Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Немченко Михаил: " Джинны Напрокат " - читать онлайн

Сохранить .
Джинны напрокат Михаил Петрович Немченко
        Из альманаха «Поиск»- 92: Приключения. Фантастика.
        Михаил Немченко
        Джинны напрокат
        Рассказ
        - Салон «Хоттабыч», - прочел Витюня вывеску и, хмыкнув, тронул Дашу за плечо. - Нет, ты глянь, чего пишут: «Джинны напрокат». Ну, артисты!
        Он мотнул головой и пошагал было дальше по тротуару, но Даша притормозила своего новобрачного.
        - Заглянем, - кивнула она на дверь.
        - Поверила? - изумился Витюня. - Чихня же! - По направляемый твердой Дашиной дланью, послушно потянул на себя дверь, откуда донесся истошный женский визг.
        Усатенький парень за барьерчиком посмотрел на вошедших одним глазом, вторым продолжая глядеть на экран, где визжала сдобнюшечка-блондныка в бикини, чьим гемоглобином собирались подкрепиться сразу три окруживших ее вампира.
        - Нам бы джинна, - сказала Даша.
        - Выбирайте, - парень убавил визг и широким жестом показал на стеллажи вдоль стен, уставленные плотно закупоренными керамическими сосудами самых разных форм и размеров - от небольших кувшинчиков до целых амфор высотой в полчеловека.
        - Это что, ваша гончарня выпускает? - дурашливо поинтересовался Витюня.
        - Газеты надо читать, - назидательно сказал усатенький. - В Исбагании при раскопках обнаружено массовое захоронение джиннов. Вернее, массовое сохранилище. И исбаганцы поставляют их в счет погашения долга за танки и сгущенку. А нам доверили прокат… Ну что, выбрали?
        - А какого посоветуете? - спросила Даша.
        - Смотря какие желания. Большие - большого, маленькие - маленького.
        - Большие-пребольшие, - сказала Даша и глазами показала Витюне на самую рослую амфору.
        Но Витюня, как ни пыхтел, не смог ее сдвинуть с места. И, перебрав еще с дюжину сосудов разной вместимости, молодые остановили свой выбор на средних размеров кувшине, увесистом, но все же подъемном.
        - Ну и как, исполняются желания? - спросил Витюня, вручая плату за прокат, которая оказалась вполне божеской.
        - Это уж как повезет, - туманно ответил усатенький парень и снова уставился на экран, где блондинка продолжала вопить, а вампиры тем временем затеяли разборку и никак не могли договориться об очередности питания.
        Все это было в субботу, а в воскресенье первым утренним автобусом молодожены доехали до лесопарка и зашагали по дорожке между чахлыми соснами. На поляне Витюня снял рюкзак, но Даша водрузила его обратно, сказав, что надо найти местечко поукромней. И через полчаса они ею нашли - маленькую прогалину, со всех сторон занавешенную кудряшками молодых березок. Кислороду здесь было навалом, хотя слегка и наносило какой-то дрянью от коксохима.
        - Значит, сначала «тойоту», - подал голос Витюня, вынимая из рюкзака заветный кувшин, в содержимое которого он, если честно, еще не очень верил.
        - Куда же ты ее ставить будешь? - Даша полистала тетрадку с желаниями и рассудительно заключила: - Нет уж, сначала коттедж с гаражом… Ну, приготовились!
        Она махнула рукой - и Витюня вытащил пробку. Раздался хлопок, и из горлышка, как из дула, выстрелило каким-то темным сгустком. Повиснув над верхушками деревьев, он растекся густым черным дымом, и молодожены моргнуть не успели, как перед ними воздвиглись две огромные ноги. Облаченное в зеленый халат туловище венчала бородатая голова в белом тюрбане. Какое-то мгновение великан глядел из своей выси на задравших голову Витюню и Дашу, видимо, решая, кому же рапортовать. Потом, вытянув ручищи по швам, открыл рот, но произнести сумел лишь первый слог:
        - Слу… - тут его нос скривился, он поперхнулся и стал оглушительно кашлять и чихать, так что деревья заколыхались. Прочихавшись, джинн попытался вздохнуть, но в ужасе зажал нос и… растаял в клубах черное го дыма. А дым вмиг съежился, ужался и прежним сгустком нырнул с высоты обратно в кувшин. И тут же пробка, выскользнув из Вигюниных рук, плотно впечаталась в горлышко.
        - Ни хрена себе… - пробормотал Витюня. - Дефективного какого-то подсунули. Пойти обменять пока не поздно.
        - Не, тут другое… - Даша помотала головой и, втянув курносым носиком лесопарковый воздух, несущий в себе знакомые городские дуновения, утвердилась в своей догадке: - Экология ему наша не ндра - вот что! - Еще немножко подумала и вынесла резолюцию: - Топаем дальше в лес, где воздух чище.
        Но дальше было то же самое. И через три километра, и еще через пять. Глотнув окружающей среды, джинн кашлял, чихал, моргал слезящимися глазами - и спешил улизнуть в свою кувшинную норку. Это уже начинало раздражать. Кругом зеленел настоящий густой лес, и ни Даша, ни Витюня, как ни принюхивались, вроде, не улавливали больше никаких гадостных примесей, - а этот неженка продолжал привередничать.
        - Да уж… - качала головой Даша, шагая за мужем по тропинке. - Это какой же у них там был воздух во времена Алладина и его лампы…
        И все-таки сдвиг наметился. Когда под вечер, уже порядком удалившись от города, молодожены в очередной раз открыли кувшин, джинн продержался в атмосфере чуть дольше прежнего. И даже успел произнеси одним звуком больше - уже не «Слу…», а «Слуш…» Какой-никакой, а прогресс. И значит, курс прежний, а лесную глубь!
        В общем, домой Даша с Витюней не вернулись, благо оба были в отпуске. Они заночевали в стогу, по молчаливому согласию приостановив с этого момента свой медовый месяц. Заниматься любовью в присутствии постороннего, да еще тем более иностранца, - пусть даже и надежно закупоренного в своей таре, - было как-то не по себе, а выпускать заветный сосуд из рук они не решались. Так и заснули, целомудренно положив между собой кувшин и крепко обняв его каждый со своей стороны. Наверно, об этом и шептались удивленно до утра столпившиеся вокруг покоса старые сосны. На своем веку они навидались всякого, но такую стойкость и выдержку, похоже, видели впервые.
        Утром молодожены двинулись дальше. Они шли я шли, держась на северо-восток, и места вокруг становились все глуше и гаежней. Но привереда-джинн словно не замечал этого. Только на третий день он соизволил выдать еще один звук - «а». И лишь спустя еще двое суток его «Слуша» превратилось наконец в отчетливое «Слушаю», произнесенное с сильным ближневосточным акцентом. Но это была только первая половина магического рапорта. «Слушаю и повинуюсь» - лишь после этих слов джинна можно было отдавать ему приказания…
        Бутерброды, взятые из дому, давно кончились. Пришлось перейти на подножный корм, довольствуясь тем, что удавалось раздобыть на пустых дачах, в огородах и стоявших где-нибудь на отшибе избах, откуда отлучились хозяева. А в одном садовом домике странники разжились старенькими, но еще крепкими куртками - без них ночами стало зябко. Никаких угрызений совести они не испытывали: Витюня аккуратно записывал адреса и координаты, чтобы с лихвой вознаградить потерпевших, как только джинн приступит к исполнению своих обязанностей.
        Но обитатель кувшина приступать явно не спешил, осваивая новые звуки через день по чайной ложке. И тем сильней была радость молодых, когда однажды утром над таежной поляной разнеслось долгожданное: «Слушаю и повиную…» На заключительное «сь» пороху не хватило - джинн опять расчихался и привычно дезертировал в свое убежище. И все равно Витюня и Даша готовы были пуститься в пляс: до цели оставался один последний рывок!
        Для полной гарантии они брели по чащобам еще целых три дня, питаясь ягодами да грибами, которые, нанизав на прутик, наловчился обжаривать на костре обросший курчавой бороденкой Витюня. Но это было даже и к лучшему - при более калорийном питании бремя целомудрия грозило стать невыносимым… И наконец наступил решающий момент. У подножья высоченной нелюдимой ели они поставили кувшин на землю, и Витюня, сгорая от нетерпения, рванул пробку.
        Все было, как всегда. Темный сгусток, с хлопком вылетевший из горлышка, Исполинская фигура, возникающая из клубов дыма… А дальше произошло неожиданное. Вознесшаяся над кронами голова вдруг задергалась, лицо посинело, как от удушья, джинн ойкнул и, не произнеся ни слова, сжавшись в комок, сиганул обратно в кувшин.
        Потрясенные молодожены переглянулись, и Витюня без лишних вопросов полез на великаншу-ель. Там, наверху, все стало ясно: впереди, прямо по курсу, чуть колыхаясь на ветру, горел над тайгой огромный газовый факел. И такие же факелы, только поменьше, покачивались на горизонте справа и слева.
        - Перелет, - констатировала Даша, когда Витюня доложил обстановку, - поворачиваем назад.
        Они подвязали шнурками изодранные кроссовки, попили водички из ручья и поплелись в обратном направлении. Но далеко не ушли. На первом же привале безотказный Витюня взбунтовался. Он сбросил рюкзак, улегся на траву и заявил, что в носильщики не нанимался, и у него нет больше мочи таскать на себе этого захребетника, который мало того, что извел их своими капризами, так еще и начисто лишил личной жизни. И что презрительно-высокомерное отношение этого иноземного субчика к их отечественному воздуху, которым он, Витюня, покамест, ничего, дышит и надеется додышать до конца, - оскорбляет его национальные чувства, И что вообще надо еще разобраться, кто и с какой целью засылает в страну керамику с такой подозрительной начинкой. И что его, Витюнино, терпенье окончательно и бесповоротно лопнуло, и вот сейчас он встанет, пойдет и утопит чертов сосуд в первом попавшемся болоте…
        Даша не мешала мужу выпускать пар. Она молча смотрела на него, как смотрит капитан каравеллы на вышедшую из повиновения команду, и в голове ее вызревало Решение. И как только в потоке Витюниных эмоций обозначилась пауза, она произнесла то, о чем думала:
        - Проморгается.
        - Чего? - не понял Витюня.
        - Сам увидишь, - не стала уточнять Даша. - Небось по-другому запоет, когда некуда будет прятаться. Волей-неволей пообвыкнет… Ну-ка, выпускай его!
        Смутно догадываясь о Дашином замысле, Витюня проворчал, что все равно ничего не выйдет. Но с травки встал и, не очень уважительно вытряхнув кувшин из рюкзака, взялся за пробку. Не сводя с нее глаз, Даша застыла, как Цезарь на берегу Рубикона. И едва из горлышка выстрелило знакомым сгустком, она схватила кувшин и тюкнула его о сосну.
        Джинн, казалось, ничего не заметил. Но когда, разыграв над деревьями свою обычную мелодраму с чиханьем, затыканьем носа, закатываньем глаз и прочими подергушками, он обратился в бегство и увидел, что лишился крова… О, что тут началось! Дрожащий комок паническим вихрем метался по поляне, с жалобным воем кидаясь то к обломкам кувшина, то к перепуганным молодоженам, то снова к обломкам..
        И вдруг - исчез. Витюня озадаченно огляделся. Да, так и есть, они остались одни. И Даша, видать, здорово переживала: лицо, прозрачное от лесной диеты, стало еще бледней, глаза глядели с испугом.
        - Да ну его к черту! - махнул рукой Витюня, чувствуя в себе какую-то непонятную тяжесть. - Все разно без толку… По крайней мере доковыляем до деревни - в баньке попаримся…
        Он с трудом перевел дыхание и только тут осознал, что это на него, Витюню, испуганно смотрит Даша. Вернее, на его туловище. Витюня взглянул - и увидел нечто беременно-вздутое…
        - Склеиваем скорей! - Даша бросилась собирать осколки кувшина.
        Витюня хотел к ней присоединиться, но с непривычки чуть не упал. Желудок оттягивало - будто гирю проглотил. И как только ухитрился так незаметно проскользнуть…
        - Сиди, сиди, я сама все соберу, - хлопотала Даша, усаживая пострадавшего под сосной. - Не будем считаться. Потом, когда я окажусь в похожем положении, ты вернешь мне долг, ладно?
        Обломков в траве валялось много, а клей «Момент» нашелся в рюкзаке в количестве одного, да и то початого тюбика. И навряд ли бы что у Даши с Витюней вышло, если бы не безвыходность ситуации, утроившая их сноровку и изобретательность. В общем, к вечеру кувшин был склеен. О чем Даша громко сообщила, надеясь, что ее услышат. Джинн никак не реагировал, по, как выяснилось, - из чистой деликатности. Просто он дождался, когда молодожены уснут, и незаметно перебрался из временного убежища в свою законную тару. Утром кувшин стоял закупоренным, а Витюня был строен, как прежде. И на радостях молодые поцеловались - впервые с начала своих странствий.
        Очередь в салон «Хоттабыч» тянулась от самого угла. Люди молча стояли - кто с кувшином, кто с кувшинчиком, а кто и с кувшинищем, одна амфора даже возлежала в прицепе «москвича» - и с первого взгляда было ясно, что все пришли к финишу с одним и тем же результатом.
        - Чего не открывают-то? - поинтересовался Витюня, занимая очередь.
        И словно в ответ на его вопрос, в дверях салона появился гот самый усатенький парень, только теперь он был в черном грузчицком халате.
        - Понимаете, поступила из Исбагании новая партия, - извиняющимся тоном проговорил он. - Если вовремя не разгрузим, придется платить неустойку. Так что сегодня уж не откроемся. Приходите завтра.
        Но не успел грустный Витюня завернуть со своей ношей за угол, как на него налетела запыхавшаяся Даша.
        - Ой, какие же мы с тобой дураки! - зачастила она, хватая своего новобрачного за руку. И оглянувшись - не подслушивают ли, - зашептала в самое ухо: - Как это я раньше не дотумкала… Надо ему помочь, понимаешь! Сделать большой-большой противогаз! Чтоб мог напялить… И тогда, вот увидишь, все будет окейно! Скорей за работу, пошли!..

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к