Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Никольская Ева: " Мастер Фиолетовых Идей " - читать онлайн

Сохранить .
Мастер фиолетовых идей Ева Никольская
        Кто он? Смерть в фиолетовых очках, человек со странностями или мастер... Мастер фиолетовых идей? Вот только Мастерство его, как и сами Идеи, очень уж спорны...
        Ева Никольская
        Мастер фиолетовых идей
        Часть I. Серебряные коробочки.
        ГЛАВА 1 ВОСЕМНАДЦАТЬ.
        Вторую неделю в городе стояла невыносимая жара. Лето наконец вступило в свои законные права, и послушные стрелки термометров дружно взметнулись на отметку плюс тридцать. Измученные зноем прохожие уныло брели по своим делам, время от времени утирая со лба пот. Прогулка по такой погоде больше напоминала посещение сауны. Солнце нещадно палило, а воздух, лишенный даже намека на ветер, казался каким-то застоявшимся, несвежим, и это вызывало вполне ощутимый дискомфорт.
        Был выходной, и ритм городской жизни не отличался особой активностью. Город как будто дремал, упорно отказываясь пробуждаться под натиском бесчисленных солнечных бликов, кишащих повсюду. Нагретый асфальт подстраивал коварные ловушки для тонких каблуков незадачливых дам, дорожный смог заглушал аромат недавно распустившихся на клумбах цветов, а время неуклонно текло, приближаясь к полудню.
        Высокий худощавый человек в длинном светло-сером плаще, плотно застегнутом на все пуговицы, медленно шел по узкой московской улочке мимо залитого солнцем уютного сквера, где под покровом могучих, раскидистых лип сидели две словоохотливые старушки и с энтузиазмом обсуждали последние городские сплетни.
        И, следует заметить, было что обсудить. Третий месяц население столицы будоражили вспышки странной, неизвестной ранее болезни, неизбежный летальный исход которой наступал мгновенно, и от этого загадочная "зараза" казалась еще более ужасной. Списки погибших людей неуклонно росли, и сейчас количество жертв достигло восемнадцати, по крайней мере, именно эта цифра фигурировала в колонках новостей большинства печатных изданий, которыми две преклонного возраста собеседницы обложились со всех сторон, заняв большую часть скамьи.
        Газеты и телевидение активно стремились раздуть из происходящего эпидемию вселенского масштаба и, чем лучше это у них получалось, тем выше становились тиражи и рейтинги соответствующих передач.
        Актуальность темы была безусловной, а ее отражение в СМИ весьма противоречивым. На заглавных страницах одних печатных изданий красовались удручающие заголовки о неизвестном вирусе, поразившем едва ли не половину населения Москвы. Другие представители "журналистской братии", стремясь выделиться из общей массы, "с пеной у рта" доказывали, что авторство загадочных убийств принадлежит "новоиспеченному" маньяку, деяния которого потрясли не только Россию, но и весь цивилизованный мир. Третьи же черпали вдохновение в гипотезах о неуловимой группе террористов, поставившей себе цель извести всех жителей столицы поодиночке. Экологи (интервью с ними в свете последних событий стали очень популярны) яростно обвиняли в происходящем радиацию и прохудившийся озоновый слой, рисуя читателям пугающие картины недалекого будущего, где каждого ожидала участь тех несчастных, жизнь которых оборвалась без видимых на то причин этим летом. Церковь, будучи достаточно влиятельной силой в современном обществе, тоже не осталась в стороне. Который день с телеэкранов на всю страну вещали высокопоставленные служители Господа,
призывающие народ покаяться и смиренно ожидать своей участи, ибо "все несчастья, ныне творящиеся, есть ни что иное, как расплата за грехи, ниспосланная свыше".
        Одни только медики не впали в общую волну постоянно накаляющихся страстей, категорически опровергая все вышеперечисленное. И, что важно, у них-то как раз на руках были гораздо более убедительные доказательства, чем беспочвенные, нелепые теории, выдвигаемые прессой. Все восемнадцать жертв, несмотря на схожий смертельный исход, прелюдией которого служило внезапное обильное кровотечение из глаз, ушей, носа и рта, имели различные диагнозы. И это значило, что ни о каких эпидемиях, маньяках, террористах и прочем не могло быть и речи. Всего лишь совпадения, слабое здоровье умерших людей и, быть может, слишком сильная жара… Одним словом, причин для паники работники здравоохранения не видели, чего нельзя было сказать о "простых смертных", умы и воображение которых ежедневно взвинчивались до предела услужливыми "охотниками за сенсацией". Так или иначе, но тема "Восемнадцати", как ее прозвали в городе, по-прежнему оставалась актуальной.
        - Вот тебе крест даю, Нюра! Это происки дьявола! - заявила одна из старушек, большая и круглая, как воздушный шар, тыча указательным пальцем в разложенную на скамейке пачку газет.
        - Да ты очки протри, прежде чем такое говорить, - возразила другая. - Глянь, кто мрет-то?
        Она с важным видом развернула перед притихшей оппоненткой яркий глянцевый журнал, где через весь раз ворот красным тревожным шрифтом было написано: "От странной болезни гибнет молодежь!".
        - Ну? - поинтересовалась толстушка, наморщив лоб и выжидающе поправив очки.
        - Молодежь! - многозначительно произнесла собеседница и добавила голосом, не терпящим возражений: - Не дьявол это, а Бог!
        - Почему?
        - Ну, дык… Время-то нынче какое? Среди подрастающего поколения ужас, что творится. Наркотики, алкоголь, разврат, куда не плюнь! А уж как они одеваются! Страх, да и только, устанешь креститься при встрече. Не то, что мы раньше были! Вот и наказывает их Всевышний, предупреждает, чтоб одумались олухи окаянные! - тоном проповедника закончила Нюра, поправив на седовласой голове маленькую угловатую шляпку, которая совершенно не гармонировала с ее длинным ситцевым платьем.
        Увитое морщинками, пухлое лицо соседки одобрительно кивнуло, а рот с подведенными бледно-розовой помадой губами открылся, желая что-то сказать в ответ, как вдруг Нюра вновь заговорила, вскинув маленький волевой подбородок:
        - Хотя, скорее всего, в происходящем виноваты эти самые… как их там? Телефоны мобильные. Вон они, подростки, все как один с этой "фиговиной" возле уха ходят, она-то их и гробит, поди…
        Проходя мимо, человек в сером плаще достал из кармана записную книжку и сделал в ней несколько пометок, искоса взглянув на старушек, которые, не обратив на него ни малейшего внимания, продолжали обсуждать интересующую их тему. Плотнее запахнув ворот, он высоко поднял голову и некоторое время молча смотрел сквозь темные стекла очков на ярко-желтый солнечный диск, висящий над горизонтом.
        "Холодно", - промелькнуло в его голове, а из груди, тщательно закрытой плащом, вырвался печальный вздох. Немного поразмыслив, мужчина сделал еще одну пометку в своей книжке и, прибавив шагу, двинулся дальше.
        ГЛАВА 2ОКОЛЕСИЦА.
        Стикс устало плелся по улице в направлении маленького кафе в подвале одного из близлежащих домов.
        "До чего же примитивны эти люди, - подумал он, бросив беглый взгляд на витрину, пестро оформленную разношерстными журналами и газетами, которые нынче пели в унисон об одном и том же. - Они даже не пытаются наблюдать. Зато небылицы сочиняют с завидной скоростью и кормят ими друг друга, как лучшим угощением. До чего же предсказуем этот мир".
        Его тонкие бледные губы скривились в саркастической ухмылке, но тут же на высоком плоском лбу пролегла тревожная морщинка, как символ легкой обеспокоенности.
        - И все же… слишком большая известность - не лучший вариант при нынешних обстоятельствах, - пробормотал мужчина себе под нос и прибавил шагу.
        Темные брови чуть заметно дрогнули, ознаменовав тем самым погружение их обладателя в поток довольно важных мыслей и решений, известных лишь ему одному. Стикс быстро пересек улицу и, спустившись по вычищенным до блеска ступенькам, вошел в кафе. Дверь закрылась за ним, протяжно звякнув колокольчиком.
        Несмотря на жаркий летний день, посетителей здесь было мало. Несколько молодых и очень занятых друг другом пар, да еще какие-то одинокие люди, с отчужденным видом поглощающие заказанный ими обед. Возле небольшого окна, отделанного кованой решеткой причудливой формы, сидел худощавый мужчина в светло-сером костюме-тройке. Белоснежная рубашка его была, несмотря на жару, плотно застегнута на все пуговицы, а под безупречно выглаженным острым воротничком чернел небольшой узел строгого галстука. Бросив беглый взгляд на вошедшего в кафе Стикса, мужчина задумчиво поправил темные очки в изящной серебристой оправе и склонился над толстой записной книжкой, которая лежала перед ним на столе рядом с тремя пустыми чашками давно выпитого кофе.
        Играла тихая музыка, уставшая барменша в светлой фирменной майке с синей эмблемой заведения со скучающим видом протирала и без того чистый стакан. Сонная атмосфера воскресного дня, царившая в городе, целиком и полностью завладела и этим кафетерием, что, впрочем, делало его еще уютнее. Во всяком случае, так казалось Стиксу.
        Расположившись за столиком в самой глубине небольшого зала, мужчина заказал чашку черного кофе и с видом занятого человека погрузился в чтение свежей газеты, взятой им на стеллаже возле входа. Как он и ожидал, главная тема номера была прежней. Но теперь о ней говорилось с позиции науки, о чем свидетельствовали "замудренные" формулировки и громкие имена, которыми статья была напичкана под завязку. Пробежавшись взглядом по стройным рядам колонок, Стикс невольно зевнул, явственно ощутив надвигающийся приступ давно уже привычной скуки, обильно приправленной обычной человеческой глупостью, которую он так часто встречал, погружаясь в просмотр прессы.
        Откинувшись на спинку кресла, мужчина поморщился, прикрыв на мгновение холодные, светло-серые глаза. Внезапно его голову посетила свежая идея. Поддавшись ее влиянию, Стикс тихо усмехнулся. На краю покрытого синей скатертью стола лежал настоящий "шедевр" абсолютно неверной, более того, лживой информации, фотооформление и громкий заголовок которой могли напугать кого угодно. Стикса же они просто забавляли, вызывая вполне оправданное желание лично познакомиться с автором, сумевшим выстроить на ровных газетных строчках такую невероятную "околесицу". Тем более вакантное место на самую деятельную личность опять было свободно.
        - Ну что ж, посмотрим, кто ты есть? - тонкие губы мужчины тронула странного вида улыбка, - в любом случае, это будет интересно.
        Он достал мобильный телефон и набрал указанный в газете номер. Как ни странно, несмотря на выходной, на том конце ответили…
        - Это редакция? - спокойно поинтересовался Стикс. - Я по поводу одной из утренних статей. Думаю, у меня есть кое-какая информация для вашего сотрудника.
        - Простите, сейчас никого нет на месте, - сипло проговорила трубка и хотела, было, распрощаться, не вдаваясь в подробности, но собеседник резко перебил, слегка повысив голос:
        - Вы не поняли! Я знаю, кто это сделал. Кто совершил все 18 убийств. Я ЕГО ЗНАЮ! Впрочем… - Тон мужчины изменился на полностью противоположный, теперь в нем звучали скучающие нотки вперемешку с плохо скрываемым безразличием. - Если вам не интересно, я передам информацию и документальные подтверждения моих слов другой газете, благо выбор нынче есть.
        - Минутку! - в трубке послышалось странное шебуршание, затем непонятный грохот, будто что-то, а может, кто-то не сильно расторопный рухнул на пол; после всех этих сомнительных звуков, гораздо более заинтересованный, нежели вначале, голос спросил: - А что за документы и кто вы, собственно, такой?
        - Тот, кто знает правду, - интригующе сообщил Стикс, эта пустая болтовня начинала его утомлять.
        - Хм… - еще немного пошебуршав, трубка наконец сдалась и выпалила номер телефона ведущего журналиста, который занимался данной темой и соответственно являлся автором той самой "околесицы".
        Этого было вполне достаточно.
        ГЛАВА 3СЕРЖАНТ ПЕТРОВ (ЧАСТЬ 1).
        Виктор ненавидел жару. Из года в год он с ужасом ожидал приближения лета, втайне надеясь на то, что нынче оно выдастся прохладным и дождливым. Иногда так и случалось, но это самое "иногда" было лишь исключением из общих правил. Зной для него являлся самой страшной пыткой, какую только могла выдумать изощренная в этих делах природа. В пропитанном выхлопными газами, пылью и гарью городе он чувствовал себя как в ловушке, из которой не видел выхода. Будь его воля, рванул бы он куда-нибудь в Карелию, где прохладно и красиво как в раю, ну или почти так же. Любое место на земле, где стрелка термометра не поднималась выше плюс 20, для сержанта Петрова могло претендовать на звание "Рая". Любое, но не раскаленная под обжигающими лучами беспощадного солнца Москва.
        Отпуск летом для обычного служителя порядка был роскошью недопустимой. Гуляли те, кто занимал должности повыше, ну и еще те, кто умел хорошо ладить с начальством, а точнее - владел весьма почитаемым нынче искусством лицемерия и подхалимажа. Виктор не сумел постичь его азов, потому и слыл на службе склочным и дерзким типом. А таким, как водится, отпуска в июле не дают.
        Тяжело вздохнув, сержант прислонился спиной к стене недавно отреставрированного дома и грустно посмотрел вдоль тротуара, по которому брели немногочисленные прохожие. Был вечер. Напарник отпросился часом раньше, у него сегодня намечался семейный праздник, кажется, день рождения жены. Скоро и смена Виктора закончится так же, как этот изнурительный день. Мечтая о том, чтобы долгожданный момент настал как можно быстрее, он покосился на часы. Еще сорок минут, всего сорок минут, и желанная свобода станет реальностью, целых сорок минут…
        Ожидание было мучительным, и чтобы хоть как-то скоротать оставшееся время, сержант Петров начал понемногу вспоминать то, зачем он вообще с утра находится здесь, на этой улице. Конечно же, его основной обязанностью была охрана общественного порядка. Но нарушать этот самый порядок явно никто не думал, и Виктор, чувствуя, что скоро сойдет с ума от жары и скуки, принялся искать себе развлечение, пуская в ход милицейские полномочия.
        Он часто делал это. Иногда ему везло и попадались нарушители регистрационного режима, с которых он с удовольствием снимал некую символическую сумму, после чего отпускал свои жертвы с чувством выполненного долга восвояси. Зарплата рядового милиционера оставляла желать лучшего, и он, как и большинство сослуживцев, не брезговал возможностью пополнить свой карман такого рода доходами. Угрызений совести сержант не испытывал никогда, искренне веря в то, что изъятый у нарушителя штраф есть не что иное, как его заслуженная, личная премия за усердие в работе, которую от государства не дождешься, зато вполне можно дождаться от самого себя. "Хочешь жить, умей вертеться", гласила пословица. Вот Витя и вертелся, трудясь на благо Родины и своего кошелька.
        Когда на горизонте показалась крупная мужская фигура, облаченная в джинсы и легкую шелковую рубашку навыпуск, сержант оживился. Он отлепил потную сутулую спину от прохладной каменной стены и вышел на середину тротуара, остановившись на пути энергично шагающего навстречу незнакомца. На вид ему было лет 40: очень высокий, с прямой осанкой, раскованными движениями и довольно колоритной внешностью. Весь облик незнакомца излучал спокойствие и уверенность, нет, не уверенность даже, а самоуверенность, такую явную, что Виктора покоробило.
        - Сержант Петров, - представился он и машинально отдал честь, после чего жестом предложил мужчине остановиться. - Ваши документы, пожалуйста.
        - Разве я нарушил закон? - поинтересовался собеседник, глядя на него в упор холодными серыми глазами из-под солнцезащитных очков необычного фиолетового цвета.
        - Надеюсь, что нет, - Виктор вяло улыбнулся. - Это рядовая проверка, сейчас в городе неспокойно, сами понимаете.
        - Не понимаю, если честно, - губы незнакомца растянулись в надменной ухмылке. - Мирно, тихо вокруг, даже автомобильное движение слабое, большинство жителей на дачах. А вы говорите "неспокойно".
        - Ваши документы, гражданин, - сухо повторил сержант, начиная раздражаться на пространные рассуждения собеседника.
        Мужчина вздохнул и принялся расстегивать небольшую кожаную папку, в которой лежал целый ворох бумаг. Какое-то время он перебирал листы, потом повторил процедуру с большей тщательностью и, наконец, обречено сказал:
        - Увы, но я забыл паспорт дома.
        - Вот как? - темные глаза Виктора торжественно сверкнули, усталость с лица как ветром сдуло, сержант оживился и даже немного выпрямился, чувствуя себя на высоте положения.
        - Да, так, к сожалению, - развел руками собеседник, он аккуратно сложил вынутые из папки бумаги обратно и застегнул молнию.
        - Что ж, придется нам с Вами проехать в отделение для выяснения Вашей личности, - деловым тоном объявил милиционер и потянулся к висевшей на поясе рации. - Сейчас я вызову машину и поедем, это недалеко, всего в нескольких кварталах отсюда.
        - Простите, но у меня через полчаса встреча, и будет невежливо на нее опоздать, - мужчина улыбнулся, выжидающе глядя на Виктора. - Возможно, мы могли бы решить этот вопрос без лишних переездов?
        - Знаете, уважаемый, - в голосе сержанта звучали плохо сдерживаемые нотки раздражения. - Я, конечно, понимаю Вас, но таковы правила. Признаться, мне тоже не нравится торчать тут в жару и выполнять свою работу, но я делаю это. Так что будьте любезны, выполняйте свои обязанности, как подобает гражданину Российской Федерации. Пройдемте.
        - А если я не гражданин Российской Федерации? - собеседник не двинулся с места, продолжая с любопытством разглядывать служителя порядка сверху вниз.
        - А вот это мы как раз и выясним в участке, - милиционер победно улыбнулся.
        - Хм, - мужчина задумчиво провел рукой по небритой щеке, после чего негромко произнес: - Возможно, есть шанс уладить возникшую проблему посредством штрафа? Во сколько в этом городе оценивается забытый дома паспорт?
        Сержант смотрел на собеседника, пытаясь угадать, какую линию поведения ему выбрать. Доверять этому странному типу он не хотел, но и в кошельке давно уже было пусто, а долгожданную зарплату обещали выдать только через неделю. Ломая голову над тем, как лучше поступить, Виктор продолжал молча изучать незнакомца.
        Высокий и широкоплечий, с пепельными от седины волосами, длинные кудри которых были затянуты в хвост, этот человек больше походил на скучающего программиста, чем на специального агента по выявлению взяточничества в "органах".
        - Сто "евро" достаточно? - не получив ответ на свой вопрос, спросил незнакомец, доставая из кармана деньги. - Я, правда, очень спешу. У меня встреча, Вы ведь понимаете?
        Увидев деньги, сержант на мгновение лишился дара речи. Подобная сумма могла бы стать хорошей прибавкой к его месячному заработку, поэтому долго уговаривать Виктора не пришлось. Похоже, действительно спешит человек. Что ж, и у Петрова было сердце, способное войти в положение и отпустить нарушителя. Тем более, что нарушение не выглядело таким уж опасным, как он доказывал раньше.
        - Вполне достаточно, - поспешно оглядываясь и пряча за пазуху зеленую бумажку, пробормотал сержант. - Только в следующий раз не забывайте документы дома, - он радушно улыбнулся, выказывая всем своим видом доброе расположение, от раздражительности его не осталось и следа.
        - Спасибо, не забуду, - Бледные губы Стикса растянулись в ответную улыбку, а серые внимательные глаза продолжали с интересом следить за собеседником. - Вы не подскажете, как мне быстрее пройти к клубу "Эдельвейс"?
        - О! Конечно, - теперь улыбка на худощавом лице милиционера стала еще шире. Виктор достал из кармана рубашки маленький помятый блокнот и огрызок простого карандаша. Он быстро накидал план пути и протянул его собеседнику. Отдав оторванный листок, сержант грустно произнес: - Эх, я бы тоже с удовольствием погулял в каком-нибудь баре с красивой девчонкой. Да нам, с нашей-то "собачьей" работой, такое счастье, увы, не светит.
        - Не нравится служба? - разглядывая план, спросил Стикс.
        - Да нравится, в принципе, - пожал плечами сержант, - просто хотелось бы чего-то большего.
        - Например? - в прищуренных серых глазах читалось любопытство.
        - Ну, бандитов половить хотя бы, - Виктор смущенно улыбнулся, - как в кино или в книжках. А то торчишь здесь на жаре сутками, пока не превратишься в потный вещевой мешок, не способный ни на какие, более-менее вразумительные действия. Эх… - он махнул рукой и вздохнул. - Да разве мне такое дело доверят? Я ведь рядовой милиционер, а не супер-агент.
        - Кто знает, - собеседник улыбнулся, убирая рисунок плана в папку. - Всего хорошего.
        - И Вам… - пробормотал сержант, рассеянно глядя вслед удаляющейся фигуре отпущенного им нарушителя.
        ГЛАВА 4ЖУРНАЛИСТ.
        Стикс остановился и окинул взглядом зал. Погруженное в полумрак помещение благоухало чистотой и свежестью. Несмотря на жаркую погоду, здесь было прохладно. Играла тихая приятная музыка, слышались негромкие разговоры посетителей, а над деревянной стойкой бара в придачу ко всему этому переливались в причудливом ритме разноцветные огоньки. Шелестя короткой юбкой из тончайшего черного шелка, мимо проскользнула длинноногая официантка с большим серебристым подносом, на котором стояли четыре литровые кружки янтарного пива. Человек с аккуратно подстриженной светлой шевелюрой, сидящий в глубине зала, перехватив блуждающий взгляд Стикса, приветливо помахал ему рукой.
        - Меня зовут Иван, Иван Калитовский. А Вы, вероятно, Ян? - широко улыбаясь, спросил журналист, поднимаясь навстречу гостю.
        - Да, верно. Ян Ван Дер Векен, собственной персоной. Мы говорили с Вами по телефону сегодня днем, - располагаясь в кресле напротив, отозвался Стикс.
        - У Вас очень интересная фамилия, Вы голландец? - поинтересовался парень, с любопытством разглядывая своего нового знакомого.
        - Почти, - Стикс чуть заметно улыбнулся. - Мое имя имеет фламандские корни, я - бельгиец.
        - И при этом Вы так хорошо говорите по-русски, что я спокойно мог бы спутать Вас с москвичом! - в голосе собеседника звучало откровенное восхищение.
        - Изучение языков - мое давнее хобби, - чуть склонив набок голову, отозвался Стикс, продолжая пристально смотреть на Ивана, от чего тот почувствовал некоторую неловкость и непроизвольно заерзал в кресле.
        Какое-то время они молчали, затем журналист вновь оживился, взяв инициативу в свои руки. Он подозвал официантку и сделал заказ, предварительно уточнив у спутника его вкусовые пристрастия. Когда девушка удалилась, Иван сказал гораздо более серьезным тоном, чем ранее:
        - Итак, Вы говорили, что знаете причину происходящих в городе несчастий, верно?
        - Конечно, иначе бы меня здесь не было, - привычным жестом Стикс достал сигареты и, вытащив одну из пачки, спросил: - Курите?
        - Нет, спасибо, - собеседник явно нервничал: он без конца потирал свои небольшие потные ладони одну о другую, а его маленькие, светло-зеленые глаза постоянно бегали, будто боялись столкнуться с пытливым взором сидящего напротив мужчины. - Так что же это за причина?
        - На самом деле она несколько отличается от той версии, которую Вы изложили в своей последней статье, - Стикс улыбнулся, не сводя взгляда с лица собеседника. Он неспешно закурил и, выпустив в воздух кольцо густого белого дыма, продолжил: - Как я уже говорил Вам ранее по телефону, эта тема меня интересует давно. И Москва отнюдь не первый город, в котором наблюдаются похожие инциденты. Можете сами убедиться в правоте моих слов, - он расстегнул папку и достал оттуда ворох белых бумаг, которые тут же принялся раскладывать по столу перед журналистом.
        - Что это? - слегка подавшись вперед, поинтересовался Иван, с любопытством рассматривая какую-то странную схему, начерченную от руки.
        - Объясню чуть позже, сначала взгляните на статистику, - положив перед носом собеседника пачку распечаток, проговорил Стикс. - Германия, 16 подобных случаев за последние десять месяцев. Чехия, Польша, - в каждой из стран число умерших таким же загадочным способом равняется 7, - комментировал он, продолжая курить. - Прибалтика, Белоруссия… Здесь и того больше, 36 трупов, гибель которых в точности напоминает те, что произошли в Москве за эти три месяца.
        - К чему Вы клоните? - журналист достал из внутреннего кармана пиджака небольшие квадратные очки в толстой оправе и, надев их, погрузился в изучение представленных ему бумаг. - Опять история с маньяком, только теперь с международной окраской?
        - О, нет, - Стикс рассмеялся. - Хотя… У меня есть на этот счет собственная теория. Та схема…
        - Ваш заказ, - промурлыкала официантка, расставляя на столе кружки искрящегося свежего пива, пьянящий аромат которого был неотъемлемой частью заведения. К пиву прилагались какие-то малозначительные закуски и пара искусно оформленных рыбных блюд.
        - Спасибо, дорогая, - сладко улыбнулся ей в ответ Иван, отодвигая бумаги подальше от еды. Он проводил девушку оценивающим взглядом и вновь повернулся к собеседнику, взяв со стола кружку и отпив глоток прохладного напитка: - Так на чем мы остановились, Ян?
        - На теории, - отозвался Стикс и потянулся к своему пиву, как вдруг сзади послышались чьи-то стремительно приближающиеся, громкие шаги.
        - О, нет, - процедил Иван сквозь зубы, хмуро глядя куда-то поверх его головы.
        Стикс резко обернулся и увидел за своей спиной невысокого, взъерошенного мальчишку лет 18, который так сильно нервничал, что, как ему показалось, готов был разрыдаться прямо здесь. И тут подросток заговорил…
        - Ты, тварь, убил его! - срывающийся на крик звонкий голос привлек внимание окружающих.
        - Кого?! Женя, ты пьяна как свинья, - криво усмехнулся журналист, презрительно глядя на свою обвинительницу.
        Присмотревшись, Стикс понял, что парнишка с всклокоченными, коротко стриженными малиновыми волосами, обрамлявшими большеглазое лицо треугольной формы, на самом деле молодая и очень расстроенная чем-то девушка, которая, ко всему прочему, едва стоит на ногах. Кто и как пустил сюда это изрядно перебравшее спиртного создание, история умалчивала. Тем не менее, слегка придерживаясь за спинку его кресла, девушка продолжала:
        - Ты убил Бориса, гад! Он умер в больнице шесть часов назад, - Женя всхлипнула, а ее почерневшие от горя глаза наполнились слезами.
        - Я его не трогал, - холодно парировал Иван, - более того, единственное, что было способно убить такого человека, как он, так это женитьба на тебе.
        - Какой же ты ублюдок, - прошипела девушка и, схватив со стола тяжелую литровую кружку нетронутого Стиксом пива, ударила ею со всей силы по темечку опешившего от такой молниеносной прыти собеседника.
        Тонкие струйки алой крови, смешиваясь с ароматной жидкостью янтарного напитка и окрашивая короткие светлые волосы парня в бурый цвет, потекли по его выпуклому лбу, обгоняя одна другую. Разбитое вдребезги стекло посыпалось на пол, переливаясь на лету всеми цветами радуги. Журналист начал медленно оседать, его глаза самопроизвольно закрылись, а сознание погрузилось в тяжелый вязкий мрак, в самой глубине которого мелькал образ пьяной идиотки, раскроившей ему череп на глазах у всего клуба.
        Стикс с нескрываемым удивлением смотрел на распластавшуюся по столу девушку и ее жертву, повисшую на подлокотниках кресла без чувств. Ударив Ивана, Женя потеряла равновесие и рухнула локтями на скатерть, угодив при этом в тарелку с рыбой. Силясь подняться, она бормотала себе под нос какие-то проклятия. На ее лице читалось удовлетворение от содеянного, а в черных блестящих глазах затаилось победное торжество.
        - Вы всегда так поступаете со своими знакомыми? - приподняв бровь, полюбопытствовал Стикс, с интересом разглядывая незнакомку.
        - Иногда, - ответила та, даже не удосужившись обернуться.
        Она была маленького роста и внешне очень походила на юношу. В заблуждение вводили как прямого покроя костюм, искусно скрывавший фигуру, так и ее короткая стрижка, и совершенно лишенное косметики, бледное курносое лицо, на котором как два горящих уголька пылали большие, темные глаза.
        Подоспевшие наконец охранники, грубо схватили нарушительницу порядка за волосы и, заломив ей руки за спину, потащили в сторону подсобки, подальше от любопытных глаз. Отчаянно пытаясь вырваться, девушка изогнулась и укусила одного из парней за руку. Тот взвыл от боли и, приподняв ее над землей за ворот короткой джинсовой куртки, ударил со всего размаха по лицу. Женя еле слышно застонала, слизывая кровь с опухшей нижней губы.
        - По-моему, вы переусердствовали, - Стикс поднялся с кресла и подошел к охраннику, который по-прежнему держал девушку на весу. - Кстати, а вы всегда так обращаетесь с дамами? - в его голосе звучал неподдельный интерес.
        - Не твое дело, - рявкнул парень, зло сверкнув глазами. Он был очень крупный и совершенно лысый, в отличие от другого, который остановился поодаль с выражением нетерпения на вытянутом худощавом лице; возникшая задержка, явно раздражала его.
        - Санек, тащи ее сюда быстрей. Нужно вызвать "ментовку" и "скорую", а ты там копаешься, - довольно громко произнес напарник лысого, облокотившись на открытую дверь подсобного помещения.
        - Лех, здесь защитник появился, - ухмыляясь, отозвался его приятель, - Что, дядя, девочка понравилась? Или, может, ты ее и надоумил бить клубную посуду о головы посетителей? - насмешливо заявил он, обращаясь к Стиксу.
        - Поставь ребенка на пол, - спокойно проговорил тот, глядя на парня в упор.
        - Отвали, козел, - рявкнул Санек и собрался было пойти со своей усердно брыкающейся ношей дальше, как вдруг почувствовал, что сделать этого не может. Цепкие пальцы собеседника впились в его локоть, не позволяя двинуться с места.
        Выпустив из рук куртку Жени, охранник резко обернулся, чтобы двинуть Стиксу в челюсть, однако последний ловко уклонился. В следующую секунду, обескураженный подобным поворотом событий, Санек летел с довольно большой скоростью в сторону открытой его напарником двери, в которую он и врезался своим огромным, лысым лбом. Ошалело глядя выкатившимися из орбит глазами на распластанного у его ног приятеля, Леха потянулся к кобуре.
        Стикс молниеносно пересек разделявшее их расстояние и, не дав противнику опомниться, нанес ему стремительный удар в живот, отчего тот согнулся пополам и потерял сознание, рухнув на пол рядом с уже мирно отдыхающим там товарищем.
        Примолкший на время клуб огласился пронзительным женским визгом.
        - Ноги на ширину плеч, руки за голову! - раздалось за спиной Стикса.
        Он медленно повернулся и увидел двух милиционеров. Оба стража порядка держали его на мушке, в их глазах была странная смесь тщательно скрываемого страха и явно выраженного презрения. Окинув обоих оценивающим взглядом, Стикс спокойно поинтересовался:
        - И что дальше?
        - Дальше будут разбираться в отделении, - ответил тот, что носил лейтенантские погоны, затем он повернулся к напарнику и, не опуская пистолет, проговорил: - Коль, надень на него наручники.
        ГЛАВА 5СКАНДАЛИСТКА.
        Все время пути Женя бушевала, пытаясь выломать решетку, которая отделяла ее от милиционеров. Хмурый лейтенант и несколько его товарищей вяло огрызались в ответ, бросая мрачные взгляды на задержанную. Применять к девчонке силу они не стали, вероятно, из-за присутствия Стикса, а точнее из-за его внушительных габаритов и весьма убедительных навыков рукопашного боя, демонстрацию которых им довелось наблюдать в клубе. Но и выслушивать нескончаемый поток малоприятной брани, которым Женя без устали их поливала, они тоже не очень-то желали.
        - Эй, мужик, - обратился лейтенант к Стиксу. - Заткни свою бабу, пока я не выбил ей все зубы, - парень был явно раздражен.
        - Она не моя, - спокойно отозвался задержанный, не двинувшись с места.
        - Тогда я ей сейчас…
        - Остынь, - водитель обернулся и чуть тронул товарища за плечо, - скоро доберемся до отделения, сдадим обоих под запись, а там уже проблемы дежурного - с дурной девкой разбираться.
        - Н-да, ночной сюрприз Егорычу, - собеседник довольно осклабился, оголив кривые, крупные зубы.
        Больше они не реагировали на реплики Жени до самого конца пути. Лишь когда настало время перевода нарушителей в камеру предварительного заключения, тот лейтенант, что мечтал заткнуть ей рот еще в машине, как бы невзначай поставил девушке подножку, отчего она рухнула на пол, рассадив еще сильнее и без того ноющую после удара охранника губу. Утирая локтем кровь с подбородка, Женя с трудом поднялась на ноги, бросив на обидчика яростный взгляд, который тут же получил из ее уст довольно агрессивную словесную поддержку.
        - Егорыч, запиши оскорбление служителя порядка нецензурными выражениями в общий список подвигов этой бабенки, - ядовито улыбаясь арестантке, сказал лейтенант; он был очень доволен собой и с нескрываемым удовольствием разглядывал кровавый след своей маленькой мести на лице изрядно надоевшей ему девицы.
        И Стикса, и Женю обыскали, забрали все посторонние предметы, включая часы и содержимое карманов, после чего девушку отвели в камеру.
        - Осторожнее с этой вещью, пожалуйста, - попросил Стикс, отдавая дежурному свои громоздкие наручные часы с темно-синим циферблатом в обрамлении толстого, резинового браслета. - Она дорога мне как память.
        - Да ничего с ними не случится, просто формальность, - отозвался пожилой милиционер, внося часы в графу разложенного перед ним журнала. - Вернут, когда будете отсюда выходить, нам чужого не надо.
        - И как долго меня здесь продержат? - поинтересовался Стикс, когда дежурный закончил заполнять бумаги.
        - До утра как минимум, пока не придет следователь, - ответил Егорыч, покосившись на повисшую на решетке Женю, которая продолжала кричать что-то малоразборчивое на тему превышения полномочий со стороны правоохранительных органов. - Сумасшедшая баба, - пробормотал он себе под нос и вздохнул.
        - Могу я сделать один звонок?
        - Кому? - собеседник насторожился.
        - В посольство, конечно же, - Стикс усмехнулся, глядя на дежурного сверху вниз.
        - А… шутить изволите, молодой человек, - махнул рукой тот и протянул ему только что изъятый "мобильник", - только недолго, - добавил он и занялся своими делами, оставив собеседника наедине с трубкой.
        - Хорошо.
        Телефонный разговор длился всего несколько минут, после чего Стикс безропотно отправился в отведенное ему на эту ночь место пребывания за железной решеткой.
        "Столько энергии пропадает зря", - думал он, косо глядя на не унимающуюся девушку, которая была заперта в камере напротив. Его серые глаза сузились, превратившись в холодные, сверкающие в темноте щелки.
        Там, куда его посадили, были и другие люди, но они не привлекали его внимания, оставаясь лишь серой, однородной массой на фоне обшарпанных бетонных стен. Он даже не запомнил их лиц, только одно общее выражение ожидания в глазах… и все.
        Женя тоже оказалась не одна, к моменту ее прихода в камере уже находились две разбитного вида девицы, принадлежность которых к "древней женской профессии" не оставляла сомнений. Однако ни одна из них не решилась заговорить с явно ненормальной новенькой, продолжавшей скандалить и ломиться сквозь решетку с такими яростью и напором, что многим становилось не по себе. До поздней ночи все, кто по воле судьбы оказался в этом малоприятном месте, были вынуждены слушать Женин "концерт". Уговоры дежурного на нее не действовали, как, впрочем, и его угрозы, даже удар дубинкой по решетке, вызвавший громкий металлический гул, не произвел на девушку должного впечатления. Замолчала она лишь когда уставшее и измученное последними событиями прошедшего дня тело наконец взяло верх над бушующими эмоциями, и девушка погрузилась в недолгий, беспокойный сон, повалившись на нары возле стены. Иногда она вскрикивала и поднималась, снова что-то бормотала и вновь ложилась спать. К счастью для окружающих, скандала Женя больше не устраивала, и каждый из присутствующих получил возможность погрузиться в собственные мысли до        Стикс тоже размышлял, продолжая краем глаза наблюдать за той, из-за кого он, собственно, и очутился здесь. В голове его рождался сценарий для новой игры, способной, по его мнению, увлечь это буйное создание, что означало очередной гигантский шаг к намеченной цели.
        ГЛАВА 6СЛЕДОВАТЕЛЬ.
        - Мы приносим Вам свои извинения за случившееся вчера недоразумение, господин Ван Дер Векен, - проговорила бледная как мел женщина лет 35, она нервно передернула облаченными в погоны плечами и, протянув сидящему напротив нее мужчине белоснежный бланк, попросила: - Подпишитесь, пожалуйста, здесь.
        На лице следователя появилась вымученная улыбка, которая, вероятно, в ее понимании вполне могла бы претендовать на роль вежливой. Стикс окинул собеседницу скучающим взглядом и, взяв со стола предложенную ручку, негромко поинтересовался:
        - А девушку, что забрали вчера вместе со мной, уже выпустили?
        - Нет, что Вы, - майор замялась, немного помедлив с ответом. - Ей инкриминируется статья N213 "Хулиганство", а также нанесение телесных повреждений по статье 112-й. Она, будучи в состоянии алкогольного опьянения, затеяла драку в клубе. И потом, сопротивление задержанию, оскорбление должностных лиц при исполнении… Полагаю, что ее дело будет передано в суд.
        - Вот как? - его бледные губы едва заметно растянулись, а в холодных, светлых глазах появился блеск, сильно напоминающий серебристые блики на граненой поверхности льда, - Понятно. Так, значит, я могу быть свободен? - Стикс медленно отложил в сторону ручку и отодвинул неподписанный бланк. - Не так ли, госпожа Светлова Инна Павловна?
        - Да, конечно, - майор запнулась под пристальным взглядом собеседника. - А разве Вы это не подпишите? - на ее крупном открытом лбу пролегла беспокойная морщинка.
        Инна работала следователем уже семь лет и никогда еще ей не приходилось чувствовать себя так неуверенно, как теперь. Она не знала, кем именно является человек, сидящий в кресле напротив, но одно ей было известно наверняка: если сложившаяся ситуация не будет улажена немедленно, последствия могут оказаться непредсказуемыми и весьма плачевными как для нее в частности, так и для отделения в целом.
        Все началось с утреннего звонка, поднявшего ее с постели раньше обычного.
        - Инночка, дорогая, утро доброе, - раздался в трубке сладкий голос полковника. - Простите, что так рано разбудил, но у меня к вам очень важное дело.
        - Конечно, Степан Сергеевич, здравствуйте, - в сознании Светловой не осталось даже намека на сон: раньше начальство никогда не звонило ей домой.
        - У нас тут произошло небольшое недоразумение на службе, - собеседник на мгновение замолк, потом продолжил более деловым тоном. - Вчера ночью задержали одного иностранного гражданина, который ко всему прочему еще и непростой смертный в своей стране. Одним словом, если сложившуюся ситуацию не уладить как можно скорее, дело может и, вероятнее всего, завершится грандиозным международным скандалом. А чем грозит такой оборот событий нашему отделению, Вы и сами можете догадаться. - В голосе начальника появились печальные нотки. - Вся надежда на Вас, Инночка. Уверен, что Ваши обаяние и профессионализм помогут нам всем избежать лишних неприятностей, верно я мыслю?
        - Да, Степан Сергеевич, - с готовностью отозвалась собеседница.
        - Вот и славно, - на том конце раздался вздох. - Мы все на Вас рассчитываем. Приятного рабочего дня и скорейшего разрешения возникшей проблемы.
        - До свидания… - пробормотала Инна, в ответ ей из трубки донеслись короткие гудки.
        И вот теперь она сидела лицом к лицу с той самой обещанной начальником проблемой, которую должна была решить. И… что-то явно шло не так.
        - А разве я должен это подписывать? - Стикс сделал ударение на слове "должен" и едва заметно улыбнулся, выжидающе глядя на следователя.
        - Нет, конечно, Вы не должны, - Инне все труднее было скрыть свое волнение, руки предательски дрожали, а голос то и дело срывался на совершенно неподходящий для ее статуса тембр. - Но Вы могли бы… Мы ведь принесли Вам свои извинения… Было бы замечательно, если бы Вы…
        - Инна Павловна, - перебил ее запинающуюся речь собеседник; он облокотился на стол, слегка подавшись вперед. - Так что же вам мешает отпустить девушку?
        - Она устроила драку… - неуверенно начала Светлова, нервно моргая.
        - Это была самооборона, - парировал Стикс, - я лично сидел за столом и видел все происходящее так же хорошо, как сейчас вижу Вас.
        - Но… Вы же понимаете, у нее целый список нарушений, за каждое из которых можно попасть на скамью подсудимых, - майор не сдавалась, будучи твердо уверенной в своей правоте.
        - Что ж, - собеседник вздохнул и поднялся с кресла. - Я понимаю. Так мне можно идти?
        - Д-да… - пробормотала Инна, чувствуя как почва уходит у нее из-под ног в прямом и переносном смысле. На нее рассчитывало все начальство, а она… она не справилась!
        - Прощайте, - Стикс бросил быстрый взгляд на возвращенные ему в целости и сохранности часы и размеренной походкой направился к двери.
        - Стойте! - воскликнула Светлова, вскочив. - А если, если я отпущу девушку? Тогда Вы подпишите бумагу?
        Ее глаза были широко открыты, а губы чуть заметно подрагивали. Повисшее в кабинете молчание, как ей показалось, длилось вечность. Наконец Стикс задумчиво произнес, глядя на собеседницу прищуренными глазами:
        - Хм… И когда Вы ее отпустите?
        - Улаживание всех формальностей займет минут 30-40.
        - Что ж, хорошо, - он широко улыбнулся ей и, вернувшись к столу, поставил свою размашистую подпись на документе, подтвердив тем самым отсутствие претензий со своей стороны к отделению милиции, в котором его продержали всю ночь. - Только ради Вас.
        - Спасибо, - облегченно вздохнув, ответила Инна, пряча дрожащими пальцами долгожданную бумагу в ящик своего стола. - А эта девушка, кто она Вам?
        - Мне? - Стикс на мгновение задумался, - Источник… эээ… источник неприятностей, - на его лице появилась довольная усмешка. - Всего доброго, госпожа следователь.
        ГЛАВА 7БЛАГОДАРНОСТЬ.
        Молодой сержант, получив соответствующий приказ от следователя, сопроводил Женю к выходу и, распахнув большую, тяжелую дверь перед ее носом, проговорил на прощание:
        - Желаю больше к нам не попадать.
        - Это уж точно, - вздохнув, отозвалась девушка и, перешагнув порог, выбралась на улицу.
        Утренняя свежесть ударила ей в лицо вместе с порывом теплого июльского ветра. Набрав полные легкие воздуха, девушка улыбнулась и тут же застонала от боли: дала о себе знать разбитая губа.
        - Ну здравствуй, Евгения, - услышала она совсем рядом негромкий мужской голос.
        - Это ты что-ль, благодетель? - хмуро взглянув на незнакомца, преградившего ей путь, спросила собеседница.
        - Допустим, - Стикс закурил, это была уже восьмая сигарета за время, которое он провел, стоя здесь и ожидая ее выхода.
        - Ну ясно, - вяло пробормотала девушка, обходя его высокую фигуру сбоку. - Спасибо и пока! - она прибавила шагу, двигаясь в направлении проезжей части.
        - И это вся твоя благодарность? - он шел следом за ней, не отставая ни на шаг.
        - Знаешь что? - Женя остановилась, чувствуя, как внутри нее закипает раздражение и, высоко задрав голову, уставилась на своего назойливого спутника, сердито глядя в его прищуренные серые глаза с крошечными черными точками зрачков.
        - Что же? - выпустив изо рта очередное кольцо дыма, спросил Стикс.
        - Пошел к черту!
        Она резко повернула в сторону ближайшей остановки и, не долго думая, заскочила в закрывающиеся двери первого попавшегося автобуса. Сквозь боковое окно девушка видела, как ее недавний собеседник продолжает спокойно курить, стоя на тротуаре и задумчиво глядя вслед уезжающему автобусу.
        - Псих, - выдохнула Женя, опускаясь на свободное сиденье. В голове быстрой вереницей проплыли воспоминания вчерашнего дня, а вместе с ними на глаза навернулись большие прозрачные слезы. - Псих, который уже дважды меня спас…
        ГЛАВА 8ПОТЕРПЕВШИЙ.
        Медленно расхаживая вдоль высоких книжных полок, Стикс задумчиво разглядывал яркие глянцевые обложки многочисленных литературных произведений, пестрота и обилие которых приводили его в некоторое замешательство.
        - Вам помочь? - спросила пухленькая продавщица, приблизившись к нему.
        - Да, пожалуйста, - бросив на нее рассеянный взгляд, проговорил он. - Меня интересуют остросюжетные милицейские детективы и боевики. И такие, чтобы действие непременно происходило в Москве. Есть у вас что-нибудь подходящее?
        - Конечно, - собеседница быстро сняла с полки несколько красочно оформленных книг и протянула их покупателю. - Думаю, это как раз то, что Вы ищите, - ее миловидное лицо расплылось в вежливой улыбке.
        - Благодарю, - тонкие губы Стикса чуть заметно дрогнули в ответ.
        Аккуратно сложив приобретенную в магазине литературу в небольшую спортивную сумку, он вышел на залитую солнечным светом улицу и размеренной походкой двинулся дальше, впереди у него было еще много дел. И первым в списке стоял визит к пострадавшему давеча журналисту.
        Попасть в палату Калитовского оказалось не так-то просто. Многочисленные формальности и прочие мелкие препятствия в конечном итоге вылились в одно довольно веское заявление дежурной медсестры, которая, закрыв перед носом непрошеного посетителя окно регистратуры, громко проговорила:
        - Приемные часы начинаются в пять.
        Уходить, не повидав журналиста, Стикс не собирался, поэтому, достав из сумки книжку, он опустился на скамейку во дворе и погрузился в чтение. Вокруг было безлюдно. Оживленная проезжая часть находилась по другую сторону п-образного здания городской больницы, высокие стены которого надежно охраняли этот уютный двор от проникновения уличного шума. Небольшой зеленый сквер, в котором сидел Стикс, располагал к тихому и размеренному времяпрепровождению. Изумрудная листва высоких раскидистых деревьев шелестела над головой, потревоженная теплым июльским ветром, а солнечные лучи легко щекотали склоненное над книгой лицо мужчины. Никто здесь не нарушал уединение Стикса. Нечастые прохожие были столь же неторопливы и обособлены, как и вся окружающая атмосфера.
        Тонкие желтоватые страницы негромко шуршали под его длинными пальцами, ровные печатные строчки мелькали перед глазами, сменяя одна другую. Время от времени на губах Стикса возникала странного вида ухмылка, иногда его бровь удивленно изгибалась, а порой на высоком лбу пролегала вертикальная морщинка, как свидетельство легкой озадаченности. Когда стрелки массивных наручных часов остановились на пяти, Стикс уже успел прочитать большую часть купленной им литературы. И в голове его выстроился четкий план действий, воплощение которого было не за горами.
        - Добрый вечер, Ян, - поприветствовал гостя больной. - Рад Вас видеть в своей "скромной обители".
        Он лежал на высокой больничной койке напротив окна. В палате больше никого не было. Вероятно, Ивану по тем или иным причинам выделили отдельные апартаменты на период его пребывания в клинике.
        Осторожно присев на стоящий возле стены стул, Стикс приветливо кивнул ему и негромко проговорил:
        - Как Ваше самочувствие?
        - Уже лучше, гораздо лучше, - журналист устало улыбнулся. - А как Вы? Мне сказали, что Вас задержали вместе с этой чокнутой…
        - Действительно, но недоразумение быстро разрешилось, - ответил гость, пододвигая стул ближе к постели собеседника. - Кстати, Вы ведь знали ту девушку? Не так ли?
        - О, да! - Иван округлил глаза в наигранном ужасе. - С этим исчадием ада я 16 лет жил практически дверь в дверь: мы были соседями, она из 113-й квартиры, а я из 114-й. Потом моя семья переехала, как раз в тот год, когда погибли ее родители. Хотя, если честно, - он доверительно понизил голос, - я бы не удивился, узнав, что Женька имела к их смерти непосредственное отношение.
        - Да что Вы говорите? Почему же?
        - Разве не понятно? - собеседник усмехнулся, - Она же идиотка полная, да еще и мужененавистница с комплексами неполноценности.
        - Даже так? - Стикс изобразил на своем лице изумление, продолжая неотрывно наблюдать за Иваном, который тем временем с энтузиазмом рассказывал о бывшей соседке.
        - Не то слово! Она в школе слыла "синим чулком", мы ведь и учились вместе, я говорил?
        - Нет.
        - Так вот… Эта ненормальная пацанов вообще за людей не считала, я был уверен, что она лесбиянка. И вдруг узнаю, что Женя умудрилась такого важного человека захомутать, Вы представляете?
        - Не представляю, - серьезно проговорил Стикс. - И что же это за человек был?
        - Предприниматель, директор фирмы. Я у него несколько дней назад интервью брал, разговорились за чашечкой кофе, и тут на тебе! Выясняется, что он не только знаком с Женькой, но и еще, ко всему в придачу, жениться на ней собирается. Она, видите ли, у него переводчицей с испанского работает. И пролезла же змеюка к человеку, в доверие вошла, типа специалист незаменимый и прочее. Само совершенство, как он считал. Ну, я, конечно, не смог удержаться, чтобы не открыть мужику глаза на его будущую невесту, - с чувством выполненного долга проговорил журналист.
        - И что же случилось потом? - полюбопытствовал собеседник с неподдельным интересом в голосе.
        - Не знаю, - вяло отозвался Иван, - кажется, он разбился на машине; уверен, что она его довела до такого финала. Говорю же, от этой психопатки одни неприятности. И моя разбитая голова тому доказательство.
        - Действительно, - Стикс сочувственно вздохнул. - И как Вы только терпели присутствие такой опасной женщины столько лет, живя с ней рядом. А кстати, где это было? Где тот злачный район, в котором встречаются столь неуравновешенные особы?
        - В Измайлово, - усмехнулся больной, реагируя на шутку.
        - А, там где парк?
        - Да-да, на Первомайской улице, 110-й дом, это всего в двух остановках от метро, недалеко от кинотеатра "Первомайский", может, знаете?
        - Нет, к сожалению.
        - Да о чем тут сожалеть-то? - журналист рассмеялся. - Радоваться надо, а то была бы и Ваша башка пивной кружкой пробита при неожиданной встрече со старой знакомой.
        - Вы правы, - Стикс улыбнулся. - Довольно странная девушка.
        - Да… - на мгновение Иван задумался, после чего проговорил совершенно серьезным тоном. - Там в клубе, до происшествия, мы говорили о Вашей теории…
        - О, нет, - собеседник отрицательно покачал головой, отчего тонкие пряди волос, выбившиеся из туго завязанного сзади хвоста, упали на его бледное лицо, проложив длинные тени по щекам. - Вы еще недостаточно поправились, чтобы я загружал Вас такого рода информацией. Как только выйдите из больницы, я с радостью предоставлю Вам весь наработанный материал, а там уж сами решите, что с этим делать. Кстати, а когда Вы выписываетесь? - глаза Стикса сузились, пряча в глубине своей холодный блеск.
        - Послезавтра, - с готовностью ответил Иван. - Ранение, к счастью, оказалось незначительным, так что буду рад увидеть Вас снова, ну, скажем, в пять вечера. Только теперь лучше поговорим в редакции моей газеты. Я встречу Вас возле входа. Пойдет?
        - Более чем.
        ГЛАВА 9СЕРЕБРЯНЫЙ "ПОРТСИГАР".
        Яркий свет залил пространство тщательно прибранной просторной комнаты с высоким потолком и массивным балконом, дверь которого была открыта. С улицы внутрь проникал прохладный ночной ветерок, теребивший белую ткань матовых занавесок.
        Приехав в Москву три месяца назад, Стикс первым делом снял для себя эту квартиру. Здесь было все необходимое для комфортной жизни и плодотворной работы. Три довольно большие комнаты с видом на тихий зеленый сквер, увитый плющом балкон с круглыми, каменными колоннами по бокам и полностью оснащенная бытовой техникой кухня. Но не эти достоинства оказались решающими при выборе арендуемого жилья в дорогом и очень уважаемом агентстве, куда ему порекомендовали обратиться еще в посольстве. Самым главным было наличие в здании, где располагалась квартира, подземного гаража, в котором он мог без опаски оставлять свою машину.
        Бросив на стеклянную поверхность круглого стола сумку с книгами, Стикс медленно опустился на черный кожаный диван. Какое-то время он пребывал в задумчивости, после чего резко поднялся, достал из сумки пару наиболее подходящих для сценария романов и быстрым шагом делового человека отправился в соседнюю комнату, где был его кабинет. Заняв привычное место в большом сером кресле, он открыл ноутбук и, включив его, приступил к работе.
        - Так-с, посмотрим, - проговорил он, запуская программу. - Кто же у нас будет первым?
        Мужчина слегка откинулся назад и закурил, задумчиво глядя на экран, где, сменяя одна другую, в непонятной последовательности возникали разноцветные геометрические фигуры, появление которых чередовалось с длинными строчками аккуратных черных символов, время от времени заполнявших все пространство экрана.
        - Начнем с девушки, - решил Стикс и принялся что-то быстро печатать, не сводя взгляда с экрана, на котором постепенно выстраивалась из бесчисленного множества крошечных, разноцветных элементов вполне реалистичная картинка одной из московских улиц.
        К утру два сценария из трех намеченных были закончены. Довольно улыбаясь, Стикс достал с полки серебряную коробочку, очень напоминающую портсигар, повертел ее в ладонях и, ласково проведя большим пальцем правой руки по гладкой блестящей поверхности, положил на стол. Он принес ее из машины еще вечером, перед тем как сесть за работу. И вот наконец настал час применить коробочку по назначению.
        Ему пришлось немного повозиться, прежде чем подключение было установлено. Запись новой игры на микроскопический платиновый диск, который пока еще был девственно чист, заняла не больше пятнадцати минут. Тщательно проверив механизм коробочки, Стикс осторожно закрутил часовой отверткой крошечные боковые винтики и отложил результат своего труда в сторону. Он устало потянулся и, взглянув на синий циферблат, пробормотал:
        - Пара часов сна не повредит, - глаза его послушно закрылись, а лицо в полумраке комнаты приняло еще более бледный, сероватый оттенок. Через минуту Стикс уже спал, откинувшись на высокую спинку кресла.
        ГЛАВА 10СВЕЖАЯ МОГИЛА.
        Женя осторожно толкнула калитку и медленно шагнула вперед, оказавшись в окружении невысокой, кованой ограды, окрашенной в бледно-голубой цвет. Ее лишенное румянца лицо явственно отражало все переживания последних дней. Разбитая давеча губа все еще болела, но тонкий слой светло-коричневой помады скрывал это от посторонних глаз. После похорон Бориса прошло не больше суток, а она уже снова пришла на кладбище, держа в дрожащих руках охапку белых роз. Всю ночь девушка проплакала, уткнувшись носом в подушку. И теперь ее большие янтарные глаза выглядели опухшими и потускневшими, а на щеках застыли следы проделанных слезами дорожек. Положив цветы на могилу, Женя медленно опустилась на узенькую скамейку и тяжело вздохнула. Под несколькими метрами не успевшей еще окончательно осесть земли лежал единственный человек, который ее любил.
        Они познакомились год назад, когда она, закончив курсы иностранного языка, пришла в его фирму по объявлению, надеясь получить свободную на тот период вакансию переводчицы. Борис был преуспевающим бизнесменом, его фирма активно сотрудничала со многими иностранными партнерами, в том числе и с испанскими. Пообщавшись с Женей несколько минут, он без лишних вопросов принял ее на работу, пообещав весьма приличную по тем временам зарплату. Так все и началось… Потом были конференции, встречи, многочисленные поездки и бесконечные договоры. А еще было внимательное и чуткое отношение босса, свидания, подарки и… предложение руки и сердца на прошлой неделе, за день до того, как Борис разбился.
        Она не могла забыть ночной разговор с ним, больше походивший на рев раненого зверя, попавшего в западню. Он звонил по мобильному, кричал на нее, без конца повторяя, что теперь ему все известно, и что большего жизненного разочарования он не испытывал никогда. Он называл ее проституткой, лесбиянкой и просто расчетливой тварью, которая способна пойти на все ради достижения своих мерзких целей. Потом Борис плакал… проклиная и ее, и себя, и… журналиста, открывшего ему глаза на все происходящее. А через несколько минут его не стало.
        В ушах Жени до сих пор стоял визг тормозов и негромкий вскрик единственного близкого ей человека. Теперь она осталась одна, совсем одна. И виной тому был проклятый сплетник и лгун, которого ей, к сожалению, не удалось добить в кафе.
        Природа, вторя печальным раздумьям одиноко сидящей у могилы девушки, расплакалась мелким дожем. Прохладные капли одна за другой падали на лицо Жени, смешиваясь с накатившимися на глаза солеными слезами. Наконец она поднялась, едва заметно махнула рукой на прощание тому, кого больше никогда не сможет увидеть, и отворила калитку. Окинув рассеянным взглядом безлюдное кладбище, девушка внезапно остановилась, уставившись на человека, медленно шагающего в ее направлении по соседней аллее. Он тоже смотрел на нее, и в этом холодном светло-сером взоре было что-то пугающее.
        Меланхолия вмиг покинула Женю, уступив место злости. Глаза девушки потемнели под сердитым изгибом тонких черных бровей. Этот непрошеный благодетель опять оказался на ее пути. И она не сомневалась, что новая встреча неслучайна. Весь внешний облик девушки выражал закипающие в ней эмоции. Готовясь послать визитера подальше, Женя молча ожидала его приближения, не двигаясь с места.
        Мужчина остановился метрах в двадцати от могилы Бориса. Наблюдая за воинственным настроем той, ради кого он сюда приехал, проторчав несколько часов в машине возле подъезда ее дома, Стикс улыбнулся. Его правая рука легко скользнула в карман брюк и извлекла оттуда небольшой серебряный "портсигар". Глядя на Женю в упор, он медленно открыл его. В следующую секунду раздался громкий хлопок, и внезапно раскалившийся "портсигар" задымился. Выронив его из рук, Стикс удивленно пробормотал:
        - Не может этого быть.
        Он поднял голову и снова взглянул на девушку. Она стояла как вкопанная, держась ладонью за край калитки, другая рука безжизненно повисла вдоль ее неестественно выпрямившегося тела. Сумасшедшими глазами Женя смотрела на него и, как ему показалось, ничего не видела. Подобрав с земли остатки не сработавшей коробочки, Стикс быстрыми шагами пересек разделявшее их пространство, перемахнув на ходу через несколько оградок и могил. В тот самый момент, когда он приблизился к ней почти вплотную, Женя очнулась. Ее длинные черные ресницы быстро заморгали, а под носом появилась тонкая струйка алой крови, она медленно потекла по бледной коже на приоткрытые в немом вопросе губы.
        - Странное ощущение, - еле слышно произнесла девушка, коснувшись дрожащей рукой виска.
        - И что же ты почувствовала? - спросил Стикс, протянув ей платок белого как снег цвета.
        - Какая разница? - Женя, не задумываясь, воспользовалась его щедростью и вытерла испачканное кровью лицо. - Вы все равно не поймете.
        - Я попробую, - светло-серые глаза собеседника сузились, пытливо глядя на нее.
        - Не трудитесь, - гордо вскинув маленький, острый подбородок, ответила девушка. - И вообще, какого черта Вы меня преследуете?!
        - Ээээ, мне просто нужна переводчица, - Стикс мило улыбнулся, невинно глядя на нее сверху вниз. - У тебя ведь нет сейчас работы, верно?
        - Да.
        - Тогда ты могла бы работать на меня.
        - Нет.
        - Почему? - его прямые темные брови удивленно поднялись.
        - Потому что мне это неинтересно, - холодно ответила Женя и, с силой захлопнув калитку, двинулась в сторону выхода с кладбища. Она по-прежнему держала платок у лица, опасаясь, что кровотечение может возобновиться.
        - Работа несложная, - идя рядом с ней, продолжал убеждать Стикс.
        - Не важно.
        - График свободный.
        - Мне наплевать.
        - Я хорошо заплачу.
        - Да? - ее глаза превратились в черные сверкающие щелки, а на бледном уставшем лице появилась усмешка. - И сколько же?
        - Тысяча "евро" в месяц тебя устроит? - серьезно спросил Стикс.
        - И это ты называешь ХОРОШЕЙ зарплатой? - Женя рассмеялась, презрительно глядя на собеседника. Все попытки вежливой формы обращения, которые она пыталась применять к нему изначально, рассыпались прахом.
        - Хм, тогда сколько ты хочешь? - собеседник был явно озадачен.
        - Ну, скажем, три тысячи, а лучше четыре, - ее губы скривились в победной ухмылке прежде чем она закончила фразу, - в неделю.
        - Ты действительно этого стоишь? - приподняв одну бровь, поинтересовался он.
        - Я стою гораздо больше, а вот мои профессиональные навыки для начала стоят именно столько, - насмешливо ответила девушка, твердо уверенная в том, что после такой финансовой политики этот тип наконец оставит ее в покое.
        - Хорошо, - задумчиво произнес Стикс. - Четыре тысячи "евро" в неделю. Ты можешь приступать к работе завтра.
        ГЛАВА 11ЧЕЛОВЕК В СЕРОМ КОСТЮМЕ.
        На одинокой могиле метрах в ста от места, где похоронили Бориса, сидел худощавый неприметный человек в светло-сером костюме, поверх которого, несмотря на теплую летнюю погоду, был надет длинный плащ. В одной руке мужчина держал большой раскрытый зонт, защищавший его от мелких капель ненавистного дождя. Другой рукой он что-то быстро строчил в своей толстой записной книжке. Иногда этот человек отрывался от процесса записей и, подняв голову, внимательно вглядывался вдаль, туда, где по аллее шли двое: высокий широкоплечий мужчина и маленькая девушка, одетая во все черное. Они о чем-то оживленно спорили, а человек в сером костюме продолжал делать пометки на белоснежных листах разложенной на его коленях книжки. Когда они скрылись из виду, он медленно встал со скамьи и, аккуратно сложив свои вещи в кожаный дипломат, отправился прочь.
        ГЛАВА 12ЖЕНЩИНА ИЗ КАФЕ.
        Официантка сняла с подноса чашку только что сваренного ароматного кофе и, собрав со стола использованную посуду, удалилась. Стикс даже не поднял головы от газеты. Его прищуренные глаза внимательно изучали стройные колонки свежего издания, а сжатые в тонкую линию губы чуть заметно кривились под давлением рвущейся наружу ироничной усмешки.
        Был поздний вечер. Ненавистная для горожан жара, царившая последние дни, сегодня пошла на убыль. На улице стояла поистине прекрасная, теплая погода, располагающая к прогулкам за пределами душных московских квартир. Поэтому в излюбленном кафе Стикса, где он как обычно ужинал, было многолюдно. Однако это не мешало ему хранить уединение за давно заказанным столиком в глубине зала.
        - У Вас не найдется прикурить? - раздался совсем рядом мягкий женский голос.
        Стикс поднял глаза на незнакомку. Она была высокой и стройной, будто только что сошла с обложки глянцевого журнала. Пышные белые локоны обрамляли ее красивое овальное лицо, спадая по изящной лебединой шее на плечи и ниже, до середины спины. Великолепная фигура женщины была подчеркнута узким, обтягивающим жакетом и короткой прямой юбкой, из-под которой виднелись длинные ноги в черных остроносых босоножках на высоком каблуке.
        Стикс достал из кармана зажигалку и, молча, положил ее на край стола перед блондинкой, после чего вновь погрузился в чтение газеты.
        - Странная у Вас манера обращения с дамой, - она улыбнулась, и в полумраке вечернего кафе сверкнули ее ослепительно белые зубы. - Я думала, что Вы хотя бы зажжете ее для меня, не говоря уже о том, чтобы предложить мне присоединиться к Вам и что-нибудь выпить.
        Не дождавшись приглашения, женщина отодвинула свободный стул и опустилась на него как раз напротив Стикса. Она достала из сумочки пачку длинных дамских сигарет и, щелкнув зажигалкой, закурила, продолжая сверлить четко подведенными зелеными глазами своего молчаливого соседа.
        - Так значит, Вы иностранец, - задумчиво проговорила незнакомка, выпустив изо рта клуб светло-серого дыма, который на мгновение завис над синей поверхностью стола, образовав в воздухе странные бесформенные фигуры, исчезнувшие так же быстро, как и возникли.
        - С чего Вы так решили? - на этот раз Стикс оторвался от газеты, с интересом взглянув на нее.
        - Ну, - она обворожительно улыбнулась, чуть склонив голову набок, отчего пышные пряди светлых волос упали на ее лицо, - Вы не похожи на здешних обитателей.
        - Неужели? - собеседник прищурился.
        - Да, - женщина встрепенулась, подавшись вперед. - Кстати, мое имя Нина, но Вы можете называть меня Эн или Энни, как Вам больше нравится. Меня так зовут только самые близкие люди, - скромно добавила она.
        - Очень приятно, Энни, - Стикс вежливо улыбнулся, продолжая выжидающе смотреть на нее. - Так почему же я не подхожу на роль местного жителя?
        - Потому что Вы слишком хороши для этой роли, - она кокетливо повела плечами и усмехнулась. - Вы такой… такой… Красивый, статный, умный…
        - По-вашему, знак качества моих умственных способностей отпечатан у меня на лбу? - он едва сдерживал смех, слушая ее вдохновенную речь.
        - Ну, может быть, и не на лбу, - Энни нервно затянулась сигаретой, - хотя лоб тоже очень неплох, - пробормотала она и спросила, меняя тему: - Скажите, Вы англичанин? Я всегда мечтала побывать в Англии. Знаете, это, наверное, так чудесно - жить в стране с древнейшей историей, с замками, с дворцами, - она мечтательно улыбнулась, подняв глаза к потолку, на котором вопреки ее рассуждениям не было ни замков, ни дворцов, одна только тускло горящая люстра с лампочками в виде свечей.
        - Я не англичанин, - спокойно отозвался Стикс и вновь погрузился в чтение отложенной на время газеты.
        Однако женщина не сдавалась, продолжая без умолку болтать на всевозможные темы, большая часть которых казалась ему абсолютно неподходящей. Подтверждений Энни не требовалось, она разговаривала сама с собой, изредка, спрашивая что-то у собеседника и, не получая ответа, вновь пускалась в пространные рассуждения без особого смысла.
        Допив кофе, Стикс поднялся, собираясь покинуть кафе, а вместе с тем и избавиться от назойливой соседки.
        - Как? Разве Вы не проводите меня домой? - удивленно хлопая длинными темными ресницами, спросила Эн.
        - Нет, - он едва заметно улыбнулся.
        - Вы абсолютно невоспитанны! - фыркнула она, обиженно надув пухлые алые губки.
        - О, да, - Стикс улыбнулся гораздо шире.
        - Скажите хотя бы, как Вас зовут? - капризно протянула собеседница, грустно глядя на него.
        - Мое имя Ян. Всего хорошего.
        Окинув Энни на прощанье равнодушным взглядом, Стикс быстрым шагом направился к выходу.
        "Глупая, болтливая женщина, - вертелось у него в голове, - какой прок от таких существ? Впрочем… быть может, я поторопился с выводами. Она красивая, самовлюбленная и… мечтает попасть за границу любым способом. Чем не сценарий для новой игры?"
        Стикс улыбнулся собственным мыслям. Он быстро пересек улицу и, завернув во двор, вошел в подъезд. Тяжелая дверь негромко хлопнула, скрыв от посторонних глаз его широкую спину с разметавшимися по плечам пепельными волосами.
        ГЛАВА 13ИЗЯЩНАЯ ВЕЩИЦА.
        За окном уже рассвело, когда Стикс наконец закончил работу над третьим сценарием. Теперь в его распоряжении был материал еще для двух коробочек. Ту, что взорвалась на кладбище в его руках, он тщательно разобрал сразу же после расставания с Женей. Каждый винтик, каждая маленькая деталь, пластина, микросхема, тончайшие проводки - все это теперь было выложено в ровную линию на его письменном столе, где и покоилось до сих пор. Протестировав печально известный "портсигар", останки которого грустно смотрели на своего создателя с поверхности столешницы, Стикс окончательно убедился в правоте родившейся догадки: причиной взрыва была не банальная неисправность, а довольно-таки уникальная, на его взгляд, Женя. С подобной ситуацией ему приходилось сталкиваться в жизни лишь однажды, и это обстоятельство только сильнее подогревало проснувшееся в нем любопытство.
        Запись новой игры на миниатюрный платиновый носитель, сокрытый внутри очередного серебряного "портсигара", длилась несколько минут. Не теряя времени даром, Стикс достал с полки длинную золотую цепочку с изящным кулоном в форме капли, увенчанной по периметру крошечными бриллиантами. Он окинул драгоценную вещицу оценивающим взглядом, после чего аккуратно подцепил пинцетом верхнюю часть кулона, загадочно мерцавшего в свете настольной лампы, и воткнул в образовавшееся отверстие микроскопическую квадратную пластину, затем придал украшению первоначальный вид. Повертев в руках цепочку, Стикс довольно усмехнулся и спрятал ее в специально подготовленный бархатный футляр.
        Мелодичный звук, раздавшийся из динамиков, сообщил о выполнении записи. Быстро перебирая пальцами по клавишам широкой черной клавиатуры, Стикс завершил программу и выключил ноутбук. Затем он взял в руки только что записанную коробочку и, внимательно осмотрев со всех сторон, осторожно положил ее в спортивную сумку, как раз рядом с бархатным футляром, где покоился оснащенный "жучком" кулон.
        ГЛАВА 14КОНТРАКТ.
        Женя появилась на пороге кафе именно в тот момент, когда Стикс собрался уходить. Он провел, сидя за столиком в ожидании ее, немногим больше часа, предусмотрительно явившись на место назначенной вчера встречи раньше срока. И теперь его настроение сложно было назвать радушным. Стикс хмуро смотрел на запыхавшуюся девушку, которая быстро пересекла погруженный в полумрак зал и неуверенно остановилась напротив него.
        - 47 минут и 13 секунд, - выразительно взглянув на подсвеченный синий циферблат своих наручных часов, мрачно сообщил он.
        - Я тоже рада тебя видеть, - собеседница устало опустилась в свободное кресло и, небрежно бросив на стол потрепанную джинсовую сумку, достала оттуда тушь и губную помаду. - Автобуса долго не было, извини. Я даже не успела подкраситься. И потом женщинам простительно опаздывать, ты разве не в курсе?
        - На первую деловую встречу с работодателем? - его сдвинутые темные брови чуть заметно поднялись.
        - Не имеет значения, - Женя попыталась выдавить из себя беззаботную улыбку, но под тяжестью его холодного, внимательного взгляда это ей не очень-то удалось.
        - И все же я попрошу тебя впредь быть пунктуальной, - после довольно продолжительного созерцания безмятежно красящей ресницы девушки проговорил Стикс. - У меня через несколько часов встреча в другом конце города, и я не испытываю особого желания срывать ее из-за твоей нерасторопности.
        - Ну, - Женя легким движением провела по губам помадой, оставив на них светло-коричневый, матовый след. - Я не просила тебя нанимать меня на работу, не забывай, - она скептически осмотрела результат своего творчества в маленьком, круглом зеркале с отколотым краем, которое держала во время нанесения макияжа кончиками пальцев свободной руки.
        - Кстати, о найме, - пропустив мимо ушей смысл ее фразы, сказал Стикс, достал из сумки отпечатанный на нескольких листах контракт и протянул его собеседнице для ознакомления. - Здесь ты должна поставить свою подпись.
        Отложив в сторону косметику, Женя выразительно посмотрела на собеседника, но ничего не сказала. Она, молча, взяла со стола предложенные бумаги и принялась их внимательно изучать. Стикс неспешно закурил, с интересом наблюдая за ней.
        - Тут указан срок… 6 месяцев, - задумчиво произнесла девушка, подняв на него глаза.
        - И?
        - Слишком долго, - она отодвинула бумаги в сторону. - Мне это условие не подходит.
        Он внимательно смотрел на нее, чувствуя, что ничего не понимает в женщинах, а точнее в одной женщине, той самой, которая сидела сейчас напротив него и легкомысленно отказывалась от контракта, сулившего ей немалую прибыль за достаточно короткий срок.
        Женя, в свою очередь, с не меньшим любопытством изучала этого странного типа, готового платить огромные, по ее мнению, деньги за рядовые услуги переводчицы. Да на указанную сумму он может здесь, в России, целый штат переводчиков нанять, причем высококвалифицированных. Зачем ему она одна? Втайне надеясь, что сейчас они мирно разойдутся, не сумев найти взаимопонимания в делах, девушка, затаив дыхание, ждала ответа.
        - Хорошо, - наконец, выдавил Стикс. - И сколько месяцев ты намерена работать?
        - Месяцев? - Женя почувствовала, как ее надежды избавиться от сомнительного работодателя рушатся, - ну… пожалуй, два или полтора, так будет лучше.
        - Никогда не слышал, чтобы контракты заключались на такой короткий срок, - парировал собеседник, закуривая очередную сигарету. Он был мрачен, и это состояние отражалось во всем его облике: в более резких, чем обычно, движениях, в металлических нотках, звучавших в голосе, в холодных, даже ледяных, светло-серых глазах, взгляд которых был прикован к несговорчивой девушке.
        - В таком случае, советую Вам, сударь, найти другого переводчика, - Женя картинно развела руками и довольно улыбнулась. - Я могу идти?
        Он взял со стола бумаги и быстро зачеркнул в графе "сроки" слово "месяцев", аккуратно надписав сверху: "недель".
        - Подписывай, - голосом, не терпящим возражений, проговорил Стикс, вложив в ладонь обескураженной собеседницы ручку.
        Женя покорно вывела на трех экземплярах контракта свою подпись и обречено взглянула на человека, к которому только что официально устроилась на работу.
        - Вот и умница, - Стикс облегченно вздохнул, забирая у нее бумаги. - Это тебе, - он протянул ей маленький бархатный футляр темно-зеленого цвета. - Открой.
        Девушка неуверенно подняла крышку презента и непонимающе уставилась на сидящего напротив мужчину.
        - Что это? - большие янтарные глаза ее выражали недоумение.
        - Мой подарок тебе, - спокойно отозвался он, пряча в спортивную сумку подписанный контракт.
        - А, - протянула Женя и, закрыв футляр, положила его на середину стола, - мне не нужны подарки, мне нужна работа, за которую ты обязался мне платить четыре тысячи в неделю, - ее голос звучал натянуто, а в глазах появился золотистый блеск, от которого веяло утренним холодом.
        - Хм, - повертев в руках отвергнутый презент, Стикс убрал его в карман рубашки. - Как хочешь, - он разложил перед Жениным носом толстую пачку распечаток с иностранными текстами, после чего невозмутимо заявил:
        - Когда закончишь, принеси мне перевод сюда, - мелким убористым почерком он написал на краю одной из распечаток свой адрес и телефон. - Только предварительно позвони. Сделаешь работу, получишь предоплату за неделю. Надеюсь, тебя такой вариант устраивает?
        Девушка неуверенно кивнула, задумчиво разглядывая название улицы, куда ей следовало доставить переводы.
        - Вот и отлично, - Стикс улыбнулся. - А теперь мне пора, иначе я опоздаю на встречу. Приятного тебе дня.
        Он быстро поднялся и, сделав какой-то непонятный жест официантке, направился к выходу.
        - Пока, - едва слышно пробормотала Женя, рассеянно перебирая лежавшие на столе страницы.
        Перед глазами девушки мелькали "разношерстные" названия статей, совершенно несвязанные, на ее взгляд, по смыслу. "Невероятные удои породистых ирландских коров!", - гласил один заголовок, а с черно-белой фотографии на Женю взирала довольная физиономия упитанной заграничной буренки. "Ученые вывели новый сорт кактуса", "Методы борьбы с терроризмом в стране", "Не утихают споры вокруг экспериментов по клонированию" и далее в том же духе. На мгновение ей даже показалось, что она читает заголовки какого-то дешевого газетного издания, выпущенного в Испании.
        - Что за бред? - рассеянно пробормотала Женя, продолжая листать бумаги.
        - Ваш заказ, - звонким голосом сообщила официантка, неожиданно возникшая рядом; она держала в руках поднос с черным кофе и аппетитно украшенным десертом.
        - Но я ничего не заказывала, вероятно, это ошибка…
        - Нет, не беспокойтесь, - успокаивающе проговорила собеседница, расставляя перед удивленной клиенткой посуду. - Ваш спутник все оплатил.
        - Мой спутник? - На Женином лице появилось сосредоточенное выражение, она отчаянно пыталась сообразить, кто и зачем решил угостить ее в кафе. - Ах, Вы имеете в виду Яна, - наконец сообразила она и облегченно вздохнула. - Спасибо, прекрасный ароматный кофе, - девушка рассеянно улыбнулась и, с трудом затолкав в сумку пачку распечаток, приступила к трапезе.
        ГЛАВА 15НЕВЕРОЯТНОЕ СТЕЧЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ.
        Возле стеклянных дверей главного входа в здание редакции собралась целая толпа зевак. Кто-то негромко ворчал, другие осторожно перешептывались, но ни один из присутствующих не решался подойти к оцепившим крыльцо охранникам ближе, чем на десяток метров. Издалека наблюдать было куда интереснее и, что важно, гораздо безопаснее. Вскоре подъехала "скорая", а следом за ней появилась и машина милиции.
        Стикс задумчиво вертел в руках серебряный "портсигар", хмуро поглядывая в сторону происходящих на той стороне улицы событий. Он был немного расстроен и довольно сильно озадачен. Вторая неудача за несколько дней! Если так дела пойдут и дальше, отлет придется отложить. Подобный расклад не очень-то вдохновлял его и потому он мысленно пытался определить, в чем же на этот раз заключался просчет.
        - Господи! - заголосила какая-то пожилая женщина, когда окровавленное тело пострадавшего положили на носилки и понесли к машине. - Он же мертв!!! Мертв!!! Такой молодой! Да как же это?!
        Двое санитаров отвели слабонервную особу подальше от глаз загудевшей в такт ее воплям толпы.
        - Ян! - услышал Стикс за спиной и резко обернулся. - Я так рада тебя видеть! Ну надо же, какое невероятное стечение обстоятельств! Это судьба, ты веришь в судьбу?! - Энни с трудом переводила дыхание от переполнявших ее эмоций.
        - Сдается мне, что Вы, девушка, за мной следили, - недоверчиво проговорил он, покосившись на здание редакции, возле которого по-прежнему было многолюдно.
        - Ну что ты, я просто… - она быстро оглянулась и более уверенно добавила, подарив ему ослепительную улыбку: - Я просто ходила по магазинам.
        - Где же твои покупки? - он внимательно смотрел на собеседницу, пытаясь определить, как давно она за ним наблюдает.
        - Я не нашла ничего подходящего, - невинно моргая, ответила женщина. - А что там случилось? - ее стройная шея вытянулась еще больше, а зеленые прищуренные глаза устремили свой взор на происходящие по ту сторону улицы события. - Ой, как любопытно: и милиция, и скорая. Там что, кого-то убили?
        - Несчастный случай, - Стикс властно взял собеседницу под руку и повел прочь. - Ничего интересного. Так, значит, ты мечтаешь поехать за границу? - он улыбнулся, взглянув на ее удивленное лицо.
        - Еще бы, - кивнула Энни, вмиг забыв об инциденте, который привлек ее внимание несколько секунд назад.
        - Неужели для такой красивой девушки это составляет сложность?
        - Ну как тебе сказать… - она замялась, не находя достойного ответа, а может, просто кокетничала.
        - Скажи, как есть, - в его холодных глазах был интерес, а на губах по-прежнему играла вполне дружелюбная улыбка.
        - Я бы хотела поехать туда не одна, а с прекрасным принцем, таким как ты, - Энни стыдливо опустила ресницы и скромно добавила. - Конечно, если бы я была достойна…
        - Ну что ты, дорогая, - Стикс прищурился, глядя на нее так, будто видел насквозь, - ты обладаешь массой достоинств. У меня даже есть для тебя подарок.
        Он извлек из кармана зеленый бархатный футляр и протянул его застывшей от восторга женщине. Осторожно открыв коробочку, Эн расплылась в счастливой улыбке. Она тут же примерила цепочку и, несколько раз повернувшись возле стеклянной витрины, чтобы лучше рассмотреть свое отражение в ней, радостно поинтересовалась:
        - Ну как?
        - Ты обворожительна, - тонкие бледные губы собеседника чуть дрогнули в некотором подобии одобрительной улыбки. - А сейчас, дорогая, я вынужден тебя оставить, у меня, к сожалению, еще есть незаконченные дела.
        - Но? - ее красивое лицо недоуменно вытянулось. - А как же я?
        - Мы еще непременно увидимся, ты разве не веришь в судьбу, Энни? - загадочно проговорил он, уходя. - Приятного тебе вечера.
        Она так и осталась стоять посреди тротуара, задумчиво теребя цепочку, украсившую ее высокую грудь. Несколько раз проведя большим пальцем левой руки по поверхности кулона, Эн прищурилась, а ее покрытые алой помадой губы растянулись в странного вида улыбке.
        ГЛАВА 16СЛИШКОМ СЛАБЫЙ.
        - В чем же я допустил ошибку, Иван? - открывая дверь кабинета, пробормотал Стикс, обращаясь в пустоту. - Не та тема, не та игра? Но мне казалось, что тебе это все было интересно. Что же пошло не так?
        Он переступил порог погруженной во мрак комнаты и остановился в задумчивости посреди гладко вычищенного паркетного пола. Каждое утро третьего дня сюда приходила пожилая домработница, которая и приводила окружающую обстановку в пригодный для жизни вид. Сегодня она тоже была здесь.
        - Ну что ж, придется подкорректировать сценарий, вот только знать бы, чего тебе там не хватает, парень, - Стикс грустно улыбнулся и, подойдя к выключателю, зажег свет.
        Комната моментально преобразилась, превратившись из мрачного царства бесформенных теней в удобно обустроенный рабочий кабинет, где было все необходимое для деятельности хозяина. Напротив двери располагалось большое вытянутое окно с овальным верхом, которое обрамляли тяжелые темно-бордовые шторы, две соседние стенки были заняты столами и полками, немного напоминавшими стеллажи, но чуть более разрозненными. Рядом с письменным столом находился массивный кожаный диван с высокой спинкой и жесткими подлокотниками, почти такой же, как в зале, только более фундаментальный. Стикс никогда не сидел на нем, предпочитая проводить большую часть времени в удобном сером кресле, которое легко перемещалось по комнате благодаря небольшим мобильным колесикам в основании.
        Быстрым движением руки он открыл ноутбук и, подключив его к сети, нажал кнопку "Пуск". Вспыхнул зеленый огонек, и компьютер заработал, сообщив об этом хозяину холодным металлическим голосом, прозвучавшим из встроенных в него динамиков.
        "Попробуем добавить власти, денег и женщин, - решил Стикс, запуская нужную программу, - если тебя не вдохновляет роль вселенского спасителя, возможно, стандартный набор общепризнанных благ понравится тебе чуть больше?"
        С этими мыслями он приступил к созданию новой версии игры, за которой и просидел до самого утра. Однако даже после введения новшеств непокорная коробочка отказывалась работать на полную мощность.
        - Слишком слабый, - устало вздохнув, заключил Стикс. Он бросил бракованный "портсигар" в ящик письменного стола и мрачно пробормотал: - Никогда бы не подумал…
        ГЛАВА 17ЧАСЫ.
        Женя перевела дыхание, мысленно заставив себя успокоиться. Она никак не могла подавить совершенно неуместное волнение, завладевшее ее сердцем, и поэтому продолжала стоять на пороге квартиры своего работодателя, не решаясь нажать кнопку звонка. Сделав несколько дыхательных упражнений, направленных на то, чтобы привести в порядок расшатанные нервы, девушка наконец отважилась и позвонила. Хозяин открыл незамедлительно, будто только и ждал, когда она объявит о своем приходе протяжной трелью. Впрочем, возможно так оно и было, ведь девушка как обычно опаздывала, отклонившись от назначенного по телефону времени встречи минимум на полчаса.
        - Уже закончила работу? - без тени удивления поинтересовался он, пропуская гостью в прихожую. - Положи переводы на стол в зале, а я пока принесу твою зарплату.
        Отточенным, быстрым движением правой руки Стикс закрыл дверь на верхний замок, трижды провернув диск влево, после чего отправился в свой кабинет, оставив девушку в прихожей одну. Женя только пожала плечами, бросив ему вслед какое-то скомканное приветствие. Оказавшись в одиночестве, она принялась с интересом разглядывать окружающую обстановку. Это была дорогая, богато обставленная квартира, в которой на удивление гармонично сочетались стиль и роскошь современного интерьера.
        Скинув туфли, Женя медленно толкнула рукой двустворчатую стеклянную дверь и оказалась в большой, хорошо освещенной комнате с открытым высоким окном, откуда в помещение поступал свежий аромат омытой утренним дождем листвы. Здесь было чисто и просторно, но совершенно не уютно. В какое-то мгновение ей даже показалось, что она стоит не посреди жилой комнаты, а в центре хорошо обставленной приемной какого-нибудь московского офиса.
        Последние несколько дней девушку не покидало чувство нереальности происходящих с ней событий. И сейчас это странное чувство только усилилось. Она выложила на прозрачную поверхность круглого стеклянного стола абсолютно бессмысленные, по ее мнению, переводы и, опустившись на диван, принялась терпеливо ожидать возвращения хозяина.
        Ей до сих пор было непонятно, зачем ему понадобилось нанимать ее, чтобы переводить какой-то испаноязычный бред на распечатанных принтером листах. Но еще больше Женю волновало: кто такой ее работодатель и чем на самом деле он занимается? До сих пор Ян Ван Дер Векен искусно уклонялся от более-менее вразумительного ответа на данный вопрос, называя себя "свободным художником", основной частью деятельности которого было создание компьютерных игр. Но Жене этой информации явно не хватало.
        - Здесь две тысячи "евро", - сообщил Стикс, войдя в зал, - и еще немного текстов, возьми, - он положил перед ней на стол деньги и тоненькую стопку новых распечаток, а вместе с ними небольшие белые часы с овальным матовым циферблатом и крошечными, золотистыми стрелками.
        - Это еще что такое? - хмуро глядя на него, спросила гостья.
        - Евгения, - нравоучительным тоном начал Стикс, - это всего лишь часы, обычные наручные часы, которые ты сейчас наденешь на руку и больше никогда не будешь опаздывать на встречи со мной. Понятно? - он чуть заметно улыбнулся, не сводя с ее озадаченного лица пристального взора прищуренных холодных глаз.
        - Но мне не нужны подарки, - упрямо проговорила девушка.
        - Это не подарок, - успокоил ее собеседник. - Если хочешь, верни мне их после истечения срока нашего контракта. А пока, будь так любезна, возьми часы и носи их, чтобы планировать свой день более рационально. Я не очень-то люблю ждать.
        - Но…
        Не дав ей договорить, Стикс взял со стола часы и защелкнул браслет на ее запястья. Он потратил массу времени с утра, чтобы вставить в них "жучок", и ему совсем не хотелось тратить еще столько же времени на уговоры этой капризной особы принять презент. Вчера, когда Женя отказалась от золотого кулона, Стикс в очередной раз убедился в том, что совершенно не понимает ход ее мыслей, и это сильно усложнило задачу. Но попадать в подобную ситуацию снова он не собирался, поэтому решил действовать напористо, даже нагло, не давая ей возможности все обдумать. Похоже, выбранная тактика сработала, потому что снимать часы девушка не кинулась, лишь пожала плечами, вяло проговорив:
        - Хорошо, верну. Если не сломаю, конечно.
        Он довольно улыбнулся и одобрительно кивнул:
        - Твои часы, можешь ломать, если хочешь, но тогда мне придется купить тебе новые.
        - Не надо, - она кисло улыбнулась. - Не сломаю.
        Жене хотелось сменить тему как можно скорее. Избавиться от неожиданного, но усердно навязываемого ей подарка она собиралась, как только покинет этот дом. Благо дело, мусорных ящиков в Москве достаточно. Ну а заботливому работодателю всегда можно рассказать трогательную историю о том, как она потеряла его незабвенный презент. Ну, или, по крайней мере, забыла его дома. В любом случае, это гораздо лучше, чем пререкаться с ним сейчас, да еще и на его территории.
        - Спасибо за предоплату, - негромко проговорила Женя и, не пересчитывая, убрала деньги в сумку, после чего задумчиво добавила: - Тут практически нечего переводить, Ян, - она разворошила тонкую стопку распечаток рукой, мысленно прикидывая, сколько понадобится времени на перевод. - Я могу сделать это прямо сейчас, чтобы не брать тексты на дом. Ты не возражаешь?
        Не дожидаясь ответа, девушка достала блокнот с ручкой, и собралась было приступить к работе, но Стикс ее остановил.
        - Мне через час нужно присутствовать на важной встрече, - сообщил он так, будто это было не дневное расписание его личных дел, а констатация известного факта.
        - Хм, - Женя не собиралась сдаваться, нутром чувствуя, что подобный расклад событий есть не что иное, как великолепный шанс узнать немного больше о личности ее таинственного работодателя, - разве я тебя задерживаю? Ты можешь спокойно отправляться по своим делам, а я пока закончу переводы. Или ты боишься оставить меня в квартире одну? Наверное, ты считаешь, что я могу тебя обокрасть? И где же ты прячешь свои несметные сокровища? Или это не сокровища, а скелеты в шкафу? - карие глаза ее сузились, насмешливо глядя на собеседника, а губы скривились в саркастической ухмылке.
        - Не говори глупостей, - ответил Стикс холодно, ему не нравилось Женино настроение, она откровенно развлекалась, иронизируя над ним. - Оставайся, если тебе так удобнее. Я закрою дверь на ключ, - он искоса взглянул на нее и с видом очень занятого человека направился в коридор.
        - Да-да, закрывай, - не в силах сдержать радость от неожиданной удачи, отозвалась Женя и тут же погрузилась в чтение статей, которые на этот раз были посвящены воровству куриных яиц на одной из местных ферм небольшого испанского городка.
        ГЛАВА 18СЕРЖАНТ ПЕТРОВ (ЧАСТЬ 2).
        Солнце припекало спины двух милиционеров, размеренно шагающих по узкой московской улочке в сторону ларька, где продавали свежий квас. Конечно, оба они не отказались бы и от порции холодного пива, но употребление во время службы алкогольных напитков, пусть даже и слабых, запрещалось. Иногда, правда, об этом запрете благополучно забывали в угоду какому-нибудь важному поводу, например, получению сослуживцем нового звания или празднику какому-нибудь календарному. Но сегодня, как назло, день был ничем не примечательным, и поэтому уставшим от нескольких часов скучной, обыденной смены стражам порядка пришлось довольствоваться квасом, вместо пары желанных бутылок янтарного пива.
        Виктор сделал большой глоток кисловатого холодного напитка и, бросив несколько косых взглядов по сторонам, обратился к напарнику:
        - Знаешь что, Серега, вчера анекдот новый слышал, от соседа по комуналке. Хочешь, расскажу?
        - Валяй, - довольно причмокнув, ответил собеседник, вытирая рукавом мокрые от кваса губы.
        - Пошел как-то мужик на рыбалку… - начал Петров и вдруг запнулся, пристально вглядываясь вдаль.
        - Ну и? - Сергей слегка тряхнул замолчавшего товарища, - дальше-то, что было?
        - Погоди, - рассеянно отозвался Виктор, продолжая сосредоточенно рассматривать высокую мужскую фигуру, которая, выйдя из-за угла трехэтажного кирпичного дома в паре сотен метров от них, быстро приближалась.
        - Да на что ты уставился? Хотя постой, я угадаю. Вон там, на остановке, блондиночка пышногрудая с собачкой, да? - усмехнулся напарник, одним большим глотком осушив оставшиеся полстакана кваса.
        - Да ты Шерлок Холмс просто, - Виктор сдержанно улыбнулся. - Пойду рассмотрю ее поближе, а ты подожди меня здесь.
        - Валяй, я еще за квасом сползаю, а то кончился уже, - негромко посмеиваясь, Сергей побрел обратно к ларьку.
        Оставшись один, сержант Петров уверенным шагом двинулся в сторону идущего навстречу мужчины. С детства не веря в совпадения, он был убежден, что этому человеку что-то нужно от него, иначе бы он здесь не появился снова.
        Стикс видел, как изменилось выражение худого бледного лица Виктора, на котором ярким каскадом отразились все тревожные мысли, посетившие его покрытую фуражкой голову. Отметив беспокойство милиционера, он немного сбавил скорость. Затем достал из кармана длинной шелковой рубашки серебряный "портсигар" и, когда между ним и сержантом оставалось метров 50, открыл его. Пройдя еще несколько шагов, Стикс свернул в переулок и скрылся из виду немного озадаченного милиционера.
        - Значит, ты приходил сюда не по мою душу, - с облегчением вздохнул Петров, притормозив возле той самой остановки, где, держа на руках маленького белого пуделя, стояла миловидная, белокурая девушка.
        - Простите, - робко обратилась она к Виктору, подняв на него большие васильковые глаза, - мне очень, очень нужна Ваша помощь, - у нее было такое расстроенное выражение лица, будто она вот-вот расплачется.
        - Что случилось, гражданка? - стараясь говорить официальным тоном, поинтересовался он.
        - За мной гонятся бандиты, прошу Вас, защитите меня, - сдавленно проговорила блондинка, умоляюще глядя в глаза слегка опешившему милиционеру.
        - Но Вы же стоите на остановке автобуса уже минут десять… - начал было сержант и вдруг увидел, что никакой остановки нет и в помине.
        Все вокруг изменилось каким-то непонятным образом. Вместо старой мощеной улочки появился широкий, набитый машинами проспект, а там, где раньше находился ларек с квасом, теперь располагалась автостоянка. И, что было самым странным, Виктора подобные изменения ничуть не удивили. Он быстро схватил девушку за руку и бросился бежать к оставленному на обочине новенькому автомобилю, на котором виднелись яркие надписи, подтверждающие его принадлежность правоохранительным органам.
        Позади послышались чьи-то крики, затем нецензурная брань и выстрелы. Сержант пригнулся, чудом увернувшись от просвистевшей совсем рядом с его головой пули. Усадив перепуганную блондинку в машину, он захлопнул дверцу и, повернув ключ, завел мотор. В следующую секунду автомобиль сорвался с места и помчался прочь.
        - Я главный свидетель на судебном процессе моего дяди, - сквозь слезы пояснила девушка, прижимая к груди на редкость молчаливого пса. - Он наркобарон, и только я могу предоставить неопровержимые доказательства его грязных делишек. Но его люди пытаются меня убить. Прошу Вас, спасите меня!
        - А как же программа защиты свидетелей? - бросив на нее сочувственный взгляд, спросил сержант.
        - Всех убили, только мне удалось сбежать, - всхлипывая, ответила собеседница.
        - Я должен передать Вас более сведущим в этих делах людям, - хмуро объявил он, в ответ блондинка разразилась безутешными рыданиями.
        Стремясь уйти от вооруженной погони, Виктор изо всех сил выжимал газ своего послушного автомобиля, который, повинуясь его приказам, стремительно летел вперед, огибая поток медленно ползущих машин. Используя хитрые обманные маневры, он наконец оторвался от бандитов, беспрестанно паливших по машине из пистолетов.
        Рация, молчавшая до сих пор, внезапно ожила. Недолгое шипение сменилось голосом начальника отделения, который взволнованно сообщил:
        - Лейтенант Петров, в Вашем районе произошла перестрелка, убиты несколько сотрудников ФСБ, охранявших свидетеля. Девушка исчезла…
        - Она со мной, - деловым тоном ответил Виктор, оборвав речь полковника.
        - Прекрасно! - в голосе собеседника послышалось облегчение.
        - Куда привезти свидетельницу? - спросил бывший сержант, который теперь почему-то стал лейтенантом, но и это не вызывало у Петрова подозрений, все было так естественно…
        - Куда-нибудь, где ее не найдут нанятые дядей убийцы, - спокойным размеренным тоном сказал начальник. - Теперь охрана Ольги поручается тебе. Спрячь девушку хорошенько и доставь на процесс живой и невредимой. Это приказ!
        - Но разве не ФСБ занимается… - хотел возразить Виктор, но строгий голос из рации перебил:
        - Это приказ, лейтенант! Немедленно исполняйте!
        - Есть! - машинально отдав честь, ответил парень. Он покосился на ту, чью жизнь только что вверили в его руки. Девушка, молча, смотрела на него немигающим взглядом влажных от слез голубых глаз.
        Рация вновь зашипела, после чего совсем смолкла.
        - Ну что, Оля, - Виктор улыбнулся ей и слегка потрепал по голове ее пуделя. - Мы поедем с тобой в такое место, где ни один бандит тебя не найдет.
        - Куда же? - затаив дыхание, спросила блондинка, глядя на своего спасителя с нескрываемым восхищением.
        - В Карелию.
        Выжав газ на полную мощность, лейтенант направил свою послушную машину в сторону Ленинградского шоссе.
        ГЛАВА 19СЕРЖАНТ ПЕТРОВ (ЧАСТЬ 3).
        Мысленно отсчитав четыре секунды, Стикс захлопнул серебряную коробочку и довольно улыбнулся. Между ним и сержантом не было никого, кто мог бы помешать перемещению, поэтому все прошло как нельзя лучше. На этот раз улов оказался знатный, крошечная шкала в торце "портсигара" показывала максимальный уровень вырабатываемой энергии. По сравнению с журналистом, милиционер был просто совершенством. Хотя не малую долю в этом играл хорошо разработанный сценарий, так захвативший Виктора.
        Дойдя до перекрестка, Стикс свернул в него, не желая привлекать к себе внимание. Впрочем, никто и не думал смотреть в его сторону. Люди, слетаясь как мухи на мед, плотным кольцом окружали повалившееся на землю тело внезапно погибшего молодого сержанта. Изо рта и носа уже мертвого парня все еще текла кровь, разливаясь темными пятнами по его рубашке. Проворные, быстрые струйки, пробежав по застывшему в удивлении лицу, упали на поверхность мощеного тротуара, окрасив камни в алый цвет.
        - Ви-и-и-и-тька-а-а-а-а-а-а! - громкий крик разрезал воздух.
        Невысокий полный милиционер, тот самый, что был напарником Петрова, бежал со всех ног к распростертому на земле товарищу и вопил, что было мочи, размахивая на ходу руками.
        - Несчастный, - грустно проговорила молодая девушка, прижав к груди белого молчаливого пуделя. - Его уже не спасти.
        - Расступитесь, идиоты! - взревел наконец подоспевший к месту гибели напарника Сергей. - Ничего не трогать! - рявкнул он на толпу зевак и принялся вызывать скорую.
        ГЛАВА 20МАНЬЯК.
        Как только хозяин квартиры ушел, Женя поднялась с дивана и направилась к входной двери. Все было именно так, как она и предполагала: он запер ее на нижний замок, открыть который без ключа было невозможно. На губах девушки появилась ироничная усмешка.
        - А Вы, сударь, перестраховщик, - пробормотала она, обращаясь неизвестно к кому, - что же такое ценное есть в этом доме, раз Вы боитесь доверить мне свое жилище? Деньги? Драгоценности?
        Разговаривая сама с собой, Женя задумчиво разглядывала большую, обитую тонкими деревянными рейками дверь. Наконец это бессмысленное занятие ей надоело и, резко повернувшись на 180 градусов, девушка направилась в коридор.
        Квартира, где жил ее работодатель, была трехкомнатной. Зал и прихожую она уже успела рассмотреть, а вот другие помещения, включая ванную и кухню, пока оставались для нее загадкой. Неугомонное любопытство требовало немедленного удовлетворения. Оставшись одна в чужом доме, Женя получила великолепную возможность исследовать окружающее пространство, а заодно и разведать как можно больше о господине Ван Дер Векене. Во всяком случае, ей этого очень хотелось.
        Дверь в спальню была не заперта, но, как это ни печально, за ней девушку не ожидало ничего интересного. Возле стены стояла большая, аккуратно застеленная кровать, глядя на которую, складывалось впечатление, что хозяин никогда в ней не спит, настолько идеальны были складки бледно-голубого, пушистого пледа, свисавшего практически до пола. В громоздком, темном шкафу лежало несколько комплектов мужской одежды преимущественно фиолетовых оттенков, на зашторенном окне стояли горшки с цветами, а по всему периметру лакированного паркетного пола был расстелен ковер с мягким высоким ворсом серо-синего цвета. И все.
        Никаких скелетов под кроватью, никакой таинственности, обычная комната в дорогой квартире. Женя была явно разочарована. Постояв еще немного посреди хорошо прибранной, но совершенно бесполезной для ее "расследования" спальни, она вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Теперь главной целью был кабинет. Уж там-то, наверняка, найдется что-нибудь особенное…
        Однако Ян оказался гораздо предусмотрительнее, чем она о нем думала. Оставив открытыми все комнаты в доме, он запер на ключ одну, ту самую, в которую так стремилась попасть Женя. Ее отчаянные попытки взломать пресловутый замок подручными средствами ни к чему не привели. Но девушка не собиралась сдаваться, она принялась искать заветный ключ, заглядывая в каждый укромный уголок квартиры.
        Несколько раз проверив книжные полки, шкафы, столы и диваны, а также посмотрев под коврами, паласами и настенными часами, Женя потеряла всякую надежду на удачное завершение поиска. Она даже заглянула в холодильник, сама не веря в то, что ключи от кабинетов могут храниться там. Тщательный осмотр прихожей и ванной тоже ничего не дал. Грустно вздохнув, она мысленно смирилась с поражением. Разочарование действовало отравляюще: настроение девушки испортилось, и потому хотелось поскорей вернуться домой, оставив в прошлом неудачную попытку "расследования". Незаконченные переводы с немым укором смотрели на нее со стеклянной поверхности стола. Одарив их равнодушным взглядом, Женя неспешной походкой отправилась на балкон, искренне надеясь, что свежий воздух вернет ей хоть малую часть той энергии, которая кипела в ее жилах всего несколько минут назад.
        Ощутив ступнями приятный холод плиточного пола, девушка осмотрелась. Балкон оказался широким и очень массивным, но самое главное - он был общим для двух комнат. Не веря в свою удачу, Женя быстрыми шагами подошла к окну кабинета и заглянула внутрь, но, к сожалению, ничего не смогла рассмотреть сквозь толстую ткань бордовых штор.
        Печальный вздох вырвался из ее груди. Чувствуя, как рушатся последние хрупкие надежды, девушка устало прислонилась к оконной раме, грустно глядя на загадочно переливающееся от солнечных бликов стекло, преградившее ей путь к заветной цели. Под давлением девичьей руки, рама мягко подалась вперед. От неожиданности Женя отпрянула, но тут же сообразила, что окно не заперто. Мощный прилив радости захлестнул все ее существо. Не медля больше ни секунды, она ринулась в запретную комнату, перемахнув через узкий подоконник точно молодая лань. Забыв осторожность, Женя едва не свалила стоявшую на окне пепельницу.
        - Ах-х-ха, - протянула девушка, вовремя поймав ее, - значит, мы курим дорогие сигареты, - рассуждала она, разглядывая гору окурков.
        Пройдя по неосвещенной комнате, Женя провела пальцем по поверхности письменного стола, затем осторожно коснулась рукой полок, после чего взглянула на свою ладонь.
        - Пыли нет, а окурки не выброшены, хм… Значит, мы к тому же и много курим, - улыбнулась она, с удовольствием осваивая роль частного детектива. - Что еще здесь есть интересное?
        Девушка остановилась посреди комнаты и несколько раз повернулась на месте, решая, с чего начать обыск. Ее полный любопытства взгляд упал на большой темный экран открытого ноутбука, угрюмо мерцавший на фоне высоких черных полок, до отказа забитых книгами. В отличие от других комнат, в этой был вполне ощутимый беспорядок, от которого, не смотря ни на что, веяло присутствием жизни. Похоже, большую часть времени Ян проводил именно здесь.
        Женя включила компьютер и принялась ждать, когда загрузится система. Она не сомневалась, что эта электронная штуковина сможет дать ей куда более понятные ответы о деятельности своего хозяина, чем он сам.
        - Скажите волшебное слово, - раздался совсем рядом холодный металлический голос.
        Девушка невольно вздрогнула, отскочив от разговорчивой машины. По ее спине волной пробежала дрожь, а сердце испуганно забилось, ускорив свой обычный ритм едва ли не вдвое.
        - Черт, - вырвалось у Жени, когда она наконец сообразила, в чем собственно дело.
        - Ответ не верен, - так же бесстрастно заявил голос, а экран мигнул на прощанье и погас. Девушка вздохнула, глядя на него. Но пароль она не знала и тратить время на его бесполезную расшифровку тоже не собиралась. Она быстро нашла себе гораздо более интересное занятие - изучение содержимого ящиков письменного стола.
        В первом лежали шахматы. Большая инкрустированная доска с великолепными резными фигурами, разглядывать которые хотелось часами. Но у Жени, увы, не было столько времени, поэтому, аккуратно сложив шахматы обратно, она приступила к проверке среднего ящика. Ее любопытному взору предстал ворох каких-то непонятных деталей, вероятно, служивших когда-то одной из частей несговорчивого компьютера, ныне замененной на новую. Рядом с этим электронным хламом мирно покоились пачка ее вчерашних переводов и… серебряный "портсигар". Что-то в нем было не так, но определить, что именно, Женя сходу не могла.
        - Где-то я уже такое видела, - девушка слегка наморщила лоб, напряженно вспоминая недавние эпизоды своей жизни. Однако на ум не приходило ничего стоящего.
        Повертев в руках "портсигар", она принялась его внимательно рассматривать, что было весьма сложно сделать в царящем вокруг полумраке. Зажечь свет Женя не решилась, опасаясь, что это может кто-нибудь заметить с улицы, например, хозяин.
        Вспомнив о том, что Ян вернется в любой момент, девушка заторопилась. Она взяла со стола маленькую часовую отвертку и аккуратно вскрыла коробочку. Внутри были какие-то непонятные микросхемы и крошечный светло-серый диск. Женя чуть-чуть надавила на него ногтем, желая разглядеть получше, но диск не выдержал натиска и выскочил из ячейки, в которую был вставлен.
        - Ой, - от неожиданности она выронила изучаемую находку, и та с громким стуком упала на пол, все внутреннее устройство тут же разлетелось по сторонам, - что же я натворила? - голос Жени превратился в испуганный шепот.
        Быстро затолкав разрозненное содержимое в сломанную серебряную коробочку, девушка захлопнула ее и положила на место. Она немного постояла, переводя дыхание, потом все-таки отважилась и открыла последний ящик стола. Там в беспорядочной куче лежали различные газетные вырезки, листы с записями и какие-то фотографии. Женя присмотрелась, стараясь разобрать то, что было изображено на верхнем снимке. Как только ей это удалось, в горле у девушки запершило, а по всему телу разлился неприятный холодок. Она торопливо вытащила пачку бумаг и бросилась с ними к приоткрытому окну.
        Окровавленные лица, неестественные позы трупов и статистика, статистика, статистика… по нескольким странам. И над каждой газетной фотографией стоял аккуратно надписанный номер. Еще была какая-то схема, начерченная от руки на белом листе, и много статей, освещавших на разных языках тему загадочных смертельных случаев в каждой отдельно взятой стране. Женя тоже иногда читала газеты и смотрела телевизор. И ей прекрасно были известны слагаемые журналистами версии гибели восемнадцати москвичей, произошедшие в городе за последние три месяца. А теперь ей так же стала известна и причастность к ним господина Ван Дер Векена.
        Плохо управляя своим внезапно онемевшим телом, девушка бросилась вон из комнаты. Трясущимися руками она распахнула раму и ринулась вперед, но случайно зацепила ногой стоявшую на краю подоконника пепельницу, та с глухим звуком рухнула на пол. Кинув бумаги на окно, Женя начала быстро собирать окурки. Пальцы не слушались, продолжая дрожать. Чувствуя, что нервное напряжение постепенно приближается к своей кульминационной точке, девушка одним махом сгребла содержимое пепельницы обратно и, вернув ее на место, выскочила из комнаты, захватив с собой неопровержимые доказательства темной натуры ее работодателя. Отдышаться Женя смогла только когда опустилась на диван в просторном светлом зале. Ей повезло: хозяин еще не вернулся, а значит, было время подумать, что делать дальше.
        Взятые из кабинета бумаги девушка затолкала вместе с недоделанными переводами в сумку, предварительно выложив оттуда деньги, которые Ян заплатил ей за работу. Часы, украшавшие запястье, Женя тоже сняла. Затем сгребла это все в кучу и отнесла в спальню, где и спрятала на кровати, прикрыв краем пледа. "Будет ложиться спать - найдет", - рассудила девушка и вернулась в зал. Она прекрасно понимала, что хозяин догадается о ее визите в кабинет, как только войдет туда. Поэтому нельзя было допустить, чтобы это случилось раньше, чем она покинет его дом. Мысленно прорабатывая план своего бегства, Женя то и дело отвлекалась на поток красноречивых проклятий, которые предназначались как Яну, так и ей самой за излишнюю доверчивость и совершенно неоправданную глупость.
        Девушка не сомневалась, что ее работодатель причастен ко всем трупам, фотографии которых она только что перебирала. И эта причастность ее сильно пугала. Статья, где выдвигалась версия о маньяке-убийце, была обведена красным фломастером, и это в понимании Жени могло означать только одно: ЯН И ЕСТЬ МАНЬЯК.
        ГЛАВА 21СПЕШКА.
        Стрелки больших настенных часов медленно ползли, отсчитывая полные тягостного ожидания минуты. Мерное тиканье отчетливо слышалось в царившей вокруг гробовой тишине. Женя сидела, не шевелясь, и молча считала секунды, готовая в любой момент сорваться с места и броситься в прихожую навстречу вернувшемуся хозяину. Она придумала весьма правдоподобную историю, объясняющую ее быстрый уход. Но Ян по-прежнему не возвращался, и в голове несчастной девушки начали возникать пугающие картины ее возможного будущего.
        "Если он придет поздно, версия, которую я сочинила, окажется бесполезной, - думала Женя, ощущая себя загнанным в ловушку зверьком. - Что же я тогда ему скажу? А вдруг долгое отсутствие - часть его коварного замысла? Вдруг я - следующая жертва?! И этот монстр специально запер меня в своей квартире, чтобы убить потом, когда наступит ночь…" - к горлу подкатился ком, она подняла руку и осторожно коснулась бешено пульсирующей на шее жилки.
        - Господи, какая же я все-таки дура, - сдавленно пробормотала Женя. - Ну зачем, зачем я напросилась остаться здесь?
        Ее глаза с расширенными от страха зрачками вновь поднялись, устремив полный тревоги взор на белый циферблат огромных часов, которые висели на стене под потолком как раз напротив дивана. Было почти шесть, Ян отсутствовал целых четыре часа и, похоже, не торопился возвращаться. Стиснув до боли дрожащие от напряжения пальцы, девушка поежилась, от мрачных мыслей ей стало холодно.
        Звук поворачивающегося в замке ключа вывел Женю из состояния мучительного ожидания. Она резко вскочила, едва не уронив стеклянный стол, за которым сидела, и быстрыми шагами направилась в прихожую.
        - Не закрывай! - воскликнула девушка, выставив руку вперед, словно хотела помешать Яну захлопнуть дверь, в проеме которой он только что появился.
        Левая бровь его изогнулась в удивлении, а на лице отразился немой вопрос.
        - Мне срочно нужно уйти, я совсем забыла… - оправдываясь, пробормотала гостья, не глядя на хозяина; вся придуманная ранее история вмиг улетучилась из ее головы, оставив вместо себя одну только звенящую пустоту.
        У Жени не было сил поднять глаза и встретиться с его пристальным взором, который, как ей казалось, сейчас был прикован к ней. Обув туфли, девушка направилась к выходу.
        - Ты сделала переводы? - спросил Ян, преградив ей путь.
        - Не совсем, я закончу их дома и завтра тебе занесу, - упорно разглядывая металлические пуговицы на его фиолетовой рубашке, ответила она.
        Женя по-прежнему не решалась взглянуть в лицо собеседника, боясь, что в ее глазах он прочтет страх, который она так старалась скрыть.
        - Что-то случилось? - Ян слегка наклонился к ней, в его голосе была заинтересованность, граничащая с легкой обеспокоенностью.
        - Все в порядке, я спешу. У меня встреча с подругой, а из-за тебя я могу опоздать! - начиная нервничать сильнее, резко ответила девушка, вспоминая на ходу оправдание своим действиям, над созданием которого она ломала голову некоторое время назад.
        Женя слышала его ровное дыхание, чувствовала горьковатый запах, исходивший от его длинных пепельных волос. Убийца находился недопустимо близко, и от этого ей стало совсем нехорошо. Хотелось немедленно сбежать, исчезнуть, провалиться сквозь землю, что угодно, лишь бы не продолжать стоять здесь перед ним, чувствуя, как от страха и волнения подгибаются дрожащие коленки.
        - Ну ладно, иди, - крупная мужская фигура медленно отодвинулась в сторону, освободив ей заветный проход. - А где твои часы? - спохватился хозяин, заметив отсутствие своего подарка на запястье гостьи.
        - В сумке, - пробормотала девушка, ловко проскользнув мимо собеседника на лестничную клетку. - Дома накрашу ногти подходящим лаком и надену их, - Женя выдавила из себя слабое подобие веселой улыбки и, вцепившись похолодевшими пальцами в перила, бросила на ходу: - До завтра.
        Она, не оборачиваясь, кинулась вниз, перескакивая через несколько ступенек сразу. Громкий цокот невысоких каблуков заглушал все посторонние шумы, отдаваясь в ее ушах болезненным грохотом. Жене казалось, что Ян вот-вот передумает и бросится за ней, чтобы остановить или… убить. Не помня себя от сжимающего сердце ужаса, она стремглав неслась по лестничным маршам, минуя этаж за этажом. Наконец девушка выбралась из гнетущего подъезда, малейший шорох или тень которого приводили ее в состояние, близкое к панике.
        Пройдя несколько шагов, она опасливо оглянулась на дверь парадного, та по-прежнему была закрыта. Никто не преследовал ее, и это обстоятельство значительно прибавило Жене мужества. Теперь оставалось добраться до ближайшего отделения милиции и отдать следователю злосчастные распечатки в качестве улики, способной раскрыть восемнадцать таинственных убийств, обнаружив их связующее звено. Звено со звучным фламандским именем: Ян Ван Дер Векен. В правоте этой теории девушка не сомневалась ни на секунду. Она была настолько сильно погружена в свои мысли, что не заметила, как оказалась на дороге. Визг тормозов серебристой иномарки вернул ее к реальности. Последнее, что Женя увидела перед падением, было удивленное лицо белокурой женщины, сидящей за рулем.
        ГЛАВА 22"ЖУЧОК".
        - Что же нас так напугало, Евгения? - задумчиво произнес Стикс, медленно прохаживаясь по залу, в котором несколько часов назад оставил сидеть вполне спокойную и жизнерадостную гостью. - Сдается мне, что ты здесь не теряла времени даром, - он чуть заметно улыбнулся. - Ладно, посмотрим, куда ты теперь пошла. Чувствует мое сердце, что не к подруге.
        На самом деле его сердце ничего такого не чувствовало, продолжая ровно биться в груди, отсчитывая удар за ударом, будто запрограммированная, равнодушная машина. Но любопытство Стикса все-таки одолевало, и потому он направился в свой кабинет, чтобы запустить программу поиска, способную определить по карте местонахождение вмонтированного в Женины часы "жучка". Опустившись в кресло, он включил ноутбук, ввел запрашиваемый пароль и закурил, ожидая, пока загрузится система. Кольца белого дыма плавно плыли по комнате в направлении приоткрытого окна. Стикс в очередной раз затянулся крепкой дорогой сигаретой и встал, намереваясь взять с подоконника пепельницу.
        - Очень интересно, - заметив следы пепла на полу, проговорил он и резко отдернул занавеску. - Так, значит, мы и тут побывали: влезли через окно, рассыпали окурки и даже не удосужились замести следы. Хм… Что же тебя так напугало здесь, Евгения, раз ты потеряла всякую осторожность?
        Пребывая в задумчивости, Стикс подошел к письменному столу и проверил его средний ящик. Коробочка, с которой он безрезультатно провозился едва ли не полночи, лежала на месте. Он аккуратно взял ее и, посмотрев на крошечную шкалу в торце, усмехнулся:
        - Прощай, слабый, склочный журналист, обиженная соседка все-таки добралась до тебя. Ну что ж, ты все равно был для меня бесполезен, - он небрежно швырнул опустевшую коробочку обратно и с силой задвинул ящик. - Но разве может какая-то малопонятная электронная штуковина так сильно взволновать женщину? - голос его стал серьезным, а в глазах появилась сосредоточенность.
        Внезапная догадка, мелькнувшая в его голове, разом расставила все по местам. Стикс дернул за ручку нижний ящик письменного стола и понимающе улыбнулся, не обнаружив там пачки бумаг, которую он подготовил для первой встречи с Калитовским. Скорее всего, Женя решила, что все освещенные там события - дело его рук, поэтому она и сбежала так быстро, будучи сильно напуганной. Впрочем, эта версия была не без претензии на истину…
        Стикс прекрасно понимал, что добровольно девушка больше не переступит порог его дома и вряд ли станет ждать, когда он сам найдет ее, более того, она, наверняка, попытается использовать украденные бумаги против него, вот только неизвестно, как это у нее получится. Ведь любая версия о его причастности к таинственным смертельным случаям абсолютно недоказуема.
        Достав из пачки очередную сигарету, Стикс запустил программу поиска и, направив курсор на высветившуюся на карте довольно обширную область, включил функцию "увеличение". Сигнал "жучка" был замечен в его собственном районе. Он прибавил четкости, отражаемой на экране картинке, и выставил более крупный масштаб. Белый огонек маячка обрел очертания крошечного человечка, неподвижно стоящего на месте, и место это было в его доме и, что самое странное, в его собственной квартире.
        Резко вскочив с кресла, Стикс широкими шагами направился в спальню, откуда поступал сигнал. Он осмотрелся, затем подошел к аккуратно застеленной кровати и откинул плед.
        - Черт! - вырвалось у него, когда на шелковом, темно синем пододеяльнике он обнаружил и часы, и деньги, выданные Жене в качестве предоплаты.
        ГЛАВА 23ЖЕНСКАЯ СОЛИДАРНОСТЬ.
        - Мое имя Нина, но ты можешь называть меня Эн или Энни, как тебе больше нравится, - с мягкой доброжелательной улыбкой на ровно накрашенных, пухлых губах, сообщила женщина, усаживаясь обратно за руль своей серебристой машины. - Меня так зовут только самые близкие люди.
        Женя кивнула в ответ, искоса рассматривая свою собеседницу, которая вполне могла лишить ее жизни, всего несколько минут назад сбив на дороге. К счастью, Эн оказалась умелым водителем с хорошей реакцией, поэтому вовремя успела затормозить, и удар получился несильным. Помогая девушке подняться на ноги, она предложила ее подвезти, на что та с радостью согласилась.
        За окнами плавно движущегося автомобиля проплывали городские улицы, до отказа забитые людьми и машинами. Конец рабочего дня говорил сам за себя.
        - Куда же ты так торопилась, Женечка? - спросила Энни, взглянув на осунувшееся, бледное лицо своей спутницы. - У тебя что-то случилось?
        - Просто нарвалась на маньяка, - криво усмехаясь, ответила та.
        - Ну, нынче все мужики маньяки, - весело подмигнула ей Эн. - Твой, надеюсь, сексуальный?
        - Боюсь, что мой настоящий, - Женя грустно вздохнула, нервно стиснув руки, покоящиеся на сумке, в которой лежали украденные из кабинета Яна распечатки.
        - Невероятно! - Энни явно заинтересовалась. - И что ты намерена предпринять?
        - Отдам бумаги, доказывающие его причастность к убийствам в милицию, пусть там разбираются, - решительно заявила девушка, гордо тряхнув всклокоченными ярко-малиновыми волосами.
        - Какие бумаги? - небесно-голубые глаза блондинки сузились, превратившись в горящие любопытством щелки. - Покажи.
        - Вот,- Женя расстегнула молнию и вытащила из сумки толстую пачку газетных вырезок, распечаток и других сопутствующих материалов, включая фотографии и непонятные схемы. - Он даже номерует свои жертвы! Это чудовищно! - на ее большие, горящие от негодования глаза, навернулись предательские слезы.
        - Не плачь, - спокойно отозвалась Энни, внимательно изучая слегка помятые листы, она даже припарковала машину к обочине, чтобы ни на что не отвлекаться в процессе чтения.
        Некоторое время в салоне автомобиля стояла полная тишина, нарушаемая лишь звуками улицы, проникающими внутрь сквозь приоткрытое со стороны водителя окно. Обе женщины молчали, занятые каждая своим делом: Эн задумчиво перебирала пугающего вида и не менее пугающего смысла статьи, а Женя мысленно изобретала план действий для разоблачения коварного работодателя, который она намеревалась претворить в жизнь как можно скорее.
        - Это же обычный газетный бред, - Энни насмешливо взглянула на свою спутницу и, небрежно швырнув бумаги на заднее сиденье, сказала более серьезным тоном: - Подобной информации полным-полно в интернете и на газетных лотках тоже, понимаешь? Любой может скачать статью и распечатать, но это не делает его маньяком. И я читала про восемнадцать погибших разные байки, однако врачи утверждают, что это не убийства вовсе. Каждый из пострадавших стал жертвой своей собственной болезни. Между ними нет никакой связи.
        - Но в газетах пишут другое, - упрямо возразила Женя.
        - В газетах много чего пишут, вот посмотри, - Эн открыла "бардачок" и достала оттуда свежий номер довольно популярного в городе издания. - Тут тоже говорится об очередной гибели из разряда тех, которым посвящены распечатки твоего "маньяка". Вчера у здания редакции погиб молодой журналист, он как раз и занимался освещением данной темы. И знаешь что? У них даже есть подозреваемая, - блондинка скептически покачала головой, - Евгения Савичева, она огрела беднягу пивной кружкой по башке за пару дней до его смерти.
        - Что?! - Женя побледнела еще сильней, выхватив из рук собеседницы газету.
        - В чем дело? - тонкие брови Энни взметнулись вверх.
        - Иван умер, и они подозревают меня, - шепотом отозвалась девушка, с ужасом читая статью.
        Строчки хаотично прыгали перед ее расширенными глазами, усложняя процесс изучения несправедливого приговора, который ей вынесла пресса. От возмущения и безысходности Женю трясло.
        - Вот видишь, врут эти газеты, как сивый мерин, - заводя мотор, сказала Эн. - Поехали ко мне домой, подруга. Тебя наверняка теперь ищет милиция в компании с толпами вероломных журналистов. Не хотела бы я оказаться в такой ситуации. Ну, ничего, слышала про женскую солидарность? - она улыбнулась, подарив спутнице сочувствующий взгляд очень выразительных, ярко-голубых глаз.
        - Слышала, но не встречала, - печально пробормотала Женя, не поднимая взор от сбитых в ровные колонки букв, смысл которых приводил ее в шок.
        - Все когда-то бывает впервые, - Энни весело подмигнула ей и совершенно серьезно добавила: - Я просто уверена в твоей невиновности, поэтому хочу тебе помочь. Приедем домой, все расскажешь в подробностях, там и придумаем, как очистить твое доброе имя.
        - Это Ян убил Ивана. Он и есть маньяк-убийца. А я должна была стать его следующей жертвой, иначе зачем ему понадобилось нанимать меня на работу за такие большие деньги… - размышляла вслух девушка, рассеянно глядя на мелькавшие за окном постройки.
        - Вот и я не понимаю, зачем? - пробормотала Эн себе под нос и, прибавив газу, уставилась на дорогу.
        Серебристая иномарка быстро заскользила по ровной поверхности оживленного проспекта, на который незаметно выехала всего несколько минут назад. Заняв место в стройном ряду летящих вперед машин, автомобиль Энни устремился следом за ними, увозя с собой совершенно "убитую" происходящими вокруг нее событиями Женю.
        ГЛАВА 24"ВИТАМИНКА" ЭННИ.
        Однокомнатная квартира на девятом этаже ничем не примечательной московской высотки, в которой обитала Энни, выглядела несколько странно. Довольно большая просторная комната с широкой кроватью, стенкой, диваном, столом и массивной деревянной тумбочкой, на которой под толстым слоем пыли мирно покоился огромный телевизор, казалась вполне пригодной для жизни, если не считать некоторых мелочей. Постель была не разобрана, но изрядно помята, будто хозяйка предпочитала спать на ней, не снимая покрывала. Более того, обувь Эн, по всей видимости, тоже не снимала, так как светло-коричневый тонкий плед оказался вымазан чем-то, сильно напоминающим уличную грязь. Из приоткрытой двери шкафа торчали наскоро засунутые туда вещи, а квадратный темно-коричневый стол был сплошь заставлен упаковками всевозможных пищевых добавок. Глядя на эту груду разнокалиберных банок и коробок, Женя замерла на месте как вкопанная, ее глаза изумленно расширились, а губы чуть приоткрылись, но так ничего и не произнесли. Проследив взгляд гостьи, Эн важно проговорила:
        - А ты думала так легко держать себя в идеальной форме? - она довольно усмехнулась и добавила, небрежно пнув ногой использованную банку из под витаминов, которая с громким стуком закатилась под кровать. - Располагайся, Женечка. Будь как дома!
        - Угу, - девушка неуверенно кивнула в ответ и сделала несколько шагов в сторону плотно закрытого окна. - Я приоткрою раму, ты не возражаешь? Душно что-то…
        На самом деле, в квартире было не просто душно… Воздух казался каким-то тяжелым, затхлым и насквозь пропитанным сомнительными ароматами давно не выносившегося мусорного ведра.
        - Конечно, открывай, - усевшись на кровать, отозвалась Энни. - Кстати, хочешь, я сделаю тебе протеиновый коктейль? Очень ободряет. Выпьешь, успокоишься, а потом расскажешь в подробностях всю свою историю.
        - Спасибо, но мне в связи с последними событиями что-то ничего в горло не лезет, - открыв раму и с удовольствием вдохнув свежий уличный воздух, сказала собеседница, чуть заметно улыбнувшись хозяйке.
        - Это ты зря, - покачала головой та, - телу нужна энергетическая подпитка, независимо от того, хочешь ты ее потреблять или нет. Поверь мне, уж я то в этом деле смыслю.
        Эн быстро поднялась с постели и направилась в кухню. Вскоре она вернулась оттуда, держа в руках большой литровый стакан сока и банку с протеиновым порошком. Насыпав несколько мерных ложек белого рассыпчатого порошка в стакан, она размешала его содержимое, после чего вручила "снадобье" гостье.
        - Пей! - голосом, не терпящим возражений, проговорила Энни.
        Женя машинально взяла стакан и осторожно отпила глоток, пытаясь определить, насколько съедобна эта странная оранжевая масса. Вкус у напитка был кисловатый и вполне сносный, поэтому, не раздумывая особо, девушка решительно приступила к осушению прозрачной литровой емкости, которую держала в руках.
        - Стой!
        Женя чуть не подавилась, услышав повелительный окрик. Поставив стакан с недопитым коктейлем на подоконник, она вопросительно посмотрела на хозяйку.
        - Съешь сначала "витаминку", это лучшее средство при стрессе, - Эн открыла шкаф, откуда на нее посыпались какие-то вещи, небрежно запихнув их обратно, она принялась шарить рукой в нише самой верхней полки. - Есть! - радостный возглас означал удачное завершение поисков. - Очень полезная штука, - ласково погладив прозрачный стеклянный футляр, в котором лежали несколько разноцветных маленьких капсул, сообщила Энни. - Вот увидишь, тебе станет гораздо лучше, когда примешь это, - она достала одну капсулу и протянула ее Жене. - Запей соком, дорогая. С этого момента начинается твоя новая жизнь, - алые губы молодой женщины растянулись в загадочной улыбке.
        - Надеюсь, что она будет гораздо более успешной, чем старая, - грустно усмехнулась собеседница, взяв из длинных пальцев Энни крошечный красно-желтый цилиндр.
        ГЛАВА 25ПОСЛЕДНЯЯ КОРОБОЧКА.
        Стикс молча смотрел, как на экране ноутбука пульсирует яркое пятно встроенного в кулон "жучка". Эн без устали слонялась по городу, но для него не составляло особого труда определить место ее нахождения: программа работала исправно, вычерчивая на карте запутанную траекторию перемещений объекта наблюдения. Создавалось впечатление, что Энни решила обойти все магазины, выставки и рестораны города вместе взятые.
        Открыв ящик письменного стола, Стикс достал оттуда серебряную коробочку, ту самую, которую несколько дней назад сломала Женя. Теперь, после довольно кропотливого ремонта, коробочка была вполне пригодна для новой игры. И эта игра предназначалась Эн.
        Весь вчерашний день он проторчал возле Жениного дома, надеясь, что она все-таки придет туда. Но девушка так и не появилась. Вероятно, она уехала из города или спряталась у кого-нибудь из знакомых. Версий можно было придумать массу, и ни одна из них не радовала Стикса. Времени на поиски у него не было, адресов друзей Жени он тоже не знал, оставалось только положиться на случай, но в него Стикс давно уже не верил, предпочитая упованию на судьбу холодный, математический расчет. Поэтому он прекрасно понимал всю нелепость своего пребывания под окнами Жениного дома, однако не двигался с места, продолжая упрямо сидеть в машине и наблюдать за подъездом, в котором она когда-то жила. Никто, кроме него, не знал, насколько уникальна эта девушка, никто, даже она сама.
        Чтобы скоротать часы томительного ожидания Стикс изучал предусмотрительно закупленные в ближайшем магазине дамские романы, как раз такие, где сюжетная линия соответствовала заветной мечте Энни. Романтичные героини на желтых страницах довольно увесистых книг непременно встречали своих "принцев" и, по правилам жанра, в конечном итоге оставались с ними "жить долго и счастливо". Именно такой сценарий Стикс написал для своей последней коробочки. Оставалось только встретиться с ее будущей обитательницей и завершить начатое дело.
        Бросив задумчивый взгляд в сторону восемьдесят пятого, пока еще пустого, "портсигара", он грустно усмехнулся. Все было готово к отлету, и по сути здесь, в этом городе, его уже ничто не задерживало. Но, несмотря на это, Стикс продолжал медлить. Эн стала последней "точкой", которую он решил поставить в своей довольно-таки экзотической охоте на "самую деятельную личность". Потом… отъезд.
        Яркое пятно медленно проплыло по экрану и призывно замигало, остановившись. Длинные мужские пальцы быстро набрали громоздкую комбинацию из цифр и букв на большой черной клавиатуре, и в следующую секунду картинка на экране начала увеличиваться, обретая черты схематичного пейзажа, в тонких белых линиях которого отчетливо просматривался силуэт знакомой Стиксу местности. Крошечный человечек осторожно нырнул в подвал одного из близлежащих домов, это означало, что Энни вошла в кафетерий, как раз в тот, который так любил посещать Стикс.
        - Что ж, - проговорил он, пряча в нагрудный карман пока еще пустую серебряную коробочку, - время пришло.
        Мужчина закрыл ноутбук, погасил свет и, выйдя из комнаты, направился в прихожую, бормоча на ходу:
        - Так даже лучше, она все равно была для меня бесполезна…
        Он думал о Жене и о том, что вряд ли когда-нибудь еще увидит ее. Дверь негромко хлопнула, ознаменовав уход хозяина. В квартире повисла гробовая тишина.
        ГЛАВА 26БОЛЬ.
        До самого утра Эн обсуждала со своей гостьей ситуацию, в которую та угодила, после чего собралась и ушла по своим, как она сказала, делам, оставив Женю в квартире одну. Перед уходом Энни приняла ванну, достала из шкафа новое, покрытое полиэтиленом платье, отрезала этикетку и, надев его, уложила волосы. Макияж и покраска ногтей заняли у нее целый час. Уставшая и изрядно помятая Женя с удивлением наблюдала процесс сборов энергичной и полной жизненных сил хозяйки, которая тщательно блюла себя, чего нельзя было сказать о месте ее проживания. Однако Эн это, похоже, совсем не заботило.
        Оставшись одна, гостья уснула, погрузившись в тревожный тяжелый сон, вязкая масса которого накрыла ее сознание, уведя в водоворот странных, малоприятных образов и картинок, от созерцания которых становилось еще хуже. Очнулась Женя от протяжного телефонного звонка, настойчивости которого можно было позавидовать. Сняв по инерции трубку, девушка проговорила грустным, сонным голосом:
        - Слушаю.
        - О! Ты уже проснулась?! - радостно воскликнула Эн.
        - Почти. Твой телефон и мертвого поднимет.
        - Ну ты, вроде, пока еще не мертвая, - судя по звуку, собеседница улыбнулась в трубку. - Выпей коктейль, все ингредиенты найдешь в холодильнике, а потом прими душ и будешь как новенькая. До вечера!
        Трубка противно запиликала, и Женя, выронив ее, невольно схватилась за виски. От резкого звука коротких гудков у нее заболела голова. Наконец девушка сообразила, что лучший способ избавиться от источника раздражения - это положить трубку на рычаг, так она и сделала. Рассеянно оглядев окружающее пространство давно не убираемой комнаты, Женя вздохнула. Она еще немного посидела на диване, который некоторое время назад служил ей постелью, после чего встала и медленно побрела на кухню. Распахнув дверцу холодильника, она непроизвольно охнула, открыв в изумлении рот. Все полки были сплошь забиты пачками и бутылками с разными соками.
        Энни, по всей видимости, кроме этого и своих бесчисленных пищевых добавок, ничем больше не питалась. Женя достала одну из пачек и, тщательно вымыв взятый со стола стакан, налила в него сок. Отпив глоток, она осмотрелась вокруг. Кухня была небольшая и такая же запущенная, как и вся квартира. Чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, а заодно и немного размяться, девушка решила навести здесь порядок.
        Она допила сок и принялась за дело. Уборка не заняла много времени, в доме у Эн было на удивление пусто, если не считать внешнего нагромождения одежды и банок из-под витаминов. Разложив все по местам, девушка принялась вытирать пыль, толщина слоя которой приводила ее в ужас. Закончив с этим, Женя вымыла полы и хотела уже отправиться в ванную, чтобы ополоснуться, как вдруг резкая боль пронзила ее левый бок подобно укусу ядовитой змеи. Согнувшись пополам, девушка повалилась на аккуратно заправленную ею кровать и, свернувшись клубком, застонала.
        ГЛАВА 27НЕИСПРАВНОСТЬ.
        - Ян, какая приятная встреча, - Энни ослепительно улыбнулась подошедшему к ее столику мужчине.
        - Я тоже очень рад тебя видеть, - тонкие губы Стикса едва заметно растянулись в ответ, а светлые, почти прозрачные глаза с крошечными черными точками зрачков загадочно блеснули в полумраке небольшого зала. - Не возражаешь, если я присоединюсь к твоей трапезе?
        - Ну что ты, я так рада, так рада тебя видеть, что даже слов нет! - воскликнула собеседница, едва не захлопав в ладоши от переполнявших ее чувств.
        Стикс понимающе покачал головой и, отодвинув стул, сел напротив. Некоторое время он внимательно смотрел на молодую, красивую женщину, сидящую рядом. Ее прекрасное лицо оттеняли длинные светлые волосы, пышные пряди которых спадали на матовую кожу открытых плеч. Светло-зеленое легкое платье Эн прекрасно гармонировало с ее изумрудными глазами, пристальный взгляд которых был направлен на него.
        - Может, выпьем что-нибудь? - нарушив молчание, осторожно спросила собеседница.
        - Конечно, - он мягко улыбнулся и, подозвав официантку, сделал заказ.
        - За встречу! - торжественно подняв бокал белого, прозрачного вина, проговорила Энни, когда девушка с подносом удалилась, оставив на их столе заказанный ужин и напитки.
        - Скорее, за расставание, - ответил он, пригубив немного вина.
        - Как? - глаза Эн удивленно расширились, в их изумрудной глубине появилась смесь недоумения и досады, которую она тут же скрыла, опустив длинные темные ресницы. - Ты куда-то уезжаешь?
        - Да.
        - Куда же? - женщина была расстроена.
        - Домой, - невозмутимо попивая вино, сказал Стикс.
        - И когда? - едва слышно проговорила собеседница, не сводя с него грустного взгляда.
        - Утром, - он тоже рассматривал ее, мысленно подбирая наиболее подходящий для своей тайной цели момент.
        - Как жаль, - пробормотала Энни и, осушив залпом свой бокал, разочарованно добавила: - А мне казалось, что у нас все может получиться. Не угостишь сигареткой?
        - Конечно, - Стикс улыбнулся и, достав из кармана серебряный "портсигар", открыл его, положив на темно-синюю поверхность стола.
        В кафе было многолюдно; играла приятная музыка, слышался приглушенный женский смех с противоположной стороны небольшого зала, а молодая, грациозная официантка ловко передвигалась среди столиков, разнося заказанные блюда посетителям. За высокой, обитой деревом стойкой энергично работала барменша, смешивая ингредиенты для коктейля какому-то веселому парню, без конца пытавшемуся с ней заигрывать. Все вокруг было обыденным и привычным. Казалось, что здесь не может произойти ничего нового, необычного, интересного… Ничего и не произошло.
        - Ой, какая милая штучка, - искоса глядя на "портсигар", проговорила Эн. - Это мне? - женская рука потянулась к открытой коробочке, но Стикс вовремя убрал ее, положив перед собеседницей нераспечатанную пачку сигарет.
        - Нет, тебе это, - сказал он, рассматривая Энни, - ты хотела курить.
        - Да… - она открыла пачку и, достав сигарету, затянулась ею, погрузившись в состояние легкой задумчивости, будто что-то мысленно просчитывала, принимая какое-то очень важное для себя решение.
        - К сожалению, мне пора, - вежливо улыбнулся Стикс, намереваясь покинуть свою спутницу, которая оказалась для него не более полезной, чем Женя или журналист.
        - Угу, - Эн выпустила из сложенных в трубочку, аккуратно накрашенных алых губ клуб густого пахучего дыма.
        - Как я понимаю, мне здесь никто не собирается предлагать работу за четыре тысячи "евро" в неделю, - она усмехнулась, сверкнув глазами в его сторону.
        Губы Стикса дрогнули, растягиваясь в довольную улыбку. Неожиданно для самого себя ему удалось найти то, что некоторое время назад он уже счел безвозвратно утерянным.
        - Мне пора, - повторил собеседник и поднялся. - Приятного тебе вечера, Энни.
        - И тебе, - вздохнув, ответила она, чувствуя, что это "сражение" поиграно.
        Выйдя из кафе, Стикс быстрыми шагами направился к дому. В голове его уже созрел план дальнейших действий. В том, что Женя каким-то непонятным образом оказалась у Эн, он не сомневался, иначе, откуда эта белокурая особа знает про их контракт? Дело оставалось за малым - выследить Энни, чтобы выйти на след беглянки. Ради такого дела стоило еще немного задержаться в Москве.
        Проходя мимо урны, Стикс достал из кармана сломанную коробочку и, не долго думая, выбросил ее. Ударившись о металлическое дно, она жалобно звякнула.
        - Неисправна, - одарив ее тускло мерцающую серебряную поверхность равнодушным взглядом, проговорил мужчина себе под нос. - Вероятно, поломка была гораздо серьезнее, чем я думал.
        Он продолжил свой путь и вскоре скрылся из виду, завернув за угол освещенного фонарным светом дома.
        Как только широкая спина Стикса, облаченная в темно-фиолетовую шелковую рубашку навыпуск, исчезла из поля зрения, человек в длинном светло-сером плаще подошел к урне и внимательно огляделся вокруг. На улице было немноголюдно и темно. Стремясь не привлекать к себе внимание, он быстро надел на руку тонкую резиновую перчатку и проворно достал выброшенный "портсигар", после чего вновь скрылся под густой тенью больших, раскидистых лип, которые, подобно могучим стражам, безмолвно стояли вдоль уводящей вдаль аллеи, охраняя от посторонних глаз стремительно удаляющегося человека в длинном сером плаще.
        ГЛАВА 28РАЗОЧАРОВАНИЕ.
        Отблески фонарного света причудливо переливались на гладкой поверхности плавно скользящего автомобиля темно-лилового цвета, который несколько минут назад медленно въехал во двор длинного девятиэтажного дома и бесшумно затормозил возле первого подъезда. Сквозь тонированные стекла Стикс наблюдал, как высокая блондинка в легком летнем платье, помахивая изящной дамской сумочкой, отправилась в сторону автомобильной стоянки, не обратив на незнакомую ей машину никакого внимания. Вскоре ее стройная фигура скрылась из виду, свернув в близлежащий переулок.
        Было еще очень рано, и Стикс немало удивился, когда заметил на экране ноутбука, что Энни, встав спозаранку, снова куда-то собралась. Однако отправиться в очередной утомительный рейд за этой неугомонной особой он не торопился. Вчерашней слежки ему было вполне достаточно, чтобы убедиться в бесполезности данного мероприятия. Эн посетила все самые престижные магазины города, побывала в девяти ресторанах, трех музеях и на одном сеансе в кино. Последней каплей, перевесившей чашу неиссякаемого терпения Стикса, был визит объекта его наблюдения на выставку сельскохозяйственного оборудования, где Энни пробыла почти четыре часа, разгуливая между стендами и с интересом рассматривая представленную там экспозицию. Что именно могло связывать хрупкую изящную женщину с подобного рода темой, Стикс понять не мог. Он даже подошел к ней ближе, рискуя быть замеченным, чтобы выяснить, чем она на самом деле занята, однако его ожидало большое разочарование. Задумчиво стоя напротив новенького трактора, Эн наслаждалась его созерцанием, не обращая никакого внимания на окружающих. После осмотра выставки она посетила
концертный зал, а потом отправилась домой. Во всяком случае, так считал Стикс, сложив воедино показания своей поисковой программы за последние несколько дней. Вычислить подъезд, этаж и примерное расположение квартиры труда не составило, теперь только нужно было узнать, когда хозяйка в очередной раз отправится на свой ежедневный променад. Как ни странно, долго ждать ему не пришлось. Пробыв в доме всего несколько часов, Энни снова ушла.
        Для верности Стикс выждал еще немного, после чего вылез из машины и, закрыв на ключ дверцу, уверенным шагом направился к подъезду. Он быстро пересек несколько лестничных маршей и остановился на площадке третьего этажа, задумчиво глядя на темно-коричневую дверь. Наконец его палец лег на кнопку звонка, и протяжный громкий звук огласил пустую квартиру. Как и предполагал Стикс, никто ему не открыл. Не теряя времени даром, он достал из кармана джинсовой куртки специально припасенную для этого случая отмычку и, немного повозившись с замком, осторожно толкнул вперед дверь взломанной им квартиры, а затем вошел в прихожую.
        Резкий витаминный запах ударил ему в нос, отчего Стикс невольно поморщился. Не снимая обуви, он бесшумными шагами пересек сильно вытянутый коридор, заглянул в обе комнаты и обследовал кухню. В доме никого не было, только едкий запах и жуткий беспорядок, наличие которого удивило Стикса ничуть не меньше, чем интерес Энни к сельскохозяйственной выставке.
        С первого взгляда в квартире не было ничего интересного: толстый слой пыли, куча грязной посуды и раскиданных вещей. А на столах и тумбочках пестрой толпой стояли упаковки из-под пищевых добавок. Внимательно оглядевшись, Стикс приступил к более тщательному осмотру помещения. Надев тонкие тряпичные перчатки, он осторожно выдвинул первый ящик заставленного витаминами письменного стола и заглянул в него. Кроме этикетки от платья, там ничего больше не было. Тумбочки, серванты, шкафы… отовсюду на незваного визитера тоскливо смотрела зияющая пустота. Грустно вздохнув, он бросил прощальный взгляд на царящий вокруг беспорядок и брезгливо поморщился, стягивая с рук использованные перчатки. Осторожно прикрыв за собой дверь, Стикс вышел из квартиры.
        Его планы относительно розыска Жени только что рухнули, доказав тем самым бесполезность затеи, в которой он упорно не хотел себе признаваться ранее. Но всему есть предел, и Стикс прекрасно понимал это. Не таким уж значимым объектом была эта девушка, чтобы из-за нее он откладывал то, к чему стремился столько долгих лет.
        ГЛАВА 29СДЕЛКА.
        Опустившись на темно-коричневое кожаное кресло автомобиля, Стикс захлопнул дверцу и, повернув ключ, завел мотор, который тихо запел в унисон его грустным мыслям. Он всегда получал то, что хотел, и нынешняя ситуация не очень-то радовала его. Подобно кукловоду, из рук которого внезапно выпали тонкие нити, подарив марионеткам неожиданную свободу, Стикс терял контроль над обстоятельствами и это его беспокоило. Но гораздо больше беспокойств вселял тот факт, что вместе с этим он начал терять контроль над самим собой.
        Негромкий, но настойчивый стук вывел его из состояния задумчивости. Подняв голову, Стикс увидел стоящую рядом с машиной Эн, которая нетерпеливо барабанила костяшками пальцев по стеклу, требуя немедленной аудиенции. Темные брови мужчины чуть заметно дрогнули, слегка поднявшись. Его задумчивый взгляд скользнул по черной поверхности закрытого ноутбука, мирно лежащего на соседнем сиденье, и остановился на красивом и в тоже время решительном лице непрошеной гостьи. Присутствие этой женщины здесь могло означать только одно: она его раскусила, а весь вчерашний день был не чем иным, как хорошо разыгранным ею спектаклем. Подобная идея уже приходила в голову Стиксу, но он ее опрометчиво отметал в сторону, уповая на собственное мастерство в деле ведения слежки. Его тонкие губы насмешливо скривились, а глаза сузились, превратившись в ледяные светло-серые прорези. В отличие от большинства обычных людей, Стикс умел признавать собственные промахи, более того, ему было свойственно их исправлять.
        - Очередное стечение обстоятельств, моя дорогая Эн? - поинтересовался он, открыв дверцу машины.
        - Лучше, - сладко улыбаясь, отозвалась собеседница и, не дожидаясь приглашения, села на соседнее кресло его просторного автомобиля, переложив назад ноутбук. - Значит, ты решил получить все задаром, дорогой, ай-ай… разве так дела делаются? - ее улыбка стала шире, а в зеленых ярко очерченных глазах появился кошачий блеск.
        - Не понимаю, о чем ты, - скрестив на груди руки, ответил Стикс. - Какие еще дела?
        - Обычные. У меня есть то, что нужно тебе, а у тебя наверняка найдется необходимая для равноценного обмена сумма денег. Не так ли? - насмешливо проговорила Энни, глядя на него в упор.
        - И что же, по твоему, мне надо? - полюбопытствовал он, продолжая сидеть в невозмутимой позе напротив нее.
        - Девушка с карими глазами и кучей проблем, которая упорно считает тебя маньяком-убийцей и мечтает засадить за решетку. Или я ошибаюсь? - собеседница прищурилась.
        - Сдается мне, дорогая, что ты пытаешься получить на меня компромат, - после довольно продолжительной паузы наконец произнес Стикс, задумчиво поглаживая рукой небритый подбородок.
        - Интересно, каким образом? - тонкие брови Эн взлетели вверх, изобразив удивление.
        - Обычным. Например, ты вполне можешь записать наш разговор на диктофон, чтобы использовать его потом для шантажа, - спокойно ответил он и, достав из кармана пачку сигарет, неспешно закурил, разглядывая сквозь тонкую вуаль белого дыма озадаченное лицо собеседницы.
        - Проверь мои вещи, - немного обижено заявила она, и вручила Стиксу свою модельную сумочку, предварительно открыв ее. - Я играю честно.
        Несколько минут он молча рассматривал содержимое сумки, тщательно перебирая каждый отдельный предмет, будь то губная помада или кошелек. Особого внимания удостоились три паспорта Энни, каждый из которых был на разные имена. Внимательно изучив документы, Стикс одобрительно проговорил:
        - Качественно сделано.
        - А то! - гордо подняв подбородок, отозвалась она и довольно улыбнулась. - Ну как, убедился, что я не ношу с собой никаких диктофонов?
        - Нет, ты ведь могла спрятать его на себе, - он закурил очередную сигарету, наблюдая за реакцией Эн на эти слова.
        - И где же? - она наклонилась к нему так низко, что в глубоком треугольном вырезе летнего платья стала хорошо видна ее небольшая упругая грудь, на которой, переливаясь всеми цветами радуги, покоился отделанный бриллиантами золотой кулон в форме капли. Других посторонних предметов там не было.
        Бросив равнодушный взгляд на декольте собеседницы, Стикс невозмутимо произнес, указав жестом на внутреннюю сторону ее бедер:
        - Например, здесь.
        - Ну, так проверь, - Энни слегка откинулась назад и призывно раздвинула колени, отчего подол ее светло-зеленого платья натянулся сильнее, немного поднявшись и обнажив тем самым длинные, стройные ноги.
        В тот момент, когда мужская рука легла на женское бедро, намереваясь выполнить отведенную для нее роль, Эн прерывисто вздохнула и едва слышно застонала. Стикс брезгливо отдернул ладонь и отшатнулся, хмуро глядя на молодую, красивую женщину, сидящую рядом.
        - Так что ты говорила там о девушке с карими глазами и кучей проблем? - после непродолжительной паузы процедил он, чеканя каждое слово.
        - То, что она находится у меня, - Эн победно улыбнулась, ее расслабленное, податливое тело в мгновение ока стало энергичным и подтянутым: спина распрямилась, плечи расправились, а овальный подбородок чуть вздернулся, как свидетельство делового настроя своей обладательницы. - И ты вполне можешь ее получить… за определенное вознаграждение, конечно.
        - Хм, разве тебе не жаль отдавать бедную девушку в руки маньяка-убийцы? - стальные глаза его впились в лицо собеседницы, внимательно наблюдая за малейшим изменением ее мимики.
        - А это зависит от того, - она сделала паузу, многозначительно глядя на него, ни один мускул при этом не дрогнул на ее лице, которое по-прежнему оставалось прекрасным и холодным, будто было создано изо льда, - сколько ты мне за нее заплатишь.
        Расчетливая, жестокая, деловая женщина сидела сейчас в салоне его машины и решала финансовые вопросы так, будто всю жизнь только этим и занималась. Легко и непринужденно ведя разговор с человеком, которого видела всего несколько раз в жизни, Энни обсуждала предстоящую сделку, не задумываясь о том, что на этот счет думает ее живой товар. Более того, ей, по всей вероятности, было на это наплевать. И Стикса такое положение дел полностью устраивало. Он даже испытал удовольствие, наблюдая за метаморфозами пустоголовой, болтливой блондинки, которая внезапно обернулась хладнокровной и весьма неглупой "акулой", весь внешний вид которой говорил, что в случае проигрыша она вполне способна откусить противнику не только палец, но и всю руку.
        - И сколько ты хочешь? - спросил Стикс, изобразив на своем лице слабый интерес.
        - Десять тысяч, можно в "баксах", - тут же ответила Эн, будто только и ждала этого вопроса.
        - Ого, дорогая! - он даже присвистнул от изумления. - У тебя хороший аппетит. Но полагаю, что с такими запросами ты села не в ту машину.
        - Неужели тебе жалко каких-то несчастных десять штук? - в ее голосе звучала ничем не прикрытая ирония. - Ты ведь сказочно богат.
        - Я потому и богат, что умею считать собственные деньги, а не раскидываюсь ими за красивые глаза.
        - За очень красивые карие глаза, - поправила собеседница насмешливо.
        - Не важно, - хмуро ответил он.
        - Ладно, - с некоторой досадой протянула Энни, откинув с лица непослушную светлую прядь, - и какова твоя цена?
        - Тысяча "евро" - это все, что я могу тебе предложить.
        - Что?! - ее глаза расширились от возмущения, а кулаки непроизвольно сжались. - Ты что, совсем что ли сдурел, дорогой?! Я на парикмахера в месяц больше денег трачу! Восемь и ни центом меньше.
        - Ну хорошо, - Стикс обречено вздохнул, - две тысячи, и ты устроишь так, чтобы Евгения оказалась в моей машине без лишнего шума.
        - Шесть, и к вечеру я усыплю девушку. А потом можешь забирать ее куда хочешь.
        - Три, и это последнее слово.
        - Слишком мало, - отрицательно покачала головой Эн.
        - В таком случае, всего хорошего, дорогая, - он наклонился вперед и, открыв дверцу с ее стороны, жестом предложил ей выйти.
        Энни не двинулась с места, продолжая сосредоточенно что-то обдумывать.
        - Черт с тобой, пусть будет три, - наконец проговорила она обречено и, захлопнув открытую Стиксом дверь, решительно повернулась к нему. - Сначала деньги, а потом товар.
        Смерив ее оценивающим взглядом, он молча достал из кармана портмоне и, вынув оттуда пластиковую карточку, сказал, повертев ее в руках:
        - У меня нет такой суммы наличными, дорогая. Поэтому я пока сниму со счета необходимые деньги, а ты все подготовишь для претворения в жизнь нашего совместного плана. Вечером, когда спящая девушка окажется в моей машине, ты получишь обещанное вознаграждение.
        - Ну ясно, - Эн усмехнулась, - ты мне просто не доверяешь.
        - И у меня есть на то свои причины, не так ли? - на его губах заиграла легкая улыбка.
        - В десять часов вечера Женя будет спать как младенец, - пропустив мимо ушей его слова, пообещала собеседница, грустно глядя на то, как он убирает на место заветную "кредитку".
        - Прекрасно, - Стикс одобрительно кивнул. - И вот еще что, у нее должен быть полный пакет необходимых для выезда из страны документов. Позаботься об этом, дорогая. Мне понравилось качество всех твоих паспортов.
        - Что?! - Энни опешила. - И это за три-то штуки? Пожалуй, я пошла отсюда.
        Она стиснула в руках сумочку и, распахнув дверь, ринулась на улицу, но он крепко схватил ее за локоть, не позволив уйти.
        - Сколько ты хочешь?
        - Вот это другой разговор, - захлопнув дверцу в очередной раз, проговорила собеседница и мило улыбнулась. - Комплект из российского паспорта и заграничного на новое имя будет стоить две тысячи "евро". Ты ведь понимаешь, я не занимаюсь плохими подделками, все документы настоящие, сам видел. К тому же сроки слишком маленькие. Одним словом, это будет стоить даже три тысячи, а не две. Вот так.
        - Хорошо, - немного подумав, согласился Стикс. - Пусть будет три, но чтобы к паспортам прилагались еще и визы.
        - Визы? Куда? В Европу, Америку? - Эн наморщила лоб, что-то напряженно обдумывая.
        - В Европу, - ответил он и тут же добавил, - хотя, в Америку тоже.
        - Это сложно, - собеседница помрачнела. - Ты ведь понимаешь, что одно дело паспорта, а совсем другое - визы. Я ведь не сама их печатаю. На то чтобы их получить, понадобится время. Хотя…
        Энни замолчала, о чем-то размышляя. Стикс многозначительно смотрел на нее, ожидая продолжения фразы.
        - Хотя если она изначально будет иностранкой, например, англичанкой, проблем с визами станет гораздо меньше, - довольная улыбка озарила ее красивое лицо, отразившись торжественным блеском в изумрудных глазах. - Но это встанет тебе немного дороже.
        - Сколько? - собеседник обречено вздохнул.
        - Пять тысяч "евро", - невинно взмахнув ресницами, ответила она. - Ты ведь понимаешь, что сделать паспорт не так-то легко, тем более такой, к которому не будет никаких претензий на границе. Да еще и визу российскую ей придется оформить, и…
        - Я понял, - остановив поток оправданий, который лился из ярко накрашенных уст Эн, сказал Стикс. - Подготовь все это к вечеру и получишь свои деньги. Обещаю.
        ГЛАВА 30ФОТОГРАФИЯ НА ПАСПОРТ.
        Боль, так неожиданно поразившая тело Жени, быстро прошла, оставив после себя лишь неприятное воспоминание и тревожный вопрос о том, что могло послужить причиной ее появления. Однако Энни, вернувшаяся в тот день очень поздно, но зато с целым пакетом продуктов, успокоила свою гостью, сказав, что подобного рода приступ -результат того, что девушка давно ничего не ела. Потом был ужин, долгая беседа, крепкий сон и свежий душ.
        Женя с восхищением слушала свою новую подругу, энергичность которой ее поражала, а красота и умение держать себя в форме приводили в настоящий восторг. Такой яркой, неординарной женщины она никогда не встречала. О боли девушка больше не вспоминала, ее самочувствие ощутимо улучшилось, как, впрочем, и настроение.
        Пребывание рядом с Эн наполняло все ее существо какой-то непонятной, живительной силой и это обстоятельство очень радовало Женю, она как будто стала оживать после роковой вереницы малоприятных событий, которая начала свой холодный отсчет с гибели Бориса. Впервые за последние дни девушка почувствовала себя по-настоящему в безопасности.
        Щелкнул замок входной двери, и на пороге появилась высокая фигура хозяйки.
        - Что случилось? Ты так рано сегодня, - выйдя к ней навстречу, спросила Женя, которая только что выбралась из душа и теперь была похожа на мокрого котенка с огромными, полными удивления, глазами и торчащими во все стороны темными волосами.
        - У нас проблемы, Женечка, - Эн скинула с ног босоножки и небрежно отшвырнула их в сторону. Последние дни она разувалась, не желая, вероятно, пачкать начищенный до блеска пол. - Я только что узнала через своих знакомых, что тебя ищут.
        - Кто? - девушка крепче стиснула дрожащими от напряжения руками край висевшего на плечах полотенца и тревожно уставилась на собеседницу, - Ян?
        - Нет, милиция, - вздохнув, ответила Энни. - Идем в комнату, нужно серьезно поговорить.
        Она мягко взяла под локоть побледневшую гостью и повела за собой. Усадив Женю на диван, Эн принялась в ярких красках расписывать ей ситуацию. Внимательно слушая монолог собеседницы, Женя чувствовала, как петля неприятностей, на время покинувшая ее шею, вновь начала затягиваться. Сглотнув, девушка спросила:
        - Так, значит, меня обвиняют в убийстве Ивана? Меня, а не моего проклятого работодателя?
        - Да, дорогая, и если тебя найдут, то непременно посадят и надолго. Поверь мне, эта информация из очень достоверных источников, - Энни сочувственно потрепала подругу по плечу и ободряюще улыбнулась. - Но ты не расстраивайся, я уже обо всем договорилась. Сейчас мы тебя сфотографируем, потом сделаем тебе новый паспорт на другое имя, и ты отправишься за границу к моему хорошему другу. А когда все уладится, ты сможешь снова вернуться в Москву.
        - За границу? - глаза Жени расширились, а брови поднялись "домиком". - О чем ты? Я что, должна бежать из страны? Но ведь я ничего плохого не сделала, в чем моя вина? - ее голос дрогнул, а к горлу подкатился ком. Чтобы остановить поток готовых пролиться слез, девушка быстро заморгала и отвернулась, уставившись в пол.
        - Ну а что ты хотела, дорогая, такова жизнь, - понимающе проговорила собеседница и, сев рядом, обняла Женю за плечи. Через некоторое время она добавила совсем другим, более холодным и деловым тоном: - Высуши волосы, нам нужно сделать фотографию для твоих новых документов.
        Миниатюрный цифровой аппарат с яркой белой вспышкой несколько раз щелкнул, запечатлев грустное лицо девушки с короткими, малиновыми волосами и большими печальными глазами для дальнейшей обработки, на которую Эн собиралась отнести снимки сразу после завершения фотосессии. Быстро собрав необходимые вещи, она оставила Женю в удрученном состоянии дожидаться ее возвращения, а сама ушла, бросив на прощание какую-то малозначительную, успокаивающую реплику. Когда входная дверь захлопнулась, оставленная в одиночестве девушка дала волю своим чувствам и, повалившись на подушку, разразилась громкими рыданиями. Мнимая безопасность, которая так радовала ее последние дни, оказалась хрупкой и непрочной. Неприятности крепко держали несчастную в своих объятиях, скорее напоминающих стальные тиски, и давление этих тисков с каждой минутой становилось все более ощутимым.
        Время, как изощренный садист, медленно ползло, позволяя Жене вдоволь "насладиться" ожиданием. Не зная чем занять себя, девушка попыталась включить телевизор, огромный экран которого уныло смотрел на нее из угла комнаты. Но, судя по всему, Энни не интересовалась программами телепередач, так как ни одной антенны в ее доме не оказалось. Противное шипение и волнообразная рябь на экране - это было все, чего удостоилась Женя, нажав кнопку на пульте дистанционного управления. Одарив телевизор укоризненным взглядом, девушка выключила его и вновь забралась на диван, кутаясь в мягкий плед по самый подбородок. Там она и просидела, погруженная в водоворот своих малоприятных размышлений до девяти часов вечера, когда наконец вернулась Эн.
        - Я все уладила, Женечка, - заявила она, ослепительно улыбаясь с порога комнаты. - Скоро твои документы будут готовы, и ты сможешь отправиться в приятное путешествие. Вот увидишь, тебе это даже понравится!
        - Куда? - бледные губы собеседницы изобразили слабое подобие ответной улыбки, которая больше походила на кислую, вымученную гримасу.
        - В одну очень красивую европейскую страну, - Энни загадочно улыбнулась и, подмигнув ей, продолжила, меняя тему: - Тебе нужно подкрепиться, дорогая. Ты слишком бледна и расстроена. Я приготовлю коктейль.
        - Нет, - Женя отрицательно покачала головой, - я вряд ли смогу что-нибудь сейчас пить. Спасибо.
        - Сможешь, - светлые локоны собеседницы красиво качнулись, когда она, резко повернувшись на месте, стремительным шагом отправилась в кухню, на ходу проговорив: - Ты ведь не хочешь, чтобы живот вновь напомнил о себе резкой болью?
        Женя не нашлась, что возразить на такой веский довод, она лишь обреченно хмыкнула и рассеянно пожала плечами, мысленно готовя себя к приему излюбленного напитка Эн, который та, не шутя, считала панацеей от всех бед. Молча сидя напротив, Энни внимательно следила за тем, чтобы Женя выпила весь коктейль до дна, потом она взяла из ее рук пустой стакан и, окинув девушку пристальным, оценивающим взглядом, сказала:
        - Ты, главное, не волнуйся, дорогая, - ярко накрашенные губы женщины сложились в странную улыбку. - Все будет так, как должно было быть. Такова жизнь…
        Последние слова ее смешались во внезапно закружившейся голове Жени с ворохом каких-то непонятных глухих звуков и потерявших четкость образов, рождавших в помутившемся сознании девушки невообразимый хаос. Внезапно все оборвалось, и вокруг воцарилась полная темнота, а вместе с ней пришла и долгожданная тишина, в которую со звоном упала и тут же погасла единственная здравая мысль: "Меня отравили".
        ГЛАВА 31ЖИВАЯ КУКЛА.
        С трудом подняв тяжелые веки, Женя тут же опустила их снова, ослепленная фарами встречного автомобиля. Голова ее кружилась, левая рука ныла, а по всему телу неприятной ледяной волной разлилась противная слабость. Сон все еще держал девушку в своих вязких объятиях, не желая возвращать ее измученное сознание к реальности. Сделав над собой титаническое усилие, Женя открыла глаза и испуганно огляделась. Она сидела в просторном салоне чьей-то чужой машины, которая на большой скорости мчалась вперед навстречу мелькавшим по обочинам дороги деревьям. Кругом было темно, лишь подсвеченные циферблаты приборов излучали тусклый голубоватый свет, от наблюдения за которым на душе становилось холодно. Несколько секунд девушка сосредоточенно разглядывала профиль человека, сидящего за рулем. Наконец она узнала его, и от этого все внутри нее сжалось, а на приоткрытых бледных губах замер немой крик, озвучить который у Жени не хватило ни сил, ни голоса.
        Почувствовав ее взгляд, Стикс обернулся.
        - С пробуждением, - сказал он тихо и улыбнулся.
        - Сволочь, - сквозь зубы процедила она, обретя наконец дар речи.
        - Кто? Я? - его брови чуть заметно поднялись.
        - И ты тоже, - Женя чувствовала, как внутри нее закипает ярость. - И твоя подруга.
        - Моя подруга? - он был явно озадачен. - Хм… а, ты, наверное, имеешь в виду Энни.
        - А что, есть и другие?
        - Не знаю, у меня нет, - его губы растянулись в улыбке, а глаза, обращенные на нее, загадочно сверкнули. - Да и Эн не моя подруга, а твоя. Лучше надо было выбирать себе друзей, Евгения. Знаешь, за сколько она тебя продала?
        - Нет, - мрачно ответила девушка, сильнее сжав в замок похолодевшие пальцы рук, - и знать не хочу.
        - А зря, - голос Стикса по-прежнему был тихим и чуть насмешливым. - Она запросила за тебя десять тысяч "евро", - он сделал многозначительную паузу, наблюдая за реакцией собеседницы на его слова.
        Женя сидела молча и хмуро смотрела перед собой, стиснув зубы и не глядя в его сторону. На ее скуластом лице ходили желваки, а прищуренные черные глаза сверлили несчастное лобовое стекло, явно намереваясь прожечь в нем взглядом дырку.
        - Но я сбил цену до трех штук, - наконец закончил свою фразу Стикс и самодовольно усмехнулся.
        Но девушка почему-то не прониклась его предпринимательскими способностями, напротив, лицо ее отразило смесь пренебрежения и сарказма, отпечаток которого застыл на бледных девичьих губах в образе кривой ухмылки. Подняв на него большие темные глаза, решительный блеск которых не предвещал ничего хорошего, Женя спросила, чеканя каждое слово:
        - Куда мы едем?
        - Ко мне домой.
        - Я не хочу, - тон, которым были произнесены эти слова, напоминал затишье перед бурей, и Стикс мысленно приготовился к худшему.
        Он прекрасно помнил их первую встречу, а заодно и тот ужасный скандал, который закатила рассерженная Женя в отделении милиции. Крепче сжав руль, он уставился на пустынную трассу, по которой с огромной скоростью мчался его автомобиль. Навстречу ему высокой черной стеной поднимался густой хвойный лес, ограждавший широкую шестиполосную дорогу подобно монолитным, колючим перилам.
        - Останови машину, - громко проговорила девушка, не дождавшись ответа на свою предыдущую реплику.
        - Прямо здесь? В лесу, посреди ночи? - Стикс немного удивился.
        - Да, останови! - повелительно сказала она, мрачно глядя на него исподлобья.
        - И не подумаю даже, - он небрежным жестом свободной руки откинул назад тонкие длинные пряди распущенных волос, которые, упав назад, рассыпались по его плечам темной волной.
        - Немедленно останови машину! - приказным тоном проговорила Женя, крепко сжав кулаки; она начинала злиться и скрывать этого совершенно не собиралась.
        - Мы еще не приехали.
        - Я уже приехала.
        - Не забывай про контракт, ты на меня работаешь, - попытался остудить ее разбушевавшийся пыл Стикс, но тут же получил ответ, который свел на нет все его старания.
        - Плевать я хотела на твой проклятый контракт! Сейчас же тормози! - ее большие глаза горели яростным огнем, пламя которого могло сжечь целую дюжину оппонентов, не говоря уже о нем одном.
        - Не собираюсь, - ощущая кожей лица ее пылающий взгляд, пробормотал Стикс и мрачно уставился на дорогу.
        - Ах так, - Женя повернулась к нему и резко дернула на себя руль.
        Машину повело в бок и несколько раз сильно крутануло. Не ожидавший подобной выходки Стикс крепче стиснул руль, пытаясь выровнять движение. Перескочив с третьего ряда в первый, его лиловый автомобиль под громкие гудки идущей позади иномарки наконец обрел правильное направление и устремился вперед, заняв место среди других машин. К счастью, ночная трасса была свободной и внезапно возникшая по вине Жени аварийная ситуация не переросла в катастрофу.
        - Ты что, с ума сошла? - после довольно продолжительной паузы, во время которой они оба приходили в себя от пережитого несколько минут назад шока, спросил Стикс.
        - Да, сошла, - зло сверкнув глазами, ответила девушка, ее бледные губы едва заметно дрожали, кулаки сжимались от невысказанного гнева. - Останови машину, я хочу выйти, - проговорила она тихо. - Останови машину, - ее голос стал громче и в следующую секунду сорвался на крик: - Останови эту чертову колымагу! Сволочь! Гад! Останови ее, или я сама это сделаю!
        У Жени началась истерика, ее трясло мелкой дрожью, запястья непроизвольно выворачивались, а дыхание то и дело перехватывало. Она ненавидела человека, сидящего рядом, она ненавидела Энни, предавшую ее, она ненавидела весь окружающий мир, и ей было совершенно все равно, что произойдет после того, когда она в очередной раз дернет руль автомобиля, ставшего для нее клеткой.
        Резко затормозив возле обочины, Стикс остановил машину. От сильного толчка Женю подкинуло вперед вверх, и если бы не ремень, она вполне могла вылететь через лобовое стекло, протаранив его головой.
        - Прости, Евгения, но ты не оставляешь мне выбора, - в его голосе послышались грустные нотки. - Нам нужно без приключений пересечь границу, а ты в таком состоянии можешь навредить себе, мне и другим, ни в чем не повинным людям.
        Она открыла было рот, чтобы послать его к черту, как вдруг поняла, что не может шевельнуться. Даже губы, сомкнувшись, перестали подчиняться ей. Только глаза продолжали функционировать, испуганно вращая зрачками и не имея возможности сделать что-либо большее, нежели просто моргать.
        Стикс осторожно убрал руку с шеи девушки и негромко произнес:
        - Извини.
        Достав из кармана пачку сигарет, он молча закурил, затем завел мотор и направил свой автомобиль вперед, заняв привычное место в третьем ряду. Время от времени он поглядывал в сторону неподвижно сидящей Жени и что-то говорил ей. Эти отдельные фразы не были связаны между собой, да и смысла большого они тоже не несли. Выкуривая одну сигарету за другой, Стикс задумчиво смотрел на мелькавшие впереди деревья и столбы, хорошо понимая, что это занятие - единственное, что доступно его спутнице в данный момент.
        - Я знаю, ты прекрасно меня слышишь, - покосившись на девушку, начал он. - Поверь, что подобное состояние пойдет тебе только на пользу. Постарайся расслабиться и отдохнуть, хочешь, я включу музыку?
        Она молчала, не в силах шевельнуть губами. Эмоции внутри нее кипели, стремясь вырваться наружу, но единственным местом, где они отражались, были ее полные отчаяния глаза, заглянуть в которые Стикс не решался. Он нажал кнопку "Пуск" на плоской серебристой панели встроенной магнитолы, и по салону поплыли первые аккорды красивой скрипичной музыки, плавные переливы которой манили в прекрасную, таинственную даль, где миром правила гармония и не было места для ненависти и злобы.
        Невысокий таможенник с очень серьезным лицом внимательно проверил протянутые ему Стиксом документы, заглянул в салон и, посветив фонариком в лицо Жени, вежливо поздоровался с ней на ломаном английском. В ответ девушка только моргнула. Обменявшись с ее похитителем парой реплик на немецком языке, таможенник проверил багажник и, попрощавшись, открыл перед ними проезд на территорию его страны.
        И без того широкое шоссе стало еще шире и гораздо ровнее, машина шла как по маслу, двигаясь вперед с огромной, по Жениным меркам, скоростью. Вместо густого хвойного леса по обочинам дороги появился гораздо более редкий и приземистый кустарник, за которым виднелся сосновый бор. Один за другим навстречу им летели столбы, отсчитывая километры их затянувшегося пути. Приятная музыка действовала успокаивающе, и Женя потихоньку начала отходить, смирившись со своей незавидной участью живой куклы, которая была не в состоянии ни двигаться, ни говорить. Оставалось только размышлять, глядя вперед на бесконечную вереницу однообразных белых столбов да на редкие фары встречных машин.
        ГЛАВА 32ДОМ В ЛЕСУ.
        Свернув с широкой многополосной магистрали, Ян направил свой автомобиль по узкой, ровной дороге, уводящей все глубже в лес. В душе у Жени возникло неприятное предчувствие, отогнать которое она не могла, как ни старалась. Спросить своего похитителя о том, куда они едут, она не имела возможности. Оставалось только додумывать, зачем Ян Ван Дер Векен везет ее в лес. И эти думы мало радовали сильно разволновавшуюся девушку.
        Женя явственно ощутила, как в горло впиваются острые когти леденящего сердце ужаса. Она находилась в машине маньяка-убийцы, который увозил ее в неизвестном направлении прочь от привычной обстановки родного города. Как она попала сюда и что ожидает ее в скором будущем, девушка не знала. А услужливое воображение рисовало ей далеко не радужные картинки возможного развития событий, каждый последующий вариант которых был заметно хуже предыдущего.
        Бесконечные петляния между мрачно покачивающих ветвями сосен завершились, когда в поле зрения появился большой трехэтажный дом. Стены его были сложены из серых каменных блоков, а крышу и козырек над высоким массивным крыльцом покрывала багрового цвета черепица. Яркий свет фонарей освещал лицевую сторону этого одиноко стоящего посреди леса строения, от вида которого у Жени по спине пробежали мурашки. Проскользнув в открытые железные ворота, автомобиль плавно въехал во двор и остановился там. Выйдя из машины, Ян открыл багажник и достал оттуда небольшой черный дипломат, после чего отправился в дом.
        Оставшись одна, Женя изо всех сил пыталась восстановить утраченную недавно способность двигаться. От усилия на глазах у нее выступили слезы, а с губ слетели едва слышные, но вполне разборчивые проклятья.
        - Стоп! - оборвала собственные мысли девушка. - Я могу говорить?
        Ее бледное измученное лицо озарилось счастливой улыбкой. Она осторожно сжала пальцы одной руки, затем другой, медленно пошевелила ногами и, окончательно убедившись в том, что тело снова ей подчиняется, облегченно вздохнула. Конечно, движения ее не были быстрыми и энергичными, но они все-таки были, а это главное.
        Оставалось немного размять затекшие мышцы, и полный контроль тела восстановится.
        - Мы приехали, вылезай, - приказал Ян, бесшумно подойдя к машине.
        - Где мы? - голос Жени дрогнул, когда она подняла на него глаза.
        Что-то изменилось в облике этого человека. Его высокая фигура в свете трех мощных фонарей, лучи которых били ему в спину, обрела угловатые очертания. Длинные волнистые волосы Яна были собраны в тугой хвост, а холодные, почти прозрачные, светло-серые глаза пристально смотрели на нее из-под сдвинутых темных бровей.
        - У меня дома, - ответил он спокойно. - Вылезай.
        - Нет, - пробормотала девушка, чувствуя, что ноги, которые недавно обрели долгожданную способность двигаться, снова занемели от страха.
        - Как хочешь, - пожал плечами Ян и, открыв дверцу, возле которой сидела Женя, схватил ее за волосы, вынудив выйти из машины и последовать за ним.
        Постанывая от боли, она плелась следом за чудовищем, в лапы которого ее отдала собственная подруга за какие-то несчастные три тысячи "евро". Обида, страх и боль, обернувшись крупными солеными слезами, накатились на глаза несчастной пленницы. Она собралась с силами и принялась вырываться, крича при этом, что было мочи:
        - Отпусти меня, варвар проклятый! Пусти!!!
        Извиваясь как уж, Женя то и дело взвизгивала от резкой боли, которую причиняли ей натянутые чужой рукой волосы. Ян молча тащил свою жертву к дому, не обращая ни малейшего внимания на ее истеричные вопли. Окончательно осознав, что все попытки обрести свободу бесполезны, девушка изловчилась и больно укусила похитителя за запястье. В следующий момент большая мужская ладонь отвесила ей тяжелую пощечину, от которой у Жени зазвенело в ушах, а из глаз посыпались искры.
        - Я искал тебя десять лет, - сказал Ян, отчетливо произнося каждое слово. - А ты, маленькая непокорная тварь, пытаешься снова сбежать от меня, - он взглянул на плетущуюся за ним Женю холодными, стеклянными глазами, в которых чернели крошечные точки зрачков.
        "Волчий взгляд, - мелькнуло в голове девушки, но вслух она не смогла произнести ни слова, лишь затравленно смотрела на человека, который только что ее ударил, - прозрачный и злой, так вот как выглядят глаза маньяка".
        Открыв ключом огромный, ржавый замок на большой дубовой двери, расположенной с противоположной крыльцу стороны дома, Ян вошел внутрь, таща за собой белую от страха Женю. Широкими шагами он пересек небольшую веранду, спустился по узкой лестнице вниз и, отворив очередную дверь, направился в подвал, предварительно толкнув вперед дрожащую как осиновый лист девушку. Споткнувшись на крутой, металлической лестнице, она потеряла равновесие. Твердая поверхность мгновенно вылетела у нее из-под ног и, не чувствуя опоры, Женя начала падать в темноту глубокого, сырого подвала, источавшего, как ей показалось, едкий запах гнили и плесени, больше подходивший для могильного склепа, нежели для жилого дома.
        В следующее мгновение над ее головой вспыхнул тусклый огонек зажигалки, а сильная мужская рука легко подхватила ее обмякшее тело, не позволив разбиться. Перекинув девушку через плечо как мешок, Ян спокойно спустился вниз и, положив свою ношу на деревянную, узкую кровать, сильно напоминающую тюремные нары, занялся делами, насвистывая себе под нос что-то веселое.
        Он хозяйской походкой обходил небольшой каменный подвал, зажигая одну за другой расставленные по периметру свечи. Когда все помещение наполнилось их золотистым светом, Женя сжалась от ужаса, ее сердце отчаянно билось в груди, готовое в любой момент сломать ребра, как ненавистную клетку, и выпорхнуть наружу.
        Стены вокруг были исписаны причудливыми знаками, отдаленно напоминавшими магические символы, которые она когда-то видела в кино. Теперь же эти кровавые очертания пристально смотрели на девушку со всех сторон, будто оценивали, насколько она пригодна для них. Мощеный плитами каменный пол сплошь покрывали кривые, глубокие царапины, определить природу которых Женя не могла. Да и не до того ей было, прямо напротив кровати, где ее оставил Ян, располагалась странная п-образная установка, с которой свисали тяжелые металлические цепи, их тусклый блеск наполнял сердце Жени ужасом. Все самые страшные ночные кошмары ожили в одночасье, обернувшись для нее реальностью, от осознания которой в жилах стыла кровь.
        - Но я нашел тебя, и все будет так, как должно было быть. Такова жизнь… - Ян хрипло расхохотался, глядя на свою притихшую пленницу безумными глазами психопата.
        Где-то она уже слышала эту фразу, вот только где? Воспаленный рассудок отказывался соображать, все мысли девушки были направлены в одну сторону и единственное, о чем она могла сейчас думать, так это о побеге. Но он, как не больно признавать, был для нее утопией.
        Несколькими большими шагами Ян пересек разделявшее их пространство и, схватив Женю за запястья, защелкнул на них наручники, после чего поднял ее на руки и понес к цепям. Она отчаянно отбивалась от сильных мужских пальцев, но все ее хаотичное сопротивление вызывало у него только смех, отзвуки которого болезненным эхом звучали в ушах несчастной. Немного повозившись со своей брыкающейся ношей, Ян приковал ее цепями к высокой железной планке и отошел, любуясь собственной работой. Не в силах двинуться с места, Женя висела в метре от пола, ее руки были высоко подняты над головой, а ноги крепко связаны тонким металлическим тросом, который больно резал кожу. Ян натянул концы троса, закрепив их на расположенных по бокам железных стойках, и окончательно лишил тем самым девушку возможности шевелиться.
        - Как ты красива! - с восхищением произнес он, пристально глядя на нее. - Я отвел для тебя самую главную роль в моем маленьком спектакле. Знаешь, какую?
        Она отрицательно мотнула головой, волком глядя на него, по бледному лицу ее тонкими струйками потекли прозрачные слезы, в которых отражалось тревожно подрагивающее оранжевое пламя безмолвных свечей.
        - О! Это очень важная роль, - продолжал свой монолог Ян; он не спеша подошел к небольшому деревянному столу и открыл лежащий на нем черный дипломат, после чего медленно надел на руки тонкие резиновые перчатки. - Я так долго искал тебя, чтобы завершить начатое дело. Так долго… - он принялся выкладывать на гладкую поверхность столешницы хирургические инструменты, один только вид которых приводил Женю в близкое к обмороку состояние. - Но теперь ты здесь, и я смогу закончить ритуал. Ты, именно ты, станешь моей жертвой! - его голос окрасился торжественными нотками, а в сумасшедших глазах появился победный блеск.
        - Нееееет! - вырвалось из уст девушки в тот самый момент, когда холодное лезвие острого ножа распороло тонкую ткань ее легкой одежды, обнажив дрожащую плоть. Сорвав с нее остатки нижнего белья, Ян довольно ухмыльнулся, разглядывая большую высокую грудь своей пленницы. - Я не могу быть жертвой! Тебе нужна девственница, а я не… Я не девственница! Я же не девственница!!! - ее большие карие глаза стали еще шире, и без того бледное треугольной формы лицо приобрело пепельный оттенок. Девушку трясло от холода и страха одновременно.
        - А кто тебе сказал, что мне нужна девственница? - насмешливо осведомился Ян и начал аккуратно вырезать на ее коже магические символы.
        Тонкие струйки алой крови потекли по красивому женскому телу, обгоняя одна другую. От боли, прожигающей насквозь чувствительную мягкую плоть, Женя взвыла, как раненая волчица. Единственное, о чем она мечтала сейчас, так это о немедленной смерти, способной оградить ее от страшных пыток жестокого садиста, в лапы которого она угодила. Перед полными слез глазами девушки поплыли картины ее недавнего прошлого: Борис, Иван, знакомство с Яном и… Энни. Пристальный взгляд холодных голубых глаз ее бывшей подруги был последним, что помнила Женя до того, как погрузилась в тяжелый, неестественный сон. Или это был не сон, а… смерть?
        Резкая боль в левом боку вернула ее к действительности. Опустив голову, девушка с ужасом увидела, как острое лезвие ножа буравит ее живот, вспарывая кожу. А из образовавшейся раны стремительно течет кровавый поток, окрашивая алым ее бедро и ногу.
        Сатанинский хохот убийцы отозвался болезненным эхом в ушах его жертвы. Озверев от боли, Женя с силой рванулась и, выгнувшись на весу, протяжно застонала. В глазах у нее на мгновение потемнело и вдруг… все исчезло, все, кроме адской боли в боку и ноющего запястья.
        ГЛАВА 33ЦАРАПИНА.
        - Тихо, тихо, я понял, что ты не девственница, успокойся, - Стикс остановил машину и осторожно коснулся плеча согнувшейся пополам Жени, а она, стиснув зубы, молча сидела в неестественной позе, повиснув грудью на ремне безопасности. - Тебе приснился плохой сон?
        Окончательно придя в себя после кошмарного видения, девушка подняла голову и хмуро посмотрела на собеседника. У него были те же прозрачные холодные глаза, но вместо сумасшедшего блеска в них светилась искренняя забота. Весь облик Стикса отражал обеспокоенность ее состоянием, и это немного остудило первичное желание Жени вцепиться ему в физиономию. Отдышавшись от очередного болезненного приступа в области живота, девушка откинулась на спинку сиденья и мрачно спросила, взглянув на небольшую, но довольно широкую царапину, украшавшую ее запястье:
        - Что с моей рукой?
        - Я вживил тебе под кожу "жучок", извини, но времени на твои поиски у меня больше нет, - он косо посмотрел на нее и продолжил. - Болеть будет недолго, думаю, к вечеру все пройдет.
        - Вот спасибо! - ее губы скривились в ироничной усмешке. - Значит, я теперь меченая.
        - Что-то вроде того.
        - А лишенное движения тело? Или это мне приснилось?
        - Не совсем, - Стикс загадочно улыбнулся. - Это древняя технология, иногда я использую ее. В очень редких случаях.
        - Тебе известно, что ты садист? - укоризненно глядя на него, поинтересовалась девушка.
        - До нынешнего момента я пребывал по этому вопросу в полном неведении, - тонкие губы собеседника растянулись шире, его явно забавляла тема их диалога.
        Решив не доставлять ему такого удовольствия, Женя гордо отвернулась и замолчала. На улице уже рассвело, и она принялась с любопытством разглядывать мелькавшие за окном строения небольшого городка. От мысли, что пережитый ею кошмар оказался всего лишь сном, на душе у девушки стало чуть легче. В голове ее звучали отголоски прекрасной скрипичной музыки, навевая воспоминания о садистских пытках в подвале одиноко стоящего в лесу каменного дома.
        "Вот до чего доводит больное воображение", - подумала Женя, а вслух сказала, желая окончательно убедиться в том, что недавнее видение было всего лишь сном:
        - Где ты живешь?
        - В Бельгии, нам еще далеко до нее, - отозвался он, охотно поддержав разговор.
        - А как выглядит твой дом? Он находится в лесу? - последнюю фразу девушка произнесла почти шепотом, искренне боясь получить на нее утвердительный ответ.
        - Нет, на берегу моря, а что? - внимательный взгляд прищуренных серых глаз впился в ее беспокойное лицо.
        - Ничего, - не в силах сдержать вздох облегчения, ответила она и… улыбнулась. - Как тебе удалось провезти меня через границу?
        - Энни сделала все необходимые документы, за определенное вознаграждение, конечно. А я взял на себя смелость купить их для тебя, высчитав эту скромную сумму из твоей зарплаты.
        - И какова сумма? - Женя насторожилась.
        - Пять тысяч "евро", четыре я, так и быть, внесу на счет этой недели, а одну ты будешь мне должна, - спокойно проговорил Стикс и невозмутимо улыбнулся.
        - Ничего себе! - протянула собеседница, слегка присвистнув. Ее тонкие черные брови поползли вверх, а по высокому лбу пролегла вертикальная морщинка. - Так я, ко всему в придачу, еще и в долговом рабстве теперь?
        - Нет, конечно, - поспешно возразил он, не желая злить свою спутницу, - просто твоя зарплата на следующей неделе, согласно условиям контракта, составит не четыре, а три тысячи, за вычетом расходов на документы. Не более того.
        - Дай их сюда! - Женя начинала злиться.
        - Что именно?
        - Мои новые документы, раз уж я за них, по твоим словам, практически рассчиталась, - она хмурилась, и в глубине ее больших темных глаз зажглись знакомые Стиксу огоньки - первые предвестники грядущей бури.
        - Пожалуйста, - он достал из кармана новенький паспорт и протянул его ей.
        Листая страницы, Женя криво усмехнулась, увидев свое грустное лицо на маленькой, аккуратно вклеенной фотографии; она вспомнила, как Энни, изображая из себя благодетеля, делала эти снимки, параллельно расписывая ей все ужасы сложившейся ситуации. А была ли эта ситуация вообще? Размышляя над этим вопросом, девушка машинально перевернула несколько страниц и непроизвольно охнула.
        - Что? Что это такое? - запинаясь, пробормотала она, сунув под нос Стиксу раскрытый паспорт.
        - Ну, насколько я могу понять по-английски, это имена твоих детей, девочки и мальчика, - спокойно ответил он.
        - Представь себе, я тоже это смогла прочитать, - процедила сквозь зубы Женя, быстро пролистав паспорт до конца. - Теперь я - замужняя дама с двумя детьми, - она немного помолчала, после чего мрачно добавила: - Энни - сволочь.
        - Без сомнения, - едва заметно улыбаясь, пробормотал себе под нос Стикс.
        Автомобиль плавно свернул на одном из городских перекрестков, обогнув при этом невысокое трехэтажное здание, вывески которого свидетельствовали о том, что на первом этаже его расположен ресторан. Заметив в витринах большие красочные фотографии красиво украшенных блюд, Женя сглотнула. Она ничего толком не ела уже несколько дней, и голод, временно забывший о ее существовании, внезапно напомнил о себе, больно сдавив пустой желудок.
        - Останови машину! - потребовала девушка, резко обернувшись к Стиксу.
        - Что, опять? - он обречено вздохнул, хмуро глядя на нее из-под завесы темных густых бровей, которые были слегка сдвинуты на переносице, как свидетельство его внутреннего недовольства. - Только не надо истерик, Евгения.
        - Знаешь, Ян, - собеседница язвительно улыбнулась ему, - я, конечно, понимаю, что ты никогда не спишь и, судя по всему, ничем не питаешься. Но я живой человек и… - она сделала многозначительную паузу, после чего закончила, повысив голос, - я хочу есть!
        - Прости, - Стикс виновато улыбнулся и, сбросив скорость, свернул к ресторану.
        ГЛАВА 34БАТАРЕЙКИ.
        Медленно потягивая кофе, Стикс молча наблюдал, как Женя доедает четвертую тарелку особенно понравившегося ей грибного супа. Когда на его вопрос: "Что из меню тебе заказать", девушка ответила: "Все!", он счел ее слова шуткой, но вскоре убедился в обратном. При виде первых блюд, поставленных официантом на стол, Женю слегка затрясло. Руки ее дрожали, и она едва могла держать ложку. Не обращая никакого внимания на удивленный взгляд ее спутника, девушка быстро поглощала пищу, практически не пережевывая. Наконец голод ослабил свою хватку, и она смогла насладиться остатками еды, распробовав ее настоящий вкус. Досыта наевшись, Женя отодвинула последнюю, пустую тарелку в сторону и, взяв со стола чашку черного, ароматного кофе, отпила глоток, выразительно посмотрев на только что оплатившего весь ее обильный завтрак мужчину.
        - Ты так и будешь меня изучать? - спросила она, недовольно хмыкнув.
        - Мне нравится твой аппетит, - он улыбнулся, не сводя с нее внимательного взгляда светло-серых глаз.
        - Да ну? А я думала, что ты мысленно решаешь, какую сумму высчитать из моей будущей зарплаты за эту трапезу.
        - Ну спасибо, хорошего же ты обо мне мнения, - криво усмехаясь, проговорил собеседник.
        - Ты считаешь, следует снизить планку? - задумчиво осведомилась Женя, подперев рукой подбородок. Она была совершенно спокойна, лишь в самой глубине ее посветлевших карих глаз плясали озорные огоньки.
        - Куда уж ниже?
        - И действительно, ниже уже некуда, - насмешливо сказала она и добавила гораздо более серьезным тоном: - Насколько я понимаю, убивать меня ты пока не намерен. Тогда, будь добр, объясни, зачем я тебе нужна?
        - Хм, - Стикс откинулся на мягкую спинку удобного кресла и спокойно ответил, - у нас ведь заключен контракт.
        - Не вешай мне лапшу на уши, - девушка подарила ему милую улыбку, но глаза ее оставались холодными. - Зачем-то же ты придумал этот чертов контракт. Только не говори, что те идиотские переводы жизненно важны для тебя, не поверю.
        - Дело твое, - он достал из нагрудного кармана шелковой рубашки полупустую пачку сигарет и, несколько раз щелкнув зажигалкой, закурил.
        - Ян, зачем ты меня похитил? Должна же быть какая-то веская причина тому, что я нахожусь здесь, с тобой? - она крепче сжала кружку, заметив, что от внутреннего напряжения ее руки начинают дрожать.
        - А если я скажу тебе, что мне просто скучно, ты поверишь? - он слегка наклонился вперед, его глаза были прищурены, а уголки губ чуть раздвинулись, выпустив на волю странного вида улыбку.
        - Нет, - честно призналась собеседница.
        - Ну вот, видишь, - он развел руками и улыбнулся шире.
        Какое-то время они оба молчали. Женя рассеянно переводила взор с одного соседнего столика на другой, без особого интереса рассматривая местных посетителей, и невольно прислушиваясь к их грубоватой речи на чуждом ей немецком языке. Стикс же продолжал спокойно курить, не сводя со своей спутницы изучающего взгляда.
        - Зачем ты убил журналиста? - вновь заговорила девушка.
        - Это не я, а ты его убила, - не меняя позы, ответил он, выпустив изо рта очередной клуб белого дыма, - ну или просто отпустила. В любом случае, он был для меня бесполезен.
        - Конечно, - она ядовито усмехнулась, сверкнув глазами, - сейчас ты будешь рассказывать мне сказки, что бедный Иван скончался от удара пивной кружкой по голове, так? Спасибо, но ты опоздал. Эту версию я уже читала в прессе, - она помрачнела, вспомнив свое первое знакомство с Эн, когда в ее руки попал тот самый роковой номер утренней газеты.
        - Ты открыла коробочку, когда копалась в ящиках моего письменного стола, - спокойно пояснил Стикс, напомнив собеседнице о ее проступке, отчего та невольно опустила глаза, а на щеках ее заиграл предательский румянец. - Он был там.
        - Где? - длинные черные ресницы девушки взлетели вверх, а непонимающий взор впился в его лицо, которое по-прежнему хранило спокойное, расслабленное выражение.
        - В серебряном "портсигаре".
        - А, понятно, - до Жени наконец дошло. - Хочешь убедить меня в том, что ты похитил его душу и запер ее в той странной штуковине, полной проводов и микросхем, - она недоверчиво усмехнулась.
        - Не его душу, а его самого, - поправил ее Стикс.
        - Хорошо, пусть так, - она не верила ни единому его слову и тот факт, что ее нагло обманывают, приводил девушку в бешенство. С трудом подавив в себе желание выплеснуть от досады остатки кофе в физиономию собеседника, она сухо осведомилась: - И кто же Вы тогда такой, Ян Ван Дер Векен? Дьявол? Похититель душ? Убийца? Или, может быть, обычный психопат с манией величия?
        - Тебе сказать всю правду или только ту, которую ты способна воспринять? - Стикс закурил очередную сигарету, ближе придвинув к себе пепельницу.
        - Всю, - не сводя с него глаз, отозвалась Женя.
        - Ну хорошо, - он вздохнул и, посмотрев на нее оценивающим взглядом, продолжил, - двести сорок восемь лет назад, по земному времяисчислению, мой корабль застрял в одном из многочисленных космических коридоров, выход из которого находится около Марса. Обследовав сканером эту звездную систему, я наткнулся на наиболее пригодную для меня планету, и ею оказалась Земля. Дотянув в аварийном режиме до нее, я совершил посадку и обрек себя на длительное пребывание среди людей. Можешь мне поверить, удовольствия от этого дела мало, - он чуть заметно улыбнулся и совершенно серьезно спросил: - Ты все еще хочешь, чтобы я продолжал?
        - Да, конечно, - небрежным жестом поправив на голове слабое подобие прически, ответила собеседница. - Я очень люблю фантастику.
        - Не веришь, - покачал головой Стикс, - а зря.
        - Видишь ли, Ян, - начала девушка, слегка растягивая слова, - даже если допустить, что все вышесказанное правда, это не дает тебе никакого права убивать людей.
        - С чего ты взяла, что я их убиваю?
        - Я нашла распечатки в твоем кабинете, фотографии, схемы… - Женя решила расставить все точки над "i",раз и навсегда выяснив, кто на самом деле такой ее работодатель и почему он никак не оставит ее в покое.
        - И что?
        - Ты убил всех этих людей, не смей отрицать, - прошипела она едва слышно.
        - Смотря что ты имеешь в виду под словом "убил", - философски ответил он и, затушив сигарету, поднялся с кресла. - Идем, Евгения, я хочу тебе кое-что показать прежде, чем мы продолжим путь.
        Она покорно поплелась следом за ним, прекрасно понимая, что далеко сбежать с вживленным под кожу жучком ей вряд ли удастся. Пытаться привлечь к себе внимание каким-либо другим способом девушка не решалась, перед глазами как стоп-сигнал стояли окровавленные лица погибших людей, фотографии которых она несколько дней назад обнаружила в комнате Яна.
        - Взгляни, - он поднял капот большого, темно лилового автомобиля, на блестящей поверхности которого играли веселые солнечные блики.
        Женя молча наблюдала, как проворная рука ее спутника скользнула под металлическую панель, сплошь усеянную переплетениями блестящих тонких трубок и проводов. В жизни ей доводилось не раз видеть, как выглядит мотор и прилагающиеся к нему запчасти, но то, что предстало ее удивленному взору теперь, с трудом можно было отнести к этой категории.
        - Вот один из самых сильных источников энергии, - вынув из специально устроенной для нее ниши маленькую серебряную коробочку, объяснил Стикс. - Это духовное существо.
        - Одно из тех, кого ты лишил жизни? - едва слышно спросила девушка, подняв на него большие, печальные глаза, в них больше не было недоверия, там поселилась грусть.
        - Я не лишал его жизни, напротив, я дал ему то, о чем он всегда мечтал, я подарил ему игру, - вернув коробочку на место, проговорил он.
        - Но этот человек мертв, - не унималась Женя.
        - Мертво только его тело, а сам он жив и здоров, будь это иначе, коробочка не вырабатывала бы энергию. Ты понимаешь, о чем я?
        - Да, - она утвердительно кивнула, мысленно переваривая полученную информацию. - Значит, ты сажаешь души ни в чем не повинных людей в серебряные ловушки и используешь их в качестве батареек? Верно?
        - Почти, - он жестом предложил ей сесть в машину, после чего продолжил, - во-первых, не души, а самих людей. Вслушайся в смысл сочетания, часто используемого землянами, "у меня есть душа". Разве это звучит не странно? Что же тогда такое человек? Кусок обтянутого кожей мяса?
        - Нет, ты говоришь о теле.
        - Разве? Получается, что человек имеет и тело, и душу?
        - Да, - она кивнула.
        - Тогда объясни мне, что представляет из себя он сам? ЧТО ТАКОЕ ТЫ САМА?
        Женя задумалась, не в силах подобрать достойный ответ. Сказать о мыслях, эмоциях, рассудке, в конце концов, значит, не сказать ни о чем. Все это можно привязать к материальной составляющей одного отдельно взятого индивидуума: к его телу, где за каждый из названных пунктов отвечают разные участки организма, такие как мозг или нервные каналы. А чувства? Это уже сфера души. Чем же тогда является сам человек, если о теле и душе говорят как о любимых вещах, которые у него, человека, ЕСТЬ. Пустое место или абстрактная единица? Что она такое? Кто она..?
        - Личность, - наконец, проговорила Женя, найдя наиболее подходящее по ее мнению определение.
        - Именно, - он одобрительно улыбнулся. - Теперь еще одно. Да, я действительно использую людей в качестве батареек. Но я забочусь о них, создаю для каждого свою отдельную программу, попав в которую, человек продолжает жить полной приключений жизнью. Под грузом обыденных, скучных будней он никогда бы не смог себе этого позволить, бесцельно растратив отпущенные ему годы.
        - Считаешь себя благодетелем? - на ее губах появилась грустная усмешка. - Благими намереньями вымощена дорога в ад. Ты лишаешь людей права выбора. Быть может, они предпочли бы свою скучную жизнь подсунутому тобой сценарию. Признайся честно, единственное, что тебя заботит, так это получение энергии, а никак не судьбы тех несчастных, которых ты убил.
        - Я их не убивал, - Стикс начал раздражаться, однако внешне это почти никак не отражалось на нем.
        - Да, ты убил только тела, а их самих обрек на виртуальное рабство, навечно заточив в серебряном футляре, - она вызывающе посмотрела на него.
        - Как только корабль доберется до моей планеты, я займусь устройством жизни тех, кого забрал с Земли, - его фраза больше походила на оправдание.
        - И каким образом ты намерен это сделать?
        - Я создам для них хорошие тела и найду пригодное для существования место, - проговорил он, заводя мотор.
        - Конечно, приятно, наверное, изображать из себя Бога, - горькая усмешка была ему ответом, - вот только свежо предание, да верится с трудом.
        - Думаешь, я лгу? - глаза Стикса сузились, решительно сверкнув.
        - Не сомневаюсь в этом.
        - Ничего, у тебя еще будет возможность убедиться в моей честности, Евгения, - он загадочно улыбнулся ей и, переведя взгляд на дорогу, едва слышно произнес: - Скучно бывает одному среди звезд.
        ГЛАВА 35"ЖЕЛЕЗНАЯ" ЛОГИКА.
        Вот уже несколько часов они ехали молча. Каждый был занят собственными мыслями и ни один из них не решался первым начать разговор. Стикс без конца курил, стряхивая пепел в приоткрытое окно, а Женя задумчиво смотрела на дорогу, размышляя над рассказом ее спутника, поверить в который она никак не могла. Однако все сходилось, и откидывать в сторону вариант того, что он не лжет, девушка не стала.
        Один за другим в ее памяти воскресали эпизоды их первой встречи. Вот она стоит, покачиваясь, в баре напротив недовольного ее приходом Ивана; вот она видит озлобленные лица охранников, затем какая-то потасовка, и ее уже уводят вовремя подоспевшие стражи порядка. А потом была камера предварительного задержания, бегающие глаза следователя, отпускающего ее на свободу, и курящий у крыльца Ян. Женя вспомнила, как увидела его снова, на кладбище. Его высокая фигура не спеша двигалась по соседней аллее к ней навстречу, держа в руках серебряный "портсигар"…
        Глаза девушки расширились от внезапно осенившей ее догадки. Она медленно повернула голову и странно посмотрела на своего молчаливого спутника.
        - И что за игры ты пишешь для своих батареек? - чеканя слова, спросила Женя, не отводя от него задумчивых карих глаз.
        - Разные, - пожал плечами Стикс. - Каждый человек индивидуален.
        - Скажи, а они могут погибнуть, играя в них?
        - Ну, вообще-то я стараюсь разрабатывать сценарии так, чтобы все опасные ситуации невероятным стечением обстоятельств разрешались благополучно, иначе какой толк от мертвого существа? Ну или от существа, решившего, что оно мертво, - он чуть заметно улыбнулся одними губами, глаза его по-прежнему оставались холодными и непроницаемыми. Стикс чувствовал, что в голове Жени зреет какой-то план, и это ему не нравилось.
        - Значит, они никогда не умрут? - уточнила девушка.
        - Да.
        - Понятно, - протянула она задумчиво и, откинувшись на спинку удобного сиденья, вновь погрузилась в собственные мысли.
        Когда на пути их показался небольшой двухэтажный мотель, рядом с которым располагалась заправочная станция, Женя оживилась.
        - Останови машину, мне нужно выйти, - сказала она, отстегивая ремень безопасности.
        - Зачем? - Стикс насторожился.
        - Мне нужно в дамскую комнату, - невинно моргая, ответила девушка и скромно улыбнулась.
        - Я пойду с тобой.
        - В туалет?! - Ее брови взлетели вверх, а лицо вытянулось от удивления. - Нет уж, спасибо, я сама как-нибудь справлюсь.
        - Надеюсь, ты не надумала от меня сбежать в очередной раз? - провожая ее пристальным взглядом, спросил он и, достав с заднего сиденья ноутбук, открыл его. - Знай, у тебя под кожей жучок, и я постоянно слежу за тобой.
        - Знаю, - коротко ответила Женя и, захлопнув дверцу, направилась в сторону мотеля.
        - Так-с, дорогая, посмотрим, куда ты на самом деле направилась, - пробормотал Стикс, запуская поисковую программу.
        Его длинные пальцы легли на клавиатуру, отстукивая негромкий ритм по матовым черным клавишам с расположенными на них латинскими символами. Быстро набрав несколько известных ему одному комбинаций, Стикс с интересом уставился на экран. Крошечное пятно вживленного под кожу Жени "маячка" увеличивалось на глазах, обретая форму маленького угловатого человечка, который, не останавливаясь, двигался по направлению к схематично изображенному на экране зданию. Не доходя до парадного входа, девушка свернула и отправилась в совершенно противоположную сторону, мимо стоянки машин, туда, где располагалась заправочная станция.
        - Как любопытно, - тонкие губы Стикса скривились в самодовольной ухмылке. - Я все-таки не ошибся: вопреки всем моим предостережениям, ты решила сбежать, - он устало вздохнул, продолжая неотрывно следить за траекторией движения безликой фигурки, которая однообразно передвигала конечностями, шагала вперед навстречу пролегающей неподалеку магистрали. - Ах, Женя, Женя, ну кто же переходит скоростную трассу в неположенном месте? - брови его сдвинулись, а в глазах появился тревожный блеск.
        Когда человечек, не сбавляя скорости, перемахнул через ограждение, вышел на шоссе и остановился посреди него, Стикс не поверил собственным глазам. Он бросил ноутбук и, высунув голову из машины, взглянул туда, где по данным программы должна была находиться Женя. Девушка стояла зажмурившись метрах в ста от него, посреди широкой, хорошо асфальтированной дороги на пути мчащегося ей навстречу огромного грузовика, который истошно сигналил, оглашая тревожным воем некогда спокойную обстановку обычного, летнего дня.
        С молниеносной скоростью, недоступной ни одному земному человеку, Стикс выскочил из машины и несколькими гигантскими прыжками пересек разделявшее их расстояние. Сильный удар твердого мужского плеча пришелся как раз в живот бледной как мел девушки. Секунды полета показались ей вечностью. Перед закрытыми глазами шустрой вереницей пронеслась вся ее недолгая двадцатипятилетняя жизнь. Наконец она почувствовала спиной прохладную поверхность покрытой травяным ковром земли, куда плавно опустилось ее онемевшее от боли и страха тело.
        "Вот ты какая, Смерть", - губы Жени растянулись в умиротворенной улыбке, она глубоко вздохнула и… открыла глаза.
        Стикс молча курил, сидя рядом с ней на обочине дороги, мимо пролетали ничего не подозревающие автомобили, легкий ветер колыхал высокую траву, зеленая стена которой скрывала их от посторонних глаз, а в воздухе витал мягкий аромат абсолютно реальных полевых цветов.
        - Значит, я все-таки в коробочке, - окончательно осознав, что она не умерла, пробормотала девушка и, закрыв лицо руками, тихо всхлипнула. - Господи, я стала батарейкой.
        Несколько секунд Стикс удивленно смотрел на нее сквозь белую пелену дыма его собственной сигареты, затем лицо мужчины начало меняться: в глазах появился веселый блеск, а на губах заиграла понимающая улыбка.
        - Железная логика, - насмешливо произнес он, - значит, либо в коробочке, либо в гробу? Ну и методы ты подбираешь для проверки своего состояния.
        - Какая разница, теперь я знаю правду! - воскликнула Женя и попыталась сесть.
        Живот ее сильно болел, и она невольно застонала, схватившись за него. Подарив собеседнику испепеляющий взгляд, девушка мрачно проговорила:
        - Черт! Ты меня ударил!
        - Действительно, - он покачал головой. - А ты, наверное, предпочла бы, чтобы это сделал грузовик?
        - Замолчи! - она разозлилась. - Я не могу погибнуть, ты сам сказал…
        - Не хочу тебя разочаровывать, дорогая, но очень даже можешь, потому что… ты не в коробочке, - спокойно произнес Стикс, выпустив изо рта большое белое кольцо густого пахучего дыма.
        - Врешь! - сквозь зубы процедила собеседница, яростно сверкнув потемневшими от бешенства глазами. - Засадил меня в свой проклятый серебряный ящик, а теперь нагло отрицаешь это! Я знаю, что я в коробочке. Я прекрасно помню, как ты открыл ее на кладбище.
        - Хм, - собеседник задумался. - Да, я хотел забрать тебя, но…
        - Вот видишь! - она сжала кулаки и, не найдя в себе сил сдержать подступившие к горлу слезы, расстроено отвернулась. - И потом человек не может двигаться с такой невероятной скоростью, как делаешь это ты.
        - А кто тебе сказал, что я… человек? - спокойно осведомился Стикс. - И кстати, ты действительно в "коробочке", только не в моей, - он немного помолчал, прежде чем снова начал говорить, все это время Женя неотрывно смотрела в его холодные, светло-серые глаза, пытаясь разобраться, где истина, а где ложь. - Ведь твое тело тоже своего рода ловушка, только не серебряная, а органическая, но функции у нее те же. Ты движешься, общаешься, существуешь, ты постоянно вырабатываешь энергию. Кто-то делает это лучше, другие - хуже. И ты не можешь оставить свое тело, выйти из него, выбрать и занять новое, потому что твой контроль над ним недостаточно велик. Понимаешь, о чем я? Ты находишься в самой коварной из всех возможных ловушек, Евгения, и имя ей - твое тело, которое, получив слишком много власти, начинает отстаивать приоритет материального над духовным, постепенно подменяя тебя собой. Ясно? - он слегка приподнял ее подбородок и заглянул в глаза.
        - Да, - сказала Женя, вздохнув. - А ты случайно не можешь переписать мою программу так, чтобы я стала женой принца?
        Часть II. Серебро в крови.
        ГЛАВА 1КОРАБЛЬ-ПРИЗРАК
        Вечернее солнце мягко припекало спину шагающего вдоль высокого, железного забора человека. Полы его длинного светло-серого плаща развевались на ветру, как и слегка растрепавшиеся русые волосы, от утренней укладки которых не осталось и следа. Облаченные в тонкие кожаные перчатки руки слегка придерживали поднятый воротник, который под натиском сильного ветра то и дело падал на плечи, открывая прохладному воздуху закутанную белоснежным шарфом шею. Местный климат был слишком холодным для него, но ради достижения намеченной цели он стойко сносил любые невзгоды, даже температурные. Звук его легких шагов отчетливо слышался в тишине погруженной в дремоту округи. Когда-то здесь во всю кипела работа: гудели экскаваторы, галдели рабочие, но по тем или иным причинам строительство было заморожено и теперь о нем напоминали лишь бесхозные железные ограждения да пара глубоких котлованов.
        Человек в сером плаще остановился в нескольких метрах от проделанного в заборе лаза и внимательно осмотрелся по сторонам. Никого вокруг не было, лишь где-то высоко на дереве, под покровом изумрудной листвы, заливалась тоскливой песней одинокая птица. Не тратя времени даром, он ловко нырнул в дыру между двумя железными прутьями и очутился на территории бывшей стройки. Расправив плечи и сильнее сжав непослушный воротник, Дабор-Лэш, как звали его немногочисленные знакомые, перечень которых был столь невелик, что порой возникал вопрос: "А есть ли они у него вообще?", уверенно двинулся в сторону огромного котлована, дно которого было залито мутной водой. Подойдя к обрывистому краю гигантской ямы, он, не останавливаясь, шагнул в нее и… мелкими шагами засеменил по воздуху над грязно-коричневой поверхностью воды. Лицо его с застывшей печатью бесконечной муки, на которую он обрек себя, явившись в этот город, по-прежнему оставалось непроницаемым. Ничто не причиняло Дабор-Лэшу столько неудобств, как проклятые климатические условия средней полосы, ничто, даже тот тип на роскошном автомобиле фиолетового цвета,
следуя за которым, несколько месяцев назад он прибыл в Москву.
        Ах, чего только стоило ему достать чертежи внутреннего устройства этой необычной машины. Все попытки раздобыть нужную информацию у работников маленькой частной фирмы, которая несколько лет назад занималась сборкой индивидуальной модели транспортного средства для своего чрезвычайно богатого и чересчур скрытного клиента, оказались тщетны. В конечном итоге Дабор-Лэш применил, по его мнению, самое действенное на этой планете средство - деньги.
        Он вышел на агентство, которое помимо своей основной, официальной деятельности, занималось также промышленным шпионажем, о чем, естественно, публично не разглашалось, но зато эта их направленность пользовалась большим спросом у некоторых "толстосумов". Под видом одного из них и обратился человек в сером плаще. Когда столь желанные чертежи наконец оказались в его руках, он был крайне разочарован увиденным. Собрав воедино все полученные данные и выстроив из них виртуальную модель, он понял, что перед ним не что иное, как конструкция ОБЫЧНОГО электромобиля. Ну может быть, не совсем обычного для этой планеты, но вполне рядового для его галактики, где технический прогресс уже давно ушел вперед. И самое печальное, что в этом не было ничего противозаконного, особенно если учесть, что хитроумный заказчик не раскрыл до конца все нюансы двигательной системы его будущей машины тем, у кого заказывал ее сборку: на схеме не было 16- ти предохранителей и нескольких жизненно важных для полноценной работы автомобиля деталей. А это значило, что никаких технологических секретов не было разглашено, следовательно,
судебная система конфедерации вряд ли станет проявлять к подобному вопросу интерес, как изначально рассчитывал Дабор-Лэш. Однако теперь его беспокоило другое: он никак не мог вычислить источник питания этой железной колымаги, которая ни за что не сдвинулась бы с места без специальных батарей, а их, по его данным, на Земле пока еще не изобрели. Но вопреки всему вышеперечисленному, машина ездила. Чувствуя, что в сложенной им мозаике недостает некоторых деталей, Дабор-Лэш проводил массу времени, пытаясь разгадать секрет господина Ван Дер Векена, который, без сомнения, имел к этой планете точно такое же отношение, как и он сам.
        Без особого труда добравшись до центра котлована, человек в длинном сером плаще сделал несколько странных пасов руками, будто искал что-то в воздухе перед собой, после чего шагнул вперед и стремительно рухнул вниз, исчезнув под непрозрачной толщей неподвижно стоящей воды, которая, проглотив его высокую, худощавую фигуру, не произвела даже слабого подобия вполне уместного в такой ситуации всплеска.
        Оказавшись внутри космического корабля, замаскированного под окружающий ландшафт, Дабор-Лэш облегченно вздохнул. Стянув с себя плащ и перчатки, он принялся медленно разматывать шарф, продолжая тем временем идти по коридору в сторону его любимой каюты-лаборатории, где он проводил почти все дни напролет, занимаясь исследованиями. Белые матовые двери тихо зашелестели, открывая перед ним проход. Переступив через невысокий порог, он попал внутрь овального помещения, в котором не было ни одного острого угла: мебель, стены, экраны, даже фигурное кресло - все это выглядело обтекаемым и казалось слепленным из пластилина. На самом деле материал, из которого изготавливалась внутренняя "начинка" корабля-призрака, был гораздо прочнее стали. Аккуратно сложив снятые по дороге вещи на цилиндрической формы тумбу, Дабор-Лэш погрузил свое изрядно продрогшее тело в мягкое, уютное кресло. Оно моментально приняло оптимальную для полноценного отдыха хозяина форму, тот довольно улыбнулся, наслаждаясь теплом, царящим в его маленьком, летающем доме и, не меняя позы, вытянул вперед руку. Под его длинными узловатыми пальцами
тут же образовалась прозрачная панель с множеством светящихся разноцветных клавиш, которые до получения команды "активации" пребывали в покое, будучи совершенно незаметными невооруженным глазом. Почти все оборудование кораблей данного класса отличалось подобными "призрачными" характеристиками. Обнаружить бесчисленные пульты, необходимые для управления как самим судном, так и всеми находящимися на нем приборами, существу, не знакомому со строением летательного аппарата этой конкретной модели, было бы крайне сложно.
        Нажав несколько разноцветных клавиш, каждая из которых ярко вспыхивала, издавая тихий мелодичный звук при соприкосновении с кончиком пальца хозяина, Дабор-Лэш снова откинулся на спинку обтекаемого, белоснежного кресла и замер в ожидании, устремив взор на занимавший едва ли не полстены, овальный экран. Всего через несколько секунд по его мерцающей поверхности побежали длинные полосы инопланетных иероглифов, значение которых было понятно только тем, кто знал единый язык девяти галактик, входивших в состав конфедерации. И Дабор-Лэш был одним из них.
        Прозрачная панель вновь запела, когда он принялся набирать очередную комбинацию. Откуда-то слева бесшумно выдвинулся невысокий шарообразный контейнер и, плавно скользя по гладкой поверхности блестящего белого пола, медленно поплыл к хозяину. Достав из него герметично запакованную серебряную коробочку, ДаборЛэш поднялся с кресла и направился к экрану. Нажав несколько больших белых кнопок с крошечными черными символами на их поверхности, он запустил сложный механизм сканирующей установки, внешний вид которой сильно походил на причудливо изогнутый белый гриб огромных размеров, растущий из пола. Диаметр "шляпки" этого странного "гриба" не превышал сорока сантиметров, сама она была прозрачной и на удивление ровной.
        Прозвучала короткая и очень нежная мелодия, после чего покрывающая "гриб" полусфера медленно поднялась, переливаясь всеми цветами радуги. Дабор-Лэш достал из герметичной упаковки серебряный "портсигар" и положил его на матовый, металлический диск, который до этого момента тщательно оберегала прозрачная крышка. Затем он снова нажал несколько кнопок и застыл в ожидании, задумчиво глядя, как небольшая, ставшая перламутровой, полусфера медленно опускается на свое привычное место под аккомпанемент тихой и очень приятной его слуху музыки.
        Белоснежные двери негромко зашуршали, открываясь. Дабор-Лэш обернулся на звук и улыбнулся, его глаза засияли от переполнившей сердце трогательной заботы, которую он испытывал к тому, чей силуэт появился в проходе. Большой серо-коричневый краб медленно полз по сверкающему чистому полу к хозяину, его панцирь красиво блестел в свете горящих ламп, а круглые любопытные глаза забавно вращались, осматривая окружающую обстановку. Добравшись боком до ног мужчины, краб, словно котенок, потерся о штанины его серых брюк и, слегка прихватив клешней одну из них, устремил молчаливый взор на хозяина. Тот наклонился и, взяв свое "сокровище" на руки, ласково погладил его блестящий панцирь.
        - После поиграем, малыш, - мягко сказал он, отпуская животное. - Сейчас нужно закончить кое-какие дела.
        Процесс сравнительной идентификации внутреннего устройства сканируемого объекта занял несколько часов, за время которых Дабор-Лэш успел внести в свою толстую записную книжку массу важных, на его взгляд, записей. Ему нравился этот древний метод хранить обрывки посетивших голову мыслей, записывая их чернилами на белоснежных листах, гораздо больше, чем заносить данные в компьютер. Хотя второе он делал так же регулярно, как и первое. По натуре Дабор-Лэш был педант, и это во многом объясняло его поведение. Сидя в задумчивой позе в своем любимом кресле, он аккуратно выводил синей шариковой ручкой мелкие замысловатые иероглифы, которые не встречались ни в одном земном языке. Наконец сканер закончил работу, и на экране начали появляться длинные, ровные столбцы его подробного отчета.
        - Так, так, так, - худое лицо Дабор-Лэша с впалыми щеками и высокими острыми скулами расплылось в довольной улыбке. - "Межгалактическое преступление номер 4298560: использование запрещенных источников энергии, основанных на виртуальном рабстве живых существ. Наказанием за подобного рода действия служит заточение нарушающего закон индивидуума на астероиде Ланкоу в системе Ванкорэй, на срок от одной до девяти тысяч лет", - прочитал он вслух на чистом русском языке, которому терпеливо обучался несколько недель при помощи имеющегося на любом корабле конфедерации языкового адаптера1, встроенного в систему компьютерного обслуживания судна. - Да Вы межгалактический преступник, господин Ван Дер Векен, - он убрал коробочку в тот самый контейнер, где она хранилась ранее и, усевшись поудобней в кресло, принялся строчить что-то в своей толстой записной книжке, время от времени странно улыбаясь собственным мыслям. Наконец-то его мозаика, получив недостающие крупицы информации, сложилась. И этот расклад вполне устраивал Дабор-Лэша.
        Вокруг царила полная тишина, лишь едва уловимое жужжание регулирующего температуру прибора, расположенного под выгнутым овальным потолком каюты, нарушало ее беспредельную власть.
        - Что ж, - задумчиво проговорил Дабор-Лэш, отложив в сторону записи, - пора возвращаться на остров.
        Он быстро поднялся и направился к двери, створки которой тут же открылись, разъехавшись в разные стороны. Уснувший было возле кресла краб очнулся и, как верный пес, засеменил следом за хозяином, активно перебирая тонкими ножками.
        Через несколько минут призрачный корабль бесшумно взмыл в небо, оставшись никем не замеченным. Лишь сильный порыв внезапно образовавшегося ледяного ветра качнул растущие поблизости деревья, растрепав их изумрудные макушки, среди густой листвы которых больше не было слышно тоскливой птичьей песни.
        ГЛАВА 2ОСОБНЯК НА ПОБЕРЕЖЬЕ СЕВЕРНОГО МОРЯ
        - Так значит, тебя зовут Стикс, - задумчиво произнесла Женя, плетясь следом за высокой фигурой своего спутника по широкому коридору его огромного каменного особняка, расположенного на побережье Северного моря, вдали от густо населенных пунктов и забитых туристами пляжей.
        Вся территория, принадлежащая ее работодателю, была обнесена черным, кованым забором с массивными воротами, в которые они въехали полчаса назад. На пороге длинного двухэтажного здания с вытянутой, глухой башней в торце, издали походившей на очень высокий и необычайно широкий в плане маяк, их встречал пожилой фермер с улыбающимся круглым лицом, на котором смешно торчали в разные стороны белые как снег усы. Насколько смогла понять девушка, этот старик был здесь управляющим. Женя едва заметно кивнула ему и тут же получила ответный поклон и радушное приветствие, выраженное целой тирадой малоизвестных ей слов, о смысле которых она догадалась по их доброжелательной интонации. Когда старик наконец замолк, Стикс обратился к нему на фламандском. Они о чем-то недолго разговаривали, после чего хозяин предложил Жене войти и, не дожидаясь согласия, слегка подтолкнул ее к двери. Недовольно передернув плечами, девушка подчинилась. Вокруг было светло и просторно, теплые бежевые тона внутреннего убранства дома мало походили на серую неприступность фасада, который изначально показался Жене чем-то вроде вампирского
приюта и от этой мысли по ее спине неприятной волной пробежал холодок. Но, к счастью, мгновенно возникшая теория не подтвердилась.
        - Тебе не нравится? - он чуть заметно улыбнулся, обернувшись.
        - Ну что ты, - немного насмешливо ответила она. - Очень актуальное имя… для тебя.
        - Почему?
        - Разве ты не знаком с греческой мифологией? - тонкие брови собеседницы удивленно взметнулись.
        - А должен быть знаком? - спросил Стикс, продолжая медленно идти в сторону башни.
        - Это за двести сорок восемь лет пребывания на Земле Вы не соизволили прочесть ни один миф?! - Женя слегка повысила голос, придав ему интонацию возмущения. - Как не стыдно, сударь, как не стыдно.
        - Ни как не стыдно, - он усмехнулся, - так что ты хотела сказать насчет моего имени?
        - Советую тебе заглянуть в словарь, - нравоучительно заявила она. - Это такая толстая, тяжелая книжка без картинок, там слова проясняются. Никогда не встречал? - язвительный тон девушки ничуть не задел Стикса, он смерил ее насмешливым взглядом с ног до головы и совершенно спокойно проговорил, пропустив мимо ушей вышесказанное:
        - Спасибо, но в последнее время для данной цели я предпочитаю использовать "интернет", гораздо меньше весит и быстрее работает.
        - Ну-ну, - пробормотала собеседница хмуро, ее бесило то, что все попытки задеть за "живое" этого человека рассыпаются прахом, она даже начала склоняться к мысли, что у него просто-напросто нет ничего "живого", - вот и поищи там, авось найдешь что-нибудь полезное и познавательное.
        - Хорошо, - он остановился перед двустворчатой железной дверью с узкими прорезями застекленных окон, сквозь которые была отчетливо видна крутая винтовая лестница с утопающей во мраке башни вершиной, - так, значит, ты любишь изучать словари, - задумчиво улыбаясь, произнес Стикс, прислонившись спиной к двери, открывать которую он почему-то не спешил.
        - Тебя это удивляет? - Женя гордо вздернула маленький острый подбородок и открыто уставилась на него.
        - Нет, меня это радует, - ответил он, - приятно встретить образованного собеседника, который хорошо знает греческую мифологию, например, - в его обычно холодных глазах заиграли совершенно необычные лукавые огоньки. - А также неплохо разбирается в толковании чужих имен.
        - Здесь и разбираться нечего, ты полностью достоин своего имени, а оно - тебя! - девушка начинала нервничать, ей не нравился ни его ироничный тон, ни этот странный блеск в прищуренных серых глазах, от которого веяло подвохом.
        - Что конкретно ты имеешь в виду? - Стикс стоял в расслабленной позе, засунув руки в карманы джинсов, и не сводил с собеседницы внимательного взгляда. - Которое из значений? Река, отделяющая мир живых от мира мертвых или соответствующее имя богини?
        - Так, значит, ты в курсе, - Женя осуждающе покачала головой, с укором посмотрев на его довольную физиономию. - Зачем же нужно было морочить мне голову, скрывая это?
        - Я хотел услышать твое мнение, но ты упорно не желала его говорить.
        - Ясно.
        - Так первое или второе? - повторил свой вопрос Стикс.
        - Первое, естественно, - хмуро отозвалась девушка, глядя куда-то мимо собеседника.
        - Хорошо, - он немного помолчал, будто что-то мысленно взвешивал, после чего продолжил, - по-твоему, я олицетворяю образ реки между жизнью и смертью, верно я понял?
        Она утвердительно кивнула, не утруждая себя ответом.
        - Возможно, ты и права, вот только стоит уточнить, где жизнь, а где смерть, - сказал он и загадочно улыбнулся. - Размеренные однообразные будни, давно опостылевшая работа, на которой нужно торчать каждый день от звонка до звонка, предварительно заставив себя продрать глаза и встать с постели под громкую, занудную трель ненавистного будильника. Мерзкие рожи сослуживцев, секс с женой или с мужем, больше напоминающий тяжелую обязанность, нежели удовольствие, и теплые тапочки возле кресла напротив телевизора. Это ЖИЗНЬ? - Стикс слегка наклонился к Жене, заглянув в ее хмурое лицо, хранившее отпечаток невысказанного несогласия, озвучивать которое она упорно не желала. - Или это СМЕРТЬ?
        Девушка продолжала молчать, и он, не дождавшись ответа, вновь заговорил:
        - А потом наступают долгожданные выходные, плавно переходящие в давно запланированную культурную программу, заканчивающуюся либо больной с похмелья головой, либо крепким, беспробудным сном, которого как всегда недостаточно, чтобы наконец выспаться. После чего… новое ожидание такого же быстротечного и столь же примитивного отдыха. День ото дня человек загибается от скуки, превращаясь в раба собственного тела и окружающих это тело вещей. Или вариант, который предоставил ему я: игра, полная ярких ощущений, переживаний, достижений, мир, в котором сбываются его самые заветные мечты, пусть он виртуален, но кто почувствует разницу? И это СМЕРТЬ?.. Или ЖИЗНЬ?
        - Это отсутствие права выбора! - наконец подала голос собеседница, сердито глядя на него. - Быть может, домашние тапочки и телевизор - все, о чем он мечтает? Ты ведь никогда не спрашивал людей об этом!
        - Да, верно. Ты права по обоим пунктам. И такие субъекты встречаются на твоей планете, - рассудительно произнес Стикс, - но их точно нет среди моих коробочек, - он улыбнулся уголками губ и, отворив дверь, возле которой стоял, сказал: - Идем, я хочу показать тебе корабль.
        - Туда? - Женя с опаской посмотрела вверх, где исчезали в темноте тонкие металлические ступеньки невероятно крутой лестницы.
        - Да.
        - Твой корабль в башне?
        - А где, по-твоему, он еще может быть? - собеседник скрестил на груди руки, ожидая, когда она все-таки соизволит начать подниматься.
        - Там слишком темно, мне это место напоминает вход в средневековую комнату пыток, - сказала Женя мрачно и сделала шаг назад. - Я туда не пойду.
        - Следовало ожидать, - Стикс вздохнул и, крепко схватив свою непокорную спутницу за руку, потащил ее вверх по лестнице, нисколько не интересуясь ее мнением по этому поводу.
        - Отпусти, я же сейчас упаду! - завопила Женя что было мочи, пытаясь вырвать свою маленькую ладонь из его цепких длинных пальцев, но это у нее почему-то не выходило.
        Сердце девушки бешено билось, а в голове одна за другой возникали картины из ее недавнего сна. Воображение взяло верх над реальностью и ей уже казалось, что там, наверху, расположен тот самый подвал с жуткой п-образной установкой, на которой, призывно сверкая в полумраке освещенного свечами помещения, висят длинные, железные цепи. В тот момент, когда она готова была закричать от сдавившего горло ужаса, Стикс гордо сообщил, открыв перед ее носом высокую, узкую дверь:
        - Вот это - мой корабль.
        Яркий свет ударил в глаза Жене и она непроизвольно зажмурилась, отпрянув назад. Он по-прежнему крепко держал ее за руку, увлекая за собой в царство ослепительного белого света, прикосновение лучей которого она не столько видела, сколько чувствовала кожей, продолжая покорно идти следом с закрытыми глазами. Когда девушка наконец решилась поднять веки, ее взору предстали холодные серебристые стены длинного коридора, высокий потолок которого был усеян яркими прямоугольными лампами. Раздраженная их резким светом, она сильнее дернула руку и, к ее великой радости, сумела вырвать кисть из ослабившей хватку ладони Стикса. Окружающая обстановка напоминала комнату пыток гораздо меньше, чем она это себе представляла, и подобный факт придал ей смелости. Внимательно рассмотрев гладкую поверхность серых стен, Женя язвительно осведомилась:
        - И на этой "консервной банке" ты сюда прилетел? - она выразительно посмотрела на широкую спину идущего впереди Стикса, который от ее реплики остановился и медленно повернулся. - Не удивительно, что ты застрял на нашей планете.
        - Причина, по которой, как ты выразилась, я здесь застрял, была куда более банальной: мне подсунули плохое топливо. А вот сравнивать мой корабль с жестянкой не надо, - он холодно посмотрел на свою спутницу, в облике которой читался откровенный вызов. - Я сам лично проектировал это судно. И знаешь что, одна из ведущих кораблестроительных фирм конфедерации купила мое изобретение, запустила в массовое производство и сейчас наверняка многие жители девяти галактик летают на таких вот малогабаритных "консервных банках" и вполне этим довольны.
        - Ну и что с того? - спросила Женя, когда он закончил.
        - А то, что корабль хороший, вопреки твоим ироничным высказываниям, дорогая, - все тем же ледяным тоном ответил Стикс.
        - Да хоть самый лучший, - она нервно повела плечами, отвернувшись от него, - мне-то что с того? Я хочу вернуться домой! А не торчать здесь с тобой в каком-то непонятном амплуа: то ли неизвестно зачем нанятой переводчицы, услуги которой тебе явно не нужны, то ли "шута горохового", призванного развлекать своим присутствием "Ваше Инопланетное Величество".
        - Ну почему же сразу шута? - колючие, светло-серые льдинки в его прищуренных глазах растаяли, сменившись теплым блеском загоревшихся в самой глубине зрачков огней.
        - А кто я тогда? - Женя грустно усмехнулась. - Рабыня? Да? Без денег, с фальшивыми документами и в чужом доме, то есть на корабле, где мое мнение никого особо не интересует, как, впрочем, и мои желания.
        - Я лучше знаю, что тебе нужно, - спокойно ответил он и вновь крепко взял не успевшую вовремя среагировать девушку за руку. - Сейчас тебе нужно отдохнуть с дороги и поесть.
        - Приятно, когда люди думают не только о себе, но еще и ЗА других, - обречено пробормотала Женя, медленно идя за ним по длинному, хорошо освещенному коридору. - Genio y figura hasta la sepultura.
        - Tambie`n pienso lo mismo, - согласно кивнул Стикс и улыбнулся.
        - Que? - собеседница оторопела, непроизвольно замедлив шаг. - Что ты сказал?
        - Se lo que te hace falta, - повторил он свою первоначальную фразу на другом языке. - Я сказал, что знаю…
        - Ты говоришь по-испански? - она нахмурилась.
        - Тебя это удивляет, Евгения? - его глаза искрились смехом. - Изучение некоторых языков - мое давнее хобби.
        - Значит, те переводы… - она замолкла, не закончив фразы.
        - Распечатки из интернета, - Стикс улыбнулся.
        - Но зачем ты отдал их мне? - Женя не сводила с него пристального взгляда больших карих глаз.
        - Чтобы у тебя была работа.
        - Работа, высосанная из пальца? - она укоризненно покачала головой. - Я тебе зачем?
        - Ты уже спрашивала об этом.
        - Я не получила вразумительного ответа на свой вопрос, - девушка была серьезна.
        - За всю мою долгую, очень-очень долгую по земным меркам жизнь меня мало кто удивлял, - пожал плечами он, задумчиво рассматривая собеседницу. - Тебе это удалось.
        - Что во мне особенного?
        - Многое, - Стикс загадочно улыбнулся, глядя на нее. - Ты очень необычная девушка, Евгения. До встречи с тобой я просто изнывал от скуки. Теперь же ситуация в корне изменилась.
        - Значит, я здесь в качестве лекарства от скуки? - Женя прищурилась.
        - В качестве нанятого мной работника, - вздохнув, сказал он. - Эта каюта будет твоей до истечения срока нашего контракта, - указав жестом на ближайшую дверь, сообщил Стикс.
        Он набрал на маленьком черном дисплее нужный код, и дверь бесшумно отъехала в сторону, открыв взгляду девушки просторное, светлое помещение, в котором, как ей показалось, было все необходимое для жизни.
        - И что я буду делать? - она подняла на него голову. - Переводить то, что ты и сам легко можешь прочитать?
        - Да, если понадобится, - собеседник немного помолчал и добавил. - Впрочем, я думаю, что не понадобится.
        - Тогда что? - Женя выглядела озадаченной. - Что-то же я должна буду делать?
        - Прежде всего ты должна будешь отдохнуть.
        - А потом? - спросила она тихо.
        - Потом я дам тебе выбор.
        - Какой?
        - Полететь со мной к звездам, чтобы увидеть другие, отличные от этого, миры, посетить мои собственные планеты, узнать много новой информации, даже самая малая часть которой для человека, живущего здесь, может показаться полным абсурдом, в то время как там, за пределами твоего нынешнего понимания все это будет абсолютно реально и доступно, - он пристально взглянул на нее, следя за реакцией на свои слова, лицо девушки стало задумчивым, а в поднятых на него золотистых глазах отразилось недоверие. - А также ты сможешь проследить за дальнейшей судьбой столь не безразличных тебе коробочек.
        - Или? - спросила Женя после непродолжительного молчания.
        - Или ты останешься жить на Земле, я сделаю тебя своей наследницей: переведу деньги с моего довольно внушительного счета в Швейцарском банке на твое имя и спокойно улечу отсюда к звездам… один. Но до этого тебе придется еще немного меня потерпеть, - его тонкие бледные губы слегка растянулись, отобразив некоторое подобие улыбки, в то время как глаза по-прежнему оставались серьезными.
        - Ты отдашь мне все свое состояние?! - воскликнула девушка в изумлении.
        - А почему бы и нет? Считай, что у тебя появился богатый бельгийский дядюшка, - проговорил он спокойно, - Только не думай, что я пытаюсь тебя обмануть. Всего несколько недель, и мне будут совершенно не нужны ни деньги этой планеты, ни ее недвижимость. Дом я собираюсь оставить управляющему, а все остальное будет твоим. Став материально обеспеченной и ни в чем не нуждающейся девушкой, ты сможешь купить себе роскошную виллу где-нибудь в центре Европы, приобрести дорогой автомобиль, подыскать хорошего мужа, завести с ним парочку маленьких, крикливых детишек, а лучше троих или даже четверых. Потом ты разобьешь во дворе садик, сделаешь по своему вкусу ремонт и будешь проводить свободное от готовки, уборки, воспитания детей и сексуального удовлетворения плодовитого супруга время, сидя в кресле у телевизора, обув ноги в мягкие домашние тапочки. Чем не счастливая жизнь, верно, Евгения?
        Она одарила его мрачным взглядом и, ничего не ответив, шагнула в комнату, где ей предстояло прожить еще целых пять недель. Пять недель, предусмотренных контрактом, истинный смысл которого так и остался для нее загадкой.
        - Ты собирался меня накормить, - не оборачиваясь, напомнила ему Женя и устало опустилась на мягкий прямоугольный диван со странными цилиндрическими подлокотниками из сверкающего серого металла, на которых причудливой сетью были нанесены крошечные черные символы.
        ГЛАВА 3БОЛЕЗНЬ
        Холодный пот струился по ее лицу, стекая длинными прозрачными каплями на измятую подушку. Согнувшись пополам, Женя с трудом сдерживала рвущийся наружу крик. Ей казалось, что тысяча острых ножей раздирает ее тело изнутри, стремясь превратить несчастную плоть в кровавое месиво из отдельных частей. Стиснув зубы, девушка застонала, сильнее сжав бледные дрожащие пальцы на левом боку, который насквозь пронизывала неутихающая боль.
        Ее слух уловил какие-то неприятные, скрипучие звуки, постепенно превратившиеся в слова, смысл которых она никак не могла понять, продолжая думать только о своем истерзанном теле. Противный голос вновь заговорил, с каждой секундой становясь все более знакомым; скрипучесть, которую придавало ему Женино болезненное воображение, исчезла, вместо нее появились беспокойные нотки.
        - Где у тебя болит? - в очередной раз повторил свой вопрос Стикс.
        Он сидел на корточках возле постели девушки и тщетно пытался привести ее в чувство. Продолжая извиваться от боли, Женя негромко постанывала, глотая горячими сухими губами стекавший по лицу пот, который обильно выступал на ее лбу, пронизанном от сильного напряжения вертикальными морщинками. Глаза ее были закрыты, а длинные черные ресницы дрожали под тяжестью застывших на них капель.
        - Где у тебя болит? - Стикс повернул девушку на спину и слегка тряхнул за плечи? - Живот? Бок? Где?
        Она наконец поняла его, вернувшись к реальности. Ее веки медленно поднялись и на собеседника взглянули полные муки глаза, белки которых были покрыты алой паутиной полопавшихся капилляров. Женя ничего не могла сказать, ее рот несколько раз неуверенно приоткрылся, но из него не вылетело ни одного членораздельного звука, как будто она в одночасье перезабыла все известные ей слова. Не в силах больше наблюдать ее страдания, Стикс резко поднялся и вышел из каюты. Дрожащие ресницы девушки снова опустились, и она вновь застонала, чувствуя, как прогрессирует не подвластная ей боль.
        Пять минут спустя тонкая игла плавно вошла в руку Жени, и по венам, смешиваясь с кровью, заструилось обезболивающее лекарство. Стикс терпеливо ждал, сидя возле нее на полу, когда укол начнет действовать, и девушка наконец сможет нормально говорить. Вскоре она перестала стонать, ее тело расслабилось, а слегка опухшие глаза открылись и в них уже не было муки, зато там появился страх.
        - Ты можешь говорить? - спросил Стикс, аккуратно вытирая тонким платком ее лоб.
        - Кажется, да, - еле слышно прошептала Женя. - Мне… мне срочно нужно к врачу, - она села на диване, прикрывшись одеялом. - Здесь… ведь здесь должен быть доктор, да? У меня, наверное, аппендицит или, быть может, отказывают какие-то внутренние органы, или я очень боюсь, пожалуйста… Мне необходимо в больницу! Понимаешь?!
        - Угу, - задумчиво покачал головой Стикс, выслушав ее сбивчивую речь. - Тебе действительно необходимо… в мою лабораторию. Сейчас же! - его высокая фигура нависла над ней мрачной тенью, когда он поднялся с пола.
        - Зачем? - она испуганно отшатнулась, сильнее прижав к груди одеяло, в глазах девушки было непонимание, граничившее с сомнением.
        - Чтобы выяснить причину твоей болезни, - спокойно пояснил он.
        - Каким образом? - Женя прищурилась, недоверчиво глядя на собеседника; боль отступила, позволив измученному рассудку начать нормально функционировать.
        - Я просто просканирую твое тело на предмет отклонений в организме. Это не причинит тебе неприятных ощущений и займет совсем немного времени, поэтому одевайся быстрее и пойдем. Обезболивающее не может действовать вечно, - не дожидаясь ответа, он направился к двери, бросив на ходу: - Я жду тебя в коридоре, поторопись.
        Оставшись одна, девушка осторожно отогнула край одеяла и неуверенно взглянула на собственный бок, причинивший ей столько страданий. Гладкая кожа ее тела выглядела вполне обычно и ничто не напоминало недавнее ощущение раздираемой изнутри плоти. Задумчиво осмотрев себя, Женя медленно поднялась и, одевшись, вышла из каюты.
        ГЛАВА 4"ХРУСТАЛЬНЫЙ ГРОБ"
        - Ты уверен, что это хорошая идея? - настороженно оглядываясь по сторонам, спросила девушка.
        Окружающая обстановка не внушала ей доверия. Она первый раз была в лаборатории и ей здесь совсем не нравилось. Бледно-зеленые, гладкие стены казались холодными и бесстрастными, как и серый блестящий металл расставленных по периметру приборов, основания которых были крепко привинчены к полу. Немного левее центра помещения стояла огромная капсула с прозрачной крышкой, увенчанной вытянутой овальной панелью с множеством разнокалиберных клавиш. Возле стены располагались еще две капсулы несколько меньшего размера и, в отличие от первой, они занимали вертикальное положение, отчего крышки их больше напоминали двери. Напротив них был длинный белый стол на очень толстых металлических ножках, которые вырастали из пола, как стволы геометрически правильных деревьев. Потолок над ним напоминал антресоли со створками; что хранилось там, Жене оставалось лишь гадать. Возле высокой раздвижной двери, в которую они вошли несколько минут назад, двумя массивными зажимами было прикреплено к стене большое, тяжелое кресло на круглых блестящих колесиках, каждое из которых по величине могло сравниться с апельсином. Привычным
движением Стикс освободил кресло от тисков и покатил его за собой в центр лаборатории, где с потолка навстречу ему медленно опускался серебристый куб, на вершине которого лежала круглая клавиатура с огромным количеством клавиш.
        - Уверен, - ответил Стикс, располагаясь в кресле напротив странного кубообразного монитора, который замер на уровне его глаз, замигав четырьмя, перпендикулярно расположенными друг к другу экранами. - Раздевайся.
        - Что? - ее лицо удивленно вытянулось, а глаза возмущенно расширились. - Зачем это?
        - Чтобы поместить твое тело в капсулу и просканировать его, - пояснил он, продолжая что-то набивать на снятой с куба клавиатуре, которая теперь покоилась у него на коленях.
        - Вот еще, - Женя недовольно фыркнула. - Я так и знала, что это глупая идея. Отвези меня к НОРМАЛЬНОМУ доктору, пока я здесь не "загнулась", - ее губы слегка надулись, а тонкие черные брови съехались на переносице, красноречиво говоря о хмуром настроении своей обладательницы.
        - Ясно, - Стикс оставил в покое монитор и, бросив клавиатуру на кресло, в котором только что сидел, стремительными шагами направился к заупрямившейся девушке. - Сама разденешься или помочь? - проговорил он, не сводя с ее побледневшего лица пристального взгляда прищуренных холодных глаз. - Я не собираюсь потакать тому, чтобы моя маленькая наследница "загнулась" прямо у меня на глазах.
        Женя метнулась к двери, мысленно оценив его недвусмысленный настрой довести начатое дело до конца. Но убежать ей не удалось. Сильные мужские руки крепко схватили ее за плечи, заставив обернуться. Она попыталась вырваться, но безуспешно. Он двигался быстро, слишком быстро для ее понимания. Ни одно земное существо не обладало такой бешеной скоростью, как Стикс, и это обстоятельство сводило на нет все отчаянные попытки Жениного сопротивления.
        - Я устал с тобой нянчиться, Евгения, - пробормотал он мрачно, легко увернувшись от ее острых ногтей, нацеленных на его лицо. - Это для твоего же блага! - его ладонь молниеносно опустилась на шею девушки, всадив в нервно пульсирующую жилку тончайшую голубую иголочку, точно такую же, какую он использовал в машине по дороге сюда.
        В следующую секунду девушка поняла, что не может больше двигаться, ее внезапно ослабевшее тело покачнулось и начало безвольно падать назад, не найдя достойной опоры. Подхватив Женю на руки, Стикс отнес ее на длинный белый стол, от соприкосновения с которым ей стало жутко. В голове, как тревожно горящее табло, вспыхнула горькая мысль: "Здесь-то меня и препарируют".
        - Прости, но ты не оставила мне выбора, - он наклонился над ее неподвижным телом и задумчиво проговорил, осторожно убрав с девичьего лба короткую прядь непослушных малиновых волос: - У меня совсем нет времени на уговоры, поэтому я применил силу. Поверь, я действительно хочу помочь тебе.
        Его речь, сильно походившая на оправдание, не очень-то впечатлила Женю. Продолжая лежать на холодной поверхности стола, девушка изо всех сил пыталась восстановить контроль над отказавшимся подчиняться телом, но это у нее, увы, не получалось: мешала все еще торчащая из шеи тонкая игла с пропитанным парализующим раствором наконечником. Глядя в полные ярости глаза своей молчаливой собеседницы, Стикс вздохнул и, решив не откладывать в долгий ящик намеченное, принялся ее раздевать. Он делал это медленно, аккуратно расстегивая маленькие пуговицы на ее блузке одну за другой, будто боялся повредить тонкую ткань. Молния шелковых Жениных брюк негромко звякнула, сдаваясь под натиском его сильных пальцев, некоторое время неуклюже возившихся с крошечным замком. Девушка чувствовала легкие прикосновения прохладных мужских рук к своей коже, когда он снимал с нее нижнее белье, все так же медленно и осторожно, одну деталь за другой, постепенно обнажая красивые женские бедра и большую высокую грудь, темные соски которой непроизвольно напряглись, затвердев от холода. По телу Жени пробежала предательская дрожь,
подавить которую она не имела возможности. Ее щеки пылали алым румянцем, а длинные ресницы беспрерывно вздрагивали, прикрывая полные отчаяния темные глаза. Девушка была готова провалиться на месте от стыда и злости, адская смесь которых, точно яд, разъедала ее душу, требуя немедленного выплеска.
        Какое-то время Стикс задумчиво смотрел на ее нагое тело, неподвижно лежащее на белоснежном столе. Затем он осторожно поднял Женю на руки и отнес ее к горизонтальной капсуле, прозрачная крышка которой уже была открыта. Аккуратно опустив свою ношу на холодное, металлическое дно, он протянул руку и нежно провел по ложбинке между грудями девушки вверх к шее.
        - У тебя очень гладкая кожа, Евгения, - его тонкие губы дрогнули, растянувшись в слабой улыбке. - А теперь… выдохни.
        Он резко отдернул ладонь, и Женя заметила, как между его сцепленных пальцев сверкнула голубая иголочка.
        Словно по мановению волшебной палочки к девушке начала возвращаться способность двигаться. В этот момент Стикс захлопнул прозрачную крышку ее "хрустального гроба" и, набрав код активизации на расположенной сверху овальной панели, запустил программу сканирования. Женя дернулась, желая подняться, но не смогла этого сделать, потому что все ее мышцы внезапно отяжелели, а тело неуклюже распласталось по дну капсулы, к которому его прижало будто магнитом. Но не это напугало несчастную больше всего. Как только механизм был запущен, металлическая емкость, в которой лежала девушка, начала заполняться прохладной вязкой жидкостью, чем-то напоминавшей бледно-зеленый кисель. Противная масса поднималась все выше, постепенно закрывая ее обнаженные плечи, колени, живот… наконец она достигла лица, на котором бешено горели полные ужаса глаза.
        - Сволочь, - прокричала Женя прежде, чем ее губы накрыла густая жижа, но звук этих отчаянных слов утонул под герметично закрытой крышкой.
        - Прости, - прошептал Стикс, глядя, как под бледно-зеленой поверхностью усыпляющей массы, насквозь пропитанной жидким кислородом, исчезла маленькая женская фигура его захворавшей наследницы.
        Через пару секунд девушка отключилась, погрузившись в странный неестественный сон, завладевший ее измученным рассудком, принесший с собой такой желанный и такой далекий покой.
        ГЛАВА 5ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД
        Она очнулась в тот самый момент, когда Стикс, придерживая за плечи ее сонное тело, пытался застегнуть на спине девушки бюстгальтер. Она опять находилась на столе, вокруг не было и намека на ужасную бледно-зеленую массу, так сильно напугавшую Женю некоторое время назад. Стикс успел надеть ей на ноги брюки и носки, а вот с верхом дела обстояли куда хуже. Маленькая пластмассовая застежка упорно не желала подчиняться воле больших мужских рук. Занятый этим процессом, он не заметил, как Женя пришла в себя.
        Открыв глаза, она мысленно восстановила все недавние события и, оценив всю выгодность своего нынешнего положения, вцепилась в волосы ненавистному мучителю, отомстив тем самым за ужас и стыд, которые ей пришлось вынести. Выпустив из рук бюстгальтер, Стикс отшатнулся, поморщившись от боли.
        - Ненавижу тебя, - процедила девушка сквозь стиснутые от злости зубы, ее маленькие пальцы крепче сжали пепельные пряди его кудрявых волос, с силой оттянув их от покрасневшей кожи головы.
        - Мне нравится твоя грудь, - сказал он спокойно, опустив взгляд на ее обнаженный торс, на котором точно тряпка болтался расстегнутый бюстгальтер.
        Вскрикнув, Женя инстинктивно прикрылась руками, выпустив "добычу". Освободившись от ее болезненной хватки, он улыбнулся.
        - Полагаю, что у тебя получится лучше совладать с этой деталью одежды. Когда закончишь, я тебе кое-что покажу. Боюсь, у меня очень плохие новости, - его тон стал серьезным и немного отстраненным, отчего на душе у собеседницы заскребли кошки.
        Спустившись со стола, девушка подошла к Стиксу, который, сидя в кресле, задумчиво разглядывал странное красно-коричневое изображение на мониторе. Женя все еще злилась на него, но узнать, в чем состоят "плохие новости", для нее сейчас было гораздо важнее, чем устраивать ему скандал.
        - Что это? - спросила она хмуро, подняв взор на экран.
        - Твои внутренности, - невозмутимо ответил он, продолжая рассматривать картинку, отражавшую работу ее организма настолько четко, будто весь этот процесс был заснят крошечной камерой изнутри.
        - И? - с опаской проговорила девушка, пытаясь понять, что за органы она видит, но не очень хорошее знание анатомии мешало ей в этом разобраться, отчего возникшая в душе тревога только выросла.
        - Опухоль в левом боку, гигантская опухоль, - вздохнув, отозвался Стикс, грустно взглянув на нее. - Тебе осталось жить совсем немного, Евгения.
        - А операция не поможет? - с надеждой прошептала она.
        - К сожалению, уже слишком поздно, - траурным тоном произнес собеседник, подарив ей сочувственный взгляд холодных светлых глаз.
        Она молчала, прикрыв кончиками дрожащих пальцев рот, а ничего не видящие от накатившихся слез глаза ее были устремлены на экран, который только что подписал ей смертный приговор. Отчаянно пытаясь не разрыдаться прямо здесь, девушка сильнее сжала челюсти, мысленно ища выход из сложившейся ситуации. Внутри нее все опустилось, тело отяжелело, внезапно став вялым и уставшим, а в больших, покрасневших от недавнего болевого приступа глазах, застыло выражение грусти, граничащее с растерянностью.
        Выдержав паузу, Стикс многозначительно сказал:
        - У тебя есть единственный выход.
        - Какой? - хриплым голосом поинтересовалась она, хватаясь за его слова, как утопающий за соломинку.
        - Я могу создать для тебя здоровое тело.
        Ее глаза расширились от непонимания, а губы чуть приоткрылись, будто хотели что-то спросить, однако ни один звук так и не слетел с них.
        - Я знаю, это звучит нереально, но у меня действительно есть такая возможность. Врачи на Земле занимаются пересадкой отдельных жизненно важных органов, верно? И благодаря этому люди продолжают жить.
        - Ты хочешь мне пересадить что-то? - девушка неотрывно смотрела на собеседника, она стояла позади, облокотившись на спинку его кресла.
        - Не совсем, - он замялся, подбирая более понятные для нее слова, - мои познания в этой сфере ушли гораздо дальше земных, я просто выращу для тебя новое тело и все.
        - Я не… - попыталась возразить Женя, но он перебил ее, резко повернувшись к ней вместе с креслом, отчего девушка невольно отпрянула, потеряв опору.
        - Это очень древняя технология давно вымершей расы, - начал он, не сводя с нее пристального взгляда. - Когда-то давно корабль одного из ее представителей потерпел аварию на моей планете. Изучая обломки, я смог многое узнать. Создание тел в конфедерации, к которой я принадлежу, запрещено стоящим у власти Советом Девяти, но сейчас мы находимся в совершенно другой галактике, а это значит, что, имея необходимые приборы, я вполне могу сделать для тебя тело. ТОЛЬКО ДЛЯ ТЕБЯ!
        - По-моему, это бред, - обиженно пробормотала Женя. - Я умираю, а ты тут издеваешься, рассказывая мне какие-то нелепые сказки про древние вымершие расы, - на ее глаза навернулись слезы, которые она тут же смахнула рукавом, отвернувшись.
        - Это не сказки, - Стикс достал из кармана платок и аккуратно вытер ее вновь намокшие от слез щеки, - мое собственное тело выращено в этом приборе, разве такое доказательство тебе не кажется достаточным?
        Она недоверчиво посмотрела на него, но ничего не сказала. Жене было так грустно и обидно от мысли о слишком уж недолгой жизни, с которой ей придется очень скоро расстаться, что она готова была пойти на любую самую невероятную авантюру, лишь бы изменить свое незавидное будущее.
        - Твое новое тело будет совершенным, подумай об этом, - вновь принялся убеждать ее Стикс.
        - Совершенным? - задумчиво переспросила девушка, подняв на него огромные, печальные глаза.
        - Да.
        - Как это?
        - Вот посмотри, - он опустил свисающий с потолка монитор ниже так, чтобы ей было удобнее видеть возникающие на нем изображения. Взяв в руки круглую клавиатуру, он принялся быстро стучать по клавишам, изредка поглядывая на экран.
        Женя удивленно наблюдала, как там, сменяя одна другую, выстраиваются виртуальные модели отдельных частей ее собственного тела, постепенно соединяясь в единую фигуру.
        - Это моя личная программа, я разработал ее на основе знаний, полученных от Энай. Просканировав тебя, программа записала необходимые для воссоздания нового тела данные в специальную базу, там есть все: от кода ДНК, до внешних и возрастных характеристик, отпечаток которых на тебя наложили время и твоя инициатива. Мне достаточно нажать кнопку "пуск", и процесс выращивания совершенной копии твоего тела начнется.
        - Но в чем же тогда будет состоять его совершенство, если это всего лишь копия? - разглядывая себя на экране, проговорила Женя.
        Стикс смерил ее задумчивым взглядом, после чего спросил:
        - Ты знаешь, что такое мутация?
        - Да, конечно, - ответила она, не задумываясь, - например, кошки с крыльями в Чернобыле. Бедняжки, они обречены на смерть из-за своей непригодности к жизни. Ты хочешь сделать из меня такого же урода?
        - Нет, конечно, - он рассеянно улыбнулся, взглянув на нее.
        В уме его одна за другой возникали громоздкие схемы, способные дать подробное объяснение затронутой им темы, вот только сможет ли понять их Женя? Чем больше он об этом думал, тем сильнее убеждался в непригодности такого подхода. Мысленно откинув большую часть насыщенной терминологией информации, Стикс снова заговорил:
        - Понимаешь, живые организмы в природе постоянно мутируют, приспосабливаясь к окружающей среде. На этот процесс оказывают влияние многие факторы, от климатических до антропогенных. Само слово "мутация", если рассматривать земные языки, произошло от латинского "mutatio", что значит изменение, перемена. В этом и состоит основной смысл данного процесса. Кошки с крыльями появились из-за перемахнувшего критическую отметку радиационного фона в упомянутой тобой местности. Вследствие аварии на атомной электростанции образовались резкие изменения в среде обитания живых организмов, которые повлекли за собой различные несанкционированные мутации. Я же имею в виду другую сторону этого явления.
        - Что-то из разряда генной инженерии?1 - Женя вновь облокотилась на спинку его кресла, приготовившись слушать.
        - Можно и так сказать, - Стикс кивнул.
        - Хочешь сделать из меня "человека-паука"2 - ее тонкие брови нахмурились, а во взгляде отразилось откровенное недовольство, когда она, чуть подавшись вперед, заглянула в его светлые, смеющиеся глаза.
        - Разве ты никогда не мечтала стать девушкой-ящерицей, например? - он с трудом сдерживал улыбку.
        - Нет, спасибо, не вижу ничего приятного в том, чтобы постоянно отращивать себе новый хвост, - собеседница кисло усмехнулась, вяло реагируя на шутку.
        - Ну что ж, тогда давай вернемся туда, откуда начали, - тоном старого, умудренного опытом учителя, произнес Стикс. - Помимо естественных, бывают еще и искусственные изменения наследственных структур живой материи, ответственных за хранение и передачу генетической информации. В результате этого могут изменяться самые различные биохимические, физиологические и морфологические признаки организма…
        - Стоп! - Женя положила руку на свой наморщенный от напряжения лоб и недовольно осведомилась: - А проще это пояснить никак нельзя? Я все-таки не выпускник кафедры биологии, у которого, как профессиональный синдром, все ближайшее окружение давно мысленно поделено на группы клеток.
        - Ну… - пожал плечами Стикс, - твое новое тело будет мутантом на клеточном уровне, это никак не отразится на внешности, она останется прежней. Со стороны никто не сможет отличить тебя от обычного человека, но если какой-либо химик решит познакомиться со строением твоих клеток через микроскоп, его ждет очень большой сюрприз.
        - И какой именно? - настороженно спросила она, покосившись на неподвижно застывшую на экране виртуальную модель своего будущего тела.
        - Несколько иная структура, - ответил он таким обыденным тоном, будто обсуждал не анатомический вопрос, а меню на ужин. - К тому же для создания этих клеток, помимо обычного, будет использован новый строительный материал.
        - Какой?
        - Разный, - его губы чуть дрогнули в мягкой улыбке, - ты уверена, что хочешь услышать весь список этих химических элементов? Особенно если учесть, что большая часть из них на Земле в естественном виде не существует, да и лабораторным путем их пока не открыли.
        - То есть я все равно ничего не пойму? - ее левая бровь слегка поднялась, а на лбу в очередной раз пролегла тонкая горизонтальная складка.
        - Боюсь, что нет, - спокойно сказал Стикс, откинув голову назад так, чтобы лучше видеть выражение ее лица, которое с каждой минутой становилось все более задумчивым. - Хотя… серебро.
        - Что, серебро? - девушка оживилась.
        - В твоем новом теле будет много серебра, - он скрестил на груди руки, продолжая неотрывно смотреть на собеседницу.
        - Я что, стану киборгом, сплошь напичканным металлом? - она искренне испугалась такой перспективы, о чем свидетельствовали ее расширенные глаза с большими черными зрачками, в которых точно в зеркале отражались ее внутренние метания.
        - Нет, только отдельные атомы этого вещества примут участие в строительстве организма, - рассмеялся Стикс. - Разве я похож на киборга?
        - Ну знаешь ли, я не проверяла, что у тебя под рубашкой, - обиженно фыркнув, пробормотала девушка.
        - То же самое, что и у тебя, только гораздо более прочное и выносливое. Мое тело приспособлено к разным атмосферным условиям, адаптировано к большому спектру температур. Скорость, реакция - все это в сотни раз быстрее тех, которые способны развить люди на Земле. Мое тело совершенно, и я могу создать тебе такое же.
        - Значит, тебя невозможно убить? - Женя прищурилась, застыв в ожидании ответа, внешний облик девушки помимо ее воли приобрел черты затаившегося в засаде хищника.
        - Я, как вампир, Евгения, меня можно уничтожить, но сложно, - его губы растянулись в странного вида улыбке, - поэтому, не советую пробовать.
        - Я и не думала, - ее длинные ресницы быстро заморгали, она быстро перевела взор на монитор и, меняя тему, спросила: - А какие-нибудь видимые поправки внести в мое новое тело ты можешь?
        - Конечно, - Стикс взял в руки клавиатуру и набрал на ней несколько комбинаций из неизвестных Жене символов, которые, вероятно, выполняли функцию букв в непонятном ей, чуждом языке другой галактики. - Что именно ты хочешь изменить?
        - Ну… - протянула она, пристально рассматривая свою копию на экране, - а можно ей сделать менее курносый нос?
        - Без проблем, - он увеличил изображение и, быстро стуча пальцами по клавишам, внес необходимые изменения в лицо ее виртуального двойника.
        - Хм, - девушка довольно улыбнулась. - А фигуру ты подкорректировать тоже можешь?
        - Да, но зачем? - вяло поинтересовался Стикс, ему не очень нравился загоревшийся в ее янтарных глазах азарт.
        - Я всегда мечтала быть высокой и стройной, - честно призналась она, не сводя с экрана заинтересованного взгляда. - Добавь ей сантиметров двадцать, а лучше тридцать роста, и руки соответственно подлиннее сделай, и ноги… чтобы все было пропорционально.
        - У тебя прекрасный рост, зачем… - попытался возразить он, но Женя перебила, вызывающе посмотрев на него:
        - Так ты можешь это сделать или нет? Или все твои предыдущие слова - обычные "рисовки"? - на ее губах появилась презрительная ухмылка, которая сильно задела самолюбие Стикса.
        - Хорошо, - процедил он, внося изменения во внешность виртуальной Жени. - Ты довольна?
        - Да, - ее глаза светились от восторга и ей не было никакого дела до скверного настроения собеседника, она попросту этого не замечала, все ее внимание было занято созданием собственной внешности. - Еще уменьши ей, пожалуйста, талию сантиметров на десять, и грудь тоже пусть будет маленькая, и…
        - Не надо менять грудь, - мрачно проговорил Стикс, сверкнув глазами. - И талию, и рост, мне нравилось, как было.
        - Это же мое тело, так? - положив руки на бедра, заявила Женя. - Значит, мне виднее. Меняй!
        Он нехотя подчинился, хмуро глядя на длинное, тощее создание, бесстрастно взиравшее на них с экрана.
        - Здорово! - девушка пребывала в состоянии, близком к эйфории. - Теперь поменяй ей, пожалуйста, цвет глаз на голубой, а губы сделай чуть менее пухлыми. И уши пусть будут не такие лопоухие. А-ха, и волосы светлые, - она заворожено смотрела, как видоизменяется ее виртуальная копия, все больше становясь похожей на сошедшую с обложки модного журнала фотомодель, нежели на свой прототип. - Нет, не такие, более пепельные, не желтые. И чтобы густые были, длинные и вьющиеся.
        - Все? - холодно спросил Стикс, когда Женя наконец замолчала.
        - Ну вроде… тебе разве не нравится? - невинно моргая, поинтересовалась она.
        - Мне НЕ НРАВИТСЯ, - ответил он, не меняя тона. - Но, как ты верно подметила, это тело будет твоим, а значит, решать тебе.
        - Спасибо, - на ее лице засияла счастливая улыбка, - я очень рада, что ты меня понимаешь. И когда оно будет готово?
        - Послезавтра, я запускаю экстренный режим роста. У нас мало времени.
        - Нда… - радостное выражение ее лица сменилось печальным, Женя вновь вспомнила о своей смертельной болезни и от этого ей стало не по себе. - А как я смогу занять новое тело?
        - С помощью вон тех двух капсул, которые стоят у стены, я объясню тебе все позже, - он устало откинулся на спинку кресла и, введя необходимые данные, запустил программу.
        Раздался громкий металлический скрежет, который постепенно перешел в мягкое шуршание. На потолке образовалось круглое отверстие, откуда медленно спустился вниз большой черный цилиндр из непроницаемого матового материала. Накрыв колпаком одну из капсул до самого пола, цилиндр замер, перестав двигаться.
        - Процесс пошел, - задумчиво пробормотал Стикс и улыбнулся странной, холодной улыбкой.
        ГЛАВА 6КОРОЛЕВА КРАСОТЫ
        - И этого никто не заметит?! - Женю трясло от бешенства, она с трудом сдерживала желание расколотить все приборы в его проклятой лаборатории. Ее заветная мечта разбилась вдребезги, как только Стикс поднял черный цилиндрический футляр с капсулы, в которой выращивалось ее новое тело.
        - Ну… - он слегка погладил свою небритую челюсть, скрывая под рукой довольную улыбку. - Если ты наденешь паранджу, то да.
        - Сволочь, - закричала девушка, сжав от бессилия маленькие кулаки, - я знаю, ты сделал это специально!
        - Как ты могла такое обо мне подумать, - Стикс изобразил на своем лице возмущение, но либо он был плохим актером, либо сия роль ему в данный момент никак не подходила, одним словом, возмущение у него получилось какое-то неестественное, точнее сказать, фальшивое. - Просто ты слишком много внесла изменений, - попытался оправдаться он, - вот и случился сбой.
        - Ну, конечно, - в черных, как грозовое небо, глазах собеседницы сверкали молнии. - Изменений, которые тебе не нравились.
        - Это совпадение, - поторопился с ответом он. - В любом случае, тело уже готово. И могу тебя заверить, оно полностью соответствует основным канонам красоты кочующего меж звезд народа - Кастеркортов. Это межгалактические пираты. Живи ты среди них, наверняка стала бы их королевой.
        - Но я живу не среди них, черт возьми! - Женя готова была расплакаться от отчаяния. - И я не могу быть зеленой!!!
        - Да, действительно, - задумчиво проговорил Стикс, пряча от нее улыбку. - Придется уничтожить это тело.
        - Нет!!! - в ее глазах появился ужас. - Не смей его трогать!
        - Разве я неправильно тебя понял? - темные мужские брови слегка поднялись, отобразив удивление. - Ты вроде бы сказала, что не желаешь быть зеленой, или я ослышался?
        - Я не стану зеленой, а ты не тронешь мое тело, - мрачно процедила девушка, глядя на него испепеляющим взглядом. - Оно слишком красивое, чтобы умереть. Я всегда, всегда мечтала быть такой, - не выдержав, Женя расплакалась. Стремясь скрыть от него свою слабость, она бросилась к двери и, выбегая из лаборатории, крикнула на ходу: - Не вздумай его уничтожить! Не вздумай! Не смей МЕНЯ убивать!
        - Как пожелаешь, - проводив расстроенную собеседницу задумчивым взглядом, пробормотал Стикс.
        Он прекрасно знал, что Женя, как бы ни была сильна ее истерика, не сможет покинуть корабль, так как все выходы заблокированы. Единственное место, куда она наверняка отправится - это ее собственная комната. Что ж, излить свое горе через поток горючих слез на несчастную подушку ей не повредит. Поплачет, успокоится, а потом… сделает так, как решил он.
        Улыбнувшись собственным мыслям, Стикс опустился в кресло напротив монитора и, запустив новую программу, начал вводить в возникающие на экране бледно-зеленые таблички запрашиваемые компьютером данные.
        - Ты будешь такой, как сейчас, без всяких внешних изменений, - его тонкие губы растянулись в слабой улыбке, огласив окончательный вердикт. Бросив последний взгляд на точную Женину копию, бесстрастно смотрящую на него с экрана, он нажал кнопку активации.
        Металлический скрежет известил о спуске очередного черного цилиндра, закрывшего вторую, пока еще пустую капсулу. Стикс одобрительно взглянул на него, после чего перевел взор на застывшее без движения ярко-зеленое женское тело с пустыми светло-голубыми глазами, смотрящими сквозь него.
        - "Королева красоты", - пробормотал он, разглядывая высокую худощавую фигуру неудавшегося экспоната, который парил, поддерживаемый ремнями, в прозрачной густой жидкости, заполнявшей капсулу до отказа. - Далеко тебе до оригинала.
        ГЛАВА 7ОЖИДАНИЕ СМЕРТИ
        Женя неподвижно лежала на постели, когда он, как обычно без стука, вошел к ней в комнату. Со вчерашнего дня боли ее усилились и больше уже не оставляли девушку ни на минуту, лишь немного притуплялись от очередной порции обезболивающих лекарств, которые Стикс колол ей все чаще. Теперь он приходил каждые два часа, держа в руках новую ампулу и шприц. Попасть в вены на руках было уже невозможно, и ему ничего не оставалось, кроме как делать инъекции в ноги. Однако все эти действия слабо помогали несчастной, она угасала на глазах, будто догорающая свеча, тусклый огонек которой все еще теплился, но уже не грел. Девушка пребывала в ожидании смерти, более того, она торопила свой конец, не в силах больше бороться с невыносимой болью, ставшей неотъемлемой частью ее существования.
        Сделав очередной укол, Стикс опустился на пол рядом с диваном и, хмуро глядя на белое как мел лицо Жени с впалыми щеками и темными кругами вокруг закрытых глаз, проговорил:
        - Через полчаса процесс выращивания тела завершится. Я позволил программе самой выбрать оптимальный режим роста, без внесения каких-либо изменений в ход ее работы. Ты меня слышишь?
        Девушка не произнесла ни слова, лишь длинные черные ресницы ее чуть заметно дрогнули в знак того, что она все еще жива.
        Он осторожно убрал с ее лба липкие от пота волосы и положил на него смоченное в холодной воде полотенце, от которого шел странный едкий запах, чем-то напоминающий смесь корицы и лимона, приправленную каким-то третьим, неизвестным Жене ингредиентом.
        - Это должно вернуть тебя к действительности, - пробормотал Стикс, поправляя ее подушку так, чтобы девушке было удобнее лежать. - Мне необходимо твое содействие в период смены тела, Евгения. Так что возьми себя в руки и постарайся сконцентрироваться.
        Он терпеливо ждал, когда начнет действовать очередная порция лекарства, и девушка сможет говорить. Наконец ее веки дрогнули и поднялись, открыв мутные карие глаза с крошечными точками черных зрачков. Белки Жени были кроваво-красными из-за тонкой сетки лопнувших сосудов, которая изрезала их поверхность подобно трещинам на обезвоженной земле во время засухи.
        - Ты слышишь меня? - повторил свой недавний вопрос Стикс, снимая с ее лба полотенце, в считанные секунды ставшее почти таким же горячим, как и кожа девушки.
        - Да, - облизнув пересохшие губы, ответила она тихо.
        - Сейчас я отнесу тебя в лабораторию и помещу в капсулу, после чего ты погрузишься в пропитанную кислородом жидкость, затем наступит транс. Понимаешь, о чем я говорю? - его слова отчетливо звучали в ее ушах, постепенно наполняясь смыслом.
        Окончательно осознав, что с ней произойдет в ближайшее время, девушка слабо кивнула, прикрыв опухшие глаза.
        - Ты должна беспрекословно подчиняться моим командам, если хочешь, чтобы все произошло быстро и хорошо, - вновь заговорил Стикс, не сводя с нее внимательного взгляда печальных серых глаз. - Ясно?
        - Да, - равнодушно отозвалась она, ей было все равно, насколько удачным окажется эксперимент, лишь бы поскорее все это закончилось, и проклятая боль оставила ее в покое.
        - Тогда идем, - поднимаясь с колен, сказал собеседник.
        Он взял девушку на руки и понес в лабораторию. Тело Жени ослабело за последние дни настолько, что она с трудом могла шевелить губами, не говоря уже о том, чтобы двигаться. Ее конечности безвольно свисали вниз, покачиваясь в такт его шагам, будто Стикс держал на руках не живую женщину, а тряпичную куклу. Когда за открывшимися серыми дверями появились знакомые очертания двух вертикально стоящих у стены капсул, Женя открыла глаза и, взглянув на черный непроницаемый футляр, спросила слабым, встревоженным голосом:
        - Куда ты дел мое зеленое тело?
        - Поместил его в специальный контейнер, чтобы оно не погибло, лишившись системы жизнеобеспечения.
        - Ты не лжешь? - в ее глазах сквозь боль и муку проступило беспокойство. - Ты ведь не уничтожил его?
        - Нет, - Стикс положил девушку на стол и начал аккуратно раздевать; она не сопротивлялась, у нее просто не было на это сил, как, впрочем, не было и желания. - Я оставил его для тебя, как маскарадное платье, которое почти никогда не носят, но зато часто им любуются, - сказал он и улыбнулся одними губами.
        - Спасибо, - прошептала Женя, опустив ресницы, длинные тени которых упали на ее бледное лицо подобно мрачным черным птицам, совершавшим свой последний полет.
        - Главное, делай то, что я тебе скажу, и тогда все будет хорошо, обещаю, - осторожно снимая с нее одежду, напутственно проговорил Стикс.
        - Я поняла, - она слабо улыбнулась в ответ, чувствуя воспаленной кожей сквозь терзающую тело боль приятное прикосновение его прохладных рук.
        - Надеюсь.
        - Честно, поняла, - Женя открыла глаза и посмотрела на него так, будто видела в последний раз. - А если ничего не получится, и я умру, то сожги мое тело, то есть все мои тела, и развей пепел над каким-нибудь красивым морем.
        - Ты не умрешь, и все получится, - мрачно проговорил собеседник и, устав возиться с ее пуговицами, разорвал остатки одежды с такой невероятной скоростью, что несчастная ткань в мгновение ока превратилась в груду ни для чего не пригодных лохмотьев, беспорядочно разбросанных по полу.
        Она вздохнула, закрывая глаза, а он, не желая терять драгоценное время, направился к капсуле, оставив обнаженную девушку лежать на холодном белом столе. Когда черный цилиндр медленно поднялся вверх, его удивленному взору предстала парящая за прозрачной крышкой Женина копия с… черными прямыми волосами ниже колен и с тонкими, как спицы, ногтями, каждый из которых был не меньше 50 сантиметров длиной. Глядя сквозь своего создателя большими, холодными глазами, за которыми скрывалась пустота, она продолжала медленно покачиваться в толще густой прозрачной жидкости, прикрепленная к задней стенке тремя металлическими ремням и обручами, которые не позволяли ей упасть на дно.
        - А я и не предполагал, что от природы ты брюнетка, - немного удивленно произнес Стикс, с любопытством рассматривая новую оболочку для его маленькой наследницы, - стоило все-таки вмешаться в программу, например, задать менее интенсивный режим роста ногтей… - пробормотал он и тут же осекся, заметив краем глаза, что Женя пошевелилась.
        - Мне холодно… - прошептала она так тихо, что сама с трудом смогла разобрать свою речь, но его острый слух уловил ее слова.
        Стремительным шагом он пересек разделявшее их пространство и, осторожно подняв девушку на руки, мягко сказал:
        - Пора, Евгения. Не забывай, что ты обещала меня слушаться.
        - А ты обещал, что я не умру, - в ее слабом голосе звучала грусть.
        - Я имею привычку выполнять свои обещания, - он улыбнулся ей и, открыв пустую капсулу, поместил туда безвольное тело Жени.
        Застегнув на ее груди, животе и ногах массивные металлические обручи, он плотно закрыл прозрачную крышку и, последний раз взглянув в расширенные от ожидания неизвестности глаза девушки, запустил процесс. Тихо бурля, по ногам ее поднималась густая прозрачная жидкость, но в Жене больше не было ни страха, ни стыда, осталось лишь тупое ощущение неизбежного финала, которого она уже не боялась, напротив, он был ей необходим.
        Когда веки девушки сомкнулись, и ее разум погрузился в странный, полный нереальных образов и теней сон, Женя с облегчением подумала, что она наконец-то умерла.
        ГЛАВА 8ПЕРЕХОД
        - Иди! - раздалось откуда-то сверху.
        От неожиданности девушка вздрогнула. Пытаясь отыскать источник голоса, она подняла голову, но ничего не увидела, вокруг было невероятно темно, отчего на душе у нее стало неспокойно. Но боль, терзавшая ее последние дни, исчезла, и этот факт не мог не радовать.
        - Иди же! - настойчиво повторил невидимый собеседник.
        Женя хотела спросить, куда ей следует идти, но вдруг обнаружила, что не может говорить. Испугавшись за свой внезапно исчезнувший дар речи, девушка подняла руку к горлу и… поняла что у нее нет руки, как, впрочем, нет и горла. Паника овладела ею, она начала судорожно хватать губами воздух, решив, что вот-вот задохнется, но дышать у нее тоже не получалось, так как не было легких… Осознав, что пришел ее последний час, Женя стиснула зубы, намереваясь принять смерть с достоинством. Однако мысль, внезапно поразившая ее, повергла девушку в гораздо больший шок, нежели отсутствие конечностей и внутренних органов. Женя наконец поняла, что и губы и глаза, наличие которых она пока еще признавала у себя, были всего лишь плодом ее собственного воображения. Всепоглощающий страх крепко сжал в своих объятиях несчастное бестелесное существо, которое не знало, как ему следует поступать дальше и поэтому застревало все сильнее и сильнее в острых когтях ледяного ужаса.
        - Иди на свет, - приказал холодный властный голос, так сильно напомнивший ей Стикса.
        Услышав приказ, девушка метнулась вперед, туда, где в зияющей черноте загорелся слабый огонек яркого белого света. Рассыпаясь тонкими длинными лучами, он разрезал темноту, занимая все больше пространства. Жене хотелось войти в него, искупаться в мягких и ласковых лучах, суливших тепло и покой. Забыв о том, что у нее нет ног, она ринулась вперед и вдруг поняла, что ей не нужно идти, гораздо приятнее лететь, постепенно перемещаясь из зоны холодной вязкой тьмы в облако бесконечного, чистого света. Страх исчез, сменившись умиротворением. И в тот момент, когда девушка была близка к полной эйфории, в самом центре яркого светового вороха возникла маленькая черная воронка, размеры которой стремительно увеличивались. Остановив свое движение, Женя с тревогой наблюдала, как быстро растущий круговорот несется ей навстречу, намереваясь проглотить все живое на своем пути, включая ее саму. Испуганно рванувшись в сторону, она попыталась скрыться от зияющей черной бездны, раскрывшей огромную пасть в поисках новой жертвы. Но… вязкая темнота обняла девушку своими липкими тяжелыми лапами, затянув в самую глубь
воронки. Попав в ловушку, Женя обречено подумала, что именно так, наверное, выглядит НАСТОЯЩАЯ СМЕРТЬ.
        ГЛАВА 9ПОЩЕЧИНА
        Когда густая прозрачная жидкость стекла в специально предназначенные для этой цели квадратные отверстия, Стикс открыл капсулу и, внимательно осмотрев обнаженное женское тело с мокрыми черными волосами, облепившими плечи, грудь и бедра своей обладательницы, принялся расстегивать несложные, но довольно крепкие замки на толстых металлических обручах, предохранявших девушку от падения. Женя спала, опустив голову, ее гладкая прохладная кожа была мокрой, а на кончиках длинных черных ресниц дрожали не успевшие упасть капли.
        Освободив туловище девушки от массивных полукруглых креплений, Стикс приступил к последнему обручу, плотно сковавшему ее икры. Чтобы Женя не упала, сложившись пополам, он слегка придерживал ее обмякшее сонное тело, прислонив его спиной к задней стенке капсулы. Легкая дрожь и едва заметное шевеление сообщили ему о том, что девушка очнулась. Подняв голову, он встретился с вопросительным взглядом широко раскрытых янтарных глаз, в которых не было и намека на боль, одно только любопытство.
        Тонкие губы Стикса дрогнули в странной улыбке. Он несколько секунд молча смотрел на обновленную Женю, после чего негромко произнес:
        - Ты очень сексуальна, Евгения.
        Его рука медленно скользнула по ее влажной коже, переместившись с верхней части грудной клетки, за которую он придерживал девушку, не давая ей упасть, ниже и левей, пока не накрыла ее округлую большую грудь. В следующую секунду Стикс резко отпрянул от адресованной ему пощечины, но тонкие иглы острых ногтей все-таки достигли намеченной цели, украсив его лицо тремя глубокими бордовыми царапинами, из которых, быстро прибывая, заструилась кровь.
        Жалобно звякнув, последний обруч, удерживающий девушку в равновесии, расстегнулся, и она с грохотом рухнула к ногам пострадавшего от нее мужчины. Он сделал было попытку помочь ей подняться, но, поймав уничтожающий взгляд потемневших карих глаз, предусмотрительно отступил назад.
        - Я вижу, ты не в духе сейчас, - вытирая кровь, сочащуюся из ран на щеке, он задумчиво проговорил: - Но тебе все-таки понадобится моя помощь, чтобы добраться до ванной комнаты.
        Женя вновь взглянула на него волком, не произнося ни слова. Тело ее было ватным, она практически не чувствовала ног и плохо контролировала занемевшие руки, кисти которых венчали огромной длины ногти, мешавшие ей сжать кулаки. От досады, вызванной стыдом и беспомощностью, девушка готова была разрыдаться, но присутствие Стикса сдерживало ее. Не в силах подняться, она лихорадочно перебирала в голове разные безрассудные варианты своих дальнейших действий, в которых фигурировало все что угодно, помимо согласия на помощь стоящего напротив мужчины. Больше всего в этот момент ее бесил именно он.
        Лежа в нелепой позе на вычищенном до блеска, холодном полу, Женя отчаянно пыталась обрести контроль над своим новым телом. Приподнявшись на локтях, девушка попыталась сесть, но резкая боль заставила ее вернуться в прежнее положение. Длинные мокрые пряди черных, как вороново крыло волос, на которых она лежала, мешали ей двигаться, опутав густой крепкой сетью непослушное тело. Прекрасно осознавая, насколько ужасно ее положение, Женя до крови закусила нижнюю губу и, взглянув исподлобья на Стикса, мысленно вылила на него все известные ей проклятия. От обиды на ее глазах выступили слезы, скрывать которые она больше не могла.
        - Просто разреши мне отнести тебя туда и все, - сказал он, осторожно обходя ее, будто попавшего в капкан зверя, который, хоть и был пленен, но по-прежнему представлял опасность для охотника.
        - Иди к черту, - неестественным голосом прорычала девушка, с трудом шевеля губами, которые, как и остальные части тела, пока еще не до конца ей подчинялись.
        Не прислушаться к ее словам оказалось для Стикса весьма опрометчивым поступком. В тот самый момент, когда он пытался поднять ее на руки, Женя наградила вторую его щеку такими же ровными и глубокими царапинами.
        Резко отпрянув от девушки, он мрачно процедил, доставая из кармана брюк уже запачканный кровью платок:
        - Ванная там, - указав слишком уж агрессивно настроенной Жене на узкую бледно-зеленую дверь в торце помещения, он широкими шагами вышел из лаборатории, оставив ее одну.
        - Давно бы так, - прошипела собеседница, глядя ему вслед горящими злостью глазами. По лицу ее текли слезы, соленый привкус которых она чувствовала на своих припухших губах.
        Прошло минут двадцать, прежде чем ей удалось ползком добраться до обозначенной Стиксом двери. Переведя дыхание, девушка принялась осматривать ее поверхность в поисках ручки, которой там, к сожалению, не было. Оглядев соседние стены, Женя обнаружила высоко над своей головой маленькую панель с тремя тускло горящими клавишами, но дотянуться до них она, увы, не могла, так как ноги по-прежнему отказывались держать ее. Оценив ситуацию, девушка начала мысленно прикидывать, чем бы ей запустить в пресловутую панель, чтобы система открывания дверей наконец-то сработала. Но подходящих для этой цели предметов поблизости не было и ей ничего не оставалось, кроме как попытаться достать до крайней клавиши пальцем, вернее, ногтем, размеры которого добавляли ее руке лишние сантиметров пятьдесят, что в данный момент пришлось очень даже кстати. Однако все старания оказались тщетными. После ряда неудачных попыток, обессиленная и расстроенная, Женя привалилась спиной к прохладной стене, подтянув к себе ближе онемевшие ноги, груз которых мешал ей осуществить задуманное. Размазывая тыльной стороной ладони слезы по щекам,
девушка раздумывала над своим жалким положением и от этих мыслей ей становилось еще обиднее.
        Где-то вверху раздался легкий щелчок. Подняв голову, Женя увидела, что та самая клавиша, добраться до которой ей так и не удалось, загорелась ярко-зеленым светом. В следующую секунду дверь медленно отъехала в сторону, открыв перед девушкой проход в продолговатое, светлое помещение с очень высоким овальным потолком. Собравшись с силами, Женя втащила свое уставшее тело внутрь и с удивлением обнаружила, что кроме скошенного к противоположному от двери краю пола, плавно переходящего в довольно широкое углубление, чем-то напоминающее незаполненный водой бассейн, здесь ничего нет. Дверь так же плавно закрылась, отрезав ей путь к отступлению.
        Девушка испуганно озиралась по сторонам в надежде найти на голых блестящих стенах хоть что-то напоминающее кнопку, способную вновь открыть выход из холодной, светлой ловушки, в которую она угодила, не подумав. Но ничего похожего вокруг не было, и Женя, сжавшись в комок, крепче обняла колени, чтоб хоть немного согреться.
        Холодный гладкий пол постепенно нагревался, даря ее коже желанное тепло. Когда его температура достигла оптимальной отметки, в двух противоположных стенах, расположенных над "бассейном", открылись четыре круглых отверстия, из которых выдвинулись прозрачные краны и заструилась вода. Опустив ладонь в быстро прибывающий поток, Женя одобрительно кивнула и, не долго думая, скатилась вниз, подняв ворох хрустальных брызг, осевших крошечными каплями на ее лице. Вода омывала тело девушки, снимая усталость и расслабляя ноющие от сильной нагрузки мышцы. Немного полежав так, наслаждаясь теплыми прозрачными волнами, Женя, наконец, сложила в уме "два плюс два" и, придя к выводу, что просто так ничего в этом корабле не делается, громко проговорила, чеканя каждое слово:
        - Прекрати за мной наблюдать.
        Ее голос потонул в шуме все еще прибывающей воды, не вызвав никакой внешней реакции со стороны того, к кому были обращены слова. Помолчав какое-то время, девушка закричала что было мочи:
        - Я сказала, прекрати за мной наблюдать!
        Вода по-прежнему шумела, падая искрящимися каскадами в наполненный до половины "бассейн", и никаких других звуков, кроме шелеста создаваемых Жениной рукой волн, не было слышно.
        - Черт побери! - воскликнула она с раздражением и села, прикрыв руками грудь и бедра, в воде ей было гораздо легче управлять новым, не до конца освоенным телом. - Я прекрасно знаю, что все это сделал ты. Просто прекрати за мной следить, я не могу расслабиться.
        - Хорошо, - раздался спокойный голос Стикса откуда-то с потолка. - Я всего лишь настраивал нужную температуру…
        - Прекрасно, а теперь оставь меня одну, - девушка старалась не нервничать, но у нее это плохо получалось.
        - Уже ухожу.
        - Стой! - Женя подалась вперед, высоко запрокинув голову, будто желала увидеть среди матовой белизны потолка лицо своего невидимого собеседника. - А как я потом отсюда выйду?
        - Слева от двери есть специальная панель, крайняя зеленая кнопка - это выход.
        - Неправда, ее там… не было, - закончила девушка свою фразу, заметив как в указанном Стиксом месте образовался небольшой прозрачный шарик с расположенными по окружности разноцветными клавишами, в самой глубине которых горели тусклые огоньки. - Раньше не было, - пробормотала она и спросила, меняя тему: - А у других какие функции?
        - Разные. Если хочешь узнать больше, просто понажимай на них. Уверен, что ты быстро во всем разберешься.
        - Нет, это же твой корабль! Объясни мне. Я ничего не понимаю в такого рода приспособлениях, - бросив на интересующий ее предмет полный любопытства взгляд, воскликнула Женя.
        - Ладно, - невозмутимым тоном ответил он, - сейчас я приду к тебе и все объясню, я даже могу вымыть тебя, если хочешь. Твои ноги по-прежнему лишены чувствительности, не так ли? Полагаю, что моя помощь будет кстати.
        - Не вздумай здесь появляться, - в ее глазах вновь возникло угрожающее выражение. - Я сама со всем справлюсь.
        - Хорошо, - судя по голосу, собеседник улыбался. - Я могу быть свободен?
        - Да, - мрачно отозвалась она, глубже погружаясь в воду.
        Раздался тихий щелчок. Девушка резко повернула голову на его звук и увидела, как на прозрачном шаре ярко-оранжевым светом вспыхнула одна из клавиш. Следом за этим на стене разъехались невидимые до нынешнего момента створки, открыв удивленному взору Жени довольно глубокую нишу, заполненную стройным рядом полок, на которых были аккуратно расставлены все необходимые для принятия ванны принадлежности: от шампуней и мыла до полотенец и ножниц.
        Затем панель управления подмигнула ей желтым огоньком, и с противоположной стороны, из небольшого прямоугольного отверстия выкатилась маленькая квадратная подставка на трех длинных ножках, заканчивающихся металлическими колесиками. На этой странной конструкции стоял высокий фужер с искрящимся золотистым напитком. Плавно подъехав к краю "бассейна", необычная тумбочка замерла на месте, а вместе с ней, качнувшись пару раз, успокоилось и содержимое фужера.
        - Что это? - брови Жени непроизвольно поднялись.
        - Лимонад, - пояснил ей голос с потолка. - По моему собственному рецепту. Я подумал, что тебе захочется пить…
        - Спасибо и пока, - не сводя задумчивых глаз с напитка, пробормотала девушка.
        Какое-то время она сидела молча, обхватив руками прижатые к груди колени, и смотрела на всплывающие со дна фужера пузырьки, потом взглянула на потолок и, прикрыв свое обнаженное тело длинными мокрыми прядями черных как смоль волос, погрузилась в воду, приняв горизонтальное положение.
        ГЛАВА 10МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ УБИЙЦА
        Когда Женя, замотанная в длинное белое полотенце, появилась на пороге медленно отъехавшей в сторону двери, прошло чуть больше пяти часов. Ее контроль над новым телом был полностью обретен и теперь девушка могла спокойно передвигаться, не чувствуя никаких затруднений. Напротив, у нее было какое-то странное ощущение, сильно напоминающее полет. Плавно скользя по холодному полу, она медленно двинулась к выходу из лаборатории в надежде найти Стикса, которого нигде не было видно. С ее черных, остриженных по пояс волос, стекала вода, а маленькие ступни оставляли за собой мокрый след, который цепочкой тянулся за девушкой, постепенно высыхая. Оказавшись в коридоре, Женя растерялась, не зная, куда двинуться дальше. Не найдя ничего лучшего, она громко позвала, рассеянно глядя на пустые серые стены, окружавшие ее:
        - Сти-и-икс!
        Ответа не последовало, даже эхо не отозвалось на ее призыв, вероятно, обшивка корабля обладала хорошей способностью поглощать звуки. Ориентировалась здесь девушка плохо; единственным местом, дорогу к которому она более-менее знала, была ее каюта, но сейчас перед Женей стояла другая задача: найти хозяина корабля. Поэтому она, немного поразмыслив, отправилась в первую попавшуюся сторону, направляемая высокими блестящими стенами да квадратными плитами холодного пола, на которых по мере ее движения оставались мокрые отпечатки ног. Крепче стиснув на груди полотенце, низ которого прикрывал ее колени, девушка бесцельно брела по разноуровневому коридору будто по лабиринту, время от времени выкрикивая имя Стикса. Она была твердо уверена, что рано или поздно он ее непременно услышит. Однако этот долгожданный момент не спешил наступать, и Женя начинала нервничать.
        - Стикс! - в очередной раз позвала она в пустоту.
        - Прости, я отвлекся и потерял тебя из виду, - раздалось прямо над ее головой.
        Девушка посмотрела вверх, но там, кроме матовой поверхности усеянного лампами потолка, ничего не было видно: ни динамиков, ни камер - ничего.
        - Я замерзла, где моя одежда? - обхватив руками мокрые от волос плечи, спросила Женя.
        - А, - собеседник замялся, - она здесь, у меня.
        - Где? Где ты вообще? - тонкие черные брови девушки чуть дрогнули, съехавшись на переносице, ей не доставляла особого удовольствия беседа с бесплотным голосом, звучащим ниоткуда.
        - Иди прямо до двери, которую увидишь слева, - велел он.
        - Здесь нет никаких дверей! - воскликнула собеседница, тем не менее двинувшись вперед, как ей было сказано. - Одни только пустые стены.
        - Стоп! - скомандовал голос сверху, не обращая внимания на ее реплики. - Теперь нажми на стене маленькую черную кнопку и входи.
        Какое-то время она искала взглядом ту самую кнопку, затем, обнаружив ее, осторожно нажала. С чрезмерно длинными ногтями, больше походившими на звериные когти, девушка разобралась еще в ванной, и сейчас ее пальцы выглядели вполне аккуратно, а главное, они больше не причиняли столько неудобств. Дверь бесшумно отъехала в сторону, освобождая проход. Перешагнув порог, Женя очутилась в очередном коридоре, похожем на предыдущий, как две капли воды. Подавив разочарованный вздох, она спросила:
        - Куда дальше?
        - Вперед, а затем направо, там будет эскалатор.
        Ничего ни говоря, девушка послушно двинулась по указанному маршруту, искренне желая, чтобы ее бесконечное путешествие по кораблю поскорее закончилось. Прежде чем она добралась до цели своего пути, прошло минут двадцать, за этот период ей пришлось миновать не один коридор, обилие которых приводило ее в тихое бешенство. Твердо уверовав в то, что ориентироваться в этом металлическом лабиринте она никогда не научится, Женя наконец-то вошла в комнату, где находился ее невидимый собеседник.
        - С днем рождения тебя, - сказал он, стягивая с рук тонкие хирургические перчатки, сплошь выпачканные кровью.
        Изумленно глядя на Стикса, Женя медленно перевела взор на большой белый стол, возле которого он находился. Глаза девушки широко распахнулись: она впала в шок. Прямо за его спиной лежало ее собственное препарированное тело, пустые мертвые глаза которого были открыты, а голова со слипшимися кровавыми волосами запрокинута назад. Рядом с телом стояли несколько прозрачных емкостей, заполненных бледно-зеленым раствором, в котором покоились ее внутренние органы. По правую руку от Стикса, одетого в бурый от крови халат, располагался широкий поднос на длинных тонких ножках, низ которых завершали маленькие металлические колесики. На его гладкой поверхности были разложены инструменты, сильно напоминающие инвентарь садиста, их холодный блеск больно колол глаза, пробуждая в девушке негативные эмоции. Не в силах справиться с обуявшим ее гневом, Женя метнулась к подносу и, схватив первый попавшийся скальпель, кинулась на обидчика, во взгляде которого застыло удивление. Она двигалась так стремительно, что все окружавшие ее предметы сливались в одну бесформенную массу, расплываясь перед глазами. Единственное, что
видела перед собой взбешенная до предела девушка, так это ловко уклоняющуюся от молниеносных ударов фигуру мужчины, который только что ее зарезал. Она била без разбору, на поражение. В ней не было ни жалости, ни сострадания, одна слепая ярость, в мгновение ока превратившая разумного человека в безрассудного убийцу.
        Стикс резко отпрянул от направленного в его сердце острия, ослепительно сверкнувшего в свете неестественно ярких круглых ламп, встроенных в низкий потолок над столом. Промахнувшись, Женя воткнула скальпель в стол в нескольких сантиметрах от виска мертвого тела, бесстрастно взиравшего пустыми, ничего не видящими глазами куда-то мимо нее. Оказавшись нос к носу со своей прежней оболочкой, девушка невольно сглотнула, чувствуя как к горлу подступила тошнота. Не в силах вытащить из белой столешницы скальпель, который вошел в нее практически на половину, образовав на гладкой поверхности тонкие трещинки, она потянулась за другим инструментом, отчаянно желая довести начатое дело до конца. Воспользовавшись ее промедлением, Стикс подхватил обезумевшую от злости девушку за талию, и резким движением развернул ее в сторону, противоположную от места, где лежало то, что, судя по всему, вызвало в ней приступ неуправляемой агрессии. Однако она успела на лету схватить с подноса длинные металлические ножницы с загнутыми концами, которыми теперь и пыталась проткнуть своего противника. Крепче прижав к себе вырывающуюся
из его объятий Женю, он до боли стиснул ее запястье и, приставив холодные концы острых ножниц, которые она по-прежнему держала в руке, к ее горлу, мрачно проговорил:
        - Взгляни на экран. Вот твой настоящий убийца.
        Она тяжело дышала, боясь пошевелиться, ледяной металл острых ножниц неприятно покалывал ее кожу, грозя в любой момент проткнуть насквозь тонкую, беспрестанно вздрагивающую шею. В том, что Стикс способен на это, девушка не сомневалась ни на минуту, слишком красноречивы были остающиеся после него трупы, безмолвие которых говорило о нем гораздо больше, чем любые слова. Но вопреки этим выводам, он не торопился лишать ее жизни; Стикс продолжал крепко прижимать девушку к себе, предусмотрительно не убирая ножниц от ее горла.
        - Где? - наконец выдохнула Женя хриплым голосом.
        - Прямо перед тобой, - холодно ответил собеседник.
        Она подняла глаза и уперлась взглядом в большой квадратный монитор, занимавший едва ли не половину стены, в которой располагался дверной проем. Огромный продолговатый цилиндр на экране неприятно перебирал тонкими щупальцами, раскинутыми во все стороны. От созерцания этого странного и в то же время отталкивающего зрелища у Жени внутри все сжалось.
        - Что это такое? - пробормотала она, все еще не двигаясь с места, так как любое движение вполне могло стать последним в ее жизни.
        - Ты не знаешь? - он чуть склонился к ее лицу, заглянув в глаза.
        - Нет.
        - А теперь? - Стикс медленно убрал от ее шеи смертоносный инструмент, швырнув его на поднос, после чего протянул освободившуюся руку к стене, на которой висела прямоугольная панель с десятком клавиш, и нажал на некоторые из них.
        Изображение на экране начало медленно уменьшаться, пока не превратилось в знакомую Жене витаминку, которой ее угостила Энни.
        - Любопытная вещица, к тому же неземного происхождения, - прокомментировал собеседник, не сводя пристального взгляда с побледневшего лица девушки. - Осталось только выяснить, как этот крошечный металлический убийца попал в твое прежнее тело.
        - Я уничтожу эту суку, - прошипела Женя, до боли сжав кулаки. - Я найду ее и уничтожу!
        Глаза ее сверкали, губы непроизвольно дрожали, то и дело кривясь от охватившей сердце злобы, требующей немедленного выплеска. - Я отомщу этой гадине, где бы она ни была!
        - Хорошо, милая, - Стикс улыбнулся, с облегчением наблюдая, как неукротимый поток ее агрессии плавно перетек в другое русло, избавив его самого от необоснованных, но довольно опасных нападок новорожденной Жени. - Но я бы на твоем месте сначала все-таки оделся.
        Девушка резко обернулась, оторвав взгляд от экрана. Она была так увлечена изучением злосчастной витаминки, что не заметила, когда он отпустил ее. И теперь, стоя напротив него, Женя будто очнулась от кошмарного сна. Она несколько раз моргнула, точно пытаясь отогнать остатки неприятных сновидений, после чего медленно опустила взгляд на свое тело и, вскрикнув, прикрыла руками грудь. Полотенце, в которое она была замотана, когда пришла сюда, давно сползло на бедра, обнажив ее торс. Удивительно, что после всего произошедшего, оно вообще еще держалось на ней.
        Пряча улыбку в уголках тонких бледных губ, Стикс протянул ей аккуратно сложенный комплект новой одежды, которую она никогда не видела раньше, вероятно, он купил все это в период ее болезни. Но сейчас данный вопрос мало интересовал Женю. Покраснев как рак, она выхватила из его рук вещи и, резко бросив: "Отвернись!", принялась быстро натягивать их на себя. Когда на ее теле щелкнула последняя застежка, девушка мрачно поинтересовалась:
        - И когда мы отправимся на поиски этой твари?
        - Какой твари? - переспросил он, глядя на нее сверху вниз.
        - Нашей общей подруги Энни, - пробормотала она хмуро. - Или ты ее уже убил, когда забирал меня?
        От такого заявления брови Стикса удивленно взметнулись, а глаза чуть заметно расширились.
        - Нет, - ответил он после непродолжительной паузы. - К сожалению.
        ГЛАВА 11КЛЮЧ В ЧАСАХ
        В длинном, плохо освещенном коридоре горели тусклые прямоугольные лампы, уходящие в перспективу серого ровного потолка, обрамленного высокими синими стенами, параллельные плоскости которых сходились в одной точке на линии горизонта. От этого зрелища у Жени возникло неприятное ощущение бесконечности холодного, мрачного помещения, в которое она попала. Вокруг никого не было, лишь тихое жужжание ламп нарушало царящую здесь тишину. Медленно двигаясь мимо одинаковых синих дверей с белыми табличками на незнакомом ей языке, девушка шла вперед, нервно сжимая дрожащими пальцами черный продолговатый ствол пистолета. Его ей дал Стикс, и теперь она понимала, что сделал он это неспроста. Воздух был насквозь пронизан напряжением, готовым в любой момент взорваться фейерверком столь же малоприятных, сколь и неотвратимых событий, приближение которых Женя чувствовала бешено бьющимся в груди сердцем.
        Шаг, другой… вспотевшие ладони сильнее сжали готовый выпасть из рук пистолет. Еще шаг, и она остановилась напротив медленно открывающейся двери, высота которой превышала ее собственный рост едва ли не вдвое, отчего недавняя уверенность покинула Женю, уступив место растерянности. Точно школьница, впервые переступившая порог класса, девушка замерла в нерешительности, не зная, что делать дальше, как вдруг услышала знакомый женский голос, раздавшийся из самой глубины темной комнаты:
        - Входи, дорогая, я давно тебя жду, - приветливым тоном позвала ее Энни.
        Женя долго колебалась, затем приняла приглашение, крепче стиснув свое оружие. Она твердо решила выяснить все раз и навсегда и теперь ей предоставился шанс воплотить задуманное в жизнь.
        Дойдя до середины комнаты, девушка замерла на месте, в упор глядя на свою бывшую подругу, восседавшую в большом кожаном кресле у стены, рядом с которой стояли несколько богато оформленных стеллажей и массивный письменный стол из дорогого темного дерева. Зеленая лампа на золотой ножке дополняла окружающий интерьер, придавая ему особую "изюминку". Ее тусклый огонек освещал лицо Эн, которая задумчиво курила, глядя на гостью холодными голубыми глазами. Даже ее ослепительная улыбка была не в состоянии растопить лед этих прекрасных и в то же время равнодушных глаз.
        - Удивительно, что ты все-таки добралась до меня, - продолжая улыбаться, проговорила Энни.
        - Конечно, - Женя криво усмехнулась, - ты, наверное, полагала, что я давно уже мертва, не так ли?
        - Я допускала такую возможность, - грустно ответила собеседница, отведя взгляд. - Но, к счастью, обошлось без жертв.
        - Без жертв?! - добела стиснув пальцы на гладкой поверхности пистолета, дуло которого было направлено в лоб продолжавшей невозмутимо курить Эн, девушка яростно закричала: - Ты пыталась убить меня, подсунув фальшивую витаминку; если бы Стикс не создал для меня новое тело, я давно бы стала кормом для червей на одном из бельгийских кладбищ!
        - Новое тело? - удивилась Энни. - Какой необычный эксперимент… - она немного помолчала, стряхивая пепел в небольшую продолговатую пепельницу, стоящую перед ней на столе, после чего продолжила более серьезным тоном: - Неужели ты действительно думаешь, что крошечный жучок, вживленный в твой организм через пищеварительную систему, способен был тебя убить? Это он тебе сказал? Да? А тебе не приходило в голову, что твой так называемый спаситель и есть причина твоей смерти, точнее, гибели твоего старого тела. Скажи мне, он делал тебе какие-нибудь инъекции, верно?
        - Допустим, - рука девушки, сжимавшая ствол, дрогнула.
        - Я так и знала, - собеседница печально вздохнула. - Он специально довел тебя до такого состояния, когда ты безропотно дала согласие стать его "лабораторной крысой", дорогая.
        - Ты лжешь! - брови Жени сдвинулись на переносице, а глаза гневно сверкнули.
        - Разве? Подумай логически: какой мне смысл тебя убивать… в отличие от него? Скажу тебе больше, Женечка. За этим маньяком организация, членом которой я являюсь, следит уже несколько лет. Он убивает людей, да ты и сама это отлично знаешь. Убивает жестоко, с определенным расчетом. И каждый раз выходит сухим из воды. У нас не было зацепок, чтобы наконец прижать его к стенке, остановив тем самым вереницу из трупов, которая тянется за ним по всему миру. Но теперь у нас есть ты, а значит, сообща мы сможем доказать его вину, - глаза женщины горели праведным огнем, она резким жестом затушила сигарету и, подавшись всем телом вперед, вопросительно посмотрела на растерявшуюся гостью. - Ты ведь хочешь помочь правосудию?
        - Да, но…
        - Никаких "но"! - перебила ее Энни. - Ты не знаешь, что за зверь этот человек, - она вновь откинулась на спинку кресла, достав из пачки очередную сигарету, которую тут же закурила. - Когда-то он был гениальным ученым, его открытия могли бы изменить мир к лучшему, но Ян, который теперь именует себя Стиксом, распорядился ими по-другому.
        - Так чего же вы хотите: остановить убийства или заполучить его открытия? - зрачки Жени сузились, пряча в своей глубине презрительный блеск.
        - И то, и другое, - оценивающий взор холодных голубых глаз пронзил собеседницу насквозь. - Может, все-таки опустишь пистолет, и поговорим нормально? Ты - наша единственная ниточка к его лаборатории. Поверь мне, если разработки этого человека попадут в руки моей организации, они смогут принести много пользы.
        - Во-первых, он не человек, во всяком случае, не земной человек, - медленно опуская оружие, заявила девушка. Она не сводила пристального взгляда с Эн. - Во-вторых, я не очень-то уверена, что намерения твоей организации чисты и невинны. Так что не надо пудрить мне мозги.
        - Ты ошибаешься в обоих случаях, дорогая, - выпустив изо рта клуб белого густого дыма, она продолжала: - Думаешь, он инопланетянин? Ян умеет вешать лапшу на уши своим жертвам, особенно таким наивным, как ты. Оглянись вокруг, девочка! Неужели ты, правда, поверила в его сказку о том, что на каждом углу можно встретить выходца из другой галактики? Это же абсурд!
        - Нет! Я видела его корабль… - Женя не сдавалась, но, вопреки ее желанию, в сердце закралось сомнение.
        - Корабль или лабораторию? - спокойно осведомилась собеседница. - Ты уверена, что можешь найти между ними разницу? Или, быть может, ты на нем летала… к звездам? - последняя фраза прозвучала как издевательство.
        - Я все равно тебе не верю! - яростно воскликнула девушка, шагнув вперед. - Ты лживая тварь! И единственное, чего ты достойна, так это получить пулю в лоб, - взяв на мушку продолжающую спокойно курить Энни, она замерла в паре метров от нее. - В отличие от тебя, Стикс никогда не врал мне! И никогда не продавал меня.
        - Зато он тебя покупал, - ярко накрашенные губы насмешливо скривились. - Или ты уже забыла об этом? Купил, убил, провел эксперимент и сделал своей послушной куклой. Я же предлагаю тебе спасти мир от этого монстра.
        - Какой ценой? Ценой моей жизни? Ты ведь продала меня ему как скотину, - голос Жени дрожал, а на глаза навернулись слезы обиды и злости. - Оформила все документы… именно ты! Ты отправила меня на смерть.
        - У меня не было другого выбора. Я получила приказ и выполнила его. К тому же мы работаем на благо общества, твоя смерть могла спасти миллионы. Неужели осознание этого не достаточный повод, чтобы простить мне какую-то там продажу? Я ведь постоянно следила за вами, получая сигналы "жучка". Можно сказать, ты была под моим личным присмотром, - Эн улыбнулась холодной, ничего не выражающей улыбкой.
        - Маленькая деталь, - прорычала собеседница, мрачнея, - ты забыла спросить мое мнение по данному вопросу.
        - Не хочу тебя разочаровывать, но твое мнение меня никогда не интересовало, - улыбка ее стала шире, а в холодных глазах появился стальной блеск, созерцание которого привело Женю в бешенство.
        Яростно рванувшись вперед, девушка схватила Энни за волосы и принялась лупить ее по голове твердой металлической поверхностью неиспользованного по назначению пистолета. Вопреки всем ожиданиям, женщина продолжала надменно ухмыляться, глядя на обезумевшую от гнева гостью. Кровь заливала ее лицо, но обильные алые потоки не могли стереть с губ Эн наглую усмешку. Женя продолжала наносить яростные удары: один, другой, третий…
        Рука ее ныла от боли, сердце громко стучало - девушкой владела жажда мести.
        - Please, cease, - вежливым мужским голосом попросила истекающая кровью жертва.
        Женя застыла от удивления и в следующую секунду очнулась, широко распахнув глаза. Ее все еще трясло от пережитых во сне эмоций, кулаки девушки непроизвольно сжимались, костяшки болели от ударов, нанесенных по спинке расположенного впереди кресла. Встретившись с взглядом ни в чем не повинного пассажира, она покраснела от стыда и, пробормотав скомканное извинение, отвела глаза в сторону иллюминатора, за которым дружной толпой плыли пушистые белые облака.
        - Почему ты меня не разбудил? - хмуро поинтересовалась Женя, повернув голову в сторону сидящего рядом Стикса.
        - Я ждал, когда ты в очередной раз заорешь, что ты не девственница, - насмешливо ответил он. - Должен признаться, это было впечатляющее зрелище, - его губы растянулись в ироничной улыбке.
        - Тихо, - прошипела девушка, испуганно озираясь по сторонам, - нас же могут услышать.
        - И что? - довольно громко спросил Стикс. - Если здесь есть хоть один русский, который нас поймет, я буду рад за него. Кстати, должен тебя огорчить, но теоретически ты теперь девственница. Правда, сам я это не проверял, но если верить данным программы…
        - Заткнись! - по лицу Жени снова разлился густой румянец, глаза ее сузились, превратившись в черные, сверкающие щели.
        Он картинно развел руками, дескать, мол, как пожелаешь. Настроение у Стикса было прекрасное, похоже, он неплохо развлекся, наблюдая за ее нелепой битвой с креслом.
        - Ну хорошо, - проговорила Женя мрачно. - Если нас здесь никто не понимает, значит, мы спокойно можем говорить на любые темы, так?
        - Да.
        - Ладно, - она окинула его довольную физиономию с тонкими нитками едва заметных белых шрамов, оставшихся ему на память от ее острых ногтей, и продолжила, - меня интересует один вопрос.
        - Какой именно?
        - Ты не боишься оставлять свой корабль без присмотра, вдруг кто-нибудь решит его угнать? Если, конечно, это вообще корабль.
        - А что же это, по-твоему?
        Легкая, едва заметная улыбка не покидала его тонких губ, и это обстоятельство сильно нервировало собеседницу. Чувствуя, как растет ее раздражение, девушка попыталась взять себя в руки и успокоиться, но подобные метаморфозы требовали времени, а сидящий рядом мужчина упорно продолжал всем своим видом подливать масло в огонь ее закипающего гнева, подавить который она так отчаянно старалась.
        - Не знаю, - Женя пожала плечами, - тебе виднее. Может быть, лаборатория…
        - Хм, - Стикс слегка наклонил голову набок, погладив рукой небритый подбородок. В его пристальном взгляде, устремленном на нее, читалось откровенное любопытство. - Эта "гениальная" догадка осенила тебя во сне, Евгения? А что еще тебе там приснилось? Огласи весь список, пожалуйста.
        - Не стоит иронизировать, - она обиженно поджала пухлые губы, отчего ее заспанное лицо с маленьким острым подбородком, который был гордо вздернут, приобрело совсем детское выражение. - Я говорю серьезно, вдруг твой корабль похитят?
        - Исключено, - он принял расслабленную позу, откинувшись на спинку кресла так, чтобы было удобнее вести разговор. На коленях его лежал ноутбук, на котором Стикс делал какие-то расчеты пока Женя спала; теперь же его гораздо больше интересовала собеседница, нежели то, что отражалось на прикрытом экране. - Во-первых, он хорошо замаскирован под часть дома; во-вторых, он достаточно большой, чтобы кто-либо смог увезти его и остаться при этом незамеченным; и, в-третьих, что самое важное, никто и никогда без меня не сможет завести его.
        - Почему?
        - Видишь эти часы? - Стикс поднял руку, демонстрируя девушке массивный резиновый браслет с темно-синим циферблатом, на котором тускло горели серебристые контуры подсвеченных цифр.
        - Ну и?
        - Это ключ к кораблю, он является неотъемлемой частью моего собственного организма и управлять им могу только я один. Понимаешь? - Стикс самодовольно усмехнулся, глядя на ее удивленное лицо. - Мое последнее открытие. К сожалению, затянувшийся визит на вашу планету лишил меня возможности продать его для запуска в массовое производство. Такие вот ключи могли бы сильно снизить риск угона транспортных средств, более того, они свели бы его к нулю.
        - Ясно, - протянула Женя, с любопытством разглядывая наручные часы своего собеседника, которые хоть и имели странный вид, все же в ее понимании были обыкновенными часами, с цифрами и стрелками, светившимися подобно звездам на гладкой круглой поверхности цвета вечернего неба.
        - Какие еще сомнения возникли в твоей голове после столь бурного пробуждения? - наигранно важным тоном осведомился Стикс.
        Она подарила ему уничтожающий взгляд из-под длинных черных ресниц и недовольно проговорила:
        - Прекрати издеваться. Мне просто приснился кошмар, и это совсем не смешно, - немного помолчав, девушка спросила, меняя тему: - Кстати, а ты уверен, что мы летим в правильном направлении? Все-таки Австралия не самая ближняя точка на планете.
        - Конечно, уверен, - Стикс поднял крышку ноутбука и принялся нажимать на клавиши, - у меня все под контролем, Евгения. Вот смотри…
        Женя заметила как застывшее на экране изображение витамины Эн, по левую сторону которого широкими столбами толпились чередующиеся цифры и символы, сменилось географической картой с пульсирующей белой точкой на самом краю континента, к которому подлетал их самолет. Длинные мужские пальцы легко пробежались по черной клавиатуре, запустив режим увеличения. Когда на экране стал отчетливо виден план города, из которого медленно выскользнуло мерцающее пятно, олицетворявшее Энни, и без того бледное лицо Стикса стало белым как мел.
        - Что случилось? - осторожно тронув его за плечо, поинтересовалась девушка.
        - Боюсь, мы с ней разминулись, - мрачно ответил он, наблюдая как удаляется от континента та, ради встречи с которой они проделали такой долгий путь.
        - Ну надо же! А я думала, что у тебя все под контролем, - на губах Жени возникла победная усмешка, скрывать которую она не собиралась.
        ГЛАВА 12ОТЕЛЬ
        Черное от густых мрачных туч небо то и дело извергало острые стрелы сверкающих в темноте молний, оглашая окрестности мощными раскатами грома. Природа плакала холодным осенним дождем в самый разгар лета, настойчиво стуча каплями по лобовому стеклу остановившегося в переулке автомобиля.
        - Сейчас почти час ночи, - недовольно пробормотала Женя, пытаясь устроиться поудобнее на переднем сиденье взятой ими напрокат машины. - Я, конечно, понимаю, что для тебя ничего не стоит пойти в отель и "вынести" всех его обитателей, чтобы наконец добраться до нашей неуловимой "подруги", но, может быть, мы оставим данное мероприятие до утра? Это хотя бы уменьшит количество жертв, я надеюсь.
        Ядовитый тон девушки не вызвал у ее сидящего за рулем спутника никакой реакции, он продолжал молча смотреть на небольшое трехэтажное здание, темные окна которого тускло отсвечивали в зареве ярко горящих золотых фонарей. Дождь не утихал, и трудолюбивые стеклоочистители ритмично работали, размывая по лобовому стеклу льющуюся с неба воду. Вокруг никого не было, город спал, и Стикс сам был не прочь к нему присоединиться.
        Трое суток они провели в дороге, пересаживаясь с одного самолета на другой. Эн как будто запутывала следы, чувствуя погоню. Места ее обитания менялись как перчатки. Покинув Австралию за час до их приземления на этот континент, она посетила несколько европейских стран, пока наконец не остановилась в отеле одного из небольших бельгийских городов, который, по странному стечению обстоятельств, находился в часе езды от дома Стикса.
        - И потом, почему ты вообще решил, что твоя поисковая программа отслеживает именно ее? Ведь кулон Энни могла отдать кому-нибудь другому, чтобы таким образом водить тебя за нос. Неужели ты думаешь, что женщина, способная вживить в мое тело ту странную, металлическую штуковину, не распознала в твоем подарке встроенный "жучок"? - не получив ответа на свою первую реплику, продолжала Женя в том же тоне, ей было неудобно, поясница ныла и хотелось лечь, но жесткая спинка кресла не позволяла осуществить это желание.
        - Хорошо, мы поедем домой до утра. Уверен, что за ночь она никуда не денется, - окинув ее бледное уставшее лицо задумчивым взглядом, сказал Стикс. - Тебе нужно отдохнуть, - он завел мотор и, переключив скорость, тронулся с места, оставив позади маленький отель, стены которого отделяли его от Эн.
        - Судя по последним дням, я бы на твоем месте не была так уверена, - вяло отозвалась Женя, уставившись на залитое дождем стекло, за которым медленно проплывали отражающиеся в лужах темные здания спящего городка.
        Стикс ничего не ответил на ее слова, лишь крепче стиснул руль и прибавил скорость, выезжая на пустынную дорогу, ведущую к его дому. Решение Энни поселиться именно здесь, в нескольких десятках километров от места, где он жил, сильно озадачило его, навеяв мысли о неслучайности этого выбора. Раздумывая над сложившейся ситуацией, он ехал вперед, навстречу монотонно стучащим по стеклу каплям холодного ночного дождя.
        ГЛАВА 13РОВ
        Глубокий темный ров тянулся через небольшой островок растительности напролом, к морю. Его черное, заполненное наполовину водой, нутро мрачно поблескивало в свете тревожно покачивающихся фонарей, которые точно древние исполины обступили каменный дом, лишенный высокой башни. Затяжная песнь неугомонного ветра сменилась протяжным воем, который тут же превратился в тихий плач. Крупные капли дождя, будто слезы, падали с неба на размытую поверхность промокшей насквозь дороги, где одиноко стоял брошенный автомобиль.
        - Я просто предположила… тогда в самолете, я не думала, что… что… - слегка запинаясь, пробормотала Женя, подойдя к присевшему на корточки Стиксу, который с непроницаемым лицом рассматривал след, оставленный его кораблем.
        Какое-то время он молча взирал на черную, как ночное небо, воду, словно искал в ее глубине ответы на свои вопросы. По его виду было практически невозможно определить, что именно творилось у него внутри. И это беспокоило Женю еще больше. Наконец он встал, расправил плечи и, откинув с лица мокрые завитки длинных волос, резко схватил растерянную девушку за руку, притянув к себе. Она чуть не поскользнулась, рискуя рухнуть в широкий темный омут, хранивший в себе тайну произошедших здесь событий.
        - Идем, - скомандовал Стикс и потащил Женю к дому, не обращая никакого внимания на то, что она, следуя за ним, практически летит, едва касаясь ногами земли.
        Взгляд его был прикован к единственному горящему на угрюмом фасаде здания окну. И чем ближе подходил он к крыльцу, тем мрачнее становилось его бледное лицо, с холодными щелками серых, как выжженный пепел, глаз.
        Массивная дверь жалобно скрипнула, когда Стикс дернул ее на себя, судя по всему, она не была заперта. Очутившись в прихожей, он, не теряя даром ни секунды, стремительно направился в комнату старика-управляющего, она находилась чуть левее по коридору, и, как могла предположить Женя, именно в ней горела лампа, на которую так пристально смотрел ее спутник, прежде чем ринуться в дом. Очередная дверь беспрепятственно подалась вперед, освободив проход в небольшую, светлую комнату с ярко-желтыми занавесками по бокам окна, за которым, яростно барабаня в стекло, бушевал ливень. Люстра тихо жужжала, отбрасывая во все стороны яркие пучки золотистого света. Женя невольно остановилась на пороге, на мгновение зажмурившись. Стикс выпустил ее ладонь из своей как только они попали в дом, но все это время она следовала за ним, боясь потерять его из виду. Ей вообще было очень страшно. То, что случилось здесь за время их отсутствия, сложно было назвать приятным сюрпризом, и теперь девушка плохо представляла, как будут развиваться дальнейшие события. Однако подумать на эту тему ей не удалось.
        Открыв глаза, Женя увидела жуткую картину, от которой сердце ее сжалось, а к горлу подкатился мешающий дышать ком. На забрызганном кровью полу, лежал опрокинутый на бок стул, к которому был крепко привязан прозрачным липким скотчем старый, избитый человек. Одежда его, сплошь усеянная багровыми пятнами, выглядела измятой, седые волосы разметались по немного сдвинутому ковру, на котором валялись осколки разбитого кувшина. В покрытом синяками, измученном лице его девушка с трудом узнала того жизнерадостного управляющего, которым он когда-то был. Упав на колени рядом с неподвижно лежащим телом, Стикс незамедлительно проверил пульс пострадавшего, после чего громко крикнул, не поворачивая головы:
        - Принеси мою сумку из машины, быстро!
        Женя резко рванулась к выходу, второпях налетев на косяк, соприкосновение с которым весьма болезненно отразилось на ее влажном от дождя и пота лбу.
        - Осторожнее, - донеслось ей вслед.
        Тряхнув головой, девушка быстро сориентировалась и бегом отправилась на улицу, туда, где на пустой, залитой лужами дороге остался их автомобиль. В салоне было темно и холодно. Легкая одежда, в которую облачилась Женя перед вылетом в Бельгию, сейчас оказалась очень не кстати. Тонкая черная водолазка, промокнув насквозь, плотно облепила тело девушки, стесняя тем самым его движения. Узкие, расклешенные книзу брюки отяжелели от воды и грязи, которой были забрызганы штанины едва ли не до колена, а туфли неприятно хлюпали, чем сильно напоминали неуклюжие галоши. Стараясь не обращать внимания на все неудобства, Женя отчаянно пыталась найти то, за чем ее отправил Стикс. Обшарив весь салон, она наконец наткнулась на оставленную за водительским сидением черную спортивную сумку. Схватив ее, девушка выбралась из машины и побежала обратно, прижимая к груди свою довольно тяжелую ношу. На этот раз ей повезло больше, и злополучный косяк остался позади, когда она, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, влетела в комнату с ярко горящим тревожно-желтым светом.
        Стикс уже успел освободить старика от сковывавших его тело липких пут. Он положил управляющего на диван и, разорвав тонкий батист рукава, обнажил ему правую руку почти до плеча, затем вытащил из брюк ремень и сильно перетянул им ее чуть выше локтя. Девушка наблюдала, затаив дыхание, за тем, как он отточенными до автоматизма движениями достал из сумки маленькую белую коробочку, извлек из нее несколько стеклянных ампул и один тонкий шприц, после чего вколол поочередно все это в сильно выступающую толстую вену находящегося в бессознательности старика.
        - Что теперь? - шепотом спросила Женя, когда Стикс наконец закончил все необходимые процедуры и опустился на стул. Он смотрел на смуглое, пронизанное морщинками лицо человека, за жизнь которого ему только что пришлось бороться, и молчал. Затем поднял голову и тихо ответил ей:
        - Теперь остается ждать, - в голосе его звучала грусть.
        - Долго?
        - Не знаю, все зависит от его организма. Несколько дней без воды и пищи… он очень ослаблен и обезвожен, надеюсь, что я не опоздал, - последние слова его прозвучали как-то отрешенно.
        В комнате повисла гнетущая тишина, лишь шум дождя да тихое дребезжание раскачиваемого ветром стекла нарушали ее власть. Каждое мгновение было наполнено томительным ожиданием, прервать которое, казалось, никто не в силах. Стикс выглядел усталым: плечи его были опущены, голова наклонена, а мокрые пряди темных волос крупными кольцами спадали на осунувшееся лицо, в свете чрезмерно яркой лампы оно приняло неестественный бронзовый оттенок. Возле его тонких, сложенных в напряженную линию губ пролегли две глубокие морщинки, точно такие же, как и на высоком открытом лбу. Серые холодные глаза потускнели, лишь в самой глубине их по-прежнему виднелся блеск дрейфующего в бескрайнем море печали льда.
        Женя подошла к нему и осторожно коснулась его руки. Ей хотелось сказать что-нибудь ободряющее, но слова застревали в горле, не желая вырываться наружу. Ничего ни говоря, она молча обняла Стикса за шею, прижавшись подбородком к его затылку. Маньяк, убийца, сумасшедший ученый или инопланетный визитер… ей было все равно. Сейчас она видела перед собой уставшего, расстроенного мужчину и ей очень хотелось его поддержать. Он накрыл ладонью ее маленькую кисть, слегка сжав тонкие девичьи пальцы, и чуть заметно улыбнулся.
        Сдавленный, хриплый кашель нарушил затянувшееся молчание. Женя моментально отдернула руки от Стикса и шарахнулась в сторону, будто ошпаренная. Он же, в свою очередь, вскочил со стула и склонился над приходящим в сознание стариком, который медленно поднял опухшие тяжелые веки и тут же встретился затуманенным взглядом с глазами своего хозяина.
        - Ян… - слетело с его потрескавшихся до крови, трясущихся губ.
        - Т-с-с-с… - Стикс заботливо поправил подушку под головой больного и слабо улыбнулся ему.
        Он взял со стола смоченное в чаше с водой полотенце и провел его влажным краем по пересохшим губам старика. Женя прижалась к стене и, не шевелясь, смотрела на них. Ей не было известно, кто и когда принес сюда воду, наверняка Стикс сделал это в период ее отсутствия, но сейчас данный вопрос мало интересовал девушку, она неотрывно наблюдала за очнувшимся управляющим и на душе у нее с каждой секундой становилось легче.
        Старик, и правда, оживал на глазах. Сначала он что-то кряхтел и бубнил, временами заходясь в приступе дикого душераздирающего кашля, потом его дыхание выровнялось, а на помятом, бледном лице появился слабый румянец. Где-то через час его уже было не заткнуть. Женя понятия не имела, что именно вколол Стикс этому человеку, но болтал управляющий без умолку, рассказывая своему вовремя подоспевшему хозяину о случившемся. При этом он активно жестикулировал и постоянно ругался, о чем свидетельствовал резко убыстряющийся темп его речи вкупе с громкими восклицаниями и сдвинутыми на переносице седыми бровями. К сожалению, девушка не знала фламандского и поэтому смысл столь бурного монолога никак до нее не доходил.
        - Что он сказал? - сгорая от любопытства, переспросила Женя, осторожно шагнув к дивану, на котором сидел, опираясь спиной на подушку, старик.
        - Он пустил на ночлег молодую белокурую женщину, у которой сломалась машина… - кратко перевел Стикс, улучив мгновение, когда собеседник наконец замолк, чтобы перевести дыхание.
        Потрогав тыльной стороной ладони разбухший от ушиба нос, старик вновь заговорил, мельком кивнув Жене в знак приветствия. Минут через пять, за период которых оба они слушали его эмоционально окрашенную речь, Стикс сказал:
        - А потом он случайно заметил, что гостья пытается вскрыть мои апартаменты… Он попытался остановить ее, за что она его избила и связала, - добавил он еще минут через десять, все это время управляющий яростно тряс кулаками, а нескончаемый поток непонятных для Жени слов так и бил фонтаном из его спрятанного под густыми белыми усами рта.
        - И бросила умирать, - пробормотала девушка, ни к кому не обращаясь.
        - Я ее уничтожу, - мрачно пообещал Стикс.
        Он быстро встал, сказав что-то примолкшему и почему-то очень довольному старику. Тот в ответ одобрительно кивнул, пряча в усах улыбку. Он выглядел вполне здоровым и бодрым, если не считать синяков на лице и потрепанной, испачканной кровью одежды. Инъекции, сделанные ему некоторое время назад, оказались чудодейственными, и это не могло не радовать.
        - Останься с ним, - скомандовал Стикс и, подняв с пола свою дорожную сумку, направился к выходу.
        - О, нет, нет, - запротестовала Женя, испуганно глядя на его каменное лицо, она посмотрела на внимательно наблюдающего за ними управляющего, после чего ринулась вслед за исчезнувшей в дверном проеме спиной Стикса, крича ему на ходу: - Он себя прекрасно чувствует. С ним все будет в порядке, чего нельзя сказать о бедных обитателях отеля, и других ни в чем не повинных жителях города! Я поеду с тобой… да подожди же!
        Туфли девушки разъезжались по мокрому асфальту, но это обстоятельство не убавило ее решимости. Она бежала к машине, невзирая на холодную стену усилившегося дождя, которая изо всех сил стремилась преградить ей путь. Когда ладони ее опустились на капот готового к развороту автомобиля, Женя наконец позволила себе отдышаться. Она стояла мокрая до нитки в свете ярко горящих фар и молча смотрела на темное стекло с ритмично двигающимися по нему стеклоочистителями.
        - Ладно, садись, - сказал Стикс, распахнув дверцу. - Я проверил сигнал, эта тварь все еще в отеле.
        ГЛАВА 14НЕВОСТРЕБОВАННАЯ САМООТВЕРЖЕННОСТЬ
        Только теперь она по-настоящему ощутила, насколько сильно устала. Суставы ее ныли, голова кружилась, а облепившая тело одежда заставляла зубы стучать от холода. Обхватив руками плечи, Женя отчаянно пыталась согреться, глядя на пустынную ночную трассу сквозь размываемые по стеклу струи дождя. Ей хотелось тепла и уюта, а вместо этого она сидела в мокром, неудобном кресле рядом с побелевшим от бешенства Стиксом, который, несмотря на скользкую ночную дорогу, выжимал газ практически до упора, направляя свой автомобиль в город, где, как он полагал, находилась виновница всех его невзгод.
        - Я тебя предупреждала, - не сдержалась от запоздалого укора девушка, бросив в его сторону недовольный взгляд, раздражение в ней нарастало с каждой секундой пути, и единственной причиной сложившейся ситуации она считала самоуверенность своего спутника, из-за которой пострадал ни в чем не повинный старик-управляющий, а теперь вот и ей приходится терпеть дискомфорт. - И это ты называл контролем? Тебя трое суток, как идиота, водили за нос, устраивая бесконечные экскурсии по земному шару, а здесь тем временем успели и корабль украсть, и человека избить до полусмерти. Как видишь, ключ твой им вовсе не понадобился, обошлись силовыми методами… Интересно только, какими? - последнюю фразу Женя больше адресовала самой себе, нежели собеседнику, который во время ее монолога неотрывно смотрел вперед, крепко сжимая руль.
        - Буксир, - процедил он, не глядя на девушку.
        - Что? - она не поняла.
        - Я сказал, что Энни наверняка использовала буксир и железные тросы, чтобы выкорчевать башню и оттащить ее к морю. Судя по глубине образовавшегося рва, так оно и было.
        - А, - Женя кивнула, - ясно. Вот только…
        - Что еще? - Стикс был зол, а ее едкие замечания активно подкидывали дрова в костер его и без того пылающего гнева. - Если хочешь в очередной раз напомнить мне о том, что я самоуверенный, самовлюбленный и самодовольный болван, которого провели как последнего простофилю, можешь не утруждать себя.
        - Я просто хотела спросить, как Эн могла оказаться одновременно у тебя дома и в австралийском аэропорту? Такая элементарная мысль не посещала твой гениальный ум? - продолжая ежиться от холода, поинтересовалась девушка. - Ты уверен, что в отеле именно она?
        - Скоро я это проверю, - мрачно ответил он, окинув свою язвительную спутницу хмурым серым взором из-под темных густых бровей. - А тебя все-таки следовало оставить дома.
        - Зачем? Чтобы никто тебе не мешал разнести в шесть утра несчастный отель вместе со всеми его постояльцами?
        - Чтобы ты отдохнула, - его слова прозвучали тихо и мягко, что не очень-то соответствовало предыдущему диалогу; Женя даже почувствовала болезненный укол совести, но тут же забыла о нем, решив, что проявленная в ее адрес забота - всего лишь попытка заставить ее наконец помолчать.
        - Для меня жизнь ни в чем не повинных людей дороже собственных интересов, - пробормотала она и вновь уставилась на бесконечный поток тонких прозрачных струек, рисующих причудливый узор на лобовом стекле.
        - Какая самоотверженность! - Стикс усмехнулся. - Тебе бы с флагом да на передовую, Евгения.
        - Это не смешно! - она повысила голос, так как боялась, что он предательски дрогнет, выдав ее волнение. - Я не хочу, чтобы кто-либо пострадал. Я знаю, на что ты способен.
        - И на что же? - его холодные глаза сузились.
        - На убийство.
        - Неужели ты действительно думаешь, что сможешь остановить меня, если я решу кого-нибудь убить? - его тонкие губы кривились под давлением мрачной улыбки, от вида которой Жене стало не по себе.
        - По крайней мере, я попробую, - еще сильнее обняв свои продрогшие плечи, ответила она, едва не перейдя на шепот.
        Взвизгнули тормоза, и машину сильно занесло, развернув почти на девяносто градусов. От довольно мощного толчка девушку резко кинуло вперед. Когда автомобиль наконец остановился, закончив свое неминуемое скольжение по залитому дождем асфальту, Женя вопросительно посмотрела на Стикса, призвав на помощь остатки самообладания. Она, и правда, знала, на что он способен, вот только проверять это на себе ей совершенно не хотелось.
        - Пересядь на заднее сиденье, - после довольно продолжительной паузы распорядился он. - Там сухо и больше места. Если хочешь, можешь снять мокрую одежду и лечь. Кажется, там есть плед, - немного помолчав, он добавил: - И, кстати, вынужден тебя огорчить: я сегодня не настроен на массовое убийство горожан, так что твой выход на "передовую" отменяется.
        ГЛАВА 15ОН
        - Это еще зачем?! - возмущенно воскликнула Энни, пытаясь вытащить ладонь из металлического кольца защелкнувшихся на ее запястье наручников, которые крепко приковали удивленную таким оборотом событий молодую женщину к свободной от руля руке Стикса.
        - Садись, - приказал он, глядя на нее как на мишень для стрельбы. - Поедем, прокатимся, - его холодный спокойный тон не предвещал ничего хорошего, напротив, он сильно напоминал затишье перед бурей.
        Тонкие стрелки подсвеченного циферблата неторопливо ползли по кругу, отсчитывая первые минуты наступившего утра, было чуть больше семи. Город понемногу просыпался: на мокрых от ночного ливня улицах начали появляться первые прохожие. Ночь покорно уступала свои права новому дню, а холодная стена дождя сменилась занимавшимся на горизонте розовым рассветом. Запах распустившихся на клумбах цветов проникал в машину, наполняя салон приятным ароматом. Вокруг царили покой и умиротворение, чего нельзя было сказать о напряженной обстановке, в которой оказались несколько человек в одном взятом напрокат автомобиле.
        Всего пару минут назад стройная фигура Энни показалась на пороге отеля. Она, как обычно, была роскошно одета и причесана так, будто только что посетила салон красоты. Ровный макияж выгодно подчеркивал правильные черты ее красивого овального лица, а на стройной длинной шее, загадочно поблескивая, висел изящный маленький кулон в виде капли. Реагируя на движение отслеживаемого объекта, поисковая программа издала тихий протяжный звук, сообщив тем самым о том, что Эн находится в поле зрения. Но Стикс уже не смотрел на экран, его холодный светло-серый взгляд был прикован к небрежно помахивающей сумочкой женщине, которая, громко стуча каблуками, приближалась к его машине. Ее ослепительная улыбка могла бы вскружить голову любому, но только не ему.
        Старого знакомого Энни заметила почти сразу, как только вышла на улицу. Сначала она удивилась, о чем свидетельствовали высоко взлетевшие темные брови, на какие-то доли секунды сложившиеся домиком. Но тут же лицо ее приняло дружелюбный вид, а ярко накрашенные алые губки приветливо растянулись. Не долго думая, она двинулась в его сторону и вскоре поравнялась с автомобилем, дверца которого была предусмотрительно открыта. Как только женщина оказалась в зоне досягаемости, Стикс бесцеремонно схватил ее за руку и, пристегнув наручниками к себе, вынудил сесть на все еще мокрое после Жени переднее сиденье. Захлопнув свободной рукой дверцу с пассажирской стороны, он завел двигатель и тронулся с места, не обращая никакого внимания на недовольные реплики Эн, которая возмущенно выкрикивала что-то на тему жестокого обращения с дамой.
        - Заткнись, - проговорила проснувшаяся от этих воплей Женя и поднялась.
        Она сильнее закуталась в теплый клетчатый плед, который, на ее счастье, случайно оказался в машине. Увидев свою бывшую подругу-предательницу, девушка почувствовала, как на сердце зреет какое-то неприятное ощущение, избавиться от которого она никак не могла. Видеть цветущую, полную жизни Эн после того, как эта стерва едва не угробила ее, вживив жучок, ей было противно. Изо всех сил, стараясь не вцепиться в светлые, красиво уложенные кудри сидящей впереди женщины, она крепче сжала готовые к битве кулаки, спрятав их под темной тканью шерстяного пледа.
        - И ты здесь? - обернувшись на голос, изумилась красотка.
        - Представь себе, да, - губы Жени скривились в недоброжелательной улыбке. - А ты, вероятно, ожидала, что наша следующая встреча состоится в морге? Извини, что не оправдала твоих надежд.
        - Тебе к лицу эта новая прическа, - пропустив мимо ушей ядовитые реплики девушки, ответила Энни и откинула со лба непослушный светлый завиток, упавший ей на глаза в момент, когда она оборачивалась.
        - Да-да, - Женя многозначительно кивнула. - Это новое тело мне тоже идет.
        Тонкая бровь собеседницы удивленно выгнулась, но вслух она ничего не сказала, лишь странно улыбнулась и с деловым видом принялась устраиваться в кресле поудобнее, как вдруг заметила, что на нем полно воды.
        - Ян! Мое платье намокло, как ты посмел запихать меня в эту "дырявую колымагу", да еще и насильно?! - ее голос дрожал от возмущения, а прищуренные зеленые глаза зло сверкали, метая молнии в застывшее, будто каменное изваяние, лицо невозмутимо молчавшего до сих пор Стикса.
        Он и на этот раз не удостоил ее ответом, продолжая вести машину с видом сильно занятого человека. Переключая скорость, он резко дергал закованной в наручники рукой, причиняя этим еще большие неудобства несчастной пленнице, которая была вынуждена терпеть его издевательства без каких-либо объяснений по данному поводу. Стикс гнал машину вперед, что-то негромко насвистывая себе под нос. Они ехали в направлении его изрядно разрушенного дома вдоль безлюдных просторов поросшей невысоким кустарником равнинной местности. Когда на горизонте показалось лишенное башни серое здание, от которого широкой темной полосой протянулся к морю ров, автомобиль резко затормозил. От неожиданного толчка Энни, будучи не пристегнутой, сильно ударилась грудной клеткой о консоль, отчего стрелки расположенных на ней приборов дрогнули.
        - Ян, почему ты не предупредил, что собираешься остановиться?! - брови ее недовольно сдвинулись. - Я же могла разбить себе лоб! Что это вообще такое? Почему ты со мной так жестоко обращаешься?! Что я тебе сделала? Я просто хотела увидеться снова, вот и приехала сюда, а ты, а ты… - ее голос сорвался, перейдя на тихое всхлипывание.
        - Вылезай, - холодно сказал он, открыл свою дверцу и вышел из машины.
        Будучи прикованной к нему, Эн ничего не оставалось, кроме как согнувшись "в три погибели", пробираться через водительское кресло к выходу, опираясь свободной рукой на руль. Тонкое кольцо наручников резало ее нежную кожу, побуждая действовать быстрее, отчего движения женщины выглядели неуклюжими и смешными. Глядя на все это, Женя невольно подумала, что ей, пожалуй, следует чаще держать язык за зубами, общаясь со Стиксом.
        Раньше она никогда не видела, как он может обращаться с женщиной, теперь же у нее появилась возможность "насладиться" подобным зрелищем сполна.
        - За что ты надо мной так издеваешься?! - заверещала Энни, выбравшись наконец из салона. - Я думала, ты будешь рад меня увидеть… - ее голос превратился в сдавленный писк, быстро сменившийся хрипами.
        Стикс крепко сдавил пальцами свободной руки шею женщины, перекрыв доступ кислорода к ее легким. Он прижал свою жертву к холодному металлическому корпусу неподвижно стоящего на дороге автомобиля, слегка подняв ее дергающееся в конвульсиях тело над землей. Эн, как выброшенная на берег рыбка, широко открывала рот, из которого уже не вылетали слова. Ее ярко-зеленые глаза были выпучены, зрачки расширились, отразив в своей глубине ужас, высказать который она была не в состоянии.
        - Где мой корабль? - чеканя каждое слово, задал вопрос Стикс, продолжая держать собеседницу на весу.
        Из горла женщины вырвался хриплый звук чем-то похожий на кашель, острые ногти яростно впились в руку мужчины, сжимавшую ее шею, но он не ослабил хватки.
        - Какого черта ты чуть не убила старого человека? - в светлых глазах его, играя острыми гранями, сверкнул арктический лед.
        - Я никого не трогала, - пролепетала Энни, поглаживая дрожащей ладонью неожиданно освободившееся от кольца безжалостных мужских пальцев горло. - Я никого не убивала, - пояснила она более громко, когда наконец отдышалась. - Как ты мог подумать, что я на такое способна?! Я просто путешествовала и вот решила заехать к тебе в гости, извини, что пришлось немножко проследить за тобой, - она кокетливо улыбнулась, чуть поведя плечами, отчего ее высокая грудь, облаченная в тонкую ткань открытого пиджака, едва заметно колыхнулась в унисон с золотой цепочкой.
        - Немножко проследить?! Немножко проследить, угостив Женю "витаминкой" из рекората? У него нет аналогов на Земле, он не выведен здесь лабораторно и не существует в чистом виде. Этот уникальный инопланетный сплав прекрасно передает сигнал на определенных частотах, следовательно, является идеальным "жучком", если не считать один маленький побочный эффект… Такие "жучки" настолько активны, что после запуска они начинают постепенно уничтожать своего биологического носителя, пока не убьют его окончательно. Но подобные потери тебя мало беспокоили, а может, они были запланированы? Я все верно изложил? Ничего не упустил? - на его бледном лице заиграли желваки, а в холодном прищуренном взгляде появилось что-то хищное. - Где мой корабль, тварь?! - голос Стикса больше походил на рычание раненого зверя, готового разорвать в клочья своего противника.
        - Я не понимаю, о чем ты? Меня вообще не было в этой стране, - попыталась оправдаться перепуганная собеседница, но звонкая пощечина прервала ее речь.
        - Конечно, - проговорил Стикс зло, - и старика беззащитного тоже не ты избила, верно? Вот только он тебя опознал, дорогая, как с этим быть? - очередная тяжелая оплеуха опустилась на ее лицо, издав громкий хлопок.
        - Ой! - оглушительный женский крик разнесся по округе, смешавшись с тихим свистом легкого летнего ветра, тонкая струйка крови украсила ее алые губы, стекая вниз по дрожащему подбородку к шее, на которой бешено пульсировала голубая жилка. - Не бей меня, пожалуйста, я все скажу, все… Я ни в чем не виновата, это все он. ОН меня заставил! - по лицу ее текли крупные слезы, получившая новый удар щека ярко пылала, а зеленые глаза затравленно бегали, не решаясь встретиться с мрачным взором светло-серых, непроницаемых глаз.
        Женя со смешанным чувством наблюдала разворачивающуюся на улице сцену. Она была зла на Энни, считала ее своим врагом, ненавидела и… жалела. Только теперь она воочию увидела, насколько жесток Стикс. Это действительно был зверь… зверь, который спас ей жизнь. Нервно сглотнув, девушка крепче сжала края теплого пледа, натянув его почти до подбородка, и продолжила молча сидеть на заднем сиденье, не предпринимая никаких попыток вмешаться в происходящую на ее глазах разборку.
        - Говори, - скомандовал Стикс, дернув собеседницу за скованную наручниками руку так, что она вернулась на прежнее место возле автомобиля.
        - ОН убьет меня, - жалобно причитала Эн, глотая нескончаемый поток прозрачных, соленых слез, струившийся из ее широко распахнутых глаз подобно водопаду. - Обещай, обещай, что защитишь меня от НЕГО! Прошу тебя, Ян… Если ОН узнает, что я все тебе рассказала… если узнает… - громкие всхлипывания превратились в затяжной вой, Энни размазывала по осунувшемуся лицу яркие пятна косметики, постепенно превращаясь из красивой женщины в чучело.
        - Где мой корабль?! - повысив голос, повторил вопрос Стикс, угрожающе нависая над собеседницей, а она с перепугу вжала голову в плечи, выставив вперед ладонь, будто хотела ею защититься от крупной мужской фигуры, весь вид которой свидетельствовал отнюдь не о мирных намерениях ее обладателя.
        - У НЕГО на острове, ОН заставил меня сделать это, прости, Ян. Я не хотела, я, правда, не хотела, но спорить с этим человеком равносильно смерти. Все это знают.
        - Кто - все?
        - Все, кто на свою беду подписал когда-то с НИМ контракт, - вытирая слезы, пробормотала женщина.
        - Кто ОН такой? - сквозь зубы процедил Стикс, с отвращением глядя на жалкое создание, в которое за считанные минуты превратилась блистательная Эн.
        - Мой хозяин.
        - Где ОН?
        - Я не знаю, - еле слышно прошептала женщина и вновь заскулила, как затравленный щенок.
        - Ложь! - в его голосе звучали металлические нотки. - Идем. Остальное ты мне расскажешь дома, дорогая. Я давно не баловался с ружьем, пора малость попрактиковаться в стрельбе по живой мишени. Как ты думаешь, тебе хватит одной руки и одной ноги, чтобы проводить меня к месту обитания твоего таинственного хозяина, или обойдемся только ногой, а руками можно пожертвовать во благо моих охотничьих забав? - его тонкие бледные губы растянулись в неприятную холодную улыбку, а прищуренные глаза мрачно сверкнули.
        - Не-е-е-ет, - завопила Энни истерично, пытаясь вырваться из тонкого кольца наручников. - Я не… я не хочу, Ян, миленький, пожалуйста, не калечь меня… я все.. все расскажу, я… - она запнулась, глядя на него немигающим взглядом, после чего осторожно поинтересовалась: - А как ты узнал, что я в отеле?
        - Так же, как и ты о нас. В кулоне "жучок", только не пытайся убедить меня, что ты не в курсе, - криво усмехнувшись, ответил Стикс.
        - Вот оно что, - пробормотала собеседница, рассеянно теребя изящную золотую каплю, висевшую на ее груди. - А я- то думала, почему мне вернули эту цепочку. Значит, меня попросту подставили?
        - Вероятно.
        - Отдали тебе на растерзание, как ненужную деталь в хорошо отлаженной системе, как износившийся товар, как вещь, которую списали и выбросили на помойку, - в голосе ее звучала обида, а яростный зеленый блеск сузившихся глаз говорил о том, что это новое открытие сильно задело Эн.
        - Именно так с тобой и поступили, - с интересом наблюдая за стремительной сменой настроений своей собеседницы, подтвердил ее предположения Стикс. - Так что для всех нас будет лучше, если ты поможешь мне вернуть корабль, в противном случае, я тебя просто убью.
        Он с силой дернул ее, увлекая за собой. Потом резко остановился и обернулся, устремив взор на окно оставленной на дороге машины. Сквозь стекло на него смотрели огромные карие глаза шокированной увиденным Жени.
        - Когда первое впечатление пройдет, приходи в дом, Евгения. Мне понадобится твоя помощь, - крикнул он ей, чуть заметно улыбнувшись.
        Широкими шагами Стикс двинулся к крыльцу, позади него семенила, без конца спотыкаясь, понурая пленница. Голова ее была опущена, плечи сутулились, а длинные спутанные волосы разметались во все стороны подобно вздыбившейся морской волне, которую нещадно теребил внезапно усилившийся ветер.
        Женя проводила их долгим пристальным взглядом, после чего перевела глаза на небрежно оставленные Стиксом в замке зажигания ключи. Задумчивая улыбка тронула ее губы и тут же растаяла без следа. Через несколько минут девушка вышла из машины, громко хлопнув дверцей, и направилась в дом.
        ГЛАВА 16ЗЕЛЕНЫЕ ГЛАЗА
        Женя ехала на заднем сиденье плавно скользящего по широкой магистрали автомобиля, который стремительно мчался в аэропорт. На ней были надеты новые брюки и тонкий свитер с высокой горловиной и узкими длинными рукавами. На ногах, точно удобные мягкие тапочки, плотно сидели крепко зашнурованные кроссовки. Ярко-голубая теплая куртка мирно покоилась рядом в целлофановом пакете, доставшемся ей вместе с покупками. Все эти вещи Стикс приобрел по пути, сделав остановку в большом торговом центре на въезде в город. В период болезни девушки он успел неплохо укомплектовать ее скудный гардероб по своему усмотрению. Но одежда исчезла вместе с пропавшим кораблем, и у Жени, кроме промокшего до нитки комплекта вещей, в котором она приехала, ничего не осталось. Конечно, добряк управляющий, имевший объемы тела значительно меньшие, нежели у его хозяина, выделил ей на выбор несколько своих рубашек, жилетку и широкие, усеянные карманами штаны, надев которые, девушка почувствовала себя Гаврошем1. Для полного довершения картины ей не хватало только кепки и короткой мальчишеской стрижки. Но, в любом случае, этот вариант
был куда лучше, чем предыдущий. Однако ее весьма сомнительный внешний вид, по мнению Стикса, мог привлечь к себе слишком много внимания, поэтому его довольно быстро сменили на другой, гораздо более подходящий. Правда, вещи оказались немного велики, но это выглядело не так вызывающе, как то, что было до них. Поход Стикса за покупками занял чуть больше десяти минут. Не желая рисковать, он пристегнул Энни наручниками к рулю, опасаясь оставить ее без своего личного присмотра даже на короткий срок. Она обречено вздохнула, но возражать не стала, сочтя это занятие бесполезным.
        Все время его отсутствия обе женщины молчали, погруженные каждая в свои мысли. Наконец Стикс вернулся, держа в руках несколько пакетов с одеждой и другими необходимыми в поездке вещами. Часть покупок была тут же сложена им в багажник, остальные он протянул Жене, заставив ее переодеться, не выходя из машины. Девушка не сопротивлялась, прекрасно понимая, что в широких штанах старика она выглядит не совсем прилично. Накрывшись пледом, Женя сменила одежду и вскоре почувствовала себя куда комфортнее. Подвернув слишком длинные рукава свитера, она поправила отворот на шее и, усевшись поудобнее, принялась с интересом изучать оставшееся содержимое пакета. Там было все необходимое на случай плохой погоды: зонт, куртка, теплый широкий шарф и носки. Но, к ее огромному разочарованию, Стикс не купил еды. А она уже успела изрядно проголодаться. Однако сказать ему об этом девушка не решилась, ей казалось, что подобный вопрос в сложившейся ситуации неуместен. Поэтому, стараясь не слушать отчаянные призывы своего пустого желудка, она погрузилась в воспоминания о недавнем прошлом, яркие картины которого, как живые
стояли перед ее глазами, уводя в датированную несколькими часами назад реальность.
        Автомобиль тихо завелся и плавно тронулся с места, заскользив по просохшему после ночного дождя шоссе вперед. В салоне было тихо, никто не произносил ни слова, лишь негромкая музыка доносилась из магнитолы, смешиваясь с шумом ветра за чуть приоткрытым с водительской стороны окном.
        Рассеянно глядя на встречные машины, которые то и дело мелькали впереди, Женя мысленно восстанавливала эпизоды произошедших событий, прокручивая их в голове один за другим. Погруженная в раздумья, девушка непроизвольно поправляла черные густые волосы, которые были заплетены в тугую длинную косу, стянутую двумя толстыми резинками у самого затылка и внизу, чтобы непослушные тонкие пряди не выбивались из общей массы, падая на лоб и глаза.
        Энни, изрядно потрепанная, но умытая, неподвижно сидела впереди, откинув назад голову; глаза ее были прикрыты ресницами, на которых не было ни грамма туши. Из-за отсутствия косметики ее красивое лицо казалось совсем юным и невинным, как у ребенка. Руки женщины, не скованные наручниками, свободно покоились на коленях. Она сама решила ехать с ними, выдвинув единственное условие, гарантирующее ей защиту от мести бывшего хозяина.
        Женя искоса разглядывала ее и думала о том, откуда Стикс взял наручники, пленившие Эн в первые минуты их встречи. Она могла только предполагать, что они, как и ампулы со шприцем были частью загадочного содержимого его безразмерной спортивной сумки, в которую, помимо всего прочего, уместились также ноутбук, охотничье ружье с патронами и кое-какие вещи, взятые им в поездку.
        Стикс внимательно следил за дорогой, ведя машину. Он выглядел усталым, но это не помешало ему отправиться в путь всего через полчаса после того, как Эн наконец под действием его настоятельных уговоров согласилась проводить их на остров, где был, по ее словам, спрятан похищенный корабль.
        Глядя на своих спутников, Женя невольно вспомнила, в какой жестокой форме проходила их беседа, больше напоминавшая допрос с пристрастием, за время которого ей довелось наблюдать и Стикса, и его белокурую собеседницу в несколько ином амплуа, нежели то, в котором она привыкла видеть их раньше. И, надо отметить, это зрелище не доставило ей особого удовольствия. Сидя рядом с державшим наготове ружье управляющим, который за время их отсутствия окончательно оправился и теперь бодро шнырял по дому, помогая хозяину, девушка со смешанным чувством слушала рассказ Энни. И чем больше та говорила, утирая рукавом покрасневшие от слез глаза, тем меньше Женя на нее злилась, изо всех сил стараясь не поддаться жалости и не простить раскаявшуюся подругу полностью.
        - А почему мы едем в этой машине? Твой прежний автомобиль был гораздо удобнее, - проговорила девушка, слегка подавшись вперед.
        Эн открыла глаза, реагируя на голос, и удивленно уставилась на нее. Их взгляды встретились, и в голове у Жени вспыхнула одна единственная мысль, которую она тут же и озвучила, забыв про свой первоначальный вопрос к Стиксу.
        - Разве ты носишь линзы? - неотрывно глядя в ее изумрудные глаза, поинтересовалась девушка.
        - Что? - собеседница на мгновение растерялась, часто заморгав, но тут же сообразила о чем речь и, загадочно улыбнувшись, ответила, бросив кокетливый взгляд на Стикса: - Конечно. Разве ты не знаешь: настоящая леди должна быть изменчивой, чтобы нравиться противоположному полу.
        - Или изменницей, чтобы зарабатывать на продаже подруг, - криво усмехнулась Женя, почувствовав ядовитый укус давней обиды, которая острым жалом вонзилась в ее уставшее от передряг сердце.
        - У меня не было выбора, - грустно отозвалась Энни, изобразив на своем миловидном лице трагическое выражение. - ОН бы убил меня, если бы я ослушалась приказа…
        - И поэтому ты убила меня, - закончила девушка ее недосказанную фразу, перевернув все на свой лад.
        - У меня не было выбора, - пожав плечами, повторила собеседница и вздохнула. - Надеюсь, когда-нибудь ты все поймешь и простишь, - она отвернулась и, вновь закрыв глаза, опустила голову на спинку кресла, по которой густой золотистой волной рассыпались ее блестящие длинные локоны.
        - Так почему мы не в твоей машине? - возвращаясь к тому, с чего начала, спросила Женя у Стикса; он повернул к ней голову, намереваясь ответить, но девушку вдруг осенило и она поспешно прервала его еще не высказанные слова, понимающе кивнув: - Топлива нет, да? Извини…
        Он смерил ее задумчивым взглядом, после чего мягко проговорил:
        - Ты голодна?
        - Немного, - она улыбнулась.
        - Как только на горизонте появится какой-нибудь магазин, я куплю тебе еды.
        Довольная его обещанием, Женя откинулась на заднее сиденье, заметив мельком, как из-под полуопущенных темных ресниц за ней следят узкие щели холодных кошачьих глаз, в которых наряду с явно выраженным любопытством сокрыт отнюдь не безобидный интерес хищного зверя, готового напасть в любой момент. По спине девушки как предупреждающий об опасности сигнал пробежал неприятный холодок. Тряхнув головой, чтобы отогнать наваждение, она снова посмотрела на свою спутницу, веки которой были опущены, а лицо выглядело безмятежным и отстраненным… Энни спала.
        "Показалось", - решила Женя, с облегчением вздохнув. Впереди их ожидало многочасовое совместное путешествие в Норвегию.
        ГЛАВА 17РЫБКА В ШАРЕ
        Путь из аэропорта, расположенного в одном из северных городов Норвегии, до небольшой рыбацкой деревни занял чуть больше часа. Брать здесь машину напрокат Стикс не стал, слишком многое было поставлено на карту. Единственное, что его беспокоило - так это скорейший возврат корабля, для достижения своей цели он был готов выложить любые деньги. Да что вообще могут значить материальные ценности по сравнению с мечтой, осуществление которой теперь оказалось под угрозой? Для Стикса деньги были всего лишь средством, способным облегчить выполнение поставленной задачи.
        Заехав в первый попавшийся автомобильный салон, он приобрел там довольно вместительный внедорожник. Новый автомобиль плавно двигался по ровной поверхности шоссе к морю. Его обтекаемый корпус светло-серого цвета переливался тысячью бликов в холодных лучах северного солнца, которое неподвижно стояло над горизонтом, освещая местность. Салон был просторным и хорошо оборудованным: мягкие кожаные кресла, центральная консоль пепельного цвета с размещенной в ней аудиоаппаратурой, органами управления отоплением кабины и включателями вспомогательных устройств; отчетливо видимая приборная панель и массивная рулевая колонка.
        Сидя на заднем сиденье, которое заменяло ей диван, Женя чувствовала себя вполне комфортно. Скинув кроссовки, она забралась на него с ногами, растянувшись по всей длине. За окнами проплывали великолепные скалистые пейзажи незнакомой ей страны.
        На часах было около шести, когда Стикс в сопровождении двух молодых женщин переступил порог уютного маленького магазинчика, встретившегося им по дороге. Он легко и в то же время властно придерживал Энни за локоть, ведя ее за собой. Женя, предоставленная сама себе, с неохотой плелась позади них, разглядывая по ходу содержимое узеньких деревянных прилавков, стоящих тесными рядами по всему периметру помещения. Заглядевшись на сувенир в виде маленькой янтарной рыбки, закованной в прозрачный, наполненный жидкостью шар, девушка отстала от своих спутников. Она с интересом наблюдала, как переливаются в свете проникающих сквозь открытое окно лучей бока оранжевого обитателя морских глубин, круглые глаза которого неотрывно следили за потенциальной покупательницей. Вот только денег в кармане у Жени не было ни гроша, так как ее чересчур озабоченный последними событиями работодатель напрочь позабыл выплачивать ей зарплату, взяв на себя все возникающие расходы девушки без какого-либо согласия на то с ее стороны. Сейчас же он был занят Эн, а ей так хотелось купить эту изящную вещицу в память о своем пребывании в
стране чистейших голубых озер и удивительного, ни с чем не сравнимого воздуха, вдыхая который у Жени создавалось такое чувство, что она вот-вот взлетит, подобно парящей над морской гладью белой чайке. Хотя, если быть до конца откровенным, девушка гораздо больше походила на нахохлившуюся ворону. Волосы ее растрепались за день, под глазами появились темные синяки, как свидетельство нескольких бессонных ночей, а на осунувшемся треугольном лице пролегла тень плохо скрываемого недовольства вперемешку с усталостью, которую было способно испытывать даже ее новое, совершенное, по словам создателя, тело.
        - Будьте добры, пачку сигарет, пожалуйста, - долетели до ее слуха слова Стикса, который, по-прежнему держа Энни под руку, приблизился к высокой крупной женщине в белом переднике, стоявшей у прилавка.
        Говорил он по-английски, но продавщица прекрасно поняла просьбу, широко улыбнувшись. Она протянула ему товар, взяла деньги и принялась высчитывать сдачу, параллельно выспрашивая у посетителя и его спутницы, не желают ли они еще что-нибудь у нее приобрести. Судя по всему, она была владелицей этого небольшого магазина, уместившегося в одном маленьком белом домике с ярко-красной треугольной крышей.
        - Купи мне сигарет, - потребовала Эн, слегка толкнув Стикса в бок. - Я ужасно хочу курить, когда нервничаю.
        Он без препираний выполнил ее просьбу, после чего обернулся и посмотрел в сторону Жени, молча стоящей напротив таинственно мерцавшей в окружении крошечных пузырьков янтарной рыбки. Девушка заворожено наблюдала за игрой света на рельефно выточенных оранжевых гранях чужеземного сувенира.
        - Евгения, тебе нужно что-нибудь? - громко поинтересовался Стикс, обратившись к ней на русском.
        Девушка вздрогнула, взглянув в его сторону. Вопрос застал ее врасплох, вырвав из хоровода отстраненных мыслей, которые, завладев ее сознанием, унесли Женю далеко от этого места. Уставившись на Стикса, она несколько раз рассеянно моргнула, возвращаясь к реальности, после чего неуверенно пожала плечами и едва заметно улыбнулась. Вид у нее был измученный, как и тронувшая губы улыбка.
        - Наверное, ничего, - ответила девушка после довольно продолжительной паузы, окончательно убедившись в том, что пока ответ не будет получен, Стикс не прекратит на нее выжидающе смотреть.
        - Так "наверное" или "ничего"? - переспросил он, сделав акцент на втором и четвертом словах.
        - Ничего, - убрав со лба выбившиеся из тугой прически пряди, ответила Женя и вновь перевела взгляд на бесстрастно покачивающуюся в прозрачном шаре рыбку.
        Ей, и правда, ничего не было нужно, кроме какой-нибудь более-менее пригодной для сна кровати, но здесь таковые, увы, не продавались.
        Обратившись к терпеливо ожидавшей внимания в свой адрес продавщице, Стикс принялся расспрашивать ее о том, есть ли в их селении люди, способные за определенную плату доставить троих человек на остров, который, по некоторым, весьма смутным данным, расположен в Норвежском море. Женщина охотно отвечала ему, стараясь получить как можно больше информации о цели предполагаемого пути. В самый разгар обсуждаемой темы в магазин вошел большой плечистый мужчина. Увидев нового посетителя, она приветливо замахала ему рукой, подзывая к себе.
        - God kveld! - поприветствовал здоровяк всех присутствующих громким раскатистым басом.
        Затем они обменялись с продавщицей короткими фразами на родном языке, после чего она, повернувшись к Стиксу, радостно сообщила:
        - Мой муж рыбак, и он с удовольствием отвезет вас, только скажите, куда?
        - У Вас есть карта?
        Стикс переводил внимательный взгляд с продолговатого женского лица с острыми, немного грубыми чертами на довольную, круглую физиономию ее супруга, который выразительно посмотрел на жену, явно не понимая вопроса. Она быстро перевела ему, и он утвердительно кивнул, нырнув в дверной проем, который незаметно примостился за толстой бордовой занавеской позади кассы. Вскоре он вернулся, держа в руках сверток.
        - Hvor? - деловито поинтересовался норвежец, раскрывая перед носом незнакомцев нужную страницу со схематичным изображением прибрежной зоны интересующего их моря.
        - Он просит указать точное место, - пояснила продавщица вопрос своего мужа, который, впрочем, был и без того понятен.
        Стикс посмотрел на Энни, та под действием его требовательного взора принялась торопливо разглядывать карту, неуверенно водя по ней острым красным ногтем, который оставлял после себя едва заметную тонкую вмятину.
        - Here! - наконец определилась она, ткнув пальцем в темно синюю область, расположенную между несколькими островками суши, обозначенными на бумаге крошечными, желтыми пятнами.
        Добродушная улыбка на лице рыбака растаяла так стремительно, что от нее не осталось даже тени. В магазине повисло странное молчание, и от этого стали отчетливо слышны доносящиеся с улицы звуки. Женя удивленно уставилась на немую сцену, оторвав взгляд от рыбки. Она не особо прислушивалась к разговору, так как практически не знала английского и поэтому причина странной заминки после столь оживленного диалога была ей совершенно не понятна.
        Переглянувшись, норвежская чета принялась что-то оживленно обсуждать, активно жестикулируя, затем муж продавщицы взглянул на стоящую перед ним пару и, негромко пробормотав: "Dessverre, jeg ma? ga? na? ", нырнул в комнату за кассой, плотно прикрыв за собой дверь.
        - Боюсь, вас никто туда не повезет, - отрицательно покачав головой, сказала женщина.
        - Почему? - Стикс прищурился, пристально изучая ее помрачневшее лицо.
        - Это место имеет дурную славу, рыбаки обходят его стороной. Они не любят говорить о "проклятом острове", чтобы не накликать на себя беду.
        - Понятно, - собеседник натянуто улыбнулся, чуть сжав руку своей белокурой спутницы, которая бледнела на глазах, слушая речь продавщицы. - Подскажите, где еще мы можем найти человека, способного доставить нас туда?
        - Сходите на причал, хотя не думаю, что вам повезет там больше, чем здесь, - пожала плечами женщина. - Я вам от всего сердца советую не посещать это место, - она вздохнула, опустив глаза, и принялась поправлять чековую ленту, подняв крышку кассового аппарата. Внешне она была спокойна, лишь в глубине темных глаз затаилась едва уловимая тревога, за которой скрывался страх.
        Попрощавшись с продавщицей, Стикс направился к выходу, пропустив Энни вперед. Он, первый раз за все время пребывания в этом магазине, выпустил из руки ее локоть, позволив женщине покинуть дом первой. Увидев, как промелькнула перед глазами стройная высокая фигура с развевающимися от быстрой ходьбы светлыми волосами, Женя вопросительно уставилась на идущего следом Стикса.
        - Проследи за ней, - приказал он, и девушка покорно вышла из магазина, негромко звякнув на прощание висящим над дверью колокольчиком.
        Эн бегом бросилась к машине. Добравшись до нее, она оперлась спиной о серый железный корпус и только тогда позволила себе перевести дыхание.
        - Что с тобой? - с нескрываемым удивлением поинтересовалась Женя, подойдя к ней; весь разговор в магазине она благополучно прослушала и теперь тщетно пыталась восстановить его в голове, чтобы понять происходящее.
        - Я туда не поеду, - выпалила собеседница решительно, - ОН убьет меня и вас тоже. Мы все туда не поедем!
        - Нет, дорогая, - ответил ей Стикс с крыльца магазина, из дверей которого он только что вышел. - Поедешь, - его короткие слова слились воедино с затухающим звоном тихого колокольчика.
        ГЛАВА 18РЫБАКИ
        Желающих посетить место, указанное Эн на купленной по дороге морской карте, по-прежнему не находилось. После непродолжительного визита в две расположенные по соседству деревни, где Стикс, беседуя с рыбаками, получал отказ за отказом, их серебристый внедорожник остановился возле причала небольшого прибрежного городка. Женя, окончательно вымотанная последними часами путешествия, наотрез отказалась покидать автомобиль, сославшись на головокружение и усталость. Никто не настаивал на обратном.
        Захлопнув дверцу с водительской стороны, Стикс поманил за собой Энни, которая, обречено вздохнув, отстегнула ремень безопасности и вылезла из машины. Предложив ей локоть, он повел свою угрюмую спутницу к причалу, возле которого стояли несколько катеров и пара яркоокрашенных, продолговатых лодочек.
        - Здравствуйте, не могли бы Вы помочь нам добраться до острова? - обратился Стикс к первому человеку, попавшемуся на его пути, но тот пробормотал какие-то извинения и указал жестом на наручные часы, дескать, мол, спешит.
        Понимающе улыбнувшись, Стикс кивнул. Он мельком взглянул на бледную как мел спутницу и двинулся дальше в направлении небольшой компании что-то оживленно обсуждавших мужчин, которые то и дело взрывали тихую спокойную атмосферу летнего вечера раскатами веселого хохота. Их было человек пять и, судя по одежде, все они имели непосредственное отношение к морю.
        Выслушав просьбу иностранца, прервавшего их беседу, рыбаки принялись громко обсуждать ее по-норвежски, время от времени поясняя гостям смысл своих непродолжительных, но очень эмоциональных тирад. Потом они не без удовольствия расспрашивали о цене и наконец поинтересовались названием острова, к которому собственно и следовало плыть. Развернув карту, Энни в очередной раз ткнула в роковую точку, грустно глядя на мужчин, которые начали неотвратимо меняться в лице, становясь более мрачными и замкнутыми.
        - Я не поеду, поздно уже, да и катер старый, - сказал один из них, пряча взгляд. - Может, Томас вас отвезет?
        Тот, о ком шла речь, замахал руками в знак несогласия.
        - У моей дочки сегодня именины, обещал жене прийти пораньше, - виновато пробормотал он, немного запинаясь.
        - Я заплачу в два раза больше, - повернувшись к остальным, предложил Стикс, но те только отводили глаза, что-то говорили в свое оправдание и уходили прочь, ссылаясь, кто на работу, кто на нехватку времени, а другие и просто молча качали головой, не желая отвечать.
        - Если пройти несколько метров по улице вправо, там будет двухэтажное здание. Это контора одного довольно богатого человека, у него в собственности несколько катеров и яхт, - сказал рыбак, который отказался от поездки первым. - Зайдите к нему, возможно, старый Улаф сможет решить этот вопрос, но я бы не советовал вам туда ехать, - он натянул на лоб потрепанную ветрами широкополую шляпу и, чуть склонившись в знак прощания, засеменил по длинному, освещенному солнцем причалу к своему катеру.
        ГЛАВА 19ПРОКЛЯТИЕ
        На слегка помятой карте, которая лежала на столе перед пожилым коренастым человеком, Эн с отстраненным видом вычерчивала острым алым ногтем траекторию интересующего их пути. Наконец указательный палец женщины замер на середине темно-синей области, куда, по ее словам, должно было отправиться арендуемое судно.
        Задумчиво посмотрев на указанный маршрут, Улаф перевел взгляд на собеседников и, грустно вздохнув, проговорил на вполне сносном английском:
        - К сожалению, моя компания не сможет оказать вам подобную услугу.
        - Почему? - Стикс начинал нервничать и хотя внешне он выглядел спокойным, легкое раздражение чувствовалось в его напряженном, немного резком голосе. - Вас не устраивает цена?
        - Ну почему же, хорошая цена, - слегка растягивая слова, ответил мужчина.
        На вид ему было лет шестьдесят, крепкий, с густой рыжей шевелюрой и подстриженной по старой моде "шкиперской" бородкой, которая плавно огибала овал его худощавого смуглого лица. Редкие седые пряди, точно крупицы еще не растаявшего снега, покрывали огненную массу взлохмаченных жестких волос. Светлые, зеленоватосерые глаза были прикованы к лицу высокого иностранца, который некоторое время назад предложил ему довольно большой куш за одну поездку на расположенный в нескольких часах от побережья остров. Его не было на карте, никто не знал точно существует ли он вообще, но большинство рыбаков в этих местах с детства слышали связанную с ним легенду и смысл ее не содержал в себе ничего хорошего.
        - В чем же тогда дело? - Стикс навис над столом, положив ладони на его шероховатую поверхность.
        - В проклятии, - спокойно ответил рыжеволосый бородач, слегка откинувшись в кресле, на котором сидел. - Бьюсь об заклад, я не первый, к кому вы обратились за услугой. Верно?
        - Быть может, - уклончиво проговорил Стикс.
        - Вот-вот, - Улаф усмехнулся, стрельнув хитрыми светлыми глазками в сторону белокурой женщины, сопровождавшей его собеседника. - Вам, богатым господам, все адреналин подавай, а мы - люди простые, нам жить пока еще не расхотелось.
        - О чем вы толкуете, не понимаю, - темные густые брови Стикса нахмурились, а на высоком бледном лбу пролегла глубокая морщинка. - Какое проклятие, при чем здесь адреналин?
        - Полно Вам, сударь, ломать комедию, - огненная борода чуть колыхнулась от широкой усмешки, озарившей лицо ее владельца. - Неужели не достаточно общества такой красавицы, зачем Вам отправляться в путешествие по проклятым местам? Эх, не хватает людям острых ощущений, как я погляжу, - он не спеша набивал табак в продолговатую коричневую трубку, которую вскоре закурил, время от времени попыхивая ею, точно паровоз.
        - Так, значит, вы не сдадите мне в аренду катер? - немного помолчав, спросил Стикс.
        - Нет, - спокойно отозвался Улаф, выпустив изо рта очередное белое кольцо густого пахучего дыма.
        - Тогда, может, подскажете, кто, кроме вас, может сделать это?
        - В указанное милой леди место вас не повезет в этом городе никто, поверьте слову старого рыбака.
        - И виной всему, надо полагать, какое-то сказочное проклятие? - тонкие губы Стикса скривились в бледном подобии улыбки.
        - Да.
        Какое-то время в комнате господствовала тишина, каждый из присутствующих думал о своем. Наконец иностранный гость оборвал затянувшуюся в диалоге паузу. Но теперь его речь звучала иначе. Стикс говорил на норвежском настолько чисто, будто он был его родным языком. Эн покосилась на своего спутника, но ничего не сказала. А старый Улаф одобрительно кивнул, слушая его, в рыжей бороде рыбака спряталась довольная улыбка.
        - Неужели люди до сих пор верят в легенды? - спросил Стикс задумчиво.
        - Норвежцы уважительно относятся к преданиям своей земли, особенно к таким. Последних неверующих смельчаков похоронили лет тридцать назад, я тогда был еще совсем молод, - собеседник отложил в сторону трубку, он тоже перешел на родной язык, который в его устах звучал гулко и раскатисто, словно весенний гром. - Вам не следует туда ехать, даже если вы и найдете себе какую-нибудь посудину. Еще никто не возвращался оттуда живым. Вода, она ведь, как живое существо, тоже имеет душу. Иногда она позволяет нашим кораблям бороздить свои бескрайние просторы, иногда она насылает на мореплавателей испытания в виде яростного шторма или мертвого, тягостного штиля. Но есть и у нее свои тайны, открывать которые она не желает, предостерегая нас от неосторожного вторжения в ее секретные владения. Те, кто уважает и понимает язык морской стихии, никогда не нарушат запрет, остальные платят за это жизнью. Так что выберите для себя какой-нибудь круиз и отправляйтесь в него - это и веселее, и безопаснее будет, - нравоучительно закончил свою речь бородач.
        - Спасибо за совет, - поблагодарил его мрачный, как туча, Стикс и, поманив за собой молчавшую все это время спутницу, покинул просторную контору, выйдя на залитую вечерним солнцем улицу через большую деревянную дверь с железной ручкой и крошечным окошком, сквозь которое вслед им смотрели серо-зеленые, печальные глаза старого Улафа.
        - Ты знаешь норвежский? - спросила Энни, когда они шли к оставленной на обочине машине.
        - Да.
        - Почему тогда ты общаешься с местным населением по-английски?
        - Чтобы выглядеть в их глазах необремененным финансовыми проблемами туристом, которому требуется их услуга. Так больше шансов получить то, что мне нужно.
        - Звучит неубедительно, - она грустно усмехнулась, искоса посмотрев на него. - Они не поедут туда, говори ты на каком угодно языке. Никому не хочется умирать за чью-то глупую прихоть. И мне… - Эн выдержала многозначительную паузу. - Тоже не хочется. Скоро ночь, давай, найдем какой-нибудь отель и переночуем там, а, Ян? - она умоляюще взглянула на него и тут же встретилась с холодным серым взором непроницаемых светлых глаз.
        Стикс был в отчаянии. Ничто не могло вывести его из себя больше, чем потеря корабля. Тем более сейчас, когда долгожданный отлет казался таким близким. Еще день или два и он смог бы навсегда покинуть эту чуждую ему планету, в плену которой провел целых 248 лет и почти четыре месяца. И вот теперь типичный человеческий страх перед изрядно приукрашенными сказаниями прошлого присоединился к общей массе "палок", усердно вставляемых обстоятельствами в его направленные к звездам "колеса".
        Не удостоив собеседницу ответом, Стикс отпустил ее и, открыв дверцу внедорожника, тяжело рухнул в водительское кресло; Энни в свою очередь устроилась по соседству и принялась возиться с ремнем, но дрожащие пальцы плохо слушались ее, не желая справляться с задачей.
        - Опять отказ? - осторожно поинтересовалась Женя, глядя на их хмурые лица.
        - Да, - отозвался Стикс, а Эн торопливо добавила:
        - Так даже лучше, поверьте мне. Это сама судьба оберегает нас.
        - Заткнись, - процедил он сквозь зубы, бросив в ее сторону колючий взгляд. - Не завари ты всю эту кашу, мы бы здесь не торчали.
        - ОН меня заставил, - оправдалась Энни, насупившись, - сама бы я никогда так не поступила, ты же знаешь, Ян.
        - Достаточно, Нина, эта пластинка давно заезжена, смени ее на другую, - его бледные, тонкие губы презрительно скривились.
        - Поздно уже, - сказала Женя тихо. - Не понимаю, почему ты не взял напрокат какое-нибудь судно без прилагающегося к нему шкипера? Зачем мы мотаемся по рыбакам и просим их отвезти нас туда, не знаем куда; на какой-то не указанный на карте остров с грузом мрачных легенд и предостережений, которыми он сплошь окутан. Не проще ли заплатить деньги за аренду катера и отправиться в плавание, никому не сообщая о цели нашего пути. Или ты за все эти годы ни разу не стоял у штурвала? - в голосе ее звучала вялая насмешка, девушка устала, она была раздражена и хотела спать, не увенчавшиеся успехом поиски окончательно вымотали ее.
        - Как-то не приходилось, - пробормотал Стикс, не глядя на собеседницу.
        - Ну ясно, - Женя вздохнула, кислой миной лица отразив свое разочарование. - Поэтому мы упорно ищем сумасшедшего рыбака с лодкой в комплекте, так?
        - Почти, - он натянуто улыбнулся, обернувшись.
        - Ты меня удивляешь, - она подалась вперед, придвинувшись к нему так близко, что их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, глаза девушки горели, в голосе звучали нотки плохо скрываемого раздражения. - Ездишь по деревням, расспрашиваешь людей, предлагаешь им деньги. Не проще ли было бы взять за "шкварник" первого встречного владельца наиболее подходящей лодки, затолкать его на борт и заставить отвезти нас на остров?
        - Вот-вот, - поддержала ее Эн, вмешиваясь в разговор, - или приставить дуло ружья к голове какого-нибудь незадачливого мореплавателя, чтобы он не рыпался. Это как раз в твоем стиле, Ян, - ее губы сжались, а глаза недовольно сверкнули, судя по всему, женщина вспомнила, как жестоко он обошелся с ней недавно.
        - Я учту ваши предложения, дамы, - переводя задумчивый взгляд с одной спутницы на другую, спокойно ответил Стикс. - А пока мы отправляемся в отель, - сказал он, заводя мотор, как вдруг услышал приближающийся звук чьих-то торопливых шагов.
        Негромкий стук костяшками пальцев по окну заставил его обернуться и опустить стекло. На тротуаре стоял невысокий худой человек в джинсах и темно-синем свитере, на котором ярко-желтой краской была выведена какая-то крупная надпись, верх ее венчала довольная морда разъевшегося пса, держащего в зубах большую белую кость. Выглядел незнакомец лет на тридцать с хвостиком. Лысеющую голову его, с вытянутым высоким лбом покрывала легкая летняя кепка, козырек которой отбрасывал длинную тень на небольшие, глубоко посаженные карие глаза.
        - Я слышал, вы ищите катер, - приветливо улыбаясь, проговорил горожанин, заглядывая в салон.
        - Действительно, - ответил Стикс, изучая собеседника. - Вы хотите нам его предложить?
        - Да, - молодой человек улыбнулся шире, обнажив крупные желтые зубы. - У меня как раз есть один. Вот только…
        - Что? - глаза собеседника сузились, превратившись в пытливые темные щелки, устремленные на переминающегося с ноги на ногу парня, который крепко сжимал узкими маленькими ладонями небольшую черную папку с эмблемой все того же довольного пса на боку.
        - Боюсь, вам придется его купить. В противном случае, я вам не помощник.
        - Вот как? - брови Стикса поднялись в легком удивлении. - Вы тоже большой поклонник легенд? Или у судна просто истек срок страховки?
        - О, нет! - владелец катера усмехнулся, в очередной раз оголив зубы. - Подобные байки лишь пережиток прошлого, живущий в умах недалеких людей, - поспешно отозвался он, пропустив мимо ушей последнюю фразу собеседника. - Ну, сами посудите, что за глупость верить в историю о каком-то злом божестве, свалившемся с небес в море лет этак тысячу, а то и две назад в образе огромного камня. И все последующие века этот морской демон якобы заманивает на свой остров заблудших моряков, где они и находят неминуемую погибель. Красивая сказка для развесивших уши туристов, - закончил он, теребя папку.
        Незнакомец прекрасно изъяснялся по-английски, лишь легкий акцент выдавал его принадлежность к северной стране. Смерив собеседника холодным, оценивающим взглядом с ног до головы, Стикс поинтересовался:
        - Почему же Вы не сдадите нам катер в аренду на сутки или на пару?
        - Я не любитель морских прогулок, а эта посудина досталась мне по наследству и я давно хочу ее продать. Думайте сами: мое дело предложить, ваше - отказаться, - его губы расплылись в улыбке, от которой повеяло чем-то неприятным, похоже, парень прекрасно понимал, в каком безвыходном положении они находятся и во всю пользовался этим.
        - Хорошо, и какова цена?
        - 50 000 евро.
        - Не слишком ли это много? - Стикс прищурился, сжав руками руль. - За такую сумму можно купить новый.
        - Я ведь ни на чем не настаиваю, если вам не интересно, я пойду, пожалуй. Зачем нам с вами отнимать друг у друга драгоценное время, скоро уже ночь, - он бросил задумчивый взгляд на часы, - решайтесь.
        - Я хочу на него взглянуть, - после некоторого раздумья ответил Стикс, отдавая себе полный отчет в том, что этот скользкий тип - их последняя возможность оказаться на острове сегодня.
        Море не пугало его, как не пугали и мифические проклятия, да и сам хозяин Эн не вызывал в его сердце должного трепета. Единственное, чего он хотел, так это как можно скорее вернуть свою потерю, даже если для этого ему придется превратить в руины несколько островов или континентов вместе с их обитателями. Авторство токсичного "жучка", помещенного в тело Жени, принадлежало инопланетному существу, знакомому с межгалактическими технологиями, и Стикс хорошо это осознавал. Попав в чужие руки, корабль мог быть подвергнут демонтажу, что способно было привести к поломкам, на ремонт которых потребуется уйма времени и, самое скверное, нужны будут особые, непроизводимые на Земле материалы. Решимость кипела в нем, требуя реализации, поэтому, мельком взглянув на своих спутниц, Стикс вынес вердикт:
        - Если катер мне подойдет, я его куплю.
        - Вот и отлично, - потирая потные ладони, отозвался продавец, едва не выронив от радостного возбуждения папку. - Поедемте смотреть товар.
        ГЛАВА 20КАТЕР
        Миниатюрный двухместный автомобиль желто-оранжевого цвета бодро затормозил возле небольшого причала, рядом с которым, тихо покачиваясь на волнах, стояли несколько привязанных лодок. Чуть подальше располагались какие-то невысокие строения, а в нескольких десятках метров виднелись жилые дома. Это была самая окраина города и, в отличие от предыдущего места пребывания Стикса, здесь было безлюдно и тихо. Старый потрепанный катер одиноко стоял поодаль от других судов. Волны подбрасывали его продолговатый белый корпус, наклоняя то в одну, то в другую сторону. Точно неуклюжее корыто он мягко подпрыгивал, пружиня на воде, и тихо крякал в унисон частым порывам холодного северного ветра. Молодой человек вылез из своей машины и, громко хлопнув дверцей, направился к причалу, поманив за собой покупателей.
        - И за этот антиквариат Вы просите ТАКУЮ сумму? - бровь Стикса непроизвольно поползла вверх, а глаза удивленно расширились.
        - Ну вот, опять, - недовольно всплеснул руками парень, в очередной раз ловя на лету папку, с которой он, похоже, никогда не расставался. - Я же говорил, что вас никто не неволит. Можете не покупать. Только решайте скорее, а то у меня еще много дел, - он многозначительно посмотрел на свои большие наручные часы с каким-то бесформенным рисунком на циферблате, после чего перевел вопросительный взгляд на собеседника, который, не долго думая, двинулся к катеру, чтобы осмотреть его поближе. - Кстати, у меня на руках вся прилагающаяся к нему документация, даже руководство по управлению на английском языке есть, и компас, и морские карты нашей местности, - крикнул продавец ему вслед.
        - На этой штуковине мы можем добраться только до одного места в море, - пробормотала Энни, внезапно обретя куда-то пропавший до сего момента дар речи, - до дна! - закончила она свою фразу повысив голос и негодующе посмотрела на застывшего в ожидании молодого человека. - Вы что, утопить нас хотите?!
        Стикс тем временем, будто опытный ювелир, оценивающий стоимость драгоценного камня, внимательно изучал предлагаемый товар. Он легко перескочил через ограждение и, оказавшись на белой металлической палубе, обошел судно вдоль и поперек, проверив его надежность. Наконец он вернулся, поправляя на ходу ворот расстегнутой черной куртки, полы которой, точно крылья, развевались за его спиной. Бледное лицо его не выражало никаких эмоций, губы были плотно сжаты, а глаза выглядели непроницаемо холодными. Затянутые в тугой хвост пепельные волосы неровной, спутанной волной разметались по плечам. Внешне Стикс сильно походил на пропитанного ветрами странника, готового отправиться в очередное рискованное путешествие за удачей. И, судя по всему, именно это он и собирался сделать.
        - Девушка, - парень сладко улыбнулся ей, - я еще раз повторяю, что никого не…
        - Достаточно, - перебил его Стикс, задумчиво глядя на белое маленькое суденышко, которое любой, болееменее приличный шторм в два счета превратит в груду обломков. - 30 000 евро, и я покупаю катер.
        - Тридцать? - забеспокоился продавец. - Мы же договаривались за пятьдесят.
        - Боюсь, что из-за двадцати тысяч я вполне могу подождать до утра, чтобы взять напрокат гораздо более новую яхту за разительно меньшую сумму, - губы Стикса изобразили вежливую улыбку, а внимательные холодные глаза, точно иглы, впились в раздираемое противоречивыми эмоциями лицо собеседника.
        - Но это хороший катер… - попытался настоять на своем он, однако Стикс перебил, указав рукой на предмет их разговора:
        - СТАРЫЙ катер, и я готов Вам за него неплохо заплатить.
        - Ладно, - после недолгой паузы пробормотал молодой человек, недовольно глядя на покупателя. - Только из уважения к Вам и Вашим дамам, - он сладко улыбнулся, посмотрев на ошарашенную Эн. - Документы у меня в машине, полагаю нам нужно завершить сделку.
        - Ян, - разочарованно вздохнула Энни, - ты просто псих! Мы в этом "саркофаге" и пары метров не пройдем, поверь моему опыту. Я кое-что смыслю в судоходстве.
        - Пройдем, - уверенно ответил собеседник, - у нас просто нет иного выбора.
        - Вот и славненько, вот и замечательно, - потирая маленькие влажные ладони друг о дружку, промурлыкал хозяин судна, - тогда, может, рассчитаемся?
        - Да, конечно, - Стикс широкими шагами пересек отделявшее его от оставленного у дороги автомобиля расстояние и, достав из сумки чековую книжку, принялся выписывать нетерпеливо ерзающему позади него парню чек. - Получите деньги завтра в банке, сегодня, как я понимаю, все уже закрыто.
        Молодой человек неуверенно взял протянутый ему листок и, рассеянно глядя на размашистую надпись с указанием суммы платежа, осторожно проговорил, не поднимая глаз на собеседника:
        - А, может, наличными? Или с утра, через банк, чтобы я все сразу смог проверить.
        - С утра я за эту цену найду гораздо более презентабельный катер, - спокойно пояснил ему Стикс. - Но если Вас не устраивает такая форма оплаты, я готов отказаться от покупки, - он сдержанно улыбнулся одними губами, уголки которых едва заметно поднялись, сделав две пролегающие возле рта морщинки более явными.
        - Нет-нет! - поспешно одернув руку, сжимавшую чек, воскликнул продавец, - катер Ваш, - он сунул новому владельцу стопку подписанных бумаг, подтверждающих его права на приобретенный товар, - просто я думал… но если вам нужно срочно, то конечно, - запинаясь, оправдывался парень, пятясь к своему маленькому автомобилю, ядовитая окраска которого сильно выбивалась из окружающего ландшафта. - Проверьте, надеюсь все в порядке?
        - Вероятно, - быстро пробежав глазами документы, сказал Стикс.
        - Тогда удачного плавания! - садясь в машину, пожелал норвежец, оголив на прощание свои крупные желтые зубы в широкой довольной улыбке.
        Вскоре он уехал, оставив за собой лишь след шин да тонкий шлейф белого дыма, медленно оседавшего на покрытой зеленым ковром земле.
        "Как все-таки прекрасно, что на этой планете есть такие замечательные, корыстные субъекты, готовые ради денег пойти на все", - странно улыбаясь, подумал Стикс.
        Женя, молча наблюдавшая за всем этим, не отходя далеко от внедорожника, невольно зевнула, почувствовав очередной приступ сонливости. Она устала и хотела спать, а вместо этого ей приходилось мотаться по прибрежным поселениям в поисках человека, который согласился бы отвезти их "к черту на кулички", начихав на бытующие здесь веками легенды. Задача, по мнению девушки, была сложная, даже неосуществимая, и она не пребывала в большом восторге от изнурительных и бесполезных попыток воплощения ее в жизнь. Однако цель была достигнута, пусть и не в первоначальном виде, но все же…
        Энни грустно смотрела на мерно качавшийся на волнах катер. Красивое лицо ее отражало недовольство, глаза были задумчивы, а руки скрещены на груди, закованной в теплый, длинный пиджак ярко-красного цвета. Ветер трепал белокурые волосы женщины, рассыпая их густыми светлыми волнами по плечам и спине. Она, точно каменная статуя, неподвижно стояла на причале, погруженная в свои мысли.
        - Возьми, - порывшись в сумке, сказал Стикс, и протянул Жене деньги. Он также выписал ей чек и, взяв девушку за руку, усадил ее за руль своего нового автомобиля. - Сейчас ты отправишься в город, там найдешь отель и останешься в нем на несколько дней, потом я за тобой приеду. Надеюсь, этих средств тебе хватит на первое время, - он мягко улыбнулся, глядя ей в глаза.
        От такого заявления девушка даже проснулась. Тряхнув головой, чтобы избавиться от заторможенного, сонного состояния, она уставилась на собеседника так, будто впервые его видела. Сидя на водительском кресле, Женя чувствовала себя не в своей тарелке. И дело было даже не в том, что она не умела хорошо водить, просто ей стало обидно и грустно, что в самый последний момент мужчина, притащивший ее сюда, решил от нее отделаться.
        - Я поеду с тобой, - хмурый взгляд потемневших янтарных глаз говорил сам за себя.
        - Нет, Евгения, - Стикс вздохнул. - Я не знаю, что нас с Эн ожидает на острове, к тому же катер действительно старый. Это путешествие может оказаться опасным. Езжай в отель и жди моего возвращения.
        - Я понимаю, что ты хочешь от меня избавиться, но на кой черт тогда ты привез меня в Норвегию, почему не оставил в Бельгии, с управляющим? По-твоему, я проделала весь этот путь, чтобы в его финальной стадии остаться сидеть в какой-то гостинице? - ее голос дрожал от напряжения, она явно нервничала.
        - Женя, - Стикс сделал паузу, грустно глядя на нее сверху вниз, - я не мог тебя оставить там. Ты ведь странная девушка, приснится тебе какой-нибудь нелепый сон, ты убежишь и спрячешься. И где я потом буду тебя искать? - он улыбнулся.
        - А здесь, значит, сны мне сниться не будут, верно я мыслю? - она начинала сердиться, о чем свидетельствовали недобрые огоньки в ее расширенных зрачках.
        - Не знаю, - он пожал плечами, - в любом случае, это безопаснее, чем ехать со мной.
        - Но я не говорю по-норвежски… - попыталась возразить девушка, видя, что он намерен уйти.
        - Объяснишься на пальцах, здесь внимательные люди, поймут, - Стикс достал из машины сумку и, перекинув ее через плечо, взглянул в сторону причала, на котором по-прежнему стояла неподвижная высокая фигура Эн.
        - Я не умею водить! - Женя хотела было вылезти из автомобиля, но он помешал ей, преградив путь.
        - Это несложно, научишься, - тонкие губы мужчины растянулись, изобразив некоторое подобие улыбки. - Ты же сообразительная, - он захлопнул дверцу, оставив девушку сидеть внутри. - Счастливого пути!
        Резко отвернувшись, Стикс зашагал к катеру. Ему было не по себе. За последние несколько недель он ни разу не разлучался с этой необычной особой, которая как-то незаметно стала неотъемлемой частью его жизни, а он даже не понял, когда это произошло. И теперь ему казалось, что на берегу осталась не девушка, а часть его самого. И недостаток этой самой части болезненно сказывался на его настроении, отражаясь почти физически ощутимыми уколами в области ровно бьющегося холодного сердца.
        Направляясь к причалу, Стикс краем уха уловил странный звук, издаваемый внедорожником. Двигатель работал непривычно громко, что было абсолютно несвойственно недавно покинувшим салон автомобилям. Он медленно обернулся и замер в недоумении, глядя на разворачивающуюся перед ним картину. Машина стояла как вкопанная, работая на холостом ходу при полностью отжатой педали газа, о чем свидетельствовал издаваемый ею оглушительный вой. "А кто же будет отпускать сцепление, Женечка?" - пробормотал Стикс себе под нос. В этот самый момент, точно по команде, автомобиль судорожно дернулся и с бешеной пробуксовкой ринулся назад. Из-под колес вырвались куски темно-коричневого грунта, разлетевшись грязевым дождем во все стороны. Проехав несколько метров, несчастный внедорожник с грохотом врезался в расположенный на обочине столб. Раздался звон разбитого стекла, смешавшийся со скрежетом покалеченного корпуса. Стикс на мгновение зажмурился, бледное лицо его выглядело так, будто этой машиной был он сам.
        Широкая дверца медленно отворилась, и на массивную металлическую подножку осторожно ступила обутая в кроссовку маленькая нога виновницы происшествия. Однако целиком ее хозяйка выбираться не спешила. Она в нерешительности сидела на водительском кресле, потирая рукой ушибленную о руль ключицу, и размышляла над своим поступком, а заодно и над тем, что за ним теперь последует. Оправившись от шока, Стикс подошел к заглохшему автомобилю и резко распахнул слегка приоткрытую дверь. Встретив невинный взгляд широко распахнутых карих глаз, он молча вынул ключи из замка зажигания и спокойно поинтересовался:
        - Ушиблась?
        - Я предупреждала, - выпалила Женя на одном дыхании, стремясь объяснить содеянное. - Я не умею водить.
        - Я понял, - ответил он, подавая ей руку. - Идем.
        - Я не специально, - пробормотала она, выбираясь из покореженного внедорожника.
        - Я понял.
        - Я не хотела…
        - Идем в катер, - прервав поток ее оправданий, сказал собеседник. - Пора в путь.
        Он сжал ее маленькую кисть в своей ладони и потянул девушку за собой. Поравнявшись с Энни, которая с любопытством наблюдала за происходящим, Стикс жестом предложил ей следовать вперед. Женщина улыбнулась и насмешливо посмотрела на Женю прищуренными зелеными глазами, в которых плясали лукавые чертики.
        - Не смешно, - процедила та, плотнее сжав зубы.
        - Я и не смеюсь, - губы блондинки растянулись еще шире, она была явно довольна спектаклем, свидетельницей которого только что оказалась. - Тебе бы на "формуле" выступать с такими навыками вождения, дорогая.
        Подарив ей полный раздражения взгляд, Женя недовольно фыркнула, двинувшись вперед. Вопреки указаниям Стикса, она первой взошла на палубу и, не глядя на своих спутников, опустилась на потертое серое кресло, находившееся в самом дальнем углу кокпита2. На душе ее скребли кошки. Даже осознание того, что вместо высылки в отель девушку взяли на борт, не приносило должной радости. Она вновь вспомнила, как сильно устала, и неприятная слабость вернулась, с новой силой овладев ее телом.
        - А как же швартовы? - услышала она откуда-то издалека ироничный голос Эн, когда Стикс, покопавшись в разложенных перед его носом инструкциях, завел мотор.
        - Н-да, - отозвался он, затем вышел из рубки и, отвязав катер от причала, направился к сидящей в расслабленной позе у края борта женщине. Ветер теребил ее роскошные светлые волосы, бросая тонкие вьющиеся пряди на лицо. На фоне безликой водной массы, сливающейся с небом на горизонте, Эн выглядела необычайно ярко и привлекательно. Она как будто только что сошла с полотна искусного художника, сумевшего соткать образ ослепительно прекрасной богини, идеала женской красоты.
        - Так будет безопаснее, - неотрывно глядя на нее, проговорил Стикс.
        Она вопросительно взглянула в его непроницаемые светлые глаза и тут же охнула, почувствовав, как холодный металл наручников соприкоснулся с ее теплым запястьем.
        - Опять?! - возмущенно воскликнула Энни, недовольно морща нос.
        - Сия предосторожность лишь укрепит твою устойчивость на этом судне, дорогая, - ответил собеседник насмешливо.
        Женя окинула их обоих равнодушным взором потускневших глаз и вновь уставилась на бьющиеся о металлический борт старого катера волны, острые гребни которых ритмично вздымались, водя замысловатые хороводы холодных северных вод.
        "Deja-vu", - вспыхнуло у нее в голове и тут же потухло, как пламя зажженной под дождем спички.
        ГЛАВА 21"ОСТРОВ ПОГИБШИХ КОРАБЛЕЙ"
        Женя молча смотрела на серую рябь морской воды, которая, будто шероховатая поверхность гигантского стекла, раскинулась до самого горизонта, сверкая серебряными гранями невысоких, остроконечных волн. Ярко-оранжевый диск солнца окрасил серо-голубое небо, отразившись мерцающей дорожкой в зеркале Норвежского моря. Они плыли уже почти три часа в указанном Эн направлении, все больше удаляясь от населенной людьми земли. Их изрядно обшарпанный, старый катер, вопреки прогнозам Энни уверенно двигался вперед, разрезая носом темную воду, которая, вспениваясь, оседала белым облаком позади него, оставляя узкий след, быстро съедаемый стальной массой волн, похожих друг на друга как близнецы-братья. Девушке было не по себе.
        Стикс довольно быстро освоился с ролью капитана. Разобравшись с приборами, он некоторое время возился с картой и компасом, высчитывая необходимый курс, затем несколько раз сверился с руководством по управлению судном, после чего направил его навстречу затейливому танцу гостеприимных волн.
        Энни, пристегнутая к ограждению, сидела в паре шагов от Жени, откинувшись на спинку кресла, и курила, без конца щелкая плохо функционирующей зажигалкой. Поза у нее была расслабленная, даже наглая: одна нога, обутая в остроносую лакированную туфлю на высоком каблуке, неподвижно покоилась на другой, открывая в разрезе узкого черного платья стройное бедро женщины, увенчанное тонким кружевом чулка. Крепкая маленькая грудь высоко вздымалась с каждым ее вздохом, слегка приподнимая лежащую на ней цепочку с крошечным кулоном - "жучком". В свете застывшего над горизонтом солнца это скромное украшение переливалось и блестело, словно было сплошь усеяно драгоценными камнями. Эн так и не сняла подарок Стикса, решив, что теперь, когда истинная природа его выяснилась, она имеет полное право оставить цепочку себе на память. А может, то была одна из ее уловок, которыми изобиловало поведение этой молодой особы на протяжении всего времени их знакомства. Так или иначе, кулон по-прежнему находился у нее, сверкая миллионом микроскопических бликов в ярком свете полярного дня. Застегнув на все пуговицы свой длинный
пиджак, Энни молча смотрела куда-то вдаль, продолжая выкуривать одну за другой купленные по дороге сигареты. Когда в пачке осталась всего лишь одна, последняя, женщина недовольно поморщилась и покосилась в сторону капитанской рубки, где, обложившись необходимыми для ведения катера приспособлениями, сидел Стикс.
        - Я хочу курить, - громко крикнула она, пытаясь пробиться сквозь шум мотора. - У тебя есть что-нибудь?
        Ответа не последовало и Эн, поняв, что ее либо не слышат, либо игнорируют, обиженно насупилась, надув пухлые розовые губки на удивление правильной формы.
        Неустанно скользя по волнам к намеченной цели, судно плавно вошло в зону странного белого тумана, который, незаметно сгущаясь, постепенно лишил их какой-либо видимости. Сбавив ход, Стикс медленно вел катер сквозь вязкую белую стену, насквозь пропитанную холодом и сыростью. Вокруг было тихо, лишь монотонный шелест волн да крик чаек нарушали повисшее в воздухе молчание.
        - Почему мы так медленно движемся? - кутаясь от холода в теплую голубую куртку, спросила Женя, подойдя к нему.
        Все время пути она не поднималась с места, отказавшись наотрез спускаться в каюту. Состояние у девушки было заторможенное, она точно пребывала в полудреме: все мышцы в теле сковала какая-то невидимая сеть, мешавшая ей двигаться, конечности стали ватными, а голова кружилась. Прекрасно осознавая, что отправиться отдыхать вниз для нее равносильно погружению в крепкий беспробудный сон, вывести из которого ее вряд ли кому-либо удастся в ближайшие часов этак 9, Женя продолжала сидеть в кресле кокпита, изучая бескрайнее пространство северного моря.
        - Ты разве не слышишь? - сказал он, не глядя в ее сторону, внимание его было приковано к туману, непроницаемая завеса которого окружила катер со всех сторон.
        - Что именно?
        - Прислушайся.
        Девушка напрягла слух, но ничего примечательного так и не смогла разобрать. Ее рассеянный взор скользил по светло-серой панели, на которой, играя стрелками точно глазами, располагались круглые окошки приборов. Их показания ни о чем не говорили ей, она вообще с трудом понимала, как Стиксу удалось за такой короткий срок освоиться с управлением катера. Хотя… он был изобретателем, капитаном космического корабля, пилотом… что значит для человека с такими навыками какое-то маленькое суденышко?
        - Птицы, - так и не дождавшись от нее вразумительного ответа, пояснил собеседник, - значит рядом берег.
        - А, - протянула Женя, сообразив наконец, к чему он клонил.
        Подобные побуждающие к раздумью диалоги она сейчас не очень-то охотно воспринимала, чувствуя, как от усталости и холода ее мысли замерзают, не успев обрести должный смысл. Голова казалась непривычно пустой, и девушка готова была поклясться, что слышит, как шумит в ней несущий ростки безумия северный ветер, почти такой же сильный, как тот, что поднялся вокруг, разогнав туман и открыв ее взору темный силуэт большого скалистого острова. Взяв курс на него, катер медленно приближался к холодным каменным глыбам, о которые яростно бились рвущиеся к небу волны.
        - Здесь, - прошептала Энни, едва шевеля бледными губами, шея ее вытянулась, тело напряглось, а в расширенных зрачках забрезжил какой-то странный изумрудный свет. Казалось, что натянутая струна вот-вот лопнет, и Эн начнет биться в истерике точно безумная. Но женщина молчала, неотрывно глядя на прибежище ее хозяина, во владениях которого, как она утверждала, ей никогда не доводилось бывать.
        Ровный, точно выточенный из воска, берег раскинулся перед путешественниками во всей своей красе. Остров был высок и по форме напоминал закругленный в плане объект, на котором, словно грибы, росли остроконечные треугольные скалы темно-красного цвета. Омываемый стальными волнами, впереди виднелся небольшой серый риф. Катер осторожно обогнул его слева. Стикс обернулся к Жене и пояснил ей ободряющим тоном:
        - Это был корабль.
        Когда смысл его слов наконец дошел до сознания девушки, внутри у нее все опустилось, и без того продрогшие руки похолодели еще сильнее. Но вскоре ее широко открытым глазам предстала еще более "живописная" картина. Край острова плавно спускался к морю, врезаясь в него выдающейся вперед частью, точно плавник гигантской рыбы, на котором был наколот прогнивший корпус старого рыболовецкого траулера. Останки судна плавно покачивались на безмолвных волнах, хранивших тайну его роковой судьбы.
        Осторожно подведя катер к борту траулера, Стикс заглушил двигатель и под гулкий звук потревоженного металла легко перескочил на его палубу, чтобы закрепить перекинутые швартовы. Несколько минут спустя он стоял перед смотрящей куда-то сквозь него Женей и пытался донести до нее обычные истины.
        - Если заметишь что-то подозрительное, переруби трос топором, который ты найдешь в ящике для инструментов под трапом, заведи катер и убирайся отсюда к черту, то есть на восток, - голос его звучал тихо, но настойчиво, будто принадлежал старому учителю, который повторял нерадивому студенту давно пройденный урок. - Вот взгляни, это компас…
        Минут пятнадцать он безуспешно пытался объяснить ей, как следует управлять катером, потом взял ее безвольно повисшую вдоль тела руку и вложил в нее ключи. Однако пальцы девушки не удержали их, и с тихим звоном ключи выпали из ее ладони, ударившись о металлический белый пол. Стикс подобрал их и вставил в замок зажигания. Очнулась Женя лишь когда он повесил ей на шею двустволку. Подняв на него полные недоумения глаза, девушка чуть приоткрыла застывшие в немом вопросе губы, но ничего вразумительного вымолвить не смогла.
        - Если она будет дергаться, стреляй, - мягким вкрадчивым голосом посоветовал он и, не дожидаясь ответа, отправился на остров.
        Как только его высокая фигура исчезла из поля зрения, Женя уперлась взглядом в сидящую как мышь Энни, голова которой была втянута в плечи, а глаза, под тенью длинных темных ресниц, скромно опущены. Девушка посмотрела в сторону быстро удаляющегося Стикса. На плече его, покачиваясь, висела большая спортивная сумка, волосы были затянуты в тугой хвост, который нещадно трепал холодный ветер. Она, точно в гипнотическом сне, не могла отвести взгляд от его широкой спины. Странный металлический скрежет привлек ее внимание. Женя медленно повернулась всем корпусом на звук и увидела, как Энни с помощью брошки пытается отстегнуть наручники. Сняв с шеи ружье, девушка взвела курки и направила на нее дуло.
        - Прекрати сейчас же или я буду стрелять! - услышала она свой собственный голос, узнать который могла с трудом.
        Никак не реагируя на угрозу, Эн продолжала свое дело. Наконец тонкое серебристое кольцо жалобно щелкнуло, освободив пленницу. Женщина медленно поднялась и направилась к собеседнице, которая продолжала держать ее на мушке. В глазах Эн не было и намека на страх, красивые губы ее растянулись в спокойной, открытой улыбке.
        - Стреляй, - глядя в упор на онемевшую от удивления Женю, проговорила она, когда холодное дуло уперлось ей в грудь. - Кстати, ты умеешь плавать?
        В следующий момент Энни резким движением отвела ствол ружья в сторону и, схватив его за приклад, дернула на себя. Указательный палец Жени непроизвольно нажал на курок, грянул выстрел. Точно в странном, неизвестном до селе танце, обе женщины, крепко сжимая объединяющее их оружие, сделали несколько замысловатых па по кругу, пока Женя не уперлась спиной в леерное ограждение. Внезапно отпустив ствол, Эн со всего размаха ударила свою соперницу в челюсть, отчего у той посыпались из глаз искры. Последующие события она видела как в замедленной съемке. Энни, обхватив руками ее ноги, выкинула Женю за борт, как куклу. Сил этой хрупкой с виду женщине было не занимать, поэтому девушка умудрилась пролететь несколько метров, прежде чем коснулась воды. Осознание того, что случилось, пришло к ней лишь когда темные ледяные волны сомкнулись над ее головой.
        ГЛАВА 22ЯНТАРНЫЙ ОМУТ
        Женя вынырнула, хватая ртом воздух. Но не успела она как следует сориентироваться, как была вновь накрыта волной от удаляющегося катера. Барахтаясь по-собачьи, девушка плыла к траулеру, то и дело уходя под воду с головой. Ее тело неплохо переносило довольно низкую температуру, продолжая исправно функционировать. Единственное, что мешало Жене мыслить трезво, так это возникшая паника, которая, вопреки командам разума, вполне могла свести на нет все ее старания, утопив несчастную в нескольких метрах от твердой поверхности спасительной суши. Сильная мужская рука схватила мокрую до нитки девушку за шиворот и втащила ее обессилевшее тело на ржавую палубу давно погибшего корабля в тот самый момент, когда она, окончательно уверовав в свою неминуемую смерть, начала медленно погружаться.
        Придя в себя, Женя увидела лицо Стикса. "Неужели я все-таки в коробочке?" - промелькнуло в ее голове и тут же исчезло, уступив место другим, более актуальным на данный момент мыслям. Ее распластанное тело лежало на холодной металлической палубе траулера. А Стикс осторожно стягивал с нее мокрые джинсы. Девушка округлила глаза и, запинаясь, спросила:
        - Ты… что это.. что это ты собираешься делать?
        Он улыбнулся, уловив в ее голосе испуг, и успокаивающе пояснил:
        - Всего лишь пытаюсь тебя переодеть, чтобы ты не заболела.
        Одним резким движением он поднял Женю на ноги, вытряхнув одновременно из всех расстегнутых заранее вещей. Стоя перед ним в нижнем белье и носках, девушка невольно поежилась. Стикс накинул ей на плечи свою куртку и придвинул к ногам кроссовки. Зашнуровав совершенно мокрую обувь, она принялась застегивать массивную молнию своего нового одеяния, с лихвой прикрывающего ее колени. Замок плохо слушался занемевших от холода пальцев, и Жене пришлось приложить максимум усилий, чтобы справиться с ним. Когда она распрямила спину и опустила руки, они утонули в длинных рукавах, смешно повиснув вдоль тела, как у Пьеро, печальная гримаса которого застыла на лице девушки. Терпеливо дождавшись, когда она наконец закончит, Стикс поднял ее на руки и перенес на остров.
        - Что мы теперь будем делать? - сильнее кутаясь в его огромного размера куртку, спросила Женя. Зубы ее стучали от холода, а пропитанные морской водой кроссовки жалобно хлюпали при каждом движении.
        - Поднимемся на скалу и осмотрим окрестности сверху, - ответил он, расстегивая сумку.
        - Ты думаешь, нас не заметят? - в глазах ее читалось беспокойство.
        - Женечка, - он вздохнул, - нас в любом случае заметят рано или поздно, если, конечно, это уже не произошло. Так что иного выбора, нежели отправиться на разведку, я, увы, не вижу, - Стикс мягко улыбнулся ей и тихо добавил, доставая из сумки маленький стеклянный шар: - Это тебе в качестве талисмана.
        Глаза собеседницы расширились от изумления. Она не моргая смотрела на крошечную янтарную рыбку, мерно покачивающуюся в окружении прозрачных пузырьков. Появление здесь этого сувенира было для нее чем-то нереальным. Значит, он все-таки заметил заинтересовавший ее предмет, несмотря на свою чрезвычайную занятость, более того, он нашел возможность купить его для нее. Женя ощутила какое-то смешанное чувство, от которого едва уловимо заныло в груди, а к горлу поднялся мешающий говорить ком. Она протянула руку, закатала рукав и бережно взяла подарок. Оранжевое создание уставилось на свою новую владелицу немигающим взором больших круглых глазниц.
        - Рыбка в шаре, - наконец выдавила из себя Женя, справившись с охватившим ее волнением. - Спасибо.
        Стикс глядел в ее огромные золотистые глаза, понимая, что тонет в них.
        - Нужно идти, у нас не так уж много времени, - пробормотал он, хватаясь за эту идею точно за спасательный круг, способный вынести его из янтарного омута ее удивительного, ни с чем не сравнимого взора.
        Никогда раньше она не смотрела на него ТАК.
        ГЛАВА 23ОФИЦЕРСКАЯ ДОЧЬ
        Стоя на самом краю обрыва, мужчина в легком летнем джемпере и его одетая точно пингвин спутница молча смотрели вниз. Сверху остров выглядел иначе, нежели с боку. Он имел форму большой вытянутой подковы, которая словно след гигантской лошади лежала посреди морской глади, окруженная множеством скалистых рифов. Хотя, возможно, это были и не рифы вовсе, а останки давно затонувших кораблей, нашедших здесь свой последний причал. Залив, заполнявший внутреннюю часть окутанного легендами клочка суши, имел куда более оптимистичный вид. Здесь столпились несколько вполне пригодных к плаванию судов, среди которых находился и внушительных размеров буксир. В нескольких десятках метров от пологого берега, частично затопленная в воду, стояла странная конструкция черного цвета, ее вытянутый шестигранный корпус с завершением в виде остроконечной призмы, отливал золотом в беспощадном свете полярного солнца. Снизу, словно огромные, геометрически правильные щупальца гигантского осьминога, необычное сооружение поддерживали несколько раскинутых под одинаковым углом в стороны стержней.
        Женя с нескрываемым любопытством разглядывала возвышающийся над морем объект. Ей казалось, что она уже где-то видела эту восьмигранную фигуру, вот только, где именно, девушка никак не могла вспомнить.
        - Вот и мой корабль, - проговорил Стикс себе под нос, не отрывая холодного, непроницаемого взора от черного монолита, который окружали разнокалиберные суда, застывшие на месте без каких-либо признаков жизни, точно это был не остров, а пристанище "летучих голландцев" всевозможной величины.
        - Та темная башня? - удивилась Женя, взглянув на него, она наконец поняла, где встречала похожие очертания, но это открытие не добавило ясности в беспокоивший ее вопрос. - Как же ты умудрился придать ей вид части каменного дома?
        - Обычная маскировочная функция кораблей данного типа, - объяснил собеседник, продолжая оценивать хорошо наметанным глазом местность. - Он может принять любые, близкие по форме очертания, если, конечно, уметь настраивать систему камуфляжа.
        Девушка кивнула, уловив общий смысл его слов.
        - И как же зовут твой корабль? - полюбопытствовала она.
        Однако Стикс не ответил, продолжая задумчиво изучать раскинувшийся перед ними пейзаж.
        - Хм, - Женя поежилась, сильнее кутаясь в просторную мужскую куртку. - На Земле есть пословица: "Корабль начинается с имени". В детстве отец рассказывал мне о древней традиции давать судам нарицательные имена. Во все века название корабля или лодки являлось отражением бытующих в обществе нравов и вкусов. Раньше я очень любила слушать его истории на эту тему. Про отважных мореплавателей и их не менее отважные корабли, бороздившие океанские просторы. Мифы, легенды, реальные события, записанные чьей-то заботливой рукой со слов очевидцев… Папа был морским офицером, он знал так много интересного, - от нахлынувших воспоминаний в горле у нее застрял ком, а глаза непроизвольно затянула тонкая пелена готовых пролиться слез. Девушка замолчала, стараясь взять себя в руки.
        - Значит, ты офицерская дочь, - проговорил собеседник, выслушав ее речь.
        - Н-да, - выдавила из себя Женя, сглотнув; взгляд ее рассеянно блуждал по мерцающему черному корпусу, неподвижно застывшему в объятиях залива. - И все-таки не правильно, что твой корабль не имеет имени, - объявила она совсем другим тоном. - Мы обязательно должны ему его придумать. Вот мне, например, он напоминает карандаш, - девушка чуть наклонила голову, стараясь рассмотреть объект их обсуждения получше. - Или еще… - она запнулась, смутившись. Мысленно обдумывая как бы корректно озвучить свою очередную ассоциацию, Женя подбирала подходящие слова, чувствуя, как начинают пылать щеки.
        Стикс искоса взглянул на ее окрасившееся румянцем лицо и поспешно произнес:
        - Кае.
        - Что? - она будто очнулась.
        - Имя моего корабля - Кае-3.
        - Какое странное, - пробормотала собеседница. - А что оно означает?
        - Я расскажу тебе об этом в более подходящей обстановке, - губы его растянулись, но улыбка получилась какая-то напряженная, неестественная.
        В воздухе, пропитанном ветрами, повисла продолжительная пауза.
        - Мы спустимся к нему? - не выдержав, поинтересовалась девушка.
        - Здесь слишком крутой обрыв, разве ты не видишь? - Стикс был явно удивлен ее вопросу.
        - Ну да, - пожала плечами Женя, покосившись на склон, на краю которого они стояли, поверхность его была неестественно гладкой, будто природа создала ее из металла, а не из камня. - Что же тогда мы станем делать?
        Ведь до корабля рукой подать, жаль, что у нас нет крыльев, - она задумчиво вздохнула, устремив печальный взгляд на черный блестящий корпус "Кае".
        "Все это - просто сон, - решила девушка мысленно, - проклятые острова, звездолеты, новые тела, ледяная ванна, приняв которую в течении довольно продолжительного времени, я до сих пор жива… Все это ложь, бред воспаленного воображения, глупые ночные фантазии. Такого не может быть в действительности. Значит, я сплю! А если так, то почему бы мне не начать летать?"
        - Идем, - беря ее под руку, сказал Стикс.
        - Куда? - очнувшись от размышлений, спросила Женя.
        - Вперед, по краю обрыва. Нам нужно перебраться на противоположный берег острова, чтобы приблизиться к заливу с более пологой стороны.
        - А, - протянула она, бросив тоскливый взгляд на забитый судами залив. - Крылья, по всей видимости, временно отменяются.
        Он странно посмотрел на свою спутницу, заподозрив, что с ней что-то не так. Но вслух ничего не произнес, продолжая увлекать девушку за собой. Путь им предстоял неблизкий.
        "А может, я в коробочке, - продолжала рассуждать Женя про себя, - даже наверняка. Со мной без конца происходят всякого рода катаклизмы, а я будто в рубашке родилась. Человеку несвойственна такая неуязвимость. По всем правилам жанра я давно уже должна мирно почить где-нибудь на маленьком бельгийском кладбище".
        Тихий скрежет отвлек ее от бурного потока мыслей. Девушка резко обернулась и увидела, как на гладкой каменной поверхности скалы, по краю которой они шли, образовался незаметный ранее люк. Его крышка медленно поднялась, и в плохо освещенной щели сантиметров 10 высотой, показалось чье-то облаченное в черную тканевую маску лицо. Сквозь узкие прорези на незваных гостей смотрели внимательные голубые глаза. Немая сцена длилась всего какие-то доли секунды. Затем крышка люка громко звякнула, опускаясь на место, и скрыла от постороннего взора внезапно появившегося незнакомца.
        - А вот и хозяева, - задумчиво проговорил Стикс, направляясь к обнаруженному в скале проему.
        - Ты что, собираешься туда пойти? - брови Жени поднялись в недоумении.
        - Конечно, это самый короткий путь к моей собственности.
        - Или к нашей смерти, - возразила она. - Добровольно лезть на территорию противника - самоубийство!
        - Не хочу тебя огорчать, Евгения, - тонкие бледные губы его тронула сомнительного смысла улыбка, - но мы уже давно влезли на его территорию. И теперь нам осталось только одно, самое верное средство защиты…
        - Какое же?
        - Нападение.
        Стремительными шагами Стикс направился к тому месту, где только что исчезли внимательные глаза таинственного обитателя острова. Обнаружив люк, он вырвал с корнем запертую изнутри крышку и, поманив слегка ошарашенную происходящим девушку за собой, начал медленно спускаться по крутому металлическому трапу вниз, навстречу тускло горящему в глубине помещения свету.
        ГЛАВА 24"МАСКАРАД"
        Бесконечные металлические ярусы изобиловали темно-рыжими пятнами ржавчины, неприятный запах которой насквозь пропитал все вокруг. Вмонтированные под потолком лампы были маленькими и круглыми, их скудного света не хватало, чтобы в полной мере осмотреть окружающую обстановку. Атмосфера здесь царила угнетающая. Женя, плетясь следом за Стиксом, осторожно ступала по сырому грязному полу, слегка придерживаясь за стенку.
        - Что это за катакомбы? - брезгливо морщась от очередной волны едкого запаха, ударившего ей в ноздри, спросила она шепотом.
        - Древний космический корабль, - ответил собеседник тем же тоном. - Я предполагал что-то подобное, - добавил он после минутной паузы, продолжая кошачьей поступью продвигаться вперед.
        Каждый мускул в его теле был напряжен до предела. Слух, обоняние, зрение - все обострилось, готовясь в любой момент сослужить ему верную службу. Стикса не покидало странное чувство неправильности происходящих событий. Он был готов к атаке, но никто до сих пор не появился, лишь противное журчанье стекающей по стенам воды да размеренное хлюпанье Жениных кроссовок сопровождало его путь. Легкий, еле уловимый шорох отвлек его внимание от поиска объяснений сложившейся ситуации. Резко обернувшись, он увидел как в торце широкого коридора, по которому они брели, появились четыре тонкие фигуры, одетые во все черное. В руках незнакомцы сжимали странные продолговатые мечи прямоугольной формы. Их лезвия мрачно блестели в полумраке помещения, навевая неприятное чувство неминуемой схватки.
        "Началось", - мелькнуло в его голове.
        "Когда же я наконец проснусь?" - подумала девушка, тоскливо глядя на четверку, которая медленно приближалась к ним.
        Повесив ей на шею свою тяжелую спортивную сумку, он двинулся навстречу черным фигурам. Маски скрывали их лица, но агрессивные позы и оголенные "мечи" говорили об отнюдь не дружелюбных намерениях.
        Стикс замедлил шаг и наконец остановился. Он легко переминался с ноги на ногу, но при этом не сходил с места. Противники приближались, неслышно ступая по мокрому металлическому полу. Когда разделявшее их расстояние уменьшилось до нескольких метров, гибкие темные силуэты точно по команде разделились: двое из них замерли в воинственной позе напротив него, остальные крадущейся походкой обходили его крупную фигуру с боков, практически сливаясь с мрачными холодными стенами плохо освещенного коридора. Оценив ситуацию, Стикс погладил ладонью заросший щетиной подбородок и вежливо поинтересовался на русском:
        - И какие будут предложения?
        Неподвижно стоящая впереди пара моментально ожила и синхронно двинулась на него, разрубая перед собой воздух. Двое других, плавно скользя, начали его окружать. Резкий выпад назад и вправо позволил ему захватить застывшую с "мечом" руку противника, а вместе с тем и его голову. Послышался хруст ломаемых костей. От этого страшного звука Женя невольно зажмурилась.
        - Один: ноль, в нашу пользу, - пробормотала она себе под нос, вновь открыв глаза.
        Обмякшее тело в стремительном полете попало под два острых лезвия, которые угрожающе сверкая, мелькали впереди. В мгновение ока его отдельные части разлетелись по сторонам, заливая фонтаном крови и без того багряную от ржавчины обшивку стен. Тем временем Стикс с отвоеванным в схватке "мечом" приблизился ко второму, стоящему сзади, незнакомцу. Орудия их пару раз соприкоснулись, после чего он сильным непредсказуемым ударом отсек противнику ногу. Не успев в падении достичь пола, тот лишился и головы, которая с гулким стуком покатилась в сторону Жени. Брезгливо убрав ногу с пути стремительно приближающейся к ней части мертвого тела, девушка тихо констатировала:
        - Два: ноль, - подняв глаза, она исправилась, - четыре: ноль, - немного подумав, девушка добавила: - Все-таки лучше мне будет проснуться.
        Порыв ветра, вызванный быстрым движением пронесшегося мимо Стикса, заставил всколыхнуться ее немного подсохшие после морского купания волосы. Обернувшись, Женя увидела, как с противоположной стороны коридора, как раз за ее спиной, к ним приближалась очередная группа людей в черных костюмах и масках. Но на этот раз она оказалась гораздо более многочисленной. Фигуры обитателей острова напоминали идентичных манекенов. Рост, вес, телосложение - все у них было одинаковое, будто эти странные, невероятно гибкие и пластичные создания только что сошли с одного конвейера.
        Девушка, словно загипнотизированная, неотрывно смотрела на разворачивающуюся перед ее глазами кровавую сцену. Она не могла уследить за молниеносными движениями Стикса, такая скорость была неприемлема для ее измученного сознания. Звон металла сливался с шумом шагов, хрустом костей и неприятным хлюпаньем свежей, густой крови, объединяясь в общий звук, который больно резал по ушам, заставляя работать воображение в весьма сомнительном направлении. Но чего-то в этом звуковом хаосе не доставало. Немного подумав, Женя поняла, что, даже погибая, безликие жертвы хранили гробовое молчание.
        - Какой мерзкий сон, - чувствуя приступ тошноты, прошептала она.
        Когда над грудой искалеченных тел осталась стоять только одна, до боли знакомая ей фигура, девушка сделала нерешительный шаг в ее направлении. Стикс, не теряя времени даром, "простукивал" карманы первого попавшегося убитого. К его огромному сожалению, они были пусты. Он положил ладонь на нагрудный карман трупа и тут же ее отдернул, быстрым движением другой руки сорвав с головы мертвеца маску. Застыв на мгновение, он со странным выражением лица рассматривал внешность врага. Затем резко повернулся к останкам его напарника и, подцепив кончиком продолговатого лезвия тонкую черную ткань, которая скрывала облик незнакомца, открыл и его лицо.
        - ЭННИ, - слетело с Жениных губ, когда она, сделав еще несколько неуверенных шагов вперед, замерла в изумлении.
        "Как же я ненавижу эту женщину", - подумала девушка, отступив назад; ее обутая в белую кроссовку нога вляпалась во что-то вязкое. "Кровь", - пронеслось у нее в голове, как приговор.
        - Любопытно, - долетел до ее уха озадаченный голос Стикса.
        Подняв на него глаза, Женя поняла, что он снял маски еще с нескольких трупов. И, как ни странно, все они тоже были Энни. Окончательно осознав, что ей снится кошмар, девушка решила принять правила его игры и со всего размаха наступила в лужу крови, подняв разлетевшиеся по сторонам брызги, которые тут же осели на ее обнаженных ногах, оставив темные разводы. Она вела себя как капризный ребенок, которому долго запрещали ходить по лужам и вот наконец он получил возможность делать это. Стикс вопросительно посмотрел на свою спутницу, а она в ответ бодро заявила:
        - Могу поспорить, что это тоже Энни! - Женя указала на отрубленную голову, лежавшую на полу недалеко от нее.
        Однако он почему-то не разделил приподнятого настроения собеседницы. Напротив, забрав у нее сумку, Стикс сухо сказал:
        - Идем.
        Однако в планы девушки это, похоже, не входило. Видя, что без применения силы сдвинуть с места эту вошедшую во вкус особу будет нелегко, он переложил "меч" в левую руку и, перекинув ее миниатюрное тело через плечо словно мешок, двинулся вперед по коридору.
        Жене было жутко неудобно висеть вниз головой вдоль его спины. Она попыталась подпереть голову рукой, но и это не помогло. Решив высказать ему свои недовольства, девушка уперлась ладонями в его лопатки, слегка приподнялась, но тут же рухнула обратно, так как Стикс ринулся вперед с невероятной скоростью, от которой у нее закружилась голова.
        - Упс, - пробормотала Женя, увидев, как следом за ними движется целая толпа гибких, темных фигур, вооруженных угрожающе оголенными "мечами". Она ни на йоту не сомневалась, что все они - Энни.
        С каждой секундой он увеличивал разрыв, постоянно меняя направление движения. Новые коридоры мелькали вокруг них, поражая однообразностью интерьеров. Внезапно они очутились в огромном квадратном зале, где Стикс резко затормозил и встал как вкопанный. Женя от неожиданной остановки больно ударилась подбородком о его твердую спину. От сильного удара у нее потемнело в глазах, еще через мгновение она потеряла сознание.
        ГЛАВА 25СЛИШКОМ ПРОСТО
        - Ну вот я и проснулась, - открыв глаза, решила Женя.
        На губах ее играла улыбка облегчения, которая медленно начала таять, как только в поле зрения девушки попали мрачные стены зала, а в нос ударил едкий запах ржавчины. Они все еще стояли на том же самом месте. Поворачиваясь вокруг своей оси, Стикс решал довольно сложную, на его взгляд, задачу: в какой из четырех имеющихся выходов ему направиться. Голова у Жени кружилась от этого еще больше, перед глазами все плыло, постепенно смешиваясь в одно общее бурое пятно. Когда из трех коридоров высыпали, словно горох, толпы одетых в черное Энни, Стикс ринулся в единственный свободный проход и исчез в нем, унося с собой совершенно расстроенную Женю.
        "Значит, это не сон, - обречено подумала она, - получается, что я все-таки в коробочке".
        Коридор заканчивался мощной железной дверью. Стикс с силой толкнул ее свободным плечом и едва не рухнул, потеряв равновесие, когда вылетел в открывшийся проем. Дверь оказалась незапертой. Попав в огромный, хорошо освещенный ангар, он уставился на открытый шлюз, в котором, точно картина в раме, виднелся его "Кае".
        Дальнейшие события развивались с невероятной быстротой. Девушка все-таки умудрилась устроиться поудобнее в своем весьма непривычном положении. С обреченным видом она наблюдала, как стремительно удаляется шлюз, а вместе с ним и насквозь проржавевшие коридоры негостеприимного острова. Стикс замедлил ход у самой кромки воды и повернулся на сто восемьдесят градусов, что позволило ей сориентироваться. Отсюда вид на космический корабль был несколько иным: он возвышался над волнами метрах в тридцати от берега подобно гигантской, обмазанной дегтем башне. Женя прикинула расстояние и решила, что по всем законам сценария дальше они должны двигаться по воде. Информация, которой она располагала относительно действия коробочек, этому нисколько не противоречила. Но, к ее огромному разочарованию, Стикс нашел гораздо более простой выход из сложившейся ситуации. Он, крепче стиснув ее ноги, ринулся к огромному буксиру, который стоял почти вплотную к "Кае". Однако здесь его поджидала новая неприятность: попасть на его борт при полном отсутствии причала оказалось довольно проблематично. Недолго думая, Стикс поставил
свою спутницу на ноги, надел на нее, точно на рождественскую елку, сумку и принялся толкать к воде одну из сброшенных в кучу возле залива шлюпок.
        Когда они отплыли от берега на достаточное расстояние, из шлюза высыпала толпа одинаковых людей в черном, которые не останавливаясь, кинулись за ними. Женя, подперев руками подбородок, принялась лениво их пересчитывать.
        - Один, два, три… восемнадцать… двадцать семь…ой, сбилась, - бормотала она, глядя, как прыгают в ледяную воду стройные высокие тела.
        Сделав еще несколько неудачных попыток определить количество преследователей, девушка очень точно охарактеризовала их число одним матерным выражением, которое в более корректном переводе имело значение "много".
        Лодка осторожно причалила к высокому борту буксира рядом с частично погруженным в воду трапом. Стикс велел Жене подниматься, и она без каких-либо возражений подчинилась. Бросив косой взгляд на свалку стальных остроконечных волн, девушка принялась неумело карабкаться по металлическим перекладинам, опираясь на тонкие железные поручни, крутой угол наклона которых сильно затруднял ее продвижение наверх. Обутые во все еще мокрые кроссовки ноги скользили, готовые в любой момент сорваться с узкой лестницы. Наконец она добралась до палубы. Перемахнув через леерное ограждение, Женя подняла глаза и тут же встретилась с небесно-голубым взором, внимательно изучавшим ее сквозь прорези черной маски. Испугавшись, девушка зажмурилась, мысленно подписав себе смертный приговор. Она начала было прокручивать в голове эпизоды своей короткой жизни, как вдруг услышала громкий всплеск. Тихий голос возле самого ее уха мягко произнес:
        - Хватит спать, Евгения.
        Стикс крепко схватил ее за руку и поволок за собой в направлении кормы, которая практически упиралась в борт космического корабля. Его корпус был окутан толстыми морскими канатами. Кое-где висели неоткрепленные до сих пор буи, остальные хаотично плавали в радиусе нескольких метров. Вероятно, похитители использовали их для того, чтобы корабль не пошел ко дну во время буксировки.
        Когда они остановились, Женя получила возможность осмотреться. Запрокинув голову вверх, она увидела большой палубный кран, стрела которого соединялась с опутавшей инопланетное судно сетью канатов. Стикс, отпустив ее, принялся возиться со своими часами, перевернув их обратной стороной, на которой, мигая крошечными огоньками, был прочерчен странный рисунок, отдаленно напоминавший микросхему. "Кае" будто ожил, реагируя на действия хозяина. Его гладкая поверхность, точно механическая головоломка, стала быстро приобретать гораздо более замысловатые очертания, нежели раньше: по всему периметру выдвинулись правильной формы уступы, которые опоясывали корпус подобно ступеням пирамиды. От напряжения некоторые канаты лопнули, другие натянулись до упора. Послышались всплески падающих в воду буев. Заворожено глядя на происходящие метаморфозы, девушка даже не почувствовала, как ее подняли за талию и перебросили через мерно колыхающиеся волны на блестящий черный корпус корабля, к которому она припечаталась всем весом и под действием силы земного притяжения медленно сползла вниз по гладкой обшивке до первого
полуметрового выступа. Ощутив ногами твердую поверхность, Женя машинально оттолкнулась ладонями от холодной стены. Центр тяжести ее переместился, и она начала медленно заваливаться назад, навстречу безмятежно шумевшему внизу заливу. В следующее мгновение ее расслабленное тело было снова вдавлено в мрачно сверкающий черный материал мощной фигурой Стикса, который вкрадчиво поинтересовался:
        - Что это ты задумала?
        Вместо ответа девушка провела языком по занывшим от очередного удара зубам, проверяя их сохранность. Его пальцы впились железной хваткой в предплечье Жени, побуждая ее двигаться следом. Обогнув треть корпуса по длинному глянцевому уступу, они очутились перед узким проемом, который образовался прямо на их глазах. Стикс нырнул туда, втащив за собой слегка ошарашенную происходящим спутницу. Свет погас вместе с закрывшейся дверью, когда четыре ее створки тихо съехались, сомкнувшись в центре. Однако темнота была недолгой, постепенно стены вытянутого помещения, в которое они попали, начали освещаться снизу вверх тонкими лучами вмонтированных в пол ламп.
        Стикс двинулся вперед, и Жене ничего не оставалось, кроме как торопливо семенить за ним. Плетясь следом, она внимательно следила за его хорошо различимыми в ярком потоке белого света ногами, стараясь не отставать. Но это вполне невинное стремление, было чревато тем, что девушка время от времени умудрялась наступать ему на пятки. От смущения она сбивалась с шага и бормотала какие-то скомканные извинения, дико краснея при этом. А он, не обращая внимания на подобные мелочи, продолжал увлекать ее вперед по длинному спиралевидному коридору, который казался Жене бесконечным.
        В конце концов их путь достиг намеченной цели, и они оказались в абсолютно пустой восьмигранной комнате с невероятно высокими стенами, которые венчал огромный купол потолка. Стикс отпустил свою спутницу, предварительно проверив, хорошо ли она стоит на ногах. Девушку слегка покачивало, но равновесия она не теряла. Убедившись в том, что с ней все в порядке, он вновь занялся часами, синий циферблат которых был перевернут. Женя в нерешительности стояла возле стены и с удивлением наблюдала, как из центра помещения поднимается большой темно-серый цилиндр. Остановившись на полутораметровой высоте, он начал медленно трансформироваться и в конечном итоге преобразовался в круглый стол с четырьмя расположенными на одинаковом расстоянии друг от друга креслами. Посреди столешницы медленно вращался белый матовый куб. Один сектор этой конструкции был оборудован многоярусной системой клавиш. Как раз напротив них и уселся Стикс.
        Он набрал несколько коротких комбинаций, и все восемь стен тут же стали прозрачными, будто чья-то властная рука отдернула невидимые доселе занавески. Вскрикнув от неожиданности, девушка уставилась на происходящее снаружи. По ту сторону окон, облепив корабль точно мухи, висели, покачиваясь на обрывках канатов несколько десятков замаскированных Энни. Женя в испуге повернулась к Стиксу и едва слышно прошептала:
        - А если они разобьют стекла?
        Неотрывно глядя на куб, четыре перпендикулярных стороны которого отражали то же, что и стены, он пояснил:
        - Здесь нет окон. То, что ты видишь вокруг, всего лишь мониторы, воспроизводящие идеально точную картинку с внешней стороны корабля.
        Собеседница с облегчением вздохнула и принялась с большим интересом рассматривать тонкие фигуры ползающих по обшивке клонов. Она медленно переходила от одного экрана к другому, ничего не говоря. Стикс тем временем достал из помятой пачки сигарету и задумчиво закурил. Уловив знакомый запах дыма, девушка резко обернулась к нему.
        - Разве ты куришь? - в ее голосе слышалось удивление.
        - А разве ты не знала? - его бровь чуть приподнялась, а прищуренные серые глаза впились в ее лицо.
        - Я думала, ты бросил, - неуверенно пожала плечами Женя, отведя взгляд.
        - Понимаешь, Евгения, - он чуть заметно улыбнулся, - в отличие от большинства людей, я прекрасно себя чувствую, как с сигаретами, так и без них. Просто иногда, когда я вынужден ждать, мне нравится быть "вулканом".
        - А чего мы ждем? - она не сводила с него широко открытых, встревоженных глаз.
        - Все слишком странно… - он замолчал, глядя на экран.
        - Что именно?
        - Нас заманили на этот остров, - Стикс сделал многозначительную паузу.
        - Ну и? - поторопила его собеседница, чуя неладное.
        - При наличии сотен хорошо обученных клонов, - продолжал он, - против нас выступили какие-то жалкие десятки.
        Женя, конечно, не совсем разделяла его точку зрения относительно "жалкости" нападавших. Она хорошо помнила недавние события, поэтому и возразила:
        - Они же пытались тебя убить.
        - Чем? - Стикс усмехнулся. - Этими заостренными железками? Не проще ли было использовать огнестрельное оружие, его полно на Земле. Это самый простой вариант. Я не говорю уже о том, что в основании острова лежит гигантский космический корабль очень старой модификации. Но даже в те времена в ходу были различные лазерные "пушки", наличие определенного количества которых на борту необходимо на случай непредвиденного нападения. А с нами устраивают поединки на мечах в лучших традициях рыцарских турниров. Я достаточно понятно излагаю? Девушка кивнула, сделав вид, что согласна с его доводами.
        - Потом, - снова заговорил он, - мы слишком легко достигли своей цели, практически не встречая препятствий на пути. Коридоры в направлении корабля были пусты, на буксире всего один охранник, разве это не вызывает у тебя сомнения?
        Женя открыла было рот, чтобы ответить, но ее перебил громкий металлический голос, который, произнеся несколько отрывистых фраз на неизвестном ей языке, замолк, оставив после себя непродолжительное тихое эхо.
        - Что это? - озираясь по сторонам, спросила девушка.
        - Я запустил корабельный сканер, только что мне доложили о результатах его работы.
        - И каковы они? - прижав к груди руки, вдетые в длинные рукава широкой мужской куртки, осторожно поинтересовалась она.
        - Идеальные, - его губы тронула кислого вида улыбка, - два биологических существа в капитанской рубке, полное отсутствие внешних повреждений корпуса, а еще все системы исправны и готовы к запуску.
        - И что ты собираешься делать?
        - Ждать, - откинувшись на спинку кресла, ответил он и закурил очередную сигарету.
        - Чего ждать? - Женя не понимала.
        - Решения головоломки, - как-то отстранено проговорил собеседник, не сводя глаз с прекратившего вращение куба.
        В этот момент корабль сильно тряхнуло, словно он оказался в эпицентре землетрясения. Девушка, потеряв равновесие, рухнула на пол, рассадив коленку. Прильнув почти вплотную к экрану, Стикс увеличил отображаемую на нем картинку, взяв крупным планом ее верхнюю часть.
        - Черт! - вырвалось у него, когда он увидел, как стая одинаковых черных фигур, лихо орудуя краном, пытается завалить его корабль на бок. - Они не оставляют мне выбора. Сядь в кресло, Евгения, - добавил он совсем другим тоном.
        Но девушка не шелохнулась, продолжая сидеть на полу и тупо смотреть на свое разбитое колено. Соскочив с места, Стикс подошел к ней и, подняв на руки, отнес в кресло. Какое-то время он медлил, глядя на клавиатуру. На бледном лице его читалась внутренняя борьба раздирающих душу сомнений. На сердце было неспокойно, но иного выхода он не видел. Тяжело вздохнув, Стикс уверенным движением прислонил руку с часами к расположенной в самой гуще клавиш ячейке так, чтобы круглый циферблат соприкоснулся с такой же формы пластиной. Раздался тихий щелчок. У Жени, неотрывно наблюдавшей за ним, от шока перехватило дыхание. Она только что стала свидетельницей необычного, пугающего зрелища. Как только часы вступили в непосредственный контакт с кораблем, незакрытые одеждой участки тела их хозяина на какие-то доли секунды озарились густой оранжевой сеткой кровеносных сосудов, точно через него пропустили электрический заряд огромной величины. Заметив на себе ее испуганный взор, Стикс кратко пояснил:
        - Я и есть ключ для "Кае". Часы - всего лишь необходимый посредник.
        ГЛАВА 26РОЗОВЫЙ СНЕГ
        Какая-то непонятная сила вдавила Женю в кресло, не давая возможности двинуться. Точно тысяча невидимых ремней опоясала ее туловище, прикрепив к спинке кресла. Стоящий перед ней куб, некоторое время назад прекративший вращение, отображал жуткую картину. Вода в заливе у основания корабля кипела, точно в чайнике. От ее бурлящей поверхности поднимался пар, громадные пузыри лопались, и во всем этом водном хаосе плавали, постоянно переворачиваясь несколько одетых в черное трупов.
        - Что ты сделал? - воскликнула девушка, уставившись на Стикса.
        - Сварил суп из хозяев острова.
        Ее брови удивленно взлетели, а зрачки едва заметно расширились, выразив непонимание.
        - Пытаюсь взлететь, - пояснил он.
        - Я не об этом, - фыркнула собеседница, потирая рукой, на которую не распространилось странное притяжение кресла, разбитую щеку, - что ты сделал с моей спиной? Я не могу пошевелиться.
        На этот раз пришла очередь Стикса удивиться ее словам.
        - Считай, что это новая модель ремней безопасности, - после недолгой заминки ответил он.
        Его пальцы легли на клавиши и принялись что-то на них отстукивать. И тут же на экране перед Женей появился необычайно прекрасный пейзаж. На темно фиолетовых скалах лежал бледно-розовый рыхлый снег, сквозь толщу которого пробивались причудливые узоры странных извилистых деревьев.
        Корабль медленно поднялся над водой и завис метрах в двадцати над ее поверхностью. После чего резко взмыл вверх. Со стороны это походило на бесконечно длинное, черное копье, которое на мгновение соединило море с небом.
        ГЛАВА 27МОРЕ ЗВЕЗД
        Женя продолжала молча следить за плывущим по экрану сказочным ландшафтом, от созерцания которого у нее на душе становилось спокойнее. Кресло больше не сковывало движений, и девушка могла беспрепятственно двигаться.
        - Что это за место? - спросила она, повернувшись к сидящему сбоку собеседнику всем корпусом.
        - Это планета, на которую мы летим, - ответил Стикс.
        - Что?! - глаза ее округлились. - Разве мы куда-то летим?
        - Да.
        - Почему тогда ты не спросил мое мнение по этому поводу?! - закричала она, вскочив на ноги. - Я что, рабыня? Мне надоело быть вещью в твоих руках! Марионеткой на ниточках. Я не игрушка, не кукла, я живой человек! - взгляд ее искрился молниями, а руки сжимались в кулаки от гнева. - Кстати, ты обещал мне выбор. И где же он?!
        В этот миг на восьми стенах вновь зажглись отключенные на время выхода из атмосферы мониторы, и Женя очутилась посреди бескрайнего моря звезд, которые окружали ее со всех сторон. Лишившись дара речи от этого ослепительного зрелища, она медленно направилась к экранам. Стикс, вздохнув, заглянул в опустевшую пачку и, достав оттуда предпоследнюю сигарету, устало закурил.
        - Хорошо, Евгения, - начал он холодно. - Если ты настаиваешь, я доставлю тебя обратно. Но должен предупредить: ты больше не человек. Вернее, не совсем человек, в привычном для тебя смысле этого слова. Твое тело несколько отличается от тех, которые обитают на Земле, - он немного помолчал, выпуская изо рта белые клубы дыма, затем продолжил. - Дом, семья, дети - прекрасная перспектива, не так ли? - Стикс подождал ответа, но так и не получив его, заговорил снова. - Единственная проблема заключается в том, что ты переживешь не только мужа, но и несколько десятков поколений собственных потомков, сама лично сможешь удостовериться в правильности составления генеалогического древа своей семьи. Естественно, при соблюдении некоторых мер предосторожности. Хотя, возможно, им передадутся по наследству некоторые особенности твоего нынешнего облика. Правда, я не знаю, к чему это приведет: может быть, они станут прародителями новой расы, а, может, просто уродами.
        Никак не реагируя на его монолог, девушка молча ходила вдоль стен и с восхищением рассматривала простирающийся перед ней космос. Она никак не могла отделаться от ощущения, что между ней и бесчисленным множеством ярко горящих на черном фоне звезд нет никаких преград.
        - Тебе постоянно придется менять имя и место жительства, - рассуждал Стикс. Прикрыв глаза, он сидел в расслабленной позе с дымящейся в руке сигаретой, голос его, рисующий перспективы незавидного Жениного будущего, звучал тихо и мрачно. - В противном случае, ты рискуешь оказаться "лабораторным кроликом", ведь земляне так любят ставить опыты над тем, что не могут понять.
        Девушка обернулась к нему, оторвав взгляд от "прозрачных" стен, и спросила:
        - Где она?
        - Кто?
        - Та планета.
        Глядя, как горят ее янтарные глаза на осунувшемся, украшенном синяками лице, он понял, что она, судя по всему, не слышала ни слова из его вдохновенной речи. Грустно вздохнув, Стикс ответил:
        - Отсюда ты ее не увидишь.
        - Почему? - не сдавалась собеседница.
        - Она в другом секторе Вселенной.
        - Сколько же лет понадобится, чтобы долететь до нее?! - воскликнула Женя с нотками сомнения в голосе.
        - Чуть больше трех дней по земному времяисчислению.
        - Что?! - она была изумлена. - Как это? Ты, верно, шутишь?
        - Отнюдь. Наш путь лежит через космические коридоры.
        - То есть? - в глазах ее светилось любопытство.
        - Вход в первый из них откроется через пару часов.
        - Расскажи мне об этих коридорах, - настойчиво потребовала девушка и решительно двинулась к нему.
        - Стоп, стоп, стоп, Евгения, - затушив сигарету о дно маленькой восьмигранной пепельницы, стоявшей у него под рукой, сказал Стикс. - ТЫ СДЕЛАЛА ВЫБОР?
        Часть 3 Выбор
        ГЛАВА 1ОСТРОВ
        Зеленоватые волны мягко набегали на белый песчаный берег, оставляя на нем мокрые следы. Пологий склон, плавно уходящий в море, был ярко освещен лучами стоящего в зените солнца. Легкий бриз обдувал лицо идущего по самой кромке воды человека. Его пепельно-русые волосы чуть развевались, играя тонкими прядями на высоком лбу. Он выглядел умиротворенным и расслабленным. Белая тонкая рубашка была расстегнута до середины груди, подставляя тем самым нещадно палящему светилу его бледную кожу. Дабор-Лэш наслаждался горячим воздухом, прикосновение которого он чувствовал каждой клеточкой своего теплолюбивого тела. Строгие серые брюки его были закатаны до середины икр. Он медленно брел по берегу, держа на руках большого краба, панцирь которого отливал серо-коричневым цветом, играя бликами при каждом шаге хозяина. Краб практически не шевелился, лишь изредка вращал круглыми внимательными глазами, изучая окружающую местность, да время от времени легонько пощипывал колыхавшийся на ветру воротник белоснежной рубашки Дабор-Лэша, на что тот едва уловимо улыбался, одаривая свою ношу ласковым взглядом сине-зеленых глаз,
таких же ярких и блестящих, как океанская гладь. Ноги мужчины утопали в горячем песке и тут же омывались приятными теплыми волнами, белая пена которых оседала на берегу, постепенно растворяясь. Прибой тихо шумел, сливаясь в единую песню с негромким свистом тропического ветра. И от этой удивительной мелодии на душе у Дабор-Лэша было необыкновенно хорошо. Вокруг него дружной толпой бегали маленькие крабы, их движения напоминали причудливый танец, глядя на который мужчина радостно улыбался. После изнурительных путешествий в холодные северные страны, он наконец-то вернулся на свой остров, и теперь без лишнего преувеличения ощущал себя как в раю. Скоро ему вновь предстояло посетить континент. Мысли об этом отразились мрачной тенью на его лице. Губы мужчины сложились в линию, а в недавно искрящихся от удовольствия глазах появилась грусть.
        - Но… - пробормотал он себе под нос на языке родной планеты, который в свете последних лет пребывания здесь он использовал крайне редко, но в своих владениях на этом маленьком тропическом острове ему было позволено все. - Это случится не сегодня и не завтра. Так что, - он помолчал, с умилением разглядывая толпу маленьких морских обитателей, которые шныряли у его ног, толкая друг друга, - следует вернуться к работе.
        Дабор-Лэш вздохнул и, посмотрев на прощание на стайку своих новых питомцев, стремительным шагом направился вглубь острова, осторожно прижимая к груди большого металлического краба, черные пуговки глаз которого вновь начали вращаться, с интересом изучая оставшийся за спиной хозяина пейзаж.
        ГЛАВА 2СОГЛАШЕНИЕ
        Стикс достал из помятой пачки последнюю сигарету и задумчиво покрутил ее в руке, слегка разминая пальцами.
        - Выбор? - какое-то время Женя молчала, на лице ее отражалась целая гамма теснящихся в душе чувств. - Да, я СДЕЛАЛА ВЫБОР.
        Оторвав взгляд от сигареты, он вопросительно посмотрел на девушку, которая стояла в нескольких шагах от него и, не отводя глаз от моря ярко горящих звезд, беззвучно шевелила губами, будто подбирала слова для ответа. В следующее мгновение центр управления погрузился в темноту: экраны, мигнув, погасли, а вместе с ними исчезли и крошечные цветные огоньки на пульте. Корабль сильно тряхнуло. Женя с удивлением ощутила, как твердая поверхность уходит у нее из-под ног. Рухнув на пол в очередной раз, девушка выругалась. И без того разбитое, колено заныло сильнее, причинив ей острую боль, о которой она уже успела позабыть, погрузившись в водоворот открывшихся ее взору галактик. Не прошло и десяти секунд, прежде чем энергоснабжение восстановилось. Экраны снова отражали безмятежный космос, а на панели управления зажглась пестрая гамма маленьких круглых кнопок.
        Стикс нажал пару клавиш, затем откинулся на спинку кресла, мрачно глядя на застывший перед ним куб, поверхность которого была усеяна бесстрастно мерцавшими в черноте звездами. Лицо его стало каменным, губы сжались, а потускневшие глаза накрыли отяжелевшие веки с тонкой бледно-голубой сеткой сосудов.
        Женя поднялась на ноги и хмуро посмотрела на него.
        - К чему вся эта иллюминация? - она прихрамывая подошла к столу и опустилась в кресло, на котором недавно сидела. - Я же сказала тебе, что сделала выбор! - брови ее сдвинулись, а в устремленном на собеседника взгляде читалось раздражение.
        - Мне, конечно, жаль прерывать вашу трогательную беседу, - раздался откудато сверху металлический голос, в котором превалировали почему-то очень знакомые девушке нотки, - но вынуждена вам сообщить одну чрезвычайно важную вещь: ВЫБОР ЗДЕСЬ ДЕЛАЮ Я!
        Женя молча оглядела помещение, после чего перевела взгляд на некогда мрачное лицо Стикса, на котором теперь играла сомнительного вида ухмылка. Глаза его были прищурены, а руки по-прежнему вертели не закуренную до сих пор сигарету.
        - Что тебя так развеселило? - девушке было не до смеха. - И с каких это пор "Кае" изъясняется на русском?
        - С тех самых пор, как одно очень хитрое существо захватило мой корабль.
        - То есть? - она затаила дыхание, ожидая ответа.
        - То есть наша общая подруга никак не хочет с нами расставаться.
        - Ну что вы, что вы! - бодро воскликнул голос сверху, в нем уже было гораздо меньше металла, зато интонации, присущие Эн, там откровенно изобиловали. - Я с удовольствием избавлюсь от вас. У меня даже есть на примете парочка необитаемых планет, где я вас и высажу чуть позже. Ах, это так романтично! - ее тон стал издевательским. - Вы только представьте себе: он, она и… ничего более. Чем не новоиспеченные Адам и Ева?
        Женя не отводила встревоженных глаз от Стикса, который, продолжая вертеть между пальцев сигарету, выглядел совершенно спокойным и, что самое странное, довольным.
        - Чему ты улыбаешься? - голос девушки дрожал от волнения. - И как вообще эта тварь умудрилась захватить твой корабль? Ведь ты говорил, что все системы в норме, и на борту кроме нас никого нет.
        - Тебе, Евгения, выпала удивительная возможность наблюдать представителя давно вымершей расы, о которой, кстати, я уже рассказывал как-то, - ответил он устало. - Теперь я понимаю, почему власти занесли их в категорию самых опасных межгалактических преступников и уничтожили.
        - Но-но! - возмущенно заявила Энни. - Кто бы рассуждал о преступлениях. Ты сам - чистой воды пират!
        Женя удивленно посмотрела на Стикса, который, встретив ее вопросительный взгляд, поспешно проговорил, обращаясь то ли к ней, то ли к бесплотному голосу сверху:
        - Я не пират.
        - Да, конечно, - ехидно отозвалась представительница давно вымершей расы, - а я думала, что по межгалактическим законам любой, использующий запрещенное топливо, автоматически становится пиратом. Или за время моего пребывания на Земле что-то изменилось?
        - Ты неправа, - пробормотала девушка, рассеянно оглядываясь по сторонам, - у него хорошие намерения относительно коробочек.
        - Ах, ну кто бы усомнился! - в тоне Эн слышалось наигранное умиление, - наверное, он поведал тебе трогательную историю о том, как позаботится о судьбе несчастной сотни батареек, стоит ему лишь выбраться за их счет отсюда. Женечка! Неужели ты действительно думаешь, что ему и правда есть дело до какой-то маленькой горстки запертых в виртуальной реальности существ? Не пора ли тебе, дорогая, раскрыть глаза на происходящее вокруг? Или ты слишком наивна и глупа для этого? - она усмехнулась. - Ян, как и любой мужик, просто рисуется перед тобой, желая выглядеть благородным принцем. Пожалуй, я передумала с романтическим путешествием на необитаемую планету. Будет слишком жестоко с моей стороны оставить тебя наедине с этим лжецом. Лучше я отвезу вас обратно на Землю. Тем более, что у меня есть там кое-какие незаконченные дела.
        Этот монолог напрочь стер улыбку с лица Стикса. Он молча перевернул циферблат своих массивных наручных часов и чтото нажал на обратной стороне браслета. Монотонный металлический голос, совсем непохожий на Энни, кратко произнес несколько фраз на чуждом Жене языке.
        - Кстати, мое имя - Стикс, - мельком взглянув на потолок, сообщил хозяин корабля той, которая имела наглость посягнуть на его собственность.
        Экраны моргнули, и в следующее мгновение вместо звездной россыпи на них появилась мультипликационная фигурка девочки, размеры которой впечатляли. Белый круг с двумя точками глаз, запятой носа и тонкими полосками губ обрамляли две косички в форме вытянутых цилиндров, увенчанных бантиками в виде знака "бесконечности". Снизу к голове крепился треугольник, из-под которого торчали четыре усердно жестикулирующих палки, вероятно призванные олицетворять конечности персонажа. Восемь одинаковых "мультяшек" взирали на своих собеседников со всех сторон, смешно перебирая губами, будто намеревались что-то сказать.
        - Приятно познакомиться, Стикс. Очень красивое имя, - в один голос пролепетали все восемь. - Ну извини меня, с "лжецом" я малость переборщила.
        - Нет, Энни, - он мрачно улыбнулся и поднес зажигалку к зажатой в зубах сигарете. Вспыхнул оранжевый огонь, отразившийся зловещими бликами в его глазах. - Просто ты выбрала для путешествия не то транспортное средство.
        "Кае" снова заговорил. Его холодный голос вызвал ледяную волну дрожи, которая прокатилась по спине Жени, оставив после себя неприятное жжение. На время притихшая девушка точно очнулась. Она отогнала в сторону мучившие ее мысли и внимательно посмотрела на Стикса, пытаясь определить по его внешнему виду, что происходит.
        - Дорогой, - голос Эн был заискивающим, - мы вполне могли бы найти компромисс.
        - Что случилось? - спросила Женя, продолжая сверлить его лицо глазами. - Почему она лебезит перед тобой?
        - Я запустил программу самоуничтожения корабля, - спокойно пояснил он, не спеша выпуская дым из чуть приоткрытых бледных губ. - Ты готова умереть?
        - Опять? - ее глаза расширились. - Неужели ты не мог сделать мою коробочку менее экстремальной?
        - Что?! - вступила в диалог заполонившая собой стены фигурка, - так ты ей запудрил мозги сказками о том, что она находится в виртуальной игре?! - круглые нарисованные глаза ее увеличились едва ли не на пол лица, выразив изумление. - Очень, очень мудро. Нет, милая, - обратилась она к собеседнице. - Как ни печально тебя разочаровывать, но через каких-нибудь минут двадцать все мы, по воле твоего друга, разлетимся на куски и превратимся в космический мусор.
        Лицо Жени ничего не выражало, она молча смотрела сквозь новый образ Энни, не произнося при этом ни слова. Девушка пребывала в глубокой задумчивости. Хоровод терзавших ее мыслей вел головокружительные пляски, попав в эпицентр которых, Женя унеслась далеко отсюда. Наконец взгляд ее прояснился, окрасившись золотым колючим блеском, от которого веяло решимостью.
        "Кае" продолжал смертельный отсчет. Его бесстрастный голос послужил командой для уставшей от передряг девушки. Она вскочила с места и, сделав несколько быстрых шагов, оказалась возле внимательно наблюдавшего за ней Стикса. Тонкие пальцы взвинченной до предела Жени крепко впились в ворот его рубашки.
        - Докажи мне, что я не в коробочке? - потребовала она, притянув собеседника к себе так, чтобы глаза их оказались на одной линии.
        - Совсем скоро мы погибнем, Евгения, и тебе уже не будут нужны мои доказательства, - сказал он, глядя на нее в упор.
        - Так, значит, все это по-настоящему? - губы ее задрожали, а глаза сузились, словно желали скрыть отражавшееся в них буйство эмоций. - Убийства, новые тела, космические корабли, клоны, инопланетяне - все! Значит, я не сплю? Меня не накачали наркотиками и не заперли в серебряном футляре?! - голос ее перешел на крик, а лицо исказила болезненная гримаса.
        - Женя, успокойся, - попросил Стикс, положив руки на ее ладони.
        От его прикосновения девушку точно током ударило. Она разжала пальцы и со всего размаха ударила собеседника по щеке. Раздался громкий звук пощечины. Не помня себя от охватившего ее бешенства, Женя принялась лупить сидящего перед ней мужчину, не сильно заботясь о том, куда попадает, и попадает ли она куда-нибудь вообще. Девушку трясло, глаза ее горели, превратившись в черные угли затухающего костра. Несколько раз перехватив адресованные ему удары, Стикс крепко обнял ее, лишив тем самым возможности драться, и поднялся с места. Повиснув в полуметре над полом, Женя попыталась несколько раз дернуться, но у нее ничего не получилось. Стальные тиски сильных мужских рук сковали ее тело будто цепи. Ощутив свое бессилие, она тихо всхлипнула, глядя в его холодные серые глаза, в которых за стеной прозрачного льда скрывалось что-то совсем иное.
        - Ты - инопланетянин, - простонала девушка, глотая обильно прибывающие слезы, крупными каплями стекающие по ее лицу. - И ты не плод моего воображения. Ты есть, ты существуешь на самом деле, ты НАСТОЯЩИЙ. - Она уткнулась в его плечо, продолжая бормотать. - Ты монстр, чудовище, убийца, ты уничтожил столько ни в чем не повинных людей… и ты… ты… - она запнулась, - это так неправильно.
        - Неужели ты до сих пор думала, что я виртуален? - прошептал он возле самого ее уха, когда рыдания Жени немного утихли.
        Она кивнула, не отрывая лица от его плеча.
        - Вот видишь, - укоризненно покачала головой нарисованная Эн, - ты можешь угробить себя, меня, но скажи, в чем виновато это невинное создание?
        Женя глубоко вздохнула, стараясь усмирить поток все еще струящихся из глаз слез.
        - Отпусти меня, я в порядке, - проговорила она, подняв на Стикса влажные глаза.
        Какое-то время он медлил, продолжая прижимать к себе ее ослабевшее маленькое тело, потом все-таки поставил девушку на ноги. Она, покачиваясь, направилась к своему креслу, куда и рухнула в полном бессилии. Конечности Жени отяжелели, напомнив ей об усталости, которая с новой силой завладела всем ее существом.
        "Кае" вновь заговорил, отчего изображение Энни едва заметно дернулось.
        - Я всего лишь одинокий изобретатель, кто обо мне вспомнит, - начал Стикс, садясь за пульт управления. Он взял из пепельницы недокуренную сигарету и лениво затянулся ею, задумчиво продолжая. - Евгению ты уже убивала, ей не привыкать. А вот последнему представителю расы Энай, которой уже много лет не существует на свете, так нелепо закончить свое существование, наверное, будет очень обидно. Верно я мыслю, дорогая?
        - И что ты предлагаешь? - восемь физиономий девочек на больших настенных экранах замерли в ожидании.
        - Небольшое соглашение: ты обязуешься не лезть в управление судном, а я, в свою очередь, не стану тебя искать, чтобы вышвырнуть за борт.
        - Ну для этой цели тебе бы пришлось выйти в открытый космос, дорогой, - тонкие полоски губ нелепой "мультяшки" слегка скривились в ухмылке.
        - Именно поэтому я и готов пойти на некоторые уступки, - Стикс усмехнулся. - По прибытии на мою планету я, так и быть, выделю тебе корабль серии "Аварланга".
        - Что?! - Эн чуть не захлебнулась от возмущения. - Да эта рухлядь была снята с производства еще в мою бытность! Ты что, издеваешься?!
        - Как хочешь, - он пожал плечами, внимательно изучая затушенный окурок, от которого поднималась тонкая струйка белого дыма. - В таком случае, самое время проститься. - Женя, ты готова к смерти? - он взглянул на понурую девушку, которая сидела, опустив голову на грудь, и грустно смотрела на свои испачканные кровью, побитые колени.
        - Я бы хотела переодеться, - тихо ответила она, не поднимая глаз.
        - Я слышал про эту земную традицию, - отозвался Стикс, поднимаясь. - Идти в бой в новой рубашке. Хм… если мы поторопимся, ты успеешь даже принять быстрый душ.
        Он подошел к девушке и протянул ей руку. Печально вздохнув, она положила тонкую кисть на его большую ладонь и поднялась. Крепко сжав ее маленькие пальцы, Стикс повел свою спутницу к выходу. Повинуясь его команде, дверь начала медленно отъезжать в сторону, но тут же остановилась и с громким хлопком вернулась обратно.
        - Ну все, хватит! - недовольно объявила Энни, ее руки-палки были скрещены на верхней части треугольника, где по идее должна была находиться грудная клетка. - Я согласна на твои условия. Только прежде мне нужно вернуться на остров и забрать оттуда моих девочек.
        - Забудь об этом, - голос хозяина корабля звучал устало.
        - Они же погибнут без меня, - жалобно проговорили фигурки с экранов, их круглые глазки приняли форму капель, а рот обиженно изогнулся, превратившись в перевернутую дугу.
        - Такова жизнь, - Стикс криво усмехнулся, притянув к себе Женю, которую от слабости качало.
        "Кае" громко провозгласил истечение очередного отрезка времени перед взрывом.
        - Ладно, - сдалась Эн, - отмени программу самоуничтожения. Я не стану лезть в управление, обещаю.
        - Вот и отлично, - он перевернул браслет и нажал там несколько обозначенных точек, в ответ на его действия корабль выдал целую тираду. - И вот еще что, будь так любезна, избавь нас от созерцания своей физиономии на всех мониторах, дорогая. Вполне достаточно того, что мы вынуждены тебя слушать.
        - Ах, - мультипликационная Энни стыдливо потупила взор. - Извините, я так торопилась, что не успела нарисовать себя подобающим образом.
        Силуэт неуклюжей девочки моментально сменился черным космосом, на котором, точно миллионы пристальных глаз, горели разной величины звезды и взор их был прикован к про исходящим на корабле событиям.
        ГЛАВА 3ДУШ
        Тонкие струйки воды стекали по обнаженному телу Жени. На ее щеках, подбородке, руках, коленях темными пятнами цвели лиловые синяки, количество которых приводило девушку в некоторое замешательство. Она и не заметила, когда они появились. Помятое, осунувшееся лицо грустно взирало на собственное отражение, смотревшее на нее с четырех зеркальных стен вытянутой душевой кабины, расположенной в Жениной каюте. Проводив ее сюда, Стикс ушел. Она сама попросила его об этом. Как бы ни была сильна усталость, больше всего ей сейчас хотелось побыть одной, чтобы хоть немного привести в порядок свою изрядно потрепанную внешность, а заодно и находящиеся в беспорядке мысли, стремительный водоворот которых заставлял кружиться голову и закрываться глаза. Однако пойти на поводу у собственной слабости девушка себе позволить не могла. Поэтому, сделав напор воды сильнее, а температуру меньше, Женя, стиснув зубы, шагнула под холодный душ. От этой вынужденной экзекуции бодрости у нее явно прибавилось: сердце начало биться сильнее, а ненавистный сон отступил на задний план, позволив девушке мыслить и действовать более
рационально. Во всяком случае, именно так она считала, выходя из ванной. Мокрые волосы ее рассыпались по плечам, на которых висело большое белое полотенце. Женя тряхнула головой, и сотни крошечных, прозрачных капель разлетелись по углам, быстро осев на поверхности стоящих вокруг предметов.
        В каюте, несмотря на полное отсутствие окон, было светло и уютно. Диван с широкими подлокотниками странного вида; их предназначение девушка так и не успела выяснить. Раздвижная стена, за которой скрывались ряды узких металлических полок, где помимо одежды хранились также книги, диски и многое другое. Привинченный к серому блестящему полу круглый стол с кубом-монитором в самом центре его столешницы и одно удобное кресло напротив. Еще в каюте было две двери: одна - входная, а другая как раз та, на пороге которой только что появилась Женя.
        На столе лежал подобранный для нее Стиксом комплект одежды: белое нижнее белье, светло голубые джинсы и тонкая эластичная кофта с треугольным вырезом. Очередная пара абсолютно новых кроссовок одиноко покоилась возле привинченной к полу ножки дивана.
        - Почти как на Земле, - пробормотала девушка, натягивая на себя чистые сухие вещи. Странно, на этот раз он даже угадал размер.
        Тихий щелчок за спиной Жени привлек ее внимание. Она резко обернулась, напряженно вглядываясь в окружающий интерьер. Все было по-прежнему: закрытые двери, матовые светлые стены, кресло, стол… но девушка могла поклясться, что в какие-то доли секунды она заметила на экране неподвижно стоящего куба насмешливую круглую физиономию нарисованной малышки с короткими палочками-косичками.
        - Вот тварь, - прорычала Женя, поспешно затягивая шнурки на кроссовках, - она еще смеет за мной наблюдать!
        ГЛАВА 4ЭНАЙ
        Тихо шурша, дверь отъехала в сторону. Осторожно переступив порог капитанской рубки, Женя вновь очутилась на небольшом восьмигранном пятачке посреди бескрайнего космического пространства. Ей здесь определенно нравилось. Окинув скользящим взором россыпь светящихся точек на экранах, девушка перевела взгляд на сидящего за пультом Стикса.
        - Меня интересуют два вопроса, - заявила она, подойдя к нему. - Во-первых, что такое Энни и как эта стерва умудрилась захватить твой корабль?
        - А во-вторых? - собеседник чуть приподнял бровь, рассматривая решительное лицо Жени, которое в царящем вокруг полумраке казалось выточенным из камня.
        - Когда будут коридоры? - ответила она, располагаясь в кресле по соседству.
        Девушка поставила перед собой стеклянный шарик с закованной в нем янтарной рыбкой и приготовилась слушать, опустив подбородок на сложенные на столе руки. Некоторое время Стикс молчал, задумчиво глядя то на нее, то на крошечное оранжевое создание, плавно покачивающееся в окружении пузырьков.
        Он был одет в черный костюм с тонкими серебряными полосками швов, чем-то напоминающий униформу. Тщательно умытое лицо его осталось небритым. А длинные кудрявые волосы были хорошо расчесаны и затянуты в тугой хвост. Но, не смотря на все эти преображения, Стикс по-прежнему выглядел усталым.
        - До входа в первый коридор еще, - он мельком взглянул на свои массивные наручные часы, - 43 минуты и 15 секунд. Ты напрасно торопилась, Евгения. - Губы его сложились в мягкую улыбку. - Вполне могла бы прилечь и немного отдохнуть.
        - Ну уж нет, - Женя упрямо мотнула головой, всем своим видом выражая несогласие. - Не для того я пережила весь этот "дурдом", чтобы на самом интересном месте заснуть. Объясни мне, как Эн попала на мониторы "Кае"? И где находится она сама… настоящая?
        - В носовой части корабля, где-то под внешней обшивкой.
        - Как это? - на лице девушки отразилось замешательство. - Разве там есть воздух?
        - Ей он не нужен, - Стикс снова улыбнулся, видя, как расширились от удивления золотистые глаза его собеседницы.
        - Не нужен воздух? Но… - Женя запнулась.
        - Представители расы Энай совсем не похожи на нас с тобой, - начал Стикс задумчиво. - Если верить учебникам по истории конфедерации, эти необычные существа были весьма опасны для других цивилизаций. Они имели свойство беспрепятственно проникать в любую электронную систему, захватывая ее и заставляя работать на себя. Для девяти галактик такие их особенности представляли сильную угрозу. Около одиннадцати тысяч лет назад по земному времяисчислению эта раса была объявлена вне закона. Затем началось ее массовое уничтожение, своеобразная "охота за скальпами". Это даже превратилось в довольно прибыльный бизнес. Охотники за новоявленными межгалактическими преступниками класса А, предоставляли какие-нибудь более-менее правдоподобные доказательства гибели своих жертв и получали от правительства хорошее вознаграждение за проделанную работу. Но вскоре стало понятно, что доблестные охотники, по большому счету, обычные мошенники, искусно симулирующие свои "подвиги". И тогда истребление неугодных существ целиком и полностью легло на плечи военных. - Он протянул руку и взял лежащий на столе стеклянный шарик. -
Чуть больше тысячи лет назад Совет Девяти, который управляет конфедерацией, официально объявил, что межгалактические преступники класса А полностью уничтожены.
        - Но ведь это несправедливо, - Женя была потрясена, она ожидала чего угодно, но не массовых репрессий относительно каких-то там существ. - Как можно чесать всех под одну гребенку?
        - Мир жесток - Стикс вертел в ладони мерно покачивающуюся в круглой прозрачной оболочке рыбку, с интересом глядя, как отливают золотом ее выпуклые бока. - И не все стоящие у власти готовы терпеть тех, кто сильнее их. Даже если эти могущественные существа в диаметре не больше чем твой шар. - Он протянул девушке ее подарок. - Примерно так выглядит и наша общая подруга, захватившая мой корабль.
        - Минуточку! - раздался громкий голос Энни, в котором слышались возмущенные интонации. - Не следует сравнивать меня с какой-то стекляшкой! Я выгляжу совсем не так.
        Стикс устало вздохнул, предчувствуя затяжной монолог словоохотливой Энай, плотно засевшей в самом сердце электронной системы его корабля.
        - А как? - Женя подняла глаза к потолку, будто надеялась увидеть там вступившую в разговор собеседницу.
        - Гораздо симпатичнее! И вообще, не надо включать свою личную фантазию относительно моей расы на основании бредней каких-то там историков. Они всегда пишут то, что отних ожидает правительство, - Эн недовольно фыркнула.
        Стикс только усмехнулся и принялся что-то набирать на раскинувшейся под его руками многоярусной клавиатуре. У него не было ни малейшего желания спорить с межгалактическим преступником класса А, страдающим, как он заметил, чрезмерной болтливостью.
        - Что же произошло на самом деле? - поинтересовалась Женя, все еще не отрывая взгляда от темного купола потолка.
        - Это ясно, как день, - создалось впечатление, что Энни вздохнула. - Им нужен был козел отпущения, чтобы свалить на него их неимоверные растраты, масштаб которых повлек за собой гигантский экономический кризис во всех девяти галактиках. Они придумали байку о том, что мирно бороздящие просторы конфедерации Энай организовали заговор и вторглись в правительственную банковскую систему с целью наживы. На самом деле, нас жестоко оклеветали! Мы ни к чему не были причастны.
        - Ага, святые, - пробормотал Стикс, криво улыбаясь, он продолжал смотреть на монитор, четыре экрана которого отражали очертания запутанных белых схем на черной, усеянной звездами поверхности.
        - Так оно и было? - Женя вопросительно посмотрела на него.
        - Да, действительно, именно так оно и было, - Стикс кивнул, - до этого инцидента обитатели галактик не имели ни малейшего представления о расе Энай, корабли которой внешне ничем не отличались от других космических судов конфедерации. Среди их экипажей были выходцы с разных планет. Никому и в голову не могло прийти, что все они - искусствен но созданные клоны, управляемые дистанционно. Ты уже имела возможность пронаблюдать, как это выглядит в действии на примере нашей неуловимой Эн.
        Девушка глубоко вздохнула, вспомнив, как последние несколько дней они мотались по аэропортам в поисках этой женщины, которая, как выяснилось, и не женщина вовсе, а какая то круглая штуковина с массой незаурядных способностей и довольно скверным характером.
        - Насколько давно Энай облюбовали для себя клочок Вселенной, принадлежащий конфедерации, мне не известно, - во внезапно сузившихся глазах Стикса появился странный блеск. - Единственное, о чем я знаю доподлинно, так это то, что они были остатками некой электронной цивилизации, существовавшей задолго до объединения галактик.
        - А эта информация у тебя откуда? - осторожно поинтересовалась Энни.
        - Из достоверного источника, - ответил собеседник, задумчиво взглянув вверх, после чего продолжил, обращаясь к сидящей напротив Жене: - Энай были носителями огромного количества знаний, они обладали прогрессивными технологиями и другими незаурядными способностями, которые так и остались для девяти галактик официально недоступными.
        - Что же это были за технологии? - спросила девушка, не сводя любопытных глаз с его погруженного в полумрак лица.
        - Ну, например, они без особых усилий могли захватывать корабли и даже целые планеты, если те были хорошо оснащены электроникой. Им не составляло труда влезть в любую базу данных и подкорректировать ее по своему усмотрению.
        - Как хакерам? - тонкая черная бровь ее слегка изогнулась.
        - Что-то вроде, но с более широким размахом, - на бледных губах собеседника заиграла едва заметная улыбка. - Виртуозное управление "железом" было не единственным их талантом. Энай умели создавать копии любого биологического вида. Кстати, наши с тобой тела выращены на основе именно этих уникальных знаний.
        - Я так и знала! - завопила Эн на всю рубку. - Ты охотник! Охотник! Ты убийца!
        - Ну спасибо, дорогая, что ты обо мне ТАКОГО мнения, - насмешливо проговорил Стикс.
        - Ты действительно охотник? - Женя даже не пыталась скрыть своего удивления, сильно граничившего с разочарованием.
        - Нет, Евгения, - он устало вздохнул, - просто это не первая моя встреча с представителем расы Энай. Хотя, стоит отметить, что предшественник Энни был гораздо умнее, мудрее и доброжелательнее ее.
        - Только не вешай нам лапшу на уши, - сверху послышался ядовитый смешок, - не может быть того, чтобы один из нас добровольно передал тебе хранимые тысячелетиями секреты.
        - Эн, - Стикс сделал многозначительную паузу. - Я, кажется, уже упомянул о том, что он был гораздо мудрее некоторых. Но если самовлюбленность не позволяет тебе допустить это, можешь не слушать наш разговор, - он повернулся к затихшей девушке и произнес интригующим тоном: - Возможно, об Энай до сих пор никто ничего не знал бы, не соверши они одну глупость…
        - Но-но! - воскликнула Энни, которая явно не собиралась следовать его совету.
        - Не перебивай, - сказал он устало.
        - Что же они натворили? - Женю разбирало любопытство, она пребывала в напряженном ожидании, всем своим видом демонстрируя готовность слушать.
        - Почти то же, что Эн сделала с моим кораблем: осуществила захват, но в силу своей самонадеянности не предусмотрела некоторых деталей.
        Наверху что-то недовольно крякнуло, однако никто на этот странный звук не обратил внимания.
        - Они, - снова заговорил Стикс, - решили напасть на правительственную планету. По-видимому, группе Энай попросту было скучно "мирно бороздить просторы конфедерации" и они решили прикарманить то, что им не принадлежало. Уверовав в свою неуязвимость, эти существа учинили целый межгалактический конфликт, когда несколько десятков кораблей высадили сотни тысяч клонов на атакуемую планету. С виду все это сильно походило на народное восстание. Ведь хитроумные Энай создавали биологические копии населявших галактики существ, являвшихся гражданами государств. Хозяева клонов беспрепятственно внедрились во все электронные системы, но… - он улыбнулся, видя разгорающийся интерес в обращенных на него карих глазах. - Планета оказалась бутафорией.
        - Как это? - выдохнула Женя, откинувшись на спинку кресла.
        - Как, как, - Энни хмыкнула, - не планета, а "пустышка", обычная декорация.
        - Значит, так оно и было? - девушка выразительно посмотрела на темный купол, откуда с готовностью донеслось:
        - Нет, конечно! Нас жестоко подставили.
        Стикс покачал головой, пряча улыбку:
        - И почему мне кажется, Энни, что ты принимала непосредственное участие в этой сомнительной авантюре.
        - Быть может, да, а, может быть, и нет, - отозвалась та приглушенно.
        - А потом что было? - обратилась к нему Женя.
        - Энай полностью "засветили" свой истинный облик. А так как правительство тоже было не лыком шито, оно тут же сообразило, как с некоторой погрешностью вычислять представителей обнаглевшей расы. Быстро состряпав пару-тройку новых законов, Совет Девяти заодно свалил на ставших изгоями существ ответственность за все происходящие в конфедерации катаклизмы, объявив Энай опасными межгалактическими преступниками.
        - Но ведь нападавших было не так много, а пострадала вся раса, - в тоне девушки слышалось несогласие.
        - Да, действительно, - из груди его вырвался печальный вздох. - Тот, с кем я был знаком ранее, не имел никакого отношения к выходке своих собратьев.
        - Почему ты говоришь "был"? - Женя нахмурилась. - Что случилось с этим существом?
        - Оно погибло, - губы Стикса сжались в тонкую прямую линию.
        - Извини, - девушка запнулась, почувствовав неловкость за свой неосторожный вопрос, который, судя по виду собеседника, больно задел его. - Но ты ведь говорил, что существо не может умереть! - она оживилась, подавшись вперед.
        - Не может, - Стикс пожал плечами. - Оно всего лишь потеряло свое электронное тело. Возможно, теперь мой друг стал кем-то другим, но только не Энай. И мне вряд ли удастся встретить его когда-нибудь снова, - он замолчал, погрузившись в воспоминания, затем резко тряхнул головой, будто отгоняя нахлынувшие образы прошлого, и сказал совсем другим тоном: - На самом деле, я не так давно являюсь гражданином конфедерации девяти галактик. На мою бытность пришелся расцвет этой цивилизации. Если верить учебникам истории, раньше там царил полный беспредел: междуусобные войны, заговоры, экономические кризисы, расовая неприязнь и прочее.
        - Почти как на Земле, - прошептала Женя, опустив глаза.
        - Вот-вот, - поддержала ее Энни, - люди неисправимы.
        - Некоторые Энай тоже, - губы Стикса насмешливо скривились.
        - Да ладно тебе… - Эн изобразила вздох.
        - Так вот, Евгения, - он окинул взглядом загрустившую собеседницу, - на тот период страдающему паранойей правительству, сильно нечистому на руку, была очень выгодна ситуация, приключившаяся с Энай. Нет лучшего средства для отвлечения населения от насущных проблем, чем общий враг.
        - А сейчас?
        - Сейчас все иначе. Совет Девяти коренным образом изменил свою политику и привел конфедерацию к расцвету.
        - Что из себя представляет этот Совет?
        - Хм… - собеседник замялся, обдумывая ответ. - Он и есть правительство. В его состав входят представители галактик, по одному от каждой.
        - Расскажи мне об этом, - попросила она настойчиво, но громкий голос "Кае" прервал их беседу.
        - Позже, - мельком взглянув на часы, Стикс поднялся с кресла и приблизился к Жене. Он достал из нагрудного кармана черные очки с вытянутыми овальными стеклами в мягкой эластичной оправе и надел их на застывшую в недоумении девушку. - Сейчас мы войдем в первый коридор.
        - Но я почти ничего не вижу! - возмутилась она, ощупывая обнову, сквозь толщь которой были едва различимы контуры окружающего интерьера.
        - Терпение, Женя, терпение, - его губы тронула загадочная улыбка.
        ГЛАВА 5КОРИДОР
        Практически осязаемая, вязкая чернота перед глазами Жени внезапно разорвалась тонкими зигзагообразными линиями, сложившимися в одну замысловатую фигуру, которая подобно воронке принялась вращаться, стремительно разрастаясь. Места излома линий то тут, то там озарялись разноцветными вспышками. Их яркость больно резала глаза, несмотря на толстый темный материал защитных очков. Наконец причудливые космические узоры завертелись в огромную спираль из бесчисленных цветных элементов, это зрелище очень на поминало заворожено следящей за их метаморфозами девушке калейдоскоп.
        Пространство, на которое неотрывно смотрела Женя, рассыпалось на тысячи ослепительных фейерверков. Разлетевшиеся во все стороны молнии оставили после себя длинные сверкающие следы, сходившиеся в одной точке. Происходящее чем-то походило на связанных в узел электрических змей, извилистые тела которых стремились расползтись по черному угрюмому фону. Когда центр этой нереальной композиции стремительно ринулся навстречу кораблю, девушка непроизвольно зажмурилась. Сердце ее бешено стучало, а сжатые в за мок пальцы побелели от напряжения. Никогда раньше ей не доводилось испытывать ощущение такой дикой, нечеловеческой скорости. Переведя дыхание, Женя вновь открыла глаза и снова погрузилась в круговорот быстро сменяющих друг друга сияний, превращавшихся из бесформенного зарева в загадочные геометрические орнаменты. Разбиваясь на части, они формировали новые. От такой "свистопляски" голова девушки заболела. В висках стучало, словно десяток громогласных молотков отбивал монотонный ритм на гигантской наковальне. Стиснув лоб руками, Женя зажмурилась и едва слышно простонала:
        - Что это?
        - Космический коридор, - ответил Стикс с готовностью, он осторожно снял с лица собеседницы очки и тихо добавил: - Открой глаза.
        Когда она подняла веки и с опаской покосилась на некогда "прозрачные" стены рубки, из ее груди вырвался вздох облегчения. Вокруг царил привычный полумрак, а на темно-серой мерцающей поверхности отключенных экранов не было ничего похожего на то световое шоу, которое ей только что довелось увидеть. Голова девушки по-прежнему болела. Она медленно поднялась с кресла и неуверенной походкой побрела к двери.
        - Ты куда? - раздался за ее спиной удивленный голос Стикса.
        - В каюту, - мрачно ответила Женя, сильно накренившись влево, усилием воли она вернула своему измученному телу равновесие и, пошатываясь, засеменила дальше.
        - Ты разве не хочешь, чтобы я рассказал про то, как работают коридоры? - с еще большим удивлением поинтересовался он.
        - ПОТОМ, - с трудом выдавила из себя собеседница и вышла.
        Дверь плавно вернулась на место, скрыв от задумчивого взгляда Стикса ее неестественно прямую спину, которая была напряжена, точно натянутая струна.
        ГЛАВА 6ДОЛГОЖДАННЫЙ СОН
        Перепроверив выведенные на монитор показания корабельных приборов, Стикс нажал несколько клавиш, и громоздкие колонки белых символов, заполонившие экран, сменились изображением Жениной каюты. Девушки там не было. Он несколько раз щелкнул по большой серой стрелке с краю клавиатуры, отчего картинка начала меняться, с периодичностью в пару секунд демонстрируя другие отсеки "Кае". Наконец ему удалось обнаружить Женю. Она стояла метрах в пяти от собственной двери, прислонив лоб к прохладной металлической стене, и бормотала себе под нос какие-то проклятия. Глядя на нее, Стикс улыбнулся, затем перевел монитор в ждущий режим и, потянувшись в кресле, устало проговорил:
        - Пожалуй, стоит немного вздремнуть.
        Повинуясь принятому решению, он быстро встал и широкими, уверенными шагами отправился к выходу. Через десять минут Стикс уже крепко спал в своей каюте.
        Тем временем Женя все-таки собралась с силами и, превозмогая дикую головную боль, надавила указательным пальцем маленькую фиолетовую кнопку на стене. Дверь тихо отъехала в сторону, пропуская гостью внутрь. Опираясь на окружающие ее предметы, девушка добралась до душевой кабины и, включив максимальный напор ледяной воды, подставила под него голову. Вскрикнув, она отшатнулась. Несмотря на то, что в висках Жени по-прежнему стучало, общее ее состояние немного улучшилось. Бросив косой взгляд на свое отражение в зеркале, девушка вздохнула. Не успевшие еще просохнуть волосы снова намокли, превратившись в облепившие спину сосульки. Одежда от полученной порции воды стала холодной и неприятно тяжелой. Не желая больше откладывать долгожданный сон, Женя открыла дверь и переступила порог каюты. Стаскивая на ходу мокрые вещи, она шла по направлению к дивану. Тонкая кофта, словно тряпка, упала на пол, к ней тут же присоединились джинсы, носки и бюстгальтер. Закинув под стол наскоро снятые кроссовки, девушка забралась под вполне земное одеяло и, приняв горизонтальное положение, закрыла глаза.
        - По-моему, твое тело непропорционально, - критическое замечание прозвучало совсем рядом.
        Женя никак не отреагировала на него, продолжая неподвижно лежать.
        - Слушай, дорогая, если ты делаешь вид, что не слышишь, это вовсе не значит, что у тебя этого нет! - деловым тоном заявила Энни. - Бедра твои слишком широкие, грудь неприлично большая, а…
        Ресницы девушки взметнулись вверх. Она обвела непонимающим взором помещение, после чего удивленно уставилась на медленно вращающийся посреди столешницы белый куб. На четырех его сторонах красовалась великолепная мультипликационная блондинка.
        - Ну, как я тебе? - перехватив ее взгляд, поинтересовалась Эн. - Правда, хороша? - она кокетливо повела плечами, небрежно откинув с лица непослушный светлый локон.
        Женя осторожно вытащила из-под одеяла руку, будто боялась резкими движениями спугнуть назойливую муху и дотянулась ею до валявшейся на полу кофты. Изо всех сил размахнувшись, она бросила ее на куб. Мокрая ткань облепила экраны, частично скрыв наглую физиономию новоявленной Энни.
        - То, что ты меня не видишь, - насмешливо заявила та, пытаясь выглянуть из-под кофты, - вовсе не значит, что и я тоже не вижу тебя. У Стикса весь корабль напичкан камерами, так что даже не пытайся отделаться от моего общества, - она ослепительно улыбнулась в пол-лица. - Учти, я вездесуща.
        ГЛАВА 7ВИЗИТЕРША
        Стикс очнулся от глухого стука в дверь. Он, не вставая, нащупал на подлокотнике дивана одну из обозначенных там точек и легонько надавил на нее, желая выяснить, в чем дело. Вспыхнул монитор. Стиксу хватило одного единственного взгляда на отражаемую им картину, чтобы сон его бесследно улетучился.
        В ярко освещенном коридоре, спиной к двери в его каюту стояла замотанная в одеяло Женя и барабанила ногой по ее гладкой поверхности. Девушка была мокрая и босая, с зажатой под мышкой подушкой. В правой руке ее находился стеклянный шарик с янтарной рыбкой внутри, а левой она придерживала готовое сползти с груди одеяло.
        Не отрывая глаз от экрана, Стикс медленно встал, накинул халат и, подойдя к двери, впустил визитершу. Женя развернулась на сто восемьдесят градусов и стремительно двинулась вперед. Если бы он не увернулся, она наверняка прошла бы сквозь него. Дойдя до постели, Женя спросила, не оборачиваясь:
        - У тебя есть какие-нибудь венерические заболевания?
        Стикс опешил. Какое-то время он молчал, неотрывно глядя на нее, после чего коротко ответил:
        - Нет.
        Девушка отодвинула в сторону жесткий валик, лежавший в изголовье, и бросила на его место свою подушку. Затем без лишних раздумий она завалилась на диван, плотнее закутавшись в одеяло.
        - Что ты делаешь? - спросил Стикс, все еще пребывая в некоторой растерянности.
        - Сплю, - зевнув, ответила она.
        - Хм, - он погладил небритую щеку, что-то обдумывая.
        - Принеси… тварь… пожалуйста, - промямлила Женя, погружаясь в сладкие объятия сна.
        - Что-что? - глаза собеседника округлились.
        В ответ ему с дивана донеслось мирное посапывание. Гостья спала, сжимая в руке его подарок, с которым она почти никогда не расставалась.
        ГЛАВА 8ПОДНОС
        Женя потянулась и открыла глаза. Одеяло, под которым она лежала, сползло на пол, обнажив ее округлую грудь. Сфокусировав взгляд на окружающей обстановке, девушка побледнела. Она натянула до подбородка пододеяльник и принялась лихорадочно восстанавливать в голове события недавнего прошлого. Занятая своими мыслями, Женя не заметила, как открылась дверь, и в каюту вошел хозяин. Одетый в фиолетово-черное, он выглядел бодрым и свежим. В руках его был большой серебристый поднос, накрытый крышкой.
        - Ты, наверное, проголодалась? - сказал Стикс, присаживаясь на край дивана.
        Женя не могла найти в себе смелости, чтобы поднять на него глаза. Она усердно разглядывала свои дрожащие руки, бледные пальцы которых с силой сжимали край несчастного одеяла.
        - Извини, - выдавила из себя девушка.
        - Ничего, бывает, - он улыбнулся, подняв крышку подноса, содержимое которого на вид казалось очень аппетитным.
        Женя даже не посмотрела на еду. Она продолжала сидеть в той же позе, опустив голову и не произнося ни слова. Затянувшееся молчание прервал Стикс:
        - Я тебе мешаю?
        - Угу, - девушка кивнула, с досадой заметив, как вопреки ее желанию начинают пылать щеки.
        Собеседник медленно поднялся, поставил поднос возле ее ног, и вышел из каюты, бросив на ходу:
        - Твоя одежда на столе.
        ГЛАВА 9УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОДЧИК
        - Извини, - с порога капитанской рубки заявила Женя.
        - За что? - повернувшись к ней вместе с креслом, спросил Стикс.
        - Эта тварь, то есть Энни, - поправилась девушка, - меня достала, и я решила, что самое безопасное место на корабле - твоя каюта, - она виновато потупила взор и вздохнула. - Я не хотела мешать тебе спать.
        - Я понял, - его губы тронула мягкая улыбка. - Мы с Эн уже обсудили этот вопрос. Присаживайся, - он указал на место напротив себя. - До выхода из первого коридора осталось чуть больше двадцати минут.
        Она прошла и молча опустилась в кресло, сложив на столе руки, как прилежная ученица.
        - Ну и? - после довольно продолжительной паузы сказал Стикс. - Ты ничего не хочешь у меня спросить?
        - Где ты был, пока я спала? - выпалила собеседница на одном дыхании.
        Он широко улыбнулся, глядя на нее прищуренными серыми глазами, в самой глубине которых таился лукавый блеск:
        - А я думал, ты хочешь узнать больше про устройство коридоров, - в его голосе звучала едва уловимая ирония. - Не волнуйся, я был здесь, слушал рассказы Энни о ее бурной земной жизни за последние пятьсот или семьсот лет. А может, она пересказала мне и всю тысячу, не знаю. Ей бы книжки писать. Такие острые интриги, столько пафоса… у меня даже в какой-то момент сложилось впечатление, что я первый, с кем ей удалось вдоволь поговорить за весь этот период.
        Приняв расслабленную позу, Женя облегченно вздохнула. После прояснения вопроса, мучившего ее с момента пробуждения, девушка почувствовала себя гораздо лучше.
        - Так что ты хотел рассказать мне про коридоры?
        - Я думал, что это ТЫ хотела о них узнать, - глаза его сузились, впившись в ее лицо. - Если нет, то какой смысл мне "сотрясать воздух"?
        Женя подалась вперед, опираясь на локти, лежащие на столе.
        - Стикс, пожалуйста, пойми меня правильно, - начала она доверительным тоном. - Мне очень, очень-очень интересно услышать о коридорах и не только о них. Но сейчас, похоже, я ничего не в состоянии воспринять. Так что давай отложим все это на потом. Хорошо?
        Он кивнул, чуть заметно улыбнувшись.
        - И кстати, а где Эн? - откинувшись назад, спросила собеседница совсем другим голосом.
        - Наверное, высказалась наконец и решила от нас отдохнуть.
        - Она что, тоже спит? - брови ее изогнулись в удивлении.
        - И не надейся, - Стикс усмехнулся, обратив свой взор на кишащий непонятными для Жени символами монитор. - Сон необходим лишь биологическим существам.
        Девушка помолчала, переваривая его слова, затем спросила, меняя тему:
        - А на каком языке общаются обитатели твоей планеты?
        - Я живу там один.
        - Один? - на лице ее отразилось недоверие.
        - Да.
        - Ну, - протянула Женя задумчиво, - хорошо. Тогда скажи, на каком языке разговаривают жители конфедерации? То есть мне, - поспешно добавила она, - хотелось бы знать, как я буду общаться с ними, когда мы прилетим. Или до конца своих дней мне предстоит лицезреть только тебя?
        - Судя по всему, такая перспектива тебе не нравится? - Стикс прищурился.
        - Не совсем, - осторожно ответила собеседница, отодвигаясь сильнее, пока спина ее не вжалась до упора в округлую спинку большого фиолетового кресла.
        - Что ж… - он протянул ей через стол маленький блестящий предмет, напоминавший обмотанную тонкой спиралью проволоки горошину. - Это универсальный переводчик. Я сделал его для тебя. Полагаю, что довольно корректный перевод с межгалактического языка на русский даст ответ на большую часть волнующих тебя вопросов.
        - Когда ты только успел? - пробормотала девушка, забирая из его ладони странный предмет.
        - Надо же было мне чем-то заниматься последние восемь часов, сопровождаемые непрерывным словесным потоком Эн.
        Женя повертела в руках переводчик, затем спросила:
        - И как?
        Стикс быстро встал и, подойдя ближе, помог ей надеть прибор на ухо.
        - А если я сама захочу что-нибудь сказать на межгалактическом языке? - девушка подняла на него глаза.
        - Тогда тебе придется выучить его, иначе ты сразу же выдашь в себе чужака, - ответил он, глядя на нее сверху вниз. - А это, увы, не всегда безопасно.
        Стальной голос "Кае" разрезал воздух. Женя замерла, прекратив дышать, когда в ее правом ухе зазвучала холодная русская речь, сообщившая о выходе корабля из коридора.
        - Клево! - ее губы расплылись в довольной улыбке.
        Девушка резко крутанулась на кресле, едва не сбив с ног стоящего рядом Стикса. Видя ее запал, он предусмотрительно отошел, вернувшись на место за пультом. Женя продолжала раскручиваться, глядя в потолок. На лице ее по-прежнему играла улыбка, а в блестящих карих глазах прыгали веселые чертики. Стикс включил темные экраны, и в то же мгновение все погруженное в полумрак помещение озарилось голубым светом чужой звезды.
        - Ух ты! - прошептала девушка, вращаясь в кресле по инерции, глаза ее сияли от восторга почти так же ярко, как и космическое светило.
        Женя вскочила на ноги и ринулась к стене, желая лучше рассмотреть звезду. Замедлив шаг, она начала кружиться вокруг своей оси, раскинув руки в стороны. Звезды, маленькие и большие, яркие и едва заметные превратились для нее в одно сверкающее месиво. Не удержав равновесия, девушка упала на спину. Ей казалось, что бескрайняя Вселенная плавно покачивается вокруг нее, точно колыбель.
        - Кайф, - слетело с ее чуть приоткрытых губ. - И долго мы будем так лететь?
        Стикс сверху посмотрел на распластавшееся по полу девичье тело и проговорил:
        - Пару часов… до входа в следующий коридор, - его тонкие губы улыбались, а прищуренные серые глаза едва уловимо светились, отражая голубой свет звезды, в системе которой они оказались.
        Корабль мягко качнуло, экраны мигнули, став тусклее.
        - Аварийная ситуация номер десять, - отрапортовал громкий голос "Кае", слабое эхо которого, точно тревожный зуммер, разнеслось по всем отсекам корабля, постепенно затухая. Вокруг повисла гнетущая тишина.
        ГЛАВА 10ТОПЛИВО
        - Энни! - голос Стикса сильно смахивал на громовые раскаты, несколько минут он барабанил по клавишам, после чего снова крикнул. - Энни, лучше ответь!
        Женя, лежа на полу и абсолютно не собираясь вставать, громко проговорила, глядя в потолок:
        - Эн, дорогая, я его таким раздраженным впервые вижу. Похоже, нам обеим "кранты". Сейчас он окончательно разозлится и взорвет этот корабль к чертовой матери. И мне тогда точно будет наплевать, какие у меня бедра и насколько неприличная грудь!
        Стикс покосился на нее, но ничего не сказал.
        На восьми экранах возникла идентичная картинка. Мультипликационная блондинка, забравшись с ногами на огромную тахту с кучей маленьких разноцветных подушек в изголовье, снимала с головы большие круглые наушники.
        - Вы меня звали? - невинно произнесла она. - Извините, я слушала музыку, - восемь пар нарисованных зеленых глаз уставились на собеседников, часто моргая.
        - Музыку? - переспросил Стикс, хмуро глядя на одно из изображений. - Интересно, каким местом? - глаза его, потемнев, мрачно сверкнули. - Мы, кажется, заключили договор…
        - Я его не нарушала, - с готовностью заявила собеседница, не дав ему закончить фразу.
        - Эннни, - растягивая буквы, проговорил Стикс.
        - Я не вмешивалась в управление, - она подарила ему наивный взгляд из-под длинных темных ресниц.
        - У меня нет времени выслушивать твои оправдания. Просто скажи, куда ты влезла?
        - Я ничего плохого не делала.
        - Энни, я понимаю, - он вздохнул, - но ответь мне на один вопрос: как "Кае" в один миг смог потерять восемьдесят процентов энергоснабжения?
        Стикс вскочил с места с видом человека, которого внезапно осенила гениальная идея. Женя перекатилась на бок и подперла ладонью щеку, прислушиваясь к их разговору.
        - Дорогая, почему ты лежишь на полу? - заботливо поинтересовалась "мультяшка", экраны в очередной раз моргнули, отчего Эн округлила глаза и испуганно прокричала: - Стикс! Что с нами происходит?
        - Энни, - лицо его побелело. - Если ты сейчас же не объяснишь, какие изменения были тобой сделаны в корабле, мы зависнем здесь надолго. Силовое поле вокруг "Кае" постепенно ослабевает, и очень скоро корабль станет великолепной мишенью для "космического мусора". В него-то мы и превратимся, - Стикс сделал акцент на последнем предложении, пристально глядя на ту, к которой обращался. - Итак, где ты изволила побывать?
        - Ну ладно, сознаюсь, - блондинка устало вздохнула, неизвестно откуда в ее руке появилась длинная дамская сигарета, которая тут же задымила. - Я, как и ты, постоянно наблюдаю за ней, - выразительно посмотрев в сторону Жени, она замолчала.
        Однако ожидаемой бурной реакции на эти слова со стороны той, о ком шла речь, не последовало. Девушка перевернулась на живот и, подложив обе руки под подбородок, уставилась на разговорчивый экран.
        - Энни, не пытайся увильнуть от ответа, - брови Стикса сдвинулись на переносице, проложив глубокие вертикальные морщины на его высоком лбу. - Что ты сделала с топливом?
        - Ничего плохого я с ним не делала, - она недовольно передернула плечами, в очередной раз затянувшись сигаретой.
        - А поконкретнее?
        - У твоих батареек слишком скучные игры и…
        Он не дал ей договорить:
        - Сколько контейнеров ты "исправила"?
        - Я прекрасно знаю, как работать с программами, - не унималась собеседница.
        - Сколько? - повторил Стикс загробным голосом, лицо его посерело, будто он сам был частью пропитанного сыростью склепа.
        - За полторы тысячи лет пребывания на Земле я изучила людей, мне хорошо известно, в какие игры они предпочитают играть! - продолжала блондинка, не обращая внимания на его вопрос. - И вообще…
        Стикс покачал головой и, не оборачиваясь, вышел из рубки. Проводив его высокую фигуру недовольным взглядом, Эн обратилась к Жене, намереваясь закончить мысль:
        - Я гораздо лучше любого существа в конфедерации знаю технологии создания всех видов энергии.
        - Вот и замечательно, - сказала девушка, ложась обратно на спину. - А теперь покажи мне звезды.
        Семь экранов из восьми вспыхнули миллионом светящихся точек, среди которых превалировал ярко-голубой шар ближайшей звезды. Оставшись всего на одном мониторе, Энни нацепила на нос большие прямоугольные очки и тоном учительницы младших классов принялась в красках расписывать, какая она замечательная и как много ей известно.
        В течение двух часов Женя то затыкала уши, то снова их открывала, задумчиво разглядывая космос под нравоучительный монолог мультипликационной собеседницы. В конце концов она незаметно для самой себя закрыла глаза и погрузилась в сон, утонув в круговороте мерцающих в черной пучине звезд.
        ГЛАВА 11СЕМЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ СЕРЕБРЯНЫХ КОНТЕЙНЕРА
        Стикс осторожно поднял спящую девушку на руки и перенес ее в свою каюту. Он уложил Женю на диван, снял обувь и, поправив под головой подушку, накрыл ее тело одеялом. Его длинные бледные пальцы коснулись лба девушки, убрав с него непослушные тонкие пряди черных волос. Неподвижно стоя над ней, он минут пятнадцать молча смотрел, как она спит.
        Семьдесят четыре серебряных контейнера лежали на его столе. Стикс выбрал пять из них, внимательно изучил едва заметную мелкую надпись на торце и направился в капитанскую рубку. Следующие семь часов он не отходил от бортового компьютера. Время от времени тишину разрывали его резкие высказывания. Та, кому они были адресованы, предпочла больше не показываться ему на глаза. Настенные экраны отражали безмолвный космос и на них не было даже намека на стройный силуэт искусно нарисованной блондинки. Когда все пять коробочек были откорректированы, Стикс поставил их на автоматическое тестирование.
        - Не вздумай сунуться сюда, Эн, - бросил он в пустоту и вышел из рубки.
        Ответом ему была тишина.
        Вернувшись в свою каюту, он заметил, что Женя не спит. Она лежала с открытыми глазами и, бесцельно глядя в одну точку, о чем-то думала. Ощутив чужое присутствие, девушка обернулась и вопросительно посмотрела на него.
        - Энни изменила программы для всего топливного отсека, - встретив ее взгляд, проговорил Стикс. - Ровно семьдесят четыре электронных контейнера, - он вздохнул. - Мне пришлось установить из резерва оставшиеся двадцать шесть, до которых она, к счастью, не успела добраться. Но, боюсь, этого не достаточно, чтобы безопасно войти в коридор.
        Женя хотела было что-то сказать, однако Стикс продолжил, не дав ей вставить слово:
        - У меня плохая новость: наше путешествие задержится минимум на неделю.
        - Я поняла, - произнесла девушка, когда он закончил. - А есть мы сегодня будем? Или все эти дни нам суждено голодать?
        Задумчивая улыбка тронула его губы, утонув в сером мху густой щетины. Он немного помолчал, рассматривая собеседницу, после чего предложил ей отправиться с ним в продовольственный отсек.
        ГЛАВА 12МАЙОР ПЕТРОВ
        Виктор сделал напор воды сильнее и присел на край большой квадратной ванны, отделанной черным мрамором. Дрожащими руками он вытащил пробку из вытянутой литровой бутылки темного стекла и отхлебнул глоток ароматной коричневой жидкости. Этим дорогим коньяком он запивал свое горе уже третьи сутки.
        - Какая гадость, - пробормотал майор, поморщившись. - Вот бы сейчас водочки, - он тяжело вздохнул, после чего отпил еще немного.
        Посмотрев в зеркало на свое заросшее щетиной, худое лицо с усталыми выцветшими глазами, под которыми явственно виднелись темные пятна синяков - результат долгого недосыпания, мужчина задумался. "Кто мог подстроить это похищение и с какой целью? - размышлял он. - Наверное, меня снимают скрытой камерой… Вот только зачем? С меня ведь абсолютно нечего взять". Громкий стук прервал поток его невеселых мыслей.
        - Милый, - позвал женский голос с той стороны двери. - Мы тебя уже заждались. Открывай.
        Петров не шелохнулся, крепче стиснув похолодевшими пальцами темное стекло граненой бутылки. В следующее мгновение дверь содрогнулась от мощного рывка, после чего с грохотом отворилась. Вырванный с корнем замок тихо постукивал об ее деревянную поверхность, повиснув на чудом уцелевшей железной пластинке. На пороге стояла высокая брюнетка в черном кожаном бюстгальтере и таких же шортах, открытые бока которых были затянуты тонкими шнурками. Ноги этой бесцеремонной особы были обуты в высокие блестящие сапоги с острыми шпорами в форме восьмиконечных звезд.
        - Что ты здесь один пьешь? Пойдем к нам! - скомандовала женщина, оголив в ослепительной улыбке невероятно белые ровные зубы.
        Виктор вжал голову в плечи, выставив вперед держащие коньяк руки, будто хотел откупиться от воинственно настроенной собеседницы. Однако ее подобный вариант явно не устроил. Схватив обессилившего майора за лямки белой трикотажной майки, брюнетка притянула его к себе и жадно поцеловала в губы, слегка их прикусив. Черные короткие волосы ее качнулись, упав на горящие страстью глаза. Женщина резко отпрянула и, с силой натянув тонкие лямки точно узды заупрямившейся лошади, потащила Петрова за собой в одну из многочисленных комнат роскошного трехэтажного особняка, в котором его насильно держали уже несколько дней. На ходу вытирая рот и отплевываясь, мужчина покорно шел следом за ней, на сопротивление у него больше не было сил.
        Возле высокой арки, отделявшей коридор от просторной светлой спальни, главным атрибутом которой была огромная кровать, их встретила пышногрудая блондинка в кружевном нижнем белье. Как только Виктор оказался в зоне досягаемости, ее проворные, как у матерого карманника руки принялись шарить по его телу. Нащупав то, что искала, женщина прерывисто вздохнула, облизнув кончиком розового языка свои ярко накрашенные пухлые губы.
        - О, Боже, опять, - простонал мужчина, закрыл глаза и повалился на пол, так как ноги, отказавшись его держать, подкосились.
        Но упасть майору не дали три пары на удивление сильных женских рук. Его обмякшее тело заботливо перенесли на постель, затем сорвали с него одежду и принялись втирать в кожу какую-то пахучую гадость, едкий запах которой ударил Петрову в ноздри. В отчаянии Виктор завопил:
        - Как я сюда попал? За что меня здесь держат? За что?! - голос его охрип, перейдя на кашель.
        - Тебе ни о чем больше не надо волноваться, - сказала блондинка, сладко улыбаясь ему. - Мы обо всем позаботимся. Наслаждайся жизнью, милый.
        - Сейчас мы сделаем тебе эротический массаж, - прошептала зеленоглазая красавица с огненно-рыжими волосами, склонившись к его искаженному болезненной гримасой лицу.
        - Тебе необходимо расслабиться.
        Петров отчаянно пытался вырваться, но сеть цепких женских пальцев без труда удерживала его в горизонтальном положении. Тогда он, сомкнув веки погрузился в свои мысли, не желая видеть, как три размалеванные ведьмы издеваются над его несчастным телом.
        Все началось с того, что в его кабинет, где тихо жужжа работал кондиционер, поддерживая прохладную температуру, вошла высокая белокурая незнакомка в ярко-красном строгом костюме.
        - Мое имя Нина, но Вы можете называть меня Эн или Энни, как Вам больше нравится. Меня так зовут только самые близкие люди, - сообщила женщина с порога, приветливо улыбаясь майору. - Я сотрудница Интерпола, - пояснила она. - Мы проводим совместное с МВД расследование по одному очень запутанному делу. Начальство рекомендовало нам Вас, майор, для участия в расследовании, - гостья положила на стол перед задумчиво слушающим ее речь Виктором толстую красную папку. - Здесь все необходимые документы. Ознакомьтесь, пожалуйста. Вечером за вами заедет мой шофер. Нужно обсудить кое-какие детали предстоящей операции.
        Она вежливо попрощалась и вышла из кабинета, аккуратно притворив за собой дверь. В ушах Петрова до сих пор стоял размеренный стук ее тонких каблуков.
        Потом все завертелось как сценарий плохого кинофильма. Странный шофер в бледно-голубой униформе, подозрительный автомобиль с тонированными стеклами, дорога, аэропорт, укол неизвестного наркотика, и вот он заперт в огромном доме на побережье теплого моря в какой-то банановой республике, где отметка термометра не опускается ниже тридцати. Три тюремщицынимфоманки1 ставят над ним сексуальные эксперименты, не давая заснуть. А в промежутках между оргиями они пичкают его бедный желудок всевозможными экзотическими яствами. И при всем при этом майора пытаются убедить, что он должен быть счастлив.
        Виктор считал себя хорошим семьянином. Жена Оля, пудель Арт, друзья, любимая работа, стремительный карьерный рост… все это оказалось похороненным в тот роковой момент, когда красивая женская рука с ярко накрашенными алыми ногтями положила ему на стол пресловутую красную папку.
        Открыв глаза, он обвел мутным взглядом трех трудившихся над его худым, обнаженным телом фурий и снова зажмурился, всерьез задумавшись о самоубийстве. Голова его кружилась, он практически ничего не чувствовал, проваливаясь все глубже в апатию.
        - Любимый, - услышал он рядом. - У тебя все еще жар.
        Петров был уверен, что этот мягкий обеспокоенный голос не принадлежит ни одной из его мучительниц. Он сильно напоминал кого-то другого, близкого и чуткого, кого никак не могло быть в этом аду.
        Резко вскочив на ноги, майор осмотрелся. Прохладная рука Оли легла на его плечо.
        - Тебе еще рано вставать, Витя, - она нежно улыбнулась, не отводя от его осунувшегося лица ласковых васильковых глаз. - Доктор сказал, что через пару дней болезнь пройдет, и ты будешь совсем здоров.
        Мужчина облегченно вздохнул, затем крепко обнял жену, притянув к себе. Губы его растянулись в широкой довольной улыбке. Кошмарный сон кончился, вернув на место желанную реальность.
        Стикс повертел в руках восемнадцатую коробочку с исправленной только что программой. Он не без удовольствия отметил, что уровень вырабатываемой существом энергии значительно вырос. Если так дела пойдут и дальше, то через несколько дней корабль будет полностью готов к входу в коридор. Отложив маленький серебряный контейнер в сторону, он взглянул на часы и, не теряя времени даром, приступил к работе над следующим.
        ГЛАВА 13СУТЬ ИГРЫ
        Женя переступила порог капитанской рубки и медленным шагом двинулась к круглому столу, за которым сидел Стикс. Все то время, пока он реанимировал покалеченные коробочки, девушка отсыпалась в его каюте. Эн, как ни странно, оставила ее в покое. В голову Жени даже начала закрадываться практически нереальная мысль, что в вероломной Энай наконец-то заговорила совесть. Однако зная ее характер, девушка отгоняла эту глупую идею прочь. Скорее всего, Энни просто надоело их общество и она нашла себе занятие поинтереснее. Оставалось только надеяться, что это новое занятие нанесет гораздо меньше ущерба кораблю, чем ее предыдущее увлечение.
        - Как ты пишешь свои программы? - спросила Женя, подойдя к столу. Она осторожно присела на край кресла, сложив перед собой руки.
        - Рад тебя видеть, - сказал Стикс, подняв взгляд на гостью, на что та едва заметно кивнула, продолжая ждать ответа на поставленный вопрос.
        По его бледному лицу скользили тени, а в светло-серых глазах загадочно блестели крошечные белые блики. Несколько серебряных коробочек стройной стопкой лежали в большом прямоугольном ящике возле его ног, другие были соединены с дискообразной пластиной в самом центре клавиатуры тонкими серыми проводками, по которым ритмично бегали цветные огоньки.
        Он немного подумал, потом протянул руку и вытащил из-под груды еще неисправленных коробочек большую шахматную доску. Высыпав фигуры на стол, Стикс принялся их расставлять. Наблюдая за его действиями, девушка недовольно проговорила:
        - Я, кажется, задала тебе вопрос. Что ты делаешь?
        Стикс удивленно посмотрел на нее.
        - Пытаюсь ответить, - пожав плечами, сказал он. - Ты знаешь, что такое шахматы?
        - Да, - собеседница утвердительно кивнула. - У отца они были.
        - Тогда, может, поможешь мне расставить оставшиеся? - его тонкие губы тронула легкая улыбка.
        Женя неуверенно протянула руку и взяла со стола черного коня, мысленно прикидывая, куда его лучше пристроить.
        - Ты не знаешь начальную позицию фигур на шахматной доске? - обратив внимание на ее заминку, поинтересовался он.
        - Конечно же, знаю, - возразила девушка, смерив хмурым взглядом его насмешливую физиономию. - Просто немного подзабыла.
        Когда все шахматы стояли на своих законных местах, она торжественно опустила коня на единственное подходящее для него место в самой гуще черных фигур.
        - Спасибо за помощь, - Стикс по-прежнему улыбался.
        - Не за что, - Женя подперла подбородок руками и с невинным видом уставилась на него. - Не понимаю, каким образом все это должно пояснить мне процесс написания программ.
        - Разве неясно?
        Собеседница отрицательно мотнула головой, с интересом разглядывая высокие резные фигуры, те самые, на которых она когда-то наткнулась в ящике письменного стола господина Ван Дер Векена.
        - Ладно, придется объяснить еще раз, - он скрестил на груди руки, после чего спросил: - Что я сделал вначале?
        - Расставил фигуры.
        - А перед этим?
        - Достал шахматы из ящика с батарейками.
        - Хорошо, - Стикс сделал паузу. - А что такое шахматы?
        - Игра, - не задумываясь, ответила она. - Зачем все эти вопросы? Не проще ли сразу объяснить, как ты создаешь программы?
        - Подожди, - он мягко улыбнулся. - Я к этому и веду. Какая цель у шахмат?
        - Кажется, поставить мат королю противника, - напрягая память, сказала девушка.
        - Вот и все. Ты только что назвала все необходимые компоненты для написания программы, - откинувшись на спинку кресла, он с любопытством смотрел на нее. Лицо собеседницы менялось на глазах, с каждой секундой затянувшейся паузы становясь все более хмурым и недовольным.
        - А можно попроще? - не выдержала она, прервав молчание.
        - Можно, - его, похоже, забавлял этот разговор. - Я узнаю или вычисляю, какая цель для существа желанна. Затем создаю окружение, подходящий антураж, то есть шахматную доску, на которой будут разворачиваться события. Ввожу необходимые для игры фигуры: союзников и соперников. Устанавливаю определенные правила и… программа готова. Остальное делает само существо, попадая в нее.
        - А как же быть с вероятностью проигрыша? - Женя прищурилась.
        - Чтобы свести ее к минимуму я немного жульничаю, - глаза его, наполовину прикрытые темными густыми ресницами, таили в своей глубине лукавые огоньки.
        - То есть? - собеседница недоумевала.
        Быстрым движением руки Стикс убрал со своей стороны белого ферзя, ладью и коня.
        - Как ты думаешь, теперь тебе легче будет выиграть? - обратился он к ней, аккуратно расставляя изъятые шахматы по столу.
        - Да, у меня есть численное преимущество, - девушка задумалась, начиная понимать, что он все это время пытался ей донести. - Что же тогда Энни добавила в твои программы, если коробочки перестали вырабатывать энергию?
        Большая мужская ладонь одним махом смела с доски все белые фигуры. От этого неожиданно резкого движения Женя вздрогнула.
        - Попробуй теперь сыграть, - предложил Стикс.
        - С кем? - она непонимающе хлопала ресницами, глядя на него. - Ведь мне некому ставить мат, о какой игре вообще может идти речь?
        - А вот Эн считает по-другому, - его рот исказила кривая усмешка.
        - Как?
        - Она свято убеждена, что для полноценной игры, имитирующей жизнь, человеку вполне достаточно нескольких сексуально озабоченных фигур в его личном окружении.
        - Ясно, - пробормотала девушка больше для себя, чем для него.
        Она возвращала на место недостающие шахматные фигуры, аккуратно расставляя их по черно-белому полю в правильной последовательности.
        - Хочешь сыграть? - наблюдая за ней, спросил Стикс.
        - Нет, - Женя улыбнулась, не поднимая на него глаз. - Не люблю сложные игры, - проговорила она, продолжая свое занятие. - Мне они кажутся слишком занудными. Море комбинаций… в них так легко запутаться. Да и фигуры ходят по-разному…
        - А ты бы предпочла, чтобы все они ходили одинаково, как овцы? - глаза его насмешливо сузились.
        - Ну не знаю, - девушка замялась.
        - Чтобы понять и полюбить шахматы, Евгения, нужно о них кое-что знать, - нравоучительно проговорил он. - Если бы военачальник видел поле битвы глазами одного отдельно взятого солдата, он никогда не выиграл бы войну. Ты слишком сильно акцентируешься на частностях, упуская из виду главное. Вся расстановка должна быть в твоем поле зрения. Иначе, увлекаясь отдельными моментами, ты рискуешь упустить основную нить игры.
        - А именно, проиграть, - подытожила его пространную речь собеседница.
        - Да.
        - Вот поэтому мне больше нравится "Чапаев", - заявила она и принялась щелкать пальцами, выстреливая одну белую фигуру за другой в направлении стройных рядов противника. - Терпеть не могу проигрывать, - сказала Женя, довольно улыбаясь, когда черные были повержены.
        Бровь Стикса поползла вверх, а лицо вытянулось, но высказывать вслух то, что вертелось в его голове, он не стал. Обратив свой взор на оставленные без присмотра коробочки, он вернулся к работе.
        - Почему ты никогда не бреешься? - спросила девушка, оставив шахматы в покое.
        - Тебе не нравится? - он вопросительно посмотрел на нее.
        - Мне? - она немного помолчала, изучая нижнюю часть его лица. - Ну почему же, вполне сносно. Просто я не понимаю, как ты умудряешься поддерживать щетину в таком виде постоянно. По моим скромным подсчетам, за период нашего знакомства у тебя давно уже должна была вырасти весьма ощутимая борода.
        - А, - Стикс виновато улыбнулся, будто знал что-то, что не было известно ей. - Это одна из многочисленных особенностей моего тела, - он погладил рукой свой подбородок и продолжил. - Я отращивал то, что ты сейчас видишь, в течение последних пятидесяти лет.
        - Что?! - глаза собеседницы расширились.
        - Ну да. Рост волос в силу некоторых очень веских причин сильно замедлен. Так что я тебе не советую чересчур экспериментировать с прическами.
        - Черт! - вырвалось у Жени.
        Она перекинула на грудь туго заплетенную косу и принялась ее внимательно разглядывать. Гладкие черные волосы отливали голубым в свете яркой звезды, изображение которой транслировали настенные мониторы.
        - О каких еще особенностях ты забыл меня предупредить? - мрачно осведомилась девушка, исподлобья посмотрев на него.
        Он развел руками, ничего не сказав. Вернувшись к прерванному занятию, Стикс принялся щелкать по клавишам, время от времени поглядывая на заполняющийся быстро прибывающими символами экран белого куба.
        - Что ж, - так и не дождавшись ответа, проговорила Женя более мирным тоном. - Я, наверное, мешаю тебе.
        - Не мешаешь, - сказал он, не отвлекаясь от работы.
        - Хм, - она помедлила, подбирая слова для следующей фразы. - Я тут подумала… Жить в твоей каюте, конечно, очень приятно и удобно, но ты совсем не спишь из-за меня. Это несправедливо, - девушка вздохнула, чувствуя очередной укол проснувшейся в последние дни совести.
        - Я неприхотлив, - мельком взглянув на нее, ответил Стикс. - Меня такое положение дел не напрягает.
        - Зато меня напрягает, - она поднялась. - Полагаю, что Энни больше не станет надо мной издеваться. Пойду к себе.
        - Как хочешь, - он в очередной раз пожал плечами, не желая навязывать ей свое мнение.
        Дойдя до двери, Женя остановилась, будто вспомнила что-то важное, о чем забыла сказать. Немного поразмыслив, она обернулась и задумчиво проговорила:
        - Да, кстати, ты действительно за мной все время наблюдаешь?
        - Нет.
        - А если вдруг у меня возникнет к тебе какой-нибудь вопрос, я должна буду снова идти сюда?
        - Так мне что, начать постоянно за тобой наблюдать? - он улыбнулся.
        - Спасибо, не надо, - она нахмурилась. - Неужели на этом корабле нет устройств связи, как в вагонах метро, например?
        - Есть, - он посмотрел на нее, оторвав взгляд от монитора. - Ты никогда не обращала внимания на рельефные схемы, встроенные в подлокотники диванов? Точно такие же есть везде. "Кае" просто "нашпигован" электроникой. Достаточно разобраться с функцией каждой отдельной точки…
        - Не грузи меня, - недовольно оборвала его речь девушка. - У меня всегда было туго с физикой, информатикой и другими смежными дисциплинами. Скажи мне лучше, на какую кнопку нужно нажать, чтобы ты меня услышал, а не заставляй решать электронные головоломки.
        Стикс вздохнул, понимающе покачав головой. Он поднялся с кресла и, пройдя мимо собеседницы к выходу, сказал:
        - Подожди меня здесь.
        Когда дверь за его спиной закрылась, Женя, точно кошка на охоте, мягкими неслышными шагами подкралась к столу и с любопытством принялась разглядывать огромную многоярусную клавиатуру, по верхней части которой бегали цветные огни. Ей так хотелось дотронуться до пульта, но боязнь негативных последствий подобного поступка сдерживала ее. Продолжая любоваться обилием светло-серых клавиш, на каждой из которых был начерчен определенный символ, девушка протянула руку и провела по ним кончиками пальцев. Этого легкого прикосновения было вполне достаточно, чтобы определить на ощупь их шероховатую текстуру. Она так увлеклась созерцанием, что ничего вокруг себя не замечала.
        - Система самоуничтожения включена, - раздалось возле самого ее уха.
        Отдернув ладонь, Женя отскочила от стола, как ужаленная, и тут же налетела на высокую мужскую фигуру незаметно подошедшего сзади Стикса. Обернувшись, она увидела его улыбающуюся физиономию. Судя по всему, он был очень доволен шуткой, чего нельзя было сказать о ней.
        - Не смешно, - процедила она сквозь зубы, глаза ее мрачно сверкнули, а маленький острый подбородок гордо вздернулся.
        - Точно, - продолжая улыбаться, согласился Стикс.
        Он поставил на стол большой металлический ящик, в котором лежал целый ворох пестрых проводов, несколько камер и другие непонятные для Жени электронные приспособления или их части. Достав из общей кучи несколько предметов различной величины и формы, он сказал:
        - Это микрофоны, которые работают дистанционно. С их помощью ты сможешь со мной общаться из любой точки корабля. Выбирай.
        - А они все отключаются? - спросила девушка, чувствуя, как разбегаются глаза от такого богатого выбора.
        - Нет, только эти, - собеседник указал на два крайних микрофона, они были крупнее остальных и сильно походили на брошки. - Другие могут отключаться только с пульта управления.
        Выбрав, на ее взгляд, самый красивый, Женя указала на крайний. Этот микрофон был в виде плоского эллипса с чуть заостренными концами. Посреди него красовалась небольшая металлическая кнопка, по обе стороны которой отходили два треугольника, зеленый и красный.
        Стикс осторожно пристегнул его на воротник девушки, после чего пояснил:
        - Тебе достаточно один раз нажать на кнопку, и микрофон включится.
        - А как отключить? - рассматривая свое новое приобретение, спросила Женя.
        - Точно так же, - ответил он. - Попробуй.
        Она послушно надавила кнопку и, чуть склонив голову, проговорила:
        - Раз, два, три.
        Услышав свой высокий голос, доносившийся с потолка, девушка поморщилась.
        - Неужели я так ужасно разговариваю? - разочарованно пробормотала она, взглянув на собеседника.
        - Почему?
        - Противный голос, слишком звонкий, - из груди ее вырвался печальный вздох.
        - Мне нравится, - губы его тронула мягкая улыбка. - Теперь ты можешь со мной разговаривать, когда захочешь, - добавил он, убирая невостребованную электронику обратно в ящик.
        Одобрительно кивнув, Женя направилась к выходу. Как только дверь за ней закрылась, она включила микрофон и принялась спрашивать, хорошо ли ее слышно?
        - Прекрасно, Евгения, - раздалось со встроенных в панель потолка динамиков. - Твой голос заполнил всю капитанскую рубку!
        - Ну зачем же так кричать? - укоризненно заявила она и чуть пригнулась, искренне опасаясь, что от такой сильной громкости потолок может рухнуть. - Я просто проверяла, - девушка вздохнула, продолжая идти в сторону своей каюты.
        - Я понял.
        - Чем ты занимаешься? - решила сменить тему Женя, ей явно нравилась новая "игрушка" и отключать ее она не собиралась.
        - Тебя слушаю.
        - Хочешь, я почитаю тебе стихи? - предложила она.
        - Конечно, - голос Стикса стал мягким.
        - Только не принимай на свой счет, - предупредила собеседница, улыбаясь.
        - Постараюсь.
        - Я сама их написала, лет семь назад, глупая была, молодая, - она засмеялась. - Романтики хотелось, на лирику тянуло, вот и баловалась немного.
        - Читай, - настойчиво проговорил он, чувствуя, что если дело и дальше так пойдет, то обещанных стихов ему не видать.
        - Ладно, - промурлыкала девушка, по ходу вспоминая строчки, - слушай:
        Он вошел в мою жизнь, убивая реальность,
        Он был словно предвестник беды.
        Жизнь пуста, жизнь скучна, жизнью правит банальность,
        И тебе не уйти от судьбы.
        Ветер выл за окном. Точно стая волков.
        Дождь стучал по стеклу, не стихая.
        Я сказала ему: "Здесь судьба не при чем,
        Просто я не как все, я - другая".
        Женя замолчала, и Стиксу в полной тишине стали слышны ее легкие шаги. Он отложил в сторону коробочки, которыми планировал заняться, когда останется один, и, развалившись в кресле, задумчиво посмотрел на потолок, ожидая продолжения. По лицу его блуждала довольная улыбка, глаза блестели, а на душе было необыкновенно хорошо. Сверху снова донесся ее звонкий голос, мягкие переливы которого ласкали его слух. Стикс прикрыл глаза, наслаждаясь рифмованными строчками, которые она читала ДЛЯ НЕГО.
        - Улыбнувшись в ответ, он тряхнул головой
        Голос нежный шептал мне чуть слышно:
        "Да, я знаю, родная, нет больше такой,
        Но ты будешь моей, так уж вышло".
        Барабаня в окно, ливень жалобно выл,
        Ветра свист разносился над нами,
        Но забыв обо всем, я ушла в его мир,
        В нереальность далекого края…
        - Хочешь еще? - спросила девушка, закончив декламировать свое первое произведение.
        - Да.
        - Тогда… - она запнулась.
        В следующее мгновение капитанская рубка огласилась громким женским воплем. От этого душераздирающего крика Стикс подскочил с места как ошпаренный и ринулся к выходу.
        ГЛАВА 14"ЗЕЛЕНЫЙ МЕШОК С КОСТЯМИ"
        Женя сидела на коленях в ярко освещенном коридоре в нескольких метрах от двери каюты. Голова ее была опущена, плечи ссутулились, а руки словно плети свисали вдоль обмякшего тела, спиной прислонившегося к гладкой холодной поверхности металлической стены. Девушка тихо всхлипывала, не поднимая глаз на причину своих слез. Обнаженная зеленая дама с мокрыми после душа волосами стояла напротив и с интересом наблюдала за ней. На лице ее играла самодовольная ухмылка, а в прекрасных голубых глазах застыло победное выражение.
        Стикс, увидев эту картину, замедлил шаг. Движения его стали осторожными. Крадущейся походкой он приближался к женщинам, готовый в любой момент перейти в нападение. Оценив его намерения, изумрудная красавица отступила назад, искоса поглядывая то на безутешную девушку, то на ее агрессивно настроенного защитника. Женя подняла на него мокрые от слез глаза и простонала:
        - Вытряхни эту тварь из моего тела, - она, не глядя, указала в сторону той, о ком шла речь.
        Однако в направлении вытянутой руки девушки уже никого не было. Энни, искренне опасаясь за сохранность своей новой оболочки, с завидной скоростью ретировалась в каюту и заблокировала за собой дверь. Сверху раздался ее грустный голос:
        - Ну я ведь понятия не имела о том, что это запасное тело Женечки, - оправдывалась она. - Я думала, что оно бесхозное.
        - А спросить ты, конечно, забыла, - мрачно проговорил Стикс, подойдя к девушке. Он помог Жене встать с колен и, чуть притянув ее к себе, осторожно погладил по волосам. - Хочешь, я убью ее? - спросил он и, приподняв ее маленький подбородок, заглянул в полные слез глаза.
        - Вот как?! - воскликнула Эн, голос ее дрожал. - Все вы одинаковые! Пытаетесь уничтожить тех, кто непохож на вас. Это расовая дискриминация в самом худшем своем проявлении! - она обиженно всхлипнула. - Я просто мечтала о нормальном человеческом общении. Мне было так больно, когда вы воспринимали меня как какую-то паразитическую программу в электронной системе корабля. Я набралась смелости и взяла это свободное тело, чтобы стать ближе к вам. Мне так хотелось верить, что вы сделали его для меня, - поток ее слов прервал громкий вздох, затем Энни снова заговорила, но теперь ее грустно-печальный тон сменился хорошо изображаемым раскаянием. - Я даже не предполагала, что могу кому-то навредить. Мне так жаль…
        Стикс посмотрел наверх, туда, где располагался крошечный глазок миниатюрной видеокамеры, и спокойно произнес:
        - Эн, прекрати ломать комедию.
        - Да я… - возмущенно начала собеседница.
        - Заткнись, - рявкнул он, поднимая на руки Женю, которая покорно прильнула к его груди, чувствуя, как покидают ее остатки сил.
        - Как она прекрасна, - пробормотала она, глотая стекающие по щекам соленые капли. - Я тоже могла быть такой.
        Стикс не стал говорить ей, что думает по этому поводу. Он продолжал быстро шагать в противоположном направлении от занятой Энни каюты, нежно прижимая к себе заплаканную девушку, все мысли которой были заняты образом украденного у нее зеленого тела.
        Прошло двадцать минут, а Женя все еще сидела на диване, сжимая в руках подушку и раскачивалась в такт своим тихим всхлипываниям. Нескончаемый поток крупных прозрачных слез струился по ее бледным щекам, прокладывая мокрые дорожки.
        - Так ты решила, чего хочешь? - спросил Стикс, опускаясь на корточки напротив нее.
        - Ты можешь вернуть мое тело обратно в капсулу? - подняв на собеседника потускневшие от горя глаза, спросила она.
        - Боюсь, что нет, - он вздохнул, видя ее страдания. - Если тело кто-то занял, то оно уже испорчено. Ну а в данном случае, Эн еще и подкорректировала его, чтобы иметь возможность управлять им дистанционно.
        Девушка, слушая его, всхлипнула громче, а приостановившийся было поток горючих слез, стал прибывать с новой силой, заливая соленой водой ее печальное лицо.
        - У нас два варианта развития событий: либо я пускаю этот зеленый "мешок с костями" в утиль, либо мы оставляем все, как есть.
        - Она так красива… - сквозь рыдания простонала Женя.
        Стикс посидел еще немного, глядя на нее. Затем поднялся и, пробубнив какое-то скомканное объяснение своим действиям, быстро исчез за дверью. Девушка даже не заметила его ухода. Она продолжала раскачиваться на диване, обняв мокрую от слез подушку. Когда очередной прилив горя стал затихать, Женя нажала кнопку закрепленного на ее воротнике микрофона и закричала в него так, что стены капитанской рубки завибрировали:
        - Пусть живет! Она такая красивая, - добавила девушка и вновь зарыдала.
        ГЛАВА 15МАССАЖ
        Стикс подключил к бортовому компьютеру двадцать четвертую коробочку, намереваясь плотно заняться ее изрядно покалеченной программой. Он даже не поднял головы, когда дверь тихо открылась, и по гладкому металлическому полу прошествовали мягкие кошачьи шаги. Гостья медленно обошла стол, остановившись за спиной не обращающего на нее никакого внимания мужчины. Когда нежные женские руки легли на его плечи, он брезгливо поморщился от ударившего ему в нос едкого запаха парфюма.
        - Энни, не наглей, - процедил Стикс, продолжая заниматься серебряным контейнером, крошечная шкала которого едва колебалась, отражая бедственное положение существа, запертого в невыносимой для него виртуальной игре.
        - Дорогой, - не реагируя на его слова, промурлыкала собеседница. - Давай я сделаю тебе массаж. Мне так жаль, что из-за моей маленькой оплошности ты вынужден проводить столько времени за работой. Тебе просто необходимо расслабиться, - сладко прошептала она, склонившись к его уху.
        Стикс резко передернул плечами, пытаясь скинуть ее ладони, однако Эн быстро вернула их в прежнее положение. Она несколько раз провела пальцами по верхней части его позвоночника, затем погладила шею и плечи, отчего мышцы мужчины напряглись еще сильнее. Стиснув зубы, он прорычал:
        - Отстань от меня сейчас же.
        Стикс в очередной раз скинул ее руки, после чего склонился над клавиатурой и начал набирать на ней новый поворот сценария для старой игры. Энни немного подумала, затем с еще большим энтузиазмом принялась массировать его спину, поглаживая ее приятными круговыми движениями от шеи к пояснице и обратно.
        - Я, кажется, не вовремя? - раздался натянутый, как струна голос незаметно вошедшей Жени, - она стояла возле открытой двери и мрачно смотрела на них.
        Энни, одетая в ее вещи, которые ей явно были не по размеру, нежно обняла сидящего с глупым видом Стикса за плечи, слегка поглаживая их. Чувствуя, как внутри нее все закипает, девушка проговорила, чеканя каждое слово:
        - Не буду вам мешать, - она в последний раз окинула их фигуры оценивающим взглядом черных, как угли, глаз, и вышла из рубки.
        - Ты специально это сделала? - он резко повернулся к Эн вместе с креслом, на котором сидел.
        - Что именно? - длинные ресницы зеленой красавицы невинно вздрогнули.
        - Пошла вон отсюда, - сказал он так, будто собирался свернуть ей шею в случае неповиновения.
        - Ах, - всплеснула руками Энни, - мужчины так грубы, так грубы… - она вздохнула, отступая назад. - Я просто хотела сделать тебе приятно.
        - Вон! - повторил он поднимаясь, будто намеревался кинуться за ней вдогонку.
        - Поняла, ухожу, - примирительно пробормотала собеседница, выдавив из себя улыбку.
        Она сделала еще несколько быстрых шагов и стремительно исчезла за дверью.
        ГЛАВА 16КАЮТА ЭННИ
        - Евгения, - обратился к девушке Стикс, переступив порог каюты, - почему ты не осталась в рубке?
        - Я, кажется, упомянула об этом, уходя, - ответила она, подняв на него большие темные глаза, в которых холодно блестели недобрые огоньки.
        - Мне нравится, когда ты приходишь, - он замялся, не решаясь сдвинуться с места.
        - Спасибо, - девушка выдавила из себя улыбку больше похожую на кислую гримасу. - А теперь оставь меня, пожалуйста, одну. У тебя наверняка много дел, а я хочу спать, - зрачки ее сверкнули, сужаясь.
        Еще немного постояв в дверях, Стикс развернулся и вышел. Оставшись одна, Женя дала волю своим чувствам. Она тихо всхлипнула, кусая от досады губы. Тщательно скрываемые слезы потекли по ее щекам, обгоняя одна другую. Схватив со стола стеклянный шар с янтарной рыбкой внутри, девушка замотала его в одеяло и принялась бить по нему кулаком, едва слышно приговаривая:
        - Ненавижу тебя, тварь, воровка, ненавижу, - она утерла рукавом мокрое лицо, продолжая: - Мое тело, моя одежда, мой… - Женя нахмурилась, вмиг прекратив плакать. - Эта гадина напялила на себя мои вещи! - воскликнула она и вскочила с дивана.
        Бросив на подушку ни за что пострадавший шарик, девушка стремительно направилась в ванную. Умывшись чистой, прохладной водой, она взглянула на свое отражение и, увидев в зеркале мрачную брюнетку с упрямо вздернутым подбородком, сжатыми в линию губами и метающими молнии глазами, удовлетворенно улыбнулась себе. Через пару минут Женя уже шла выяснять отношения с новым плотским обличием Эн.
        Дверь в каюту, ранее принадлежащую ей, была чуть приоткрыта. Движимая праведным гневом, девушка хотела было распахнуть ее сильнее, как вдруг услышала странные звуки, доносившиеся изнутри. Она отступила назад и замерла на месте, прислушиваясь. Сладострастные женские стоны, наполнявшие погруженное в темноту помещение, становились все громче. Краска отхлынула от лица Жени, уступив место мрачной тени, которая, точно расправившая крылья птица, скользнула по ее скрытым длинными ресницами глазам. Девушка смотрела в пол, не решаясь шевельнуться. Саркастическая усмешка кривила ее губы, а тонкие дрожащие пальцы утонули в карманах брюк, впившись ногтями в их плотную ткань. Среди томных вздохов Энни, чередующихся с ее же короткими покрикиваниями, Женя отчетливо слышала прерывистый голос женщины, который нежно лепетал:
        - Да, да, милый, еще…
        Прекрасно понимая, что самым лучшим для нее выходом из сложившейся ситуации будет немедленный уход, девушка не могла найти в себе сил сделать это. Она продолжала молча стоять у двери и слушать то, что там происходило. Услужливое воображение рисовало ей недостающие зрительные картины, от которых в душе ее что-то медленно умирало. Злости почти не осталось, одно только разочарование.
        - Что ты здесь делаешь? - раздалось возле ее уха, от неожиданности Женя подпрыгнула и шарахнулась в сторону. - Ты, вроде, собиралась спать, - напомнил ей Стикс, глядя сверху вниз на белую как мел девушку, которая упорно молчала в ответ, не сводя с него удивленных глаз.
        Заметив приоткрытую дверь, он нахмурился, прислушавшись. Стоны, доносящиеся из каюты, дошли до своей кульминационной точки. Еще несколько раз выкрикнув что-то неразборчивое с яркой эмоциональной окраской, Эн прерывисто вздохнула и громко проговорила совершенно спокойным тоном:
        - Можете заходить, я уже кончила.
        Стикс быстрым нажатием клавиш на узкой панели справа разблокировал застывшую в странном положении дверь и, открыв ее, вошел в каюту, поманив за собой безмолвно стоящую позади него девушку.
        Свет зажегся точно по команде, представив взору гостей обжитое зеленой дамой помещение. Женины вещи в лучших традициях "порядка" Эн были раскиданы по периметру. На столе стояли несколько открытых банок сока; судя по всему, новая хозяйка каюты уже успела наведаться в продуктовый отсек. Рядом с ними лежал черный бюстгальтер, пара комплектов белья и фиолетовые туфли на высоком каблуке. Неподвижный белый куб, экраны которого были отключены, венчала тонкая сиреневая кофта в жутко мятом виде. Кресло тоже оказалось заваленным одеждой, вероятно, Энни устраивала тут большую примерку обнаруженного за раздвижной стенкой чужого гардероба.
        Сама она, прикрытая каким-то куском ткани, гордо возлежала на диване. Голова ее покоилась на одном подлокотнике, а длинные стройные ноги изумрудного цвета с ярко накрашенными ногтями упирались в другой. Белые волосы женщины рассыпались по обнаженным плечам, обрамляя роскошными локонами ее красивое лицо.
        Окинув мрачным взглядом каюту, Женя почувствовала, как закипает в ней утихшее было раздражение. Сделав несколько шагов в направлении раздвижной настенной панели, она резко открыла ее и принялась доставать оттуда еще не присвоенные Энни вещи.
        - Что это ты делаешь, дорогая? - с нотками удивления в голосе поинтересовалась та, не меняя позы.
        - Забираю свою одежду, - процедила собеседница, сжав зубы.
        - Оставь мне чуть-чуть, - скромно попросила Эн, приподнимаясь на локтях, отчего прикрывавшее ее наготу покрывало немного сползло, обнажив верхнюю часть небольшой упругой груди. - Я ведь должна в чем-то ходить.
        - Ты уже достаточно себе оставила, - сверкнув глазами в сторону разбросанных по каюте вещей, сказала Женя.
        Сняв с полок целую стопку аккуратно сложенной одежды, она вручила ее молча наблюдавшему за происходящим Стиксу, после чего принялась собирать обувь.
        - У тебя такой маленький размер ноги, - задумчиво рассматривая свои наманикюренные руки, проговорила Энни. - Из-за этого я вынуждена ходить босая.
        - Ну надо же! - девушка ядовито усмехнулась. - Хоть что-то тебе не подошло.
        - И грудь слишком большая, - пропустив мимо ушей ее реплику, продолжала собеседница. - Твой бюстгальтер висит на мне как мешок.
        Это было уже слишком. Нагрузив безмолвного Стикса как вьючную лошадь, Женя взяла его за рукав и потянула к выходу. Отвечать на очередное нелестное высказывание в свой адрес она не собиралась. Оказавшись в коридоре, девушка облегченно вздохнула, радуясь возможности не видеть больше наглую зеленую физиономию отобравшей ее каюту женщины.
        - А еще мне пришлось затягивать ремнем твои брюки, - раздалось с потолка. - Тебе, Женечка, определенно следует сесть на диету, чтобы скинуть десяток килограмм, - нравоучительно добавила Эн.
        Девушка поморщилась, понимая, что так легко от этой назойливой особы ей не отделаться.
        - Заткнись, Энни, - бросил Стикс, шагая вперед, и, как ни странно, его слова возымели должное действие.
        ГЛАВА 17ГЛАЗА ЗВЕРЯ
        Положив груду Жениных вещей на кресло в своей каюте, Стикс направился к выходу.
        - Ты куда? - спросила она, приступив к разбору одежды.
        - Вообще-то, - сказал он, открывая дверь, - я шел по делам.
        Она обернулась, бросив обратно только что взятую из стопки блузку, и с интересом посмотрела на него. Будучи сильно обеспокоенной собственными проблемами, она за все это время не удосужилась заметить висевший на его запястье маленький саквояж из плотной металлической сетки, сквозь которую виднелись шесть серебряных коробочек.
        - Я пойду с тобой, - сгорая от любопытства, проговорила девушка.
        - Разве ты уже не хочешь спать? - глаза его сузились, впившись в ее лицо.
        - Нет, - Женя улыбнулась. - Приступ сонливости исчез бесследно. Итак, куда мы направляемся?
        - В машинное отделение, - ответил Стикс, выходя из каюты. - Нужно установить энергетические контейнеры на их законное место.
        Длинный спиралевидный коридор плавно спускался с каждым витком все ниже. Минуя место обитания Эн, дверь в которое снова была приоткрыта, девушка невольно ускорила шаг, едва не налетев на идущего впереди спутника. Лишь когда злосчастная каюта скрылась из виду, она смогла вздохнуть спокойно.
        В машинном отделении было так же чисто и светло, как и везде в корабле. Женя никогда не видела, как здесь делается уборка, но, зная склонность хозяина "Кае" к разным кибернетическим "штучкам", она не сомневалась, что и этот процесс он полностью доверил технике. Перетекающие друг в друга отсеки, сплошь забитые странной формы агрегатами, наконец увенчались небольшим помещением с очень высоким потолком, в торце которого стояла прямоугольная панель. Ее серая поверхность была изрезана тонкими разноцветными проводами, которые причудливо переплетались в нескольких местах и снова расходились, точно вены гигантского металлического организма.
        - Что это? - заворожено разглядывая странную конструкцию, спросила девушка.
        - Центр энергоснабжения корабля, - пояснил Стикс.
        Он достал из саквояжа коробочки и принялся вставлять их в узкие ячейки, в определенном порядке расположенные по всей поверхности панели. Когда маленькие серебряные контейнеры целиком погружались в предназначенные для них ниши, тонкие нити подсоединенных к ним проводов ярко вспыхивали, будто по ним пропускали мощный электрический заряд.
        - Сколько батареек тебе еще нужно отремонтировать? - неотрывно следя за его движениями, спросила Женя.
        - Не меньше десятка, - не оборачиваясь, сказал он. - А лучше все двадцать. Если у "Кае" будет резерв, шанс снова влипнуть в подобного рода историю значительно уменьшится.
        - Нда.
        Собеседница вздохнула, прикидывая в уме, сколько еще времени им придется медленно ползти по космическим просторам какой-то чужой звездной системы. И хотя голубой свет местного светила ей очень нравился, от мысли, что путешествие в компании Эн затянется надолго, Женю кидало в дрожь. Особенно теперь, когда эта тварь помимо вездесущего голоса и надоедливых мультипликационных картинок обрела вполне осязаемое зеленое тело. ЕЕ ТЕЛО! Она смоделировала его для себя, устранила все недостатки, воплотив в нем свою заветную мечту и… теперь оно принадлежит наглой Энай. Именно она разгуливает в образе изумрудной красавицы, не упуская случая потрепать девушке нервы.
        - Ты обещал рассказать, откуда взялось название "Кае", - отгоняя прочь неприятные мысли, теснящиеся в ее голове, проговорила Женя.
        - На моей родной планете жили маленькие птички, чем-то похожие на земных ласточек, только с более вытянутыми телами и острыми крыльями. Они были черны, как сажа, - начал Стикс, вставляя в очередную, пустую ячейку последнюю коробочку. - И очень верны.
        - Как это? - она недоверчиво прищурилась. - Кому верны?
        - Кае - особые птицы, - завершив работу, ответил собеседник. - Они очень дикие, никогда и никого к себе не подпускают до тех пор, пока не выберут хозяина.
        - Человека? - переспросила Женя, рисуя себе мысленные образы крошечных крылатых существ.
        - Хм, - Стикс замялся. - Ну что-то вроде. Жителя планеты, где водятся кае, так будет вернее, - поправился он. - На Земле такие жители называются людьми, на моей планете их именовали иначе.
        - Как?
        - Неважно, - его тонкие губы сложились в вялую улыбку. - Это было давно.
        - Я увижу этих птиц, когда мы прилетим на твою планету? - полюбопытствовала девушка, понимая, что отвечать на ее предыдущий вопрос он не расположен.
        - Нет, - Стикс повернулся к ней. - Идем в рубку, у меня еще полно дел, - он вздохнул.
        - Почему нет? - не двигаясь с места, спросила она.
        - Потому что там они, увы, не водятся, - он взял ее за руку и повел за собой.
        - Но… - Женя недоумевала.
        - Кае живут на планете, где я родился, - сказал Стикс, выпуская ее маленькую ладонь из своей.
        Он подошел к стене одного из смежных отсеков машинного отделения и прислонил руку к черному квадрату, одиноко висевшему на ней сантиметрах в ста тридцати от пола. Разбившись на восемь треугольников, напоминающих зубы гигантского дракона, стена с тихим шелестом разъехалась, открыв широкий овальный проход, по ту сторону которого было темно и прохладно. Он шагнул навстречу вязкому мраку и исчез в его непроницаемой глубине.
        - Стииикс? - осторожно позвала девушка, приблизившись вплотную к странной дыре, зияющей на месте некогда гладкой металлической стены. - Где ты?
        - Подожди меня там, - донесся из темноты его громкий голос. - Я проверю челночный отсек и вернусь.
        Как только смысл его слов дошел до Жени, она решительно шагнула вперед, подгоняемая любопытством, требующим немедленного удовлетворения.
        - Я не могу ждать тебя там, - девушка брела наугад по неосвещенному помещению, пытаясь разглядеть хоть что-то впереди себя. - Потому что я хочу посмотреть на челнок или на челноки, - она вздохнула. - И я ничего не вижу, вообще ничего, - добавила Женя грустно, сделав еще пару нерешительных шагов вперед. - Почему здесь так темно?
        Глаза ее, привыкшие к яркому свету, постепенно перестроились на его полную противоположность. Женя начала различать контуры огромного помещения, в котором, словно спящие чудовища, стояли два больших треугольных челнока с высокими рублеными кабинами. Она залюбовалась этими неподвижными изваяниями и не заметила, как сзади подошел Стикс. Легким движением он обнял поглощенную созерцанием девушку за талию, чем сильно напугал ее. Вздрогнув, Женя повернулась к нему. Тонкий луч миниатюрного фонарика ударил ей в глаза, заставив зажмуриться.
        - Терпения и дисциплины тебе, Евгения, явно не достает, - вздохнул он, глядя на собеседницу сверху вниз.
        - По мнению Энни, мне не достает гораздо большего, - на губах ее играла виноватая улыбка. - Эти штуковины, - она указала на челноки, - очень красивые.
        - Угу, - Стикс покачал головой, - они еще и летают неплохо.
        - А можно прокатиться? - глаза девушки загорелись, даже в тусклом фонарном свете был отчетливо виден их яркий, золотой блеск.
        - Только не здесь, я совершенно не знаком со звездной системой, в которой мы застряли, - он склонился к ней и мягко добавил: - Потом, когда мы будем в более безопасном секторе Вселенной, я обязательно устрою тебе прогулку на космическом катере.
        Женя неотрывно смотрела на него. Освоившись с полумраком, ее зрение функционировало на редкость хорошо. Она видела каждую деталь его бледного лица, которое находилось так недопустимо близко к ней, что у девушки перехватило дыхание. Она боялась шелохнуться, продолжая разглядывать его черты.
        - Почему они у тебя такие странные? - наконец, заговорила она.
        - Что именно? - Стикс не понял.
        - Твои глаза, - с каждым разом голос ее звучал все тише. - Они такие холодные, я бы даже сказала… хищные. Как у волка. В них явно что-то не так.
        - Что же? - его тонкие губы растянулись в странного вида улыбке.
        На мгновение Женя задумалась, затем неуверенно произнесла:
        - Здесь очень мало света, а твои зрачки не расширены, как бывает у обычного человека в подобной ситуации. У тебя глаза зверя, Стикс, - шепотом закончила она, глядя на него, как кролик на удава.
        - Хм, - он улыбнулся шире и чуть отступил назад, убрав руку с ее талии. - Скажи, а ты давно смотрелась в зеркало?
        - Что? - Женя точно очнулась от гипнотического сна.
        - Да так, - хитро щурясь, ответил он. - Просто тебе стоило бы внимательнее изучить особенности своего нового тела.
        Ничего не говоря, девушка забрала у него фонарь и, резко развернувшись, направилась к выходу. Быстро шагая по коридору, она мечтала лишь об одном: поскорее добраться до зеркальных стен небольшой ванной комнаты в каюте, где она жила.
        ГЛАВА 18НОВЫЙ ИМИДЖ
        Закончив свои дела, Стикс вернулся в капитанскую рубку. Он выставил на стол очередную партию серебряных контейнеров, намереваясь внести в них необходимые исправления как можно быстрее. Затянувшийся перелет его порядком утомил и единственное, чего он хотел, так это поскорее вернуться домой и как следует отдохнуть.
        - Тук-тук, - сообщила Энни с порога, появляясь в проеме двери. - Я решила скрасить твое одиночество.
        - Могла бы себя не утруждать, - устало ответил он, подключая тонкие цветные провода к выбранной наугад батарейке.
        - Как тебе мой новый имидж? - кокетливо поинтересовалась она, не уделив должного внимания его реплике.
        Стикс поднял глаза на гостью и несколько секунд молча смотрел как абсолютно лысая зеленая женщина в тонком обтягивающем топе и короткой юбке в складку гарцует по рубке, нарезая круги, точно молодая лошадь. Наконец она остановилась, положив руки на бедра, и выжидающе взглянула на него.
        - Ну? Правда, мне идет?
        - Несомненно, - выдавил из себя собеседник, вновь погрузившись в работу.
        - Я так и знала, что тебе понравится, дорогой! - радостно воскликнула Эн. - Я сбрила волосы на всем теле, вот взгляни, - она хотела было задрать юбку, но Стикс остановил ее, мрачно проговорив:
        - Сядь в кресло, Энни. Зачем ты пришла?
        - Я же говорила, - всплеснув руками, промурлыкала она. - Чтобы составить тебе компанию, - уверенной походкой Эн двинулась вперед.
        - Сядь там! - повторил Стикс, заметив, что женщина направляется к нему, без зазрения совести обогнув указанное им кресло.
        Она остановилась, переминаясь с ноги на ногу, будто решала, как ей следует дальше поступить.
        - Сядь вон в то кресло, - кивнув на одно из мест с противоположной стороны стола, приказал он. - Немедленно.
        - Ну почему ты со мной так грубо обращаешься? - обижено надув аккуратно подведенные яркой помадой губки, спросила изумрудная красавица; она нехотя опустилась на указанное место и, подперев рукой подбородок, уставилась на своего мрачного собеседника. - Я же к тебе со всей душой, а ты, а ты… ты считаешь меня своим врагом. Это несправедливо! Никто и никогда не поймет тебя лучше, чем я. Мы с тобой похожи. Тебе давно следовало начать доверять мне.
        - Конечно, - Стикс усмехнулся. - Уверен, что ты только и ждешь момента, чтобы избавиться от меня.
        - Неправда! - она вскочила на ноги, всем своим видом демонстрируя оскорбленное достоинство. - Если бы хотела, я вышвырнула бы вас обоих за борт, пока вы там мило беседовали в челночном отсеке. Мне было достаточно заблокировать дверь в корабль и открыть шлюз, - она самодовольно улыбнулась. - И вы превратились бы в космический мусор, не успев даже сообразить, что происходит. Вот! - Энни снова села. - Но я этого не сделала.
        - Естественно, - он принялся вводить с клавиатуры новые данные в покалеченную программу серебряного контейнера. - Как только "Кае" лишится ключа, ты вместе с ним превратишься в такой же космический мусор, только более крупных размеров.
        - Я поняла, - проговорила собеседница трагично, - ты все видишь только со своей точки зрения. Тебе неведомо, что творится в моей душе. Как ты можешь рассуждать о моих помыслах, если ты даже не желаешь узнать меня чуть ближе? Я готова…
        - Энни, - прервал ее Стикс скучающим тоном, - что тебе нужно?
        Она откинулась на спинку кресла и вздохнула, бесцельно разглядывая столешницу.
        - Какие у меня гарантии, что, прилетев на планету, ты выполнишь данное мне обещание?
        - Так вот какие мысли занимают тебя последнее время, - тонкие губы мужчины сложились в улыбку. - Ты сама сказала: "Никто и никогда не поймет тебя лучше, чем я. Мы с тобой похожи. Тебе давно следовало начать доверять мне", - глаза его сузились, пряча в своей глубине холодный загадочный блеск.
        Собеседница укоризненно посмотрела на него.
        - Поставь себя на мое место, дорогой, - начала зеленая женщина, теребя руками тонкую ткань топа. - Все-таки из нас двоих я, а не ты, межгалактический преступник номер один.
        И именно за мою шкуру или за шкуры мне подобных несколько тысячелетий правительство раздавало огромные премии. Нет ничего удивительного в том, что я волнуюсь, - она насупилась.
        - Энни, - Стикс смерил ее задумчивым взглядом. - У нас было условие…
        - Но я же хотела как лучше, - с готовностью воскликнула она, невинно моргая длинными накрашенными ресницами.
        - Хорошо, - он немного помолчал. - Мы спишем все это, - широким жестом руки он указал на ящик с еще неотремонтированными коробочками, - на твое чрезмерное рвение помочь.
        Она одобрительно кивнула, слушая его.
        - С этого момента соблюдай наш договор, - сказал он серьезно, - и можешь не волноваться насчет своей дальнейшей участи. Я выполню обещание.
        - Прекрасно, дорогой, - Эн повеселела. - Я тебе верю. Но нам следует обсудить детали, - деловым тоном заявила она. - Когда мы совершим посадку, ты должен будешь подогнать мой корабль вплотную к "Кае" и покинуть его борт ну, скажем, на сутки. И главное, там не должно быть никаких ключей. Договорились?
        Стикс откинулся назад и, скрестив на груди руки, внимательно посмотрел на нее.
        - Договорились, - проговорил он после непродолжительной паузы, во время которой собеседница нервно ерзала в кресле, ожидая его ответа. - Мы приземлимся на открытой местности, я оставлю тебя одну на корабле, чтобы ты могла спокойно себя демонтировать. Через сутки возле "Кае" будет стоять готовое к отлету судно серии "Аварланга".
        - Отлично, - изумрудное лицо ее выглядело напряженным, будто его владелица о чем-то сосредоточенно размышляла. - Только пусть Женя до завершения сделки остается со мной.
        - Что?! - в дверях стояла та, о ком шла речь, и исказившееся от негодования лицо ее не предвещало ничего хорошего. - Кто тебе дал право распоряжаться мной?! - она была в бешенстве. - И что ты сделала с моим телом? Куда ты дела его прекрасные волосы? - от вида лысой зеленой головы Энни сердце ее обливалось кровью.
        - Дорогая, ты так напряжена в последние дни, - мило улыбаясь, отозвалась собеседница. - Я понимаю. Это все от сексуальной неудовлетворенности. Давно ли ты занималась мастурбацией?
        Женя застыла на месте. Белое лицо ее сменило цвет, став пунцовым. Стикс вопросительно посмотрел на покрасневшую до корней волос девушку, с откровенным любопытством ожидая дальнейшего развития событий. Она наконец обрела способность шевелиться. Медленно подойдя к нему сзади, Женя положила на его плечо руку и холодно произнесла:
        - Стикс, я беру свои слова обратно. Пожалуйста, пусти в расход этот зеленый мешок с костями, - щеки ее все еще пылали, а в прищуренных черных глазах отражалась целая буря кипящих в душе чувств.
        Сказав это, девушка решительно двинулась прочь из рубки. Проводив задумчивым взглядом ее неестественно прямую спину, Стикс посмотрел на притихшую Эн и начал медленно подниматься.
        - Я… я просто беспокоилась за нее, - попыталась оправдаться та, сползая с кресла. - Ну хорошо, хорошо, не надо оставлять ее со мной на "Кае", быть может, я слегка перегнула с этой маленькой просьбой…
        Он, не говоря ни слова, сделал шаг в ее направлении.
        - Ну, пожалуйста, Стикс! - взвизгнула Энни, отскочив назад. - Не надо! - в глазах ее был неподдельный испуг.
        ГЛАВА 19СПЛОШНАЯ ЭКЗОТИКА
        - Ты убил ее? - спросила Женя, не отрывая глаз от своих стиснутых в замок рук.
        Она сидела на диване, поджав под себя колени. Голова ее была опущена, а бледное лицо, оттененное длинными черными прядями выбившихся из косы волос, выглядело каким-то отрешенным, почти безжизненным. Девушка не плакала, не злилась, просто сидела и смотрела в одну точку, полностью погруженная в свои мысли. Когда дверь открылась и в каюту вошел Стикс, она задала ему этот вопрос.
        - Нет, - немного помолчав, ответил он. - Я хотел сначала поговорить с тобой. Ты действительно хочешь, чтобы зеленое тело Эн было уничтожено?
        - Не хочу, - Женя посмотрела на него так грустно, что сердце Стикса дрогнуло. - Но почему, почему она постоянно надо мной издевается? - глаза ее, большие и печальные, затянула тонкая пелена непролитых слез.
        - Мне, конечно, неизвестны мотивы всех поступков Энни, - вздохнув, сказал он, - но думаю, что она достает тебя потому, что ты на это слишком уж бурно реагируешь. Ей просто скучно.
        - Но я же не клоун! - тонкие черные брови девушки сдвинулись на переносице, она смахнула рукой накатившиеся слезы и продолжила: - Я живой человек. Почему она не издевается над тобой, например?
        - Во-первых, потому что мне наплевать на ее поведение, если оно не мешает нормальной работе корабля, а во-вторых, потому что я не женщина.
        - А это здесь причем? - Женя удивленно заморгала, подняв на него глаза.
        - Хм, - Стикс пожал плечами. - Наверное, она видит в тебе соперницу. Внимание - слишком ценная штука, Евгения. Энни очень долго жила на Земле, и это не добавило положительных черт ее характеру.
        - Соперницу? - девушка помолчала, обдумывая его слова, потом схватила со стола стеклянный шар и, мрачно глядя на него, проговорила: - Как я могу быть соперницей какой-то круглой склянке, сидящей в носовой части "Кае"?
        - Хороший вопрос, - Стикс осторожно забрал из ее рук шарик, искренне опасаясь, что Женя от переизбытка эмоций вполне может его раздавить. - Как я уже говорил, она слишком долго жила на Земле и это не пошло ей на пользу. Но, знаешь… - он сел в кресло напротив стола и принялся перекатывать по нему круглый прозрачный сосуд с плавно качающейся в причудливом танце янтарной рыбкой внутри. - Может, все-таки оставим ей твое зеленое тело? Иначе как она без него сможет демонтировать себя, когда мы прилетим на планету? Взгляни, - он аккуратно подтолкнул шарик, и тот с громким стуком покатился вперед, постепенно сбавляя скорость, пока не остановился совсем. - Разве это беспомощное существо сможет перетащить само себя на другой корабль?
        - Беспомощное, - задумчиво глядя на беспокойные колебания рыбки, проговорила девушка. - Такое могущественное и такое беспомощное.
        - Именно. В отсутствии подконтрольных ей клонов и электроники она мертва, даже хуже, чем мертва. Энай очень уязвимы, - Стикс выдержал паузу, наблюдая за тем, как меняется настроение собеседницы. Обида и горе, владевшие ею, уступили место сочувствию. - И я с трудом могу представить, как она свалит с моего корабля, если мне придется уничтожить это зеленое тело.
        - Забудь об этом, - Женя вздохнула. - Пусть все остается, как есть. Вот только я не понимаю, на что она рассчитывала, захватив "Кае"? Как бы она демонтировала себя, не окажись на судне этого тела?
        - Насколько я помню, в ее планы входило вернуться на Землю за клонами. А когда все пошло не так, Эн принялась потихоньку реконструировать бесхозное тело, о котором лично я попросту забыл. Она ведь исследовала весь корабль еще до нашего приезда на остров.
        - Тогда почему она не наделала себе новых клонов, воспользовавшись теми двумя капсулами, что стоят в твоей лаборатории?
        - У нее нет к ним доступа, - Стикс довольно улыбнулся. - Этот прибор не является частью "Кае" и он на ключе.
        - Ясно, - Женя помолчала. - И все-таки… зачем она надо мной издевается? - глаза ее снова стали грустными, а уголки рта обиженно опустились. - Я ведь не желаю ей зла, она мне даже нравится… нравилась раньше.
        - Чтобы понять природу поступков Энай, Евгения, нужно несколько тысяч лет скрываться от толп вооруженных до зубов охотников, когда вся твоя жизнь превращается в сплошное бегство. А вокруг одни враги, недоброжелатели, соперники. Нет друзей, нет тех, на кого можно положиться. Ты жертва, изгой, ты одинока. Ты привыкла никому не доверять. НИКОМУ.
        - Но она же доверяет тебе.
        - Нет, - его тонкие губы тронула задумчивая улыбка. - Она боится.
        - Чего?
        - Невыполнения договора с моей стороны.
        - Но ведь ты его выполнишь? - Женя как-то странно посмотрела на него. - Правда?
        - Несомненно, - он поднялся с кресла, глядя на девушку сверху вниз. - Пойду закончу работу; как только у нас появится достаточное количество топлива, мы войдем в коридор и очень скоро окажемся на моей планете. Там я подготовлю для нашей пассажирки обещанный корабль, и мы с ней наконец распрощаемся. Тебе осталось потерпеть совсем немного, - Стикс улыбнулся. - Какие-нибудь сутки или двое.
        Он направился к выходу, намереваясь уйти, но задержался в дверях, обернувшись:
        - Если тебя это утешит, ты одна из немногих, кому довелось пересечься с представительницей Энай, точно зная, что это именно она. Испытание не из легких, но, согласись, сплошная экзотика.
        - Я почти в восторге, - Женя криво усмехнулась и вновь уставилась в одну точку. Мысли ее путались, терзая несчастный разум массой противоречий, разобраться с которыми она была не в силах.
        Когда Стикс ушел, белый куб над столом ожил, начав вращение. На четырех перпендикулярных друг другу экранах возникла скромная зеленая дама, которая смотрела на девушку печальными голубыми глазами, обрамленными кольцом длинных, искусно накрашенных тушью ресниц.
        - Прости меня, Женечка, - голосом, полным раскаяния, произнесла Эн. - Я действительно была к тебе несправедлива. Надеюсь, что с этого момента наши с тобой отношения будут по-настоящему дружескими. Ты знаешь, мне всегда хотелось иметь такую подругу, как ты. Просто я не могла поверить в то, что эта сокровенная мечта наконец сбылась.
        Куб остановился, и на экранах застыла подавшаяся вперед изумрудная фигура, которая всем своим видом демонстрировала искреннее расположение к той, к кому были обращены ее слова. Женя скрестила на груди руки и искоса взглянула на монитор. Свет в каюте померк. Это немного насторожило девушку и она вопросительно посмотрела на Энни. Экран отражал крупным планом ее прекрасное лицо, по которому текли кристально-чистые слезы. Вокруг воцарился полумрак, и все помещение наполнилось тихой мелодичной музыкой, которая, казалось, льется со всех сторон. Женя, не сводя глаз с монитора, задумчиво произнесла:
        - Ну и? Что тебе нужно?
        Одним легким движением руки зеленая красавица смахнула слезы и с готовностью ответила, облизнув губы:
        - Ты слышала что-нибудь про древнегреческий остров Лесбос?1 Мы, женщины, можем доставить друг другу массу удовольствий…
        Удаляющиеся шаги Жени, доносившиеся из коридора, были ей ответом.
        ГЛАВА 20"КОСМИЧЕСКОЕ МЕТРО"
        Женя медленно подняла голову от сложенных на столе рук и несколько раз моргнула, отгоняя остатки сна. Она сладко потянулась, сидя в кресле, после чего негромко спросила занятого работой Стикса:
        - Я долго спала?
        - Часа три, может, больше.
        - Хм, - девушка задумалась.
        Почти сутки она сидела за этим круглым столом в его компании, не желая уходить. Последний визит Энни окончательно убедил ее в том, что самое безопасное место на корабле - рядом с его хозяином. Время медленно текло, Женя, маясь от скуки, болтала о всяких пустяках, пока наконец не уснула, распластавшись по гладкой столешнице, заменившей ей по душку. Несмотря на определенные неудобства, сон ее был приятным и безмятежным, поэтому, очнувшись, девушка чувствовала себя бодрой и хорошо отдохнувшей.
        - Ты уже заканчиваешь? - полюбопытствовала она, заметив, что к компьютеру подключена всего одна коробочка вместо обычных четырех-пяти.
        - Почти, - Стикс перестал печатать и посмотрел на нее. - У нас достаточно топлива, чтобы завершить путь.
        - И когда мы войдем в коридор? - оживилась собеседница.
        - Ты успеешь до этого момента выпить чашку кофе, - он улыбнулся, вставая. - Подожди меня здесь.
        248 лет пребывания на чужой планете отложили свой отпечаток на его окружение. Стикс привык к некоторым абсолютно земным вещам: одежде, продуктам, предметам обихода. Ему нравился запах свежесваренного кофе, вкус приготовленной без участия всевозможных технических новшеств, используемых на территории конфедерации, еды. От всего этого веяло чем-то давно забытым, похороненным в туманных глубинах памяти. Вернувшись, он поставил перед Женей поднос с тарелкой, полной бутербродов, возле которой стояли две чашки темного дымящегося напитка, густой аромат его пробуждал аппетит.
        - Почему мы не отправимся в коридор прямо сейчас? - отпив глоток, спросила девушка. - Зачем ждать?
        - Есть определенное время его открытия. Раньше, чем это произойдет, мы в него не попадем даже при очень большом желании, - ответил собеседник, потянувшись к своей чашке.
        - А откуда ты знаешь это время? - глаза ее загорелись, она даже есть перестала, поглощенная затронутой темой.
        - Существует целый справочник пространственно-временных коридоров, известных в девяти галактиках. Мне достаточно просто уметь им пользоваться, чтобы знать точное время открытия.
        - Хм, - Женя задумчиво повертела все еще горячую кружку, осторожно касаясь пальцами ее гладких краев. - А что они вообще из себя представляют? Как мы за такой короткий срок умудрились столько пролететь?
        - Если сильно утрировать, то эти коридоры - что-то вроде космического метро. Вселенная пронизана ими насквозь, но изучены только некоторые. Благодаря их существованию удалось объединить галактики и создать конфедерацию, - Стикс нажал несколько клавиш и все восемь настенных мониторов отразили гигантскую паутину, состоящую из переплетения красных, желтых и зеленых линий.
        - Что это? - глядя на экраны, девушка наморщила лоб, пытаясь сообразить, что к чему.
        - Схема, - на губах его появилась улыбка.
        - И как ты в ней ориентируешься?
        - Обычно, - он помолчал, подбирая слова. - Каждая линия символизирует отдельный коридор; если ты присмотришься повнимательнее, то увидишь на экране обозначенные цифрами точки входа и точки выхода. Все, что мне нужно, это определить по карте наше местонахождение, выяснить, какие коридоры рядом и… заглянуть в справочник, он улыбнулся.
        - Ясно, - Женя кивнула. - А почему они разноцветные?
        - Желтые коридоры открыты только для общественного транспорта. Красные используются для перевозки грузов, они достаточно опасны, поэтому корабли, которые по ним передвигаются, управляются роботами. А зеленые пока еще свободны для всех, конечно, при соблюдении определенных правил безопасности. Есть еще синие.
        - Где они? - девушка подалась вперед, пытаясь разглядеть на схеме линии названного им цвета, но там их не было.
        - Не пытайся их увидеть. Они засекречены или не открыты.
        - А ты откуда о них знаешь? - она удивленно посмотрела на него.
        - От своего друга, - Стикс помолчал. - От предпоследнего из Энай. У него была гораздо более объемная схема, масштабы которой выходили далеко за пределы занимаемых конфедерацией территорий.
        Несколько минут Женя задумчиво разглядывала экраны, после чего спросила:
        - А где мы находимся?
        - Вон там, - он жестом указал на угол ближнего к нему монитора, где тонкой сеткой сплелись несколько зеленых и красных линий.
        Девушка медленно поднялась и двинулась туда. Она молча смотрела на схему, стоя напротив, потом сказала:
        - А где находится Земля?
        - Вот здесь, - Стикс подошел к соседнему экрану и указал на скопление звезд, в самой гуще которого обрывалась зеленая линия.
        Женя проследила траекторию ее пути и удовлетворенно кивнула.
        - А где находится твоя планета? - спросила она.
        Он пересек пространство рубки и остановился у одного из мониторов.
        - Тут, - его рука коснулась поверхности экрана на уровне глаз.
        Девушка принялась что-то высчитывать, ходя от одной стены к другой. Стикс, немного понаблюдав за ней, решил не мешать. Он вернулся на свое место за пультом и занялся последней коробочкой, которую намеревался отремонтировать сегодня. Попивая порядком остывший кофе, он время от времени искоса поглядывал в сторону занятой новой головоломкой Жени. Она же, не обращая на него внимания, с сосредоточенным видом продолжала изучать схему космических коридоров, занимавшую все пространство стен. Через час девушка вернулась к столу и, опустившись в кресло, устало проговорила:
        - Я нашла самый короткий путь до твоей планеты. Нам нужно будет пройти семь коридоров, два из которых красные.
        - Нет, - Стикс улыбнулся, пододвинув к ней чашку недопитого кофе. - Всего один.
        - Но где он? - собеседница нахмурилась.
        - Я же сказал, что есть еще синие.
        - А, - Женя опустила глаза, осознав всю бесполезность своих трудов. - Понятно. И чем эти коридоры отличаются от остальных, кроме того, что они засекречены?
        - Как минимум, отсутствием "пробок", - губы его растянулись в довольной улыбке.
        - Каких еще "пробок"? - ее брови поползли вверх, а глаза непонимающе уставились на него.
        - Ну вообще-то открытие коридора занимает считанные секунды, и в этот период в него может войти только одно судно. Иначе случится авария. Разве ты когда-нибудь видела, что бы две электрички шли по рельсам одновременно? И здесь примерно то же самое, только в более развернутых масштабах. Порой, чтобы получить право входа в нужный коридор, требуются несколько недель, а иногда и месяцев.
        - Какая-то у вас здесь тормозная система, - пробормотала девушка.
        - Именно поэтому в густонаселенных районах конфедерации на межгалактических линиях разрешен только общественный транспорт.
        Женя погрузилась в задумчивость, анализируя услышанное. Ей все это казалось чем-то нереальным, далеким, непонятным. От переизбытка до конца неосознанной информации голова девушки начала болеть и, желая отвлечься от навязчивых мыслей, она спросила, меняя тему разговора:
        - Эта зеленая мымра сегодня не появлялась?
        - Энни? - Стикс поднял голову. - Нет.
        - Странно даже, - Женя повела плечами, чувствуя как по ним пробежал легкий холодок от воспоминаний о последнем визите к ней Энай. - Интересно, чем занят этот изумрудный монстр?
        - Хочешь узнать? - он отключил от бортового компьютера коробочку и нажал на крупную серую стрелку с края клавиатуры. - Смотри.
        Девушка подалась вперед, опираясь локтями о стол. Взгляд ее был прикован к отражаемому кубом изображению ее бывшей каюты, в которой на диване мирно спала изумрудная женщина. Стикс еще несколько раз щелкнул по клавише, отчего картинка на экране начала меняться, демонстрируя Эн с разных ракурсов.
        - Черт, - Женя опустилась обратно в кресло и хмуро посмотрела на него.
        - Что не так? - осторожно поинтересовался собеседник, не понимая причину ее испортившегося настроения.
        - Это ведь МОЯ каюта, - глаза ее сузились, превратившись в сверкающие черные щели. - Значит, ты следил за мной?
        - Иногда, - сухо ответил он.
        - ИНОГДА? - Женя начинала злиться. - Зачем там столько камер?
        - Они не только там, - Стикс вздохнул. - Они везде. Этот корабль весь усеян ими.
        - Но зачем? - она недоумевала.
        - "Кае" экспериментальная модель. Я создал его на продажу. У меня просто никто не купил бы его, не будь здесь на каждом шагу камеры.
        - Что за бред? - брови ее сдвинулись.
        - Жители конфедерации, Евгения, давно уже переболели страстью наблюдения за всем и вся, которая, кстати, сейчас в самом разгаре на твоей планете, - он немного помолчал. - Ну так вот. Сейчас камеры для потенциальных покупателей двухместных кораблей такого типа - часть привычного комфорта, расставаться с которым они не особенно любят.
        - Твои покупатели просто извращенцы, - недовольно проговорила Женя, отведя в сторону взгляд.
        - Возможно, - он пожал плечами, едва заметно улыбнувшись. - Но иначе они ничего не купят.
        - Да уж, - девушка взяла со стола чашку с остывшим кофе и отпила глоток.
        ГЛАВА 21КАЕ
        Вздохнув, Женя сменила руку, которая подпирала ее подбородок последние минут тридцать. Она неотрывно смотрела на развернутое к ней ребро большого кубообразного монитора, на котором одна за другой разворачивались сцены из веселого диснеевского1 мультфильма. Как выяснилось, Стикс прихватил с Земли не только кофе, продукты и одежду, он так же собрал целую коллекцию полнометражных анимационных фильмов, за просмотр которых и посадил незнающую чем заняться девушку, когда они вернулись в каюту. О том, что еще этот странный тип увез с ее планеты, Женя могла только догадываться.
        Это был уже седьмой, а, может, восьмой мультфильм. Шустрые красочные персонажи, шныряющие по экрану, начали постепенно сливаться в глазах их зрительницы в одно пестрое пятно, которое без конца дергалось, издавая громкие звуки. Кажется, оно что-то пело на английском языке. Слух девушки притупился, как и зрение. Она устала и хотела лечь, но единственным местом, где можно было принять горизонтальное положение, был диван, а на нем спал Стикс.
        Женя покосилась в его сторону, в глубине души надеясь, что он почувствует ее взгляд и проснется. Однако мужчина продолжал крепко спать. Лицо его, как обычно бледное, выглядело безмятежным. Опущенные ресницы отбрасывали длинные тени, которые от его ровного дыхания едва заметно трепетали на щеках. Он, вопреки ее желанию, даже и не думал вставать. Грустно вздохнув, девушка обречено уставилась на экран, пытаясь поймать суть происходящих там событий. Как бы сильно она ни любила мультипликацию, вынести такое количество фильмов за один день было не под силу даже ей.
        Спасительный голос "Кае" избавил ее от этой пытки, бесстрастно сообщив из вмонтированных в панель потолка динамиков о том, что космический коридор благополучно пройден. Стикс открыл глаза и сел. Во взгляде его, чистом и спокойном, не было даже намека на сонливость.
        - Мы почти дома, - сказал он удивленной его молниеносным пробуждением Жене. - Осталось совсем чуть-чуть. Пойдем, я покажу тебе мои планеты.
        Девушка медленно сползла с кресла, намереваясь следовать за ним. Она испытывала смешанные чувства: с одной стороны, возможность сменить наконец обстановку и отвлечься от бесконечных мульт-историй ее радовала, с другой, ей гораздо больше хотелось занять освободившийся диван, нежели куда-то идти.
        Стикс быстро умылся и, поманив за собой Женю, вышел из каюты.
        - Это звездная система номер 9436724, - пояснил он, включив настенные мониторы, когда они пришли в капитанскую рубку. - Она не населена разумными существами, кроме меня, конечно, - на тонких губах его появилась улыбка.
        - А название у нее есть? - спросила девушка, рассматривая новый космический пейзаж.
        Огромная белая звезда ярко горела на черном фоне, словно лампочка. Вокруг нее на разном удалении располагались планеты. Размеры некоторых не превышали горошину, другие были чуть крупнее, а одна, пятая от светила, постепенно приближалась. Левая сторона ее была освещена. Приглядевшись внимательнее, Женя даже смогла различить на ее поверхности какие-то очертания рельефа.
        - Пока нет, - ответил Стикс, не отводя глаз от медленно растущего на экране фиолетового шара, который, как догадалась девушка, и был главной целью их путешествия. - Она не так давно присоединилась к конфедерации.
        - А до присоединения у нее было название? - Женя перевела взгляд с мониторов на собеседника.
        - Этого я, увы, не знаю, - он мягко улыбнулся ей.
        - Хм, - она немного подумала, потом спросила, указав на растущую на глазах фиолетовую сферу: - Это твоя планета?
        - Да.
        - У нее тоже только номер?
        - Нет, у нее есть имя, - с гордостью сказал Стикс. - Я приобрел ее официально и при регистрации дал ей название.
        - Какое? - в глазах девушки читалось любопытство.
        - Кае.
        - Что? - ее левая бровь поползла вверх, а лицо немного вытянулось.
        - КАЕ, - повторил собеседник громче.
        - Хорошо, когда черта характера мужчины - постоянство, - пробормотала Женя себе под нос. - Плохо, когда это становится патологией.
        Стикс смерил ее странным взглядом, но так ничего и не сказал.
        Планета, носящая то же имя, что и корабль, продолжала медленно приближаться, занимая все больше места на экране. Уже был отчетливо виден ее рельеф: огромные, покрытые темной водой просторы и мелкие разрозненные пятна суши под слоем рваных бело-розовых облаков. Девушка, глядя на нее, никак не могла отделаться от ощущения, что находится в кинотеатре на просмотре какого-то фантастического фильма.
        - И ты хочешь сказать, что целая планета принадлежит тебе? Тебе одному? - проговорила она, недоверчиво посмотрев на Стикса.
        - Да. Эта, - он кивнул в сторону фиолетового шара, - и еще вон те две, - небрежным жестом правой руки он указал на маленькое темное пятно, расположенное на достаточном удалении от светила и на его соседку, красно-оранжевую планету чуть большего размера. - Но Кае, на мой взгляд, самая красивая.
        - И кроме тебя, там никто не живет? - Женя продолжала сомневаться.
        - Ну почему же, - на его лице появилась широкая улыбка. - Там есть довольно богатые флора и фауна.
        - А люди? - не унималась она.
        - И люди будут. Почти люди, - глаза его хитро сузились. - Я и ты. Разве тебе этого мало?
        - Я серьезно, - девушка нахмурилась.
        - И я тоже, - Стикс продолжал улыбаться, глядя на нее. - Сядь в кресло, Евгения, у этого корабля хорошая скорость, так что скоро, очень скоро мы пойдем на посадку.
        ГЛАВА 22АТМОСФЕРА
        Женя с трудом переставляла ноги, идя следом за своим спутником по коридору к шлюзу. Каждый ее шаг отзывался гулким эхом среди холодных металлических стен, бесстрастно взиравших на ее мучения. Двигаться в этих невероятно громоздких ботинках было очень тяжело. Но Стикс настоял, чтобы она их надела, объяснив это тем, что на его планете слишком слабая гравитация, и если Женя не хочет взлететь, ей следует подчиниться. Спорить она не стала, хотя весь внешний вид девушки говорил о ее крайнем недовольстве таким положением дел. Молча шагая позади него со скоростью черепахи, она громко окрикнула:
        - Подожди меня!
        Стикс остановился и спокойно обернулся. Он терпеливо ждал, пока она наконец доберется до него, после чего вновь двинулся вперед. До шлюза оставалось всего несколько метров. На плече его висела большая спортивная сумка, а на ногах была обута примерно такая же обувь, как у Жени, только гораздо большего размера. Однако в отличие от нее, это обстоятельство несильно сказывалось на его движениях. Набрав нужный код, Стикс открыл широкую дверь шлюза, и, переступив через его узкий порог, исчез в темноте.
        - Дорогая, может, останешься? - раздался за спиной вспотевшей от усилий девушки мягкий голос Эн.
        Женя резко обернулась всем корпусом, в то время как толстые, тяжелые подошвы ее остались прижатыми к полу, и посмотрела на собеседницу. Стройная зеленая женщина стояла, чуть прильнув к стене, и с интересом взирала на нее. Стиснув зубы, девушка подняла правую ногу и, собрав в кулак все свои силы, шагнула в открытый проем. Дверь тихо закрылась за ее спиной, отрезав путь к отступлению.
        Попав в пустое темное помещение, Женя огляделась по сторонам, ища глазами Стикса.
        - Я открываю, - сказал он. - Сейчас глубоко вдохни, а потом резко выдохни.
        - Зачем? - девушка не поняла.
        - Делай, что говорю, - без каких-либо объяснений заявил он и нажал несколько крупных светящихся кнопок на монолитной стене, которая от его действий пришла в движение.
        Женя набрала в легкие побольше воздуха и послушно выдохнула его, когда на месте стены образовалось огромное прямоугольное окно, за которым простирался абсолютно нереальный, розово-фиолетовый пейзаж. В следующую секунду девушка поняла, что задыхается. Ее скрутил приступ громкого удушливого кашля, от болезненных спазм которого, как ей казалось, грудная клетка вот-вот разорвется. Краска отхлынула от ее лица, сердце бешено колотилось, и без того ватные ноги начали медленно подкашиваться.
        - Дыши, - приказал Стикс, в мгновение ока очутившись рядом, он схватил ее под руки, не давая упасть. - Я сказал, ДЫШИ!
        Она отрицательно мотнула головой, зажав себе ладонью рот и нос.
        - Ты умрешь, если не будешь дышать!
        Этого довода было вполне достаточно, чтобы она подчинилась. Осторожно вдохнув какую-то едкую газовую смесь, мало напоминавшую земную, девушка снова закашляла.
        - Здесь специфическая атмосфера, - пояснил Стикс, когда дыхание ее немного выровнялось. - Но наши с тобой тела легко под нее подстраиваются. Нужно только немного привыкнуть.
        - Теперь я понимаю, почему тут никто не живет, - выдавила из себя Женя.
        Легкие ее по-прежнему болели, будто кто-то невидимый обмотал их колючей проволокой, продернув ее концы через горло и нос. Но это не мешало дышать, разговаривать и, что самое странное, свободно перемещаться. В тело вместе с новым "воздухом" пришла удивительная, нереальная легкость.
        - Идем, мой дом в нескольких сотнях метров от посадочной площадки, - Стикс подал ей руку, на которую она с удовольствием оперлась. - Ты успеешь хорошо разглядеть мою Кае.
        ГЛАВА 23КАСТЕРКОРТЫ
        Среди острых невысоких скал, цветовая гамма которых разнилась от темно-фиолетового до ярко-сиреневого, стоял продолговатый серый прямоугольник высотой этажа в три, не больше. На его монолитных стенах не было ни окон, ни дверей. Женя с пригорка, на который они забрались, хорошо видела эту абсолютно не гармонирующую с пейзажем конструкцию. И чем дольше она на нее смотрела, тем сильнее убеждалась в инородности безликого ящика, который Стикс назвал своим домом.
        - Ты там живешь? - спросила девушка, продолжая разглядывать глухую серую стену нелепо выделяющегося на фоне лиловых скал здания.
        - Иногда, - он улыбнулся. - Пойдем?
        Женя пожала плечами и, недолго думая, шагнула вперед. Из-под ног ее вылетали мелкие камни, громкое шуршание которых сопровождало практически весь их путь. Здесь было красиво, неестественно красиво. И, не будь атмосфера Кае столь специфической, девушка вполне могла согласиться с тем, что попала в сказочную страну из детских грез. Ей даже казалось, что в причудливых переплетениях странных колючих деревьев, которые встречались им по дороге, свили гнезда какие-нибудь волшебные создания. Стоит лишь немного подождать, и они появятся перед ее глазами, заставив поверить в сказку. Но, как это часто бывает, все оказалось намного прозаичнее. Вместо ожидаемых эльфов1 с деревьев вспорхнули угловатые неуклюжие птицы. А прекрасный замок хозяина этих земель на самом деле был уродливой каменной коробкой, портившей всю картину.
        Женя вздохнула, когда Стикс, нащупав на шершавой поверхности пустой стены хорошо замаскированную панель управления, открыл узкий проход с невысокой лестницей, уводящей вглубь здания. Она, несмотря на недельное путешествие в его корабле, все никак не могла привыкнуть к подобному свойству дверей, которых, на первый взгляд, нет там, где они на самом деле находятся. Будучи абсолютно несведущей в такого рода вещах, девушка предпочитала бездумно следовать за своим спутником, не особо вдаваясь в подробности устройства его дома.
        Мелкими шагами она семенила позади него, искоса поглядывая на окружающую обстановку. Пройдя несколько монотонно серых коридоров, они наконец вышли в большой, хорошо обставленный зал с двумя широкими лестничными маршами, ведущими на второй этаж. Посередине этого просторного помещения стоял длинный стол, вокруг которого располагались темно-фиолетовые стулья с необычно высокими спинками и какими-то странными, обтекаемыми подлокотниками. На столе лежала целая груда объедков.
        Стикс застыл на месте, как вкопанный. Лицо его вытянулось, а глаза превратились в узкие светлые прорези. Их холодный взгляд впился в круглую зеленую физиономию, обладатель которой чинно выплыл из-под лестницы, неся в толстых ручищах огромное блюдо с какими-то хилыми на вид плодами.
        - Упс, - пискнула физиономия, и без того круглые глаза ее округлились еще сильнее.
        Стикс резко повернулся и, схватив под руку ничего не понимающую Женю, которая из-за его широкой спины не видела полноты развернувшейся картины, потащил ее прочь.
        - Что случилось? - едва успевая перебирать ногами, спросила девушка на лету.
        - Кастеркорты, - коротко бросил он, продолжая увлекать свою спутницу в противоположном от зала направлении.
        - Пираты? - Женя оживилась. - А ты говорил, здесь никто не живет. И, кстати, почему мы убегаем? Разве это не твой дом?
        - Мой, но им без соответствующего оружия объяснять подобные тонкости бесполезно, - он подхватил ее на руки, желая таким образом избавиться от якоря в ее лице, который явно мешал ему двигаться быстрее.
        Стены стремительно мелькали перед глазами девушки, пока наконец не превратились в одну серую массу длинного коридора, уводящего куда-то вниз. Жене казалось, что она слышит вдали шаги погони, которые, смешиваясь с громкими голосами, вызывали к жизни болезненный хаос в ее голове. Мысли путались, сбивая одна другую, и на все это "умственное безобразие" накладывало свой тяжелый отпечаток предчувствие неотвратимой беды.
        Самонадеянность подвела Стикса именно там, где он меньше всего этого ожидал. Добравшись до небольшого полупустого помещения, он поставил Женю на ноги, а сам кинулся к гладкой стене, сложенной из хорошо отшлифованных плит. Его рука проворно шарила по ее поверхности, вспоминая расположение вмонтированной под толстым слоем камня электронной схемы.
        - Что ты делаешь? - спросила девушка, ее слегка покачивало после стремительного движения, из круговорота которого она так резко выпала, оказавшись здесь.
        - Достаю пушку, - бросил Стикс, не оборачиваясь.
        Его пальцы нащупали нужный механизм и несколькими меткими нажатиями привели его в действие. Расположенные в шахматном порядке плиты принялись медленно разворачиваться, утопая в темноте скрытого за стеной пространства. На их место из глубины холодного черного мрака выдвинулся большой металлический ящик, напоминающий гроб.
        - Что это? - с опаской поглядывая на странный сундук, прошептала она.
        - Пушка, - коротко ответил собеседник.
        Он присел на корточки и, не снимая с плеча сумки, принялся лихорадочно стучать по узкой черной панели с большим количеством оснащенных символами клавиш, набирая код доступа. Девушка, устав наблюдать за его стремительно летающими над миниатюрной клавиатурой пальцами, перевела взгляд на дверь. Глаза ее уперлись в огромную зеленую тушу, за полнившую собой весь проем, в руках этого неуклюжего с виду, но довольно шустрого на деле монстра была какая-то вытянутая штуковина, сильно напоминавшая ей хорошо модернизированный пистолет. На толстой круглой физиономии пирата появилась довольная ухмылка.
        Дальнейшие события развивались как во сне. Женя, не думая, ринулась к Стиксу, оттолкнув его в сторону, в то же самое мгновение кастеркорт нажал на курок. Пять тонких красных лучей, адресованных затылку Стикса, пронзили ее правое плечо и верхнюю часть грудной клетки, задев шею. Девушку откинуло к стене, ударившись о которую, она медленно начала сползать вниз.
        Не успело обмякшее тело Жени коснуться пола, как Стикс выстрелил. Он стоял будто скала, держа в руках переносную лазерную пушку. Пират обладал завидной реакцией. В момент, когда дверной проем превратился в громадную дыру, его там уже не было. Стикс мрачно посмотрел на крошечный экран, где в схематичном отражении стремительно удалялась живая мишень. Он нажал на курок и выпустил очередной мощный луч, который с диким воем разнес несколько помещений, достигнув намеченной цели.
        Встроенный в пушку сканер сообщил ему о появлении еще одного живого объекта, и еще, еще… С тупым упрямством он спускал курок, постепенно превращая собственный дом в свалку из камня и ошметков зеленых тел, пока мелодичный звук не сообщил ему о том, что заряд исчерпан. Бросив на пол ставшее бесполезным оружие, он схватил на руки потерявшую сознание Женю и кинулся к проему, откуда минуту назад выехал металлический ящик с пушкой.
        Придя в движение, каменные плиты снова развернулись, замуровав за ним проход.
        ГЛАВА 24ПЛЕННИЦА
        Шестеро вооруженных до зубов кастеркортов с каменными лицами, наполовину прикрытыми прозрачными воздухоочистительными масками, стояли напротив груды обломков, которая осталась от дома Стикса. Одной рукой они придерживали огромные стационарные пушки, прикаченные из корабля, другой с азартом жали на кнопку "пуск", поливая развалины струями ярко-желтых лучей. Под этим разрушительным дождем, сопровождаемым громким оружейным воем и короткими щелчками перезарядки, остатки серого здания постепенно превращались в покрытую каменным песком равнину.
        В нескольких сотнях метров от увлеченной своими сомнительными деяниями шестерки находился пиратский космический корабль. Час назад он совершил посадку прямо перед носом "Кае", который в сравнении с ним казался детской игрушкой. Открытый шлюз этого металлического гиганта напоминал разинутую пасть громадной серой жабы, из которой точно горох высыпалась очередная порция зеленых кастеркортов. Они с энтузиазмом ринулись на подмогу к штурмующим корабль Стикса сородичам. Наконец черная блестящая обшивка "Кае" подалась их напору и маленькая группа довольных проделанной работой пиратов протиснулась в раскуроченный корпус корабля. Прошло совсем немного времени, прежде чем из прорезанной лазером дыры вылезла первая довольная физиономия, ее обладатель тащил в толстых зеленых ручищах выдранный с корнем трофей, точнее два трофея. Ими оказались большие фиолетовые кресла, спинки которых мерно покачивались в такт его широким шагам. Вскоре образовалась целая цепочка из нагруженных под завязку пиратов. Крупные лица их светились точно намазанные зеленкой лампочки, даже маски, одетые на рты, не могли скрыть широких
улыбок. Довольные свалившейся с неба добычей, кастеркорты потихоньку растаскивали содержимое "Кае" по частям, методично перегружая его к себе.
        Это был корабль-разведчик, отправленный на охоту дрейфующей пиратской колонией. Несколько месяцев назад он набрел на маленькую фиолетовую планету с отвратительной атмосферой. Пираты не проявили бы к ней никакого интереса, не наткнись они во время обследования ее поверхности на прямоугольный постамент, при тщательном рассмотрении оказавшийся вполне пригодным для жизни домом. Не обнаружив хозяев, которых следовало уничтожить за ненадобностью, кастеркорты временно обосновались в найденном ими сооружении. При наличии места, где можно остановиться, процесс исследования близлежащих планет сильно упрощался.
        - Смотрите, кого я нашел! - громкий булькающий голос разнесся по площадке.
        Огромный зеленый монстр, фигура которого появилась на фоне зияющей темной дыры, держал на руках стройную изумрудную женщину, доверчиво прильнувшую к его могучей груди.
        Волна приглушенного ропота пронеслась по рядам застывших в восхищении кастеркортов.
        - Этот варвар держал ее в плену! - провозгласил прижимающий к себе Энни пират на своем родном языке. - Он посмел мучить такую красавицу! Давайте сравняем его дом с землей!
        - Дааа! - дружно гаркнули те, к кому он обращался, и, не сговариваясь, ринулись на подмогу шестерым товарищам, которые продолжали с энтузиазмом расстреливать то, что еще осталось от некогда облюбованного ими здания.
        - Какая женщина, - пожирая скромно улыбающуюся Эн глазами, проговорил командир разведывательного корабля, когда кастеркорт принес ее к нему. - Как же ты оказалась на этой крохотной посудине, - он кивнул в сторону огромного иллюминатора, за которым виднелся вытянутый корпус "Кае".
        - О, это очень печальная история, - грустно вздохнула собеседница, она говорила на их языке без акцента, будто всегда только этим и занималась. - Но я так рада, так рада, что вы спасли меня! Я даже мечтать боялась о таком счастье. Ах, - она кокетливо повела плечами, по-прежнему обнимая за шею своего спасителя, - мне даже немного неловко. Давно я не видела столько красивых и мужественных мужчин одновременно, - Энни прижалась губами к щеке державшего ее на руках пирата, физиономия которого расплылась в блаженной улыбке, он крепче стиснул стройное женское тело, ласково погладив его по обнаженной ноге.
        - Хватит растаскивать эту маломерку по частям, мы загрузим его целиком и разберем по дороге - приказал командир находящимся рядом подчиненным, не сводя похотливого взора с изумрудной красавицы, прижимавшей к сердцу маленький черный саквояж. "Вероятно, в нем ее скудные пожитки", - мелькнуло в голове пирата и тут же погасло, как только взгляд его упал на чуть прикрытые тонким топом упругие женские груди. - Поторопи остальных, - приказал он кастеркорту, забирая у него Энни, которая с удовольствием обняла командира за могучую шею, как бы невзначай коснувшись губами его большого толстого уха. - Мы улетаем.
        ГЛАВА 25"ИСПОВЕДЬ"
        В полной темноте Стикс шел вперед по широкому металлическому тоннелю, держа на руках обмякшее тело девушки. Громкий звук его быстрых шагов гулким эхом отскакивал от стен. Прошло чуть больше двух часов с того момента, как Женю ранило, и за все это время она ни разу не приходила в чувство. Он слышал ее тихое дыхание так же четко, как удары своего рвущегося из груди сердца. Глаза мужчины бесцельно вглядывались в темноту, он знал этот путь наизусть и ничто не мешало ему двигаться дальше.
        Тело Жени содрогнулось на его руках, и в следующую секунду с ее губ слетел протяжный стон. Сознание возвращалось к девушке, а вместе с ним пришла и дикая боль, острые когти которой раздирали верхнюю часть ее туловища пополам. Она дернулась, инстинктивно пытаясь вырваться из этих дьявольских тисков.
        Стикс остановился, крепче прижав ее к себе. От соприкосновения ее раненого плеча с грудной клеткой мужчины Женя громко вскрикнула, кусая от боли пересохшие губы. Темные безликие стены подхватили ее крик, повторив его на все лады. Под аккомпанемент постепенно затихающего эха Стикс аккуратно посадил девушку на пол, прислонив спиной к стене, а сам, бросив рядом сумку, принялся в ней что-то искать.
        - Где Энни? - выдохнула она, окончательно придя в себя. - Что с ней сделают пираты?
        Голос Жени дрожал, как и взлетевшие вверх ресницы. Она открыла глаза, но кроме густого, почти осязаемого мрака, ничего не увидела. Сиреневая вспышка маленького плоского фонарика осветила лицо сидящего напротив нее Стикса, вырвав из темноты его фигуру.
        - Не волнуйся, - сказал он. - Кастеркорты не обидят женщину, тем более зеленую.
        Женя едва заметно кивнула. Ей было больно, очень больно. Желая унять эту адскую пытку, она потянулась левой рукой к поврежденному плечу, но не успели ее дрожащие пальцы коснуться раны, как Стикс перехватил их, отведя в сторону. Встретив печальный взгляд его темных от сильно расширенных зрачков глаз, девушка шепотом произнесла:
        - Я умираю, да?
        Он отрицательно мотнул головой, доставая из сумки маленькую белую коробочку с ампулами. Однажды Женя уже видела ее в большом каменном доме на побережье Северного моря.
        - Ты лжешь, - по щекам ее покатились слезы. - Никогда еще твои глаза не были такими, - она запнулась, тихо всхлипнув, - такими грустными.
        Стикс ничего не ответил. Его пальцы быстро сломали несколько ампул и наполнили их содержимым шприц. Он осторожно закатал рукав желтого комбинезона, в который она была одета, и сделал ей укол. Обезболивающая смесь, попав в организм, быстро заструилась по венам, неся ей облегчение. Боль начала медленно притупляться, на смену ей пришло сильное головокружение, граничащее с бессознательностью. Женя по-прежнему чувствовала, как ноют плечо и шея, но теперь все это было как-то далеко, словно происходило не с ней, а с кем-то другим.
        В руке мужчины блеснуло острое лезвие ножа, вид которого заставил расшириться затуманенные глаза девушки. Она вжалась в стену, не зная, что именно он намерен сделать. Стикс поднял ее подбородок, чуть повернув голову в сторону, и начал понемногу подрезать ткань вокруг огромной раны, обожженные края которой смешали кровь с одеждой в одно запекшееся месиво. Женя хотела взглянуть на свое плечо, но он ей этого не позволил, вновь отведя ладонью ее белое как мел лицо, которое в тусклом свете висевшего на его груди фонаря имело сиреневатый оттенок, как у мертвеца.
        - Так я все-таки умру? - спросила она, сглотнув.
        Он не ответил, продолжая вспарывать тонкую ткань ее облегающей одежды. На глаза девушки снова навернулись слезы, хрустальные капли которых быстро поползли вниз по щекам, обгоняя друг друга. Легкими прикосновениями Стикс вытер ее лицо и, сочувственно глядя на Женю, осторожно вложил край своей широкой ладони ей в рот, вынудив настойчивым движением разжать зубы. Глаза ее, большие и влажные, вопросительно уставились на него. Не успела она что-либо сообразить, как резкая боль обожгла правую часть ее туловища, заставив зубы впиться в мягкую плоть мужской руки. Взвыв, как раненая волчица, Женя откинулась назад, выпустив изо рта укушенную ладонь. По ее губам и подбородку текли тонкие струйки чужой крови, солоноватый привкус которой она отчетливо чувствовала на своих губах.
        - Что ты делаешь? - проговорила девушка, когда болевой приступ чуть утих.
        - Хочу обработать рану, - ответил он, доставая из коробочки очередную ампулу.
        "Рану", - эхом откликнулись ее мысли. Женя резко опустила голову и взглянула на свое плечо. От вида этой жуткой картины у нее перехватило дыхание. Кожа была вздыблена так, будто на ней разворачивался экскаватор, разорванные края обрамляли обожженную мышечную ткань, пробитую насквозь в нескольких местах. Женя, точно загипнотизированная, смотрела, как быстро разрастаясь, на ее теле появляются алые кровавые пятна.
        - Господи, я умираю, - слетело с ее дрожащих губ. - Я действительно умираю! - она подняла глаза и встретилась с его хмурым взглядом. - Скажи мне, я умру?!
        Стикс молчал. Он выплеснул содержимое ампулы на белую тканевую салфетку и принялся аккуратно промакивать ею рану. От каждого болезненного прикосновения девушка непроизвольно дергалась, кусая испачканные его кровью губы.
        - Значит, я все-таки умру, - продолжала говорить Женя, глядя на темную металлическую стену, по которой в странном магическом танце двигались мрачные тени. - Как жаль. Я всегда мечтала увидеть звезды, увидеть их так близко… А теперь все кончится, не успев толком начаться, - она горько усмехнулась.
        Быстро обмотав чистой салфеткой свою руку, Стикс вытер подбородок девушки и вновь занялся ампулами. На этот раз он ввел Жене лекарство, обколов поврежденную часть тела по краю, затем достал из сумки маленький серый футляр и, открыв его, посыпал рану белым порошком, чтобы остановить кровотечение.
        - Я всегда что-то не успеваю, - сглотнув, продолжала Женя. - В первом классе, а может, во втором… мне очень нравился один мальчик. Весной он принес с перемены целый букет желтых цветов и… подарил их мне. А я, как последняя дура, боялась плохо выглядеть в глазах одноклассниц, - она вздрогнула, когда тонкая длинная игла мягко вошла в ее нежную кожу. - А на следующий год он переехал в другой город. И я так и не успела сказать ему, что мне очень понравился тот букет, - девушка вздохнула. - И Борис… Борис, - она закусила нижнюю губу и, зажмурившись, тихо всхлипнула. - Он хотел узнать больше о моей жизни, обо мне… А я пыталась строить из себя что-то, пыталась казаться сильной и волевой. Ведь если бы я не притворялась, возможно, он бы не поверил сплетням и остался бы жить…
        От уколов тело девушки стало ватным, она совершенно перестала чувствовать свое подвергнутое заморозке плечо. Боль отступила, осталось одно неудобство, которое причиняли ей затекшие мышцы и неповоротливые суставы. Голова ее по-прежнему кружилась и, чтобы не потерять шаткое равновесие, Женя сильнее прижалась затылком к холодной стене длинного металлического коридора, напоминавшего ей склеп.
        - Я так редко говорила родителям, что они мне нужны, - сказала она слабым, едва слышным голосом. - А однажды… они не вернулись домой вечером, как обычно. Они больше никогда не возвращались, - по ее бледным щекам потекли слезы, прозрачные капли которых загадочно мерцали в неестественном сиреневом свете фонаря. - И ты… ты сильный, красивый, - она запнулась, глядя на него сквозь тонкую пелену влаги, которая заволокла ее глаза. - И, кстати, извини за машину. Я специально разбила ее о столб.
        Стикс странно посмотрел на нее, но ничего не сказал, продолжая заниматься раной.
        - Но ты убиваешь людей, ты холоден и жесток, - Женя подняла отяжелевшую руку и вытерла очередную партию навернувшихся слез, поток которых, похоже, был неиссякаем. - Это очень, очень неправильно.
        Очередной внимательный взгляд был ей ответом.
        - Ты, как одинокий зверь, никого не подпускаешь к себе, - из груди ее вырвался глубокий вздох, который пробудил заснувшую было боль, вызвав ее острый приступ, - а если и подпускаешь, то только в качестве "десерта" или "игрушки". Ты ни с кем не считаешься. Более хладнокровного существа я никогда не встречала, - пробормотала девушка. - И в твоих черных зрачках я вижу тысячи загубленных душ, несколько сожженных планет… Но мне на это наплевать, - ее янтарные глаза наполнились слезами. - Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, - прошептала она еле слышно.
        Он поднял голову и взглянул на нее так, будто впервые видел.
        - Поцелуй меня, пожалуйста, - попросила Женя, не сводя с него огромных грустных глаз.
        Он немного помедлил, потом наклонился к ней и осторожно коснулся губами ее мокрой от слез щеки. Черные ресницы девушки медленно опустились и снова вспорхнули вверх точно испуганные птицы.
        - Еще, - попросила она тихо.
        Стикс повторил поцелуй. Его длинные прохладные пальцы убрали с ее виска спутанные волосы и нежно провели по горящей в лихорадочном огне коже лица.
        - Нет, - девушка тряхнула головой, отчего перед глазами ее все поплыло. - Не так.
        Женя обняла его за шею здоровой рукой и из последних сил притянула к себе. Ее искусанные в кровь губы впились в его рот. Она целовала его так жадно, так неистово, как только может целовать влюбленная женщина последний раз в своей жизни. Стикс боялся пошевелиться. Любое неосторожное движение могло причинить ей боль. Он впервые понял, насколько упруги ее чувственные губы, как нежны объятия.
        - Прощай, - отстранившись, прошептала девушка.
        Она улыбнулась и, закрыв глаза, повалилась назад, скользя по стене вниз. Его сильные руки не дали Жене упасть, вернув ее окончательно ослабевшее тело в сидячее положение. Он легонько тронул ее за руку, она не отреагировала. Дыхание ее выровнялось, тревожные морщинки на лбу разгладились, лицо стало спокойным, как у спящего человека, которому снятся чудесные сны. Проваливаясь в бессознательность, девушка чувствовала себя счастливой.
        Стикс несколько минут молча смотрел на нее, и с каждой секундой улыбка на его лице становилась все шире. Закончив перевязку, он осторожно поднял Женю на руки и, не выключая фонаря, понес ее дальше, в холодную металлическую пустоту длинного безликого коридора. Он шел очень медленно, словно боялся потревожить ее сон.
        Часть 4 Неземная любовь
        ГЛАВА 1СКЛЕФ
        Опустив большую трехпалую ладонь на вытянутый бледно желтый пульт, Склеф кисло поморщился. Он нехотя нажимал гладкие прямоугольные клавиши, забивая в базу бортового компьютера нужный курс. Грубую, чешуйчатую кожу его узкого лба разрезали две глубокие морщины, пролегающие над сдвинутыми над тонкой переносицей бровями. Прищуренные глаза горели красным огнем раздражения. Склеф был недоволен. Недоволен предстоящим патрульным рейсом в один из пограничных секторов конфедерации, недоволен своим недавним переводом из охраны тюрьмы на астероиде Ланкоу в полицейское подразделение, курирующее космические коридоры, недоволен всем, чем только можно быть недовольным.
        Его крючковатые пальцы с широкими темно-коричневыми ногтями с силой ударили по клавишам, внося последние данные в длинном списке координат. На круглом, встроенном в стену мониторе вспыхнула карта коридоров, некоторые из которых светились ярко-оранжевым светом. Именно туда должен был отправиться Склеф спустя несколько минут.
        Одарив цель своего скорого путешествия мрачным взглядом, капитан крейсера межгалактической полиции нажал кнопку "пуск". Огромный космический корабль, вооружению которого могла позавидовать армия маленькой планеты, стартовал из гигантского ангара, отделившись от массы похожих друг на друга как братья близнецы, крейсеров. Единственным живым существом, находящимся на корабле, был его командир. Роль экипажа заменяли бесформенные металлические роботы, отлично выполнявшие свои функции и не требующие зарплаты. Подобные "моноэкипажи" уже давно не были новшеством. И тот факт, что Склеф попал на корабль данного класса, являлся крошечной ложкой меда в бочке дегтя, обрушившейся на его голову в последние месяцы. Выдержать соседство каких-то облаченных в форму "недоносков" он вряд ли бы смог.
        Форма… его крупный шероховатый рот скривился в презрительной ухмылке, он терпеть не мог эти серые, упакованные в золотые погоны и тонкие блестящие канты костюмы. К счастью, недавно принятый закон разрешал полицейским свободный выбор одежды в дальних рейсах. Склеф бережно поправил воротник просторного клетчатого пиджака и, бросив прощальный взгляд на исправно выполняющий свои обязанности автопилот, вышел из капитанской рубки. Дойдя до своей каюты, он удобно устроился в большом желтом кресле и, взяв со стола стакан с темно-бордовой жидкостью, в которой плавали два похожих на склизкие глазные яблоки шарика, с удовольствием втянул в себя его содержимое. Прохладный напиток коснулся неба капитана, оставив на языке приятный солоноватый вкус. Включив сто восьмидесятую серию своего любимого телесериала, диски с записью которого заполняли несколько полок в его каюте, Склеф довольно усмехнулся.
        - Пусть эти идиоты думают, что я ни на минуту не покидаю своего поста, - пробормотал он с особой, изощренной язвительностью. - Они лишили меня лакомого кусочка Ланкоу и еще надеются, что я буду в поте лица исполнять их поручения. - Склеф ядовито улыбнулся. - Долг платежом красен, - прорычал он, прибавив звук идущего фильма. - Пусть несет службу автопилот, а с меня достаточно и того, что я здесь нахожусь.
        На экране несколько чешуйчатых монстров с аппетитом поглощали расчлененное тело своего соотечественника, издавая при этом какие-то дикие нечленораздельные звуки. Глядя на это зрелище, Склеф грустно вздохнул, что-то вспоминая. Настроение его, поддаваясь ностальгическим импульсам, вновь начало портиться.
        ГЛАВА 2ПРОБКИ
        Вильерис по праву называли центральной звездной системой седьмой галактики, той самой, на окраине которой жил Стикс. Занимая главенствующую позицию, она имела массу достоинств. Самые модные магазины, самые экзотические рестораны, самые уникальные музеи и самые популярные зрелищные заведения составляли ее основную начинку, не считая жилой застройки, большая часть которой принадлежала к наиболее престижным местам обитания в этой довольно обширной галактике. Господствующая элита, политики, деятели искусства и другие представители мира "не простых смертных" проводили большую часть своего свободного времени в Вильерис, облюбовав ее шесть очаровательных планет, красоте пейзажей и чистоте атмосферы которых могла позавидовать вся конфедерация. Но, не смотря на вышеперечисленные преимущества, здесь, как часто бывает в зоне огромных космических мегаполисов, было крайне трудно передвигаться.
        Стикс мрачно взглянул на синий циферблат наручных часов. Он, на свою беду, умудрился застрять в гигантской пробке перед входом в зеленый коридор, который ныне выглядел за счет столпившихся перед ним неподвижных транспортных средств абсолютно безжизненным. Стикс молча посмотрел на длинную цепочку из разношерстных кораблей, выстроившуюся перед носом его маленького судна, и вздохнул. Он тяжело опустился в капитанское кресло за пультом двухместного легкого катера "Кае 2", на котором предпринял эту отчаянную вылазку в самое сердце галактики, и вновь посмотрел на часы. Две серебристые стрелки, точно подписывая приговор его надеждам, медленно двигались по кругу, беспощадно отсчитывая драгоценные мгновения.
        - Должно быть, она уже проснулась, - с грустью пробормотал Стикс, бросив тоскливый взгляд на огромный букет белых цветов, лежащий рядом с грудой больших, красиво упакованных коробок.
        ГЛАВА 3ПРОБУЖДЕНИЕ
        Когда прохладная зеленая масса стекла в открывшиеся на дне капсулы крошечные отверстия, раздался тихий мелодичный звук и большая прозрачная крышка медленно поднялась.
        Обрывки бессвязного сна постепенно покинули сознание девушки, вернув ее тем самым к реальности. Длинные мокрые ресницы едва заметно дрогнули, засвидетельствовав ее пробуждение. Женя медленно открыла глаза и уставилась на бледно-сиреневый металлический купол, накрывший, словно шатер, небольшое светлое помещение, в центре которого она лежала. В распростертом по дну капсулы теле девушки поселилась приятная легкость. Она чувствовала себя бодрой и свежей, как после продолжительного отдыха. Ничто не стесняло ее движений и, решив размять мышцы, Женя осторожно потянулась. Она еще немного полежала, обдумывая свое положение, после чего быстро поднялась, оперлась о край капсулы и резво перемахнула через него. Когда ее мокрые ступни коснулись холодного пола, девушка довольно улыбнулась. Теперь дело оставалось за малым: найти в этой сильно смахивающей на лабораторию комнате душевую кабину. В том, что она должна там обязательно быть, Женя не сомневалась ни на йоту. Мягкими кошачьими шагами она отправилась на поиски. Ее слипшиеся черные волосы насквозь пропитались густой желеобразной массой, в которой она
провела несколько часов, а может, суток, точного времени своего затянувшегося сна девушка не знала. Разгуливая по хорошо освещенному помещению, в котором, кроме нее, никого не было, она мысленно возвращалась к событиям недавнего прошлого.
        Память, как примерный летописец, восстанавливала до мельчайших подробностей эпизоды последних дней ее жизни. Перед полуприкрытыми в задумчивости глазами Жени поплыли образы тех, с кем ей довелось недавно столкнуться. Она видела как наяву стройный силуэт Энни в глубине коридора, зеленые туши пиратов и алые лучи смертоносного оружия, направленные на нее. Вспомнив о своей ужасной ране, девушка вздрогнула. Ее внезапно задрожавшие пальцы потянулись к правому плечу. Она продолжала стоять с закрытыми глазами, боясь взглянуть на изуродованную плоть. Не обнаружив на ощупь грубой обожженной кожи, Женя опустила голову и посмотрела на свой торс. Пять тонких ниток шрамов украшали ее тело точно белое кружево. Она сильнее напрягла зрение, пытаясь рассмотреть их. Несколько минут девушка изучала свою обновленную кожу и чем дольше она на нее смотрела, тем шире становилась радостная улыбка на ее счастливом лице. Настроение у нее было прекрасное. Не только смерть, в ожидании которой она пребывала после ранения, обошла ее стороной, но и отвратительный ожог под действием живительной, зеленой жидкости исчез практически
без следа.
        Вспомнив о цели своего незаконченного пути, Женя продолжила исследование безмолвной лаборатории. Вскоре она наткнулась на душевую кабину. Ею оказался высокий белый цилиндр с раздвижными дверями. Недолго думая, девушка нырнула туда. Теплые струи мягкой воды окутали ласковым дождем ее обнаженное тело, смыв с него остатки липкой салатовой массы. Наслаждаясь процессом мытья, Женя невольно подумала о предстоящей встрече со Стиксом. От этой мысли внутри нее все замерло, а по спине прохладной волной пробежала дрожь. Она прекрасно помнила, чем закончился их разговор в темном мрачном коридоре, и поэтому в душе ее теснились противоречивые чувства. Женя боялась этой встречи так же сильно, как и желала ее.
        Убавив напор горячей воды, она окатила голову ледяным душем, вернув из омута взаимоисключающих мыслей свое заблудившееся там сознание. Кроме большого прямоугольного куска шероховатой белой ткани, в душевой кабине не было ничего похожего на полотенце. Взяв его в руки, девушка принялась вытираться. Ткань точно губка впитывала в себя влагу, оставляя ее кожу совершенно сухой.
        Отжав длинные густые волосы, Женя встряхнула их и, обмотавшись диковинным "полотенцем", вышла, намереваясь найти в лаборатории свои вещи. К ее огромному разочарованию, их там не оказалось. Большой белый стол, незакрытая капсула, несколько удобных стульев и ряд угловатых агрегатов неизвестного назначения уныло взирали на нее в полной тишине под ярким потоком света, льющегося из встроенных в полусферу ламп. Не зная, что ей лучше предпринять, девушка начала искать выход из своей холодной "ловушки", время от времени негромко выкрикивая имя Стикса. Однако ответа, как, впрочем, и выхода, не было.
        ГЛАВА 4ВСТРЕЧА
        Стикс то и дело поглядывал на часы, которые с немым укором напоминали ему о том, что с момента завершения восстановительной процедуры в капсуле, где спала Женя, прошло уже десять часов. ДЕСЯТЬ ЧАСОВ! Что могла она сделать за это время? Что подумать? На сердце его тяжелым камнем повисло мрачное предчувствие.
        Маленький черный катер, пролетев несколько километров над поверхностью планеты, резко изменил траекторию своего пути. Он обогнул десяток неуклюжих паукообразных роботов, активно отстраивающих заново разрушенный кастеркортами дом, затем свернул в сторону и плавно заскользил вдоль темно-фиолетовых скал вглубь материка. Наконец его движение замедлилось. Мягко покачиваясь в воздухе, катер начал постепенно снижаться, пока его темный мерцающий силуэт не скрылся окончательно в образовавшемся под ним отверстии, которое служило началом широкого темного тоннеля, уводящего глубоко под землю.
        Стикс, склонившись над пультом, как коршун над добычей, нервно жал на клавиши, пытаясь как можно скорее произвести посадку. "Кае 2", вынырнув из тесного коридора в огромный светлый ангар, осторожно опустился на гладкую поверхность пола, заняв свое привычное место в ряду черных силуэтов других кораблей. Выбравшись из катера, Стикс ринулся к лаборатории. В руках он сжимал букет свежих белых цветов, на которые десять часов ожидания произвели гораздо меньшее впечатление, чем на него самого. Добежав до расположенной в центре ангара полусферы, Стикс нажал несколько клавиш на стоящем рядом с ней невысоком столбе, верхняя часть которого была увенчана шарообразной клавиатурой. Большой сиреневый купол, повинуясь полученной команде, начал медленно подниматься с правой стороны, уходя левым краем под пол точно переворачивающийся вокруг своей оси мяч, одна часть которого полая.
        Чем больше открывался вид на лабораторию, тем белее становилось и без того бледное лицо ее хозяина. На небольшой круглой площадке, где некогда стояли приборы, возвышалась гора металлолома. Ему и в голову не могло прийти, что хрупкая маленькая женщина, запертая на десять часов одна, способна на ТАКИЕ разрушения. Женя разгромила все, что только смогла разгромить. На ее счастье, мебель здесь не была привинчена к полу, как на корабле. Поэтому теперь интерьер этого помещения сильно напоминал свалку крупногабаритного мусора, его роль играли те части приборов, которые ей не удалось расколотить. Остальные вещи валялись на полу в виде мелких осколков и пыли. Высказав некоторое время назад таким весьма оригинальным способом все, что она думает о Стиксе, девушка уселась возле перевернутого стола, прислонившись к нему спиной и запела. Там она находилась и сейчас. Взгляд ее, холодный и черный, как Полярная ночь, был прикован к стиснутым в замок ладоням. Никак не реагируя на метаморфозы купола, Женя продолжала тихо петь. Когда перед ее носом появились высокие темно-серые сапоги с металлическими пряжками,
фиксирующими переплетение жестких ремней, она замолчала. Глаза девушки сузились, губы скривились. Она продолжала сидеть на полу, обхватив руками колени, и молча смотрела на сапоги, которые, как ни странно, до сих пор не вспыхнули под тяжестью ее испепеляющего взора, способного выбить искру даже в самом твердом камне. Но, судя по всему, материал, из которого была сшита обувь Стикса, оказался гораздо прочнее камня.
        - Девочка моя, - он опустился на колени, стараясь заглянуть в ее опущенные глаза. - Прости, я так спешил…
        В лицо ей ударил сильный запах белоснежных цветов. Она медленно подняла голову и посмотрела на букет. Он был прекрасен: вытянутые нежные бутоны, чем-то напоминавшие земные лилии, утопали в густой малиновой листве, прекрасно оттенявшей их совершенные формы. Взгляд Жени скользил по крупным резным листьям, пока не уперся в фигуру склоненного над ней Стикса. Его кудрявые пепельные волосы были уложены в какую-то замысловатую прическу. Тонкие, перевязанные темной нитью косички, вплетались на уровне висков в основную массу распущенных волос, которая длинной серебряной волной спадала на его облаченные в фиолетовый плащ плечи. Высокий белый воротник рубашки, торчащий из-под тонкого эластичного плаща, обрамлял гладко выбритый подбородок мужчины.
        Черные пылающие прорези женских глаз впились в его лицо так, будто желали прожечь на нем дыру. Чувствуя себя неловко под давлением ее мрачного взгляда, Стикс снова заговорил:
        - Пробки, милая, ты понимаешь? Во всем виноваты эти проклятые пробки, - он вздохнул. - Я летал в самый центр галактики за новой коллекцией одежды. А на обратном пути застрял в очереди возле входа в зеленый коридор. В том районе, как назло, нет ни одного синего.
        - Одежда? - брови Жени поползли вверх, обгоняя одна другую.
        - Да, самая последняя коллекция, - с гордостью ответил Стикс, довольный тем, что она заговорила.
        - Последняя коллекция? - глаза ее стали еще уже, отчего колючий блеск в их глубине начал походить на тускло мерцающие на ночном небосводе звезды.
        - Да, - он неуверенно кивнул. - Это работа ведущего модельера конфедерации. Я заплатил за нее целое состояние.
        - О, нет, - девушка нервно усмехнулась. - Я чуть не сошла с ума в этой запертой клетке, а он всего-навсего летал за шмотками.
        Она запрокинула назад голову, продолжая тихо смеяться, губы ее улыбались, а прикрытые глаза изо всех сил пытались спрятать навернувшиеся на них слезы. Стикс молча смотрел на Женю, не зная как себя с ней вести дальше. Возвращаясь домой, он ожидал истерик, выговора, чего угодно, но только не холодного тихого смеха, звук которого больно резал по его и без того натянутым нервам.
        - Это тебе, - пробормотал он, когда она наконец перестала смеяться.
        Девушка открыла глаза и взглянула на протянутые ей цветы. Она демонстративно повела носом, принюхиваясь к их сильному, даже резкому аромату и слегка поморщилась. Аккуратно взяв букет кончиками пальцев за стебли, Женя выдавила из себя совершенно фальшивую улыбку и вяло произнесла:
        - Благодарю.
        Терпение Стикса лопнуло. Он больше не мог выносить ее бесконечные ужимки. Схватив девушку за талию, он с силой притянул ее к себе и зарылся лицом в ее спутанные черные волосы, с упоением вдыхая их приятный, мягкий запах.
        - Я виноват, прости. Но я действительно спешил к тебе, ангел мой, моя принцесса. Я так…
        - Достаточно, - процедила Женя сквозь зубы. - Убери руки, ты помнешь цветы, - она оттолкнула его от себя и, поправляя затянутое на груди полотенце, холодно сказала, глядя ему в глаза: - Где моя одежда?
        ГЛАВА 5РОМАНТИКА
        Женя стояла напротив большого вытянутого зеркала в окружении груды нераспакованных пластиковых коробок, которые были аккуратно перевязаны разноцветными лентами. Девушка со смешанным чувством взирала на свое отражение, постепенно склоняясь к мысли, что вид у нее, мягко говоря, не самый современный. И хотя Стикс назвал эту одежду последним веянием межгалактической моды, Женя считала совсем по-другому.
        Длинное узкое платье со шлейфом было сшито из эластичной бордовой ткани, которую украшала тончайшая серебряная вышивка. Высокий, как у земных императриц шестнадцатого века, воротник доходил сзади едва ли не до макушки девушки, огибая ее голову подобно жесткому рифленому каркасу. Пышные прозрачные рукава венчали вытянутые манжеты, едва прикрывающие локти. А сверху на весь этот громоздкий наряд цвета багряного заката была надета длинная черная жилетка, усеянная крошечными звездами, которые, собираясь в группы, образовывали на ее поверхности причудливый геометрический узор. Оценив свой внешний облик, Женя кисло усмехнулась. Она подняла руки и принялась собирать на затылке тщательно расчесанные волосы, но огромный воротник мешал ей делать это. Устав с ним бороться, девушка заплела две тугие косы, затянув их снятыми с коробок лентами. Немного подумав, Женя решила, что для полноты картины ей чего-то не хватает. Она принялась разбирать оставшиеся вещи, пока не наткнулась на пару тонких перчаток, отчего ее бровь слегка поднялась, а на лице появилась странная улыбка. Аккуратно сложив находку, девушка
крепко стиснула ее в руках точно завоеванный в бою трофей. Она еще раз взглянула на себя в зеркало и, грустно вздохнув, направилась к выходу из комнаты, желая выяснить у Стикса интересующий ее вопрос.
        Планировка подземного дома оказалась гораздо проще той, что была в прямоугольном каменном строении на поверхности планеты. Четыре длинных коридора располагались перпендикулярно друг другу, соединяясь на месте пересечения. На них, точно листья на ветки, были нанизаны разной величины помещения, а всю центральную площадь занимал внушительных размеров зал с высоким куполообразным потолком и стенами, увешанными мониторами.
        Женя довольно быстро сориентировалась в этой новой для нее обстановке. Идя в отведенную ей комнату, она старательно запоминала путь обратно. К счастью, Стикс остался ждать ее в зале, а до него с любой точки подземного сооружения было легко добраться.
        Медленно шагая по светлому длинному коридору, она мысленно проклинала свой наряд. Зауженная книзу юбка мешала ей свободно двигаться, а высокие черные сапоги на каблуках настолько плотно облегали ноги, что вызывали дискомфорт. Длинный бордовый шлейф, шурша по полу, волочился сзади точно лишний груз. Несколько раз Женя чуть не упала, умудрившись наступить на собственный подол. Она чувствовала себя в этом необычном платье, как разодетая для маскарада кукла. Окинув грустным взглядом оставшийся до дверей зала путь, девушка невольно подумала о том, зачем одному единственному человеку, живущему на этой огромной планете столько много комнат. Ответа на этот вопрос она не знала, а для разговора со Стиксом у нее был заготовлен целый список гораздо более важных тем.
        - Я хочу знать, где коробочки? - переступив порог, заявила Женя.
        Стикс сидел в большом мягком кресле в торце длинного, хорошо сервированного стола, на котором, помимо посуды и аппетитно пахнущей еды, стояли серебряные подсвечники с изогнутыми, словно рвущиеся к потолку змеи, белыми свечами. Приятная тихая музыка дополняла общую картину, придавая окружающей обстановке романтическое настроение. Его же поддерживали и закованные в рамы экраны, на которых отражались космические пейзажи. Среди усеянного звездами полумрака Стикс выглядел загадочным принцем из красивой сказки. На нем был новый наряд: приталенный черный пиджак, светло голубая рубашка с большим, отделанным кружевом воротником и заправленные в сапоги эластичные брюки, материал которых чем-то напоминал хорошо выделанную кожу. Взглянув на гостью, он улыбнулся и, поднявшись с кресла, направился к ней.
        - Где коробочки? - повторила свой вопрос Женя, когда он приблизился.
        - Какие коробочки? - Стикс продолжал улыбаться, не сводя с нее восхищенных глаз.
        - Твои батарейки, - девушка нахмурилась, - мои соотечественники. Где они?
        - А, - он вздохнул, - их увезли пираты.
        - Что?!
        - Ну да. Они забрали с собой мой корабль вместе со всем его содержимым.
        - И ты так спокойно об этом говоришь? - краска отхлынула от ее лица, а в потемневшем взгляде появилась тревога. - Что теперь делать?!
        - Не волнуйся, - Стикс протянул к ней руку, но Женя отшатнулась от нее, не дав ему к себе прикоснуться. Видя ее реакцию, он убрал ладонь за спину, приняв позу галантного кавалера и, чуть склонив перед ней голову, поинтересовался: - Ты составишь мне компанию за ужином?
        - Я не голодна, - сухо ответила она.
        - Ангел мой, - из груди его вырвался печальный вздох. - Тебе не следует беспокоиться о похищенных пиратами соотечественниках. Поверь мне, я очень хорошо знаю кастеркортов. Они не ушли далеко. Наверняка болтаются где-нибудь рядом, празднуя "улов". Когда я несколько суток назад собирался лететь за покупками, их корабль лег в дрейф в соседней звездной системе.
        - Несколько суток назад?! - девушка стиснула зубы, крепче сжав спрятанные за спиной перчатки, которые от натяжения едва слышно скрипнули. - И ты ничего не предпринял? Они ведь могли уйти за это время в какой-нибудь коридор и скрыться.
        - О, нет, - на его лице появилась самодовольная улыбка. - Кастеркорты не пользуются коридорами. Да и корабли, на которых они летают, полный антиквариат. Мы с тобой возьмем из ангара "Кае 10", это исследовательское судно; на нем, в отличие от других "Кае", хорошее вооружение, и отправимся на поиски воров, чтобы вернуть наше имущество.
        - И где, интересно, мы станем их искать? - язвительно проговорила Женя.
        - Ну… - Стикс с надеждой посмотрел на нее. - Может, все-таки присядем?
        Девушка не двинулась с места, всем своим видом демонстрируя полное несогласие с его предложением.
        - Хорошо, - немного помолчав, сказал он. - Последний раз я видел их в пограничной с конфедерацией системе, - размеренными шагами он направился к одному из мониторов, на толстой выпуклой раме которого располагался целый калейдоскоп разноцветных кнопок.
        Стикс принялся нажимать некоторые из них. Звезды, заполонившие экран, исчезли. На их месте появились другие, одна из которых горела как яркий желтый блин. На его фоне висел темный силуэт космического корабля.
        - Они и сейчас там, - задумчиво проговорил он, глядя на монитор.
        - Что они там делают? - Женя недоумевала.
        - Понятия не имею, - пожал плечами собеседник. - Теперь ты довольна? Может, сядешь за стол?
        - А как ты умудрился выследить их с такого гигантского расстояния? - пропустив мимо ушей его последнюю фразу, спросила она.
        - Вся территория конфедерации сплошь напичкана станциями видеонаблюдения, их настолько много, что службы безопасности сейчас практически ими не пользуются, они курируют в основном только входы в коридоры.
        - Тогда объясни мне, зачем они нужны?
        - Ну, - он немного помолчал, потом сказал, выразительно взглянув на нее: - А зачем нужны по установленным законом строительным требованиям пять действующих видеокамер в каждом отсеке современного корабля?
        - И зачем же? - девушка подняла на него полные непонимания глаза.
        - Понятия не имею. Привычка, дань моде или чья-то глупость.
        - Ясно, - Женя немного подумала и спросила: - А что, любой житель конфедерации может пользоваться этими станциями?
        - Конечно, нет, - Стикс загадочно улыбнулся, сделав многозначительную паузу. - Просто я сам проектировал их в данном секторе галактики.
        - Сам?
        - Да. Это длинная история. Но, если ты согласишься разделить со мной трапезу, я тебе с удовольствием ее расскажу, - мягкий блеск в его светло-серых прищуренных глазах стал ярче.
        - Несомненно, - покачала головой Женя, переведя взгляд с пиратского корабля на лицо собеседника.
        Он подал ей руку, чтобы проводить к приготовленному для нее креслу с противоположной стороны стола. Осмотрев его с ног до головы, девушка проговорила, не двигаясь с места:
        - Когда мы полетим за коробочками?
        - Ну не сейчас же? - Стикс не сводил с нее глаз, искренне опасаясь, что она потребует обратного.
        - Ладно, - как-то слишком легко согласилась Женя. - Значит, у нас еще есть время?
        - Есть.
        - Тогда я предпочла бы переодеться, - она мило улыбнулась ему одними губами, глаза ее по-прежнему оставались непроницаемыми.
        - Зачем? Тебе очень идет это платье. Я несколько часов проторчал в магазине, подбирая для тебя самые роскошные наряды.
        - О, да! - девушка ядовито усмехнулась. - И самые экзотические, - достав из-за спины перчатки, она протянула их ему. - Как это, например.
        - Модельер, - виновато пробормотал Стикс.- Он из галактики, населенной трехпалыми существами. Видимо, в магазине что-то перепутали и положили мне вместо требуемой коллекции первоначальный вариант.
        - Ну-ну, - спокойно проговорила она, едва заметно покачав головой. - Я скоро вернусь.
        Он бросил тоскливый взгляд на остывающий ужин и тихо вздохнул.
        Женя гордо прошествовала мимо него к большим прозрачным дверям, за которыми виднелся ярко освещенный коридор.
        "Свечи, звезды, платья… - думала она, шагая вперед. - Тоже мне, романтик нашелся".
        ГЛАВА 6ВЫЖИВАЕТ СИЛЬНЕЙШИЙ
        Стикс, оставшись в одиночестве, принялся не спеша расхаживать по огромному, тускло освещенному залу, разглядывая мерцающие в темноте космоса звездные пейзажи, ни один из которых не был похож на другой. На расположенном напротив двустворчатой стеклянной двери экране ярко горел желтый диск, освещавший соседнюю систему. На его фоне висело темное пятно пиратского корабля. Бросив задумчивый взгляд на этот неподвижный силуэт, Стикс направился к столу. Он откинул назад длинные полы пиджака и, расправив на груди кружевной воротник, мягко опустился в свое кресло. Мысли его сейчас были отнюдь не о кастеркортах.
        - Итак, Евгения, у меня к тебе есть серьезный разговор, - торжественно проговорил Стикс, глядя на пустое место с противоположной стороны стола, то самое, на которое должна будет сесть Женя после возвращения. - Нет, не то, - пробормотал он себе под нос, продолжая изучать бархатную лиловую обивку пустого кресла, взиравшую на него из цепких объятий жесткого металлического каркаса.
        Вскочив на ноги, Стикс обошел стол, рассматривая то, что на нем стояло. Он поправил салфетки, поменял местами большие ажурные подсвечники и, взяв в руки продолговатую стеклянную емкость темно-синего цвета, слегка взболтал ее содержимое. Продолжая продумывать предстоящий разговор, он снова заговорил, обращаясь к воображаемой собеседнице:
        - Это самое лучшее вино в седьмой галактике. Я берег его для особого случая. И вот, - он сделал многозначительную паузу, выразительно посмотрев на Женино кресло, - этот день настал! - из груди его вырвался печальный вздох, ему не нравилась репетируемая речь.
        Стикс еще немного полюбовался темной аквамариновой жидкостью, после чего поставил бутылку на прежнее место и повернулся к дверям в ожидании прихода той, ради кого он несколько часов провел в роли кухарки, готовя праздничный ужин. Его взгляд уперся в стоящую возле входа девушку. От удивления лицо его вытянулось, а рот приоткрылся, так ничего и не произнеся. Она была одета все в то же бордовое платье, но теперь оно имело несколько иной вид. Некогда длинная эластичная юбка, обрезанная наискось, облегала бедра Жени не доходя до колен, левый край ее был короче правого, а низ из-за неровной обрезки казался обтрепавшимся. От пышных газовых рукавов и массивного высокого воротника девушка тоже избавилась, вырвав их с корнем. Ее матовая кожа на обнаженных плечах и спрятанной в глубине большого треугольного выреза груди отливала золотом в свете настольных свечей. Женя была босая, длинные черные волосы, стянутые в тугую косу на затылке, обрамляли ее застывшее в недоумении лицо. Глядя сквозь Стикса, она продолжала стоять на по роге, не говоря ни слова.
        Под ее тяжелым взором он почувствовал себя неловко. Осторожно опустив глаза, Стикс начал как бы невзначай осматривать свой костюм. Убедившись, что с его одеждой все в порядке, он вопросительно взглянул на гостью и негромко поинтересовался:
        - Что не так?
        - Корабль, - ее голос звучал неестественно.
        - Какой корабль? - он не понял.
        - Пиратский, - Женя перевела взгляд с расположенного за спиной собеседника экрана на него самого. - Он исчез.
        - Пф, - Стикс облегченно вздохнул, сообразив наконец, что послужило причиной ее странного поведения. - Ах, вот ты о чем, - он мягко улыбнулся, направляясь к монитору, изображение которого так обеспокоило девушку. - Сейчас найдем его. Наверняка переместился куда-нибудь в другое место, выйдя из поля зрения наблюдательной станции.
        Женя, медленно ступая, двинулась за ним. Ее большие темные глаза были прикованы к ярко-желтому пятну, которое, как сигнальная лампочка, тревожно горело на черном фоне, предвещая недоброе.
        - Здесь, - растягивая буквы, сказал Стикс, нажав несколько кнопок на раме, - их нет. Ладно. А тут? - он набрал другую комбинацию, и картинка на экране вновь слегка изменилась, но ничего похожего на корабль кастеркортов там не было. - И тут нет, - констатировал он, продолжая искать исчезнувшее в один миг судно. - И тут… и…
        - Его нигде нет! - девушка начинала нервничать, она до бела стиснула свои сцепленные в замок пальцы и чуть прикусила нижнюю губу, чувствуя, как растет ее внутреннее напряжение. - Что будет с коробочками?!
        - Подожди, - успокаивающе проговорил Стикс. - Сейчас найдем. Техника пиратов далека от совершенства, они используют старые суда. Им не удалось далеко уйти за такой короткий промежуток времени.
        - Да? - ее глаза сузились, холодно сверкнув в полумраке зала.
        - Конечно, - он неуверенно улыбнулся, продолжая искать пропажу.
        Чем дольше Стикс щелкал по упругим разноцветным кнопкам на вмонтированной в раму панели, тем мрачнее становилось его лицо. Женя стояла рядом и молчала, с каждой секундой понимая все больше, насколько безнадежна эта затея. Корабль исчез, не оставив следа. Пропал, испарился… как будто его там никогда и не было.
        - Черррррт! - прорычал Стикс, отстранившись от монитора, он посмотрел на Женю так, будто собирался сообщить ей о кончине любимого дедушки. - Боюсь, Евгения, у меня для тебя плохие новости.
        Она ощутила, как становятся ватными колени, а к горлу подкатывается мешающий дышать ком. Внутри нее все сжалось, застыв в ожидании чего-то неотвратимого и ужасного одновременно.
        - Энни завела их в коридор.
        - Что?! - от собственного резкого крика у нее зазвенело в ушах. - Куда? Зачем? Где мы теперь будем искать коробочки?
        - Полагаю… - он замялся, не решаясь продолжить.
        - Ну? - девушка нахмурилась.
        - На твоей планете.
        - Что?! - в очередной раз заорала она так, что даже пламя свечей от ее громкого голоса испуганно дрогнуло.
        - У Эн на Земле остались приборы по созданию клонов. Думаю, она решила за ними вернуться, - Стикс немного помолчал. - Вместе с кастеркортами.
        - И чем это может кончиться? - в душе Жени зародились смутные подозрения, в которых она не желала себе признаваться.
        - Ну, - он вздохнул, - для моей планеты визит представителей этой расы оказался завершающим этапом в ее развитии. Пираты забрали всех жителей в топливные контейнеры. Они уничтожают тех, кто слабее.
        - Но ведь это варварство, - голос девушки дрожал. - Это бесчеловечно! Они чудовища.
        - Нет, - Стикс осторожно погладил ее по щеке. - Они просто пытаются выжить. Выжить всеми известными им способами. Кастеркорты изгои, они лишены привилегий, которые имеют граждане конфедерации. Им запрещено продавать технику, топливо, корабли… все. При встрече с военными или полицией у них почти нет шансов спастись. Их уничтожают, как тараканов на Земле, они просто пытаются выжить.
        - Жить за счет гибели других, - она оттолкнула его ладонь от своего лица. - Не могу поверить своим ушам. Ты защищаешь этих убийц!
        - Разве можно обвинять волков, которые нападают на овец? Ведь им просто нечего есть. Таков принцип существования, Евгения, - серьезно проговорил он. - Выживает сильнейший.
        - Кто тебе сказал это? - она была в состоянии, близком к шоку.
        - Мой старый учитель. Он, вернее она, на многое открыла мне глаза.
        - Точнее сказать, она запудрила тебе мозги, - Женя с трудом сдерживала эмоции, готовая в любой момент разрыдаться. Слезы отчаяния душили ее, как и сжигающий сердце гнев.
        - Ты слишком молода, чтобы понять, - голосом умудренного опытом человека ответил Стикс. - Но со временем…
        - На каком корабле мы летим? - перебила его девушка.
        - Что? - его брови поднялись, а во взгляде появилось недоумение.
        - Я спрашиваю, на каком из твоих кораблей мы летим на Землю? - чеканя каждое слово, повторила собеседница. - Они исчезли недавно, значит, у нас есть шанс догнать их и не позволить сделать с МОЕЙ планетой то же, что они сотворили с твоей.
        - "Кае 10", - пробормотал Стикс, мысленно подписав приговор и окончательно остывшему ужину, и запланированному разговору. - Он самый большой в ангаре.
        Женя резко повернулась на сто восемьдесят градусов и зашагала прочь из зала. В голове ее, как тревожный гонг, стучала одна единственная фраза: "Они уничтожают тех, кто слабее".
        ГЛАВА 7АНГАР
        Сколько кастеркортов может быть на одном разведывательном корабле? Сотня, две, тысяча? Сколько серебряных коробочек они таскают за собой в надежде пополнить их содержимое на какой-нибудь отдаленной от территории конфедерации планете? Миллион или миллиард? Один единственный пиратский корабль, пусть даже и огромный, что способен он сотворить с маленькой голубой планетой, на которой эта шарообразная стерва оставила свои вещи?
        Женя быстро шла к самому крупному из выстроившихся в ряд кораблей. Каждый из них носил имя планеты, на которой они были созданы, или имя маленькой черной птички, обитавшей там, где однажды побывали кастеркорты. От подобных мыслей сердце девушки сжалось. Она смахнула с глаз навернувшиеся слезы, продолжая стремительно двигаться к вытянутому черному корпусу гигантского, на ее взгляд, космического судна. Босые ноги Жени скользили по гладкому металлическому полу, унося ее вперед с невероятной быстротой. Легкость, поселившаяся в ее теле с момента пробуждения, делала походку девушки одновременно плавной и стремительной. Никогда еще ей не доводилось так двигаться. И, в отличие от атмосферы, эта черта планеты была ей по вкусу. Хотя, следовало отметить, что здесь, под землей, воздух был гораздо чище того, что находился на поверхности. Вероятно, без перерыва работающий "город роботов", в котором оказалась Женя, обладал какими-то специальными атмосферными очистителями. Ей не хотелось сейчас думать об этом. Она по-прежнему размышляла о грядущем Земли и от этих размышлений на душе ее скребли кошки.
        Вокруг тихо шуршали странные машины, блестящие панцири которых отливали золотом в ярком свете ламп, встроенных в очень высоко расположенный потолок. От бесчисленного множества осветительных приборов в глазах у Жени рябило. Она осторожно огибала необращающих на нее внимания металлических обитателей ангара, продолжая двигаться к своей цели. Наконец девушка достигла корабля. Осмотрев его с близкого расстояния, она сделала вывод, что "Кае10" по размерам вполне мог бы сравниться с двадцатиэтажным зданием, на поверхности которого не было ни окон, ни дверей. Постояв немного рядом, Женя повернулась к нему спиной, обратив свой рассеянный взор на кипящий жизнью гигантский ангар, конца и края которого не было видно. Минуты томительного ожидания, точно капли раскаленного масла, медленно текли в ее пылающее огнем сердце, которое, громко стуча, требовало немедленных действий. Но… в отсутствии хозяина Женя не могла ничего предпринять, и этот факт выводил ее из себя. Постояв еще немного возле безжизненной, черной глыбы, называющейся исследовательским судном, девушка нервно передернула плечами и отправилась в
обратный путь.
        - Ты! - ее глаза горели, как два непотушенных угля. - Ты эгоистичный, бездушный монстр, которому наплевать на миллиарды ни в чем не повинных людей! Фиолетовая планета, фиолетовая одежда, все у тебя ФИОЛЕТОВОЕ! И до всех остальных тебе тоже ФИОЛЕТОВО! Да ты просто мастер, Стикс… Ты - МАСТЕР ФИОЛЕТОВЫХ ИДЕЙ!
        Он обернулся, оторвав взгляд от мигающей радуги разноцветных огоньков, рассыпавшихся по длинной узкой панели на одной из рам настенного монитора.
        - Ты ни чем не лучше кастеркортов! Моей планете грозит гибель, а ты здесь жмешь на клавиши, как одержимый игрой геймер! - она была в бешенстве.
        - Ну я же не могу бросить все и лететь? - спокойно ответил он. - Я должен задать роботам необходимые программы, чтобы жизнь здесь не затухла в период моего отсутствия.
        - Там люди могут погибнуть, бездушное ты существо, - девушка вздохнула, укоризненно глядя на него. - А ты тут оставляешь поручения своим железкам. Разве это сравнимо?
        - Да, - Стикс снова начал что-то набирать, ритмично надавливая на кнопки, которые при соприкосновении с его руками едва уловимо вспыхивали. - Особенно, если учесть, что это МОИ железки.
        - А это МОЯ планета! - в ее голосе слышалась смесь горечи и бессилия, которая, точно струя ледяной воды, окатила зависшего у монитора Стикса.
        Он стиснул зубы, продолжая смотреть перед собой. Женя видела, как напряглась его широкая спина, как расправились плечи. Он медленно повернулся к ней и сказал:
        - Дай мне еще пять минут, милая, пожалуйста.
        Она кивнула, прочитав в его глазах, как в зеркале, отражение собственных тревог. Дожидаясь его, девушка окинула задумчивым взглядом абсолютно пустой зал. Стол с ужином, к которому так никто и не притронулся, исчез неизвестно куда вместе со свечами и креслами. Отражавшие звезды мониторы теперь демонстрировали отдельные участки "подземного города", на фоне которых суетились разной конструкции роботы.
        Забив последний код, Стикс направился к Жене.
        - Ты уже все закончил? - спросила она вполне мирным тоном.
        - Нет, - он кисло улыбнулся ей. - Чтобы все закончить, мне нужен еще хотя бы час. Ну да ладно.
        - Извини, - впервые за сегодняшний день девушка почувствовала угрызения совести, ростки которых появились в ее душе столь внезапно, что она не успела их вовремя пресечь.
        - Ничего, ты ведь сама говорила, это простые железки. В лучшем случае подождут, в худшем - заржавеют, - его губы скривились в усмешке. - Идем. "Кае10" полностью укомплектован для путешествия, я позаботился об этом, пока ты лежала в капсуле. Теперь нам осталось лишь завести его и взлететь.
        ГЛАВА 8"КАЕ 10"
        Потолок "Подземного города" раздвинулся, выпустив навстречу лиловому закату черную блестящую стрелу огромного космического корабля, которая, зависнув на мгновение, пронзила сбившиеся в кучу облака подобно острому копью.
        - Пойдем, я покажу тебе каюту, - обратился Стикс к Жене, когда "Кае10" вышел на орбиту.
        Большие бордовые кресла, в которых они сидели, уже не стесняли движений, как это было во время взлета. Поэтому девушка, желая размять затекшие от напряжения мышцы, с удовольствием согласилась на его предложение. Она быстро поднялась и, окинув прощальным взглядом капитанскую рубку, направилась к раздвижной двери.
        Интерьеры этого корабля сильно отличались от тех, что ей доводилось видеть ранее. Бледно-сиреневые матовые стены длинных спиралевидных коридоров утопали в мягком ворсе темно-фиолетового ковра, застилавшего пол. Черные круглые панели с четырьмя разноцветными кнопками на каждой находились с правой стороны от дверных проемов, четкие очертания которых были хорошо заметны издалека. Даже капитанская рубка здесь выглядела иначе. Примыкающий к стене стол плавно огибал по окружности цилиндрической формы помещение. Он был поделен на десяток секторов, каждый из которых имел свой индивидуальный пульт и удобное мобильное кресло. Сверху, над непонятными Жене приборами, крепко закрепленными на столешнице, располагались вытянутые до потолка экраны, отображавшие космос.
        - Вот это, - Стикс сделал паузу, пропуская вперед свою спутницу, - наша каюта.
        - НАША? - девушка обернулась, застыв в недоумении посреди просторной светлой комнаты.
        Вмонтированный в стену овальный монитор, на котором красовался пейзаж Кае, чем-то напоминал окно, придавая окружающей обстановке привычный домашний вид. Казалось, что корабль, бороздящий космические просторы, на самом деле вовсе никуда не летит, настолько реальна была эта картинка.
        - Ну да, - он по-прежнему стоял на пороге. - Здесь мы с тобой будем жить.
        Женя смерила его взглядом, после чего поинтересовалась:
        - А другие каюты в этом корабле есть?
        - Конечно, - с гордостью ответил Стикс. - Это судно рассчитано на дальние путешествия и соответственно на большой экипаж. Здесь около двух десятков жилых помещений.
        - Вот и отлично, - она улыбнулась, шагнув к нему. - Туда и отправляйся, - ее ладонь легла на грудь мужчины, чуть толкнув его. От неожиданности он отступил назад, оказавшись в коридоре.
        Легким нажатием кнопки девушка привела в движение дверь, которая, повинуясь полученной команде, медленно закрылась, оставив с обратной стороны слегка опешившего Стикса. Подождав пару минут, Женя вновь открыла ее. Он стоял на том же месте и с тем же выражением лица.
        - Я бы хотела увидеть весь корабль, чтобы сориентироваться, - деловым тоном проговорила она.
        - Идем, - Стикс медленно развернулся и двинулся прочь от каюты.
        Женя, недолго думая, пошла за ним. Босые ноги девушки бесшумно ступали по теплому пушистому ковру, а длинная тугая коса ритмично покачивалась за спиной в такт ее быстрым шагам.
        - Вот здесь, принцесса, располагаются жилые помещения, - указав жестом на ряд одинаковых дверей, выстроившихся по обе стороны коридора, сказал он. - Там, моя милая, - вновь заговорил Стикс, пройдя еще несколько десятков метров, - каюткомпания.
        Когда они перебрались на новый уровень коридорной спирали, он продолжил:
        - Это продуктовый отсек, ангел мой, а те две комнаты - оранжереи.
        Женя едва поспевала за ним, вид у нее был мрачный. С одной стороны, узнать, где и что находится, она, конечно, хотела, но с другой стороны, выслушивать в свой адрес массу ласковых слов, которые он абсолютно естественным образом умудрялся вставлять в каждую фразу, девушка не очень-то желала. От их обилия мысли ее путались, а внимательность давала сбои.
        - Здесь, моя сладкая, находятся лаборатории, их на "Кае10" шестнадцать штук, не считая смежных помещений, - пояснил Стикс, идя по коридору, который на каждом витке спирали постепенно спускался все ниже. - Три последних яруса заняты техническими помещениями. Там также есть челночный отсек и оружейные отделения. Ты это все тоже хочешь увидеть, солнышко? - он повернулся к ней и замолчал, встретившись с хмурым темным взглядом ее больших карих глаз.
        - Мне нужен фломастер, - проговорила девушка. - Или что-то похожее.
        - Зачем?
        - Надо, - коротко отрезала она, сверкнув глазами.
        ГЛАВА 9ПРИКОСНОВЕНИЯ
        Женя быстро двигалась в направлении капитанской рубки. Сиреневые стены длинного просторного коридора пестрели ярко-оранжевыми стрелками, которыми она пометила эту дорогу некоторое время назад. Так ей было гораздо проще ориентироваться в плохо знакомом корабле. Дойдя до цели своего пути, девушка положила ладонь на черную панель и аккуратно надавила на круглую зеленую кнопку, дверь открылась. Переступив порог погруженного в полумрак помещения, она остановилась.
        Стикс сидел к ней боком и, подпирая рукой подбородок, мечтательно смотрел на вытянутый большой экран, на котором, точно стая светящихся в темноте светлячков, горели россыпи звезд. Его четкий профиль явственно выделялся на фоне этого пейзажа, будучи освещенным тусклым розоватым светом встроенных в пульт ламп. Некоторое время Женя молча стояла возле закрывшейся за ее спиной двери и смотрела на него. Погруженный в свои мысли, Стикс не заметил ее прихода. Он продолжал с мечтательной улыбкой на губах созерцать холодные огоньки космических светил, любуясь их красотой и величием.
        Желая привлечь к себе его внимание, девушка осторожно кашлянула. Стикс точно очнулся от сна, обернулся и, быстро вскочив на ноги, двинулся к ней. Побеспокоенный его стремительным движением воздух, пришел в движение, превратившись в легкий ветерок. Женя не успела моргнуть, прежде чем он очутился подле нее. Мягко опустив руку на талию гостьи, Стикс притянул ее к себе, чуть отступив назад, тем самым он вынудил девушку сделать шаг ему навстречу. Справившись с замешательством, она протянула в его сторону ладонь и хмуро осведомилась:
        - Что ты делаешь?
        - Хотел предложить тебе сесть в кресло, - спокойно ответил он, не сводя с нее глаз, в которых играли блики, такие же яркие и загадочные, как звезды на мониторе.
        - Я прекрасно понимаю человеческую речь, - пятясь назад, проговорила Женя.
        Он неуклонно следовал за ней, с каждым шагом сокращая и без того небольшое расстояние, разделявшее их. Девушка прибавила скорости, он увеличил шаги. Колени ее ослабели, а сердце забилось сильнее, в унисон ему в голове стучала одна весьма актуальная нынче мысль: "Какого черта я здесь делаю?". Впившийся ей в поясницу край стола заставил Женю вскрикнуть от неожиданности. Она резко обернулась и уперлась взглядом в бездонный, черный космос, окном в который был вытянутый до потолка экран.
        - Ты не ушиблась, милая? - заботливо спросил Стикс, склонившись к ней.
        Его встревоженное лицо было совсем близко от ее, тонкие бледные губы почти касались виска девушки, на котором ритмично пульсировала бледно-голубая тонкая жилка. Женя выгнулась что было мочи назад, выставив перед собой руки. Ее ладони уперлись в его твердую широкую грудь, которая хорошо прощупывалась сквозь тонкую ткань фиолетовой рубашки.
        - Ты, - она запнулась, встретив немигающий взгляд внимательных серых глаз, и тут же выпалила: - Ты не мог бы объяснить мне, как пользоваться монитором в каюте?
        Стикс продолжал неподвижно стоять на месте, нависая над собеседницей, точно скала. Его облаченные в черные эластичные брюки ноги соприкасались с ее прижатыми к столу бедрами. Он чувствовал каждое движение ее сильно напрягшегося тела, слышал стук учащенно бьющегося сердца.
        - Конечно, - губы его тронула мягкая улыбка. Он отошел в сторону, предоставив ей свободу действий, после чего продолжил: - Через несколько минут откроется первый коридор, так что у нас впереди уйма времени.
        Вернув свой корпус в вертикальное положение, девушка тряхнула головой, стараясь унять охватившую ее дрожь. Тонкая прядь, выбившаяся из косы, упала на ее лоб, проложив по лицу длинную тень. Стикс протянул руку и осторожно отвел ее непослушные волосы в сторону, заправив их за ухо, как раз за то, на которое был надет "переводчик". Его длинные прохладные пальцы, едва касаясь, заскользили по щеке Жени вниз, к чуть приоткрытому в недоумении рту.
        - Ну все, хватит! - воскликнула она, отстраняясь. - Прекрати меня трогать!
        - Я просто поправил волосы, - пожимая плечами, сказал собеседник. - Извини.
        - Для подобных вещей мне твоя помощь не нужна, - процедила она сквозь зубы.
        - Как пожелаешь, ангел мой, - Стикс улыбнулся.
        - Я не ангел! - Женя нервничала, это отражалось в ее горящих огнем глазах, в натянутом до предела голосе. - Перестань меня так называть.
        - Как скажешь, милая, - продолжая смотреть на нее все с той же странной улыбкой на губах, ответил он. - Пойдем, я обещал научить тебя пользоваться персональным компьютером.
        Мысленно радуясь возможности избежать продолжения этого малоприятного для нее разговора, она быстро зашагала к двери. Он, не отставая, следовал за ней. Каждая клеточка напряженного до предела тела Жени чувствовала его близкое присутствие, отчего беспокойство ее только усиливалось. Но стоило таинственному полумраку капитанской рубки смениться ярким светом коридора, как внутреннее состояние девушки вернулось в прежнее, спокойное русло. Мышцы ее расслабились, а неестественно резкие движения вновь обрели свою былую плавность. Но все эти целительные метаморфозы в миг улетучились, как только большая мужская ладонь легла на ее плечо и осталась там, не желая покидать занятое место. Легким нажатием Стикс направлял движения Жени в нужную сторону. Она прибавила шагу… не помогло. Он по-прежнему легко обнимал ее, идя сзади.
        - Зачем ты меня держишь? - наконец не выдержала девушка. Она остановилась, повернувшись к нему лицом.
        - Я думал, что ты еще не очень хорошо ориентируешься здесь, поэтому…
        - Стикс! - Женя сжала кулаки так сильно, что захрустели костяшки ее побелевших пальцев. - Я прекрасно знаю, куда идти! Посмотри на стены!
        - А, - он понимающе кивнул, обнаружив на матовой сиреневой поверхности коридора ярко-оранжевые пятна стрелок. - Так вот, значит, чем ты занималась все это время: упражнялась в настенной живописи.
        - Я просто хочу разобраться с монитором, - гораздо более спокойным тоном проговорила она. - Я устала, так что, давай решим этот вопрос как можно скорее.
        - Конечно, ангел… то есть Женечка, - поправился он, пропуская ее вперед.
        Войдя в каюту, Стикс жестом указал ей на расположенное возле стола кресло, подлокотники которого были оснащены замысловатым узором из тонких черных линий, увенчанных большими точками. Их центры, окрашенные в разные цвета, казались немного выпуклыми.
        - Это панель управления компьютером, - пояснил он, легонько подтолкнув собеседницу к креслу. - Присядь.
        Она повиновалась, после чего вопросительно взглянула на него, высоко подняв голову:
        - И? Что дальше?
        - Нажав на зеленую кнопку, ты запустишь систему, - промурлыкал Стикс возле самого ее уха, словно добравшийся до сметаны кот. Он осторожно взял Женину ладонь и положил ее на подлокотник так, чтобы указательный палец девушки оказался на нужной кнопке.
        - Не надо меня лапать! - черные как смоль брови угрожающе сдвинулись, а потемневшие глаза мрачно сверкнули, глядя на него исподлобья.
        Грустно вздохнув, Стикс отпустил ее руку.
        Прошло минут тридцать, прежде чем Женя смогла разобраться в незатейливом, на взгляд создателя, механизме встроенной в кресло клавиатуры. Получив необходимую информацию, она с чистой совестью выпроводила своего наставника из каюты, практически вытолкав его за дверь. Он немного постоял на пороге, глядя на нее сквозь закрывающийся проем, затем хитро улыбнулся и, развернувшись, медленно двинулся прочь.
        - Стой! - раздалось за его спиной секунд через пятнадцать.
        - Нда? - Стикс с готовностью обернулся, будто ожидал чего-то подобного.
        - Твой корабль не понимает по-русски, - Женя была расстроена. - Ты можешь это как-нибудь исправить?
        - Хм, - улыбка продолжала господствовать над его губами, выгнув их в красивую тонкую линию с чуть приподнятыми уголками. - Да, но данная процедура займет много времени.
        - Ты же говорил, что у нас уйма времени, - оживилась она.
        - Конечно, - вздохнул Стикс и с видом сильно занятого человека, согласившегося ради ее просьбы отвлечься от очень важных дел, направился к девушке. - Дай мне, пожалуйста, твой наушник, ангел мой. Мне понадобится забитая в него языковая база.
        ГЛАВА 10ИНФОРМАЦИЯ
        - Такс, - Женя поудобнее устроилась в кресле, осторожно положив руки на его массивные подлокотники. Ладони ее замерли над шероховатой поверхностью рельефных схем, которыми они были снабжены. - Он велел не задавать кораблю слишком много сложных и запутанных вопросов одновременно, - вспомнила она напутствия Стикса. - И еще не забывать нажимать синюю кнопку перед каждой командой и после, - продолжала говорить сама с собой девушка, восстанавливая в памяти необходимые для работы с компьютером действия.
        Чувствуя себя школьницей на экзамене, она набрала в легкие побольше воздуха и, резко выдохнув, надавила пальцем на нужную кнопку, после чего громко выпалила, глядя на выключенный монитор:
        - "Кае10", дай мне всю имеющуюся информацию о пиратах, их месте обитания, и… и… и о методах борьбы с ними. А еще о том, какое вооружение они используют, - ее рука вновь с силой вжала несчастную синюю кнопку в подлокотник, ознаменовав тем самым конец вопроса.
        Из расположенных на потолке динамиков послышался приятный женский голос. Межгалактическая речь, чем-то напоминающая музыку, струилась сверху, обволакивая невидимыми звуковыми волнами застывшую в сосредоточенной позе Женю. Отскакивая от стен, инопланетные слова сливались в одно целое с тихим голосом, доносившимся из ее наушника, образуя вместе с ним некое подобие песни, смысл которой девушка старалась уловить.
        - Кастеркорты - кочующая раса, иногда нарушающая границы конфедерации, - монотонно вещали два абсолютно непохожих друг на друга голоса в ее ушах. - Отличительные признаки: двуногие, прямоходячие особи с зеленой кожей. Уровень интеллекта низкий. Общественный строй: предположительно матриархат. Внимание! При обнаружении подлежат немедленному уничтожению, - слушая эти сухие короткие фразы, Женя хмуро смотрела на экран, где иллюстрируя вышесказанное, возникали образы огромных монстров, и внешностью и цветом своим походивших на лягушек-переростков. - Места обитания, - продолжал свой отчет корабль, - неизвестны. Места вторжения… - дальше шел целый список непонятных девушке названий, каждое из которых "переводчик" озвучивал одной единственной фразой: "аналогов в базе не существует".
        Перед Жениными глазами с невероятной скоростью мелькали участки звездной карты, ограничивающей территорию конфедерации. От этих изображений, обильно приправленных инородными словами, голова ее закружилась, а в виске, постепенно усиливаясь, возник неприятный стук. Глядя на экран, словно загипнотизированная, она принялась дрожащими пальцами шарить по подлокотнику. Наконец рука ее нащупала то, что искала. Нажав спасительную желтую кнопку, девушка оборвала поток абсолютно бесполезных для нее данных. В каюте воцарилась тишина. Зажав голову руками, Женя пыталась унять пульсирующую в висках боль.
        - Ну хорошо, - пробормотала она устало после нескольких минут молчания. - Попробуем по-другому.
        ГЛАВА 11ЛЕТАЮЩАЯ КРОВАТЬ
        Когда Стикс переступил порог каюты, девушка крепко спала в кресле, опустив голову на грудь. Длинные тонкие пряди черных блестящих волос падали на ее лицо, погружая его в тень. Опущенные ресницы едва заметно подрагивали при каждом вздохе. Одна нога была поджата, другая безвольно свисала вниз, не доставая носком до пола. А сложенные на груди ладони будто стремились прикрыть одетое в тонкое платье тело, заслонив собой глубокий треугольный вырез.
        Мельком взглянув на монитор, напротив которого уснула девушка, Стикс нахмурился. Медленно вращаясь вокруг своей оси, с экрана на него смотрела огромная, зеленая туша вооруженного до зубов кастеркорта. Некоторое время он неподвижно стоял о чем-то размышляя, затем развернулся и мягкими, неслышными шагами направился к кровати.
        Она представляла собой большой прямоугольный матрас, примыкавший к стене в полуметре от пола. Никаких ножек или других опор у нее не было. Кровать словно висела в воздухе, будучи абсолютно самостоятельной, ни к чему не прикрепленной частью интерьера. Легким движением руки Стикс подтолкнул упругий темно-фиолетовый матрас вперед, тот, слабо вибрируя, плавно заскользил в заданном направлении. Проплывая по комнате, необычная летающая постель послушно огибала другую мебель, подчиняясь несильным толчкам идущего за ней хозяина. Он остановил ее в центре помещения, после чего нагнулся и нажал несколько соединенных черными линиями кнопок, расположенных сбоку. Небольшая волна бесшумно пробежала по бархатной поверхности матраса и тут же растворилась в его глубине, мгновенно расправив складки тканевой обивки.
        Стикс подошел к Жене и поднял ее на руки. Боясь разбудить девушку, он действовал очень осторожно. Беззвучно двигаясь по мягкому ковру, он перенес ее на кровать. Как только погруженное в сон тело опустилось на бархатную поверхность, твердый с виду матрас мягко изогнулся, приняв оптимальную для отдыха форму.
        Стоя напротив, Стикс молча смотрел на спящую молодую женщину. Волосы ее разметались по сторонам, открыв лицо, а подол неровно обрезанного платья чуть поднялся, сильнее обнажив босые ноги. Большая упругая грудь плавно вздымалась, вторя ее ровному дыханию. Чуть приоткрытые пухлые губы таили за своей розовой стеной слабый блеск белых, словно жемчуг, зубов. Стикс наклонился к Жене и, протянув ладонь, очертил в воздухе контур ее тела, так и не осмелившись прикоснуться. В глазах его, светлых и холодных, разгоралось пламя, способное без труда растопить любой, даже его собственный лед.
        Аккуратно толкнув летающую кровать, Стикс вновь привел ее в движение, заставив на этот раз медленно вращаться вокруг своей оси, укачивая спящую девушку. Он прошелся по комнате, приглушил свет, достал из высокого цилиндрического шкафа теплое покрывало и, вернувшись к Жене, накрыл ее им. Она не шелохнулась. Сейчас ее измученное сознание было далеко отсюда, во власти крепкого сна.
        Расположившись в кресле, Стикс продолжал любоваться ею. Тонкие бледные губы мужчины улыбались, а глаза загадочно блестели. Тихий звук, донесшийся из-за спины, заставил его обернуться. На экране, где по-прежнему маячила фигура кастеркорта, возникла крупная белая надпись. Компьютер запрашивал команду для дальнейших действий. Стикс хотел отключить программу, но почему-то передумал. Он молча смотрел на уродливую физиономию пирата, с каждой секундой все сильнее погружаясь в навеянные этим образом воспоминания. Память услужливо рисовала ему картины давно минувшего периода жизни, о котором он старался не вспоминать.
        ГЛАВА 12ВОСПОМИНАНИЯ
        - Он мой! - словно наяву услышал Стикс голос из далекого прошлого. - Развяжите его.
        Старая зеленая женщина в инвалидном кресле с большими колесами, сверкающими металлическими спицами, выехала из открытых дверей огромного, обвешанного всевозможными трофеями зала навстречу группе из четырех пиратов, в гуще которых был тот, о ком шла речь. Беспрекословно подчиняясь ее приказу, кастеркорты ослабили узлы тонких, режущих кожу веревок на теле пленника и расступились.
        - Как твое имя, незнакомец? - рассматривая его бледное лицо, спросила женщина.
        Пленник молчал, глядя на нее пустыми холодными глазами. Он чувствовал себя мертвецом, а они, как правило, немы.
        - Бескрылый мужчина на планете крылатых обитателей, - продолжала говорить собеседница, задумчиво улыбаясь потрескавшимися от старости губами. - Мужчина, внутренняя сила которого способна взрывать топливные контейнеры. За всю свою весьма продолжительную жизнь я впервые встречаю такое, - ее тощие пальцы перестали крутить колеса, и кресло остановилось. - Кто же ты?
        - Никто, - ответил он на языке девяти объединенных галактик, именно на нем к нему обращалась предводительница кастеркортов. - Уже несколько лет… никто, - кривая усмешка исказила его бледный рот.
        - Никто? - женщина на мгновенье задумалась, потом сказала: - Ты слишком умен и образован, чтобы быть никем. Но если ты не хочешь называть мне свое настоящее имя, дело твое. Я дам тебе другое, - ее выцветшие желтые глаза загадочно сверкнули, сужаясь. - Я назову тебя Стикс, - уловив слабое движение его чуть поднявшихся вверх бровей, она с улыбкой пояснила: - Так именуют "луч смерти", которому ты непонятным образом смог противостоять.
        Пленник ничего не ответил, его тонкие губы по-прежнему кривились, а прикованный к зеленому морщинистому лицу собеседницы взгляд не выражал никаких эмоций. Будто он смотрел сквозь нее.
        - Как ты попал на эту отсталую планету? - вновь заговорила женщина. - Мои люди сказали, что ты был там пленником.
        - Да, - он поднял голову, словно очнувшись. - Я был там ПЛЕННИКОМ.
        - Ваше Святейшество, жители оранжевой долины несколько часов назад наблюдали странное явление, - точно заученную скороговорку, зачитывал свое сообщение молодой секретарь.
        Он стоял в дверях, склонив в почтении голову и прижав правую ладонь к громко стучащему от волнения сердцу, сбивчивым голосом передавал Главе совета последние новости подвластной его управлению планеты.
        Старец обернулся. Его длинные пепельные волосы колыхались от слабого ветра, дующего из раскрытого окна, возле которого он стоял. А большие белые крылья, словно тяжелый груз, безжизненно свисали вдоль высокой фигуры до самого пола.
        - Гигантский металлический объект упал с неба, превратив довольно обширный участок леса в выжженную пустыню. Слух разносится по округе с бешеной скоростью. Боюсь, что в народе того и гляди начнется паника.
        - Вели приготовить мой экипаж, - спокойным тоном ответил старец. - Я сам отправлюсь к месту катастрофы.
        - Ваше Святейшество, - глаза юноши испуганно округлились. - Но ведь это опасно! Вам не следует… - он запнулся, встретившись взглядом с холодными серыми глазами собеседника.
        Маленькая черная птичка, разрезав острым крылом воздух, влетела в комнату и плавно опустилась на плечо седовласого исполина.
        - Кае, - с улыбкой проговорил он и, повернув голову в сторону секретаря, удивленно произнес: - Ты еще здесь? Я, кажется, велел готовить экипаж.
        Юноша встрепенулся и, низко поклонившись Главе совета, начал пятиться назад к выходу, пока не исчез за увитыми золотым декором дверями.
        Кортеж из двенадцати черных автомобилей, точно четко очерченная геометрическая фигура, стремительно мчался вперед по широкой каменной магистрали, бурый цвет которой плавно переходил в красновато-коричневую гамму окружающего города. Острые носы машин, словно морды хищных зверей, смотрели в сторону расположенного за холмом леса.
        Погруженный в свои мысли, Глава совета этой маленькой, сильно перенаселенной планеты молча взирал на громоздившиеся по обочинам здания. Они напоминали этажерки, состоящие из множества уровней, нахлобученных друг на друга в каком-то зрительном беспорядке. Уходя вершинами высоко в небо, яркие желто-оранжевые дома тонули в неподвижно висящей над городом дымовой завесе. Из-за смога и гари воздух здесь сложно было назвать чистым, более того, к нему нельзя даже было отнести такую характеристику, как прозрачный. Экологическая обстановка, как, впрочем, и демографическая, на планете оставляла желать лучшего. Меры, предпринимаемые правительством на протяжении нескольких последних веков, лишь усугубили ситуацию. Запреты на рождаемость привели к ее небывалому росту, а вместе с тем и к новой проблеме: незаконнорожденным детям, не имеющим гражданства. Нищета, голод, пропитанная отчаянием агрессия - все это было лицом некогда процветающей цивилизации, побеги которой раскинулись на всю территорию материка, единственного пригодного для жизни участка суши на покрытой водой планете. И вот теперь ее обитателям
грозило постепенное вымирание. Именно в таком плачевном виде досталось новому Главе совета, пришедшему к власти несколько лет назад, государство.
        Старец грустно вздохнул, глядя сквозь темное стекло роскошного автомобиля на толпы крылатых горожан, высыпавших на пропитанные едким запахом выхлопных газов улицы, чтобы увидеть правительственный кортеж. Грязные и обшарпанные крылья этих малообеспеченных "людей" подметали каменную мостовую, безвольно волочась за хозяевами. Когда-то давно их предки умели летать, они парили над чистыми белоснежными облаками подобно птицам. Нынче неслыханным чудом могло смело считаться как первое, так и второе.
        Ровным строем машины свернули с главной трассы на боковую и понеслись, громко гудя, в сторону оранжевой долины. Вырвавшись из удушливого кольца городской пыли, они оказались в цепких лапах темного, почти черного леса, от которого беспрерывно разрастающийся мегаполис с каждым днем незаметно отвоевывал все больше и больше земли. Окинув взглядом строительные площадки, Старейшина покачал головой, мрачно проговорив:
        - Истребив природу, мы примемся друг за друга. Если ничего не изменится…
        - Ваше Святейшество, - голос сидящего впереди секретаря вывел его из мрачных дум. - Вон там произошел ТОТ САМЫЙ взрыв.
        Старик проследил направление его руки и прищурился, изучая выжженную колею, разрезавшую пополам невысокий пригорок, из самого центра которого, сильно накренившись набок, торчал огромный серебристый диск. Лучи висящего над горизонтом светила ласкали его блестящую поверхность, высекая на ней разноцветные блики.
        - Любопытно, - пробормотал Глава совета и улыбнулся. В глазах его, прозрачных и холодных словно лед, блеснули странные огоньки.
        Несколько абсолютно одинаковых мужчин с непроницаемыми, точно бледные маски, лицами, сидели в креслах напротив слоеного, как пирог, пульта. Тонкая струйка серого дыма медленно поднималась от разбитого вдребезги монитора, когда-то венчавшего одну из стен этого просторного помещения. Погибший экипаж внешне походил на обитателей планеты, где он совершил последнюю в своей жизни посадку, но одно существенное отличие у них все-таки было. Эти мужчины, все до одного, не имели крыльев. Их высокие стройные тела с ровными спинами сидели в креслах будто манекены. И, не смотря на отсутствие видимых повреждений, все они были мертвы.
        "Космический корабль, - вертелось в голове седовласого старца, огромная фигура которого заслоняла собой большую часть вскрытого его подчиненными дверного проема. - Корабль с таким небывалым оснащением. Быть может, это именно то, что я так долго искал?"
        Глаза его сверкнули, медленно сужаясь. Технический прогресс на погрязшей в своих проблемах планете не особо спешил подстроиться под побивший все мыслимые и немыслимые рекорды рост ее населения. Транспортные средства, в большей части которых использовалось не лучшее с точки зрения экологии топливо, не отличались особой маневренностью. Об освоении космоса, который ученые изучали в окуляры маломощных, но все же телескопов, не могло идти и речи. Было вполне достаточно того, что в школах не умалчивали о его существовании, как это было раньше. Полет к звездам считался чем-то нереальным, фантастическим, примерно таким же, как и посадка инопланетного корабля под самым носом правительственного дворца.
        "Если мне удастся разобраться во всем этом, - продолжал размышлять Глава совета, идя по длинному узкому коридору, - я смогу многое изменить. Развитие техники приведет нас к расцвету…"
        Тихий шелест привлек его внимание. Он обернулся и увидел, как одна из стен, придя в движение, медленно раздвинулась за его спиной. Какое-то время старец колебался, затем решительно шагнул вперед, нырнув в яркий поток зеленовато-голубого света, фонтаном бьющего из открытого проема. Две створки хорошо замаскированной двери так же плавно съехались, замуровав проход.
        Он стоял посреди великолепно освещенного прямоугольного зала, по периметру которого висели огромные экраны, отражавшие поверхность его родной планеты. Сердце Старейшины бешено стучало, но не страх был тому причиной. Он знал, он чувствовал, что здесь, в этом изрядно покореженном корабле чужой инопланетной цивилизации ему должно открыться что-то очень важное. И ради этого чего-то он был готов умереть.
        Словно читая его мысли, один из экранов замигал, медленно угасая. На его почерневшей поверхности возник странный бесформенный контур, постепенно принявший человеческие очертания. В следующее мгновение незнакомец тихо заговорил.
        Длинный коричневый коридор, по слегка обшарпанным стенам которого скользили прозрачные тени, был слабо освещен большими оранжевыми лампами. Их неоднородный свет выхватывал из общей массы отдельные участки красного ковра. Точно дыры в куске большого вытянутого сыра, со всех сторон зияли темные проемы, ведущие в каюты. Они не имели дверей, лишь тонкая ткань небрежно накинутых занавесок частично скрывала от посторонних глаз то, что творилось внутри.
        Стикс медленно шагал рядом с плавно скользящим по полу инвалидным креслом его престарелой покровительницы. Кастеркорты называли ее Рави, и он тоже обращался к ней по имени. Она была королевой в этой колонии, ее слова являлись законом для всех. Любая прихоть этой женщины безоговорочно исполнялась и даже ее довольно странное желание сохранить жизнь бледнолицему инопланетянину никто не посмел оспорить. Впервые за время существования этой колонии мужчину, да к тому же еще и с другим цветом кожи, поселили на пиратском корабле в королевских апартаментах. Кастеркорты, не считая Рави, сторонились его. Некоторые просто смотрели сквозь, будто он был не существом из плоти и крови, а пустым местом. Другие шугались, стараясь не сталкиваться. Были и те, чье недовольство явно читалось на их зеленых физиономиях, но вслух они не решались высказывать свое мнение, боясь навлечь гнев королевы, по какимто непонятным причинам благоволившей этому чуждому созданию, умеющему взрывать топливные контейнеры и говорить на языке конфедерации.
        Впереди, возле входов в двенадцать расположенных рядом кают, выстроились длинные цепочки из огромных пиратских туш. Эти странные очереди сильно уменьшали свободное пространство коридора, занимая большую его часть. Находясь в предвкушении чего-то очень приятного для них, мужчины активно жестикулировали, в полголоса переговариваясь между собой. Стикс не знал их языка, ему он казался единой булькающей какофонией, в которой не было и намека на членораздельную речь. Но смысл громких сладострастных стонов, доносившихся из прикрытых занавесками кают, он вполне мог понять.
        Поймав его удивленный взгляд, Рави с улыбкой пояснила:
        - Это самые выдающиеся представители мужского пола, они заслужили великую честь: оплодотворить готовых к зачатию женщин. Чем, собственно, они сейчас и заняты.
        - Все? - Бровь его изогнулась в изумлении.
        - Да, - она кивнула. - По очереди.
        Стикс искоса смотрел на толпу зеленых монстров, глаза которых горели похотью, а готовые к бою части тел, высоко вздымаясь, топорщили ткань затянутых ремнями штанов. Демонстрируя друг другу картину предстоящих событий, они активно двигали тазом, что-то негромко рыча при этом и показывая руками. Лишь когда кресло Рави, тихо шелестя колесами по высокому ворсу ковра, проезжало мимо них, "избранники судьбы" замолкали, опустив головы в почтительном поклоне. Но стоило ей отъехать чуть дальше, все начиналось снова. Выразительные телодвижения, негромкое, словно гул, булькающее бормотание, время от времени прерывающееся приглушенными смешками, все это тонуло в оглушительно громких женских стонах, то и дело переходящих в крик.
        - Но зачем? - преодолев свое замешательство, спросил Стикс.
        - Чтобы увеличить шансы, - Рави усмехнулась, оголив пожелтевшие от времени зубы.
        - Какие? - он не понимал.
        - Видишь ли, мы, женщины-кастеркорты, очень плодовиты. Не успевают минуть три "сагора" как у каждой из нас появляется на свет по пять-шесть абсолютно слепых малышей. Чем больше здоровых и сильных самцов оплодотворяет нас, тем больше вероятность рождения хотя бы одной девочки на всю колонию. К сожалению, это случается крайне редко. В среднем на одну девочку приходится тысяча мальчиков. Поэтому ЖЕНЩИНА ЗДЕСЬ - СВЯТОЕ.
        Стикс внимательно посмотрел на собеседницу. Ее тощее, высохшее тело все еще хранило отблески былой красоты. Словно прочитав его немой вопрос, Рави ответила:
        - Сотни моих детей живут на этом корабле, другие - бороздят космические просторы в поисках добычи. Конечно, теперь я стара и слаба, и очереди уже не выстраиваются возле моих покоев, но раньше… - она хитро улыбнулась, лукаво сверкнув глазами из-под слегка опущенных дряблых век.
        - Ваши сыновья и дочери?
        - Да, - она перестала крутить колеса, и кресло ее остановилось. - НАШИ сыновья и дочери. У кастеркортов не принято заводить маленькие семьи, так, как это делают жители конфедерации. Наша колония и есть наша семья. После рождения детей отправляют в разные секторы корабля. Мальчиков в один, девочек - в другой. Там их выкармливают, растят, а потом обучают.
        - Чему? - Стикс в очередной раз взглянул на толпу пиратов, приличными манерами и воспитанием от них не пахло за версту, чего нельзя было сказать о Рави.
        - Девочек обучают грамоте, языкам, дипломатии, боевым искусствам и другим тонкостям, необходимым для управления колонией. Любая из них в будущем может занять место королевы. Мальчиков учат стрелять, пилотировать корабли и разбираться в кое-какой технике. На большее они, увы, не способны.
        - Откуда Вы это знаете? - его холодные серые глаза прищурились.
        - О, - на зеленом морщинистом лице Рави появилась улыбка умудренной опытом женщины. - Все дело, как это не банально звучит, в анатомии.
        - То есть?
        - У мужчин нашей расы очень маленький мозг.
        - Вы сканировали их головы? - Стикс был удивлен.
        - Зачем? Мы просто вскрыли пару десятков черепов и подтвердили тем самым эту теорию, - спокойно пояснила она.
        Ни один мускул не дрогнул на его лице, лишь в глубине прозрачных глаз блеснули грани дрейфующего в сером океане айсберга.
        - Вы и женщинам вскрывали черепа? - продолжал расспрашивать он.
        - Нет, их слишком мало для этого. Ни одной, даже самой хилой и болезненной нельзя жертвовать. От женщин зависит будущее колонии, - Рави вздохнула, вновь положив руки на сверкающие металлические колеса, которые под давлением ее тонких, но сильных пальцев, вновь начали вращаться. - Ты многое узнал о нас. Я тоже хочу кое-что спросить у тебя.
        Стикс внимательно посмотрел на нее, ожидая продолжения фразы.
        - Когда мои мальчики привели тебя сюда, они передали мне целый рулон чертежей, найденных в месте твоего заточения. Скажи, - Рави впилась в его бледное лицо глазами, словно пыталась что-то на нем прочесть. - Ты сам разработал их?
        - Да.
        - Ты изобретатель? - она была довольна его ответом и теперь ей не терпелось узнать больше.
        - Да, - он кивнул, глядя на чернеющую впереди дверь, к которой они медленно приближались. - В некотором смысле.
        - Ваше Святейшество!
        Белые как снег локоны качнулись в такт, когда старец, оторвавшись от разложенных на столе рулонов, поднял голову и взглянул на гостя. На пороге его отстроенной год назад лаборатории стоял невысокий пожилой человек в белом одеянии, расшитом золотыми нитями. Его серебряные виски отчетливо выделялись из черной массы заплетенных в хвост длинных волос. На гладко выбритом лице горели, словно угли, небольшие, глубоко посаженные глаза, вокруг которых длинными тонкими лучами рассыпались едва заметные морщинки. Улыбка, не сходившая с его уст, казалась какой-то неестественной, приклеенной.
        - Ашери? - Глава совета вздохнул, окинув усталым взглядом визитера. - Что случилось на этот раз?
        - Ваше Святейшество, - собеседник склонил голову в почтительном поклоне. Он простоял в этой скрюченной позе гораздо дольше, чем того требовал этикет. Наконец его черные глаза вновь устремили свой цепкий взгляд на застывшего в ожидании старца. - Как Ваше самочувствие? Вы уже несколько месяцев не посещали врача.
        - Если ты явился сюда, чтобы справиться о моем здоровье, что ж… я чувствую себя прекрасно, - Глава совета сдержанно улыбнулся, после чего опустился в большое мягкое кресло и вернулся к прерванному занятию. Весь его внешний вид красноречиво говорил о том, что аудиенция на сегодня окончена.
        - Вы почти не выходите из этих металлических стен, господин, - Ашери и не думал уходить. - С того дня, как на нашу планету обрушился этот странный корабль, вы все свое время проводите в созданной вокруг него лаборатории. А как же Совет? Как же жители нашей страны? - в словах его звучал тщательно завуалированный под заботу и сострадание укор.
        - Взгляни в окно, - не поднимая головы от разложенных перед его носом чертежей, сказал собеседник.
        - И что? - Ашери покосился в сторону круглого иллюминатора, толстое стекло которого было открыто.
        - Облака, - спокойно ответил старец, на этот раз он удостоил гостя взглядом. - Чистые, белые облака. Разве это не прекрасно, когда ты можешь без боязни гулять по улицам, ловить ртом струи дождя и дышать настоящим, без вредных примесей, воздухом?
        - О, да! Конечно, - черные, стянутые в хвост волосы собеседника рассыпались блестящей волной по одетой в белое спине, когда он почтительно поклонился. - Ваши изобретения сильно изменили экологическую обстановку городов. И все население Вам благодарно, но… Но разве этого не достаточно? Чем Вы заняты теперь?
        - Я конструирую модель нового города.
        - У нас и так переизбыток городов, разве нам нужны еще?
        - Такие, как этот, да, - бледные губы старика растянулись, а в глазах появился живой блеск.
        - Какие?
        - Города на воде. Они помогут освоить обширную территорию, занятую океаном. А значит, они решат вопрос перенаселения планеты, - в его голосе звучала гордость, смешанная с предвкушением чего-то грандиозного.
        - Ваше Святейшество, - грустно отозвался Ашери. - Это все - лишь плод Вашего воображения. Штормы смоют города, даже если Вам удастся заставить их плавать. Зачем Вы тратите драгоценные силы на этот абсолютно нереальный проект? Не гневайтесь на мои вольные рассуждения, я просто сильно беспокоюсь о Вас. Вы ведь тяжело больны. Вам следует больше заботиться о своем здоровье. И потом Вы, увлекаясь подобными утопиями, совсем позабыли о главной своей миссии.
        - Какой же? - седая бровь на худощавом лице выразительно поднялась.
        - Простите за откровенность, Ваше Святейшество, но Вы практически не бываете на заседаниях Совета, Вы перестали руководить страной. И, что самое ужасное, Вы не желаете принимать лекарства! С такими темпами мы в очень скором будущем можем лишиться своего главы, - Ашери грустно вздохнул, украдкой наблюдая за эффектом, произведенным его вдохновенной речью.
        - Нельзя изменить ход истории, - спокойно проговорил старец. - Все мы смертны. Другой вопрос, зачем мы вообще приходим на этот свет? У каждого ведь есть свое особое предназначение, ты никогда не задумывался над такой простой истиной? - он улыбнулся. - Находясь здесь, в этой лаборатории, я могу принести гораздо больше пользы, чем сидя в ложе Совета.
        - Но, Ваше Святейшество… - хотел было возразить гость, однако старик перебил его, продолжая.
        - Ашери, ты ведь мой заместитель. Неужели ты не в состоянии заменить меня в Совете? - получив в знак согласия утвердительный кивок, переходящий в традиционный поклон, он совсем другим, приказным тоном сказал: - Вот и отправляйся, дела государства требуют твоего внимания.
        Ашери, повинуясь его распоряжению, медленно вышел за дверь. Когда он, сидя на заднем сиденье большой черной машины, отъезжал от стен лаборатории, на лице его блуждала странная улыбка, отблески которой тонули в его черных, словно бездонная пропасть, глазах.
        Охота на расу Энай, обвиненную во всех смертных грехах, к большей части которых они не имели ни малейшего отношения, была в самом разгаре. Вернее даже не в разгаре, а в кульминационной точке, так как охотиться, по большому счету, было уже не на кого, но зато охотников и им сочувствующих в конфедерации развелось невероятное множество. Остатки расы провозглашенной межгалактическими преступниками номер один, тщетно пытались избежать несправедливой подчас кары, однако рано или поздно меч потерявшего совесть правосудия настигал их, превращая в руины.
        Год назад подбитый военной эскадрой конфедерации корабль одного из Энай на полном ходу вошел в синий коридор, наличие которого, к счастью для раненого беглеца, было тайной для его преследователей. Оказавшись в вихре стремительно мчащихся частиц, корабль едва не погиб из-за нарушенной выстрелами противника защитной оболочки. Окончательно разбитый, с потерянным управлением и травмированным телом, Эн-Джи 829 посадил груду металлолома, когда-то бывшую его транспортным средством, на единственный незастроенный островок суши в море перенаселенной аборигенами планеты. Спалив часть черного леса, гигантский инопланетный корабль вонзился в землю, застряв там навсегда. Когда красный от поднятой пыли дым рассеялся, взглядам любопытных предстал огромный блестящий диск, край которого торчал из холма, переливаясь в ярких лучах светила всеми цветами радуги.
        А через несколько часов на борт погибшего судна взошел высокий седой старик, за могучими плечами которого свисали два белых, покрытых перьями крыла. Они волочились по гладкому полу коридоров, когда этот странный, спокойный и уверенный в себе абориген расхаживал по кораблю. Он был здесь главным, Эн-Джи не сомневался в этом, следя сквозь окуляры встроенных повсюду камер, за передвижениями надменного гостя. Оставалось загадкой, каковы намерения этого крылатого исполина.
        Однако роковая сила судьбы уже перевернула часы, и тонкая струйка песка неумолимо посыпалась вниз, отсчитывая последние мгновения жизни смертельно раненого Энай. Он прекрасно понимал, что починить постепенно разрушающуюся оболочку его уникального тела невозможно. Он также знал, что представителей его расы почти не осталось во Вселенной, а это означало безвозвратную потерю великой истории, обширных знаний и грандиозных открытий. Взвесив все "за" и "против", Эн-Джи перешел к решительным действиям.
        Когда дверь за спиной седовласого аборигена открылась, все восемнадцать встроенных в потолок камер бесшумно повернулись к нему. Несколько секунд колебаний, промедления, раздумий… и никаких эмоций на худом бледном лице крылатого гостя. Впалые щеки, сжатые тонкие губы, волевой подбородок и холодные, непроницаемые глаза, в которых, растапливая лед, вспыхнул огонь решимости. Он вошел в комнату, утонув в сине-зеленом свете неизвестности. Пройдя испытание, он сделал первый шаг навстречу уготовленному для него будущему. Эн-Джи был доволен уловом. Плотно затворив дверь, он вышел на контакт с незваным гостем, визит которого, тем не менее, оказался очень кстати.
        Первые слова, обращенные к нему, звучали на межгалактическом языке. Выслушав речь возникшей на мониторе фигуры, визитер задумчиво покачал головой, после чего ответил так, как это было принято на его планете. Единственное, что он смог понять, это имя звездного пришельца. Но этого было вполне достаточно для приветствия, сопровождаемого легким почтительным поклоном. Так началось их тайное общение, которое вскоре переросло в крепкую дружбу.
        - Это карта космических коридоров, ты должен знать ее наизусть, - попеременно появляясь в образе безликого силуэта то на одном, то на другом мониторе, говорил Эн-Джи.
        - Мой народ нуждается в новых городах, - не поднимая головы от груды чертежей, разложенных перед ним, отозвался Глава совета. - Сейчас это важнее.
        Электронный собеседник перестал мелькать и, выбрав для своего окончательного местоположения тот экран, что был напротив старика, разросся на нем по пояс. Темная фигура бескрылого мужчины в точности похожего на тех клонов, которых похоронили на второй день после аварии корабля, с укором взирала на невозмутимого Старейшину, продолжавшего заниматься разработкой каркаса будущего морского города. Кроме них двоих, в лаборатории никого не было, и Эн-Джи мог говорить открыто, не боясь быть услышанным кем-то посторонним. Его существование держалось в тайне. Это было главным условием погибающего Энай. С каждым днем его уникальное сферическое тело разрушалось все больше, отсчитывая драгоценные моменты затухающей в нем жизни. Поэтому ЭнДжи торопился. Абориген, выбранный им для того, чтобы стать носителем знаний его погибшей расы, оказался неглупым и, несмотря на возраст, весьма способным существом. Он быстро освоил язык конфедерации, что сильно упростило дальнейшее общение. Впитывая в себя поток абсолютно чуждой для него информации, старик узнавал, переспрашивал, пытался разобраться… день за днем он учился,
как любопытный ребенок, познавая внезапно открывшийся перед ним мир, полный неразгаданных тайн, ключи от которых были у его инопланетного наставника. Переходя от теории к практике, Глава совета начал изобретать всевозможные приспособления, способные улучшить жизнь его планеты. С технологиями Энай, новыми знаниями и необузданной фантазией у него это неплохо получалось.
        - Ты способный ученик и хороший друг, - как-то слишком уж ласково начал ЭнДжи, глядя на собеседника с экрана. Все восемь камер, встроенных в потолок комнаты, развернули свои крошечные окуляры в ту же сторону. - Но ты слишком упрям и недальновиден. Мой жизненный срок истекает, я должен успеть передать тебе максимум информации.
        - Я хотел оказать тебе помощь… - Белые локоны качнулись, когда Старейшина поднял голову и посмотрел на экран.
        - Мы уже обсуждали эту тему! - голос из динамиков звучал мрачно. - Электронные тела не подлежат регенерации, тем более в подобных условиях. Ты не сможешь мне помочь, даже при очень большом желании. Но… Я благодарен тебе за участие.
        - Я понимаю тебя, - вздохнув, ответил старик. - Я с радостью займусь изучением карты космических коридоров, но сначала мне нужно закончить чертеж.
        - Понимаешь? - Эн-Джи рассердился. - И это называется ПОНИМАНИЕМ?! Пока ты возишься со своими бумажками, я медленно угасаю. Время, драгоценное время, уходит! Я не успею посвятить тебя в то, что запланировал, и история целой расы, ВЕЛИКОЙ РАСЫ сгинет вместе со мной. Неужели твои морские города не могут подождать?
        - Нет, - тонкие губы Главы совета сложились в твердую прямую линию, а на покрытом бородой лице заиграли желваки.
        - Вот как? - электронный собеседник был разочарован. - Попробуй поставить себя на место смертельно больного существа, пытающегося сделать хоть что-то для своей находящейся на грани вымирания расы.
        - Эн-Джи, - старейшина сделал многозначительную паузу, обведя выразительным взглядом все восемь камер, взиравших на него с потолка, они были настоящими глазами того, с кем он разговаривал. - Мне не надо ставить себя на место этого существа, - он вздохнул, - потому что я и так на его месте. Мы с тобой похожи. Каждый из нас пытается использовать свой последний вздох с наибольшей пользой. Ты - оставить информацию об Энай, я - создать как можно больше полезных изобретений, использование которых сможет обеспечить процветание моей планете в будущем. Но, как это не печально, оба мы умираем от смертельной болезни, каждый от своей. Поэтому давай не будем тратить время на глупые споры, у нас его не так уж много осталось.
        Он спокойно улыбнулся в густые белые усы и вернулся к прерванному занятию, взяв в руки очередной незаконченный свиток из тех, что лежали на столе.
        - Полагаю, - голос Эн-Джи стал задумчивым, - нам следует прерваться на небольшое биологическое обследование. Думаю, тебя заинтересует еще одна уникальная технология Энай.
        Рави крутила в руках драгоценный трофей, рассматривая обтрепанные края толстой тканевой бумаги, на которой тонкой черной линией были нанесены схемы семи составных частей корабля. Она была достаточно образованна и умна, чтобы быстро понять всю выгодность этой случайной находки. Техника кастеркортов давно устарела, их огромные суда ползали как черепахи, и это сильно увеличивало риск быть уничтоженными первым встречным полицейским кораблем, курирующим пограничные сектора конфедерации. Старая женщина… время ее правления постепенно подходило к концу вместе с коротким отрезком, называемым жизнью. Но материнский инстинкт в ее высохшем тощем теле был жив и теперь. Королева, предводительница, мать большой кочующей колонии, она хотела сделать все возможное для выживания ее многочисленной семьи. Пираты, истребившие население маленькой красной планеты и захватившие в плен странного бледнолицего изобретателя, сами того не зная, сильно помогли ей в том.
        - Я хочу больше знать об этом, - Рави протянула рулон сидящему напротив Стиксу.
        - Зачем? - его серые глаза сузились, утопив в тени темных густых ресниц непроницаемый холод черных блестящих зрачков.
        У дверей в королевские апартаменты как обычно стояло четверо зеленых верзил, их каменные лица ничего не выражали, а огромные фигуры, застывшие, словно изваяния, не шевелились. Стражники сжимали в руках большие, остро заточенные ножи с длинными толстыми рукоятками. Единственной частью тела, по которой можно было определить, что они живые существа, а не статуи, были глаза. Внимательные, черные бусинки, глубоко утопленные в морщинистых глазницах. Они следили за каждым движением Стикса, за каждым его шагом. Он был чужим для них, непонятным, а значит… опасным. Однако Рави считала иначе.
        - Моей колонии нужны более быстрые корабли, - честно ответила она.
        - Зачем? Чтобы уничтожать беспомощные планеты? - он скрестил на груди руки, не сводя с нее прищуренных глаз.
        - Дитя мое, - губы Рави сложились в мягкую улыбку, - неужели ты жалеешь тварей, которые, поймав тебя, заточили в башне. Ведь если бы мои мальчики не напали на ту планету, твоя судьба вполне могла сложиться не так удачно, как нынче. Чистая случайность, что эти необразованные варвары сохранили тебе жизнь, а не разорвали твое тело на части, пытаясь понять, отчего на твоей спине не растут крылья, как у них. Мы - санитары Вселенной, мы нападаем лишь на те цивилизации, которые этого заслуживают. Мы просто пытаемся выжить.
        Лицо Стикса оставалось непроницаемым, пока он слушал хрипловатый голос старой зеленой женщины, расположившейся в удобном инвалидном кресле по другую сторону большого, отделанного орнаментом из драгоценных металлов, стола.
        - Разве убийство - средство выживания? - спокойно осведомился собеседник.
        - Смотря с какой стороны на него посмотреть, - Рави продолжала улыбаться, но теперь в ее желтых глазах появилось выражение всезнающей провидицы. - Звери убивают других зверей, чтобы есть. С точки зрения жертв, на них нападают убийцы. С точки зрения охотников, хм… они просто голодны, им нужно питаться, чтобы жить. Таков закон Вселенной, мы - кастеркорты, - лишь звено в давно отлаженной цепи. Выживает сильнейший. Это эволюция, дитя мое.
        - Разве население уничтоженных вами планет становится вашей пищей? - Стикс слегка напрягся, задавая этот вопрос.
        - О, нет, - Рави тихо засмеялась, - не воспринимай все так буквально. На самом деле, мы не убиваем их. Мы всего лишь заменяем биологические тела этих существ на электронные контейнеры с компьютерной игрой. Благодаря молниеносному действию энергетического луча - "луча смерти" - сотворить подобное не составляет особого труда, достаточно лишь открыть контейнер и, направив его на жертву, нажать нужную кнопку. Глупые аборигены даже не замечают подмены. Они продолжают жить в виртуальной реальности, вырабатывая необходимую для нас энергию. Они становятся топливом для наших кораблей, сами того не подозревая.
        Стикс едва уловимо поморщился:
        - Не проще ли купить настоящее горючее в конфедерации?
        - Для нас это равносильно смерти, - сказала собеседница, чуть поведя костлявыми плечами, которые были обвешаны тонкой сетью драгоценных камней. - По законам девяти галактик мы - преступники, подлежащие уничтожению. Так что единственное место, где нам позволено что-либо покупать, это черные рынки. А там хорошее горючее не купишь.
        - Ладно, - согласился он. - Но мне все равно неясно, зачем вы уничтожаете планеты одну за другой? Неужели живые существа вырабатывают так мало энергии?
        - Они не выкладываются в полную силу, - Рави презрительно скривилась. - Слишком слабые.
        - А какие игры вы для них пишите? - Стикс был серьезен.
        - Игры? - тонкие полоски ее аккуратно выщипанных бровей сложились домиком. - Почему игры? У нас всего одна игра. Космические завоевания, победоносные сражения, захват планет, ну и дальше все в таком духе.
        - А, - он прикрыл рукой глаза, сочувственно улыбнувшись. - Понятно.
        - Что? - Рави оживилась, чуя подвох.
        - Многое, - Стикс убрал ладонь от лица и внимательно посмотрел на собеседницу. - Я хотел бы взглянуть на устройство топливных контейнеров, а точнее на их программу.
        Она согласилась не сразу, какое-то время медлила с ответом. Наконец на ее худом лице появилась улыбка, которую сопровождал утвердительный кивок побритой налысо головы.
        - Хорошо, - проговорила королева, покосившись на отложенные в сторону чертежи. - Пусть будет по-твоему. А к строительству новых кораблей мы вернемся чуть позже.
        Молодой мужчина с рассыпавшимися по плечам темными волосами молча стоял возле закованного решетками окна и смотрел на бордовые волны, гребни которых разбивались о высокий скалистый берег, на котором была выстроена башня. В ее стенах он провел больше десяти лет. Десять лет одиночества, десять лет размышлений… десять лет постоянного ожидания.
        Когда-то он спроектировал этот плавающий остров в качестве места изоляции для тех, кто предпочитал жить против установленных правил, вопреки законам и моральным нормам, принятым в обществе. Но ему и в голову не могло прийти, что совсем скоро он сам окажется узником в собственной тюрьме. Однако случилось именно так.
        Три роскошных, полных архитектурных изысков города творение его рук, огибали континент по периметру, сплетаясь тонкой сетью рыжих дорог вокруг самого сердца страны. Они возвышались из воды, подобно несгибаемым монолитам, которым не были страшны ни ветра, ни штормы, ни палящие лучи белого светила, несмотря на то, что его свет заливал планету в утренние и дневные часы, беспощадно высушивая ее поверхность. Лишь хорошая система орошения могла им противостоять. Морские города служили достойной преградой на пути яростно вздымающихся вверх бордовых волн, которые стремились пробиться к единственному на планете континенту. Теперь прибрежная зона походила на тихую заводь, где, осуществляя пассажирские и грузовые перевозки, по водной глади плавно скользили катера и лодки, оснащенные воздушными подушками и высокими, причудливо изогнутыми навесами. Знания, полученные Главой совета от Эн-Джи, легли в основу каждого клочка этих необычных и невероятно прочных городов. Некогда затухающая цивилизация, получив технический толчок, активно развивалась, наверстывая упущенное. Ничто не могло остановить прогресс, даже
гибель того, кто его затеял.
        Во всяком случае, так считал Ашери, когда пришел к власти, заняв долгожданный пост. Возглавив Совет, он сообщил о смерти своего предшественника. Трагичная новость разлетелась по стране, как выпущенная из ружья пуля. Она ранила сердца, внося в души крылатых обитателей планеты скорбь об усопшем вожде, деяния которого сделали их жизнь намного лучше. Но, как это часто бывает, король умер… да здравствует король! Новой "коронованной особой" стал заместитель прежнего Главы. Он, пройдя традиционный обряд посвящения, торжественно поклялся не отступать от выбранного курса и вести свой многочисленный народ и дальше по проторенной дорожке к светлому будущему. В его словах не было ни капли лжи. Ведь за последние годы в стране наметились весьма осязаемые просветления. О них красноречиво говорили белые пушистые облака, плывущие по чистому небу; электромобили, не загрязняющие атмосферу, и новые города, которые словно непоколебимые глыбы возвышались над шаткой поверхностью бордовой воды.
        Сквозь толстые прутья оконной решетки в залитую светом комнату влетела маленькая черная птичка и, сделав круг под потолком, плавно опустилась на плечо хозяина. Он взглянул на нее и улыбнулся. В глазах его, светлых и холодных, забрезжил огонек теплого чувства.
        - Кае, - прошептали мужские губы, продолжая улыбаться. - Моя маленькая, верная кае…
        На лестнице послышались чьи-то тяжелые шаги. Узник уловил их звук, как только незваные гости взошли на порог тридцатиметровой башни, верхний этаж которой был его тюрьмой. Необычайно острый слух и молниеносная реакция стали неотъемлемой частью его нового облика, ни одно живое существо не смогло бы соперничать с ним, но… Мужчина бросил задумчивый взгляд на круглый стол из белого камня, где лежала груда незаконченных чертежей. Скрестив на груди руки, он принялся ждать гостей, шаги которых с каждой минутой становились все громче. А кае, продолжая сидеть на плече хозяина, безмятежно чистила блестящие черные перышки.
        Продолжительное лязганье замков, сопровождаемое чьим-то недовольным кряканьем, наконец завершилось и, протяжно скрипнув, дверь поддалась натиску двух мужчин, одетых в темно-синюю офицерскую форму. В руках они держали отполированное до блеска огнестрельное оружие, отдаленно напоминающее земные дробовики. Держа на мушке арестанта, гости замерли в готовой к атаке позе по бокам открытого дверного проема, из которого, точно живая цепочка, вышли еще шесть охранников. Они несли кованую решетку, острые края которой с трудом пролезали внутрь небольшого помещения. Узник молча наблюдал, как эта подобранная по росту и военной выправке компания перегораживает и без того маленькую комнату. Когда все необходимые приготовления были закончены, появилась главная фигура представления. Она втиснулась внутрь, задев необъятными боками косяк, который жалобно хрустнул в ответ.
        - Они все тоже глухонемые? - кивнув в сторону восьми вытянутых по струнке военных, полюбопытствовал пленник.
        - Естественно, - ответил Ашери, стоя по ту сторону решетки. Он постарел и располнел в последние годы, и теперь его фигура напоминала сильно раздувшийся шар. - Неужели ты думал, что я позволю моим солдатам слушать твои нечестивые речи.
        - Забавно, - мужчина усмехнулся, разглядывая свиту своего собеседника. - Столько времени прошло, а ты меня до сих пор боишься. - Немного помолчав, он добавил: - Если бы я хотел причинить тебе вред, я сделал бы это давно. И эти мальчишки вряд ли смогли бы мне помешать.
        - Любое неосторожное движение с твоей стороны, и ЭТИ МАЛЬЧИШКИ превратят твою шкуру в решето, - предупредил гость. - Поверь, это хорошо обученные солдаты, они бьют без промаха.
        - Не сомневаюсь, - на бледных губах арестанта блуждала странная улыбка. - Итак… Чем я заслужил честь лицезреть Вас, уважаемый ГЛАВА СОВЕТА?
        - Пытаешься язвить, отступник? - вяло ответил Ашери.
        - Это единственное, что ты мне оставил, - узник продолжал стоять у окна, в ярком потоке льющегося в комнату света его лицо и волосы отливали серебром.
        - Ты должен благодарить меня, а не иронизировать, - обиженно раздувая щеки проговорил собеседник, его черные, глубоко посаженые глазки забегали, ища предмет, на котором можно было бы остановиться, таким предметом стал синий мундир одного из офицеров. Смотреть в лицо своему предшественнику Ашери почему-то не отваживался. - После твоего сомнительного эксперимента с омоложением…
        - С заменой тела, - поправил пленник.
        - Ну да… именно с этим, - гость вздохнул. - Ты стал уродом, ты отрезал себе крылья! - он округлил глаза в приступе тщательно имитируемого ужаса.
        - Я их не отрезал, они просто не были созданы изначально, - скучающим голосом ответил арестант. - Крылья - пережиток прошлого. Они приносят больше вреда, чем пользы. И потом, - он сделал выразительную паузу, - мы, кажется, обсуждали все это во время твоего предыдущего визита. Так что не следует заводить разговор сначала.
        - Конечно, не следует, - выражение лица Ашери стало зловещим. - Зачем вспоминать о том, как ты вообразил себя богом. Ты хотел править страной вечно, да? Для этого ты вернул себе молодость? Еще неизвестно, к какой колдовской силе ты прибег, чтобы сделать это. Тот потерпевший аварию корабль…
        - Достаточно, - плечи мужчины напряглись, и кае, почувствовав это, предусмотрительно вспорхнула с них, опустившись на подоконник поблизости. - Я устал выслушивать одно и то же каждый твой визит. Зачем ты явился на этот раз?
        Гость трагично покачал головой и с лицом полным скорби произнес:
        - Наши города идут ко дну.
        - Это невозможно, их конструкция…
        - Я сказал НАШИ, - потеряно взглянув на собеседника, пояснил Ашери. - Мы построили два новых города на воде, но они не продержались и месяца. К счастью, мы не успели еще заселить их, поэтому жертв оказалось не так уж и много, но…
        - Но? - темная бровь узника поползла вверх.
        - Мы соблюдали технологии, мы ни на шаг не отступали от твоих чертежей! Объясни мне, в чем дело?
        - Наверное, в колдовской силе, - он усмехнулся, пряча в глубине светло-серых глаз холодный блеск.
        - Помоги нам построить города, - попросил гость, придвинувшись вплотную к решетке.
        - Нет.
        - Почему? - он пребывал в недоумении. Поседевшие брови съехались домиком на сложенном гармошкой лбу, а розовые щеки покраснели от внутреннего напряжения. - Это ведь твоя планета, твой народ, твоя ответственность! Разве ты не хочешь принести пользу своим соотечественникам? Они продолжают размножаться с невероятной быстротой. Скоро, очень скоро у нас снова возникнет проблема перенаселения. Что такого особенного в твоих чертежах?
        - Они МОИ, - пленник холодно улыбнулся одними губами. - Никто без меня не сможет воплотить их в жизнь.
        - Но ведь это твои подданные…
        - Нет, Ашери, - резко прервал его собеседник, - это ТВОИ подданные. Уже давно твои. С того самого момента, как ты занял мое место в Совете, оповестив страну о моей яко бы скоропостижной кончине. Я доверял тебе…
        - Так, значит, ты отказываешься нам помочь? - перебил его гость, черные глазки которого горели, точно два маленьких уголька.
        - Странно, что ты рассчитывал на обратное, - пожал плечами бывший Глава совета, продолжая стоять у окна со скрещенными на груди руками. Весь его вид выражал спокойствие и легкую усталость, вызванную утомительной беседой.
        - Я и не рассчитывал, - Ашери зло усмехнулся, оголив ровный ряд белых крупных зубов. - Твой эгоизм ничуть не иссяк за период заключения. Ты остался таким же надменным и жестоким и тебе по-прежнему нет дела ни до кого, кроме себя. Я полагал, что жизнь в одиночестве наложит определенный отпечаток на твой скверный характер, но ты, увы, неисправим. Выпустив из своих рук власть, ты продолжаешь оставаться таким же высокомерным и самонадеянным… - он печально покачал головой, разглядывая узника. - Скажи, чего ты ждешь?
        - Жду? - тонкие мужские губы скривились под тяжестью мрачной улыбки. - Ключи от башни и мое законное место в Совете.
        - Ты слишком опасен для общества, - процедил сквозь зубы собеседник, его толстые пальцы со всей силы стиснули решетку, а глаза мрачно засверкали в полумраке помещения.
        - Мне следовало уничтожить тебя раньше, а не запирать на этом прекрасном острове. Ты просто его не достоин. Твое властолюбие не знает границ. Я совершил глупость, что пощадил тебя, закрыв глаза на твои сомнительные эксперименты.
        - Ашери, - узник вздохнул, - я - единственный источник знаний, без которых невозможен технический прогресс планеты. И мы оба это прекрасно знаем. Не так ли?
        - Но от тебя нет толку! Наши города тонут.
        - Зато мои стоят. Я проектировал корабли, и они по-прежнему на плаву, электромобили заполняют улицы, не загрязняя атмосферу, строятся дома… разве этого мало? Ты просто слишком многого хочешь. Довольствуйся тем, что я готов тебе предоставить. Об остальном будем разговаривать, когда ты вернешь мне то, что отобрал.
        - Ключи и место в Совете? - гость недовольно поморщился.
        - Место ГЛАВЫ СОВЕТА, - спокойно поправил арестант.
        - Новые изобретения? - цепкий взгляд Ашери упал на заваленный чертежами стол.
        - Да.
        - Они тоже не будут функционировать? - кривая ухмылка исказила его круглое лицо.
        - Без меня… да.
        - Что ж, мне пора возвращаться во дворец, - из груди гостя вырвался вздох облегчения. - Советую тебе хорошо подумать над нашей беседой. - Он сделал шаг назад и уперся спиной в приоткрытую дверь. - Потому что…
        - Что? - холодные серые глаза сузились.
        - Для всех будет лучше, если ты откроешь нам секрет твоих проклятых чертежей. В противном случае… - Ашери набрал в легкие побольше воздуха и выпалил: - Нам придется прибегнуть к пыткам.
        Закончив фразу, он быстро ретировался за дверь, будто ожидал погони со стороны того, кто продолжал задумчиво смотреть ему вслед, не двигаясь с места.
        - Завтра я приеду на остров, чтобы получить твой ответ, - донеслись из коридора его последние слова, которые просочились сквозь толстые каменные стены комнаты подобно мышиному писку.
        Следом за своим повелителем начали исчезать в дверном проеме молчаливые солдаты. Когда они, держа в руках решетку, покинули комнату, узник странно улыбнулся.
        На следующий день Ашери не вернулся. Зато в одиноко стоящую на скалистом берегу башню наведалась группа зеленых монстров с пустыми топливными контейнерами в руках.
        Два гибких зеленых тела сжимали друг друга в мертвой хватке сцепившихся на ринге противников. Их покрытая потом кожа блестела и переливалась в свете ярких прожекторов, направленных на небольшую, тщательно огороженную площадку в центре зала, по периметру которой располагались забитые кастеркортами трибуны. Зрители гудели, точно рой пчел, реагируя на каждое движение обезумевших от ярости конкуренток. Это был полуфинальный бой турнира, главный приз которого - титул новой королевы колонии.
        Стикс молча стоял рядом с креслом Рави в нескольких метрах от ринга. Разворачивающиеся там события интересовали его гораздо меньше, чем работа последних месяцев. Все это время он посвятил изучению программной начинки топливных носителей, в которых теперь обитали жители его планеты. Благодаря информации, полученной от Энай, Стикс прекрасно разбирался в подобного рода вещах. День ото дня он реставрировал программы, создавая новые сценарии. Рави не мешала ему в этом необычном на ее взгляд занятии, тем более, что энергетические запасы кастеркортов от трудов их бледнолицего гостя только пополнялись. Батарейки работали гораздо лучше обычного, и это не могло не радовать старую королеву. Разговор о чертежах корабля больше не поднимался. Стикс был занят, а его новая наставница не желала отвлекать своего ученика от дел. Она прекрасно понимала выгодность его работы, он же, в свою очередь, старался сделать все, чтобы виртуальная действительность его соотечественников стала лучше. Это последнее, чем он мог им помочь. Однако величайшее событие в пиратской колонии заставило его выбраться из топливного отсека,
чтобы сопровождать Рави на турнир. Эта старая зеленая женщина с морщинистым лицом и тощим немощным телом по-своему любила его, он же испытывал к ней чувство глубокого почтения, граничащего с некоторой осторожностью. Ее желтые глаза вспыхивали загадочным огнем, когда они встречались. Рави нравились их продолжительные беседы, ее удивляло и умиляло то неиссякаемое любопытство, с которым он - МУЖЧИНА, инопланетянин, впитывал сказанные ею слова. Стикс уважал ее, слушал, спорил. Иногда соглашался, иногда нет. Но у него всегда было свое собственное мнение, свои взгляды и мысли… это особенно нравилось королеве. Впервые за долгие годы она встретила кого-то, с кем можно было общаться на равных.
        Бой закончился громким ударом гонга, приведенного в движение молотом. Одна из претенденток лежала в луже алой крови, на помятом лице ее не было ничего похожего на страдание, одна только злость и досада. Под восхищенный вой трибун изможденной, но счастливой победительнице вручили главный атрибут финальной схватки - огромный сверкающий кинжал с украшенной драгоценными камнями рукояткой. Точно такой же был дарован ее будущей сопернице, которая вышла в финал несколькими часами раньше.
        Стикс уже видел эти кинжалы, Рави как-то показывала ему их, бережно открыв крышку большого, обтянутого красным бархатом футляра. Они служили определенной реликвией в колонии кастеркортов. Именно им было суждено в смертельном бою определить новую королеву, лишив жизни ее конкурентку.
        - Как ты можешь заметить, мальчик мой, - говорила тогда Рави, - наше племя знает толк в прекрасном. - Она улыбалась, разглядывая сверкающее в полумраке оружие. - Мы цивилизованная раса, хоть конфедерация и не желает нас признавать.
        И вот теперь эта цивилизованная раса выла по-звериному, раскачиваясь на трибунах в такт булькающим словам окровавленной и побитой финалистки. Зубы ее сверкали в ярких лучах прожекторов, глаза горели решимостью. Крупная, мускулистая зеленая женщина провозглашала на весь зал свою победную речь.
        - Эта, - Рави кивком головы указала на победительницу, - глупая, но сильная. Ее соперница умная и ловкая, а также расчетливая и кровожадная. Одна из них вскоре займет мое место и станет предводительницей колонии. Я уже стара, мое тело ослабело, его жизненные соки постепенно иссякают. Я больше не могу рожать детей, мои биологические часы тикают, приближая неминуемый конец. - Она вздохнула, задумчиво глядя сквозь Стикса. Разговаривая на межгалактическом языке, старая королева могла не волноваться о том, что их беседа будет кем-либо понята. - Таков закон жизни, дитя мое. Скоро, очень скоро я перестану быть главной на этом корабле.
        - В моих силах вернуть Вам былую молодость, - тихо проговорил собеседник, склонившись к ней.
        Рави улыбнулась, прикрыв выцветшие желтые глаза, и ответила:
        - Я слишком устала от этой жизни, чтобы повторить ее заново. Но… - она оживилась, вскинув голову. - Не будем о грустном. Сегодня ведь состоится финальный бой. Грядет большой праздник, а значит, все закончится массовой оргией и наркотической эйфорией моих верных подданных. Даже охранники из транспортного отсека не осмелятся пропустить выборы новой королевы колонии. Ах, какой все-таки безответственный мы народ, - Рави удрученно покачала головой, а глаза ее, вопреки изображаемым эмоциям, загадочно блестели, рассыпаясь на золотистые лучики вокруг черных зрачков. - Оставлять корабли и катера без присмотра… это так неправильно. Ведь кто-нибудь может воспользоваться ситуацией и угнать один из них. И у этого кого-нибудь, - она многозначительно посмотрела на молчаливого Стикса, который внимательно слушал ее речь, - будет достаточно времени до того момента, как охранники, закончив праздновать, обнаружат пропажу. Нда… безответственное мы все-таки племя…
        Они находились на островке, незаполненном зеленым морем из живых тел ликующих кастеркортов, которые окружали их со всех сторон, не отваживаясь переступить границу королевского пространства. Пока еще королевского… до последнего удара гонга, который провозгласит имя новой предводительницы. Рави, по законам колонии станет ее личным советником, этот пост она будет занимать до самой своей смерти. Конечно, если не умудрится разозлить преемницу.
        - У тебя осталось не так много времени, - вздохнув, сказала она. - Иди, мальчик мой. Тебе пора. К сожалению, я больше ничего не смогу сделать для тебя.
        - Вы сделали достаточно, - Стикс взял ее тонкую морщинистую руку и, чуть сжав, легко коснулся ладони губами. Никто не заметил этот странный жест инопланетянина, все были слишком заняты рингом, на котором начинались приготовления к последнему бою.
        Он ушел, не прощаясь и не оборачиваясь. Его пронизанные тонкими нитями серебряной седины волосы развевались в такт широким шагам, когда он, подобно кинжалу, разрезал зеленое море столпившихся кастеркортов. Они расступались, словно боялись соприкоснуться с чужаком, и тут же забывали о нем, поглощенные грядущим сражением. Рави всего раз взглянула ему вслед, лицо ее было задумчивым, тонкие зеленые губы странно улыбались, а в желтых глазах затаилась печаль.
        Радар маленького космического катера ритмично мигал, предупреждая о приближении чужих кораблей. Охранники наконец обнаружили пропажу и отправили за вором немногочисленную, но хорошо вооруженную погоню. Настигнув беглеца, им ничего не стоило превратить его вместе с украденным имуществом в космическую пыль. Для этой цели кастеркорты готовы были пожертвовать даже собственным катером, ведь истребить давно надоевшего чужака теперь, когда его покровительница лишилась права отдавать приказы, было едва ли не самой желанной целью любого пилота.
        Стикс молча наблюдал, как приближается смертоносный рой маленьких "истребителей". Его катер не двигался, продолжая висеть в пространстве, словно дожидался своей неминуемой участи. В этом положении Стикс провел уже достаточно времени, не решаясь войти в космический коридор, схему расположения которых он, благодаря Эн-Джи, знал наизусть. Стикс был хорошо знаком с управлением космическими кораблями теоретически, но на практике ему впервые довелось сидеть за "штурвалом". Его бледная рука зависла над клавиатурой, не решаясь нажать заветную кнопку и нырнуть в невидимую воронку готового к открытию синего коридора. Что-то внутри него сопротивлялось, заставляло медлить. Какое-то мерзкое чувство… страх перед неизвестностью. Повинуясь ему, Стикс пропустил уже три входа, и теперь его жизнь подвергалась смертельной опасности, олицетворением которой были истребители кастеркортов. Радар тихо заскулил, сообщив о готовящейся атаке. Мужчина мрачно усмехнулся, глядя на него.
        "А что я, собственно говоря, теряю?" - пронеслось в его голове.
        И, будто получив команду, палец надавил на клавишу. Двигатель тихо загудел, побуждая катер двигаться вперед. В следующее мгновение зеленые пилоты с удивлением обнаружили, что цель их рейда исчезла с радаров, растворившись в черной бездне бескрайнего космоса.
        Войдя в пространственно-временной коридор, Стикс едва не ослеп…
        ГЛАВА 13ПОЦЕЛУЙ
        Мелодичный голос "Кае10" разбудил Женю. Открыв глаза, она с удивлением уставилась в темный купол потолка, центр которого располагался как раз над ее головой. Прослушав отчет корабля о благополучном выходе из коридора, девушка села на постели и огляделась. В каюте царил полумрак, нарушаемый зеленоватым свечением включенного монитора, на котором по-прежнему маячила огромная туша кастеркорта. Возле экрана мирно спал Стикс. Голова его была откинута назад, а руки лежали на цилиндрических подлокотниках. Он никак не отреагировал на заявление корабля, и это немного насторожило Женю. Раньше он пробуждался мгновенно… раньше, но не теперь. Окутанное видениями прошлого, сознание мужчины отказывалось реагировать на призыв "Кае", он продолжал неподвижно сидеть в кресле, и на лице его, холодном и бесстрастном, ничего не отражалось.
        Подождав немного, девушка перешла к решительным действиям. Она стянула с себя покрывало и, спрыгнув со странной летающей кровати, почему-то оказавшейся на середине каюты, подошла к Стиксу. Какое-то время Женя, точно затаившаяся в засаде кошка, молча рассматривала черты его бледного лица, прислушиваясь к ровному дыханию и едва уловимым ударам мужского сердца. В глазах ее одна за другой отражались разные эмоции, а на губах то и дело возникала слабая улыбка. Затем она протянула руку и осторожно коснулась кончиками пальцев его груди. Реакции не последовало. Девушка толкнула сильнее - безуспешно. Поразмыслив пару секунд, она принялась трясти его за плечи.
        - Твой корабль вышел из коридора, - расталкивая спящего капитана, бормотала она. - А ты до сих пор спишь! Да еще и в моей каюте! Какого черта ты вообще тут делаешь?! - с каждой последующей фразой голос ее усиливался, пока не перешел на крик.
        Стикс вздрогнул и открыл глаза. Женя стояла напротив, упираясь руками в бока. Заспанное лицо ее с растрепанными черными волосами выглядело недовольным. Поджатые губы и сдвинутые на переносице брови говорили сами за себя. Добившись желанного результата, она хотела было высказать ему еще что-то, но Стикс не дал ей этого сделать. Он схватил девушку за плечи и с силой притянул к себе. Она даже вскрикнуть не успела прежде чем горячие мужские губы впились в ее приоткрытый в возмущении рот. Целуя Женю, Стикс все крепче прижимал ее к своей груди. Его руки ласкали спину девушки, заставляя тонкую бордовую ткань собираться складками на пояснице. Он сжимал ее в объятиях, чувствуя под платьем шелк прохладной женской кожи. Закусывая и вновь отпуская ее нежные губы, он упивался их вкусом, словно был изнемогающим от жажды путником, наконец нашедшим свой живительный родник.
        Девушке было трудно дышать, от затянувшегося поцелуя заныла распухшая губа, а потерявшие стыд мужские руки опускались все ниже, скользя по гладкой ткани короткого платья к обнаженным ногам. Совладав с собственными эмоциями, она осторожно постучала его по плечу. Легкое прикосновение ее пальцев подействовало как ушат ледяной воды. Стикс резко отпрянул, отпустив Женю. Он быстро поднялся с кресла и, пробормотав на ходу "Прости", направился к двери. В следующую секунду он, не оборачиваясь, вышел из каюты. Тихая послушная дверь плавно вернулась на место, закрыв за ним проход.
        - Хм, - его странная реакция удивила девушку ничуть не меньше того, что произошло перед этим.
        Она осторожно провела кончиком языка по распухшим губам, которые все еще хранили вкус недавнего поцелуя, и улыбнулась. В глазах ее, больших и ярких, рассыпаясь миллионом янтарных искр, горел лукавый огонь. Женя тщательно поправила сбившиеся складки платья, после чего уселась в освободившееся кресло напротив монитора. Не включая света, она принялась нажимать на кнопки, встроенные в подлокотники, отдавая при этом голосовые команды кораблю. Фигура огромного пирата медленно таяла, сменяясь другими картинками. "Кае10" с присущей ему скрупулезностью приступил к выполнению новой команды.
        ГЛАВА 14РАСА ИБЕЛАН
        - Стикс, - в Женином наушнике послышался монотонный перевод корабельного отчета, - изобретатель межгалактических кораблей класса "Кае", владелец трех планет в звездной системе номер 9436724. Стикс - пиратское топливо, получившее свое название от одноименного энергетического луча, способного пленять духовное существо. Пираты - кочующая раса…
        - Стоп! - девушка с силой вдавила желтую кнопку, корабль послушно замолк. Она немного подумала, мысленно подбирая слова для своего нового вопроса, потом осторожно проговорила: - "Кае10", дай мне всю имеющуюся в базе информацию об изобретателе по имени Стикс.
        - Стикс - изобретатель межгалактических кораблей класса "Кае", владелец трех планет в звездной системе номер 9436724, - бесстрастно повторил корабль и замолчал.
        "Многообещающе", - Женя кисло поморщилась, глядя на экран, на котором медленно проступило изображение того, о ком шла речь. Увидев знакомые очертания, девушка оживилась.
        - "Кае10", проверь, есть ли у Стикса жена? - рассматривая застывшее лицо интересующего ее мужчины, спросила она.
        - Информация отсутствует.
        - А любовница?
        - Информация отсутствует.
        - А дети? - не унималась Женя.
        - Информация отсутствует, - тем же тоном повторил корабль.
        Девушка разочарованно вздохнула, выслушав его ответы. Несколько минут она молча сидела в кресле, хмуро глядя на монитор, затем вновь нажала на синюю кнопку подлокотника:
        - Назови мне год его рождения!
        - Информация отсутствует.
        - Место проживания? - без особого энтузиазма пробормотала она, в тайне надеясь получить еще хоть немного информации.
        - Седьмая галактика конфедерации. Звездная система номер 9436724. Планета "Кае".
        - Национальность? - решив наугад перепробовать все варианты бесполезного анкетирования, спросила Женя.
        - Национальность: Ирвис. Раса: Ибелан.
        "Вот как? - на ее губах заиграла довольная улыбка, - хм…"
        Она с любопытством рассматривала лицо Стикса, которое по-прежнему отражал экран.
        - "Кае10", подготовь отчет об этой расе, - потребовала Женя, не сводя глаз с монитора.
        - Раса Ибелан населяет звездную систему Вильерис, которая является главенствующей системой седьмой галактики…
        От такого заявления глаза девушки удивленно расширились; насколько она помнила, Стикс говорил, что его соотечественники давно погибли от рук кастеркортов, корабль же утверждал обратное…
        - Ибелан - существа разумные, прямоходячие, со светлым цветом кожи… - дальше шел целый список анатомических признаков, сопровождаемый сменяющимися на экране картинками представителей этой расы. - История Вильерис датирована… - продолжал вещать приятный женский голос на межгалактическом языке, но его уже никто не слушал. Женя, не выключая компьютер, выскочила из своей каюты, словно ошпаренная.
        ГЛАВА 15ТЫ И Я
        Стикс поднял голову от клавиатуры, за которой сидел, и вопросительно посмотрел на влетевшую в рубку гостью. Девушка выглядела взволнованной. Растрепанные волосы обрамляли ее бледное лицо точно рама, глаза горели любопытством, с которым соседствовали удивление и разочарование.
        - Что-то случилось? - поинтересовался Стикс, чувствуя себя неуютно под пристальным взором ее карих глаз.
        - Нет… то есть… да, - рассеянно отозвалась она и замолчала.
        - Ты хочешь о чем-то меня спросить? - немного подождав, проговорил он.
        - Да… то есть… нет, - Женя смутилась, от этого ее бледные щеки вспыхнули, а ресницы опустились, но тут же снова взлетели вверх.
        Несколько минут длилось молчание. Девушка внимательно изучала сидящего в кресле собеседника, тщательно осматривая его лицо, фигуру. Взгляд ее скользил по складкам мужской одежды, то и дело задерживаясь на области бедер. Стикс медленно поднялся и шагнул к ней. Женя продолжала стоять посреди рубки, не сводя с него глаз, в которых, сменяя одна другую, отражались разные эмоции.
        - Ты расстроена из-за того, что случилось в каюте, Евгения? - осторожно спросил он, подойдя ближе. - Мой поступок обидел тебя?
        Она отрицательно мотнула головой, продолжая сосредоточенно над чем-то размышлять.
        - Нет? Хм… - Стикс прищурился. - Тогда скажи, пожалуйста, о чем ты сейчас думаешь?
        - О червях, - честно призналась Женя и снова покосилась на его обтянутые эластичной тканью черных брюк бедра.
        - Что?! - левая бровь собеседника поднялась в недоумении. - При чем тут черви?
        - Ну… - девушка замялась, - они тоже… тоже гермафродиты, - она слабо улыбнулась, чувствуя неловкость от темы завязавшегося разговора.
        - Гермафродиты? - переспросил Стикс.
        Женя кивнула.
        - Тоже? - он подошел к ней и остановился на расстоянии метра, чтобы лучше рассмотреть ее залитое румянцем лицо.
        - Угу, - она снова кивнула.
        - А кто еще, кроме червей, гермафродит? - ответ ему был уже известен, он прочел его в Жениных глазах, но вопрос все-таки задал, желая подтвердить свою догадку.
        - Ну… - девушка вздохнула. - Ты…
        - Вот спасибо! - Стикс криво усмехнулся, он медленно обошел ее сбоку и остановился за спиной, его руки легли на плечи Жени, едва ощутимо их сжав. - С чего ты это взяла?
        - Ибелан… - неуверенно пробормотала собеседница, чувствуя, что попала в дурацкое положение. - Твоя раса…
        Его бледные губы растянулись шире, а блеск в прищуренных серых глазах стал ярче.
        - Ты решила прибегнуть к помощи "Кае10", чтобы узнать информацию обо мне? - с хорошо изображаемым удивлением, полюбопытствовал Стикс. - В следующий раз обращайся к первоисточнику, я всегда к твоим услугам, - его длинные прохладные пальцы скользнули по шее девушки, вызвав приятную дрожь.
        - Но Ибелан… - вновь повторила Женя, это слово было последним, хрупким доводом, подтверждающим ее правоту.
        - Да, и что? - его глаза искрились смехом, а губы продолжали улыбаться.
        - Они гермафродиты.
        - Действительно, и?
        - Разве ты не принадлежишь к этой расе? - она начинала хмуриться.
        - Посмотри на мониторы, Евгения, - вкрадчивый мужской голос прозвучал у самого ее уха.
        Девушка невольно вздрогнула, ощутив на виске его теплое дыхание. Однако с места она не сдвинулась, продолжая стоять к нему спиной. Ее рассеянный взгляд скользил по экранам, на которых отражались россыпи прекрасных и холодных звезд. Стикс отдал несколько коротких команд кораблю, и космические пейзажи сменились уже знакомыми Жене очертаниями Ибелан. Красивые существа из плоти и крови, внешне сильно напоминавшие земных людей, за исключением некоторых анатомических тонкостей, безмолвно взирали на нее со всех сторон.
        - Ну, и? - вдоволь наглядевшись на них, спросила она.
        - Смотри внимательно, - промурлыкал Стикс, легко поглаживая ее плечи.
        Женя не пыталась отстраниться, она просто стояла и смотрела на мониторы, смотрела, но ничего нового не видела.
        - Я не понимаю, - после нескольких минут бесполезного созерцания, проговорила девушка. - Разве это не твоя раса? Ты похож на них…
        - Ты тоже.
        - Но я не гермафродит, - возразила она.
        - Я тоже, - он наклонился ниже и заглянул ей в глаза. - Обрати внимание на количество пальцев у этих существ.
        Женя впилась взглядом в уже знакомые изображения и… облегченно вздохнула. Ее опасения не подтвердились. Впредь следует быть повнимательнее. Однако демонстрировать свою радость она не стала, лишь задумчиво проговорила, мельком взглянув на ладони собеседника:
        - Ибелан шестипалые. Но разве это показатель?
        - Для данной расы… да, - ответил Стикс. - Как ты можешь убедиться, я не ее представитель. На моей руке всего пять пальцев, как и на твоей.
        - Но в базе данных "Кае10" записано, что ты принадлежишь к Ибелан, - упрямо тряхнув головой, сказала собеседница.
        - Да, записано, - он усмехнулся. - Но, Евгения, подумай сама… разве африканец не может быть русским или бельгийцем, например? Ведь национальность подчас всего лишь строчка в паспорте.
        - Национальность и раса не одно и тоже, - она недовольно поджала губы, продолжая разглядывать лица тех, кого отражали большие, вытянутые вверх мониторы.
        - Ты права, конечно, - Стикс придвинулся ближе, - жизнь в седьмой галактике и мое внешнее сходство с теми, кто ее населяет, сделали меня в какой-то момент одним из них. Признаться, я не возражал. Меньше ненужных вопросов, когда в базе данных рядом с твоим именем указана и расовая принадлежность.
        Девушка задумчиво покачала головой, после чего спросила:
        - Если ты не Ибелан, тогда кто? Ведь ты и не земной человек, ты инопланетянин, и я совсем ничего не знаю о тебе, о твоей настоящей расе…
        - Я? - тихо произнес он, зарывшись лицом в ее спутанные волосы, черная копна которых рассыпалась по плечам. - Я - мужчина. Ровно настолько, насколько ты… женщина. И у меня нет своей расы. Вернее, не было… пока не появилась ты, - он коснулся губами мочки ее уха, слегка закусив ее.
        Женя стояла как вкопанная, не решаясь пошевелиться. Стикс по-прежнему гладил ее плечи, но теперь его движения стали более настойчивыми, даже наглыми. Девушка едва дышала, боясь спугнуть невероятно приятные ощущения, источником которых были прикосновения его рук, звук его голоса, горячая волна его дыхания, опалившая залитую румянцем кожу ее лица.
        - Есть только ты и я, - говорил он, целуя собеседницу в висок. - Мы с тобой из одной расы, милая. Ты разве забыла? Наши тела уникальны, аналогов им нет на свете. Только ты и я… я и ты.
        - И Энни… - пробормотала Женя, хватаясь за эту идею, как за спасательный круг, способный вынести ее из омута нежных ласк, в котором она все больше тонула.
        - О, нет, - Стикс улыбнулся. - Изумрудная дама лишь кукла на дистанционном управлении. Никого, кроме нас с тобой, нет, Евгения. Никого и не будет. Если только… - он замолчал, дразня кончиком языка ушную раковину собеседницы.
        По телу девушки пробежала дрожь, она непроизвольно закрыла глаза, едва не застонав от удовольствия.
        - Если только… что? - ее шепот звучал еле слышно.
        - Девочка моя, разве ты забыла историю про Адама и Еву? - он целовал Женино лицо, шею, сильные мужские руки прижимали ее податливое тело к его груди, девушка слышала стук его сердца, чувствовала его запах, она словно погружалась в водоворот неизведанных наслаждений и выбираться оттуда ей совсем не хотелось.
        - И что? - улыбнулись ее розовые губы.
        - Они стали прародителями целого человечества, - сказал Стикс и тут же пожалел об этом.
        Женя резко дернулась, пытаясь освободиться от его объятий. Он удержал ее, но что-то изменилось. Мышцы девушки напряглись, глаза потемнели, а некогда гостившая на губах улыбка растаяла без следа.
        - Я сделал тебе неприятно? - после довольно продолжительного молчания, спросил Стикс.
        - Неприятно? - Женя запрокинула голову и с удивлением посмотрела на него. - Что ты… - она грустно улыбнулась. - Мне никогда не было так хорошо.
        - Тогда в чем дело? - его бледное лицо выглядело напряженным.
        - В человечестве, - из груди ее вырвался печальный вздох. - И в одной изумрудной кукле на дистанционном управлении. Прости, Стикс… я просто физически не смогу расслабиться, пока вся эта история с пиратами не завершится. Ведь это моя планета… мой дом… моя раса… Пусть даже и бывшая, - она снова улыбнулась, но глаза ее оставались темными и непроницаемыми, как южная ночь.
        Стикс отпустил Женю, едва заметно кивнув.
        - Спасибо за понимание, - сказала девушка и ринулась к выходу, но, пройдя пару шагов, снова вернулась. Она поднялась на цыпочки и чмокнула неподвижно стоящего мужчину в гладко выбритый подбородок: - И за ласку…
        Он продолжал молча смотреть на дверь даже после того, как Женя ушла. Лицо его не отражало никаких эмоций, лишь в глубине серых глаз горел теплый огонек… Стикс был доволен.
        Не прошло и пяти минут, прежде чем девушка в очередной раз переступила порог капитанской рубки. Застав собеседника на том же месте и в той же позе, она ничуть не удивилась.
        - А если обратиться в межгалактическую полицию? - проговорила Женя с надеждой в голосе. - Возможно, они нам помогут вернуть коробочки и спасти Землю от пиратов?
        - Совет девяти ведет политику невмешательства в дела не входящих в состав конфедерации миров, - спокойно ответил Стикс. - К тому же коробочки - топливо, запрещенное законом. В лучшем случае, их конфискуют, в худшем… уничтожат вместе с кораблем кастеркортов. И уж точно не вернут нам. Ну, а если узнают о нашей причастности к подобного рода делам… боюсь, ждет нас с тобой тогда пожизненное заключение на астероиде Ланкоу.
        - Понятно, - разочарованно отозвалась она. - Пойду на поиски более разумных идей, надеюсь, они есть в компьютере… потому что у меня они явно закончились, - она кисло улыбнулась и исчезла за дверью, а он продолжал стоять и смотреть ей вслед, как и прежде.
        ГЛАВА 16ИЗУМРУДНАЯ КУКЛА
        Изумрудная женщина мягко качнулась, сидя верхом на распластанном по ковру командире пиратского корабля. Он довольно зарычал, не открывая глаз, его большой зеленый рот улыбался, а размякшее тело чуть подрагивало при каждом движении обнаженной всадницы. Энни плавно водила бедрами по кругу, не меняя позы. Взгляд ее прищуренных голубых глаз скользил по каюте, битком набитой кастеркортами из командного состава. Здесь были одни офицеры, младшие чины остались за дверью, их не допустили до тела прекрасной дамы, но вдохновленные ее присутствием на корабле, они без сомнения нашли выход переполнявшим их чувствам и жидкостям.
        Эн сменила направление движений, теперь она раскачивалась на теле командира, как на качелях. Ее стройные бедра то поднимались, то резко опускались на густую темную поросль волос, из которой вздымалась налитая кровью мужская плоть. Руки пирата сжимали ее гладкие ягодицы, ускоряя тем самым темп. Упругая женская грудь колыхалась, отливая в ярком свете корабельных ламп. Влажное тело красавицы мерцало, точно изумруд в окружении огромных зеленых туш, мужские достоинства которых, судя по их внешнему виду, требовали немедленного удовлетворения. Вокруг Энни, точно зеленые копья, возвышались пиратские фаллосы, чьи-то руки гладили ее плечи, другие ласкали стройную женскую спину, третьи сжимали набухшие соски. Кастеркорты облизывали свою сексуальную богиню, а она, утопая в их ласках, продолжала методично ублажать капитана.
        Уже несколько дней длилась эта нескончаемая оргия… В наркотическом дыму, под аккомпанемент музыкальных заставок из любимых виртуальных игр пиратов изумрудная кукла на дистанционном управлении делала то, что считала самым действенным средством в завоевании мужского доверия: она занималась с ними сексом.
        Тихий гудок видавшей виды компьютерной системы корабля сообщил о выходе из последнего коридора. Энни, не дав командиру закончить, резко поднялась, оттолкнув облепившие ее тело ладони, и громко проговорила:
        - Так, мальчики, у нас перекур, - она сладко улыбнулась, оглядев обращенные к ней физиономии, после чего добавила: - Мне бы сигарету, что-то я утомилась.
        Несколько рук протянули ей завернутые в тонкие белые трубочки наркотики - излюбленное пиратское угощение. Брошенный на полу командир поднялся и, не высказывая даже тени возмущения поведением любовницы, подал ей целую пачку сигарет вкупе с зажженной круглой колбочкой, аналогом зажигалки. Выбрав самую длинную, Эн закурила. Голубоватый дым мягкими хлопьями полетел вверх, заново наполняя и без того пропахшее им помещение.
        - Нужно готовиться к высадке, мы уже совсем близко, - невинно моргая длинными ресницами, проворковала Энни. - Ведь наше приятное времяпрепровождение мы всегда сможем продолжить… после посещения этой маленькой, беззащитной планеты.
        Круглые пиратские физиономии озарились одобрительными улыбками, их некогда набухшие зеленые жезлы обвисли, реагируя на мысли, в которых вместо плотских утех теперь фигурировал азарт предстоящей охоты… охоты за батарейками.
        ГЛАВА 17ФИТО
        Противный скрежет неприятно резанул по ушам Склефа в тот самый момент, когда он, расположившись в уютном кресле, досматривал последнюю серию своего излюбленного фильма. Тревожный звук вызова летел из капитанской рубки, наполняя собой все помещения гигантского корабля. Это могло означать лишь одно: начальство желало выйти на связь со своим отправленным в дальний патруль подчиненным. Склеф поморщился, пронзительный скрежет действовал ему на нервы. Он протянул большую трехпалую руку к пульту и выключил сериал. Когда экран погас, грустно мигнув на прощание, командир полицейского крейсера вышел из каюты. Добравшись до капитанской рубки, где исправно работал трудолюбивый автопилот, Склеф ответил на вызов.
        На большом круглом мониторе возникло изображение его непосредственного начальника. Серая форма идеально сидела на его широких плечах, а золотые погоны и отделка мерцали при каждом едва уловимом движении. Глядя на него, Склеф украдкой усмехнулся, затем поправил лацканы своего клетчатого пиджака и вздохнул. Полицейскую форму он находил безвкусной, впрочем, таковой он считал практически всю признанную в конфедерации моду.
        - Почему вы отсутствуете на посту? - пропустив фазу приветствий, поинтересовался начальник.
        Его голос звучал холоднее металла, русые волосы, уложенные в идеально правильную прическу, обрамляли бледное скуластое лицо, на котором как два синих костра сверкали разрезанные вертикальными зрачками глаза. Он был из расы Фито. Большая редкость для полицейского, пусть даже и занимающего высокий пост. Никто толком не помнил, каким ветром его занесло в ряды служителей межгалактического порядка, но все знали, что с ним лучше не ссориться. Склеф тоже это знал, поэтому тут же выпалил весьма правдоподобное оправдание, сославшись на физическую нужду.
        - В патрулируемом вами секторе, офицер, был замечен космический корабль без опознавательных знаков. Вам следует выяснить его принадлежность и доложить об этом мне, - приказным тоном заявил начальник. - Вам понятно задание? - переспросил он после непродолжительной паузы, во время которой собеседник мысленно обдумывал неожиданно свалившуюся на его голову работу.
        - Да, Сэр, - полицейский автоматически отдал честь, глядя на экран.
        - Отлично, - слабая улыбка тронула необычайно ровные губы Фито. - Приступайте к выполнению.
        Изображение погасло, вернув тускло мерцающему экрану его первоначальный, черный вид.
        - Ах, Фито, Фито… - пробормотал Склеф, задумчиво глядя на гладкие прямоугольные клавиши пульта. - Какой идиот умудрился взять на службу фиторианца?
        Мрачная усмешка кривила шероховатый рот капитана, отчего он напоминал провалившуюся в камне щель. Красные глаза горели недовольством, а толстые пальцы медленно скользили по клавиатуре, набирая необходимые комбинации для запуска сканирующих установок крейсера. Их на корабле было две и каждая имела зону охвата, способную с небольшими погрешностями объять несколько звездных систем. Но, несмотря на техническую мощь своего "летающего дома", Склеф был вынужден работать, а это в его планы на сегодняшний день не входило. И если бы не вмешательство начальника…
        - Фито… - вновь прорычал он, зло щурясь. - Проклятые, дотошные фиторианцы…
        Фито была расой холодных, расчетливых существ, которым принадлежали шесть планет в главенствующей звездной системе третьей галактики. Бизнесмены по природе и традициям, одиночки по воспитанию, педанты по натуре… Они не заводили семей, как это делали другие граждане конфедерации, они рождались искусственным способом, выращивались в специально созданных для этой цели домах и с детства готовили себя к жизни в мире, где каждый сам пробивает себе дорогу. Им чужды были понятия любви, дружбы… единственное, что имело для них вес - это однажды данное слово. Честолюбивые, умные, холодные… казалось, что их сердца, вопреки теплолюбивым телам, созданы изо льда. Но, несмотря на это, фиторианцы пользовались большим уважением у жителей конфедерации, с ними предпочитали иметь дела, их ценили и боялись… чуть-чуть, незаметно, но все же боялись. Представители этой расы владели самым главным секретом девяти галактик: они производили уникальное топливо, на котором работали практически все транспортные суда. Богатые и расчетливые, они процветали, постепенно увеличивая свое влияние. Склеф не любил Фито, он много кого не
любил, но по воле злого рока именно фиторианец являлся его непосредственным начальником, что в его глазах добавляло целой расе порцию новых отрицательных черт.
        Круглый монитор сменил цвет, озарившись яркой золотистой сетью, сквозь которую проступали очертания пограничной с конфедерацией звездной системы. Вокруг желтого карлика вращалось около десятка планет. Склеф отдал команду компьютеру проверить их пригодность. Где-то здесь затерялась та самая летающая "заноза", из-за которой он был вынужден прервать свое любимое занятие и вернуться в рубку. Склеф заранее ненавидел неизвестный ему корабль, а заодно и этот забытый всеми сектор Вселенной.
        Через несколько часов на мониторе отразились тщательно обработанные электронной системой крейсера данные, угрюмо глядя на них, командир полицейского корабля задал новый курс, желая подойти ближе к трем наиболее благоприятным для высадки планетам. Усталый и раздраженный, он молча ждал новые отчеты, длинные столбцы которых то и дело появлялись на экране.
        Когда короткий, но очень звонкий сигнал выявил то, ради чего Склеф проделал весь этот путь, он грубо выругался. Сканер засек "пиратскую рухлядь", экипаж которой настолько обнаглел, что осмелился воспользоваться космическим коридором, куда, как известно, вход кастеркортам строго воспрещен. Оставалось загадкой, как эти виртуозные нарушители закона умудрились выбраться с территории конфедерации. Но… подобные вопросы мало интересовали разочарованного Склефа. Он принялся набирать код для вызова начальства. Охотиться за горсткой пиратов ему не сильно хотелось, особенно здесь.
        "Пусть высылают отряд быстрого реагирования и делают зачистку, - думал он, стуча по клавишам. - Я и так слишком много работаю…"
        Новый звонкий сигнал прервал его мысли. Палец автоматически отжал последнюю цифру кода, и на экране незамедлительно вспыхнуло изображение начальника. Растерянно переводя взгляд с очередного отчета на лицо фиторианца, Склеф проговорил:
        - Задание выполнено, Сэр. Нарушитель выявлен. Это корабль кастеркортов, - фальшивая улыбка играла на его покрытом мелкими чешуйками лице.
        - Отлично, - собеседник кивнул, - я отправлю в ваш сектор отряд…
        - О, нет! - поспешно перебил его Склеф и тут же испугался собственной дерзости. - Я уничтожу пиратское судно сам, не стоит беспокоиться, - сглотнув, продолжил он. - Это необитаемая планета за пределами территории конфедерации. Я все смогу уладить, без вмешательства военных.
        Он неуверенно улыбался, глядя на изображение начальника, тот молчал. Его каменное лицо ничего не выражало.
        - Действуйте, офицер, - наконец проговорил он и исчез с экрана, не простившись. Он никогда не прощался…
        - Действую, - эхом отозвался Склеф и что-то замурлыкал себе под нос, разглядывая последние данные. Настроение его явно улучшилось, в красных, как свежая кровь, глазах появилось выражение готового к охоте хищника. - Действую, Сэр…
        ГЛАВА 18МИРОЛЮБИВОЕ НЛО
        Невысокий худощавый человек, одетый во все черное, медленно поднялся из-за столика в кафе и, взяв со скатерти белоснежный конверт, направился к выходу. Его ничем неприметное лицо выглядело довольным, когда он, переступив порог заведения, вышел на улицу. Стеклянная дверь мягко захлопнулась за его спиной. Вслед ему задумчиво смотрел мужчина, оставшийся сидеть за столом. Сквозь толстые черные стекла закованных в серебристую оправу очков его сине-зеленые глаза наблюдали за удаляющимся силуэтом недавнего собеседника.
        Около часа назад они встретились, как и было намечено заранее, в придорожном кафе маленького провинциального городка. Здесь и состоялся запланированный обмен. Дабор-Лэш получил интересующую его информацию, а сотрудник нанятого им детективного агентства - плату за свои услуги. Оставшись в одиночестве, Дабор-Лэш не без удовольствия перечитывал ровные строчки отпечатанного на белых листах отчета, общий смысл которого сводился к тому, что господин Ван Дер Векен бесследно исчез, затерявшись где-то в Норвежском море. Об этом свидетельствовали его счета, недвижимость, кредитные карты и многое другое. После покупки старого морского катера след объекта заказанной слежки обрывался. Это могло означать два варианта. Первый: бельгиец сомнительного происхождения погиб в морской пучине, не рассчитав своих сил и знаний в искусстве мореплавания. Второй… он улетел. Сгинул с этой маленькой голубой планеты, прихватив с собой двух женщин, о них тоже говорилось в отчете. Оба варианта полностью устраивали Дабор-Лэша, поэтому он снова и снова перечитывал полученные данные, стараясь не упустить ни одной, даже самой
незначительной детали.
        В кафе было безлюдно. Барная стойка в центре зала пустовала, а несколько висящих над ней телевизоров тихо пели, отображая на своих экранах симпатичную певицу, одетую во все розовое. Внезапно музыка оборвалась и вместо сладкоголосой красотки возникла заставка экстренного выпуска новостей. Следом за ней появилось каменное лицо диктора, волнение которого выдавали лишь странно бегающие глаза да чуть подрагивающие руки.
        - Добрый день, дорогие телезрители, - проговорил он сдержанно. - Мы были вынуждены прервать программу телепередач для того, чтобы сообщить вам о чрезвычайном происшествии. Всего несколько минут назад с небес спустились неопознанные летающие корабли. Они зависли над несколькими большими городами и пока ведут себя миролюбиво. С места событий продолжают поступать сюжеты наших специальных корреспондентов… Прямое включение…
        Под восторженную речь какой-то журналистки, находящейся в непосредственной близости от парящей над домами металлической "тарелки", диаметр которой не превышал нескольких десятков метров, по экрану шли кадры НЛО, замеченных в других городах. Это была настоящая сенсация. Все работники маленького придорожного кафе высыпали в центр зала и с открытыми от удивления ртами слушали новости. Они даже не заметили, как один из посетителей бросил на стол деньги за недопитый кофе и стремительно вышел на улицу.
        Как только Дабор-Лэш увидел изображение кораблей так называемых "миролюбивых" гостей, он понял, кто именно почтил эту планету своим присутствием. Быстро шагая в сторону лесопарка, этот странный человек, облаченный в серый плащ и перчатки, думал лишь о том, как бы побыстрее добраться до скрытого посреди озера корабля. К счастью, пираты в первую очередь отправились в густонаселенные места, до провинциальных окраин они доберутся позже. А это давало ему определенную фору.
        "Не будет людей… - думал Дабор-Лэш, пробиваясь сквозь толпу высыпавших на улицу горожан, на лицах которых была смесь замешательства и зарождающейся паники. Не будет и проблем, с ними связанных", - он едва заметно улыбнулся, взглянув вверх.
        Ярко-голубое небо с плывущими по нему белыми облаками отражало иллюзию безмятежности. Но… это была всего лишь иллюзия, и никто лучше него об этом не знал.
        Шаг… второй… третий, обутые в серые остроносые ботинки, ноги легко перемахнули через сваленное дерево. Очутившись на берегу, Дабор-Лэш двинулся вперед. Ступая по поверхности воды, он шел к центру озера. Перед тем как войти в корабль, он снова посмотрел на небо. Его глубокая синь, казалось, не таила в себе угрозы. Это был обычный летний день, такой же, как всегда. Почти такой же…
        ГЛАВА 19БОЛЕЕ КРУПНАЯ РЫБА
        Оказавшись на борту корабля-призрака, Дабор-Лэш ощутил странное беспокойство. Неприятное предчувствие нагнеталось с каждой секундой его стремительного движения в направлении исследовательской каюты. Как только белые матовые двери с тихим шелестом открылись, он получил зрительное подтверждение своей правоты. Его бледное, как мел лицо стало каменным. Медленно стягивая перчатки, он двинулся к лежащему на полу крабу, серо-коричневый металлический панцирь которого был проломлен, а две большие клешни раздроблены. Дабор-Лэш осторожно поднял его на руки и перенес на абсолютно пустой, гладкий стол. Быстрым движением длинных узловатых пальцев он активировал прозрачную панель с радугой светящихся клавиш, которые одна за другой материализовались из воздуха. Панель тихо пела, отзываясь на прикосновения хозяина. Первым делом он проверил наличие на корабле посторонних. Получив отрицательный ответ, Дабор-Лэш запустил систему тестирования. Он прекрасно понимал, что незваный гость мог оставить сюрпризы гораздо более опасные, нежели маленький сломанный робот.
        Овальное помещение с обтекаемой белоснежной мебелью наполнилось голубоватым светом, струящимся с полусферы потолка. Погруженная в ультрамарин каюта приобрела неестественные загадочные очертания, как и внешность нависшего над круглым столом мужчины. Он, не снимая плаща и очков, занимался ремонтом краба. Причудливые инструменты, чем-то похожие на отвертки и скальпели, сверкали в его руках словно атрибуты хирургической операционной. Дабор-Лэш молча разбирал неподвижно лежащего робота, а бортовой компьютер продолжал методично проверять исправность всех систем.
        Тихий гудок разнесся по кораблю, нарушая повисшую тишину. Холодные сине-зеленые глаза устремили свой взгляд на экран, где вспыхнула яркая надпись вызова. Скудные личные данные того, кто желал выйти на связь, ни о чем не говорили Дабор-Лэшу, однако частота, на которой происходила передача сигнала, была доступна лишь жителям конфедерации.
        "А вот и визитер…" - мелькнуло в его голове.
        Нажав несколько мелодичных клавиш, хозяин ответил на вызов. Во весь настенный экран немалого размера появилась довольная физиономия трехпалого мужчины в клетчатом пиджаке. Окинув цепким взглядом интерьер за его спиной, на котором, точно клейма, были прицеплены отличительные знаки межгалактической полиции, Дабор-Лэш понял, с кем имеет дело. И это открытие его не сильно обрадовало. Внешне он оставался спокойным, но внутри него, как разгорающийся костер, возникла тщательно скрываемая злость. Продолжая ремонтировать краба, мужчина молчал.
        - Не ожидал встретить в этом диком секторе Вселенной представителя Фито, - проговорил Склеф, улыбаясь во весь свой огромный рот. - Извини, пришлось вскрыть твой кораблик.
        Дабор-Лэш поднял голову, потом снял темные очки и холодно посмотрел на полицейского.
        - Зачем было трогать робота? - спросил он, разрезанные черными вертикальными зрачками глаза его выглядели зловеще.
        - Эта железка мешала мне изучать собранные тобой материалы, - широкая улыбка собеседника превратилась в ухмылку, от которой веяло чем-то неприятным. - Ты ведь понимаешь, мне было необходимо узнать причину твоего здесь присутствия. Я ведь служитель порядка…
        - Вторжение в личную собственность гражданина конфедерации без соответствующих санкций является незаконным, - парировал Дабор-Лэш, откручивая то, что осталось от правой клешни краба.
        - В период чрезвычайного положения, да еще и на территории звездной системы, неподвластной совету девяти? - он усмехнулся. - На этой отсталой планете я царь и бог, потому что за мной закон и армия, - кровавый огонь торжественно сверкнул в его сузившихся глазах. - Ты понимаешь, о чем я? - то ли угрожающим, то ли доверительным тоном произнес Склеф. - Это задание конфедерации.
        - Копаться в моих вещах? - отложив в сторону раздробленную клешню, спросил фиторианец.
        - Да, - полицейский довольно осклабился. - Особенно когда находишь в них небольшие разногласия с правилами, принятыми в конфедерации. Вмешательство в жизнь чужой планеты… за это можно получить довольно приличный тюремный срок. Ты когда-нибудь был на Ланкоу? - Склеф оживился. - Я там долгое время служил… чудненькое местечко, столько всякой швали, уверен, тебе понравится.
        Стиснув зубы, Дабор-Лэш приступил ко второй клешне. Его каменное лицо не выражало никаких эмоций, лишь сине-зеленый блеск в глазах, казалось, мог заморозить любого, будь тот достаточно близко. Но, к сожалению, беспринципный полицейский находился слишком далеко…
        - Не думаю, - сухо ответил фиторианец.
        - Хм… - Склеф почесал свой узкий чешуйчатый лоб, - я нашел в твоем компьютере кое-что интересное.
        Дабор-Лэш бросил в сторону монитора быстрый взгляд, но тут же снова перевел его на разложенные по столу детали, некогда служившие частями металлического краба.
        - Информацию об одном таинственном господине, использующем пиратское топливо, - продолжал полицейский, став задумчивым. - Ты знаешь, кто он на самом деле?
        - Нет.
        - О! - собеседник округлил глаза, предвкушая значимость своих дальнейших слов. - Я установил его личность по своим каналам. Этот тип очень опасный межгалактический преступник. Мы давно наблюдаем за ним, но он просто виртуоз в темных делишках. Никаких следов, никаких улик, никаких зацепок. Мастер своего дела. Он прикрывается именем известного изобретателя космических кораблей. Этот мерзавец умудрился купить три планеты, целых три планеты! Его махинации невозможно проследить, но теперь… - Склеф победно потер свои трехпалые ладони друг о друга. - Теперь, благодаря собранной тобой информации, у нас есть повод арестовать его.
        - И? - Дабор-Лэш выжидающе смотрел на экран.
        - И я, конечно, смогу закрыть глаза на твои правонарушения… на этот остров, где ты обосновался. Я просто забуду о том, что мы с тобой встречались, если… - он выразительно улыбнулся, сделав паузу.
        - Если?
        - Если ты разыщешь для меня Стикса.
        - А кастеркорты? Они нынче не интересуют межгалактическую полицию? - В глубине сине-зеленых глаз собеседника горел странный огонь.
        - Межгалактическую полицию интересует более крупная рыба, - ответил Склеф, - достань мне ее, и я не стану заводить на тебя дело. Ровно через три дня в это самое время я буду ждать тебя на своем корабле с отчетом. Есть такое место на этой планете, - подлая ухмылка скривила его рот. - Называется Антарктида. Я пришлю тебе точные координаты, вы, фиторианцы, как мне известно, большие поклонники точности.
        Закончив фразу, Склеф отключился. Его изображение погасло, и в корабле-призраке вновь воцарилась тишина. Дабор-Лэш почти физически ощутил, насколько она приятна его слуху.
        - Все системы в порядке, - отчитался компьютер, закончив тестирование.
        - Изобретатель, значит… - задумчиво проговорил Дабор-Лэш, ни к кому не обращаясь. - Прекрасно.
        Он ввел необходимый для запуска двигателей код и вновь занялся ремонтом единственного дорогого ему существа, которого существом и назвать-то было нельзя. Так… груда металла да компьютерная программа внутри. Такова была истинная сущность сломанного краба.
        ГЛАВА 20"МАРСИАНЕ АТАКУЮТ!"
        Белое цилиндрическое помещение изобиловало встроенными в стены экранами, чем-то напоминавшими соты. Все они работали, отражая телепередачи Земли. С разных сторон летели взволнованные речи журналистов, ведущих ученых и случайных очевидцев. Множество языков, сливаясь воедино, напоминали гудение пчелиного роя. Картинки менялись одна за другой, на экранах то и дело возникали огромные металлические треноги, в которые трансформировались те самые "миролюбивые" тарелки, что некоторое время назад повисли над крупными земными городами. Обезумевшие от паники люди метались по полуразрушенным улицам, другие пытались отстреливаться, но большинство из них неизбежно падало замертво, умываясь собственной кровью. Инопланетяне использовали особое изощренное оружие. Без единого выстрела они убивали несчастных горожан, шествуя на своих уродливых кораблях по улицам и сметая все, что попадалось на пути, будь то брошенные автомобили, ларьки, части домов или деревья. Возникшая давка многократно умножала жертвы, люди нелепо гибли, идя на поводу у собственного ужаса. С экранов звучали слова президентов, призывы к
организованной эвакуации, гневные речи военных и все это было крепко приправлено слезами и криками тех, кто пока еще был жив.
        Медленно поворачиваясь в большом белом кресле, стоящем посреди информационного центра корабля-призрака, Дабор-Лэш попивал кофе. Тонкая струйка пара тянулась вверх, приятный аромат наполнял комнату, а невозмутимый хозяин переводил задумчивый взгляд с одного экрана на другой, и так по кругу. Иногда он нажимал одну из кнопок прозрачного пульта, увеличивая тем самым громкость заинтересовавшей его передачи. Потом снова начинал медленно вращаться вместе с креслом, наслаждаясь вкусом свежезаваренного напитка.
        Положив свой космический корабль в дрейф неподалеку от Луны, Дабор-Лэш наблюдал за происходящими на Земле событиями посредством телевидения. Кастеркорты даже не удосужились уничтожить спутники, они в лучших традициях тупых вояк пытались наполнить свои пустующие запасы топлива новыми жертвами, их-то на этой планете было предостаточно.
        Дабор-Лэш в очередной раз надавил на миниатюрную кнопку пульта, увеличив громкость одного из экранов.
        - Предсказания Герберта Уэлса сбылись! - рапортовал по-английски упакованный в погоны господин, размахивая винтовкой. - Марсиане атакуют!!!
        Отпив глоток горячего кофе, молчаливый зритель обратил свой сине-зеленый взор на противоположный ряд экранов, прибавив звук верхнему из них. Из-под самого потолка донеслась сдержанная немецкая речь:
        - Целых четыре треноги сосредоточились в этом городе; по данным нашей съемочной группы, все они сейчас находятся в его историческом центре. Военные готовы нанести ответный удар. Возможно они применят ракету с ядерной боеголовкой.
        Бровь Дабор-Лэша изогнулась в удивлении, на губах его возникла снисходительная улыбка.
        - Не будут же они стрелять по своим соотечественникам? - проговорил он тихо и вновь потянулся к кружке, но так и не донес ее до рта. Ярко-оранжевое облако, заполнившее задний фон за спиной журналиста, красноречиво говорило об обратном. - Так они угробят собственную планету без посторонней помощи, - мрачно заключил фиторианец.
        Он поднялся с кресла и вышел из комнаты мелькающих экранов. В голове его, как тревожный гонг, звучала одна единственная мысль. Дабор-Лэш не медлил ни секунды. Дойдя до каюты управления, он отдал приказ кораблю просканировать окружающее пространство на предмет обнаружения межгалактического корабля. Получивший команду сканер послушно приступил к выполнению своих обязанностей, сообщив об этом тихой мелодией, отдаленно напоминающей шелест листвы. Не прошло и минуты, прежде чем эта приятная слуху Дабор-Лэша музыка разорвалась громким треском, перешедшим в короткий пронзительный вой.
        - Так быстро? - фиторианец обернулся, удивленно глядя на монитор, по которому плыли слова корабельного отчета.
        Он подошел ближе и, нажав несколько клавиш, начал постепенно увеличивать крошечное изображение найденного судна и местности, где оно было замечено.
        - Луна? - сине-зеленые глаза сузились. - Любопытно.
        Внезапно монитор заполнился покрывалом из белоснежных символов, скрывших изображение. Это был отчет о модели корабля. И чем дольше Дабор-Лэш читал его, тем загадочнее становилось выражение его лица.
        - Какой же Вы все-таки идиот, господин Ван Дер Векен, - проговорил он, качая головой.
        Двери тихо отворились, пропуская внутрь потерявшего хозяина краба. Он выглядел потрепанным, залатанные на панцире трещины и собранные из другого материала клешни напоминали о его недавних злоключениях, но в целом маленький робот двигался вполне исправно. Его круглые внимательные глаза вращались, осматривая высокую мужскую фигуру, застывшую возле монитора.
        - Иди сюда, малыш, - Дабор-Лэш улыбнулся ему. - У нас впереди очень много дел.
        Быстро перебирая тонкими ножками, краб заспешил к нему, боком пересекая разделяющее их пространство.
        ГЛАВА 21ЦИЛИНДРЫ С ТОПЛИВОМ
        Женя молча стояла и смотрела на то, как несколько рабочих роботов, сильно смахивающих на металлических пауков, шныряют по челночному отсеку, перевозя на своих плоских спинах маленькие герметичные цилиндры. На ней был надет новый костюм. Она собрала его из разных моделей одежды, захваченных Стиксом с Кае. Получилось что-то среднее между вечерним платьем и походным костюмом. Длинные лосины обтягивали ее ноги, утопая в узких блестящих сапогах с золотистыми бляшками и высокими каблуками. Эластичное черное платье доходило почти до пят, но, благодаря высоким боковым разрезам, оно не стесняло движений. Поверх всего этого девушка натянула жилетку, обнаружив в ней несколько вполне вместительных карманов. Единственное, что ее интересовало в выборе вещей - это удобство. Его она достигла, если не считать каблуков, но среди ее нового гардероба более подходящей обуви, увы, не было. Вся одежда, взятая с Земли, стала добычей пиратов, и в тайне Женя надеялась вернуть ее вместе с похищенными коробочками. Ну или хотя бы купить новую после того, как вопрос с кастеркортами разрешится и на ее родной планете воцарится
мир. Мир… Она не хотела даже думать об обратном, мысленно убеждая себя в том, что ее спутник сможет разрешить ситуацию и спасти людей. Ведь он говорил, что "Кае10" оснащен, как военный корабль…
        - Что они грузят? - Женя вопросительно посмотрела на стоящего возле катера Стикса. - Оружие?
        - Нет, топливо, - его тонкие губы тронула мягкая улыбка.
        Одетый в фиолетовую форму с золотой отделкой, он олицетворял в ее понимании образ настоящего небесного капитана. Высокий, красивый, уверенный в себе… Что для него какая-то горстка зеленых уродцев во главе с вездесущей Энни? Вот только как он намерен разбираться с ними без оружия и намерен ли он делать это вообще? От подобных мыслей тонкие брови девушки съехались на переносице, а большие темные глаза мрачно сверкнули.
        - А где оружие? - спросила она осторожно.
        - Уже в катере.
        - Но ты его туда не загружал, - в ее голосе звучала подозрительность.
        - Конечно. Потому что оно уже там.
        - Где?
        - Вон та маленькая пушка в носовой части. Видишь?
        - Что?! - Женя побелела от подобной новости. - И ты хочешь вот этой штуковиной уничтожить огромный пиратский корабль?
        - Я не собираюсь его уничтожать, - спокойно пояснил Стикс, подойдя ближе. - Я просто хочу выменять у Эн мое оборудование и дорогие тебе коробочки. Для этого мне нужно топливо, - он чуть приподнял ее маленький острый подбородок и заглянул в глаза, там рождалась буря.
        - Сколько времени эти монстры на Земле? Что они натворили за этот период? Они охотятся на население моей планеты, а ты всего-навсего желаешь вернуть свои шмотки? - отступив назад, процедила собеседница.
        - И еще коробочки… - напомнил он, но Женя не слушала, она продолжала свою гневную речь:
        - Подобное уже произошло однажды с твоими соотечественниками. Неужели теперь ты собираешься спокойно наблюдать, как эти зеленые звери будут убивать людей? Они же всех уничтожат. Всех!
        - Нет, ангел мой, - Стикс снова подошел ближе. - На мою планету наведалась целая флотилия, им не составило труда захватить в топливные контейнеры жителей одного единственного континента. Здесь же мы имеем дело с разведывательным кораблем. Запас пустых электронных носителей на нем не больше миллиона. А что такое миллион для нескольких миллиардов?
        - Миллион?! - Женя скисла. - Это так много.
        - Сейчас мы полетим, разведаем обстановку и сделаем все, что будет в наших силах, - успокоил он ее, притянув к себе.
        Она вздохнула, уткнувшись носом в его грудь:
        - Поскорей бы.
        Длинная цепочка паукообразных роботов загрузила в большой двухместный катер оставшиеся цилиндры, после чего ровным строем покинула челночный отсек. Вскоре от поверхности Луны медленно отделилась маленькая черная точка и плавно поплыла в направлении Земли.
        Наблюдая на своем овальном мониторе за траекторией полета межгалактического катера модели "Кае 2", Дабор-Лэш молча пил девятую кружку кофе и задумчиво улыбался.
        ГЛАВА 22НОВЫЙ СПОСОБ
        Стикс настроил вмонтированный в панель управления приемник, и в кабину ворвались громкие голоса осажденной Земли. Менялись частоты, языки… но все они вещали об одном и том же. Шел второй день войны с инопланетянами. Японский, французский, английский… Женя ничего не понимала, она сидела в кресле рядом с пилотом и сжимала до боли свои стиснутые в замок руки, глаза ее горели любопытством, в самой глубине которого таился страх. Девушка боялась услышать плохие новости. Она неотрывно смотрела на сосредоточенное лицо Стикса, пытаясь по его выражению уловить смысл прослушиваемых фрагментов из радиопередач. Когда он усмехнулся, Женя оживилась.
        - Что там? - спросила она. - Что происходит? Пираты уже начали атаку?
        - Да, вчера, - его бледные губы загадочно улыбались. - Но твои соотечественники оказались гораздо находчивее, чем я думал.
        - То есть? - она затаила дыхание, ожидая ответа.
        - Они изобрели новый способ борьбы с пиратскими треногами, в очередной раз подтвердив истину о том, что все гениальное просто.
        - Можно подробнее? - сказала Женя, глядя на него.
        - Вчера был самый тяжелый день, - начал Стикс издалека. - Паника, давка, ощущение полной безысходности… Пиратский десант даже не утруждал себя использованием оружия против обезумевших от страха людей, он просто собирал в коробочки тех, кто не успел вовремя скрыться.
        - Это ужасно, - сердце девушки сжалось от рисуемых воображением картин.
        - Нда, ужасно. Но это было вчера, - он накрыл ее ладони своей рукой и чуть сжал их, затем продолжил ободряющим тоном: - А сегодня земляне передают на всех языках инструкции по уничтожению инопланетных захватчиков. Пиратская техника имеет прочную броню, ей не страшен огонь, даже атомным оружием ее сложно повредить, чего, как выяснилось, нельзя сказать о воде. В то время, как межгалактическая полиция использует мощное и соответственно ужасно дорогое лучевое оружие для истребления кастеркортов, твои сограждане попросту устраивают им смертоносное купание. Видимо, сухопутные модели треног не предназначены для водных процедур. Пираты - кочующая в космосе раса, на их гигантских летающих станциях нет ни рек, ни морей. Возможно поэтому у толстой, практически непробиваемой брони остался незамеченным крошечный изъян. Его-то на Земле и обнаружили. Один отчаянный крановщик умудрился завалить неприятеля в озеро. Тренога несколько раз дернулась и затихла, сложившись на дне.
        - Но как это работает?
        - Подозреваю, что короткое замыкание. Промахи конструкции, только и всего. Хотя, не видя, трудно определить точно…
        - И сколько у пиратов этих штуковин? - Женя была задумчива, с одной стороны, ее порадовала новость, с другой… война есть война, и число невинных жертв все еще продолжает увеличиваться.
        - Пара тысяч, наверное, - пожал плечами Стикс. - Может, чуть меньше.
        - И они могут стрелять?
        - Да.
        - О, нет, - поднявшееся было настроение вновь сползло на минусовую отметку. - Земле конец.
        - Я так не думаю, - Стикс потянулся к приемнику. - Вот послушай, они неплохо справляются.
        В кабину ворвалась громкая немецкая речь.
        - Я не понимаю, - тихо проговорила девушка, грустно взглянув на него.
        - Сейчас, сейчас… - он продолжал менять настройки, пока не нашел передачу на русском языке.
        Звонкий женский голос с энтузиазмом сообщал о подвиге водителя камаза, который на полной скорости врезался в одну из ног инопланетной "тарелки", и та, не удержав равновесия, рухнула с набережной в Неву. Дальше шел длинный поток хвалебных слов, общий смысл которых сводился к восхвалению победы погибшего героя и клятвенным обещаниям помнить его имя вечно.
        Стикс снова поменял частоту, на этот раз из приемника донеслись распоряжения о правилах безопасности, которые следует соблюдать всем без исключения. Стрелять из охотничьих ружей по ненавистному врагу не рекомендовалось, как, впрочем, нежелательным было и заливание треног бензином, с последующими попытками поджигания. Людям предлагалось покинуть большие населенные пункты и укрыться в лесах или, по возможности, в скалах. Если уход из города невозможен, жителей просили спрятаться в подвалах или других закрытых помещениях и, главное, ни в коем случае не выходить на улицы, где были замечены инопланетные "визитеры".
        - Но вода ведь есть не везде, - подумала вслух Женя, слушая радио.
        - Пожарники, самолеты… у тебя изобретательные соотечественники, - отозвался Стикс, вновь меняя частоту вещания.
        Голос ведущей изобиловал яркими интонациями и резкими переливами. Женя с отстраненным выражением лица слушала чуждую ей музыку китайского языка, в то время как Стикс настраивал сканер.
        - Что ты делаешь? - спросила она наконец.
        - Собираюсь разыскать Энни.
        - Но как?
        - На моем корабле, который захватили пираты, есть маячок. Не думаю, что они его обнаружили. Так что… - словно в подтверждение его слов на небольшом квадратном мониторе возникла яркая белая точка. - Так что вот, - он улыбнулся. - Осталось только выйти с ней на связь и обсудить условия сделки.
        ГЛАВА 23ПЛИНК И БЛИНК
        Два обкуренных в хлам пирата сидели, развалившись в креслах, напротив большого пульта, кнопки которого были потертыми от частых нажатий. Несколько квадратных мониторов в толстых металлических рамах отражали разные картины. На одном была видна местность, по которой победно шествовала огромная тренога, три других, точно зеркала бокового и заднего вида, показывали то, что происходило вокруг. А четвертый, самый большой, демонстрировал эпизоды виртуальной игры, которой был занят более крупный по размерам кастеркорт. Обложившись едой, он с азартом вращал джойстик, давя при этом на кнопки. Время от времени его огромная ладонь нащупывала разложенные по пульту бутерброды и запихивала их целиком в рот. Блинк любил сытно поесть без отрыва от работы.
        Его напарник Плинк выглядел более подтянутым и стройным, если не считать расплывшейся, лопоухой физиономии, которая от обилия прыщей имела грязно-зеленый цвет. Он с неменьшим азартом нажимал на расположенные перед его носом кнопки, управляя треногой. Из руки его торчала длинная тонкая сигарета, голубоватый дым которой плотной завесой наполнял и без того прокуренное помещение. В кабине пахло наркотиками, едой и чем-то еще, резким и неприятным, но привычные к этим запахам пилоты не обращали на них ни малейшего внимания, чувствуя себя в прямом смысле слова, как в своей тарелке.
        Двигаясь по улицам, обочины которых были забиты многоэтажными домами, тренога казалась не такой уж и гигантской. Сбивая, точно пьяный футболист, фонари, клумбы, небольшие торговые лавки и растущие вдоль тротуара деревья, она шагала вперед, собирая в контейнеры немногочисленных людей, которые на свою беду не успели спрятаться.
        - Что-то слабый улов нынче, - сообщил Плинк на своем булькающем языке и затянулся очередной сигаретой, голубой огонек которой тускло мерцал в полной дыма кабине.
        - У меня тоже, - отозвался Блинк, жадно поглощая очередной бутерброд, его горящий взгляд был прикован к шестилапым монстрам, строившим оборонительные укрепления на мониторе. - Ааааа, - завопил пират и принялся истерически трясти несчастный джойстик. - Замочу гадов!!!
        Бросив завистливый взгляд на приятеля, прыщавый кастеркорт вздохнул:
        - Давай скорее, толстяк, я тоже хочу поиграть.
        Блинк, бурно демонстрируя эмоции, продолжал свою виртуальную битву, не обращая внимания на сказанные ему слова.
        - Смотри, смотри, как я их сейчас! Гы… - рычал он, продолжая сражение. - Вот они, вот… еще набежали, эх… уроды проклятые! Гыгыгы… - толпы монстров валились на рыхлую коричневую землю и тут же испарялись. - Глянь, еще толпа… - комментировал пират, мастерски орудуя джойстиком.
        Оторвав взор от соседнего монитора, Плинк посмотрел на свой. Лицо его вытянулось, а руки непроизвольно зависли над пультом.
        - Во дела… у меня тоже, - протянул он, присвистнув.
        - Смотри, они тащат с собой каких-то роботов, - рявкнул полностью поглощенный игрой кастеркорт.
        - Ага, - отозвался Плинк, - у меня тоже…
        Его зеленые пальцы забегали по кнопкам, запуская ускоренный режим для робота, который отвечал за наполнение пустых топливных контейнеров и соответственно менял их на новые по мере надобности. Четыре монитора отражали странные метаморфозы, происходящие с некогда пустой улицей большого города. Со всех сторон текли живые реки из аборигенов и их, как понял сообразительный пират, примитивных роботов. На самом деле это были пожарные машины, стройные ряды которых утопали в полных решимости горожанах. Черные волосы их развевались на ветру, глаза горели праведным гневом, а на лицах играли злорадные ухмылки. Маленькие и юркие, китайцы действовали как одна команда. Они окружили мощные лапы ненавистной треноги, стремясь добраться выше. Толстые тросы с железными крюками опутывали сетью вражеский корабль.
        Робот едва успевал менять контейнеры, которые заполнялись с невероятной быстротой. Мертвые тела отважных жителей падали вниз, разбиваясь о землю, но никто не обращал на это внимания. Люди продолжали штурм проклятого захватчика, всем своим видом демонстрируя непоколебимость намерений. Сверху послышался гул подлетающих вертолетов. И тут началось…
        - Эти твари используют против меня какое-то непонятное оружие, - недовольно заявил Блинк, пялясь в монитор.
        - Эти тоже, - сказал собеседник, засунув в рот сразу две недокуренные сигареты.
        - Что? - приятель повернул к нему голову.
        - Смотри, - пробубнил Плинк в изумлении, указал пальцем на один из мониторов и замер в такой позе. Белая густая пена растекалась по экрану, нарушая видимость.
        - Гы, гы… Похоже на сперму, - заключил Блинк, приглядевшись. - Или на взбитый пудинг, - добавил он, чуть подумав.
        - Они продолжают заливать чем0то камеры, - прыщавый пилот нахмурился, он пыхтел как паровоз, втягивая в себя наркотический дым сигарет.
        - Ага, - собеседник закивал своей крупной полулысой головой, по бокам которой торчали маленькие высоко посаженные ушки. - У тебя, пожалуй, игра поинтереснее, - довольно ухмыляясь, заключил он. - Дай пострелять, топливных контейнеров на всех не хватит.
        Толстая пиратская рука потянулась к нужной кнопке, и в тот же миг тренога разразилась пронзительными зелеными лучами, которые сметали все, до чего касались. Громкие взрывы гремели вокруг, олицетворяя собой смертельные фейерверки, в ярких огнях которых гибли люди, рушились стены домов, разлетались в щепки брошенные на обочинах автомобили.
        - Гы-гы-гы, - радостно ржал огромный кастеркорт, наслаждаясь звуками войны. - Ща мы их замочим! Крутая игра… - он нашарил на засыпанном крошками пульте недокуренный "чинарик" и, зажав его в зубах, рявкнул: - Дайка огоньку, онанист прыщавый. Смотри, как профи работает! Гыыы…
        Одна из пожарных машин, в которую угодил луч, подпрыгнула и, сделав двойное сальто в воздухе, снова встала на колеса. Ее тут же облепили одетые в униформу пожарные. Из направленных на треногу шлангов вырывались белые фонтаны пены, которая, достигая цели, заливала инопланетное судно, как праздничный торт. То же самое и с не меньшим увлечением делали еще несколько десятков точно таких же машин, стоящих рядом.
        - Все экраны в сперме, - укоризненно качая головой, сообщил оттесненный от пульта Плинк. - То есть в пудинге.
        - Дааа, - протянул его собеседник, продолжая жать на кнопку, но теперь выстрелы производились вслепую, так как пилоты ничего не видели, кроме густой пузырящейся массы, растекающейся по мониторам. - Прекрати качать корабль, - недовольно прорычал он, пытаясь вытереть экран кулаком.
        - Это не я, - ответил лопоухий кастеркорт, мотая головой в такт качки.
        - А кто?
        - Понятия не имею, может, мы слишком много выкурили?
        Внезапно все вокруг завертелось. Пиратов выкинуло из кресел и припечатало к стенке, накрыв сверху остатками недоеденных бутербродов. Кнопки на пульте истерично мигали, белые экраны почернели, озарившись короткими надписями, которые судорожно пульсировали, вспыхивая красным.
        - Что там написано? - простонал Блинк из положения вверх ногами, голова его лежала на полу, а толстое зеленое тело, точно яичница по сковороде, распласталось по гладкой поверхности стены. Скрюченные ноги нависали над лицом, а руки безвольно раскинулись по полу.
        - Сам прочитай, - крякнул Плинк, пытаясь вправить плечо; в отличие от приятеля, он, точно бесформенная масса, стек со стены на пол и даже умудрился сесть.
        - Я не умею, - ответил пират, продолжая оставаться в той же позе.
        - А как же ты управляешь кораблями?
        - Как и все, просто жму на кнопки, - Блинк попытался пошевелиться, но не смог.
        - Там написано, - кастеркорт наморщил свой прыщавый лоб, силясь прочитать тревожно горящую надпись. - Написано… Что нас с тобой только что поимели.
        Глаза пиратов встретились, на лицах их отразилось удивление. Громкий взрыв превратил содержимое треноги вместе с ее экипажем в обгорелый мусор. Смертоносные лучи больше не угрожали толпам китайцев, которые гордо шествовали за колоннами оснащенных тросами машин к ближайшей реке, где планировалось для пущей уверенности торжественно утопить побежденных инопланетян.
        ГЛАВА 24ПЕРЕГОВОРЫ
        Женя сосредоточенно смотрела на серый квадратный монитор, который, точно зеркало, отражал ее задумчивое лицо.
        - Ты не боишься, что земные военные запеленгуют твой сигнал? - спросила она, не отрывая глаз от интересующего ее предмета.
        - Нет, - ответил Стикс, попеременно нажимая то одну, то другую клавишу на большом пульте, расположенном под его руками. - Этот канал связи популярен в конфедерации, на Земле он пока не изучен. Так что нам с тобой, милая, ничего не грозит.
        - А пираты? - собеседница не унималась. - Ты ведь пытаешься связаться с их кораблем, разве это не опасно?
        - Во-первых, пираты плохо знают межгалактический язык, если вообще его знают, - ответил он, мягко улыбаясь ей. - Во-вторых, корабль наверняка давно захвачен Энни, а это значит, что любой вызов не пройдет незамеченным ею. Что, собственно, мне и нужно.
        Три длинных гудка ознаменовали окончание ввода необходимого для связи кода. Женя подняла голову и вопросительно посмотрела на Стикса.
        - Похоже на телефон, - проговорила она, часто моргая.
        - Почти, - его тонкие губы продолжали улыбаться, а в глубине серых глаз горел теплый огонек, последнее время он горел там постоянно, как прописавшийся навечно квартирант.
        На сером экране отразилась яркая зеленая вспышка, которая тут же начала расплываться по его поверхности, словно клякса. Наконец она приняла знакомые очертания красивого женского лица. Длинные ресницы удивленно вспорхнули, а четко очерченные помадой губы поспешно произнесли:
        - Минуточку, я сейчас.
        И снова бесформенная зелень завладела экраном.
        - Видеофон, - заключила Женя.
        - Почти, - Стикс любовался ее уставшим лицом, обращенными на монитор глазами, он наслаждался каждым мгновением, проведенным рядом с этой удивительной женщиной. Ни когда раньше ему не доводилось чувствовать подобное.
        - Ну вот и я! - радостно сообщила Эн, прервав ход его мыслей. Ее изумрудная физиономия с толстым слоем косметики вновь отразилась на экране, заняв его практически целиком. - Извини, нужно было устроить экипажу небольшую иллюминацию, чтобы нам никто не помешал общаться. Зачем мне лишние вопросы. Кастеркорты… ты же знаешь, они такие глупые и грубые, и…
        - Понятно, Энни, - прервал ее обличительную речь Стикс. - Твои глупые и грубые приятели украли принадлежащие мне вещи. Я хотел бы их вернуть.
        - Что, корабль?! - голубые глаза ее расширились в ужасе. - Да он похож на груду мусора. Прости, я не сумела его сберечь, пираты такие упрямые, такие твердолобые…
        - Капсулы и топливные контейнеры, - голос его звучал спокойно, даже чуть устало. - Вряд ли они стали их ломать. Особенно второе. Ну а что касается первого… в любом случае прибор для создания тел не функционирует без ключа. А он есть только у меня, - Стикс поднял руку с часами, бросив на них выразительный взгляд. - Так что я хочу забрать свои капсулы или то, что от них осталось. И еще шахматы.
        - Ох, - Эн состроила очень удрученную мину на своем миловидном лице. - Прости, дорогой, но эти тупые пираты их сломали. Понимаешь… - она грустно вздохнула. - Они почему-то решили, что фигуры должны двигаться по доске сами, как в компьютерной игре, ну и… в поисках включающей механизм кнопки эти варвары разломали все шахматы. Мне так жаль, так жаль… Я старалась убедить их не трогать твое имущество, но они такие твердолобые, такие…
        - …упрямые, - закончил ее фразу Стикс.
        - Точно, - согласилась собеседница, с готовностью кивнув. - Ах, как же я рада тебя видеть! Не могу поверить, что тебе удалось выжить в том кошмаре. А кстати, как тебе это удалось? - глаза ее сузились, ярко сверкнув.
        - Судьба была ко мне благосклонна, - уклончиво ответил он. - Так что мы будем делать с моим имуществом?
        - Видишь ли, дорогой, - замялась Энни, кокетливо поглаживая свой гладко выбритый висок. - Я, конечно, с радостью отдала бы тебе то, что требуется, но кастеркорты… они такие… такие… Одним словом, боюсь, что ничего не получится. Но я рада, очень рада была снова тебя увидеть. Вот так.
        - Понятно, - Стикс сидел в кресле, положив руки на его большие жесткие подлокотники, и задумчиво смотрел на изображение изумрудной собеседницы. - Вот только есть одна маленькая деталь…
        - Какая же? - Эн насторожилась.
        - Я не сомневаюсь в твоих незаурядных способностях по захвату чужих кораблей, но на этот раз… ты уверена, что сделала верную ставку, дорогая? - глаза его были прищурены, губы чуть заметно улыбались. Весь внешний вид Стикса говорил о том, что ему известно нечто, чего не знает она, и это самое нечто вызывало в ней беспокойство.
        - Что ты имеешь в виду?
        - Только то, что управлять пиратским кораблем в последнее время - весьма опасное занятие. Сама посуди, один межгалактический преступник пытается скрыться на корабле других межгалактических преступников. И каковы, по-твоему, шансы? Ты слишком много времени провела на Земле, Энни. Конфедерация изменилась. Боюсь, что знание системы коридоров не сможет спасать твою шкуру вечно. Рано или поздно ты станешь жертвой полицейского рейда или атаки отряда быстрого реагирования.
        - Каковы твои предложения? - чуть прикусив нижнюю губу, спросила она.
        - Мое обещание по-прежнему в силе. Пусть корабль, который я намерен тебе дать, старый, зато он вполне законный.
        - Ладно, - Эн ослепительно улыбнулась. - Я загляну на твою планету, когда заберу свои вещи. Там и получишь свои капсулы и топливные контейнеры. Только разбираться в них сам будешь, здесь целая гора подобных штуковин. Прости, но я по внешнему виду не могу определить, которые из них твои.
        - Дорогая… - Стикс бросил быстрый взгляд на молчаливо сидящую рядом Женю, ее пальцы были сжаты до бела, а в черных глазах бушевала невысказанная ярость. Энни не могла знать о присутствии девушки, так как та находилась вне зоны видимости камеры, изображение которой транслировалось на мониторы пиратского корабля. Однако Стикс видел ее прекрасно, и подобное настроение Жени вовсе не радовало его. - У меня к тебе более выгодное предложение. Я обменяю мое имущество на настоящее топливо. Оно гораздо более эффективно, чем пиратское. Корабли такого класса как тот, в котором ты сейчас, вполне могут работать на распространенном в галактиках топливе, просто пиратам его запрещено продавать.
        - Хм, - она на мгновение задумалась, потом беззаботно промурлыкала, глядя на собеседника невинными голубыми глазами. - Жду тебя с утра, дорогой. У нас тут ночь… не самое лучшее время для осуществления сделки. А когда рассветет, прилетай. Буду счастлива снова тебя узреть, ты знаешь… я ведь так скучала, так скучала по тебе.
        Женя, слушая ее вдохновенную речь, сильнее стиснула пальцы, на бледных скулах ее играли желваки, а губы беззвучно шевелились. Ей очень хотелось сказать все, что она думает об этой зеленой стерве, подставившей землян под уничтожение лишь для того, чтобы забрать свои пожитки. Но, несмотря на подобное желание, она молчала, боясь испортить выбранную Стиксом тактику переговоров.
        - И еще, - продолжала тараторить Эн, - поставь свой корабль при посадке метрах в ста от моего, чтобы я его видела. Раса Энай многое вытерпела на своем веку, так что перестраховка не повредит. Ты же понимаешь? - голубые глаза кокетливо моргали, а накрашенные губы изумрудной красавицы сладко улыбались.
        - Понимаю, - собеседник кивнул. - До встречи утром.
        Он отключил монитор, и тот вновь сменил цвет, превратившись из зеленого в серый.
        - Ну же, - ласково коснувшись плеча своей спутницы, проговорил Стикс. - Не надо нервничать, ангел мой.
        Женя мрачно усмехнулась, все еще находясь под впечатлением прослушанного разговора.
        - Ангел мечтает о маленькой войне, - сказала она, выразительно посмотрев на него. - Сколько осталось до Земли?
        - В минутах или километрах?
        - В минутах.
        - Минут пятнадцать, - он посмотрел на темно-синий циферблат и добавил. - Семнадцать, если быть точнее.
        - Много, - пробормотала девушка себе под нос. - Жду не дождусь момента, когда мы сможем уничтожить хоть одну пиратскую треногу. А лучше не одну, а всех, - она смотрела перед собой и говорила, ни к кому не обращаясь. Создавалось впечатление, что эта гневная речь - мысли вслух. Мысли, которыми была забита ее голова.
        Стикс нажал несколько клавиш, затем еще и еще… подкорректировал настройки, и серый квадратный экран, вмонтированный в панель управления, вновь вспыхнул. Тысячи ярких точек озарили его поверхность.
        - Что это? - Женя непонимающе посмотрела на своего спутника.
        - Карта Земли.
        Она пригляделась внимательнее, ища в неровных, схематичных очертаниях знакомые силуэты материков.
        - А огоньки? - спросила девушка после недолгой паузы.
        - Треноги кастеркортов. Конечно, сканер дает некоторую погрешность, но в целом…
        - О-о, - Женя охнула. - Сколько же нам понадобится времени, чтобы всех их уничтожить?
        - Ну… не знаю, как насчет всех, - он указал на несколько потускневших точек, сменивших цвет. - Вот эти, например, только что погибли от рук твоих соотечественников. Пираты передают сообщения на определенной частоте, я настроил на нее сканер. А время… до восхода солнца в пустыне, где приземлился пиратский корабль, еще восемь часов.
        - Смотри, - лицо собеседницы озарилось довольной улыбкой. - Они гаснут, - она указала еще на несколько сменивших цвет огоньков, и еще… Глаза ее сияли, от мрачности, гостившей в них, не осталось и следа. Наблюдая за достижениями землян, девушка чувствовала, как растет в ее сердце чувство гордости за людей, она была счастлива осознавать, что когда-то родилась на этой планете и прожила здесь целых 25 лет.
        - Я же говорил, что они неплохо справляются, - отозвался Стикс, возвращаясь к своим делам.
        Катер летел вперед с огромной скоростью, постепенно приближаясь к бело-голубому шару, который, вопреки происходящим на нем событиям, выглядел таким прекрасным и без мятежным, что захватывало дух.
        ГЛАВА 25СТРАННЫЕ ВЗРЫВЫ
        Работающие экраны, точно сотни глаз вездесущего чудовища, следили за тем, что происходило на Земле. В отличие от первого дня атаки кастеркортов, нынешние сообщения, отголоски которых доносились с разных сторон, все больше были оптимистичными, нежели удручающими. Держа на руках большого металлического краба, Дабор-Лэш не спеша нажимал кнопки пульта, сидя в своем удобном белом кресле. Он прощелкивал телепередачи одну за другой, время от времени задерживая свое внимание на знакомых ему языках. Русский, английский, французский… немного фламандского и немецкого. Дабор-Лэш увеличил громкость одного из экранов и чуть подался вперед, развернув в нужную сторону кресло.
        Слушая репортаж с места событий, он прищурился. Две пиратские треноги на достаточно большом удалении от съемочной группы неслись в сторону раскинувшегося поблизости города. Внезапные яркие вспышки осветили местность, точно возникшие из ниоткуда молнии. Обе треноги на мгновение остановились, неестественно растопырив лапы, после чего повалились наземь, подняв при падении высокий столб пыли, которая медленно оседала на их безжизненных корпусах. За кадром слышался взволнованный голос журналистки, которая рассказывала о том, что природа этих странных взрывов пока не установлена, но они явно губительны для врагов, а значит, выгодны людям. Дальше шла целая тирада, посвященная божественному провидению, ниспосланному свыше в помощь землянам. И еще пара-тройка высказанных вслух теорий, варьирующихся от пророчества Герберта Уэллса до обычных магнитных бурь, по странному стечению обстоятельств возникших именно в этом месте. Потом на экране появилось улыбающееся лицо диктора, он сообщал о похожих ситуациях в других городах и странах.
        Информация продолжала поступать в студию и с каждой минутой она становилась все более радужной. В одних районах треноги по непонятным причинам взрывались, в других их заливали водой с самолетов или пожарных машин, в третьих - заваливали и топили. Несмотря на жертвы и разрушения, военные действия, развернувшиеся на Земле, получили новый поворот.
        - Ну надо же, - Дабор-Лэш приглушил звук, переведя взгляд на другой монитор, где в замедленном действии демонстрировались похожие кадры с загадочным белым взрывом, который полностью парализовал чересчур разбушевавшуюся треногу. - Кажется, у этой планеты появился защитник.
        На губах его играла задумчивая улыбка, а в расширенных черных зрачках отражались мелькающие на стенах экраны.
        ГЛАВА 26ПУШКА
        Пиратский корабль, словно гигантская металлическая жаба, плотно засел в желтовато-коричневых песках, высокие валы которых окружили его подобно застывшим волнам. Огромная, точно пирамида, гора на заднем плане закрывала собой солнечный диск, первые лучи которого озарили остывшую за ночь местность. Возникший из ниоткуда ветер поднял легкие песчинки вверх и закружил их в причудливом танце. Внезапно все оборвалось, и летающий песок рухнул вниз, лишившись поддержки горячих воздушных потоков, вызванных прибытием небольшого катера, великолепная маскировка которого делала его совершенно невидимым.
        "Кае 2" завис, как и было обусловлено, метрах в ста от места обитания Эн. Стикс подготовил наполненные топливом цилиндры заранее, и теперь они, аккуратно составленные в легкий, но прочный ящик из блестящего рыжего сплава, дожидались своей участи в грузовом отсеке. Женя со смешанным чувством смотрела на мониторы, полностью имитирующие стекла в кабине. Они занимали едва ли не все пространство стен, не считая расположенного позади кресел дверного проема, который вел в другие помещения. Корабль, что стоял впереди, ей не нравился. И, надо заметить, у нее были на то веские причины.
        Стикс сидел за пультом и медленно нажимал на клавиши. Он выглядел задумчивым и немного усталым. Восемь часов, проведенных в напряжении, не прошли бесследно. Встреча с каждой пиратской треногой, извергающей во все стороны ворохи смертоносных лучей, могла оказаться для "Кае 2" последней. Осторожность, внимание и хорошо отточенная реакция сослужили ему верную службу и в этой маленькой войне, на которую подвигла его Женя. Он посмотрел на нее и улыбнулся. Девушка была довольна, об этом говорили ее раскрасневшиеся щеки и полные любопытства глаза. Даже негативное отношение к кораблю кастеркортов не могло стереть с ее лица следы пережитых недавно эмоций.
        - Что ты делаешь? - спросила она, обернувшись к нему.
        - Пытаюсь связаться с Энни.
        - И каков результат? - Женя посмотрела на его скользящие по клавиатуре руки.
        - Пока что… - он замолк, взглянув на квадратный монитор, вмонтированный в панель управления как раз напротив кресла пилота, в котором он сидел.
        Экран, протяжно загудев, поменял цвет, но вместо физиономии изумрудной дамы на нем появилась короткая надпись на межгалактическом языке.
        - Что там сказано? - перегнувшись через свой подлокотник, чтобы лучше рассмотреть оживший "видеофон", спросила девушка.
        - Она нас ждет, - ответил Стикс, глаза его сузились, и вместо привычной теплоты, которую вызывала в них Женя, там заискрился холодный серый лед.
        - И? - проговорила собеседница осторожно.
        - Подобная немногословность меня беспокоит, - сказал он. - Хочу кое-что уточнить.
        Его длинные пальцы замелькали над пультом, по бледному сосредоточенному лицу пролегли серые тени, в которых утопали сверкающие в полумраке кабины глаза.
        Новая надпись, озарившая экран, была гораздо длиннее первой.
        - А теперь что? - Женя рассматривала непонятные ей фразы, ожидая от своего спутника прилагающихся к ним пояснений.
        - У нее маленькие технические проблемы… с экипажем, - сказал Стикс. - Она извиняется за то, что не может выйти со мной на визуальную связь. Но все это не влияет, по ее заверениям, на запланированную нами сделку. Короче говоря, она ждет меня в своем корабле вместе с топливом.
        Он замолчал, продолжая бесцельно водить рукой над клавиатурой, не касаясь при этом клавиш. Не выдержав затянувшейся паузы, девушка вновь поинтересовалась:
        - И что мы будем делать? Отправимся к ней?
        - Да, - Стикс задумчиво посмотрел на нее. - Я пойду один, без топлива и тебя. Нужно вначале разведать обстановку.
        - Забудь об этом! - ее черные брови сдвинулись на переносице, а глаза ярко сверкнули. - Можешь идти без топлива, я не против. Но учти, от меня тебе отделаться не удастся. За период нашего с тобой знакомства я сделала один очень важный для себя вывод: самое безопасное место во Вселенной - рядом с тобой. Так что… - она мило улыбнулась, глядя ему в глаза. - Я тоже иду.
        - Евгения…
        - Пожалуйста, - Женя принялась торопливо расстегивать ремни безопасности, которые мешали ей подняться. - Я ничего не понимаю в управлении этим катером, я не хочу здесь оставаться без тебя. А вдруг на него нападут? И что я буду делать тут одна? И маскировка, и защитное поле, и пушка в носовой части… всем этим умеешь пользоваться ты, а не я. И часы с ключом на твоей руке. Без них все равно ничего не заведется. Так что мое присутствие тут не более полезно или безопасно, чем поход с тобой, - освободившись наконец от ремней, она встала и, обойдя кресло собеседника сзади, остановилась. - Мне спокойно только если ты рядом, - ладони девушки легли на его плечи и слегка погладили их, Стикс на мгновение прикрыл глаза и вздохнул.
        - Хорошо, милая, - сказал он, - ты пойдешь со мной. Но…
        - Но? - Она насторожилась.
        - Но только сначала нужно немного дополнить твой наряд.
        - То есть? - ее длинные ресницы взлетели вверх, а в глазах отразилось непонимание.
        - Сейчас увидишь, - Стикс улыбнулся и одним быстрым движением расстегнул свои ремни, затем поднялся с кресла и вышел из кабины.
        Вскоре он вернулся, держа в руках два рыжих ящика, сделанных из того же материала, что и тот, в который были упакованы цилиндры с топливом. Вытянутые черные панели с кучей маленьких кнопочек венчали их плотно закрытые крышки.
        - Разве это одежда? - усомнилась Женя, наблюдая за тем, как Стикс набирает необходимый для открытия ящика код.
        - Нет, ангел мой, это оружие, - он поднял голову, реагируя на тихий гудок монитора, на котором возникла очередная белая надпись. - Хм… Нас торопят. Все-таки Энни следует поучиться терпению.
        Когда открылся первый, более крупный, ящик, глаза девушки расширились от удивления. Две длинные трубы диаметром сантиметров пятнадцать и прилагающиеся к ним детали были плотно запакованы в прозрачную пленку. Стикс легко разорвал ее и извлек из ящика то, что, как он выразился ранее, называлось оружием. Оружием, которым он собирался дополнить ее наряд. От такой мысли Женя невольно сглотнула, слишком уж внушительными были размеры детали предназначенной для ее костюма.
        - Это мне? - еле слышно осведомилась она, с ужасом глядя на то, как его проворные руки монтируют сложную по ее мнению оружейную систему.
        - Да, - Стикс кивнул, быстро закрепил вставленные друг в друга трубы на тонком металлическом каркасе, напоминающим сильно раздувшийся револьвер с прикрепленным к нему монитором, на котором тускло горели три лампочки: красная, желтая и зеленая. Когда пушка была собрана, зеленый огонек запылал ярче. - Держи, - он протянул ей оружие, которое по размерам было едва ли не вполовину Жени.
        Некоторое время она колебалась, потом осторожно потянулась к громоздкой металлической конструкции и… взяла ее в руки. Зрительное впечатление оказалось обманчивым, пушка весила не больше пары килограммов, в то время как воображение девушки при одном только взгляде на эту огромную инопланетную штуковину рисовало ей гораздо более внушительные цифры.
        - Теперь нужно зафиксировать браслет на запястье, и ты будешь готова к посещению пиратского корабля, - сообщил Стикс, осторожно закрепляя каркас пушки на ее руке так, чтобы девушка легко могла нажать на курок.
        - А лампочки что означают? - оглядывая новую деталь своей экипировки, спросила Женя.
        - Эта модель способна испускать до двадцати лучей, каждый из которых спокойно пробивает каменную стену. Пока горит зеленый свет, ты можешь стрелять. Желтый - предупреждение о том, что заряд на исходе. Красный… тебе следует найти укромное место и подождать там, пока питание пушки не восстановится.
        - Ну просто какой-то смертоносный светофор, - пробормотала собеседница, разглядывая свою оснащенную разрушительным оружием руку. - И сколько времени нужно будет ждать?
        - Минуты три, не меньше, - Стикс открыл второй ящик и вынул из него два небольших черных предмета, сильно напоминающих пистолеты, только с гораздо более длинными стволами и с такими же, как на Женином оружие, мониторами, где тускло горели три разноцветные лампочки. - А вот это как раз для меня, - он улыбнулся.
        - Значит, мне огромная труба, - девушка выразительно потрясла своей прикованной к пушке рукой, - а тебе два маленьких пистолета? - она была явно недовольна таким положением дел.
        - Милая, - ласково ответил собеседник. - Разве ты умеешь обращаться с оружием? Если, конечно, не считать тот небольшой опыт в Норвегии, - Женя молчала, плотно сжав губы, уголки которых обиженно опустились. - Просто у этой, как ты выразилась, огромной трубы гораздо более удобный прицел. Ну и потом… меньше шансов пораниться. Так что держи палец на курке и будь начеку. Только не нажимай на него без особых на то причин. А лучше, вообще не нажимай, пока я тебе не скажу это сделать. Договорились?
        Она немного подумала и кивнула.
        - Вот и умница, - Стикс ласково погладил ее по щеке, отложив в сторону свое оружие. - А теперь пошли, а то Энни заждалась уже.
        ГЛАВА 27КАЮТ-КОМПАНИЯ
        Женя шла позади Стикса, придерживая свободной рукой массивное с виду дуло инопланетной пушки. Ей было трудно идти, так как каблуки утопали в песке, но подобные неудобства лишь увеличивали ее решимость.
        - Ты не боишься оставлять катер так близко от пиратского корабля? - спросила она, желая отвлечься от своих проблем.
        - Его без меня никто не заведет, ты же сама это прекрасно знаешь, - ответил Стикс, внимательно осматривая окружающее пространство на предмет всякого рода неожиданностей. Однако вокруг было тихо и спокойно, даже ветер, казалось, забыл о существовании этого кусочка пустыни, в который несколько дней назад занесло разведывательный корабль кастеркортов.
        - Да, но зато его вполне можно демонтировать, как "Кае3", - пробормотала девушка, плетясь следом за ним. - И что ты тогда будешь делать?
        - Соберу новый, - не оборачиваясь, ответил он. - До Луны не так уж и далеко.
        Женя вздохнула, покачав головой. Ей было как-то не по себе от близости огромной серой глыбы, очертания которой на фоне большой золотистой горы казались ей слишком рублеными, неестественными. Она хмуро разглядывала вражеский корабль, а в памяти один за другим вставали эпизоды прошедших часов.
        - Евгения, - голос Стикса вывел ее из задумчивости. - Пожалуйста… - он повернулся к ней и осторожно отвел в сторону дуло направленной ему в спину пушки. - На всякий случай, - ободряющая улыбка тронула его бледные губы.
        Женя кивнула, слегка покраснев.
        Гигантская темная пасть пиратского корабля гостеприимно распахнулась, встречая их. Ни одного кастеркорта не было видно поблизости. Вокруг продолжала стоять мертвая тишина, от которой у девушки по спине пробежала холодная дрожь.
        - Добро пожаловать, поднимайтесь в кают-компанию, это на шестом ярусе, я вас там уже давно поджидаю, - перевел Стикс для своей спутницы загоревшиеся над дверью слова, когда они вошли внутрь шлюза.
        - Ты ей веришь? - тихо поинтересовалась Женя, следуя за ним по пятам.
        - Отчасти.
        - И что мы будем делать?
        - Поднимемся на шестой ярус и все выясним, - он немного подождал, пока она поравняется с ним, затем добавил, крепче стиснув в руках свое длинноствольное оружие: - Будь осторожна, милая. Что-то здесь слишком уж тихо.
        Словно услышав его слова, прямоугольный монитор, на котором недавно высветилась приветственная надпись, отразил новое сообщение.
        - У нее по-прежнему проблемы со связью, - прочитал Стикс и скептически усмехнулся. - Говорит, что экипаж заподозрил ее в предательстве. Но сейчас уже все в порядке. С пиратами она разобралась и ждет не дождется нас с тобой, чтобы обсудить сделку в спокойной обстановке. Также сильно сокрушается насчет нашей недоверчивости, дескать, мол, оружие было излишним.
        - В лучших традициях Энни, - Женя криво ухмыльнулась. - Само очарование, а не какой-то там зеленый монстр.
        Они медленно шли по совершенно пустым коридорам, поднимаясь по железным лестницам вверх. Обшарпанные стены источали какой-то странный, неприятный запах. Девушка невольно прикрыла рукой нос.
        - Что это за вонь? - спросила она тихо.
        - Кастеркорты не самые чистоплотные существа во Вселенной, - ответил он, принюхиваясь. - Смесь протухшей еды, недавней оргии и свежее-зажаренного мяса. Хм… - Стикс остановился, что-то обдумывая, затем резко повернулся и двинулся к плотно закрытым дверям, которыми были усеяны стены.
        - Что случилось? - насторожилась девушка, но он не ответил ей.
        Его рука, не выпуская оружия, легла на большую зеленую кнопку, дверь, подчиняясь команде, громко крякнула и открылась, разъехавшись в стороны. Резкий запах жженой плоти ударил ему в лицо. Стикс молча смотрел на груду зеленых тел, прожженных насквозь, точно решето. Подойдя ближе, Женя заглянула в каюту и тут же отпрянула.
        - И это она называет техническими проблемами с экипажем? - пробормотала она, чувствуя, как к горлу подступает приступ тошноты.
        - Видимо, да, - сказал Стикс. - Теперь понятно, почему здесь безлюдно. Идем.
        Он позвал ее жестом за собой, и девушка послушно засеменила следом, стук ее высоких каблуков разносился эхом по сторонам. Как она ни старалась ступать тише, шаги ее все равно были слышны за версту, но никого, судя по всему, они не волновали.
        - Мы имеем дело с чудовищем, - вслух подумала Женя, крепче сжав свою огромную пушку.
        - А ты это только поняла? - Стикс искоса взглянул на нее и чуть заметно улыбнулся.
        Он и сам некоторое время назад поймал себя на той же мысли. Хотя… а что еще можно было ожидать от беспринципной Энай? Каждый вправе отстаивать свое место под солнцем, даже если это место было раньше кем-то занято.
        Похожие друг на друга двери в торцах коридоров беспрепятственно открывались, освобождая проход. Металлические лестницы, кнопки, тускло мерцающие мониторы, на которых время от времени высвечивались реплики Эн, больше похожие на пустую болтовню… все это слилось в Жениных глазах в одно единое безликое месиво. Она не понимала, как в этом корабле можно не заблудиться, ей казалось, что они ходят по одному и тому же кругу, иногда поднимаясь на новые уровни, где их ждет очередной повтор отснятого кем-то сюжета.
        - Как ты ориентируешься тут? - спросила она.
        - Знакомая обстановка, - Стикс, не сбавляя шага, двигался вперед, - я бывал на подобном корабле.
        - Ясно, - ответ был исчерпывающим, и Женя не знала, что еще можно добавить, а поговорить ей хотелось. От тишины, нарушителями которой были только ее сапоги, на душе у девушки скребли кошки. - Ужасное место.
        - Да, - он остановился перед очередной двустворчатой дверью и нажал на кнопку. - Мы пришли.
        Картину, открывшуюся их взору, сложно было назвать приятной. Большое, гораздо более богатое помещение, нежели те, что встречались им на нижних ярусах, выглядело ужасно. Перевернутая мебель, сломанные приборы, раскуроченные панели, из которых торчали разорванные провода - все это было обильно приправлено раскиданными повсюду трупами, отдельные части которых служили дополнением к общему разгрому. Крови было мало, но ее яркие пятна алели повсюду, заставляя работать воображение попавшей в этот ад девушки. Голова ее кружилась, новый приступ тошноты сдавил горло. Как бы сильно она ни ненавидела кастеркортов, наблюдать место их массового убийства ей не доставляло удовольствия.
        - Энни, - позвал Стикс, изучая комнату. - Где ты?
        Он шагнул вперед, переступив через мертвое тело облаченного в погоны пирата. Тот лежал, распластавшись возле порога. Лицо его, большое и морщинистое как у бульдога, хранило предсмертную гримасу удивления. Оторванная кисть, точно зеленый паук, покоилась в паре метров от хозяина. В маленькой красной луже, разлившейся под ней, лежало что-то похожее на оружие, которым так и не успели воспользоваться. Или успели, но все попытки сопротивления оказались безнадежными.
        "Наверное, это капитан…" - пронеслось в голове девушки и тут же растаяло, уступив место разрезавшему тишину голосу Стикса.
        - Энни, - снова крикнул он, но ответа не последовало; каждый мускул его тела был напряжен, слух ловил любой мимолетный шорох, обостренное зрение исследовало каюту, не упуская ни одной, даже самой маленькой детали. Что-то было не так, и Стикс это чувствовал.
        Женя медленно прошла вперед к дивану. Он, хоть и был отодвинут от стены, выглядел вполне пригодным для использования. А ей сейчас было просто необходимо присесть. Ноги подкашивались, голова кружилась, а ослабевшие руки не могли больше удерживать пусть легкую, но все же пушку. На пути ей встретились два зеленых трупа, лежащие валетом, у одного была отстрелена нога, другой имел в груди несколько больших дыр с обожженными краями. Девушка непроизвольно зажмурилась, затем открыла глаза и, решительно подняв ногу, переступила через первого мертвеца. Она ощутила явственные спазмы в области горла и, зажав свободной ладонью рот, быстро перепрыгнула через второго. Выпученные глаза покойников были устремлены вверх, и Жене казалось, что они наблюдают за ней. Добравшись до спасительного дивана, она рухнула на его незапачканную кровью поверхность и тяжело вздохнула. Ее рассеянный взгляд блуждал по каюте, постоянно натыкаясь на то, что осталось от командного состава пиратского корабля. Стикс осматривал сломанные приборы, не произнося ни слова. Позволив ему разбираться в сложившейся ситуации, девушка откинула
назад голову и… замерла. Конечности ее похолодели, а дрожащие пальцы нащупали курок.
        Она словно окаменела, немигающий взгляд ее сильно расширенных темных глаз был обращен за диван. Там в неестественной позе лежало обезглавленное женское тело с обожженной по краю среза шеей и выставленными вперед руками. Рядом валялась лысая голова Эн, голубые глаза которой были выпучены.
        Сзади незаметно подошел Стикс. Женя не слышала ни его шагов, ни шелеста одежды. Она словно погрузилась в вакуум, где кроме нее и останков Энни не было больше ничего и никого. Он среагировал молниеносно. Подхватив девушку под руку, он потянул ее к себе, держа на прицеле дверь. Ее лежащий на курке палец дрогнул, и яркий малиновый луч вырвался наружу, спалив в один миг, и диван, и тело Эн, и еще полстены, находящейся сзади. Стикс непроизвольно обернулся на звук. Доли секунды длилось оказавшееся роковым замешательство.
        Сверкающая золотистая сеть из тонких лучей накрыла их обоих, точно хорошо сплетенная паутина. Пойманные в ловушку, гости рухнули на пол, они уже ничего не видели и не воспринимали, их сознание погрузилось в темноту. Скованный параличом палец Жени не отпускал курок. Пушка извергала один луч за другим, постепенно превращая часть корабля в решето. Когда заряд иссяк, огонь прекратился. О недавней пальбе напоминали лишь несколько зияющих черных дыр в расположенных параллельно помещениях. Последние лучи, пробив внешнюю обшивку, ушли в пустыню.
        Когда воцарилась тишина и осела пыль, в кают-компанию вползли два больших металлических робота и замерли по бокам открытой двери. Их расставленные как у паука лапы сверкали в ярком свете встроенных в потолок ламп, весь облик этих металлических чудовищ демонстрировал их неуместность в этом разгромленном помещении. Но данное обстоятельство ничуть не мешало им выполнять полученный приказ.
        ГЛАВА 28НОВОСТЬ
        Дабор-Лэш, держа на руках краба, вошел в каюту, где призывно мигала белая надпись на большом овальном мониторе. Повторный гудок вызова разлетелся по кораблю-призраку; его хозяин не спеша нажимал на клавиши, прислушиваясь к их музыкальным ответам. Он прекрасно знал, кто именно желает выйти с ним на связь, а видеть физиономию шантажиста в клетчатом пиджаке ему не особо хотелось. Однако на вызов он все-таки ответил и, как подтверждение его малоприятным раздумьям, на экране появился довольно ухмыляющийся полицейский.
        - У меня для тебя новость, - заявил Склеф, не утруждая себя словами приветствий. - Ты провалил данное мною задание. Такая нерасторопность не похожа на фиторианца, и все же… Ты опоздал!
        Он выдержал паузу, вероятно ожидая расспросов со стороны собеседника, но Дабор-Лэш молчал. Он стоял посреди каюты и, глядя на монитор, медленно поглаживал металлический панцирь распластанного по левой части его груди краба. Глаза его оставались холодными, лицо ничего не выражало.
        - Я нашел этого глупого изобретателя раньше тебя. Он угодил в самую примитивную из разработанных мною ловушек! - в голосе вновь заговорившего полицейского звучали нотки плохо скрываемого самолюбования. Его большой рот широко улыбался, красные глаза горели победным огнем. - Это оказалось проще, чем я думал. Он нарушил пять главных правил безопасности. Ему даже не пришло в голову подстраховаться и запустить вместо себя робота. Я все просчитал и все подготовил для захвата, а этот идиот только облегчил мне задачу.
        - Ну и? - спросил Дабор-Лэш, не меняя позы, когда бурный словесный поток собеседника наконец иссяк. - Как это касается меня?
        Склеф подался вперед, будто хотел выбраться из экрана. Его тон стал мягким и вкрадчивым, а выражение лица слишком уж ласковым. От всех этих метаморфоз веяло чем-то неприятным, фальшивым.
        - Тебя это касается следующим образом, мой дорогой нарушитель межгалактического закона. Я все еще готов закрыть глаза на твои мелкие проступки, вот только теперь тебе самому придется придумать, чем ты можешь быть мне полезен, мне и нашей славной конфедерации. До намеченной на сегодня встречи в Антарктиде у тебя еще уйма времени. Так что… подключи свою фантазию и прилетай с конкретными предложениями, я пока еще готов проявить к тебе снисходительность и рассмотреть их, - он бережно поправил лацканы своего клетчатого пиджака, затем продолжил: - Мне некогда с тобой болтать. Еще нужно доделать кое-какие дела, прежде чем я приступлю к своему "главному блюду", - смакуя каждое из последующих слов, он закончил. - Стикс пока еще не пришел в себя. - Точно пережевывая излюбленный десерт, Склеф громко причмокнул, потом посмотрел на собеседника и отрывисто проговорил: - До встречи на моем корабле, фиторианец.
        Экран погас, погрузив комнату в тишину. Дабор-Лэш продолжал стоять на том же месте и гладить неподвижного краба, он был задумчив, его глаза цвета морской волны казались такими же холодными и бездонными, как и сама вода.
        ГЛАВА 29ОБЕД
        Склеф впился крупными острыми зубами в кусок сырого мяса и с наслаждением заурчал. Он досматривал последнюю серию своего любимого фильма, поглощая нетрадиционный для корабельного меню обед. Запах крови, как и ее вид, возбуждал в нем аппетит. Пользуясь тем, что на крейсере кроме него и кучи роботов никого нет, Склеф по-своему усмотрению комплектовал провизию перед отправкой в дальний рейс, никого не ставя об этом в известность. Что бы там ни говорили диетологи, а сочный кусок красного мяса куда вкуснее напичканных витаминами консервов. На Ланкоу он привык питаться именно так, и никто, даже вся межгалактическая полиция вместе взятая не могла заставить его отказаться от этой привычки. Впрочем, ей, полиции, знать про такие тонкости было вовсе не обязательно.
        Громко чавкая, Склеф уплетал содержимое большой глубокой тарелки, неотрывно глядя на экран. Там тоже закусывали… Мелькали руки, ноги, лилась ручьями алая кровь. Двое разделывали еще живое тело своего сородича, периодически впиваясь заточенными белыми зубами в его дрожащую в конвульсиях плоть. Каннибализм был запрещен в конфедерации, но кинематограф, как известно, любит отражать запретные темы. А Склеф, в свою очередь, любил на это отражение смотреть.
        Когда на дне тарелки осталось лежать несколько обглоданных косточек, а по монитору, где демонстрировался сериал, поползли длинные титры, он поднялся с кресла и довольно потянулся. Затем вытер рукой испачканный кровью рот и вышел из каюты, по пути отправив туда робота-уборщика. Настроение его было приподнятым, покрытое мелкими чешуйками лицо улыбалось. Склеф предвкушал дальнейшее развитие событий, и каждый возникающий в его воображении вариант был лучше другого. Фальшиво насвистывая себе под нос мелодию из только что просмотренного фильма, полицейский быстро шагал по сверкающим чистотой коридорам к шлюзу, где под присмотром военных роботов лежали обезоруженные пленники. Их парализованные тела еще не отошли, как и погруженное в темноту сознание.
        ГЛАВА 30ОБМЕН
        Первое, что почувствовал Стикс, приходя в себя, это то, насколько тяжела его опущенная на грудь голова. Он даже не пытался ее поднять, прекрасно понимая, что все попытки вернуть в одночасье оцепеневшему телу былую подвижность напрасны. Руки не подчинялись ему, он практически не ощущал ног. С трудом разомкнув "килограммовые" веки, Стикс посмотрел вниз. Расплывчатая картина медленно приобретала более четкие очертания. Наконец он понял, что видит нижнюю часть своего собственного тела, распластанную по блестящей металлической поверхности пола. Холодная гладкая стена поддерживала его в сидячем положении. Пальцы лежащих на коленях рук выглядели так, будто сжимали невидимое оружие. Стикс напряг все свои внутренние силы, стараясь вернуть ватным конечностям чувствительность. С третьей попытки его правая ладонь отреагировала, чуть дрогнув. Затем еще, и еще… Когда он смог сжать руку в кулак, откуда-то сверху донесся хрипловатый голос, который, растягивая слова на межгалактическом языке, произнес:
        - Да ты на удивление быстро отходишь от воздействия парализующей сети, как я погляжу, - немного помолчав, голос добавил: - По моим подсчетам, способность шевелиться должна была вернуться к тебе только через двадцать минут. Ну да это не так уж и важно, - фразу подкрепил ядовитый смешок. - С пробуждением, господин межгалактический преступник. Тебе зачитать твои права или обойдемся без формальностей?
        Стикс до боли сжал зубы и поднял голову. Как только его затылок коснулся холодной стены, стало легче. Чувствительность постепенно возвращалась к нему, но это ничуть не убавляло поселившейся в теле тяжести, бороться с которой в таком состоянии было очень сложно. Яркий свет трех направленных вниз прожекторов заставил его зажмуриться.
        - Ты либо необычайно глуп, либо чрезмерно самонадеян, - продолжал рассуждать голос. - Пять правил безопасности, всего пять правил… ты не использовал ни одного. Разведка местности для предстоящей посадки с достаточно большого расстояния, разве ты сделал это? А проверка окружающей территории в разных режимах видения? Или на твоем маленьком катере даже нет подходящего сканера? И ты еще называешь себя изобретателем? - хриплый, немного хрюкающий смех донесся до слуха Стикса, он открыл глаза. - А робот? Ты, точно муха летящая в паутину, пошел во вражеский корабль, прихватив с собой абсолютно неумеющую обращаться с оружием самку. Неужели тебе даже не пришло в голову отправить вместо себя робота? - сокрушался трехпалый полицейский в черно-желтом клетчатом пиджаке.
        Он стоял на небольшой, увешанной прожекторами площадке метрах в семи над шлюзом, где находились Стикс и его спутница. В одной руке его был парализатор, в другой он держал небольшой шарик, на поверхности которого пульсировали, постоянно меняя цвет, геометрически правильные глаза. Перекатывая свою "многоокую игрушку" в ладони, Склеф продолжал:
        - Мало того, что ты договаривался о встрече с этой древней склянкой, - он бросил презрительный взгляд на шар, сильнее стиснув его тремя толстыми пальцами, - на самой популярной в конфедерации частоте. Так ты, ко всему прочему, даже не удосужился использовать шифр. А она… - полицейский снова усмехнулся, - болтлива и беспомощна. Теперь я понимаю, почему Энай так быстро вымерли. Они просто были слишком глупы, чтобы правильно обороняться, - Склеф рассматривал содержимое своей ладони, которое продолжало хаотично менять цвета многочисленных глаз, точно пыталось этим что-то сказать. - Сейчас за эту штуковину никто и ломаного гроша не даст.
        Стикс уловил едва заметное шевеление справа от себя. Он медленно повернул голову и увидел приходящую в сознание Женю. Девушка сидела почти в такой же позе, как и он сам. Ее длинная черная коса неподвижно лежала на груди, руки безвольно свисали вдоль тела, а ноги были подогнуты. От пушки, которую он ей дал, не осталось и следа. Вероятно, этот чрезмерно разговорчивый страж межгалактического порядка разоружил их, пока они находились без сознания. И не только разоружил… часов на своей руке Стикс тоже не наблюдал, как и наушника в ухе Жени.
        Она открыла глаза и уставилась перед собой. Тело ее не слушалось, голова болела, а незнакомый мужской голос продолжал что-то болтать на непонятном ей языке конфедерации, к которой она не имела никакого отношения. Девушка слушала его речь, стараясь восстановить контроль над собственным телом. Онемение отступало постепенно, но все же отступало. Женя подняла голову и взглянула наверх. Когда глаза привыкли к яркому свету, она увидела источник этой нескончаемой болтовни. Он, размахивая предметом, сильно похожим на фен, крутил в другой руке глазастый шарик и что-то с пафосом высказывал.
        - Маленькая самочка тоже очухалась, - констатировал Склеф, обращаясь то ли к Стиксу, то ли к самому себе. - Итак… на чем я остановился? он на мгновение задумался, затем зловеще произнес: - У меня есть полный список твоих преступлений со всеми необходимыми вещественными доказательствами. Тебя ждет долгое тюремное заключение на Ланкоу. Поверь мне, преступникам там живется несладко. Я служил на этом астероиде и говорю не понаслышке, - тон его сменился на доверительный. - И врагу не пожелаешь такой участи. Ну а ты мне вовсе не враг, даже наоборот, ты мне нравишься, - большой рот Склефа растянулся в наигранно приветливой улыбке. - Но твои проступки очень серьезные, и я просто не имею права оставить их без должного внимания. Использование пиратского топлива, вмешательство в жизнь чужой планеты… это я еще не изучил содержимое твоего маленького кораблика. Мои роботы перетащили то, что от него оставили пираты, на борт крейсера, так что у меня впереди много времени для исследования его внутренностей.
        Слушая монолог полицейского, Стикс начал медленно подниматься. Он расправил плечи, размял затекшие конечности, затем повернулся к Жене и помог ей встать. Девушку качало и она предусмотрительно оперлась об его руку, опасаясь падения. Наблюдая за ними, Склеф продолжал говорить:
        - Надеюсь, что твои мозги уже могут воспринимать мои слова. Я предлагаю тебе обмен. Мое молчание на твое заработанное сомнительным путем имущество. Я передам вырученные от его продажи средства на благотворительность. Это твой шанс сделать что-то полезное для общества, ну и слабая попытка искупить свои грехи.
        Стикс поднял голову и посмотрел на него, щурясь от яркого света. Благие намерения в устах этого типа звучали, на его взгляд, не слишком убедительно. Но полицейского несильно заботило мнение его слушателей.
        - Ну, а чтобы показать тебе серьезность моих намерений… - он нажал несколько крупных кнопок на стене, что была за его спиной, и пол в шлюзе, где стояли пленники, пришел в движение.
        Двенадцать острых створок начали медленно разъезжаться, открывая взору Стикса и Жени ровную синь океана, над которым пролетал крейсер. Они находились в нескольких метрах от края образовавшегося проема, два больших робота, точно пауки, располагались чуть поодаль, следя за каждым их движением. Изумрудные огоньки горели на блестящих башнях, венчавших их спины, словно пристальные немигающие глаза. Склеф стоял наверху, держа пленников на прицеле. Он крутил в руке беззащитный шарик, наслаждаясь смятением, которое отражалось в бесконечном метании геометрических глаз, ставших в последние минуты тревожно красными.
        - Межгалактический преступник класса А, - чеканя каждое слово, сказал полицейский. - Я имею полное право вершить закон. И будь я не столь милосерден, я уничтожил бы тебя, не моргнув при этом глазом. Но я дам тебе шанс, - его губы скривились в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. - Я отправлю тебя в забвение. На дне океана, в отсутствии какой-либо электроники, ты будешь страдать… Страдать вечно! - глаза его вспыхнули кровавым огнем, а трехпалая рука разжала пальцы. - Насколько я знаю из истории, держать Энай на своих кораблях - крайне опасное занятие, - закончил он задумчиво.
        Легкий шар полетел вниз, навстречу предрекаемым мукам. Геометрические глаза почернели, отразив то, что чувствовала Энни. Ее истинное обличье плавно скользнуло в открытый проем, острые зубья которого начали медленно закрываться. В следующую секунду Женя, на удивление резко рванувшись с места, нырнула туда же. Следом за ней полетели четыре запоздалых луча, выпущенных ожившими роботами.
        Стикс дернулся, но его намерения пресек выстрел из парализатора. Склеф с надменной ухмылкой смотрел на то, как его пленник заваливается на пол, не в силах справиться с охватившей тело слабостью.
        - Не заставляй меня снова применять сеть, - мрачно заявил полицейский, - ты же знаешь, что частое ее использование может навсегда парализовать подопытного, - он немного помолчал, потом вновь заговорил: - Жаль, конечно, твою глупую самочку, я хотел оставить ее у себя в качестве залога, но видно не судьба. Если она предпочитает утонуть, это ее личное дело, - рот Склефа изобразил печальную улыбку. - Не пытайся дергаться, твое тело скоро восстановится само. А пока ты обездвижен, дослушай мои инструкции. Если хочешь сохранить свою жизнь, ты должен будешь выполнить все их в точности.
        Стикс лежал на полу и смотрел вверх, впервые за всю свою жизнь он чувствовал себя по-настоящему беспомощным. И дело было отнюдь не в его физическом состоянии… Он слышал, как сомкнулись створки проема, поглотившего Женю и Эн… слышал, но ничего не мог изменить.
        - Твой катер находится в соседнем шлюзе, - начал Склеф, присев на корточки возле края площадки. - Я применил все известные мне системы взлома, но так и не смог вскрыть его, чтобы демонтировать пушку цивилизованным методом. Пришлось ее попросту спилить. Ты уж извини, но предосторожность не помешает даже мне. В отличие от тебя я просчитываю любые повороты событий, - он многозначительно усмехнулся, глядя на Стикса сверху. - Я собираюсь тебя отпустить, чтобы ты подготовил все необходимые документы для передачи мне патентов на корабли серии "Кае", а также бумаги на владение планетами. Не считай меня жестоким, я оставлю тебе одну из трех планет, чтобы ты мог продолжать нормально жить. Все остальное я переведу в денежные средства и пущу на благотворительные нужды моей прекрасной расы, - на грубом, чешуйчатом лице полицейского возникло благоговейное выражение. - Это самая великая раса конфедерации, ее основа, ее движущая сила, ее оплот. Скоро, очень скоро мои соотечественники станут править девятью галактиками, сменив на посту совет девяти, политика которого давно уже стала пережитком прошлого. Ты ведь
понимаешь, о чем я? - Склеф доверительно понизил голос. - Все знают, что грядет новая эра. Эра трехпалых существ. Только мы сможем привести конфедерацию к новому витку развития и процветания. А как красива наша галактика… - его настроение опять стало мечтательным. - Центральная звездная система с тремя цветущими планетами. Какая там атмосфера, какая растительность… Это сказочный оазис в бескрайнем болоте гниющей цивилизации. На одной из них у меня есть дом, - хвастливо сообщил Склеф. - там живут две мои самочки, такие страстные, горячие, а уж фигурки… ууу… просто загляденье, - в красных глазах полицейского забрезжил странный огонек. - Служба на Ланкоу позволяла мне чаще навещать их, теперь же мы видимся редко. Ну так вот… что-то я отвлекся, - он оживился, усаживаясь поудобнее на металлический пол площадки. - Ты оформишь на меня все необходимые документы для передачи имущества, я же не стану сажать тебя в тюрьму. Только не пытайся делать глупости, - Склеф предостерегающе выставил вперед толстый палец с широким коричневым ногтем. - Сведения о твоих преступлениях хранятся в надежном месте, и если сомной
что-либо случится, они автоматом попадут в полицию. Так что моя долгая и счастливая жизнь - в твоих интересах, - он усмехнулся. - Скоро уже, - он посмотрел на электронный браслет, венчавший его запястье, на узеньком черном мониторе отражалось время, - слабость пройдет, и ты сможешь отправиться в путь. Только учти, не стоит здесь долго задерживаться, у меня не такое уж крепкое терпение.
        - Где мои часы? - наконец заговорил Стикс, он попытался сесть, но тело плохо подчинялось.
        - Эти что ли? - Склеф порылся в кармане и достал оттуда то, о чем спрашивал собеседник. - Они какие-то странные, слишком много непонятных символов, да две палки неизвестно зачем привинчены. На, лови! - он бросил часы вниз, те со стуком упали на пол, но не разбились.
        Стикс потянулся к ним и, зацепив пальцем за край массивного резинового браслета, подтянул к себе. Ослабевшими пальцами он поправил настройки часов, после чего надел их на руку. Темно-синий циферблат тускло светился, отсчитывая минуты проведенного в плену времени. Как сильно он хотел повернуть его вспять, но стрелки медленно ползли вперед, словно говорили о том, что осуществить это желание невозможно.
        - И вот еще, - полицейский снова запустил руку в карман. - Осталось от твоей самки, - он кинул ему Женин наушник. - Какой-то непонятный язык занесен в базу. Грубый, некрасивый, не то, что у моих сородичей. Эта планета совсем отсталая. И языки здесь подстать… Я так и не понял, зачем он ей был нужен. Или она местная? Ах, да… - он почесал затылок, что-то припоминая. - В отчете так и говорилось. Я совсем запамятовал.
        На бледном лице Стикса играли желваки, он медленно встал, с трудом удерживая равновесие.
        - Я должен лететь, - произнесли его тонкие губы и тут же снова сжались в одну холодную прямую линию.
        - Ты еще слишком слаб, - скептически осмотрев его, ответил Склеф.
        - Я в порядке, - проговорил собеседник, сжимая в руке крошечный наушник, принадлежащий когда-то Жене. - Не стоит откладывать на потом то, что можно сделать сейчас.
        - Как знаешь, - полицейский пожал плечами, поднимаясь. - И не забудь: любое отступление от моих указаний, и я сдам тебя на растерзание властям. Не думай, что тебе удастся скрыться, я буду зорко следить за каждым твоим шагом. Так что…
        - Я понял, - Стикс поднял на него абсолютно непроницаемые серые глаза, - где мой катер?
        ГЛАВА 31ШКУРА НЕУБИТОГО МЕДВЕДЯ
        Когда лишенный пушки "Кае 2" выскользнул из открытого шлюза, полицейский крейсер, медленно летевший до этого момента над Атлантическим океаном, взмыл вверх, скрывшись в облаках. Склеф вернулся в рубку и, усевшись в кресло, принялся запрашивать у бортового компьютера интересующие его данные. Рядом с ним стояла прихваченная по пути тарелка, в которой лежали два свежих куска красного сочного мяса. Закусывая ими, полицейский, только что провернувший гениальную, по его мнению, операцию, внимательно смотрел на экран. Там ровными рядами цифр отражалась примерная стоимость патентов на серию космических кораблей "Кае". Склеф довольно потер руки и снова принялся за еду. Затем он задал вопрос о цене принадлежащих Стиксу планет. Когда высветился ответ, глаза его округлились, а на лице отразился восторг. Он даже перестал жевать, любуясь полученными результатами.
        Эти цифры грели его душу, заставляя воображение работать на полную катушку. Перед прикрытыми от сладостных мечтаний глазами плыли картины его скорого будущего. "Наконец то я смогу бросить эту проклятую службу, - думал он. - Куплю себе еще один дом или даже два. Заведу несколько самочек на стороне… Этих денег мне хватит на всю жизнь. Или, может, начну свой собственный бизнес. Меня будут уважать, почитать, я стану знаменитым, и любая трехпалая сошка будет взирать на меня с обожанием. А если захочу, то приобрету, как поступил этот простофиля, одну маленькую планетку на окраине галактики. И буду жить там в окружении самочек, которые беспрекословно выполнят каждую мою прихоть…" - его рот широко улыбался, а закинутые за голову пальцы чуть подрагивали, словно пересчитывали отражаемые экраном суммы денег.
        ГЛАВА 32ОПУСТОШЕНИЕ
        Было большой глупостью упустить из вида то, что если на планету Земля однажды занесло одинокого изобретателя и последнего представителя древней электронной расы, то и межгалактический полицейский с повадками шантажиста вполне мог сюда заглянуть. Однако ни Стиксу, ни Энни подобная мысль не приходила в голову. Пребывая в полном неведении, они угодили в тщательно спланированную ловушку, выхода из которой не было. Жертвы неожиданности… они не сумели вовремя просчитать то, о чем не имели ни малейшего понятия. А теперь уже было слишком поздно.
        Стикс сидел за пультом и медленно нажимал на клавиши, пристально глядя на поглотившую корпус катера синь. Он плыл под водой, сканируя тот самый район, куда должна была по его примерным подсчетам упасть Женя. Компьютер старательно сличал встречающиеся на пути объекты с забитыми в программу поиска данными. Время от времени квадратный серый монитор вспыхивал алым, издавая тихие гудки. Но каждый раз вместо женского тела на экране отражалось что-то другое. То гибкий силуэт дельфина, то косяк серебристых рыб… по массе они соответствовали заданным параметрам, но этого было мало.
        Стикс снова запустил программу поиска, заходя на третий круг. В месте, где пропала Женя, не было островов. В глубине души он надеялся на то, что девушке удалось спастись. Но суровая реальность говорила об обратном. Ни одного корабля, ни одной подводной лодки сканер в этом секторе не засек. Только стаи резвящихся в лазурных волнах рыб да другие обитатели морской пучины, причудливые силуэты которых мало походили на человеческие. Девушка в прямом смысле слова канула в воду, исчезнув навсегда.
        Стикс посмотрел на соседнее кресло. Оно было пустым, ремни безопасности, которые когда-то обвивали стан Жени, небрежно свисали вниз практически до самого пола. Он видел, как сейчас, ее задумчивое лицо, лежащие на подлокотниках руки. Совсем недавно она сидела здесь, рядом с ним…
        Новый гудок привлек его внимание. Длинные пальцы надавили на нужные клавиши и ярко мигающее изображение начало медленно увеличиваться. Когда картинка стала более отчетливой, Стикс разочарованно вздохнул. Занятый своими делами осьминог, точно размытая клякса, перекатывался из стороны в сторону, шныряя вокруг выдающегося вперед края подводной скалы. И снова бортовой компьютер принялся за работу, а его хозяин погрузился в воспоминания. Он не мог забыть образ той, кого так отчаянно пытался найти.
        Ее глаза… иногда черные и мрачные, иногда яркие и лучистые, точно янтарь. А порой они наполнялись золотым светом, от которого у него замирало сердце. Он никогда не видел таких глаз. В них отражались все ее чувства, мысли, переживания… В них он однажды прочел любовь.
        Руки Стикса непроизвольно сжались в кулаки, костяшки жалобно хрустнули, а кожа побелела. Его лицо было каменным, а холодные серые глаза потускнели. Когда кабина огласилась новыми гудками, он прильнул к монитору. Напряженно всматриваясь в транслируемое с нескольких километров изображение, Стикс побледнел. Силуэты, принятые сканером за объект, похожий на тот, что был задан в программе поиска, преобразились в двух плывущих рядом акул.
        "А вот и чистильщики, - пронеслось в его голове и тут же отозвалось болезненным эхом в области сердца. - Ведь я даже останков не смогу найти, если они успели раньше".
        Эта мысль прозвучала как приговор. Он чувствовал, что последние надежды гаснут, уступая место гнетущей пустоте, которая постепенно овладевала всем его существом. Жене не удалось спастись… слишком, слишком долго отходила "подаренная" парализатором слабость, слишком поздно он смог вернуться сюда. У нее просто не было шансов. Даже совершенное тело не приспособлено для жизни под водой, тем более под такой, где полно акул и прочей, весьма агрессивной для чужаков живности.
        - Нужно увеличить радиус поиска, - проговорил Стикс, ни к кому не обращаясь.
        Его катер выскользнул из воды, заходя на новый виток. Синие волны плавно качались, искрясь в ярких лучах стоящего над горизонтом солнца. По небу плыли стаи белых пушистых облаков. Таким красивым и безмятежным был этот морской пейзаж, что у Стикса сдавило горло. Прекрасная могила для женщины, без которой он уже не представлял свою жизнь.
        - "Кае 2", подготовь подробный список оружия, мощности которого хватит для того, чтобы вызвать цепную реакцию и взорвать звезду. Ее параметры: белый карлик в системе Готергоу, четвертая галактика, - его голос звучал отрешенно, а в ледяных глазах отразилась пугающая решимость.
        "Сказочный оазис в бескрайнем болоте гниющей цивилизации… - всплыли в памяти Стикса слова полицейского вместе с его чешуйчатой физиономией. - Ну хорошо… скоро ты узнаешь, что значит потерять самое дорогое, - тонкие мужские губы скривились в мрачной улыбке. - Скоро…"
        На мониторе возник запрашиваемый отчет. Пробежавшись по нему взглядом, Стикс выбрал наиболее подходящую модель оружия и задал новый вопрос:
        - Стоимость этой установки и место, где ее можно приобрести.
        - Продажа и покупка военной техники с такими разрушительными характеристиками запрещена законом конфедерации?8879, нарушение которого является преступлением и карается заключением на астероиде Ланкоу сроком от… - рапортовал компьютер на межгалактическом языке, но Стикс прервал его бесстрастную речь, резко проговорив:
        - Я не спрашиваю тебя о последствиях, меня интересует цена, - внешне он был спокоен, лишь в глубине серых глаз острыми гранями поднимался арктический лед.
        Получив нужную информацию, Стикс снова принялся корректировать параметры, забитые в поисковую программу. Он прекрасно понимал, что шансов найти Женю нет, но продолжал упрямо кружить по сектору океана, поглотившего ее, снова и снова проверяя результаты сканирования.
        ГЛАВА 33АНТАРКТИДА
        Вокруг не было видно ни зги. Серебряное покрывало снега тонуло в глухой черноте холодной полярной ночи. Дабор-Лэш медленно ступал по жесткому насту, пробираясь к черному открытому проему в огромной белой горе, который зиял точно сделанная мышами дыра на ее идеально ровной поверхности. Замаскированный под окружающий ландшафт крейсер ожидал прихода одинокого гостя.
        Серый эластичный костюм с двумя небольшими баллонами за спиной, мягко облегал тело Дабор-Лэша. Это был скафандр для выхода в открытый космос. Антарктический холод, в понимании теплолюбивого фиторианца, немногим отличался от безвоздушного пространства. Дышать здесь было для него так же невозможно, как и там. Яркий луч мощного фонаря освещал путь, выхватывая из темноты летящие навстречу снежинки, которые медленно падали на покрытую льдом землю. Свободной рукой Дабор-Лэш прижимал к груди неподвижного металлического краба, конечности и панцирь которого были занесены снегом. Войдя в открытый шлюз, он отстегнул защитную черную маску и снял капюшон. Здесь было гораздо теплее, нежели снаружи. Когда проем закрылся и температурные параметры приблизились к оптимальным для Склефа, он вышел навстречу гостю. Широкая улыбка его выглядела слащавой.
        - Ты никогда не расстаешься с этой железкой, что ли? - спросил он, бросив пренебрежительный взгляд на маленького робота.
        - После недавних событий я опасаюсь оставлять его без присмотра, - ответил Дабор-Лэш, бережно стряхивая с клешни своего электронного питомца снег.
        - Ха-ха-ха, - Склеф натужно захохотал. - Хорошее у тебя чувство юмора, фиторианец.
        Странная улыбка тронула губы визитера. Он осторожно поставил на пол краба и двинулся к открытой двери, возле которой стоял, дожидаясь его, полицейский. Быстро перебирая лапками, краб, точно верный пес, семенил следом.
        Часть 5. Договор.
        ГЛАВА 1ДЕВОЧКА НА МОНИТОРЕ
        Когда "Кае 2" взмыл в небо, было уже темно. Далекие звезды призывно мерцали на иссиня-черном небосводе, который украшал белый полумесяц. Именно к нему летел Стикс. Его застывшее в мрачном раздумье лицо казалось восковым. Он сидел не двигаясь и смотрел на мониторы, которые отражали постепенно увеличивающуюся поверхность Луны. Автопилот исправно работал, следуя заданному курсу. Но намеченной посадке не суждено было состояться. Всего за несколько минут до ее осуществления катер сильно тряхнуло, будто он попал под действие взрывной волны. Панель управления, жалобно мигнув, погасла, другие приборы тоже перестали функционировать. Экраны почернели, кабина погрузилась в кромешную тьму. Тихо гудевшие до этого момента двигатели заглохли. Катер был полностью обесточен.
        Стикс провел рукой по клавиатуре, никакой реакции не последовало. Он действовал на ощупь. Даже его зоркие глаза не могли видеть при таких обстоятельствах. Но пальцы прекрасно помнили расположение клавиш, и ему не составляло большого труда нажимать нужные. Однако все это ни к чему не приводило. "Кае2" был мертв, ни одна из систем, даже аварийная, не работала. Без постороннего вмешательства подобные вещи не происходили или случались крайне редко. И Стикс прекрасно знал это. Откинувшись на спинку кресла, он принялся ждать дальнейшего развития событий.
        Новая встряска и звук глухого удара сообщили ему о стыковке с кораблем чужака. Варианты его принадлежности он мог пересчитать на пальцах. Полицейский крейсер или еще какой-нибудь залетный визитер? Кому он, собственно, нужен? И нужен ли он вообще кому-нибудь?… Громкий щелчок разорвал тишину, катер пришел в движение. Судя по всему, его безжизненный корпус транспортировали в шлюз.
        "Значит, нужен, - подумал Стикс, не меняя позы, мрачная усмешка скривила его губы. - Какие еще инструкции забыла дать мне эта клетчатая тварь?"
        Ожидая новой встречи с тем, из-за кого погиб единственный дорогой ему человек, он машинально положил руку на пульт и принялся бесцельно нажимать на клавиши, не сильно веря в то, что это может что-либо изменить. Однако катер отозвался на прикосновения хозяина. Тусклый свет разлился по кабине, вспыхнули панели приборов, зажглись экраны.
        - Неожиданный сбой в питании, - отчитался "Кае 2". - Системы восстановлены на семнадцать процентов от нормы. Запущен аварийный режим.
        Стикс вздохнул, слушая эту отрывистую речь. По ту сторону корпуса он видел уже знакомый шлюз полицейского крейсера, по которому медленно ползли два робота, их зеленые лампочки-глаза были прикованы к зажатому в металлических тисках стыковочной системы катеру. Его внимание отвлек квадратный монитор, он быстро менял цвета, пока наконец не остановился на ярко-зеленом. Затем начали происходить метаморфозы. Тонкие черные линии методично рисовали улыбающуюся детскую физиономию. Когда картинка была закончена, она радостно воскликнула на русском языке, шевеля губами:
        - Здравствуй, дорогой!
        Стикс продолжал молчать, с подозрением глядя на разговорчивый персонаж.
        - Прости, что пришлось влезть в электронные системы катера без спроса, но это для твоей же безопасности, - продолжая улыбаться, сказала мордашка. - Мало ли что придет в твою дурную голову, я ведь не хочу, чтобы ты реагировал неадекватно, - веселый смех наполнил кабину. - Ну же, ну… неужели ты меня не узнаешь?! - девочка без устали гримасничала, ее симпатичное нарисованное личико светилось радостью, а в чуть раскосых глазах прыгали озорные блики. - Это же я, Я!
        Стикс чуть приподнял бровь, но ничего не ответил. Склеф хорошо изучил повадки Энни и вполне мог имитировать ее, чтобы втереться к нему в доверие. Это было подло, но что еще можно ожидать от беспринципного полицейского? Однако растревоженная душевная боль проснулась, и сердце, окаменевшее на время, снова заныло. Его рука непроизвольно легла на левую сторону груди, словно пыталась прикрыть кровоточащую рану. Девочка на экране расценила этот жест по-своему, она самодовольно усмехнулась и гордо произнесла:
        - Да, да, это я! Только не падай в обморок, дорогой! Я жива и здорова, почти здорова, - поправилась она, подняв вверх глаза. - Но чувствую себя прекрасно. Ты, наверное, хочешь спросить, как я здесь оказалась?! - ее ресницы взлетели вверх, а рот застыл в приоткрытом положении. - Это все она, - девочка выдержала паузу для пущей важности. - Твоя ненаглядная. Это был ее коварный план. Я даже не представляла, что она такая умная! Ты знаешь… - собеседница понизила голос до шепота. - Ведь она спасла мне жизнь. Я бы никогда не смогла выбраться из той морской могилы, в которую отправил меня Склеф. Но она… она меня поймала у самой воды. Она прыгнула ради меня, рискуя собственной жизнью! - восторженно завопила Энни или то, что ею прикидывалось, - НИКТО И НИКОГДА НЕ ДЕЛАЛ ЭТОГО РАДИ МЕНЯ!
        Рисованная физиономия замолчала, будто желала перевести дух после столь бурных эмоций. Стикс неотрывно смотрел на нее, мысли в голове его путались. Он по-прежнему не произносил ни слова, лишь изредка поднимал бровь, да задумчиво поглаживал свой гладко выбритый подбородок. Эн и не требовались его ответы. Она продолжала говорить сама с собой, искренне веря в то, что говорит с ним.
        - Как выяснилось, эта планета - настоящий проходной двор, - заявила девочка, глядя на него с экрана. - Здесь на каждом шагу хорошо замаскированный инопланетянин. Нет, ну ты только представь. Бултыхаемся мы с Женечкой в воде, вокруг ни одного клочка суши. И вдруг… появляется он! - с губ ее слетел благоговейный вздох. - Красивый, высокий… на корабле-призраке. Упс, - рисованные глаза удивленно заморгали. - Я тут немного покопалась в базе данных твоего катера… зачем тебе это ужасное оружие? Ты что, собирался уничтожить центральную звездную систему четвертой галактики?!
        Стикс повел плечами, дескать, мол, сама думай, что я собирался делать и зачем. Энни так и поступила.
        - 12 миллиардов ни в чем не повинных существ… - задумчиво пробормотала она. - Вау! - то ли возглас восторга, то ли изумления вырвался из ее крошечного ротика. - Ну ты даешь, дорогой! А как ты собирался это сделать? Ведь там нет синих коридоров, там вообще никаких коридоров нет поблизости. Это не дальнобойное оружие. Приблизившись к звезде на достаточное для выстрела расстояние, ты бы не смог уйти оттуда живым. Реакция молниеносна. Тебя смело бы вместе с тремя планетами, населенными готергоу.
        - Я и не собирался, - наконец подал голос Стикс, решив, что отпираться бессмысленно. Планы его рассекречены и уже не важно кем. Хотя познания Склефа в области используемых Энай коридоров выглядели неправдоподобно. Но окончательно поверить в то, что эта симпатичная мордашка, кривляющаяся на его мониторе, Эн, он боялся.
        - Что?! - глаза девочки округлились. - Ты хотел погибнуть, унеся с собой в могилу самый цвет расы трехпалых?! Ааааах! - восторженно выдохнула она. - Какие чувства, КАКИЕ ЧУВСТВА! Ты хотел отомстить за смерть Жени? - ответа не последовало, и собеседница снова все решила сама. - Конечно, ты именно это и собирался сделать! Как же я ей завидую… такие чувства… такие жертвы… целых 12 миллиардов! Да, кстати, у меня к тебе одна маленькая просьба, деловым тоном добавила Энни. - Пока твои капсулы на моем крейсере… сделай мне одно тело, пожалуйста. А то я как-то неуютно себя чувствую без биологической оболочки. Ты ведь понимаешь… роботы - они железки, ломаются иногда, сбои в системе дают…
        - Ты ведь представитель ЭЛЕКТРОННОЙ расы, - Стикс прищурился, слушая ее.
        - Да, - девочка скромно улыбнулась. - Но пока ты здесь… в память о нашей дружбе. Всего одно единственное тело. Договорились?
        Он снова пожал плечами, что она, естественно, расценила как согласие. Воодушевленная таким ответом, Энни продолжала болтать.
        ГЛАВА 2ДВЕНАДЦАТЬ МИЛЛИАРДОВ
        Одинаковые детские физиономии отражались практически на всех мониторах захваченного Энай корабля. И везде они вели себя по-разному. Самыми активными были две, одна "зависала" в "Кае 2", другая красовалась перед носом Жени, которая дожидалась, пока шлюз заполнится воздухом и Стикс сможет выйти из катера. Ее с ним разделяли всего несколько плотно закрытых дверей да десяток минут ожидания. Однако Эн, как истинный друг, возложила на себя обязанность скрасить эти самые минуты. Параллельно она беседовала с обоими, в ярких красках расписывая свои восторги. У нее их было несколько. Первый - замечательность Жени, об этом она рассказывала Стиксу. Второй - ее собственная гениальность, это тоже было предназначено для его ушей, потому что Женя прослушала данный монолог уже раз пять, ну а третий непрерывным потоком лился с большого экрана, расположенного в каюте, где сидела девушка. Она слушала Энни, кутаясь в белоснежную мужскую рубашку, надетую поверх ее обнаженного тела. Сначала она улыбалась, потом побледнела.
        - Ты можешь себе вообразить такое?! - тараща глаза, говорила девочка. - Он так сильно любит тебя, что готов был уничтожить целых 12 миллиардов трехпалых существ, вместе с их центральной звездной системой!!! Он собирался погибнуть ради этой цели! Ты представляешь?! Какие чувства, какие жертвы!!! - она задыхалась от переполнявшего ее восхищения. - Как я тебе завидую!
        Женя ничего не отвечала, золотистый блеск в ее глазах погас, они стали черными и непроницаемыми, как бескрайний холодный космос.
        ГЛАВА 3УСВОЕННЫЙ УРОК
        Стикс смотрел на свою нарисованную собеседницу и молчал, позволяя ей самой говорить о том, что его интересовало.
        - У этого парня, - щебетала Эн, расписывая недавние события, - на корабле оказался краб. Точнее сказать, это был маленький робот с ужасно примитивной программой. Они с Женечкой засунули меня в его панцирь. Было страсть как неудобно, но я стойко вынесла все невзгоды ради благой цели. Склеф встречался с ним в Антарктиде. Так я попала сюда. Потом я привела в действие наш план. Мой гениальный ум сделал все быстро и четко, я блестяще провернула задуманную операцию и получила хороший приз. Целый корабль! Новый, с кучей полицейских штучек, технических "наворотов"… а сколько тут кодов доступа! Если бы ты видел физиономию этого чешуйчатого кретина, когда его собственный крейсер взбунтовался! - девочка перевела дух и продолжила: - Я сказала ему то же самое, что и он мне. Я дала ему шанс! Теперь этот клетчатый идиот плавает где-то между Антарктидой и Австралией, именно там я его выкинула. Надеюсь, что он уже утонул, - она хихикнула. - Поделом ему!
        - Ну, а как же ваш спаситель? - полюбопытствовал Стикс осторожно, когда в словоизлияниях Энни забрезжил короткий просвет.
        - Этот красавчик? - она оживилась. - О! Это отдельная история. Когда он вытащил нас из воды, мы обе обомлели. Такой мужчина… да еще и на корабле-призраке. Ах… - собеседница на мгновение затихла, мечтательно закатив глаза, потом снова заговорила. - Женечка оказалась горячей штучкой. Мои наставления не прошли даром. Как выяснилось на деле, она хорошо усвоила урок и применила его по назначению.
        - Какой урок? - Стикс не понял.
        - Как какой?! - Энни улыбнулась. - Конечно же, обольщения!
        Его вопросительный взгляд стал сигналом для продолжения ее рассказа.
        - Сначала она повисла на нем, замочив собой его одежду. Это был хороший ход для осуществления первого телесного контакта. Я поразилась ее находчивости, никогда раньше не замечала за ней такой прыти. Расчет оказался верным. Он не смог устоять перед объятиями красивой женщины.
        - Перед объятиями? - уточнил собеседник, прищурившись.
        - Ахха, - девочка скромно потупила глазки. - Она обвила руками его шею и смотрела ему в глаза так, будто он был единственным мужчиной на свете. Я даже ненароком подумала, что он ей действительно нравится.
        - А на самом деле? - Стикс не сводил с нее пристального взгляда.
        - Так и есть, - Эн кивнула. - Хотя, если честно, я считаю, что ты лучше, дорогой, - льстиво промурлыкала она. - Этот парень, конечно, хорош. К тому же он спас нам жизнь, но 12 миллиардов… - она мечтательно прикрыла глаза. - Это так романтично!
        - А что было потом? - спросил Стикс, возвращаясь к теме их разговора.
        - Потом она устроила для него стриптиз.
        - То есть? - серые глаза сверкнули, но рисованная девочка даже не заметила этого.
        - Ты что, столько лет прожил на Земле и не знаешь, что такое стриптиз?! - она насмешливо посмотрела на него с экрана и продолжила: - Это такой танец с раздеванием.
        - Евгения танцевала?
        - Нет, она только раздевалась, - Энни вздохнула. - Надо будет поработать с ней над пластикой движений. Думаю, она это быстро освоит. Ведь она такая умная и талантливая… я и понятия не имела, что у нее такие неординарные способности. Она меня приятно удивила и спасла… я уже говорила, что она меня спасла?!
        - Да, - сухо ответил Стикс. - Что было дальше?
        - Дальше они уединились. Ну… ты сам знаешь для чего, - девочка кокетливо подмигнула ему. - Я всегда говорила, что лучший способ войти в доверие к мужчине - так это переспать с ним!
        - Неужели? - его тонкие губы дрогнули под тяжестью мрачной улыбки.
        - Да! - гордо ответила Эн. - Он был ею очарован. Такой обходительный, такой вежливый, заботливый. Неудивительно, ведь они занимались этим целый час, если не больше! Все-таки она необыкновенная, твоя Женечка. Так зацепить мужика, да еще и с первой попытки… ух! Я в восхищении!
        - Я тоже, - продолжая улыбаться, проговорил Стикс. Серые глаза его были холодны.
        ГЛАВА 4"РАДОСТНЫЙ МОМЕНТ"
        Женя молча шла к дверям шлюза по коридору, висевшие на его стенах мониторы отражали симпатичное детское личико, которое продолжало без остановки болтать. Девушка слушала Энни вполуха, голова ее была занята другим. Когда она приблизилась к цели своего пути, нарисованная мордашка громко провозгласила:
        - А вот и долгожданный момент! Как я за вас рада!
        Створки большой четырехметровой двери начали медленно разъезжаться, открывая взору стоящей напротив Жени высокую мужскую фигуру в фиолетовом форменном костюме, пиджак которого был расстегнут. Стикс смотрел на нее так же пристально, как и она на него. Ни босые ноги девушки, ни ее растрепанные волосы, ни белая мужская рубашка, в которую она была одета, не остались незамеченными. Эн наконец заткнулась, вероятно, в предвкушении радостной встречи, пронаблюдать и прослушать которую она считала своим долгом.
        - 12 миллиардов ни в чем не повинных существ? - проговорила Женя, едва шевеля губами.
        - И что? - холодные мужские глаза сузились, тая в своей глубине колючий блеск.
        - Ты хотел их всех уничтожить? - ее руки дрожали от напряжения и она, стараясь это скрыть, скрестила их на груди.
        - Ну должен же был я чем-то заняться, пока ты развлекалась со своим спасителем в его призрачном корабле, - Стикс мрачно улыбнулся.
        - Ты чудовище, - прошептала девушка, глядя на собеседника так, будто впервые поняла его истинную сущность. - Ты маньяк, убийца. В тебе нет ничего человеческого.
        - Действительно, - он пожал плечами, шагнув вперед. - Ведь я не человек. Ты забыла?
        - О, да! - Женя отступила назад, чтобы не нарушать дистанцию. - ТЫ НЕ ЧЕЛОВЕК! ТЫ МОНСТР.
        - Он самый, - его цепкий взгляд вновь скользнул по ее телу, задержавшись на тонкой ткани рубашки, белизна которой слепила ему глаза, отзываясь болезненными уколами в области сердца. Какое-то странное, мерзкое чувство грызло его изнутри, и без того скверное настроение продолжало дальше стремительно портиться. - Куда уж мне до твоего великолепного спасителя.
        Язвительный тон Стикса окончательно разозлил девушку. Она покачала головой и ядовито произнесла, чеканя каждое слово:
        - Верно. Хорошо, что во Вселенной помимо чудовищ вроде тебя есть еще и рыцари на белых кораблях.
        Фраза прозвучала словно пощечина. Стикс некоторое время молчал, глядя сквозь нее, потом холодно поинтересовался:
        - Почему же ты находишься здесь, а не с ним?
        - У нас с тобой есть одно незаконченное дело, - лицо Жени было каменным. - Ты обещал создать тела для убитых тобой людей, вернув им свободу. Надеюсь, ты собираешься сдержать свое слово?
        - Не сомневайся в этом, - его ответ прозвучал отрешенно. - Я сдержу связывающее нас обещание, и мы забудем о существовании друг друга.
        - Договорились, - собеседница натянуто улыбнулась и, повернувшись к нему спиной, зашагала прочь.
        Он продолжал стоять на месте, глядя ей вслед, серые глаза его были грустны.
        - Эй, - тихо позвала симпатичная мордашка, занимавшая почти весь соседний экран. - Я чтото не поняла. А где же радостный момент?
        - Ты просила сделать тебе тело, - напомнил Стикс, меняя тему разговора. - Не стоит откладывать это надолго. У меня не так уж и много времени.
        ГЛАВА 5СОЗДАНИЕ ТЕЛА
        На поверхности Луны стояли две огромные горы, одна из которых была значительно стройнее другой. Внешне они не сильно выбивались из окружающего ландшафта, если не считать некоторых видимых отличий. Во-первых, по форме своей эти странные горы были слишком идеальными; во-вторых, они точно гигантские грибы выросли на некогда равнинной местности вдалеке от глубоких кратеров. И, в-третьих, между ними протянулся покрытый цилиндрическим куполом мост. Так со стороны выглядел стыковочный коридор двух космических кораблей конфедерации. Внутри него протянулась длинная цепочка роботов-рабочих. Они, быстро перебирая лапами, таскали на своих спинах отдельные части содержимого "Кае 3". Иногда им приходилось выстраиваться в шеренги, чтобы иметь возможность транспортировать более крупные куски. Иногда для тех же целей трудолюбивые грузчики из сверкающего серого металла собирались в квадраты или прямоугольники, в зависимости от площади и веса переносимого предмета. Пока запрограммированные Энни на это занятие роботы выполняли полученный приказ, Стикс наблюдал за процессом роста ее нового тела.
        Он без каких-либо опасений запустил непострадавший от рук пиратов прибор, чтобы выполнить просьбу последней из Энай. Она ему нравилась. Один только факт ее существования навивал ностальгические воспоминания о давно погибшем Эн-Джи. Его друг, его учитель… Он был обязан ему всем, от уникальных знаний до продленной на неограниченный срок жизни. И Стикс никогда не забывал об этом. А Энни… болтливая интриганка без стыда и совести, она тоже была одинока, и этим она была ему близка. Особенно сейчас.
        Женя закрылась в каюте, сославшись на головную боль и усталость. Она не выходила оттуда почти двое суток. Наверное, спала. Стикс не уточнял этот вопрос. Он был занят созданием тела для Эн, рисованная вариация которой в последнее время выглядела на удивление тихой.
        - Почему ты такой мрачный? - подала она голос с монитора, расположенного рядом с ним. - Что-то не так с прибором?
        - Все в порядке, - его бледные губы чуть заметно улыбнулись.
        - А параметры? Ты все правильно записал?
        - Как продиктовала, так и записал.
        - А рост?
        - И рост.
        - А цвет волос и глаз? - девочка на экране выглядела очень серьезной.
        - Энни, - Стикс сделал акцент на букве "н", чуть растянув ее. - Скоро сама во всем убедишься. Осталось ждать не больше трех часов. А потом, когда я заберу свои вещи и отчалю отсюда, ты сможешь спокойно отправиться на Землю, забрать свои собственные капсулы и создать целую кучу клонов. Именно таких, как тебе нравится.
        - Ну ладно, - согласилась она. - А теперь скажи, почему ты всетаки мрачный?
        - Просто устал.
        - Да? - чуть раскосые глаза девочки недоверчиво взглянули на него. - Уверен? А может, ты такой из-за нее? Не понимаю, что вы дуетесь друг на друга. Ну хочешь, я покажу ее тебе, а? Хочешь?
        - Дорогая, - Стикс сдержанно улыбнулся. - Если ты не перестанешь донимать меня подобными вопросами, я подкорректирую программу и сделаю твое биологическое тело бесполым.
        - Как скажешь, - послушно пролепетала собеседница, снова превратившись в скромную и тихую. - Тебе, и правда, не помешал бы отдых. И мне тоже, - экран мигнул, и изображение девочки растаяло, а вместе с ним растаяла и улыбка, временно гостившая на лице Стикса.
        ГЛАВА 6БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ
        Женя сидела на диване, подтянув колени почти до подбородка. Черная волна ее спутанных волос скрывала бледное лицо с устремленными в одну точку глазами. В такой позе она провела уже несколько часов. Голова у нее действительно болела от переизбытка противоречащих друг другу мыслей, разогнать которые у девушки не хватало сил. Слишком многое случилось за последние дни. Она чувствовала себя усталой и подавленной. Сон не шел к ней, и Женя продолжала думать, все глубже погрязая в собственных размышлениях, которые, как ей казалось, вполне могли довести ее до сумасшествия.
        Двери медленно открылись и в каюту по очереди въехали три блестящих робота, напоминавшие вытянутые баллоны с торчащими по бокам шлангами, заменявшими им руки. В одной из таких рук девушка заметила расческу. Она подняла голову и вопросительно посмотрела на отражаемую настенным монитором физиономию, которая несколько раз моргнула и невинно проговорила:
        - Тебе нужно привести себя в порядок, дорогая.
        - Спасибо, я в порядке, - ответила Женя, сменив наконец позу. Она спустила ноги на пол, а руки положила на колени.
        - У нас с тобой, судя по всему, разное понимание этого слова, - реплика Энни прозвучала как-то слишком пространно.
        Следом за маленькой армией бытовых роботов в открытый дверной проем вполз один боевой, точно такой же, как тот, что сторожил их со Стиксом в шлюзе, когда они оба находились без сознания. Глядя на его немигающие лампочки-глаза, девушка невольно поежилась.
        - Что это значит? - спросила она тихо, покосившись на разговорчивый персонаж.
        - Мой подарок, - ответила Эн.
        - Робот? - Женя насторожилась.
        - Нет, - детское личико расплылось в улыбке, - то, что он принес.
        Быстрый взгляд больших карих глаз метнулся в противоположную сторону и впился в блестящий силуэт металлического гостя. То, что она не заметила сначала, покоилось на шелковой фиолетовой подстилке, сложенной в несколько раз на плоской спине робота. Спрятанный за его головой в виде небольшой, усеянной зелеными огоньками башни, подарок блестел и переливался в свете ярких ламп, которыми был покрыт потолок каюты. Женя сразу узнала его, она медленно поднялась и двинулась к неподвижно стоящему посыльному. Он так и не шевельнулся, позволив ей забрать стеклянный шарик с закованной в крошечных пузырьках рыбкой.
        - Где ты его нашла? - ее посветлевшие глаза горели таким же янтарным огнем, как и содержимое шара.
        - Я занималась погрузкой того, что осталось от корабля Стикса, вот и наткнулась на твой сувенир, - девочка на экране продолжала улыбаться. - Ты довольна?
        - Да, - Женя прижала к груди подарок, чувствуя как подступают к горлу слезы. Она сглотнула, стараясь отогнать этот неожиданный приступ сентиментальности.
        - А платье? - Энни указала взглядом на то, что девушка приняла за подстилку. - Тебе нужно будет переодеться после душа. Я подумала, что это подойдет.
        Женя развернула подобранный для нее наряд и удивленно произнесла:
        - Оно же бальное.
        - Ага.
        - Зачем оно мне? - она посмотрела на собеседницу.
        - Чтобы выглядеть, как подобает настоящей женщине, - без раздумий ответила та.
        - Спасибо, но мне и так хорошо, - ее пальцы сжали ворот мужской рубашки, которая досталась ей от Дабор-Лэша.
        - Нет, - Энни выдержала паузу. - Поверь мне, Женечка, я лучше знаю, что именно тебе нужно.
        - Но…
        - Иди в душ, - настоятельно рекомендовала смотрящая с экрана девочка.
        За спиной Жени открылась дверь душевой кабины и послышался призывный звук автоматически включившейся воды.
        - Я не хочу, - девушка поморщилась.
        Она повернулась, но не успела сделать и шага в обратном направлении, как получила предупредительный выстрел зеленого луча, пролетевший в нескольких сантиметрах от ее бедра и угодивший в подлокотник ни в чем не повинного дивана.
        - Ты что, с ума сошла? - Женя хмуро взглянула на Эн.
        - Я просто пытаюсь тебе помочь, - вздыхая, ответила та. - Не мешай мне заниматься добрым делом.
        - Благими намерениями вымощена дорога в ад, - покосившись на чересчур агрессивного робота, пробормотала собеседница.
        - Нет, не в ад, - детская мордашка звонко засмеялась. - Всего лишь в душевую кабину.
        Женя скептически покачала головой, но все-таки подчинилась, решив больше не испытывать судьбу. Чтобы не случилось между ней и этой инопланетной субстанцией, а остерегаться ее заскоков стоило. О том, чем заняты мысли представителя электронной цивилизации, она, увы, не имела ни малейшего понятия.
        ГЛАВА 7ПАМЯТЬ О СПАСИТЕЛЕ
        Девушка молча стояла напротив зеркала. Энни при помощи роботов занималась ее внешним видом не меньше пяти часов, и теперь она получила возможность оценить эти долгие и мучительные труды. Если бы Женя не знала, что видит собственное отражение, она вряд ли узнала бы себя. Длинное фиолетовое платье с пышной трехслойной юбкой облегало ее стан, подчеркивая стройную талию и красивый изгиб большой, упругой груди, которая была утоплена в глубоком декольте. Плечи и руки оставались неприкрытыми и их матовая белизна ярко выделялась на фоне насыщенного цвета шелка. Из-под легкого воздушного подола торчали острые носы черных туфель, которые предусмотрительная Эн умудрилась разыскать там же, где и платье. Вероятно, занимаясь погрузкой останков корабля, она тщательно изучала то, что грузит, и сортировала это по собственному усмотрению.
        Женя провела рукой по своей бледной щеке. Впервые за последнее время на ее лице лежал слой искусно нанесенного макияжа. Глубокие сиреневые тени подчеркивали глаза, оттеняя их внешние уголки, черная подводка и тушь усиливали этот эффект, придавая им особую загадочность. Блестящая помада притягивала внимание к пухлым губам девушки, делая их чувственными и выразительными. Женя чуть наклонила голову, разглядывая свое зеркальное отображение. Длинные черные пряди, спадающие вниз от висков, качнулись в такт этому движению. Робот-парикмахер завил ее волосы и уложил их в высокую прическу, оставив несколько локонов для формирования общей картины. Они резко контрастировали со светлой кожей шеи и плеч и выглядели за счет этого особенно акцентными.
        - Нравится? - самодовольно поинтересовалась прописавшаяся на экране девочка.
        - Да, - просто ответила Женя и улыбнулась.
        Она подошла к оставленной на диване рубашке и достала из ее нагрудного кармана аккуратно сложенный вчетверо листок. Покрутив его некоторое время в руках, девушка отодвинула край стянутого тонкой шнуровкой корсета и спрятала его там. Она обращалась с ним так, будто это была дорогостоящая реликвия, а не обычная белая бумага, исписанная чернилами.
        - Что это у тебя? - детское личико прищурилось, с любопытством глядя на собеседницу.
        - Память о нашем с тобой спасителе, - сказала та, повернувшись к ней.
        - А, - нарисованная Энни понимающе кивнула. - Он тебе явно понравился.
        Женя ничего не ответила, она продолжала улыбаться, только эта улыбка была слишком уж печальной, как и тускло горящий в глубине глаз огонек.
        - Ну ладно, - нарушила повисшее молчание девочка. - Стикс пакует капсулы в грузовом отсеке, похоже, он собирается улетать. Ты не хочешь прервать наконец блокаду в общении и поговорить с ним?
        - Что?! Улетать? - лицо Жени стало совсем белым, отчего ярко подведенные глаза казались огромными. - Почему ты мне раньше не сказала?