я заработал на войне".
        Стоп! Не нужно слезы! Они будут, но не сейчас. У тебя, Марина, еще не все дела сегодня переделаны! Сейчас, ты не любящая мать, а расчетливый политик. Вот так уже лучше!
        "Что мы имеем в итоге? Война меняет всю нашу прежнюю жизнь. Мы с Константином не вечны. Рано или поздно, Василий нас сменит. И тут ему как раз, заработанный на войне авторитет, приобретенная популярность, будут ох как нужны.
        Как это будет выглядеть в глазах народа? Юный богатырь, отправился вместе со своим народом на войну. Был тяжко ранен, но не сломался. Поправился и снова ушел на войну.
        Его невеста, будем считать, что все-таки невеста. Обладательница лучших женских качеств. Дочь достойных родителей. А родители и вправду достойны. Улучшенный вариант сказки о Золушке! Вот и пусть эта сказка сбудется! Людям нужны добрые сказки. Жаль, что слагаются они почему-то в недобрые времена!"
        А поздно вечером, завершив все намеченные дела, царица, как и наметила ранее, роняла свои слезы в подушку. Много раз перечитанное письмо от сына, она так и не выпустила из рук:
        "Прошу тебя, передать мой нижайший поклон батюшке, моему братцу и сестренкам.
        До следующего свидания.
        Рядовой понтонно-мостовой роты, Первой Мотострелковой бригады, ваш сын Воронов Василий".
        СЕМЕНОВСКАЯ ГРЯДА. ПОДМОСКОВЬЕ.
        Второй день был не менее кошмарный. И если после прибытия штрафников, людей стало больше, то боеприпасов и техники наоборот стало меньше. Огонь приходилось вести не столь интенсивно. Почувствовав ослабление ответного огня, противник начал новый штурм. Правда, тактику теперь он изменил. Вместо прямых атак, он начал просачивание через имеющиеся в оборонительных порядках промежутки. Иногда удавалось выбить противника с занятой позиции, а чаще всего нет. Весь день ополченцы со штрафниками бегали от одного места в другое, затыкая возникающие "дыры". Особого успеха это им не приносило. Конечно, у них появился какой-то боевой опыт и потерь, подобных вчерашним, они больше не несли. Но и противник теперь нес меньше потерь. Был в этой ситуации один положительный момент: из-за получившегося в результате этих маневров "слоеного пирога", авиация противника, да и тяжелая артиллерия больше не действовали.
        Еще ночью, пользуясь затишьем, остатки штрафных сотен, явочным порядком расформировали, а их бойцы были распределены по ранее бывшим подразделениям. В результате такой перетасовки, Петр и Фарид составили экипаж универсальной скорострелки на самоходном шасси.
        Техника эта была простая, а потому, ничего особенного в ней, новый экипаж не нашел. Стрельба по воздушным целям сегодня не требовалась, а значит, задача их сильно упростилась. Главным было, не лезть на открытые места. Так они и не лезли. Прижимая машину ко всему, что могло послужить в качестве защиты или маскировки, Петр аккуратно подводил установку на позицию для стрельбы, а Фарид, освоившийся на месте оператора, открывал огонь по "косым". Так весь день и промотались.
        К концу дня, "косые" вытеснили их сводный отряд и с Ирининской, и с Федотовской высот, а десантура "косых" смогла занять Световой Холм и тем самым соединиться со своими главными силами.
        Ночью остатки дружины закрепились на Большой Семеновской высоте. Артиллеристы Нойманн, отошли и расположились на плоской вершине Столовой высоты.
        Сил еще на один день боя должно было хватить. Как ни крути, а путь на столицу еще под обстрелом их орудий, а значит, их в покое не оставят. И если они еще удержатся завтра, то послезавтра "косые" их просто добьют и пойдут дальше.
        Правда, были сомнения, что послезавтра для них наступит. Как ни экономили боезапас, а на еще один такой день его не хватит. И опять шутник Фроленко помянул "девушку Надю", которая их пока еще не покинула. Отвечать ему никто не стал. Все сильно вымотались за эти боевые дни и трудовые ночи. Спать хотелось всем.
        - В баньку бы сейчас, да бельишко чистое и можно дальше воевать, - пробормотал Фарид, устраиваясь поудобней.
        - Тоже не отказался бы. Паразиты уже начали доставать. Даже не думал, что ночевка в поле чревата вшивостью.
        - Сколько мы уже на земле ночуем?
        - Не помню, со счета уже сбился.
        - Вот и я не помню. Кажется, что уже целую вечность по-нормальному не спал.
        - Значит, спи как придется! Хорош трындеть! Через два часа на пост заступать! - подвел итог беседе Петр, отчаянно зевнув и проваливаясь в глубокий и такой желанный сон. Сон, которому не могла помешать ни беспокоящая стрельба, ни ломота в натруженном теле, ни даже заедающие их вши.
        КОРОБОВ. ДОРОГА К РЕКЕ СМОРОДИНЕ.
        Принявший в начале войны у Субудаева бригаду, полковник Коробов, несмотря на отсутствие боев, тоже испытывал нужду во сне и отдыхе. И хотя, находясь в резерве, они вели размеренную, упорядоченную жизнь, все-равно Михаилу Семеновичу приходилось многие дела делать в ущерб сну и отдыху. Пополнить бригаду людьми и техникой, поставить прибывшему с Севера спецназу задачу, переформировать и перевооружить штурмбатальон "Зенит", сформировать и вооружить три новых батальона из "лесных егерей"… А ведь с него никто не снимал и обязанности Начальника Полевого Штаба!
        А еще организация и проведение боевой учебы, хлопоты по соблюдению маскировочной дисциплине и организации предстоящего марша…
        А где-то вдалеке шла война.
        Выполняя приказ Субудаева, подчиненные Коробова держали под непрерывным скрытым наблюдением, как Московский терминал, так и прилегающую к нему территорию. Именно они и дали столь необходимые Субудаеву и Муравьеву сведения о прибытии и вводе противником в дело крупных резервов.
        Наконец, получив от Субудаева команду, Михаил Семенович приступил к скрытой переброске своей группировке на юг. Шли лесами, по "хошиминкам", отработанным заранее "облавным порядком".
        На старых стоянках, остались подразделения ополченцев, имевших задачу, изображать наличие ушедшей группировки на прежнем месте.
        Итак, первой целью для удара, был Московский транспортный терминал. Сейчас, когда противник бросил в бой все, что только мог, эта задача была вполне посильна для одного "Зенита". Впрочем, ротой спецназа он их усилил. На всякий случай.
        Второй целью, был назначен гражданский аэропорт, превращенный "косыми" и в базу снабжения, и базу ударной авиации. С этой задачей должен был справиться оставшийся спецназ и приданные ему Особые группы Корпуса "лесных егерей".
        А вот ближайшей задачей его главных сил, был выход в тыл противнику на линию реки Смородина и форсирование ее. Река эта была жутко неудобная. Крупной ее не назовешь, но то, что протекала она по дну глубокого оврага, делало ее серьезной преградой.
        Правда, до нее нужно было еще дойти, а территория россиянского анклава не была свободна от войск противника. Разведка докладывала, что там еще остались какие-то подразделения "косых" не сильно похожие на регулярные части. Более всего, они смахивали на карателей, да и заняты были в основном отловом разбежавшихся по всей округе подпиндосников. Каковы они будут в бою, никто не знал. Значит скидывать их со счета не стоит.
        Субудаев, когда выслушал сомнения Коробова насчет этой помехи, сразу посоветовал:
        - Не трать время на бои с этой шелупонью. Твое дело - оказаться в нужное время, в нужном месте и с достаточными силами.
        - А если они все-таки ввяжутся в бой и попытаются задержать нас?
        - Семеныч! Насколько я тебя успел узнать, ты хоть и не стратег, но как штабной офицер ты многим дашь фору. Твоя задача - так рассчитать и организовать марш своих войск, чтобы даже самые правильные действия противника происходили с опозданием. Это для тебя главное. Ты это сделать сумеешь. А значит, любые выдумки противника, своей цели не достигнут.
        - Значит, противник должен никогда не успевать?
        - Лучше будет, если он "почти успел". "Почти" - это в нашем деле значит очень много. Если просто не успел, то еще можно исправить ситуацию к лучшему. Время на это еще есть. А если "почти успел" - ничего он уже не исправит. И задуманное не исполнит, и отменить его уже не успеет. Именно так и происходит разгром.
        - Значит, суметь победить одними маршами?
        - Иногда, подобное выходит.
        Теперь, когда именно такая операция и подготовлена, Коробов нешуточно переживал. Но переживания, не помешали главному, ради чего и держат на войне штабных работников: тщательному планированию и организации операции. И вот его час настал!
        Ранее, Михаилу Семеновичу не приходилось руководить войсками в бою. Но в самый последний момент, твердая уверенность в успехе задуманной операции у него появилась. Во-первых, противник подставился сам. Во-вторых, должен сработать эффект внезапности. В-третьих, правильное планирование и организация творят чудеса.
        А самое главное, это не опускаться до сплошной импровизации на войне. Война должна идти по ясному и четкому плану! Именно так сейчас и повели войну, находящиеся в его распоряжении войска. И ведь все получилось! Аэропорт и транспортный терминал взяты стремительно и практически без потерь. Особенно порадовал захват аэропорта. Ведь захвачен не только сам объект. Диверсанты Салчака сумели захватить на земле всю авиационную группировку противника вместе с техникой, экипажами и техническими службами. Получилось даже лучше, чем на учениях. На шестой час после начала операции, был обеспечен полный контроль и над транспортным терминалом. Много пленных. Теперь штаб работает над сменой подразделений. "Зенит" и спецназ ему нужны на фронте, а дальнейший контроль в состоянии обеспечить и ополченцы.
        Все восемь походных колонн бригады, двигались не выбиваясь из графика. Те каратели и тыловики противника, что попадались на пути, убегали не принимая боя. Не им тягаться с регулярной воинской частью! Ничего, далеко не убегут! "Лесные егеря" уже приступили к прочесыванию и зачистке.
        Офицеры штаба, на чьи плечи легла большая часть забот по организации марша и поддержанию должного порядка, выглядели довольными. Еще бы! Приятно, когда все идет без сучка и задоринки.
        Коробов, испытывавший в этот момент схожие чувства, тем не менее пытался понять: какой пакости сейчас можно ждать от противника?
        В то, что генералу Чену не доложили о резком изменении обстановки, совершенно не верилось. Спутники на околопланетной орбите должны видеть выскочившие из укрытий русские войска. Откуда сейчас прилетит?
        Прилетело из космоса. Неприятностей это не доставило. Такой вариант был предусмотрен еще в мирное время. Методы противодействия неоднократно отработаны как в виртуальном режиме, так и на войсковых учениях. Именно поэтому, никакого ущерба от орбитальной бомбардировки не было. Войска четко провели маневр уклонения, а средствами ПВО были сбиты те снаряды, что представляли наибольшую опасность для войск. Так что пострадал в основном ландшафт.
        Второй удар из космоса, отражали, когда бригаде оставалось пройти до рубежа перехода в атаку последние полтора десятка километров. И опять противник не добился успеха. Маневр уклонения, но уже выполненный по другому варианту, плотный заградительный огонь и марш продолжился без малейшей задержки.
        Потом выскочили разведывательные беспилотники и одновременно был нанесен артиллерийский удар - колонны прибавив скорости вышли из под удара отделавшись незначительным ущербом. Несколько единиц техники было повреждено и десяток людей получили ранения.
        Было еще несколько коротких и мощных артиллерийских ударов, совсем не задержавших наступления. Кончилось это все боем, на берегах реки Смородина. Вывести из строя переправы, "косые" успели и теперь предстояло форсировать преграду под огнем противника. Чжунхуев было меньше чем русских, видимо это было все, что смог собрать в кулак и бросить в бой генерал Чен. С ходу этот рубеж взять не удалось, ибо противник все-таки успел организовать оборону Пришлось остановиться и начать подготовку к серьезному бою. Потери уже были больше чем ранее, но и крупными их было не назвать. Сил вполне хватало. И самое главное, что это были не собранные наспех, кое-как обученные ополченцы, а кадровые части регулярной русской армии. И вели они нынешний бой не только на равных, но и с некоторым преимуществом.
        ПОДМОСКОВЬЕ. СЕМЕНОВСКАЯ ГРЯДА.
        Третий день обороны, начался для них с короткого огневого налета, произведенной артиллерией противника. А затем, им предложили сдаться. Так же как и в старину, через громкоговоритель.
        Таких призывов к сдаче, Мария наслушалась еще в 41-м году достаточно. Сейчас для нее в этом не было ничего нового. Пусть говорят, если хотят! Время-то идет! Чем больше говорят, тем меньше воюют! Но вот голос!
        Тогда, в 41-м, их призывали к сдаче разные голоса. Иногда, голос из "матюгальника", обещающий немыслимые блага немецкого плена, был чужд, а речь исковеркана. К этому относились спокойно, досадуя лишь на то, что не получится спокойно подремать во время нечаянной передышки. Но были и такие случаи, когда призывающие к сдаче голоса, говорили на правильном русском языке, совсем без акцента. Вот это уже нешуточно бесило всех. И зачастую, ответом на уговоры, был яростный огонь по "матюгальнику". И попадись этот иуда-агитатор в этот момент бойцам, то от скорой и свирепой расправы, его бы никто не спас.
        Сегодня все было похоже, за исключением одного: голос, несущийся из громкоговорителя, говорил на бесившем всех еще в мирное время "полицайском" наречии.
        - Проститутки пиндоские! Уже нашли себе работенку!
        - Быстро же с "косыми" договорились, суки!
        - А у них это в роду так: чей "верх" под тем и жопа!
        - Да им уродам, ходить на панель, не привыкать!
        Привыкшие уже дремать даже под обстрелом бойцы, сон потеряли окончательно.
        - Ирма! Ты можешь засечь этого говоруна?
        - На звук не могу. Не предусмотрено это. А для "геофизики" сигнал слишком слаб.
        - Ну хоть примерно.
        - Не выйдет, Маша, да и снаряда жаль. Мало их осталось.
        Мало осталось не только снарядов. Обойм для "стрелковки" и упаковок с "ручной артиллерией" тоже было не густо.
        "Хрен с ним, с этим болтуном. Пусть поживет еще сволочь! Как-нибудь потерпим его голосок. Главное, что время идет".
        А потом голос замолчал и началась огневая подготовка. И хотя была она заметно сильней, чем накануне, потерь от нее было заметно меньше - люди уже научились и правильно укрытия оборудовать, и до поры не выдавать себя.
        После часового обстрела, в бой вновь были пущены, сперва роботы, а затем и живая пехота. И был этот натиск, вроде бы и не силен, но зато настойчив. Не сумев их смести со своего пути в первый день, "косые" их выдавливали в сторону от дороги на третий день. И был этот бой каким - то занудным.
        Постепенно, враги свое дело делали: мобильные установки теряли ход от полученных повреждений. Скорострелки, израсходовав весь боезапас, превратились в бесполезный хлам. Орудия Нойманн, смолкали одно за другим. Теперь уже бой велся преимущественно личным оружием. Правда, ударные беспилотники еще выручали, да и авиация противника куда-то вдруг подевалась. Еще утром была, а сейчас и след ее простыл.
        Дошло до того, что уже и сама Маша вступила в бой. А что делать? Командирский планшет на КНП, известно чем накрылся. Теперь она управляла боем так же, как это делалось в дремучие времена: через личное присутствие.
        А потом случилось чудо: кода артиллеристы, выпустившие последний снаряд, присоединились к своей пехоте, чжунхуи вдруг перестали атаковать. Более того, они стали отводить свою пехоту подальше от линии соприкосновения. И это в тот момент, когда им отделяла успеха всего пара минут боя!
        - Как ты думаешь, Ирма, что они задумали?
        - Наверное, решили нас с орбиты накрыть.
        - Похоже на то.
        Но и орбитального удара не последовало. И даже обстреливать их перестали. Остаток дня и всю ночь, остатки боевой группы "Мельпомена" ожидали от врага всяческих пакостей. И не дождались! Утром, врага на прежнем месте уже не было. Посланные в поиск группы, обнаружили на прежних местах, только следы пребывания живой силы противника и следы отступления. Не сразу поверилось в то, что для них уже все закончилось. Попытка связаться по коммуникатору с командованием не удалась - "глушилки" врага еще забивали обычную связь, а аппаратура закрытой связи была повреждена.
        Когда уже собирались отправлять делегатов связи, к ним добрался адъютант Субудаева:
        - Живы, как я посмотрю.
        - Да не понятно, как надолго, - мрачно ответила Ирма.
        - Ну почему не понятно? Лично нам все ясно, "косым" сейчас не до вас. Им теперь лишь бы ноги унести. Так что для вас здесь все кончилось.
        - Полковник Вам поручил что-то нам передать? - перевела разговор на деловые рельсы Мария.
        - Только то, что лично он всем вам очень благодарен, что рад за всех вас и велено всем добираться до сборного пункта. В резерв вас переводят.
        - А что у наших?
        - Наступают наши. Успешно наступают. Так что хана наступает "косым"!
        - Хорошо, если так. И куда нам выдвигаться?
        ПОДМОСКОВЬЕ. СУБУДАЕВ.
        Мой адъютант слишком приукрасил действительность. Конечно, удар Коробова, дал замечательные результаты. По всем сетям показывали штурмовой флаг "Зенита" водруженный над диспетчерским пунктом Московского транспортного терминала. Это значило, что Первая и Третья дивизии противника отрезаны теперь от своей орбитальной базы снабжения. Сухопутной связи с другими группировками у них не было изначально, а захват аэропорта лишил их и воздушных путей сообщения, не говоря о том, что и боевая авиация выведена из строя. Все это так, успех значителен. Но не окончателен. На рубеже реки Смородины, победное поначалу наступление захлебнулось. Генерал Чен, начал планомерный отвод своих войск по всему фронту и собирать их во внушительный "кулак". Ему удалось быстро создать на Смородине вполне устойчивую оборону и пока не кончились у него боеприпасы, драться может долго.
        Чтобы сорвать ему это удовольствие, я нанес еще один удар разрыв между Первой и Третьей дивизией, угрожая разделить группировку врага на две изолированные части.
        Войск в составе возглавленной мной ударной группы, было совсем немного и это были не первосортные войска: Всего-то две батальонные тактические группы, наспех собранные из "лесных егерей". Для девяти батальонов Третьей дивизии, это вообще не проблема, если бои ведутся в обычных условиях. Но в том-то и дело, что обычных условий я им не предоставил. Дал эффект обычный мой подход: любой, даже самый правильный ответ противника, должен хоть не на много, но опаздывать. И бил я не по боевым подразделениям, а по тыловым. И господство в воздухе у нас было абсолютным. В общем, как писал один хороший поэт:
        Сотня тысячи слабее,
        Но если путь найдет вернее,
        То сонмы тысяч сражены.
        Егеря, вынырнувшие внезапно из леса, артиллерия, протащенная через густые заросли в самом прямом смысле на руках и ударные беспилотники, непрерывно наносившие по противнику удары, свое дело сделали. Третья дивизия, бросая все, что могло мешать отходу, рванула через густые леса на соединение с Первой.
        И если Первая дивизия еще сохранила свою прежнюю боевую ценность, то Третья ее стремительно теряла.
        Три дня боев, и положение врага стало безнадежным. Помощи ему ждать было неоткуда. Муравьев, приведя свои войска в порядок, тоже начал давить и весьма успешно. Коробов и его штаб уже гадали, что предпочтет генерал Чен: погибать в бою или сдаваться на милость победителя? Не произошло ни того, ни другого. Чен был совсем не прост и штаб его работал неплохо.
        Всю ночь мы вели подготовку к продолжению наступления. Утром, в виду того, что обстановка не прояснилась, провели разведку боем и этот удар провалился в пустоту. За ночь, генерал Чен, оставив раненых и больных на милость противнику, умудрился вывести свои войска из под удара. По всей линии соприкосновения, там, где еще недавно гремели ожесточенные бои, войск противника больше не было. Только брошенная за неисправностью техника и кое-какие склады.
        Мастерство противника, осуществившего уход из под удара, вызывало досаду. А еще восхищение того кто в этом понимал. То, что противник, попав в опасную ситуацию, не имея больше на руках тех козырей, которыми обладал раньше, не стал упираться рогом, было правильно со всех сторон. Ничего, кроме гибели или плена его войскам такой расклад не сулил. Вопрос только в том, куда чжунхуи отступят?
        И снова подняты беспилотники, и снова ушли в поиск разведчики. К полудню, войска противника были наконец обнаружены. Противник, прикрывшись арьергардными отрядами, уходил в самую гущу лесов. К вечеру, стало ясным и направление общего отхода: чжунхуи уходили по проложенным еще в мирное время колонным путям, строго на юг, в сторону Белогорской возвышенности. Туда, где были наши тайные базы для развертывания партизанской войны.
        И что тут делать? Замысел Чена понятен. Заняв Белогорскую возвышенность, он получает легко защищаемый плацдарм, с которого со временем, накопив сил, можно повторить наступление на столицу. А оборудовать посадочную площадку для ударной и транспортной авиации, он сумеет. Так что, разгрома он избежал.
        Связавшись с Коробовым, я ориентировал его в возникшей ситуации:
        - Знаешь Семеныч, веди преследование только до границы лесов. Вглубь не суйся.
        - Ты что-то понял?
        - Чен не просто так туда ушел. Не знаю, думал он об этом заранее, или придумал когда припекло, но если сунешься в эти леса, ничего кроме разгрома тебя там не ждет.
        - И что тогда ты предлагаешь?
        - Разведку конечно в леса эти заслать стоит, как ни крути, но пригляд не помешает. А войска оставь пока на месте. И первую бригаду, и войска Муравьева. Приводи их в порядок, пополняй и просто жди. Если я прав, то скоро чжунхуи сами оттуда уберутся.
        - А Ставка согласится с этим решением?
        - Ставку я уговорю сам. Главное, чтобы вы сами не дергались напрасно.
        Глава 32
        БЕРЛОЖСКОЕ КНЯЖЕСТВО. ДЖОНАТАН КАПРУЧЧИ.
        Спокойный обыватель и неистовый творец - вот как можно было охарактеризовать инженера Капруччи. Робкий в обычной жизни и пылкий во всем, что касалось его работы. Склочный нытик и старательный работник. Противоречивая в общем-то натура. Такие люди никогда не добиваются успеха в жизни самостоятельно. С последним утверждением, Джонатан был согласен на все сто процентов. Если бы на него не обратила своего внимания Джулия и не взяла бы над ним опеку, он так и остался бы серой, незаметной для начальства фигурой.
        То, чего он добился за последние три года, произошло с подачи его великолепной пассии. Джонатан об этом знал и воспринимал как должное. Здесь, в этом захолустье, где творились странные и не совсем понятные дела, именно она и была его ангелом-хранителем. Благодаря ей, его положение было стабильным, а слово весомым.
        Но и собой Джонатан мог гордиться. Пройти за три года от рядового кандидата до руководителя конструкторского бюро, тоже нужно было уметь. И ведь он не просто делал карьеру, он всей своей работой сумел доказать себе и людям, что выбор заказчика ошибочным не был. Ранее не реализованные способности, нашли достойное применение! Видит бог, он вложил в этот проект все, что только мог.
        Не ограничиваясь только конструкторской работой, Капруччи добровольно взял на себя и функции авторского надзора. И заказчики это оценили по достоинству. Излишне говорить о том, что подобная старательность не осталась незамеченной и была материально вознаграждена. Никогда он не зарабатывал таких денег, а сможет ли заработать их в другом месте еще неизвестно. Не это было главным! Главным для него было то, что люди, ворочавшие огромными деньгами и обладавшие другими солидными возможностями, относились к нему с вниманием и уважением. Да разве только они?
        Руководивший работами на верфях Ламберт ван дер Берг, выходец с планеты Фрисланд, построил за свою жизнь немало кораблей. Правда, выше мастера он так и не поднялся. Ибо кастовость везде была сильней таланта. Теперь Ламберт наконец-то сумел встать во главе большого дела! И то, что он сумел этого добиться, только спустя десяток лет после ухода на пенсию, его совершенно не смущало. Ведь он любил свое дело! Именно поэтому, он и подружился с недотепистым конструктором, углядев в нем родственную душу. Даже подчиненные Ламберта, грубые и хамоватые, старавшиеся держаться от всякого рода "белых воротничков" на дистанции, и те были с Джонатаном приветливы.
        В принципе, эта жизнь, которой жил Джонатан Капруччи в последние три года, его вполне устраивала. Руководство масштабным проектом, само по себе занятие не скучное. А еще интересное. Он и сам не заметил того, как сильно он изменился за это время. Деньги - деньгами, но теперь, он запросто мог работать, как говорили русские и "за идею".
        Развлечения? Вот с этим тут было негусто, особенно на первых порах. Тем не менее, они были. Дважды в год, он с Джулией проводил отпуск на Сикулле - карантинной планете из ближайшей обитаемой звездной системы. Стараниями людей Энтони Фроста, в субтропической зоне Сикуллы, начал развиваться курортный бизнес. Именно там и проводили свои отпуска все, кто был занят на работах в Берложье. Правда, понятие о хорошем курорте у мафиози было своеобразным. Не все места на этих курортах стоило посещать приличным людям. В чем однажды Джонатан и убедился. Тогда, не разобравшись в местных особенностях, случайно зайдя в наркобар, он оказался нечаянным участником кабацкой драки. Драться он отродясь не умел, а потому, был "вырублен" мгновенно. А потом, его подобрал полицейский наряд и доставил в участок. Долго его там не держали. Приехавшие за ним крепкие парни, вызволили его оттуда и доставив в коспопорт, отправили в Берложье. Случай вроде бы и рядовой. Вон, Майкл Денсе, регулярно в подобные истории влипает. Обычно, все оканчивается простой выволочкой. Но в отношении Капруччи поступили иначе.
        Едва он явился пред светлы очи своего начальства, как ему мгновенно напомнили, что он в отличии от Денсе, является матросом Русских Военно-Космических Сил и спрос с него, совсем иной. Какой? Десять суток строгого ареста! И за что? Попытка оправдаться: "Я не дрался, это меня били!" - была сочтена неуместной. Вот и провел он остаток отпуска в карцере. На хлебе и воде. В самом прямом смысле этого выражения.
        Почему так озверело начальство, ему объяснила Джулия:
        - Милый! Дело не в том, что ты участвовал в драке. Все дело в том, что ты попал в полицию.
        - А что мне нужно было еще делать?
        - Что угодно! Пойми, наше общество построено на традициях. Если хочешь, чтобы тебя уважали - следуй традициям. Ты ведь матрос военного флота! Ты можешь победить в драке или проиграть бой - это тут еще поймут. Но сдаваться! И кому? Паршивым полицейским? Здесь так не поступают!
        - Так меня ведь подобрали в бессознательном состоянии!
        - Нет, вы только гляньте на него! "Меня подобрали…" Милый, надеюсь, что я в последний раз слышу от тебя подобный лепет. Впрочем, я приму свои меры!
        И ведь приняла! На следующий день, она, не слушая возражений, затащила его в спорткомплекс и представила тренеру:
        - Виталий! Я хочу, чтобы этот тюфяк, наконец-то стал мужчиной! Нет, чемпион по мордобою мне не нужен, но постоять за себя он должен уметь.
        Виталий, оглядев внимательно Джонатана, остался им не очень доволен:
        - Знаешь, Юля, поздновато ты его конечно привела, но что-нибудь я сделать попытаюсь. Тут стараться придется отменно. Этот парень явно не спортсмен.
        - Виталий, но хоть на что-нибудь он способен?
        - Панкратион ему явно не подойдет. Силенок маловато в этом теле. Боевое самбо - навряд ли он ловок для этого. "Русский стиль" не подойдет по тем же причинам. "Пехотный бой" - можно даже не мечтать. Он где этот "фонарь" заработал?
        - В кабаке, причем низкого пошиба!
        - Притоны, значит, любит посещать?
        Джонатан от стыда готов был провалиться в самую преисподнюю. Ведь что получается? Джулия вообще не считает его ни на что не способным! А ведь это правда. Та же Джулия, сильная и ловкая, вполне способна с одного удара повалить крепкого мужика. Но разве он виноват, что родился маленьким и слабым?
        - В общем так, мужик, - тренер наконец-то соизволил заговорить с ним, - маленький рост, недостаток природной силы и ловкости, в общем, от таких подвоха обычно не ждут. "Партизанский комплекс рукопашного боя" - вещь простая и подленькая, как раз для таких как ты. Толпу конечно ты не разгонишь, да и единоборство с опытным противником не выиграешь, но отбиться и уйти целым, сумеешь. Если конечно будешь упорно заниматься.
        - Виталя, ты не беспокойся, я сама прослежу, чтобы этот охламон прилежно занимался.
        - А мое согласие кто-нибудь спросил? - этот вопрос Капруччи задал больше для порядка. Ведь не дело это, когда твое мнение никому не интересно.
        - А тебя вообще никто не будет спрашивать! Ты ведь, милок, у нас на службе? Вот и служи! Не хочешь сам - заставим приказом. Считай, что он уже есть. Не веришь? Напрасно! Ты ведь знаешь, что я об этом позабочусь.
        Впервые он видел, как Джулия начала злиться. Такой он ее еще не видел, а потому, благоразумно решил промолчать.
        - Круто ты с ним. Кстати Юль, лучше будет, если ты с ним вместе будешь ходить. Тебе ведь тоже нужно форму поддерживать.
        - Хорошо Виталя! Так и поступим.
        С этого вечера, для Джонатана началась каторга. Каждый вечер, после работы, он два часа проводил на занятиях в спорткомплексе. Несмотря на то, что "Партизанский комплекс" считался облегченной системой рукопашного боя, рассчитанный на слабо подготовленного человека, легко от этого не было. Первое время, Джонатан чувствовал себя настолько плохо, что на забавы с пассией его совсем не тянуло. Тело постоянно болело от непривычных физических нагрузок. Вся эта затея, выглядела сплошным издевательством, ведь сил так и не прибавилось, ловкости больше не стало, а умения… Об этом лучше помолчать. Еженедельный спарринг ясно показывал, что в драке от него мало толку. Да что там спарринг? "Плевательница" - автомат выплевывающий в обучаемого увесистые шары, тоже был непреодолимым препятствием. Умение увернуться от брошенных в тебя предметов, прививалось с огромным трудом. А метание в мишень различных увесистых деталей? Мишень ведь легко уклонялась от его бросков!
        Джулия, как и обещала, тоже посещала эти занятия, но занималась она в другом зале и по другой системе. Вот уж воистину триумф молодости и здоровья! В отличии от своего любовника, она чувствовала себя после занятий намного бодрей.
        Так и тянулась эта жизнь. Работа, спорт, а потом немного личной жизни. Все это было вполне терпимо, хотя и тяжело физически. Время летело незаметно и заканчивался трехлетний срок работы по контракту. И тут на Капруччи свалилась беда. Причем с неожиданной стороны. К нему приехала троюродная сестра Лара Фишер. Это была катастрофа! Уж в этом он нисколько не сомневался.
        ЛАРА ФИШЕР - МОЛОДАЯ СТЕРВА И ПЕНСИОНЕРКА.
        Вообще-то, проект "Берлога" считался секретным. Правда, авторы этого проекта, что Воронов, что Собак, прекрасно понимали, что шила в мешке не утаить. Если стараться скрыть все и вся, то ничего ты не скроешь. А потому, они пошли другим путем. Со стороны все выглядело так, что россиянский финансовый магнат Собак, спевшийся с мафиозным деятелем Фростом, затеяли вполне легальный бизнес в сфере реального производства. Власти Сообщества, ничего плохого в этом не углядели. Да и реагировать пока еще рано. Дело это еще толком не налажено, еще и неизвестно, выйдет из этого толк или нет. Вот если получится, то тогда можно и думать, что с этим делать: просто "доить" этих ребят или технично "отжать" их бизнес.
        В основном скрывалось активное участие русских в этом деле. Правда и тут никто не надеялся на полное неведение властей. Рано или поздно, пиндосы поймут, что и главное кто все это затеял. Но если работать аккуратно, то года три можно было хранить в секрете факт присутствия в Берложье столь одиозного для Сообщества народа. А дальше, "война план покажет".
        Именно из этих соображений, корабли Контрабандного Флота, были приписаны к системе Сикуллы. Там же были зарегистрированы и кредитно-финансовые учреждения Берложского княжества, да и вспомогательные службы находились на самой Сикулле.
        Все, что нужно было скрывать от посторонних глаз, находилось на самих орбитальных комплексах и посторонних туда не пускали. Но разве это препятствие для такой скандальной особы, каковой являлась Лара Фишер? Лично Джонатан в этом нисколько не сомневался. Сколько он ее помнил, она всегда была таковой. Даже когда она была всего лишь школьницей, он стремился избегать лишний раз ее видеть. Маниакальная склонность к порядку, занудство, упрямство, склонность к морализаторству - надежно скрывало все то хорошее, что в ней могло быть. В общем, больше пяти минут, с ней никто не мог нормально общаться. От нее шарахались. Она это видела и обижалась. Со временем, характер ее нисколько не улучшился. Правда, был небольшой период, когда в ней проклюнулись неплохие человеческие качества. Это когда она вышла замуж. Тогда, все с удивлением отметили, что это чудовище может быть добрым и веселым. Увы! Длилось это недолго, всего два года. И закончилась эта идиллия тем, что однажды Лара "застукала" своего благоверного с любовником. Вот тут она и показала все, на что способна обманутая в лучших чувствах женщина! Разбитая
о голову супруга кухонная утварь, сломанная мебель, которой она в ярости колотила любовника мужа - брутального вида особь, работавшего охранником в фирме мужа, все это было только началом. Терпеть рядом с собой столь подлого "смазливого педераста", она не стала и подала на развод. Правда, отошедшие от первоначального шока незадачливые герои-любовники, сумели ей тоже подгадить: подали на нее в суд. За дискриминацию в отношении сексуальных меньшинств. Все это было настолько мерзко и противно, что проигравшая судебный процесс Лара, стала настоящей мужененавистницей. Попытка найти себе хорошую подругу, тоже была неудачна и породила в ней убеждение в том, что "все женщины - изрядные сучки и потаскухи. Одна я не такая. Только этого никому не понять". Вот так и получилась из нее законченная стерва, считавшая, что вокруг нее одно дерьмо. Что оставалось у нее еще в этой жизни? Посиделки с престарелыми кумушками, для которых уже все позади, да работа, на которой ее как ни странно, ценили. Но и этому вскорости пришел конец. Ей "стукнуло" тридцать пять лет! В Сообществе, для женщины это уже пенсионный возраст.
Что в этом плохого? Да вроде бы и ничего. Когда выходишь в отставку в столь молодом возрасте, можно полностью посвятить себя личной жизни, тем более, что пенсия была неплохой. Большинство женщин так и поступало. Именно в этом возрасте и принято было заводить детей. Но это для большинства. А для Лары, выход на пенсию стал кошмаром. Личной жизни у нее нет, и не предвидится. Раньше ее время и энергию поглощала работа, так теперь-то ее нет! Куда девать уйму свободного времени? И кто его знает, чем бы закончилось для нее столь длительное безделье, если бы не тревога мамочки Джонатана за судьбу своего ненаглядного сына. То, что сын, против обыкновения, неплохо устроился, хорошо зарабатывает и делает карьеру, это конечно радовало. То, что он не забывает свою мамочку, радовало еще больше. Вот только фирма какая-то подозрительная! Не было раньше такой! Уж не впутался ли сынок в какую-нибудь дурно пахнущую историю? Съездить и все разузнать на месте, ей было страшно. А тут такая удача! Свободная от всяческих дел и строгая в вопросах морали племянница! Кому как ни ей, провести "домашнюю инспекцию" и не спасти
своего кузена от дурного влияния плохих людей, если такие окажутся рядом? Уговорить Лару на поездку в Берложье, труда не составило. Та и сама подумывала о том, чем заполнить свой досуг. Сложность была в другом: просто так туда не попадешь. Впрочем, именно для мисс Фишер, подобные трудности роли никакой не играли. В отсутствии настойчивости ее еще никто не упрекал. Вот так она и оказалась там, где ей были совершенно не рады. Джонатан точно был ей не рад. Правда, портить ему сложившуюся жизнь, кузина не стала. Она просто принялась все вынюхивать и высматривать. Ей конечно много куда не было хода, и свою деятельность она ограничила изучением обстановки в местах общего доступа. Но, как выяснилось позже, ей и этого хватило для того, чтобы сделать нужные выводы.
        Сам Капруччи, не имевший в достатке свободного времени, общался с ней урывками, но и она не стремилась к длительному общению с ним. Так и прошел целый месяц с момента ее прибытия в Берложье. А кончилось это все весьма необычно.
        В тот день, был сход со стапелей двух первенцев местного судостроения: разведывательно-ударных крейсеров "Миша" и "Маша". Рядовое для остальных верфей Галактики событие, обставили как праздник. Ламберт ван дер Берг, руководивший работой на верфи, вспомнил о красивом старинном обычае, когда спускаемый на воду корабль, "крестили", разбивая бутылку с вином об форштевень. Космос, конечно, не море, но русским эта идея понравилась. "Крестной мамой" для первенцев, по настоянию Джонатана, стала его несравненная Джулия. Правда, пришлось конструкторам непланово поработать и сконструировать бутылкомет вместе с поворотной башней для "крестной": все таки, космос и берег моря, это разные вещи.
        Все получилось зрелищно и здорово. Стоя за пультом управления в прозрачной башенке, Джулия, одетая в свое лучшее платье, на глазах у собравшихся "виновников" этого события, лихо выстрелила бутылями с красным вином по сходящим со стапелей кораблям. Ей удалось "поймать момент", когда воздух в стапельном отсеке еще не весь вышел, а вино именно разлилось по носовой части сходящих кораблей. Стоит ли говорить о том, что русские не поскупились и вместо стандартных бутылок, Джулия разбивала двадцатилитровые бутыли?
        А потом был банкет. И опять, хозяева не поскупились на хорошее угощение. В этот день пили все причастные и даже непричастные. Джонатан, никогда не злоупотреблявший алкоголем, тоже слегка пригубил. Шумных застолий он тоже не любил, а потому, посидев немного, собрался тихо и незаметно исчезнуть. Не удалось! На его пути встала пресловутая Лара Фишер:
        - Братец! Ты куда? У меня есть к тебе серьезный разговор.
        "Началось! Как было без тебя все хорошо!"
        - Давай Джонатан, отойдем в сторону. Не беспокойся, твоя Джулия уже в курсе, что ты пошел поговорить со мной.
        "И тут уже успела!"
        Они отошли в ближайшую рекреацию и расположились в скрытой зарослями высаженных на искусственном грунте растений, беседке.
        - Скажи мне братец, ты намерен продлевать свой контракт?
        - Сложный вопрос, кузина. Я даже не знаю, как на него ответить.
        - То есть, решения ты еще не принял? Напрасно!
        - Ты советуешь мне уехать отсюда? Я правильно тебя понял?
        - Неправильно! Я советую тебе продлить контракт. А еще лучше будет, если ты останешься среди этих людей насовсем.
        Джонатану подобная мысль приходила и раньше. Вот только чем больше он вникал в подробности здешних дел, тем тревожней ему становилось. Здешние хозяева ему определенно нравились. Работать на таких - сплошное удовольствие. Только как это оценят власти Сообщества? Как ни смотри, но это преступники. Причем, злостные и не склонные к исправлению преступники. Возможно, что если он не станет продлевать контракт, то ему за это ничего не будет. Но что тогда дальше? Работать в Сообществе у него уже не выйдет. Новый работодатель обязательно наведет о нем справки. И что он узнает? Что он, Джонатан Капруччи, предыдущие три года делал карьеру в преступной организации? И кому он такой будет нужен? Именно это он и объяснил кузине.
        - Ерунда все это. Я знаю, что все вы с большим трудом меня терпите, но мой мерзкий характер еще не делает меня дурой. Я ясно вижу, что за этими людьми есть перспектива и тот, кому они будут обязаны, сможет найти здесь свой шанс. Потом, когда они добьются успеха, сделать у них успешную карьеру будет намного сложней. И уж если решаться, то лучше сейчас.
        - А если они потерпят неудачу?
        - И что? Элита всегда останется элитой, даже если мятеж окончится неудачей. С ними в любом случае будут договариваться. А вот с тобой, такой как ты сейчас, никто договариваться не будет. Но если ты решишься изменить свою жизнь, то ты изменишь ее к лучшему. Ты войдешь в состав планетарной элиты, если мятеж окончится неудачей или сразу в имперскую элиту, если у русских все получится.
        - Каким это образом? Я ведь просто наемный работник, как и тысячи других, подобных мне. Нас наняли, потому, что у русских нет своих кадров в этой сфере. Появятся свои кадры - с нами просто вежливо расстанутся.
        - Это будет еще не скоро. Да и вряд ли они станут прогонять тех, с чьей помощью они добились успеха. А уж ты, если не будешь дураком, можешь всего добиться прямо сейчас.
        - Лара! Ты просто фантазируешь. Как я смогу войти в круг здешней элиты? Они ведь не станут уступать мне своего места!
        - Очень просто. Если ты женишься на своей Джулии…
        - Что даст мне женитьба на простой учительнице? Она мне конечно очень нравится и я даже ее люблю, вот только она не самая большая здесь шишка.
        В ответ, Лара Фишер сперва весело засмеялась, а потом промолвила:
        - Джонатан! Ну нельзя же всю жизнь быть наивным дитем! Ты уже три года спишь с ней в одной постели и ничего о ней не знаешь. А вот я, уже за неделю сумела узнать о ней все самое важное. Семья Портинарри - это очень влиятельная на Немезиде семья. Им принадлежат обширные виноградники и оливковые рощи, рыборазводные предприятия и заводы биосинтеза, в их распоряжении целый ряд транспортных компаний. В общем, Джулия настолько богата, что совсем не нуждается в том жаловании, которое платят тебе. Но это не главное. Богатых людей много и не все из них достаточно влиятельны. Так вот, позиции семейства Портинарри на местном политическом Олимпе весьма заметны и прочны. Ведь Джулию и прочих здешних боссов, отобрал и направил сюда лично их правитель! Это не просто так. Это ядро будущей элиты Берложья. В общем, братец, судьба дает тебе шанс.
        - Может быть, я сам за себя решу? Почему все так и рвутся решать за меня мою судьбу? Лара, хоть ты не лезь в мои дела!
        - Как знаешь, кузен. Но я тебе плохого не советую. Тем более, что ты и сам созрел для нужного тебе выбора.
        Настроение у Джонатана слегка испортилось. То, что ему сейчас растолковала кузина, было для него новостью. Он действительно не интересовался прошлой жизнью своей любовницы. Считал, что так будет лучше. А что вышло в итоге? Женитьба на столь богатой и влиятельной дамочке, дело несомненно выгодное. Только кто будет мужем в этом дуэте, а кто женой? Альфонсизм какой-то получается! Нет, такие неравные отношения ему не по душе. Возвыситься таким способом? Увольте! Особенно, если он решит тут остаться. Все, что он успел узнать о русских, говорило о том, что его будут уважать как хорошего работника. Та связь, что существует у него с Джулией, скорее всего, вызывает у них одобрение. Но стоит жениться и все мгновенно изменится. На него станут смотреть как на приспособленца, целиком зависящего от воли своей супруги.
        "Что же тут можно сделать? Как мне быть? И с Джулией расставаться не хочу, и разговаривать с ней как с равной не получится. Если бы я свое положение завоевал собственными усилиями, а не ее покровительством, я бы набрался смелости и сделал бы ей предложение. А так… Нужно чего-то добиться исключительно собственными усилиями".
        - Братец, - Лара обратилась к нему очень тихо, предварительно оглядевшись по сторонам, - я тебе скажу одну вещь, только ты о ней никому не рассказывай!
        - Обещаю молчать как рыба.
        - В общем, твоя Джулия, в добавление ко всему является схоластиком Ордена Иезуитов.
        - Лара! - Джонатан и сам перешел на шепот, - как такое может быть? Ведь иезуитов, как тоталитарную секту, разогнали давно, два века тому назад!
        - Их остатки нашли себе приют и убежище у русских.
        - Стоп! А как женщина может быть монахом этого ордена? Там ведь были только мужчины!
        - Теперь и женщинам можно там состоять. И Джулия не монахиня. Она схоластик. А схоластикам можно вести светскую жизнь и даже вступать в брак.
        - И как ты это все успела разузнать?
        - Знаешь, ты только этого тоже никому не говори, русские на время моего пребывания, назначили мне куратора. Его зовут отец Фернандо. Очень достойный мужчина. Нет, ты только плохого ничего не подумай, - впервые Джонатан увидел, как Лара покраснела, - в общем, ничего такого у нас не было. Мы только беседовали. Вот он мне про нее все и рассказал. Ну, наверное не все, у них ведь тоже есть свои тайны.
        Теперь понятно, почему Лара вдруг стала себя с ним нормально вести. Раньше, она такой была только перед свадьбой. В общем, наверное втрескалась она в этого отца Фернандо. Причем, здорово втрескалась.
        - Знаешь, Лара, давай на этом закончим этот разговор. Мне, прежде, чем принять решение, нужно все тщательно взвесить и обдумать. Да и тебе это не мешает. Мы ведь мало что знаем о здешних хозяевах. Ты главное мамочку мою успокой.
        В ПЕРВЫЙ ПОХОД.
        Вопрос о повышении собственной значимости, теперь стал главным для Капруччи. Быть просто начальником КБ, этого было недостаточно. Следовало придумать что-нибудь иное. Такое, что перевесит в глазах окружающих его людей богатство и влиятельность его избранницы. Как быть и что тут делать, никто подсказать не мог. Искать выход из создавшегося положения нужно было самому. Так или иначе, но разговор с кузиной подтолкнул его к принятию решения о продлении контракта. Джонатан теперь твердо решил, что останется у русских. Тут Лара была права: ничего более лучшего, судьба ему не предлагала. Она кстати, тоже не стала никуда уезжать. Более того, отправив отчет о "проведении инспекции на месте" миссис Капруччи, она вообще никуда уезжать не стала, а занялась какими-то непонятными хлопотами. Спустя короткое время, она явилась к кузену в приподнятом настроении:
        - Братец, можешь меня поздравить, я принята на службу!
        - Куда принята? Кем принята? Ты ведь пенсионерка? Кто тебя вообще мог принять? Это же нарушение закона и твоих прав!
        - Объясняю по порядку. Несколько дней назад, я записалась на прием к Его Светлости князю Хвостову. Очень вежливый и приятный между прочим человек. Вот у него я и попросилась на службу. Я ведь еще не старуха, сил и энергии у меня хватает, маразм от меня еще далек, а потому могу неплохо выполнять свои обязанности. А насчет закона… В общем, русские живут по своим законам и плевали на все другие. По их законам, никто не имеет права отправить меня на пенсию, даже если я рожу ребенка. У них и пенсий-то совсем нет…
        - И что тебе предложили?
        - Так, как я не являюсь гражданкой Русского Мира, то мне предложили статус вольнонаемного работника, работающего по заключенному контракту. Увы братец, гражданство здешнее я заработаю еще не скоро.
        - Так что конкретно тебе предложили?
        - Не стоит спешить, дай мне все рассказать по порядку!
        - Я внимательно тебя слушаю.
        - Так вот, Его Светлость, выразил свое восхищение тем, что я сама ищу для себя службу, а не жду, когда мне ее кто-нибудь, когда-нибудь предложит. И спросил, какой род деятельности я хочу для себя избрать? - Лара, бывшая в приподнятом настроении готова была смаковать любые, самые мелкие детали прошедшего собеседования.
        - И что ты ему ответила?
        - А то, что непорядок, имеющий место быть в системе снабжения, лично мне виден невооруженным взглядом. Он просто раздражает любого компетентного специалиста. "Но я, Ваша Светлость, готова взять на себя хлопоты по исправлению замеченных мной недостатков". Именно так я ему и заявила!
        - Его не обидела подобная наглость?
        - Ну зачем так плохо думать о Его Светлости? Он меня правильно понял и совершенно не обиделся. Он даже обрадовался моему предложению! И вот теперь, я принята на службу во флотское интендантство. Что это такое, мне уже объяснили, то что его практически нет - тоже объяснили.
        - А ты?
        - А меня это устраивает! Проще все создать на пустом месте, чем переделывать созданное до тебя. Думаешь не справлюсь? Ошибаешься! Логистика она везде логистика. А я между прочим, ей достаточно занималась и вовсе не в офисе сидела, а отвечала за снабжение крупной фирмы, производящей косметику.
        - Лара, но косметика и флот…
        - Никакой принципиальной разницы, для того, кто в этом понимает.
        Бедные интенданты! Бедное интендантство! Вы скоро узнаете, какого монстра вам назначили начальником. Это сейчас она в хорошем настроении и с ней можно нормально разговаривать. Скоро все поменяется. Лара развернется во всю ширь и во всю дурь. Она это умеет! И будут у нее ходить строем все - и интенданты, и даже пылинки на складах. Впрочем, пылинок у нее точно не будет, потому, что уборщики у нее тоже будут ходить строем!
        Но это были еще не все новости. Оказывается, она собралась пройти обряд крещения. Ей срочно теперь нужны крестный отец и крестная мать. И если с крестным отцом она вопрос решила, то в качестве крестной матери она хочет видеть именно Джулию Портинарри и никого другого!
        - Это отец Фернандо тебе посоветовал? - а она оказывается умеет смущаться.
        - Он, но я не вижу в этом ничего плохого, что бы ты не думал…
        - Думаю, что он к тебе тоже неровно дышит.
        - Ну и что? Предложит создать семью, думаешь, что я откажусь?
        - Так священникам вроде бы не положено вступать в брак. Ну целибат там и все такое.
        - А вот и нет! Соборным решением христиан Немезидской Католической Церкви, целибат для пастыря объявлен добровольным делом, а жизнь пастыря в законном браке не считается греховной.
        - Это тебе тоже отец Фернандо объяснил?
        - Не угадал! Это отец Симон взял на себя труд просветить меня в вопросах веры и исполнения обрядов.
        В общем, мисс Фишер начала устраивать свою судьбу. Дай бог ей счастья на этом пути! И чтоб не вышло все у нее как в первый раз. А вот что делать ему?
        Ответ на этот вопрос дала начавшаяся война между Сообществом и Чжунхуем. К тому дню, крейсера "Миша" и "Маша" уже прошли процесс достройки и холостого испытания технических систем. Теперь они должны были пройти ходовые испытания, и после устранения возникших замечаний и неполадок совершить свой первый разведывательный рейд. А на стапелях уже были заложены ударные крейсера "Топтыгин" и "Потапыч", корабль управления "Умка" и первый в серии контрабандный крейсер, так и не получивший своего названия.
        И именно в этот день, Джонатан напросился на прием к князю Хвостову.
        - Я не понимаю Вас, Капруччи, зачем Вы проситесь в поход? Вы ведь конструктор, а не флотский офицер.
        - Ваша светлость, это первый в моей жизни подобный проект. Не стану уверять Вас, что мы предусмотрели все возможные случаи. Такого просто не может быть. И к тому же, экипажи на кораблях неопытные. В общем, нештатные ситуации при проведении испытаний возможны и наверняка будут. Для ваших флотских специалистов, есть вероятность принятия неверных решений во время исправления неполадок. А я знаю эти корабли лучше всех. В общем, мое присутствие при проведении испытания лишним не будет.
        - Хорошо, кто останется за Вас в КБ?
        - Я бы посоветовал оставить вместо меня Майкла Денсе. Он пожалуй, подойдет в качестве моего постоянного заместителя.
        - Кураторы о нем придерживаются иного мнения.
        - Их мнение ошибочно. Майкл достаточно опытный и сообразительный человек. Должен неплохо справиться.
        - Ну что же, если Вы так считаете, то мы так и поступим. Кстати, как мне доложили, вчера Вы получили гражданство нашего мира. Это решение добровольное?
        - Да, это было моим решением и к тому же, как мне объяснили, трехлетнее пребывание на действительной военной службе, дает мне право на получение гражданства.
        - Вам все правильно объяснили, - Геннадий Леонидович встал из-за стола и подошел к Капруччи, - более того, Вы теперь получили право на повышении в звании. Поздравляю Вас старшим матросом!
        - Рад стараться Ваша Светлость!
        А потом были сборы и прощанье с Ларой и Джулией. Впрочем, провожали всех участников похода. А потом, отряд кораблей, состоящий из двух разведывательно-ударных крейсеров и мобильной мастерской "Левша", отправился на проведение испытаний. Флаг-инженер отряда, старший матрос Джонатан Капруччи, вместе со своими помощниками ушел в этот поход на "Левше".
        Они вернулись назад спустя три месяца. Джонатан был