Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Товарищ жандарм Станислав Сергеевич Сергеев
        Меч дедов #1
        Месть. Сладкое слово для потерявшего близкого человека и не ждущего подарков от продажного правосудия. Бывший сотрудник военной контрразведки Службы безопасности Украины решил сам наказать убийц и устроил бойню по всем правилам военного искусства, но система такого не прощает. Зажатый в горах Крыма беглец, чтоб не выдать армейских друзей, помогавших в акте святого правосудия, бросается в пропасть, но судьба или славянские боги, посмеявшись, решили дать ему второй шанс. Теперь он офицер Отдельного Корпуса жандармов Российской империи, на дворе 1853 год, и уже очень скоро собранная по Европе англо-французская банда при поддержке турок нападет на Родину, и запылает осажденный Севастополь…
        Станислав Сергеев
        Товарищ жандарм
        
        Особая благодарность за помощь при написании книги иконструктивную критику:
        Сергею Павлову «Мозгу» - без его пинков инравоучений, наверное, книга не вышла бы всвет, Юрию Борисовичу Панько, известному как Борисыч, давнему другу исоратнику, заражающему своим спокойствием, оптимизмом иделовитостью, Дмитрию Березину, старому другу еще по службе вСевастопольском горвоенкомате, ставшему реальным прототипом одного из главных героев книги, Андрею Владимировичу Черенкову, за великолепную вставку со стороны княжны Тихвинской, и всем остальным посетителям, читателям, критикам синтернетфорумов, «Литостровка» и«Самиздата», кто не оказался равнодушным.
        Все совпадения среальными событиями илюдьми случайны излого умысла не несут, акто думает иначе, то его проблемы. С уважением, Станислав Сергеев
        Пролог
        Лето 1853 года только началось, апо дворцу уже гуляли слухи оскорой войне стурками. Николай Александрович, любимый внук нынешнего императора, пока далекий от политических проблем, вместе смладшими братьями часто убегал вбольшущий парк Царского Села, скрываясь от нудных преподавателей иохранников-гвардейцев. Он представлял себя исследователем дальних инеизвестных стран, пробираясь сквозь кусты ипрячась от зорких взглядов караулов, охраняющих императорский дворцовый комплекс.
        Этот день был такой же, как ивсе: после обязательных занятий по географии, риторике, латинскому ифранцузскому языку он всопровождении своего воспитателя проследовал на обед, где по давно установленному порядку собиралась вся дружная семья цесаревича Александра Николаевича. Особым гостем была тетушка Мария Николаевна скузиной Машей, которые приехали погостить на родину иповидаться ссемьей Наследника.
        Когда все уселись за стол ипоблагодарили Господа за дарованные яства, за дверью раздались крики, возня, что-то глухо бухнуло, ивстоловую ворвались люди, одетые вгвардейскую форму. То, что это были не гвардейцы, наметанный взгляд Николая, выросшего среди военных, определил сразу. Отец, попытавшийся оказать сопротивление иприкрыть собой беременную супругу, был повален на пол исвязан. Нападавшие, судя по ругани икрикам - поляки, захватили весь флигель, где проживала многочисленная семья цесаревича, без особых проблем отбились от вялой попытки освободить захваченных вплен. Для демонстрации серьезности своих намерений бандиты вывели на крыльцо троих горничных ичетверых слуг ина глазах гвардейцев, готовящихся кновому штурму, просто ибез особых изысков их расстреляли. Причем стреляли так, чтоб люди умирали не сразу инекоторое время мучились икриками устрашали изаложников, итех, кто вбудущем попытается их освободить.
        Николай до сих пор ссодроганием вспоминает тот момент, когда связанного батюшку, сбольшим синяком под глазом, ввели вкомнату. Один из бандитов приставил кживоту матушки нож иначал кричать, что убьет жинку наследника москальского царя иего нерожденного ублюдка, апотом вырежет всех сыновей иих головы отправит вподарок деду, русскому императору.
        На все это приходилось смотреть Николаю, которого цепко держали за волосы изаставляли смотреть на унижение отца. Он сдетства привык куважению ипочитанию, атут какие-то… себе такое позволяют. Николай попробовал извернуться иукусить обидчика, но тот наотмашь ударил его ладонью по лицу. Вголове зашумело, имальчик, которому еще уколыбели на верность присягали великие князья, братья его отца, ощутил во рту привкус крови, авдуше начал загораться недобрый, но холодный ирасчетливый огонь ненависти. Может быть, именно эта затрещина, полученная маленьким мальчиком, будущим русским императором НиколаемII от обнаглевшего от безнаказанности польского шляхтича, ирешила судьбу Царства Польского инарода, его населяющего…
        Отец грустным взглядом окинул комнату, бандитов, держащих его сыновей ипо первой команде готовых пустить кровь, испуганную супругу, которая из последних сил старалась не терять самообладание, прижав ксебе самого маленького - Алексея. После тягостной паузы Николай ссодроганием услышал хриплый иусталый голос отца, всегда такого сильного ибодрого:
        - Чего вы хотите? Вы же не просто так нас оставили вживых.
        Глава бандитов, крупный, харизматического вида поляк, оглянувшись на невысокого скромно одетого мужичка, тихо примостившегося вуглу, высокопарно высказался:
        - Мы хотим поменять ваши жизни на голову одного маленького человечка.
        Отец иронично скривился, кивнул головой иссарказмом вголосе ответил:
        - Голову Осташева вам подавай?
        Поляк оскалился.
        - Верно мыслишь, наследничек. Так что бери перо, бумаги ипиши послание своему батюшке, государю императору.
        Николай опять поразился спокойствию своего отца, авдуше начал гадать, что же за человек такой этот Осташев, раз ради него заговорщики на такое преступление пошли. Цесаревич долго думал, но, тем не менее, снова окинув взглядом своих детей, выглядевших испуганными галчатами, исупругу, старающуюся держать себя вруках, сел ибыстро набросал на листе бумаги письмо, адресованное русскому императору.
        После того как письмо было передано через парламентеров, их развели по разным комнатам. Мальчики сидели вспальне под охраной постоянно сменяющихся двух заговорщиков. Мама, тетя Маша скузиной находились вдругой комнате под присмотром двух полячек, которых специально взяли для присмотра за высокопоставленными дамами. На ужин их всех снова собрали вбольшой гостиной, и, увидев заплаканные глаза мамы исиняк на лице кузины Маши, Николай понял, что не только он сбратьями сегодня получил взбучку.
        Их так держали два дня, утром завтрак, потом снова разводили по комнатам, обед, опять по комнатам, иужин. Гнетущая обстановка давила на нервы, идаже игривые инепоседливые братья уже выглядели подавленными ивялыми. Один отец, после обеда обняв сына ипогладив его по голове, как-то странно сказал, скорее, разговаривая сам ссобой:
        - Болваны, они все равно опоздали. Дверь уже открыта…
        Третий день начинался как обычно, вот только вобед пришли парламентеры иустроили стрельбу ввоздух почти под окнами. Поляки сначала перепугались изабегали как тараканы, но, выяснив, что те им сообщили, начали поздравлять друг друга: завтра утром перед всеми будет казнен капитан Отдельного корпуса жандармов Осташев, согласно договоренности вобмен на жизни Наследника ичленов его семьи.
        Захватчики сэтого момента стали вести себя развязно ипозволяли себе гнусные выказывания вадрес русского императора, отца, матери.
        Вечером, когда один особенно рьяный шляхтич сильно толкнул беременную цесаревну, отец так жестко тряхнул обидчика, что тот отлетел вугол, ударился головой об стену ипотерял сознание. Поляки долго били ногами упавшего от удара по голове цесаревича, пока их не остановил все тот же невысокий скромно одетый иностранец, который, видимо, всем тут заправлял.
        В эту ночь не спал никто, прекрасно понимая, что завтра решающий день. Николай исступленно молился образу Святой Богородицы ниспослать спасение для батюшки, матушки ивсего их семейства от злых заговорщиков. Разум десятилетнего мальчика отказывался понимать, авот интуиция наследника древнего русского рода, выработанная столетиями интриг, кровопролитий, заговоров, подсказывала, что завтра решающий день и, если его переживут, то жить будут очень долго. Он, Николай Александрович Романов, исступленно обещал всевышнему, что сделает все, чтобы никогда больше не допустить такого, чтоб русские люди боялись усебя дома нападения иноверцев.
        Утро началось как всегда, разве что поляк-охранник уж слишком жестко ибесцеремонно их сбратьями повыкидывал из постелей. Вэто время парламентеры принесли завтрак для всех обитателей Зубовского флигеля Екатерининского дворца, ився семья снова собралась вбольшой столовой.
        Тут сулицы раздались крики, итрое охранников осторожно подошли кокнам. Что там происходило, Николай не видел, но судя по их лицам, им это нравилось. Прошло несколько томительных минут, ипрямо под домом раздалось несколько выстрелов, иполяки радостно заголосили. Один из них запел какую-то боевую песню, многие его поддержали имало кто услышал негромкий щелчок. Голова поляка, стоящего улевого открытого окна, разлетелась как спелый арбуз, разбрызгав вокруг красные ошметки.
        Щелк! Второй поляк, получив пулю вгрудь, как подкошенный упал возле окна. Песня еще продолжалась, авокне, как какое-то привидение из потустороннего мира появился человек встранном пятнистом наряде со множеством карманов, на голове был шлем, как удревнего рыцаря, обтянутый тканью стакой же расцветкой, как ивесь наряд, глаза закрыты какими-то прозрачными стеклами, лицо измазано зеленой краской. Он висел на веревке, встав одной ногой на подоконник инаправив на людей вкомнате какой-то странный пистолет сдлинным иочень толстым стволом.
        Хлоп! Хлоп! Хлоп! Выстрелы напоминали хлопки владоши, но Николай, ксвоему изумлению ивосторгу, увидел, как охраняющие их поляки один за другим падают на пол, обливаясь кровью. Вголове за несколько мгновений, равных двум-трем ударам сердца, пролетели мысли оспасении, ниспосланном на его горячие молитвы. Всоседнем окне появился второй такой же человек, снеобычным ружьем вруках. Один из поляков, прятавшийся за тетушкой Марией, выхватил пистолет ивыстрелил впоявившегося пятнистого рыцаря. Тот, получив пулю вгрудь, отлетел обратно иповис на веревке, застонал, но не перестал двигаться истал пробовать снова вернуться вкомнату.
        Хлоп! Иполяк упал на пол, получив последнюю пулю от первого «рыцаря», который тут же закричал:
        - Все на пол! Быстро под стол!
        Но самое интересное было втом, что батюшка не удивился, иво все горло гаркнул на своих детей:
        - Под стол!
        Дети, перепуганные стрельбой икриками, быстро спрятались под столом. Над головой снова раздались выстрелы ипара взрывов, когда кто-то схватил Николая за ногу ивытянул из-под стола. Он сначала попробовал вырваться иукусить обидчика, но это оказался обычный матрос, спистолетом за поясом, ссерьгой вухе. Он мозолистыми руками подхватил внука императора, прижал его кгруди, окатив запахом лука идешевого табака, и,не раздумывая, выпрыгнул вокно.
        Там они упали на натянутую парусину, раз подпрыгнули, итут же их стащили на землю, иНиколая уже подхватил другой человек, но тоже матрос; снова прижав кгруди иприкрывая своим телом, бегом бросился прочь от опасного дома, где вовсю слышалась стрельба ивзрывы.
        Уже потом, когда все это закончилось изаговорщики были уничтожены, аотец лично на руках из дворца вынес беременную супругу, их всех осмотрели лучшие врачи идевушка, которую все уважительно называли - госпожа санинструктор Станкевич, он наконец-то увидел легендарного капитана Осташева ссолдатами специального отряда, освобождавшего заложников. Он стоял встороне от бегающих исоздающих видимость служебного рвения придворных ибеседовал сдедом - императором, отцом игенералом Дубельтом. Они все были такими же, как ивпервый раз, когда Николай увидел тогда вокне главного из них, идущего на штурм, - пятнистая форма, шлемы, необычная амуниция иоружие, высокие ботинки, лица, измазанные зеленой краской втон кформе - ивыглядели не просто грозно, они выглядели несокрушимо ина фоне гвардейских мундиров, ккоторым Николай привык сдетства, эти люди всвоих пятнистых нарядах напоминали леопардов, охотящихся среди павлинов.
        Именно тогда маленький мальчик, авбудущем грозный император НиколайII дал себе слово, что он рано или поздно наденет эту форму ибудет так же освобождать испасать русских людей.
        Намного позже, будучи капитаном войск быстрого реагирования Департамента имперской безопасности Российской империи, пройдя через горнило кровавой Североамериканской кампании, когда под руководством легендарного генерала Осташева горстка спеназовцев сумела отстоять богатейшие золотом, нефтью, металлами земли Аляски, когда, будучи майором, уже под командованием генерал-полковника Оргулова участвовал вдерзком ночном штурме дворцового комплекса османского султана иприбивал русский щит на врата Царьграда, он вспоминал тот первый день знакомства сэтими необычными людьми.
        Возложив на себя все бремя управления империей после смерти отца, императора АлександраII, он наконец-то узнал, что значит фраза, которую так часто повторял его отец: «Ипатиевский подвал», иНиколай содрогнулся от той участи, которая была уготована его Родине.
        Глава 1
        Когда-то нас было три товарища, мы были молоды, полны сил исоптимизмом смотрели вбудущее. Мы служили вСевастопольском горвоенкомате и, благодаря тому, что были одногодками, быстро нашли общий язык ивпоследствии сдружились. Компания молодежи нашей части была немаленькая, но со временем люди приходили, уходили, но наша тройка оставалась неизменной. Горвоенкомат расформировали, ипосле этого каждый пошел по своему пути, делая карьеру. Но, тем не менее, отношения мы поддерживали ипо возможности помогали друг другу. Намного позже, когда уже снял погоны изанимался бизнесом, удивлялся тому, что я, вобщем-то, не пьющий человек, мог расслабиться только вкомпании своих военных друзей, авот сбизнес-партнерами такого позволить себе не мог. Поэтому нашу дружбу ценил как что-то светлое, доброе, как воспоминание оюности, когда все было просто ипонятно. Наши пути разошлись: Мишка Логинов перевелся ввоенный комиссариат Автономной республики Крым вСимферополе, откуда по-тихому перебрался вреспубликанское управление СБУ иостался служить встолице Крыма. Димка Березин после расформирования нашего военкомата перевелся
вштаб ВМСУ ичерез некоторое время транзитом через разведуправление флота перевелся вКиев вглавное управление разведки ГШ МО Украины. Я, Александр Звонарев, тоже не сидел на месте ипосле кучи различных проверок перевелся вуправление военной контрразведки СБУ вСевастополе. Работа была интересная, но для личной жизни совершенно не оставляла времени, хотя на ближайшие несколько месяцев уменя планировалась свадьба. Ленка оказалась девушкой сноровом, но курс прокладывала четко, ия, подняв лапки, ждал марша Мендельсона. Все было вполне неплохо, ибудущее мое виделось светлым ибезоблачным.
        Эта история началась через год после свадьбы, когда первое впечатление иновизна отношений сошли на нет ивсе теперь виделось вином свете. На службе как раз начался аврал - будучи оперативным работником, яносился по подконтрольным частям ирасследовал обстоятельства смерти матроса от передозировки наркотиков. Делом занималась игарнизонная прокуратура, но, со своей стороны, мы тоже плотно работали по этому направлению, используя агентурные каналы получения информации. После нескольких месяцев плотной работы была раскрыта целая сеть поставки тяжелых наркотиков ввоинские части гарнизона ирезультатом стала совместная операция управления военной контрразведки СБУ, гарнизонной прокуратуры иотдела по борьбе снезаконным оборотом наркотиков вСевастополе. Основную силовую часть операции проводили менты, которым тоже для отчетности нужно было поставить себе галочку за очередное раскрытие, иотряд Беркута по нашей наводке взял штурмом дом цыганского барона, откуда шел основной поток наркотиков.
        Когда беркутня всех расставила по стеночкам инарод из прокуратуры имилиция занимались бумажной работой, ая, закутанный для приличия вбронежилет, стоял всторонке исоздавал видимость присутствия военной контрразведки, ко мне обратилась старая цыганка со странной просьбой.
        - Покажи руку.
        - Щас. Вот мне делать нечего. Встань на место…
        Но не тут-то было. Похоже, вся эта процессуальная тягомотина должна была продлиться до поздней ночи, и, спрятав пистолет вкобуру, япозволил цыганке поездить мне по ушам, под иронические смешки пятнистых амбалов из Беркута. Но, кмоему удивлению, вместо обычной лапши, цыганка рассказала интересные вещи, которые заставили задуматься.
        - …Придет время, иты снимешь погоны, ибудешь служить другому хозяину. Стобой по жизни идут два друга, которые, как тени, всегда будут рядом. Когда окончательно потеряешь то, что уже потерял, ты прольешь кровь врагов мечом дедов. Ты будешь ждать смерти, но судьба тебе даст шанс…
        Я часто потом вспоминал эти слова. Как-то ради интереса навел справки про эту цыганку, но оказалось, что она давно умерла иникаких дополнительных разъяснений получить не смог.
        Потом началось реформирование, аточнее сокращение армии исоответственно пропорционально сокращались органы военной контрразведки. Мне предложили перевестись из Севастополя далеко инадолго, но это не устраивало, поэтому перед самым рождением сына яуволился исженой переехал вСимферополь, где по рекомендации Мишки Логинова устроился вкомпьютерную фирму. Потом были несколько лет съемных квартир ибезденежья, скандалов инервотрепки. Новое место работы - мы сдвумя друзьями организовали свою фирму. Будучи одним из учредителей, ястал заниматься любимым делом - корпоративной безопасностью. Вот тут как раз снапарниками повезло. Юрка Панков, надежный ипростой человек, один из лучших вгороде специалистов по оргтехнике, иСерега Оргулов, бывший морпех, сдвумя высшими техническими образованиями. Серега, так же как ия, закончил севастопольскую Нахимку, только на три года позже. Мы сэнтузиазмом раскручивали свою фирму, но первые три года, конечно, были очень трудными. Жена вышла на работу, иссыном дома сидела теща. Пока яподнимал свой бизнес, со скрипом, со стоном иночными переработками, эмоционально теща выдавила
меня из семьи, и, когда материальное положение стабилизировалось ипозволило купить свою квартиру, оказалось, что мне вэтой семье уже нет места. Моя роль была проста инезавидна: просто добытчик, человек, который приносит деньги, но не более того, без права голоса ибез своего мнения. Кудивлению, вотношении ко мне со стороны жены яувидел все стандартные схемы поведения, которые наблюдал всемье тещи итестя, мастерски заклеванного ииз нормального военного превратившегося взатюканного алкоголика. Попытки достучаться до разума жены как-то не увенчались успехом, ивитоге после одного из скандалов науськанная тещей Ленка послала меня далеко инадолго, ая, уставший быть человеком-бумерангом, которого посылают, аон возвращается, собрал вещи иушел. Сначала было тяжело, от одиночества выл по ночам, потом пошел взагулы, менял подруг, как перчатки, но это было недолго, поэтому месяца через два успокоился иполностью погрузился вработу, периодически удивляясь женской недальновидности. По сути дела, «любимая» теща ради того, чтобы не возвращаться ксебе вдеревню, все перевернула так, что ушел я, аона надолго осталась
возле дочери ивнука, не думая об их дальнейшей судьбе. Замучившись отбиваться от наглых материальных претензий, явыставил жене неплохие алименты ипериодически старался встречаться сребенком, который, несмотря на все, скучал по отцу. Первое время ядержался, потом звонил, упрашивал, пытался достучаться, но все это расценивалось как признак слабости иэмоциональной зависимости ивызывало ужены только презрение. Ответом были только увеличивающиеся суммы, которые по совету тещи Ленка старалась выдавить уменя. Впоследнее время яуже названивал для того, чтобы утвердиться всвоем решении менять жизнь, хотя было трудно - пока еще любил яэту стерву исына. Со временем устал, перегорел от этого всего иуспокоился.
        Как не складывалась личная жизнь, так успешно развивался бизнес. Ктому времени Серега Оргулов, которому просто наскучила наша фирма, уже свалил вслужбу безопасности коммерческого банка, где прописался один из его дружков, а я сБорисычем, так друзья называли Панкова, продолжал дальше тянуть фирму кпроцветанию. Своя квартира, потом машина, сначала «жигуленок», потом «Шевроле» икак венец моих фантазий джип «Митсубиси Паджеро» сдизельным двигателем. Оргулов, скоторым мы поддерживали дружеские отношения, умудрился меня заразить тягой кохотничьему оружию. Как бывший ипотомственный военный, вкачестве первого своего оружия, которое должно быть простым инадежным, сбольшими трудностями при оформлении приобрел себе карабин «Форт», гражданскую переделку легендарного АКМ, которые снимались сконсервации ипосле определенной вивисекции продавались населению, помешанному на стиле «милитари». Как истинный военный, ядолго выбирал сам ствол, ходил по оружейным магазинам ивитоге стал обладателем новенького карабина 1964 года производства веще консервационной смазке. Техническая красота, надежность идух той страны,
вкоторой было произведено это оружие, завораживали, ичастенько яего просто брал вруки иразговаривал как сбоевым товарищем. Уже тогда знал, точнее - чувствовал, что карабин сыграет вмоей жизни определенную роль. Яне стал его переделывать, менять цевье, пистолетную рукоятку на новомодные пластиковые прибамбасы, оставляя оружие впервозданном виде. Только договорился соружейным мастером, который приделал боковой кронштейн для крепления оптического иколлиматорного прицела. Достал самопальный глушитель, который впринципе не был запрещен, ичтоб не привлекать особого внимания, частенько выезжал на природу один или сдрузьями, расстреливал десятками недорогие патроны 7,62?39, апотом вечером сособым удовольствием разбирал оружие итщательно его вычищал, как новорожденного ребенка.
        Так ипротекала моя жизнь: фирма развивалась, сменялись подруги, росло благосостояние, но все было как-то серо иоднообразно. Впоследнее время стал задумываться осмысле такой жизни. Да поездил по стране имиру, холодильник всвоей квартире был забит дорогой жрачкой, на улице стояла шикарная блестящая машина. Вроде как все основные атрибуты успешной жизни имелись вналичии, разве что длинноногой блондинистой подруги для полного комплекта не хватало, но тут ясебя не мог пересилить иопуститься до такого уровня. Одно радовало - Мишка Логинов иДимка Березин все еще оставались друзьями, скоторыми яподдерживал отношения, ипо возможности мы собирались, гудели, как вмолодые годы, ивспоминали совместную службу.
        Все перевернулось весной, когда, вернувшись из командировки, яна домашнем автоответчике услышал рыдающий голос тещи, которая что-то пыталась сказать про Ленку. Давние чувства шевельнулись вдуше, иянемедленно перезвонил иузнал, что Лены больше нет. Как втумане, ягнал на джипе через город ивот сижу на кухне, где постаревшая теща сквозь слезы рассказывает, как это случилось.
        Ее нашли на обочине дороги за городом. Она истекла кровью. Сначала расследование пошло быстро ирезво, нашли свидетелей, видевших, как она вступила вперепалку сгруппой молодых татар, которые ее затащили вмашину иувезли внеизвестном направлении. Их нашли, вмашине обнаружили следы тщательно замытой крови Лены; подозреваемые, пойманные по горячим следам, стали давать признательные показания. Но потом все изменилось - подтянулись юристы Меджлиса, которые быстро нашли общий язык со следователями, дело освещалось как очередное «преследование крымско-татарского народа», исо временем подозреваемые были отпущены под подписку оневыезде. Домой ктеще постоянно звонили сугрозами, амилиция как будто оглохла иникак не реагировала на заявления об угрозах. Частенько возле дома дежурила машина, вкоторой всегда сидели три-четыре человека схарактерной внешностью. Впрокуратуре, где половина состава следователей уже состояла из крымских татар, только посмеивались иоткрытым текстом посылали тещу подальше, сопровождая оскорблениями на своем языке.
        Я не стал идти вмилицию исветить свое присутствие. То, что оттуда идет прямая утечка информации - не сомневался, поэтому чтоб что-то предпринимать, надо было сначала собрать всю информацию ипровести рекогносцировку.
        Я забрал тещу исына ксебе домой, отзвонился на работу Борисычу, который уже знал про то, что случилось сЛеной, исообщил ему, что беру срочный отпуск. На следующий день снял сдепозитных счетов все деньги, купил пару простеньких мобильных телефонов инесколько левых симкарт.
        С одной их них отправил смс-ку по номеру Мишки Логинова содной фразой «Сильный шторм», что говорило окрайней степени опасности, истал ждать. Через час уже сдругого номера перезвонил Мишка.
        - Привет.
        - Здорово.
        - Все так плохо?
        - Очень.
        - Тогда вечером, на нашем месте.
        - Заметано.
        Уже втемноте мы сидели сМишкой на скамеечке недалеко от лесопосадки итихо переговаривались. Яему рассказал свою версию, аон выслушивал, задавал наводящие вопросы и, вникнув впроблему, коротко спросил:
        - Будешь мстить?
        - Аты бы на моем месте?
        - Потом будешь всю жизнь скрываться? Аосыне подумал?
        - Акак мне дальше-то жить? Они-то, как делают, пырнул ножом нашего ивУзбекистан прятаться, итам его никто не найдет. Подождут, пока забудут, за бабки подчистят базы, пропадут из дела бумажки вмилиции, ивозвращаются они обратно чистенькими ичестными.
        - Саня, давай не будем делать скоропалительных выводов, явсе уточню, тихо иосторожно, чтоб никого не насторожить, апотом уже примем решение.
        - Хорошо. Яжду от тебя звонка.
        Прошла неделя. Явразных охотничьих магазинах закупил пару тысяч патронов для своего карабина, причем все это делалось на моих друзей-охотников, таких же фанатов советского оружия, владельцев АКМов икарабинов СКС. Тут очень помог Оргулов, который всегда усебя всейфе держал не меньше полутысячи патронов. На один интересный почтовый ящик из интернет-кафе отправил короткое сообщение «Сильный шторм» истал готовить пару съемных квартир, на случай перехода на нелегальное положение. За городом, влесу, на всякий случай сделал закладку спалаткой, продуктами длительного хранения итеплыми вещами, запасом топлива инебольшим бензогенератором. Купил пару ноутбуков изарегистрировал несколько беспроводных интернет-модемов на левых людей. Пока было время, винтернете собирал всю возможную информацию по крымским татарам, по выживанию вэкстремальных условиях, по боевой технике, оружию, рукопашному бою, хотя последнее было на уровне увлечения.
        Через неделю Мишка снова вытянул меня на прежнее место, и, соблюдая все правила конспирации, мы снова встретились.
        Разговор был тяжелый. Он знал Ленку, имы часто гуляли семьями, поэтому его это тоже задело.
        - …Дело сливают. Как только япопытался проявить интерес, на тех людей, через которых янаводил справки, сразу началось давление. Вобщем, там все заряжено иочень серьезно.
        - Что совсем ничего?
        - Ну, почему же. Мы ж стобой не на колхозном складе служили, иКонтора пока тоже что-то значит.
        - И?
        - Изнасилование, тяжкие телесные, неоказание помощи. Ну, вобщем, полный набор.
        - Фигуранты? Хоть что-то смог скопировать?
        - Обижаешь. Вот флэшка, на ней сканы всего дела, причем до того, как его подчистили - вмилиции тоже есть нормальные люди. Там адреса фигурантов, где учатся, кто родители. От меня там справочка, более подробная обизнесе родителей, зарегистрированных машинах, ну ивсе такое, что по нашим базам смог нарыть.
        - Посмотрю.
        - Это не все. Про тебя уже справки вКонторе наводят. Как начал копаться вэтом деле, яукадровиков на всякий случай поставил маркер на тебя, если кто начнет дергаться, чтоб мне сообщили.
        - И?
        - Был запрос из прокуратуры АРК. Унас народ ухохатывался, такие перлы не часто встретишь. Их, конечно, культурно послали, сославшись на то, что ты уже не состоишь даже вкадровом резерве идело находится вархиве, но они будут добиваться и, думаю, втечение месяца все-таки что-то получат.
        - Понятно.
        - Димыча уже вызвал?
        Я коротко кивнул.
        - Значит, решил силовой вариант устраивать. Ну, Димка, сего диверсионной подготовкой тут будет всамый раз, вот только он вроде взаграничной командировке ивряд ли успеет.
        - Акак же иначе. Сейчас смолчим, проглотим, за наших детей примутся. Они исейчас воткрытую говорят, что скоро всех вырежут…
        Мы помолчали, затем Мишка подал голос:
        - Саня, чем яеще тебе смогу помочь?
        Этого вопроса яждал, соответственно и«скромный» ответ был заготовлен.
        - Чистые стволы, взрывчатка, новые паспорта, новое свидетельство орождении на Славку, заверенное унотариуса разрешение на вывоз ребенка за границу от матери, на его новое имя. Если со стволами не получится, то хотя бы пару травматиков на базе ПМов или револьверы, чтоб гильзы потом не искать. Да иглавное - сваргань мне несколько левых ксив, конторские, ментовские ипрокурорские.
        - Н-да, запросики. - Он помолчал, как бы на что-то решаясь. - Саня, явсе сделаю, все что могу, даже больше того.
        Мы встали иобнялись. Оба понимали, что это последняя наша нормальная спокойная встреча.
        - Спасибо, брат.
        Через два дня яполучил ответ от Димки, который как всегда находился на другом конце шарика. Пришлось связываться по скайпу, ияему коротко обрисовал ситуацию, сбросив заархивированный под несколькими паролями звуковой файл. Через час он коротко ответил.
        «Не спеши, потерпи недельку. Ятут закрою сделку искоро ктебе присоединюсь».
        Я перешел на нелегальное положение ипередвигался по городу на левом «жигуленке», который на время одолжил уодного знакомого.
        Когда вмагазине спорттоваров закупал кое-что из туристского снаряжения, на случай, если придется прятаться где-то вгорах, мне на мобильник позвонил Серега Оргулов слевого телефона.
        - Саня, привет.
        - Здорово, Серега.
        - Саня, язнаю, что утебя случилось. Надеюсь, когда начнется стрельба, ты меня позовешь? Яж вроде как не мальчик сулицы, все-таки вморской пехоте столько оттрубил…
        Горло сдавил спазм. Мне трудно было говорить. Серега, нормальный, честный мужик, которому можно доверить спину. Но унего была жена, Светка, сын иналаженная жизнь, ккоторой он долго стремился. Если для Мишки иДимки такие операции - ну, не то что бы обычное явление, но не экстрим, исемьи свои они смогут защитить, то Серега тут беззащитен и, если ввяжется вэту историю, то ему придется туго. Нет. Если уж сильно прижмет, то только тогда может быть, ито…
        - Спасибо, Серега. Но пока не спеши, если будет необходимость вкрепком плече, яктебе обращусь…
        И отключил телефон. Потом вытащил симку, сломал ее ивыкинул вурну. Спрошлой жизнью покончено. Спасибо тебе, Сергей, но уменя нет другого выхода, ииногда дружба состоит втом, чтобы не ломать другу жизнь.
        Через два дня Мишка подогнал новые документы: паспорт, права, свидетельство орождении сына. Ивсе это время собирал информацию опротивнике, маршрутах движения иподыскивал место для проведения акции. Мишка через некоторое время переслал списки должностных лиц, кто участвовал вразвале дела иприкрывал этих подонков. Судя по всему, тут мститель-одиночка явно не справится. Потом неожиданно нарисовался Димка, как всегда ироничный, загорелый ипредельно собранный. На одной из съемных квартир мы собрались втроем иначали планировать операцию.
        Димыч, тот вообще официально находился вЮжной Америке иприехал по левым документам, которых унего, как уподполковника военной разведки, было несколько комплектов. Мишка официально через два дня уезжал вРоссию, кколлегам из ФСБ, для обмена опытом. Япо плану, должен был завтра улететь ссыном из аэропорта Симферополь вТурцию и, оттуда сделав несколько скачков через Прагу, где со специально нанятой нянечкой оставлял Славку, по поддельным документам вернуться встрану. Все легенды, документы, билеты обеспечивал Димка, учитывая нынешние возможности, достигший высоких чинов ввоенной разведке.
        Еще через четыре дня мы снова собрались на конспиративной квартире иприступили кконкретным действиям. Видимо, Димыч итут припряг свою службу, иоб этом деле иоб определенных фигурантах имел несколько более полную информацию, чем Мишка, который как раз иварился вкрымском котле ипо идее должен был быть более информированным, иэто не только настораживало. Создавалось впечатление, что Конторе просто мешают работать.
        Основных фигурантов было четверо. Двое из них, укого родители были весьма состоятельными, учились вТаврическом национальном университете Симферополя, третий работал на автомойке, ачетвертый торговал на рынке. Всех четверых без особых проблем повязали, немного попинав для приличия, ивтечение дня вывезли за город вусловленное место. Потом слевых телефонов позвонили родителям, которые принимали самое активное участие вподкупе следственных органов, ипредложили еще раз заплатить за детишек, но теперь не за их свободу, аза жизнь. Причем жестко намекнули, что ворганы лучше не обращаться. Они ине стали: уних были свои менты, которых они неофициально все-таки привлекли кделу. Когда было назначено место ивремя встречи для обмена, по данным радиоперехвата ипрослушивания, они активно стали собирать соплеменников икместу встречи чуть раньше назначенного срока подъезжала целая колонна.
        Мы тоже неплохо подготовились. Радиостанции, несколько фугасов, растяжки, пулемет Дегтярева времен Великой Отечественной войны, который откуда-то умудрился притащить Мишка, винтовки сглушителями. Яприхватил свой карабин, ккоторому запасливый Димка подогнал целый цинк специальных дозвуковых патронов УС. На вопрос, откуда такое богатство, которое учитывается по отдельному списку итак же списывается, он съехал стемы, ссылаясь на старые запасы.
        Димка, залегший со снайперской винтовкой на высотке, вышел на связь.
        - Крот, вижу бородачей взеленке.
        - Сколько?
        - Человек десять. Идут двумя группами.
        - Твои рекомендации?
        - Подпускаем клинии кустов иработаем всех по-тихому.
        - Справимся?
        - Не базар. Народ непуганый, идет воткрытую.
        - Работаем.
        Я накрутил глушитель на карабин, поставил оптический прицел белорусского производства ивставил магазин, снаряженный УС-ками.
        Сетка прицела остановилась на вылезшем из кустов дядьке, сбородой, вкамуфляже савтоматом вруках. Дистанция как раз вполне приличная для АКМа - метров сто пятьдесят, да ипозиция что надо.
        Хлоп-с-с-с. Лязгнул затвор, выбрасывая гильзу. Бородач, как подрубленный, завалился на бок. Рядом завалился второй итретий. Они заметались, стали лихорадочно снимать оружие спредохранителей ищелкать затворами. Хлоп-с-с-с. Хлоп-с-с-с. Все, первая группа лежит. Теперь вторая. Вголове навсегда отпечатались искаженные болью лица, так хорошо различимые через оптику.
        Для меня, не воевавшего ине пролившего до этого крови врага, все слилось вмелькание картинок. Хлопки глушителя, дерганье затвора, падающие фигуры, но при этом япомню азарт ини счем несравнимое чувство удовлетворения, когда уничтожаешь врага ивыходишь победителем.
        Потом загрохотало. Сработали фугасы, ивпламени разрыва исчез микроавтобус, судя по номеру, маршрутное такси, снятое сгородского маршрута изабитое под завязку боевиками. Язабылся ивставил вкарабин магазин собычными охотничьими патронами, которые наносили страшные рваные раны. Сфланга периодически стучал дегтярь Мишки, расстреливая залегших врасщелине боевиков. Убегающих по склону людей поглотило пламя взрыва - там сработала растяжка на МОНке. Снова хлопки ивзрывы. Даже сейчас, по прошествии времени, я струдом могу восстановить все картины того боя.
        На холме - связанные, на коленях - стояли четверо мерзавцев, которые лишили моего сына матери именя женщины, которую, несмотря на все наши проблемы иконфликты, ядо сих пор любил. Они мычали через кляпы ивидели всё: как гибнут их родители исоплеменники, которые решили, что законы страны, которая их приняла, писаны не для них. Аих закон - это право сильного инаглого, который привык квседозволенности ибезнаказанности…
        Когда никто уже не мог внас стрелять иосталось несколько стонущих раненых, которых деловито добивал Димка, по-хозяйски расхаживающий среди раскиданных тел, ко мне подошел Мишка ипротянул пульт. Он ничего больше не сказал, подхватил лежащий на земле автомат одного из боевиков, чуть оттянув затвор, деловито проверил патрон впатроннике иприсоединился кБерезину - зачищать свидетелей.
        Я держал пульт исмотрел на холм, где сидели четыре связанные фигуры. До них было метров тридцать, иотсюда яслышал, как они выли, предчувствуя свою смерть.
        Как интересно имногогранно устроен наш мир. Для нас самым сильным поступком было бы отказаться от мести ипростить, такие мы люди, добрые приветливые. Адля них это позор, признак слабости, после которого мужчину начинают презирать. Ябыл нормальным человеком, со своими принципами иморальными нормами, но на сильный поступок был не способен. Отвернулся истал спускаться схолма ксвоим друзьям, которые ждали меня имоего выбора. Опустив голову, янажал на кнопку. Сзади грохнуло. Яизменился иуже никогда не стану прежним.
        Потом был быстрый сбор трофеев иотступление. Позже мы сделали несколько закладок из захваченного оружия ибоеприпасов. Боевики неплохо подготовились для встречи снами. Тут были ипотертые АКМы, которые, видимо, долго гуляли по горячим точкам бывшего СССР, иновенькие карабины «Форт», родные братья моего, несколько боевых ПМов итравматиков, АК-74, охотничьи ружья, такой же пулемет Дегтярева идаже целенький РПО «Шмель».
        Мы ушли чисто, не оставив свидетелей, исогласно плану отхода разделились, икаждый должен был уходить по своему маршруту.
        Ребятам повезло, но наши противники подстраховались: они сразу просекли, чьих рук это дело, именя заранее объявили врозыск. На выезде из города уже стояли усиленные патрули итормозили любой транспорт иосматривали машины.
        «Вот попал!»
        Я почему-то был уверен, что ищут меня. Авмашине на всякий случай лежали имой карабин, иобвес кнему, ибое-припасы, икуча всего другого интересного, за что меня могут неплохо закрыть. Вот ведь дурак жадный. Явывернул из потока истал разворачиваться, что не прошло незамеченным, но за мной никто не погнался. До вечера крутился по городу, изучая систему патрулей ивозможные выезды из города. За мою скромную персону взялись серьезно, ивтом, что мне не дадут нормально пересечь границу, яне сомневался. Поэтому придется немного пошуметь, устроить тарарам ипо-тихому уйти одним из резервных маршрутов. Александр Звонарев должен умереть. Ясгонял кодному из наших схронов, загрузил вмашину еще оружие ибоеприпасы, взрывчатку ивыехал по дороге, которую, как правило, не перекрывали.
        Так инарвался, из-за своей самоуверенности. Заехав на заправку, дозаправить бак изалить канистры, ячерез некоторое время увидел машину госавтоинспекции, которая встала рядом. Из нее вышли двое «гайцов» вбронежилетах, причем один из них, сержант татарин, был вооружен укороченным АКС-74у. Сделав вид, что они меня нисколько не интересуют, язагрузил канистры вбагажник джипа истал собираться. Гаишники, мельком осмотрев заправку, пошли обратно, когда утатарина запиликал телефон, принимая ммs-ку. Он остановился, просматривая присланную от соплеменников фотографию, имедленно повернул голову ко мне. Мы встретились взглядами. Удивленно смотря на меня исравнивая сфотографией, полученной на мобильник, он как-то неуверенно имедленно потянулся кавтомату.
        «Ну идурак. Понабирают гостей из горных аулов, которые только бабки сшибать уметь слохов-водителей…»
        Выхватив из оперативной кобуры ПМ, передернул затвор, загнав патрон впатронник, и, уже не раздумывая, выстрелил ему вгрудь, прямо вбронежилет.
        Бах! Тело отлетело метра на два. Не удержавшись на ногах, он покатился по земле. Глухо звякнул автомат, упавший на асфальт. Его напарник, молодой славянский парнишка, ошарашенно смотрел на направленный на него ствол ипросто хлопал глазами. Ядико закричал, пытаясь пробить его шок:
        - На землю! Лежать, иначе завалю!
        Подойдя кнему почти вплотную, ударил ногой по голени и, когда он упал на землю, расстегнул кобуру, вытащил табельный ПМ изапасной магазин. Немного подумав, забрал мобильник изаставил снять бронежилет. Ему это не нужно, амне, любимому, может понадобиться.
        Татарин все еще лежал на земле, мыча от боли. Пнув его пару раз для приличия, проделал те же манипуляции: забрал табельный ствол, запасной магазин, броник иприхватил автомат имобильник. Для профилактики прострелил им колеса на служебной машине. Авот теперь деру. Нарушая правила, ясвалил сзаправки вэкстренном темпе иуспел скрыться вспальном районе, выкинув по дороге трофейные мобильники. Припарковав джип, не сильно перетруждаясь, нашел долго стоящую на улице машину, самым наглым образом скрутил снее номера иперекрутил на свой джип.
        В самой машине на случай погони иобстрела на спинку водительского сиденья накинул трофейный броне-жилет ивторой положил слева возле себя, на случай если попытаются стрелять сзади или слева через дверь.
        После всего этого со спокойной совестью заехал на мойку, потом отогнал джип вдавно арендованный гараж изатаился на пару дней всъемной квартире. Синтересом просматривая по интернету новости, я, ксвоему удивлению, не нашел никакого упоминания опрошедших событиях, что не могло не настораживать. Поэтому по прошествии двух дней, покатавшись по городу на «жигуленке» иубедившись, что посты на выезде из города сняты, ярешил уходить. Взяв снова свой джип, яуже спокойно поехал всторону Алушты.
        Преследование обнаружил только тогда, когда за мной уже шли несколько российских внедорожников «Патриот» сэмблемами Беркута.
        Погоня была как вфильмах. Мой джип не мог оторваться от преследователей на трассе, поэтому пришлось врайоне водохранилища выруливать на грунтовку иуходить вгоры, но итут не удавалось оторваться. Меня затравливали как матерого, бешеного зверя, иябыл уверен, что пощады не будет итак или иначе меня отдадут на расправу татарам. Осталось принять последний ияростный бой иумереть, как положено офицеру, соружием вруках. Правда, жалко было стрелять вребят из Беркута, они-то ни вчем не виноваты, все-таки выполняют приказы. Обидно, конечно, что жизнь так заканчивается, но одно правильное дело ясделал - отомстил. Все-таки вкровной мести есть свои прелести, может, после меня они поостерегутся вновь нечто подобное вытворять.
        Навигатор показывал, что по этой дороге осталось ехать километров пять-семь ипотом тупик. Иосталось мне жить не более десяти-двадцати минут. Явзял телефон ипозвонил по номеру экстренной связи сДимкой. Он ответил сразу.
        - Явсе знаю, ты где?
        - Не напрягайся, все равно не успеешь.
        - Саня…
        - Димыч, не то, на хвосте Беркут сидит. Еще десять минут, иявтупике.
        - Твою мать, Санька…
        - Дима, позаботься осыне, это все, что япрошу. Это была хорошая охота. Прощай, брат.
        - Прощай, брат…
        Я отключился, выключил телефон, одной рукой отсоединил аккумулятор ивыкинул вокно симку. Все.
        В темноте мелькали деревья, ивзеркала ярким светом ослепляли фары преследователей. Мне почему-то вспомнилась старая цыганка иее слова: «Придет время, иты снимешь погоны, ибудешь служить другому хозяину», ну впринципе да, работаю на дядю, точнее работал.
        «С тобой по жизни идут два друга, которые, как тени, всегда будут рядом» - так иесть, два друга, надеюсь, их ничем это не зацепит.
        «Когда окончательно потеряешь то, что уже потерял, ты прольешь кровь врагов мечом дедов» - хм, аведь правильно. Потерял Ленку, которую уже раз потерял. Потерял навсегда ибесповоротно. …Как же мне хреново, аж рыдать хочется. Что там говорилось про меч дедов?
        Я снова уставился на дорогу. Чем это ятам кровь проливал? АКМ, ну, конечно, оружие шестидесятых годов прошлого века, как раз мой дед по возрасту имог его сделать. Хм, как все складывается. Ичто там дальше?
        «Ты будешь ждать смерть, но судьба даст тебе шанс…»
        О, как! Ну, что ж, вближайшее время, точнее вближайшие минуты все иопределится. Надеюсь, та цыганка Аза не врала идело говорила, ато остыну уже кутру…
        В свете фар, посередине дороги внезапно возник силуэт человека, точнее - женщины вцветастом платье, иярефлекторно дернул руль вправо, имашина, влетев вкусты, провалилась вниз ипокатилась по крутому склону, где ялихорадочно пробовал объехать возникающие всвете фар стволы деревьев. Впамяти, как снимок цифрового фотоаппарата отчетливо отпечатался образ той женщины, ия судивлением узнал цыганку, которая уже была мертва несколько лет.
        Это была бешеная гонка, пришлось просто слиться смашиной, огибая мелькающие стволы деревьев. Через целую вечность ландшафт начал меняться, и, кмоему удивлению, ятеперь несся по ровной поверхности идеревья стали толще имассивнее. Нажав на тормоза, удалось остановить машину прямо напротив большущего дуба. Ясидел исмотрел на открывшегося всвете фар исполина. Руки дрожали от сильнейшего прилива адреналина, ивскоре меня всего начала бить дрожь. Открыв дверь, как мешок, вывалился из машины иупал на землю, меня стало сильно рвать. Когда спазмы прекратились, яощутил, что стою на четвереньках ируки упираются вземлю, покрытую старыми, пожухлыми дубовыми листьями. Черт, как хреново. Чтобы не упасть лицом всвою блевотину, умудрился чуть отползти, руки подогнулись, ипоследнее, что успел увидеть, это приближающиеся освещенные светом фар дубовые листья. Организм, не выдержав нагрузок, отключился.
        Глава 2
        Не знаю, сколько был вотключке, но, придя всебя, лежал идолго наблюдал за своим джипом, фары которого освещали дерево, разгоняя темноту вокруг. Явсе помнил ивсе ждал иждал шума двигателей преследователей или на крайний случай топота беркутни, которая, по идее, должна меня уже вязать ипаковать. Но минуты шли за минутами, аникто так ине приходил за мной. Силы потихоньку возвращались, ичерез двадцать минут яуже смог сесть, даже приподняться ипроковылять кджипу. Стоило больших усилий снова забраться на водительское сиденье изакрыть дверь. Двигатель заглох, когда яеще несся сгорки, поэтому отключил освещение, оставив подсветку приборной панели, ивключил приемник, чтобы послушать последние новости отом, что произошло вокрестностях Симферополя, иомасштабных поисках моей тушки. Но, кудивлению, эфир был чист, и, просканировав несколько раз различные диапазоны, яоткинулся на спинку сиденья итупо уставился на панель навигатора, на которой светилась надпись «Потеряна связь со спутниками». Видимо, япровалился втакое ущелье, где ничего не ловилось, поэтому выбрав флэшку, где были собраны любимые песни, воткнул
ее вприемник и, услышав знакомую музыку «Любэ», достал из оперативной кобуры ПМ, передернув затвор, загнав патрон впатронник, стал ждать гостей. Но песня сменялась песней, агостей все не было. Стало светать, но было тихо. Странно. Может, это иесть мой шанс? Силы практически вернулись, поэтому яуже смог достать радиосканер инесколько раз просканировать радиодиапазон впоиске любых источников радиоизлучения. Что-то такое фиксировалось, но так на грани фона. Ну, должны же преследователи хоть как-то между собой переговариваться иорганизовывать мои поиски, но итут эфир был пуст. Я, чуть пошатываясь, вылез из машины, прихватил пару РГДшек из недавних трофеев, свой карабин, накрутив на него глушитель иустановив коллиматорный прицел, отошел метров на двадцать от машины иприлег внебольшом кустарнике, из которого прекрасно просматривалась машина иподходы квековому дубу.
        Так япролежал около часа, но итут меня никто не побеспокоил. Очень странно. Ну ладно, будем действовать. Вполне придя всебя, достал из багажника камуфляж, вкотором недавно бегал по холмам, переоделся, натянул обычные армейские ботинки свысокими берцами, бронежилет «Корсар», который подогнал Димка. Поверх него накинул разгрузку, вкарманах которой уже лежали набитые обычными патронами магазины для АКМа, вотдельные кармашки положил четыре гранаты. Прихватил несколько консервных банок из сухих пайков, флягу счуть подсоленной водой, брикет сухого спирта, складную саперную лопатку, бинокль, монокуляр ночного видения, ну икучу всякой мелочи, которая может понадобиться вдлительном походе. Внабедренной кобуре разместил ПМ, прихватив кнему пару запасных магазинов иоколо полусотни патронов россыпью. Как особенный аргумент на спину закинул РПО - такая вещь будет очень кместу при столкновении даже слегкобронированной техникой.
        Присев «на дорожку» итяжело вздохнув, двинулся вперед, где, по моему разумению, должна проходить трасса Симферополь - Алушта. Оглянувшись на джип, который столько перенес за последнее время, яеще раз удивился, что на нем ни одной царапины, несмотря на весь сегодняшний марафон. Нажав кнопку на пульте сключами от машины иуслышав характерное пиканье, что говорило отом, что двери заблокированы, повернулся ипошел, надеясь вближайшее время выйти ктрассе.
        Ага, сейчас. Яшлепал по этому лесу около часа, но так ине нашел никаких особых признаков цивилизации, асолнышко уже припекало, когда выполз на простую проселочную дорогу, которая своей фактурой меня немного удивила. Обычно идут две колеи, между которыми растет травка, атут ипромежуток между колеями был вытоптан ина высохшей земле явно выделялись следы копыт, что говорило очастом проходе по этой дороге гужевого транспорта. Вопросы инесуразности моего положения накапливались каждую минуту. Рельеф местности, растительность сильно отличались от крымской, да ктому же иотсутствие любых радиостанций, мягко говоря, настораживало. Складывалось впечатление, что япровалился вдругой мир, где никто ничего не слышал про радио. Боже, как ябуду жить без туповатой попсы иболее тупых реклам. Как ни странно, это подняло мое настроение и, идя по лесу параллельно дороге, ядаже стал про себя мурлыкать очередную попсовую песенку. Втаком темпе через час вышел кразвилке, где одна из дорог выходила прямо квозделанному полю, авторая - ккрасивому ухоженному дому, утопающему взелени. Ну, это точно не Крым. Рассматривая
вбинокль открывшийся пейзаж, язаметил одну интересную деталь - нигде не было электрических проводов исоответственно столбов, что тоже не могло не настораживать. Явыбрал неплохое место, скоторого прекрасно просматривались все дороги ичастично усадьба, собрал хвороста иустроил себе лежанку.
        Так япролежал около двух часов, вообще не услышав характерного звука работы ни одного двигателя внутреннего сгорания. Но при этом синтересом наблюдал за двумя телегами сзапряженными вних коренастыми битюгами, которые сопровождали бородатые дядьки, одетые вдомотканые рубахи, причем все это смотрелось настолько аутентично иестественно применительно кобстановке, что яуже вполне серьезно был уверен, что попал вдругой мир. Самое интересное, уменя не возникали мысли возвращаться кмашине иискать путь обратно, вся моя интуиция буквально кричала - там смерть. Чуть позже япопытаюсь вернуться ксыну, кдрузьям, но сейчас надо было выжить, пройти инфильтрацию, легализоваться, апотом уже ивертеть ситуацию под себя. Конечно, какая-то легенда нужна обязательно, но внынешней ситуации, когда яобвешан оружием иприбамбасами из будущего, что-то придумывать исходя из местной действительности будет весьма трудно. Ни времени, ни нынешних реалий, ни даже языка яне знал, поэтому спалиться впервые несколько минут общения было раз плюнуть.
        Я наблюдал еще пару часов, хрустя пайковыми галетами изапивая их чуть подсоленной водой, иактивно искал выход из сложившейся ситуации. Мое внимание привлекла телега, загруженная дровами, возвращающаяся со стороны леса. Но ведь их туда ушло две штуки, поэтому идея допросить возницу, который, видимо, остался влесу один, возникла уменя мгновенно. Двинувшись по отчетливому следу, который оставляла груженая телега, ястал осторожно пробираться параллельно дороге. Тут иискать не пришлось: ругань возницы услышал намного раньше, чем увидел застрявшую телегу. Иэто меня несказанно обрадовало - ругался он на самом что ни на есть русском языке. Японаблюдал минут десять, спокойно иоткрыто вышел кдороге имаксимально дружелюбным голосом проговорил:
        - Мир тебе, добрый человек.
        Мужик вздрогнул ирефлекторно схватился за топор, который лежал втелеге, испуганно зыркнув на меня из-под густых бровей. Разглядев мою форму, он часто-часто начал креститься ичто-то приговаривать. Так продолжалось минуты три, которые ятерпеливо выдержал. Поняв, что ему ничего не угрожает, он синтересом стал меня рассматривать сног до головы, оценивая мою пятнистую форму икарабин, который ядержал наготове стволом вниз, при этом оставив правую руку на пистолетной рукоятке, апалец на спусковом крючке.
        - Не поможешь ли заблудившемуся путнику?
        Он нехотя ответил. Вглазах унего блеснуло что-то такое, неприятное, алчное.
        - Почему не помочь, коль человек заплутал.
        - Ну, вот ихорошо. Ты не бойся, добрый человек, яне сделаю ничего худого, поэтому положи топорик на место…
        Это ему явно не понравилось, он еще раз зыркнул прямо мне вглаза и, видимо, что-то там такое увидел, что не решился спорить, изаготовленная фраза оматериальной помощи так ине была произнесена. По моему мнению, дело втом, что некоторое время назад язабрал много жизней иэто как-то отпечаталось на мне, изнающему человеку это было прекрасно видно. Он нехотя положил топор иответил:
        - Спрашивай, барин.
        - Тебя как зовут?
        - Матвей.
        - Скажи, Матвей, что это за страна?
        Он аж охренел от вопроса.
        - Так Россия, барин.
        Причем выговорил как-то шкодно, что еще раз уверило втом, что япопал впрошлое.
        - Российская империя?
        Он согласно кивнул головой.
        - Хм, это уже становится интересно. Акакой сейчас год от Рождества Христова?
        Это его добило. Уже более растерянно он отвечал:
        - Так, тыща восемьсот пятьдесят третий.
        Сам того не замечая, япроговорил вслух.
        - Вот даже как. Скоро, вследующем году, будет Крымская война, иРоссию отымеют, как давно этого не делали. Это яудачно попал, Нахимова увижу, ато все памятники да памятники…
        Мой собеседник начал снова креститься, посматривая на меня.
        - Скажи, Матвей, ачья тут рядом усадьба?
        - Барыни нашей, Лизаветы Семеновны Михеевой.
        - Лизавета Семеновна? Атитул унее есть?
        Он задумался, но вразумительного ответа дать не мог. Вроде графиня, но информация не точная. Ну ладно.
        - Чьи усадьбы рядом еще есть?
        Он уже спокойно почесал затылок иначал перечислять. Уменя снова начала болеть голова, ибольшинство его трепа япропустил мимо ушей, но вот кое-что интересное успел вычленить. Во-первых, мы находимся вТульской губернии недалеко от села Суры. Авот вверстах десяти возле Новоселок живет интересный человек, генерал от артиллерии граф Осташев, «очень ученый человек», как сказал мой собеседник. Судя по тому, что онем рассказал Матвей, вроде человек адекватный, без крепостных заскоков, но тут придется понаблюдать.
        Я подробно расспросил укрестьянина, как добираться до этих Новоселок, основные ориентиры ипримерные расстояния - это, конечно, была пытка, я итак его понимал спятого на десятое, тут учеловека система ориентиров вообще какая-то дикая. На прощание яего угостил шоколадом вцветастой упаковке. Он судивлением смотрел на сей незнакомый предмет, поэтому пришлось достать из кармана вторую шоколадку, надорвать упаковку и, откусив кусок, угостить этого человека. Он, распробовав шоколад, как-то по-мальчишески улыбнулся иуже добродушно что-то пробормотал про дочек. Ясним попрощался ипопросил про нашу встречу сильно не рассказывать, но как-то сразу не поверил вего уверения.
        Потом был марш-бросок, еще одна ночевка влесу, иуже кобеду явроде как был возле усадьбы генерала. Тут опять устроил себе лежку по всем правилам маскировки и, вооружившись биноклем, приготовился кдолгому лежанию. Наблюдение впринципе не дало ничего особенного, ну разве что создало мнение огенерале, как орачительном хозяине ивесьма предусмотрительном человеке. Он несколько раз появлялся вполе зрения, встаромодном мундире, что-то обсуждал смужиковатым дядькой лет пятидесяти, одетым вдорогую гражданскую одежду, которая сейчас, наверное, является писком моды. Потерев уже небритую щеку, японял, что начинаю уставать от этих бродилок по лесу, и, приняв для себя решение, встал, отряхнулся, привел впорядок форму, скрутил скарабина глушитель, накрутив вместо него простой дульный тормоз-компенсатор, ипоменял магазин, заряженный обычными охотничьими патронами.
        Я шел по дороге, ведущей кусадьбе, мимо ухоженных зарослей, наслаждаясь весенним солнцем исвободой. Рядом сцветущего сада легкий ветерок доносил обалденный аромат, иголова немного кружилась от недавно перенесенных потрясений. Споля раздалось мычание, инесколько коров, подгоняемые мальчуганом спалочкой, медленно плелись всторону деревеньки, расположенной впаре километров. Но все мое сознание радовалось этим минутам, ячувствовал, что начинается новая интересная жизнь, сильно отличающаяся от той серости, которая меня угнетала впоследнее время.
        Когда подошел кдому, многочисленная дворня судивлением уставилась на мою пятнистую упаковку. Яявственно услышал шепот, многие крестились, алюдей все прибавлялось иприбавлялось, причем практически все поглядывали на меня не сильно дружелюбно, акое-кто воинственно держал вруках вилы, палки итопоры. Уж как-то не сильно вязалось это смоим представлением орусских нравах середины девятнадцатого века. Как мне помнится из истории, вРоссии возникает большое количество крестьянских восстаний, которые жестоко подавляются, но общая тенденция тяжелого системного кризиса империи налицо.
        Ладно, придется имне показать себя иведь получилось: уверенный, явно агрессивный вид вооруженного человека, готового завалить любого, кто попробует встать уменя на дороге, производил на всех вокруг впечатление. Вызванный кем-то из дворни, на лестнице, ведущей вдом, меня встретил управляющий, тот мужик вдорогом костюме, скоторым во дворе появлялся генерал. Он быстро окинул меня оценивающим взглядом, прикинул качество исоответственно стоимость моей снаряги, свидом знатока удивленно остановил взгляд на карабине, после чего сделал вывод, что яне простой босяк сулицы, ичуть надменно, но без хамства, поинтересовался:
        - Чем могу служить, милостивый государь?
        - Ябы хотел увидеться сгенералом графом Осташевым.
        Его брови удивленно поднялись, видимо, что-то не так сказал, но япошел ва-банк, иобратного хода уже не было.
        - Как доложить его сиятельству?
        - Капитан Звонарев, войска специального назначения, по делу государственной важности.
        Управляющий еще раз оценивающе обвел меня взглядом, но, тем не менее, провел вгостиную, где молоденькая служанка, которая буквально лопалась от любопытства и, постреливая глазками как главный калибр «Миссури», тут же принесла поднос схолодным квасом. Класс, вкуснятина, натурпродукт, честное слово.
        - Ядоложу его сиятельству.
        Я ухмыльнулся.
        - Буду ждать. Уменя время есть.
        Опять что-то сморозил. Управляющий так зыркнул на меня, что пришлось вответ глянуть ему вглаза. Это на него подействовало, ион уж слишком торопливо скрылся где-то вдоме.
        Пока было время, я синтересом осматривал внутреннюю обстановку гостиной, удивляясь тому, как всвоем камуфляже, тяжелых армейских ботинках, бронике скарабином на плече итрубой РПО за спиной выгляжу здесь чужеродно. Язалюбовался большущим полотном впозолоченной раме, на котором мастерски был изображен всадник вмундире еще петровских времен, скавалерийским палашом вруке. Погрузившись всозерцание искусно изображенных поверженных шведских солдат, не заметил, как вгостиную вошел генерал. Он некоторое время синтересом разглядывал меня со спины, как бы оценивая ту картину посетителя, что ему описал управляющий, икашлянул для приличия, чтоб привлечь внимание. Ярезко повернулся, по привычке сделав шаг всторону, как бы уходя свозможной линии огня иподхватывая карабин для отражения возможной агрессии.
        - Ну, господин капитан специальных войск, явас слушаю…

* * *
        В другом времени ивдругом мире, вгороде Прага, внебольшом кафе, хозяином которого был эмигрант, родом сХерсона, давно иплотно сидевший на крючке военной разведки Генштаба Министерства обороны, сидели два мужчины ималенький пятилетний мальчик. Светловолосый стемными глазками, он сдонельзя серьезным видом сосредоточенно ковырял ложкой кусок торта изапивал его соком. Сидевший рядом мужчина ласково погладил его по голове итихо проговорил:
        - Вылитый Санька…
        Второй разлил по рюмкам водку из небольшого чуть запотевшего прозрачного графинчика. Дождавшись, когда собеседник подхватит рюмку, он коротко чокнулся ивыдал:
        - За Саньку Звонарева.
        Второй, удивленно подняв глаза, проговорил одними губами:
        - Дима, так ведь не чокаясь…
        - Пока тело не нашли, он считается пропавшим без вести, ане мертвым.
        Второй, Михаил, выпив, чуть скривившись, продышался иподтвердил:
        - Согласен.
        - Ну что, Миха, там творится? Ато после событий вКрыму мне спецпроверку устроили, поэтому вэтом направлении дрыгаться не могу - все мои операционные возможности пока заморожены.
        - Да уменя то же самое. Приезжал следак из внутренней безопасности, мозги конопатил, но, судя по намекам, никаких предъяв мне не будет, хотя мое участие вэтих событий, несмотря на все наши кружева слегендами ихитрыми заходами, никто не ставит под сомнение.
        - И?
        - Все будут молчать, но вКонторе решили, что для стабилизации ситуации вКрыму, да идля авторитета организации, это будет даже полезно…
        Олег не выдержал иухмыльнулся.
        - Это как?
        - Убили жену бывшего сотрудника СБУ, он отомстил - весьма жестко ипрофессионально. Всем известно, что бывших не бывает… Унас ведь тоже люди работают иувсех есть семьи - жены, дети, иникто бы не хотел оказаться на месте Саньки, атут такой прецедент. Всех заинтересованных лиц неофициально предупредили, что вдальнейшем таким действиям, при угрозе жизни сотрудникам органов госбезопасности ичленам их семей, препятствовать не будут. Менты, конечно, что-то вякали, ну тут Контора пошла на принцип, идело просто замяли. Официально Звонарев ссыном за границей, ито, что его карабин наследил там, на холмах, никак сСанькой не будет связываться.
        - Что дала поисковая операция?
        - Аничего. Наши провели свое расследование ивсе там облазали ивыдали те же результаты.
        - Реальные?
        - Реальнее некуда… Саня специально свернул сдороги ивместе смашиной сорвался впропасть. Следы вроде как есть, но ни машины, ни тела никто не нашел.
        - Может, все-таки ушел?
        - Нет. Ни на одном из подготовленных каналов отхода он не засветился.
        - Будем считать, что отсиживается где-то на левой хате, может, ранен, но рано или поздно Санька выйдет на связь, поэтому будем пить только за его здоровье…
        Тем же вечером вСимферополе внебольшом офисе фирмы, которая занималась системами безопасности, взакрытом кабинете за бутылкой водки сидели два других человека итоже вспоминали Александра Звонарева. Это были его компаньоны Юрий Панков иСергей Оргулов.
        - Серега, ты уверен?
        - УВитьки Кузьмина завязки вСБУ остались. Санька устроил настоящую бойню. Завалил штук пятьдесят зверьков, атех, кто убил его жену, вообще подорвал - хоронить нечего…
        Панков молча разлил водку по рюмкам.
        - Ты говоришь, что погиб. Как?
        - Его Беркут загнал, так он вмашине специально впропасть рванул…
        - Мать. Такие ребята из жизни уходят. Из-за каких-то подонков… Ну, почему так происходит?
        - Борисыч, ты же знаешь, что первыми уходят всегда лучшие.
        Борисыч принял чуть больше своей нормы и, смотря перед собой, отстраненно проговорил:
        - Серега, ты чувствуешь, что пахнет кровью?
        Оргулов, разжевав маринованный огурчик, согласно кивнул.
        - Это только начало…

* * *
        Генерал Осташев оказался вполне приятным ивесьма умным человеком, ивособой доверчивости его упрекнуть никак нельзя было. Взгляд из-под густых, седых бровей умудренного жизнью человека, как рентгеновский аппарат, просвечивал до самого донышка, иуменя пропало всякое желание развешивать лапшу ему по ушам. На предложение поговорить без лишних глаз, да не вдоме, он отнесся вполне спокойно ина мои уверения, что ему абсолютно ничего не угрожает, усмехнулся вусы икоротко ответил, что старику, укоторого все впрошлом, уже поздно чего-то бояться.
        К моим словам, что япутешественник из будущего, он отнесся вполне спокойно ибез особого сарказма, но убедить его было трудно. Оружие, экипировка, даже MP3-плэйер произвели на него определенное впечатление, ивпервом приближении он принял мое объяснение. Дальше явкратце рассказал ему историю Российской империи, без особых подробностей, но иэтого ему хватило, чтобы посуроветь лицом иуже другим тоном, более жестким, начать уточнять подробности.
        Удовлетворив свое любопытство ивыяснив множество деталей, которые трудно было бы придумать среднестатистическому ненормальному, он задал серьезный и, кажется один из главных вопросов:
        - Кто вы по-настоящему, Александр Владимирович?
        - Я? Хм. Это длинная история. По образованию военный моряк. Вдве тысячи первом году закончил Севастопольский военно-морской институт имени адмирала Нахимова…
        Это его заинтересовало. Нахимова уже знали, ито, что его именем вбудущем назовут военно-учебное заведение, добавило определенный плюсик введомости, где он ставил положительные оценки достоверности моего рассказа.
        - …Долго служил вармии ина флоте, потом перевелся ввоенную контрразведку…
        Так, неспешно идя по весенней дороге, мы вышли всад и, увлеченные моим рассказом, не заметили, как подошли кпокрашенной белой краской беседке на берегу небольшого пруда.
        Вдалеке виднелся дворецкий, который вроде как прохаживался мимо по своим делам, но реально следил за нами. Яобратил на это внимание Осташева, но он только отмахнулся - его преданный человек.
        Мне показалось, что генерал до конца все еще не верит, но желание выговориться было настолько сильным, что из меня информация обудущем пошла потоком. Рассказ про смерть жены, казнь преступников, расстрел колонны боевиков, погоню исрыв впропасть произвел на него впечатление, авесть отом, что влесу, вдесяти верстах, находится машина из будущего, заставила его чертыхнуться: видимо, репутация хозяйки того леска была соответствующая.
        Предвосхищая его слова, сам успел предложить:
        - Неплохо бы ее перегнать квам, ато хозяева того леса найдут, будут права предъявлять, ипридется потом сбоем отбивать. Тем более там барыня Лизавета Семеновна, особа весьма жадная исвоевольная. Я, конечно, не боюсь, силой отбить машину можно, опыт есть, но как-то не хочется начинать новую жизнь, пролив кровь своих соотечественников…
        - Да-да, явелю оседлать лошадей.
        - Ваше сиятельство, Павел Никанорович, мне, конечно, стыдно вэтом признаться, но внашем времени на лошадях никто давно не передвигается, итут вседле ябуду смотреться как собака на заборе.
        На этом мы прервались. Догадливый управляющий, который, оказывается, при генерале начинал денщиком, когда тот был только молоденьким офицером, выпускником артиллерийского училища ипрошел сним через войны ипоходы, поэтому пользовался безграничным доверием, уже распорядился ивстоловой нас ждал обед.
        После конкретного перекуса, когда япосле нескольких суток поедания сухпаев оторвался на натурпродуктах, генерал велел запрягать бричку ипосле моего уточнения относительно леса, дал команду из Новоселок прихватить ссобой десяток мужиков стопорами ипилами для прокладки дороги, если не получится протащить джип между редкими деревьями.
        Определенное недоверие искептицизм со стороны генерала ячувствовал, но прекрасно понимал, что вопрос слишком серьезный исо стороны графа надеяться на доверие было бы глупостью. Но при этом ясно было видно, какое генерала получал удовольствие от всей этой ситуации и, главное, от суеты иинтриги. Мне кажется, этому деятельному человеку впоследнее время как раз не хватало именно этого. Он явно не дурак, как нам всвое время представляла царский генералитет советская пропаганда, исразу смекнул, какие возможности перед ним открываются, поэтому прихватить под свое крылышко всё, что касается вещей из будущего, пока его никто не опередил, для графа Осташева стало весьма интересной задачей.
        К вечеру мы выехали на дорогу, где совсем недавно мое скромное тело впервый раз вылезло из леса вэтом мире. Оставив мужиков, как бы отдыхать, углубились влес. Поплутав около часа, пока яне нашел свои следы, мы уже спокойно вышли кпамятному дубу, где как символ чужеродности вэтом мире стоял идожидался хозяина мой джип.
        Отключив пультом сигнализацию изабравшись на водительское сиденье, яоткрыл дверь генералу, который спревеликим трепетом сел на переднее сиденье иосторожно прикрыл за собой дверь. Уже, скорее, по привычке включив приемник изапустив сфлэшки композицию «Любэ», иуслышав, как из дорогущей акустики полилась музыка, поразился тому, как изменилось лицо генерала графа Осташева. Кмоему изумлению, по его щеке текла слеза, и, заглушив звук, яуслышал его бормотание.
        - …Боже, спасибо, яже знал, что нас ждут великие потрясения, но Ты послал вестника, дал шанс… Егорка погиб, не дожил…
        «А ведь старик прав…»
        Я не стал ничего говорить, вылез из машины, отошел кдубу иприсел, прислонившись спиной кдереву, попытался расслабиться. Есть такие люди, которые могут потом не простить, если их видели вминуту душевной слабости. Генерал - немолодой дядька и, видимо, кого-то потерял, поэтому лучше дам ему побыть одному иполностью осознать, что пришелец из будущего - это реальность, ане мистификация. Просидев так минут пятнадцать иощущая спиной жесткие линии коры дуба, япочти задремал, когда услышал характерный звук закрываемой двери и, открыв глаза, обнаружил стоящего возле меня графа. Он пристально рассматривал меня, пытаясь заглянуть глубоко вдушу. Яне стал отводить взгляд, смело испокойно ответил ему. Такая дуэль продолжалась мгновения, но она позволила добиться намного большего, чем несколько часов самого откровенного общения.
        Легкая усмешка иживой блеск глаз на покрытом морщинами лице сказали мне многое - проверку на вшивость япрошел. Генерал не мальчик ина сказки, конечно, не повелся, все это время он тщательно наблюдал за мной исейчас наконец-то принял окончательное решение. Сев рядом ичуть помолчав, граф Осташев спокойно проговорил:
        - Александр Владимирович, пора домой, ато часом действительно госпожа Михеева попытается нам помешать, авы человек непростой, чувствую, не позволите ей…
        Что яне позволю, он не стал продолжать, но выразительный взгляд на карабин, скоторым яне расставался, дал понять, вкакую сторону его завели логические рассуждения.
        - Вы правы, Павел Никанорович.
        Уже целенаправленно исследуя возможный путь вывода машины из леса, мы постоянно говорили сгенералом, точнее ярассказывал все, что помнил из истории. Ипро Первую мировую войну, про крах империи, про революцию, про СССР, про Великую Отечественную, про развал страны, про капитализм.
        Поплутав по лесу иразобравшись смаршрутом, мы наметили несколько мест, где все-таки мужикам придется поработать пилами илопатами. Пришлось идти кнашему строительному батальону, нарезать задачи иждать, когда все, при свете факелов, будет выполнено. Проконтролировав качество выполнения работ, авремя-то уже близилось крассвету, мы сгенералом вернулись кдубу иснова уселись вджип. Яповернул ключ, истарый друг тихо заурчал, показывая, что готов кдвижению. Осторожно объезжая деревья, уже крассвету удалось выехать на дорогу, где нас ждали крепостные генерала инесколько крестьян из близлежащей деревни, которые заинтересовались тем, что тут делают чужие мужики.
        Появление джипа вызвало сенсацию.
        Прежде чем все попытались разбежаться, Осташев накричал на мужиков иприказал возвращаться обратно идержать язык за зубами.
        Выехав на дорогу, где ясмог более-менее развить скорость до сорока-тридцати километров вчас, мы сгенералом под классическую музыку, флэшка скоторой имелась уменя, смаксимальным комфортом для этого времени поехали обратно вусадьбу графа Осташева.
        Глава 3
        Какая жалость, что яне художник. Ато написал бы картину «Прибытие джипа впоместье». Такие удивленные физиономии яеще никогда не видел. Да, мой «Паджеро» цвета золотистый металлик ивнаше время производил впечатление, особенно, когда его помоешь инатрешь мастикой, ну атут вызвал фурор. Ясделал круг по двору, подъехал прямо клестнице, где нас ожидал невозмутимый управляющий, имя которого япока не удосужился узнать. Мы вылезли из машины истали искать место, где джип обретет приют на ближайшее время. По команде генерала всарае освободили место, ияосторожно, задним ходом загнал туда машину, поставил ее на сигнализацию ивместе схозяином дома пошел завтракать. Учитывая, что ночь была весьма насыщена событиями, мы позволили себе вздремнуть до двух часов дня. Все это время моя машина была предметом интереса всех обитателей усадьбы иблизлежащих сел. Если б язнал, во что это все выльется, то наверняка перекрасил бы машину вчерный цвет иперегнал ее ночью, замаскировав под самопередвигающийся стог сена.
        Конечно, никто не пробовал ее трогать, но вот народа вокруг сарая прибавилось иособенно вездесущих мальчишек. Открыв окно, я судивлением услышал разговоры про «золотую повозку, которая сама ездит».
        Рывком поднявшись скровати, уже привычно провел рукой по стоящему рядом карабину, который всегда теперь был на расстоянии вытянутой руки. Умывшись спомощью расторопного иговорливого парнишки Тимохи, янатянул камуфляж, оставил на бедре тактическую кобуру сПМ и, повесил на плечо карабин, со сложенным прикладом, пошел вгостиную, где меня ожидал генерал.
        Там ждал опять обильный обед, ну, честное слово, мне здесь начинает нравиться. Окинув мой наряд иособенно камуфляжную куртку навыпуск икарабин на плече, граф иронично ухмыльнулся, но промолчал. Через десять минут, когда япытался есть саппетитом, не чавкать идумать обудущем, Осташев, вытерев губы салфеткой ипоказывая, что для него обед закончен, пытливо посмотрел на меня икоротко спросил:
        - Ну-с, Александр Владимирович, какие увас планы на будущее?
        Я, ожидавший этого вопроса, решил его чуть осадить.
        - Вам на каком уровне? На тактическом, стратегическом или так, на ближайшие десять минут?
        С моей стороны, это выглядело несколько по-хамски, но ивопрос был сподковыркой. Агенерал, жучара, внимательно наблюдал за мной из-под кустистых бровей, опять на устойчивость иподатливость проверяет.
        - Вот это бы ихотел обсудить, Александр Владимирович. Чего вы собственно хотите делать? Уж простите меня старика, но вы никак не похожи на пламенного юношу, озабоченного судьбой Родины.
        - Так оно иесть. Спасать мир - неблагодарное занятие. Знаете, как оно говорится: «Благими намерениями усеяна дорога вад». Просто как-то страшновато заниматься корректировками истории, вдруг будет еще хуже.
        - Конечно, яоб этом тоже думал, но то, что вы мне сообщили, чудовищно, имой долг русского офицера постараться избавить Отчизну от такой участи.
        - Ну, так ияне против, но для меня сейчас главное легализоваться. Иначе все мои попытки будут обречены, и, скорее всего, это закончится подвалами Петропавловской крепости, что-то вкачестве железной маски, иэто влучшем случае, авхудшем, наши друзья масоны просто по-тихому удавят, как яркий пример пагубности всей их деятельности для России.
        - Вы уже думали над этим Александр Владимирович? Сдается мне, что овашем необычном появлении вскоре будет судачить вся губерния.
        - Да уж, окакой-либо конспирации поздно говорить - засветился язнатно, но итут можно найти свои плюсы.
        - Какие же? Вы что-то придумали? Изложите свои соображения, ато мне вголову приходит пока только роль иностранного инженера русского происхождения…
        Видимо, его этот разговор начал забавлять. Как мне показалось, что энергичному дедку до чертиков надоела тихая, размеренная жизнь помещика из глубинки ипросто не хватало соответствующей цели иэкстрима.
        - Вобщем-то, вы правы, Павел Никанорович. Основное предположение - яникогда не смогу себя выдавать за местного. Тут инезнание языка - мы свами итак струдом общаемся, ячасто вас не понимаю, ивы можете только догадываться осмысле многих моих словечек. Незнание реалий жизни - на любой мелочи спалюсь сходу, исмысл при таком раскладе выдавать себя за местного? Это только насторожит всех вокруг изаставит обратить самое пристальное внимание на мою скромную персону. Так что вы абсолютно правы, придется разыгрывать приезжего гостя-инженера со множеством странностей, объясняемых его заграничным воспитанием. Поэтому ябуду продолжать расхаживать всвоей пятнистой форме, скарабином ипистолетом, чудить, как это принято на Диком Западе вАмерике, апотом, по мере того как буду «изучать» местные обычаи, переоденусь иначну вести нормальный светский образ жизни.
        За время моего монолога граф Осташев смотрел на чашку счаем изадумчиво играл серебряной чайной ложечкой.
        - Вэтом есть смысл. Вы внесколько иной форме выразили мои соображения. Но есть одна проблема.
        - Какая?
        - Увас нет никаких документов, подтверждающих личность и, тем более, подтверждающих факт пересечения границы.
        - Янадеялся, что увас есть возможность решить этот вопрос, поэтому ипришел квам.
        - Это не так-то легко. Вы какие языки знаете?
        - Английский, но настолько слабо, что никак не смогу сойти ни за англичанина, ни за американца.
        Его аж покоробило.
        - Ивсе? - Это было сказано таким тоном, что мне стало немного стыдно за свое образование. Он от возмущения бросил на стол чайную ложку, та со звоном ударилась офарфоровый чайник иупала на пол.
        - Хорошо, яподумаю.
        - Это еще не все. Есть еще один момент, который бы хотел осветить.
        Генерал вопросительно глянул на меня.
        - Свидетелем моего появления были крестьяне: ваши, которые помогали впрокладке пути, ите, кто проживает рядом стем лесом иприбежали поглазеть на нашу возню. Они по-любому будут болтать языком, и, несмотря на ваш запрет, скоро вся округа будет знать про джип ипро мое появление. Атам иваши соседи-помещики узнают иначнут интересоваться. По моим скромным подсчетам через два-три, ну четыре дня кмоей скромной персоне проявят самый пристальный интерес местные органы правопорядка.
        - Тут можете не волноваться, Александр Владимирович. Полковник Маркелов, городничий нашего уезда, мой старый знакомый еще по турецкой кампании. Наверное, придется кнему наведаться…
        - Было бы неплохо. Только надо будет обговорить детали, чтоб потом не попасться на мелочах. Все-таки ятут как новорожденный.
        На этом генерал закончил разговор иудалился всвой кабинет, а яотправился кмашине, провести инвентаризацию того, что уменя есть вналичии интересного иполезного применительно ксложившейся ситуации.
        Войдя всарай, где стоял мой джип, яразблокировал замки. Машина радостно пикнула, откликнувшись на нажатие кнопки на пульте. Оставив для света открытыми ворота сарая, яуселся на водительское сиденье ивключил приемник. На всякий случай еще раз просканировал эфир и, не словив ничего, включил флэшку смузыкой. Посидев так инасладившись песнями своего времени, япринялся за дело.
        Столпившимся возле дверей крепостным, которые тихо переговаривались ипялились на мою машину, приказал принести чистой ткани. Расторопный Тимоха, на правах старого знакомого, быстро притащил большую холстину ипомог мне ее расстелить. Потом ядолго выкладывал свое имущество. Два карабина «Форт-201», гражданские переделки десантного АКМС со складным прикладом. Кним шли шесть заряженных охотничьими патронами стандартных металлических тридцатипатронных магазина. Один СКС сне совсем обычным дульным тормозом иоптическим прицелом. Заинтересовавшись такой доработкой, яскрутил ДТК исудивлением обнаружил, что на карабине заводским способом нарезана резьба, такая же, как ина моем АКМе, аэто значит, что ясмогу на него ставить свой глушитель ииспользовать оружие вкачестве такой суррогатной снайперской системы. Гладкоствольная «Сайга 12К» влегионовском исполнении, две обычные охотничьи горизонталки 12-го калибра иполуавтоматический «Бекас» икним россыпью более пяти сотен охотничьих патронов 12-го калибра. Потертый АКМ сдеревянным прикладом, два АКС-74у свосемью магазинами, набитыми армейскими патронами, четыре
боевых ПМ сзапасным магазином ккаждому из них ироссыпью около двух сотен патронов. Что-то мне говорило, что это было собственностью МВД Украины исамым безобразным образом прихвачено на разборку действующими сотрудниками органов внутренних дел. Три травматические переделки ПМ идва револьвера, икак верх технической мысли на почве уничтожения себе подобных - два револьвера Кора Брно под патрон Флобера, расточенные под малокалиберный патрон, икним четыре упаковки этих патронов. Рядом положил пулемет Дегтярева, который был практически взаводской смазке, кнему два плоских, похожих на блины диска иРПО «Шмель». Кэтому всему богатству прилагалось более трех тысяч охотничьих патронов для моего карабина 7,62?39, расфасованных по пачкам на 20штук, нераспечатанный цинк таких же, но армейских боеприпасов, три сотни патронов УС (уменьшенной скорости), подаренных Димкой. Россыпью три тысячи боевых патронов 7,62?54 - для пулемета, три сотни таких же, только вохотничьем исполнении, шесть толовых 400-граммовых шашек, пять наступательных гранат РГД, одна оборонительная Ф-1.
        Отдельно выложил две полные двадцатилитровые канистры сдизтопливом, ноутбук инетбук сдвумя беспроводными модемами, двенадцативольтовый преобразователь иавтомобильный аккумулятор, несколько комплектов украинского армейского сухого пайка взапечатанных пластиковых зеленых контейнерах, три светодиодных фонарика сзапасными пальчиковыми батареями итри мобильника, сдвумя незасвеченными симкартами.
        Боеприпасы спрятал вмашине, аоружие спомощью Тимохи перенес ксебе вкомнату ипринялся приводить его впорядок. Несмотря на то, что тогда во время скоротечного боя противник успел по нам сделать всего несколько выстрелов, карабины иавтоматы были ввесьма запущенном состоянии, ипришлось потратить много времени на качественную чистку. Генерал, большой любитель охоты иоружия, видимо, извещенный вездесущим управляющим омоих манипуляциях, вежливо постучался изашел ко мне вкомнату, ичерез некоторое время мы уже вдвоем увлеченно разбирали ичистили автоматы Калашникова, ияна практике демонстрировал их устройство. Не будучи жадным идля поддержания отношений, яторжественно подарил полуавтоматический «Бекас» 12-го калибра генералу.
        Познавательный разговор острелковом оружии будущего непроизвольно перескочил снова на наши планы - граф уже как-то само собой считал, что мы сним водной упряжке, иникак не желал сходить сдистанции, когда начиналось самое интересное.
        Видимо, наш недавний разговор получал продолжение, иярешил, что появилась возможность пробить ситуацию ипрояснить для себя некоторые моменты, необходимые для более основательного планирования:
        - Какие увас есть выходы на высшее руководство империи, чтобы можно было при определенном везении максимально эффективно использовать информацию итехнологии из будущего?
        Генерал задумался, иэта пауза для меня сказала очень многое. Яидо этого предполагал, что унего не все так просто было сотставкой, уж слишком он умный инепоседливый. Анесколько брошенных фраз подтвердили мое предположение: Осташев относился ктем боевым генералам, которые большее время проводят ввойсках, участвуют впоходах, ввойнах, авсе теплые местечки вокруг трона занимают другие люди. Такая система распределения власти как раз иявлялась основным препятствием для моих планов. По тому, как угенерала погрустнел взгляд, стало ясно, что прямых каналов выхода на членов императорской фамилии унего нет, ипо некоторым оговоркам и - ктем, кто бы мог посодействовать, - тоже. Да тут ивгубернии унего позиции оказались не самыми завидными, видимо, дедушка успел составить осебе «хорошее» мнение. Вывод таков - как покровитель для дальнейшей легализации далеко не самая лучшая кандидатура. Но вмоей ситуации все равно уже ничего не попишешь, ставка сделана, хотя как по мне, аинтуиция редко подводит, вроде ичеловек не сволочной, надежный. Ятаких вармии видел - их не много, но во время войны именно на таких генералах
держится армия.
        - Н-да, весело…
        Мои мысли вроде как никто прочитать не мог, да ивыражение лица яконтролировал, но мой гостеприимный хозяин все просек инемного обиделся. Пришлось идти на маленькую военную хитрость - уважить старика, тем более, вобщем-то, яговорил правду, но выраженную ввысокопарных выражениях.
        - Павел Никанорович, прежде чем квам идти, яж все обдумал ивзвесил. Ну, подумайте, аесли б на вашем месте оказался титулованный мерзавец, который бы воспользовался иинформацией, ипредметами из будущего для личной выгоды, не задумываясь осудьбе России. Таких же много, они были ибудут иони опаснее сотни дивизий противника…
        Старик посопел, но переключился на конструктивный разговор:
        - Хорошо, Александр Владимирович. Скоро начнется Крымская война, иона будет проиграна Россией всвязи стехнической отсталостью?
        - Не только. Казнокрадство, не самое лучшее управление, грубейшие ошибки впрогнозировании развития ситуации, плюс комбинированное давление практически со стороны всех стран Европы, которое могло перерасти вкрупномасштабную войну на западных рубежах империи. Боевые действия происходили ина севере, ина Дальнем Востоке, но там все было так, для создания видимости, аосновные итрагические события происходили вКрыму. Атеперь давайте думать, чем сможем помочь. Как японял ни кимператору, ни кНаследнику увас выхода нет, инас туда просто не допустят, ну иладно, это даже лучше.
        - Почему же?
        - Мое присутствие здесь - это бомба, которая может перекроить всю карту мира. Апри нынешней системе государственной безопасности омоем появлении вполе зрения кого-то из членов императорской фамилии сразу станет известно, ине сомневаюсь, что англы примут меры ивлучшем случае меня удалят со двора, авхудшем отравят или выкрадут, ибуду якак соловушка рассказывать извечному врагу России секреты будущего.
        Генерал скептически покачал головой.
        - Да-да, господин генерал. Информация обудущем, военно-техническая, политическая - это оружие очень страшное, ита страна, кто ее будет иметь, получает неоспоримое преимущество.
        - Так почему вы не хотите это все использовать на благо России?
        - Да потому что, как бывший офицер контрразведки могу ответственно заявить: вокруг высшего руководства державы вертится столько ипростых агентов, иагентов влияния, ипросто тупых болтунов, которые, чтоб показать свою значимость, сольют нас спотрохами нашим же противникам, итогда начнется охота за предметами иинформацией из будущего.
        - Странные увас выражения, ячасто вас не понимаю, но общий смысл до меня дошел. Так, что вы все-таки предлагаете?
        - Павел Никанорович, уменя, так же как иувас, было время обдумать ситуацию, ияпришел кнеутешительным выводам. Первое: явсего лишь военный ине вкурсе, как делать автоматы, карабины, как строить самолеты, двигатели внутреннего сгорания ивсе то, что для нас является обыденностью. Япользователь, не более того, поэтому что-то могу рассказать, но никакой пользы вближайшем будущем от этого не будет. Есть, конечно, предложения, но это нужно собирать ученых, нарезать им задание, жестко указывать направление движения, но тут есть одна проблема - режим секретности. Даже если ясейчас что-то предложу, то вследствие вашей технической отсталости новинка быстрее появится уангличан иамериканцев, нежели вРоссии, ибудут эти смертоносные игрушки убивать русских солдат. Во-вторых, если мы попытаемся все это двинуть частным порядком, унас свами нет таких денежных ресурсов, чтобы попытаться организовать какое-либо производство инанять людей. Вы - честный человек, атакие, как правило, не отягощены богатством. Попытаться добыть или заработать - это надо время ивсе те же деньги для стартового капитала. Да, уменя вноутбуке
можно порыться ипоискать места залежей золота вСибири, Африке, Америке, но это опять же время, необходимое на розыски, на разработку, иресурсы снова на обеспечение режима секретности. Как вариант, пограбить грабителей…
        - Хм. Поясните, уж очень необычно звучит.
        - Отправиться вЕвропу иограбить несколько банков. Смоим оружием это не проблематично, но это все равно, что оставлять свои документы на месте преступления. Без стрельбы не обойдется, атакое оружие сразу заметят, ине дай бог, оно попадет вруки наших противников…
        - Значит, мы ничего не можем, несмотря на все ваши игрушки?
        - Тут вопрос вдругом: анадо ли?
        У генерала поднялись брови, ион удивленно, скорее даже оскорбленно, уставился на меня. Голосом, полным арктического холода, он медленно исрасстановкой выдал:
        - Объяснитесь, милостивый государь.
        - Вы неправильно меня поняли…
        - Александр Владимирович, вы уж определитесь, что вы хотели сказать, право слово, со стороны выглядит неприглядно.
        Мне пришлось взять паузу исобраться смыслями, чтоб хоть как-то выкрутиться из сложившейся ситуации, поэтому начал издалека, несмотря на неудовольствие генерала.
        - Есть причины, есть следствие, аунас это называется причинно-следственная связь. Так вот, начавшееся вконце пятидесятых годов девятнадцатого века активное имассовое перевооружение русской армии ифлота, хорошо проработанная инеплохо выполненная экспансия империи на юго-восток иприсоединение огромных территорий, захват Самарканда иБухары - все это стало результатом позорного проигрыша вКрымской войне. Если Россия выиграет эту войну, вчем яочень сомневаюсь, то ничего этого не будет иследующая война будет проиграна еще позорнее - вот, кчему яведу. Сами знаете, сколько среди генералитета персон, желающих жить ивоевать по старинке. Тем более впобедившей стране нас никто слушать не будет, сколько бы мы ни отличились на поле боя.
        - Вы предлагаете ничего не делать идать России проиграть?
        - Нет. Давайте сразу оговоримся - Россия по определению выиграть не сможет. Тут иколоссальное техническое отставание от европейских стран, имножество организационных проблем, логистика, элементарное воровство, размеры которого просто зашкаливали. Поэтому проигрыш ввойне, плюс смена императора привели ксерьезным подвижкам встране.
        - Так значит, мы ничего не сможем сделать?
        - Ну, почему. На данном этапе перед нами лежит задача изменить результаты Крымской войны. Это, как минимум, подразумевает уменьшение потерь, как людских, так ифинансовых, сохранение Черноморского флота. Как максимум, это нанесение противнику таких потерь, чтоб впоследствии всякое военное противостояние сРоссией однозначно ассоциировалось стяжелыми утратами. Атеперь давайте подумаем, что можно для этого сделать. Не забывайте, что на первом этапе ведущую роль играли флоты Англии, Франции иТурции. Аявсе-таки военный моряк, итут можно помочь нашим морякам, так сказать, не привлекая внимания кнашим скромным персонам, акогда добьемся определенных результатов, на фоне поражений остальной армии ифлота, можно будет выходить на Наследника, который через два года станет императором, иуже раскрывать перед ним карты.
        - Вчем будет выражаться эта помощь?
        - Как первый вариант, самый жесткий иэффективный, мне, всопровождении помощников, прокатиться по странам, будущим противникам, ипросто ликвидировать ключевые фигуры: во Франции НаполеонаIII, который как раз ивыделил основную часть сил для экспедиционного корпуса, вАнглии устроить диверсии впарламенте, отправив на тот свет несколько «ястребов».
        Судя по выражению лица, генералу это предложение не очень понравилось ивызвало явное отторжение. На попытку пояснить, что наши противники давно этим промышляют, он не стал слушать, ичтобы не обострять отношения, япродолжил свою речь.
        - Еще одна возможность - это диверсии против флота противника, когда мы уже будем всостоянии войны. Надеюсь, вы не против этого? Да? Ну, тогда продолжу. Яточно уверен, что смогу узнать, где икогда будут базироваться корабли, итам их можно будет заминировать. Они выйдут вморе итам взорвутся, это впервую очередь будет касаться транспортов сживой силой иосадными орудиями. Вот это нам по силам.
        Осташев глубоко вздохнул.
        - Александр Владимирович, это только мечта. Как вы их сможете заминировать? Англичане не дураки иникого просто так не подпустят.
        - Акто сказал, что ябуду их минировать сберега? Унас давно отработана тактика подводных диверсий. Боевые пловцы со специальными дыхательными приборами, аквалангами, пробираются ночью под водой иприкрепляют кднищу кораблей подрывные заряды итак же тихо уходят. Не забывайте, что явсе-таки военный моряк иучился на Черном море, так что те условия мне неплохо знакомы, ктому же вучилище унас была водолазная подготовка. Пруд увас есть, ипопытаться сделать иотладить несколько аквалангов вполне реально. Параллельно займемся изготовлением специальных зарядов, ато силы пороха для таких вещей явно недостаточно.
        На пару часов мы углубились вобсуждение подробностей инюансов, ивчерновом варианте план действий был выработан.
        После вечернего кофе якак бы между прочим закинул генералу еще одну удочку, которую подготовил давно…
        - Есть еще предложение - это разработка противооткатного механизма для пушек. Яспециалист немного вдругой области, но вучилище изучали корабельные артиллерийские комплексы, икое-что смогу вспомнить, атут главное идея…
        - Ну-ка, ну-ка… - заинтересованно подался вперед генерал артиллерии, который отдал службе добрые сорок лет.
        Мы пошли кнему вкабинет, где на чистом листе янарисовал схематический рисунок устройства современного артиллерийского орудия. На отдельных листах разбирались устройство казенника поршневого иклинового типа, назначение ипринципы дульного тормоза, гидро - игидропневматических амортизаторов. Осташев меня по этой теме пытал ивыпытывал еще около двух часов, иярассказывал все, что мог вспомнить. По возможности выдаваемая информация документировалась исвеликой тщательностью складировалась. Тут были зарисованы разные варианты лафетов, ядаже расщедрился инарисовал 122-миллиметровую гаубицу Д-30.
        После этого весьма познавательного иплодотворного разговора каждому из нас нужно было время на переваривание информации иобдумывание дальнейших шагов. Ясходил кджипу изабрал оттуда нетбук ивнешний жесткий диск, куда по привычке скидывал любую заинтересовавшую меня информацию, иудалился всвою комнату, чтобы немного поработать. Генерал остался усебя врабочем кабинете. Управляющий лично относил ему ужин ипозже пару раз кофе, при этом шипел на слуг, чтоб не смели беспокоить их сиятельство.
        Судя по тому, как изменилось отношение управляющего ко мне после приезда, на мой счет граф уже принял какое-то решение ионем известил своего управляющего. Это выражалось втом, что все мои просьбы выполнялись бегом ибез промедления, кофе влюбое время суток иособенно скорый перекус. Еремей, атак звали управляющего, из желания прогнуться, даже намекал, что если будет необходимо, они мне выдадут грелку во весь рост - дворовую девку. Класс, япочти согласился, но передумал - потом вкусим все прелести крепостного права.
        Еще по секрету Еремей рассказал много чего интересного: что генерал вдовец, что его сын Егорка погиб во время турецкой войны на Кавказе, что многие соседи проявили уже интерес кмоему появлению. Пока это выражалось вподсылаемых кнам впоместье слугах, которые все изучали, расспрашивали идокладывали своим хозяевам, ивближайшее время ожидались уже иофициальные визиты «посмотреть на золотую повозку». Оказалось, что все дворянство вокруг было взбудоражено событиями впоместье графа Осташева ивсе гадали, будет ли госпожа Михеева предъявлять претензии на найденные унее влесу сокровища, вывезенные графом Осташевым самым возмутительным образом. Меня это позабавило, но не более. Вера вавтомат Калашникова как-то согревала меня, хотя, по зрелому размышлению, это была глупая бравада.
        Я недолго сидел за компом, порывшись всвоем архиве инайдя много чего интересного применительно кмоменту, исчувством выполненного долга лег спать.
        Глава 4
        Утром разбудили наглые петухи, которые своим истерическими воплями подняли именя, насквозь городского жителя. Помучившись ипокрутившись вкровати, решил немного поразмяться ипробежаться. Ведь договаривались сгенералом, что ябуду изображать эксцентричного иностранца. Поэтому натянув пятнистую футболку, брюки иберцы ина всякий случай прицепив набедренную кобуру сПМ, прихватил MP3-плэйер, устроил неплохую утреннюю пробежку.
        Вышедшие на утреннюю дойку крестьяне судивлением смотрели на бегущего по дороге «рябого барина, который приехал на золотой повозке». Аяпросто бежал ислушал «Любэ», наслаждаясь чистым весенним утренним воздухом ивообще всей ситуацией. Давящее чувство уходящей серой жизни меня покинуло, иказалось, что передо мной раскинулся новый дивный мир, где открыты все двери. Такое чувство уменя было на следующее утро после выпускного вшколе…
        Утром за завтраком генерал выглядел не очень хорошо, видно было, что ночью он не спал, идля человека его возраста это далось нелегко. Яего понимал, тут революционный прорыв влюбимой артиллерии, исейчас перед ним забрезжила возможность изменить расстановку сил вбудущей войне, которая должна быть позорно проиграна.
        Дождавшись, когда янабью свою утробу после энергичной зарядки сногомаханием илегкого боя стенью, генерал, терпение которого было на исходе, уж слишком настойчиво пригласил меня ксебе вкабинет, для продолжения разговора.
        Оказывается, он уже проработал план, где ключевым этапом была вербовка некоторых его старых боевых товарищей, которые, как ион, не обладали большими финансовыми возможностями, но кто-то еще занимал государственные посты, укого-то сын или племянник служил вгвардии ит.д. Простыми словами, это можно было назвать формированием сети агентов влияния. Так же он прикинул возможные денежные затраты на проведение разработок вобласти артиллерии всвязи спереданной ему информацией. Сумма была не маленькой исоставляла минимум десять стоимостей его поместья со всеми крепостными впридачу. Втом, что мой знакомый готов, не задумываясь, продать всю свою собственность ивложиться вразвитие артиллерии, яуже не сомневался, имне стоило больших трудов убедить его это не делать по двум основным причинам. Первая была втом, что работы по аквалангам ивзрывчатке ясобирался проводить унего вимении. Второе - невдалеке было место, где япопал вэтот мир, игде гарантия, что окно вбудущее не откроется снова иунас не будет возможности утянуть оттуда еще что-то интересное для повышения обороноспособности Российской империи.
        По поводу его предложения по вербовке ятоже сделал несколько предложений.
        - Павел Никанорович, вы честный ипорядочный человек итакие же черты видите вокружающих, амне пришлось послужить всистеме, где как раз главной целью было использование людских пороков на службе угосударства, так что влюдях яразбираюсь получше вашего. Тут не обижайтесь, это правда. За время службы такого насмотрелся. Поэтому все, что будет касаться вербовки последователей, скажем так, допущенных кнашей общей тайне, ябы хотел взять на себя. Уж поверьте, вербовать - это была моя работа. Чтоб завербовать одного человека, приходилось отрабатывать человек десять, ипо мере сбора информации, подготовки условий иобстоятельств, многие кандидатуры отсеивались, иоставались один или два человека, которых уже запускали вплотную проработку. Это кропотливая, тяжелая инеблагодарная работа, обычно связанная скопанием вгрязи людских пороков. Иногда самому приходилось идти на подлость исоздавать особые условия, чтоб учеловека не оставалось других вариантов, как соглашаться работать на органы государственной безопасности. Да, подло, да, нечестно, да, омерзительно, но благодаря этому мы всамом зародыше успевали задавить
воровство военных секретов, выявлять казнокрадов ивредителей, противодействовать разведкам противника. Да исейчас, яне сомневаюсь, увсех государств есть такие службы, может, называются по-другому, что-то типа «тайной канцелярии», но смысл остается одинаковым. Пока не загрохотали пушки, свою тайную войну ведут разведчики иконтрразведчики, от удачливости ипрофессионализма которых может зависит больше, чем от нескольких дивизий кавалерии.
        - Яэто все прекрасно понимаю иразделяю ваше мнение. Втом, чтобы вы принимали участие в… - ему снекоторым напряжением удалось выдавить это слово. - …вербовке сторонников, янисколько не против, авсвете изложенной вами информации даже согласен, что вэтом есть большой иглубокий смысл. Но хотел бы указать вам, Александр Владимирович, что это достойные люди, не раз подтверждавшие свою верность Отчизне ивбыту, ина поле боя, поэтому мне бы не очень хотелось пользоваться вашими методами.
        - Доверяй, но проверяй. Это мой принцип. Икогда на кону стоят не тысячи ине миллионы, асотни миллионов жизней, которые будут потеряны Россией во всех войнах будущего, некоторые морально-нравственные нормы должны быть, скажем так, подкорректированы.
        Этот неприятный разговор был прерван осторожным стуком вдверь, ивзволнованный Еремей доложил, что кгосподину генералу пожаловали гости - господин городничий сдвумя приставами.
        Еще ментов тут не хватало, кчему бы это? Ачервячок уже подсказывал - по мою душу народ прискакал сутра. Генерал ушел вдругую комнату, где расторопный Еремей быстро переодел его ввоенный мундир, вкотором Осташев выглядел уж очень представительно - множество наград впечатлило именя, природного циника. Я, на всякий случай, заскочил ксебе вкомнату, привел впорядок форму иприхватил парочку гранат. Достал из кобуры ПМ, загнал патрон впатронник, осторожно спустил курок, так чтоб не произошло спонтанного выстрела, и, поставив на предохранитель, вернул вкобуру. Для открытия огня достаточно было выхватить оружие, большим пальцем снять предохранитель ичуть сильнее нажать спусковой крючок, для самовзвода курка - вобычных условиях это не делается, но втакой ситуации, когда возможно придется открывать огонь на поражение, может сэкономить две-три секунды. Яподошел клестнице истал прислушиваться кразговору вгостиной, где генерал принимал городничего.
        Да, такого развития ситуации я ине предполагал. Форменный идиотизм, помноженный на природную человеческую жадность. Атетка, госпожа Михеева, быстро крутанулась ивыставила предъяву генералу по всем правилам. Суть ее состояла втом, что граф Осташев снеизвестным человеком вхарактерной одежде, который до этого напал влесу на ее холопа, нашел ивывез из ее леса сокровища, не поставив визвестность ни местные власти, ни, главное, ее - хозяйку, что расценивалось весьма негативно.
        Поэтому городничий, испытывавший кего превосходительству генералу явную симпатию, ждал разъяснений ипросил выдать некоего незнакомца в«рябой одежде» для следственных действий.
        Ну, народ иоборзел. Не успели мы сОсташевым проработать план спасения России, так тут уже на нас наезжать начали. Через некоторое время по лестнице затопал Еремей сприглашением от генерала пройти вгостиную.
        Еще вчера вечером янашел на компе книгу, где мельком говорилось про городничих, исейчас то, что такое должностное лицо прикатило кгенералу впоместье, говорило осерьезности ситуации. Как правило, это были бывшие военные, обладающими авторитетом инаделенные особыми полномочиями, включающие частично ифункции правоохранительных, следственных исудейских органов на местах. Поэтому пришлось спускаться.
        В гостиной меня ожидали сам генерал игородничий - высокий седобородый, но крепкий дядька скрасным лицом, что говорило об особом пристрастии кспиртному. Из уважения кгенералу Осташеву оба пристава остались на улице ине принимали участия вразбирательстве.
        Я вошел вкомнату, оглядел гостя сног до головы, остановив взгляд на его переносице ивуме как бы представляя, как выхватываю пистолет истреляю ему именно вэту точку. Мой вид, аособенно взгляд произвел на гостя впечатление. Он долго иоценивающе смотрел на меня ипосле минуты молчания иборьбы взглядами, хохотнув, рокочущим басом выдал:
        - Ну, каков орел, отца пришел защищать? Ишь, как зыркает, ну прямо басурманин, вгорло готов вцепиться. Да ты не думай, мы ствоим отцом старые боевые товарищи ине раз вместе на турков ходили…
        Вроде бы иголос дружелюбный, ипостроение фраз не напрягает, но вот взгляд этого здоровяка был настороженным, иэто говорило отом, что ситуацию пока еще до конца не разрулили, хотя первый уровень напряженности уже пройден. Аможет, ясо своими заходами переборщил.
        Генерал сидел на стуле спрямой, напряженной спиной, при этом пытаясь создавать видимость невозмутимости. Когда городничий дотрындел очередную фразу про боевое прошлое, Осташев успел вставить:
        - Александр, сынок, не беспокойся. ЯНиколаю Алексеевичу все рассказал. Ипро то, что ты мой сын, ипро то, что ты учился вСевероамериканских штатах, про Южную Америку. Он хочет посмотреть на твою самобеглую повозку иубедиться, что госпожа Михеева не имеет кэтому никакого отношения исоответственно не имеет никаких прав.
        Если перевести это на понятный язык: пришлось сказать, что яего сын, что все отличия объясняются тем, что мотался по миру, ивкачестве подтверждения ичтоб отбить все предъявы оборзевшей тетки, нужно показать джип. Понятно, не дурак, все впределах легенды, разве что генерал выдал меня не как приглашенного инженера, асвоего сына, причем родного - очень серьезный ход. Ладно, поехали, буду подыгрывать.
        - Конечно, отец.
        И уже обращаясь кгородничему:
        - Ваше превосходительство, ясейчас захвачу мобилайзер испущусь вниз, имы свами посмотрим на чудо американского технического гения.
        А про себя добавил: «Как хорошо, что большинство шилдиков инадписей на английском, точнее американском языке, итут этот недостаток превращается впреимущество».
        Городничий сумным видом воспринял непонятное, но очень умное слово «мобилайзер» и, поднимаясь по лестнице, яуслышал его бас:
        - Хороший увас сын вырос, Павел Никанорович. Настоящий офицер, не из тех, кто будет кланяться пулям.
        - Унего дикари недавно убили жену. Он их всех выследил иубил. Убил их, их родственников исоплеменников. Там такие традиции… После этого яего решил официально сделать наследником ипродолжателем фамилии.
        Уже заходя ксебе вкомнату, яуслышал обрывок ответа городничего:
        - …этот сможет. Чувствуется ваша кровь. Апомните, как вдвадцать девятом на Кавказе…
        Взяв ключи от джипа, яспокойно спустился вниз, где городничий уже чуть ли не танцевал от нетерпения.
        Когда мы вышли на крыльцо, япоразился количеству людей, собравшихся на дворе. Такое впечатление, что сюда собрались люди со всех близлежащих сел. Чуть вотдалении стояло штук пять повозок спразднично одетыми соседями, которые прибыли, чтоб быть свидетелями эпохального события. Отдельно, чуть ли не посреди двора, рядом скаретой городничего, стояла коляска сдвумя женщинами, одна из которых, толстая и, как мне показалось, конкретно стервозная, высокомерно посматривала на всех вокруг, рядом сней сидела ее более молодая копия, отличавшаяся от мамаши только возрастом, но не весом.
        По тому, что мы вышли втроем: городничий, генерал ия, всем стало понятно, что пришли ккакому-то решению. Осташев остался на крыльце, как бы посматривая на все это действо свысока, а яспокойным, твердым шагом направился ксараю, где стоял мой «Митсубиси Паджеро». Проходя мимо кареты, япопросил городничего силами его приставов освободить двор «от препятствий, которые могут пострадать при показе самобеглой повозки». Гражданка Михеева попробовала что-то повозмущаться, но ей все равно пришлось сваливать со двора, иза это яудостоился нескольких неприятных взглядов, которые прожигали мне спину. Пожав плечами, япожалел, что оставил бронежилет усебя вкомнате.
        А потом свершилось чудо, окотором потом судачили по всей Тульской губернии. Яспокойно снял ссигналки машину, забрался на водительское сиденье, выехал на улицу, сделал несколько кругов, потом, посадив на переднее сиденье городничего, выехал со двора, сгонял клесу, мимо стоящих повозок ссоседями, которые во все глаза пялились на моего железного скакуна.
        Лихо подкатив ккрыльцу усадьбы, где нас невозмутимо, как монумент, ждал генерал Осташев, янажал кнопку, иэлектропривод поднял стекла, которые ядо этого опустил, чтоб городничий почувствовал ветерок на скорости.
        Потом были еще полчаса хождений вокруг машины, охов ивздохов, восхвалений американскому техническому гению.
        Городничий, получивший истинное удовольствие от поездки, провел рукой по корпусу джипа, убедился, что тут золотом ине пахнет, повернулся кМихеевой и, криво ухмыльнувшись, видимо, эта тетка иего достала, грозно спросил:
        - Игде тут ваше золото?
        «Если эта коза сейчас полезет проверять, не из золота ли моя машина, ипоцарапает мне полировку, пристрелю жирную сволочь» - непонятно откуда взявшаяся антипатия заставила задрожать руки.
        Потом был совместный обед, на который напросились все приехавшие соседи, кроме, конечно, уехавшей вплохом настроении госпожи Михеевой. Яумудрился отмазаться от участия вэтом застолье, мотивируя тем, что машину нужно ставить на консервацию. Слово умное, ина него никто ничего не позволил себе возразить. Хотя четырех интересных девушек, дочек иплемянниц соседей-помещиков, мне представили. Да ипара замужних мамаш старательно строили глазки - что ж поделаешь, глубинка, скукотища, атут такая развлекуха иновое, очень интригующее лицо. Ладно, чуть позже яэтот вопрос прозондирую, ато как-то крепостные что-то не сильно привлекают, аестество-то, оно требует…
        Вроде как первый наезд отбили без особых напрягов, но вот то, что касается секретности искрытности моего появления… Тут кроме нецензурных слов никак не выразишься.
        Когда все разъехались имы сгенералом игородничим сидели встоловой идядьки шмалили трубки стабаком, Осташев сделал точно продуманный ивыверенный ход.
        - Николай Алексеевич, раз так сложилась ситуация ивсе наветы развеяны, якак раз хотел поговорить свами. Тем более, намедни яквам сам вгости собирался…
        Городничий, получивший истинное удовольствие иот поездки, иот всеобщего внимания, особенно заинтересованно слушал мой рассказ, вкотором мне пришлось импровизировать ивнесколько искаженной форме рассказывать про боевые действия в«зеленке» против дикарей ибелых бандитов вЮжной Америке. Война на Кавказе забрала много жизней русских солдат иофицеров, имои соображения по тактике истратегии, почерпнутые всвое время из рассказов Димки Березина, заинтересовали обоих военных. После часа общения япочувствовал, что городничий уже практически полностью проглотил на ходу слепленную генералом легенду ивсячески старается показать свое расположение. Это не то что бы настораживало, но заставляло задуматься: как бы ни попросил чего, что нельзя будет отказать.
        - Вы знаете, что яостался один. Сын Егор погиб на Кавказе…
        «Так вот почему он стаким интересом меня слушал».
        - Япоследний вроду Осташевых. Мой сын, Александр, носит фамилию своей матери, которую ялюбил икоторая умерла при родах. Тогда Сашку пришлось отправить учиться вАмерику, вот видишь, что из него получилось. Ябуду хлопотать отом, чтоб Александр стал следующим графом Осташевым, ивас, Николай Алексеевич, хотел просить, как старого боевого товарища, посодействовать вскорейшем продвижении сего дела.
        Он опустил голову идругим, глухим голосом проговорил:
        - Очень хочу успеть внуков понянчить…
        Городничий, лицо которого от выпитого еще больше раскраснелось, порывисто вскочил:
        - Всенепременно, дорогой Павел Никонорович, посодействую. Да исынок твой, явижу, достойный продолжатель рода будет…
        Еще бы он попробовал отказать. Когда такой человек, как генерал Осташев просит отаких вещах, тут как минимум стоит прислушаться ипо возможности помочь.
        А явсе синтересом наблюдал за городничим - дядька со всех сторон интересный иникак не соответствует тому образу, что он перед нами разыгрывает. Ато, что он играет, не сильно, самую малость - это факт. Ох, будут нам от него проблемы.
        Когда он уехал, мы вечером сидели сгенералом за чашкой чая итихо обговаривали сложившуюся ситуацию. Многие проблемы, что мы обсуждали вчера, сами собой решились, инужно было хоть как-то наметить будущие шаги. Он мне достаточно подробно рассказывал про своих друзей, кандидатов всоратники. Но вбольшинстве случаев это повествование превращалось ввечер воспоминаний обылых сражениях, попойках иинтригах. Когда мне это наскучило, аспециально выделенный для этого еженедельник уже был исписан заметками, яперевел разговор на другую тему, которая меня несколько волновала.
        - Павел Никанорович, меня все волнует ваш знакомый городничий - полковник Маркелов. Что ни говорите, асольет он нас свами…
        Осташев, оторвавшись от воспоминаний, смотрел на меня обиженно.
        - Счего вы взяли?
        - Да не поверил он. Это явам точно говорю. Унего должность такая, присматривать, ион будет просто обязан доложить омоем появлении.
        - Николай Алексеевич человек чести имой давний знакомый, ияне намерен больше от вас, господин капитан корпуса жандармерии будущего, выслушивать наветы.
        Н-да. Старик закусил удела иможет даже на дверь указать.
        - Павел Никанорович, давайте рассмотрим ситуацию вдругом ключе. Информация обо мне все равно уйдет всоответствующие инстанции, или вы думаете, что та жирная корова, Михеева, просто так успокоится? Да исреди ваших соседей найдутся доброхоты, кто не преминет доложить, сболтнуть, похвастаться. Это понимаем мы свами, это понимает игородничий. Иесли он не доложит иинформация пройдет мимо него, то унего будут неприятности, ведь именно за тем его здесь ипоставили - приглядывать идокладывать. Ичто здесь получается? Долг перед державой идружеские отношения, авы сами говорили, что он служака икарьерист.
        Осташев помолчал, давая понять, что мои объяснения принял.
        - Ну, допустим, Александр Владимирович, я свами согласен. Что вданной ситуации вы предлагаете? Может быть, дождаться действительно людей, наделенных властью, ивсе им рассказать? Для державы это будет лучшим вариантом.
        - Мы свами уже обсуждали этот вопрос. Скорее всего, нас запрячут подальше ипопытаются использовать всвоих придворных интригах. Меня это не устраивает. Если иидти на контакт, то когда мы свами будем стоять на определенных, сильных позициях, итогда нас не будут использовать как пешек. Минимум, на что янадеюсь, пользуясь шахматной терминологией, это конь или слон - сильные иподвижные фигуры.
        - Хм. Ане вфавориты ли вы метите, Александр Владимирович?
        - Нет. Однозначно - нет. Фавориты, как самые активные персоны влияния, всегда попадают вполе зрения всех спецслужб, анам, чтоб что-то сделать, надо как можно дольше избегать этого внимания.
        Генерала начал раздражать этот разговор - он был человек действия, ивсе мои умозрительные выкладки его начинали бесить. Но он взял себя вруки испокойным голосом спросил:
        - Каковы наши дальнейшие действия?
        - Впервую очередь надо попрятать все необычные вещи. Для этого привлекаем Еремея, чтоб он сдвумя особо доверенными мужиками ввашем лесу организовал хранилище для моего джипа. Затем отрабатываем подготовительные мероприятия по плану «Тьма».
        - Что это такое?
        - Это план полной эвакуации, предусматривающий сокрытие всех материальных иинформационных ценностей, создание резервных источников финансирования иуход на нелегальное положение, предполагающий разработку легенд иподготовку явочных квартир. Образно говоря - вслучае негативного развития ситуации Александр Осташев, как вы меня представили, уезжает внеизвестном направлении или его убивают грабители, оставив обезображенный труп, автой же Туле появляется купец или изобретатель, ну, допустим, Трофим Пуговкин, который открывает свою лавку иначинает выпускать всякие интересные новинки. Это образно, но общую мысль вы должны понять.
        - Вполне. Завтра пришлю квам Еремея, вы объясните ему, что хотите, а япока, свашего позволения, вызову своего старого, доброго друга, скоторым не раз рисковали жизнью во славу России. Надеюсь, он будет первым.
        - Это кто?
        - Граф Свирин. Подполковник артиллерии вотставке, участник турецкой кампании. Человек состоятельный ивесьма неглупый, интересующийся передовыми открытиями науки…
        Я быстро глянул вежедневник.
        - Это тот, укоторого сын служит вгвардии, адочка замужем за действительным статским советником вСанкт-Петербурге.
        - Хм.
        Он удивленно поднял на меня усталые глаза.
        - Авы неплохо все запомнили…
        - Ну так, это ключевые моменты по каждому кандидату, ияпостарался такие вещи не оставлять без внимания.
        - Порадовали вы меня, Александр Владимирович, ато ягрешным делом начал ввас разочаровываться.
        - Счего бы это? Мы сейчас находимся всостоянии сбора иклассификации информации. Зато когда начнется движение, вам будет не до воспоминаний ивы получите то, чего вам так не хватает…
        Он хитро посмотрел на меня, пряча улыбку вгустых усах, иуже дружелюбным голосом спросил:
        - Ичего мне не хватает?
        - Вам не хватает серьезной цели, которой можно посвятить всего себя, вы человек дела. Просто растить пшеницу, рожь, гречиху ипродавать вам не интересно - вы боевой генерал. Исоответственно вам нужна цель - спасение Отечества, что может быть важнее иинтереснее?
        Он не стал ни хвалить меня, ни ругать. Просто встал, доброжелательно пожелал мне спокойной ночи иудалился, на прощание буркнув, что Еремей завтра сутра вмоем распоряжении.
        Утро начиналось как обычно: крикливые петухи, пробежка под песни «Любэ», легкая зарядка иутренний моцион. На попытку того же Тимохи побрить меня отмахнулся исбольшим удовольствием нормально побрился своим «Жиллет Мак-3», используя гель для бритья, что сопровождалось очень заинтересованным взглядом моего невольного денщика.
        Потом после завтрака генерал удалился ксебе писать пригласительные письма своим друзьям, а яуединился сЕремеем икратко обрисовал ему ситуацию. Он быстро перебрал вуме все возможные варианты, кого можно привлечь ктакого типа работам, иглавное, чтоб умели держать язык за зубами. Уже через час возле крыльца меня ждали три кряжистых крестьянина вдомотканых рубахах, стопорами, пилами илопатами.
        Чтобы не привлекать внимания, япереоделся вскромную одежду, которую принес Еремей, исним ипридаными для работы мужиками ушел влес, где предполагалось организовать схрон для моей машины.
        Мы долго бродили по лесу, выискивая поляну для размещения блиндажа, и, найдя неплохое место, ккоторому вполне реально без больших затрат провести машину. Ясделал разметку, определил сектора обстрела для будущих огневых точек иопределил место, куда будет скидываться грунт. Скинув сюртук ирубашку, сам схватил лопату иначал срезать дерн, относя ровные прямоугольники всторону. Так мы проработали до вечера, иуже разложив костер, на котором готовился ужин, ясидел скрестьянами иждал, когда дойдет каша. От себя явобщий котел добавил мясную консерву из сухих пайков, галеты ичай. Несмотря на совместно проведенный втяжелой работе день, разговор сэтими людьми как-то не клеился - видимо, сказывалось то ли недоверие, то ли отчужденность. Ближе кодиннадцати вечера они разлеглись спать, укрывшись рогожей, ияотошел всторону, расстелив лист пенистого полиэтилена, залез вспальный мешок, улегся истал смотреть на звездное небо, проглядывающее сквозь крону деревьев. Так меня исморил сон.
        Глава 5
        Когда по прошествии двух дней яубедился, что строительство моей партизанской базы идет должным порядком, работники регулярно снабжаются продуктами, ясобрал вещи ивернулся вусадьбу.
        К этому времени генерал уже отправил несколько писем своим боевым товарищам, несмотря на мои предложения все это делать поэтапно. Поэтому, пока было время, пришлось приняться за подготовку нашей маленькой научно-технической революции исоответственно операции прикрытия. Вспомнив «Мертвые души» Гоголя, япредложил графу Осташеву поискать вего имениях недавно умершего крестьянина примерно моего возраста иформально дать ему вольную. Таким образом, яначал отработку одной из легенд для своей персоны. Но одному мне было бы трудновато даже под такой легендой вжиться вобраз, ипосле соответствующего разговора ко мне прикрепили Тимоху, оказавшегося родным сыном управляющего. Для него тоже начали отрабатывать аналогичную легенду. Врезультате таких поисков впоместье графа Осташева получили вольную инекоторую благодарственную сумму два крестьянина: тридцатилетний Севастьян Митрохин иего сын Тимофей Митрохин. Вреальности эти двое погибли прошлой весной, после того как сани, везущие дрова, провалились под лед. Тела так ине были найдены, но легенда оказалась весьма неплохая. Для Тимохи совпадение имен было даже
очень привычным, имолодой парень, укоторого, как язаметил, была вхарактере некоторая авантюрная жилка, со всем энтузиазмом принял правила игры. Через неделю он всопровождении отца отправился вТулу для сбора предварительной информации об имеющихся вгороде производствах ичастных мастерах, оценах на жилую ипроизводственную недвижимость иглавное исподволь прозондировать почву об уровне полицейского ижандармского надзора - все-таки вгороде находятся казенные предприятия, ориентированные на производство оружия. Если кЕремею возникнут вопросы, то унего есть легальный статус управляющего генерала графа Осташева, который поручил ему поискать мастеров для изготовления уникального охотничьего ружья.
        Для выполнения хотя бы части наших планов по разработке стрелкового иартиллерийского вооружения нового типа необходимо было закрепиться вгороде сразвитой промышленной инфраструктурой, аТула, которая находилась как раз не очень далеко для таких дел, подходила идеально. Но, исходя из элементарных соображений секретности, вгороде япредполагал заказывать детали уразных мастеров ина разных заводах, аконечную сборку производить впартизанском лагере, где сейчас готовился гараж для моего джипа, авпоследствии ибудут размещены мастерские.
        Пока Еремей ссыном уехали вТулу, мы сгенералом озаботились созданием своей маленькой армии, взадачу которой входила бы охрана ипоместья, ибудущих мастерских. Тут все было вруках Осташева, имы пришли кединому мнению, что неплохо бы кэтому делу привлечь ветеранов. Поэтому на следующий же день бывшим сослуживцам генерала были разосланы письма спросьбой порекомендовать надежных людей, которые хотели бы, уйдя вотставку, послужить лично генералу ссоответствующей оплатой ипривилегиями.
        Я же все это время занимался тем, что собирал исистематизировал информацию, которую удалось нарыть на ноутбуке, но больших успехов на этом поприще не добился - ябыл электротехник испециалист по техническим системам безопасности, атут нужны были технологи, металлурги икуча еще других профессионалов. Параллельно осваивал нравы местного общества - начал изучение французского языка, осваивал верховую езду идаже пытался что-то выделывать схолодным оружием, как это принято удворян. Осташев, который специально нанял для меня всрочном порядке учителей, не мог без содрогания смотреть на мои занятия - уж как-то все уменя не так проходило. Иязык мне не давался, ивседле смотрелся как собака на заборе, исо шпагой исаблей как-то все не так красиво, как это описывается вроманах, выглядело. Но процесс шел. Параллельно по возможности ястарался больше времени проводить среди дворни, пытаясь перенимать манеру говорить, словарный запас ихоть как-то изучать быт.
        Все это время мне не давало покое чувство, что ячто-то пропустил или забыл. Маясь, пытаясь вспомнить, изводил себя насущными заботами, когда разобрав по привычке свой карабин имурлыкая песню, наконец-то вспомнил, что уменя засело вголове. Когда ятолько попал вэтот мир, ясканировал радиодиапазон, исканер показывал какие-то сигналы на уровне естественного шума, но ведь что-то же было? Атут, вусадьбе полная тишина. Значит, есть некоторая вероятность связи смоим миром. Это можно вычислить, вернувшись ктому памятному дубу. На следующий день язапланировал марш-бросок втот лес, поэтому весь вечер готовился, как только мог. Нарезав из старых тряпок тонких полосок, язанялся шитьем иквечеру приготовил некоторое подобие маскировочного костюма типа «Леший» или «Кикимора».
        Добравшись на следующий день максимально близко ктому лесу взакрытой карете генерала, ядал вознице указание возвращаться обратно вусадьбу через полчаса, прямо на ходу выскочил исразу скрылся вкустах. Но, кмоему сожалению иудивлению, приблизиться ктому памятному дубу яне смог. Лес буквально кишел людьми: крепостные помещицы Михеевой, бросив все свои дела, буквально метр за метром перерывали лес впоисках гипотетических сокровищ. Сколько энергии выделяет человеческая жадность. Поэтому, чтоб не привлекать внимания, ямаксимально быстро искрытно покинул эту страну дураков, тихо матерясь ивспоминая книжку про Буратино. Наверное, все-таки сказку писали не на пустом месте ибыли реальные предпосылки.

* * *
        Небольшой уездный городок Ефремов, утопал ввесенней зелени. Провинциальная неторопливость накладывала особую печать на всех его жителей. Будучи одним из аграрных центров Черноземья, город больше ориентировался на торговлю зерном, ивсе местные мануфактуры выдавали типичный набор товаров для глубинки: кирпич, сало, кожи, воск. Вбольшом частном доме, где проживал городничий Маркелов, жизнь тоже шла неторопливо искучно. Хозяин тосковал по столице, где он, будучи молодым офицером, участвовал ввеселых гулянках ипопойках, вздыхал, вспоминая боевые походы, где сложили голову многие его товарищи. Сейчас он был не удел. По сути, его сослали вэтот опостылевший уездный город, где все пропиталось вонью скожеобрабатывающих мануфактур. Впоследнее время он не мог уже переносить эту каторгу, не прикладываясь кзаветному штофу сводкой, которая мутила голову, но не убирала тоску, атолько ее притупляла на некоторое время. Иногда он встречался стакими же ветеранами, осколками военной славы Российской империи, доживающими свой век взабвении ивотдалении от великих дел, которые, судя по газетам, происходили вмире.
        Все изменилось тем памятным утром, когда кнему вдом вломилась помещица Михеева и, распространяя вокруг себя амбре из смеси дешевых духов иядреного бабского пота, визгливым голосом начала что-то рассказывать по поводу подлого графа Осташева.
        Пребывая сутра вмеланхолическом настроении, поддержанном парочкой рюмочек холодной, прямо из погреба, водочки, городничий сначала не понял, про какого Осташева ведется речь. Когда до него наконец-то дошло, что эта крикливая бабища обвиняет генерала графа Осташева, пользующегося уважением иавторитетом среди ветеранов, Маркелов вышел из себя инакричал на просительницу. Но он был поставлен сюда блюсти закон, поэтому пришлось вызвать секретаря, который вэто время на соседней улице подбирал ключики ксердцу вдовушки, хозяйки хлебной лавки, иустроить допрос по всем правилам.
        Часом позже, выслушивая обвинения, перемежающиеся споказательным плачем, вкотором Михеева давила на жалость, рассказывая, как тяжело живется вдове, которую все норовят обжулить, городничий наконец-то прояснил для себя ситуацию. Рассказ о«телеге, полной золота», которую генерал умудрился тайно вывезти из леса помещицы, взбудоражил его. Решив разобраться на месте, он дал команду запрягать карету и, кликнув двух приставов, выехал вимение графа Осташева.
        Это был самый запоминающийся день за несколько лет. Самобеглая повозка произвела на него неизгладимое впечатление. Но еще больший интерес вызвал новоявленный «сын» генерала. Маркелов ни на минуту не поверил, что этот плечистый спронзительным взглядом убийцы молодчик внеобычной рябой одежде, которую он называл на английский манер «джангл фетигс», сын генерала. Уж очень они были не похожи, но он слишком уважал графа Осташева и, когда тот попросил Маркелова посодействовать вдворянском собрании опризнании этого человеком сыном генерала, городничий не смог отказать.
        Потом, вернувшись домой, он долго обдумывал ианализировал события такого насыщенного дня. Тайна, большая тайна - вот что он почувствовал после общения сгенералом иего гостем. Многие вещи, нюансы поведения, мелочи, на которые бы не обратил внимания обычный человек, не укрылись от пытливого взгляда городничего. Результатом долгих размышлений имук совести, где между собой боролись уважение кгенералу Осташеву, карьеризм, чувство долга ипростое желание выбраться из этого опостылевшего городка, стало письмо, отправленное снарочным даже не вТулу, где находился непосредственный начальник Маркелова, апрямо вСанкт-Петербург на имя управляющего III отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии генерал-лейтенанта Леонтия Васильевича Дубельта.
        Это был шанс, Маркелов чувствовал это всеми фибрами души, и, чтоб не сидеть без дела, пока встолице закрутятся колесики государственной машины, принимающей судьбоносные решения, он по возможности стал собирать информацию особытиях впоместье генерала Осташева иглавное - оего госте. Но дни шли, из столицы не было никаких известий, авсе, что ему удалось узнать об Александре Осташеве, как он стал его называть, говорило отом, что молодой офицер, ато, что тот офицер ине ниже капитана, повидавший жизнь, Маркелов не сомневался, вел образ жизни, свойственный помещику, ане посланнику неких сил, которые вроде как маячили за спиной этого необычного человека.
        Новость отом, что самобеглая повозка исчезла из поместья, взволновала городничего. Это при том, что граф иего приемный сын ведут себя как ни вчем не бывало, значит, они куда-то спрятали эту необычную машину, которая занимала большую роль вкачестве доказательства вплане полковника Маркелова, по возвращению со всеми почестями встолицу.
        Он начал впадать вотчаянье иопять все чаще прикладываться кзаветному штофу, когда однажды секретарь доложил, что прибыл горный инженер Стеблов ипросится на прием, чтоб выразить свое почтение господину городничему. Махнув рукой, полковник Маркелов принял подобающий вид, уселся ввысокое иудобное кресло за письменным столом, заваленным служебными бумагами, когда вкомнату вошел молодой человек, лет тридцати. То, что гость никакой не инженер, городничий понял сразу - уж слишком выделялась военная выправка, да ивзгляд тоже был далек от обычного почтения, которое старались выказать всякие просители.
        «Вот оно» - возликовал городничий. Но теперь ему нужно проявить все свои качества, которые, как он считал, остались недооцененными Отечеством.
        Маркелов откинулся на спинку кресла, окинул гостя пронзительным взглядом испокойно ивыдержанно проговорил:
        - Ярад, что мое письмо дошло до адресата.
        Гость кивнул головой, как бы показывая, что все понял, иответил:
        - Вы были слишком убедительными, да ине только вы.
        «Значит, все-таки кто-то мимо меня успел сообщить встолицу, интересно кто, ну ладно, потом выясню».
        - Ну что ж, значит, меня мой нюх не подвел, иясумел угодить его превосходительству.
        - Это будет оценено.
        - Как мне вас величать?
        - Как ивсе, инженер Стеблов.
        «Ну, ничего, сейчас иятебя проверю».
        - Господин инженер, не соблаговолите представить доказательства ваших полномочий, сами понимаете, вопрос очень серьезный.
        - Что ж, вы всвоем праве…
        Гость усмехнулся идостал из-за пазухи конверт, сбольшой сургучной печатью. Быстро перечитав содержимое письма, городничий струдом подавил радостный вздох, что не укрылось от «инженера».
        После таких слов гость спокойно стал рассматривать обстановку, не проявляя никакого желания продолжать разговор, что сильно задело Маркелова, которому пришлось взять инициативу на себя.
        - Может, отобедаете сдороги?
        Человек, выдающий себя за инженера, как бы нехотя согласился, но выразил это ввесьма учтивой форме, давая понять полковнику, что отныне он тут главный.
        - Не откажусь, заодно просветите меня относительно вашего феномена.
        После непродолжительного обеда гость начал задавать вопросы, на которые угородничего давно были подготовлены емкие ивесьма информативные ответы.
        - На что похожа самобеглая повозка ичто меня вней привлекло? Хм. Скажите, какое вы видите отличие между крестьянской телегой ипаровозом на железной дороге?
        К удовольствию городничего, вопрос поставил втупик его самодовольного гостя. Поэтому он продолжил:
        - Паровоз намного совершеннее итехнически просто изумителен для непосвященного человека. Так вот для меня, человека, который чуть-чуть разбирается всовременном развитии техники, эта самобеглая повозка так же отличается от паровоза, как наш современный паровоз отличается от самой простой телеги. Тут идвижитель, работающий совершенно по-другому иуж точно не использует силу пара, тут исамоподъемные стекла, ичистейшая необычная музыка, имножество других мелочей, которые заставляют поверить вчудеса. Это не просто повозка, это техническое произведение искусств, достойное нашего императора. Так вот, для этого человека машина является чем-то совсем обычным, как для нас лошадь. Аон точно не инженер ине изобретатель. Он солдат, ипричем непростой. Слышали бы вы, милостивый государь, как он рассуждал опроблеме кавказских горцев, тактике борьбы сними…
        И городничий постарался максимально полно передать свой разговор сАлександром Осташевым, видя, как заинтересовался его надменный гость. Маркелов как легендарная Шахерезада затягивал посланца грозного генерала Дубельта своим рассказом, выкладывая все новые иновые подробности.
        После полутора часов такого разговора гость утратил свою надменность ипревратился втого, кем он был на самом деле - ищейкой, идущей по следу. Теперь он сам стал задавать вопросы, пытаясь более точно просветить для себя ситуацию.
        - Он русский?
        - Несомненно. Хотя говорит как-то вычурно, часто проскакивают слова, явно английского происхождения.
        - Вы сказали, что он потерял жену ижестоко отомстил. Вы сами вэто верите?
        - Несомненно. Когда граф Осташев повторил это вего присутствии, гость немного поморщился итак зыркнул на графа, как будто тот задел нечто очень личное. Это точно была не игра.
        - Хм. Очень интересно. Вы говорили, что он офицер, вчем это проявлялось?
        - Слова: разведка, рекогносцировка, обходной маневр, переправа, фланговый огонь - все это для него само собой разумеющееся, как будто он их часто произносит. Да ивыправка, ипривычка командовать, все это мне, старому ветерану, видно сразу, - не смог не похвалить себя городничий.
        - Что ж, если судить по вашему рассказу, то нарушение субординации, которое вы себе позволили, обратившись через головы ваших начальников непосредственно кего сиятельству, оправданно исовершенно своевременно. Мы тоже не сидели без дела итоже проверяли, но вы сумели максимально полно представить обстоятельства появления этого странного гостя генерала Осташева. От себя могу сказать, что буду ходатайствовать перед его сиятельством овашем награждении за внимательность иверность долгу.
        - Яверный сын Отечества.
        - Да. Теперь осталось выяснить, что же все-таки нужно этому гостю, который появился буквально из ниоткуда. Достоверно известно, что границу он не пересекал, итакая самобеглая повозка обычным путем вимперию не могла бы быть доставлена, не попав внаше поле зрения.
        - Ятоже так подумал, поэтому ирешился на столь неординарный шаг. Но от себя могу добавить, что генерал граф Осташев - честный человек, не запятнавший свою честь предательством исговором спротивником, но то, как он просил за этого человека, говорит осерьезности ситуации. Уж поверьте, язнаю генерала давно, ион очень редко просит, очень редко.
        - Ятоже так думаю. Поэтому ирешился лично рассмотреть ситуацию на месте. - Он задумался. Потом принял решение: - Господин полковник, все, что ясейчас расскажу, является государственной тайной, илюбое разглашение будет строго караться…
        «Вот оно!» - возликовал вдуше городничий.
        - Яквашим услугам иготов служить Отечеству.
        «Инженер» немного поморщился от высокопарных слов, но продолжил:
        - Недавно вТуле ивнекоторых других городах были убиты несколько оружейных мастеров. Со стороны все вроде как случайно - кому грабители ночью ткнули нож вбрюхо, кому вдраке пробили голову. Но более тщательное расследование показало, что тут есть связь: все они имели отношение кпоискам новых образцов оружия. Всоседнем уезде уже несколько месяцев действует банда грабителей. Они не брезгуют исмертоубийствами на заказ, идостоверно известно, что это их рук дело. Двоих исполнителей мы нашли, но вот главарь пока ускользает итолько он знает, кто заплатил за смерти русских оружейников. Поэтому, когда до нас дошло письмо онеобычном госте генерала графа Осташева, меня прислали провести дознание. Тем более его управляющий несколько дней назад появился вТуле иуж очень интересовался мастерами по металлам, оружию, артиллерии.
        - Так вы думаете…
        - Нет. Вто время, когда достоверно известно, что главарь был вТуле, ваш необычный человек безвылазно сидел вимении графа Осташева - вы сами это подтвердили. Да игенерал как-то не похож на злодея: все водин голос говорят, что он человек долга ичести иимеет множество заслуг перед державой. Не будет он таким заниматься. Но проверить его гостя, которого он так старательно выдает за своего сына, все же стоит, хотя мне кажется, что это ложный след.
        - Асамобеглая повозка?
        - Русь всегда славилась самородками иизобретателями. Посмотрим… - неопределенно закрыл тему Стеблов.
        - Какие наши дальнейшие действия?
        Гость на некоторое время задумался.
        - Мне бы хотелось посмотреть на этого человека поближе, но так, чтоб не привлечь внимания.
        Городничий был готов ктакому развитию ситуации, поэтому сразу предложил:
        - Ямогу еще раз наведаться вгости кграфу Осташеву. Как мне сообщили, пару дней назад из поместья пропала самобеглая повозка, аграф иего гость абсолютно спокойны. Вы могли бы выдать себя за моего нового пристава.
        - Идея неплохая, но не хотелось бы раньше времени настораживать гостя. Вы говорили, что он неплохо рассуждал оборьбе сбандитами. Очень интересно. Вот пусть идокажет, что это не пустой разговор. Всоседнем уезде уже несколько месяцев орудует банда, как раз иесть возможность проверить его, амы посмотрим, кто он ина что способен. Если этот Александр действительно такой необычный человек, мы это увидим, ауже потом будем делать выводы.
        - Явас понял. Тогда завтра же пошлю приглашение игенералу, иего сыну.
        - Вполне разумно. Попросите уних помощи. Яуверен, что они не посмеют отказать, тем более вы им действительно поможете. Думаю, при благоприятном исходе нам вполне по силам признать этого человека законным сыном генерала графа Осташева.

* * *
        Время шло, ияпостепенно втягивался вжизнь помещика. Через две недели был закончен большой блиндаж, на крыше которого для конспирации построили небольшой дом сискусно скрытым люком. Вусловиях особой секретности ночью яперегнал туда свой джип, ипотом целый день мужики под моим руководством скрывали все возможные следы, по которым можно было найти место стоянки автомобиля. Несмотря на то, что вблиндаже были выстелены полы, пользуясь домкратом, явсе равно поставил машину на дубовые чурки, чтоб колеса не касались земли. Для поддержания теплового режима там даже собрали небольшую кирпичную печь ииногда ее протапливали. Конечно, яне сомневался, что об этом убежище рано или поздно станет известно, но на первое время вкачестве гаража меня такой вариант устраивал. Чуть позже началось строительство уже двух крупных амбаров, которые впоследствии предполагалось использовать вкачестве сборочных мастерских. На границах этого леса, где заканчивались пределы владений графа Осташева, также заложили пять сторожек для размещения будущих стационарных постов охраны - опорных пунктов, скоторых впоследствии будут
оперировать подвижные патрули.
        Тут, кстати, уменя появилась подружка. Не то что бы интимная, но вот что-то вроде дружеских отношений завязалось. Она выдавала себя за крестьянку из деревеньки, принадлежащей соседу-помещику, но ясразу просек дело и, вспомнив товарища Пушкина иего творение «Барышня-крестьянка», уже просто получал удовольствие от такого рода общения. По привычке, давно навел справки про всех вокруге, заслуживающих внимания, ипрекрасно знал, что угенерала были определенные территориальные трения сблизким соседом. Во время представления джипа этого человека не было, вот, видимо, его дочурка, семнадцатилетняя княжна Мария Игоревна Тихвинская, ирешила потешить свое любопытство втакой вот романтической форме.
        В первый раз яее увидел втолпе крестьян, которые собрались возле ворот сарая, когда, открыв настежь двери, включил музыку инаводил внутри порядок. Уж слишком девочка выделялась из толпы, несмотря на простое домотканое платье ивыцветший платок, прикрывающий роскошные русые волосы. Тут иформа лица, сухоженной кожей, ивзгляд не испуганно-любопытный, как увсех, акакой-то восторженный. Аглавное это руки - холеные руки стонкими изящными пальцами, больше подходящие для игры на пианино, нежели месить тесто на кухне или таскать ведра сводой от колодца.
        Потом она появилась, когда после пробежки яприсел на поваленное дерево инаслаждался утренним свежим воздухом изапахами леса. Поэтому появление этой Маты Хари Ефремовского уезда ябыстро услышал иуже синтересом рассматривал липовую крестьянку, которая слукошком как бы шла мимо.
        Я заговорил, она, чуть покраснев, ответила, но тем не менее разговор завязался, имы недолго шли так по лесу, говоря ни очем, при этом яне раз ловил на себе ее пристальные заинтересованные взгляды. Мне все было понятно - первая влюбленность, впринципе идевочка ничего; вотличие от большинства местных девиц, более склонных кполноте, она была стройна ипритягивала своей молодостью исвежестью. Но яне стал форсировать события, боль от утраты жены еще не прошла, и, сам того не замечая, рассказал ей об этом, конечно, не акцентируя внимание ни на времени, когда это произошло, ина обстоятельствах. Главное, что яговорил правду, иона это чувствовала.
        Мы встречались не так часто, но, тем не менее, мне было интересно сней, ивкакой-то мере яумудрился даже через эту девушку наладить получение информации ососедях, ослухах, циркулирующих вместном свете, причем она наивно это выдавала, как подслушанное ухозяйки. Хм. Мне такая вербовка иоперативная работа начинает нравиться. Только вот девочке не очень хочется портить жизнь. Влюбленность пройдет, она научится различать, где золото, агде откровенное дерьмо, и, надеюсь, не успеет перед этим наделать непоправимых глупостей.
        На этом примере яуже стал организовывать вокруг поместья некую систему сбора информации и, используя слуг, их связи всоседних селах, получал достаточно оперативную информацию обо всех соседях. Через некоторое время ядаже узнал, что та же жирная сволочь Михеева не успокоилась инакатала «телегу» куда-то вПитер, кому, яскоро узнаю, - одна незаслуженно обиженная служанка скопировала адрес.
        Такое плодотворное времяпрепровождение было прервано настоятельным приглашением городничего себе вгости вуездный город Ефремов, где тот держал свою штаб-квартиру. Чем это было вызвано, ямог только догадываться, но что это начало глобальных изменений вмоей нынешней жизни, не сомневался.
        Переодевшись влучший местный костюм, который мне только недавно смастерили на заказ приглашенные портные, обшивающие все местное дворянство, я игенерал вего карете выехали вуездный город Ефремов - навстречу новым приключениям. Будучи циником искептиком, яположил вкарету сверток, куда сложил приготовленные на всякий случай форму, маскировочный костюм, бронежилет, карабин, несколько гранат икучу еще других полезных вещей.
        «Все, спокойная жизнь закончена» - почему-то яне боялся ирадовался как мальчишка.

* * *
        Господи, даже не знаю, как описать то, что произошло со мной за эти несколько месяцев. Это как взахватывающем романе оприключениях амазонок. Аначалось всё из-за простого любопытства, да ичто греха таить - скуки. Первое время слухам опоявлении вимении нашего соседа, графа Осташева Павла Никаноровича, его сына яне поверила, мало ли что болтают наши уездные сплетницы. Всем давно известно, что молодой граф Егор Павлович погиб несколько лет назад. Но слухи упорно твердили осыне, якобы вновь обретённом, адо этого много лет проживавшем за границей. Постепенно темой всех разговоров ссоседями на званых ужинах стал именно иисключительно Александр Осташев, военный, почти иностранец, много путешествовавший, сражавшийся скакими-то дикими племенами или пиратами итеперь вернувшийся на родину, котцу. Ужасно интересно! Аещё говорили об удивительной повозке, которую молодой Осташев привёз ссобой аж из-за океана. Вот бы взглянуть, хоть одним глазком! Так ираспирает любопытство! Сейчас велю запрягать дрожки ипоеду сама, без приглашения, акто мне запретит, яведь княжна, вконце концов. Кто запретит - папенька? Унего
сграфом какие-то взаимные претензии, никогда не интересовалась этими скучными мужскими делами. Да имаменька не позволит. Что же мне делать? За завтраком осторожно намекнула рapa, что слегка заскучала дома ивобществе своих постоянных подруг Вареньки иКати хотела бы прокатиться по окрестностям, тем более уграфа Осташева… Дальше ипродолжать не стоило, если упапеньки такой взгляд! Maman только недовольно поджала губы. Ну иладно. Обидно стало до слёз, но виду не подала, холодно поблагодарила служанку иушла вбеседку.
        Хорошо всё-таки унас впарке. Шелест листьев ищебетание какой-то невидимой вкронах птицы неожиданно успокоили, ато совсем чуть не расплакалась от обиды, дурочка. Правильно мама говорит, что ясовсем ещё дитя. Взгляд случайно упал на забытую вчера книгу, гордость папиного собрания - прижизненное первое издание Пушкина Александра Сергеевича… Александра…ну, конечно же! Спасибо, Александр Сергеевич, вы уже давно придумали, как княжне Марии incognito встретиться сграфом Александром! Как же яраньше не догадалась! Сейчас надо всё хорошо обдумать…
        Подготовилась яза два дня, правда, пришлось во всё посвятить Глашу - мою горничную, но без её помощи мне бы точно не обойтись. Она одолжила платье простолюдинки, платок на голову, плетёный поясок. Собувью тоже помогла моя милая Глаша, вернула мои же старые туфельки для прогулок, подаренные её сестрёнке впрошлом году.
        Ну, вот, завтра можно идти, но всё равно боязно! Ану как узнают меня осташевские! Это ж позору не оберёшься! Наши кумушки уездные ещё года три потом судачить будут. Иувидеть загадочного гостя страсть как охота, повозку его самобеглую тоже, истрашно, аж поджилки трясутся! Побежала вчасовню нашу семейную, помолилась на образа, илегче стало, точно для себя решила - пойду завтра, инисколечки мне не боязно.
        На следующее утро так удачно всё сложилось, papa по делам вЕфремов уехал, maman больной сказалась ина весь день вспальне осталась - новый роман французский читать. Помогли молитвы матери Божьей Марии, заступнице моей небесной. Управляющему нашему, Науму Игнатьевичу, сказала, что на реку пойду сГлашей, цветы собирать, венки плести, на весь день ухожу, не ждите кобеду, мол, да велела съестного собрать. Дядька Наум ничего не сказал, головой только покачал, но не ослушался, корзинку сприпасами скухни принесли.
        Шли сГлашей не торопясь, пока из дома можно было нас видеть, потом припустили как ужаленные, телега-то нас уже часа два дожидается. Помощница моя тайная вчера вдеревне сговорилась, скем ине ведаю. Вознице дала алтын, велела молчать, благодарил, кланялся. Как только скрылся за поворотом, переоделась быстро, Глаша-умница свечера узелок припрятала. Ехали не долго. Явсю дорогу трусила отчаянно, аж взопрела от волнения, но поворачивать не стали.
        У имения графа собралась толпа дворовых илюдишек из соседних сёл, некоторых Глаша узнала ишепнула мне тихонько. Пока она возилась слошадью, смирной гнедой кобылой, язатерялась втолпе, не спуская глаз сбольшого сарая или конюшни, вкотором незадолго до нашего появления скрылся молодой Осташев. Потом ворота распахнули, толпа завороженно ахнула, ибыло от чего. Внутри находилась или находилось, даже не знаю как назвать это…всё-таки, пожалуй, «эта» - карета. Смешная, без оглоблей, на маленьких толстых колёсах и…золотая. Пожалуй, нет, позолоченная, всё-таки золотую исместа никакими битюгами не сдвинешь, тяжёлая выйдет. Вокруг зашептались, заохали. Апотом на свет из глубины сарая появился Александр Павлович, то, что это был именно он, яни секундочки не сомневалась. Одет необычно, вкостюм пятнистый свеликим множеством карманов накладных, оружие на поясе, явэтом не разбираюсь совсем, но то, что оружие, точно и…лицо! Загорелое ивто же время светлое какое-то, никогда не видела таких лиц. Да он молоденький совсем - безусый! Посмотрел внашу сторону, вглазах огоньки озорные, улыбнулся, когда со мной взглядом
встретился, ой, мамочки! Узнал, наверное, да нет, он меня ине видел никогда, как же узнать-то мог? Потом неожиданно из кареты золочёной музыка полилась, чудная такая музыка, окутывает тебя, завораживает. Стояла, замерев, заслушалась. Граф перекладывал что-то вглубине сарая иещё два раза на меня посмотрел, улыбнувшись чуть, самыми уголками губ. Не выдержала, махнула Глаше, побежала ктелеге, аусамой щёки горят, пылают прям. Доехали, не помню как, Глаша болтала всю дорогу, я ине слушала вовсе, вголове музыка волшебная, аперед взором мысленным улыбка графа Александра исмешинки вего глазах. Пропала я, дурочка, совсем пропала!
        Три дня не ездила кОсташевым, стыдно, боязно, ану, как иправда, узнал меня граф! Подойдёт искажет: «Что же вы, княжна Мария Игоревна, вплатье крестьянском?» Яж провалюсь сквозь землю от позора! Авечером Глаша прибежала ирассказала, что сосед её дяди, Степан, каждое утро, как на покос идёт, урощицы дальней молодого графа видит, бежит граф куда-то. Ярассмеялась, вот уж враки, так враки! Зачем графу бегать, как пастушку какому? Спешит, если надобность какая, так возок велит запрячь или верхами. Но Глаша побожилась, что так иесть, мол, видели молодого Осташева многие селяне, ине раз. Задумалась, но не могут же все сразу врать? Проверю-ка ясама, да играфа Александра страсть как хочется увидеть.
        На рассвете следующего дня взяла Глашу, чтобы место показала, где графа видели, инаправилась крощице той. Отошли сдорожки, спрятались вкустах саженях вдесяти. Недолго прождали, точно, не соврала подружка моя бедовая, вон бежит его сиятельство. Брюки те же, впятнах все, сверху исподнее смешное такое, без рукавов, но такое же пятнистое, на ногах ботинки высокие шнурованные. Пробежал, только внашу сторону зыркнул, Глаша аж ойкнула тихонько, ладонями рот зажала, да ияперепугалась, неужто заметил?
        Через день, собравшись сдухом, решила показаться графу Александру на глаза. Подождала, пока мимо пробежит, и, прихватив лукошко ивыйдя на дорогу, пошла за ним. Через полверсты увидела Александра Павловича, сидящего на поваленном дереве. Сидит, ботинок шнурует, яиду, ни жива, ни мертва, внутри сжалось всё.
        - Здравствуй, красавица, - иулыбается хитро так.
        - Здравствуйте, ваше сиятельство, - получилось только пропищать, вгорле всё пересохло.
        - Так, ты знаешь меня? - привстал сдерева, подходит. - А, позволь узнать, как зовут юную прелестницу?
        - Мария Игорев. ва дочь… - вовремя спохватилась, назвалась как крестьянка. - Машей все кличут, ваше сиятельство.
        - Ане страшно тебе, Машенька, одной гулять, разбойников не боишься? - вплотную подошёл иещё шире улыбается.
        Стою, посмотреть на него боюсь.
        - Ну, пойдём, провожу тебя, Марья-краса длинная коса! - опять чему-то засмеявшись, произнёс граф. - Расскажешь мне по дороге, где живёшь, урожай каков, не обижает ли барин?
        - Да недалече живу, версты три будет, иуродилось вэтом годе, грех жаловаться, - вспомнила, весьма кстати, случайно услышанный разговор папеньки иНаума Игнатьевича, - абарин унас добрый, не обижает барин, дай бог ему здоровья! - перекрестилась иукрадкой взглянула на Александра.
        Если впервый раз он показался мне юным, то теперь, вблизи, угадывался возраст, что-то около - двадцати семи - тридцати лет, аотсутствие усов объяснялось очень просто, он ежедневно пользуется бритвой исовершенно не следит за модой! Как же такой молодой человек исовершенно без усов?
        - Ну, вот иславно! Давай лукошко понесу, - перехватил корзинку ируки коснулся случайно.
        Меня как иголками кольнуло, сомлела даже немножко.
        - Что случилась, красавица? - Неужели заметил?
        - Нет, нет, ничего, ваше сиятельство! День, наверное, жарким будет, - пролепетала еле слышно.
        - Тут, рядом родничок есть, давай свернём, попьёшь водички, илегче станет.
        - Конечно, ваше сиятельство, пить очень хочется.
        - Да, что ты всё время, сиятельство да сиятельство! Александр Павлович меня зовут или просто - Саша.
        Свернули на тропинку, что кроднику вела, про него всей округе известно. Напились холоднющей воды, аж зубы заломило. Александр умылся, окунув голову вбочажок. Устроились на двух поваленных деревьях друг напротив друга… ипроговорили ещё часа два. Александр шутил сначала, меня выспрашивал, апотом рассказал освоей жизни. Господи, сколько пережил этот милый идобрый человек! За что злая судьба-злодейка приносит столько несчастий таким сильным исмелым людям! Бедный Саша, сколько он пережил, смерть жены, утрату маленького сына! Александр ещё говорил, глядя прямо перед собой, апо моим щекам текли слёзы! Ияничего не могла сэтим поделать!
        - …наверное, не надо было это рассказывать… - Александр повернулся ко мне. - Что стобой, Маша? Ну, что ты? Зачем эти слёзы! Сейчас воды принесу.
        - Спасибо, Александр Павлович.
        Саша уже вернулся от родника, держа воду всомкнутых ладонях.
        - Умойся, Машенька. Ипрости меня за этот рассказ, просто наболело, трудно такой груз всебе носить…прости, вобщем.
        - Нет, Александр Павлович! Это вы должны простить меня за эти… за это… - Яаж задохнулась.
        - Не расстраивайся, Маша. Давай, ятебя провожу, - руку протянул, помогая мне встать.
        Потом мы долго шли всторону нашего имения, болтали оразных пустяках. Саша оказался очень интересным рассказчиком, правда, иногда запинался на середине предложения, как бы подбирая слова или мысленно переводя их на русский язык. По крайней мере яочень надеюсь, что это так иникак не связано стем, что ему приходится упрощать речь, чтобы я, глупая корова, понимала смысл.
        Распрощались сграфом где-то за полторы версты до нашей усадьбы. Затем, напомнив, что он практически каждое утро совершает «пробежки» ияпри желании могу кнему присоединиться, иесли не побегать, так просто поговорить, развернулся всторону имения Осташевых ибыстро скрылся за поворотом, а яосталась на середине дороги, совершенно не зная, что мне делать.
        Глава 6
        Если б язнал, во что вляпаюсь, точно бы прикинулся дурачком ине стал бы лезть вэту историю, хотя если быть честным, то было интересно. Жизнь вимении графа Осташева, несмотря на мой ноутбук, который подзаряжал от автомобильного аккумулятора идвухсотваттного преобразователя, было как-то скучновато после динамики нашего времени. Поэтому, когда мы сгенералом получили недвусмысленное предложение прибыть вуездный город, ядаже обрадовался такому разнообразию.
        Со стороны все выглядело прилично ивесьма помпезно. Городничий вышел даже на улицу встречать гостей, показывая таким образом свое расположение иуважение. Авот меня как-то все это стало напрягать. Особенно парочка новых приставов, которые терлись возле дома, изображая усиленное патрулирование. Все вроде как было впорядке иформа такая же, как утех ребят, что приезжали сгородничим вимение Осташева, но вот наметанный взгляд сразу выловил кое-какие несоответствия. Те, что тогда приезжали, ну, точно были простыми служаками, как говорилось - от сохи. Простые, понятные, прозрачные как охлажденная бутылка водки. Но вот эти уж слишком отличались исвое отличие старались не афишировать. Их было двое - один, широкоплечий бородатый дядька, лет сорока, своенной выправкой ипудовыми кулаками, зыркал по сторонам исподлобья, четко контролируя ситуацию, ассоциировался уменя сгруппой силовой поддержки, основная задача которой лбом прошибать стены икрушить супостатов. Но вот второй, молодой, стройный, сфигурой легкоатлета, сухоженными усами, ивнимательным оценивающим взглядом, ну, никак не смотрелся вформе уездного
пристава. Как по мне, офицерские эполеты инесколько боевых орденов ему бы больше подошли. Самое интересное, что он мне напоминал меня самого лет так восемь-десять назад, когда я, еще амбициозный офицер, перешел ворганы военной контрразведки ирыл носом землю, чтобы дать соответствующие показатели.
        То, что городничий нас слил спотрохами, японял сразу. Мне было интересно, когда нас начнут брать изадавать вопросы, но это не входило вмои планы, да илегенда прикрытия на случай такого провала уже была подготовлена. Поэтому, сказав графу, что оставил вкарете табакерку, вернулся иуже целенаправленно поменял вПМ, который висел уменя под мышкой воперативной кобуре, магазин сбоевыми патронами на такой же, только стравматическими: жалко будет уходить иоставлять за собой трупы.
        Время шло, нас накормили, напоили, долго истарательно ездили по ушам, но арестовывать ихоть как-то ограничивать свободу никто не собирался, что меня несказанно удивляло истало нервировать. Неизвестность она, как правило, наиболее болезненная вещь.
        Со временем разговор перешел на желание генерала Осташева объявить меня своим сыном, игородничий тут же перевел все стрелки на меня, непонятно зачем уцепившись за как-то случайно оброненные слова про то, что янекоторое время занимался поиском грабителей. Внекоторой степени мою службу ввоенной контрразведке можно было итак назвать, поэтому, смоей точки зрения, яне соврал. Авот это несказанно его заинтересовало, ион реально меня поймал на «слабо», причем все было так тонко илихо обставлено, что уменя не было другого выхода, как согласиться помочь городничему в«маленькой проблемке». Иотказать значило бы полностью похоронить планы по усыновлению меня генералом ивнекоторой степени подставить его, испортив отношения сбоевым товарищем.
        Графу все это не нравилось, но выхода не было, ион согласился, но попытался выиграть время, ссылаясь на то, что всопровождении со мной надо отправить слугу, аэто надо отправляться впоместье. Но итут нас переиграли: самым невинным тоном полковник Маркелов сказал, что мой обычный слуга, Тимоха, сын управляющего, вданный момент находится сотцом вТуле, куда мне придется отправиться, чтобы решить «маленькую проблемку».
        «Вот, суки, как они нас обыграли, все знают. Изачем им тогда такие сложности?» Но ответа япока не нашел и, сохранив на лице самое доброжелательное выражение, как мог, понес обычную для этих мест чушь, выражающую мое желание помочь его превосходительству городничему.
        Потом мне наконец-то представили этого лжеполицейского, который якобы приехал из Тулы по служебному делу, но, услышав рассказ городничего про мои таланты, предложил воспользоваться врасследовании «передовым американским опытом». Полицейский урядник Стеблов всячески показывал свое уважение истарался держаться ниже травы итише воды, но даже генерал просек ситуацию, нахмурился ираздраженно задвигал седыми густыми бровями.
        У меня настроение тоже испортилось, все, находящиеся вкомнате, стали испытывать неловкость, поэтому городничий быстро закончил обед. Поняв, что деваться больше некуда, мне пришлось подниматься из-за стола иидти кнашей карете за вещами. Потом было быстрое прощание сгенералом идолгая инеприятная дорога вТулу на скрипящей бричке, которой управлял звероподобный спутник Стеблова. Урядник, так яего стал называть про себя, пытался разговорить меня, установить контакт ирассказать обстоятельства дела, но не на того напал - вответ он получал односложные ответы, больше похожие на посылку долгим пешим сексуальным маршрутом. Яочень не люблю, когда меня нагибают изаставляют делать что-то, что мне не очень нравится.
        Так мы ехали два дня, переночевав на постоялом дворе, где я, помня про кражи, ревностно оберегал сверток со своим снаряжением. Но на следующий день все изменилось: не доезжая до Тулы верст десять, нас перехватил верховой посыльный. Он передал запечатанный конверт Стеблову, который лихорадочно сорвав печати, стал вчитываться внаписанные от руки строки. Ясинтересом наблюдал за ним пару минут. Он дочитал письмо, потом посидел молча некоторое время и, приняв какое-то решение, немного другим тоном обратился ко мне:
        - Господин Осташев, явынужден перед вами извиниться за некоторую мистификацию. Более явас не задерживаю, служба требует моего присутствия вдругом месте.
        «Н-да. Что-то тут не сходится. Ану-ка попарим им мозги».
        - Господин урядник или, как вас там, не знаю, какой увас чин втретьем отделении, но раз уже начали, может, давайте продолжим? Все-таки ясебя тоже не на помойке нашел иобладаю некоторыми навыками изнаниями, которые могут пригодиться.
        Стеблов удивленно на меня уставился, однозначно он не ожидал от меня такого захода - правильно будет работать на опережение иломать уних тут обычные схемы поведения. Не дав ему ответить, япродолжил:
        - Вероятнее всего, вы подозревали меня вкаком-то преступлении, но до конца не были уверены, поэтому иразыграли такую комедию. Тут сказался авторитет моего батюшки, ивы не могли просто так меня арестовать, не получив врезультате скандал инеприятности. Но судя по срочности ивашему волнению, буквально только что произошло что-то такое, апри этом уменя стопроцентное алиби - ведь последние пару дней явсе время был увас на виду…
        Глаза лжеурядника сузились, итеперь яполностью был уверен вправильности своих предположений. Звероватый сопровождающий потянулся кпистолету, но Стеблов кивнул ему итот успокоился.
        - Продолжайте…
        - Ачто продолжать? Яж не мальчик идействительно занимался тем, что искал грабителей. Поэтому вас вычислил еще там, вЕфремове, адальше уже ждал развития ситуации. Хотите помощи? Если да, то, пожалуйста, ядействительно кое-что могу…
        Тот даже вответ улыбнулся.
        - Вот значит как. Хм. Авы действительно необычный человек. Всем этим бредням старого пропойцы, городничего из Ефремова, никто не поверил, и, как явижу, зря. Вчем-то он действительно прав. Ну, ядумаю, хуже все равно не будет…
        Он рассказал интересную историю. Оказывается, вТуле были убиты несколько человек, которые вусловиях строгой секретности работали над новым типом стрелкового оружия, про которое ничего практически не было известно. При этом уже несколько раз новинка применялась при ограблении богатых купцов ипочтовой кареты, перевозящей денежные суммы, при этом охрана из четырех человек была без особого труда уничтожена. Бандиты за собой оставляли только трупы… Вот уследственных органов ипоявилась мысль, что я иесть тот грабитель, который втерся вдоверие кодинокому графу, ателега, полная золота, - попытка легализовать награбленные ценности таким экзотическим способом.
        С некоторой неохотой он согласился смоими доводами, имы двинулись кместу преступления. Видимо, ему не очень понравилась сложившаяся со мной ситуация, но он сам попросил генерала графа Осташева помочь ему вэтом деле, идавать задний ход было бы прямым оскорблением. Вотличие от прошлых двух дней, теперь мой уровень коммуникабельности подскочил до максимальной планки, иуже Стеблов подвергался мастерскому имногоуровневому допросу. По мере того, как яего потрошил на предмет информации особытиях последних дней, его взгляд из раздраженного иусталого, становился все более заинтересованным иазартным. Как оказалось, протоколы осмотра места происшествия, допросов подозреваемых исвидетелей, улики, вещественные доказательства были ему знакомы, но вот мои знания илогические построения его весьма заинтересовали. Тут впервые япочувствовал сего стороны действительно искреннее уважение иинтерес. Тем более идело меня заинтересовало: слишком все было запутано истранно. Свидетелей много, подозреваемые пойманы, но это были всего лишь нанятые исполнители для разовой акции, по сути дела для ликвидации
мастеров-оружейников. Их было трое, иони были лучшими. Но вот что они разрабатывали, даже Стеблов не знал, остались какие-то черновые наброски, но не более того. Авот ограбления купцов, ростовщиков продолжались, дерзкие, хорошо продуманные иподготовленные, собязательной зачисткой свидетелей.
        Что меня заинтересовало, так это не только мифическое оружие, но ипули, которые находили втрупах. Судя по описанию, вбольшинстве своем это были обычные свинцовые пули, которые тут повсеместно используют для стрельбы из дульнозарядного гладкоствольного оружия. Но помимо этого из тел убитых извлекли пять других пуль, вразной степени целости, которые ивызвали особый интерес уследственных органов. На мой взгляд, это было похоже на использование нарезного оружия - только там можно было использовать конические пули. Вид ипримерный размер ротмистр Стеблов, аименно такое унего было звание, нарисовал мне на листе бумаги. Это заставило задуматься, ведь прорывом вобласти стрелкового оружия на данный момент были пули Минье иих подражание, атут… Яне стал высказывать Стеблову свои мысли, но он итак догадался, что мне что-то известно, но настаивать не стал. Умный тип. Асколько мне пришлось ему мозги поласкать, чтоб он выдал хотя бы свое звание.
        В том письме, которое при мне получил Стеблов, сообщалось, что конному отряду полиции удалось поспеть на очередное ограбление иорганизовать преследование, на этом их везение закончилось. Потеряв пять человек во время боя на открытой местности, они отступили ипрекратили погоню.
        Во второй половине дня мы приехали на место, иясмог приобщиться красследованию.
        Нападающих было не много: человек пять-шесть, лица скрыты масками, передвигаются часть верхом, часть на телеге. Когда их настигли, из леса по полицейским был открыт очень точный ибезжалостный беглый огонь. Очевидцы видели только вспышки выстрелов, авот характерного дыма от сгорания дымного пороха никто не заметил, что удивило Стеблова, но не удивило меня. Я-то уже давно понял, что тут есть след из будущего, ивмоих интересах было ускорить поиски. Узнав, где примерно была позиция неизвестного стрелка, пошел втот лесок иначал ходит кругами, впоисках хоть каких-то зацепок. Ротмистр Стеблов уже не отходил от меня и, получив разъяснения, синтересом присоединился кмоему занятию. Мне это удалось. Затоптанный полицейскими инезамеченный людьми ротмистра небольшой латунный цилиндрик случайно попался мне на глаза. Поддев его веточкой, я скаким-то садистским удовольствием его понюхал и, ощутив знакомый запах сгоревшего бездымного пороха, утвердился всвоих подозрениях.
        Повернувшись кСтеблову, который, видимо, был не сильно удивлен находкой, я снекоторым сарказмом спросил:
        - Ивот такие вещи вы раньше не находили?
        Но тот не оказался обескураженным и, чуть ли не копируя мой тон, ответил:
        - Авот вы ирасскажите, что это такое, ато унас всего лишь предположения.
        Я стал рассматривать найденный латунный цилиндрик. Без сомнения, уменя вруках находилась самая обычная гильза от самого обычного винтовочного патрона 7,62?54. Со стороны капсуля были выдавлены буквы «ЗВ» ичисло «40». «ЗВ», видимо, код завода, авот «40» - год изготовления патрона исудя по тому, что такие патроны начали выпускать вконце этого века, то однозначно можно было сказать, что тот образец, что сейчас доставлял мне иротмистру корпуса жандармов головную боль, был произведен в1940 году.
        Хм. Сучетом дистанции, скоторой стрелок положил пятерых полицейских, складывается весьма интересная картина. Очень непростой человек тут пострелюшки устроил.
        «Дьявол, вот влетел. Судя по всему, тут чуть ли не из автоматической винтовки лупили. Как полицаев-то лихо положили. Неужели тут решил побандитствовать попаданец типа меня. Хм, потом попробуй отмойся. Значит, надо его срочно искать, хотя по тому, что гильзак нулячий, уже можно делать предположения овремени, из которого сюда попал гость, иоего примерной психологии. Да, сдругой стороны, кто его знает, куда повернутся мозги попаданца».
        Настроение сразу испортилось, иэто не осталось незамеченным моим спутником.
        - Что-то надумали, Александр Павлович?
        Трудно привыкать квидоизмененному имени-отчеству, но раз яназываюсь сыном генерала Осташева, то придется менять отчество. Отец, извини меня, ятебя не забуду, но так нужно для дела.
        - Да есть мысли, Игорь Генрихович. Как японял, по горячим следам ничего найти не удалось иопять преступники ушли безнаказанными…
        Стеблов согласно кивнул головой.
        - Это очевидно, но вот вы что-то надумали.
        И тут он, воровато оглянувшись по сторонам, уже другим тихим голосом, как бы умоляя, сказал:
        - Александр Павлович, помогите. Язнаю, что вы неплохой человек исовершенно не тот, за кого себя выдаете, но сейчас на кону стоит не только моя карьера. Погибли люди, иесли мы вскором времени не найдем преступников, меня ждут неприятности вплоть до отставки, это влучшем случае. Если не поможете, то кровь будет литься дальше, итак уже весь уезд напуган.
        Я почему-то ему поверил. Ну, хорошо, да имне самому интересно.
        - Игорь Генрихович, давайте тогда играть воткрытую. Вы действительно офицер корпуса жандармов, присланный из Санкт-Петербурга?
        - Да, меня прислали выяснить на месте ситуацию списьмом городничего Маркелова, итак получилось, что мне поручили взять на себя расследование истории сограблениями иубийствами, скоторыми не могли справиться местные господа. Атут погибли полицейские чины, ипреступники буквально насмехаются над нами. Тульское отделение корпуса жандармов мною было отстранено от расследования…
        - Дальше можете не продолжать. Решили проявить себя, пошли ва-банк изавязли, столкнувшись со сложностями, исейчас хватаетесь за соломинку…
        Ему очень не понравилось, что ятак открыто говорю про его слабость, и, чтоб не испортить отношения, япостарался исправить ситуацию.
        - Не беспокойтесь, явас не осуждаю ине насмехаюсь. Был шанс, ивы им попытались воспользоваться, вот только дело не совсем вам по зубам, тут такие силы задействованы, поэтому ваши временные неудачи, - яспециально выделил слово «временные», чтоб он понял, - результат не совсем правильной оценки ситуации, поэтому вмоих интересах вам помочь. Тем более мне просто интересно.
        Он удовлетворился моим ответом иуже деловито спросил:
        - Ваши соображения?
        - Первое. Сколько увас вот таких цилиндриков? - яподкинул гильзу вруке.
        - Эта третья такого размера иесть одна меленькая.
        - О, как. Икакая?
        Он порылся вкармане идостал знакомую гильзу от пистолета ТТ.
        - Хм. Все интереснее иинтереснее. Асколько людей было убито такими необычными пулями?
        - Двенадцать.
        - Авы сами думали, что это может быть?
        На его лице на мгновение мелькнула гримаса раздражения, но он быстро взял себя вруки.
        - Александр Павлович, вы же прекрасно знаете, что это часть единого целого. Вэтом цилиндрике хранится порох, да ипуля, извлеченная из тела, как раз сюда неплохо подходит. Весьма интересная конструкция. Хватит говорить загадками, не томите.
        - Хорошо. Это называется унитарный патрон. Калибр три линии, впривычной мне метрической системе он называется винтовочный патрон 7,62?54. Применяется внарезном боевом иохотничьем оружии. Это экспериментальные иабсолютно секретные образцы, ивРоссии их никак оказаться не должно было.
        - Ого. Так, может, нам искать вашего соотечественника?
        - Ярусский, иэтим все сказано. Авот вам нужно делать следующее: выяснить, не появлялись ли вэтом уезде, либо всоседних, человек или люди внеобычной одежде. Об этом должна была бы просочиться информация. Это ключевой момент. Можно попробовать навести справки через священнослужителей. По идее наши противники не сильно религиозные идолжны были бы этим привлечь внимание крайне набожного местного населения.
        Стеблов стоял имолча слушал мои рекомендации.
        - Вы думаете, что это они?
        - Вполне реально. Один факт, что они стараются внекоторой степени скрыть использование во время грабежей нового оружия, наводит на размышления.
        - Счего вы это взяли?
        - Авы посчитайте количество гильз иколичество убитых этим оружием ипоймете: они собирают гильзы. Ите, что вы нашли, видимо, были потеряны из-за спешки. Все это говорит, что это не простые люди, которые прекрасно осознают, что могут привлечь ксебе особое внимание.
        - Но они итак привлекли…
        - Как грабители, но не как обладатели нового икрайне эффективного секретного оружия, которое опередило время на десятки лет. Государство, которое сможет вооружить свою армию такими вот образцами при нынешнем развитии стрелкового оружия вмире, получит неоспоримое преимущество. Вы думали об этом?
        Он мрачно согласился.
        - Думал, поэтому истараюсь детали расследования держать всекрете.
        - Абсолютно правильно.
        - Хорошо, японял вашу мысль. Конечно, уменя есть множество возражений, но вы, видимо, знаете, очем говорите, хотя на этих гильзах, как вы их называете, написано «ЗВ». Иэто не цифра «три», арусская буква «З», которую вряд ли использовали бы при маркировке вАмерике. Так что вопросы остаются…
        Для уточнения, на всякий случай яему обрисовал образ бойца икомандира Красной Армии начала сороковых. Кто знает, может, этот тычок пальцем внебо хоть чем-то поможет впоисках.
        Он ушел раздавать приказания, а яеще раз осмотрел место боя и, убедившись, что ничего нового иинтересного здесь не найду, пошел всторону нашей повозки.
        Потом была дорога вТулу, где мы остановились вгостинице. Яразместился вотдельном номере ина время остался вполном одиночестве, хотя это было лишь чувство. Вкоридоре постоянно находился кто-то из подчиненных Стеблова, хотя его самого яцелый день не видел. Завтрак, обед иужин мне по желанию приносили вномер, иябыл предоставлен сам себе. Так прошло еще два дня. Меня начало это сидение без дела раздражать, когда вкомнату буквально ввалился ротмистр Стеблов, для приличия постучавший вдверь, но после того, как переступил порог, видимо его переполняли эмоции.
        - Нашли, были необычные люди…
        Опять трясучая искрипящая колымага везет нас по просторам Тульской губернии. Стеблов все втом же мундире полицейского урядника, но взгляд его изменился, он, как гончая, почувствовал след иуже несется вперед. Яего не притормаживал, самому было интересно, кто тут унас такой резвый ссамозарядкой времен Великой Отечественной войны путает мне карты ипозорит «попаданцев».
        До темноты мы не успели прибыть на место, поэтому заночевали внебольшом трактире, который так удобно попался на дороге. Утром, еще до завтрака, нас нагнал один из людей, прикомандированных кСтеблову, ипередал письмо, которое тот синтересом прочел ипередал мне для ознакомления. Тут была краткая справочка про помещика, хозяина тех мест, где вроде как видели необычных людей.
        «Бам-бам-бам. Кириченко Григорий Николаевич. Истинный ариец. Характер, нордический, стойкий… - про себя комментировал читаемую информацию, струдом пробираясь через все эти «яти» иособенности русского письма этого времени. - Авот это уже интересно. Офицер, участвовал вбоевых действиях, вылетел за растрату идуэль. Азартный картежник, предпочитает большие ставки вигре. Промотал большую часть наследства. Н-да, лучшей кандидатуры на роль главаря ине найдешь».
        Видя мои ухмылочки, стоящий рядом Стеблов синтересом спросил:
        - Икак вам?
        - На роль главаря или хотя бы роль прикрытия, сполучением своего процента, вполне пригодная кандидатура.
        - Вы так думаете?
        - Азартен ижаден. Адская смесь, часто на такие поступки людей толкает.
        - Его дальний родственник служит штаб-офицером вотделении корпуса жандармов вТуле.
        - О, как! Интересно девки пляшут, по четыре сразу вряд. Вы понимаете, что это значит? Это прямое объяснение неудач ваших оперативных мероприятий иследственных действий. Теперь вы можете оправдаться тем, что взяли полностью на себя ответственность по расследованию, предположив, что идет прямая утечка информации из следственных органов кпреступникам.
        - Ястакой стороны это не рассматривал.
        - Вы это письмо получили через местное отделение или из столицы?
        - Не совсем. Тут уменя недалеко живет старый товарищ отца, вот ему я иотписал, внадежде получить объективную информацию…
        - Давайте прогуляемся, есть соображения.
        Он все понял. Проверив, чтоб нас никто не подслушивал, ябыстро заговорил:
        - Всех прикомандированных оставляем тут. Нет гарантии, что всамый ответственный момент не выстрелят вспину. Если вэтом деле действительно замешан кто-то из ваших местных коллег, то возможно, что нас попытаются убрать. Идем только свашими проверенными людьми. Предлог найдете сами. Только быстро, пока нам не приготовили теплую встречу.
        Он не стал рефлексировать, сразу поняв, про что яговорю, не дурак. Поэтому быстро провел подготовительные мероприятия, имы отправились вроде как на часовую поездку, ареально всопровождении звероватого помощника Стеблова иурядника, которого он на время экспроприировал уефремовского городничего, рванули кпомещику Кириченко.
        Когда оставалось километра два до поместья предполагаемого преступника, япопросил остановиться ипозвал Стеблова всторону, посекретничать.
        - Игорь Генрихович, ятут грешным делом подумал ипришел квыводу, что нам было бы неплохо разделиться.
        На его лице отразилось не то что бы презрение, но вот вего глазах ясильно опустился.
        - Ну, если вы боитесь…
        Я скривился как от лимона.
        - Вы не отом думаете. Дело втом, что если там действительно сидит преступник игосподин Кириченко сним связан, то там ждет засада. Иэто еще не все. Скорее всего, сюда прибудет ваш коллега ссообщниками, чтобы убедиться, что вы тут ничего не найдете. Аесли найдете, то вас убьют ивыдадут это за очередное нападение грабителей. Хотя судя по тому, что вделе засветился Кириченко ион реально преступник, то нашу группу реально уничтожат, но перед этим попытаются уточнить, что нам известно. Вот такой вот расклад, товарищ ротмистр.
        Он был настолько ошарашен моими выкладками, что никак не отреагировал на необычное обращение «товарищ». Но Стеблов был не наивный мальчик, иему пару мгновений хватило, чтобы понять, куда яклоню, изадать вопрос:
        - Ичто делать?
        - Едете впоместье, задаете вопросы, по возможности провоцируете их на определенные действия. Пригрозите опросить всех крепостных, обязательно кто-то проболтается. Пока преступники не проявили по отношению квам агрессии, увас против них ничего нет.
        - Хотите использовать нас вкачестве наживки?
        - Ну скорее как дестабилизирующий фактор, исучетом, что уних есть стрелок, который всостоянии пристрелить пять человек втечение минуты, шансов унас маловато. Поэтому я ихочу сделать несколько по-иному.
        - Икак же?
        - Япойду скрытно, со стороны леса. Когда они на вас нападут, ябуду рядом иточно смогу доказать, что не только уних есть хорошие стрелки.
        - Хм. Аягрешным делом…
        - Ничего, увас будет возможность извиниться. Хотя такие оскорбления смываются… коньяком. После боя.
        - Явсегда рад, Александр Павлович. Какие дальнейшие шаги?
        - Яухожу влес, маскируюсь, ровно через час вы двигаетесь кусадьбе. Что бы ни произошло, постарайтесь все время держаться вне дома, только там ясмогу вас прикрыть. Сигналом опасности будет, если вы снимете головной убор. После этого яначинаю отстреливать всех, кто мне не понравится.
        - Хорошо.
        Он повернулся ипошел кповозке, а яподхватил сумку со снаряжением идвинулся вглубь леса.
        Глава 7
        Интуиция буквально визжала, что мы на правильном пути ичто нас ожидает бой, поэтому ярешил максимально подготовиться.
        Снова натягиваю выстиранный прачкой генерала Осташева камуфляж, одеваю берцы, кладу пистолет внабедренную кобуру, потом идет бронежилет «Корсар» иповерх всего накинул самодельный маскировочный костюм. На карабин, свставленным десятизарядным магазином, который существенно уменьшал его габариты, установил глушитель икронштейн соптическим прицелом. После этого накрутил несколько полос ткани зеленого, коричневого исерого цветов на открытые части карабина, так чтоб не мешать работе автоматики, илегкой рысцой двинулся всторону усадьбы.
        Стеблов издалека как заядлый вуайерист согромным интересом поглядывал на мои манипуляции. Вданной ситуации светить свой камуфляж, про который уже многие слышали, было меньшим злом, нежели участвовать вбою внеудобной, стесняющей движения одежде.
        Мне понадобилось минут двадцать, чтоб выйти кусадьбе изаняться наблюдением. Ничего особенного. Большой двухэтажный дом, сявными следами запустения, широкий двор, хозяйственные постройки встороне, конюшня. Яприсмотрел неплохую позицию, скоторой практически все просматривалось, нарезал веток ипучков травы, закрепил вспециальных петельках на маскировочном костюме имаксимально скрытно стал продвигаться ближе кусадьбе. Кинув взгляд на часы, убедился, что уменя есть еще минут десять, и, удобно улегшись, начал синтересом срасстояния ста метров вбинокль рассматривать место возможного боевого столкновения.
        «Опа. Аведь нас ждут!» - Со стороны конюшни быстрым, волевым шагом шел высокий крепыш лет сорока, вобычном для этого времени костюме состоятельного дворянина, видимо, хозяин поместья. Рядом сним впозе адъютанта, на шаг сзади исправа шел такой же дядька врассвете сил, вкотором трудно было отыскать следы дворянского происхождения, но он был вооружен ружьем, висящим за плечом на ремне, идвумя пистолетами, засунутыми за широкий пояс, на котором висел клинок вножнах. Ну, прямо пират какой-то, вооруженный до зубов, авот ухозяина даже маленького ножичка не видно, странно. Присмотревшись через оптический прицел, обнаружил еще пять вооруженных человек. Двое скрывались на балконе вдоме, двое - вкустах недалеко от конюшни, иодин сидел вроде бы на часах, скрывшись всаду, ипоглядывал на дорогу. Явкоторый раз поздравил себя за предусмотрительность истал ожидать появления ротмистра Стеблова.
        Вот показалась знакомая повозка, за которой верхом ехал прикомандированный урядник. Как только это произошло, все увиденные мной вооруженные ружьями бойцы, попрятались, идом погрузился втишину. Даже дворовые девки, которые до этого бегали по двору как курицы, где-то затаились.
        Встречать Стеблова вышел какой-то дядька, они проговорили недолго. После того как гость отказался пройти вдом, тот быстренько рванул по лестнице, видимо, за хозяином, который, выдержав ради приличия несколько минут, величественно спустился во двор. Да, это точно не попаданец, походка, выправка потомственного дворянина выдавали внем человека этой эпохи. Значит, он мне не нужен, яохочусь на того, кто, пользуясь оружием из будущего, проливает кровь невинных. Эта тварь все свое преимущество пустила на элементарную уголовщину, поэтому он иопасен для меня, опасен для наших сгенералом планов. Этот дятел итак уже привлек ненужное внимание, поэтому нужно срочно решать проблему, идля этого яиспользую ротмистра вкачестве наживки, устроив перестрелку, вкоторую неизвестный стрелок обязательно ввяжется, решив, что тут унего нет достойных противников, которых стоит опасаться.
        За такими рассуждениями, которыми япытался оправдаться перед своей совестью, синтересом оглядывал дом, пытаясь отыскать позицию неизвестного стрелка. Ксожалению, явидел только спрятавшихся подельников помещика, авот кого-то свинтовкой из двадцатого века ятак ине рассмотрел.
        А вот события во дворе начали развиваться интересно - там появились новые действующие лица. Четверо верховых, все вформе, причем один из них явно офицер, который доброжелательно поздоровался со Стебловым, итрое нижних чинов.
        «Родственничек сприближенными пожаловал, авот главного действующего лица яне вижу. Ну где же ты?» Но мне не везло: пока нигде стрелка не наблюдалось.
        Перед домом ситуация накалялась: Стеблов начал угрожать, достал из кармана гильзу ипомахал перед носом уКириченко, который сузил глаза икоротко кивнул своему родственнику вформе корпуса жандармов. Тот коротко инеожиданно ударил ротмистра кулаком вживот. Митяй, звероподобный помощник Стеблова, попытался выхватить пистолет, но его сбили сног стоящие сзади жандармы иначали крутить руки, несколько раз ударив палкой по голове. Прикомандированного урядника один из жандармов просто ибез изысков рубанул шашкой, тот, взмахнув руками, упал слошади иостался лежать. Через оптику мне было видно, как вокруг его головы растекается кровавое пятно итут же впитывается вземлю. Что ж, первая кровь пролита ине нами.
        Кириченко со своим родственничком стали допрашивать поставленного перед ними на колени Стеблова, но тот, получив несколько зуботычен изаливаясь кровью из разбитой головы, пытался вырваться из рук держащих его дюжих мужиков, которые по команде помещика вышли из своих укрытий иприсоединились кдопросу. Услужливый дворецкий рылся вповозке исрадостным криком принес хозяину стопку писем, которые ссобой вез ротмистр. Помещик синтересом рассматривал захваченные документы и, прочитав, отдавал бумаги своему родственнику для ознакомления.
        Так прошло минут десять. Стеблов огреб еще пару раз, но оставался все таким же задиристым иэнергичным, несмотря на залитое кровью лицо. Видимо, бандитам это наскучило, иглаварь, аэто точно был он, явэтом уже не сомневался, дал команду прирезать Стеблова иего подчиненного. Что ж, теперь пришло мое время.
        Мне их еще нужно будет допросить, поэтому придется для начала сделать подранка. Расстояние метров сто двадцать, для моего карабина впринципе самая действенная дистанция, ияосторожненько подвел прицел кноге предателя-жандарма иплавно отжал спусковой крючок.
        Хлыст-с-с-с. Яявственно видел попадание, ичеловек, вофицерском мундире корпуса жандармов, дико закричав, упал на землю.
        Тут же перевел маркер прицела на мужика, занесшего над Стебловым большой мясницкий нож. Хлыст-с-с-с. Экспансивная пуля смягкой свинцовой начинкой, попав вгрудь, деформировалась и, раскрошив ребра, вышла из спины, оставив большую рваную рану. Ноги сразу подогнулись, ичеловек, как тряпичная кукла, упал на землю. Стоящих сзади двух жандармов забрызгало кровью. На фоне диких криков раненого офицера они замерли, пытаясь понять, откуда идет смерть. Хлыст-с-с-с. Второй держащий ротмистра мужик упал рядом. Даже отсюда япрекрасно видел, как из развороченной груди хлещет красная артериальная кровь. Хлыст-с-с-с. Падает жандарм. Тут все задергались изакричали. Помощник хозяина наугад разрядил два своих пистолета, буквально на мгновение закрыв все пространство клубами дыма. Но вот ведь человек, как угадал направление - стрелял именно вмою сторону, вот он истал моей следующей целью. Хлыст-с-с-с.
        «Твою мать!» - промахнулся, дядька лихо начал покидать сектор обстрела, петляя как заяц. Хлыст-с-с-с. Хлыст-с-с-с. Попал. Он не добежал до конюшни буквально десяти метров, это стало сигналом. Все, кто имел оружие стали стрелять вмою сторону, хотя абсолютно меня не видя.
        Хлыст-с-с-с. Хлыст-с-с-с. Еще один лег.
        Люди разбегались как тараканы, оставив на площадке перед домом тела убитых бандитов. Жандармский офицер орал благим матом. Вэто же время ротмистр весьма быстро сориентировался иэнергично пополз клежащим на земле своим сабле ипистолету. Потом короткая перебежка кМитяю, которого так иоставили лежать связанным ине подающим признаки жизни.
        Хлыст-с-с-с. Выглянувший из-за парапета балкона стрелок сружьем получил пулю вголову иисчез. Все пусто. Пока ядоставал из разгрузки тридцатипатронный бакелитовый магазин, помещик успел перебежать вдом искрыться за дверью. Со стороны дома раздались еще несколько выстрелов, демаскируя стрелков густыми облаками дыма. Хлыст-с-с-с. Спрятавшийся вконюшне мужик сружьем упал на бок изадрыгал ногами.
        В это время ротмистр вытащил из ножен саблю, прихватив пистолет, побежал кдому. Яволей-неволей сопровождал его прицелом: такой рывок искорость, вот как люди шли ватаку. Яаж позавидовал ему.
        Бам. Бам. Ротмистр, выронив саблю ипистолет, упал на землю.
        «Твою мать! Это ж самозарядка лупит» - звук очень сильно отличался от хлопков гладкоствольных ружей, заряженных дымным порохом.
        Я лихорадочно стал искать стрелка. Первый этаж, открыто окно, наверняка там. Вот он! Втемноте проема увидел силуэт стрелка инаправленную вмою сторону винтовку. Бам. Хлыст-с-с-с. Бам. Хлыст-с-с-с.
        Я стрелял супора, аон навскидку. Первая пуля взбила возле меня землю, вторая ушла вмолоко. Мой второй выстрел был ине нужен, но япросто сильно испугался чпокающего хлопка возле себя иуже панически нажал на спусковой крючок второй раз, держа вприцеле дернувшийся от попадания силуэт стрелка.
        Даже отсюда яуслышал дикий крик: «Барина убили!» Вокне мелькнул еще силуэт. Хлыст-с-с-с. Крик захлебнулся.
        «Блин, да сколько их!» По моим прикидкам еще человека три где-то прятались.
        Тут случилось чудо. Прямо возле крыльца поднялся окровавленный человек вформе полицейского урядника. Правая рука висела вдоль тела, итолько влевой он держал пистолет. Это выглядело страшно иодновременно так завораживающе. Вот это человек, если выживет, ну точно корешем станет.
        - Ану сдавайтесь, нехристи! Иначе всех кончим, никому пощады не будет!
        Даже на таком расстоянии я, услышав его крик, стал лихорадочно водить стволом, впоисках противников. Но тут случилось еще одно чудо. Из кустов, из конюшни, из дома вышли пятеро человек, двое из которых были вформе жандармов, и, боязливо побросав оружие, остались стоять на месте.
        - Ану быстро развязать моего человека.
        Силы его были на исходе, икоманда уже звучала как-то глухо. Двое тут же бросились развязывать уже очнувшегося Митяя, помощника Стеблова. Другой стал перевязывать первого раненого офицера-жандарма, который от потери крови уже потерял сознание. Еще минуту посматривая на окна иубедившись, что ниоткуда уже ничего не угрожает, яспокойно встал ибыстрым шагом двинулся кдому.
        Люди сужасом смотрели на приближающееся со стороны леса мохнатое чудовище. Откинув за спину накидку, яподошел иуже стал сам раздавать команды.
        - Митяй!
        Развязанный ирастирающий руки жандарм зыркнул из-под кустистых бровей, кивнул, как бы принимая мое старшинство, пробасил:
        - Я, ваше благородие.
        - Вдом, пусть девки перевязывают раненых, аэтих всарай, от греха подальше, - показав стволом на стоящих невдалеке сдавшихся людей. - Ротмистра ясам посмотрю.
        Побили его знатно, но не смертельно, авот винтовочная пуля пробила ему плечо, ион потерял много крови. Уменя ссобой была аптечка, и, разрезав штык-ножом ему одежду, ястал обрабатывать рану.
        Через пару минут услышав рядом сопение, повернул голову иувидел стоящего Митяя, который пытливо поглядывал на мои действия.
        - Ну что?
        - Заперли.
        - Пошли втрактир посыльного, чтоб остальные жандармы сюда прибыли. Тут сейчас придется поработать.
        - Так, они, может, того…
        И он показал всторону лежащего невдалеке застреленного жандарма.
        - Думаю, все предатели были здесь. Анам по-любому подкрепление нужно, вдвоем мы тут точно не справимся.
        Оставив ротмистра на Митяя, япошел вдом, посмотреть на стрелка ина винтовку. Вот он лежит влуже крови, ну точно, тот самый помещик. Первая пуля пробила ему шею, вторая снесла половину черепа. Да, этого уже не допросишь. Авот ивинтовочка. Хм. СВТ-40 соптикой, причем не новомодной, ародной, советской, - раритет. Асостояние - ну точно свежак. Оттерев кровь, япрочитал на казеннике год производства - «1941». Все интереснее иинтереснее.
        Собрав все гильзы ипошарив вкарманах убитого, нашел два целых, набитых патронами магазина. Н-да, подготовился он знатно, истаким стволом это мы еще неплохо отделались. Но вот где попаданец? Вопрос оставался без ответа.
        Захватив самозарядку, явышел на улицу инашел дворецкого, который буквально несколько минут назад услужливо рылся ввещах Стеблова. Этот гаденыш быстро просек, что хозяина грохнули искоро тут будет толпа жандармов, стал набирать себе баллы, прогибаясь иноровя лизнуть мне пятки, напоминая слюнявую махровую собачонку.
        Как он вовремя появился, частенько такие люди становились агентами, из-за своей холуйской породы сдавая близких, прошлых хозяев, апри смене власти, как правило, неслись впервых рядах присягнуть на верность. Дрянь-человек, но вданной ситуации, когда основные фигуранты либо без сознания, либо сразвороченной черепушкой, он будет лучшим источником информации.
        К тому времени яуже избавился от маскировочного костюма, свернув его вскатку, ирасхаживал по дому вкамуфляже, бронике искарабином наперевес ислушал признания дворецкого.
        Историю он рассказал классную, прямо заслушаешься. Быстро смекнув, что меня интересует, он сразу настроился на нужный лад изапел не хуже Шахерезады.
        - Да, были необычные люди. Двое. Девушка всрамной юбке, сремнем исумкой сбольшим красным крестом, исней раненый мужчина. Сними разговаривал барин, потом они куда-то делись…
        Это все, что он знает. Да барин куда-то ездил со своими вооруженными людьми, впоследнее время часто гостил Илья Гаврилович, дальний родственник, офицер, вданный момент лежащий спростреленной ногой ибез сознания.
        Я его так пытал еще минут двадцать, ловя на мелочах ивыясняя подробности. Витоге сего помощью нашел тайник вкабинете бывшего хозяина, где лежали еще пятьдесят винтовочных патронов инемного денег. Деньги, конечно, хорошо, отдам семье убитого урядника, но меня больше интересовал пистолет ТТ или какое-то другое оружие типа ППД или ППШ, вкотором использовались аналогичные боеприпасы. Не найдя ничего более интересного, принялся пересматривать бумаги хозяина поместья. Вэто время дворовые занесли ротмистра вдом иразместили вгостевой комнате. Услужливый дворецкий послал гонца за доктором, который прибыл весьма быстро, что заставило меня сделать заметку вголове ипоинтересоваться такой оперативностью, - явэтом мире не первую неделю иуже начал привыкать кместной неторопливости. Видимо, его сюда часто звали иза молчание неплохо платили. Но тут он начал важничать, ияради интереса высказал свои соображения относительно лечения бандитов. Этот толстый, грузный человек покрылся потом изатрясся, как заяц. Пришлось на него наехать изаставить трудиться внаших интересах, заодно спросил про необычных людей. О, как, да
он, оказывается, иих видел, точнее мужчину, илечил его. Диагноз? Огнестрел.
        - Икаково было состояние мужчины.
        - П-п-п-потерял много крови, но организм молодой, здоровый, должен был выкарабкаться.
        - Вы давно его не видели?
        - Да уже недели две.
        - Где вы его осматривали?
        - Вкаком-то доме влесу, меня туда возили взакрытой карете.
        Дьявол, опять цепочка обрывается.
        Снова начал пытать дворецкого. Что-то урод знает, но отмораживается, аточнее тянет время. Тут на улице послышался топот ина территорию усадьбы ворвался отряд жандармов иполицейских, которых мы оставили втрактире. Дом наполнился топотом, ивкабинет помещика, где ядопрашивал дворецкого, спистолетами ворвались сразу трое человек. Узнав меня, они остановились. Явыпихнул из комнаты дворецкого иподозвал старшего из них, сорокопятилетнего урядника.
        - Вы знаете меня?
        Он удивился. Но все не сводил взгляда смоей формы.
        - Конечно, ваше благородие. Вы же снами ехали, апотом сгосподином ротмистром отправились вусадьбу…
        «Хорошо, начнем надувать щеки иразовьем бурную деятельность. Странно, что ТТ яне нашел».
        - Значит так, представлюсь. Капитан, граф Осташев. Особый отдел Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Поручик Кулькин, штаб-офицер Тульского отделения корпуса жандармов оказался предателем. Он снекоторыми из своих подчиненных покрывал грабителей, главарь которых являлся его родственником. Теперь понятно, почему бандитам так долго удавалось уходить от преследования. Как доказательство, украденные ценности, найденные втайнике вдоме помещика Кириченко, плюс ктому нападение на ротмистра Стеблова сцелью смертоубийства для заметания следов. Нам удалось выявить троих, но, сколько еще пособников бандитов осталось на свободе иособенно носит мундир полиции или корпуса жандармов, предстоит выяснять. Сейчас будем наблюдать за каждым иделать выводы…
        Дядька не был дураком, да ина улице он насмотрелся на трупы, поэтому, только мельком глянув на разложенные на столе пачки сассигнациями изолотые изделия, он кивнул, показывая готовность сотрудничать, иот себя только добавил:
        - Так вот откуда уэтих паршивцев денежки водились… Что делать дальше, ваше благородие?
        Я параллельно рассматривал бумаги всекретере хозяина усадьбы.
        - Уних где-то влесу спрятаны два человека. Дворецкий что-то знает, но помалкивает и, кажется, тянет время. Должен еще знать кто-то из дворни, ну, там конюхи, возницы. Результаты нужны быстро. Так что не стесняйтесь, применяйте силу, но выбейте мне эту информацию. Еще спрашивайте про поездки вТулу, про оружейников ипро необычное оружие ипро гостей… Опа, ачто это?
        Случайно открыв всекрете тайную дверцу, вытащил небольшую стопочку документов. Среди бумаг нашел небольшую книжицу, вкрасной обложке. Кмоему удивлению, ядержал вруках комсомольский билет на имя Кривошеева Степана Ильича 1919 года рождения.
        Следующие две книжки были наставлениями по стрелковому делу по винтовкам Мосина иСВТ-40. Авот следующие документы меня поразили. Написанная от руки история Крымской войны, где были указаны все ключевые фигуры, даты, иглавное тут же лежал текст перевода этого документа на английский язык. Моих скромных знаний иностранных языков хватило вэтом убедиться, инастроение уменя сразу ухудшилось. Этот гаденыш собирался толкнуть информацию из будущего англичанам.
        - Что, ваше благородие.
        - Дворецкого срочно бери воборот. Делай сним что хочешь, но выбей из него, где находится этот дом влесу, иглавное, почему он тянет время. Запомни, если мы прошляпим ипотеряем время, всем вспомнят предательство вашего штаб-офицера…
        Объяснять не нужно было, урядник все итак понял, ичерез несколько десятков секунд на улице раздался визг - суровые дядьки потрошили бедного дворецкого.
        Зайдя вспальню, яснял первую попавшуюся наволочку, ссыпал внее все, что удалось найти интересного, замотал СВТ-40 впростыню ивышел во двор, где уже собралась приличная толпа крестьян из ближайших деревень. Выстрелы слышали многие, иприезд большой группы полицейских не остался незамеченным. Бедное на развлекуху крестьянство ибросилось посмотреть на потеху, тем более про барина впоследнее время ходили очень неприятные слухи, да искор был он на расправу.
        Дворецкого уже отливали водой из колодца после первого раунда переговоров, а я синтересом рассматривал собравшихся вокруг крепостных вдомотканых рубахах, платьях илаптях. Уже собрался подойти кместу допроса, когда взгляд остановился на мальчугане лет десяти, внеобычного цвета рубахе, отличающейся от общего фона ицветом, икачеством. Подойдя ближе, яудивленно рассматривал перешитую командирскую гимнастерку, которую гордо носил крестьянский отпрыск. На чуть выгоревшем воротнике даже просматривались места, откуда были спороты петлицы.
        - Урядник!
        - Я, ваше благородие.
        Оторвавшись от поливания водой сомлевшего дворецкого, урядник подбежал ко мне.
        - Вон, видишь малец внеобычной рубахе, осторожно, чтоб не спугнуть, приведи его ко мне и, пока ябуду сним беседовать, узнай, кто унего родители ивкаком дворе он живет.
        - Понял.
        Через две минуты яобщался смальцом. Ну, если кратко, то зовут Мишкой, отец лесник, рубаху он ипринес, амамка ее перешила. Яего спросил про петлицы, да были, мамка срезала иотдала сестренкам играться. Надо срочно идти разговаривать сродителями, но малец сдетской непосредственностью заявил, что папка сутра ушел влес снемцем, который ему деньгу дал.
        «Так-так. Еще этого не хватало».
        Тут меня позвал Митяй, который выскочил на крыльцо из дверей дома.
        - Ваше благородие, господин ротмистр всебя пришли, вас просят.
        - Хорошо, сейчас иду.
        А сам повернулся куряднику.
        - Быстро лошадей, для меня, себя идвух сопровождающих. Сейчас срочно несемся вдеревню, вгости кэтому мальцу.
        Пока началась кутерьма, ябыстро влетел вдом ибуквально бегом влетел вгостевую комнату, где доктор обхаживал раненого офицера из столицы. Увидев меня, Стеблов слабо улыбнулся. Вытолкнув доктора за двери на пару минут, мне удалось поговорить без свидетелей.
        - Ну что, Александр Павлович, нашли вы своих знакомых?
        - Знакомых нет, авот оружие - да. Точно оттуда. Только стрелял помещик Кириченко, ина его совести полицейские. Судя по всему, гостей держат вкаком-то домике влесу, но это не все.
        - Что?
        - Утром лесник повел ктому домику какого-то немца.
        Как ротмистру не было плохо, но идо него дошло.
        - Вы думаете, они хотели это оружие иностранцам продать?
        - Ине только оружие. Янашел определенную секретную информацию, которую могли сообщить эти люди, иее перевод на английский язык…
        - Час от часу не легче…
        - Вобщем, так, Игорь Генрихович, пока вы не всостоянии, беру руководство операции на себя. Тут уж не взыщите, времени мало, нужны срочные меры, иначе важная стратегическая информация уйдет кпротивнику.
        - Действуйте, Александр Павлович, теперь ияверю вам.
        Еще бы. Самозарядную винтовку язавернул впростыню, обмотал жгутом, организовав некое подобие печати, истрого-настрого приказал Митяю беречь сей предмет не меньше чем жизнь раненого ротмистра Стеблова.
        Затем была скачка верхом вдеревню. Мальца посадил ксебе вседло урядник, ичерез десять минут мы уже спешивались возле его дома. Мамка, увидев сына итакое количество вооруженных людей, впала впрострацию ичто-то лепетала. Пришлось прикрикнуть на нее, чтобы получить вразумительные ответы.
        Петлицы, споротые сгимнастерки, нашли, ими игрались младшие сестренки. Ядержал вруках эти кусочки материи из другого времени ипоражался, какие сюрпризы иногда выкидывает жизнь. Обычные черные командирские петлицы стремя кубарями иэмблемой артиллерии ввиде перекрещенных пушечных стволов.
        Что ж, еще одно доказательство. Петлицы я, конечно, забрал, но не просто так, аодарил запуганную женщину рублем, что, судя по ее глазам, было очень серьезной суммой. После этого она уже вразумительно рассказала, что муж принес рубаху, сказал, что нашел влесу, аона перешила обновку для старшенького. Потом уже пошел стандартный допрос.
        - Что за людей повел влес муж?
        - Дворецкий из барской усадьбы приказал провести.
        Я повернул голову куряднику, который стоял рядом. Тот меня прекрасно понял. Теперь дворецкий огребет еще за молчание.
        - Кто исколько их было?
        - Какой-то немчин исним пятеро человек, все сружьями, наверное, на охоту.
        - Кто еще нас сможет туда отвести? Вашему мужу угрожает опасность.
        Тут вызвался малец. Оказывается, он сотцом много мотался по лесу ипрекрасно знал, где охотничий домик икуда отец повел гостей.
        Мы быстро собрались и, не дожидаясь подкрепления, вчетвером рванули верхом влес, взяв вкачестве проводника сына лесника. Вскоре лес стал более густым, ипришлось спешиться иоставить лошадей на попечение одного из людей урядника.
        Уже подходя кдомику, мы услышали крики икак кто-то, глубоко дыша, несется по лесу внашу сторону. Мы затаились за поваленным деревом истали ждать развития ситуации. Яне стал скручивать скарабина глушитель и, переставив вместо оптического прицела коллиматорный, приготовился квстрече снеожиданностями. Неожиданность предстала перед нами ввиде несущейся во всю прыть, путающейся вдеревенском платье, стройной светловолосой девчонки, скороткой стрижкой иискаженным страхом лицом. За ней кто-то несся, иона, споткнувшись, упала, видимо весьма сильно ударилась, застонала изарыдала. Тут из леса появились двое преследователей. По виду славяне, хотя явно бандитского вида. Они остановились возле девушки, иодин из них, пнув ее ногой, выругался.
        - Вот лахудра, чуть не сбежала. Господин Джонс снас шкуру бы спустил. - Увидев, что она не поднимается, закричал. - Ану встала, шалава! - Иеще раз пнул ногой, потом схватил ее за руку ипотянул на себя.
        Она закричала от боли, видимо, или поломала, или сильно потянула ногу.
        Урядник вопросительно взглянул на меня. Увидев кивок, он стал медленно вытягивать пистолет. Яодними губами прошептал:
        - Только тихо, без шума, они мне живыми нужны.
        Он кивнул.
        - Будет сделано, ваше благородие.
        Я не успел ничего сделать, как трое полицейских рванули вперед исбили сног бандитов ударами кулаков. Потом уже привычно их скрутили, засунули кляпы истали связывать. Сказывалась сноровка, ияне пожалел, что прихватил ссобой таких бойцов.
        - Урядник, этих влес, расспроси по-быстрому, кто вдоме, сколько их, кто главный, как собираются уходить, где оставили лошадей, кто вокрестностях им помогает.
        Подойдя кдевушке, яприсел на корточки изаговорил:
        - Добрый день, девушка.
        Она подняла искаженное болью лицо, на котором были видны следы слез, иудивленно рассматривала полицейских, но еще большее удивление унее вызвал мой наряд. Яеще раз окинул ее взглядом, особенно стрижку, ирешился, вспомнив про «девку всрамном платье, сремнем исумкой скрасным крестом».
        - Вы ведь санинструктор?
        Ее лицо изменилось. Вглазах засветилась надежда, исквозь выражение боли проявилась какая-то детская робкая улыбка, иона сразу похорошела.
        «А ведь симпатичная деваха» - подумал япро себя.
        - Вы пришли за нами?
        - Да. Кривошеев остался вдоме?
        Она кивнула головой. Понятно. Япомог ей нормально сесть. Наташа, так ее звали, позволила мне взять ее ногу, снять армейский сапог исмотать портянку. Увидев, что там всего лишь вывих, ястал бинтовать ей стопу бинтом, который привычно достал из разгрузки, разорвав зубами обертку. От такого привычного движения она сразу поверила, что ясвой, ивесело защебетала. Видно, девчонка соскучилась по нормальному общению, вэти времена сженщинами не сильно церемонились на бытовом уровне. Все это время яее расспрашивал, втакой интересной форме выведывая нужную мне информацию. Невдалеке раздались тихие всхлипы извуки ударов - урядник выполнял приказ, добывал сведения вполевых условиях. Наташа несколько раз испуганно оглянулась, но женская интуиция подсказывала, что ей ничего не угрожает, иона успокоилась.
        Глава 8
        Мы сМитяем затаились возле большого амбара ипоглядывали на дом, вкотором засели бандиты. Периодически над небольшими окошками, больше напоминающими бойницы, вспыхивал огонь ирассеивался бело-голубой дым, ирядом снами чпокали тяжелые свинцовые пули, попадая вдеревянные постройки. Это больше напоминало тревожащий огонь, чтобы отвлечь осаждающих от подготавливаемой пакости…
        По словам Наташи, на них напали человек десять во главе синостранцем. Они быстро вырезали охрану, оставленную помещиком, ипринялись все перерывать впоисках ее итоварища старшего лейтенанта. Ей удалось вырваться иубежать, аКривошеева нашли изахватили. Судя по отдельным фразам, которые запомнила девушка, нападавших интересовали она, Кривошеев илюбые их вещи, что говорило отом, что нападавшие знали, кого игде искать ишли вусадьбу целенаправленно.
        Оставив маленького Мишку вместе сдевушкой иодним полицейским истрого-настрого приказав вслучае моей гибели любой ценой доставить ее кгенералу Осташеву, мы втроем двинулись вперед. Но, видимо, не слишком тихо, поэтому, не доходя до забора, нарвались на поисковую группу, которая шла по следам убежавшей девушки иее преследователей.
        Они не ждали нас встретить, амы были готовы. Первым выстрелил урядник, свалив невысокого жилистого мужичка сружьем вруках. Чуть позже хлопнул мой карабин, иеще один упал. Вответ хлопнуло два выстрела, ираздались испуганные крики. Кмоему удивлению, злобно рыкнув, урядник выхватил из ножен шашку ибросился ватаку. Япритормозил, ожидая, что он нарвется на пулю, но тут вспомнил, что тут практически увсех однозарядные пистолеты иружья, вышел из-за дерева икак втире двумя выстрелами положил оставшихся наемников, которые вполне сносно отражали атаку полицейских холодным оружием. Урядник судивлением повернулся иуставился на меня, спокойно меняющего магазин.
        - Пошли дальше, урядник, нас они уже слышали, значит, ждет горячий прием.
        Тот чуть оскалился, кивнул головой ибодро сказал:
        - Свами, ваше благородие, можно ивбой, как вы их лихо из вашего штуцера. Никогда такого не видел.
        - Специальное оружие для особых бойцов.
        Он уважительно посмотрел на меня изамолчал вожидании приказа. Яже раскатал свой маскировочный костюм, накинул его на себя, под удивленные взгляды моих спутников, ипревратился влешего. Времени что-то объяснять не было, поэтому просто стал раздавать команды.
        - Двигаемся так: явпереди, вы на расстоянии десяти саженей. Если что, ясвистну или крикну.
        Да, нас там ждали. Взволнованные люди бегали по двору, занимая позиции ипоглядывая внашу сторону. Осмотревшись, ябыл удивлен, точнее поражен. Какой это домик, тут целая крепость: частокол, ворота, дом, подворье инесколько хозяйственных построек. Кнашему приходу ворота были распахнуты иво дворе запрягали повозку, видимо, чтобы вывезти раненого старлея, там же возле дома лежали несколько трупов, втом числе иженских.
        Дождавшись, когда подползет урядник, ятихо проговорил:
        - Урядник, тебя как зовут, ато сколько уже под пулями ходим, ане познакомились.
        - Архип Матвеевич, ваше благородие.
        - Вот что, Архип Матвеевич, невиновных тут уже нет, только бандиты. Мне живьем нужен иностранец, что командует этим нападением, ираненый офицер. Все остальные - это мусор, наемники. Обходите усадьбу стыла иотстреливаете всех, кто попытается бежать. Аяпойду по центру.
        Он не стал спорить икоротко кивнул.
        - Понял, ваше благородие.
        Свистнув своего бойца, он быстро исчез влесу.
        Наши телодвижения все-таки заметили, исо стороны дома несколько раз выстрелили на движение. Попасть не попали, но напугали. Пришлось менять позицию. Видя наше отступление, противники радостно заголосили итупо пошли ватаку. Ну что за идиоты. Хлыст-с-с-с. Хлыст-с-с-с. Хлыст-с-с-с. Три тела покатились по земле изамерли - экспансивные пули серьезный аргумент, тем более стакого расстояния. Бам.
        - Ё-мое!
        Рядом щелкнула пуля, именя осыпало древесной корой. Яупал на землю иоткатился назад, спрятавшись за ствол дерева. По звуку явно не местное оружие, ну, точно опять трехлинейка. Надо было спросить Наташу, сколько они оружия ссобой притащили, надеюсь, не полный армейский склад. Перекатившись исделав несколько перебежек, яосторожно выглянул из-за дерева истал рассматривать открывшийся двор. Вот ипарочка наемников, затаившаяся вожидании прорыва вусадьбу. Хлыст-с-с-с. Один падает идрыгает ногами, второй испуганно закричал ипобежал кдому, пытаясь скрыться за тяжелыми дубовыми дверями. Тут ярешил повторить любимую снайперскую ловушку - подранить кого-то на видном месте ипотом отстреливать всех, кто попытается его спасти. Хлыст-с-с-с. Он падает иначинает кричать благим матом, катаясь по земле, зажимая рану вноге. Дверь открывается, икакой-то мужичок выскакивает, хватает его за руку иначинает тянуть внутрь дома. Хлыст-с-с-с. Дверь остается открытой, аспасатель сразвороченной грудью ложится рядом. Вдоме стоял полумрак, имне ничего не было видно, да ирасстояние для коллиматорного прицела немаленькое, поэтому,
пока там народ думал, что делать икак со мной бороться, ябыстро поменял позицию, перебежал ближе кворотам иосторожно выглянул. Бам. Пуля пробила створку, расщепив дерево прямо возле моего лица. Отшатнувшись, яявственно слышал лязг передергиваемого затвора. Ну, точно обычная трехлинейка, даже не полуавтомат.
        Раненый все кричал извал на помощь. Снова выстрел. Бам. Икрик затих. Яопять на мгновение выглянул исразу спрятался, но стрелок на это не поддался, умный гад. Да исвоего пристрелил, чтоб не мешал ине пугал своим криком остальных наемников. Ладно, поиграем на нервах.
        - Эй, вдоме. Предлагаю всем сдаться, впротивном случае никто отсюда живым не выйдет. Вам на размышление десять минут. Бежать не советую, дом окружен, авсе ваши группы влесу уничтожены. Потом просто подожжем дом.
        Прошло пару минут, внутри слышались какие-то визгливые крики, ивответ сильный голос сявно выраженным акцентом крикнул:
        - Господин Кулькин, ивы, иязнаете, что вы не подожжете дом. Вам нужен этот человек, причем живым. Поэтому давайте договариваться. Яготов свами поделиться, даже готов дать долю. Люди, которые привезут его вкоролевство, озолотятся. Тем более за вами по пятам идет полиция. Они рано или поздно узнают овашей роли вограблениях.
        Уже торговля началась, да иангличанин много знает. Он же меня за предателя-жандарма принял. Вот ведь гадские старые империалисты. Что ж, поиграем по их правилам.
        - Ичто? Авы думаете, вам так просто сойдет срук убийство русских оружейников вТуле?
        - Они не хотели продавать оружие, пришлось применить крайние меры.
        - Ага, конечно, ведь все лучшее должно быть только вАнглии, анас вы держите за варваров.
        Пауза. Видимо, он сначала хотел что-то сказать, но потом смолчал истал обдумывать ответ.
        - Вы же понимаете, что корона сумеет наградить каждого, кто предоставит такое оружие. Давайте договоримся. Здесь, вэтой варварской стране, никто не сможет производить такие ружья, это под силу только нашим оружейникам.
        - Ачто делать смоими людьми? Они все слышали.
        - Мы иим заплатим.
        Ага. Много чего обещает. Точно обманет, ну что ж, он многое объяснил исам себе подписал смертный приговор. Аведь, наверное, для этого хрена писали тот документ на английском языке.
        - Зачем вы так, мы же все равно практически договорились.
        Пауза. Аведь ему не хочется признаваться, что хотел просто кинуть русских дураков.
        - Нам нужно все, имы готовы за это заплатить разумную цену, авы просили слишком много.
        - Хорошо. Ваше предложение?
        - Вам двадцать процентов, ивы помогаете мне вывезти человека иобразцы оружия из страны.
        Если сейчас соглашусь, то сразу поймет, что яего обманываю.
        - Слышь, англичанин, аты не много на себя берешь? Мы нашли этих людей, мы их захватили, значит, они наши. Девяносто процентов.
        - Сорок…
        Мы так недолго торговались, когда рядом нарисовался помощник ротмистра Митяй, вооруженный до зубов. Яповернул кнему голову итихо спросил:
        - Дворецкий запел?
        Он оскалился икивнул головой.
        - Да, ваше благородие, ирассказал, что бандитов больше икомандует ими англичанин. Господин ротмистр приказал идти вам на помощь.
        - Вовремя, ато они забаррикадировались вдоме идержат заложника, вот пудрю ему мозги, чтоб вылез из дома или на крайний случай вокне появился, чтоб яэтому гаду мозги вышиб.
        - Может, пустим красного петуха?
        - Позже. Надо спасти человека иперерыть все, вдруг чего интересного найдем…
        Я задумался.
        - Митяй, возьми соломы, подожги ее со стороны ветра, чтоб дым шел на дом. Пусть почихают.
        - Хорошая мысль.
        Пока была пауза, яперелез через забор, сделал несколько перебежек испрятался за телегой возле тела зарезанной женщины. Отсюда неплохо просматривается бойница, откуда вменя стреляли из винтаря. Когда двор заволокло дымом ииз дома послышались крики ипроклятия, яувидел ствол винтовки, выискивающий цель, но угол был такой, что яне видел стрелка, поэтому пришлось сменить позицию. Из дома вменя выстрелили из обычного ружья, пуля пролетела мимо исчмокающим звуком застряла взаборе. Успев спрятаться, ябыстро выглянул идва раза выстрелил втемный прямоугольник бойницы. Бам. Опять хлопнула винтовка из будущего.
        Все, достали. Будем гасить. Еще раз выстрелив впроем бойницы, ясделал несколько перебежек изамер возле стены дома. Потом достал из клапана разгрузки наступательную РГД-шку, разогнул усики испокойно, как на учениях, зашвырнул ее вбойницу изакричал «Граната!». Пусть подергаются. Не подергались, не знали они, что это такое. Внутри дома грохнуло, икто-то дико закричал.
        Я ввалился вдверь и, быстро водя стволом карабина, стал выцеливать уцелевших боевиков. За мной, топая сапогами, сшашкой ипистолетом влетел Митяй итут же подоспел урядник, который, услышав звуки боя, присоединился кпотехе.
        В помещении, откуда по нам стреляли, лежали вповалку три человека, рядом содним из них лежал карабин Мосина. Сделав три контрольных выстрела, язакинул за спину карабин ивытащил из набедренной кобуры ПМ, осторожно двинулся вперед инаткнулся на последнего бандита, который прятался за дверью идержал наготове пистолет. Он, скорее, от испуга спустил курок, итяжелая свинцовая пуля ударила мне вгрудь.
        Я лежал на полу ихрипел, пытаясь отдышаться после сильнейшего болевого шока. Смотря со стороны, явидел, как последнего бандюка взбешенный Митяй шашкой стяжелым хеканьем разрубил почти до пояса. Урядник наклонился ко мне, стал прощупывать грудь иудивленно вскрикнул, наткнувшись на твердость бронежилета.
        Отдышавшись через пару минут, я спомощью урядника поднялся на ноги, скинул маскировочный костюм, который мешал двигаться, подхватил упавший на пол пистолет ипошел вдальнюю комнату, где слышались какие-то крики и, по рассказу Наташи, должен был лежать заложник.
        Там передо мной предстала интересная картина, достойная тупых американских боевиков. Окровавленный человек свсклокоченными волосами прикрывался молодым заросшим парнем, держа возле его головы обычный наган, иссильным акцентом кричал:
        - Пропустите меня, или яего убью. Где ваш главный?
        Я вышел вперед.
        - Яглавный.
        - Агде Кулькин?
        - Давно арестован, ты разговаривал со мной.
        Он только сейчас обратил внимание на мой пистолет, бронежилет икамуфлированную форму. Вкомнате было тускло - свет пробивался сквозь пару узких окон, больше напоминающих бойницы, но иэтого вполне хватало, чтобы оценить необычность моего наряда.
        Заложник тоже синтересом смотрел на меня, подмечая детали моей экипировки. Авот англичанин впал вистерику.
        - Кто ты такой?
        - Аты догадайся. Уменя более совершенное оружие, чем то, которое ты прихватил уэтих людей. Подумай ипоймешь, зачем яздесь.
        Глаза уангличанина округлились, он понял, он догадался.
        - Мне даже не обязательно спасать этих людей, главное, чтобы они не достались вам…
        - Давайте договоримся.
        - Очем? Вы украли оружие, убили русских мастеров-оружейников. Думаете, увас есть шанс отсюда выйти живым?
        А сам синтересом смотрел на наган, который англичанин держал возле головы старлея, ичуть ухмыльнулся, разглядев, что курок-то не взведен. Уровень опасности для заложника был не очень высоким. Пока англичанин думал, что ответить, яспокойно поднял пистолет, прицелился как на стрельбище ивыстрелил ему вруку, держащую наган. Пуля, попав вплечо, благодаря своей сглаженной форме застряла втеле ипередала всю свою кинетическую энергию телу. Англичанин, отлетев, сглухим стуком ударился остену, упал на пол идико закричал, тут же кнему подбежали урядник сМитяем истали пинать ногами. Яструдом подавил желание кним присоединиться, уж слишком хотелось вытереть свои берцы оморду этого заграничного упыря.
        - Вытащите на улицу это дерьмо ирасспросите, кому икуда он сообщал оновом оружии.
        Когда англичанина утащили, старлей, силы которого были на исходе, струдом сел на кровать ивопросительно посмотрел на меня. Ясделал шаг вперед, поднял револьвер, покрутил вруках ипроизнес:
        - Легендарный револьвер Нагана. Хм, неплохая вещица, пойдет вмою коллекцию.
        И демонстративно его спрятал вкарман разгрузки.
        - Наташа…
        - Она унас, ее спасли.
        - Кто вы, товарищ…
        - Капитан. Капитан Осташев, Александр Павлович.
        - Ая…
        - Старший лейтенант артиллерии Кривошеев Степан Ильич, 1919 года рождения.
        - Так вы за нами, товарищ капитан?
        - Можно сказать итак. Ятакой же попаданец, как ивы, только из другого времени. Судя по всему, вы вроде как из сорок первого, ну, на крайний случай из сорок второго года.
        Он снадеждой исинтересом смотрел на меня.
        - Сорок первый.
        - Какой месяц?
        - Июль.
        - Повезло вам, вовремя перенеслись…
        Мы немного помолчали.
        - Авы из какого года?
        - Две тысячи одиннадцатый.
        - Ого…скажите, товарищ капитан, амы победим?
        - Ага. Вмае сорок пятого части Красной Армии возьмут Берлин, вавгусте разгромят японскую Квантунскую армию. Потом Япония капитулирует.
        - Вы сказали, повезло…
        - Не сейчас, потом будет время - поговорим, сейчас вас надо доставить вбезопасное место.
        - Аобратно, там ведь наши воюют…
        - Пока никак, ясам не знаю, как вернуться всвое время. Уменя там остался сын…
        - Понял. Что будем дальше делать?
        - Ачем мы до этого занимались? Служить Родине, вне зависимости от того, вкаком времени мы находимся.
        - Но ведь царь, крепостное право…
        - Старлей, давай об этом после поговорим, сейчас не место ине время для политических диспутов, атем более партсобраний. Наша задача выжить, легализоваться ипостараться направить наши знания обудущем на пользу России. Ятам, вусадьбе, нашел кое-какие бумаги. Ты там неплохой конспект по истории накидал, особенно по будущей Крымской войне.
        - Ну что мог, то ивспомнил…
        - Аты знаешь, что этот помещик Кириченко иего родственничек - жандарм Кулькин все, что ты им сообщил, хотели продать англичанам? Ато, что они по-тихому хотели начать производство винтовок Мосина вТуле, аангличанин просто выкрал твой карабин со всеми чертежами имастеров-оружейников, одних из лучших вРоссии, просто зарезали. Ато, что спомощью твоей СВТ-40 уже пару недель валят простых людей во время ограблений. Асегодня пристрелили пятерых полицейских, которые попытались обезвредить преступников. Какой мундир они бы ни носили, они служили, они были русскими людьми, иуних есть семьи.
        С каждой моей фразой его голова опускалась все ниже иниже.
        - Атеперь представь, что было бы, если б англичане успели вооружить свою армию нарезными винтовками Мосина на пятьдесят лет раньше иразгромили бы русскую армию вКрыму, пошли бы дальше изахватили Одессу иКавказ, как они предполагали сначала.
        - Кчему вы мне это говорите, товарищ капитан?
        - Ато, что каждый шаг, каждое слово, каждую выданную строчку информации из будущего нужно тщательно выверять ипросчитывать последствия. Вот представь, что будет, если сейчас просто принести твою винтовку тому же царю, что будет дальше?
        Он задумался. Япросто уже устал от этого разговора ибыстро ответил сам:
        - ВРоссии сейчас нет нормальной производственной базы ибыстро освоить выпуск такого оружия невозможно, аучитывая, что система государственной безопасности настолько прогнила, то вскоре твоя винтовка уже будет вАнглии. Дальше рассказывать?
        - Нет. Товарищ капитан, агде вы служите?
        - Служил, так же как иты. Управление военной контрразведки.
        Он невесело улыбнулся.
        - Ну, тогда это все объясняет.
        - Не делай раньше времени ненужных выводов. Время покажет, кто есть кто. Тем более реально, ядля вас сНаташей единственный друг, который вас сможет понять ипомочь.
        - Хорошо, ачто уменя есть другой выход?
        - Да нет. Для нас единственный выход - держаться вместе. Кстати, асколько икакое оружие вы ссобой притащили?
        - СВТ-40 соптическим прицелом, карабин Мосина, мой наган иТТ политрука.
        - Патронов?
        - КТТ всего два магазина, авинтовочных, ну сотни две.
        - Хорошо, пересчитаем. Ато не хватало, чтоб концепция итехнология унитарных патронов раньше времени утекла кпротивнику. Кстати, что за политрук игде он?
        - Снами был, но тоже ранен иумер почти сразу, мы сНаташей сами влесу похоронили.
        - Понятно. Агде ТТ, что-то яего нигде не могу найти?
        - Не знаю, вроде видел его увторого англичанина.
        - Какого второго англичанина?
        Я быстро соображал и, построив простую логическую цепочку, выругался:
        - Твою… Он был здесь?
        - Да. Когда началась стрельба, что-то сказал этому, - старлей кивнул всторону улицы, где слышался дикий визг допрашиваемого англичанина, - иушел.
        Я выскочил на улицу.
        - Урядник!
        - Яваше благородие.
        - Нашли лесника?
        - Да, тут всарае, связанный лежал.
        - Сюда его. Иеще. Тут было два англичанина, иодин ушел перед самым боем, прихватив секретное оружие. Быстро узнай, куда он делся.
        - Понял.
        Рядом стоял Митяй имолча слушал наш разговор. Яповернул кнему голову.
        - Как там Стеблов?
        - Плохо, пришел всебя ненадолго иприказал быть подле вас, помогать.
        «Да уж. Ни минуты покоя, обязательно под присмотром», - зло выругался япро себя.
        Проведенное по горячим следам дознание позволило восстановить хоть какую-то картину, иурядник, который прибежал на стрельбу, оставив пост, итак героически нас поддерживал, оказывается, самым наглым образом упустил второго англичанина.
        Он оправдывался тем, что вместо себя оставил подчиненного, который идолжен был задерживать беглых. Вскоре враскрытых воротах всопровождении полицейского появилась Наташа, которая ссамым любопытным выражением лица рассматривала то, что происходило во дворе, и, кмоему удивлению, лежащие трупы ее нисколько не пугали, видимо, пришлось ей этого насмотреться. Чуть позже появился еще один полицейский, который всопровождении маленького Мишки привел ссобой наших лошадей. Ясразу отправил урядника за его подчиненным, который должен был охранять дом стыла, асам распорядился готовить иангличанина, иКривошеева котправке вусадьбу убитого помещика Кириченко.
        Захваченный нами англичанин, которого, кстати, звали Роберт Колтрейн, уже потерял сознание от большой потери крови ипобоев, поэтому был перевязан иуложен втелегу, которую бандиты как раз иготовили для вывоза старшего лейтенанта Кривошеева.
        Тут как раз прибежал взволнованный урядник, ипо тому, что он был без своего подчиненного, можно было судить об очередной плохой новости.
        - Ваше…
        Он задыхался от быстрого бега, поэтому сразу сказать не смог, пока не отдышался.
        - Ваше благородие, убили Семена!
        Я глубоко вздохнул, почему-то не удивившись такому известию, ибегом бросился кворотам, услышав, как за спиной затопали Митяй иурядник. Да, англичанин тут точно побывал - полицейский лежал на спине возле дерева, широко раскинув руки. Погибший Семен не сплоховал и, видимо, ранил врага: унего вруке был зажат разряженный пистолет, иневдалеке явно просматривалось место падения противника. Немного крови итакая знакомая гильза от пистолета ТТ. Вот итут отметилось оружие из будущего, забирающее жизнь русских людей.
        Пришлось снова дрыгаться иорганизовывать новую погоню. Но тут Митяй ненадолго отвел всторону урядника, который, как мог, преданно изображал готовность исправить свою ошибку иброситься впогоню, ичто-то ему объяснил, при этом показав кулачище. Тот быстро-быстро закивал головой икак бы сдулся, потом затравлено глянул на меня, ожидая команды. Ну, тут мне было итак все понятно, поэтому япросто дал команду.
        - Проводника сюда ибыстро. Сам организовываешь отправку раненых ипленных вусадьбу, обеспечиваешь охрану освобожденного офицера, девушки ираненого ротмистра Стеблова. Все, что найдете вдоме: ценности, необычные вещи, бумаги изаписи сложить отдельно иза сохранность отвечаете лично. Необычное ружье, что захватили вдоме, сюда принесешь. Все, быстро выполнять.
        Все это время Митяй исподлобья посматривал на меня, но отмалчивался. Когда испуганный урядник убежал, от усталости топая сапогами, он коротко проговорил:
        - Верно придумали, барин, подранок недалеко уйдет, но вот соружием новым может много бед принести.
        Глава 9
        Весна полностью вступила всвои права, ияркое солнце радостно заливало своим теплым светом все вокруг. Из услужливо открытого лакеями окна дул легкий ветерок, принося ссобой запахи цветущего сада. Император Всероссийский НиколайI, как всегда вэто время, находился всвоем рабочем кабинете влетней резиденции российских императоров вЦарском Селе. Сидя за рабочим столом, он тщательно изучал доклад по революционной деятельности тайных обществ вимперии, предоставленный ему генерал-адъютантом Орловым.
        Они знали друг друга давно, икнязь Алексей Федорович Орлов был одним из тех доверенных людей, на которых НиколайI мог полностью положиться. Когда-то давно, почти тридцать лет назад, втрагические дни декабря 1825 года, когда несмотря на нежелание, великому князю Николаю Павловичу пришлось принять на себя тяжкую ношу истать императором Всероссийским, младший брат Алексея Федоровича Орлова запятнал себя участием всобытиях на Сенатской площади. Тогда князь Орлов стоял на коленях перед новым императором ислезно просил пощадить непутевого брата, за что будет самым верным слугой до самой смерти. НиколайI, вполне принципиально отнесшийся квиновникам кровопролития, сделал единственное исключение: Михаил Орлов был отправлен вимение, аостальные участники тех событий были либо казнены, либо сосланы на каторгу. После той памятной даты князь Орлов всегда следовал своему обещанию, иникогда уповелителя не было повода усомниться вего верности.
        НиколайI, вотличие от образа, который столь яростно рисовали впоследствии его ярые противники, был весьма умным, воспитанным иобразованным человеком. Он изначально никак не собирался становиться императором, поскольку являлся третьим сыном всемье, ипоэтому проводил много времени ввойсках, уделяя особое внимание техническому оснащению, снабжению ивоенному искусству. Восхождение на престол ипоследующее тяжелое решение осиловом разрешении событий на Сенатской площади вдекабре 1825 года тяготели над ним всю жизнь. Поэтому после тщательного разбирательства, подтвердившего то, что все это стало результатом деятельности масонских лож, членами которых были практически все руководители восстания, вРоссии было официально запрещено масонство, которому новоявленный император объявил настоящую войну. Вся последующая борьба Николая за становление иразвитие государства вбольшей мере превратилась впротивостояние смировым масонством.
        Уже после вступления на престол Николай становится основателем Священного Союза, задуманного еще АлександромI для политической борьбы сврагами христианства имонархического строя. Уже одно это обстоятельство делало НиколаяIврагом масонства №1. Но были уНиколая иличные вины перед мировым масонством, которые масоны никогда не простят ему. Первое из таких «преступлений» - подавление восстания декабристов, входившего всистему задуманного масонами мирового заговора против христианских монархий Европы.
        Второе «преступление» - запрещение масонства вРоссии. Третье - политическое мировоззрение НиколаяI, вкотором не было места масонским иполумасонским идеям. Четвертое «преступление» - желание НиколаяI покончить сполитической оппозицией европеизировавшихся слоев дворянства. Пятое - прекращение дальнейшей европеизации России. Шестое - намерение встать во главе, как выражался Пушкин, «организации контрреволюции революции Петра».
        Седьмое «преступление» - намерение вернуться кполитическим исоциальным заветам Московской Руси, что нашло свое выражение вформуле «Православие, самодержавие инародность». Восьмое «преступление» - борьба сОрденом русской интеллигенции, духовным заместителем запрещенного НиколаемI масонства. Девятое «преступление» - борьба НиколаяI против революционных движений, организованных масонами вмонархических государствах Европы.
        Слухи онеобычайном деспотизме инеобычайной жестокости НиколаяI появились потому, что он мешал русским ииностранным масонам иОрдену русской интеллигенции захватить власть вРоссии иЕвропе. «Он считал себя призванным подавить революцию - ее он преследовал всегда иво всех видах. И, действительно, вэтом есть историческое призвание православного царя», - писал всвоем дневнике один из его современников.
        И вот этот человек сейчас внимательно читал доклад осостоянии революционного движения вРоссии иоподпольной деятельности масонов. Перед ним по стойке смирно стоял главный начальник III отделения Собственной Е.И.В. канцелярии ишеф жандармов генерал-адъютант князь Орлов Алексей Федорович.
        Жандармские иследственные функции уже давно были переданы его заместителю, управляющему III отделением канцелярии генералу Дубельту Леонтию Васильевичу, но привилегию являться сдокладом кЕго Императорскому Величеству он оставил за собой. Оба присутствующих вэтом кабинете человека прекрасно понимали, какой вред государству могут нанести революционные идеи, поэтому обсуждение именно этих вопросов происходило за закрытыми дверями. УIIIотделения была достоверная информация, что многие высшие сановники ичиновники, так или иначе, уже давно были вовлечены втайные масонские ордена, иборьба на этом направлении проходила пока спеременным успехом.
        Закрыв папку, Николай поднял глаза на замершего перед ним Орлова.
        - Ну что ж, Алексей Федорович, надеюсь, ситуация увас ивпредь будет под контролем.
        - Конечно, Ваше Императорское Величество. Хотя по нашим данным французские масонские ложи, имеющие большие связи вправительстве, активно ведут работу по сколачиванию антирусского блока, иесть данные, что вближайшие несколько лет возможна война России собъединенным блоком Англии, Франции иих подконтрольных государств.
        - Пруссия, Австрия?
        - Пруссия, возможно, будет придерживаться нейтралитета, но австрийская монархия всегда относилась негативно кнашему государству…
        Он не стал продолжать, обоим было понятно, во что это может вылиться. Впоследнее время Австрия не много-то ивоевала, но усиленно бряцала оружием ипугала всех соседей, что, впрочем, ей неплохо удавалось.
        Император встал из-за стола, прошелся по кабинету, на мгновение остановившись упортрета умершей от туберкулеза дочери, изадумчиво проговорил:
        - Увас есть более точные источники информации?
        - Есть, Ваше Императорское Величество.
        - Что они сообщают?
        - Все основное указано вдонесении. Иногда дело даже доходит до курьезов.
        Князь Орлов позволил себе немного улыбнуться ипостараться отвлечь императора от тягостных мыслей. Тот удивленно поднял голову изаинтересованно спросил:
        - Ичто же?
        - Даже смешно рассказывать. Кнам встрану направлено несколько эмиссаров для поиска особого знания…
        Николай сделал удивленное лицо, как бы поощряя собеседника.
        - По некоторым данным, уних там появилось какое-то предзнаменование или предсказание, указывающее на то, что на просторах дикой России они смогут получить тайные знания из грядущего. Проще говоря, тайное знание, которое поможет им захватить власть: вот иотправились их эмиссары искать все необычное.
        Но император не поддался ироническому тону своего подчиненного иозабоченно спросил:
        - Какая из лож этим занимается?
        - Великая ложа Англии…
        - Это же одна из древнейших ивлиятельнейших лож. Яне думаю, что они будут просто так что-то искать, тратить свое время иденьги. Надеюсь, Алексей Федорович, вы озаботились тем, что сами занялись бы подобными поисками? Аесли они действительно что-то найдут?
        Орлов такого не ожидал, поэтому стал на ходу импровизировать:
        - Мы взяли эмиссаров под контроль исами ищем все необычное… - Тут он вспомнил недавно рассказанную Леонтием Васильевичем историю. - Недавно один из городничих Тульской губернии рассказал онеобычном госте генерала Осташева.
        - Это генерал-лейтенант артиллерии Осташев Павел Никанорович? Этот непоседа? - Иимператор улыбнулся чему-то своему.
        - Да, это он, Ваше Императорское Величество.
        Разговор уже начал утомлять Николая, ион скорее уже из вежливости ихорошего воспитания спросил:
        - Ичто там сгенералом иего гостем?
        Орлов панически пытался вспомнить, что там вприватной беседе ему по этому поводу рассказывал Дубельт.
        - Гость, которого генерал Осташев представляет как своего незаконнорожденного сына, показал всем самобеглую повозку, которая развивала скорость двадцать верст вчас. При этом городничий считает, что этот гость никакой не сын генерала, но человек весьма опасный инеобычный.
        - Вы, Алексей Федорович, уже выяснили кто это?
        - Докладная городничего пришла всего несколько дней назад.
        Николай пристально смотрел на князя Орлова. Что-то ему говорило, что вэтом деле не все так чисто, поэтому император коротко распорядился:
        - Все быстро выяснить идоложить.
        Генерал-адъютант вытянулся.
        - Будет сделано, Ваше Императорское Величество.

* * *
        Мы двигались уже больше двух часов, но нашего англичанина так ине смогли догнать. Проводник мастерски, только по одному ему известным приметам целеустремленно вел нас по лесу, иногда задерживая внимание на следах нашего подранка.
        - Вот тут он сидел иперевязывал себе рану…
        - Вот тут он вручейке долго пил воду…
        Такое уверенное преследование закончилось тем, что мы вышли из леса и, пройдя по лугу, удороги потеряли след. Проводник, дядька лет сорока, невысокий ижилистый, присев усамой кромки дороги, свидом профессионального следопыта пощупал руками землю, камень ипояснил:
        - Здесь, барин, он втелегу барскую сел ипоехал вот туда…
        И он показал рукой на извивающуюся вдоль поля грунтовую дорогу. Да, тут ситуация веселая складывается.
        - Счего ты взял, что барская коляска, ане крестьянская телега?
        - Так следы другие, барин.
        Я уже скорее от отчаяния ссарказмом спросил:
        - Может, еще скажешь, чья коляска?
        Он удивленно поднял лицо, хитро прищурил глаза, буквально на мгновения выйдя из образа простоватого лесника, исделал вид, что задумался. Но мне иэтого хватило. Кмоему удивлению, это заметил Митяй и, сделав два широких шага, схватил проводника за шиворот итряхнул как тряпичную куклу.
        - Быстро сказывай, или думаешь, тут стобой его превосходительство шутки шутит?
        Он был настолько убедителен, да итреск расползающейся по швам рубахи так напугал этого мужичка, что он быстро затараторил:
        - Это коляска соседей, помещиков Сурковых. Их кузнец так лошадей подковывает…
        Услышав это, Митяй вопросительно глянул на меня.
        - Значит так, идем бегом по следу, проводник идет обратно иприводит подмогу. Пусть будут верхами инам коней приведут. Пока другого выхода не вижу.
        Повернувшись кпроводнику, коротко спросил:
        - Где их усадьба…
        Через пять минут, получив объяснения, когда этот хитрый лесник скрылся влесу, мы легкой рысцой побежали вдоль дороги, итут япро себя начал ругался, что нацепил на себя бронежилет, хотя совсем недавно он спас мне жизнь. Солнце было всамом зените и, несмотря на весеннюю свежесть, уже основательно припекало, ичерез двадцать минут бега ябыл весь мокрый итяжело дышал. Бежавший рядом Митяй, привычно закинувший на плечо карабин Мосина, которым яего вооружил ибыстро объяснил, как им пользоваться, ни капельки не утомился ипыхтел как паровая машина, не показывая ни единого признака усталости.
        Я, грешным делом, надеялся, что подмога нас догонит иобеспечит нынешним самым активным транспортом, лошадьми, но мы все бежали ибежали, иникто нам помогать не собирался. Наверное, проводник решил отомстить ипошел кдомику влесу через Владивосток: вернусь, лично морду набью ипричем исключительно ногами.
        Ну что делать, все равно надо двигаться иискать этого английского гаденыша, подстрелившего полицейского. По пути мы встретили крестьян, которые впрямом смысле слова пахали вполе, и, несмотря на то, что они яростно крестились, увидев мой наряд, Митяй их быстро расспросил околяске схозяевами: да, была такая, везли раненого человека всторону усадьбы. Неужели хоть сейчас повезло.
        Наплевав на все, рванули прямо через поле вусадьбу, которую яуже спокойно мог разглядеть вбинокль, тем более сэтого направления можно было вполне незаметно приблизиться кдому. Пробравшись через ухоженный парк поближе, мы стали наблюдать. Тут стояла знакомая коляска, которую яуже сегодня видел. Митяй тоже это разглядел и, не поворачивая головы, проговорил:
        - Барин, аведь коляска дохтурская, он сегодня на ней вусадьбу приезжал, господина ротмистра врачевать.
        - Ага… Аэто что?
        К дому прибежал паренек и, показывая внашу сторону, что-то затараторил. Прошло минуты две, итут такое началось: крики, визги, бабы носятся как растревоженные курицы. На крыльце появился седой пожилой дядька сружьем вруках истал пристально осматривать окрестности. Рассматривая вбинокль дом, яувидел, как на несколько мгновений откинулась портьера ивокне мелькнуло знакомое, заплывшее жиром лицо местного доктора иеще одно, молодой девушки. Ну что ж придется действовать, явно видно, что англичанин здесь. Митяй уже пару минут ждал каких-либо действий ипериодически вопросительно посматривал на меня. Скинув сплеча карабин иразвернув приклад, яснял его спредохранителя, загнал патрон впатронник ивзял на изготовку. Митяй только ждал команды, уже как-то привычно лязгнул затвором карабина Мосина иприготовился.
        - Выходим. Яиду впереди, ты за мной.
        Мы вышли из кустов инеторопливо двинулись всторону крыльца, где дедулька самого воинственного вида вскинул ружье иприцелился внас. Когда мы приблизились, он закричал:
        - Стоять, бросай оружие!
        Тут же на крыльце появилась еще парочка действующих лиц согнестрельным ихолодным оружием. Да еще со стороны деревни кнам продвигалась группа возбужденных крестьян, причем вкачестве средства удовлетворения своих потребностей они выбрали косы, дубины иеще кучу всякого невеселого инструментария. Интересно, что им тут такого наплел англичанин, раз они нас так сразу вштыки воспринимают. Ситуация глупая до абсурда.
        Оставив висеть карабин на груди, яподнял руки вверх игромко крикнул:
        - Не стрелять. Яофицер корпуса жандармов, капитан Осташев. - Повторив фразу еще пару раз, дав людям ее понять иосмыслить, продолжил: - Мы разыскиваем раненого англичанина, который два часа назад во время облавы застрелил полицейского. Любое препятствование правосудию будет расценено как помощь бандитам со всеми вытекающими отсюда последствиями.
        Хм. Уверенный вид иправильно поставленные фразы возымели свое действие. Дедок, видимо, хозяин усадьбы, тот самый помещик Сурков, несколько озадаченно уставился на меня, опустив ружье. Ситуация изменяется. Снова подхватив карабин, якоротко кивнул Митяю, молча стоящему сзади, иуверенной походкой двинулся ккрыльцу.
        - Господин Сурков? - вспомнив фамилию, обратился кхозяину. Но это был еще тот фрукт. Он довольно высокомерно представился:
        - Подполковник вотставке Сурков Алексей Мефодиевич.
        Н-да, вроде как тут армейские не очень-то любят жандармов, вот дедулька ивыпендривается. Да флаг вруки ибарабан на шею.
        - Где подозреваемый? Судя по коляске, доктор уже здесь иявно по его душу. Кстати, можете этого жирного коновала спросить, действительно ли мы вкорпусе жандармов служим, или просто тати шатучие.
        Вспомнил фразу ивставил ее для колорита иявно не угадал, дедулька все равно подозрительно на меня посматривал.
        - Все времени нет, давайте ведите кангличанину, ато этот злыдень может еще что выкинет.
        Хозяин задумался, а яуже самым наглым образом оттер его плечом идвинулся вдом. Тут же меня догнал хозяин истал показывать дорогу, поднявшись по лестнице на второй этаж, показал комнату, где разместили раненого. Жирный доктор был здесь, тазик скрасной от крови водой иокровавленные тряпки были тут же, какие же еще доказательства нужны, но вот борзого английского тела здесь не было. Он сам удивился, авот ястволом карабина ткнул во второй подбородок доктора, которого уже трясло от одного моего вида.
        - Привет, сучонок жирный. Где англичанин?
        Он только исмог прохрипеть:
        - Госпожа Анна Алексеевна его увела вниз.
        Дедулька, это тот, который подпол вотставке, побледнел.
        - Где? - яповысил голос. - Вы понимаете, что это укрывательство государственных преступников? Эти нелюди вТуле несколько оружейных мастеров зарезали, авы тут вИвана Сусанина играете!
        На улице послышался топот, и, выглянув вокно, яувидел наш небольшой отряд во главе сурядником. Полицейские быстро спешились итолпой рванули ккрыльцу. Где-то вглубине дома закричала женщина, имы все, не сговариваясь, бросились вниз по лестнице.
        Эта английская падла, увидев такое количество полицейских, сорвался скатушек ипросто взял девушку, которая пыталась помочь, взаложники, прикрывшись ей как живым щитом. Этот подраненный забугорный хомяк упер ввисок заложницы ствол так активно разыскиваемого мной пистолета ТТ иначал что-то истерично кричать, пятясь назад под прицелами нескольких пистолетов идвух карабинов из будущего. Это продолжалось до тех пор, пока он не отступил вкрайнюю комнату, оказавшуюся тупиком. Поняв, что дальше идти некуда, он затравленно начал оглядываться по сторонам, ища выход.
        - Выпустите меня, иначе яее убью!
        Посмотрев на своих спутников, я, ксвоему удивлению, увидел только растерянные лица полицейских ихозяина дома, видимо, втакую ситуацию они еще не попадали.
        Где-то на заднем плане заверещала пожилая женщина, сквозь рыдания едва можно было расслышать: «Доченька». Англичанин, увидев, что он вроде как хозяин положения, начал командовать:
        - Пропустите меня, ияникому не причиню вреда.
        Ну, как дети: на лицах присутствующих отразилось отчаянье. Глубоко иустало вздохнув, яповернулся кспутникам икоротко бросил:
        - Всем покинуть комнату.
        Увидев, что как-то выполнять команду никто не собирается, яболее жестким тоном рявкнул:
        - Ану, быстро!
        Англичанин уже давно еле держался на ногах, видимо, сказывалась потеря крови, но он стоически терпел истарался держать ситуацию под контролем. Когда за Митяем, который уходил последним, пронзительно зыркнув на меня, закрылась дверь, я, не сильно пугаясь, сел на стул, все так же сконцентрировав все свое внимание на руке противника. Как ни странно, девушка уже взяла себя вруки иснекоторым ненормальным интересом смотрела на меня, на мой наряд иоружие. Чуть позже этим заинтересовался иангличанин. Он стал выдвигать условия:
        - Положите ваше оружие на стол, только медленно, ато как-то устал я свами разговаривать. Пожалейте девушку.
        - Ну как хотите.
        Я встал, подчеркнуто спокойно сделал шаг вперед, ближе кпротивнику, и, демонстративно поставив карабин на предохранитель, прислонил его ккомоду, повернувшись кнему левым боком, иположил руку на ПМ внабедренной кобуре, отщелкнув большим пальцем руки фиксатор. Теперь, когда он себя считает хозяином положения, можно ипообщаться.
        - Ну что, друг мой островной, давай поговорим оделах наших скорбных.
        Тон, постановка фразы иглавное мое спокойствие произвели на него впечатление.
        - Если вам будет интересно, то ваш товарищ, это тот которого Колтрейном зовут, арестован имного чего интересного рассказал полиции, хотя для меня по большому счету это уже не важно. То, что мне было нужно, янашел.
        Тут уже был не испуг, анастоящее, неподдельное любопытство, уж слишком явыглядел неестественно для этой ситуации, да иманера поведения никак не укладывалась вразумные, по этим временам, рамки.
        - Ичто, если не секрет?
        Говорил он спокойно, ивего голосе не было ни следа паники иистерики. Теперь со мной говорил весьма умный исерьезный противник. Яего уже приговорил, исейчас было интересно выяснить, что он успел узнать икому сообщить.
        - Авот ту машинку для убийств, что вы держите увиска этой милой девушки испомощью которой вы пару часов назад застрелили полицейского влесу.
        Глаза девушки округлились, иона свозмущением попыталась повернуть голову, но англичанин крепко ее держал исразу пресек движение, резко дернув рукой, итут же обратился ко мне.
        - Кто вы?
        - Авы не догадались? Если вы знаете опроисхождении этого необычного оружия, то вполне всостоянии догадаться, откуда я изачем тут нахожусь.
        Он уже давно пристально рассматривал мою снарягу ичуть хриплым голосом сделал вывод:
        - Так вы тоже…
        Я его прервал.
        - Ну вот, иобъяснять ничего не надо. Вам вруки попала вещь, которая является артефактом ивам абсолютно не принадлежит. Верните, ияуйду, адальше сами разбирайтесь сместными органами правопорядка. Это уже ваши личные половые трудности…
        И тут уменя вголове мелькнула мысль, иясразу как бы невпопад его спросил влоб:
        - Кстати, аккакой ложе вы принадлежите?
        Он вздрогнул, подтвердив мою догадку.
        - Это вас не касается.
        - Ну как знаете, господин заграничный масон. Просто было интересно, так, для общего развития. Кладите пистолет на стол исдавайтесь. Вы же знаете, какое тут мягкое правосудие.
        На его лице на миг возникло хищное выражение лица.
        - Ятак понял, остальные артефакты вы уже изъяли, - утвердительно произнес он.
        Расстегнув клапан разгрузки, ядостал наган иположил рядом на стол. Больше говорить ничего не надо было. Его взгляд затравленно остановился на револьвере, потом так же медленно он глянул мне вглаза. Он все понял, но решил все-таки побороться за свою жизнь. Поэтому, прежде чем он выкинет какую-нибудь глупость, пришлось брать ситуацию под свой контроль.
        - Только зря пугаете, вы ж пистолет спредохранителя не сняли - это старая модель ичасто заедает…
        На пару секунд он отвел взгляд, недоуменно рассматривая пистолет всвоей руке. Ясделал быстрый шаг вперед илевой рукой несильно ударил девушку вгрудь, ее чуть развернуло, иятут же успел перехватить его руку спистолетом ивывернуть, направив ствол впотолок. Бам! Бам! Сверху посыпалась штукатурка, идевушка дико закричала. Не раздумывая, выхватив из кобуры правой рукой ПМ, что есть силы я сособым садистским удовлетворением вломил этому уроду вморду рукояткой пистолета, почувствовав, как крошатся его зубы. Англичанин, потеряв равновесие, ухватился за девушку ивместе сней упал на пол. Ятут же выкрутил унего из руки пистолет и, отскочив всторону, взял его на прицел. Дверь сгромким стуком распахнулась, ивкомнату ввалились Митяй, хозяин дома иурядник. Девушка уже выпуталась из объятий англичанина и, быстро поднявшись на ноги, отскочила прямо вруки своего отца иразрыдалась. Я, опустив пистолет, отошел всторону идал возможность полицейским связать преступника. Захваченный ТТ, чтоб не привлекать внимания, тут же спрятал вразгрузку и, сделав шаг кстолу, забрал наган иприхватил стоящий карабин. Пока они все еще
возились спленным, я, немного пройдя по комнате, нагнулся иподобрал две стрелянные гильзы, незаметно сунув их вкарман.
        - Ну, что там?
        - Сознание потерял, ваше благородие, знатно вы ему вдарили.
        - Ачтоб козлина заокеанская за женщин не прятался.
        Дюжие полицейские подняли тело ипотащили его на улицу, а ястал дальше распоряжаться.
        - Все вещи англичанина найти ивынести на крыльцо. Обязательно искать любые бумаги инеобычные предметы. Урядник!
        - Я, ваше благородие.
        - Опроси всех вдоме, где, когда они встретили этого упыря ичто унего было ссобой. Аяна улицу, что-то душно здесь.
        Выйдя на улицу ипозволив действовать полицейским, присел на лавочку истал ловить отходняк после сильного нервного напряжения. Тут же рядом нарисовался Митяй. Яего подозвал кивком головы. Он подошел ближе ивопросительно уставился на меня.
        - Вот что, любезный, сходи наверх, туда, где стреляли, и, если надо, то разнесешь по бревнышку дом, но пули, которые ушли впотолок, найди ипринеси.
        Он удивленно уставился на меня, но яупрямо кивнул головой.
        - Не спорь, это очень важно.
        - Будет сделано, барин.
        Пока на некоторое время меня оставили впокое, ятормознул пробегающего мимо лакея ипотребовал рюмку водки - лучшее антистрессовое средство внынешних условиях. Надеюсь, паленую водку мне не подсунут.
        Глава 10
        После того как яостаканился, настроение существенно улучшилось идальнейшая жизнь вмоих глазах стала выглядеть вполне оптимистично. Появление полицейского отряда вусадьбе Сурковых вызвало быстрое подобрение народа, иместные боеспособные кадры уже не пытался выказывать свое расположение спомощью огнестрельного ихолодного оружия ивсяческих подручных предметов крестьянского обихода. Хозяин поместья, понявший, что наехал не на тех ине того пригрел, сдал дочурку, которая как-то быстро пришла всебя, иуже из окна синтересом поглядывал на то, как крепостные готовят коляску для транспортировки раненого англичанина. Не рассчитав силы, яему знатно разворотил рукояткой пистолета физиономию, исейчас его бинтовал все тот же жирный ипродажный доктор, который смахивал на политика нашего времени, поэтому ивызывал такое стойкое раздражение.
        Когда коляска была готова, ко мне подошел хозяин поместья иизвинился, самым натуральным образом. Причем все это было сказано настолько душевно иискренне, что меня реально пробрало. Как-то отвык яот такого проявления чувств.
        - Скажите, господин капитан, авы случаем не родственник генерала Осташева?
        Я удивленно поднял глаза.
        - Это Павла Никаноровича, генерал-лейтенанта артиллерии?
        Теперь ион удивленно уставился на меня.
        - Его самого.
        - Сын.
        Он еще больше удивился - сын генерала Осташева служит вкорпусе жандармов, но благоразумно эту тему поднимать не стал.
        - Унего вроде был сын ипогиб на Кавказе.
        - Да, это был Егор. Явнебрачный сын. Он только недавно меня признал исейчас хлопочет, чтобы сделать продолжателем фамилии.
        Новость для нынешнего светского общества не то что бы невероятная, но необычная, поэтому он культурно опустил охи ивздохи, наверняка усамого несколько байстрюков где-то бегает.
        - Что ж, Александр Павлович, ваш батюшка может гордиться своим сыном, очем яему непременно отпишу.
        - Спасибо на добром слове.
        Глянув на готовых квыезду полицейских, яповернулся, вздохнул, предвкушая очередные несколько часов мучений верхом на лошади, ибросил мимолетный взгляд на окно, из которого за нами наблюдала дочка хозяина. Аничего девочка, очень даже симпатичная иромантичная, из таких потом получались вполне профессиональные пламенные революционерки, если, конечно, их не успевали выдать замуж инагрузить по-быстрому выводком детишек, чтоб свет материнства вглазах затмил все революционные бредни.
        Потом была монотонная дорога инепрерывная скачка, снова отбитые ягодицы иболь вспине. Коляску спленным всопровождении охраны отправили вусадьбу помещика Кириченко, которая была назначена вкачестве места сбора, а я сМитяем иурядником снова отправился влесной домик - провести последний обыск, вдруг что вгорячке боя пропустили.
        Результатом этого крюка стал десяток гильз от трехлинейки ивскрытый тайник снесколькими золотыми безделушками, которые просто ссыпали вмешочек и, оставив открытые настежь ворота, выехали кместу сбора - по словам урядника иКривошеев, идевушка уже давно были отправлены вусадьбу.
        Уже начинало смеркаться, когда наш небольшой отряд въехал вусадьбу покойного помещика-грабителя Кириченко. Как вроде бы старший по званию, я, приняв начальственный вид, уточнил, как разместили моих освобожденных попаданцев икаково состояние ротмистра Стеблова. Ротмистр уже пришел всебя, но пока был слаб иждал моего прибытия. Наташа сКривошеевым расположились во флигеле ини скем не общались. Судьба пленных англичан как-то не сильно меня интересовала, ну разве что как бы их, таких информированных, более основательно допросить ибезнаказанно ликвидировать.
        Другой источник информации, поручик Кулькин, которому яутром всамом начале боя экспансивной пулей разнес ногу, ксожалению, не выдержал потери крови иуже подох. Хотя было бы интересно его поспрашивать по обстоятельствам пленения старлея Кривошеева исанинструктора иособенно того, что они слили из информации англичанам. Митяй уже умотал кСтеблову отчитываться, ая, пока была возможность, по-тихому изъял все артефакты из будущего, втом числе обе винтовки, упаковал инадежно припрятал впарке. Потом убедившись, что Митяй надолго застрял уротмистра, мы сурядником ипарой полицейских отправились вподвал дома, где под охраной сидели раненые англичане. После гибели нескольких полицейских исмоего молчаливого согласия урядник еще раз прошелся кулаками по островитянским рожам, и, убедившись, что они психологически сломаны, яустроил уже добротный, качественный ивесьма тщательный допрос каждому вотдельности, разведя их по разным комнатам. Картина, которую нарисовали эти эмиссары мировой закулисы, весьма меня напрягла изаставила задуматься одальнейшей судьбе меня имоих соратников-попаданцев. Бессонная ночь мне была
обеспечена, но кутру вчерне уже был разработан определенный план, меры стратегического, тактического прикрытия, создания многоуровневых легенд исистемы общей безопасности, ивэтом плане ротмистр Стеблов играл довольно важную роль.
        Практически не выспавшись, ябыл утром Митяем вызван кротмистру на откровенный разговор. Стеблов выглядел не самым лучшим образом, но взгляд его был такой же острый инастороженный, хотя иприсутствовал какой-то нездоровый блеск. Когда яприсел возле его кровати, за дверью послышался какой-то шум, иядогадался, что Митяй, соружием вруках, ждет результатов нашего разговора.
        - Доброе утро, Игорь Генрихович, как вы себя чувствуете?
        - Спасибо, Александр Павлович, вашими молитвами. Как увас там дела?
        - Ну, ядумаю, ваш подчиненный все рассказал вам, всамых мельчайших подробностях исо своими комментариями.
        Он намек понял.
        - Да, вы правы, но уменя осталось много вопросов.
        - Может, вам не стоит напрягаться втаком состоянии?
        - Не уходите от разговора. Уменя хватит сил вас выслушать.
        - Хорошо, спрашивайте.
        - Кто вы? То, что вы сын генерала Осташева, янисколько не верю, так же как ине поверил городничий…
        - Который вас иинформировал. Ичто? Вы что вцеркви? Верить или не верить, главное - генерал УВЕРЕН, что яего сын. Или вы держите графа Осташева за глупца или человека без чести?
        - Как раз нет. То, что он вопале, еще не значит, что он на плохом счету. Да, он неуживчивый, предпочитает начальству говорить правду вглаза, но он человек чести, поэтому то, что он назвал вас, абсолютно чужого человека, своим сыном, очень меня заинтересовало. Что такое должно было произойти, чтобы человек чести, боевой генерал, который всегда дорожил своими принципами, пошел на такой явный подлог?
        - Может, сами спросите унего?
        - Александр Павлович, если это, конечно, ваше настоящее имя, вы необычный человек, много знаете имного умеете, тем более яобязан вам жизнью икарьерой. Поэтому ипозвал вас на приватную беседу. Яслужу своему государству идолжен оберегать его покой. Поймите меня правильно…
        - Да все понятно, Игорь Генрихович. Ход ваших логических рассуждений япрекрасно понимаю, что могу, скажу, ачто нельзя, уж не взыщите, ставки очень большие.
        Он чуть скривил губы иупрямо спросил:
        - Хорошо, спасибо ина этом. Еще раз повторю - кто вы?
        То, что внекотором роде придется слить информацию ореальном положении вещей, было понятно, уж слишком много штучек из будущего видел ротмистр, иводить его за нос сказочками точно не получится. Да имоя интуиция подсказывала, что коллега из прошлого вполне достойный человек и, что самое главное, явно интеллектом не обижен.
        - Ваш коллега. Яофицер военной контрразведки.
        Он даже чуть приподнялся от удивления, хотя это стоило ему определенных усилий. Видимо, Стеблов ожидал очередную легенду, прощупывая которую, ему придется вытягивать крохи достоверной информации, атут так влоб.
        - Не ожидал, Александр Павлович. Но ячто-то не слышал, что унас есть такая структура.
        - Так я ине говорил, что служу российскому императору.
        - Значит, вы…
        - Нет. Яне враг России, даже наоборот. Той страны, которой яраньше служил, - нет. Ясвободен от присяги имогу использовать все мои навыки изнания для нужд России, тем более сам являюсь по рождению русским, ну, точнее малоросс.
        Стеблов слушал все это спокойно, не перебивая, итолько спросил:
        - Это полностью не объясняет все произошедшее, да иличности ваших знакомых, которых вы стаким упорством искали, тоже вызывают особый интерес.
        - Конечно, тут я свами согласен. Но вот, готовы ли вы втаком состоянии взвалить на себя тяжелейшую ношу знаний, способных полностью изменить всю картину мирового распределения сил.
        Взгляд ротмистра изменился, он понял, что начался серьезный разговор. Не дав ему ответить, яего огорошил новым вопросом:
        - Скажите, как вы относитесь кмасонам ине состоите ли вы водной из лож?
        - Наш государь император запретил…
        - Яспрашиваю лично вас, потому что от ответа зависит наше дальнейшее сотрудничество, авозможно, инаши жизни. Вкакой ложе вы состоите? Если яошибся ивы принадлежите кдругой ложе, враждебной, то возможно, придется вас ликвидировать.
        В свое время меня неплохо учили: ина курсах оперсостава, где будущим операм преподавалась наука уметь влезать во все дыры без мыла, и, кмоему счастью, на первых порах внаставниках были серьезные люди, еще старые кагэбэшные кадры, последние монстры испецы контрразведки развалившейся империи. Основное иглавное правило: впервую очередь обращать внимание на реакцию на вопрос, потому что она, как правило, бессознательная, азначит, более правдивая, нежели продуманный ивыверенный ответ. Ямаксимально внимательно наблюдал за реакцией ротмистра, потому что от этих секунд зависела иего, имоя жизни, иможет, будущее Российской империи. Его глаза прищурились, исоздалось такое впечатление, что он целится иготов выстрелить. Но он сдержался, увидев, как моя рука инстинктивно легла на кобуру, абольшой палец снял фиксатор. Стеблов чуть усмехнулся исразу изменил схему поведения - все, язачислен вкруг врагов. Тут ияне выдержал иухмыльнулся. Ну, значит, наш человек, вот теперь придется помучиться иснова добиться его доверия, хотя впланах процесс легализации длительный ипоэтапный, исоответственно обработать Стеблова
время есть, тем более уменя сегодня на затравку заготовлен сильный демарш.
        - Но-но, Игорь Генрихович. Это была маленькая проверка. Не надо так на меня смотреть. Сейчас явсе поясню…
        - Да уж очень обяжете, Александр Павлович…
        - Ну, про грабителей мы свами все знаем: Кириченко ипоручик Кулькин, которым вруки попало весьма эффективное оружие.
        - Да, это так, тут вы показали себя очень прозорливым дознавателем, сразу видно, что опыта втаких рода делах увас немало. Авот англичане…
        - Ну, теперь насчет англичан. Яимои спутники являемся носителями особо важных исекретных знаний. То оружие, которое фигурировало впоследних событиях, это так, результат практического воплощения этих знаний. Это всего лишь незначительная мелочь, по сравнению стем, что хранится внаших головах.
        Он буквально подался вперед, несмотря на ранение.
        - Мои спутники случайно попали вруки кКириченко, ион воспользовался этим, норовя поправить свое материальное положение элементарным разбоем. Бандиты также решили попробовать втайне скопировать оружие иналадить его выпуск, поэтому иобратились ктульским мастерам. Кроме того, часть знаний, малую крупицу, они попытались продать заезжим англичанам, которые оказались масонами, причем представителями одной из древнейших британских лож. Вот те, быстро поняв, что кним попало вруки, отследили иликвидировали всех причастных кэтому, забрали оружие ичертежи ипопытались захватить моих спутников, как основных секретоносителей.
        - Но вы же про своих знакомых узнали только от меня.
        - Да, ядумал, что остался один, но, кнашему общему счастью, оказался поблизости исумел взять ситуацию под контроль.
        Я замолчал, дав Стеблову время обдумать сказанное.
        - Хорошо, Александр Павлович, допустим, что явам верю, хотя все звучит несколько необычно, но за последние пару дней слишком много всего необычного произошло, хотя все равно есть много несостыковок. Но что будем делать дальше, вы же понимаете, что яофицер иуменя есть долг перед Родиной?
        - Вполне. Свое задание вы выполнили: грабителей нашли иуничтожили, обнаружили иобезвредили предателя вваших рядах, получили ранение, выполняя задание руководства. Ядумаю, после такого вас ждет повышение по службе.
        - Ну, авы?
        - Ая, заберу моих спутников, те предметы иоружие, которые вызвали столько смертей, ина время затаюсь вусадьбе генерала Осташева иобеспечу соответствующую охрану нашим знаниям.
        На невысказанный вопрос яответил сразу.
        - Явам дам серьезную подсказку, спомощью которой вы смогли бы убедить ваше руководство внашей исключительности ипойти на контакт ссоблюдением всех мер безопасности, когда затихнет шум от этой всей истории. Но предварительно разберитесь всебе, ипрежде чем полностью раскрываться вашему руководству, навестите ипосоветуйтесь. Вмоих знаниях иопыте вы убедились, иесли бы яхотел от вас избавиться, то вы бы давно присоединились кангличанам…
        Он так на меня зыркнул.
        - Так это вы их…
        - Пришлось. Они очень много узнали того, что могло навредить России, апопади они вруки правосудия, нет никаких гарантий, что им бы не организовали побег.
        Стеблов опустил голову, понимая, что определенный смысл вмоих словах был.
        - Есть еще один важный момент.
        - Да, явас слушаю.
        - Они специально прибыли вРоссию впоисках наших знаний, вот что меня напугало. Ичто самое главное, уних несколько таких команд, которые рыскают по просторам страны, поэтому опасность для нас не исчезла, аяпо глупости со своей самобеглой каретой инеобычным оружием очень сильно засветился. Но вэтом, по крайней мере, есть некоторые свои плюсы.
        - Какие?
        - Об этом при следующей встрече, когда вы выздоровеете, унас будет возможность серьезно поговорить.
        После обеда коляска, вкоторой разместились я, Кривошеев исанинструктор Наташа Станкевич, под охраной двух полицейских, которых по распоряжению Стеблова нам выделил урядник, выехала из усадьбы убиенного помещика Кириченко инаправилась по моей просьбе всторону Тулы. Вдвух свертках лежали имои вещи, ивещи попаданцев из 1941 года, которые были тщательно упакованы испрятаны. Япереоделся вгражданскую одежду, но оставил карабин под рукой ипередал наган Наташе.
        Тем же вечером ротмистр Стеблов, ощутив, что чувствует себя лучше, дождавшись, когда из комнаты выйдет Митяй, достал конверт, который ему перед отъездом оставил «сын» генерала Осташева, и, немного подумав иглубоко вздохнув, как перед прыжком вводу, надорвал его. Ему вруку упала небольшая книжица. При свете свечи он ее раскрыл исинтересом стал читать, удивляясь странным буквам ипытаясь понять, что такое «Всесоюзный Ленинский коммунистический союз молодежи». Как стакой безграмотностью можно было напечатать текст, наделав такое количество ошибок. Он разглядывал фотографию молодого человека, именно того, которого привез Осташев. Он был встранной форме ивыглядел довольно необычно. Итут его взгляд зацепился за дату рождения: «1919 год».
        Стеблов откинулся на подушки, зажмурив глаза. Он был далеко не глупым человеком ипонял, что ему этой подсказкой хотел сказать Осташев. Вот оно что, вот почему он стакой тщательностью собирал все вещи, вот откуда такое смертоносное оружие итакая форма. Они из грядущего! Вот она страшная тайна, которую хотели получить английские масоны. Да это именно та ноша, которую он пока не готов был принять. Опять этот капитан оказался прав.
        Стеблов пролежал соткрытыми глазами пару часов, лихорадочно обдумывая сложившуюся ситуацию, впредвкушении необычных поворотов всвоей судьбе. Он ухмыльнулся, поняв, какой подарок сделал ему Осташев: не сам пошел кДубельту или Орлову, или даже ксамому государю императору, адал возможность ему, Игорю Генриховичу Стеблову, стать тем вестником великих свершений, который принесет великую тайну знаний грядущего своей Родине…

* * *
        Мы больше суток ехали до Тулы, на ночевку остановившись на том же постоялом дворе, где недавно ночевали. На следующий день увидели прибытие крупного отряда полиции во главе сдостаточно солидным дядькой, который, видимо, двигался вусадьбу Кириченко для проведения следственных действий идля принятия лавров победителя бандитов или прикрыть свой зад, изображая активную причастность ксобытиям. Подозвав одного из наших сопровождающих, якоротко приказал:
        - Дальше мы едем сами. Вашему начальству про нас ни слова, если что, скажете, были люди вплену, освободили, отпустили, все вопросы кротмистру из столицы. Про меня вообще ни слова, понятно? Сам, братец, пойми, негоже если тут имой департамент приплетут. Думаю, победителей ибез меня тут хватит.
        Полицейский, худощавый мужчина лет тридцати пяти, свыгоревшими на солнце густыми усами, коротко кивнул, согласившись без всяких глупых вопросов. Видимо, после всех событий мой авторитет был очень высок.
        - Будет сделано, ваше превосходительство.
        - Вот ихорошо. Удачи, братец.
        - Ивам, ваше благородие. - Хотел уже уходить, но чуть повернулся идобавил: - Авсе равно лихо вы их, душегубов…
        Тут ярешил распустить перья ивысказался со всем апломбом:
        - Душегубы, это так мелочь. Наша задача уничтожать командный состав неприятеля во время войны, особая команда пластунов.
        Все - занавес. Мужик прочувствовал момент, козырнул искрылся, прихватив напарника.
        Коляска была внашем полном распоряжении, поэтому ярешил даже на таком этапе начать ставить маркеры исоздавать петли для поисковых команд, которые могут пойти по следу.
        Оставив моих друзей-попаданцев вгостинице, дополнительно вручив Кривошееву ТТ иоговорив пароли, если пришлю кого-то из своих людей, уехал вТулу, где должны были еще крутиться Еремей сТимохой, выполнявшие поручение генерала Осташева. Квечеру яостановился вгороде на постоялом дворе. Уже по приезде прямо на лестнице буквально нос кносу столкнулся сТимохой, который сважным видом куда-то несся. Увидев меня, он попытался остановиться, но яего оттолкнул инакричал, что он деревенщина ипусть не смеет толкать московского дворянина. Все чистый экспромт, но кто его знает, иногда из-за таких мелочей инелепых случайных встреч палились целые разведсети.
        Парень оказался смышленый ивсе понял, поэтому сним поговорить ясмог только вечером, когда ко мне вдверь осторожно постучались и, тихо скрипнув дверью, Тимоха буквально просочился вкомнату, которую яснял на сутки.
        - Доброй ночи, Александр Павлович.
        - Привет итебе, Тимофей. Как тут дела идут?
        - Батька все разузнал исобирались уезжать, когда пришло письмо от его превосходительства Павла Никаноровича, истали ждать известий от вас.
        - Правильно. Если б разминулись, мне было бы трудно…
        Мы проговорили часа полтора, иза это время смышленый парнишка вывалил целый ворох интересной информации. Основная - наконец-то поймали иперебили банду грабителей, вожаком которой оказался бывший офицер гвардии. Было настоящее побоище ипогиб офицер жандармерии имного полицейских, все вгороде ждут новостей. Ну, дальше втаком духе…
        Прикупив крестьянскую одежду иодевшись самым простым игрязным босяком, Тимоха на следующее утро на телеге, нанятой Еремеем, получившим через Тимоху мои указания, отправился на постоялый двор, где квартировали выходцы из 1941 года. Там они переоделись и, никем неузнанные, выехали вгубернию под видом мужа ижены. Проехав так километров десять, они остановились, слезли иотпустили телегу обратно. Заранее проинструктированный Тимоха помог Кривошееву пройти метров тридцать влес изатаиться до вечера.
        Все это время янаходился невдалеке вместе сЕремеем иконтролировал каждый шаг попаданцев. Выждав до вечера ине обнаружив погони, явышел кним впривычном камуфляже. Хм. Столько радости иоблегчения при моем появлении ядавненько не видел.
        Погрузившись вповозку, мы уже спокойно выехали прямым путем вимение генерала Осташева, правда, иногда останавливались и, спрятавшись влесу, проверялись на наличие «хвоста». Смоей стороны, это выглядело глупо, но тут ярисковать не хотел ипроверялся как только можно.
        На очередном привале, когда после небольшого перекуса мы расположились под раскидистым дубом иЕремей иТимоха удалились кповозке, Кривошеев наконец-то решил серьезно поговорить.
        - Товарищ капитан, можно вопрос?
        Жуя булочку изапивая ее неплохим квасом, якивнул, давая возможность продолжать.
        - Как вас называть?
        Наташа тут же подтянулась, оставаясь пока молчаливой слушательницей, а язалюбовался ее ямочками на щеках.
        - Как ираньше, Александр Павлович.
        - Это ваше настоящее имя?
        - Почти. То, что Санькой раньше называли - это могу гарантировать. Но это так кслову, что реально спросить хотел.
        Он собрался изадал вопрос, который волновал наверняка их обоих.
        - Как там вбудущем? Ипочему вы сказали, что нам повезло?
        - Вбудущем не очень. Анасчет того, что вам повезло… Где вы до этого служили?
        Он назвал воинскую часть, дивизию, армию, но явэтом плохо разбирался ипосле наводящих вопросов понял, что они служили вмеханизированном корпусе, который был окружен иразбит на Белостокском выступе виюне 1941-го.
        Мне было жаль их, ияим вкратце рассказал историю Второй мировой войны, про трагедию Красной Армии 1941 года, про котлы имиллионы смертей, про план «Ост», концлагеря, про Севастополь, Кавказ, Курскую дугу, Ленинград иСталинград ивзятие Берлина. Ясам так увлекся рассказом, что не заметил слезы на щеках Наташи, на крепко сжатые кулаки истиснутые зубы старлея, на Тимоху, который незаметно присел невдалеке исогромным интересом слушал историю будущего.
        - Ачто дальше было?
        - Дальше?
        Я начал дальше рассказывать, дошел до перестройки исобытий 1991 года. Какое-то гадливое чувство возникло от всего этого, снова переживал события той истории развала страны, свидетелем которой стал. Наташа, женская интуиция которой работала как самый надежный детектор лжи, спросила:
        - Ачто увас случилось, Александр Павлович?
        - Счего ты это взяла?
        - Ну, мы должны были погибнуть, германцы нас тогда загнали вболото, может, иувас что-то подобное было?
        - Хм. Умная девочка. Да, уменя тоже история.
        - Расскажете?
        - Почему бы инет, мы итак водной лодке иуже никуда друг от друга не денемся.
        Выдержав паузу, ябыстро ичетко, как на докладе начальнику управления вывалил:
        - Уменя татарские подонки изнасиловали иубили жену. Их потом поймали, но они откупились. Яофицер имои друзья тоже. Мы их выловили инаказали, наказали итех, кто пришел их освобождать…
        Смотря на мое выражение лица, иСтанкевич, иКривошеев не стали задавать глупых вопросов, как мы наказали, тут было итак понятно.
        - Мои друзья вывезли сына за границу, а яне успел имне на хвост село спецподразделение полиции. Во время погони моя машина сорвалась впропасть, врезультате яздесь.
        Мы помолчали.
        - Что будет дальше, Александр Павлович?
        - Ачто дальше? Через год будет Крымская война, где погибнет много русских, иясчитаю наш долг все это изменить. Ведь вы хотели бы спасти Нахимова, Корнилова, увидеть знаменитого врача Пирогова?
        Тут голос снова подала Наташа.
        - Ачем мы сможем помочь?
        - Ну, вы, Наташа, медик, даже если исанинструктор, значит, внекоторых вопросах, касающихся оказания немедленной медицинской помощи раненым, можете дать фору многим местным эскулапам. Знакомая вам система распределения раненых будет формироваться иопробываться именно на этой будущей войне. Авы, товарищ старший лейтенант, артиллерист? Так ведь? Устройство пушки-то знаете? Ну, вот изайметесь конструированием ипоследующим опробованием на супостатах, тем более человек, ккоторому мы едем, генерал артиллерии.
        Я их заставил задуматься. Но уних иуменя заметно поднялось настроение, ивсю оставшуюся дорогу мы преодолели уже вдостаточно оптимистическом настроении.
        Глава 11
        Наше прибытие вимение генерала Осташева прошло вполне буднично: приехали, разместились, после быстрого перекуса расползлись отсыпаться. По молчаливой договоренности, тема будущих действий пока не поднимались. Так как Кривошеев был еще слаб после ранения, кнему вечером вызвали местного доктора, укоторого была вполне неплохая репутация. Но мне не спалось, ичерез некоторое время, не сговариваясь, мы пересеклись сгенералом втой знаменательной беседке на берегу пруда, где ему впервые было поведано отрагических событиях будущего. Он улыбнулся как-то весело изадорно проговорил:
        - Ну что, не спится, Александр Владимирович?
        - Как-то сон не идет, Павел Никанорович. Только теперь для всех яАлександр Павлович. Если вас не затруднит, то ивличном обиходе желательно употреблять это имя, иначе может получиться, что при чужих людях оговоритесь.
        - Вполне разумно.
        Мы помолчали для приличия: каждому было что сказать, иОсташев первым подал голос.
        - Вы меня снова поразили, Александр Павлович…
        Мое новое отчество он выговорил снекоторым трудом.
        - Чем это?
        - Намедни мне отписался старый товарищ, как раз сосед графа Суркова, надеюсь, помните такого?
        - Ну как же… Ичто пишет?
        Этот разговор немного начал забавлять меня.
        - Очень хвалит вас иругает меня, что такого боевого сына определил вКорпус жандармов, ане вармию.
        - Авы что думаете?
        - Вы все правильно сделали. До нас дошли только отголоски той истории, может, расскажете, что произошло вдействительности икто эти люди, которых вы привезли.
        Я не стал кочевряжиться идостаточно подробно рассказал, как оно все было вреальности. Когда повествование дошло до масонов иих роли вэтих событиях, генерал посуровел изаерзал вкресле.
        - Значит, будут все равно искать?
        - Однозначно. Уних то ли пророчество, то ли тайное знание, что на просторах дикой России найдут силу из грядущего, ну или что-то похожее, которое поможет установить вмире удобный только им порядок. Вобщем, на выходе та же помойка, что иунас вначале двадцать первого века, только на сто пятьдесят лет раньше.
        - Вы их отпустили?
        - Нет. Они все умерли…
        Он угрюмо посмотрел на меня, как на палача.
        - Ачто оставалось делать, увас тут такое правосудие, что им братья масоны устроили бы побег иунас бы начались действительно огромные проблемы?
        - Вас могут обвинить иарестовать.
        - Не думаю, что медики смогут так однозначно диагностировать воздушную эмболию…
        Слова умные, игенерал сделал вид, что все понял. Ауменя перед глазами встала картина того вечера, когда урядник идвое его людей держат англичанина, а яему спомощью одноразового шприца накачиваю воздух ввену.
        Генерал на некоторое время задумался, прокручивая ситуацию вуме, резко встал, несколько раз прошелся по беседке, остановился, пронзительно глядя на пруд, ичерез силу проговорил.
        - Возможно, вы правы, Александр Павлович.
        О как, уже не ошибся иговорит имя-отчество без внутреннего напряжения.
        - Наши противники ведут себя бесчестно, иих стараниями погибло ипогибнет много русских людей, поэтому правила честной войны на них не распространяются.
        - Ярад, что вы начали мыслить другими категориями. Внаше время говорили: если джентльмен не может выиграть, джентльмен меняет правила игры. Это ктому, что силы, которым нам придется противостоять, не гнушаются ничем: ни отравлением, ни гнусными убийствами, ни шельмованием видных италантливых сынов нашего Отечества…
        Он глубоко вздохнул.
        - Хорошо. Вы сказали, что молодой человек идевушка такие же путешественники во времени, как ивы…
        - Не совсем так. Они сюда попали из одна тысяча девятьсот сорок первого года из-под Белостока.
        - Постойте, вы говорили, что вто время была страшная война спрусаками?
        - Да. Часть России была захвачена, сотни тысяч погибших имиллионы попавших вплен. Страшное время. Но ведь собрались, переломили хребет захватчикам, победили.
        - Икак вы их предлагаете использовать внаших планах.
        - Молодой человек, старший лейтенант артиллерии, ваш коллега. Думаю, он сможет больше рассказать про устройство полевых орудий середины следующего века. Тем более он практик, заканчивал артиллерийское училище, знаком не только спротивотанковой сорокапяткой…
        Он удивленно поднял голову.
        - Ачто это?
        Я усмехнулся.
        - Он, вам сам неплохо расскажет, во всяком случае лучше, чем я.
        - Адевушка?
        - Адевушка санинструктор иобучена оказывать первую медицинскую помощь раненым на поле боя, проводить первичную сортировку по степени срочности оказания медицинской помощи, ну итому подобное. Во всяком случае, тоже знает много полезного, что пока не получило распространения ввойсках исильно влияет на количество выживших во время боевых действий.
        - Женщина?
        - Авы как думали. ВКрымской войне они как раз впервые ипоявятся - сестры милосердия. Правда, на поле боя их не будет, это уже вначале двадцатого века додумаются молодых девчонок посылать под пули, но знания иопыт будущего вэтом отношении весьма интересен. Кстати, уменя квам будет огромная просьба…
        - Яслушаю.
        - Дело втом, что эти двое ребят сюда попали из серьезной мясорубки, побывали вруках убывшего офицера гвардии, который просто грабил иубивал людей, ктому же втой стране, преемнице развалившейся Российской империи, старательно культивировался отрицательный образ царских генералов.
        - Ичто вы от меня хотите?
        - Будьте сними самим собой - нормальным, честным, справедливым человеком. Сначала, сих стороны, может быть некоторая агрессия инедоверие, но от того, как вы сможете сними подружиться, да-да именно подружиться, будет зависеть эффективность нашей работы. Уменя сними контакт налажен - ядля них офицер государственной тайной полиции, которую они привыкли бояться иуважать, иза последние несколько дней мне удалось преодолеть барьер недоверия, теперь дело за вами. Смоей точки зрения - нормальные люди, без гнили, глянувшие смерти влицо ине сломавшиеся, видевшие страшное поражение иреально получившие второй шанс все это изменить впрошлом. Постарайтесь, Павел Никанорович, пожалуйста, имы получим еще двух молодых, неплохо информированных соратников, не обремененных инертностью мышления, характерной для большинства людей вашего времени.
        - Что ж, Александр Павлович, яеще раз рад, что судьба выбрала именно вас для этого дела. Ясделаю все возможное.
        - Спасибо.
        В последующие несколько дней яубедился, что вэтом направлении все идет должным образом - генерал уменя на глазах буквально расцветал. Вего жизни появилась цель, даже не цель, аЦЕЛЬ, которой он готов был отдать всего себя. Кмолодым гостям из 1941 года он относился как добрый отец, и, как мне казалось, это была не игра, анастоящая отеческая забота. Наташа расцвела ииз затравленной, побитой жизнью девчонки превратилась вмилую иобворожительную барышню. Слухи омолодой ипривлекательной гостье генерала гуляли по соседним имениям, иуже было несколько попыток напроситься вгости.
        Степка Кривошеев быстро нашел общий язык сгостеприимным хозяином на почве любви картиллерии, иони часами обговаривали возможность воплощения чего-то вжелезе. Тут япомогал, копаясь вноутбуках инаходя все новую иновую информацию, которая может быть полезна внашем деле.
        Пока генерал со старлеем строили наполеоновские планы по вооружению Императорской армии современными пушками ичесали репу по поводу технологии производства бездымного пороха иприличной взрывчатки, Наташа, кмоему удивлению, быстро освоив компьютер, рылась впоисках знаний по медицине. Тут она оказалась весьма полезна - удевочки оказался талант химика, иона глотала учебники исправочники, что впоследствии помогло решить проблему ипороха, ивзрывчатки. Это, конечно, были суррогатные решения, реализуемые на местной технологической базе, но ина этом этапе истории это было реальное преимущество.
        Поняв, что вэтом направлении все идет установленным порядком, язанялся тем, на что меня натаскивали ввоенной контрразведке СБУ, - принялся организовывать систему безопасности нашей группы. Стал активно готовить ловушки непрошеным гостям ипрорабатывать легенды на случай экстренного перехода на нелегальное положение. Через две недели, не без помощи Тимохи, который закрепился при мне что-то вроде помощника для особых поручений, укоторого оказалась куча знакомых всоседних селах, яплотно накрыл все близлежащие имения инаселенные пункты сеткой своих информаторов. Проработанная система быстрой передачи информации иоповещения вслучае возникновения опасности, стала моей гордостью. На всех постоялых дворах всутках пути сидели мои информаторы, взадачу которых входило собирать информацию олюбом интересе кусадьбе генерала Осташева, иособенно кего гостям иприемному сыну.
        Моя романтическая соседка, княжна Тихвинская, барышня-крестьянка, стала незаменимой шпионкой ввысшем свете исприсущим молодости энтузиазмом собирала все слухи, которые меня могли заинтересовать.
        После возвращения яснова сней встретился ивоткрытую вербанул, грубо, но надежно. Пришлось долго заливаться соловьем, что давно прекрасно знаю, кто она такая, но так как она славная девушка, а ячестный офицер, который тайно борется сврагами государства, не могу пользоваться ее наивностью. На что она гордо тряхнула милой головкой ивыразила готовность послужить своей родине. Для усиления эффекта мне пришлось ей рассказать немного скорректированную версию недавних событий, вкоторых япоучаствовал, тем более слухи отом, что там реально отметился героический сын графа Осташева, оказавшийся боевым офицером, специально посланным из столицы наказать грабителей, не без моего участия уже циркулировали ввысшем свете.
        К своему удивлению, яувидел, что княжна мне нравится, икаждый раз при встрече струдом сдерживал хватательные рефлексы, апо ее глазам видел, что она тоже вроде как не против. Но все время яостанавливал себя итвердил, что другой век, другие моральные принципы итрадиции. Хотя природа есть природа, но время покажет ипосмотрим, во что это все выльется. Ктому же иНаташа Станкевич исподволь стала оказывать мне знаки внимания, поэтому яне старался форсировать какие-либо отношения сженщинами.
        Когда Степка, так яназывал Кривошеева, стал себя лучше чувствовать, яего иНаташу стал готовить котражению возможного нападения. На чердаке уже давно дожидался своего часа «дегтярь» со снаряженными дисками. УНаташи под рукой всегда был наган, ана случай серьезного боестолкновения имелся АКС-74У, лежащий вее спальне.
        Генерал, все знавший омасонах, вполне одобрял мои действия, хотя методы вызывали унего стойкую антипатию. Ну, как он мог отнестись ктому, что втрактире сын дворецкого одного из соседей, случайно увидев упьяного соседа золотую безделушку, не устоял ивытащил ее, дал деру прямо вруки Митяя иеще двух крепких парней из имения генерала, отданных вмое распоряжение для всяких темных дел. Его долго исчувством трамбовали, не оставляя при этом следов на лице, изаставили собственноручно подписать бумагу-признание вкраже, ивкачестве альтернативы каторге он дал письменное согласие на добровольное сотрудничество сорганами государственной безопасности Российской империи, вмоем лице конечно. Тут яразвернулся вовсю, ну прямо непаханое поле для специалистов: подкупы, подставы, шантаж, угрозы, без зазрения совести сизобретательностью выходца нашего пропахшего подлостью времени применял весь арсенал методов принуждения людей кработе. Но благодаря всему этому яза сутки знал, что ко мне вгости после ранения направляется ротмистр Стеблов. Ихвост за ним ятоже срисовал и, когда он уже за обедом вусадьбе генерала Осташева
передавал приветы от его боевых друзей из Санкт-Петербурга инедоумевал, почему за столом нет его спасителя, сына генерала, Александра Павловича Осташева, явлесу вэкстренном темпе потрошил двух субъектов, которые следили за ротмистром. Очень кстати помогло травматическое оружие. Тут пригодился Кривошеев, частенько из юношеского максимализма илихости участвовавший вмоих операциях.
        Все оказалось просто иодновременно не просто. Это была не слежка, аохрана ротмистра, приставленная лично по указанию генерала Дубельта. Да ипо виду ребятишки были не простыми, натуральные боевики-силовики сширокими полномочиями, поэтому, связав их, мы отправились на вечеринку, которую генерал по моей просьбе устраивал дорогому гостю, пока яразбирался схвостом.
        Стеблов был по-настоящему рад видеть меня, несмотря на измазанное тактической краской лицо иуже знакомый ему камуфляж.
        Он намекнул, что хочет поговорить наедине, но ямягко его перебил:
        - Генерал Осташев посвящен во все, иуменя от него секретов нет. Так что, Игорь Генрихович, давайте не будем оскорблять гостеприимного хозяина иверного сына отечества недоверием.
        Граф никак не отреагировал на мою тираду, вот только вего глазах япрочитал одобрение умудренного жизнью старика. Стеблов продолжил:
        - Хорошо.
        Он помолчал, собираясь смыслями.
        - Александр Павлович, прежде всего яхотел поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали: спасли жизнь, карьеру ипозволили приобщиться ктайне, которая, видимо, поможет России стать величайшим государством вмире…
        Но вместо встречных уверений вдобрых чувствах, которые готовы были сорваться суст генерала, яскептически скривился испросил:
        - Сами рассказали или вас раскололи? Кто еще вкурсе?
        Стеблов виновато опустил голову, вызвав недоуменный взгляд генерала. Он тихо сказал:
        - Они знали.
        - Кто?
        - Генерал Дубельт и… государь император.
        - Какие вы от них получили указания, господин ротмистр?
        Тут он хитро улыбнулся.
        - Вашими стараниями - подполковник, Александр Павлович.
        Я не выдержал изасмеялся, иСтеблов мне вторил. Напряженность как-то сама собой ушла.
        - Хорошо, Игорь Генрихович, рассказывайте…
        Все происходило примерно так, как я ипредполагал. Когда выяснилось, что банду накрыли иуничтожили, авделе был замешан офицер Тульского отделения Корпуса жандармов, на место всопровождении охраны прибыло высокопоставленное чудо вперьях иначало всем объяснять, как дело было вреальности. Оказывается, поручик Кулькин был героем ипогиб, сражаясь спреступниками. Англичане вообще ни при чем, невинные жертвы, аслово «масон» было запрещено купотреблению. Вобщем, на Стеблова, ослабленного ранением, началось основательное давление чинами, связями иавторитетами. Пока он был впостели, встолицу полетели одна за другой бравурные реляции, вкоторых Стеблов был отодвинут на задний план ивыставлен внегативном виде. Все бы это прокатило, еслиб из Питера экстренно не прибыла представительная следственная комиссия ине поставила всех действующих ипримазавшихся лиц впозу удивленного тушканчика, после чего начала дотошную икропотливую проверку. Вот тут как раз ивсплыло мое имя. Глава комиссии генерал граф Мирзоев, личный друг генерала Дубельта, вызвав на откровенный разговор Стеблова, добился от него только одного -
ротмистр готов все рассказать, но только лично управляющему III отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии. На любые попытки давления иугрозы он упорно твердил: «Расскажу лично генералу Дубельту или государю императору».
        Его взяли под стражу и, когда он был всостоянии, отправили встолицу. Потом был разговор сДубельтом, которому была рассказан правда о«сыне» генерала Осташева, остранных пленных, которых держали влесу бандиты, онеобычном иэффективном оружии, омасонах, которые уничтожили мастеров-оружейников ихотели захватить знакомых Осташева, оего службе ввоенной контрразведке неизвестной страны икнижечке из будущего, которую ротмистр Стеблов сбольшой осторожностью продемонстрировал начальнику.
        Лично генерал Дубельт его долго расспрашивал, уточнял детали и, вконце концов, выяснив для себя всю картину, оставил ротмистра впокое. Потом были долгие дни ожидания взаключении. Но неожиданно все закончилось: сначала его посетил цирюльник, побрил ипривел впорядок прическу, иуже вновенькой форме его долго куда-то везли взакрытой карете.
        Затем был памятный разговор симператором НиколаемI. То же самое он уже последовательно итщательно пересказал, ответил на вопросы, удостоился высочайшей благодарности иотпущен домой суказанием никуда не отлучаться иждать вызова.
        …Когда за ротмистром Стебловым закрылась дверь, НиколайI повернулся кгенералу Дубельту, стоящему встороне ивыражающему абсолютное почтение.
        - Ну что скажете, Леонтий Васильевич? Как вам такой конфуз? Каковы наглецы франкмасоны?
        Отвечать не нужно было, иДубельт промолчал, давая государю продолжить свою мысль.
        - Скажите, вы верите во все это? Впосланцев грядущего?
        - Эта книжечка - не доказательство, но большое количество мелких фактов дают возможность однозначно не отвергать это предположение. Новое оружие, непонятный человек, самобеглая карета. Иглавное, руководители английской ложи вэто верят, аэто заслуживает самого пристального внимания.
        - Хорошо. Ваш ход рассуждений мне понятен…
        Он сел за рабочий стол изабарабанил пальцами по столу.
        - Что будем делать, Леонтий Васильевич? Вызвать этого «сына» Осташева?
        - Не думаю, что это будет хорошим решением. Если он тот, за кого себя выдает, то вего интересах не показываться встолице ине привлекать особого внимания. Впровинции проще ловить преступников илегко можно увидеть новых людей, наверное, поэтому он возвратился вимение генерала Осташева. Тем более дворецкий генерала долго пробыл вТуле, выясняя цены ивозможности выполнения на оружейных мануфактурах неких заказов.
        - Вы думаете, они хотят делать то необычное оружие?
        - Уверен. Если бы не личность генерала Осташева, известного своим чувством долга ичеловека чести, то можно было бы усмотреть преступный умысел.
        - Призвать ко двору генерала?
        - Не стоит, только привлечет внимание. Мне кажется, новоявленный сын генерала специально оставил ротмистру Стеблову эту подсказку ипредусмотрел такое развитие ситуации, поэтому просто не желает соваться встолицу. Он хочет, чтобы ротмистр стал связным.
        - Даже так? Хм. Хитро.
        - Ятоже так подумал, ваше Императорское Величество. Поэтому яхочу отправить Стеблова вгости кнашей Кассандре ипопросить дополнительных доказательств. Исамое главное узнать, чего они хотят икто они вообще такие.
        - Его могут перехватить.
        - Япошлю за ним охрану, самых лучших людей. АвТулу направлю своего личного посланца присмотреть за обстановкой - вдруг снова объявятся островитяне.
        После ухода Дубельта НиколайI долго вертел вруках комсомольский билет старшего лейтенанта Кривошеева исинтересом рассматривал гильзу ипулю, принесенные как доказательство применения нового оружия.
        Он встал из-за стола, подошел кокну инекоторое время молча наблюдал за сменой гвардейского караула, охраняющего его резиденцию вЦарском Селе.
        - Что же вы такое принесли, вестники грядущего? Душа терзается вожидании тяжких испытаний…
        … - Ивот мне присвоили звание подполковника ипопросили отправиться квам, своему знакомому, которому обязан жизнью.
        - Понятно. Высшее руководство империи хочет доказательств нашего происхождения. Хорошо, такой вариант япредусмотрел.
        Выйдя на пару минут, явернулся ипередал новоявленному подполковнику конверт, где рукой генерала Осташева были расписаны основные вехи будущей Крымской войны, результаты, причины, анализ последствий.
        - Надеюсь, для начала иэтого хватит.
        - Что там?
        - Анализ будущей войны, которая начнется вэтом году ибудет стреском проиграна Россией.
        Взгляд Стеблова посуровел.
        - Это правда?
        - Да.
        Этого ему хватило. Тут он замялся, как бы собираясь спросить что-то неприличное.
        - Скажите, Александр Павлович, ачто такое «Всесоюзный Ленинский коммунистический союз молодежи»?
        Я не выдержал изаржал, исо стороны это выглядело несколько некультурно иоскорбительно, но тут собрались серьезные люди, иони промолчали.
        - Не обижайтесь, Игорь Генрихович, это так, нервное. Просто яожидал от вас несколько иных вопросов. Ну ладно, объясню. - Иуже другим тоном, более жестким продолжил: - В1917 году Российская империя, ослабленная войной, развалилась, Император НиколайII отрекся от престола. Встране произошла революция иначалась гражданская война, закончившаяся победой тех самых коммунистов-ленинцев игибелью не меньше двенадцати миллионов человек. Дворянство, духовенство, купечество, офицерский корпус были практически уничтожены. Ввосемнадцатом году отрекшийся император вместе ссемьей был зверски убит. На замену православию были выдвинуты другие идеологические конструкции. Вот как раз «Всесоюзный Ленинский коммунистический союз молодежи» - это молодежная организация.
        Стеблов был поражен ираздавлен. На него было грустно смотреть. Он поднял глаза ипопытался найти уменя на лице хоть мельчайшие признаки розыгрыша, но, глянув на спокойного генерала, понял, что все это правда. Тут он наконец-то догадался, чем ясмог убедить генерала сделать себя его приемным сыном.
        - Так вот, про какой груз вы говорили…
        - Да нет, это еще не все.
        Он опять затравленно глянул на меня.
        - Что еще?
        - Давайте яне буду вас перегружать ненужной информацией. Японимаю, что для вас это тяжело слышать, но для меня это далекая история.
        Он удивленно поднял брови инаконец-то задал вопрос, которого яждал:
        - Аиз какого вы года?
        - 2011-й. Так что сами поймите, для меня революция произошла практически сто лет назад.
        - Аваши спутники?
        - Мои спутники… Они из 1941 года. Тогда как раз началась Отечественная война, инапали на нас не французы, апрусаки. Вот они оттуда ипришли. Молодой человек, старший лейтенант артиллерии Кривошеев, адевушка - санинструктор Станкевич.
        - Ачто такое санинструктор?..
        И тут явспомнил анекдот, когда Петька спросил Василия Ивановича, что такого демагогия. Илегендарный военоначальник революции ответил: «Видишь ли, Петр…»
        В общем, Стеблов тем вечером меня немного подзадолбал, ияему это сказал почти открытым текстом. Но он не обиделся. Судя по рассказу Еремея, подполковник так ине лег спать ивсю ночь что-то писал.
        Утром за завтраком он коротко проговорил:
        - Господин генерал, Александр Павлович, вы вчера сообщили слишком много важного, иядолжен немедля это все донести до государя императора…
        - Согласен, только чуть подождите. Сейчас привезут ваших сопровождающих.
        Стеблов удивленно поднял брови, ая, чуть усмехнувшись, прокомментировал.
        - Генерал Дубельт приставил квам охрану, а ягрешным делом подумал, что масоны за вами слежку пустили. Сейчас освободим, накормим, вернем лошадей.
        Мужики оказались понятливыми, не сильно обижались на такой наезд, но во взглядах, кидаемых на нас, благодарности не было. Они промолчали, быстро перекусили иотправились вслед за Стебловым, который рвался быстро доставить полученные сведения встолицу.

* * *
        После того памятного дня прошло около недели. Всё это время ябыла как на иголках, из рук всё валится, книгу сядешь читать, так ибукв не видишь, родители спрашивают очём-то за обедом, так иотвечаю невпопад. Варенька приехала намедни, тоже заметила, рассеянной назвала ипоинтересовалась со смехом, уж не влюбилась ли я? Вот ещё, влюбилась, ерунда какая! Вареньке, конечно, не призналась иничего про графа не сказала, асама вечером, когда разъехались гости, только оСаше идумала, по многу раз вспоминая, во всех подробностях, нашу встречу. Идаже два раза поплакала, вспоминая горькую историю Александра. Теперь каждый вечер всвоей молитве прошу Боженьку за Александра Павловича исыночка его.
        День на шестой не выдержала исутра, сказав маменьке, что иду совершать утренний моцион, поспешила вдальний уголок парка, где меня поджидала верная Глаша сплатьем простолюдинки илукошком, полным грибов. Вместе прошли около версты по тропинке всторону дороги, где мы расстались сАлександром прошлый раз. Велев Глаше ждать, далее отправилась одна. Авдруг не встречу сегодня? Ану как не побежит граф? Да мало ли дел каких важных? Умужчин всегда столько дел, вот взять, например, моего папеньку… Испросить не забыть как-нибудь осторожно, зачем его сиятельство бегает ежеутренне? Моцион, что ли, такой заграничный? Иочём это ядумаю, тьфу, глупости какие! Исердце-то бьётся, как перепёлочка вклетке, так выскочить иноровит! Ой, авот иСаша! Заметил меня, подбежал, улыбается. Неужто видеть рад!
        - Ну, здравствуй, красавица, Мария, Игорева дочь!
        - Здравствуйте, ваше сия… Александр Павлович, - зарделась вся, аж сама почувствовала.
        - Пойдём, присядем втенёчке. Ты, ясмотрю, игрибов набрать успела.
        - Так сутра иуспела, - ой, аврать-то как стыдно.
        - Рано встаёшь, Машенька.
        - Так мы сизмальства привычные, спетухами встаём.
        - Ага. Ясно. Ачем же ты, Маша, укнязя Тихвинского занимаешься? - говорит ивсё время смотрит на меня, вупор прямо, ине смеётся вроде, но улыбку как бы прячет все время. - Ну, то, что не вкоровнике или птичнике каком - понятно. Прислуга, наверное, при князе, верно?
        Ой, ая-то, дурочка, совсем не подумала, что вот так спросить могут, исказать что, не знаю.
        - Так, я, да …в прислуге убарыни, белошвейка я. - Сквозь землю провалиться готова!
        - Говорят, дочь барыни вашей, молодая княжна - красавица, глаз не отвести.
        - Так, люди зря говорить не будут. - Господи, что яболтаю.
        - Да, уж, зря говорить не будут… Ачто, вообще, говорят? Яведь человек здесь новый, вимении отцовском сижу, за новостями не слежу, да ине знаю никого, не ближних, не дальних соседей. - Илукошко уменя принял, на землю поставил.
        Так ипроговорили сАлександром час целый. Яипро Гловатских рассказала ипро Силантьевых, про Михееву ипро дочку её пучеглазую, как впрошлом году она на именинах его сиятельства из кареты выходила ивлужу плюхнулась, запнувшись, вот смеху-то было. Граф тоже посмеялся, назвал меня хорошей рассказчицей ипредложил раз втри дня встречаться вот на этом самом месте ина прощание влоб поцеловал. Уж, не помню, как идо дома дошла! Лоб так игорел, как железом калёным приложили.
        Так ивстречались мы сАлександром раз втри дня. Говорили обо всём, граф меня обещал на повозке своей самобеглой покатать, но попозже, потому как сейчас «автомобиль на консервации». Иещё подарочек мне сделал - бутылочку стеклянную со стеклянной же крышечкой притёртой, авнутри вроде масла мутного, постного, тягучее ипахнет цветами. Сказал, что это «шампунь» ихватит мне голову мыть щёлоками да травами разными. Втот же вечер баню натопить велела, попробовать подарочек Сашин. Какая же всё-таки чудесная вещь этот «шампунь», акак он пахнет! Ирозами ифиалками ивсеми цветами сразу! Пену взбила исидела так, пока она совсем не опала. Аследующий раз уже яотдарилась - вышивку свою Александру подарила, что закончила на неделе, белошвейкой ведь назвалась, поверить должен. Благодарил, бережно сложил испрятал, обещал вспальне своей повесить исказал, что ему никто ещё таких милых подарков не делал. Иопять влоб меня поцеловал! Ана прощанье руку мою владони свои взял икрепко так сжал, аж сердечко зашлось! Умру, думала. Ипотом всю ночь Саша снился, как целует меня вщёки ивгубы. Ой, мамочки, стыдно-то как! На заутренней
молилась горячо, греховное замаливала.
        Так ипролетели несколько недель, я ижила-то только от встречи до встречи сАлександром, считая часы до очередного свидания. «Свидания»! Даже наедине ссобой боюсь произнести это слово. Атут ещё Наум Игнатьевич чуть меня не поймал переодетой, окликнул издали, мол, подойди-ка сюда, девица, кто такая, еле успела вкусты порскнуть. Весь день потом дядька Игнат хмурый ходил ина всех девиц строго глядел, узнать, видно, хотел, кто эта строптивица, что управляющего не послушала. Глаше наказала то платье приметное сжечь, не откладывая, амне другое подобрать. Страшно-то как, авдруг поймают, божечки мои!!!
        И тут как-то неожиданно всё галопом понеслось. За неполные три недели со мной столько событий разных приключилось - истрашных, жуть каких страшных, итаких, что ни скем доселе ине случавшихся.
        А началось всё со слухов, что вуезде завелась разбойничья шайка, кареты почтовые грабят, людей убивают без жалости идаже нескольких полицейских, что их схватить хотели. Страсти-то какие! Вгости кВареньке поехала, подружке моей сердечной, так она ещё больше страху нагнала, мол, схватили тех разбойников, жандармы аж из Тулы приезжали, авпоимке участвовал молодой Осташев. Япрямо там чуть не умерла! Как же Саша? Авдруг его ранили? Ипомочь-то ничем не могу! Расплакалась от отчаянья, Вареньке пришлось меня успокаивать иводой отпаивать. Как домой добирались ине помню, как втумане всё. По приезде Глаше наказала разузнать, усебя ли вимении граф, мы ведь уже дней десять не виделись, совсем Саша свой утренний моцион забросил. Уже исмеркаться начало, прибежала горничная, говорит, запыхавшись, видели графа вимении, жив-здоров его сиятельство. Ятак изнала, что всё будет хорошо, помогли молитвы Матери Божьей Марии, сберегла она Сашеньку, отвела руку злодейскую!
        На утро ивстретилась сАлександром на лесной дороге. Улыбается так же, ничуть не изменился.
        - Здравствуйте, ваше сиятельство, княжна Мария Игоревна. Ну, вот, исвиделись.
        Внутри так изахолонуло всё! Он знает! Ноги сами подкосились, так иопустилась на траву.
        - Что? Какая княжна? Александр Павлович, так вы…Господи, стыдно-то как! Так вы ссамого начала всё про меня знали? - Яаж задохнулась.
        - Знал, ваше сиятельство, знал, Машенька. Если позволите так вас называть. - Присел рядом ивнимательно на меня посмотрел.
        - Да, конечно, Александр Павлович, - говорю, ащёки пылают.
        - Но тогда позвольте на правах, так сказать, старого знакомого, дать совет. Если вследующий раз вам захочется поиграть вразведчицу-подпольщицу, вы уж примите меры кболее тщательной маскировке. Вы понимаете, очём яговорю?
        - Не совсем, Александр Павлович. Ачто такое «маскировка»? - Если про «разведчицу-подпольщицу» можно понять из контекста, это, примерно, такая же дура, что яизображала все эти дни, то «маскировка» совершеннейшая абракадабра.
        - Япоясню. Вот вы, Маша, переоделись крестьянкой. Платье, платок - вполне. Даже ваши туфельки, пусть старые иразбитые, соответствовали образу. Куплены или подарены давным-давно, вам от старших сестёр остались, кпримеру. Алицо? - сулыбкой смотрит на меня.
        - Ачто смоим лицом? - Явужасе прижала руки кщекам.
        - Нет, не пугайтесь, свашим лицом всё впорядке. - Саша весело засмеялся. - Очень красивое имилое личико, - яопять вся зарделась, - просто, где вы видели незагорелых крестьянок сбелоснежной кожей втакую жару? По легенде вы белошвейка, но от простого, обычного крестьянского труда вас ведь не освобождали? Руки, то же самое. Ноготок бы сломали, просто маникюр не делали бы месяц-полтора. Причёсаны тщательно очень, авот выбившаяся из-под платка прядка волос сзастрявшей травинкой-соломинкой была бы такой мелкой, но характерной деталью. Про вашу речь ничего не могу сказать, давно не был вРоссии ивязыковых оборотах инюансах не силён. Сам не совсем правильно строю предложения. Каюсь иисправляюсь, - улыбнулся Саша.
        - Не получилось из меня этой вашей «разведчицы-подпольщицы», значит?
        - Не расстраивайтесь, Маша. Увас ещё всё впереди. Давайте, явас провожу. - Руку протянул, встать помогая.
        Мы шли рука об руку по дороге, то идело останавливаясь. Александр рассказал много интересных истрашных вещей, про врагов, которые желают только вреда России, про коварных англичан идругих европейцев, про масонов-иезуитов, запрещённых Высочайшим Указом. Про то, что он - граф Осташев - не просто приехал навестить батюшку, асо специальным заданием, ужасно секретным, из самого Санкт-Петербурга, по поручению Его Императорского Величества. Ипоследние события вгубернии только подтверждали его слова. Оказывается, он сотрядом верных государю офицеров обезвредил целую шайку «шпионов-иностранцев», под видом разбойников убивавших настоящих русских патриотов.
        - Мария Игоревна! Вы как российская подданная иверная дочь своего Отечества можете оказать неоценимую помощь вборьбе снедругами. Я, честно признаться, очень рассчитываю на вашу помощь!
        - Александр… Павлович! Конечно, ясогласна! Можете полностью мной располагать! Вот, только… стрелять ясовсем не умею.
        Александр несколько секунд молча смотрел на меня, апотом расхохотался.
        - Ну, что вы, Машенька! Ни вкого стрелять ине надо. Наша служба - это не только ине столько погони сперестрелками, аскорее рутинная искучная работа, - идобавил загадочное: - Парабеллум явам точно не дам!
        - Ачто же ябуду делать? Яведь совсем ничего не умею.
        - Мария! Один мудрец сказал: каждый человек может принести пользу, будучи употреблён на своём месте. Вот ивы на своём месте, то есть впривычном образе княгини Тихвинской, окажете мне игосударю неоценимую помощь впоиске врагов империи. Задача одновременно ипростая, ивесьма сложная. Ведите обычную светскую жизнь, посещайте различные балы, приёмы, рауты, своих подруг, вобщем, как говорится, займите активную жизненную позицию. Ислушайте, очень внимательно слушайте! Прежде всего, нас интересуют люди, недавно появившиеся вгубернии, чьи-либо родственники, знакомые до этого времени, никому не известные или заезжие иностранцы, кто-либо внезапно разбогатевший. Если оком-либо из этих людей услышите, ни вкоем случае не проявляйте активного интереса, это может насторожить настоящих врагов или стать темой для пересудов, мол, княжна Тихвинская интересуется определённым господином, что по цепочке может дойти до известной личности. Конечно, большинство людей - это обычные, честные господа, никак не замаранные вподрывной деятельности, но тем иинтересна эта работа. Вы всё поняли, Маша?
        - Да, японяла, Александр Павлович. Вот, не знаю, справлюсь ли?
        - Справитесь, обязательно справитесь, Машенька! Яверю ввас, - граф улыбнулся.
        - Спасибо, ябуду очень стараться… Саша, - первый раз назвала так Александра, аж сама задохнулась от волнения.
        - Ну, всё, вам пора, Мария Игоревна! Онашем разговоре ивашем задании - никому, ни подругам, ни папе смамой идаже вмолитвах своих не упоминайте! Ипомните, никаких писем изаписок - только наши личные встречи. - Саша наклонился ипоцеловал мне ручку. Ивот, опять он скрылся за поворотом, а яосталась на дороге, но только на этот раз меня просто переполняли чувства: ивосторг, ирадость, инемножко страха. Яне подведу, обязательно выполню поручение Александра. Пусть это ине принесёт большой пользы Отечеству, но зато уменя будет прекрасный повод воткрытую, без этого маскарада, встречаться сграфом. Фу, нельзя так думать, нехорошо… но, так хочется итак приятно!
        Глава 12
        Пришло время имне вмешаться внепрерывные совещания испоры царского генерала икрасного командира. Со стороны была еще та парочка, хотя, несмотря на такую разницу иввозрасте, ивидеологическом воспитании, они нашли общий язык ипостоянно выдвигали вполне неплохие идеи. Но тут был нюанс: чего мы реально хотим добиться, какой ценой икакие унас для этого есть возможности.
        Шапкозакидательсткие настроения пришлось внекоторой степени урезать изаняться корректировкой наших планов. Пока язанимался системой безопасности, они уже умудрились построить виртуальный промышленный комплекс исотнями клепали гаубицы, пушки, минометы, пулеметы; по полям Крыма вмыслях уже гоняли целые корпуса БТ-7 местного разлива, поддерживаемые снеба эскадрильями бомбардировщиков. Немного посмеявшись, мы втроем уже приступили креальному планированию. Через некоторое время я, убедив их, что выиграть эту войну при нынешнем состоянии российской экономики не удастся, стал выкладывать свое видение ситуации.
        Основной задачей будет не повальное оснащение армии новым вооружением, асоздание одного-двух компактных мобильных отрядов, укомплектованных казнозарядными скорострельными орудиями, алучше гаубицами, подразделением охраны, вооруженным новым стрелковым оружием, корректировщиками исредствами связи, взадачу которых будет входить нанесение внезапных артиллерийских ударов сзакрытых позиций ипричинение противнику максимального ущерба, причем не столько физического, сколько морального. По сути дела, это была та же тактика гвардейских минометов «Катюша» времен Великой Отечественной войны применительно кнынешнему времени. Конечно, такая организация огневого воздействия на противника потребует большого количества боеприпасов, но тут придется заняться организацией многочисленных скрытых складов на полуострове, причем все это надо делать врежиме строгой секретности, учитывая, что те же крымские татары помогали продуктами иразведсведениями турецким войскам, входившим всостав оккупационного экспедиционного корпуса во время Крымской войны.
        Но на первом этапе занялись самым первым иглавным делом - отработкой технологии производства бездымного пороха ивзрывчатки. Кнашему счастью, тут как раз нарисовался старый знакомый генерала, граф Свирин, которого он ждал стаким нетерпением.
        Это был невысокого роста жизнерадостный пузанчик, сибарит илюбитель потискать женщин, но при всем этом острый взгляд из-под кустистых белесых бровей выдавал внем человека неслабого ума. Одно то, что при такой характеристике иобразе жизни он сумел сохранить иприумножить свое состояние, говорило онем, как очеловеке дела. Стаким человеком нужно держать ухо востро, да ион, когда приехал вгости, уже был вкурсе недавних событий вусадьбе с«самобеглой золотой повозкой» изнал оновоявленном сыне генерала иего роли вуничтожении банды грабителей. Оего приезде мне опять почти вовремя доложили, и, дав время им сгенералом посидеть за обедом, предаться воспоминаниям, яне спешил появляться, пока сам граф Осташев меня не позовет. Как раз вэто время я сНаташей отправился влес, где вблиндаже, запустив движок джипа, подзаряжал аккумулятор нетбука.
        Через два часа прибыв вусадьбу, язастал пару старых друзей вбеседке, где услужливый Еремей поставил столик иони, попивая чай, неторопливо вели беседу, очем мне доложил Тимоха, присматривающий за гостем генерала иего сопровождающими.
        Разговор сграфом Свириным прошел нелегко. Тут как раз попался настоящий деловой человек, который мыслил несколько иными категориями, нежели генерал. Доступ ктехнологиям из будущего его заинтересовал, но при этом он весьма четко прокладывал дорожку ктому, кто будет собственником патентов на все новинки, при условии глобального финансирования сего стороны. Генерал, слушавший этот разговор, обиженно начал сопеть, ерзая вплетеном кресле ипоказывая свое неудовольствие, но мы сграфом Свириным были одного поля ягоды, поэтому нагнуть ипоставить впозу ротного пулемета яего смог, правда, сильно попотев. На данном этапе он нам нужен был вкачестве серьезного частного инвестора, потому что любое финансирование со стороны казны сразу привлечет внимание, чего мне не хотелось, хотя бы на первичном этапе проекта.
        Известие, что мы находимся под охраной иприкрытием III отделения, его насторожило, амельком брошенная фраза, что вближайшее время сюда вимение ожидается визит цесаревича, как раз для переговоров по той же теме, произвела на него впечатление. Тут уже играф Осташев удивленно на меня уставился. Ачто тут делать? Тем более яреально не исключал появления вближайшем будущем либо наследника престола, либо товарища Дубельта собственной персоной. Апричиной тут был небольшой конверт, который был вложен впослание, отправленное со Стебловым встолицу. Втом письме яуже сам, правда на русском языке начала XXIвека, разложил по полочкам, сподробностями, судьбу всей императорской семьи вплоть до подвала купца Ипатьева вЕкатеринбурге. Смерть сына нынешнего императора от рук террористов, гибель внука иправнука - если после такого император не пришлет своего доверенного человека, явнем ей-богу разочаруюсь.
        В общем, кконцу разговора гостю генерала япочти открытым текстом заявил, что унего два выхода: или он снами, причем водной команде симператором, или он смасонами, ивэтом случае, как лицо избыточно информированное, подлежит ликвидации. Генерал, который уже знал меня несколько недель ипримерно представлял, на что яспособен, весело поглядывал на своего старого боевого товарища, расценивая мои неприкрытые угрозы как некоторую игру, но яне играл, акак никогда раньше говорил чистую правду: предателю - смерть ибез вариантов.

* * *
        Бамс! От сильного удара кулаком стол загремел как кухонный шкаф, набитый посудой, на месте подскочило тяжелое пресс-папье, прижимавшее стопку документов, ачернильница опрокинулась изалила чернилами начатое письмо губернатору Московской губернии. Стоящие навытяжку генерал Дубельт иподполковник Стеблов синхронно вздрогнули
        - Твари! Ненавижу!
        Они еще никогда не видели таким раздраженным императора. Он встал из-за стола истал расхаживать по комнате, струдом сдерживая ругательства, но иэтого было достаточно, чтобы показать всем присутствующим крайнюю степень возмущения хозяина кабинета.
        - Какие твари!
        Он остановился, сжал кулак, показывая его всем окружающим.
        - Нет, не дам! Яеще им покажу революцию, кровью умоются…
        Генерал Дубельт искоса посмотрел на Стеблова, тот испуганно пожал плечами. Он не знал содержание запечатанного конверта, переданного Осташевым непосредственно для императора, но оба примерно догадывались оего содержимом. Только две вещи могли так вывести из себя российского самодержца - трагическая судьба детей иреволюция. Леонтий Васильевич еще помнил, как девять лет назад НиколайI рыдал на похоронах умершей от туберкулеза дочери, великой княжны Александры Николаевны, изнал, как император относится ксвоим детям.
        Вчера вечером срочной аудиенции попросил подполковник Стеблов, прибывший из-под Тулы, куда был отправлен сособым заданием. Он был пыльный, усталый, но при этом напоминал борзую, идущую по следу, показывая тем самым, что честно отрабатывает свой хлеб. Судя по его довольному ивстревоженному виду новости, привезенные от предполагаемого посланца грядущего, заслуживают самого пристального исрочного внимания.
        Следующим утром подполковник Стеблов игенерал Дубельт уже тряслись вкарете, направляясь врезиденцию императора, который позволил его потревожить влюбое время, при получении особо важных известий. Конверт сописанием будущих событий, описанных достаточно подробно, причем суказанием таких мелочей, что говорило овысокой достоверности информации, предоставленной новоявленной Кассандрой, вызвал неподдельный интерес. Был иеще второй конверт, адресованный лично НиколаюI, иДубельт иСтеблов примерно догадывались оего содержимом…
        Император бушевал несколько минут и, когда успокоился, остановился напротив большого окна, выходящего на парк, идолго так простоял молча, иего посетители не смели его потревожить. Придя ккакому-то решению, он резко повернулся кСтеблову ипристально глянул ему вглаза.
        - Подполковник, насколько можно доверять этому человеку? Вы сним пробыли несколько дней, воевали плечом кплечу, обязаны ему жизнью, должны же составить какое-то свое мнение.
        - Так точно, Ваше Императорское Величество. По моему мнению, несмотря на, так сказать, не совсем обычные методы решения проблем, капитан Осташев Александр Павлович, если это его истинное имя, представляется достойным человеком, способным планировать операции иорганизовывать людей. Он воин. Прежде чем ехать кнему, янавел справки, иоказалось, что всего за несколько недель он сумел опутать весь уезд сетью своих осведомителей, которые должны докладывать олюбом интересе посторонних лиц кгенералу Осташеву, его сыну иего гостям. Он мастерски обезвредил охрану, направленную Леонтием Васильевичем, иотпустил без повреждений, когда убедился, что они ничем не угрожают. Как мне представляется, его рассказы отом, что всвоем времени Осташев был офицером военной контрразведки, аналогом Корпуса жандармов, правдивы, инаша задача использовать его знания иопыт на службе отечеству, на что он неоднократно намекал.
        Император невесело ухмыльнулся.
        - Карьерист?
        - Не уверен, Ваше Императорское Величество. Если б это было так, он давно бы добивался вашего благоволения при дворе. Сего талантами, оружием, знаниями он давно бы смог занять подобающее место возле трона, но он сторонится власти.
        - Интересное наблюдение. Что скажете, Леонтий Васильевич?
        Дубельт кашлянул, собираясь смыслями. Пока он оставался сторонним наблюдателем, но унего тоже было свое мнение.
        - Ваше Императорское Величество, ябы пока не спешил свыводами. Сведения, представленные «сыном» генерала Осташева, заслуживают глубокого изучения, тем более унас есть со временем возможность это все проверить, потому что, допустим, создание Англо-Французского союза против России пока выглядит очень маловероятно. Аразгром адмиралом Нахимовым вСинопе турецкого флота? Какой русский человек не хотел бы, чтобы это было правдой, чтобы извечные враги были разгромлены, вот время ипокажет. Но есть пара моментов, которые яхотел бы добавить от себя. Подполковник Стеблов был ранен ине знал, что вночь после памятных событий Осташев лично допрашивал захваченных англичан, иурядник Столбов, иего двое подчиненных очень уж восторженно отзывались, как ему удалось разговорить масонов ипотом их убить.
        И император, иСтеблов удивленно подняли глаза на Дубельта. Император процедил:
        - Вы мне этого не говорили… - Повернул голову всторону Стеблова. - Вы знали, господин подполковник?
        - Догадывался.
        НиколайI раздраженно засопел.
        - Иочем это нам говорит? Он такой душегуб, этот ваш Осташев?
        - Нисколько, Ваше Императорское Величество. Он прагматик ибыстро определил круг людей, знавших опришельцах из грядущего, тех, кому он симпатизирует, спас, оказал помощь, ате, кто мог ему навредить ивпринципе навредить нашему государству, уничтожил доступными ему средствами. Вот ивсе. Смоей точки зрения, конечно, жестко все сделано, но заслуживает похвалы, иесли он действительно НАШ человек, то ябы не против отдать ему вобучение парочку своих людей.
        Такой ответ вызвал неподдельный интерес уимператора.
        - Вы так думаете, господин генерал?
        - Если бы англичане ушли стем багажом знаний, что они успели добыть, возможно, мы бы имели определенные трудности вбудущем.
        - Ачто это за история сагентами?
        - Подполковник Стеблов правильно заметил, что за короткий срок Осташев накрыл весь уезд сеткой своих осведомителей, причем все они ориентированы на выявление любого интереса кего персоне. Итут ямогу сказать одно - он ждет масонов или англичан, которые вновь попытаются завладеть знаниями из грядущего. Имогу от себя добавить, что всех, кто покусится на эту тайну, ждет очень горячий прием. - ИДубельт демонстративно усмехнулся, давая понять императору, что он абсолютно вэтом уверен. Потом как-то неуверенно спросил: - Ваше Императорское Величество, не сочтите за дерзость, но хотел спросить, что такое содержалось втом конверте итак вас разозлило.
        Император пристально посмотрел вглаза генералу, потом молча подошел кстолу, схватил лист бумаги, на котором шариковой ручкой XXIвека была расписана судьба всех членов императорской фамилии.
        Быстро пробежавшись глазами, Дубельт удивленно хмыкнул, потом уже внимательно прочитал еще раз ипочтительно вернул лист императору. Поклонился исказал:
        - Что ж, Ваше Императорское Величество, судя по подборке информации истилю написания, это рука Осташева, ане генерала, как восновном сообщении. Он не доверил эту информацию даже своему «отцу». Могу сказать точно, он неплохо осведомлен овас, оваших привязанностях ибольных местах. Если он наш противник, горе нам, если союзник или даже лучше того, соратник, то горе нашим врагам. Одно могу сказать точно - он противник революции, причем ярый противник.
        - Мне тоже так показалось. Хорошо, Леонтий Васильевич. Можете идти, яподумаю, что нам дальше делать, иизвещу вас. Ивас, Игорь Генрихович, яблагодарю за столь быстро икачественно выполненную работу.
        Когда за офицерами Корпуса жандармов закрылась дверь, он тихо проговорил.
        - Ядолжен посоветоваться… со своей совестью.

* * *
        Огонь потрескивал вкамине ииграл бликами вбокале сбренди, качество ивыдержка которого были достойна стола короля. Хозяин особняка прикурил трубку, несколько раз пыхнув густыми клубами дыма, распространяя по комнате запах дорогого табака, затянулся, получая удовольствие от самого процесса, ичерез некоторое время обратился ксвоему собеседнику, который наслаждался вкусом поданного именно для него кларета.
        Уже час два человека обсуждали перспективы европейской политики, упиваясь своей властью.
        - …Как мы иожидали, князь Меншиков себя повел достаточно глупо ивызывающе, тем самым настроив против России султана Абдул-Меджида. Вближайшее время ожидается объявление войны российским императором Османской империи…
        - Русский медведь до сих пор пытается себя считать самостоятельным игроком на мировой политической арене. Надо его обратно загнать влеса, туда, где ему иместо…
        - Союз Англии иФранции - дело времени, инаши братья уже обеспечили соответствующую почву, сыграв на желании Наполеона Третьего обозначить свое правление громкими победами. Лавры Наполеона Бонапарта не дают ему покоя, поэтому он готов заключить союз хоть счертом, чтоб пощипать русских.
        - Что Австрия иПруссия?
        - Австрийский император настроен весьма решительно врусском вопросе. Авот Пруссия пока колеблется, но наши братья постараются, чтобы Россия издесь не нашла себе союзников.
        Возникла пауза. Хозяин этого особняка всеверном Уэссексе, снова затянулся испокойно, чуть растягивая слова, спросил, но тонкий слух его собеседника уловил напряженные нотки:
        - Что по поводу пророчества Эстерра?
        Собеседник, ожидавший этого вопроса, все равно смутился.
        - Мы получили телеграфом известие от брата Роберта ибрата Алекса, что они нашли то, что было предрешено, вгороде русских оружейников Туле. Там обнаружилось оружие из грядущего, которое втайне собиралась начать производить шайка бандитов, случайно заполучивших себе исамо оружие, ипосланцев…
        Хозяин дома подался вперед ивпился взглядом всобеседника.
        - Продолжайте, Малькольм…
        - Позже получили развернутое письмо, переправленное дипломатической почтой. Внем говорилось, что бандиты уже успели наследить ииспользовали оружие из грядущего для элементарного грабежа. Как пример эффективности, уничтожение пяти полицейских, напавших на след банды, втечение десяти секунд одним стрелком.
        - Что ж, это не может не радовать, такое оружие пригодилось бы внаших начинаниях, аэти русские вкоторый раз доказали свою звериную сущность. Ичто дальше?
        - Братья нашли, где прячут людей из грядущего, идолжны были их «освободить». Больше от них вестей не было.
        - Вы, надеюсь, попытались прояснить ситуацию?
        - Конечно, несмотря на то, что русский царь запретил наши общества вРоссии, унас там осталось достаточно последователей.
        - Ну, не томите, рассказывайте.
        - Грабители, аэто оказался отставной гвардейский офицер инесколько его крепостных, были убиты вбою, не помогло даже оружие из грядущего. Также погибло несколько полицейских иодин офицер тульского отдела Корпуса жандармов, хотя, по моим данным, он был пособником бандитов, что старательно умалчивается. Но дело даже не вэтом. Наши братья погибли при попытке освободить посланцев и, судя по всему, их перед гибелью пытали и, видимо, добились определенных признаний, потому что из Санкт-Петербурга прибыла весьма представительная следственная комиссия иобстоятельства этого дела были засекречены.
        Но, похоже, судьба «братьев» не сильно интересовала хозяина дома.
        - Что за посланцы? Удалось установить, кто они?
        - Молодой раненый офицер идевушка. Больше ничего неизвестно, но тут появляется новый персонаж. Приемный сын русского генерала артиллерии Осташева, который уничтожил большинство бандитов, увез внеизвестном направлении раненого офицера идевушку иглавное…
        - Что?
        - Он был одет вневиданную ранее пятнистую форму ивооружен абсолютно никому не известным оружием, адо этого впоместье генерала Осташева демонстрировал «самобеглую повозку», которая явно работала не на угле ипаре.
        Звонко звякнул бокал, упавший на пол, застеленный шкурой льва, добытой хозяином дома вмолодые годы вАфрике. Не разбившись, он покатился, оставляя за собой мокрую полосу, которая быстро впитывалась. Старый человек побледнел иоткинулся на спинку кресла, забормотав:
        - Все как впророчестве… Придут посланцы ипридет Защитник, безжалостный истремительный, аза ним придут…
        - Кто за ним придет? - не удержался гость.
        - Это не моя тайна, брат Малькольм. - Он замолчал. Забытая трубка тихо дымила вруке, амысли хозяина были далеко. Через некоторое время он очнулся исильным ивластным голосом проговорил: - Брат Малькольм, отправляйся вРоссию. Ты должен найти иостановить их, иначе все наше дело пойдет прахом. Посланники наивны имолоды, имы смогли бы убедить их стать нашими друзьями, авот Защитник принес вэтот мир ненависть кнашему святому делу иметоды, которые позволительно применять только нам. За ним опыт столетий, помноженный на знание будущего, ине сомневайся, он нанесет свой удар руками русского императора, вкотором найдет союзника. Он безжалостен, терпелив ирасчетлив. Это страшный враг, ион уже обагрил руки кровью наших братьев. Яне сомневаюсь, что именно он их допрашивал иумертвил, чтобы знания не ушли сними внаше братство.
        Гость, пораженный переменой, преобразившей хозяина, игордый возложенной на него задачей, спросил:
        - Акто должен прийти за ним?
        - Такие же, как ион. Он откроет дверь между мирами, изапретное знание попадет вруки невежественных варваров…

* * *
        Пока вПитере игде-то вАнглии вертелись колесики, аумные, башковитые дядьки думали, как ичто снами, убогими, делать, мы занимались тем, чем каждый мальчишка втой или иной форме развлекался вдетстве - собирались делать порох ивзрывчатку, ауже под них конструировать оружием. За основу решили взять обычную 76-миллиметровую пушку образца 1902 года и122-миллиметрову гаубицу 1910 года, так неплохо себя зарекомендовавших во время Первой мировой войны. Технические эскизы уже были готовы, осталось разобраться со специалистами, материалами ифинансированием.
        Граф Свирин пробыл два дня, обсуждая планы на будущее ипытаясь вытянуть максимальное количество информации, но, убедившись, что мы никакие не мошенники, асамые что ни на есть пришельцы из будущего, ускакал ксебе обратно, готовить финансовые средства для первых траншей по нашим заказам.
        Он вернулся ровно через неделю - довольный исосредоточенный, спакетом предложений не только по финансам, но ипо оргвопросам, даже попытался влезть ввопросы безопасности итаким образом вообще все подмять под себя, но тут же получил жесткий отпор ибольше не лез на мое поле деятельности. Мы как раз обсуждали возможность перебазирования вдругой регион, поближе кУралу, где проще запрятать нашу новоявленную мануфактуру по производству смертоносных игрушек, когда случилось СОБЫТИЕ.
        Прибежал Тимоха исообщил, что едет Стеблов всопровождении трех человек, причем это не те дядьки-боевики, что были впрошлый раз, апостарше исолиднее. На всякий случай, Кривошеев иНаташа обвешались оружием, затаились на втором этаже, зорко контролируя окрестности, а явожидании гостей нетерпеливо ерзал на стуле. Что-то пятая точка подсказывала, что сейчас начнется самое интересное играф Свирин сего занудством, сметами ихитро сделанными заходами отойдет на второй план.
        Обсуждение прервал Еремей, всклокоченный итяжело дышавший от бега по лестницам.
        - Ваше сиятельство Павел Никанорович, там гости пожаловали…
        - Какие гости? - раздраженно спросил граф Осташев, который очень не любил, когда его так тревожили во время серьезных разговоров.
        - Так господин подполковник Стеблов, а сним гости, сурьезные, просили вас позвать да сынка вашего, Александра Павловича.
        «Ну, вот пошла потеха, интересно, кто там, Наследник сДубельтом? Стопудово кто-то из царской фамилии, как быстро отреагировали-то на известие об ипатьевском подвальчике».
        Я поправил камуфляж, вкотором расхаживал по дому, нарочито игнорируя местную неудобную гражданскую одежду, которая своим фасоном просто бесила исковывала движения, да икарабин ипистолет как-то не смотрелись сней.
        А внизу уже шла развлекуха: бледный генерал Осташев стоял по стойке смирно, да играф Свирин, подобрав животик, что выглядело при его росте весьма комично, во все глаза пялились на гостя, который стоял вцентре гостиной.
        Это был высокий, атлетически сложенный мужчина, вскромном мундире какого-то, ну, уж точно не гвардейского полка, вплаще исвеселым головным убором вруках, который унего тут же забрал Стеблов. Да уж, вот тебе, бабушка, иЮрьев день. Сам государь император пожаловал, значит, действительно задела его информация огибели потомков. Яглянул ему вглаза, пытаясь понять, что меня ожидает, но старался не хвататься за кобуру, ато решат, что струхнул. Сейчас начнется реальная проверка на вшивость ипсихологическую устойчивость. Выдержу, выстою, сумею убедить, может, ине будут затоплены русские кораблики вСевастопольской бухте ине возникнет на Северной стороне огромного кладбища русских воинов, погибших при защите Севастополя, ине будет рядом сними, как символ презрения кнашей памяти, похоронен преступный авторитет, грохнутый во время разборок вгорячие девяностые.
        За ним стоял не менее импозантный мужчина, вкотором я струдом признал товарища Дубельта, Берию местного разлива, наводившего страх иужас на всяких либерастических писунчиков. Это они потом, свалив за границу, писали онем иоб императоре всякие гадости, мстя за свои страхи ислабохарактерность.
        «Ну что ж, поехали».
        Руки по швам, два строгих строевых шага.
        - Здравия желаю, Ваше Императорское Величество. Капитан Звонарев, Александр Владимирович, управление военной контрразведки по военно-морским силам Службы безопасности Украины.
        Он осматривал меня, яего. Иядля него, ион для меня были легендами. Вот ивстретились.
        Император синтересом рассматривал мою форму, пистолет внабедренной кобуре, множество карманов, начищенные берцы.
        Сзади на лестнице раздались шаги, ияувидел, как уНиколаяI начали округляться глаза и, сделав шаг всторону, уйдя свозможной линии огня, повернулся назад, положив руку на кобуру. Блин, вот это да, тут было на что посмотреть.
        На лестнице, одетая вперешитый мой запасной камуфляж, скороткоствольным автоматом АКС-74у вруках, вразгрузке, откуда торчали несколько магазинов, стояла Наташа, синтересом разглядывающая нас. Ну, если император не был до конца уверен, что мы пришельцы, то Наташка со своей короткой прической да савтоматом вруках, точно подтвердила наше иновременное происхождение. Ну ладно, будем играть. Яей подмигнул, она чуть улыбнулась, понимая, что поставила людей внеловкое положение.
        - Санинструктор Станкевич!
        - Я!
        - Почему покинули пост?
        - Виновата, товарищ капитан!
        - На пост, бегом!
        - Есть!
        Но вот егоза, все равно улыбнулась и, топая специально для нее пошитыми берцами, убежала кокну, откуда неплохо просматривались окрестности.
        Я повернулся кгостям. Иусталым голосом, не как на параде, просто сказал:
        - Прошу прощения, Ваше Императорское Величество…
        Император улыбнулся, иэта улыбка как-то разрядила обстановку. Те же Дубельт со Стебловым тоже расслабились изаулыбались.
        Вот ведь, как свами все просто. Покажи вам симпатичную девчонку вармейской сбруе, соружием, да прикрикни на нее, любой мужчина будет улыбаться, зато психологическая пауза выдержана итеперь можно будет нормально пообщаться.
        Все, лед тронулся! Ну, сейчас начнем кроить историю.
        Глава 13
        Наступило лето 1853 года. Ситуация вмире развивалась примерно так же, как ивмоей истории, хотя мне судить об этом было трудно, историю-то яне сильно хорошо знал иэнциклопедическими знаниями не обладал, поэтому усиленно занимался тем, что уменя неплохо получалось - готовил гадости для непрошеных гостей. После того памятного визита императора уже прошло два месяца, инаша группа, значившаяся всекретном штате III отделения как отдел специальных исследований, прочно обосновалась вТуле, где мне для проверки профессиональной пригодности было поручено заняться обеспечением режима секретности наших разработок. Теперь моим непосредственным начальником был подполковник Стеблов, иотчитывался он лично генералу Дубельту, апри необходимости напрямую императору НиколаюI.
        Тогда все представлялось врадужных тонах, иядаже не мог предположить, какой груз ответственности взваливаю на свои плечи. Николай оказался весьма крепким орешком, имне пришлось попотеть, объясняя ему прописные истины. Да, молодец, хотел нагнуть Османскую империю, решив, что Англия иФранция будут заняты внутренними разборками, но они сразу нашли общий язык, когда смекнули возможность усиления России, ибыстро сколотили антирусскую европейскую коалицию. Просмотрев ивыслушав всю собранную нами информацию, которую удалось вспомнить инайти на моих носителях информации, император долго хмурил брови, расхаживал по гостиной, временно выбранной для проведения совета. Ему трудно было отказываться от дела всей его жизни.
        - Вы считаете, что России не стоит ввязываться вэту войну имы должны позволить католикам наложить свои грязные лапы на православные святыни, находящиеся под контролем Османской империи?
        - Ну почему же, нет? Наоборот, если вы это не сделаете, промолчите, то завтра они потребуют контроль над Херсонесом. Спускать нельзя, тем более, как мне кажется, тут много чего намешано. Имноговековая неприязнь европейских монархий кРоссии, ито, что Российская империя не сидит уних на долговом крючке, как это получилось сосманами, исоответственно старается быть самостоятельным игроком впартии, где все месте давно поделены. Тут излопамятные масоны, которых вы вышвырнули из страны, иместная скрытая прозападная оппозиция, которая сготовностью саботирует ваши указы исливает информацию прямым противникам России.
        Император раздраженно чуть ли не выкрикнул:
        - Яэто ибез вас знаю, господин капитан. Что вы предлагаете из вашего знания будущего?
        - Это пока только предположения. Отстранение Меншикова, который, возможно, является агентом влияния Запада, уж слишком много за ним вэтой войне идет непонятных прегрешений, которые трудно списать на глупость, трусость или незнание. Тем более вы сами до этого дошли, когда отстранили его от руководства Крымской кампанией, кажется уже вконце 1854 года.
        - Ну, допустим, явозьму ксведению, еще что?
        - Позволить англо-французским войскам высадиться вКрыму.
        - Как? Что вы себе позволяете? - Николай не на шутку разбушевался.
        - Ваше Императорское Величество, наша основная задача нанести противнику такой урон, что вследующий раз любой захватчик, прежде чем думал напасть на Россию, готов был бы умыться кровью. Иглавное оружие - это знание будущего. Если сейчас предпринять определенные шаги, то все может измениться ине факт, что влучшую сторону. Мое предложение как раз вэтом исостоит: пока есть время, подготовить Крым квойне, тайно создать склады продовольствия, боеприпасов, готовить все для строительства оборонительных укреплений Севастополя. Вывести часть боевых кораблей вАтлантический иИндийский океаны для крейсерской войны, создать базы для их обеспечения, подготовить специалистов по развязыванию революционного движения вИрландии, Индии, Алжире, обеспечить их оружием, деньгами, итаким образом создать источники напряженности упротивника, которые будут отвлекать часть сил исредств. Подготовить серию диверсий на оборонных предприятиях, впортах, крупных складах боеприпасов вАнглии, Франции, Австрии. Взрывать мосты стратегического значения инарушать транспортную структуру снабжения войск противника. Создание паники
всредствах массовой информации, расписывая ужасы войны вРоссии иподнимая вопрос, зачем это вообще нужно. Асым Крым превратить вбольшую мышеловку. Протяженность линий снабжения противника сыграет сними злую шутку, по мере того, как они будут нести тяжелые потери, иАнглия иФранция впопытке сохранить лицо окажутся перед необходимостью отправки сюда все большего количества войск, которые мы сможем перемалывать спомощью нового оружия. Часть просто не дойдет ибудет уничтожена во время движения диверсантами. Мы их армии будем бить по частям, по мере их приближения ктеатру военных действий. Апотом, когда станет понятно, что перелома вэтой войне противник не может добиться иколичество кадровых войск стран - членов коалиции будет недостаточно для ведения эффективных боевых действий, провести Босфорскую десантную операцию, разгромить противника на Кавказе, кардинально решить вопрос сШамилем. Вслучае необходимости провести физическое уничтожение руководящего состава противника вплоть до высших лиц государства…
        После этой фразы вкомнате наступила тишина, ивсе, даже генерал, уже привыкший кмоему цинизму, был ошеломлен таким заявлением. Император холодно отчеканил.
        - Вы, кажется, не понимаете, вкаком обществе высказываете столь низкие вещи, господин гость из будущего.
        Это был самый тяжелый момент разговора, имне пришлось приложить все силы исамообладание, чтоб выдержать эти взгляды, полные презрения, авот пузанчик Свирин, несмотря на все, смотрел на меня снекоторым интересом.
        - На войне как на войне, Ваше Императорское Величество, явсего лишь предлагаю свое видение ситуации. Но, если тщательно изучить историю, то очень часто российские правители умирали, когда их шаги становились не угодны английской политике. Ваш сын был убит во время серьезных преобразований, невыгодных Европе, ваш внук умер тоже вовремя, когда намечался союз, выгодный Германии, ибыла реальная возможность полностью перекроить всю континентальную политику. Ваш правнук был силой заставлен отречься от трона, когда до высадки русских войск вЦарьграде оставались буквально считанные часы. Да унас каждый подросток знает, что революционное движение вРоссии вконце девятнадцатого иначале двадцатого веков организовывалось исключительно на английские имасонские деньги. Во время Первой мировой войны, которая вообще не нужна была России, втянутой вбойню благодаря сильному английскому лобби, вАнглию для «сохранности» были отправлены фамильные драгоценности императорской семьи как гарантия оплаты поставок боеприпасов, которые так никогда ине были возвращены, хотя ипоставок тоже не было. Когда ваш правнук Николай
Второй попросил убежища вАнглии после отречения, ему отказали исделали так, что ни одна монархия вЕвропе не захотела принимать его усебя, ирезультатом стал подвал дома купца Ипатьева вЕкатеринбурге, где всю семью императора зверски уничтожили, не пощадив даже маленьких детей. Они всегда вредили ипредавали, не гнушаясь ничем. Когда на полях сражений русские люди проливали кровь за их интересы, они уже строили планы раздела России. Ваш внук всвое время сказал: «У России только два союзника - армия ифлот». Япредлагаю добавить нового - войска специального назначения, которые влюбой точке мира смогут защищать интересы Российской империи, иесли для этого нужно пустить под нож короля или императора противника, то яне вижу препятствий. На ваш счет ина счет ваших потомков они этот вопрос решили однозначно… Это тяжелая ноша для вашей чести, но есть еще судьба государства имиллионы погибших от голода инищеты людей ввойнах, организованных их марионетками. Яжил ислужил на Украине, которая стала отдельным государством, враждебным России. Это результат большинства ошибок инежелания что-то делать. Наши иваши
противники рвали страну по частям. Польша, Финляндия - это первые ласточки, потом Прибалтика, Украина, Белоруссия… Подумайте ине делайте поспешных выводов. Яне убийца, явсего лишь продукт их системы иих методов. Они вас не пожалели, зачем же их жалеть, тем более исвашей смертью не все так уж ипонятно, возможно, итам есть английский след.
        Я специально не стал распространяться про смерть ПавлаI исмену государственного курса. Вличном семейном шкафу Романовых было слишком много скелетов, про которые лучше не упоминать.
        Это был очень трудный день. Николай оказался не настолько доверчивым, апо многим вопросам выказывал ну просто ослиное упрямство, итут, кмоему удивлению, меня внекоторой степени поддерживал генерал Дубельт. Чуть позже японял причину его такого поведения, старый прожженный руководитель российских спецслужб сразу смекнул мой уровень информированности, знание методик, тип мышления, способность принимать решения вкритических ситуациях изахотел подмять под себя такой источник выгодных новшеств. Так он становится намного ближе кимператору, так сказать повязывается общей тайной, иполучается, что создается некое антимасонское общество, ставящее перед собой задачу сохранения России, причем количество членов ипосвященных будет минимально. Это давало ему такие перспективы, что он нисколько от них отказываться не хотел, икак мне показалось, вэтих долгосрочных планах места его начальнику генералу Орлову как-то не предусмотрено. Ну, мне проще, чем меньше начальников, тем легче жить.
        А время бежало, иработы все прибавлялось иприбавлялось. Открытое императором финансирование после моих рекомендаций проводилось через подставные организации, благотворительные фонды инепонятно кем икогда организованные компании-однодневки. Всем этим под жестким контролем людей Дубельта занимался граф Свирин, проникшийся моментом ичуть ли не летающий от чувства своей значимости ипричастности ктайне. Под Тулой сделали еще пару аналогичных секретных мест, обеспеченных скрытыми патрулями, блиндажами, конструкция которых весьма заинтересовала военных, входящих внаш небольшой коллектив. Впоследствии во время непогоды мы перегнали джип вдругое место - то, что вуезде уже многие вкурсе про мое лесное местечко, мне уже не раз докладывали. Также через подставные фирмы доставлялись огромные объемы великолепного среднеазиатского хлопка для производства бездымного пороха, причем все это поставлялось небольшими партиями из разных городов иразных направлений. Сначала народ не понимал, что кчему, но мне пришлось рассказать генералу Дубельту, который тогда свизитом был вТуле иинспектировал нашу деятельность,
историю про Менделеева, сумевшего по разведданным околичестве закупаемого хлопка, соляной иазотной кислоты разгадать секрет бездымного пороха. Наташа супорством искаким-то ожесточенным энтузиазмом после просмотра фильмов овойне трудилась на поприще химии, иуже были первые образцы вполне неплохого пороха, основанного на желатинизированном пироксилине. Уже на этом этапе, после предварительных испытаний на простых дульнозарядных ружьях, генерал Осташев носился сдовольным видом, предвкушая появление будущих новых образцов оружия.
        Когда вгостях был император, чтобы его более качественно убедить иобработать, пришлось устроить экскурсию кблиндажу влесу, показать джип, итам уже на большом ноутбуке, запитанном от бортовой сети, язапустил пару фильмов овойне, чтоб более красочно показать будущее. Фильм «Брестская крепость» произвел на них неизгладимое впечатление, потом был «Днепровский рубеж» и«Звезда». Они были поражены, картины будущей войны, смертей русских людей заставили гостей прекратить всякие сомнения. Больше всего это произвело впечатление на Кривошеева, который был снами ивсе время отмалчивался, испытывая неловкость вприсутствии титулованных особ, молча сжимал кулаки искрипел зубами - он из нас был единственным реальным свидетелем тех событий. Мне было стыдно, что его трагедию пришлось так вывернуть ииспользовать для воздействия на императора, но по-другому не получалось. НиколайI, узнав, что старший лейтенант участвовал втех событиях, воевал снемцами ичуть не погиб ичудом остался жив вместе сНаташей, завалил его вопросами. Старлей на некоторое время оказался вцентре внимания ивмягкой форме подвергся перекрестному
допросу гостей, пытавшихся убедиться, что мы им выдаем достоверную информацию. Их тоже можно было понять - на основании донесенных нами сведений обудущем им придется менять все свое мировоззрение ибудущую политику.
        Потом, когда после ужина, прошедшего внеловком молчании, все были не то что бы подавлены, но гнетущая обстановка сохранялась, япритащил нетбук, на который сбросил эти фильмы. Уже без театральных эффектов стал показывать примеры применения артиллерии, стрелкового оружия, бронетанковой техники иавиации втой или иной ситуации. Тут была вполне определенная цель - вот кчему нужно стремиться ичем вооружать армию. Уже после такой презентации начался конструктивный разговор иреальное определение возможностей, сроков итактики. Большинство моих предложений были взяты на заметку, но никаких стратегических решений принимать никто не собирался. Тут яих понимал, снами общались не восторженные мальчики, ареальные государственные люди, несущие на своих плечах тяжесть ответственности за громадное государство.
        Уже были готовы первые варианты станин для пушек игаубиц, рассчитанных на использование дымного пороха, отрабатывались варианты противооткатных механизмов иклиновых затворов. Вобщем, генерал сКривошеевым погрузились вмир артиллерии, а яносился по губернии, пиная народ, создавая резервные цепочки информаторов, вербуя государственных чиновников, накапывал всевозможный компромат ибез зазрения совести им пользовался для общего дела.
        Как раз пришел сигнал из нашего уезда, где давно была готова большая ивкусная ловушка, которая, как яркий фонарь вночи для мотыльков, должна притягивать всяких забугорных уродов, знающих тайну пришельцев из будущего. По косвенным данным началось какое-то шевеление. Первые тревожные звоночки пошли от пары трактирщиков, завербованных всамом начале моей деятельности. Если кто-то начинает работать на противника, унего появляются шальные деньги, иони сразу будут светиться впитейных заведениях. Вот изасветились парочка таких вот внезапно разбогатевших, причем оба были как-то связаны сгоспожой Михеевой. Кмоему удивлению, тетка, достающая всех тем, что генерал Осташев со своим сыном ее обокрали, вдруг затихла, иэто настораживало. Мне на пару дней пришлось вернуться, да икняжна Тихвинская заждалась, очем свидетельствовали несколько писем, переданных Тимохой. Все-таки славная девчонка. Япомню ее физиономию, когда, не дождавшись меня вечером на запланированную встречу, она прибежала кнам вусадьбу истолкнулась лицом клицу симператором, который уже собирался уезжать обратно встолицу. Это, конечно, было
незабываемое зрелище: все мои рассказы, что ятайно борюсь сврагами империи, получили такое подтверждение - ко мне вгости приезжал сам государь, который явно ко мне благоволил. Ну, все - полный финиш. Если до этого девочка что-то делала больше на энтузиазме иромантическом настрое, то тут все изменилось…
        Вторые сутки ямотался по уезду, встречаясь синформаторами, сместными скупщиками краденого, страктирщиками, сглавой местной гильдии профессиональных попрошаек, истарался понять, откуда веет такой настораживающий ветерок. Судя по информированности Дубельта иСтеблова, они давно были вкурсе моих приготовлений, иэто говорило отом, что кто-то из моих агентов явно работал на III отделение.
        Но мне не дали времени. Видимо, мое появление спустило какой-то незримый механизм, исобытия понеслись вскачь.
        Сначала вусадьбу на всем скаку примчался князь Тихвинский ибросился на меня скулаками. После того как яего повалял по земле иутихомирил парой пощечин, вдругой обстановке точно бы нарвался на дуэль, он немного успокоился ипостарался внятно объяснить, что же произошло, - дела были не очень веселыми, ияпонимал отчаявшегося отца. Княжну Марию Игоревну, просто Машу, его дочь, похитили итребуют определенный выкуп, который обязательно должен принести я, причем немедленно, ивремени отцу дали всего час, как раз достаточно, чтобы прискакать ко мне вусадьбу, зарядить иотправить на стрелку сграбителями, иначе заложница сначала будет искалечена, потом убита.
        Я поразился расчетливости противника. Да, тут они меня переиграли: пока яим готовил теплый прием иждал гостей, они раскрыли мою сеть, приготовили ловушку, ударив по больному месту, прознав откуда-то про мои теплые отношения скняжной Тихвинской, при этом абсолютно не оставив времени на организацию какого-либо противодействия.
        Буркнув для приличия какую-то глупость, яотправился вдом - готовиться кприключениям, асам лихорадочно размышлял отом, скакой стороны дует ветер, ипо мере того, как поднимался по лестнице, понимал, что, скорее всего, как источник информации задействована госпожа Михеева, авозможно, она предоставила иоперационную базу. Ну что ж, новый виток противостояния смасонами начался, ато, что это их рук дело, яне сомневался, уж слишком все было обставлено по-иезуитски.
        Переодевшись вкамуфляж, япотратил несколько минут, осторожно вшивая вманжету тонкую полоску полотна от самой обычной безопасной бритвы, написал пару писем иодно из них специально взял ссобой испрятал вподворотничок, который по привычке перешивал каждое утро. Пришлось немного испортить ботинок ивмонтировать вкаблук небольшое взрывное устройство, которое активировалось отдиранием стельки. По возможности прихватил еще несколько интересных штучек ввиде тяжелой связки ключей на цепочке, которые неплохо использовались вкачестве ударно-дробящего оружия, тонкой веревки, сплетенной из нескольких кевларовых нитей, давно еще надерганных из старого банковского бронежилета. Прихватил ссобой гибрид газового баллончика со стертыми надписями иприкрепленным кнему небольшим зарядом тола исобычным запалом УЗРГ, причем активно обрызгал его своим дорогим одеколоном. Открыл аптечку исъел пару десятков таблеток активированного угля, на случай попытки отравления или усыпления.
        Никакого другого оружия из будущего принципиально брать не стал, вдруг не срастется итехнология все равно утечет кпротивникам.
        «Ну, все, уродцы, теперь давайте пободаемся».
        Выйдя на улицу, якивнул двум своим охранникам, приставленным Стебловым, которые теперь неустанно всегда были со мной, передал им несколько конвертов сраспоряжением немедленно доставить подполковнику. Один ускакал, второй, который помоложе, из казацких пластунов, смышленый вахмистр, уж очень внимательно смотрел на меня. Отведя его всторону, быстро обрисовал ситуацию, судовольствием увидев, как он злобно оскалился, готовясь кбою.
        - Скорее всего, меня оглушат иувезут впоместье Михеевой. Давай ябольше обычного надушусь своим одеколоном, аты по этому запаху пустишь собак, уж если запах стойкий для человека, то для собаки иподавно. За мной не иди, они точно будут проверять хвосты и, если что заметят, сразу всех кончат. Пока ятам буду играть беззащитную жертву, собирай всех наших и, если яне выживу, обязательно найди эту старую корову Михееву инакажи, уж слишком много она крови всем попортила.
        - Не беспокойтесь, ваше благородие, аможет, не надо?
        - Если сейчас своего бросим, то потом никто уже не будет верить. Да это молодая девчонка, но она мой агент имного сделала хорошего, мы своих не бросаем…
        Мы ехали верхом сотцом Машки, но разговор как-то не клеился, он ворчал, что мы опоздали, а яне сомневался, что нас пасли исМашей пока ничего не случилось. Когда до места встречи оставалось около версты, князь Тихвинский, следуя указаниям, отдал мне мешочек скакими-то золотыми побрякушками, которые, видимо, были выкупом, ияпоехал клеску, где была назначена встреча спохитителями. Все это время жалел, что нельзя было вмонтировать никакого радиомаячка, ато ябы сними поиграл вдогонялки ирезалки часовых. Хм, что-то впоследнее время становлюсь каким-то кровожадным.
        Спешившись ипривязав коня, япошел через густую поросль на поляну, где меня уже ждали двое человек вмасках. Они молча смотрели, ия, почувствовав движение сбоку, попытался уйти слинии нападения исделал скачок всторону, но тут сдругой стороны что-то обрушилось мне на голову, инаступила темнота.
        Как оно описывается, очнулся я сголовной болью. Дать бы по морде тем, кто так легко описывает это чувство. Голова не просто болела, она БОЛЕЛА иРАСКАЛЫВАЛАСЬ. Я, конечно, попробовал промолчать, но не удержался изамычал от кучи неприятных ощущений. Сбоку услышал гнусавый голос:
        - Очнулся барин.
        Другой, более молодой голос ссильным акцентом ему ответил:
        - Смотри за ним внимательно, это зверь, он убьет всех, если развязать.
        - Наслышаны, барин, не сумневайся.
        Приподняв голову, я судовлетворением увидел холопа помещицы Михеевой, пятидесятилетнего мужичка, который частенько участвовал вее темных делишках, азначит, мой расчет оказался точным. Япытался контролировать, куда меня везут, икмоему удовлетворению, это действительно оказалась усадьба Михеевой. Мне вот интересно, эта толстая дура не понимает, во что ввязалась, или мысли осокровищах совсем заполонили ее заплывший жиром мозг?
        Меня затащили всарай, где собралась представительная делегация. Сама Михеева, несколько ее человек из ближнего круга, которые, по моим данным, весьма часто злоупотребляли физическими наказаниями провинившихся крепостных, чем нажили себе много недругов вближайших селах, высокий иподтянутый англичанин, видимо главный организатор, одетый внеброский гражданский костюм, ипара его человек. Меня сначала обыскали, причем все было сделано настолько топорно, что япожалел, что не прихватил ссобой пулемет, может, не нашли бы. Газовый баллончик, конечно, нащупали, авот все остальное осталось необнаруженным. Посадили на стул, связали руки за спиной иноги привязали кножкам. На небольшом столике лежали мои вещи, втом числе игазовый баллончик. Англичанин взял слово, но, кмоему удивлению, подчеркнуто дружелюбно иуважительно:
        - Здравствуйте, господин Осташев, давно хотел свами познакомиться, но вы старательно избегаете общения синостранцами, аунас накопились некоторые вопросы, которые жизненно важно разрешить.
        - О, как, искакой-то радости ядолжен перед вами отчитываться?
        - По одной простой причине, что на вас лежит кровь моих друзей…
        - Ну, может, не друзей, абратьев. Давайте все называть своими именами, да, господин английский масон?
        Бросив мимолетный взгляд на Михееву, я судовлетворением заметил, что она заволновалась, - идти против указа императора как-то не хотелось, Сибирь ведь не способствует здоровью.
        - Это не важно.
        - Ну, почему же, своим появлением здесь вы нарушили уже множество законов Российского государства, да иваши братцы тоже отметились, атеперь, прежде чем дальше трепать языками, покажите мне княжну Тихвинскую, иначе яобижусь иконструктивного разговора унас не получится. Тем более, раз вы тут, то должны представлять, кто я иоткуда. Авы знаете, что такое управление биоритмами человека? Унас вполне это все освоили, аяпрофессиональный военный, точнее контрразведчик, иобучен вусловиях захвата противником выключать свое сердце, авы пока еще лет сто не научитесь проводить реанимационные мероприятия. Витоге получаете бездыханный труп икучу недоброжелателей, которые уже идут за вами по следу. Авспомните, что там увас говорилось впророчестве Эстерра?
        Он вздрогнул, долго ипристально смотрел мне вглаза и, наткнувшись на насмешливый взгляд, понял, что он меня не застал врасплох.
        Через две минуты всарай завели княжну сзавязанными глазами. Яспросил:
        - Маша, стобой все впорядке?
        - Да, Саша, все хорошо.
        Хм. Раньше она меня так не называла, ну что ж, ну точно «лямур», будем играть дальше.
        - Оставьте ее, все равно вы ее просто так не отпустите ибудете держать вкачестве рычага влияния на меня, пусть хоть девочка понимает, во что она вляпалась…
        Англичанин чуть усмехнулся, принимая правила игры.
        - Вы разумный человек, Александр Павлович.
        - Владимирович, если быть точно. Капитан управления военной контрразведки, так что обучен именно на противодействие таким вот умным ребятам, типа вас.
        Со стороны это выглядело бравадой, но мне ведь нужно было время, чтоб кусочком лезвия, которое яосторожно вытянул из манжета, разрезать веревку, стягивающую руки. Кконцу этой фразы ячуть не закричал, веревки поддавались ну уж очень легко, это даже меня навело на мысль, что тут что-то не чисто. Может, Дубельт решил проверку на вшивость устроить? Да нет, не похоже. Англичанин начал расспрашивать про обстоятельства смерти его собратьев по ремеслу уничтожения России, отом, что они наговорили, учитывая мое знание про пророчество Эстерра. Ксожалению, язнал только сам факт наличия этого пророчества ине более. Нет не похоже, что проверка, работают меня серьезно. Ну, ладно, будем гадить дальше. Машка стояла всторонке и, затаив дыхание, внимательно слушала наш разговор, яее прекрасно понимал, тут такое происходит, авот Михееву мне было жалко. Она иее люди услышали слишком много, иангличанин никак на это негативно не реагировал, значит, изначально она была приговорена - одноразовый агент. Вот ведь дура. Михеева несколько раз пробовала влезть вразговор на правах хозяйки, шипя, требовала узнать, где зарыты
сокровища, но масон ее жестко пресекал, что ее сильно нервировало.
        Но тут она была слабым звеном, ия, убедившись, что веревки надрезаны почти полностью идостаточно одного рывка, начал свою игру. Прервав на полуфразе диалог снаглом, ясразу переключился на Михееву:
        - Авам, госпожа Михеева, вэтой ситуации нужно бояться больше всего. Неужели вы думаете, что если яскажу, где основные сокровища, англичанин свами поделится? Тем более мы при вас обсуждаем весьма серьезные вопросы, ипосле всего этого он оставит вас вживых? Вы влезли ввысокую политику, атут живых свидетелей не принято оставлять…
        О, как тетку пробрало! Ну, будем добивать. Англичанин попробовал встрять, но нарвался на поток брани. Атетка умеет вполне нормально икачественно выразиться на Великом иМогучем. Даже я, послужив ввойсках, некоторых выражений не знал - век живи, век учись.
        - Авы сорвите уменя подворотничок, внем зашита интересная бумага, яее написал перед самым отъездом квам…
        Быстро нагнув мне голову, один из холуев Михеевой сорвал подшиву идостал лист бумаги, специально приготовленный для этого случая. Людей ухозяйки поместья было больше, иони уже оттерли англичанина сохраной. Развернув лист, она читала несколько секунд ипосле этого побелела. Подняв на меня заплывшие жиром глаза, она стала задыхаться, а явесело на нее смотрел ине удержался от иронии:
        - Ну, что мы дальше будем делать, госпожа кладоискательница? Такое же письмо смоим охранником пошло городничему, акопия телеграфом вСанкт-Петербург вIII отделение. По определенным причинам, казне понадобилось ваше поместье, вот после всего того, что случилось, вы будете осуждены, алес ивсе прилегающие кнему угодья отойдут кимператору, которому яимею честь служить.
        Немая сцена. Абумажка была непростая. Это был ходунок, по которому вособых случаях яимел право, пользуясь именем генерала Дубельта, привлекать ксвоим делам любых чиновников, а сдругой стороны листа было четко написано. «Я икняжна Тихвинская похищены помещицей Михеевой, вступившей всвязь смасонами сцелью антигосударственной деятельности. Вслучае моего отсутствия исмерти прошу наказать Михееву как главного организатора. Капитан III отделения канцелярии ЕИВ Осташев А.П.»
        - Ивы, суслики гондурасские, реально думали, что яне узнаю, кто это сделал, ине подготовлюсь? Хм.
        Все присутствующие были на грани шока, иеще мгновение - ивсостоянии аффекта бросятся на меня. Пришлось подкорректировать ситуацию.
        - Иэто еще не все.
        Михеева судивлением уставилась на меня.
        - Вы понюхайте вон ту интересную штучку, сколечком, что лежит на столе? Хорошо пахнет? Это специальный запах сдобавкой феромонов, чтоб собачкам легче нас было искать. Пока вставлено кольцо, баллончик издает запах, по которому нас найдет любая натасканная собака на расстоянии пяти верст.
        Эта дура вистерике схватила со стола баллончик идернула кольцо. Она удивленно смотрела на чудо всвоих руках. Англичанин отчаянно закричал:
        - Не-е-е-ет, это ловушка!
        Та от крика уронила самодельную газовую гранату на землю, чека выскочила, а ясделал глубокий вздох, как перед командой «газы», рванул путы, ипока не прозвучало взрыва, стал полосовать лезвием по веревкам, удерживающим мои ноги. Возмущенный визг был заглушен сильным хлопком иза этим стонами икашлем всех находящихся всарае. Ну, ачто тут поделаешь, «Терен» вещь веселая, ана неподготовленных людей действует очень отрезвляюще.
        Но газ действует не сразу, иангличанин, кашляя исильно протирая слезящиеся глаза, почти наугад ударил меня, иявместе со стулом упал на бок, но все так же состервенением пытался перерезать путы, связывающие мои ноги.
        Дверь всарай резко открылась, ивпомещении хлопнули два выстрела. Один из англичан, занесший надо мной тесак, упал рядом, плеснув мне на лицо кровью. Тут же раздался дикий визг: «Казаки! Убивают!»
        Меня рывком подняли на ноги, исквозь слезы яумудрился рассмотреть вахмистра, которого отправил для сбора помощи. Он одним ударом шашки перерубил веревки исам, кашляя, потянул всторону двери. Яуспел увидеть стоящую на коленях княжну исхватить ее за руку.
        Машка успела вдохнуть газа идико кашляла ихрипела. Несмотря на слезящиеся глаза, держа за руку девушку, мы рванули через двор всторону спасительного леса. Вахмистр что-то кричал, размахивая шашкой. Со стороны дома раздался выстрел, ион споткнулся, прокатился, но тут же поднялся, подхватив левой рукой утерянную шашку, ипобежал дальше за нами.
        Мы бежали ибежали ввечерних сумерках, струдом различая мелькающие деревья. Сзади по нам еще раз несколько раз выстрелили, но стакого расстояния да из гладкостволов это вообще нереально попасть. Несмотря на такую деморализацию противника, через некоторое время яуслышал, что за нами идет погоня. Да инарод какой-то настырный попался. Мы шли быстрым шагом, иногда переходя на бег. Вахмистр на глазах терял силы. Его ранило вправое плечо, имы ненадолго остановились, перевязывая его оторванным от его рубахи лоскутом ткани. Еще через двадцать минут нам сМашей уже пришлось его почти тащить, так как унего от потери крови начала кружиться голова истали заплетаться ноги.
        Остановившись ненадолго отдышаться, яоглянулся исудивлением осмотрел знакомый пейзаж. Это были те самые места, где совсем недавно яперегонял свой джип, ичерез некоторое время мы вышли кзнакомому дубу. Уже из последних сил мы тянули итянули, иязаметил, что рельеф начал изменяться. Минут через двадцать вообще пришлось уже карабкаться по высокому косогору, хрипя от натуги.
        Выйдя на ровную площадку, мы скняжной обессиленно упали на землю, глубоко дыша. Вахмистр был без сознания, и, по моему скромному мнению, ему нужна была срочная медицинская помощь. Еще раз прислушавшись, яубедился, что звука погони не было слышно. Отдышавшись, яповернулся, ощупывая землю, на которой мы лежали, и, несмотря на усталость, подскочил, как на пружинах. Княжна судивлением смотрела на меня. Всвете луны ее бледное, усталое иисцарапанное ветками лицо выглядело иманяще, инемного комично.
        - Что случилось, граф?
        «Уже граф, атам, всарае, был Саша», - пробурчал япро себя. Исразу переключился на обстановку вокруг. Акак тут не подскакивать? Мы находились на асфальтированной проезжей части горной дороги, причем имеющей разметку. Да иместо было очень похоже на то, скоторого янесколько месяцев назад сорвался впропасть на своем джипе ипопал впрошлое.
        Вывод напрашивался один: мы вмоем времени, вкотором меня тоже ждут большие неприятности.
        Глава 14
        Перетащив вахмистра через дорогу, яего положил на обочине, где начинался уже подъем, иоставил возле него княжну, асам стал лихорадочно думать, как выбраться из такой ситуации. Судя по светлеющему небу, между мирами была определенная разница, ивозможно, удастся остановить какую-нибудь машину иотвезти вахмистра вбольницу.
        На мое счастье, яуслышал шум мотора спускающейся по дороге машины исо всей силы бросился навстречу, махая руками. Когда она приблизилась, ячуть не закричал от радости. Это была маршрутка, которая шла откуда-то из гаража на маршрут. Водитель остановил машину всамый последний момент, не веря, что яброшусь ему под колеса. Итут повезло, это был не татарин, аобычный шоферюга лет пятидесяти скепкой на голове иярко выраженным желанием съездить мне по морде за такие фортели на горной дороге. Но порванный камуфляж, заляпанный кровью, всклокоченные волосы иобщий настрой говорили отом, что действительно случилось что-то серьезное.
        - Чего надо?
        - Дядя, тут человек умирает, какие-то козлы влесу подстрелили, вроде как артисты или реконструкторы, одеты по-старинному.
        - Ну, показывай…
        Осмотрев вахмистра, он выругался, глянул на меня испросил:
        - Аты кто?
        - Да так, прохожий, тоже под обстрел попал, вот только бегаю лучше. Дядя, помоги, довези до больницы, ато ведь умрет…
        И вот мы несемся по пустынным улицам города, на которых уже работают дворники иморгают пока еще желтыми огнями светофоры. Маша буквально прилипла кокну исполуоткрытым ртом рассматривала окружающую обстановку. Перед самой посадкой яей успел шепнуть: «Ничему не удивляйся, не задавай вопросов истарайся молчать…» Вот она имолчала, тихо млея от города будущего. Водила озабоченно посмотрел всалон, где полулежал вахмистр.
        - Куда ехать? Вшестую?
        - Лучше вСемашко, ближе, там тоже есть дежурная смена.
        - Тоже дело.
        Я унего попросил мобильник, позвонить другу, известить, что живой. Он искоса посмотрел на меня, но протянул старую трубку еще соднотонным жидкокристаллическим экраном, ияпо памяти набрал номер Мишки Логинова. Трубку долго никто не брал, имне пришлось набрать повторно. Недовольный исонный голос почти матом ответил:
        - Какого хрена кому-то не спится?
        Я не стал развивать эту тему ибыстро ижестко ответил:
        - Жесткий шторм. Уровень Экстра. Нужно оперативное прикрытие. Везу раненого вСемашко, огнестрел, тяжелый, потерял много крови. Еще раз повторяю, нужно срочно оперативное прикрытие…
        Водила удивленно повернул ко мне голову и, чуть усмехнувшись, кивнул, давая понять, что все смекнул, идальше уже ехал молча, ничего больше не спрашивая.
        В трубке наступила пауза, иМишка, не веря своим ушам инаплевав на конспирацию, спросил:
        - Саня, ты?
        - Да. Не телись, времени мало. Быстро вСемашко иприкрой нас, яне один.
        - Понял…
        Мы стояли вкоридоре иждали результатов операции. Дежурная смена быстро сработала, ивахмистра без промедления отправили на операционный стол, авот Маша смотрела на все это широко открыв глаза - ей все казалось, что она во сне.
        Водила, привезший нас вбольницу, только спросил:
        - Командир, что за человек? Стоящий?
        - Да, закрыл меня от пули. Приказ был унего такой, вот ивыполнил.
        - Значит, не зря, есть еще такие мужики, что способны…
        - Спасибо, что помогли, только вот заплатить нечем, пустые карманы. Все те уроды выгребли.
        - Не дергайся, свои люди, да иты вроде как свой…
        Он еще раз глянул на меня, вроде стараясь что-то вспомнить, потом как бы нехотя продолжил:
        - Видно, хлебнул ты паря. Убивал?
        - Было дело, ачто так заметно?
        - Мне - да.
        Теперь ясмотрел на него синтересом. Прикинув вуме его примерный возраст иопределенные даты, спросил наугад.
        - Афган?
        - Он самый.
        - Яне забуду, найду иотблагодарю.
        - Не обижай, иди кдевочке, она еще вшоке…
        Вот так вот помог иуехал. Перед самым отъездом он еще раз глянул мне вглаза итихо сказал:
        - Аятебя узнал. Молодец мужик, тут многие про тебя по-тихому вспоминают. Жалели только, что погиб, аты жив, значит, зверьки итут пролетели. Удачи… мститель.
        Странно, для меня всегда маршрутчики представлялись грубыми, постоянно раздраженными хамами, скоторыми можно говорить на темы остановок иоплаты проезда, атут такой вот случай, наверное, не все внашем мире потеряно. Но вот то, что мою физиономию сходу опознали, мне не понравилось, придется постоянно прятаться, пока явэтом мире.
        Пока было время, ятихо разъяснял Маше всю ситуацию спутешествием во времени. Она несмело вложила свою руку вмою побитую ветками ладонь итихо сказала:
        - Язнала, язнала, что ты не такой, как все, было видно, что ты из другого мира…
        Вот ведь женская интуиция. Но от романтического настроения меня оторвали торопливые шаги вкоридоре, ярезко повернулся ивстретился взглядом сзамершим на повороте Мишкой. Черт! Как он сжал мне ребра!
        - Санька, сучий потрох, жив коняка. Правильно Димка говорил, если тела не нашли, точно выползет.
        Когда прошли первые впечатления, он уже деловито спросил, показывая на Машу:
        - Кто? Подруга?
        - Хорошая знакомая…
        - Подстреленный?
        - Мой охранник…
        - Ни хрена себе, ты что, еще охраной обзавелся?
        - Миха, не здесь. Обеспечь, чтоб его менты не дергали, анас увози, разговор слишком серьезный.
        Он скептически посмотрел на меня, ожидая очередные неприятности, ияне стал его разочаровывать, пояснил:
        - То, что снами было, маленькие цветочки, ато, что со мной произошло - ягодки, даже не ягодки, анастоящие арбузы-мутанты уже впереди.
        - Опять зверьки?
        - Не гадай, все равно не догадаешься.
        - Ну ладно, пока ко мне, потом что-то придумаем, чтоб глаза не мозолил. Вот, - он протянул мне ключи от машины, - иди, размещайся идевчонку забирай, а япока сайболитами поговорю.
        Пока Мишка строил дежурную смену иубеждал их не сильно усердствовать винформировании органов правопорядка об огнестреле, мы сидели скняжной вмашине итихо разговаривали. Она, несмотря на усталость, засыпала меня кучей вопросов ибыла прервана только приходом майора СБУ Логинова.
        - Ну что?
        - Вроде убедил, твоего друга пропущу как информатора, прикрою по своему ведомству, атеперь рассказывай.
        Но при этом выразительно посмотрел на княжну, бледное лицо которой втемноте машины выделялось светлым пятном.
        - При ней можно, она втеме, только скажи, ты Димке звонил?
        - Акак же, как только выехал, сразу известил. Он сейчас вСевастополе. Должен, по идее, уже кгороду подъезжать.
        - Славка где?
        - Пока уДимки живет, его Светка присматривает. Скоро увидишься.
        - Хорошо.
        Я откинулся на спинку сиденья, ивпервый раз за столько времени тяжесть осудьбе сына меня отпустила.
        Вечером мы собрались на съемной квартире, которую через знакомого риэлтора быстро нарыл Мишка. Маша осталась сего женой, так сказать вливаться внаш мир иобзаводиться местными нарядами, амы решили отметить мое возвращение иобсудить дальнейшие планы. Ребята мне поверили, просто потому, что они были мои друзья ине могли не поверить. Мой рассказ их сначала ошеломил, потом удивил ивызвал скепсис, но, тем не менее, мою версию происходящего они однозначно приняли ксведению как основную. Мы долго обсуждали условия перехода между мирами, но так ине пришли ни ккаким особенным выводам, ну разве что переходил яодин или вкомпании, сматериальными средствами, но только вусловиях сильного стресса. Пока была только гипотеза «проводника», то есть яявляюсь главным звеном вэтой истории. Вобщем, решили попробовать следующей ночью.
        Мишка рассказал, что моего охранника вахмистра Любкина прооперировали, достали круглую свинцовую пулю, ивсе реально удивлялись такому событию, сделали переливание крови, ион пока не приходил всознание. Но мне желательно бы быть поблизости - если он очнется внезнакомой обстановке, придется его сильно успокаивать, итут только ясмогу помочь. Вобщем, расписали каждому задания, иязасел возле больницы в«жигуле», который яиспользовал еще во время тех событий, повлекших мой переход вдругое время, иоставленный Мишкой про запас, вожидании звонка от дежурного врача, что мой человек пришел всебя.
        Мишка иДимка озаботились снаряжением для моего нового перехода, который был намечен на следующую ночь. Маша, побегав по магазинам сИркой Логиновой, которая приложила огромные силы, чтоб ее заставить переодеться по современной моде, на следующий день представила новую княжну Тихвинскую, образца 2011года. Ну что можно сказать - она идо этого классно выглядела, атут просто отпад! Девчонка, увидев, какое она произвела впечатление, хитро улыбнулась и, дождавшись кивка Ирины, пригласила всех кстолу.
        После обеда вахмистр пришел всебя, имне пришлось помучиться, чтобы ему все объяснить. Он был слаб имногого не понял, но основную установку - ничему не удивляться иничего не рассказывать - он уяснил.
        Вечером мы втроем отправились ктому самому обрыву, поставили машину на обочине, привязали кодному из деревьев тонкий, но очень прочный трос. Я, одетый вновенький камок, сАК-74, который опять откуда-то из закромов Родины достал Димка, стал осторожно спускаться. На вопрос, откуда он это все достает, Березин съехал стемы, пояснив, что унас встране склады просто так не взрываются, аесли ивзрываются, значит, это кому-то нужно…
        Теперь весь процесс контролировался по радио, и, спускаясь, каждые десять метров явыходил на связь иполучал ответ. Спустившись иподнявшись несколько раз я, ксвоему удивлению, не ощутил знакомого чувства страха инекоторого давления, которые, как правило, сопутствовали переходу, хотя это были субъективные впечатления, но этой ночью меня ожидал облом.
        Самое интересное, что яне расстроился - всем своим нутром знал, что переход работает, только нужно понять его правила, изучить, что якаждый вечер иделал сзавидным постоянством.
        Димка сгонял вСевастополь ипривез моего сына, который от встречи сотцом просто млел от счастья. Машка была полностью вкурсе полной версии моей судьбы, видимо, уже качественно решила проложить семейный курс ивовсю заигрывала со Славкой. Интересно, кто ей подсказал такую тактику, и, перехватив пару раз хитрый взгляд Ирки, Мишкиной жены, японял, чьих это рук было дело. Она уже довольно давно пыталась меня свести скем-то из своих подруг, разумно рассудив, что Ленка, мягко говоря, мне не пара. Внекоторой степени она была права, поэтому иногда приходилось поддаваться на ее ловушки иприходить на запланированные смотрины.
        Славка был рад нежным ручкам женщины, которая действительно хотела ему понравиться без всякой фальши, дети такие вещи чувствуют очень тонко. Ему так не хватало материнской ласки, ион реально стал тянуться кМашке, которая нашла, чем его подкупить - попросила научить работать на компьютере, иэтот маленький поганец, уже самостоятельно скачивающий ииграющий в«Веселую ферму», увлекся этим процессом. Мишка, придя вгости, заметив этот процесс, ухмыльнулся ивполголоса проговорил:
        - Ну что, царский сатрап, жандарм, гонитель дедушки Ленина, придется тебе жениться на княжне, ствоим отпрыском общий язык она нашла, теперь дело за малым, тебя охмурить…
        - Врагу не сдается наш гордый «Варяг»…
        - Ну-ну. Интересно будет посмотреть, как это унее получится. Это мы стобой привыкли, что насчет женитьбы начинают пилить утром после бурной ночи иклассного шопинга, атут другая культура идругое воспитание. Стаким подходом, чтобы тебя довести до загса, нужен высший пилотаж.
        - Миха, не загадывай.
        - Ачто? Тут даже Ирка уже вердикт вынесла, что никуда ты не денешься. Ну разве что пулю схлопочешь, но после того, что стобой произошло, при этом ты умудрился выкрутиться, это маловероятно…
        Наш разговор оматримониальных планах гостьи из прошлого был прерван радостным визгом Славки, который взахлеб начал рассказывать, как он в«Веселой ферме» обыграл тетю Машу икак она не умеет пользоваться мышкой.
        Мишка еще раз на меня выразительно посмотрел, ия свидом покупателя, который собирается идти на кассу рассчитываться за выбранный товар, критически осмотрел княжну, которая изящно сидела за ноутбуком инеумело водила мышкой. Несмотря на футуршок, которого, впрочем, как такового ине было, она быстро освоилась вместной моде. Сейчас она была одета вновенькие черные обтягивающие джинсы, подчеркивающие ее стройность, иослепительно белую блузку, причем никакого смущения, что это слишком откровенный наряд, яунее не наблюдал. Ирка профессионально промыла ей мозги, найдя благодарную слушательницу….
        Почувствовав мой взгляд, она повернула голову иулыбнулась, но как-то доброжелательно ипо-домашнему, как близкому человеку. Чуть тряхнула головой, убирая челку, результат модельной стрижки умодного парикмахера, ивиновато сказала:
        - Трудно. Стыдно. Вон Славушка маленький, ауже на другие уровни проходит, ауменя куры дохнут…
        У меня вушах заиграл марш Мендельсона, ичтоб вслух не заржать, якивнул головой ивдуше поблагодарил Славку, который метнулся ккомпьютеру, вновь учить тетю Машу выпасать виртуальных коз, итем самым разрядив обстановку.
        Через два дня, которые пролетели вобщении ссыном икняжной ивметаниях по интернету впоисках новой идостоверной информации, технологических описаний ирецептов, неожиданно приехал Мишка ипривез вахмистра, которого он выкрал из больницы.
        Отведя меня на кухню, он быстро обрисовал ситуацию:
        - Зверьки знают, что ты вернулся. Подняли визг, иснова менты роют землю. Контора пока встороне, но через Киев они итут наехали. Меня вызывали вВБ (внутреннюю безопасность) ипарили мозги, но судя по всему, это делалось для того, чтобы просто через меня известить тебя. Там тоже люди работают. Спрашивали, кого явбольнице прикрываю, пришлось рассказать, но, естественно, не все. Вобщем, Саня, если иесть проход втот мир, тебе пора сваливать. Стобой теперь будет Димка работать - меня иИринку сдочкой некоторое время по особому протоколу будут альфовцы защищать. Сегодня ментов схвоста итак струдом сдернули. Так что на время ястановлюсь примерным гражданином иофицером Конторы. Ты главное не обижайся, иначе они через меня на тебя выйдут.
        - АДимка?
        - Он тут спарочкой ветеранов разведки уже давно по городу колесит. Новую квартиру сняли, вечером вас перевезут. Вот, это вам.
        Он поставил две сумки, одна была забита едой, во второй, судя по габаритам, было оружие. Открыв ее, вытащил обычный АК-74, «Сайгу-410», новенький ТТ, еще вконсервационной смазке, инесколько пачек патронов.
        Вечером появился Димка иоперативно нас перевез на другую съемную квартиру. На вопрос оветеранах он ответил уклончиво, что есть люди, но они пока только вобеспечении, хотя впоследствии могут пригодиться.
        И вэту ночь мы поехали на ту горную дорогу ипробовали спуститься, ина следующие сутки, ина следующие. Яне терял уверенности, что все получится, изаражал этим Димку, который по своим каналам информировал Мишку. Авсе оставшееся время ясидел винтернете, собирая информацию, скидывал ее на жесткие диски, флэшки, систематизируя ираскидывая по степени важности.
        Судя по всему, поиски неуловимого мстителя немного затихли, но винтернете кто-то снова профессионально поднял бурю, раскручивая свой ресурс, иобщественность всколыхнулась, исобытия расстрела группы татар вокрестностях города снова стали обсасывать. Всякие правозащитники исами татары визжали, плюясь кариесом, авот большая часть населения, как ни странно, поддерживала меня, что не могло не радовать, значит, достало людей все это беззаконие. Какой-то умник сработал вфотошопе мою фотографию, когда яфотографировался вкамке скарабином вруке после пострелюшек, иразместил ее винете сподписью: «Трепещите, суки, он вернулся!» Кто-то даже распечатал иначал развешивать на домах, вподъездах, лифтах. Это, конечно, грело итешило самолюбие, но вот из-за этого бедлама яне мог появиться на улице, моя физиономия примелькалась всем, исоответственно мои дни вэтом мире были сочтены. Пришлось вспомнить, где явсвое время сделал закладку спалаткой, генератором, продуктами, ипереселиться вгоры, как раз недалеко от места перехода.
        Через две недели после моего возвращения вэтот мир, кмоему удивлению, проход снова заработал, и, спустившись на тросе, япочувствовал знакомое ощущение страха исильного давления. Поднявшись, япозвонил Димке, который сегодня уехал вСевастополь. Он быстро ответил, понимая, что звонок втакое время говорит омногом.
        - На связи.
        - Димыч, работает!
        - Точно?
        - Точнее не бывает.
        - Хорошо, жди, мы выезжаем.
        Первым подъехал Мишка, привезя ссобой княжну, вахмистра, который все еще передвигался струдом, ималенького Славку. Пока не приехал Димка, яих перевел на ту сторону иоставил ждать возле памятного дуба, авоставшееся время спомощью Мишки изучал возможности перехода.
        Медленно спускаясь метров на сто по крутому склону, яначинал чувствовать волну страха, неудобства идаже начал паниковать. Связь сразу ухудшилась и, спустившись еще метров на пятьдесят, я струдом уже мог расслышать вызов Мишки по радиоканалу, хотя какая-то проходимость все-таки была.
        Я снова поднялся, опять волна страха иужаса, еще чуть-чуть иснова прекрасно слышу ответы. Вот она линия перехода, явбил несколько колышков, протянул еще одну веревку из будущего впрошлое, посмотрим, что сней будет, когда закроется проход.
        Так яшатался туда-сюда несколько раз. Потом Мишка иподъехавший Димка спустились ближе клинии перехода исинтересом наблюдали за мной, как спускаясь, яначинаю сначала бледнеть, потом становлюсь полупрозрачным, апотом вообще пропадаю. Мы так экспериментировали около часа: ходили вдвоем, ивтроем. Удалось выяснить, что только япротягиваю ссобой людей или предметы, если они находятся от меня на расстоянии не более пяти метров. Окончательно отметив колышками место перехода, мы решили наведаться втот мир ипрояснить обстановку. Мою палатку, генератор ивсе остальные припасы снова запаковали иприпрятали на непредвиденный случай. Димка, оказывается, на службе взял отпуск на месяц ивпринципе ничем не был связан, поэтому согласился помочь, отвести все еще слабого вахмистра вусадьбу генерала Осташева. Мы сДимкой, который экипировавшись, как я, спустились, дав Мишке задание прибыть сюда на следующую ночь, и, если нас не будет, то при наступлении сумерек быть всегда на связи, асами двинулись влес 1853 года.
        Мы старались идти тихо, все время прислушиваясь кзвукам леса, но пока ничего не привлекало внимания, ну разве что следы, по которым точно можно было понять, куда мы волокли раненого вахмистра. Димка тихо спросил:
        - Это вы, как лоси, тут перли?
        - Ага, точно мы. Казак потерял много крови ивообще не ходячий был.
        Через полчаса, когда стало понятно, что вахмистр выбился из сил, мы устроили привал. Славка умудрился заснуть уМашки на руках итихо посапывал, прижавшись кней. Глянув на эту картину, яподумал, что исам был бы не против прижаться, да еще ипотереться. Но тут меня дернул Димка, оттащив всторону, видимо, сжеланием пошептаться. Мы решили пройти вперед, чтобы разведать путь на предмет засад ивсего остального, поэтому, оставив Машке радиомаяк, сами двинулись всторону дороги.
        Димка озабоченно присел, снова посмотрел на следы ипояснил:
        - За вами шли, но натоптано тут, точно вас искали.
        - Скорее всего, погоня, апотом за ними мои люди…
        - Твои люди, - передразнил он меня, - быстро ты тут освоился. Ты из нас самый шустрый деляга оказался, но может, это иклучшему. Предлагал ятогда тебя кнам перетащить, занимался бы финансовой разведкой…
        - Да не, Димыч, мне как-то тогда перегорело погоны носить, устал.
        - Атут?
        - Ну, тут сам бог велел, есть ради чего, во всяком случае, вижу смысл. Это тебе не за мифическую «незалэжность» здоровье гробить да семью видеть раз впятилетку. Ты вон подпол, амного Светке внимания уделяешь? Хорошо, что она утебя понятливая итерпит твои поездки. Атут еще не все профукали. Финляндия иПольша - части Российской империи, даже Аляска России принадлежит, представляешь, что тут можно вытворять?
        - Да, тут тебе повезло. Кстати, знаешь, Саня, мы тут сМихой обсудили…
        - Ну-ну, ичто вы там за моей спиной обсудили? Это когда явбольнице был?
        Но он падлюка даже не смутился, только ухмыльнулся.
        - Ну, типа того. Вобщем, тут иежику понятно, что ты заберешь сына исвалишь вэтот мир, имы бы не отказались, если б ты нас тоже на ПМЖ пригласил…
        Вот тебе ина. Яостановился исудивлением посмотрел на друга. Несмотря на измазанное тактической краской лицо, японял, что он не шутит.
        - Так, Димыч, выкладывай.
        Он невесело усмехнулся.
        - Ачто тут выкладывать. Мир катится под откос. По нашему ведомству идет срочная расконсервация противоатомных убежищ ибункеров, делаются ремонты, прокладываются новые, защищенные линии связи, завозятся продукты длительного хранения…
        - Это ты кчему?
        - Ты что, дубина, не понял? Народ кТретьей мировой готовится.
        Я удивленно на него посмотрел.
        - АМишка?
        - По их ведомству то же самое. Ну, естественно, это никто не афиширует, но бабки серьезные уходят на это, чуть ли не четверть бюджета, поэтому правительство ипорезало социальные программы, смысла уже нет, судя по всему, некому будет их переизбирать.
        Н-да. Все веселее ивеселее.
        - Исколько унас времени?
        - Год, ну полтора, не более того.
        - Так вы решили эмигрировать?
        - Ну, раз ты вэтом мире уже себе графский титул надыбал, значит, легализовался, да итвои контакты свысшим руководством империи вселяют оптимизм.
        - Димыч, ятолько - за. Тут непаханое поле, да ивтечение года надо будет подготовить спецов по организации национально-освободительного движения вИндии, Ирландии, Алжире, Марокко. Пусть наглы илягушатники подергаются, серию диверсий впортах, когда они будут свои флоты отправлять вКрым ина Балтику, не помешало бы провести.
        Димка засмеялся.
        - Да-а-а-а-а, Саня. Ну, ты истратег, вот кто бы мог подумать. Прям Потемкин.
        - Апочему бы инет. Давай сейчас глянем что икак, потом обратно иначнем готовиться, думаю, Дубельт будет не против, что унего введомстве появятся еще пара профессионалов из будущего, заточенные как раз на госбезопасность.
        - Хотелось бы верить. Ятут винете порылся, дядьки своеобразные, неизвестно, куда их занесет.
        Мы вышли ккромке леса ивпредрассветных сумерках стали наблюдать за поместьем Михеевой. Время уже было самое рабочее, по идее народ должен носиться по двору, но тут была тишина. Димка притронулся крукаву ипоказал всторону, где недалеко от дома прохаживался обычный часовой, позевывая ипериодически потирая себе глаза.
        - Ну?
        - Судя по форме драгун какой-то, япока вих бантиках плохо разбираюсь.
        Димка задорно блеснул глазами.
        - Пощупаем?
        - Ну, возьмем, поговорим, расспросим. Вдруг засада, хотя мне кажется, что просто ждут меня. Тем более тут тишина, аобычно вэто время народ уже носится как угорелый. Наверное, Михеева отгребла, апотом тут уже всех повязали.
        - Сам решай, это уже твоя территория.
        - Он один часовой?
        - Есть еще один, на той стороне, но они друг друга видят периодически.
        - Тогда берем одновременно…
        Мы быстро просочились на территорию усадьбы, замерли, выжидая удобного момента. Со стороны Димки послышалась возня. Ярезко обернулся итолько увидел волочащиеся ноги часового. Тут теперь имне есть работа. Приблизившись, ячуть не выругался. Ну, какая тут работа? Это тело, приставив ружье кстене, посапывало, присев на скамеечку. Осторожно отодвинув архаичное оружие, ятихо, но сильно двинул рукояткой пистолета по голове. Он без звука упал на землю. Пришлось тело оттащить подальше и, быстро связав руки, закидать свежескошенным сеном. Пусть полежит, вроде просто отключился, пощупал пульс - нормально, без особых тяжких телесных…
        В гарнитуре радиостанции зашипело, иДимка поинтересовался:
        - Крот, это Архар. Что там утебя?
        - Дал по кумполу, связал, припрятал.
        - Нормально для непрофессионала…
        Петухи уже кричали во всю глотку всоседнем селе, амы всаду тихо допрашивали солдатика-драгуна, который чуть не обмочился от страха, увидев перед собой двух пятнистых чудиков, которые его спеленали изадавали каверзные вопросы, причем за каждую неточность он сходу получал по физиономии.
        Ребята как всегда перестраховались. Образно говоря, можно было ине устраивать таких тренировок. Судя по словам солдата, все получилось примерно так, как я идумал. Получив мое письмо, подполковник Стеблов взбесился ипонесся сюда со всей охраной и, пользуясь своими полномочиями вособых случаях, прихватил по дороге драгунский эскадрон. Прибыв впоместье Михеевой, застал кучу трупов - тут уже погуляло мое казачье прикрытие, которое явыпросил вкачестве ОМОНа на случай силового развития ситуации. Влесу уже двое суток продолжалась игра «Зарница» - казаки гоняли двоих англичан, которые подстрелив трех казаков, куда-то сдернули, чем несказанно разозлили людей. Третий им достался почти не поврежденным, иего вэкстренном темпе потрошил есаул, командир казачьей сотни. Михеева сдочуркой сидела под арестом, сильно потея от страха, вожидании скорой расправы, вее заплывшие жиром мозги дошло, что наехала не на того, раз тут такое мощное прикрытие. Казачки, найдя уодного из холопов помещицы ножны вахмистра иокровавленный форменный сюртук, устроили быструю расправу, ни скем не церемонясь - есаул Давиденко, поняв, что
я, охраняемое лицо, исчез неизвестно куда, возможно, похищен англичанами, начал махать шашкой впрямом ипереносном смысле. Они тут пробыли почти две недели, прочесывая лес, вылавливая всех, кто мог что-то знать. По Тульской губернии объявили что-то типа плана «Перехват» иначали шмонать всех иностранцев. Вобщем, кино инемцы. Мы со Стебловым разминулись буквально на несколько часов: он ускакал вчера вечером вочень плохом настроении, прихватив всех арестованных вТулу, где был телеграф, чтоб доложить Дубельту освоем проколе. Здесь же оставили десяток драгун на случай, если явсе-таки появлюсь.
        Димка уже чисто прикалывался от этой ситуации и, дурачась, спросил:
        - Ну что будем делать, товарищ жандарм?
        - Пойдем этих сонь обуем, поучим, как караулы нести, апотом отошлем за Стебловым посыльного, пусть порадуется.
        - Хм. Аты все такой же проказник. Ну, пойдем, поучим душар, пусть знают, что такое настоящая дедовщина.
        Мы уже подобрались кдому, когда на связь вышла взволнованная Маша, которой мы оставили радиостанцию:
        - Саша, Саша, прием.
        Я выругался. Вовремя она.
        - На связи.
        - Ты где?
        - Вусадьбе Михеевой.
        - Будь осторожен.
        - Понял, жди, все будет нормально.
        Димка, приблизившись, тихо прошептал, он тоже слышал наш разговор:
        - Лямур, тужур? Быстро она тебя, Мишка рассказывал.
        - Аты, подпол, не завидуй, что меня тут молоденькие любят.
        - Хм. На свежатинку потянуло?
        - Димыч, тут чувства.
        - Ага, вот я иговорю…
        Осторожно пробравшись вусадьбу, где квартировал драгунский десяток, японял, что можно было зайти истроевым шагом.
        Через час, после выстрелов впотолок икриков, что атакуют марсиане, лихорадочных поисков ружей исабель, которые были аккуратно связаны капроновыми веревками, мы, наконец-то наигравшись, навели порядок. Естественно, всех построили, накричали, устроили разнос. Сразу двое человек, всрочном порядке оседлав лошадей, ускакали сновостями - один вусадьбу кОсташеву, сообщить, что явернулся скняжной исо мной все впорядке. Другой понесся догонять Стеблова, стеми же новостями, пусть человек порадуется, что не придется огребать от начальства. Асостальными мы отправились влес, где на импровизированных носилках драгуны на руках вынесли из леса вахмистра, которому стало хуже. Вид княжны, обряженной внемного исо вкусом ушитый натовский камуфляж инебольшие облегченные берцы самого маленького размера, основательно их сконфузил, но после окриков все встало на свои места. Маша Тихвинская гордо вышагивала, держа вруках «Сайгу-410», всем своим видом показывая боевой задор - ведь она была дома иучаствовала втаких приключениях, что все ее подруги должны обзавидоваться. Славка, проснувшись, судивлением посматривал на
незнакомых людей, взял меня за руку ивсю дорогу кусадьбе не отпускал, синтересом вертя головой изадавая кучу вопросов.
        Через час верхом прискакали Еремей сТимохой.
        - Батюшка Ляксандр Павлович, счастье-то какое! Живы, живы, ато его сиятельство уж очень расстроился ислег.
        А вот это очень плохо. Тимоха стоял встороне, ему было, что сообщить, но пока не решался лезть поперек причитающего отца. Еще чуть позже принесся сам князь Тихвинский, извещенный тем же драгуном, который решил проявить инициативу, конечно не бесплатно, изавернул, чтоб информировать страдающих от неизвестности родителей.
        Сначала слезы счастья, потом недоумение от наряда ипрически, особенно князя добила легонькая разгрузка, куда Машка, насмотревшись вбудущем фильмов, положила пару снаряженных магазинов, бинт инесколько безделушек из будущего. Хотя, если признаться, смотрелась она очень даже привлекательно истиль милитари очень ей шел.
        Папанька попробовал ее утянуть домой кматери, но тут она проявила упрямство, мотивируя тем, что должна дать показания господину жандармскому подполковнику Стеблову об обстоятельствах похищения.
        Мы сидели сДимкой невдалеке итихо млели от этой картины патриархальной России. Березин, затянувшись дымом сигареты, тихо проговорил:
        - Да, Санька. Умеешь ты удивить. Что-то мне говорит, что тут народ еще не понял, какое веселье ты им приготовил со своим ноутбуком. Вон первый пример феминизации…
        - Аты что не при делах?
        - Ага, сейчас, ты же не оставишь друга на обочине истории? Знаешь, как хочется отправить на воздух какой-нибудь мост или фрегат со звездополосатым флагом? Ато все учения да учения, атут…
        - Так ты что, пострелять вживых америкашек инаглов хочешь? Так вы, батенька, самодур оказывается! Через годик явам официально выпишу лицензию на отстрел сотни наглов!
        - От самодуры слышу! Сотни мало, это так, для разминки. Они ж тут непуганые. Пятьсот, ито справом пролонгации!
        - Так, может, ты еще захочешь ивзаповеднике поохотиться?
        - Ачто? Давно мечтал на Биг Бене со снайперской винтовкой посидеть, подумать осмысле жизни, после первой сотни патронов…
        Мы так препирались, пока во двор усадьбы на взмыленных лошадях не ворвался отряд во главе со Стебловым. Бросив поводья первому попавшемуся драгуну, он подбежал ко мне исрывающимся голосом проговорил:
        - Боже, Александр Павлович, вы живы.
        Тут подал голос Димка, которого сутра, после веселушки со спящими драгунами, тянуло на шуточки:
        - Идаже вполне упитан…
        Игорь Генрихович судивлением повернул голову иуперся взглядом веще одного пятнистого головореза, который насмешливо на него посматривал. Япредставил Димку:
        - Игорь Генрихович, познакомьтесь, мой старинный друг - подполковник Березин Дмитрий Александрович, военная разведка.
        Он смотрел на меня, потом на Димку, итут до него дошло.
        - Вы были там?
        Я довольно улыбнулся.
        - Выходит. Ивернулся не спустыми руками…
        Глава 15
        После того памятного происшествия моя жизнь сильно изменилась. Так, как я ипредполагал, имение Михеевой было конфисковано впользу казны ипередано III отделению канцелярии ЕИВ, хотя реально тут было организовано что-то типа перевалочной базы. Чтоб не привлекать внимания, Димку сразу переодели вмундир офицера Отдельного Корпуса жандармов, логически рассудив, что яуже засветился вкамуфляже, авот рассказывать всем вокруг, что тут не один ятакой, было бы неразумно.
        Теперь вмои обязанности помимо всего прочего входило заниматься еще изучением точки перехода. Каждый вечер, всопровождении охраны, отправлялся кзаветному дубу, брал ссобой моток веревки иходил туда-сюда, вожидании соответствующих ощущений. Как ориентир использовался тросик, который был скинут из нашего времени: он так иостался лежать на земле, как стрелка дорожного указателя, показывающая направление на точку перехода. Заканчивался он как раз узаветной линии. Вэтом месте тросик как бы истерся ивыглядел очень ветхим.
        По моему распоряжению вокруг места перехода была образована запретная зона радиусом около версты, охраняемая усиленными казацкими идрагунскими патрулями. Ударными стахановскими темпами кзаветному дубу уже практически была проложена дорога силами целой инженерной роты, специально пригнанной для оборудования оборонительных сооружений нового укрепрайона.
        Для отвлечения внимания по уезду пустили слух, что Михеева-то, оказывается, не врала исокровища были, вот только пожадничала, связалась сангличанами, иврезультате все себе забрал император. Размеры клада скаждым днем все росли иросли, аусиленные патрули исекреты, которые отлавливали всех любопытных «собирателей грибов иловцов бабочек» иобязательно после этого тащили на жесткий допрос, только будоражили воображение местного дворянства. Но показательные наказания свзысканием серьезных штрафов ипарочкой особенно болтливых, отправившихся по этапу, быстро отвадили любителей совать свой нос не всвои дела. Тут мы сДимкой постарались на славу, организуя всю систему безопасности объекта по самым жестким критериям. Пропуска ссекретными метками, которые регулярно обновлялись, стали обыденностью вэтой местности. Еще одним новшеством было обязательное дактилоскопирование всех, кто попадал вполе нашего интереса: драгуны, казаки, служащие, офицеры, даже крепостные, эпизодически задействованные на хозработах, подвергались этой процедуре, а ослучайных «грибника» иговорить нечего. Внашем новом отделе, где
начальником числился подполковник Стеблов, больше исполняющий надзорные функции за нашими нововведениями иобеспечивающий связь сгенералом Дубельтом, мы сБерезиным подмяли под себя основные руководящие функции итворили что хотели, хотя исмолчаливого согласия высокого начальства, синтересом наблюдающего иждущего конечные результаты. То, что на нас регулярно составлялись иотправлялись докладные, ине только Стебловым, мы не сомневались, но это были понятные нам правила игры, было бы удивительно, если было б иначе.
        К этому времени уже системно создавались личные дела на всех фигурантов, вкоторые обязательно вкладывались дактилокарты, иэту практику унас быстро переняли встолице, ипосле опробования распространили на другие регионы. Поэтому пришлось срочно организовывать курсы по обучению специалистов по поиску ианализу папиллярных узоров.
        Среди казаков, приданных для охраны района, Димка активно искал кандидатов для обучения начальной диверсионной подготовке. Из столицы прибыли около десятка молодых офицеров из разных полков, неплохо зарекомендовавших себя. После соответствующей проверки исерии экзаменов осталось пять кандидатов, которых Березин уже начал дрессировать весьма основательно - применительно кместным реалиям.
        На объекте вусловиях строжайшей секретности проходили постоянные совещания овозможности использования информации итехнологий из будущего, на которые часто приезжал лично генерал Дубельт, кровно заинтересованный всотрудничестве спришельцами, прекрасно понимая, какой инструмент вего руки отдал император. Но впоследнее время вместо него зачастил наследник престола, будущий император АлександрII. Тут все было ясно: НиколайI не хотел оставлять на откуп своим подчиненным, даже таким преданным, как генерал Дубельт, ящик Пандоры ввиде нескольких пришельцев из будущего, поэтому отправил курировать этот наиважнейший проект своего отпрыска. До самого последнего момента Наследник ине предполагал онашем существовании, итолько когда они сгенералом впервый раз пересекли периметр охраняемой зоны, оставив ублокпоста свою охрану, Дубельт поведал, куда изачем они едут. Все эти вояжи искусно легендировались, и, квсеобщему изумлению, Наследник что-то зачастил впровинцию споездками ипроверками, иногда отправляясь погостить угенерала Осташева, выздоровевшего после болезни, который снова был принят при дворе ипользовался
определенной симпатией императора, то заскочит вТулу проведать оружейные мануфактуры изаболеет на пару дней, так тяжело, что никого кнему не подпускают, даже лучшего местного доктора. Но после долгого разговора иизучения своей судьбы исудьбы потомков он стал нашим ярым сторонником вконтрреволюционной деятельности - акак же иначе, особенно после того, как узнал, какую судьбу ему приготовили революционеры.
        Маша, которую, несмотря на ее явное противодействие, забрал отец ибуквально силой утащил домой, не успокоилась исумела еще напомнить осебе. Да, «Сайгу-410» иразгрузку она сдала, но вот камуфляж - нет, ивтаком виде была вырвана из «похотливых рук осташевского сынка». От нее как раз ипошла информация, что тут дело взолоте, которое хотели прикарманить вороватые англичане, втянув вэто дело жадную Михееву. На некоторое время она стала центром внимания местного общества. Учитывая, что девочка побывала на той стороне иявлялась секретоносителем самого высокого уровня, ей была организованна охрана из двух постоянно находящихся при ней драгун. Это еще больше подогрело общественное мнение, икнязь Тихвинский даже пытался жаловаться по этому поводу тульскому губернатору, но тут уже яподсуетился. После пятидесятого вопроса сына «Где тетя Маша?» иее очередного письма, где она тонко намекала, что сейчас вмире очень мало людей, умеющих работать на компьютере, аона уже неплохо научилась открывать «pdf-ки» и«dju-ки», печатать вWord-е документы ина крайний случай играть в«Веселую ферму», икак шедевр ее литературного
таланта после подписи был нарисован смайлик, ясдался иначал действовать. Ну что тут сказать? Пришлось по телеграфу, дополнительную линию которого специально тянули вимение Михеевой, связаться сСанкт-Петербургом ислезно попросить генерала Дубельта вотношении княжны Тихвинской принять волевое кадровое решение. Результатом был Указ Его Императорского Величества НиколаяI оприсвоении за особые услуги перед государством княжне Марии Игоревне Тихвинской чина коллежский регистратор исоответственно онаделении определенными обязанностями на службе империи. Это еще больше взволновало местный свет, акняжна сособым шиком, переодевшись вкамуфляж, всопровождении охраны ислужанки выехала вусадьбу Михеевой, где она уже вштате числилась на должности «оператор электронно-вычислительной машины». Ну ареально, пока не было особых задач, они со Славкой опять гоняли кур икоз в«Веселой ферме».
        Почти точно через две недели после нашего возвращения вэтот мир снова заработал переход, иясвязался по радио сДимкой, который вэто время устраивал ночную тренировку своим кадетам. Унас сним исо Стебловым уже был проработан протокол действий на этот случай, и, бросив все, Березин быстро рванул кзаветному дубу. Яперешел внаше время, включил мобильник ипозвонил Мишке, который должен был ожидать нашего появления. Тот сразу ответил ичерез час уже был на дороге, исвязался со мной по радиосвязи. Дождавшись Димку иСтеблова, уже снетерпением ожидающих знаменательного события открытия перехода, мы поднялись по скинутому сверху тросу. Кмоему удивлению, Мишка был не один. Когда прошли все радости от встречи, человек, сидящий вмашине, открыл дверь инеуверенно подошел кнам. Всвете фонарика я судивлением узнал того водителя маршрутки, который подвозил меня, Машу ираненого вахмистра вбольницу. Ия, иДимка судивлением повернули головы кМишке, тот пожал плечами ирассказал интересную историю.
        Олег Николаевич Рыжков по глупости проболтался другу, что видел меня, атот - кому-то из своих татарских компаньонов по извозному бизнесу, оттуда ипошла волна, которая доставила мне столько неприятностей. Когда менты ничего не смогли найти, татары начали свое расследование ичестного водилу взяли втакой оборот, что он чудом сумел вырваться из горящего дома испрятаться влесу. Свою семью он благоразумно заранее отправил кродне вХерсонскую область, асам некоторое время прятался влесу, апотом, вспомнив, что я сего телефона звонил кому-то вСБУ, дозвонился до Мишки ивсе ему рассказал. Логинов не оказался таким легковерным, на время укрыв дядьку на конспиративной квартире, проверил его буквально под микроскопом, акогда впроцессе проверки ознакомился сего личным делом ввоенкомате, заинтересовался икопнул еще глубже. Персонаж оказался очень даже интересным - воевал прапорщиком вАфгане вартиллерии, был вплену, убежал, долго шел по горам, сумел выжить иоторваться от преследователей. Через две недели проверки, прогона на детекторе лжи Мишка был уверен, что Рыжков наш человек, ибыло бы неплохо такого кадра
использовать по назначению - все равно кто-то на первое время должен курировать будущий автомобильный батальон, создание которого уже было согласовано сруководством Российской империи. Димка промолчал, но явпринципе был не против, дядька интересный и, если он такой, как рассказал Мишка, то вполне можно его использовать как первого специалиста, привлеченного для использования впрошлом.
        Димка повернул голову кСтеблову, который все еще удивленно рассматривал окружающий пейзаж, икоротко сказал:
        - Игорь Генрихович, начинаем, перечень нужного оборудования иматериалов мы свами согласовали. Теперь дело за малым…
        - Хорошо, Дмитрий Александрович. Александр Павлович, помогите поднять груз.
        Я кивнул головой, спустился вниз, перешел на ту сторону иструдом поднял тяжелый сверток, привязал его кскинутому сверху тросу исказал вмикрофон радиостанции:
        - Готово.
        - Хорошо, тянем.
        Мешок сзолотыми слитками был быстро втянут наверх ипогружен вмашину. Оттуда спустили более мощный бензиновый генератор, несколько канистр стопливом кнему, дизтопливо для джипа. Пять ноутбуков, два лазерных принтера сдвойным набором картриджей имешком тонера, две коробки витой пары, свичи, обжимной инструмент идругие аксессуары, необходимые для организации компьютерной сети. Отдельно шла коробка свидеорегистратором, монитором, камерами, датчиками движения - все необходимое для организации системы видеонаблюдения иохранной сигнализации.
        Когда начало светать, мы сРыжковым иСтебловым уже были впрошлом исидели возле кучи сваленного добра на специально сделанной скамеечке иждали рассвета, после которого патрулям было разрешено появляться внутри охраняемого круга.
        Стеблов сидел рядом икурил обычную сигарету сфильтром, точно Димка угостил, икак бы между прочим сказал:
        - Ятак, ради интереса покопался вместных архивах, поговорил со знающими людьми: тут, оказывается, внезапамятные времена было капище славянских богов…
        - Чувствуется, что место непростое, но не черное. Сила тут есть какая-то необычная. Может быть, предки специально место намолили, чтоб нам что-то оставить?
        - Возможно. Мы ж во время монголо-татарского нашествия столько всего потеряли.

* * *
        Потом опять потянулись рабочие будни. Оборудовали несколько рабочих мест, проложили сетку, установили камеры по периметру усадьбы ивнутри коридоров, запустили систему.
        Как только стой стороны прибыла новая партия техники, набитой информацией испециально подобранными базами по всем событиям ивмире, ивРоссии, фигурантам, биографиями, характеристиками, унас заработал настоящий информационно-аналитический центр, который обслуживал III отделение канцелярии ЕИВ. Получали по телеграфу запрос на какое-то событие или видного деятеля, сразу перерывали все, готовили справку, распечатывали исо специальным курьером под охраной отправляли вЦарское Село прямо на стол кимператору. Тут огромную работу провели Ира иСвета, жены моих товарищей, которые уже были втеме ивовсю готовились котчаливанию вмир прошлого. Маша теперь была завалена работой, но, тем не менее, старалась как можно больше времени выделять для Славки, скоторым унее установились очень уж дружеские отношения - обкладывают со всех сторон.
        От себя ястал ее заставлять заниматься не то что бы строевой ифизической подготовкой, но на случай новой попытки захвата стрелковая подготовка была обязательной, идевушка судовольствием на стрельбище из «Сайги» разваливала щиты, которые для этих целей делали казаки. Со временем она перешла на нарезное оружие иснекоторых пор повадилась постреливать из моего карабина соптикой ивполне прилично валила ростовую мишень на двухстах метрах.
        Отдельно скрупулезно собиралась информация обо всех известных кладах, которые были найдены после 1853 года. Это была идея Димкиной Светланы, она же озаботилась составлением списка необходимого оборудования для проведения поисковых работ ина суше ина море. История ссокровищами испанского галеона «Нуэстра Сеньора де Аточа» была показательной, итакая прибавка кбюджету России была бы очень даже кместу, учитывая то, что вближайшее время во время войны проливы будут закрыты игосударство пострадает от торговой блокады.
        Я несколько раз мотался вТулу, где шли работы над новыми артиллерийскими системами иуже были достигнуты определенные результаты. Вполне возможно, что косени мы будем обладать вполне обкатанным 76-миллиметровым полевым орудием, сработоспособным противооткатным механизмом. По тому же принципу делали игаубицу, но ее разработку чуть притормозили, до полной отработки технологии.
        Параллельно шли работы по созданию унитарных 76-миллиметровых снарядов: уже были разработаны фугасный, осколочный ишрапнельные боеприпасы. Чувствовалось, что европейскую бостоту вКрыму ожидает веселый прием. Теперь самым трудным было организовать массовое производство, аэто было очень серьезной задачей, учитывая нынешний уровень развития промышленности вРоссии. По сути дела, сейчас мы были впромышленном цейтноте.
        В общем, дел было много, как раз подходил срок открытия окна - тут яуже примерно просчитал зависимость от фаз Луны иболее-менее мог что-то прогнозировать.
        Николаевич, это тот который Рыжков, взял на себя обязанности по поддержанию работы генераторов, что-то крутил, настраивал и, найдя невдалеке подходящую речку, предложил там построить небольшую гидроэлектростанцию исократить траты драгоценного горючего. Согласившись сним ипроведя замеры, сфотографировав место, яскинул на флэшку задание Димке озадачить людей внашем времени по просчету проекта.
        Вот снова долгожданная ночь, и, почти судовольствием почувствовав знакомые чувства страха идавления, япрошел на ту сторону, связался снародом и, получив ответ, стал ждать сброшенного троса. В1853-м остался ждал Стеблов, который всопровождении охраны привез очередной груз золота изолотых изделий для закупки необходимого оборудования иснаряжения вбудущем ибоялся оставлять без присмотра такое богатство.
        К моему удивлению, теперь нас тут ждала целая колонна. Димка сМишкой умудрились пригнать грузовик слебедкой истали поочередно спускать подготовленную технику. Сначала прошли две полевые кухни, вкотлах которых, для экономии места, разместили множество мелких предметов, потом прошли несколько автомобильных прицепов, загруженных под завязку. Станки, новые дизельные электростанции, автопогрузчик, две подержанные «Нивы», шесть дизельных двигателей для грузовых машин, для будущих железнодорожных мотодрезин инапоследок два бензовоза, которые сбольшим трудом иосторожностью буквально по миллиметру просунули впрошлое.
        Проведя Димку кСтеблову для утрясания финансовых вопросов, яподнялся наверх, пообщаться сМишкой ипоинтересоваться, что еще ожидается вближайшее время. Мишка деловито достал планшет, открыл файл иначал перечислять:
        - Заказали две установки УПДТ для производства дизельного топлива вполевых условиях. Нашли четыре дизельных джипа, втечение недели их приобретем иперегоним. Так, что тут дальше… Партия ноутбуков иперсональных компьютеров на подходе. Кондиционеры, передвижная медицинская диагностическая лаборатория, два аппарата УЗИ, три ренгеновские установки. Два десятка сэлмовских трансформаторных сварочных аппаратов, столько же инверторных, две тысячи упаковок электродов. Листовое железо, арматура, ну, вобщем, куча всего. Пока основная проблема сконвертацией золота вналичку. Димка чуть не спалился, пришлось хвосты рубить.
        - По-жесткому?
        - Ато как же. Зачистили пятерых человек. Вышли на Луганский патронный завод изаказали несколькими партиями патроны для АКМов. Пока только согласились поставить сто тысяч штук, но народ смекнул, что мы платим налом, иготовы еще пару раз прокрутить эти сделки. Ну, это пока все, основные тяжелые заказы придут попозже, где-то втечение месяца.
        - Хорошо, Миха, когда своих будешь перевозить?
        - Аты уверен, что канал открывается каждые две недели?
        - Ну, вобщем да, все от фазы Луны зависит. Впервом приближении систему явыявил…
        - Хорошо. Мы думаем втечение месяца. Сейчас девчонки все, что могут, вытягивают из интернета да скупают любые справочники по книжным магазинам.
        - Тоже дело. Кстати, азачем вы «Нивы»-то пригнали? Унас итак сгорючкой проблемы, атут бензинки.
        - Да так по случаю достались. Зверьки опять зашевелились, так Димка своих подтянул изачистил одну банду. Вот «Нивы» нам идостались. Они, конечно, паленые, но втом мире вряд ли это кого-то будет интересовать.
        - Стволами разжились?
        - Так, средненько. Стандартный набор для этого контингента. Пара СВД, шесть штук АКМ, четыре АК-74, патроны, гранаты, толовые шашки, четыре «Мухи» иодин РПО.
        - Передали?
        - Обижаешь. Все там, в«Нивах» ищите.
        Мы помолчали.
        - Санька, что такой смурной?
        - Да на душе гаденько, что-то такое вближайшее время должно произойти. Пятой точкой чувствую. Двое наглов свалили, не нашли их, изначит, какую-то пакость готовят. Они кнам засылали парочку людей - «грибников», но работали их втемную. Вобщем, случится скоро что-то такое…
        - Может, сам себя накручиваешь?
        - Да не похоже.
        Чтоб сменить тему, язадал вопрос, который меня интересовал впоследнее время.
        - Ачто там, на мировой арене? Пыхнет скоро?
        - Похоже, что - да. Там против Ирана санкции вводят, вСирии заварушка начинается.
        - По срокам есть что-то?
        - Унас полгода, ну год, не более того.
        - Тогда основную эвакуацию начинаем через пять месяцев сэтого момента.
        - Мы сДимкой тоже так решили.
        - Асписки?
        - Уже начали составлять…
        - Вы главное найдите мне детектор лжи, ижелательно не один, икнему толкового оператора, чтоб мог подучить народ.
        - Уже заказали, но сам понимаешь такие вещи воткрытую заказывать нельзя - Контора активно мониторит реализацию такого типа товаров. То же самое спартией бронежилетов: будут, но чуть позже - всем деньги нужны.
        Скоро наступит рассвет. Вернув Димку внаше время, яспустился вниз, кожидающему Стеблову, синтересом прохаживающемуся вокруг наспех раскиданной на площадке техники игрузов. Предстояло еще организовать постройку ангаров, чтоб припрятать от любопытных глаз все это богатство.

* * *
        Огонь радостно потрескивал вкамине, освещая бликами уютную комнату, обставленную сособым вкусом. Волны тепла иокутывали пожилого седого мужчину, сидящего вкресле исзадумчивым видом наблюдающего игру света вхрустальном бокале. Несмотря на огонь итеплую летнюю погоду, его морозило, ислуге Джеймсу пришлось закутать ноги втеплый плед, но иэто не сильно помогало. Поставив бокал на столик идождавшись, когда слуга снова его наполнит дорогим ивыдержанным бренди, он коротко бросил:
        - Можете идти, Джеймс. Как появится Малькольм, проводите его ко мне.
        - Хорошо, сэр.
        Выдрессированный слуга поклонился, вышел, осторожно прикрыв за собой дубовую дверь, чтоб даже стуком не побеспокоить хозяина. Но мысли пожилого джентльмена были далеки от этого дома. Дело его предков ивсей его жизни, на которое, как на жертвенный алтарь, было уложено множество жизней верных сынов Англии, находилось под угрозой. Со стороны все шло установленным порядком, но выработанная годами интуиция подсказывала, даже не подсказывала, акричала, что скоро все изменится инужно немедленно принимать какие-то серьезные решения.
        Несмотря на закрытые окна, вкомнату проникали запахи цветущего сада исмешивались стяжелым смолистым ароматом горящих дров; они напоминали сэру Дженкинсу обеззаботном детстве, когда все было просто изнакомо. На улице послышались крики, говорившие оприбытии гостя, ихозяин морально стал готовиться кпринятию решения - сейчас вся ответственность лежала на нем. Отчет перед братьями по масонской ложе он будет держать намного позже, асейчас от его воли зависит, может быть, судьба всего цивилизованного мира.
        Дверь тихо скрипнула, истарый слуга Джеймс доложил:
        - Сэр Малькольм сдокладом.
        - Проси, Джеймс, ипостарайся нас не тревожить.
        - Кларета гостю, сэр?
        Хозяин невесело засмеялся.
        - Не стоит, Джеймс, не заслужил.
        - Конечно, сэр.
        Через пару минут вошел сэр Малькольм, который давно уже был кем-то вроде особо доверенного человека при одном из руководителей английской масонской ложи. Хотя официально он числился мелких служащих Форин-офиса, но основными обязанностями его было разрешение затруднительных ситуаций британской политики, возникающих по всему миру, причем соблюдение законов не входило вобязательный список его задач.
        - Что скажете, Малькольм? - не здороваясь, спросил хозяин поместья.
        - Вы оказались правы, сэр. Мы недооценили противника. Но иэто позволило нам получить определенную информацию.
        - Ячитал доклад вашего человека.
        Гость не показал удивления, что доклад, который адресовался только ему, уже побывал вруках этого страшного человека, хозяина дома. Он подозревал, что его шаги контролируются, но не думал, что настолько плотно.
        - Защитник - офицер военной контрразведки, специально обученный противодействовать нашей деятельности. Это серьезный вызов, Малькольм, вы не находите?
        С некоторым усилием исодроганием вголосе от страха гость проговорил:
        - Янедооценил. Это моя вина.
        Хозяин довольно хохотнул. Ему нравилось наблюдать ужас вглазах своего подчиненного.
        - Не скромничайте, Малькольм. Насколько язнаю, все было придумано остроумно исфантазией, ине ваша вина, что ситуация стала развиваться не по задуманному сценарию.
        - Мой человек, Алекс Махерсон, до этого никогда не вызывал нареканий. Все выполнял четко ибез ошибок.
        - То, что он умудряется выкручиваться из всех ситуаций, набивая при этом свой карман, его характеризует только стой стороны, что унего слишком сильно развит инстинкт самосохранения. Но внашем деле приветствуются другие качества, или мне снова нужно объяснять вам прописные истины?
        - Нет, вы правы. Как всегда, правы…
        - Не перебивайте, Малькольм, яеще не закончил… - Хозяин пригубил бренди, насладившись послевкусием, собрался смыслями ипродолжил. - Вы уверены, что Защитник не пропустил внаш мир таких же, как ион?
        - Да. Но вТуле уже идут активные разработки нового оружия, ивкакой области, пока неизвестно. Что-то связано сартиллерией, но Защитник мастерски организовал систему безопасности, ипока нашим людям не удается приблизиться ктайне, но унас есть последователи вправительстве ивближайшее время…
        Гость стал перечислять перечень мероприятий, которые уже проводятся, для нейтрализации деятельности пришельцев из будущего.
        - Это все не то, Малькольм. Знания уже просочились внаш мир ипопали вруки кдикарям, икуда они заведут русского царя, никто не может предполагать.
        - Яготов исправить свои ошибки.
        - Конечно, куда вы денетесь. Это ваш последний шанс, Малькольм. Вэтой игре слишком высокие ставки чтоб прощать такие ошибки. Поэтому сделаете следующее…
        Когда гость, окрыленный новым иезуитским планом старого имудрого, похожего на старого ворона, сэра Дженкинса, вышел из дома, хозяин долго провожал взглядом его карету, мелькавшую среди деревьев ухоженного парка.
        - Надеюсь, ты не разочаруешь меня, мой мальчик. Мы ствоим отцом были друзьями, но если подведешь…
        Глава 16
        Закончился очередной летний день. Со стороны бухты Казачья тянуло свежестью, разбавляя остатки летней жары, так докучающей жителям города днем. Маршрутка, которую только вСевастополе называют «Топик», остановилась на конечной остановке, ипоследние пассажиры быстро повыскакивали икаждый торопливо отправился по своим делам. Здесь, на берегу бухты, где еще ссоветских времен базируется морская пехота, образовался военный городок ивсе жители так или иначе были связаны своенными. Прошла перестройка иразвал Союза, многие уволились, кто перевелся втеперь далекую Россию, кто-то занялся бизнесом, открыв первые торговые ларьки. Кто-то поучаствовал впервой ивторой чеченской кампании, кто-то побывал вГрузии. Но, так или иначе, весь этот небольшой поселок из типовых пятиэтажных домов был пропитан духом морской пехоты, икак символ этого духа стоял ПТ-76, установленный на постаменте, на самом въезде ввоенный городок.
        Максим Игоревич Кривошеев, тридцативосьмилетний здоровяк, бывший капитан морской пехоты Черноморского флота Российской Федерации, а ссегодняшнего дня бывший старший смены охраны одного из крупных дискоклубов развлекательного комплекса вбухте Омега, медленно шел от остановки маршрутки ксебе вхолостяцкую двушку, единственное, что ему предоставила армия. Квартира его ожидала пустым холодильником, немытой посудой иполоманным телевизором, до которого все никак не доходят руки, чтоб выбросить. Такой невысокий чин, когда сверстники уже ходят вподполковниках иполковниках, объяснялся извилистым путем карьерного роста, по которому прошел простой мальчик из небольшой деревеньки под Тулой. Сначала срочная служба вморской пехоте, где он буквально влюбился вморе и, после необходимой проверки, остался на сверхсрочную. Благодаря неуемности быстро получил звание прапорщика, затем - заочно институт иаттестация на офицера, разведрота, командировки на Северный Кавказ идесант вПоти. Потом была драка вкафе на набережной скавказцами, глупое ранение, ибравый капитан оказался комиссован. Жена давно бросила иуехала
сребенком кродителям, аМаксим поменял несколько работ, пытаясь найти себя вгражданской жизни.
        Сегодня он вконец разругался схозяином, который старался не сильно мешать денежным клиентам отдыхать, позволяя им определенные вольности, которые Кривошеев не смог стерпеть. Опять увольнение иновые поиски работы, хотя сейчас самый пик курортного сезона идома сидеть не придется, но это все не то, идеятельная натура капитана требовала чего-то другого. Он даже порывался записаться вмиротворцы или внаемники, поехав куда-нибудь вАфрику защищать нефтепровод от местных аборигенов, но любовь кСевастополю как-то сдерживала ине давала пуститься вавантюры.
        Проходя мимо дежурного магазинчика, который держал бывший старшина роты МТО, он ненадолго задержался, прикупив на вечер пельменей, иуже более торопливой походкой двинулся кзаветному подъезду, ощущая почти болезненные сигналы желудка, включившего сигнализацию на всю катушку от голода.
        Тут он случайно толкнул проходящего мимо крепенького мужика, который показался ему смутно знакомым. Вгороде, где большинство мужчин так или иначе связаны сармией, многие сталкивались по службе, исейчас встретить ввоенном городке знакомого было не так удивительно, но вот как-то наигранным показался Кривошееву этот толчок.
        Он извинился, мужик тоже, они разговорились итут же узнали друг друга. Максим встречал этого капитана ввоенкомате, когда приходил ксвоему бывшему командиру, который после развала Союза перевелся вукраинскую армию, чтоб получить квартиру, итогда служил вСевастопольском горвоенкомате. Кажется, Дмитрий его звали, потом, когда военкомат расформировали, вроде куда-то вразведуправление ВМСУ перевелся, но это так было, просто вспомнил, ни кчему не обязывающая информация. Но он насторожился, увидев по глазам, что мужичок уж очень не простой: кровь проливал исвоих хоронил, такое знающему человеку всегда видно.
        Дмитрий ненавязчиво напросился вгости, прикупил для встречи очень даже неплохую водку изакуску. Максим все гадал, для чего этот спектакль - он бывший идавно, ничего такого особенного рассказать не может икакой смысл его вербовать украинской военной разведке. Но вот пятая точка радостно кричала, авушах играл оркестр - вот оно, вот оно долгожданное изменение вжизни, которое он стаким остервенением выпрашивал увысших сил.
        После часа совместного распития водки, под очень даже не плохой закусь, иразговора по душам ополитике, оженщинах Максим, не делая паузы, пошел ватаку ипрямо влоб спросил гостя:
        - Дима, азачем ятебе нужен, может, хватить тянуть кота за хвост? Язачем-то понадобился украинской военной разведке? Так на хрен явам? - Он пристально смотрел втакие же трезвые глаза собеседника, который, несмотря на количество выпитого, спокойно исприщуром наблюдал за хозяином квартиры, ничем не показывая своего удивления.
        «Ждал вопроса, гаденыш» - про себя улыбнулся Кривошеев.
        - Скажи, старший лейтенант Кривошеев Степан Ильич, 1919 года рождения тебе знаком?
        - Хм…
        Вопрос поставил Максима взамешательство. Он все ожидал, но такого точно нет.
        - Это старший брат прадеда. Погиб впервые дни войны, вартиллерии служил.
        Дмитрий усмехнулся чему-то своему.
        - Да, очень даже неплохо получается. - Он выдержал паузу. - Скажи, Максим, ты побывал на Кавказе, ияслышал, что там есть утебя должки…
        Кривошеев опустил голову. Он помнил погибших товарищей, но вот так вспоминать сабсолютно левым человеком ему было неприятно.
        - Ну, допустим, что дальше?
        - Не злись. Яхочу предложить тебе работу. Нам нужен специалист по Кавказу, сопытом, со знанием театра боевых действий.
        - Наемником? Япротив своих воевать не буду!
        - Нет. Ты не понял.
        Дмитрий собрался и, четко выговаривая слова, выдал:
        - Ты лично будешь курировать, разрабатывать иисполнять все спецоперации вэтом регионе. Главная задача провести чистку перед большой войной.
        Максим не верил своим глазам иушам.
        - Это что, шутка?
        - Ну, почему же. Вот смотри, ты же Тулу знаешь, вроде как где-то рядом вырос…
        И на стол начали ложиться цветные, отпечатанные на принтере фотографии. Кривошеев стал синтересом рассматривать снимки, где вцвете была изображена старая, дореволюционная Тула.
        - Фотошоп?
        - Нисколько. Цифровой фотоаппарат Canon иТула образца 1853 года.
        - Опять шутка?
        - Аяпохож на шутника? Максим, неужели мне нет другого дела, нежели приходить ктебе вечером, чтобы ездить по ушам ипо пьяни гнать пургу? Ктебе часто захаживают стакими байками подполковники главного разведуправления МО Украины?
        - Нет, вот это инастораживает. На хохлов предлагаешь работать?
        - Нисколько. Ты будешь работать на отдел специальных операций III отделения канцелярии Его Императорского Величества НиколаяI, подполковником которого я иявляюсь.
        Максим не был идиотом, поэтому не то что бы поверил, но начал вголове крутить полученную информацию.
        - Машина времени?
        - Почти. Ты слышал, как вСимферополе бывший эсбэушник завалил кучу зверьков, убивших его жену?
        - Ато! Нормальный мужик, побольше таких бы, может, итише жилось.
        - Это был мой друг, Саня Звонарев, ты сним, кстати, тогда ввоенкомате встречался. Он потом, после расформирования, здесь вСевастополе ввоенной контрразведке служил. Когда жену убили, мы подписались ипомогли ему…
        Кривошеев помнил эту историю. Винтернете она наделала много шума, аон сдрузьями, участниками боевых действий, тогда активно ее обсуждал. Но вроде как Звонарев погиб, апотом пошел слух, что снова появился.
        - Икак это объясняет ваши путешествия впрошлое?
        - Саньку беркутня зажала, он на машине сорвался впропасть иврезультате оказался впрошлом. Там он цапнулся сангличанами, которые его попытались захватить, ивитоге вернулся внаше время, нащупав переход ипримерные его характеристики. Ну, это так, вобщем…
        - Фантастика. Ачего вы про брата прадеда спрашивали?
        На стол упала новая фотография, молодого парня, водежде того времени, икомсомольский билет на имя Кривошеева Степана Ильича. Дмитрий тут же пояснил:
        - Там же обнаружились другие попаданцы: ваш родственник исанинструктор, попавшие из сорок первого года, прямо из-под Белостока. Так что, Максим Игоревич, скоро вы познакомитесь со своим якобы погибшим родственником.
        - Да яж не согласился…
        Гость поцокал языком.
        - Максим, ты согласился уже тогда, когда наливал по второй ивсе думал, чего мне нужно. Астого момента, когда на стол легли эти фотографии, ты уже наш спотрохами. Иначе, сам понимаешь, после выдачи такой информации…
        Дальше продолжать ине нужно было, не мальчик - сам понимал. Кривошеев задумался. После таких новостей хмель быстро выветрился, имозг работал как часы. Он быстро вспоминал все, что ему известно по Кавказу, читанное еще до первой командировки. Потом поднял глаза на змея-искусителя.
        - Шамиль?
        - Это будет твой приз. Плюс денежное содержание, не сравнимое ни стамошним офицерским, ни снынешним. Наследственное дворянство, ну, икуча других фантиков. Главное, что из Москвы никто не позвонит ине даст глупую команду - прекратить преследование.
        - Ну, это не совсем так…
        - Смысл ты понял. Главное результат.
        - Понял. Аты не боишься мне тут такое рассказывать, вдруг…
        И Максим оглядел комнату, впоисках возможной прослушки.
        - Максим, уже давно проверили иперепроверили. Ячто, на мальчика похож?
        - Хорошо. Что ядолжен делать дальше?
        - Тебе пять дней, чтоб собрать максимальное количество информации, карты, спутниковые фотографии, перелопатить интернет, воспоминания имемуары. Прикинуть, сколько икакие силы нужны, какое вооружение итак далее. Сразу говорю, вертушек иградов утебя не будет.
        - Апомощники? Может, кого-то из своих привлечь?
        - Подавай списки, будем проверять. Без санкции раскрываться запрещаю. Вербовка ипроработка кандидатов - это наша работа.
        - Понял.
        - Вот ихорошо, давай еще накатим, ато забегался, а снормальным человеком не так часто удается посидеть, все скакой-то мразью водку жрать приходится.
        Утром, проснувшись, Максим нашел на столе новый мобильный телефон, ноутбук изаписку, где указывались коды доступа кзашифрованному жесткому диску инастройки беспроводного безлимитного интернета. Голова побаливала, но скорее, от недосыпа, нежели от выпитого спиртного. После всего услышанного Кривошеев долго не мог уснуть иходил кругами по квартире, обдумывая столь странное предложение.
        Окинув взглядом комнату, он поразился тому, как за ночь изменилось его мировосприятие. Родная ипривычная квартира, вкоторой он прожил несколько лет, теперь воспринималась серым временным жилищем. Максим чувствовал, что тут ему осталось пробыть всего несколько дней изатем начнется новая жизнь, так отличная от нынешнего серого существования, наполненная яркими красками, новыми знакомствами ивстречами свеликими людьми, оставившими свой след вистории России.
        Убрав со стола результаты вчерашних посиделок, он деловито открыл ноутбук, подключил интернет ивпоисковике набрал «Крымская война».
        Через пять дней новый мобильный телефон разразился музыкальной трелью звонка, извещающей отом, что время подготовки скоро заканчивается.
        - Да, слушаю.
        В ответ он услышал знакомый голос подполковника Березина.
        - Привет. Ну как ты там?
        - Да нормально. Готовлюсь, как договаривались.
        - Что-то можешь предоставить на рассмотрение?
        - Наметки есть. Вопрос, авиационная поддержка будет? Ну, хотя бы вкачестве высотного разведчика.
        - Этот вопрос прорабатывается. Давай зашифруй свои предложения изапросы, скинь по электронке. Вечером я стобой свяжусь.
        - Хорошо. Втечение пяти минут файлик будет утебя на почте.
        Дмитрий, дослушав, коротко ответил: «Жду» иотключился.
        Еще через четыре дня вСевастополе, вусловленном месте на проспекте Генерала Острякова его подхватил неприметный «жигуль». Всидевшем за рулем небритом субъекте, впотрепанном камуфляже, он струдом узнал Березина. Тот доброжелательно усмехнулся, увидев такую реакцию на свой внешний вид, и, коротко хохотнув, пояснил: «Конспирация».
        Пока не выехали за город, Дмитрий молчал, несколько раз менял направление движения, заезжал втупиковые дворы истоял по десять-пятнадцать минут вожидании чего-то. Через некоторое время не искушенному вшпионских делах Максиму стало понятно, что Березин пытается выявить возможную наружку. Убедившись, что все нормально, водном из таких дворов они пересели вчерную «Тойоту» стонированными стеклами иуже целенаправленно двинулись по проспекту Острякова всторону пятого километра на выезд из города. Кривошеев не удержался испросил:
        - Что, так все серьезно?
        Дмитрий невесело ухмыльнулся:
        - Не то слово. Мы ж все не за красивые глазки получаем, приходится упредков получать золото, тут его реализовывать изакупать оборудование, станки, металл, химию, горючее, ну много другого. Естественно, такие выбросы неучтенного золота на рынок не остались незамеченными ни налоговой, ни тем более криминальными структурами, которые унас давно рулят вгосударстве. Пока удавалось соскакивать, но из Киева прислали следственную группу по нашу душу. Пока они нас не нащупали, но кто его знает. Там профессионалы не хуже нашего работают.
        Еще два дня бывший капитан российской морской пехоты прожил на конспиративной квартире, где сособенным остервенением копался винтернете, выкачивая всю возможную информацию, которая смогла бы помочь впрошлом. Березин, по мере сил притаскивал закупленные камуфляжи, альпинистское снаряжение, радиостанции, батареи кним, зарядные устройства, портативные бензиновые генераторы, бинокли, оптические прицелы имногое другое, что указывал всвоих списках необходимого оборудования Кривошеев.
        Весь день, перед переходом впрошлое, Максим не находил себе места. Несколько раз разбирал исобирал выданный Березиным ПМ, снаряжал магазины ипримерял бронежилет, но время так медленно шло. Он так не волновался стех пор, когда призывался на срочную службу вморскую пехоту еще во времена Советского Союза.
        Он сидел все втой же «Тойоте», припаркованной на обочине, иждал, когда ему дадут команду на выдвижение кпроходу впрошлое, но время шло, Березин стоварищем начали волноваться. Кего удивлению, когда они поднимались наверх по горной дороге, во многих карманах, как пирожки, были натыканы грузовики, микроавтобусы, тягачи сплатформами, на которых стояли бульдозеры иэкскаваторы. Уже позже он догадался, что это техника, предназначенная для отправки впрошлое.
        Через два часа такого ожидания на водительское сиденье плюхнулся Березин имрачно пояснил:
        - Санька не открыл стой стороны проход. Похоже, что-то случилось.
        - Что будем делать?
        - Ачто нам остается - ждать инадеяться.
        - Аесли…
        - Нет. Саньку мы уже раз похоронили, но он умудрился выбраться, поэтому «если» не будет. Скорее всего, там что-то не срослось. Попробуем еще раз через две недели.

* * *
        Жизнь шла своим чередом. Благодаря присланным стой стороны трем микрогидроэлектростанциям инеделе труда местного стройбата, мы были обеспечены электроэнергией впервом приближении: работали компьютеры, установили изапустили парочку серверов сбазами данных, постоянно функционировала система безопасности ивидеонаблюдения. Офицеры Отдельного корпуса жандармов, прикомандированные кнашему отделу специальных операций, просто млели от восторга, ипосле несложного инструктажа по техническим новинкам по Тульской губернии буквально прокатилась волна арестов чиновников, замешанных вкражах исаботаже впредприятиях российского военно-промышленного комплекса, если эти мануфактуры можно было так назвать. Даже губернатор не избежал нашего пристального внимания. Он умудрился по пьяни, прямо перед скрытой видеокамерой усебя вкабинете высказаться по поводу неправильности некоторых шагов императора. Естественно, до Санкт-Петербурга это пока не дошло, но вот мы со Стебловым продемонстрировали эту запись губернатору, спредложением лично отправиться встолицу ипрокомментировать НиколаюI. Пользуясь своими полномочиями,
подержали его пару дней под домашним арестом, апотом заставили заниматься именно тем, для чего он собственно был назначен на эту должность - работать винтересах России.
        Натасканные офицеры мастерски научились подкладывать подслушивающие устройства любым индивидуумам, которые создавали трудности впродвижении наших планов, ивособых случаях мне лично приходилось проникать впомещения имонтировать скрытые видеокамеры вэлементы интерьера. Одним из таких был инаш губернатор.
        Такие ошеломляющие успехи вприменении секретной техники скрытого наблюдения позволили спомощью генерала Дубельта пропихнуть секретный указ императора оприменении всудопроизводстве вкачестве доказательств аудио - ивидеозаписей - хотя эти слова мало кто понимал, но звучало вполне грозно. Демонстрируя результаты нашей деятельности на поприще борьбы со взяточниками цесаревичу Александру Николаевичу игенералу Дубельту сиспользованием техники из будущего, яблагоразумно промолчал про наличие таких вещей, как фотошоп, звуковой редактор ибольшое количество программ для видеомонтажа.
        Так что после издания этого закона я, немного поколдовав на мощной персоналке, заготовил большой задел компромата на большинство видных государственных чиновников губернии. Отправленные встолицу несколько офицеров уже везли множество аудио - ивидеозаписей, связанных сключевыми лицами империи, скоторыми мне придется вбудущем много работать и, скорее всего, конфликтовать. Необходимость вналичии крючков на некоторых политических оппонентов, которые вбудущем могут оказать противодействием нашим нововведениям, была очевидна, причем не только мне. Стеблов, видя такой ошеломляющий успех, уже просто пожимал плечами идавал санкцию на установку очередной прослушки. Правда, имелась очень серьезная проблема - слушать-то легко, авот разбираться вэтом объеме информации ивыделять интересное было весьма трудно. Не хватало допущенных иподготовленных людей, и приходилось только во сне мечтать осуперкомпьютерах, анализаторах речи.
        Степан сгенералом Осташевым не вылезали из цехов, где пытались совершить прорыв вобласти артиллерии, идобились определенных успехов, но овыпуске хотя бы четырех серийных надежных пушек пока было рано говорить - техническое отставание, технологический барьер икультура производства сильно тормозили их начинание. Это проявлялось во всем: ивкачестве оружейной стали, ивизготовлении откатного механизма, и, особенно, впроковке орудийных стволов. Везде требовались новаторские изменения инововведения. Такие же проблемы были исбоеприпасами. Мы, конечно, облегчили им жизнь, пересажав иотправив по этапу всяких умников, пытающихся либо из глупости, либо из злого умысла затормозить работы, но практически всем допущенным итак было понятно: кначалу кампании - осени 1853 года - русская армия вряд ли получит хотя бы парочку более-менее надежных артиллерийских орудий нового поколения.
        Были, конечно, очень даже неплохие заделы, которые уже являлись революционными для этого времени, но нас, знающих, какое оно должно быть вреале по надежности иэффективности, пока абсолютно не устраивали результаты. Ну, как можно планировать какие-то боевые операции, если вероятность разрыва орудия весьма велика, несмотря на хорошо сбалансированный пороховой заряд снарядов имногочисленные испытания. Да, вГермании, утоварища Круппа, велись интересные разработки вобласти поиска высокопрочных оружейных сталей идля нас через подставные руки уже были закуплены немаленькие объемы продукции немецких предприятий, но это было всего лишь частное решение, не устраивающее нас вкорне. Отдельно велись разработки по минометам, которые оказались на порядок проще артиллерии ине требовали такого особого качества стали исоответственно были дешевле впроизводстве, что не предъявляло таких уж особых требований ктехнологическому уровню производства. Витоге, по первичным прогнозам первую партию минометов мы ожидали уже коктябрю, когда ожидались первые столкновения стурецкой армией вМолдавии. Но подготовить расчеты,
натаскать, организовать охрану иотряды диверсантов-корректировщиков, которые должны будут готовить огневые налеты на живую силу противника, мы не успевали, поэтому было принято решение продолжать двигаться по известной нам исторической линии.
        Вся размеренная изапланированная жизнь изменилась вмгновение ока за день до открытия прохода вбудущее, где меня ждали Мишка иДимыч сочередной партией оборудования итехники. Мы как раз запустили одну из установок для получения дизтоплива, перерабатывая нефть, которую по личному приказу императора нам привозили вдостаточно ощутимых количествах, как всегда небольшими партиями, чтоб не привлечь особого внимания. Телеграфная связь сТулой уже была установлена, иврайоне обеда мы получили сообщение, которое заставило меня бросить все дела ирвануть встолицу.
        Телеграмма от императора была сумбурной иговорила только отом, что Наследник престола захвачен итеррористы требуют мою голову. Чуть позже по линии III отделения лично от генерала Дубельта пришли пояснения: группа поляков после скоротечного икровопролитного боя прорвалась вЗубовский флигель Екатерининского дворца изахватила Наследника со всей его семьей. Александр Николаевич ссупругой идетьми пока живы, удерживаются силой, но времени мало, поэтому мне предписано срочно явиться встолицу. Захватчики выдвинули требование лично государю императору овыдаче моей головы впрямом смысле слова вобмен на жизни Наследника ичленов его семьи. Вот такие вот пироги.
        Глава 17
        После получения телеграммы мы со Стебловым провели экстренное совещание, пытаясь хоть как-то проанализировать ситуацию. Жандармского подполковника просто бесила сложившаяся ситуация итакое вот нечестное поведение оппонентов, предпринявших столь нестандартный ход. Аменя волновало другое: то, что произошло, очень даже не характерно для этого времени, та братва, что инспирировала эти события, научится так поступать намного позже, атут скачок визменении мировоззрения. Возникла даже грешным делом мысль, что стой стороны работают другие попаданцы, которые ипосоветовали захват высокопоставленных заложников, иэта тема пока оставалась открытой. Но, так или иначе, нужно было что-то делать. Взяв со стола радиостанцию, явызвал Николаевича, как мы называли Олега Николаевича Рыжкова, идал команду срочно прибыть вусадьбу. Тот как всегда копался вавтопарке, доводя до ума новые машины, пригнанные спрошлой поставкой иуже успевшие поработать на дизтопливе местной перегонки, не слишком высокого качества.
        Стеблов все вышагивал вволнении по комнате ипериодически вопросительно смотрел на меня, ожидая какое-нибудь судьбоносное решение или применение устройства из будущего, которое вмгновение ока спасет ситуацию. Ксожалению, ничего такого уменя не было, как ине было под рукой тренированного спецподразделения антитеррора, авера местных товарищей вмегадевайсы из будущего впервый раз за все это время не тешила самолюбие, ареально раздражала. Поэтому ссамым спокойным видом пришлось импровизировать на ходу, учитывая сильнейший дефицит времени. Не выдержав мельтешения перед глазами Стеблова, явышел из себя инемного на повышенных тонах выдал:
        - Игорь Генрихович, сели бы вы на место, ато мельтешите тут как…
        Он сразу среагировал на скрытое оскорбление, отвлекся и, сузив глаза, свызовом спросил:
        - Как кто? Продолжайте, Александр Павлович!
        Я усмехнулся, хлопнув ладонью по столу.
        - Не обижайтесь, Игорь Генрихович. Мы все сейчас на взводе. Аподумайте, каково мне? Мою ж голову требуют, ане вашу.
        - Да, японимаю.
        - Ну, вот я ирешил вас отвлечь, - на ходу придумывал объяснение, - так что давайте проанализируем ситуацию.
        Стеблов заметно успокоился иперешел на деловой разговор:
        - Давайте. Тут итак ясно, что действуют все те же силы, что хотели вас захватить ивоспользоваться информацией из будущего.
        - Согласен. Только вэтот раз, как мне кажется, иуровень подготовки акции совершенно другой, изадействованные силы существенно отличаются. Скорее всего, это было санкционировано высшим руководством наших оппонентов. Заметьте, им нужна именно моя голова, не Кривошеева, ни Станкевич, аименно моя. Помните, что было сэтим авантюристом Махерсоном иего подручным, которые сумели удрать от казаков? Они именно меня называли Защитником, который будет способен провести вэтот мир других людей. Им нужно закрыть переход. Асостальными фигурантами справиться не так уж итрудно: Осташева снова ошельмуют, удалят от двора ипо-тихому придушат или отравят, как это они любят, Кривошеева иСтанкевич выкрадут. Вариантов-то много, результат будет один. Авот моя фигура противника напрягает, потому что именно два последних раза ясрывал их планы. Да ипророчество монаха Эстерра однозначно дает понять, что я, ксожалению, вэтом раскладе пока центровая фигура.
        - Тогда нужно попробовать освободить Наследника? Увас вфильмах часто показывают специальные войска для освобождения заложников.
        - Да, вот только уменя этих спецподразделений нет, алезть дилетантам вэто дело - еще больше осложнить ситуацию.
        - Но вы же неплохо сэтим справлялись. Ясам видел ивпоместье помещика Кириченко, ивлесном домике, где держали заложников.
        - Было дело, но это совершенно другая ситуация. Там был встречный бой, ипротивник не успел тщательно подготовиться. Жаль, Димки нет, он как раз вэтом неплохо разбирается, тем более сам рассказывал, что проходил антитеррористическую подготовку вспециальном учебном центре СБУ. Аявсего лишь простой опер, умеющий неплохо стрелять ивсе…
        Стеблов пристально, так сособым прищуром посмотрел мне вглаза, как бы ища признаки страха инеуверенности. Если б мы тогда не дрались вместе сбандитами, он, наверное, бы обвинил меня втрусости, но тут прекрасно понимал, что язнаю, очем говорю.
        - Так яне понял, Александр Павлович, куда вы клоните.
        Я глубоко вздохнул.
        - Вмешаться все равно придется, этого именно от нас ждут ипротивники, иимператор, иесли занять пассивную позицию - однозначно проиграем. Ситуация патовая. Пока янахожусь здесь, на запретной территории, куда они попасть не могут, наши противники ничего против меня предпринять не всостоянии. Информация итехнологии передаются исо временем дадут осебе знать ввиде изменения военно-политической мощи России. Ався эта история похожа на попытку выманить меня имоих людей встолицу, где можно будет легко снами расправиться. Но влюбой ситуации англичане сделали очень сильный шаг, итут, снашей стороны, нужны самые активные иглавное непредсказуемые действия, иначе проиграем.
        Стеблов испытующе смотрел на меня, вожидании хоть каких-то предложений. Япродолжил развивать свою мысль:
        - Тут ситуация вполне понятная. Если император не пойдет на уступки террористам ине выдаст меня, его сын инаследник престола погибнет со всей семьей, азная, как Николай Первый относится ксвоим детям, это резко понизит наш статус. Благодаря этому впоследствии мы не сможем вдолжной мере влиять на ход событий ипротивники частично добьются своей цели - вопределенной мере мы окажемся нейтрализованными. Если же меня выдадут, то высшее руководство дискредитирует себя вглазах потомков и, снова же, налаженное взаимодействие, порядок передачи техники, информации из будущего будет разрушен, ивэтом случае наши оппоненты добьются определенных целей, вплоть до прекращения нашего участия вкоррекции истории.
        Подполковник не выдержал ипочти сраздражением спросил:
        - Так что вы хотите?
        - Первое. Готовим телеграмму генералу Дубельту: поднять по тревоге все войска, расквартированные вПольше. Скорее всего, нападение на Наследника сучастием поляков будет скоординировано смассовыми вооруженными выступлениями вПольше.
        - Согласен. Вполне логично. Что дальше?
        - Оба варианта развития событий, которые явам только что обрисовал, выгодны противнику. Единственное, чего они будут бояться, это силовой вариант, так как до конца не знают наших возможностей. Значит, их агенты влияния будут склонять императора либо пожертвовать семьей, либо выдать меня. Нужно срочно заняться плотным контролем таких «советчиков», поставить их на прослушку изаняться сбором доказательной базы. Или они идиоты, или реально работают на заказ, будем разбираться потом, когда разрулим ситуацию.
        - Вполне разумно. - Глаза его загорелись. - Вы все-таки задумали силой отбивать Наследника?
        - Аунас другого выхода нет. Все остальные варианты ведут кпроигрышу. Тем более вслучае удачной операции можно будет еще плотнее заняться подготовкой настоящей охраны членов императорской фамилии внашем понимании иупрочить свои позиции возле трона, что дает вполне большие иинтересные перспективы.
        - Вы сами будете участвовать?
        - Ачто, есть варианты?
        - Якатегорически против. Вы, Александр Павлович, проводник, единственный человек, который может открывать проход между мирами, иваша потеря означает крушение всех надежд.
        - Согласен. Вот только еще раз повторюсь - вариантов-то унас нет. Яхоть как-то, впервом приближении, знаком стактикой подразделений антитеррора, ани Рыжков, ни Кривошеев, ни Станкевич иблизко не стояли. Поэтому все равно мне придется покинуть охраняемую зону исгонять встолицу. Только вот мы это сделаем по-умному.
        Стеблову все это не нравилось, но он внимательно выслушал. После последней фразы он кивнул, показывая, что весь во внимании.
        - Нас, возможно, уже ждут на пути встолицу. Поэтому не мешало бы дать телеграмму вканцелярию Е.И.В. отом, что по такому-то маршруту движется конвой сарестованным капитаном Осташевым. Пусть наши противники подергаются иустроят пару ловушек на предполагаемом пути следования, раздробят силы, амы ипосмотрим, кто ичто за этим стоит.
        - Авы как думаете добираться до Санкт-Петербурга?
        - На машине, никак иначе. Сначала заглянем вТулу, заберем Наташу Станкевич, медик там все равно понадобится, ибез остановок рванем вЦарское Село.
        - Кого еще думаете взять ссобой?
        В его вопросе мне послышалась напряженность. Видимо, боится, что все события пройдут без его участия, азначит, чины, награды, известность обойдут моего знакомого стороной. Судя по его нынешнему поведению исостоянию, он уже успокоился исвято верит внаши безграничные возможности. Жалко, конечно, Генриховича разочаровывать, но мне придется поддерживать имидж «Крутого Уокера». Ямаксимально добродушно ухмыльнулся ипродолжил:
        - Игорь Генрихович, ну, куда мы без вас. Возьмем вахмистра Любкина, он неплохо освоил наше оружие, адальше по обстановке. Думаю, впушечном мясе унас не будет недостатка. Так что, за вами информирование по шифрованному каналу вашего непосредственного руководства ителеграмма Николаю Первому орежиме нашего движения.
        - Ареально как вы думаете добираться встолицу?
        - На джипе.
        - Но ведь все не поместятся.
        - Конечно. Унас есть еще русская «Нива», тоже вхорошем состоянии ипо проходимости не сильно уступающая моему «Паджеро». Пока нас будут ловить по постоялым дворам, мы на всей скорости, не останавливаясь, рванем встолицу итаким образом выиграем упротивника не меньше двух-трех дней, аза это время уж точно успеем провести силовую часть операции, так, чтоб никакая сволочь не успела вмешаться. Так что на вас, Игорь Генрихович, телеграммы иразработка маршрута для нашего автотранспорта, а язаймусь подготовкой исбором информации. Уже руки чешутся.
        Стеблов встал икоротко бросил:
        - Хорошо, Александр Павлович, янемедленно сообщу его превосходительству изаймусь проработкой маршрута иорганизацией ложного конвоя.
        - Чем быстрее, тем лучше.
        Выходящий из комнаты Стеблов вдверях столкнулся сРыжковым, который судивлением посматривал на наши озабоченные лица.
        - Привет, капитан, что-то срочное случилось, что ты меня выдернул? Там дизель-генератор чуть не загнулся от местного топлива. Пришлось повозиться…
        Ему, как старшему по возрасту, да человеку из нашего мира прощались некоторые вольности. Яне стал юлить.
        - Николаевич, бросай все. Тут унас полный алес.
        - Что случилось?
        - Да местные гопники захватили наследника престола со всем выводком итребуют вобмен мою голову впрямом смысле слова.
        Пауза. Он пытливо смотрел на меня, все еще предполагая, что ятак шучу, но, ксожалению, это было не так. Убедившись всерьезности сложившейся ситуации, Рыжков тяжело вздохнул ивыругался.
        - Оборзели паскудники, ичто делать думаешь?
        - Ачто, надо ехать на стрелку иустраивать пострелюшки, иначе проиграем. Мы сподполковником проработали все варианты развития ситуации, иунас остается только штурм сосвобождением заложников.
        Рыжков посуровел иуже другим голосом спросил:
        - Что делать, капитан?
        Странно было слышать такие интонации от водителя маршрутки.
        - Готовь мой «Паджеро» и«Ниву». Идем колонной максимально быстро встолицу. На тебе техническая подготовка транспорта ипойдешь за рулем «Нивы», других водителей нет, анеобходимое количество людей игруза одним моим джипом не увезем.
        - Понял, командир. Сейчас прямо изаймусь.
        - Давай. На все про все утебя два-три часа.
        Пока машины проходили последний техосмотр перед поездкой, ябыстро начал накидывать список необходимого оборудования, оружия, боеприпасов. Через полчаса примчался вахмистр Любкин, который после путешествия внаш мир выполнял обязанности моего заместителя для особых поручений ивнекоторой степени телохранителя. После того как его поставили на ноги вбольнице Семашко города Симферополя 2011 года, Мишка Логинов прогнал Любкина через детектор лжи, выявив парочку интересных моментов вего жизни. Ничего такого особого, но иэтого хватило, чтобы привязать казака кнашей компании весьма плотно. Да ион сам был не против теперь служить под моим началом, прекрасно понимая, какие шансы ивозможности по карьерному росту открываются перед ним. Когда Димка начал тренировать первую группу боевиков, вахмистр был включен вотряд без экзамена, по моей рекомендации. Березин тогда ворчал по поводу дружеской коррупции, но после похвалил мой выбор, акцентируя внимание на особой тяге Любкина, который, побывав вбудущем инасмотревшись фильмов про спецназ, загорелся идеей освоить это мастерство. Ктому же тщательно сделанная подборка
про историю казачества, когда большевиками уничтожались целые станицы ивотместку потомки репрессированных ираскулаченных казаков служили немцам, произвели впечатление, ивлице вахмистра мы получили достаточно умного, вдумчивого и, главное, желающего учиться соратника.
        Да, история казачества весьма неоднозначна, ивней много неприятных инепонятных моментов, но вданной ситуации, давая дозированную информацию, которая вобщем-то достаточно достоверна, мы могли управлять этими людьми, играя на своем авторитете изнании будущего, которое для них было неоспоримо, как строки книги судьбы. Также мы поступали исвысшим руководством империи, выдавая им информацию осерьезнейших просчетах их политики внужном для нас свете, создавая таким образом нужную нам психологическую накачку изаставляя двигаться внеобходимом направлении. Высветив реальные обстоятельства сАмурским бассейном, который благодаря подрывной деятельности Нессельроде был просто отдан Китаю навечно, сумели изменить отношение императора кнынешнему канцлеру. Уже сейчас, используя такой дозированный слив информации, позиции этого австрияка очень пошатнулись, особенно учитывая то, что именно его стараниями Россия ввязалась вКрымскую войну. Возможно, он как раз ипоучаствовал внынешних событиях, пытаясь подпортить репутацию III отделения канцелярии ЕИВ, откуда по его поводу императору был слит негатив, что ипошатнуло
его позиции при дворе…
        Любкин, как всегда для приличия, постучал вдверь и, не дожидаясь разрешения, лихо влетел вкомнату.
        - Звали, ваше благородие?
        - Гриша, готовься, едем встолицу. Там Наследника ссемьей взяли взаложники. Придется пострелять. Собирай снаряжение, продукты. Через час жду. Все, выполняй.
        - Понял, ваше благородие. Все сделаю.
        Я не успел ответить, адверь уже хлопнула за вылетевшим из комнаты вахмистром. Но новости по усадьбе распространялись быстро, несмотря на особо жесткие меры секретности: результатом было появление уменя врабочем кабинете Марии Тихвинской, как всегда великолепно выглядевшей вушитом под ее фигурку камуфляже, стравматическим пистолетом внабедренной кобуре. Ну, не княжна из позапрошлого века, сняньками, мамками, французскими булками, роскошными платьями, анатуральная солдат Джейн. Яневольно залюбовался, сглотнув слюну ипредставив девчонку вкупальнике на пляже и, естественно, себя любимого рядом, аможет быть даже исверху. Она, чертовка, естественно, все это просекла изагадочно улыбнулась, понимая, что потихоньку получает определенную власть надо мной имарш Мендельсона медленно, но верно инеобратимо приближается.
        - Александр Павлович, что случилось?
        - Привет, Маша.
        - Ой, здравствуйте. Яслышала, встолице что-то произошло ивас вызывают, чуть ли не под конвоем?
        - Ну, почти…
        И явкратце изложил ей суть проблемы. Девушка ненадолго задумалась, покусывая губы.
        - Ясвами.
        - Счего бы это? Там штурм будет. Ты-то там каким боком?
        Но неприкрытое хамство на нее не подействовало.
        - Я, между прочим, неплохо из вашего карабина стреляю, даже соптикой. Ачто такое снайперы во время спецопераций, язнаю ито, что во время Великой Отечественной войны будущего было много девушек-снайперов. Вбой яне полезу, но со ста метров попасть вголову террористу смогу.
        Честно говоря, слышать такие разговоры от девушки, которая только месяц назад была папиной дочкой, не знавшей, что такое террористы, штурмы, спецоперации, снайперы, было просто дико. Яеще раз поразился женской адаптивности кразного рода ситуациям. Хотя если быть до конца откровенным, решение взять собой Машу вкачестве снайпера уже витало ввоздухе - слишком унас было мало подготовленных, аглавное допущенных кинформации людей. Адевчонка действительно показывала очень даже неплохие результаты по стрельбе из моего «Форта» сглушителем иоптикой.
        Я испытующе посмотрел ей вглаза.
        - Маша, ты понимаешь, что придется стрелять вживых людей. Это очень трудно, особенно впервый раз.
        Она смутилась, ипо ее виду японял, что трудновато девочке придется, но другого выхода яне видел. Вдороге попробую сделать ей нужную психологическую накачку.
        Через два часа кцентральному входу усадьбы подогнали два внедорожника истали их загружать по спискам, которые яразрабатывал втечение часа. Еще через час, уже загрузившись, мы ждали телеграммы из Тулы, где на данный момент находилась Наташа Станкевич, которая внынешних условиях должна была обеспечить медицинское сопровождение операции. Чтобы не делать крюк всторону Тулы, ее вособом порядке должны были вывезти из города ивусловленном месте передать под нашу опеку. Смомента получения известия озахвате Наследника на всех объектах, задействованных внаших проектах, был введен особый режим безопасности. Ктому же час назад сособой помпой из усадьбы выехал небольшой смешанный отряд казаков идрагун, который сопровождал человека моего возраста, даже издалека похожего. Чтобы нападающие не ошиблись ине перепутали, потратив время на поиск «самобеглых карет», несущихся всторону столицы, одели его вкамуфляж. Зачем хорошим людям мучиться. Учитывая свою природную злопамятность, явсе еще надеялся встретиться стоварищем Махерсоном, который иМашу похитил, именя вроде как пытал. Так что дружески пройтись прикладом
карабина по его хлеборезке было уже делом чести.
        После получения известия, выбросив из-под колес клубы пыли, внедорожники рванули по грунтовой дороге. Впереди нас ждали раздолбанные дороги России, которые так «воспевали» многочисленные европейские писаки, да инаши тоже отметились, итут яих поддерживал всей душой. Нам еще повезло, что погода была сухая ине пришлось месить грязь изастревать на каждом перекрестке.
        Тот автопробег язапомню надолго: давно так не выматывался, но, кмоему удовлетворению, детища японского ироссийского автопрома показали себя ссамой лучшей стороны, так что до Царского Села мы добрались вцелости исохранности идаже сопределенным комфортом.
        По договоренности сгенералом Дубельтом, прибыв под вечер, мы не стали сразу ломиться врезиденцию императора, аостановились недалеко от Санкт-Петербурга ипозволили себе отдохнуть на постоялом дворе, который еще до нашего прибытия был наводнен офицерами корпуса жандармов. Генерал, заранее извещенный онашем приезде, уже снетерпением ждал вотдельной комнате, куда мы со Стебловым незамедлительно проследовали всопровождении молчаливого офицера.
        Генерал был озабочен как никогда, ипо его виду было ясно, что дела наши не очень хороши. Как мне показалось, этот человек, которого боялись многие либерасты, вольнодумцы эпохи, был подавлен ипытался от меня получить хоть какие-то гарантии успешности разрешения ситуации. Все-таки не то время икак таковой культуры терроризма, которая уже развилась внаше время, еще не было, поэтому никто не представлял, что нужно делать. Были какие-то попытки вести переговоры, но квсеобщему удивлению, террористы занимали весьма жесткую позицию относительно личности некоего капитан корпуса жандармов графа Осташева. То, что террористы вобщей массе были поляками, настроенными весьма агрессивно, добавляло еще больше нервозности. Как знак серьезности своих требований, они демонстративно застрелили личную служанку супруги Наследника.
        Я слушал игрустнел: все было настолько плохо, что руки опускались. Весь мой план, который япридумал вдороге иобсудил со Стебловым, отметался сразу. Попытаться закидать террористов светошумовыми гранатами ипотом их брать тепленькими уже не получалось: супруга наследника престола цесаревича Александра Николаевича, была на седьмом месяце беременности. Сейчас она не всамом лучшем психологическом состоянии, хотя крепилась. Вместе сНаследником иего супругой захвачены внуки императора: Николай, Александр, Владимир, Алексей. Иэто еще не все.
        Услышав эту фразу, язаерзал на стуле. Видимо, было еще что-то, очем Дубельт не решился сообщать через телеграф. Мы со Стебловым уставились на генерала вожидании.
        - Вмомент нападения уНаследника вгостях находилась дочь императора Мария Николаевна сдочкой Марией.
        Я не выдержал ивыругался.
        - … вот это попадос!
        Генерал немного раздраженно уставился на меня.
        - Ичто император?
        Дубельт немного замешкался сответом, имне хватило этой задержки, чтобы понять, что меня уже списали со всеми потрохами.
        - Император не хочет потерять еще одну дочь, сына-наследника илюбимого внука, которому еще уколыбели принесли присягу верности великие князья Константин, Николай иМихаил, младшие сыновья государя. Наши противники ударили всамое слабое место, ивокружении императора слишком много влиятельных людей, которые советуют пожертвовать простым капитаном-жандармом ради сохранения жизней членов императорской фамилии, причем самых дорогих.
        - Нессельроде тоже вякает?
        - Не он один. Мы отслеживаем всех, но уж слишком много таких советников. Тем более что вделе как причина нападения фигурирует офицер Отдельного Корпуса жандармов, это сильно пошатнуло наши позиции ипо большому счету нас отстранили, мотивируя тем, что наша служба проморгала заговор.
        Я уже не стеснялся ввыражениях искаким-то ожесточением выдал:
        - Ичто, мне идти как барану на заклание? Не дождетесь. Хрен вам на весь макияж. Яэтих козлов завалю, освобожу заложников инайду организаторов. Анынешние подпевалы еще вспомнят, что такое проктологическое исследование подручными средствами сиспользованием электрокипятильников.
        Даже Стеблов удивленно уставился на меня. Привык Игорь Генрихович видеть перед собой спокойного ивыдержанного человека, атут был озверевший головорез. Авот Дубельт откинулся на спинку стула икак бы со стороны одобрительно наблюдал за мной. Хм. Аведь он меня на вшивость проверял, значит, не все потеряно.
        Мысли быстро пронеслись вмоей голове, сложив определенные наблюдения ипроанализировав обстановку, ярезко успокоился иуже сам усмехнулся. Теперь понятно. Дело действительно тухлое, но Дубельт, возможно, ссанкции самого императора решил меня прощупать, насколько мне можно доверять втаком важном деле, азначит, они все еще надеются на наши возможности, знания итехнику из будущего. Скорее всего, они, так же как ия, думают, что поляки при любом раскладе не пощадят детей ивнуков русского императора. Снасмешкой поглядев на Стеблова, который был подавлен новостями, сообщенными генералом, яповернул голову кДубельту испросил:
        - Ваше превосходительство, Леонтий Васильевич, может, поговорим серьезно? Будем считать, что вашу проверку япрошел?
        В принципе, это было явное нарушение субординации ивдругой обстановке не осталось бы безнаказанным, но генерал Дубельт, кивнув головой идавая понять, что яна правильном пути, приказал Стеблову.
        - Игорь Генрихович, оставьте нас.
        Когда за подполковником закрылась дверь, генерал чуть расслабился.
        - Хорошо, Александр Павлович, ярад, что не ошибся ввас, значит, унас есть шанс. Тем более доклады про антитеррористические подразделения вашего мира дают определенную надежду вблагоприятном разрешении сложившейся ситуации.
        - Хорошо. Скажите, аМария Николаевна случаем не по поводу своего тайного брака со Строгановым посетила Наследника иего супругу?
        - Да. Только этого брака не будет.
        - Ну, это ваши проблемы. Как японял, мне дается карт-бланш на любые действия, лишь бы освободить заложников сминимальными потерями?
        - Да. Император прекрасно отдает себе отчет впричинах сложившейся ситуации иввозможных последствиях. Ваши выводы нам известны, имы считаем, что вы правы. Жертвовать лично вами мы не хотим, но так получилось что на данный момент вы единственный человек, кто всостоянии предпринять реальные действия. Есть еще вопросы?
        - Да. Скажите, ведь там помимо семьи Наследника во дворце должна быть куча народа. Слуги, фрейлины. Они там тоже все заперты?
        - Вот это как раз иинтересно - они почти всех отпустили ипинками выгнали из дворца, хотя нескольких слуг расстреляли. Цесаревну обслуживают две женщины, которых бунтовщики привели ссобой. Все? - Инесколько раздраженно задал интересующий его вопрос, как будто ябыл всевидящим ивсезнающим. - Теперь ябы хотел услышать ваш план.
        - План-то есть, но из-за беременности супруги Наследника он отпадает.
        - Изложите иего. Вы же вкурсе, что императорская семья была не ввосторге от выбора Наследника и, если вопределенных рамках нужно рискнуть, то возможно, что жизнь издоровье цесаревны Марии Александровны инерожденного ребенка не настолько важны, как жизни цесаревича Александра Николаевича иего сына Николая Александровича.
        Я начал излагать свой план по использованию светошумовых гранат, слезоточивого газа идругих неизвестных вэтом времени вещей, которые очень осложняют жизнь террористам.
        - Хм. Весьма интересно. Дерзко. Очень дерзко, но ведь может иполучиться…
        Тут неожиданно открылась дверь, ивкомнату вошел император. Мы сгенералом подскочили истали по стойке смирно. Всвете свечей выглядел он неважно, осунувшимся, сильно постаревшим стой недавней встречи.
        - Здравствуйте, Александр Павлович.
        - Здравия желаю, Ваше Императорское величество.
        - Что скажете, Леонтий Васильевич?
        - Ядумаю, что Александр Павлович вполне способен решить поставленную задачу…
        Глава 18
        Наше прибытие постарались оставить втайне, поэтому, переодевшись вмундиры офицеров пехотного полка, мы со Стебловым, вахмистром Любкиным иНиколаевичем отправились провести рекогносцировку. Вэто же время кЦарскому Селу срочно выдвигались несколько полков регулярной армии, которые должны были заменить гвардейцев на ближних подступах кзахваченному дворцу. Линию оцепления отодвинули на целую версту, иввели максимально жесткий пропускной режим. Благодаря тому, что пока не было ни телефонов, ни мобильников, ни интернета, сношение террористов свнешним миром могло происходить только посредством передачи письменных сообщений через своих людей. Яне сомневался, что среди зевак, слуг, офицеров, сановников, которые толпой приперлись ко двору, услышав про нападение, обязательно должны быть контролеры от руководства террористов. Поэтому появление линейных полков, офицеры которых были проинструктированы лично генералом Дубельтом вприсутствии императора, стало неприятным сюрпризом для некоторых людей. Гвардейские офицеры, большинство из которых были готовы хоть сголыми руками идти освобождать Наследника, начали
роптать, но НиколайI показал зубы ижестко отчитал делегацию командиров гвардейских полков, которые возмущались тем, что их использовали вкачестве внешнего оцепления, аосновные функции возложили на обычные пехотные части. Тут император был прав, реально гвардия профукала нападение: пропустить более сорока боевиков на территорию охраняемого объекта - это нужно постараться, итут явно без предательства не обошлось.
        Так же по всем кораблям Балтийского флота собирали лучших абордажников, способных мастерски владеть холодным иогнестрельным оружием, причем применительно кбою вусловиях ограниченного пространства. Естественно, все это делалось втайне, но утечка информации онападении поляков на Наследника уже всколыхнула народ, который толпами повалил кЦарскому Селу ипока сдерживался внешними кордонами из гвардейцев. Но, так или иначе, напряжение нарастало, ивсе ждали какого-то разрешения сложившейся ситуации.
        В таких условиях нам, точнее мне, был дан почти полный карт-бланш ивмое распоряжение отдавались любые ресурсы. Это было много, это давало конкретный шанс упрочнить свои позиции при дворе, иядал самому себе слово, что не упущу такую возможность.
        Под утро вгостиницу, которая временно стала чем-то вроде удаленного штаба операции, прибыли трое офицеров-гвардейцев, прекрасно ориентирующихся взахваченном здании изнающих расположение комнат, лестниц, проходов. Это были представители весьма известных фамилий, иони сразу попытались показать свое презрение кнам, офицерам Отдельного Корпуса жандармов, так мы были им представлены. Еще их больше всего задевало, что разработку иисполнение операции поручили именно жандармам, ане им, опоре трона. Поэтому изначально как-то разговор не клеился. Конечно, всю необходимую информацию из них вытянули, но вот что-то мне не нравилось. Гвардейцы впринципе сразу просекли, что нас больше всего интересует, исразу стали давать свои советы.
        Мы со Стебловым их выслушали, приняли ксведению, но не более того. Присутствующий тут же генерал Дубельт, осуществляющий надзор за планированием операции, остававшийся при этом немым свидетелем разговора, хмурился, но помалкивал. Впервое время гвардейцы на него косо посматривали, но, сделав вывод, что после такого происшествия генерал попал вопалу, начали немного дерзить, ачуть позже ихамить. Ана мое распоряжение, что они до окончания операции останутся здесь визоляции, просто начали качать права инаезжать. Младший из них, капитан Семушкин стал разыгрывать спектакль ипопытался вызвать меня на дуэль:
        - Господин жандарм, полномочия, предоставленные вам по распоряжению Его Императорского Величества, не дают вам права оскорблять недоверием гвардейских офицеров, верных слуг Отчизны. Да будет вам известно, что пятнадцать наших товарищей погибли, защищая Наследника. Ипосле этого вы смеете нас задерживать вподозрении, что мы выдадим ваши планы бандитам? Такое оскорбление можно смыть только…
        И тут же замер на полуслове, уставившись внаправленный ему влоб пистолет Стечкина, который уже давно ждал этого момента. Сзади взатылок трындливого капитана уперся ствол ПМ - это Любкин подсуетился, увидев, что ситуация развивается весьма непредсказуемо. Вахмистр был на подъеме, поэтому не удержался ивысказался:
        - Ну, ваше благородие, может, еще что скажете? Его благородие, господин капитан прикажет, будете уток изображать, плавать впруду икрякать…
        Тут не выдержал полковник, старший вэтой компании, ошарашенный таким поворотом событий иособенно ответной агрессией:
        - Это как надо понимать, господин капитан? Уймите своего холопа!
        - Вахмистр не холоп, абоевой соратник. Следите за языком…
        - Это вам просто так срук не сойдет…
        Я не выдержал иначал вответ хамить:
        - Ичто? Пока не завершена операция, все наши действия направлены на спасение Наследника ичленов императорской фамилии. Любые поползновения, недовольство, наезды, типа нынешнего вызова на дуэль, будут расцениваться как саботаж нашей миссии ссоответствующими выводами инезамедлительными решениями, вплоть до расстрела. Уменя есть такие полномочия. Если ясчитаю, что вас нужно задержать на определенное время, так оно ибудет. Попытка досрочно выйти, связаться со знакомыми, передать сообщение будет расцениваться как нарушение режима секретности. Хватит, господа гвардейцы! Просрали Наследника, теперь дайте возможность за вами подтереть людям, которые вэтом хоть что-то понимают. Все, разговор закончен.
        - Это возмутительно. Ятак просто это не оставлю.
        - Да флаг вруки ибарабан на шею…
        Третий, до этого молчавший майор коротко высказался:
        - Когда это все закончится, вы не сможете уклониться от поединка. Внашем лице вы задели честь всей гвардии.
        - Ичто? Мне сейчас рыдать от страха? Хрен вам, ане Сталинград. Вы можете говорить что хотите, поединка не будет. Яслужу России итратить время ирисковать жизнью ради расфуфыренных снобов не собираюсь. Можете это расценивать как трусость - ваше право. Вот только поле боя покажет, где трусость, агде настоящее воинское мастерство.
        Тут голос подал генерал Дубельт, который вроде как исам был из гвардии, но тем не менее занимал нейтральную позицию вэтом споре:
        - Ядумаю, что вданной ситуации любые разговоры одуэли могут расцениваться как государственная измена.
        Это произвело эффект взорвавшейся бомбы. Дубельта тут побаивались, икогда он почти открытым текстом заявляет такое, то идураку станет ясно, что лучше воздержаться от всякого рода конфронтации. Ребятишки заткнулись, но взгляды, бросаемые вмою сторону, ясно давали понять, что мне это еще припомнят.
        После этого памятного разговора мы, переодевшись, отправились кЗубовскому флигелю на рекогносцировку. Осмотр здания, подходов кнему вызвал уменя уныние. Монументальный трехэтажный дворец, свысоченными потолками, просторными комнатами. Рядом ухоженный парк, где можно вполне спокойно разместить парочку снайперов.
        Я рассматривал дворец через бинокль ирасспрашивал стоящих рядом двух офицеров: жандарма игвардейца, которые по заданию Дубельта уже продолжительное время наблюдали за террористами. Несмотря на обычную для этого времени вражду между гвардией ижандармерией, они, как ни странно, нашли общий язык ивполне квалифицированно рассказывали орежиме, который ввели террористы во дворце, об обстоятельствах захвата иомногих других моментах, которые хоть как-то могли просветить ситуацию ипомочь восвобождении Наследника иего семьи.
        Захват произошел днем, когда Александр Николаевич со всем своим выводком ибеременной супругой собрались на обед, причем кним вгости заглянула его сестра Мария Николаевна сдочкой Марией. Нападавших было человек сорок, как они проникли на территорию охраняемого объекта, пока непонятно, но их целью был именно Зубовский флигель. Что как раз всех иудивляло - тут же рядом находился иимператор, который для поляков, восновном составлявших отряд, был бы самой лучшей целью, но они захватили именно Наследника ссемьей. Стеблов многозначительно посмотрел на меня, он тоже понял расстановку сил: террористы оставили на свободе императора, взяв взаложники детей ивнуков, только содной целью - уничтожить некоего капитана Осташева. Итолько император мог это сделать, больше никто.
        Во время боя нападавшие, пользуясь эффектом неожиданности итем, что кое-кто «спал» вдневное время на постах, потеряли всего двенадцать человек, уничтожив при этом больше двадцати гвардейцев, забаррикадировали проходы из флигеля восновной Екатерининский дворец, разместив там несколько бочек спорохом, на случай попытки штурма. Такие же бочки были установлены на центральном входе флигеля. Я, опустив бинокль, подсказал Стеблову:
        - Игорь Генрихович, уточни, где тела всех погибших защитников, иобязательно надо провести вскрытие, скорее всего, большая часть была отравлена.
        - Ятак тоже думаю, Александр Павлович. Яоб этом телеграфировал генералу Дубельту, но тела были спешно погребены со всеми почестями.
        Я многозначительно ухмыльнулся. Веселенькие уних тут делишки творятся.
        - Сэтого момента питаемся только своими сухпаями, вода тоже своя. Еще не хватало, чтоб нас тут как крыс перетравили.
        - Согласен.
        Теперь поинтересуемся озаложниках.
        - Как игде содержатся заложники?
        - Их всех разместили на втором этаже впокоях Марии Александровны.
        - Раздельно?
        - Да. Мужчины отдельно, женщины отдельно.
        - Как питаются, тоже отдельно?
        - Нет, их сводят водну комнату итам подают обед. Наверное, так их проще контролировать. Императорские внуки уж слишком непоседливые.
        - Вот это как раз инеплохо. Как распределены террористы по зданию?
        - На первом этаже человек десять, охраняют центральный вход, контролируют окна илестницы на верхние этажи. На главном входе ина лестничных переходах из мебели сделаны баррикады. Заложников на втором этаже постоянно охраняют восемь человек, из них две женщины. Еще шестеро контролируют забаррикадированный проход вЕкатерининский дворец из флигеля. Практически все вооружены ручными бомбами, ивкомнатах постоянно специально горят свечи, чтоб вслучае чего сразу можно было поджечь фитили.
        - Ачто происходит на третьем этаже?
        - Там постоянно дежурят два человека.
        - Как они питаются?
        - Мы им приносим. Они сначала дают пищу заложникам ичерез некоторое время едят сами, убедившись, что нет ни яда, ни сонного зелья.
        - Вполне разумно. Как ведутся переговоры?
        - Ну, один из нас подходит, кричит, ииз окон второго этажа отвечает их главный. Вот ивсе. Если пытаемся без разрешения подойти ближе, то они сразу стреляют - пороха ипуль уних вдостатке…
        Я снова невольно усмехнулся.
        - Они ждут смерти капитана Осташева?
        - Да. Это основное их условие.
        - Сколько времени осталось?
        - До завтрашнего вечера, потом начнут по одному убивать заложников.
        - Как это знакомо…
        Я еще раз приложил кглазам бинокль ивнимательно пробежался глазами по монументальным окнам дворца, вкоторых изредка мелькали вооруженные люди, наблюдающие за подходами кдворцу.
        - Игорь Генрихович!
        - Да, Александр Павлович.
        - Организуйте парламентера ктеррористам сизвестием, что завтра капитан Осташев будет казнен уних на глазах.
        Три пары глаз судивлением уставились на меня.
        - Александр Павлович, вы всвоем уме?
        - Не беспокойтесь насчет моего душевного состояния. Но просьба, перед тем, как идти парламентеру, обязательно пару раз выстрелить ввоздух, чтоб привлечь внимание.
        - Есть идеи?
        - Конечно. Давайте, а японаблюдаю.
        Картина получилась очень даже интересная. Какими бы они не были террористами, но дисциплина явно хромала, ипосле пары выстрелов для привлечения внимания вокнах, особенно второго этажа, ясрисовал сразу четыре морды, которые сначала сиспугом, апотом синтересом стали наблюдать за приходом парламентеров. Увидев все, что мне надо было, убрал вчехол бинокль икоротко бросил:
        - Все, на базу. Будем готовиться…
        Было четыре часа утра, когда множество людей, молча ибез шума, выдвигались на исходные позиции. Уже на выходе меня остановил Дубельт ипроинформировал:
        - Группа, которую вы отправили по ложному маршруту, попала взасаду ипрактически полностью уничтожена.
        - Н-да. Весело. Будем разбираться.
        Хотя, как ни странно, яне чувствовал угрызений совести. Уэтого мира были свои правила игры, иместное руководство само виновато, что уних тут все течет.
        Задумавшись над таким поворотом судьбы, явышел на улицу, где меня ждала вся наша команда.
        Все, даже Стеблов иМаша, были облачены вкамуфляжи, вбронежилеты, каски, тактические очки, наколенники, налокотники, снабжены радиостанциями ивооружены оружием из будущего. Маша держала вруках мой карабин «Форт-202», снакрученным на ствол глушителем иоптическим прицелом «Bushnell» на жестком кронштейне. Николаевич вооружился обычным АК-74 сподствольным гранатометом и«Мухой» за спиной. Стеблов держал уже привычный ему «Форт-201», гражданская переделка АКМС, стреляющая, как имой карабин, только одиночным огнем. Мы свахмистром Любкиным вооружились гладкостволами, снаряженными картечными боеприпасами, как раз лучше всего подходящими для боя на коротких дистанциях. Гришке достался мой «Ремингтон-870» скоротким стволом, асам яприхватил «Сайгу-12К» втактическом исполнении свосьмизарядным магазином. Для точечной работы внабедренной кобуре примостился АПС (автоматический пистолет Стечкина) личный подарок Димки Березина, оторвавшего от души такую вещь, причем вкомплекте сглушителем.
        Воинство выглядело грозно для людей XIXвека, авот мне это напоминало команду страйкбольщиков, направляющихся на очередную реконструкцию. Но, тем не менее, мне сэтими людьми через несколько часов идти вбой, поэтому попытался перестроиться на серьезный лад. Яне стал говорить красивых ипафосных речей, апросто провел последний инструктаж исказал:
        - Господа итоварищи, сегодня все решается. Давайте все сделаем нормально икачественно…
        Вчера всю вторую половину дня ивесь вечер проводили первые ипоследние учения перед реальной операцией по освобождению заложников. Приданных бойцов, офицеров иматросов иоколо пятидесяти казаков-пластунов дрессировали несколько часов подряд. Всю эту разношерстную солянку разделили на несколько отрядов: две штурмовые группы под командованием подполковника Стеблова иНиколаевича, медицинская группа, под руководством Наташи Станкевич, группа обеспечения игруппа эвакуации. На тренировках лично присутствовал император, ипосле двух часов наблюдения он что-то сказал Дубельту, находящемуся тут же, повернулся иуехал. Исудя по его виду, человек, Глава державы, отец, дед, остался вполне доволен увиденным.
        Уже под вечер, во время перерыва, когда все потные иумотанные прыжками, беготней истрельбой холостыми зарядами люди расположились вокруг баков спитьевой водой, яподошел кДубельту ипоинтересовался мнением НиколаяI. Тот, потирая красные от недосыпа глаза, усмехнулся:
        - Все хорошо, Александр Павлович, судя по всему, император остался доволен ивашим подходом кделу, ивсем увиденным…
        Несмотря на такие события, ячувствовал себя великолепно, ибоевой азарт не давал унывать. Через полчаса мы уже были вЕкатерининском дворце, который был уже давно очищен от слуг игде гвардейцев, блокировавших террористов, сменили матросы иофицеры Балтийского флота, спешно присланные из Кронштадта. Когда уже начало светать, мы сГришей Любкиным итремя вооруженными до зубов моряками пробрались на чердак Зубовского флигеля изамерли, ожидая смены караула на третьем этаже, которая проходила обычно вшесть утра.
        В конюшне, расположенной недалеко от флигеля, собрались более шестидесяти человек, разделенных на отряды, икаждый уже прекрасно знал, что он должен делать втой или иной ситуации. Взарослях парка Маша организовала себе снайперскую лежку, иприданный ей корректировщик сбиноклем уже вовсю рассматривал окна здания, фиксируя появления террористов. Сдругих направлений еще пятеро наблюдателей ждали момента, когда на третьем этаже произойдет смена караула ивсех заложников вытянут вбольшую комнату, используемую вкачестве столовой.
        Казалось, что напряжение, вкотором находились сотни людей, передавалось по воздуху идаже деревья итрава впарке затихли, вожидании кровопролития. Через полчаса лежания на чердаке на связь вышел Дубельт, осуществляющий общую координацию:
        - Крот, это База.
        Я усмехнулся, как быстро он освоил радиостанцию, ишепотом ответил:
        - На связи.
        - На третьем этаже прошла смена караула.
        - Вас понял. Выдвигаемся иждем завтрака.
        Посмотрев на часы, убедился, что до момента, когда заложников сгонят на завтрак, около получаса, повернулся ксвоим спутникам иневольно залюбовался картиной. Рядом со мной лежал Любкин, втакой же форме, как иуменя, все лицо измазано тактической краской, за спиной вчехле приторочен семизарядный «Ремингтон-870», вруке ПМ сглушителем, на рукавах тонкие белые повязки. Меня больше позабавило, что я исам так выглядел, иот нереальности иглупости ситуации хотелось рассмеяться. Матросы, выбранные для этой миссии, выглядели не менее колоритно. Это были не пацаны, но ине пожилые дядьки, народ подобрался весьма толковый ипри этом имел одно неоспоримое достоинство - все они служили на парусном флоте и, напрыгавшись по вантам влюбую погоду, как никто другой лучше всего подходили для наших целей. Для идентификации уних лица тоже были измазаны тактической краской ина рукавах привязаны белые ленточки.
        Я поднял руку. Все ожидающе уставились на меня.
        - Внимание!
        Мы сЛюбкиным стали осторожно ковырять люк, ведущий на третий этаж флигеля, каждый раз замирая при любом шуме.
        Еще через минут десять, Гришка тихо прошептал:
        - Есть, ваше благородие.
        - Тихо. Чуть-чуть приоткрой.
        В щель япросунул прикрученную кжесткому проводу маленькую камеру от миниатюрного видеорегистратора, которые обычно маскировали под пульты управления, подключил кмаленькому автомобильному жидкокристаллическому телевизору, запитанному от двенадцативольтового аккумулятора.
        - Так, осторожненько…
        Сам себе отдавая команды, я синтересом осматривал обстановку иохреневал. Прямо под камерой стояло тело исинтересом рассматривало девайс, вылезший из щели впотолке, ипри этом его рожа была практически на весь экран, даже были видны оспинки ишрам на брови.
        - Люк!
        Любкин, увидев на экране небритую польскую рожу, выбивает люк иотскакивает. Поляк не успел среагировать, когда ему вголову уставился толстый ствол глушителя. Хлоп. Забрызгав стену коридора мозгами, тело, обронив архаичное ружье, грохнулось на пол.
        - Вперед.
        Схватившись за привязанную кстропилам веревку, слетел вниз иприжался кстене. За мной тут же спустился Любкин, ичуть позже вкоридоре замерли еще двое матросов. Один для подстраховки остался на чердаке. Яжестами показал матросам, чтоб убрали тело куда подальше. Они сноровисто его привязали кверевке ибыстренько утянули наверх. «Очень гуд» - прошептал япро себя. Вкоридоре послышались шаги, икто-то начал звать пропавшего. Не дождавшись ответа, еще одно тело, облаченное вгвардейскую форму, появилось перед нами изамерло, уставившись на людей впятнистой форме, сизмазанными зеленой тактической краской лицами. Он попытался закричать, но сноровистые руки людей, привыкших вязать канаты искакать по вантам парусных кораблей, ему закрыли рот и, ударив вживот, быстро скрутили. Якоротко бросил:
        - Не убивать. Он ивторой мне живыми нужны.
        Дождавшись кивка старшего матроса, мы сЛюбкиным двинулись прочесывать этаж впоисках третьего часового. Тот, как ни вчем не бывало, сидел вкресле перед открытым окном икурил трубку, снаслаждением пуская густые клубы дыма. Тут уже я снаслаждением исо всей пролетарской ненавистью залепил ногой, обутой втяжелый армейский ботинок ему вголову, пока он не начал кричать. Раздался смачный хруст, иполяк вывалился из кресла. Любкин, идущий за мной, присел возле него, пробежался пальцами по лицу ипрокомментировал:
        - Хороший удар, ваше благородие. Вот только челюсть вы ему сломали, говорить не сможет.
        - Ну иладно. Вкоридор его икончай по-тихому. Одного хватит. Возьми двух человек ипроверь комнаты, чтоб сюрпризов не было. Выходы на лестницу заблокируй, чтоб никто не пролез сюда, апотом пообщаемся снашим польским товарищем. Есть уменя кнему парочка вопросиков.
        - Будет сделано, Александр Павлович.
        Прихватив ПМ сглушителем, как я, двумя руками, он, взяв ссобой двух матросов, осторожно двинулся прочесывать комнаты.
        Со мной остался старший из матросов, кондуктор Палкин, которому яприказал вязать веревки как раз над окнами комнаты, где будут завтракать заложники, иготовиться коперации, асам связался сДубельтом.
        - База, это Крот.
        - Слушаю, Крот.
        - Третий этаж очищен, ждем продолжения банкета.
        - Вас вижу. Все идет установленным порядком. Завтрак доставлен. Уже начали собирать заложников вкомнате под вами.
        - Ждем сигнала.
        Вытащив магазин из пистолета, явнего добавил патрон, вставил обратно истал наблюдать за улицей. Атам начали разворачиваться интересные события. Через пять минут, когда всех заложников собрали встоловой, впарк прибыл конный отряд, вкотором явно просматривался человек вкамуфляже. Спешившись, его всопровождении двух драгун иофицера повели прямо кцентральному входу флигеля.
        - База, это Крот, начинаем вторую фазу. Сколько людей охраняют заложников?
        - Мы насчитали шестерых.
        - Хорошо. - Итут же вызвал Машу: - Княжна.
        - На связи.
        - Сигнал, твоя стрельба. Валишь тех, кто вокнах второго этажа. Попытайся кого-нибудь достать внутри.
        - Поняла, Крот. - Ине утерпела идобавила: - Саша, поосторожней, пожалуйста.
        - Обещаю. Не подведи. Отбой.
        Не доходя двадцати метров, офицер-драгун, два конвоира ивроде как я, если судить по камуфляжу, остановились истали вызывать главаря террористов. Для нас это было сигналом. Используя альпинистское снаряжение, мы свахмистром, каждый усвоего окна вылезли наружу истали осторожно спускаться, чтоб не быть замеченными из окон второго этажа.
        С первого этажа им вответ закричали:
        - Стоять. Это кого вы привели?
        Офицер им ответил:
        - Это капитан Осташев, которого вы хотели. Увас есть человек, который должен его опознать, спросите его!
        И все затаили дыхание. Это был ключевой момент.
        И тут спервого этажа яуслышал короткую фразу, произнесенную ссильным английским акцентом:
        - Это он. - Главарь террористов засмеялся ипрокричал: - Мы требовали голову этого москаля. Вот голову нам ипредоставьте!
        Офицер что-то скомандовал солдатам. Те отошли чуть назад, вскинули короткие кавалерийские карабины исинхронно выстрелили вспину человеку вкамуфляже. Даже мне отсюда было видно, как из его груди, разорвав камуфляж, вылетели два фонтана крови. Человек дернулся, упал на землю, ипод ним стала расплываться лужа крови. Все это выглядело настолько реалистично, что ияповерил бы, если бы не сам несколько часов назад подкладывал этому человеку - моему двойнику - пакетики скровью ималенькие вышибные зарядики, как вкино. Народ тут еще не избалован спецэффектами, по результату - Голливуд отдыхает.
        Из окон Зубовского флигеля раздались радостные крики поляков, ставших свидетелями того, как русский император пошел на попятную иготов платить жизнями своих преданных офицеров за жизни своих детишек. Это были даже не крики, арев удовольствия, ичуть позже они начали горланить какую-то свою песню. Вот этого мы иждали.
        Щелк. Стоящий прямо подо мной вокне поляк захлебнулся иисчез. Щелк. Еще один, но уже под Любкиным, также пропал из поля зрения. Теперь время пошло на секунды. Дернув карабин, яопустился на два метра, зависнув перед окном, и, пользуясь заминкой, запрыгнул на широкий подоконник. Руки трясло от адреналина, но, тем не менее, ствол АПСа сглушителем уже искал террористов вкомнате. Так же, как ина вчерашних тренировках, где мы сЛюбкиным сожгли по полсотни патронов, уже на автомате стал стрелять.
        Хлоп. Стоящий возле стола поляк, получив пулю вгрудь, упал. Третий. Хлоп. Девушка вмужском костюме спистолетом на поясе, как кукла, отлетела кстене иначала сползать, оставляя за собой кровавый след. Хлоп. Это уже Любкин, подключился. Хлоп. Хлоп. Бам! Это уже вответ. Последний поляк, видимо не так сильно раненный, успел разрядить пистолет ввахмистра. Пуля, попав вбронежилет, вынесла казака из окна, ион повис на веревке. Хлоп. Последний недобиток затих.
        В комнате уже стоял визг. Стараясь, чтоб меня услышали, язакричал во все горло.
        - Все на пол! Быстро под стол!
        Наследник, уже понявший, кто кним пожаловал, схватил свою супругу и, утянув ее под стол, тут же гаркнул на своих детей:
        - Под стол!
        Я перехватил из-за спины «Сайгу», снял ее спредохранителя иприготовился отражать нападение. Скряхтением на подоконнике снова нарисовался Любкин и, чуть качаясь иморщась от боли, вытащил из чехла «Ремингтон» иприготовился оборонять комнату, аглавное как вовремя. Здание тряхнуло от взрыва. На улице ивдоме грохотали выстрелы. Отличительно тарахтел АК-74 - это Николаевич со своими уже пошел на штурм. Тут же хлопал одиночными АКМС Стеблова.
        Двери вкомнату резко открылись, ипрямо под наши стволы влетели трое поляков. БАМС! БАМС! БАМС! Даже втакой просторной комнате выстрелы двенадцатого калибра оглушили всех. Крупная картечь, каждая из которых по энергетике сопоставима спулей пистолета Макарова, изорвала тела нападающих идала нам определенное преимущество вбою. Не задумываясь, выхватив из разгрузки наступательную РГД-шку, сорвав кольцо, зашвырнул ее воткрытые двери изакричал «Бойся!». Бух! Вкоридоре кто-то пронзительно закричал. Время уходило, поэтому вышел на связь.
        - База, это Крот. Груз получен. Нужна эвакуация!
        - Готовьтесь!
        Как раз вэто время по нашим веревкам вкомнату проникли все три матроса и, вооруженные пистолетами, замерли возле дверей, ожидая попытки отбить заложников. Из коридора пару раз выстрелили, но сквозь клубы порохового дыма было мало что видно, вответ хлопнули пистолеты матросов, да иЛюбкин пару раз пальнул из «Ремингтона».
        - Крот, группы поддержки иэвакуации на месте.
        - Вас понял, начинаем.
        Повернувшись кматросам, закричал:
        - Эвакуация!
        Те, прекрасно поняв, что это такое, начали действовать. Кондуктор Палкин, грубо вытащив за ногу из-под стола внука императора, подхватил его, вскочил на подоконник и, не раздумывая, сиганул вниз, где несколько человек уже натянули парусину истали ловить вываливающихся из окна второго этажа людей. Увыпавшего матроса ребенка тут же выхватили бойцы группы эвакуации и, закрывая своими телами, со всех ног бросились всторону конюшни, где другая группа принимала заложников иувозила вмедицинский пункт. Там они обязательно должны были пройти медицинский осмотр уНаташи Станкевич.
        Генерал Дубельт одобрительно смотрел, как вконюшню принесли сначала внуков императора, потом двое матросов, сложив руки, как на кресле несли Марию Николаевну, атретий, прижимая кгруди, нес маленькую Марию, вот только что-то Наследник не появлялся…
        Александр, это тот который Наследник, отказался прыгать иоставлять свою беременную супругу, которую никак нельзя было выкидывать из окон, иглавное, уперся как козел, ивсе. Атут еще польские братишки, поняв, что за них взялись серьезно, попытались прорваться кзаложникам ихоть кого-то порешить. Через коридор кнам зашвырнули даже гранату местного пошива, но ее пнули обратно, но тем не менее инам немного досталось. Хорошо успели стол перевернуть изащититься от осколков.
        Положение идиотское. Атут уже иДубельт дергать начал.
        - Крот, где Наследник?
        - База, да не хочет он! Уперся ивсе. Не хочет жену бросать.
        - Ваши действия?
        - Ударим втыл полякам, они не сильно трепыхаются. Наследника оставим под охраной.
        - Понял. Действуйте.
        Ага. Придется. Вкоридоре опять шевеление. Любкин бахнул картечью. Опять вой. Яприсоединился, пару раз грохнув «Сайгой», потом зашвырнул гранату ипосле грохота разрыва рванулся вперед. Н-да. Ну инастругали польской говядинки. Бамс! Яоглянулся - это Любкин добил подранка, прислонился кстене иделовито набивает вподствольный магазин патроны.
        - Гриша, кНаследнику, головой отвечаешь, а ятут пошалю.
        Он не стал спорить. Понимает. Аядвинулся вперед. Недалеко от лестницы возле стены на боку лежала вторая девушка, входившая вэтот отряд. Перевернув ее ногой, увидел остекленевший взгляд. Аведь симпатичная, какого хрена лезла? Рядом раздалась очередь, ивпроеме нарисовалась фигура вбронике, каске исавтоматом вруках. Мы синхронно вскинули оружие, но тут же опустили - узнали друг друга.
        - Командир, ну как вы?
        - Нормально. Увас безопасный коридор готов?
        - Да. Почистили.
        - Выводим Наследника сжинкой ичистим здание. Агде Генрихович?
        - Да нет его.
        Мы быстрым шагом всопровождении бойцов сбелыми повязками двигались всторону комнаты, где Любкин охранял Наследника сбеременной супругой.
        - Как это нет?
        - Авот так. Пулю прямо вгорло словил всамом начале боя.
        - Твою дивизию.
        Николаевич невесело ухмыльнулся.
        - Бывает так.
        Наследник уже стоял, держа вруках саблю ипистолет, охраняя жену. Увидев меня иеще одного человека вкамуфляже, он облегченно вздохнул. Яраспорядился.
        - Двое - осторожно несете цесаревну…
        Но Александр, оказалось, имел свое мнение. Подхватив на руки жену ине доверяя никому, он кивнул, мол, идем.
        Дубельт, напрягая глаза, смотрел вбинокль за зданием исоблегчением увидел, как на крыльце появились два бойца вкасках икамуфляже соружием на изготовку, за ними могучая фигура Наследника, несущего на руках беременную жену, иза ним, замыкая колонну иохраняя тыл, шел еще один пятнистый. Причем все это выглядело настолько деловито испокойно, что он не выдержал изакричал от радости, удивляя всех своих подчиненных, стоявших рядом, привыкших кего сдержанному характеру…
        Передав Наследника ссупругой срук на руки жандармским офицерам, обеспечивающим теперь его охрану, мы вернулись во флигель, заканчивать дела. Бой уже затих. Озверевшие матросы иказаки перебили практически всех террористов, инам стоило больших трудов выдернуть уних трех пленных, которых оставили для суда. Тело Генриховича уже вынесли на улицу иположили возле крыльца. Тут же нарисовалась Маша. Видок унее был еще тот, хотя она была молодец - троих точно завалила. Пройдясь по разгромленным комнатам, янаконец-то нашел того, кого искал - тело контролера от заказчиков. Это был тот же англичанин, помощник Алекса Махерсона.
        - Маша, узнаешь?
        - Англичанин?
        - Он самый. Надо искать его хозяина. Он должен быть где-то рядом. Любкин!
        - Я, ваше благородие.
        - Делай что хочешь, отрезай яйца, ломай ноги ируки, но узнай уподранков, где хозяин вот этого уродца.
        Я демонстративно пнул ногой тело англичанина сраскроенным прикладом головой.
        - Мне нужно знать, где засел Алекс Махерсон, эта падаль точно где-то рядом. Надо по Генриховичу тризну справить.
        - Сделаем.
        И исчез выполнять задание. Ауменя теперь не менее интересное занятие - собрать все гильзы от нашего оружия, еще не хватало, что их на сувениры растащат. Если копнуть поглубже, просто хотелось найти какое-то серьезное занятие, чтобы отвлечься от смерти Стеблова. Все-таки Игорь Генрихович был хорошим человеком, ижаль, что такие рано уходят из жизни. Правда, карьерист был еще тот, но сдругой стороны плох тот солдат, что не носит вранце жезл маршала.
        Ища гильзы, пришлось помаяться, особенно после Николаевича, который успел четыре автоматных магазина разрядить всупостатов. Собрав все, что можно, мы отошли всторону и, высыпав на плащ-палатку собранные гильзы, стали их пересчитывать, сравнивая стем, что реально было ичто осталось.
        Пока Маша, которую яспециально нагрузил работой, чтоб девчонка не ушла вшок после побоища, отмечала вблокноте все затраты по боеприпасам, мы сЛюбкиным иНиколаевичем осторожно положили тело Стеблова на парусину, которая осталась после матросов. Потом деловито стали снимать снего всю сбрую из будущего, ощупывая карманы на предмет артефактов иоставив на нем только залитый кровью камуфляж иботинки. Потом, когда его будут хоронить, все это снимут иоблачат Игоря Генриховича впарадный мундир, но это будет позже, аоставлять погибшего боевого товарища внеглиже, ну как-то не по-человечески.
        За этим занятием нас изастал подошедший император всопровождении Наследника игенерала Дубельта…
        Глава 19
        Мы парились вкрытой карете уже третий час иснетерпением, переходящим враздражение, ждали сигнала от капитана Вашкевича, который вданный момент наводил веселый шорох водном из второсортных публичных домов Санкт-Петербурга. Проведенный экспресс-допрос оставшихся вживых пленных выявил очень интересные моменты, правда, это произошло после того, как самый старший иупертый, не выдержав казачьей манеры задавать вопросы, отдал польскому богу душу. Один из оставшихся, увидев такое развитие ситуации, запел как соловушка ислил Махерсона спотрохами. Оказывается никакой он не англичанин, асамый натуральный одесский еврей Абрам Махерсон, бывший потомственный ветеринар. Чем-то он мне напоминал Сиднея Рейли, но как-то бледновато, больше супором кличной наживе. Впоследний раз его видели, когда он зависал уодной из своих знакомых во второсортном бардачке «У вокзала», совладельцем которого иявлялся.
        После всех перипетий штурма Зубовского флигеля иполучения дополнительной информации об интересных обстоятельствах, генерал Дубельт устроил настоящие репрессии ко всем, кто имел хоть какое отношение кэтим событиям. Вместо погибшего Стеблова кнам прикомандировали веселого икоммуникабельного капитана Вашкевича, перешедшего вОтдельный Корпус жандармов сфлота, после того, как он выполнил несколько деликатных поручений при раскрытии предательства одного из интендантов, за бабки сливавшего туркам информацию опоставках боеприпасов кораблям Черноморского флота. Ему, естественно, пока не стали раскрывать истинной сути нашего происхождения, но он ине спрашивал, хотя было видно, что его буквально разрывает от любопытства. Сейчас он чуть вподпитии, прицепив себе на гражданский сюртук скрытую камеру спередающим блоком, топтал молоденькую, но весьма опытную жрицу любви, при этом весьма умело вытягивая из нее информацию.
        Вот все три часа мы инаблюдали за таким своеобразным допросом, причем все это делалось исключительно за казенные средства, что очень волновало Любкина, который, только из уважения ко мне, не сорвался сместа на «помощь» Вашкевичу…
        После штурма Зубовского флигеля на нас все окружающие стали поглядывать очень даже суважением, иэто не могло не радовать, апосле того как сподобились поручкаться симператором иНаследником, нас стали воспринимать как особое элитное подразделение. Но это касалось только тех, кто принимал непосредственное участие восвобождении Наследника, авот все остальные, кому удалось вслед за императором протиснуться кместу событий, бросали весьма неоднозначные взгляды на наши раскрашенные краской физиономии. Правда, благодаря такой маскировке для большинства людей личности бойцов спецподразделения «Рысь» Отдельного Корпуса жандармов, как мы задним числом стали называться, оставались тайной за многими печатями, иНиколайI строго гаркнул на тех, кто пытался разузнать личности «героев», так ловко побивших бунтовщиков. Причем это все происходило на фоне начавшихся беспорядков вПольше, где уж очень быстро узнали про захват Наследника, что вылилось вмассовые народные гуляния ипостоянные столкновения срасквартированными там русскими частями. Даже неподготовленному человеку было понятно отщательной подготовке
исинхронности всех последних событий. Поэтому на фоне некоторой растерянности сановников, военных иполицейских деятельность нашего отдела, который после смерти Стеблова временно пришлось мне возглавить, выглядела весьма красочно исолидно.
        После горячки боя, когда уже начало приходить реальное понимание того, что могли ипогибнуть, иуже потихоньку начинало трясти, практически на всех напала апатия исонливость - результат нескольких суток нервотрепки инапряжения, да игибель Стеблова тоже внесла свою лепту. Из-за этого благодарность НиколаяI, Наследника игенерала Дубельта воспринималась не так ярко, поэтому большая часть внимания досталась Маше, которой император, взяв за плечи исмотря ей вглаза, коротко сказал:
        - Благодарю вас, сударыня, мне доложили, что вы уничтожили трех бунтовщиков. Ваш батюшка может гордиться вами…
        Чтоб упрочить это впечатление, когда император снепривычной для него эмоциональностью выражал свою благодарность имне, иНиколаевичу, ивахмистру, я, стараясь не терять времени, конечно, не совсем корректно его прервал, доложил, что есть информация отом, где скрывается организатор захвата.
        - Откуда?
        Это уже не сдержался Дубельт, на которого по-любому ложились обязанности по расследованию.
        - Мы тут свахмистром Любкиным устроили экспресс-допрос пленным, правда, один не выжил, но кое-что выяснили.
        Глаза императора хищно сверкнули под набрякшими от нервного потрясения инедосыпа веками.
        - Говорите, подполковник.
        - Якапитан.
        Тут усмехнулся Наследник, который из всей этой компании сохранял выдержку исинтересом разглядывал наше пятнистое воинство. Тем более мы сним намного чаще общались, ион довольно неплохо изучил мой склочный характер.
        - Александр Павлович, государю императору виднее.
        - Да явобщем-то не против…
        Но расшаркиваться не было времени, поэтому снова вернулся кинтересующей нас теме.
        - Человек, который непосредственно занимался организацией нападения, сейчас предположительно находится водном из борделей Санкт-Петербурга иждет новостей. Информация об успешном штурме может уйти сминуты на минуту, поэтому нужно спешить. Инам нужен сопровождающий, который, скажем так, знаком стакого рода заведениями…
        Потом была снова гонка, но правда, уже взакрытой карете, которая запряженная четверкой лошадей, уносила меня, Рыжкова иЛюбкина иприданного нам капитана Отдельного Корпуса жандармов Вашкевича вСанкт-Петербург. Несмотря на бурные протесты, Маша осталась вЦарском Селе вкачестве личной телохранительницы цесаревны, состояние которой после освобождения резко ухудшилось, икак бы все не закончилось преждевременными родами. Теперь Маша, одетая вкамуфляж, бронежилет, скарабином наперевес, находилась постоянно рядом, пугая ивызывая почтение всем своим видом, показывая таким образом, что теперь вопросы безопасности взяты на особый контроль.
        Для меня такое решение было просто поводом не тащить княжну ссобой изря не рисковать ее жизнью, поэтому перед самым выездом я исунулся кНаследнику спредложением определить пока Машу вличные телохранители цесаревны. Но, кмоему удивлению, кэтой затее отнеслись сбольшим интересом. Иметь возле беременной супруги охранницу, на счету которой было трое уничтоженных при штурме бунтовщиков, было престижно ивнекоторой степени подействовало успокаивающе как на Александра Николаевича, так ина его жену, которая все еще не могла отойти от шока. Атут получается рядом женщина-охранник, всем своим грозным видом демонстрирующая, что вследующий раз такие штучки просто так не пройдут. Именно появление Маши подействовало на беременную женщину как мощное успокаивающее средство, чего, кстати, не смогли добиться все лейб-медики, вместе взятые, используя медикаментозные средства.
        Помимо этого Маша стала объектом пристального интереса детей Александра Николаевича, которые, как любые мальчишки вих возрасте, прекрасно помнили, как бойцы впятнистой форме, касках, очках иснеобычным оружием, похожие на сказочных рыцарей, освобождали дворец. Они сблагоговением подходили кней, рассматривали амуницию, гладкоствольный охотничий карабин «Сайга-410», более привычный девушке, чем мой «Форт-202», ипытались заговорить. Маша коротко отвечала, создавая образ неприступной амазонки, ареально она просто робела перед таким количеством титулованных особ. Вее обязанности входило постоянно находиться рядом сцесаревной, обеспечивая хотя бы видимость охраны. При этом единственное условие - не открывать свою личность, поэтому всем вокруг было только известно, что девушка-боец, которую за глаза недовольные фрейлины, снова возвратившиеся ксвоей государыне, уже называли «рябой амазонкой», происходила из очень благородной семьи, княжеского рода. Но кто она, откуда - оставалось тайной, что вызывало нездоровый ажиотаж. Цесаревна называла ее просто Маша и, после того как квечеру успокоилась ипришла всебя,
при любом случае выказывала как могла свое расположение девушке, что не могло не вызвать недовольство всех окружающих.
        Уже ближе квечеру прибыв встолицу инайдя искомый публичный дом, вкотором по оперативной информации скрывался Махерсон, и, заслав туда Вашкевича, мы, переодевшись вгражданскую одежду, ждали сигнала на выдвижение. Но после того как «допрос» капитана зашел вактивную фазу, не скучали исинтересом смотрели ислушали. Конечно, до нашего современного «дастишь фантастишь» не дотягивало, но все равно было интересно, аболтливая хохлушка рассказала много чего интересного. Видимо, как нормальной женщине ей наскучило быть приложением ккровати, и, найдя благодарного слушателя, она вываливала кучу информации.
        Командовала бардачком мадам Валери, вмиру Шкенева Сара Моисеевна, какая-то дальняя родственница Абрама Махерсона, постоянного клиента и, по словам девчонки, весьма состоятельного человека, который, тс-с-с-с, является настоящим хозяином публичного дома. Узнающих людей заведение «У вокзала» называлось «Вокзалон» ипользовалось определенной популярностью, так как тут за отдельную ивесьма умеренную плату можно было позволить себе некоторые шалости не совсем природной направленности. Поэтому высокопоставленные посетители снеобычными запросами были частыми гостями ивзаведении старались блюсти клиентскую тайну, хотя ииногда подзарабатывали мелким шантажом, если жертва была не всостоянии адекватно защитить свою личную жизнь. На вопрос, как простая девушка из-под Полтавы попала впубличный дом Санкт-Петербурга, мы услышали интересную историю, ине только уменя одного возникли мысли, что наша мишень ко всем остальным подвигам еще подзарабатывает торговлей живым товаром. Н-да, какая многогранная личность наш Абрамчик Махерсон, оказывается, так что список вопросов кнему сильно разросся.
        А девица все щебетала. Махерсона давно не видели, но когда она обмолвилась, что впокоях мадам уже несколько дней живет мужчина, который никуда не выходит, хотя пару раз хозяйка отсылала служанку отправлять телеграммы, мы поняли, где икто прячется. Адевочка, давно догадавшаяся, куда клонит необычный посетитель, заискивающе посматривала на него и, решившись на какой-то поступок, начала торговаться! Мы немного охренели от такого подхода, но все оказалось не так плохо, как яподумал ссамого начала. Девочка хотела сдернуть из публичного дома, ипределом ее мечтаний было место горничной вдоме серьезных людей, авпоследствии женитьба исвой ребеночек. Она по роду работы уже пару раз беременела, но жестокая хозяйка заставляла избавиться от ребенка, что ее сильно расстраивало. Вобщем, классика, яне был уверен, что она говорит правду, но желание слить свою хозяйку было вполне реальным, иглупо от такого шанса отмахнуться.
        Остальное было делом техники. Узнать, что покои хозяйки находятся на третьем этаже ивход для клиентов туда ограничен. Все, теперь наше время. Но решили перенести штурм на утро, когда впубличном доме замирает вся жизнь ипримерно кобеду народ начинает просыпаться итаскаться по коридорам. Поэтому, переночевав карете, что тоже вызвало кучу неприятных эмоций, часов вдесять утра ядал команду на выдвижение.
        - Ну что, господа, работаем!
        Мы стали готовиться. Броники были одеты под сюртуки, гарнитуры вставлены вуши, оружие приготовлено кстрельбе. Внабедренной кобуре уменя висел «стечкин», авоперативной - травматический ПМ. Любкин как всегда был вооружен моим «Ремингтоном», вкотором были заряжены патроны скартечью, но были вналичии истравматической начинкой, правда не заводские, но вполне приемлемый самодел из жестких резиновых пробок медицинских бутылок. Николаевич савтоматом истравматическим пистолетом должен был ждать на улице сдвумя офицерами-жандармами, которые по личному распоряжению Дубельта присоединились кнам уже вгороде, на случай прорыва, побега или подхода подмоги кфигуранту. Кто его знает, сколько тут вокрестностях гуляет всякого отребья.
        Улицы Санкт-Петербурга 1853 года уже заполнились людьми, когда мы, стараясь не привлекать внимания, подошли кнеприметной двери, где нас поджидал Вашкевич. От веселого балагура не осталось иследа, перед нами стоял предельно собранный боец, готовый кскорой схватке, при этом он суважением посматривал на камуфлированные бронежилеты, которые виднелись из-под расстегнутых курток, ина непривычное оружие вруках. Он участвовал восвобождении Наследника ипрекрасно видел, на что мы способны.
        - Узнал где?
        - Да, господин подполковник.
        - Веди.
        Подойдя кдвери, ядостал травматик, загнал патрон впатронник, аЛюбкин смачно щелкнул помповиком, приводя его вбоевое состояние, имы притаились возле двери. Вашкевич постучал и, дождавшись, когда откроется небольшое окошко, пьяным голосом начал гнусавить, что потерял бриллиантовую запонку, и, если его не пустят он сразу же идет кглавному полицмейстеру иобвинит их всех вбольшой краже.
        За дверью раздалась какая-то возня, щелкнула щеколда, ивпроеме появилась прилизанная морда слуги, хотя инаделенного широкими плечами идовольно основательными кулаками, но это не помогло. Яего схватил за грудки ирезко рванул наружу, при этом смачно двинув коленом впах. Он захрипел, упал на бок искатился скрыльца, где его сразу принял Николаевич со своей группой. Мы ворвались внебольшую комнатку, украшенную весьма гламурненькими портретиками игобеленчиками, там стояли несколько кресел, видимо, для ожидающих удовольствий клиентов. Явтаких местах не бывал, но вот особый дух продажной любви тут витал прямо ввоздухе.
        Не задерживаясь, мы прошли сквозь декорированные двери ипопали вдругой зальчик, украшенный не менее помпезно, повернули налево истали осторожно подниматься по лестнице. На втором этаже нас ожидала уже знакомая по телепередаче девица ввесьма откровенном наряде, ну это, конечно, сточки зрения ее современников, акак по мне, так вполне нормально, ну разве что немного полновата, но это нисколько не портит идаже придает особый шарм. Увидев Вашкевича вцелой компании вооруженных людей, она чуть ли не подскочила на месте ишепотом затараторила:
        - Барин, вы обещали! Не обманите, ради бога.
        - Ксюша, все что обещал, выполню. Веди.
        Она провела нас через несколько комнат икоридоров кнеприметной лестнице, по которой мы уже со всей осторожностью стали подниматься на третий этаж. Атам быстро двинулись кзаветной комнатке, где, по нашим прикидкам, прятался международный террорист местного разлива. Итут же чуть не наткнулись на хозяйку, мадам Валери. Хорошо, что успели, не раздумывая, ввалиться водну из дверей изатаиться, хотя ивкомнате было на что посмотреть. Чистое садо-мазо! Девка схлыстом уже хотела закричать, но, наткнувшись взглядом на направленное на нее оружие, так изамерла соткрытым ртом.
        - Вякнешь, умрешь. Продолжай.
        И очудо, девка ухмыльнулась исо всего размаха огрела плеткой привязанного ккровати полуголого плюгавого мужичка, который замычал и, судя по всему, не только от боли. Да икомнатка соответствовала действу. Все выполнено втемных ибагровых тонах, страшные картинки на стенах, развешаны инструменты выбивания показаний из подследственных. Яне выдержал, достал из кармашка броника цифровой фотоаппарат исфотографировал эту картину - вдруг смужичком потом пересечемся. Да, куда ивкакие дали приводят людей фантазии. Мои спутники удивленно на это все посматривали, амне хотелось смеяться. Ладно, займемся нашими террористами. Приоткрыв дверь, ястал наблюдать за мадам Шкеневой, которая, тряся своим целюлитом, напоминая слонопотама, одетого вкружевную рубашку, величаво шествовала по коридору сподносом, уставленным бутылками изакуской, вруках. Подойдя кискомой двери, низким басовитым голосом выдала:
        - Махерсончик, просыпайся, мамочка пришла, кушать принесла!
        Через пару мгновений дверь перед ней открылась, иона струдом, учитывая ее габариты, протиснулась вкомнатку, где яна мгновение увидел знакомый еще по поместью Михеевой силуэт. Ну, точно Махерсон!
        Выскочив из комнаты, мы постарались максимально быстро ибесшумно подойти кдверям, ияна пределе чувствительности услышал вопрос:
        - … жду извещения. Были необычные посетители сегодня?
        - УКсанки был до двух ночи какой-то вояка, по виду матросик, выдавал себя за торговца.
        - Счего ты взяла?
        - Ато явас мужчин не знаю.
        - Давно ушел?
        - Минут двадцать, но после его ухода Ксанка что-то нервничает.
        Я повернул голову ксвоим спутникам, кивнул головой, поднял руку спистолетом исобирался ударить ногой вдверь, когда что-то сильно меня ударило вгрудь иоткинуло назад прямо на стенку. Отлетая, я судивлением увидел, как вдвери появилось отверстие срасщепленными краями. Тут же Любкин ударил ногой вдверь, но та выстояла. Вашкевич ее попытался выбить плечом, но результат был тот же.
        Во всем доме раздавались уже крики проснувшегося народа, ивкоридоре появились первые полуголые девицы. Яотполз всторону и, кряхтя, поднялся: пистолетная пуля, пробив дверь, потеряв при этом большую часть энергии, застряла уменя вбронике. Пришлось закричать:
        - Гриша, всторону.
        Он отскочил. Достав из кобуры «стечкин» сглушителем, ястал остервенело расстреливать замок. Хлоп! Хлоп! Хлоп! Но стой стороны был засов, иэто не сильно помогло. Бам! Вответ раздался выстрел, ипуля, оставив вдвери еще одно расщепленное отверстие, застряла впротивоположной стене.
        - Гриша, картечь по петлям!
        Уже не таясь, явыпустил по двери еще пяток патронов, истой стороны раздались стоны икрик. Тут же Любкин из «Ремингтона» два раза долбанул по петлям. БАМ! БАМ! Внебольшом коридорчике грохот двенадцатого калибра оглушил всех, находившихся рядом. Дверь покосилась иуже после соответствующего двойного удара наконец-то поддалась напору, грохнувшись вовнутрь комнаты. Уже не скрываясь, ворвались вкомнату. На полу вокружении бутылок ирассыпанной закуски лежало монументальное тело мадам Валери, которая жалобно стонала. Окно было открыто настежь, иМахерсона мы не обнаружили взоне прямой видимости, что не могло не расстраивать. Выглянув вокно ипощупав веревку, которая свисала стой стороны до самой земли, ясвязался сРыжковым.
        - Дед, на связь!
        - На связи.
        - Махер свалил, лови его на той стороне.
        - Аты раньше не мог сказать? Профессионал, блин!
        Через минуту под окнами появились Рыжков содним из жандармов, побегали, поискали ивернулись ни счем.
        - Зашибись. Лоханулись как детишки.
        Через десять минут вокруг здания собралась толпа зевак. Скаждой минутой количество людей увеличивалось, итолько оперативно собранное оцепление из полицейских хоть как-то поддерживало порядок. Розыскники перепахивали весь район впоисках сбежавшего преступника, но результатов пока никаких не было. Нам осталось собрать гильзы, повыкавыривать пули от АПС, где явно были видны нарезы, иждать известий. Мой чин подполковника Отдельного Корпуса жандармов, подтвержденный на самом верху, давал мне большие полномочия. Бравые полицейские игородовые, накрученные ссамого верха, сособым усердием носились как ошпаренные, настороженно посматривали внашу сторону, аизвестие, что ловим человека, который причастен кнападению на цесаревича Александра Николаевича, придало дополнительное ускорение всем вокруг.
        Мадам Шкеневу, укоторой пистолетная пуля застряла вжировых складках, перевязали, спомощью оплеух привели всебя иуже допрашивали спристрастием на втором этаже здания. Всоседних комнатах не менее интенсивному допросу подвергались все остальные обитатели знаменитого «Вокзалона», ну разве что кроме Ксанки, которую еще раз лично допрашивал капитан Вашкевич.
        Побродив по комнате, я синтересом стал рассматривать привязанную ккровати веревку ицветы на подоконнике. Что заинтересовало, так это отсутствие следов рук, но взапарке это так прошло мимоходом, и, кляня себя за глупость инепрофессионализм, явышел на улицу и, обойдя дом, стал осматривать окно, через которое сбежал Махерсон.
        Уже было восемь утра, ивставшее солнце стало припекать. Часть девочек увезли вполицейский участок, остались только Ксанка, которая ждала своей участи, аточнее выполнения обещаний капитана Вашкевича, имадам Шкенева, которую все еще допрашивали. Поняв, вкакую кашу она влезла, тетка тем не менее бодалась ивываливала кучу ненужной информации, но ничего такого, что могло бы пролить свет на художества Махерсона, не сказала.
        Решив еще раз просмотреть место происшествия, яснова вошел вздание борделя истал подниматься по лестнице. Пройдя мимо полицейского, который, опустив голову, пропустил меня как старшего по званию, яподнялся на третий этаж иснова стал все осматривать. Любкин, следующий за мной как тень, синтересом наблюдал за моими телодвижениями, но пока помалкивал.
        Подойдя ккровати, кножке которой была привязана веревка, яради интереса попробовал ее поднять исдвинуть сместа. Тяжелая зараза, но, тем не менее, сдвинулась. Там, где только-только стояли ножки, остались отпечатанные следы.
        - Гриша ты видишь?
        Он нагнулся рядом, чуть сощурив глаза, сказал:
        - Получается, Александр Павлович, кровать не двигали?
        - Получается. Апопробуй дернуть за веревку?
        Любкин, не долго думая, дернул, икровать еще больше сдвинулась.
        - Это что ж получается, что паскудник никуда не сбегал?
        - Гриша, он где-то вздании прячется. Быстро все шкафы, потайные двери на этаже…
        - Понял, господин подполковник!
        Я сам начал громить шкафы иискать скрытые ходы, но это унас заняло не больше минуты. За шкафом была небольшая скрытая комнатка, вкоторой лежал раздетый труп сявными следами удушения. Присмотревшись кнему, Любкин цыкнул ивысказался:
        - Так это ж полицейский, который обыски помогал производить!
        - Ага. Задушили, раздели… На лестнице нас пропускал иеще голову опустил. Это ж Махерсон был! Бегом!
        Мы понеслись галопом по лестнице вниз, созывая всех вокруг. При этом ясвязался по рации сНиколаевичем.
        - Дед, на связь!
        - Слушаю.
        - Махер здесь, вздании, он грохнул полицейского итолько что вышел из здания.
        - Твою дивизию!
        Мы выскочили на улицу, атут уже метались несколько подстегнутых Рыжковым полицейских ижандармов. Ястал глядеть по сторонам ивдалеке увидел спину убегающего человека вжандармской форме, которая ему явно мала.
        - Бегом.
        Прорываясь через толпу, ярванул за улепетывающим со всех ног Махерсоном. Это была интересная погоня. Кнам присоединились еще несколько полицейских ижандармов, но они отстали. Махерсон скрылся за поворотом ипропал из поля зрения. Но мы уже как гончие взяли след инеслись не останавливаясь. Его спина периодически мелькала впросветах иподворотнях, давая понять, что он все еще не оторвался от погони. Рыжков, оставаясь на связи, двигался вкарете всопровождении нескольких конных жандармов по основным улицам, стараясь не отставать.
        Вырвавшись на просторную улицу, Махерсон заскочил впроезжающую мимо пролетку скаким-то важным дядькой, двинул кулаком возницу и, заняв его место, стал нахлестывать лошадей. Ему явно удавалось оторваться от пешей погони.
        Тяжело дыша, ятормознул похожую пролетку, вкоторой ехали две барышни, одна из которых была весьма симпатична, ижестко приказал:
        - Быстро вон за той пролеткой. Дело государственной важности.
        Возница что-то попытался возмутиться, но тут же огреб от Любкина втабло и, смирившись, щелкнул кнутом истал нагонять лошадь. По сравнению савтомобильными погонями эта гонка выглядела весьма комично, но унас не было другого варианта. Несясь по широкой улице, ямимоходом глянул на стене название иномер итут же связался сРыжковым.
        - Дед, вы где? Этот гад захватил пролетку инесется как угорелый… Мы… - И назвал прочитанные на стене названия.
        - Что? Почему далеко? Давай всех там пинай, уйдет ведь гад.
        Тут голос подала старшая из дам:
        - Милостивый государь, вы понимаете, что…
        Я ее перебил.
        - Понимаю. Извините…
        И глянув на разрумянившуюся молоденькую девицу, которой было не больше восемнадцати лет, улыбнулся и, как бы извиняясь, ответил:
        - Еще раз извините, служба.
        Но пожилая тетка не сдавалась.
        - Назовите себя, чтоб ямогла пожаловаться вашему начальству. Это возмутительно.
        - Подполковник граф Осташев, квашим услугам.
        Ее лицо изменилось, когда услышала мою фамилии, ипосле этого она уже не пыталась качать права. «Странно, надо будет потом попробовать уточнить» - пронеслось вголове, но мысли снова вернулись кпогоне.
        Мы так неслись еще минут десять иреально стали нагонять пролетку. Кляча наемного извозчика никак не могла соревноваться схоленой лошадкой, которая была запряжена внашу пролетку. Видимо, барышня была состоятельная имогла позволить себе держать личную конюшню.
        Когда до преследуемых оставалось не более двадцати метров, Любкин повернул голову икрикнул:
        - Ну что, Александр Павлович, что дальше?
        - Валим травматиками, только наверняка.
        - Понял!
        Махерсон, увидев, что его почти нагнали, выхватил пистолет истал целиться внас. Аведь тут рядом были иженщины, илюди на обочине, поэтому пришлось действовать.
        Закрыв собой женщин, яне стал ждать, вскинул «стечкина» сглушителем исдергающейся пролетки несколько раз выстрелил, пытаясь подстрелить лошадь. На фоне грохота колес по мостовой итопота копыт хлопков выстрелов практически не было слышно. Счетвертого раза попал, илошадь беглеца запнулась исо всего маху грохнулась на землю, потащив за собой всю пролетку, которая, повернувшись боком, опрокинулась. Махерсон, успевший все-таки выстрелить, хотя этим никакого вреда не принес, покатился по земле, сильно приложившись, но при этом поднялся ивсе еще пытался куда-то бежать. Тут уже Любкин, притормозивший нашу пролетку, бросив поводья, соскочил на землю, прицелился ипальнул травматическим патроном. БАХ! Грохот выстрела разнесся по улице.
        Тяжелая резиновая пуля сбила сног убегающего преступника. Он, покатившись по земле, замер иуже лежал неподвижно. Когда мы кнему подбежали, он сзалитым кровью лицом ивпорванном полицейском мундире только открывал рот от сильного болевого шока.
        - Черт, он сейчас окочурится. Придется принять меры.
        Как раз вэто время вокруг нас стало собираться множество народа, идаже подскочила парочка городовых, но строгий окрик Любкина, что это государственный преступник, недавно убивший полицейского, подействовал на всех отрезвляюще. Ая, покопавшись водном из клапанов бронежилета, достал аптечку, вытащил небольшой металлизированный пакетик, надорвал упаковки ивытряхнул вруку шприц-тюбик спротивошоковым бутурфанолом тартратом, открутил крышку исделал инъекцию Махерсону прямо взад, через штаны.
        Минуты через две, расталкивая людей, втолпе появился Рыжков всопровождении нескольких полицейских ижандармов, атакже капитана Вашкевича. Он весело осмотрел место ипрокомментировал.
        - Могешь, командир. Как ты его учуял?
        - Да хитрый он больно, что так по-глупому по простой веревке деру давать… Вроде как спускался, аверевка привязана ккровати, икровать сместа не сдвинулась. Вобщем, по ложному пути нас погнал, асам затаился.
        Махерсон уже пришел всебя иудивленно хлопал глазами, посматривая на суровые лица окруживших его людей вформе. Два крепких жандармских офицера его быстро подхватили под руки ипотащили вкрытую карету, вкоторой мы парились практически всю прошлую ночь.
        Вашкевич застыл рядом.
        - Что дальше, господин подполковник?
        - Организуй полицию убрать затор, опросить свидетелей, амы поедем, пообщаемся сэтим субъектом, уж слишком много кнему вопросов накопилось.
        Вашкевич немного набычился ивысказал свое мнение:
        - Мне приказано находиться возле вас, господин подполковник, ивсемерно помогать вразбирательстве царскосельских событий.
        Он это сказал несколько громче, чем оно того требовало, ипо толпе пошел гул, люди стали обсуждать услышанную информацию.
        - Капитан, вы еще вгазеты сообщите…
        - Виноват!
        - Да не тянись ты так, яже сказал, организуй, ане сам занимайся. Тебе десять минут. Амы пока сгосподином Махерсоном тут вкарете пообщаемся.
        Сделав шаг назад, япоежился от какого-то чувства тревоги ипри этом спиной почувствовал неприятное, даже ненавидящее внимание - это был взгляд врага, который готов ударить. Резко обернувшись иокинув собравшуюся толпу взглядом, яне увидел ничего такого, только высокий ухоженный рыжеволосый человек, повернувшись ко мне спиной, пробирался из толпы. Но яего запомнил, даже из такого положения. Перед тем как скрыться из вида, он обернулся, итут мы встретились взглядами.
        Это был враг. Нет, не так. Точнее - Враг.
        - Любкин!
        Вахмистр нарисовался сразу.
        - Слушаю, Александр Павлович!
        - Вон видишь рыжего иностранца?
        - Где?
        Пока япытался ему указать объект для слежки, наблюдатель скрылся. Пойдя на крайние меры инеприкрытую погоню, продравшись через толпу, ясильно толкнул какого-то пожилого иопрятного немца, синтересом разглядывающего мое оружие и«Ремингтон» вруках вахмистра. Ксожалению, никаких следов рыжеволосого найти не удалось, но заметку на будущее сделал, еще встретимся…
        Глава 20
        Количество людей вокруг перевернутой пролетки все увеличивалось, образовалась самая настоящая пробка, очень напоминающая пробки нашего времени. Множество карет, повозок, пролеток, - все это накапливалось, илюди хотели узнать, что же все-таки произошло. Но благодаря стараниям полиции ижандармерии вокруг нас образовалось кольцо, за которое никого не пускали. Верхом прискакали на подмогу еще около десятка полицейских, которые живенько включились вработу истали помогать наводить порядок.
        Но наш пленник все еще был не всостоянии говорить, поэтому пока было время, явышел за кольцо оцепления иподошел кпролетке, где все еще восседали наши невольные попутчицы исинтересом наблюдали за всеми событиями, развернувшимися уних на глазах.
        - Сударыня! - обратился якпожилой даме, которая недавно пыталась на меня наехать. - Яеще раз хотел бы принести свои извинения за столь неприятные события, свидетелями иучастниками которых вам пришлось стать. Поверьте, только дела особой государственной важности заставили меня воспользоваться вашим транспортом.
        Женщина прищурила глаза, еще раз окинула меня сног до головы, взгляд остановился на бронежилете, на кобуре на бедре, на короткой, не привычной для этого времени прическе.
        - Полно вам, господин подполковник. Как яслышала, вы выполняете волю государя иловите людей, причинивших вред цесаревичу.
        - Вы понимаете, что винтересах следствия яне могу ничего разглашать…
        Ее дочка, авэтом не было сомнений, постреливала глазками, немного покраснела под моим быстрым, но пристальным взглядом, который не укрылся от мамаши. Но та кивнула головой ипродолжила, перейдя на совершенно другую тему:
        - Конечно. Скажите, авы случаем не сын генерала графа Осташева Павла Никаноровича?
        Пауза. Теперь мне стало интересно, ивдуше зашевелился маленький неприятный червячок недоверия. Ну, не люблю якак-то такие вот совпадения.
        - Да, тут вы угадали. Именно сын. Батюшка снова вернулся на службу.
        - Оего возвращении мы наслышаны. Что ж. Когда будет время, милости прошу вгости, господин подполковник.
        Я запнулся, не зная, что ответить. Может, тетку иее дочку знал весь Питер, но я-то был полным профаном, хотя мальчику из провинции инеотесанному вояке, роль которого яразыгрывал перед всеми, подходит такое незнание.
        - Простите мою дремучесть иневоспитанность…
        Тетка засмеялась.
        - Чувствуется ваша осташевская порода. Вбою смелы инеобузданны, авот сженщинами не умеете разговаривать.
        «Опа, неужели батюшка вмолодости приударял за этой теткой, ачто если это ее дочурка, то она должна была выглядеть вполне интересно».
        Я пожал плечами.
        - Простите. Вы знаете, кто я, авот про вас яничего не знаю.
        - Графиня Черторыжская Ольга Андреевна.
        - Очень приятно. Ольга Андреевна, акак зовут вашу дочку, уж очень просматривается фамильное сходство.
        Тут тетка засмеялась, прекрасно понимая по моему голосу, что яне лукавлю. Графиня сейчас была на своем поле, поэтому просто наслаждалась игрой, видимо, привыкла всвое время крутить мужиками.
        - Осташев, Осташев… Вы точно сын своего отца, такой же прямолинейный инепосредственный. Это моя внучка, Мария Константиновна, приехала погостить из провинции ивыйти всвет.
        Я не выдержал итоже отпустил шпильку из своего арсенала:
        - О, как. Видимо, молодость икрасота - это ваша фамильная черта.
        Опять был награжден внимательным взглядом. Но все хорошее заканчивается рано или поздно. Подбежал Любкин икоротко доложил:
        - Александр Павлович…
        Я повернулся кнему.
        - Ну что?
        - Не получится. Уж слишком сильно ударился. Надо клекарям везти.
        - Хорошо, едем.
        Я повернулся кграфине иее внучке.
        - Сударыни, прошу прощения. Разрешите откланяться, сами понимаете - служба.
        - Езжайте, подполковник, ине забудьте, когда будет возможность, загляните вгости.
        Закинув Махерсона как бревно вкарету, мы рванули сместа ипонеслись куда-то. Не зная города, яне мог даже сообразить, куда мы движемся, тем более Вашкевич настоятельно рекомендовал не мелькать вокнах. Но если честно, то исмотреть реально было не на что: рядом неслись вскачь не менее двух десятков конных жандармов иполицейских, которые плотным кольцом окружили карету.
        «Лучше б так императора защищали…» - раздраженно думал про себя, разглядывая эту картину всеобщего рвения.
        Что было потом, помню не очень хорошо. Несмотря на конкретную тряску, яумудрился заснуть - сказались усталость инедосып последних нескольких дней. Нас поселили вкаком-то дворце, но от проведения следственных действий отстранили - после освобождения Наследника многие сановники идолжностные лица, особенно те, кто советовал отдать на растерзание никому не известного капитана Осташева, проявили необычную энергичность вделе раскрытия столь чудовищного заговора.
        На время мы оказались отрезанными от реальных событий, складывалось такое впечатление, что нашу группу специально выводили втень. Агенерал Дубельт старательно наблюдал за всеми метаморфозами ичетко фиксировал всех ився, кто хоть как-то мог иметь отношение кнедавним событиям.
        В некоторой степени меня обижало такое положение вещей, но тут уже не было выхода. Одно было обидно, что со всеми этими шпионскими играми иантитеррористическими штурмовками мы пропустили окно внаше время, атам ребята точно подготовили новую партию груза, да и, судя по некоторым Димкиным оговоркам, он там нашел неплохого спеца по Кавказу.
        Мы так просидели четыре дня, которые можно было охарактеризовать как домашний арест, но все закончилось несколько необычно. Вместо привычного капитана Вашкевича, который теперь был прикреплен кнам на постоянной основе, но при этом еще не введен вкурс дела онашем реальном происхождении, на пороге комнаты появился Наследник собственной персоной. После перенесенных испытаний он был бледен, но, тем не менее, бодр иэнергичен, ичем-то напоминал маленький ядерный свежезаряженный реактор. Моих спутников, Любкина иРыжкова, отвели вдругое помещение, чтоб мы смогли пообщаться сНаследником без свидетелей.
        - Добрый день, Александр Павлович.
        - Здравия желаю, Ваше Императорское Высочество.
        Он хохотнул.
        - Давайте без титулов. Думаете, яне вижу, как вы буквально выдавливаете из себя титулы.
        - Все равно, со стороны будет смотреться не очень красиво.
        - Тут согласен. Вы необычный человек, икому-нибудь другому яне смог бы простить такое нарушение протокола…
        «Ой, не нравится мне такое начало. Если уж наследник приперся, да без генерала Дубельта, то тут намечается что-то грандиозное инас, аточнее меня хотят использовать вкачестве наживки. Значит, сейчас будут зацеловывать. Странно: наследник вкачестве вербовщика инепосредственного начальника. Это больше похоже на фантастику, нежели на реальное развитие ситуации. Будем дальше слушать».
        - Ваше Императорское Высочество, яне мальчик, ибыла возможность прокачать ситуацию…
        Цесаревич синтересом уставился на меня. Вего усталых глазах появились веселые искорки. Он скрестил руки на груди, как бы давая понять, что готов слушать.
        - Александр Павлович, было бы очень интересно услышать ваши умозаключения. Не скрою, выводы потомков частенько оскорбительны, действия шокирующие, арезультаты ошеломительные.
        - Вы решили замкнуть нашу деятельность на себя?
        - Вам не откажешь впрозорливости.
        - Это элементарно. Информация, идущая от нас, да ите возможности, которые вы получите, используя новинки из будущего, вданной ситуации очень важны. Когда даже ближайшие сподвижники игосударственные деятели оказались втой или иной мере запятнаны связью спротивником, оставлять такой груз вчужих руках будет большой глупостью. Разобраться взаговоре вам могут помочь только новинки, которые мы принесли ссобой. Но это ведь не только железяки, это еще методики обучения иподготовки, накопленный опыт спецслужб начала двадцать первого века, специфические знания, которые именно сейчас вам так необходимы. Мы, то есть пришельцы из будущего, завязаны именно на вас. Внашем мире мы изгои, только потому, что еще сохранили определенные понятия омужской дружбе, офицерской чести иглавное, испытываем природное отторжение иностранных ценностей, откуда бы они не навязывались. Мы видели изнаем, чем это все может закончиться. Иунас еще есть огромнейший плюс, который вам нравится больше всего.
        Цесаревича этот разговор немного забавлял - все-таки он был хозяином положения. Яэтого не забывал.
        - Говорите.
        - Мы не связаны ни содной из финансовых структур этого мира ине являемся креатурами никаких политических фигур. Образно говоря - сила, направление которой полностью соответствует направлению движения России, икто нас будет использовать, получит максимальные преференции вближайшем будущем, апри правильном подходе ина долгосрочную перспективу.
        - Эка завернули. Проще говоря, вы хотите, чтобы государь император стал вашим покровителем.
        - Образно говоря - да. Но как мне видится, это желание обоюдное, иимператор теперь очень хочет, чтобы наша деятельность находилась бы под строгим контролем человека, который пользуется унего максимальным доверием, ана эту роль подходите только вы, Ваше Императорское Высочество. Ведь не зря генерал Дубельт снекоторых пор стал отодвигаться от контактов снами.
        Александр Николаевич замолчал исироническим интересом рассматривал меня, как некое заморское существо. Затем опять усмехнулся чему-то своему и, хохотнув, высказался:
        - Ярад, Александр Павлович, что мы понимаем друг друга ивам не нужно объяснять прописные истины.
        - Икакое нас ждет будущее?
        - Неделю назад мы сбатюшкой склонялись ктому, чтобы ограничить ваши контакты смиром, но теперь ситуация изменилась. Попытка вас отодвинуть на задний план ипоказать всем «героев гвардейцев» не увенчалась успехом - кто-то усиленно имастерски подогревает интерес квашей персоне. Участие сына генерала Осташева впоследних событиях обсуждается на всех приемах, да ииностранные посланники активно ищут контакты исгенералом Осташевым, илично свами.
        - Уходим вподполье иделаем вид, что ничего не было?
        - Хорошее выражение, но, ксожалению, не все так просто.
        - Вы хотите использовать меня как живца?
        - Надо найти инаказать главного организатора.
        - АМахерсон?
        - Это тоже вам придется взять под свой контроль.
        - Неужели ивПетропавловской крепости достали? Икак он умер?
        - Повесился. Но по всему видать, помогли ему.
        Лицо цесаревича немного скривилось, и, учитывая его природную сдержанность, это говорило омаксимальной степени раздражения.
        «Так вот почему Дубельта отстранили. Император снова решил разыграть карту путешественников из будущего ихочет посмотреть, насколько мы управляемы инасколько нас можно прогнозируемо использовать вбудущих раскладах. Содной стороны, это хорошо - остается меньше начальников, но ирасклады усложняются. Реально господа Романовы подставляют меня прямо под удар. Именно меня, ане всю компанию попаданцев. Стоп. Блин. Или ячего-то не понимаю, или…»
        - Ваше Императорское Высочество, насколько ябуду самостоятелен впринятии решений? Перефразируя вопрос, мне предоставляется роль тупого исполнителя-штурмовика или самостоятельного игрока сопределенными полномочиями?
        - Авы что сами думаете на этот счет?
        - Атут все просто. Вэтом мире без вас ивашего батюшки яникто, несмотря на мои знания иумения. Даже если удастся уйти через границу, рано или поздно не вы, так другие найдут ипосадят под замок изаставят делать оружие. Яимои современники слишком привязаны ко всяким техническим штучкам ивтой или иной степени пытаемся их использовать, что все равно привлечет внимание. Плюс незнание реалий жизни, языков ну икуча мелочей, которые быстро нас выдадут, особенно если будут искать знающие люди. Теперь относительно сложившейся ситуации: то что пришли вы, ане генерал Дубельт, говорит об определенной степени недоверия, изначит, вы решили лично сами курировать наше направление. Правильно, отдавать такой ящик Пандоры вчужие руки - глупо. Улюбого человека появится соблазн воспользоваться устройствами из будущего для своих нужд.
        - Вы абсолютно правы, Александр Петрович, всвоих выводах. Идоказательством будет вот это…
        Он протянул руку ипоказал маленькое электронное устройство. Япосмотрел на небольшую проводную антенну иразъем под девятивольтовую «Крону».
        - Прослушка?
        - Да. Инашли ее вкабинете моего отца. Случайно.
        - Разрешите?
        Взяв вруки иповертев самопальную прослушку, залитую эпоксидной смолой, яспокойно прокомментировал:
        - Наша. Делал один спившийся умелец из Симферополя. Таких мы прикупили по случаю больше сотни для оперативных нужд, но мои ребята точно не делали закладок императору, ячто - идиот?
        - Мы достоверно выяснили, что это дело рук ваших людей, по прямому указанию генерала Дубельта.
        - Н-да. Глупо, не устоял все-таки от соблазна…
        - Поэтому мы вас идержали под домашним арестом, пока полностью не прояснили всю ситуацию до конца. Вдруг вы возомните себе, что можете самостоятельно без нас управлять ситуацией, и, учитывая ваши возможности, позже попытаетесь взять власть всвои руки. Это яговорю для того, чтобы не думали, что мы вам это позволим.
        - Конечно, Ваше Императорское Высочество. Это было изначально понятно.
        - Ярад, Александр Павлович, что вы настолько разумный человек, но хотелось бы уточнить на будущее - без присмотра ни вас, ни ваших друзей мы не оставим.
        - Если б это было иначе, ябы задумался отом, правильную ли мы выбрали сторону.
        - Хорошо. Теперь перейдем кделу. Вам присваивается звание полного полковника. Мы долго думали, оставить вас вОтдельном Корпусе жандармов или перевести вгвардию… Все-таки жандармы унас не пользуются популярностью инередки случаи, когда взаимная неприязнь армейских ижандармов мешает делу, да ииз ваших данных известно, что эта неприязнь вбудущем сыграла немаловажную роль вкрахе Российской империи.
        - Иваше решение?
        - Отдельным Указом Его Императорского Величества НиколаяI организовано седьмое отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, занимающееся экономической безопасностью государства. Основные задачи - борьба сказнокрадством ифинансовыми злоупотреблениями, контроль за финансовыми потоками инедопущение концентрации власти утак называемых «олигархов». Управляющим этого отделения назначаюсь я, вы будете моим прямым заместителем, ареально ифактически главой сдостаточно широкими полномочиями. Учитывая ваш опыт изнания, да инедавно показанные умения, отделение также будет заниматься антитеррористической деятельностью инепосредственной охраной высокопоставленных лиц империи.
        Последние слова он высказал снекоторым усилием, но, как мне казалось, он наслаждался этим разговором, ведь по большому счету сейчас происходило судьбоносное событие для страны.
        - Вперспективе данное отделение после определенных результатов будет развернуто вновый департамент, аналог Комитета государственной безопасности вашего времени, про который вы так много написали всвоей аналитической справке по специальным службам.
        - Грандиозные замыслы, видимо, вы давно готовили это решение.
        - Не скрою. Так оно иесть, особенно после того как стало известно, что Василий Леонтьевич немного злоупотребил вашими возможностями.
        - Тогда все работы по новому оружию переводятся под юрисдикцию нового отделения?
        - Да, иземли вокруг точки перехода вваш мир тоже будут переданы.
        - Люди, посвященные втайну?
        - Переведем вам вподчинение, ате, кто был замешан внекоторых махинациях, будут отправлены вдальние гарнизоны, адальше…
        Дальше не нужно продолжать, итак понятно. Человек, который видел, как его могли уничтожить со всей семьей, который знал, что его убьют террористы, решил наконец-то показать зубы. Даже не зубы, аклыки, иэто не могло не радовать.
        - Только хочу еще раз повториться, Александр Павлович, что любые попытки нелояльности будут караться максимально жестко.
        - Зря вы так, Александр Николаевич. Давайте как-нибудь при возможности сходим внаш мир, ивы посмотрите на то, во что превратилась Российская империя. Финляндия, Польша, Прибалтийские страны - уже давно враждебно настроенные против России государства. Даже Украина, Белоруссия - отдельные страны, причем тоже явно не дружественные. Элита развращена исмотрит врот западным кукловодам. Народ травится некачественными продуктами вкрасивых упаковках. Свое производство давится изажимается налогами ипоборами. Увласти реально бандиты, которые ведут себя соответственно. Ивы думаете, что уменя есть желание тянуть ваше государство по тому же накатанному пути, просто при этом заняв теплое местечко? Вы так точно не думаете, иначе бы не делали такого предложения. Стоит ли пугать истращать.
        - Не обижайтесь, Александр Павлович, но ядолжен был вам это сказать. Если честно, то отца интересовала ваша реакция, ивы опять сумели удивить. Мы от вас ожидали проявления верноподданнических чувств, ивот это вызвало бы недоверие, ну на крайний случай оскорбились бы, атут так спокойно восприняли.
        - Ну ачто делать? Вы правы. Доверяй, но проверяй. Еще раз повторюсь. Мы ни скем не связаны, не принадлежим ни кодному из ваших кланов, поэтому однозначно будем вашими креатурами. Тем более, как мне кажется, сейчас самый удачный момент для коррекции истории - Россия вполитической изоляции, поэтому попытки влияния из-за границы будут обречены на провал. Тем более это особенно будет ярко выражено после поражения вКрымской войне. Поэтому, ясчитаю, вфункции новоявленного подразделения канцелярии нужно ввести еще информационную безопасность. Есть, конечно, втретьем отделении пятая экспедиция, которая занимается цензурой, но учитывая результаты, то деятельность можно организовать совершенно по-другому. Унас есть наработанные методики воздействия через средства массовой информации, что позволит добиться больших результатов, нежели обычная практика запретов. Запреты - это пассивная оборонительная тактика, иона по определению проигрышна. Да ипо поводу финансовой безопасности - ябы предложил вфункции нового отделения добавить еще ифинансовую разведку, которая предполагает создание альтернативных
разведывательных сетей за рубежом, которые потом могут быть ориентированы ина сбор военно-политической информации. Вперспективе вслучае необходимости вособый период эта система позволит принятие превентивных мер, включающих ликвидацию ключевых фигур вруководстве вероятного противника, диверсий иактов саботажа на предприятиях военно-промышленного комплекса…
        После некоторой паузы цесаревич ответил:
        - Да, Александр Павлович, вижу, вы именно тот человек, кто готов идти до конца, и, по моему мнению, вы правы. Наши противники готовы идти на самые крайние меры, чтобы помешать нашему развитию… Япоговорю симператором, ипо получению результатов по другим направлениям, возможно большинство функций пятой экспедиции будут переданы вам. Апо всему, что вы тут говорили, ответа пока не будет, но, учитывая изменившиеся реалии, возможно, вам будут даны дополнительные полномочия. - Он опять хохотнул. - Хорошо, Александр Павлович. Мы свами друг друга поняли.
        На этом разговор был закончен. После ухода цесаревича вкомнате снова нарисовался капитан Вашкевич, который подчеркнуто уважительно задал вопрос:
        - Господин полковник, хочу вас поздравить сновым назначением ипросить не держать зла на то, что последнее время мне пришлось быть не сколько боевым товарищем, авашим тюремщиком.
        Я отмахнулся.
        - Не бери вголову. Ситуация слишком серьезная, иимператору нужно было подстраховаться.

* * *
        Ольга Андреевна Черторыжская вроскошном вечернем платье величаво обходила большой, освещаемый множеством свечей зал, вкотором проходил один из популярнейших приемов Санкт-Петербурга. Даже признанные звезды столичного света считали большой удачей попасть именно на прием кграфине Черторыжской, которая слыла весьма влиятельной особой. Она могла соблаговолить поспособствовать судачной партией для дочки или племянницы, похлопотать одолжности, решить внужном направлении судебную тяжбу имного других проблем, которые решались либо очень большими деньгами, что не всегда гарантировало конечный результат, либо серьезными связями. Но если за дело бралась Ольга Андреевна, то результат гарантировался одной только ее репутацией. Что она за это имела, никто не знал, ате, кому была оказана помощь, наотрез отказывались обсуждать подобные вопросы.
        При всем при этом графиня умела создавать определенную обстановку интриги на своих приемах, приглашая каких-нибудь знаменитостей. Как правило, на ее приглашения мало кто отвечал отказом, это значило поставить на своей карьере или личной жизни большой ижирный крест. Сегодня гостем восхитительной Ольги Андреевны должен был быть знаменитый илегендарный полковник Осташев, герой, освободивший захваченных подлыми поляками Наследника ссемьей. До сих пор обстоятельства тех дней оставались тайной, будоражащей весь столичный бомонд, все только знали, что лично полковник брал штурмом Зубовский флигель исвоим телом прикрывал Наследника, когда он выносил на руках свою беременную супругу. За это капитан Осташев впоследствии был произведен вполковники иназначен фактическим начальником нового седьмого отделения Личной Канцелярии Е.И.В. Такие карьерные взлеты были редки исоответственно вызывали зависть инездоровый интерес, атут на столичном небосводе зажглась новая звездочка императорского фаворита.
        На фоне новых польских волнений, переходящих ввооруженные столкновения справительственными войсками, история захвата иосвобождения Наследника обрастала новыми невероятными подробностями. Имало кто знал, что именно сама графиня Черторыжская мастерски подогревала нездоровый интерес кличности сына генерала Осташева, вбрасывая вобиход новые иновые слухи, которые находили благодарную почву. История уничтожения банды грабителей вТульской губернии тоже не прошла незамеченной.
        Всеми возможными способами она пыталась напомнить строптивому полковнику, который мастерски избегал петербургского высшего общества, оего обещании посетить свизитом графиню, ивот наконец-то это свершилось: мажордом, открыв двери, ведущие вглавный зал, торжественным изычным голосом произнес.
        - Полковник граф Осташев Александр Павлович.
        Графиня, как самонаводящаяся ракета, рванула сместа навстречу знаменитости, показывая всем, что итут унее самые сильные позиции. Приблизившись иразглядев, что гость одет вновенький парадный мундир полковника от инфантерии, мило улыбнулась ибуквально промурлыкала, пытаясь вложить всвой голос максимум дружелюбия, участия ичего-то такого, что вызывало усильных мужчин дрожь возбуждения.
        - Здравствуйте, граф. Наконец-то вы нашли время исполнить ваше обещание ипосетить наше скромное общество.
        Еще раз улыбнувшись, она пробежала взглядом по фигуре полковника. Главное было сделано - она выполнила обещание, данное очень серьезным людям, которым она была многим обязана, ибуквально вытащила Осташева на прием. Теперь осталось его представить англичанину, который прибыл специально, чтобы переговорить со строптивым полковником. Срочность исерьезность этого события была такова, что Ольга Андреевна сама терялась вдогадках. Что-то было вэтом человеке не так, иэто она заметила еще тогда, на дороге, когда они гнались за беглым преступником. Вся женская интуиция ивеликолепное знание мужчин, которых унее было немаленькое количество, подсказывали, что этот экземпляр совершенно из другой конюшни.
        Взяв за руку графа Осташева икраешком взгляда наблюдая за его поведением, графиня подводила его кгостям, представляла, сама шутила иулыбалась, но при этом на сердце унее было не спокойно. Кружа сгостем по залу, она медленно приближалась кчеловеку, скоторым нужно было организовать встречу сполковником. Держа его за руку, Ольга Андреевна чувствовала напряженность. Несколько раз заглянув ему вглаза, она почувствовала за маской солдафона, которому крупно повезло вжизни оказаться внужном месте внужное время, отпускающему туповатые шутки исневероятным самомнение выслушивающего комплименты от разодетой публики, хищника, упоенного кровью жертвы, который снова идет по следу. Она содрогнулась от этого сравнения ибыла удостоена участливым взглядом своего спутника, который совершенно другим голосом, полным участия, поинтересовался:
        - Вам холодно?
        - Немного, но не беспокойтесь, Александр Павлович, это всего лишь сквозняк.
        После нескольких минут пустопорожней болтовни они наконец-то приблизились кцели, ради которой ибыл затеян весь это прием.
        - Александр Павлович, позвольте представить вам сэра Малькольма Уэйда, который будучи вСанкт-Петербурге, узнав овашем героическом поступке, хотел лично выказать свое восхищение.
        И пробормотав что-то про гостей, быстро испарилась, оставив гостя наедине свысоким подтянутым рыжеволосым англичанином, при этом тревожно глянув влицо графа Осташева.
        За этой парочкой сейчас исподволь наблюдали множество людей, исреди них был немец, помощник посланника Пруссии вРоссии, который сеще большим интересом следил за этой парой, ивзависимости от результата разговора он должен был начать действовать.
        Полковник Осташев иангличанин слишком долго, чтоб это могло считаться приличным, сверлили друг друга взглядами, ипосле этого русский офицер медленно исрасстановкой произнес:
        - Ну, здравствуй, Враг…
        Глава 21
        С момента памятного разговора сНаследником прошли три дня, имы сЛюбкиным, Рыжковым икапитаном Вашкевичем все это время впрямом смысле пахали, не покладая рук, создавая некий прототип спецслужб будущего. Несколько офицеров третьего отделения, которые идо этого задействовались внаших операциях по борьбе сказнокрадством исаботажем работ вобласти военно-промышленного комплекса, были окончательно переведены вмое подчинение. Их было шесть человек, но они уже неплохо научились подкладывать подслушивающие устройства, проводить сбор доказательной базы для судебного преследования фигурантов, следить, не привлекая внимания. Вперспективе яих готовил на должности старших оперуполномоченных по нескольким направлениям, споследующим разворачиванием небольших групп вполнокровные отделы. Тут были идва силовика, склонные кбыстрым иэффективным действиям, испециалист по наружке, талантливый любитель радиотехнической разведки, аналитик ифинансист. Сейчас, по прошествии времени ипри должном финансировании, это уже была полнокровная опергруппа, способная решать серьезные задачи, правда, врамках этого времени, но, тем не
менее, результаты были налицо. За три дня работы, нам удалось нарыть намного больше, чем всему III отделению генерала Дубельта вместе взятому.
        Официально, созданное VII отделение пока существовало на бумаге. Ни штатов, ни здания, ни четко выписанных функциональных обязанностей не существовало, но мы уже действовали. Воспользовавшись такой неразберихой, яначал тянуть на себя одеяло по многим направлениям, при этом страхуясь, писал длиннющие доклады обо всех наших телодвижениях лично Наследнику, официальному куратору нашего отделения, будучи уверенным, что эта писанина попадет на стол кимператору.
        Покрутившись встолице ипообщавшись снынешним руководством Российской империи, янисколько не обольщался относительно личностей наших нынешних руководителей: да люди, да всю свою жизнь купающиеся во власти ивлучах всеобщего преклонения. Но при этом они уж точно не безгрешны итот же НиколайI своей манерой поведения ичастыми фортелями напоминал мне одного из проверяющих генералов, который попил много крови. Они могли быть самодурами иидеалистами, любящими отцами ине совсем качественными управленцами, но вот кем-кем, адураками точно не были. Исейчас, впреддверии Крымской войны, первые раскаты которой уже начали греметь на Черноморье, мы им были нужны не меньше, чем они нам. Поэтому наплевав на все комплексы истереотипы, навязанные системой образования будущего, телевизором иособенно каналом «Дискавери», который часто «правдиво» рассказывал, как американские летчики во время Корейской войны сбивали сотнями русские «МиГи», управляемые лучшими асами Советского Союза, ипроиграли только потому, что начались перебои споставкой апельсинового сока, ясразу окунулся вработу, которая, кмоему удивлению, доставляла
мне истинное наслаждение. Самое интересное, ячасто давил всебе мысли, что всегда жалел освоем увольнении из военной контрразведки, атут наконец-то сам себе признался вэтом.
        Деятельность VII отделения сразу поставила на уши весь высший свет ичуть не толкнула гвардию на бунт. Мы как раз прослушивали интересное сборище офицеров одного из гвардейских полков, где упившиеся идиоты воткрытую начали обсуждать «коррекцию» династической линии русских императоров ихорохориться, вспоминая дворцовые перевороты прошлого века. Все было бы хорошо, если б один из этих васьков не нашел нашу прослушку ине начал всех синтересом расспрашивать, что это такое. Витоге пришлось устраивать импровизированное маски-шоу, со стрельбой травматическими патронами из помповухи иПМ. Чтоб оправдать такой шаг, янаписал большуший рапорт сраспечаткой разговора «заговорщиков», которую всю ночь стучала на ноутбуке Маша, исзаписью, перенесенной на диктофон для более удобного прослушивания, все это переправил через цесаревича прямо императору. Конечно, смоей точки зрения, выглядело не очень честно, но даже так показать свою работу, аэто тоже искусство, удалось.
        Император был вбешенстве. Казнить иотправлять под суд он никого не стал, но вот определенные кадровые подвижки вгвардии наметились, да иохрана вЦарском Селе теперь вбольшей части состояла по американскому принципу из морских пехотинцев. Ну, почти, точнее не из пехотинцев, аиз морских абордажников, но ребят, побывавших всражениях иумеющих скакать по вантам парусных кораблей во время шторма. Внешне они, конечно, выглядели не так презентабельно, как гвардейцы, все-таки сказывалась многовековая селекция дворянства, но вданной ситуации иимператор, иАлександр предпочитали возле себя иметь настоящих бойцов, не развращенных столицей.
        Пока возле престола шла возня, когда прямо на глазах менялась расстановка сил имногие влиятельнейшие семейства попадали вопалу, мы занимались своим делом. Удалось провести эксгумацию отравленных при захвате Наследника охранников, но это вылилось практически ввооруженное столкновение сприбывшими «помешать осквернению могил героев» гвардейцами.
        Присмотревшись кбратве саксельбантами, которая стала оттирать моряков, я синтересом констатировал, что тут присутствовало много знакомых лиц, даже не лиц, арыл, так или иначе проходивших по нашим оперативным сводкам как потенциальные объекты для разработки. Да икапитанчик, который все так настойчиво пытался меня вызвать на дуэль, тут активно отметился. Теперь он не мог себе позволить вызвать меня - уж слишком различались наши звания, иправила дуэльного кодекса на такие вещи смотрели очень отрицательно, но вот науськивать на меня своих более старших сослуживцев унего неплохо получалось.
        Когда пара тел была упакована ипогружена на повозку, явышел коцеплению, возле которого уже началась кулачная потасовка, и, несколько раз выстрелив вверх, вызвал старшего. Ко мне подошел седоусый полковник, который сособой брезгливостью представился исвызовом начал что-то гнать насчет подлости. Пришлось его прервать:
        - Господин полковник. Вы мешаете расследованию тягчайшего государственного преступления. Предлагаю втечение двух минут увести это пьяное быдло вместа постоянной дислокации, впротивном случае, все, кто вданный момент нарушает порядок имешает следственным действиям, будут арестованы ипреданы трибуналу. Иявам обещаю, что очень мало из ваших людей доживут до суда. Большинство будут убиты при попытке оказать сопротивление при аресте. Еще раз повторяю, увас две минуты, после чего будет открыт огонь на поражение.
        Я обернулся икивнул всторону сотника Любкина, который присел на одно колено инаправил всторону галдящих гвардейцев «Ремингтон», иРыжкова спулеметом Дегтярева, прилегшего всторонке идемонстративно лязгнувшего затвором. Никто иникогда не видел такого оружия, но всем было понятно, что если польется кровь, то ее будет много.
        К моему удивлению, вскоре на помощь прибыла казачья сотня, под личным командованием генерала Дубельта, быстро разрулившего ситуацию. Уменя даже возникла мысль, что все это он испровоцировал, но чуть позже, когда мои опера изъяли парочку особо отличившихся ребятишек ивполне основательно сними побеседовали, выявили организаторов ивзяли их вразработку.
        После этой истории, тоже обросшей определенными слухами, генерал сам напросился на встречу, ия срадостью согласился, хотя бы даже из элементарного почтения перед этим человекам. Только сволочи да низкие людишки начинают игнорировать ипинать человека, попавшего вопалу. Яктаким не относился, поэтому вскоре водном из ухоженных парков Царского Села состоялась наша встреча.
        Генерал выглядел не очень - последние обрушившиеся события давали осебе знать, да иопала тоже.
        - Добрый день, Василий Леонтьевич.
        Он усмехнулся.
        - Здравствуйте, Александр Павлович. Рад видеть, что вы не относитесь ктой категории людей, которые избегают опальных генералов.
        - Василий Леонтьевич, вы профессионал, ивлюбом случае империя будет нуждаться втаких людях, как вы ия. Если моя деятельность послужила причиной вашей опалы итого, что некоторые полномочия вашего отделения переданы внаше ведение, то тут прошу прощения ихочу сказать сразу, что яэтого не хотел. Если б была возможность, то сбольшим удовольствием оставался ввашей тени, исходя из элементарного чувства самосохранения. Внынешней же ситуации якак яркий фонарь, на который будут лететь всякие убийцы, посвященные втайну пророчества монаха Эстерра.
        - Вот яоб этом ихотел поговорить свами. Мне кажется, вы уже поняли, что моя «опала» - это один из маневров императора, чтоб проверить ивас исвое окружение, иглавное, чтоб выявить заговорщиков, которые так или иначе попробуют все-таки вас достать.
        Я вздохнул.
        - Да понятно все. Вот только это именно тот случай, когда яне смогу отказаться, ипо некоторым нюансам, когда Его Императорское Высочество озвучивал мое новое назначение, яувидел некоторые мелочи, которые могли исходить только от вас.
        - Ярад, что вы обратили на это внимание итакой поворот событий не вызвал увас ко мне негативных чувств.
        - Как сказал один литературный персонаж: «Мы свами одной крови». Мы псы на страже империи, стоит ли нам грызться, если вокруг столько дичи.
        Он не выдержал ирассмеялся.
        - Вот самое интересное, Александр Павлович, что вы всегда умеете удивить своим отношением кжизни. Где любой из наших современников будет уже вызывать на дуэль, вы даже не заметите ипройдете мимо, агде вообще нужно проявить выдержанность, даете прикладом взубы ирассказываете какую-нибудь веселую историю.
        - Это уменя синдром бравого солдата Швейка. Очень часто помогает всложных ситуациях.
        - Поделитесь?
        - Ну, вам-то уже не поможет, вы уже фигура состоявшаяся.
        - Авы все же попробуйте.
        - Хорошо. Если вкратце, то включаешь режим недалекого вояки сярко выраженным ассоциативным мышлением. Выдаешь какую-нибудь глупость ипод это сразу же историю из жизни. Человек, получивший неприятную информацию, сразу переключается на вашу историю ивнекоторой степени отходит от шока, что позволяет впоследствии ему толкать кучу дополнительной информации ссамым дебильным выражением лица.
        - Интересный подход. Апочему Швейк?
        - Аявам дам книгу прочитать. Там про крах Австро-Венгерской империи во время Первой мировой войны. Очень познавательно.
        - Весьма благодарен. Атеперь давайте обговорим наши будущие действия.
        - Яэтого ждал. Насколько уменя развязаны руки?
        - Не настолько, как вам кажется, но определенная степень свободы инезависимости увас есть. На этом настоял Наследник, убедив императора, что так будет лучше для дела.
        - Вы так не считаете?
        - Да. Если б ясегодня не вмешался, то ваши головорезы перебили бы кучу гвардейцев ииспортили все дело.
        - Это была отвлекающая акция. Реально расследование идет по другому пути.
        Тут он удивленно остановился иуставился на меня.
        - Неужели? Может, поделитесь?
        - Не сейчас, прошу не обижаться. Не из недоверия, апросто боюсь сглазить…
        Дубельт не стал настаивать, имы расстались вполне довольные разговором.
        А реально мне было, что предъявить руководству: план использовать меня вкачестве живца впринципе давал свои плоды. Подослать ко мне ликвидаторов было проблематично, так как ясам не знал, где окажусь вследующий момент, поэтому нужно было устроить так, чтобы ясам пришел вто место, где меня будет ждать засада.
        Постаравшись поставить себя на место противника ипроведя мозговой штурм внашей команде, мы пришли квыводу, что самый оптимальный вариант будет, если меня вытянуть на какую-нибудь великосветскую вечеринку. Акак меня пригласить? Вот, значит, вСанкт-Петербурге должен появиться кто-то, через кого мне можно передать приглашение. Через Дубельта, Александра Николаевича иимператора такое, конечно, не получится, особенно если после такой просьбы меня прихлопнут - натуральное самоубийство, поэтому срочный приезд встолицу Осташева-старшего был приурочен кначалу операции «Тухлый макдоналдс». Почему именно так назвали, понимали только Маша, которая там один раз перекусила, иНиколаевич, выходец из нашего времени.
        Вскоре Павел Никанорович передал мне несколько приглашений на светские рауты, где уж очень хотели меня увидеть. Япоинтересовался - где особенно хотели видеть, и, кмоему удовлетворению, снова всплыло имя графини Черторыжской, которая реально всвое время была объектом поклонения молодого Паши Осташева. Генералу артиллерии мягко намекнули, что его сынишка клятвенно обещал навестить известную встолице светскую львицу, асвое обещание выполнять не спешит - нехорошо, иособенно для такого бравого полковника.
        Сказано - сделано. Графинюшку сразу взяли вплотную оперативную разработку. Ох, сколько интересного накопали: ифинансовые махинации, ишантаж, ивзятки. Вобщем, тетка представляла собой типичного представителя сообщества людей, которых называют - мастера решать проблемы, правда, никто не говорит, что они сами большинство этих проблем исоздают. Идевчонка, которая была сней вколяске, не внучка из провинции, аочень дальняя родственница, которую готовили вроли содержанки для какого-то богатенького козла. Хотя жаль, девочка вроде ничего. Машка, услышав от меня такое заявление, надулась ичто-то начала ворчать, рассказывая про столичные нравы.
        Долго ждать унас не было времени, поэтому, подгадав так, что служанка ипо совместительству доверенный человек тетка Пелагея была вне дома, ясамым наглым образом заявился вгости кграфине Черторыжской.
        Это был интересный разговор. Иобо всем, ини очем. Вобщем, мне выставили милый ультиматум, что моя репутация очень пострадает, если бравый полковник Осташев не появится на одном из роскошнейших приемов Санкт-Петербурга. Пришлось посетовать на катастрофическую занятость вборьбе сврагами империи, но ради такого ясмогу выделить пару часов. На этом изакончили, иябыстро ретировался взакрытую неприметную карету, оборудованную вкачестве передвижного прослушивающего центра.
        Для затравки яподарил графине небольшую икрасивую шкатулку свмонтированным внее подслушивающим устройством, правда, батареи хватало только на восемь часов непрерывной работы, но японадеялся, что иэтого времени хватит. Да ивкомнате, где меня принимали, успел сунуть вбольшую китайскую вазу тоже небольшое устройство для выведывания страшных женских тайн. Но это мало помогло. Энергичная графиня после моего визита развила бурную деятельность иразослала по столице несколько десятков писем, при этом наших возможностей абсолютно не хватало, чтобы отработать всех адресатов. Хорошо, что хоть список их удалось составить.
        Прошло еще два дня, ина вечер намечался прием, на котором мне предстоит стать свадебным генералом, ареальных подвижек вделе пока не было. При этом поджимало время, через четыре дня мне надо было быть вТульской губернии - как раз подходило время открытия окна вбудущее.
        Днем, когда мы прорабатывали последние детали моего визита вдом кграфине Черторыжской, начальник службы наружного наблюдения поручик Нартов доложил:
        - Господин полковник, за домом графини ведется независимое наблюдение.
        - Определили кто? Третье отделение?
        - Нет. Это кто-то другие. Удалось только установить связь ссекретарем прусского посла, неким господином Рейнхардом Дерриком.
        - Вы провели аудиовидеофиксацию?
        - Так точно. Вся информация передана госпоже Тихвинской.
        - Спасибо. Сейчас ознакомлюсь.
        Народ, задействованный вэтой операции, прекрасно знал, кто мы иоткуда, поэтому уже был обучен работе сиспользованием ицифровых фотоаппаратов, ивидеокамер.
        Вызвав Машу сноутбуком ипросмотрев записи, яповернулся кпоручику, скромно стоящему всторонке.
        - Генрих Алексеевич, ваши соображения по этому поводу?
        Он прокашлялся.
        - Квашей личности сейчас, впреддверии войны, проявляют интерес послы многих держав, втом числе иПруссия не исключение. Этот секретарь еще тот ловкач, умело скрылся от нашего наблюдения…
        - За собой слежки не заметили?
        - Нет, проверялись, все чисто.
        - Хорошо. Планы на вечер корректировать не будем, разве что усилим меры безопасности.
        Когда пробило восемь часов, явновеньком парадном мундире полковника от инфантерии, под который был одет бронежилет скрытого ношения, апод мышкой воперативной кобуре спрятан ПМ, поднялся по широкому крыльцу иснова зашел вбольшой ироскошный дом графини. Еще впервый раз яотметил отменный вкус хозяйки, сумевшей создать непередаваемую атмосферу роскоши, но при этом не выпячивая свое богатство. Тут нужно действительно уметь ичувствовать ту грань, чтоб не обижать гостей ине вызывать нездоровой зависти, но при этом не опуская свой статус.
        Проходя за дворецким через многочисленные комнаты взал, где собралась публика, поднимаясь по лестнице, я синтересом любовался произведениями искусства, украшающими стены, гобеленами со сценами баталий иповседневной жизни, спортретами предков иизвестных сановников прошлого. Мраморная лестница нас привела на второй этаж, где больше сотни людей ожидали моего появления.
        Это было незабываемо. На меня сразу навалилось противоречивое чувство нереальности всего происходящего: разодетые надменные мужчины идамы, сверкающие драгоценностями, тяжелый дух горящих свечей, перемешанный сароматами духов изапаха женского пота. Легкая музыка струнного трио дополняла обстановку эксклюзивной вечеринки. Хозяйка, извещенная заранее омоем прибытии, как самонаводящаяся ПТУР, уже мчалась ко мне навстречу. Почти бесцеремонно подхватив меня за руку имило улыбнувшись во все шестьдесят четыре зуба, проворковала:
        - Здравствуйте, граф. Наконец-то вы нашли время исполнить ваше обещание ипосетили наше скромное общество.
        Причем унее это так получилось, что уменя возникло желание сразу ее взять вохапку иискать уединенную комнату скроватью, ну на крайний случай даже кресло подойдет. Мое смятение ижелание не остались незамеченными, иумудренная жизненным опытом тетка продолжала улыбаться, окинула еще раз оценивающим взглядом мою фигуру, давая понять, что все она заметила, иесли ябуду хорошим мальчиком, то буду допущен кдесерту. Пришлось брать себя вруки, иединственное, что пришло на ум для отвлечения внимания, это многовековые жировые складки мадам Валери, которую подстрелили впубличном доме ныне покойного Махерсона, ичерез несколько секунд мой гормональный баланс стал на место. Асам япро себя усмехнулся про этого кадра, это ж каким нужно обладать вкусом, чтоб вестись вот на такого слонопотама, которому слой жира даже не смогла пробить пуля от «стечкина», застряв вмягких тканях.
        Мы ходили по залу, разговаривая сгостями, ия, ксвоему удивлению, даже увлекся таким времяпрепровождением - приятно быть вцентре внимания. Множество известных фамилий, отголоски славы которых дошли идо нашего времени, ухоженные женщины, усыпанные драгоценностями, некоторые пытались даже оказать знаки внимания. Мне приходилось на ходу импровизировать ивключать режим «тупого солдафона», чтобы вылезать из непонятных ситуаций, связанных сэлементарным незнанием реалий этого мира. Но вот рыжего атлетически сложенного иностранца сострым, как удар кинжала, взглядом ясрисовал сразу инесколько раз повел вего сторону видеокамерой, прикрепленной на жестком воротнике. Кмоему удивлению, круги, которые мы нарезали схозяйкой по залу, все ближе иближе подводили меня кэтому рыжеволосому, который ибыл моей целью, видимо, так же как ияего. Ктому же япочувствовал, как напряглась графиня, иэто дало еще один сигнал, может быть последний, что яна финишной прямой. Ее как будто била дрожь, что говорило овпрыске огромного количества адреналина вкровь. Она боялась, очень боялась того, что могло произойти. Ктому же весь вечер
япринципиально отказывался от еды ипитья, вдруг еще отравят, иэто ее насторожило не на шутку.
        Самое интересное, взале явстретил того самого секретаря прусского посланника, которого срисовала моя наружка. Мы сним мило побеседовали. На мгновение уменя мелькнула мысль, что этот человек реагирует на некоторые слова не совсем адекватно, это было больше похоже на моего современника. Да ипо-русски он неплохо изъяснялся. Но все закончилось быстро. Несколько приличествующих моменту фраз, пару вопросов истолько же уклончивых ответов, но его взгляд меня заинтересовал. Человек все равно был необычный, надо при случае им будет заняться плотнее.
        И вот после всего этого графиня подвела меня кангличанину. Яуже был на двести процентов уверен, что это точно был он тогда втолпе. Черторыжская как добрая хозяйка меня представила этому рыжеволосому:
        - Александр Павлович, позвольте представить вам сэра Малькольма Уэйда, который, будучи вСанкт-Петербурге, узнал овашем героическом поступке ихотел лично выказать свое восхищение.
        И через несколько мгновений она элементарно слиняла, оставив меня наедине сврагом.
        Мы мерили друг друга взглядами, иказалось, что этот поединок затянулся надолго, иотвлек меня начинающийся шепот взале, где народ синтересом наблюдал за нашим безмолвным поединком. Да, яоказался прав, это именно он. Видимо, от отчаяния Уэйд пошел на такой контакт, поэтому его глаза пылали ненавистью ибезысходностью. Серьезная смесь, которая может привести кнепредсказуемым результатам. Ипосле всего этого ярешил его спровоцировать:
        - Ну, здравствуй, Враг…
        По залу прошелся вздох. Никто не ожидал такого развития событий, люди замерли, до многих дошло, что сейчас происходит нечто необычное исудьбоносное. Но посвящать окружающих внаши разборки не было смысла, поэтому пришлось пройти на балкон итам продолжить разговор без свидетелей. Мой противник оказался не робкого десятка, поэтому, невинно ухмыльнувшись, он пошел ватаку:
        - Полковник, ваша ненависть объясняется только тем, что наше дело победит вбудущем исейчас вы ведете себя как раб, отведавший кнута иполучивший возможность отомстить.
        Ба, да он же меня провоцирует. Аведь прав, гаденыш.
        - Теперь все будет по-другому. Яне дам вам превратить мир впомойку. События уже начали менять свой ход.
        - События совершают люди, иуних есть право выбора. Или выбор меняет людей. Раз вбудущем все предопределено, то кто вы такой, чтобы менять весь мировой порядок, который строится веками?
        Я усмехнулся.
        - Вы пытаетесь договориться или подкупить?
        - Ауменя разве что-то получится? Вы не из тех людей.
        - Пророчество Эстерра?
        Он поморщился - неприятно, когда сверхсекретная информация уходит кпротивнику.
        - Иэто тоже.
        - Так что вы хотели мне сказать? Не просто же так вы искали встречи со мной инапрягали все свои связи, чтоб вытянуть меня на этот прием?
        - Вы человек. Увас есть сын, есть невеста. Даже если вы неуязвимы, то они могут погибнуть ивсю жизнь вам придется жить сэтим страхом, икогда события выйдут из-под контроля, вы потеряете всех близких. Остановитесь. Россия - отсталая страна, ивсе новинки, которые вы пытаетесь внедрить, она не сможет произвести, ирано или поздно все это станет достоянием английской короны.
        - Вот даже как. Авы не думали, что мы предусмотрели итакой вариант?
        - Мы? Вы что здесь не один?
        Он испугался, очень испугался. Значит, ячто-то не знаю, впророчестве есть еще информация.
        - Да, нас много.
        - Значит, вы снова открыли врата ивпустили вэтом мир скверну ненависти! Безумец! - Он не говорил, ауже кричал, брызжа слюной. Класс, вот после этого иверь байкам осдержанности англичан. - Вы сами погубили свою страну, ивы, только вы виноваты, что по ней огнем пройдут войска европейских стран иочистят эти земли от варваров, не достойных владеть такими богатствами…
        А ведь парень на взводе, иконкретном. Он вцейтноте, и, видимо, обстоятельства загнали его вугол: или моя голова, или его. Надо действовать. Ясо всей силы просто двинул ногой ему впах, она замер на полуслове, согнулся изавыл, не упал только потому, что яего подхватил под руку. Другой рукой выхватил радиостанцию и, отжав кнопку, коротко сказал:
        - Всем. Клиент упакован. Готовим эвакуацию.
        Я его тащил через весь зал, илюди расступались, со страхом поглядывая на полусогнутого хрипящего англичанина. Хозяйка попыталась заступить дорогу, но ятак рявкнул, что унее опустились руки иперекосило лицо:
        - Графиня, потом мы свами поговорим - вдругой обстановке, асейчас не мешайте защищать Родину!
        Чуть всторонке яувидел того самого немца иснова встретился сним взглядом и… ксвоему удивлению, увидел вего глазах одобрение.
        На входе вдом меня ждал сотник Любкин, выполняющий функции силового прикрытия. Тут же недалеко стояла наша вторая карета, вкоторой яприехал ина которой мы должны были вывезти англичанина. Вторая крытая карета, используемая вкачестве передвижного командного пункта, находилась на расстоянии ста метров.
        Любкин сразу подхватил стонущего пленного истал помогать его тащить ккарете. Сидящий на козлах кареты корнет Савин, один из бойцов опергруппы, вдруг закричал, выхватывая пистолет:
        - Сзади!
        Раздался сдвоенный выстрел. БУХ-БУХ! Корнет свалился на землю. Тут же снова загрохотали выстрелы. Любкин, получив пулю вспину, покатился по лестнице, утянув меня ипленного за собой.
        Я выхватил ПМ, отполз поближе ккарете и, увидев бегущих ко мне троих вооруженных людей, освещаемых светом факелов, встал на одно колено и, не раздумывая, как втире, открыл огонь на поражение. БАМ. БАМ. БАМ. Один, получив пулю вгрудь, нелепо взмахнув руками, по инерции покатился по лестнице, двое спрятались за колоннами ипочти синхронно разрядили пистолеты внашу сторону, на пару мгновений скрывшись вгустых клубах порохового дыма. Яснова выстрелил наугад и, схватив за руку стонущего сотника, попытался покинуть сектор обстрела противника. Из-за кареты выскочили еще двое, вплащах иприкрытых масками лицах. БУХ. БУХ. Глухо захлопали старинные пистолеты. Уже почти наугад япалил втемные силуэты. Один споткнулся игромко закричал, катаясь по земле изажимая простреленную ногу, второй, отбросив разряженный пистолет, отскочил обратно за карету, выхватив из ножен клинок, иснова бросился на меня. Кнему на помощь присоединились те двое, что прятались за колоннами, тоже вооруженные холодным оружием. Чуть встороне что-то громко хлопнуло, иулица на пару мгновений осветила неяркая вспышка. Тут же заржала раненая
лошадь. Еще громкий хлопок. Это походило на взрывы местных гранат, начиненных дымным порохом. Нападающие чуть пригнулись иостановились, услышав взрывы, но, разглядев меня сквозь клубы дыма, снова бросились ватаку.
        БАМ! Ближайший покатился по лестнице. БАМ! Второй упал. БУХ. Что-то сильно ударило вруку, выбив разряженный пистолет, иячуть не лишился сознания от дикой боли. БУХ. Удар вгрудь, именя кинуло на спину. БУХ. Ичто-то очень сильно бьет влицо, внижнюю челюсть, ияне могу кричать, захлебываясь кровью. Сознание не потерял иувидел, как подбежавший нападающий замахнулся клинком итут же его выронил, упал на колени изавалился рядом. Со стороны крыльца знакомо короткими очередями грохотал автомат Калашникова.
        От потери крови иболевого шока яначал терять сознание, когда передо мной появился тот давнишний немец сАКМСом вруках, и, сморщившись при виде моих ран, начал хлопотать рядом, останавливая кровь иприговаривая:
        - Тихо, тихо, товарищ. Терпи.
        Я не мог говорить, нижняя челюсть меня не слушалась. Вокруг уже стали собираться игалдеть люди. Впоследних проблесках сознания язапомнил лицо Наташи Станкевич, которая срывала зубами упаковку со шприца-тюбика…
        ЭПИЛОГ
        4октября 1853 года. Сражение шло третий час, итурецкие войска, пользуясь численным превосходством, перешли врешительное наступление, отжимая по фронту сзанимаемых позиций два русских полка. Омар-паша, бывший австрийский генерал, перешедший на службу ктурецкому султану, увидев подходящий момент, бросил по левому флангу ватаку всю имеющуюся унего вналичии конницу. Русские батареи полевых пушек были почти подавлены, иих огонь не мог нанести серьезных потерь. Наступал решающий момент битвы возле небольшого румынского городка Олтеница.
        Грозный топот турецкой кавалерии, надвигающейся как горная лавина, наводил дрожь на тонкую цепочку выстроившихся солдат русского полка, прикрывающего левый фланг. Офицеры, стоящие водном строю ссолдатами, отрывистыми голосами подавали команды.
        - Товсь! Целься! Первая шеренга, огонь!
        Густые клубы порохового дыма на несколько мгновений закрыли от солдат надвигающуюся конницу, имало, кто успел разглядеть попадавших на землю всадников илошадей, которые тут же были затоптаны, но это была капля вморе, иконная лава неумолимой волной надвигалась на русских воинов.
        Чуть встороне, на возвышении находился молодой артиллерийский капитан, которого постоянно сопровождали четверо казаков охраны. Он долго рассматривал ход битвы внеобычный по конструкции бинокль и, выждав подходящий момент, снял свисящего за спиной одного из охранников квадратного металлического ящика свставленным гибким металлическим прутом черную трубку, поднес ее куху иначал что-то кричать, периодически посматривая вбинокль.
        Мало кто заметил, как снеба прямо под копыта первых всадников турецкой конницы упала небольшая металлическая капля ивспухла бездымной, но яркой вспышкой, разметав врадиусе пяти саженей все живое.
        Капитан Кривошеев, удовлетворенно кивнул, снова что-то прокричал втрубку, ина атакующую кавалерию противника пролился буквально дождь таких смертоносных капель.
        Недалеко за холмом, охраняемые казачьей сотней, приписанной кVII отделению личной канцелярии ЕИВ, яростно хлопали шестнадцать 82-миллиметровых минометов, покрывая поле, где наступала турецкая конница, ровным слоем разрывов.
        Не выдержав смертоносного дождя, турки отступили, оставив за собой поле, заваленное лошадями ивсадниками, ивпанике бросились обратно, потоптав по дороге идущую за ними пехоту.
        Но Кривошеев, которому даны были особые полномочия, не удовлетворившись результатом, перенес огонь на центр, где дело уже дошло до рукопашной схватки. Через минуту такой же смертоносный дождь пролился на подходящее подкрепление турков, которое, пользуясь численным превосходством, должно было довершить прорыв увязших врукопашной схватке центральных русских полков.
        Идущее плотными колоннами подкрепление заволокло пылью идымом. Пятиминутный плотный минометный огонь буквально разметал по земле пятитысячный турецкий отряд. Затем еще был нанесен массированный удар по резерву ипо открыто стоящим на прямой наводке полевым батареям противника, ина этом миссия Кривошеева была закончена - весь имеющийся вналичии боекомплект был расстрелян. Оставался еще один, резервный, но его было приказано сохранить на крайний случай.
        Благодаря такой своевременной огневой поддержке, турецкие войска, понеся большие потери, отошли, оставив поле боя за русскими. Весь оставшийся день специально проинструктированные казаки облазали все места нанесения минометных налетов впоиске неразорвавшихся мин и, найдя несколько таких, под руководством капитана подорвали толовыми шашками.
        На следующий день русские войска отступили, оставив за турками Южную Румынию, но при этом, нанеся превосходящему по численности противнику значительные потери вживой силе, не утратили боевого духа ибыли готовы кновым битвам.
        После этого сражения все свидетели первого массированного применения минометов восторженно заговорили оновых «гвардейских императорских мортирах», которые способны перемалывать за минуты целые тысячи солдат неприятеля.
        Слышавший эти разговоры капитан Кривошеев ухмылялся ибурчал себе под нос: «Видели бы вы настоящие гвардейские минометы». Так получилось, что, будучи старшим лейтенантом Красной Армии, он воевал вбудущем сфашистами ине успел посмотреть на знаменитые «Катюши» вдействии, но благодаря фильмам, предоставленным ребятами из 2011 года, знал, что это такое, имечтал когда-нибудь поучаствовать вударе реактивными минометами. Сейчас, сидя вседле идвигаясь вколонне отступающей, но не побежденной армии, он радовался тому, что получал удовольствие от своей работы ипонимал, что находится на своем месте…
        Далеко от этих мест вТульской губернии вособом районе, находящемся вуправлении VII отделения личной канцелярии ЕИВ, до сих пор функционировал секретный информационно-вычислительный центр, вкотором теперь ведущую роль занимала старший оператор электронно-вычислительных машин коллежский секретарь княжна Мария Игоревна Тихвинская. Помимо основной работы всвободное время она обучала еще трех специально подобранных девушек работе на компьютерной технике изанималась воспитанием маленького Славика, сына полковника Осташева. Каждый раз, когда подходило время открытия окна, она всопровождении сотника Любкина, который после ранения отвечал за ее безопасность, ходили кзаветному дубу иждали появления гостей стой стороны. Прошло уже несколько месяцев стех памятных событий…
        Тогда они готовились очень тщательно квизиту полковника вдом графини Черторыжской. Проверили все подходы, исключили возможность размещения стрелков на соседних домах, проверили все подъехавшие сгостями кареты. Но все равно противник обыграл их. Когда Осташев захватил англичанина испустил его вниз, где его прикрывали корнет Савин исотник Любкин, на них напали. Попытка прийти на помощь закончилась тем, что еще трое человек из группы прикрытия были тяжело ранены - противники закидали их ручными гранатами. Правда, они были очень слабенькими иначинены черным порохом, но иэтого хватило, чтоб на короткое время получить тактическое преимущество ипозволить основной группе добраться до полковника. Если б не вмешательство секретаря прусского посланника, который вовремя открыл огонь, Осташева там бы идобили, но итого, что она увидела, было достаточно, чтобы впасть вотчаянье. Саша, так она про себя называла полковника, был втяжелом состоянии. Одна пуля, выпущенная вупор, была отражена бронежилетом скрытого ношения, но сила удара была такова, что поломала ребра. Вторая пуля попала вруку иперебила кость, вызвав
активное кровотечение. Третья ипоследняя попала вголову иразворотила всю левую часть лица. Когда они смогли пробиться кместу побоища, где Николаевич снемцем добивали оставшихся вживых нападавших, Маша чуть не упала вобморок итолько большим усилием воли смогла сдержать себя вруках, увидев, что полковник все еще всознании. Наташа Станкевич успела сделать какие-то уколы изабинтовать раны, но иона была подавлена. Положение Осташева было тяжелым. Корнет Савин был тяжело ранен, но молодой организм вытянул его, авот Любкин, получивший пулю вногу, надолго выбыл из строя.
        Слава богу, англичанин, который был центром всех событий, выжил ивпоследствии был допрошен сособым пристрастием, пролив свет на многие непонятные моменты. Еще одним неприятным известием было, что среди нападавших оказалось много переодетых гвардейцев, которые реально хотели отомстить строптивому жандармскому полковнику за унижение своих товарищей. Как говаривал Осташев, их сработали втемную, заставив проливать русскую кровь за интересы англичан. После таких известий император уже рассвирепел, инесколько гвардейских полков, офицеры которых были замешаны вэтих событиях, срочно отправились на Кавказ смывать свой позор кровью.
        А вэто время жизнь Осташева висела на волоске, ипосле быстрых переговоров, сучетом того, что до открытия очередного окна оставалась пара дней, раненого срочно погрузили вджип ивсопровождении охраны, под присмотром санинструктора Станкевич икняжны Тихвинской, рванули вТульскую губернию. За рулем находился неизменный Рыжков, который, не смыкая глаз, гнал на максимальной скорости, пытаясь успеть ксроку.
        Они успели, итело полковника, уложенное на носилки, Николаевич иодин из посвященных казаков отнесли кзаветному месту, пытаясь использовать Осташева вкачестве ключа. Да, им удалось открыть дверь ивызвать Березина, Логинова иеще одного неизвестного человека, который судивлением рассматривал обвешанных оружием людей, несущих на носилках раненого.
        В этот раз никто не стал перегонять на эту сторону никакой техники иникаких грузов. Жизнь Александра Осташева, или, как он звался всвоем мире, Александра Владимировича Звонарева, висела на волоске, иему требовалось срочной хирургическое вмешательство. Вэтот раз окно снова закрылось, итолько Рыжков остался на этой стороне.
        С тех событий уже прошли долгие четыре месяца, но Маша смаленьким Славиком иЛюбкиным все равно приходила кдубу вожидании появления любимого человека, но чуда пока не свершалось.
        История пока шла по намеченному пути, разве что император теперь передвигался не вкарете, авблестящей самобеглой повозке, вызывающей зависть увсех монархов Европы. Управлял сим необычным аппаратом, называемым автомобиль, пожилой нелюдимый человек впятнистой форме, которого звали Рыжков Олег Николаевич. Никто не знал, откуда появилась такая фантастическая машина ичеловек, ею управляющий, иэто оставалось тайной, будоражащей последние месяцы все общество, наравне ссобытиями, произошедшими на приеме усветской львицы графини Черторыжской, которая по личному указу императора была заключена вПетропавловскую крепость.
        С другой стороны, любой человек из будущего просто посмеялся бы над такой метаморфозой - от водителя симферопольской маршрутки до личного шофера Его Императорского Величества НиколаяI. Но вжизни случается ине такое…
        Император во время движения часто сним разговаривал, поражаясь тому, как изменилось мышление людей за сто пятьдесят лет. Да, его личный водитель был циничен, но часто говорил интересные вещи.
        Как-то на вопрос отом, кто же был тот человек, который помог во время боя возле дома графини Черторыжской, Рыжков сначала не захотел говорить, но потом изменил решение. Вкратце, как он помнил из школьного курса ииз той истории, свидетелем которой был, поведал про судьбу Германии, начиная от прихода квласти Гитлера, оВторой мировой войне ипоследующем разделе на ГДР иФРГ. Овосточногерманском Министерстве государственной безопасности иоб одном из его сотрудников, в1989 году вывозившем секретные архивы из охваченного восстанием Берлина, умудрившемся провалиться впрошлое ивнынешний момент являющемся личным секретарем исоветником Отто фон Бисмарка, который впериод Крымской войны будет занимать откровенно пророссийскую сторону исделает все, чтобы Пруссия не выступила на стороне антирусского альянса.
        Император надолго задумался. Информация была очень интересной.
        - Почему вы об этом раньше не говорили?
        - Он просил это рассказать только полковнику Осташеву, когда тот выздоровеет, иядал слово…
        - Интересно, откуда вы столько знаете?
        - Когда отправляли командира на ту сторону, яспомощью Машки, ну, то есть княгини Тихвинской, покопался вархивах, самому было интересно узнать про этого немца.
        - Насколько ему можно доверять?
        - Человек жил иучился вРоссии. Тем более иунего, иунас общие враги. Во всяком случае, он на нашей стороне, ачто из этого выйдет, время покажет. Думаю, командир разберется.
        - Вы все еще верите, что полковник Осташев вернется?
        Тут джип остановился, иимператор вздрогнул, увидев глаза своего водителя, который повернулся кнему лицом.
        - Ваше императорское величество, Осташев - не тот человек, чтоб так просто погибнуть, яуверен, что он себя еще покажет ите, кто радуется его смерти или исчезновению, рано или поздно об этом пожалеют.
        В салоне комфортабельного джипа повисла пауза. До императора дошло, что именно вэтот момент он увидел настоящего Рыжкова. Внешне это был грубоватый инеотесанный мужлан, умеющий только виртуозно обращаться савтомобильной техникой, но тут перед ним предстал другой человек, знающий иверящий, не как фанатик или помешанный на религии, акак личность, абсолютно уверенная вправильности своего мировоззрения.
        - Хорошо. Ябуду надеяться, что вы правы. Уж слишком много завязано на вашего командира.
        - Не беспокойтесь. Все еще впереди…
        Как бы вподтверждение его слов, из дорогущих икачественных динамиков полилась бодрая, задиристая песня.
        Не валяй дурака, Америка,
        Вот те валенки, мерзнешь небось.
        Что Сибирь, что Аляска - два берега,
        Баня, водка, гармонь илосось.
        Не валяй дурака, Америка,
        За морями скучаешь, поди.
        Что Сибирь, что Аляска - два берега,
        Бабы, кони, раздолье впути! <…>
        Много красной унас материи,
        Всем рубахи пошьем вам, братва.
        Эх, корона Российской империи…
        Екатерина, ты была не права.
        Не валяй дурака, Америка,
        Не обидим, кому говорят,
        Отдавай-ка землицу Алясочку,
        Отдавай-ка родимую взад!
        Император внешне спокойно выслушал песню, режущую слух своей необычной ритмикой ивульгарным наполнением, но, тем не менее, внимательно слушал изадал вопрос Рыжкову:
        - Ачто сАляской не так?
        Личный водитель ЕИВ НиколаяIвпервый раз проявил какое-то неуважение ипросто засмеялся:
        - Аляска?
        Конец первой книги

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к