Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Ты - ведьмец. Книга первая Серый Мыш
        Ты - ведьмец #1
        Как стать великим борцом с нечистью?
        Очень просто: надень модные кожаные шмотки, получи за это по голове и потеряй память, очнись в совершенно незнакомом месте, найди себе ученика, который точно знает, кто ты есть на самом деле. И обязательно добудь настоящий меч. Но помни: ты не ведьмак, ты - ведьмец!
        Эта книга - пародия на жанры "попаданцы" и "фанфик". Намёки на героев, события и предметы из известных книг, фильмов и игр используются как объекты шуток, насмешек и глупых ситуаций. Если вам не нравится абсурд, ирония, стёб и упоротый бородатый юмор, пожалуйста, не читайте, пожалейте свой мозг.
        RARS 16+ (бранные слова (цензурные и иностранные), алкоголь, курение)
        Ты - ведьмец | Книга первая
        Глава 1. Я нашёлся!
        Уважаемые читатели!
        Если вы не читали/смотрели/играли «Ведьмака», то рекомендую сначала прочитать главу «Для тех, кто не читал, не смотрел, и не играл» в конце этой книги, чтобы в общих чертах иметь представление, о чём там речь, иначе основная масса шуток с отсылками к оригиналу будет Вам непонятна.
        Первая публикация книги: сайт , ссылка: Книга бесплатна.
        Желаю приятного чтения и удачи на Пути.
        Серый.
        
        ГЛАВА 1. Я НАШЁЛСЯ!
        - Милсдарь, ты живой? - чей-то голос доносится до меня как сквозь толстый слой ваты. Пытаюсь открыть глаза, но стоило мне приподнять брови, как голову пронзила острая боль. Не, лучше я так полежу, с закрытыми глазами.
        - Эй, я вижу, что ты лицо скривил, - настырный голос продолжал свои попытки пробиться ко мне в левое ухо. - Тебе что, плохо?
        Нет, блин, мне просто замечательно. Лежу правым боком на чём-то жёстком, упирающемся мне в рёбра, в ушах звенит, левую бровь и лоб периодически дёргает противная ноющая боль, глаза не открываются, на языке солёный привкус. Да и весь остальной организм настойчиво сигналит маркерами лёгких и средних телесных повреждений.
        - Что случилось, милсдарь? Может, на помощь позвать? - Голос стал более отчётливым и достаточно громким, чтобы перекрыть звон в голове.
        Да кто ж там так орёт-то? Надо хоть одним глазом взглянуть. Осторожно приоткрываю правый глаз и вижу прямо перед собой чьи-то грязные босые ноги. Внезапно мой левый бок словно простреливает адской молнией, от чего из горла вырывается то ли рык, то ли стон.
        - Всё-всё, не трогаю я тебя, лежи спокойно. - Босые ноги сделали полшага назад, а рядом с ними на землю опустился конец палки.
        Ты что, гадёныш, палкой меня тыкать вздумал? Вот как встану сейчас… Попробовал пошевелить левой рукой. А, нет, не встану. Болит что-то всё. Рёбра болят, левая рука болит, спина болит, голова болит. Правую руку вообще не чувствую, словно нет её, и никогда не было.
        - Ты пока полежи тут, а я пойду, позову кого-нибудь. - Владелец босых ног развернулся и сделал пару шагов, явно собираясь куда-то слинять.
        - Погоди, - я с трудом разлепил разбитые губы. - Ты кто?
        - Я-то? Пшем?слав В?йцик, М?лоша В?йцика сын. - Босые ноги передумали бежать и снова подошли ближе.
        Я потихоньку открыл второй глаз и посмотрел наверх. Надо мной стоял парень, одетый в замызганные драные штаны, которые выглядели как мешок из-под картошки, разрезанный снизу и прошитый толстой грубой ниткой. Другой одежды на парне не было, если не считать за одежду тряпку, повязанную на голове на манер банданы.
        - Слушай, Пше…, Пши…, чёрт, как там тебя… - Да, с головой явно нелады, даже имя запомнить не смог.
        - Пш?мек, - подсказал парень и вопросительно уставился на меня.
        - Где я?
        - В овраге, где ж ещё?
        - А что я тут делаю?
        - Лежишь.
        Ну да, конечно лежу, что за дурацкий вопрос.
        - А как я тут оказался?
        - Пришёл наверное. Или приехал, мне-то откуда знать? - Пшемек пожал плечами. - A ты сам, милсдарь, не помнишь что ли?
        Я напряг память. Потом ещё раз. Ни малейшего намёка на какие-либо события из прошлого. Странно как-то. Словно до того момента, как я очнулся, не существовало ничего. Полнейшая пустота, абсолютный вакуум, и вдруг - бац! - и я лежу в каком-то овраге. Похоже, мои тщетные попытки что-либо вспомнить отчётливо отразились на моём лице, потому что мой собеседник не стал дожидаться ответа:
        - Эк тебя отделали, аж смотреть больно. - Чумазое лицо приблизилось, и я, наконец, смог разглядеть, что оно принадлежит конопатому парню лет двенадцати. - Не старайся ты так, милсдарь. Ежели по голове хорошенько приложили, то бывает, что память пропадает. - Парень вытер кулаком нос и с сочувствием посмотрел на меня. - Ты лежи, а я сейчас подмогу приведу. Один-то я тебя отсюда не вытащу.
        Ладно, полежу. Чего ж не полежать, если больше ничего сделать не могу. Птичек, вот, послушаю. Забавно так пересвистываются, как будто спорят о том, какая сегодня погода.
        А погода, кстати, хорошая. Отлично подходящая для того, чтобы лежать в овраге. Сквозь неплотные кроны рослых деревьев проглядывает ярко-голубое небо. Лёгкий ветерок неторопливо перебирает листья, от чего они становятся то светлее, то темнее, подставляя солнцу то глянцевую зелёную поверхность, то слегка белёсую изнанку. Тепло, но в тени совершенно не жарко, да и сквознячком обдувает. Буквально в двух шагах от меня в редкой траве виднеются тёмно-красные круглые ягодки, выглядывающие из-под небольших продолговатых листьев. На вид не понять, съедобные или нет. Не попробуешь - не узнаешь. Благодать, одним словом, лежал бы так и лежал.
        Сколько прошло времени, я не смог определить, потому что задремал. Разбудил меня неторопливый стук копыт по хорошо утрамбованной земле, который я скорее почувствовал, чем услышал. Наверняка где-то неподалёку наезженная дорога. Копыта мерно отмеряли шаги, звук становился всё отчётливее. Примерно через пару минут копыта замерли, послышался короткий негромкий скрип. Потом с той же стороны несколько раз треснули сухие ветки под чьими-то ногами. Я слегка скосил глаза и поймал взглядом двоих подошедших. Первый - уже знакомый мне босоногий парень в винтажных штанах. Второй оказался немного похож на первого лицом, но гораздо старше, да и одет поприличнее.
        - Вот, тут я его и нашёл. - Парень показал на меня пальцем. - Лежал, как мешок с навозом, я думал - мёртвый.
        - Тебя какие черти сюда понесли? - Голос старшего выражал явное недовольство. - Тебе ж велено было за коровой смотреть.
        - Ну так это… живот у меня прихватило. Не посреди поля же мне было садиться. - Пшемек почесался и на всякий случай отступил немного в сторону. - Да и перед коровой неудобно.
        - Милсдарь, что с вами случилось? - Мужик в потёртых кожаных сапогах, тёмных штанах из грубого сукна и серой рубахе приблизился и начал меня с интересом разглядывать.
        - Не помнит он. - Парень подошёл и присел прямо перед моим лицом на корточки. - Побили его крепко, вон шрам какой на лбу, рожа вся в крови, да и на одежде следы, словно сапогами топтались. Но на вид знатный господин. Глянь, какая на нём куртка справная, да и штаны кожаные в обтяжку. У нас в таких тесных штанах только государевы фавориты ходят.
        - Я не тебя спрашиваю, болтун. Иди лучше полог принеси из телеги. - Мужчина шагнул ещё ближе и склонился надо мной. - Как ваше имя?
        - Ээээм… - Я с удивлением обнаружил, что даже имени своего не могу вспомнить.
        Тем временем парень, кряхтя и продираясь напролом сквозь кусты, приволок кусок плотной ткани, к которой местами прилипла солома и непонятная зеленовато-коричневая субстанция.
        - Давай, стели у него за спиной, - скомандовал старший. - Сейчас дотащим до телеги, а там будем думать, как поднимать.
        Пшемек некоторое время возился, расправляя позади меня полотно, а затем бесцеремонно схватил мою левую руку и потянул, пытаясь перевернуть моё многострадальное туловище на спину. Плечо заныло, парень дёрнул сильнее, в боку у меня что-то хрустнуло, и я заорал во всё горло от нестерпимой боли.
        - Осторожно, дурень! У него, похоже, рёбра сломаны, - услышал я сквозь подступающую пелену беспамятства, в которую провалился мгновением позже.
        * * *
        - Да легче ты, бестолочь, - негромкий голос прервал мой полусон-полузабытьё, - не видишь, весь бок в синяках и рёбра углом. Надо как следует замотать, чтобы распрямилось и срослось нормально.
        В следующее мгновение я в очередной раз почувствовал резкую боль в левом боку. Сон как рукой сняло. Хотел было выругаться как-нибудь поубедительнее, но обнаружил, что все подходящие случаю ругательства куда-то улетучились из головы.
        - Что же вы делаете, гады? - Я попытался вразумить моих мучителей, используя доступный словарный запас. - Вы ж меня ещё хуже покалечите.
        - Не волнуйся, милсдарь. Мы хоть образования лекарского не имеем, но всякие переломы наловчились вправлять, - заявил Пшемек уверенным тоном. - Мы нашу прежнюю кобылу, царство ей небесное, много раз лечили. Она ж скотина бестолковая, то в нору кротовую ногу сунет и сломает, то под откос вместе с телегой свалится. А последний раз вообще с моста навернулась, когда я отвлёкся и случайно вожжу не в ту сторону потянул. Тогда-то, конечно, нашего умения не хватило. Сломанный хребет, знаешь ли, не всякий целитель лечить возьмётся. Вот и у нас ничего не вышло, только зря полдня провозились. Зато потом столько колбасы наготовили…
        Меня затошнило от нехорошего предчувствия. Становиться колбасой однозначно не хотелось. Тем временем Вуйцики продолжили обматывать мои рёбра полосой ткани, вроде бы осторожно, но настолько неаккуратно, что я засомневался в их лекарских талантах. Пришлось сжать зубы и стойко терпеть их заботу. Я поблагодарил судьбу за отсутствие у меня серьёзных травм и открытых переломов конечностей, вот только правая рука висела плетью и мешала перевязке. Милош заметил, что я даже не делаю попыток шевелить пострадавшей рукой, отложил бинт и взялся ощупывать моё правое плечо, от чего я сморщился и закусил губу.
        - Всё ясно, милсдарь. У вас плечо вывихнуто, потому рука и не действует. Потерпите немного, - с этими словами он ухватил меня правой рукой за запястье и просунул левую мне подмышку, - и наклонитесь малость вперёд.
        Я послушно наклонился, не ожидая подвоха. Милош со всей силы дёрнул мою руку вниз, а затем вперёд. Последовал неестественно громкий хруст, словно моя рука окончательно оторвалась по самое плечо. Поначалу вроде бы стало немного комфортнее, но тут мой организм опомнился и наградил меня такой болью, по сравнению с которой все предыдущие неприятные ощущения были просто нежными поглаживаниями.
        - А-а-а-у-у-ё-о-о-ю-мать! - подходящие слова на этот раз нашлись сами собой.
        - Всё, всё, не ругайтесь, милсдарь. Теперь плечо на месте, вскорости всё пройдёт и болеть перестанет. - С довольным видом Милош подвигал мою руку вперёд-назад. Боль нехотя отступила, и рука наконец-то стала ощущаться как живая и вполне функциональная часть организма.
        * * *
        Неделя прошла как один повторяющийся день. Проснулся, прямо в кровати поел немудрёный завтрак, обычно состоявший из яичницы или омлета и тарелки овощей, выпил какой-то бурды, похожей на квас. Потом дремал, или лежал, глядя в потолок и прислушиваясь к звукам снаружи. Разглядывал белёные стены и деревянную дверь, которая всегда оставалась чуть приоткрытой. Далее снова ел что-то, что семейство Вуйциков считало обедом. После обеда опять одиночество и тишина. Вечером ужин. Хозяева целыми днями отсутствовали, возвращаясь только на обед и к ужину. Видимо, чтобы меньше меня тревожить, они не задавали мне лишних вопросов. Откровенно говоря, отвечать на их вопросы было всё равно нечего, потому что я так и не вспомнил ничего из своего прошлого.
        Лежать конкретно надоело, но других вариантов пока не было. Изредка пробовал вставать, но боль в сломанных рёбрах и общая слабость не позволили. Милош нянчился со мной, как с малым дитём, приносил ведёрко и даже помогал пристроиться над ним по нужде. Я поначалу как-то стеснялся, но потом понял, что без его помощи не обойтись. Только на восьмой день меня более-менее отпустило, и я смог самостоятельно выбраться из-под тяжёлого одеяла и сесть на кровати, свесив вниз босые ноги.
        - Хозяева, а где моя обувь? - крикнул я вглубь дома, услышав скрип входной двери.
        Громко топая по дощатому полу, в комнату вбежал Пшемек. На его ногах были подозрительно знакомые чёрные ботинки со шнуровкой.
        - Так это… Пока вам, милсдарь, оно без надобности, я пользуюсь.
        - Считай, что надобность прямо сейчас возникла, - ответил я раздражённо. - Верни обувку.
        Хоть я по-прежнему не помнил нихренашеньки, но в этом конкретном случае точно знал, что терпеть не могу, когда мои вещи берут без разрешения. Пшемек не стал спорить, уселся прямо на пол и стянул со своих грязных ног ботинки, не развязывая шнурков.
        - И штаны с курткой принеси. - Надетые на меня подштанники и рубаха из грубой ткани были мне явно не по размеру, да и в памяти всплыли чёрные кожаные штанины и рукава, которые я успел на себе разглядеть при нашей первой встрече.
        Через некоторое время Вуйцик младший принёс мне криво замотанный свёрток. Развернув его, я обнаружил чёрную кожаную куртку, чёрные кожаные штаны и чёрную майку с жутким непонятным рисунком. Перевёрнутая звезда с черепом по центру, какими-то оккультными надписями и стилизованными потёками крови мне сразу почему-то не понравилась.
        - Это что за хрень? - Я показал на скалящийся череп, линии пентаграммы и незнакомые символы возле её вершин.
        - Так это рубаха ваша, милсдарь. Странная какая-то, рисунок очень необычный и рукава коротко обрезаны. Вот штаны ещё. И куртка. Это всё, что на вас было. - Парень слегка занервничал и отступил на пару шагов.
        Явно чего-то не договаривает. Я строго посмотрел на него и нахмурился.
        - Ещё сумка была… - Пшемек покосился на меня и дёрнул плечом.
        - И…
        - И медальон! - По лицу Пшемека было понятно, что он сболтнул лишнего, но теперь уже пришлось сдаваться полностью. - Медальон ещё у вас был на шее, но отец его спрятал от греха подальше.
        Я с трудом встал, держась одной рукой за спинку кровати, попытался сунуть ногу в ботинок, но завязанные шнурки не позволили этого сделать. Наклонился к ботинку, намереваясь развязать шнурок. В этот момент в моей голове зашумело, перед глазами всё поплыло и закрутилось, после чего я благополучно свалился вдоль кровати, от всей души боднув лбом пол. Удар хоть и был не сказать, что очень сильный, но его хватило, чтобы отправить меня в уже привычное путешествие за грань сознания.
        Интерлюдия: Примерно полторы недели назад
        «Он выходит в полнолуние на кормёжку. Так мама рассказывала…» - приставка крутила на телевизоре очередную серию свежего сериала. - «Если волк пробежит над могилой беременной девицы, не успевшей родить…» - чумазое лицо с темными потрескавшимися зубами пыталось нагнетать обстановку, - «то ребёнок начнёт расти в её чреве…»
        - Блин, Влад, ну я же просила не смотреть без меня! - Светка плюхнулась на диван, наигранно изображая недовольство.
        - Не нуди, тут только началось. - Влад поднял за горлышко бутылку с пивом и сделал глоток. - О-о-о… Холодненькое…
        Парень с разодранной грудью продолжал неубедительно вещать с экрана про рождение волколака. Светка зевнула. Сериал, если честно, был так себе. Совсем далеко от книги, да и герои какие-то фанерно-гипсокартонные. Светка читала «Сагу» несколько лет назад, многое уже забылось, но всё равно было очевидно, что на экране происходит какая-то невнятная пурга. В книге ведьмак казался эдаким суровым мачо, которому Светка дала бы без лишних размышлений. В сериале же у ведьмака было квадратное моложавое лицо, мощный героический нос и то ли седая, то ли плохо прокрашенная грива. Даже шрамы на мускулистом туловище почему-то не вызывали у Светки никаких похотливых чувств. Наверное, надо присмотреться повнимательнее, или перестать сравнивать с книгой.
        - А если бы тебя вот так превратили в ведьмака, что бы ты стал делать? - Светка обхватила Влада за шею и повалила его голову себе на колени. Тот в падении продемонстрировал чудеса эквилибристики и умудрился удержать бутылку в идеально вертикальном положении, не пролив ни капли.
        - Ну хватит, не мешай смотреть. - Влад попытался отхлебнуть пива, но на боку это было совсем неудобно.
        - Посмотри, какие у тебя мускулы. - Подруга принялась тискать Влада сначала за бицепсы, потом перешла на грудные мышцы.
        Качалка в далёкой молодости не прошла даром, но теперешний образ жизни успешно боролся с результатами занятий и явно побеждал. Как показало экспресс-обследование, мышцы заметно сдулись и подзаплыли жирком. Про пресс и говорить нечего, он первым выбыл из борьбы и уже лет пять, как скрылся из виду.
        - А если бы на меня напало чудовище, ты бы меня спас? - Светка не оставляла надежды переключить внимание на себя. - Вот представь, ты весь такой мужественный, борешься со злом, совершаешь подвиги, соблазняешь красавиц, а тебе ещё и деньги за это платят. Не в смысле за красавиц, а в смысле за подвиги.
        - Что? - одним словом Влад умудрился разнести вдребезги всю романтику. Понятное дело, вообще не слушал, уткнувшись в телевизор.
        Светка вздохнула и принялась терпеливо ждать. Минут через пятнадцать её ожидание было вознаграждено. Началась эротическая сцена, в которой кособокая девочка с кривым лицом прелюбодействовала с каким-то лупоглазым юношей на виду у толпы внимательных вуайеристов, что позволило Светке без всякого зазрения совести ухватить своего индифферентного партнёра за причинное место и увлечь за собой в лоно продавленного дивана.
        Минут через десять Влад перемотал сериал назад к окончанию любовной сцены, и просмотр возобновился.
        * * *
        - Кошкин, что это опять за фигня? - Красное лицо начальника отдела нависало над Владом и размахивало распечаткой. - «У вас одна надежда - на нашу спецодежду» - Это по-твоему нормальный слоган? Что у тебя в голове вообще? Я уже который год работаю, но подобного бреда ещё ни разу не видел. Чтобы до вечера переделал! - Листы полетели над головой Влада, задев причёску, и веером рассыпались по столу.
        - Вот урод…­ - вырвалось сквозь сжатые зубы.
        - ЧТО?!?! - слух у Крючковского оказался гораздо лучше, чем хотелось бы. - К обеду! Чтобы к обеду всё было готово, понял?! - слова и слюни летели в направлении Влада. - И только попробуй не сделать, уволю к чёртовой бабушке!
        Работу копирайтера Влад ненавидел всем сердцем. Дожить до тридцати двух лет и заниматься такой фигнёй…
        К сожалению, ничего другого Влад делать не умел. Если откровенно, то и эту работу он делал так себе, но ему хотя бы изредка удавалось убедить руководство, что он может. Иногда даже получалось неплохо. Взять хотя бы тот магазин сантехники, для которого два месяца назад Влад выдал шедевр. «Утро начинается не с кофе!», и здоровенный унитаз во весь экран. Попахивало беззастенчивым плагиатом, но начальство приняло всё на ура и даже пообещало премию. О которой, конечно же, благополучно забыло.
        Естественно, ни к какому обеду ничего не было готово. Перебрав с десяток никуда не годных фраз типа «Давай, не тупи, спецодежду купи!» и «Не будь невеждой, …здуй за спецодеждой», Влад решил, что гори оно всё конём, бросил на стол карандаш, из которого последние два часа пытался выдоить хоть какие-то приличные мысли, и отправился на первый этаж в столовку.
        Вдохновлённый обедом, Влад вернулся в свой кубик в дальнем углу просторного кабинета, уселся за стол и попытался с толкача запустить полёт фантазии. Котлета, макароны и чай блаженно бултыхались в желудке, вызывая чувство покоя и умиротворения. Глаза стали предательски слипаться, а фантазия корчила рожи и показывала фигушки. «Ведьмаку-у заплати-ите чеканной моне-етой…» - мозг тоже решил не поддаваться трудовому настрою. Влад до упора откинулся на спинку кресла, начал покручиваться на нём вправо-влево и запел себе под нос на тот же мотив: «Магази-ин спецоде-ежды на Фельдмана три-идцать…»
        - Ты что, совсем поехал? - Внезапный вопль Крючковского так перепугал Влада, что тот едва не свалился с кресла. - Я тебя предупреждал, чтобы ты к обеду всё закончил?
        Тут в уставшей голове Кошкина что-то переклинило. Он повернулся в пол-оборота к проходу, положил ноги на стол и, продолжая раскачивать себя из стороны в сторону, запел в полный голос:
        - Он эльфов всех прогна-ал, за дальний перева-ал, в высокие го-оры на вечный прива-а-ал!
        Лицо Крючковского перекосилось, а его глаза попытались вылезти со своих штатных мест, чтобы получше разглядеть наглую рожу охреневшего копирайтера.
        - Ты…! Ты…! - начальник хватал воздух ртом и никак не мог выйти из состояния эпического недоумения. - Ты ещё и песни мне тут петь вздумал?
        - Он бьёт не в бровь, а в глаз, Крючковский - п..дарас! - Влада окончательно накрыло ощущение величайшего пофигизма, если не сказать больше.
        В следующую секунду наблюдавшие исподтишка коллеги увидели, как ноги в модельных ботинках описали широкую дугу над перегородкой. Что-то металлически хрустнуло и грохнулось на пол. Из кубика донеслись звуки борьбы и сдавленные ругательства.
        * * *
        Шеф очень не любил, когда ему приходилось разгребать проблемы коллектива. Вот и сейчас стоящие перед ним начальник отдела с разбитым носом и ведущий копирайтер в разорванном пиджаке вызывали раздражение и досаду.
        - Вы что, дебилы, не можете словами решить свои проблемы? - Крючковский пришибленно сжался, а Кошкин почему-то наоборот расправил плечи и гордо посмотрел прямо в глаза шефу. - Вам сколько лет, бестолочи? Вы нахрена сцепились как два пионера? Бабу не поделили, что ли?
        Крючковский попытался что-то невнятно промямлить в своё оправдание. Кошкин гордо молчал.
        - Вон из кабинета. Чтобы сегодня же помирились и начали работать как положено. - Шеф не стал даже пытаться выяснять причину драки. Из его слов очевидно следовало, что все остаются на своих местах, никто никого ни к какой бабушке не увольняет, а жизнь и работа продолжаются.
        И без того слабое желание работать пропало напрочь, как только Влад вышел из кабинета шефа. «А идите-ка вы в жопу вместе со своей спецодеждой», - подумал он и решительно зашагал вниз, на первый этаж. Возле выхода он чуть ли не лоб в лоб столкнулся с парнем в жёлтой куртке и бейсболке с красной надписью «DHL».
        - Рекламное агентство «Максимус» здесь? - парень взмахнул большим картонным конвертом, демонстрируя причину своего прихода.
        - Здесь, чтоб ему провалиться, - хмуро ответил Влад и вышел на улицу.
        * * *
        - Ну ты вообще без мозгов. Крючковский тебя теперь с говном съест, - Светка с сочувствием смотрела на Влада.
        - Плевать я на него хотел. Будет цепляться - уволюсь нахрен. Давай лучше сериал глянем. У нас там пива не осталось?
        - Не, ты вчера последние три бутылки выдул.
        - Я тогда до магазина пробегусь. - Влад подошёл к шкафу, открыл дверцы и на некоторое время завис. - Свет, а где мои джинсы?
        - Я всё в стирку закинула. Мы же сегодня никуда не собирались.
        - А брюки от костюма?
        - Там же.
        Влад растерянно гипнотизировал нутро шкафа. На глаза попались скрученные в рулон чёрные кожаные штаны. «Ну хоть что-то», - облегчённо выдохнул он, разматывая и примеряя одежду последнего шанса к себе.
        Шикарные кожаные брюки были куплены почти два года назад после гулянки с друзьями, среди которых оказалась пара байкеров в соответствующем прикиде. Влад заметил, с каким восхищением Светка разглядывает чужую мужскую задницу, обтянутую чёрной кожей, и сразу же решил, что он просто обязан выглядеть так же круто и брутально. Кожаные штаны и косуха были приобретены на следующий же день, пару раз использованы в ролевых играх, после чего благополучно засунуты в шкаф. Потому как выяснилось, что, не имея мотоцикла, ходить в таком кожаном виде как-то стрёмно и непрактично. В отличие от штанов, косуха оказалась не столь радикальным предметом гардероба, поэтому она почти сразу была реабилитирована, переименована в «кожаную куртку» и иногда использовалась в качестве верхней одежды.
        Влад с трудом запихнул себя в плотную чёрную кожу, которая нежно и настойчиво облепила снизу весь его организм, выставляя напоказ все выпуклости и изгибы. Не иначе как от длительного лежания в шкафу штаны сели на пару-тройку размеров, потому что раньше они надевались гораздо свободнее. Чёрная футболка с пентаграммой, черепом, нечитаемым названием малоизвестной дэт-металл группы и какими-то оккультными символами оказалась единственной подходящей к кожаным штанам. Поскрипывая в промежности, Влад вышел из спальни и предстал перед Светкой в образе танцора сатанинско-готического балета.
        Отсмеявшись, Светка сказала, что кожаные лосины очень модно и современно подчёркивают спереди все достоинства его фигуры. Влад выругался про себя, прошёл в прихожую, накинул «кожаную куртку» и собрался было выходить, но обнаружил, что запихнуть телефон, деньги и ключи в карманы штанов не получается. Косуху, похоже, шил какой-то прогрессивный неадекват по супермодным лекалам, поэтому карманов она не имела вовсе. Пришлось отыскать в недрах вешалки кожаную борсетку на длинном ремне, повесить её на плечо и положить внутрь всё то, что обычно размещалось в карманах. После недолгих раскопок из обувной тумбочки были извлечены высокие чёрные берцы с грубой шнуровкой, признанные наиболее подходящими к остальному гардеробу.
        Светка критично осмотрела образ кожаного рыцаря, затем с серьёзным лицом перекинула ремень борсетки Владу через голову так, что он пересёк грудь по диагонали. Замерев на мгновение, она выдвинула верхний ящик тумбочки, поковырялась в нём и извлекла на свет круглый медальон на блестящей массивной цепи. Этот медальон с изображением драконьей головы в профиль был куплен по приколу в качестве дополнения к байкерскому образу и давно валялся невостребованным. Материал медальона выглядел как полированное серебро, хотя таковым скорее всего не являлся. Влад уже полностью смирился со своим позорным внешним видом, поэтому позволил Светке накинуть ему на шею цепь и пристроить медальон на груди.
        - Класс! - Подруга осталась довольна своими действиями. - Ну прямо настоящий ведьмак!
        Влад угрюмо посмотрелся в зеркало. Оттуда на него взирал затянутый в чёрную кожу то ли байкер, то ли гот, то ли металлист, то ли сатанист, а может и всё одновременно. Косая перевязь через грудь, блестящие заклёпки на куртке и медальон на цепи действительно придавали некоторое сходство с ведьмаком из сериала.
        - Иди же, мой герой, и возвращайся с добычей! - Светка уже даже не пыталась выглядеть серьёзно. - Принеси нам напитков заморских, да яств изысканных! В общем, как обычно - пива, чипсов, орешков, фисташек, сушёной рыбы, или что там будет.
        Выйдя за дверь, Влад первым делом спрятал медальон под куртку и застегнул её под горло. Позориться перед соседями определённо не хотелось. Попытался перевесить борсетку на плечо, но поднимать руки в косухе было неудобно, поэтому решил оставить как есть. Улица встретила противным мелким дождём и порывами холодного ветра. До ближайшего магазинчика по прямой метров шестьсот, и если поторопиться, то оставался призрачный шанс вернуться не полностью промокшим и окоченевшим. Поскрипывая штанами, Влад бодро зашагал в уже основательно сгустившиеся сумерки.
        - Э, братиш, закурить не найдётся? - вальяжный тон голоса не предвещал ничего хорошего. Два классических представителя вида «гопникус вульгарис» решительно преградили путь одинокому пешеходу. - И позвонить дай, а то у меня телефон разрядился, а мама дома волнуется.
        Влад никак не мог поверить, что подобное возможно сегодня, а не в давно минувшие девяностые. Поэтому вместо разумного в данной ситуации бегства он зачем-то продолжил идти навстречу двум источникам неприятностей.
        - А кто это у нас тут такой модный? - гопники оценили внешний вид Влада и с довольными рожами начали обходить его с боков. - Гляди-ка, какая курточка!
        До Влада наконец-то дошло, что сейчас с ним будут происходить события, в которых ему категорически не хотелось бы участвовать. Он резко развернулся и рванул назад, но обнаружил, что путь к дому отрезает ещё один член абордажной команды. Пришлось взять правее. Под ногами зачавкала размокшая грязь. Сзади послышался бодрый топот, а затем приближающееся чавканье трёх пар ног. Бежать в обтягивающих штанах было совершенно неудобно, шаги получались короткие и неуклюжие, как у пингвина, высиживающего яйцо. «Сейчас догонят!» - капитан очевидность в голове решил добавить тревожного настроения к и без того хреновой ситуации. Впереди показался штакетник невысокого забора.
        «Да кто ж его тут додумался поставить?» - Влад судорожно искал подходящее направление, но оказалось, что он сам по неосмотрительности загнал себя в ловушку между гаражами и стеной дома. Возле забора стало очевидно, что даже эти несчастные метр с небольшим являются для Влада непреодолимой преградой. Слишком модные и весьма облегающие штаны не позволят не то что перекинуть ногу, но даже оттолкнуться как следует.
        Врезавшись в забор, Влад мысленно приготовился к неизбежному. Тело было несогласно и в панике продолжало самостоятельно искать пути спасения. Руки дёрнули одну штакетину, вторую. Третья вдруг поддалась и оказалась у Влада в руке. Дырка в заборе получилась настолько узкой, что протиснуться в неё даже не стоило пытаться. Перехватив штакетину на манер двуручного меча, Влад встал в защитную стойку и приготовился дорого продать свою честь. Он почему-то был абсолютно уверен, что если враги разглядят его кожаные штаны, то изъятием куртки дело не ограничится.
        - Э, ниндзя, а ну брось дубину! - Подоспевший первым остановился в нескольких шагах и не торопился подходить, дожидаясь подельников. Подкрепление приближалось, громко матерясь и поскальзываясь на мокрой земле. В руке одного из них что-то опасно блеснуло.
        «Да чтоб тебя…» - сообщило испуганное подсознание Влада и приготовилось к моменту, когда нужно будет выдать сжатую историю жизни, проносящуюся перед глазами.
        - С-ка, я из-за тебя пиво пролил, - заявил один из подбежавших, и Влад с облегчением отметил, что отблеск, напугавший его практически до мокрых штанов, оказался отражением уличного фонаря в пивной бутылке. Решив, что доблестным органам правопорядка для поиска и опознания нападавших пригодятся какие-нибудь характерные телесные повреждения, Влад не стал медлить, размахнулся штакетиной и бросился на ближайшего противника с непонятно откуда взявшимся криком: «Вот твой смертный час!»
        Следующее, что зафиксировало подсознание, был продолговатый предмет, летящий прямиком в голову. Удар донышком бутылки пришёлся точно в лоб, и изображение погасло.
        Глава 2. Имя и штаны
        Придя в себя, я обнаружил, что снова лежу на кровати, а рядом взволнованно перешёптываются Милош и Пшемек.
        - Милсдарь, - Вуйцик старший заметил мои приоткрытые глаза, - как вы?
        - Вроде живой. - Лоб чесался, но в целом ощущения были в норме.
        - Вы вспомнили ещё хоть что-то? Имя ваше, что вы делали в лесу, кто на вас напал?
        Я послушно напряг память, но толку от этого было ничуть не больше, чем в предыдущие попытки. Обрывки воспоминаний начинались с того момента, как меня нашёл Пшемек. Были ещё несколько фрагментов, более поздние по времени. Вывихнутое плечо, то ли завтрак, то ли обед, ведёрко, полёт лбом в пол, и на этом всё.
        - Нет, всё так же ничего не помню. - Я немного расстроился. - Почему-то даже имя своё никак не могу вспомнить.
        Отец кивнул и слегка подтолкнул сына в мою сторону.
        - Вот, глядите, милсдарь, это у вас в сумке было, - Пшемек сунул мне в руки небольшой прямоугольник белой плотной бумаги, покрытый с одной стороны ровными строчками разнокалиберного текста. - Видите, написано чего-то. Вроде буквы похожи на наши, а вроде как и нет. Мы с отцом пробовали читать, да не поняли почти ничего.
        - Витольд Крючковский, - я прочитал самую жирную и крупную верхнюю строку.
        - На имя похоже, и на фамилию, - Милош пододвинулся поближе, пытаясь разглядеть написанное.
        - Витольд, - медленно произнёс я, пробуя слово на вкус и пытаясь примерить его к себе в качестве имени. - Вполне возможно.
        - Фамилия у вас не из простых. Сразу ясно, что уважаемый человек, - Вуйцик старший продолжал гипнотизировать карточку в моих руках. - Это, наверное, документ ваш, милсдарь. Вон как красиво всё написано, хоть и непонятно. Видно, что мастер каллиграфии трудился.
        - Супервайзер департамента копирайтинга, - прочитал я чуть более мелкий текст. - Ерунда какая-то. Вроде бы буквы понятные, а слова какие-то несуразные.
        - Может это звание тайное? - Пшемек поковырял в носу. - Или заклинание охранное, от подделки документа. Или ругательство мудрёное.
        - Думай, что говоришь, - Милош отвесил сыну подзатыльник. - Кто ж в документах ругательства писать станет?
        - РА Максимус, - я продолжил чтение.
        - Максимус - значит величайший! - блеснул своими знаниями младший Вуйцик. - Я в книге читал, это точно не ниже магистра.
        - Город Мытищи, улица Колпакова, 2.
        - А где это, Мытищи? - Пшемек вытер палец об штаны и тоже заглянул в карточку.
        - На северо-востоке, - машинально выдал я.
        Отец с сыном как-то подозрительно переглянулись и отступили от меня на полшага.
        - Что не так? - Меня понемногу начинало раздражать, что я не могу ничего вспомнить о себе и о своём прошлом. Да и о Мытищах тоже ничего не помню, кроме направления.
        - Все знают, что за северо-восточной грядой живут одни колдуны да чародеи, - в глазах Милоша промелькнул серьёзный испуг. - Простым людям туда хода нет. Мы даже названий городов тамошних никогда раньше не слышали.
        - Стало быть, вы, милсдарь, Витольд Крючковский из Мытищ, великий колдун в ранге Максимус, - подвёл черту Пшемек и застыл, глядя на меня вытаращенными испуганными глазами.
        - Погодите, не торопитесь с выводами, - я был совершенно уверен, что к колдовству не имею никакого отношения. - Почему сразу колдун? Вы на меня посмотрите, я что, похож на колдуна?
        - Может и похож. Мы, милсдарь, колдунов вблизи никогда не видали, - Милош наконец-то пришел в себя, - и не знаем точно, как они выглядят. Оружия, или каких других вещей при вас не было, так что определить, колдун вы, иль кто другой - сложная задача.
        - Тогда предлагаю отложить этот вопрос до лучших времён. Глядишь, может память ко мне вернётся, вот тогда и будет ясно - кто я и откуда. - Я попытался сесть на кровати, но стоило оторвать голову от подушки, как меня начало нестерпимо тошнить. Видимо, недавний полёт головой в пол окончательно стряхнул мне мозги.
        - Вы, милсдарь, лежите, не вставайте, а то не ровен час снова упадёте, - Пшемек заботливо поправил подушку. - Оно, конечно, может так статься, что от очередного удара головой память вернётся, но в этот раз ничего не вышло, только два дня пролежали без сознания.
        * * *
        За следующие две недели дело пошло к поправке, и я почти полностью оклемался. К концу второй недели уже смог самостоятельно встать с кровати и пообедать за столом вместе с хозяевами дома, которые заметно удивились, увидев меня на пороге кухни. Обед в этот день оказался на удивление богатым, не в пример той скромной еде, которой меня кормили до этого. Половина запеченного поросёнка, драники, сметана, пирог с капустой, овощи и зелень. Видимо, был какой-то особый повод.
        Ближе к вечеру я снова потребовал принести мои вещи, чтобы не сидеть за столом в рубахе и подштанниках. Пшемек ненадолго куда-то убежал и затем вернулся, неся в правой руке свёрток с одеждой, а в левой ботинки. Ботинки были пыльные и даже местами грязные, будто весь день в них кто-то ходил по улице.
        - Выйди, я переодеваться буду, - сказал я Пшемеку, и тот поспешно выскользнул из комнаты, прикрыв за собой дверь.
        Разложил на кровати куртку, майку и штаны, несколько раз внимательно их осмотрел и ощупал, но никаких дополнительных подсказок для своей памяти не нашёл. В карманах штанов ничего нет, сумка тоже пустая, если не считать карточки с именем и прочими регалиями. На куртке так и вовсе ни одного кармана, как и на майке. Я стянул с себя рубаху и подштанники, оставшись в чём мать родила. Начал было надевать штаны, но тут память подсказала, что кожаные штаны на голое тело не носят. Здравый смысл тоже подключился, рисуя красочные картины последствий носки кожаных штанов без исподнего. Снова надел подштанники и попытался натянуть штаны поверх, но штанины оказались слишком узкими. Чёрт, как-то же я их носил?
        - Пшемек! Иди сюда! - стоило мне только крикнуть, как дверь открылась, пропуская внутрь ухмыляющуюся конопатую физиономию.
        - Звали, милсдарь? - Пшемек явно подглядывал за моими попытками одеться, и его это немало повеселило.
        - Хватит улыбаться. Скажи лучше, ещё какая-то одежда на мне была?
        - Так это… - улыбка сползла с конопатого лица, - было на вас ещё бельё… Только мы, когда с вас штаны стянуть пытались, порвали его случайно. Пришлось выбросить.
        - А мне теперь что прикажешь делать?
        Пшемек напрягся и явно собрался убежать. Надо было что-то срочно придумать, пока он не смылся.
        - Ножницы у вас есть?
        - Да, у отца в комнате, в комоде… - Парень мелко задрожал, видимо вообразил себе невесть что с участием ножниц и своих частей тела.
        - Неси, - я постарался, чтобы мой голос звучал как можно дружелюбнее, но это не помогло.
        Пшемек рванул из комнаты. Его не было минут пять, и я уже начал было волноваться, что сегодня его больше не увижу. Наконец в приоткрытую дверь осторожно просунулись сначала ножницы, затем рука, а после и весь остальной Пшемек. Короткими неуверенными шагами он стал приближаться ко мне, держа ножницы в вытянутой руке.
        - Да давай уже, не бойся.
        Зря я это сказал. Вуйцик младший взвыл раненой гиеной, бросил ножницы в мою сторону и со скоростью ветра понёсся к двери. Ножницы ещё не успели упасть на пол, а его уже не было в комнате. Странный парень.
        Я поднял ножницы, затем снял с себя подштанники и без сожаления отрезал штанины практически под ноль. Получилось что-то среднее между шортами и трусами-боксерами.
        С обновкой надеть штаны оказалось заметно проще, хотя под конец всё же пришлось потрудиться, чтобы дотянуть пояс до талии и застегнуть пуговицы. Что за фасон дурацкий? Или это я так растолстел, пока валялся тут две недели? Пощупал пузо, бока - нет, вроде не особо жирный. Тогда непонятно, на кой мне было надевать такие непрактичные штаны? Сплошные загадки…
        К ужину я вышел в своих кожаных штанах и чёрной майке. Вуйцики поначалу опасливо косились на пентаграмму с черепом, но потом попривыкли. Когда накрыли на стол и начали садиться, я попытался перешагнуть через лавку и неприятно прищемил себе штанами некоторые стратегически важные части тела.
        - Вы себя хорошо чувствуете, милсдарь? - Милош заметил моё скривлённое лицо.
        - Всё нормально. Штаны только тесноваты, - я не стал скрывать причину. - Раскормили вы меня, пока я тут у вас валялся.
        - Неправда ваша, милсдарь, - подал голос Пшемек, - не могли мы вас раскормить. Отец, вон, поначалу вообще вас кормить не хотел. Говорил - чего зря продукты переводить, вдруг помрёте.
        Милош подавился пирогом, закашлялся и притянул к себе кружку с квасом, чтобы запить.
        - Так что вы на нас понапрасну не наговаривайте, не могли вы с наших харчей растолстеть, - Пшемек продолжил, не обращая внимания на отца. - Да и в самый первый день, когда мы вас сюда привезли, штаны на вас точно так же сидели. Это, наверное, специальный покрой такой, чтобы сразу было ясно, какая у вас фигура. Может вы из этих… Из придворных фаворитов.
        Вот как оно странно всё выходит. Ну да ладно, голодом не уморили, и на том спасибо. А может я и правда из этих, из придворных? Да не, что за бред? Тут я в себе полностью уверен, наверняка была какая-то другая веская причина напялить на себя такой тесный и неудобный предмет гардероба.
        - Может, у вас найдутся для меня на время какие-нибудь запасные штаны? - спросил я, а сам засомневался. Милош комплекцией и ростом поменьше меня будет, так что на нормальную одежду можно даже не рассчитывать. Подштанники, и те были коротковаты. До середины икры. Как у этих… Тьфу ты. Нахрен, нахрен такие мысли.
        - Вы не волнуйтесь, милсдарь, мы с вашими разберёмся, - Милош явно решил реабилитироваться передо мной за недокорм. - Я знаю способ, как их можно по фигуре подогнать. Нужно только масла постного в деревне купить.
        На том и договорились. Я решил, что хуже уже точно не будет, и в этот вечер наелся до отвала. Вуйцик старший выделил мне из своего гардероба широкие шаровары с протёртыми коленками. Вид у них был так себе, длина, опять же, до середины икры… Ну да ладно, хоть такие.
        На следующий день Милош привёз из деревни небольшую стеклянную бутыль, в которой плескалась жёлтая тягучая жидкость.
        - Вы, милсдарь, не волнуйтесь. У меня двоюродный дядька скорняком был, он мне этот секрет и рассказал. Пропитаем сейчас ваши штаны тёплым маслом, они размягчатся и растянутся.
        Скрепя сердце я отдал Милошу свои злополучные штаны, решив, что терять мне уже нечего. Кроме собственно штанов, которые и так мне как неродные. Мы вылили масло в жестяной ковшик с ручкой и поставили на кухонную печь. Следующие полчаса прошли очень увлекательно. Я сидел и смотрел, как греется масло, изредка проверяя пальцем температуру. Когда масло показалось мне достаточно тёплым, Милош намазал им мои штаны, используя в качестве кисти пучок куриных перьев, перевязанных ниткой. Пропитанная маслом кожа блестела и всем своим видом выражала готовность принять новые формы и подарить новые ощущения.
        - Теперь, милсдарь, нужно надеть штаны и немного в них походить, чтобы кожа в нужных местах растянулась.
        Я схватил протянутые мне штаны и убежал в свою комнату переодеваться. Хорошо смазанная кожа отлично скользила, и процесс надевания прошёл как по маслу. Максимально втянув живот, я застегнул пояс и вернулся на кухню. Милош внимательно осмотрел меня со всех сторон, затем задумчиво потёр подбородок.
        - Вам удобно? - Похоже, скорняк-самоучка не ожидал, что из его затеи что-то получится.
        - Всё ещё слегка тесновато. - Я сделал несколько шагов на месте, высоко поднимая колени, как розовый фламинго. Чёрт, вспоминается же всякая хрень, нет бы что полезное. Вот на кой мне эти фламинго?
        - Нужно добавить масла, - мастер был решительно настроен добиться результата во что бы то ни стало, - подойдите поближе.
        - Там свинья загон сгрызла. - Пшемек заглянул в кухню и заинтересованно уставился на нас.
        - Ну так иди почини, - Милош был заметно недоволен тем, что его отвлекли от важного занятия. Он взял с печи ковшик с остатками масла, окунул в него перья и начал промазывать наиболее ответственные участки, встав на колени и обходя меня по кругу.
        - Вот здесь нужно как следует размягчить, - сказал он и плеснул масло прямо из ковшика мне на ширинку. В этот момент до меня дошло, что пока я ходил переодеваться, ковшик стоял на печи и продолжал греться.
        С заднего двора раздался пронзительный поросячий визг и звуки ударов палкой. Судя по всему, Пшемек проводил со свиньёй воспитательную беседу на предмет её неподобающих пищевых пристрастий. В кухне тоже раздался вопль, готовый перейти в визг. Это мои инстинкты в полный голос предупреждали о наступлении критически опасной ситуации с вероятным членовредительством в худшем из его проявлений.
        Расстёгивать кожаные брюки, щедро смазанные маслом - тот ещё аттракцион. А тем более горячим маслом. Матерясь во весь голос и обжигая пальцы, я с пятой попытки сумел-таки победить пуговицы на поясе. Всё это время коварное масло, затекая между пуговиц ширинки, приближалось к одной из самых ценных частей моего организма. Не прекращая орать, я стащил до колен штаны вместе с трусами и только тогда немного успокоился. Милош, перепугавшись моих воплей, замер на месте и уставился на моё чудом спасённое хозяйство.
        - А чего это вы тут делаете? - голос Пшемека вывел нас из оцепенения.
        Я обернулся на звук и увидел в открытом окне конопатое лицо с широко раскрытыми от удивления глазами. Милош выглянул из-за меня, всё ещё стоя на коленях, и махнул кисточкой из перьев. - Всё нормально, не мешай.
        Пшемек молча повернулся и скрылся в направлении сарая. Сложно представить, что он себе напридумывал, увидев меня со спущенными штанами, и отца, стоящего передо мной на коленях с перьями в одной руке и ковшиком в другой.
        Чуть позже, когда масло на штанах слега остыло, я стёр излишки подвернувшимся под руку полотенцем и возобновил подгонку по фигуре. Ближе к вечеру стало понятно, что дядин способ действительно работает. Чёртовы штаны хоть и продолжали настойчиво обтягивать мои ноги и ягодицы, но уже не так сильно стесняли движения. Чтобы закрепить результат, я не стал снимать штаны на ночь и улёгся спать прямо в них, перепачкав жирными пятнами простыни и одеяло. «Ничего, отстирают», - мстительно подумал я, вспоминая ковшик с горячим маслом.
        Глава 3. Профориентация
        В один из вечеров за ужином мы разговорились. Милош рассказал, что они с Пшемеком живут на хуторе вдвоём с тех пор, как жена Милоша, Ханна, четыре года назад как-то пошла после обеда полоскать бельё на речку и пропала. Потом нашли на берегу корзину с бельём, обрывок платья, зацепившийся за корягу, да следы, не очень похожие на человеческие. По всем признакам Ханну утащила речная тварь, то ли плавняк, то ли утопник. Злые языки поговаривали, что она сбежала со старшим сыном конюха из соседней деревни, который, кстати, тоже пропал в те дни. Но Милош был уверен, что это враньё. И сестра жены, которая в той деревне живёт, тоже уверена, что не могла она ни с кем сбежать. Ханна к сестре каждую неделю ходила на два-три дня, так что сестра про неё все подробности знала. Ну а то, что Ханна иногда от сестры уходила куда-то на весь день, а то и вовсе до утра, так мало ли какие дела у неё важные были.
        Валяться целыми днями в постели больше не было ни надобности, ни желания, поэтому я по мере частично вернувшихся сил обследовал доступную мне территорию. А за обедом или ужином задавал накопившиеся вопросы, на которые хозяева отвечали с переменной охотой.
        Хутор у Вуйциков небольшой, можно даже сказать, скромный. В бревенчатом доме три спальни и большая кухня. Сзади к дому пристроены сараи с живностью и сеновал. Вокруг хутора стоит высокий частокол, ворота на ночь запираются, так что если и есть в окрестностях какие ночные звери или твари, то внутрь они пробраться не могут. А днём относительно безопасно, если не лезть в чащу леса или в пещеры под холмами.
        Всё хозяйство состоит из коровы, пары свиней, десятка кур, да лошади. Пшемек пасёт корову на окрестных лугах, кормит свиней и кур, а его отец иногда ездит в деревню на заработки. Соседей поблизости больше никаких нет, до ближайшего хутора по дороге версты четыре, а до деревни так и все десять.
        После настойчивых просьб Милош вернул мне медальон, завёрнутый в какие-то тряпки и перевязанный крест-накрест тонкой верёвкой. Когда я развернул свёрток и вытащил блестящий кругляш на цепи, Милоша опять проняло. Он попятился, упёрся спиной в стену и смотрел издали, готовый в любой момент отпрыгнуть и побежать от меня сломя голову. К счастью, когда я надел медальон на шею, ничего ужасного не произошло, и через какое-то время Милош перестал нервничать. Когда я спросил его о причине такого страха, он нехотя рассказал, что дракон, изображённый на моём медальоне, является символом очень могущественного культа драконопоклонников. И что эти самые культисты в основном весьма неприятные товарищи, особенно если решат провести какой-нибудь свой ритуал, для которого обязательно нужно кого-нибудь принести в жертву.
        Я добросовестно попытался представить себе, как приношу в жертву великому дракону всю семью Вуйциков вместе с коровой, лошадью и свиньями, но не смог определиться не то что с порядком проведения ритуала, но и со способом умерщвления жертв. После нескольких бесплодных попыток стало понятно, что, скорее всего, я не отношусь к этому культу и понятия не имею в чём его смысл. Когда я рассказал о своих выводах, Милош вроде бы окончательно успокоился. А Пшемек, похоже, вообще на эту тему не сильно волновался.
        Моё здоровье потихоньку восстановилось, рёбра перестали болеть, а правая рука действовала наравне с левой. Шрам на лбу зажил, оставив после себя тёмно-красную отметину в форме полумесяца. Дальше шляться без дела и злоупотреблять гостеприимством стало как-то неудобно. В очередной день за обедом я уже было собирался сказать Вуйцикам, что готов от них съехать и отправиться куда-нибудь, чтобы выяснить о себе хоть какую-то информацию, но жизнь распорядилась по-своему.
        Когда мы закончили есть, Пшемек торжественно извлёк из-под стола большую потрёпанную книгу в кожаном переплёте и положил её перед собой. Во всём его виде читалось, что сейчас должно произойти что-то очень важное и судьбоносное.
        - Хоть вы и не помните о себе ничего, но мне удалось кое-что разузнать из этой книги, - заговорил парень торжественным голосом.
        Обложка с негромким скрипом открылась, обнажая пожелтевшие страницы. Мы с Милошем заинтересованно посмотрели на Пшемека. Тот практически светился от ощущения собственной значимости. Книга добавляла своим замусоленным видом загадочности и таинственности.
        - Я укр…, эмм…, взял эту книгу у одного старика в деревне, - лицо парня отражало запредельную важность момента. - И я прочитал в ней то, что позволило мне узнать о вас, милсдарь, очень интересные вещи.
        Я дважды моргнул, подтверждая крайнюю степень внимания. Милош подался вперёд. Похоже, для него происходящее было таким же сюрпризом, как и для меня.
        - В общем, я выяснил, кто вы, - напряжённость нарастала, мы с Милошем затаили дыхание.
        В воздухе запахло чем-то судьбоносным. Или это Милош слишком сильно напрягся? Пшемек придал своему конопатому лицу выражение запредельной серьёзности и продолжил:
        - Вы - ведьмец! - Пшемек вложил в последнюю фразу столько уверенности, что я даже не нашёлся, что ему возразить. - Ваша одежда, медальон и весь ваш вид точно соответствуют описанию, которое я нашёл в этой книге. Ваши чёрные кожаные штаны, куртка и сапоги со шнуровкой - это одежда ведьмецов. Медальон означает, что вы когда-то победили дракона и получили часть его силы. А рубаха с перевёрнутой звездой и магическими рунами - это оберег от всяких монстров и тварей, с которыми вы, милсдарь, сражаетесь.
        Я попытался осознать услышанное. Память подкидывала какие-то обрывки информации, которые меня ещё хуже запутывали. Ведьмецы. Монстры. Твари. Драконы. Магия. Всё начало перемешиваться в кучу. Если парень прав, то я наконец-то выяснил о себе хоть что-то.
        - Оружие и все вещи из сумки наверняка украли презренные разбойники, которые напали, застав вас врасплох, - Пшемек продолжал убедительно вещать, и я верил каждому его слову. - Если бы в честном бою, то вы, милсдарь, их всех в капусту порубили бы. А так ясно, что они подло накинулись из засады и ударили по голове, от чего память вас и покинула.
        Оружие? Если я ведьмец, то у меня обязательно должно быть оружие. Вот только какое? Сабля? Или лучше меч? Да, хороший такой меч из качественной стали. Иначе как я буду разбираться со всякими лихими людишками, по скудоумию или подлости характера не проявляющими должного уважения ко мне, ведьмецу? Опять же, мне надо как-то бороться с нечистью, а для этого желательно иметь оружие, которое подействует на нечисть. Точно знаю, что нечисть боится какого-то особого металла, но вот какого? Понятно, что не железа, иначе бы никто отдельно об этом не заморачивался, а рубили бы всех подряд обычными мечами. Чёрт, как-то сложно это всё. Вон и Пшемек что-то про меч читает, только я его прослушал, углубившись в свои мысли.
        - А ещё, милсдарь, прошу выслушать меня очень внимательно. Потому что я сейчас скажу очень важную вещь, и в книге об этом тоже написано.
        Я сфокусировал взгляд на торжественно-бледном конопатом лице и приготовился.
        - Я, милсдарь Витольд, принадлежу вам по праву неожиданности. - Пшемек преданно уставился мне в глаза.
        - С чего это ты взял? И что ещё за право такое? - от такой внезапной неожиданности я чуть не свалился со стула.
        - Право неожиданности, милсдарь, это такое право, по которому вы можете забрать меня у моего отца и сделать своим учеником. В книге написано, что ведьмецы часто пользуются таким правом.
        В моей голове закрутилось какие-то смутные образы. Я однозначно раньше уже слышал про «право неожиданности», но в чём его смысл, вспомнить никак не мог. Пшемек, видя моё смятение, поспешил пояснить:
        - Ну, понимаете, когда я первый раз на вас в лесу наткнулся, со мной от страха такая неожиданность приключилась… Мне потом пришлось штаны в речке отстирывать, прежде чем снова к вам вернуться. Так что теперь по этому самому праву моя жизнь принадлежит вам, милсдарь. И вы, стало быть, за неё в ответе. Тут к гадалке не ходи, судьба нас свела. Я с самого детства мечтал к ведьмецу в обучение попасть. Представлял себе, как сам стану ведьмецом, как буду чудовищ убивать. Вот судьба и определила меня к вам. Через неожиданность.
        Только этого мне ещё не хватало. Я и о себе-то толком позаботиться не могу, пока память не восстановлю. Даже не представляю, что я делал до того, как очутился в этом доме. Может у меня дела какие-то срочные есть, или обязательства невыполненные, про которые я напрочь забыл. А тут ещё этот конопатый засранец с его неожиданностью.
        - Каждый ведьмец должен найти, подготовить и обучить достойного ученика, провести его через обряд инициации, чтобы тот в дальнейшем смог помочь учителю и всему братству ведьмецов сражаться с нечистью и защищать людей от тварей и монстров. - Пшемек цитировал по памяти текст из книги.
        - Ты уверен? - меня продолжали терзать сомнения в правильности происходящего. - Я сейчас с трудом могу себе представить, как мне жить дальше и чем заниматься. Пока память не вернётся, я даже не знаю, куда я должен идти и что делать.
        - Так это и хорошо! - Пшемек излучал вокруг себя махровый оптимизм. - Значит у вас, милсдарь, пока нет важных дел, и вы сможете больше времени уделять моему обучению.
        - Я думаю, парень прав, - молчавший до этого Милош решил вдруг подать голос. - Стать ведьмецом великая честь. Хоть многие не любят вас и считают мутантами и выродками, но мне почему-то кажется, что Пшемеку с вами, милсдарь, будет лучше. А уж если он обучится всем ведьмецким премудростям, то и в деньгах нуждаться не будет. Ведьмецам ведь неплохо платят за их работу.
        «Ведьмецу-у заплати-ите чеканной моне-етой…», - прорвалось откуда-то из глубин подсознания. Ну точно. Весь смысл жизни ведьмеца в том и заключается, чтобы защищать людей от тварей и монстров. Естественно, не бесплатно. Есть чем заплатить - будет вам защита. А если нет денег, то и разбирайтесь сами. Как-то так.
        - Всё это, конечно, здорово, - я уже практически смирился с неизбежностью в лице скоропостижно образовавшегося ученика, - но у меня даже оружия нет.
        - Так это дело поправимое, - старший Вуйцик встал из-за стола, - в деревне есть кузнец, наверняка у него можно купить какой-нибудь меч.
        - И не просто какой-нибудь. Нужен специальный, чтобы и против людей, и против чудовищ, - я продолжал пребывать в состоянии тягостных раздумий.
        - Что? - Милош вроде бы хорошо расслышал, но сделал вид, что не понял, о чём я.
        - У ведьмеца должен быть особенный меч. Никак не могу вспомнить, что за металл там используется, возможно, серебро, или бронза, или ещё что-то, что на нечисть действует. Может, вы знаете, что это за металл? - Я вопросительно посмотрел на Вуйциков.
        - В книге написано, что меч ведьмеца сделан из стали высшего качества и сплава под названием «мельхифрил». - Пшемек принялся листать книгу, пытаясь найти нужную страницу. - Видите, милсдарь, всё-таки память понемногу к вам возвращается, про особый металл вот вспомнили.
        - Ничего она не возвращается, - пробурчал я, - огрызки какие-то. Ты же сам мне только недавно про этот мельхифриловый меч из книги своей читал. В любом случае, у меня денег даже на фанерный нет.
        - Так не велика проблема, - на лице Вуйцика младшего расплылась торжествующая улыбка. - У моего отца денег полно!
        Милош недобро взглянул на Пшемека и попытался пнуть его ногой под столом, но тот увернулся и продолжил выдавать семейные тайны:
        - В погребе, в одном из чугунков доверху золотых крон насыпано. Я сам видел! Там на хороший меч точно хватит и ещё на лошадь останется.
        Вот, значит, как дело поворачивается. Не такие уж и бедные мои спасители, какими пытаются себя показать.
        - Не волнуйтесь, милсдарь, - старший Вуйцик говорил и одновременно, судя по лицу, лихорадочно соображал, как съехать с темы безвозмездных финансовых вложений. - Я понимаю, что забота об ученике дело непростое, поэтому готов на первое время дать вам немного денег. Взаймы.
        - В смысле? - Я, если честно, ожидал от него более щедрого поступка.
        - Ну, я вам сейчас дам денег, чтобы было на что купить оружие и припасов в дорогу, а вы мне потом их отдадите, когда заработаете. - Милош продолжал складно излагать своё видение ситуации. - Вы наверняка в ближайшее время контракт какой-нибудь возьмёте на убийство чудовищ. Вам же самому без денег неловко, да и ученика на что-то кормить надо.
        - Извините, а Вуйцик случайно не еврейская фамилия? - Происходящее начало меня слега подбешивать. Мало того, что впарил мне родного сына в ученики, так ещё и денег для него пожалел. Ну, пусть не совсем для него, но всё равно, для его же блага.
        - Милсдарь, наша фамилия самая что ни на есть обыкновенная, и мы на неё все права законно имеем. - Милош, похоже, не понял о чём речь. - Мне она от отца досталась, а ему от его отца. А тот её за честные заслуги от жены своего пана получил. Пана-то разбойники порешили, так мой дед не будь дурак, к пани его и подкатил. Ей без мужа трудно было дела вести, так мой дед ей с этим и помог. Ну и ещё кое с чем. А уж когда мой отец у пани в животе завёлся, так дед её жениться уговорил, да и фамилию её взял, чтоб всякие финансовые бумаги и помещичьи грамоты лишний раз не переделывать.
        - М-да, я смотрю, у вас наследственная тяга к предпринимательству, - мне явно не нравилась перспектива отдавать потом Милошу какие-либо деньги. - Предлагаю такой вариант: мы все вместе едем в деревню к кузнецу, покупаем там мне оружие, после чего я берусь учить вот это сопливое дарование. Но! Без каких-либо гарантий и обещаний. Если в дальнейшем выяснится, что он по каким-то параметрам не годен к строевой службе, или просто не способен постичь ведьмецкую науку, то я его верну без малейших сожалений.
        Милош хотел было добавить ещё какие-то свои условия, но, видя мой решительный настрой и сердитый блеск в глазах, предпочёл не рисковать. Мы скрепили договорённость рукопожатием.
        - А деньги на оружие и припасы я беру не в долг, а в уплату за обучение, - не отпуская руки, я потянул Милоша к себе, стараясь при этом сделать кровожадное выражение лица.
        - Да, да, пусть так, - Вуйцик старший оказался не из храброго десятка и покорно поддался моей настойчивости.
        - И вот ещё что, Павлик, - я повернулся к своему новоиспечённому ученику, - ты отдашь мне эту книгу.
        - Почему Павлик? - Пшемека удивила внезапная смена имени.
        - Знал я одного Павлика, тот тоже своего отца сдал с потрохами, - моя память в очередной раз подкинула бесполезный фрагмент. - И мне так будет удобнее. Опять же, в знак того, что жизнь твоя резко меняется, можно и имя сменить. Будешь теперь Павликом, а в особых случаях - Пашей.
        Глава 4. Вперёд, за неприятностями
        На следующий день ближе к обеду мы втроём собрались и поехали в соседнюю деревню. Лошадь шла неторопливо, телега негромко скрипела и подпрыгивала на неровной дороге, а я в это время лежал на подстилке из соломы и читал книгу, которую смог отобрать у Пшемека только сегодня утром. Несмотря на договорённость, он сначала «забыл» мне её отдать, когда мы вышли из-за стола, потом у него возникли срочные дела по хозяйству, потом он весь вечер старательно избегал встречи со мной. Когда во время ужина я напомнил про книгу, у него вдруг случилась внезапная хворь в животе, и он убежал на задний двор. Пришлось с утра встать раньше всех, бесцеремонно зайти к нему в спальню и вытащить книгу из-под матраса.
        Я твёрдо решил прочитать книгу о ведьмецах вдоль и поперёк в надежде, что хоть какие-то воспоминания вернутся ко мне, зацепившись за знакомую информацию. Или хотя бы узнать более подробно о моём образе жизни и профессии, а то в голове на этот счёт полный ноль и какие-то совершенно бесполезные обрывки.
        На первых же страницах меня ждал жестокий облом. Оказалось, что это не официальное издание и не серьёзный научный труд, а всего лишь мемуары какого-то менестреля. В них он большей частью в красках описывал свои приключения и подвиги, совершённые при участи его друга-ведьмеца. Чтение было увлекательным, но ценной информации попадалась хорошо если сотая часть. Как из всего этого Пшемеку удалось выбрать что-то полезное - ума не приложу.
        Я не заметил, как задремал под мерное покачивание и перестук копыт. Но отдохнуть мне не дали.
        - А ну стоять! - грубый мужской голос раздался прямо по курсу. Лошадь мгновенно остановилась, словно давно готовилась и всю дорогу ждала команды.
        Я приоткрыл глаза как раз к тому моменту, когда с дерева, нависающего над дорогой, прямо в телегу спрыгнул человек в развевающемся плаще. От удара двух ног телега застонала и едва не развалилась.
        - Не дёргайся, а то пристрелю! - в переносицу мне уставился наконечник болта. - А ну вывертай карманы!
        Передо мной стоял оборванец в драных штанах, подвязанных верёвкой, и в распахнутом плаще на голое тело. Ноги обуты в разные по фасону сапоги, а на руках затёртые до дыр перчатки. Ещё бы трусы поверх штанов, и получился бы классический супергерой, но чего нет - того нет. Несмотря на всю опасность ситуации, меня начал разбирать смех. Я представил, как пытаюсь вывернуть единственные имеющиеся у меня пустые карманы на штанах, и фыркнул, стараясь не засмеяться.
        - Я не по-о-онял, - перекошенное злобой лицо с всклокоченной бородёнкой рывком приблизилось ко мне, - чё такого смешного я ща сказал?
        Хоть и выглядел нападающий грозно и решительно, меня уже было не остановить. Я заржал в голос, чем привёл разбойника в полнейшее замешательство.
        - Э, а ну хорош! - Бородатый поднял ногу чтобы пнуть меня, но телега угрожающе зашаталась, и ему пришлось присесть и схватиться за борт.
        - Что у тебя там? - владелец первого грубого голоса обошёл кобылу справа и встал возле переднего колеса. Я скосил глаза и попытался его рассмотреть. Этот одет заметно опрятнее, да и выглядит гораздо серьёзнее бородатого, наверняка он у них главный. Жилетка с вышивкой поверх светлой, почти чистой рубахи. На лице шикарные усы, а на голове шляпа с широкими полями. Классический Бармалей, только полосок на рубахе и сабли не хватает.
        - Малахольный какой-то. Я ему в рожу арбалетом тычу, а он смеётся, - в голосе разбойника прозвучало недоумение.
        - Слыш ты, весельчак, - главный запрыгнул на оглоблю и оказался рядом с Милошем, сидевшим на облучке в позе каменной статуи, - вот я ща как прострелю тебе башку, тогда посмотрим, как ты посмеёшься.
        Повернув голову, я увидел ещё один арбалет, нацеленный в мою голову. Смех как-то сразу меня отпустил, сменившись ощущением, что дело может кончиться плохо. Пшемек, сидевший у заднего края телеги, не выдержал накала страстей, протяжно завизжал и выпал на дорогу. Удобная конструкция, заднего борта нет - падай, сколько хочешь.
        Дальше нападение пошло не по плану. Испугавшись визга, лошадь вскинула заднюю ногу и лягнула стоявшего на оглобле разбойника под колено. Хруст сломанных костей известил всех об открытии счёта в нашу пользу. Заорав от боли, главарь дёрнул рукой, его арбалет зацепился дугой за борт телеги и выстрелил. Надо быть очень метким стрелком, чтобы не целясь попасть точно в правый глаз своему подельнику, но усатый справился с первой попытки. Подстреленный бородач опрокинулся назад и свалился с телеги прямо на визжащего Пшемека. Тот завизжал ещё громче, чем окончательно перепугал лошадь. Она пронзительно заржала и рванула с места в карьер. Милош не удержался на облучке и завалился спиной прямо мне на голову.
        Главарь со сломанной ногой от рывка перелетел через облучок и приземлился рядом со мной, гулко стукнувшись лицом об пол телеги. Его шляпа свалилась с головы, открыв взгляду жидкие кучерявые волосы и шикарную лысину на макушке. Лошадь тем временем сделала несколько отчаянных прыжков, увлекая за собой телегу, затем влетела в кусты и застряла.
        Собственно на этом мероприятие благополучно завершилось. Я выбрался из-под барахтающегося Милоша и огляделся. Разбойник с болтом в глазу продолжал лежать на Пшемеке. Тот судя по всему сорвал голос, потому что больше не визжал, а шипел как очковая змея. Главарь разбойников мирно и неподвижно лежал в телеге лицом в пол. Милош тоже лежал в телеге, но, в отличие от разбойника, лицом вверх. Он не моргая смотрел в прозрачное голубое небо и беззвучно шевелил губами.
        Я спрыгнул с телеги и пошёл вызволять своего ученика. Наверняка мне раньше приходилось видеть трупы, поэтому я без лишней рефлексии взял убитого за ноги и потянул, освобождая Пшемека из-под разбойничьего гнёта. Почувствовав свободу, парень вскочил на четвереньки и с грацией обосранного гепарда ломанулся в сторону обочины, где сразу же застрял в плотных кустах на пару с лошадью.
        - Павлик, вернись, мы победили! - Я бросил ноги убиенного разбойника и подобрал с земли его арбалет. Осмотрел лежащее тело на предмет полезных вещей, но ничего не нашёл. Не было ни сумки, ни колчана с болтами.
        Пшемек тем временем дал задний ход, выполз из кустов и сел на землю. Весь его вид красноречиво говорил о пережитом недавно ужасе. Особенно выделялось мокрое пятно на штанах.
        - Вставай, задницу застудишь, - я вернулся к телеге, подобрав по пути разбойничью шляпу, валявшуюся на дороге, - и иди сюда, поможешь лошадь из кустов вытащить.
        - Милсдарь, какое счастье, что вы с нами были, - после перенесённого стресса Пшемека прорвало на слова. Даже сорванный голос ему не мешал. - Я теперь не сомневаюсь, что вы настоящий ведьмец! Вон как ловко вы их уделали голыми руками! Теперь будут знать, как на честных людей нападать. Я хоть и не видел всего сражения, но уверен, что мы спаслись только благодаря вашей силе и храбрости. Ежели бы я с телеги не упал, то помог бы вам обязательно, вы уж не сомневайтесь. Это на вид я трусливый, а как до дела дойдёт, так буду биться как настоящий ведьмец, хоть и ученик пока.
        - Да помолчи ты уже, вижу я всю твою храбрость, вон она как раз по штанинам растекается, - я взглядом указал парню на его конфуз.
        - Вы всё неправильно поняли. Это я прямо в лужу упал, когда с телеги свалился, вон в ту, - Пшемек показал пальцем на влажное пятно посередине абсолютно сухой дороги.
        - Ты ещё скажи, что это не от страха, а от лютой ненависти к врагу. - Я подошёл к застрявшей лошади и раздумывал, как её вызволить с минимальными потерями. - Иди с другой стороны за вожжу возьмись, и попробуем освободить наш транспорт.
        Провозившись с полчаса, мы наконец-то смогли частично отвоевать лошадь у коварного кустарника, который подло цеплялся за упряжь и не хотел отпускать свою законную добычу. Бестолковая кобыла тоже мешала нам как могла. Сначала она просунула обе передних ноги между ветками куста так, что копыта застряли намертво. Потом, когда нам удалось выломать часть веток, разогнуть куст и освободить левую ногу, сумасшедшее животное попыталось вывихнуть или сломать себе правую.
        Милош наконец закончил созерцание неба и решил нам помочь. Ему показалось, что мы слишком жестоко обращаемся с лошадью, и вся его помощь вылилась в укоры и ругательства в наш адрес. Когда он попытался подобраться поближе к лошадиной морде с целью погладить и произнести ободряющие слова, неблагодарная скотина извернулась и укусила непрошенного психотерапевта за плечо. Тот сразу понял, что психика животного в полном порядке, и мстительно треснул ей кулаком по рёбрам. Лошадь от неожиданности взбрыкнула и выдернула правую ногу из куста. Мы с Пшемеком вовремя успели ухватиться за поводья и удержали зловредную кобылу от дальнейших необдуманных поступков.
        - Спасибо вам, милсдарь Витольд. Если бы не ваша смелость, остались бы мы без денег и вещей, а то и вовсе жизни лишились, - Милош почему-то тоже был уверен, что опасная ситуация разрулилась исключительно благодаря моим героическим действиям.
        - Не стоит благодарности, - мне стало слегка неловко, - моей заслуги в этом нет, всё произошло само собой.
        - Я постараюсь запомнить ваш урок скромности, - Пшемек подключился к разговору. - Настоящий ведьмец никогда не станет хвастать своими подвигами.
        Прерывая пафосную речь, из телеги раздался протяжный страдальческий стон.
        - Разбойник очнулся! - крикнул Милош, и мы побежали. Я к телеге, чтобы успеть перехватить разбойника, пока он не добрался до заряженного арбалета, непредусмотрительно оставленного мной на облучке. А Вуйцики в разные стороны, старший вперёд по дороге, а младший назад. Оба старались удалиться от телеги как можно скорее.
        В общем-то, можно было никуда не торопиться. Раздробленная голень интересовала разбойника гораздо больше, чем лежащее рядом оружие. Да и сил у него почти не осталось, учитывая количество крови, которое натекло в телегу из раны на ноге и из разбитого носа.
        - Вернитесь, дезертиры! Ситуация под контролем! - мой окрик заставил беглецов остановиться и развернуться ко мне, но возвращаться они не спешили.
        Я взял с облучка арбалет и забрался в телегу к раненому. Тот скрючился, насколько позволяла ширина телеги, и пытался обхватить покалеченную ногу ладонями.
        - Перевяжи, а то истеку кровью и сдохну, - главарь шайки неудачников поднял разбитое лицо и состроил настолько умоляющий взгляд, что мне стало его немного жалко.
        - Идите сюда, храбрецы. - Мои слова наконец подействовали, и оба моих попутчика направились обратно к телеге. - Есть у вас чем рану перевязать?
        - О, боги! Милсдарь, вы ранены? - Милош перешёл с шага на быструю рысцу. - Потерпите, я мигом.
        - Да не я ранен, а военнопленный наш, - мысленно я уже давно определил статус оставшегося в живых разбойника.
        - Урок сострадания тоже навсегда займёт место в моей памяти, - Пшемек продолжил разговаривать тем же возвышенным слогом, которым была написана недавно прочитанная им книга. Не иначе, с перепугу мозги заклинило.
        - Ты лучше бинт какой-нибудь организуй, - прервал я его разглагольствования. Хвалебные речи мне уже порядком надоели.
        Пшемек запрыгнул в телегу, опасливо перешагнул через затихшего разбойника и пробрался мимо меня к ящику у переднего борта. Порывшись в мешках, извлёк какую-то тряпку сомнительной чистоты и протянул мне. Тряпка имела вид и запах заношенной портянки и, вполне вероятно, что ею и была когда-то. Я безжалостно оторвал пару полос и попытался перевязать изуродованную ногу главаря, но моих навыков полевой медсестры явно не хватало.
        - Паша, помогай давай. - Я вспомнил, как Вуйцики бинтовали мне рёбра и про себя пожелал удачи пациенту. - Ты мотай, а я приподниму.
        Стоило немного сдвинуть раненую ногу, как её владелец завопил благим матом и буквально через десяток слов вырубился, скорее всего, от болевого шока. Дальше можно было особо не осторожничать, и я решительно потянул ногу вверх. Сломанные кости противно хрустнули, задев друг об друга, но было не до нежностей. Кровь текла не очень активно, поэтому мы не стали ничего изобретать, а просто туго замотали рану прямо поверх штанины. Обыскав лежащего без сознания разбойника, я обнаружил у него небольшой нож в ножнах, висящий на поясе. Никакого другого оружия или полезных вещей больше не нашлось. Как они собирались воевать с двумя арбалетными болтами против нас троих - загадка. Видимо, понадеялись напугать и обойтись без стрельбы. К слову, напугать Вуйциков им удалось, и если бы не дурацкое стечение обстоятельств, план мог выгореть. Но вышло, как вышло, и теперь оба арбалета и нож перешли ко мне в качестве законных боевых трофеев.
        Решили, что по приезду сдадим главаря старосте, и пусть он сам думает, что дальше делать. Второго разбойника оттащили с дороги в сторону, чтобы не мешал проезду, и оставили на обочине. Как доберёмся до деревни, отправим за ним кого-нибудь. А никто не захочет - так и ладно, ночью труп или зверьё, или лесные твари приберут. Болт из его глаза я выдернул, наступив ногой на лоб и потянув обеими руками, а затем вытер об разбойничий плащ. Пригодится. Заряжать второй арбалет не стал. Кому его доверить? Что старший, что младший Вуйцики могут с перепугу выстрелить в белый свет, как в копеечку, и по закону подлости попасть в любого из нас троих, в том числе и в себя.
        Милош снова уселся на облучке, мы с учеником заняли свои места в телеге и неспешно двинулись в путь. До деревни оставалась чуть больше трети дороги, так что через час планировали уже быть на месте.
        Глава 5. Хорошо в деревне летом
        Деревня встретила нас приветливо закрытыми воротами. Частокол вокруг заметно выше, чем на хуторе Вуйциков, и собран из более толстых брёвен. Да и ворота гораздо прочнее на вид. Одно из двух, либо тут места более опасные, либо люди более трусливые.
        Спрыгнул с остановившейся телеги, подошёл к воротам и толкнул их. Те даже не шелохнулись, наверняка изнутри заложены бревном.
        - Ну, и что дальше? - Я вопросительно посмотрел на Вуйциков. - Как внутрь-то попасть?
        - Да как обычно. - Милош повернулся к Пшемеку. - Иди, постучись.
        Пшемек слез на землю, подошёл к краю ворот и начал что-то высматривать в траве. Мне стало интересно, что же он там ищет, и я встал рядом.
        - Вот! - Парень подобрал из травы приличных размеров булыжник, после чего подошёл к воротам и начал дубасить по ним своей находкой.
        Пару минут ничего не происходило, кроме того, что Пшемек ритмично долбил булыжником ворота. Наконец с той стороны послышался шум, невнятное бурчание, и в створке ворот открылось небольшое окошко.
        - Кого там демоны принесли? - раздался недовольный голос. - Кто такие?
        - Это Пшемек и Милош Вуйцики. - Младший Вуйцик поместил своё лицо так, чтобы его было видно в смотровую щель.
        - А с вами кто?
        - С нами милсдарь Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец, - Пшемек слегка подвинулся, чтобы не загораживать обзор.
        - Остальные двое, голос подайте! - встречающий не торопился пускать нас внутрь.
        - Я Милош Вуйцик, - донеслось с телеги.
        - А вы, милсдарь? - глаз стражника уставился на меня.
        - Назовитесь, - шёпотом подсказал Пшемек и ткнул меня локтем.
        - Витольд Крючковский, - произнёс я, почувствовав какое-то сомнение в своих словах.
        - А кобыла ваша чего молчит? - С той стороны всё ещё не торопились открывать.
        - Ты соображаешь, чего спрашиваешь? - ответил Пшемек. - Как она тебе назовётся, она ж скотина бессловесная.
        - Ну, стукни её чем-нибудь, пусть заржёт.
        Кобыла молчала, подозрительно кося на нас с Пшемеком правым глазом. Милош попытался пнуть лошадь под зад и чуть не свалился с облучка.
        - Да что за хрень у вас там происходит? - я начал терять терпение. - Открывай уже ворота, сколько можно нас тут держать?
        - Никак нельзя, милсдарь ведьмец. Распоряжение старосты. Без проверки никого не впускать.
        - Так ты уже проверил всех нас, - мне порядком надоело стоять перед воротами, - чем тебе кобыла-то не угодила?
        - Староста строго запретил впускать, не убедившись, что вы настоящие живые люди. А то последние дни тут повадились лешаки приходить. То один, а то сразу несколько. Обернутся человеком и идут. Пусти такого в деревню, к утру или скотины, или людей не досчитаешься. Только и отличить можно, что по писклявому голосу.
        - Ну и что, по-твоему кобыла наша - лешак обернувшийся? - Пшемека тоже возмутило, что нас не хотят пропускать. - Ты хоть раз видел такого здоровенного лешака?
        - Не очень-то она у вас здоровенная, как я погляжу. Тощая какая-то, как будто неделю не ела.
        - А вот это не твоего ума дело, как мы свою лошадь кормим, - недовольно огрызнулся Милош.
        - Уважаемый, - я решил, что надо как-то договариваться, - неужели вы думаете, что мы, три нормальных человека, станем специально укрывать какого-то лешака, чтобы помочь ему тайно проникнуть в вашу деревню?
        Вахтёр на той стороне не отвечал. Похоже, мой вопрос заставил его крепко задуматься. Наконец послышался звук отодвигаемого бревна, и ворота немного подались внутрь. Мы с учеником нажали на створки и с трудом раскрыли их на ширину, которой едва хватало, чтобы прошла телега. Дальше ворота открываться отказались, пришлось пройти внутрь и придержать их, чтобы те случайно не закрылись и не защемили лошадь или телегу.
        Пока телега въезжала внутрь, охранник не сводил с нас настороженных глаз. Оружия при нём не наблюдалось, зато поверх рубахи была надета слегка ржавая и местами дырявая кольчуга. Стоило только задку телеги пройти за ворота, как охранник беспардонно оттолкнул меня и навалился на створку, стараясь как можно скорее её закрыть. Помогать ему никто из нас не стал, сам справится, раз такой невежливый.
        Пока забирались на телегу, чтобы ехать дальше, Пшемек умудрился наступить на руку лежащему разбойнику. Тот выругался, и стало понятно, что он уже давно очнулся.
        - Кто там у вас? - охранник бросил ворота и судорожно водил рукой у пояса, видимо, пытаясь выхватить меч, которого не было.
        - Да вот, разбойника поймали, - я не видел причины ничего скрывать. - Напал на нас по пути сюда. Везём старосте сдавать.
        - А он часом не лешак?
        - Конечно лешак, - меня уже достала безграничная тупость охранника, - мы его специально прятали, чтобы тут у вас выпустить. Подскажи, любезный, где нашему лешаку будет сподручнее до ночи схорониться?
        Мой последний вопрос поставил охранника в капитальный тупик. Телега тронулась и покатила по улице к центру деревни. Когда мы уже отъехали на пару десятков шагов, мужика в кольчуге наконец расклинило и он бросился нас догонять.
        - Стойте! С лешаком нельзя!
        - Ну, и что ты теперь сделаешь? - я злорадно улыбался, наблюдая, как охранник на бегу продолжает нащупывать на поясе несуществующий меч. - Беги теперь рядом. А как отбежишь подальше, так я сигнал подам, чтобы остальные лешаки через незапертые ворота внутрь пробирались.
        Несчастный хранитель ворот замер на месте, не в силах определиться с приоритетами задач. Ему нужно было одновременно бежать к воротам, чтобы их закрыть, и бежать за нами, чтобы мы не могли незаметно выпустить из телеги лешака-диверсанта. Охранник дёрнулся сначала в сторону ворот, потом за нами. Потом снова назад, и снова вперёд. В конце концов победила первоначально поставленная задача, и он побежал запирать ворота. А мы как ехали, так и продолжили.
        * * *
        - Почти приехали, вон и уважаемый пан Стан?слав Щепановский лично нас встречает . - Милош уверенно направил телегу к высокому бревенчатому дому, заметно выделявшемуся своим добротным видом среди остальных.
        Староста деревни сидел на лавочке у крыльца и дымил трубкой с длинным, слегка изогнутым мундштуком. На его загорелом лице отражалось безмятежное спокойствие и полнейшее удовлетворение жизнью. Его шикарные усы довольно топорщились, выпуская из-под себя струйки густого дыма. Где-то я эти усы и это лицо определённо видел, только не могу вспомнить, где. Или это моя память опять балуется, подсовывая вопросы без ответов?
        - Доброго здоровья вам, пан Щепановский, - Милош остановил телегу у самого крыльца, - хорошо, что мы вас застали.
        Пан не торопился вставать, ожидая, пока мы сами к нему подойдём. Очевидно, годы службы старостой научили его экономить силы и не вскакивать при появлении каждого встречного. Да и не подобает часто вскакивать при его-то должности.
        Я спрыгнул с телеги прямо через борт и ждал, пока Вуйцики подойдут и представят меня. Где-то в глубине души я чувствовал, что не стоит самому пытаться знакомиться. Не принято такое среди владельцев непростых фамилий, заканчивающихся на «-ский».
        Милош слез с облучка и подошёл, встав чуть правее меня.
        - Позвольте представить, это милсдарь Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец, - рука Милоша указала в мою сторону, и я немного наклонил голову в знак приветствия. - А это пан Станислав Щепановский, староста.
        Пан нехотя встал, кивнул мне и повернулся к Милошу, ожидая, пока тот озвучит причину, по которой мы посмели оторвать уважаемого старосту от столь важного занятия.
        - Тут такое дело, - Вуйцик старший почему-то заволновался и с трудом подбирал слова, - мы тут человека привезли…
        Пшемек в это время начал выбираться из телеги и снова наступил раненому главарю на руку. Послышалась очередная порция ругательств.
        - Да вы сами гляньте. - Милош окончательно стушевался и замолчал.
        Пан Щепановский недовольно скривил лицо, но всё же сделал несколько шагов и заглянул в телегу.
        - Эй, кто таков? Назовись!
        Из телеги донеслось невнятное бормотание, а затем разбойник приподнялся на локте и повернул к подошедшему своё измазанное в крови лицо.
        - Вот холера! - лицо старосты отчего-то вдруг побледнело. - Анджей, Януш, бегом сюда!
        Послышался топот ног, и из дома выбежали два молодых парня лет двадцати, похожие друг на друга как пара сапог. Даже одежда на них была почти одинаковая, с непривычки вообще не различишь.
        - Да как же так вышло-то? - Станислав подскочил к задку телеги и начал примеряться, как вытаскивать лежащего в ней разбойника. - Не стойте вы, помогайте. Да осторожней, у него с ногой что-то!
        Втроём они кое-как стянули с телеги раненого и на руках потащили в дом. Сломанная нога болталась, сопровождаемая воплями и отборной руганью её владельца. Мы с недоумением следили за происходящим, я даже забыл заранее заготовленную речь. На нас никто больше не обращал внимания.
        - Агнешка, зови целителя, скорее! - донеслось из дома.
        - Что за ерунда? - спросил я у Милоша, стоящего с непонятным выражением лица. - Тут что, так принято? Каждого раненного разбойника староста лично заносит к себе в дом и обеспечивает ему уход и лечение?
        - Не каждого.
        - А почему тогда он за этого так разволновался?
        - Так это брат его младший, Густав, - Вуйцык старший всё ещё пребывал в прострации. - Я его с перепугу тогда не узнал, а потом и не смотрел особо. А вот как увидел лицо пана старосты, так всё сразу и понял.
        Вот почему усы старосты показались мне смутно знакомыми. Как бы нам самим теперь виноватыми не оказаться. Что-то мне подсказывает, что будет лучше потихоньку свинтить, пока тут беготня и суматоха.
        - Милош, Паша, быстро садимся в телегу и уезжаем отсюда подальше.
        Дважды просить не пришлось. До Вуйциков тоже дошла неоднозначность ситуации, и они были солидарны с моим решением. Милош вскочил за поводья и хлестнул лошадь, заставляя её с места принять в галоп. Мы с Пшемеком едва успели запрыгнуть в телегу и вцепились в борта, чтобы не свалиться. Пока что мы опережали информацию, которая вскоре распространится по всей деревне, и этой форой стоило воспользоваться.
        Через пару минут бешеной скачки мы упёрлись в частокол на дальнем конце деревни. Ворот тут не оказалось, и ехать дальше было некуда.
        - Так, народ, - я решил взять на себя стратегическое командование, - нам надо обсудить, что мы делаем дальше. По идее, мы вроде как спасли этого Густава, ногу ему перевязали, до деревни довезли. Могли бы бросить там же в лесу, или добить, но пожалели. Да и ногу не мы ему сломали, а наша лошадь.
        Вуйцики только молчали и переглядывались.
        - Милсдарь, - Пшемек наконец собрался с духом, - так это ж вроде вы его покалечили и мордой об пол приложили?
        - Да кто вам это сказал? Лошадь его лягнула в ногу, а потом он сам через борт внутрь телеги перелетел и головой треснулся. Я его и пальцем не тронул.
        - Ваши слова выглядят очень убедительно, милсдарь, - Милош тоже наотрез отказывался мне верить, - но разбойник может рассказать, как оно было на самом деле.
        - Ну и что он расскажет? Как он на нас напал? Как думаете, староста в курсе, чем его брательник промышляет?
        Ситуация была действительно кривая. Если староста знал о невинном хобби младшего брата и покрывал его, то он постарается сделать так, чтобы мы свою версию никому не рассказали. Если не знал, то у нас появляется шанс как-то выкрутиться.
        - Предлагаю пока найти место, где достаточно много народу, и на какое-то время обосноваться там. Слухи тут наверняка быстро распространяются, заодно и узнаем официальную версию событий, - мне показалось, что этот вариант вполне сгодится. - Есть тут какая-нибудь столовая, или ресторан, где можно перекусить и отсидеться?
        - Насчёт ресторана не уверен, - судя по тому, как Пшемек произнёс «ресторан», он и слова такого не знает, - а вот постоялый двор с трактиром имеется. Мы с отцом раньше там останавливались, когда домой засветло не успевали и ночевать в деревне приходилось.
        - Вот и поехали туда. Заодно и поедим, а то у меня от переживаний что-то в животе неуютно.
        Милош молча согласился с предложением, развернул телегу, и мы задами двинулись к постоялому двору.
        Глава 6. Слухи и недопонимание
        - Полкроны за две комнаты, еда отдельно, - толстый трактирщик заинтересованно рассматривал мою куртку. - Ежели пожелаете, можем баню с девками организовать. За отдельную плату.
        - Нам пока поесть чего-нибудь принесите, а с комнатами мы позже решим, - Милош бросил на стойку какую-то мелкую монету.
        - И выпить, - я решил не экономить, всё равно платить не мне. Вуйцик старший тяжело вздохнул и добавил к первой монете ещё одну.
        Мы заняли стол в дальнем углу зала, подальше от двери и окна. Тактически не очень удачное место, и в случае чего бежать придётся, прорываясь с боем, но зато хоть не на самом виду.
        - Сидим, едим, пьём, слушаем. Не шумим, внимания не привлекаем, - довёл я вводную до личного состава. - И вот ещё что, прекратите всем представлять меня как ведьмеца. Возможно, на кого-то это и произведёт правильное впечатление, но мне не хотелось бы лишний раз светиться. И имена наши старайтесь не упоминать, даже в разговоре между собой.
        - Это, конечно можно, милсдарь ведьмец, - Пшемек, похоже, не проникся моей просьбой, - да только смысла в этом нет. Нас с отцом тут и так почти все знают.
        - Зато меня пока не все знают. И я уверен, что чем меньше про меня знают, тем спокойнее нам тут будет. Раз староста не сказал, что знаком со мной, и трактирщик меня не признал, то скорее всего в этой деревне я раньше не был, и друзей или врагов тут у меня нет.
        Тем временем парнишка в заляпанном фартуке и каком-то подобии колпака на голове принёс нам тарелки с тушёной бараниной, блюдо печёной картошки, корзину с овощами и зеленью и кувшин с непонятной жидкостью, попахивающей вишней и сивухой.
        Милош разлил по деревянным чаркам напиток, которой обозвал «вишнёвкой», и мы приступили то ли к позднему обеду, то ли к раннему ужину. Еда была на удивление вкусной, а вот вишнёвка мне показалась излишне крепкой и приторной. Как ни странно, сидеть нам пришлось около двух часов, прежде чем мы услышали то, ради чего сюда пришли.
        - Слыхал, Густава, брата старосты нашего, сегодня по дороге на Бжешче козлоног покалечил. Они с Михасем Новаком ехали на ярмарку, а тут такое дело. Спрыгнул прямо в телегу с дерева, - лопоухий парень в вышитой рубахе охотно рассказывал подвыпившей компании за соседним столом очередные местные новости. - Михася сразу насмерть рогом в глаз, а Густаву ногу сломал, да лицо в кровь разбил. А потом лошадь вместе с телегой угнал куда-то в лес. Хорошо хоть люди добрые ехали, да нашли его. А так бы кровью истёк да помер.
        Слушатели только кивали да охали в ответ. Ну и к чаркам прикладываться не забывали. Одними рассказами пьян не будешь, а они пришли сюда с очевидной и вполне конкретной целью.
        - Пока целителя дозвались, пока он ногу смотрел да лечил, те люди добрые куда-то уехать успели, - продолжал лопоухий. - Староста хотел их отблагодарить, да не нашёл.
        Вот как оно значит. Слишком складно всё вырисовывается. Вряд ли покалеченный Густав сам додумался до такой стройной трактовки событий. С одной стороны, раз уж нас «добрыми людьми» величают, так возможно, что и не стоит прятаться. А с другой стороны, раз имён не называют, так может и не хотят, чтобы про нас кто-то знал, и сделают всё, чтобы мы молчали.
        - Ну, что скажете? - Милош решил первым подать голос. - Вроде бы всё пока что в нашу пользу. Коли мы люди добрые, так пану старосте нет никакого резона желать нам зла. Надо к нему съездить, да спросить насчёт благодарности.
        - Ага, а раз уж мы безымянные, то никто и не станет на старосту думать, когда три трупа из речки выловят, - я решил добавить немного реализма в ситуацию. - Вы же не думаете, что староста вас не узнал, или имена ваши забыл? Однако, в сообщении никаких имён, просто «люди добрые».
        - А я думаю, что пан Щепановский побоится с ведьмецом связываться, - Пшемек тоже решил высказаться. - Он же знает, на что ведьмецы способны.
        - Ведьмецы-то может и способны, вот только вы не забывайте, что у меня пока что даже меча нет. Двумя арбалетами с двумя болтами особо не повоюешь.
        - Да что вы, милсдарь, сомневаетесь. Вы же с этими двумя разбойниками голыми руками справились, - завёл старую песню мой ученик.
        - Точно, - Милош тоже решил подключиться, - может, вам меч вообще не нужен, и вы без меча всех победите?
        - Опять вы за своё. Ну ладно Павлик, он в книжке всякой ерунды начитался. Но ваше желание прокатить меня с уже согласованной покупкой меча мне определённо не нравится, - я в упор посмотрел на Милоша. Тот опустил глаза в тарелку, сделал вид, что очень голоден, и напихал себе полный рот еды, уклоняясь от ответа.
        - Предлагаю такую тактику, - я начал говорить чуть тише, а то из-за соседнего стола на нас уже пару раз бросали косые взгляды, - мы сегодня же покупаем мне меч. Остаёмся тут до вечера, вдруг ещё какие подробности истории всплывут. А потом либо идём договариваться со старостой и требовать с него благодарность, либо по-тихому ночуем тут и завтра рано утром сваливаем.
        Возражений не последовало. Мы быстро доели со своих тарелок - не пропадать же добру, тем более, что уплачено. Вишнёвка меня не впечатлила, и Милош под шумок влил в себя оставшиеся две трети кувшина. К концу трапезы результаты его жадности проявились во всей красе. Милоша развезло в слюни, несмотря на приличную закуску. Пришлось брать его под руки и выводить из трактира. Прямо за порогом, вдохнув свежего воздуха, наш жадина окончательно склеился. Он подогнул ноги и чуть было не уронил нас всех.
        - Да чтоб тебя, - меньше всего мне сейчас был нужен пьяный балласт. - Паша, давай его в телегу спрячем, что ли.
        Мы кое-как доволокли вяло брыкающееся тело до навеса, под которым была привязана наша лошадь вместе с телегой.
        - Так, Павлик, признавайся, где деньги? - я вспомнил, что просто так оружие не раздают, и кузнецу нужно будет платить.
        - Я не брал! - Пшемек по привычке решил уйти в глухую несознанку. - Вы ничего не докажете!
        - Отставить балаган! - Я строго посмотрел на своего ученика. - Твой отец должен был взять с собой денег, чтобы купить мне меч. Где он обычно прячет деньги?
        До Пшемека наконец дошло, о чём я спрашиваю, и он с облегчением полез к отцу под рубаху:
        - Вот тут сзади на поясе специальный потайной кошель.
        Пришлось расстегнуть Милошу штаны и уложить его на живот в телегу. Его филейная часть и ноги при этом свешивались с заднего борта. Я долго ощупывал пояс, чтобы понять, как добраться до спрятанных в нём монет. К счастью, нас никто не видел, иначе пришлось бы объясняться, зачем я пытаюсь стянуть штаны с пьяного тела, находящегося в столь пикантной диспозиции. Добыв деньги, мы затащили Милоша внутрь телеги и укрыли соломой от посторонних глаз.
        - Как-то маловато тут денег, тебе не кажется? - я насчитал всего десять жёлтых кругляшков. - Надеюсь, этого хватит на то, что мне нужно. Давай, ученик, веди к кузнецу.
        * * *
        Идти оказалось не очень далеко. Мы прошли шесть или семь домов, когда Пшемек потянул меня за рукав и указал на добротный одноэтажный дом с выступающей к дороге пристройкой и навесом.
        - Вот в этом доме кузнец живёт. Кузня у него на заднем дворе, тут лавка, а под навесом обычно лошадей подковывают.
        Мы подошли к массивной, окованной железными полосами двери. Я постучал. Прождали около минуты, но никто не спешил нам открывать.
        - Может, нет никого? - спросил я у Пшемека. Тот подошёл к двери и нажал на неё обеими руками. Дверь противно заскрипела и немного приоткрылась.
        Толкнув дверь, я вошёл в полутёмное помещение. Двух окон с мутными слюдяными стёклами явно не хватало, чтобы пропустить внутрь достаточно света. Когда глаза немного привыкли, я различил высокий стол, изображающий прилавок, и здоровенный сундук в дальнем правом углу. На гвоздях и прибитых к стене полках висели и лежали различные предметы кузнечного ремесла. В основном это были вещи хозяйственного назначения - скобы, лопата, вилы, подковы, полосы с петлями для ворот. Левый угол занимали пара мечей, ящик с арбалетными болтами, выпуклый нагрудник, шлем и прочие части доспеха.
        - Кто там? - послышался грубый мужской голос из-за двери, ведущей внутрь дома.
        Вслед за вопросом внутренняя дверь открылась, пропуская двухметрового широкоплечего мужика с бритой головой в плотном кожаном фартуке на голое тело. Снизу из-под фартука торчали грубые сапоги.
        - Доброго здоровья, хозяин, - я поприветствовал вошедшего кузнеца, раздумывая, есть ли у него под фартуком штаны, или нет.
        - И вам не хворать, - здоровенный детина прошёл за прилавок и поставил на него зажженный керосиновый фонарь. Стало немного светлее. - За чем пожаловали?
        - Мне нужен меч, - я неопределённо взмахнул рукой, продолжая разглядывать висящие на стене образцы.
        - А по длине, весу, балансу какие пожелания? - кузнец вопросительно склонил голову набок.
        Да кто бы знал ещё, как оно должно быть. Если я раньше пользовался мечом, то наверняка тело должно само подсказать.
        - Думаю, не очень длинный, но и не короткий. Вы, уважаемый, дайте мне подержать, а я уж определю, по руке мне оружие, или нет.
        - И самое главное, меч должен быть прочным, стальным и одновременно мельхифриловым, чтобы и против людей подходил, и на всяких тварей и чудовищ действовал, - Пшемек с умным видом решил уточнить технические требования.
        - Да, именно так, - я на автопилоте кивнул, подтверждая слова ученика. - Мне нужен меч, сделанный сразу из двух этих металлов.
        - А такое бывает? - кузнец усмехнулся. - Вы ещё предложите в один меч сталь и серебро сплавить.
        - Простите мою невежественность, а в чём проблема? - мне было не очень понятно, что в этом смешного.
        - Так сталь с серебром ни один кузнец не возьмётся соединять. Это как масло с водой, мешай хоть весь день, а оно всё равно отдельно. Если только серебро поверх стали намазать. Но и тогда это не меч выйдет, а полная ерунда. Заточку не держит, а начнёшь отковывать, так вся мазня разом и отвалится.
        - А мельхифрил?
        - Так ещё хуже, он вообще ни с каким металлом не сплавляется. Да и редкий он. И дорогой.
        - Ну а если всё же как-то попробовать? Мне обязательно нужно, чтобы и сталь, и мельхифрил были вместе.
        - Сложную задачу вы ставите, милсдарь. Чтобы в одном мече, да сразу все свойства уместить… Может вам проще два разных меча сделать? Один стальной, против людей, а второй из мельхифрила, против чудовищ?
        - Ты что, перегрелся тут в своей кузне? - лицо Пшемека просто излучало негодование, - Ты где это видел, чтобы кто-то в здравом уме два меча с собой таскал? Это ж сколько лишнего веса? И в бою второй меч только мешается. Если на пояс повесить, так ногой зацепиться можно, а коли за спину надеть, то не пригнёшься нормально, да и рукоять о затылок постоянно биться будет.
        - Не будет, если правильные ножны и перевязь подобрать, - кузнец недобро посмотрел сначала на меня, потом на Пшемека.
        - Ну да, - не унимался парень, - а ещё в самый неподходящий момент можно мечи перепутать. Выпрыгнет на тебя какая-нибудь шмыга или свинолюд, а ты по ошибке достанешь не тот меч, и что делать? Ногу себе рубить? Тварей-то обычный меч не возьмёт!
        - Моё дело предложить, - кузнец пожал плечами, - а вы уж сами решайте.
        - Может как-то можно сделать одну сторону меча из стали, а вторую из мельхифрила? - озвучил я только что пришедшую в голову мысль. - Ну, или там как-нибудь вставку по одной кромке. Или по обеим.
        - Может и можно, только я за такое не возьмусь, - кузнец, похоже, был не рад, что вообще с нами связался, - у меня и материала нужного нет.
        - Всё ясно, милсдарь, - Пшемек потянул меня за рукав, - идёмте отсюда, этот кузнец вообще ничего не умеет. Да вы на руки его посмотрите. Кривые, что козьи рога. Как он с такими руками по наковальне попадает - не понятно.
        Лицо кузнеца приобрело тёмно-красный оттенок. Он набычился и начал медленно обходить прилавок.
        - Надо всем рассказать, чтобы с этим кузнецом никаких дел не имели. Я бы ему даже дохлую лошадь подковать не доверил, - парень продолжал, не обращая внимания на приближающуюся опасность.
        - Ах ты гадёныш! - кузнец попытался ухватить Пшемека за плечо, но тот ловко вывернулся и спрятался за моей спиной.
        - Уважаемый, успокойтесь, - я выставил вперёд руку, чтобы остановить кузнеца.
        Он продолжал идти на меня, стараясь дотянуться до обладателя длинного языка и коротких мозгов. Широченная грудь упёрлась в мою ладонь и даже не замедлилась.
        - А ну стой! - я добавил в голос уверенной властности.
        - Да! - конопатое лицо выглянуло из-за моей спины. - А то милсдарь сейчас тебе рыло начистит!
        Здоровенный кулак описал короткую дугу и со смачным звоном врезался мне в ухо. В глазах потемнело, ноги предательски подогнулись, а моя голова продолжила движение в направлении полученного импульса и стукнулась об край стола. На этом сознание решило меня в очередной раз временно покинуть.
        Глава 7. Утро вечера волнительнее
        Открыв глаза, я увидел прямо перед собой небо, почти потемневшее от приближающихся сумерек. Лёгкий ветерок раскачивал пучок травы, который неприятно тыкался мне в щёку. До меня постепенно дошло, что я лежу на спине, хотя вестибулярный аппарат этого не подтверждал.
        - Милсдарь, хорошо, что вы очнулись, - Пшемек взволнованно заглянул в моё лицо, - а то я уже устал отбегать и прятаться каждый раз, когда кузнец в окно выглядывает.
        Я повернул голову набок и огляделся. Лежу в канаве у дороги. Ощущения такие, словно меня в эту канаву закинули с размаху. Вот как будто взяли двумя большими ручищами и швырнули со всей силы. Да так, что я пролетел метров пять и приземлился одновременно всей задней поверхностью организма, начиная от затылка и заканчивая пятками.
        - Что произошло? - Я потрогал распухшее ухо. - Почему я здесь?
        Вместе с последними словами в моей голове всплыла картинка недавних событий.
        - Кузнец вас из лавки выбросил, - Вуйцик младший не сводил глаз с окон дома. - Даже не знаю, что на него нашло. Кстати, милсдарь, а с памятью у вас никаких изменений не заметно? Проверьте как следует, может что из прошлой памяти вернулось? Или наоборот, что-то забылось?
        - Ничего не вернулось, - я повернул голову в направлении Павлика. - Подойди ближе, мой ученик, мне нужно кое-что тебе сказать.
        Ученик подозрительно посмотрел на меня и отступил на пару шагов.
        - А недавние события вы, милсдарь, хорошо помните?
        - Подойди, пожалуйста, - я постарался, чтобы мой голос звучал дружелюбно и убедительно, но Павлик не повёлся. - Иди сюда, сволочь, я тебя сейчас придушу и прямо в этой канаве прикопаю!
        - Не надо так сердиться, милсдарь, я же хотел как лучше. Думал, вдруг после очередного удара по голове к вам память вернётся.
        - То есть ты теперь при любом удобном случае будешь стараться подставить мою голову под очередное сотрясение мозга? - Я потрогал шишку на противоположной от распухшего уха стороне головы. Шишка была знатная, сантиметров десять в длину, не меньше.
        - Ну, если вы считаете, что вернуть память - это для вас не очень важно… - в голосе Пшемека просквозил лёгкий упрёк, мол, он так старался для меня, а я не оценил.
        - Важно, блин! Но каждый раз получать в бубен мне, знаешь ли, не очень хочется. Поэтому я тебе впредь запрещаю самовольничать и устраивать мне лечебные контузии. - Я перевалился на бок, потом приподнялся, перебирая руками, и сел. - Помоги мне встать, а то мутит что-то.
        На этот раз Пшемек не побоялся подойти. Наверняка моё состояние отчётливо отразилось на моём лице, а по нечётким движениям было ясно, что мне не до разборок. С большим трудом я поднялся, поддерживаемый под руку, и мы двинулись в сторону постоялого двора.
        Пока добрались до конечного пункта, уже почти стемнело. Идти пришлось медленно и осторожно, голова кружилась, а ноги еле держали. Попавшаяся нам навстречу парочка осуждающе перешёптывалась, сочтя меня в дымину пьяным. Выглядело всё так, будто заботливый сынуля помогает отцу-алкашу добраться до дома.
        - Время уже позднее, придётся заночевать тут, - я еле стоял на ногах. - Вытаскивай из телеги своего папашу, и пошли договариваться насчёт комнат.
        Я прислонился спиной к стене и стоял, разглядывая на тёмно-синем небе первые проступившие звёзды, которые плавно покачивались из стороны в сторону. В голове чудесными переливами звучала музыка в исполнении большого симфонического оркестра. Распухшее ухо горело, словно у меня на плече птица феникс развела костёр, готовясь к очередному суициду.
        Со стороны навеса донеслись звуки брани и борьбы.
        - Да вставай ты уже, милсдарь Витольд сказал идти ночевать внутрь, - Пшемек добросовестно пытался выполнить моё распоряжение, а его отец всячески этому противодействовал.
        - Отступись от меня, отрок, - Милош использовал немного другие слова, но смысл был примерно такой, - я тут буду спать.
        - Милсдарь, он не хочет идти! - жалобный голос ученика возвестил, что он не справляется с поставленной задачей.
        - Да и хрен с ним, пусть спит, где ему нравится. А мне сегодня нужна нормальная кровать и подушка, - голова болела всё сильней, наверняка без сотрясения не обошлось.
        Мы оставили Милоша в телеге, а сами зашли в трактир. Народу в зале не было, за исключением инициативной группы по непримиримой борьбе с алкоголем. Судя по количеству пустых бутылок, борьба велась не на жизнь, а насмерть. Из пятерых единомышленников трое уже пали жертвой коварного противника, а оставшиеся двое были на грани поражения. Трактирщик скучал за стойкой, разглядывая поле боя.
        - Уважаемый, нам бы комнату с двумя кроватями, - каждое слово давалось мне с трудом, отражаясь многократным эхом внутри головы.
        - Четверть кроны, еда отдельно, - нас даже не удостоили взгляда.
        - Хорошо. Сдача с кроны будет? - Я сунул в руку в сумку, на ощупь выудил одну монету и положил на стойку.
        - Лешек вас проводит, - трактирщик ловким отработанным движением смахнул золотую крону и бросил на её место несколько серебрушек. - Утром будить надо?
        - Нет, спасибо, - я не был уверен, что к утру голова пройдёт, не хватало ещё добавить головной боли недосыпом.
        Появившийся со стороны кухни парень в фартуке махнул нам рукой и направился к входной двери, держа в руке зажженный керосиновый фонарь, почти такой же, как я видел у кузнеца. Мы поплелись за Лешеком, стараясь не отстать. Вышли на улицу, свернули в сторону навеса, немного не доходя до него зашли в неприметную дверь, которую открыл перед нами провожатый. Сразу за дверью обнаружились ступеньки, ведущие на второй этаж, по которым мы и поднялись. По пути наверх я пару раз порывался навернуться в полутьме, но Пшемек каким-то чудом умудрился удержать меня и не позволил расшибиться окончательно. Наша комната оказалась самой первой от лестницы. Мы зашли внутрь, парень поставил фонарь на стол, развернулся и быстрым шагом отправился к выходу.
        Я огляделся. Обстановка комнаты простая, но опрятная. Кроме стола возле окна и двух стульев рядом с ним, в комнате у боковых стен нашлись две застеленные кровати. Всё остальное сразу же стало мне неинтересно, я кое-как добрался до ближайшей постели и завалился на неё не раздеваясь. Уже сквозь сон почувствовал, как Пшемек расшнуровывает и стаскивает с меня ботинки. Хороший парень, заботливый, хоть и бестолочь. С этими мыслями я и уснул.
        * * *
        Проснулся от того, что в окно заглянуло солнце, поднявшееся уже достаточно высоко. Как ни странно, голова не болела совершенно. Даже ухо вернулось к нормальному размеру. Единственное, о чём я пожалел, что не снял с себя куртку вечером. Слегка упарился в ней.
        Пшемека в его кровати не оказалось. Похоже, проснулся раньше меня и пошел проведать отца.
        Я обулся, потом умылся из рукомойника, висящего в углу у входа, и вытер лицо полотенцем, найденным рядом на крючке. Вышел из комнаты, спустился вниз по лестнице, открыл дверь наружу. Наша телега стояла там же, где мы её оставили с вечера. Лошадь меланхолично жевала сено, опустив голову в ясли. Милоша в телеге не было, наверняка проспался и пошёл завтракать.
        Я зашёл в трактир и увидел, что Вуйцики сидят за тем же дальним столом, что мы занимали вчера. За тем же столом напротив них спиной ко мне сидел незнакомый крупный мужик в кольчуге, латных наручах и с мечом на поясе. Судя по намечающейся лысине - лет сорока, или около того. Милош ел какой-то суп и прихлёбывал из чарки, видимо поправлял здоровье после вчерашнего. Пшемек уже всё доел и просто сидел, косо поглядывая на явно непрошеного гостя.
        - Доброе утро, - я подошёл и встал возле стола, ожидая, пока мечник сообразит освободить мне место или хотя бы подвинуться. Тот оказался совершенно не сообразительным и продолжал сидеть. - Будьте любезны, позвольте мне присесть рядом с моими друзьями.
        Мужик нехотя встал, позвякивая железом, и вышел из-за стола. Я сел на лавку так, что рядом места не осталось.
        - Паша, сбегай, закажи мне перекусить. Яичницу или омлет, салат какой-нибудь и чай, - я выудил из сумки серебряную монету и положил на стол. - И про хлеб не забудь.
        Ученик подхватил деньги и умчался к стойке. Мужик в кольчуге внаглую уселся на его место, упёрся спиной в стену, сложил руки на груди и начал буравить меня взглядом.
        - Вы заняли место моего ученика, - произнёс я с нескрываемым раздражением, - это невежливо.
        Милош склонился над тарелкой, делая вид, что никого вокруг не замечает. Наглец в доспехах никак не отреагировал, продолжая пялиться на меня.
        - А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут, - память внезапно подкинула мне подходящую к случаю речь.
        На лице мечника отразилось лёгкое замешательство. Видимо, до меня с ним никто в таком тоне не разговаривал. Я посмотрел на Милоша, который перестал есть и замер, косясь то на меня, то на сидящего рядом.
        - Вы на мне дыру протрёте, - довершил я начатое.
        Наш гость оттолкнулся спиной от стены, наклонился вперёд и с металлическим лязгом положил руки на стол. Выражение его лица стало суровым и хмурым.
        - Я заместитель начальника стражи в этой деревне, Ян Ходкевич из Виттенберге, - голос мечника оказался неприятно сиплым.
        - Витольд Крючковский из Мытищ. Что за причина вынудила вас осчастливить нашу скромную компанию своим присутствием? - я попытался изобразить вежливость.
        - Я так понимаю, что ты и есть тот ведьмец, что с Вуйциками привёз вчера брата пана старосты, - стражник проигнорировал вежливое обращение.
        - Надо же, у вашего старосты есть брат! - я решил лепить горбатого и посмотреть, куда оно выведет.
        - Да, есть. И с этим братом вчера приключилось несчастье, - внимательный взгляд следил за моей реакцией.
        - Да что вы говорите, - я участливо покачал головой. - И что же с ним случилось?
        - На него в дороге напала лесная тварь и сильно покалечила, - стражник пересказывал мне ту же версию событий, которую мы уже слышали вчера.
        - Да, не повезло ему. Последнее время что-то много тварей на дорогах развелось, добрым людям ни пройти, ни проехать спокойно, - я тоже внимательно следил за тем, как собеседник воспримет мои слова. У того едва заметно дёрнулся глаз.
        - Если бы его не подобрали, да в деревню не привезли, кто знает, как бы всё закончилось. Лекарь едва успел ему ногу спасти, - продолжил Ходкевич.
        - Я надеюсь, с братом уважаемого пана старосты сейчас всё в порядке? - изобразил я глубочайшую озабоченность.
        - В порядке, - внимательный взгляд блуждал по моему лицу, не находя желаемой реакции.
        - Ну вот и замечательно! - Я простодушно улыбнулся. - Большое спасибо за хорошую новость, мы очень рады за пана старосту и его брата, передавайте им от нас пламенный привет. А теперь, будьте любезны, ступайте своей дорогой и не мешайте нам завтракать.
        Лицо мечника нервно дёрнулось. Он наклонился ко мне и заговорил, глядя в глаза и понизив голос:
        - Слушай сюда, ведьмец. Пан староста хочет вас троих видеть, поэтому прямо сейчас вы все идёте со мной.
        Когда я заходил в трактир, то не заметил поблизости людей с оружием, да и последняя фраза подтверждала мою догадку о том, что парламентёр пришёл один. Скорее всего, старосте скандал не нужен, а грубость и наглость у этого мужика просто в привычке. И действует он не от лица стражи, а как индивидуально назначенный переговорщик. Поэтому не было никакого смысла сразу же кидаться выполнять его команды.
        - А вот это ты вообще не угадал, - я тоже перестал быть вежливым. - У нас совершенно другие планы. Я сейчас позавтракаю, мы с друзьями всё обсудим и решим, куда нам идти или ехать. И если ты не уймёшься, то будешь послан в увлекательное одиночное путешествие.
        Костяшки на руках нашего гостя побелели, а на лице заиграли желваки. Милош сидел ни жив ни мёртв. Пшемек только что вернулся, поэтому успел услышать только конец фразы про путешествие и теперь недоумённо разглядывал нас.
        - Паша, слушай внимательно, - я продолжил бодаться взглядом с мечником. - Если сейчас со мной или твоим отцом что-то случится, ты берёшь ноги в руки и бежишь отсюда со скоростью звука. А на бегу каждому встречному рассказываешь, при каких обстоятельствах мы вчера познакомились с братом пана старосты.
        Пшемек на удивление быстро сообразил, что к чему, и отошёл на пару шагов в сторону двери.
        - А ты, воин, сядь на попу ровно и успокойся. Если пан Щепановский прислал тебя одного, то ему наверняка не хочется, чтобы кто-то из посторонних узнал кое-что ненужное. Сейчас я съем свой завтрак, мы посовещаемся и решим, как быть дальше.
        Судя по дальнейшим событиям, мои слова попали в точку. Стражник с трудом успокоил себя, убрал руки под стол и откинулся на стену, однако попыток прожечь меня взглядом не прекратил.
        - Ученик, присядь пока тут, - я показал на край лавки у соседнего стола позади себя, - и, на всякий случай, будь готов выполнить моё задание.
        Прошло ещё немного времени, и вчерашний поварёнок принёс мне тарелку с омлетом, ломоть хлеба, плошку салата и кружку с чаем. Я демонстративно неторопливо приступил к завтраку. По лицу замначальника стражи было видно, что он очень недоволен моим поведением и при случае мне всё припомнит. Да и хрен с ним, переживу как-нибудь.
        Покончив с омлетом и салатом, я не спеша придвинул к себе чай. Спрашивать совета у Вуйциков смысла не было, а для себя я уже всё решил.
        - Милош, план такой. Вы с Пшемеком остаётесь тут. Пойдёте на улицу подышать свежим воздухом, да смотрите, чтобы к вам никто незнакомый не приближался. - Я отхлебнул немного из чашки. - А мы с Яном сходим к пану старосте и узнаем, какие у него предложения и каков размер вчерашней заявленной благодарности. Если не вернусь через час - знаете что делать.
        Я неторопливо допил чай, встал из-за стола и кивнул терпеливо сидящему напротив стражнику:
        - Пошли, противный.
        Глава 8. Беседа по душам
        - Приветствую вас, Витольд. Проходите, присаживайтесь, - староста указал рукой на стул. Сам он сидел в кресле с высокой спинкой, слегка похожем на трон. Между нами стоял широкий, и, судя по виду, очень дорогой стол из гладкого светлого дерева с красно-коричневыми прожилками.
        - И вам доброго здоровья, Станислав, - я решил поддержать неформальную дружескую атмосферу без упоминания чинов и регалий, но, видимо, не угадал, потому как на лице старосты промелькнула тень недовольства.
        Я пересёк большую светлую комнату и уселся на добротный деревянный стул, поставленный на таком удалении от стола, чтобы я не смог на него облокотиться. При желании можно было положить на стол ноги, расстояния как раз хватает, но это было бы откровенным хамством и прямым вызовом, и я не стал накалять обстановку. Заместитель начальника стражи отошёл к стене и встал справа от стола, не выпуская меня из виду. Оружия при мне не было, а так бы он наверняка потребовал его отдать на время встречи.
        - Позвольте спросить, Мытищи - это где? - пан Щепановский начал осторожно прощупывать меня, задавая совсем не те вопросы, которые я от него ждал.
        - На северо-востоке, - я внутренне напрягся, не понимая, зачем ему это. Ответ, похоже, его озадачил. Помнится, Вуйцики вообще были здорово напуганы, когда узнали, откуда я.
        - А какими судьбами ведьмец оказался в наших краях?
        Вот что ему на это ответить? Рассказывать правду о своей отсутствующей памяти я не собирался, а придумать правдоподобную легенду на такой случай мне почему-то ни разу не пришло в голову.
        - Полагаю, что дела ведьмецов не всегда стоят того, чтобы посвящать в них всех подряд, - я старался, чтобы мой голос звучал и уверенно, и беспечно одновременно.
        - Вы правы, о некоторых вещах многим лучше вообще не знать, - а вот и первый пробный шар от пана старосты. Удачно вкатил, прямо в центр пирамиды. И ждёт, в какую сторону я сыграю.
        - Иногда так случается, что ненужные знания сами тебя находят, - я попытался прокинуть сплит, наблюдая, кто из присутствующих первым отреагирует. Староста слегка поморщился, а стражник переступил с ноги на ногу. Значит оба в теме, и можно говорить прямо, не опасаясь недопонимания.
        - А где же ваши друзья? - староста говорил ровным приветливым голосом, хотя по лицу было заметно его волнение и недовольство. - Я надеялся, что семья Вуйциков тоже примет моё приглашение.
        - Они остались на постоялом дворе, - краем глаза я пытался следить за стражником. Тот сделал вид, что занят своими мыслями и не слушает нас. - Устали они с дороги. И не выспались. Всю ночь волновались за здоровье вашего брата, Густава. Кстати, как он себя чувствует, как его нога? - я дал понять старосте, что мы все трое в курсе, кого привезли вчера к нему в дом.
        - С ногой всё в порядке. Целитель сказал, ещё бы немного, и остался бы Густав одноногим калекой, - Станислав нахмурился. - А так полежит дома, пока кости срастутся. Будет ему время подумать.
        - Я рад, что мы успели вовремя, - я внимательно слушал старосту и сделал, как мне кажется, правильные выводы. - Надеюсь, он рассказал вам, как всё было.
        Староста нахмурился ещё сильнее, тяжело вздохнул и утвердительно кивнул.
        - Я понимаю, что вы наверняка хотели бы знать обо всём заранее, чтобы уберечь своего брата от случившегося, - хоть в комнате кроме нас троих никого не было, я всё же решил не говорить прямым текстом.
        - Хотел бы, - пан Щепановский посмотрел мне прямо в глаза. - И я сделаю всё, чтобы мой брат больше никуда не ездил без моего ведома и не искал приключений на свою голову.
        У меня отлегло от сердца. Староста, похоже, действительно был не в курсе делишек своего брата и оказался честным и порядочным человеком. Или просто очень убедительно прикидывается.
        - Я полагаю, что мы поняли друг друга и постараемся как можно реже вспоминать про ту нехорошую ситуацию, в которую ваш брат угодил по собственной глупости и вашему недосмотру, - я видел, что староста прекрасно понимает смысл сказанного. - Надеюсь, что все, кто слышал историю о нападении козлонога на беззащитных путников, впредь будут осторожны и не станут совершать необдуманных поступков, - я демонстративно повернул голову к стражнику и посмотрел на него. - А своим друзьям я передам, чтобы они не болтали лишнего.
        Староста встал со своего кресла. Мне тоже пришлось встать, видя его намерение завершить нашу беседу.
        - Прошу вас простить моего брата и принять мои извинения за случившееся, - Станислав через стол протянул мне руку, - я обещаю, что лично прослежу, чтобы ни у моей семьи, ни у вас больше не возникло никаких проблем из-за этого случая.
        Вот жук! Тоже умеет строить фразы, вкладывая в них несколько смыслов сразу. Мне пришлось подойти и немного наклониться над столом, чтобы дотянуться до его руки.
        - Я принимаю ваши извинения, пан староста, - я пожал его руку, но не торопился её отпускать, - и надеюсь, что ваше вчерашнее желание отблагодарить нас за спасение брата за ночь не улетучилось.
        Староста усмехнулся и сжал мою руку чуть сильнее.
        - Я всегда держу свои обещания. И надеюсь, что вы сдержите своё.
        - Не сомневайтесь, - я тоже сжал его руку достаточно крепко, - ведьмец всегда держит слово.
        Было хорошо видно, что староста испытывает заметное облегчение после нашей беседы. Если в самом начале он сомневался и не знал, как вести себя со мной, то теперь всё более-менее прояснилось. Меня не пришлось запугивать или подкупать, мы поговорили как взрослые разумные люди, и это ему явно пришлось по душе.
        - Полагаю, ведьмец и его друзья сочтут достойной награду в триста золотых крон за спасение жизни моего брата и за свою плохую память? - Пан староста всё ещё продолжал держать мою руку в своей, и я начал испытывать от этого некоторый дискомфорт. При всей кажущейся значительности суммы, я чувствовал какой-то подвох. В этот момент моё подсознание подключилось, выдавая подходящий к ситуации кусочек из заблокированной памяти.
        - Это несерьёзно! - я сам не ожидал, что скажу такое. Староста напрягся, выпустив мою руку, а стражник качнулся в нашу сторону, собираясь вмешаться. Повисла тяжёлая пауза.
        - Ваши условия? - пан Щепановский всё же задал правильный вопрос.
        - Триста тридцать! - я не стал мешать своему «второму я» договариваться.
        - Согласен! - староста решил было, что легко отделался.
        - Каждому! - молодец подсознание, у меня бы так не получилось.
        - Согласен, - староста хоть и демонстрировал своим видом недовольство, но я почувствовал, что примерно на такую сумму он изначально и рассчитывал.
        Мы закрепили сделку коротким рукопожатием.
        - И ещё, - пан Щепановский всё же решил, что согласованная сумма великовата для меня, и быстро сообразил, как немного отыграться, - вы должны будете убить козлонога и принести мне в доказательство его голову и копыта. Чтобы я мог успокоить людей в деревне, и они не боялись выезжать за ворота.
        Вот тут уже мне пришлось думать самому, подсознание оперативно самоустранилось из беседы. Теоретически задание вполне по моему профилю. Только я понятия не имею, как этот козлоног выглядит и как с ним бороться. К тому же есть ещё пара скользких моментов.
        - А если я не смогу найти в окрестностях ни одного козлонога?
        - Полагаю, что вы как-нибудь решите эту задачу, - староста произнёс это настолько уверенно, что я даже не стал возражать. Тем не менее, стоило прояснить оставшийся последний вопрос.
        - Извините, пан староста, но у меня есть одна небольшая просьба. Мне нужен новый меч, но с вашим местным кузнецом мы вчера не нашли взаимопонимания, - я машинально потрогал левое ухо. - Может быть, вы мне посоветуете, где поблизости найти хорошего специалиста по изготовлению оружия?
        Пан Щепановский задумчиво почесал подбородок.
        - Есть неподалёку хутор, там как раз живёт кузнечных дел мастер. Вот только не уверен, что вы с ним поладите, если с нашим кузнецом не получилось. Как бы вам это помягче сказать… - староста потрогал свою голову, - он ненормальный.
        Я молчал, ожидая продолжения.
        - Да и не совсем кузнец он. Строит всякие непонятные машины и механизмы. Эксперименты проводит опасные. Пару лет назад чуть всю деревню не спалил, тогда-то мы его и выселили, - лицо старосты слегка скривилось от неприятных воспоминаний. - Так всей деревней и сказали: «Иди со своими экспериментами на хутор».
        - Как мне его найти? - я хоть и не был до конца уверен в успехе, но попробовать стоило.
        - Из главных ворот будете выходить, спросите у охранника, в какую сторону хутор Эммета Черняка, он подскажет. Там по дороге меньше версты, - староста двинулся к входной двери, придерживая меня за локоть и явно выпроваживая. - И не забудьте Вуйцикам сообщить о нашей договорённости.
        - А деньги? - переключившись на разговор о козлоногах и кузнецах, я чуть было не ушёл с пустыми руками.
        Староста покосился на меня разочарованно. Видимо, думал, что ему удастся меня заболтать и выпроводить. Я демонстративно остановился у дверей, показывая, что пока никуда не тороплюсь. Демонстративно вздохнув, пан Щепановский прошёл к комоду, стоящему слева от стола, выдвинул ящик и сунул туда обе руки. Судя по движениям и доносящимся звукам, он развязал заранее приготовленный кошель и начал откладывать из него лишние монеты. Всё-таки я немного продешевил, раз плановая сумма изначально была больше.
        - Вот держите. - Станислав протянул мне кожаный мешочек со шнурком, который приятной тяжестью лёг в руку. Вроде и размером не очень большой, а на вес килограмма полтора, не меньше. - Тут девятьсот девяносто крон имперскими червонцами, как и договорились.
        ­ - Благодарю. - Я изобразил вежливый кивок головой и вышел за дверь.
        Дом старосты я покинул, раздумывая, куда мне спрятать полученные деньги. Нести в руке вообще не вариант, обязательно кто-нибудь проявит нездоровый интерес. Решил пока положить в сумку, больше некуда. Надо будет пришить к куртке карманы, а то совсем неудобно. Запихнул кошель в сумку, которая красноречиво вздулась, и направился к постоялому двору. Вуйцики наверняка меня уже заждались.
        * * *
        Проходя мимо яблони, свесившей свои ветки через ограду палисадника, я сорвал несколько яблок и засунул в сумку. Теперь кошель с деньгами не топорщился так заметно, вся сумка равномерно округлилась. Если сунуть руку, то кроме яблок сходу ничего больше не нащупаешь. Надеюсь, такая маскировка хоть немного, да поможет. Или наоборот, привлечёт чьё-то внимание к слишком объёмному содержимому.
        Остаток пути я проделал, обдумывая итоги встречи со старостой. Самая главная проблема разрешилась, нам больше можно было не опасаться за свою жизнь, и это хорошо. Задача с козлоногом хоть и выглядела пока непонятной, но я надеялся собрать побольше информации и уже тогда придумывать, с какого края её решать. Также нужно было в ближайшее время навестить ненормального кузнеца и попытаться с ним договориться. Занятый своими мыслями, я не заметил, как добрался до нужного мне здания.
        Милош и Пшемек ждали меня, сидя на разных лавочках неподалёку от постоялого двора. Видя, как старательно они выполняют поставленную задачу, я даже поначалу захотел выразить им благодарность и поделиться деньгами, полученными от пана Щепановского. Но вовремя передумал, вспомнив, с каким скрипом добился от Милоша согласия на покупку меча. А когда прикинул, насколько приготовленная им сумма в десять крон, скорее всего, не соответствует реальной цене хорошего оружия, так и вовсе рассердился.
        Пшемек, увидев меня, бодро вскочил со скамейки и подбежал:
        - Милсдарь, как всё прошло?
        - Хорошо. Зови отца и пойдём внутрь, расскажу.
        Устроившись на своём любимом месте у дальней стены, мы заказали пива мне и Милошу и ягодный компот Пшемеку. К пиву принесли жареные колбаски и гренки с солью и чесноком, хоть мы ничего из этого не просили. Местный общепит начинал мне нравиться всё больше и больше.
        - Рассказывайте, милсдарь, - Пшемеку не терпелось узнать свежие новости из первых рук.
        - В целом, ситуация разрулилась в нашу пользу. - Я отхлебнул пива и закинул в рот сухарик. - Староста оказался вменяемым мужиком. Похоже, что он не знал про художества своего брата до того момента, пока тот ему сам не рассказал. Я пообещал, что никто из нас не будет распространяться насчёт того, что там на самом деле произошло. Официальную версию вы вчера слышали: на Густава и его попутчика напал козлоног. В связи с этим я получил задание завалить козлонога и принести его голову и копыта. Как это сделать, я пока не знаю, но староста очень хочет предъявить деревне виновника событий.
        Вуйцики сидели, переваривая мой рассказ и пережёвывая колбаски. Мне вдруг представилось, каково это - быть козлоногом отпущения. Живешь себе в лесу, щиплешь травку, или что они там едят, никого не трогаешь, ни о чём не подозреваешь, даже мыслей плохих не думаешь. А тут у людей вдруг происходят какие-то свои мутные разборки, в которых крайним назначают тебя. Вот бы я на месте козлонога удивился.
        - А что там насчёт благодарности? - Милош очень некстати вспомнил о собственной выгоде.
        - Само собой, пан Щепановкий за спасение его брата выражает всем нам благодарность с занесением в личное дело и помещением на доску почёта.
        - На какую доску? - не понял Пшемек.
        - Почёта. Ну, типа, героям почёт и уважение, все молодцы, всем спасибо, все свободны.
        - А деньги? - Вуйцик старший не позволил мне соскочить с меркантильной темы и опошлил всю торжественность момента.
        - А деньги я принял по ведомости и оприходовал на нужды предприятия.
        - Какого ещё предприятия? - Милош, похоже, начал подозревать, что его собираются прокатить с материальной стороной благодарности.
        - Нашего ведьмецкого предприятия, - я показал на себя и своего ученика. - Нам же нужно готовиться к первому совместному заданию по добыче козлонога. Оружия хорошего прикупить, снаряжения, припасов всяких, деликатесов.
        Пшемек аж весь надулся от ощущения сопричастности. Отец его, наоборот, сдулся и поник от осознания того, что денег в этот раз он определённо не получит.
        - И ещё, - я продолжил, - нам нужно навестить ненормального кузнеца.
        После этих слов мой ученик чуть было не свалился в обморок.
        - Да не сцы, не того кузнеца, - я постарался успокоить Пшемека. - Хотя, я бы с удовольствием тебя ему выдал для проведения воспитательной беседы.
        Вуйцик младший попытался слиться со стеной в надежде, что я его потеряю из вида.
        - Староста рассказал мне, что неподалёку на хуторе живёт кузнец. И не просто кузнец, а изобретатель и поджигатель. Нам надо его найти и постараться договориться. Поэтому тебя, Паша, - я ткнул пальцем в размытое пятно на фоне стены, - мне придётся оставить здесь. Будешь сторожить постоялый двор, пока мы с твоим отцом съездим по делам.
        - Милсдарь Витольд, миленький, я чесслово больше не буду! - Пшемек был готов упасть на колени, но стол ему помешал. - Я ни слова не скажу, и вообще, буду стоять сзади и не буду показываться кузнецу на глаза.
        - Ты и в прошлый раз стоял сзади, - я потрогал левое ухо. - Ладно, на первый раз я тебе верю и прощаю. Давайте собираться. Время до обеда ещё есть, как раз успеем.
        В общем-то, собираться особо не пришлось. Никаких вещей у нас с собой не было, кроме телеги с лошадью. Мы допили пиво и компот, доели закуску и выдвинулись к нашему транспортному средству.
        Глава 9. Кузнец кузнецу рознь
        Хутор кузнеца-поджигателя мы нашли без проблем. Дорога хоть и петляла, обходя холмы и овраг, и была едва заметной, но наша лошадь справилась с навигацией и нигде не ошиблась с направлением.
        Скромный дом с пристроенным к нему то ли сараем, то ли складом, то ли кузней стоял на возвышенности и по местной традиции был огорожен. Вот только забор мне показался слегка странным. Тонкие жерди воткнуты в землю достаточно редко, а между ними натянута не особо толстая проволока. Ворота в том же стиле - две лёгкие рамы, перетянутые проволокой, висят на не очень толстых столбах. Рядом с воротами калитка, дизайном под стать всему остальному ограждению.
        - Интересно, а как такой хилый забор может защитить от лесных тварей? - Пшемек удивлённо разглядывал непривычную конструкцию.
        - Зайдём, и сам спросишь. - Мне тоже было интересно, но я не подавал вида.
        Наша телега остановилась ровно напротив ворот, и мы дружно спрыгнули на землю.
        - Уважаемый Милош, приготовьте на всякий случай деньги, - мне вдруг захотелось немного потроллить этого скрягу.
        Пшемек по своему обыкновению хотел было влезть не в своё дело, но я схватил его за шиворот и показал кулак. Манипуляции прошли незаметно от Милоша, который после моих слов поник головой и не смотрел в нашу сторону.
        - Ну, так что там с деньгами? - ехидно напомнил я.
        - Простите меня, милсдарь Витольд, но у меня их украли, - грустный голос прозвучал, словно из могилы.
        - То есть, как это - «украли»? - мне удалось вполне достоверно изобразить удивление и возмущение одновременно.
        - Наверное, когда я спал в телеге, кто-то нашёл их и стащил.
        - А где же они были, что их так легко получилось украсть? - я окончательно решил отомстить нашему казначею за жадность, и откровенно над ним издевался.
        - В потайном кармане, - рука Милоша непроизвольно потрогала пояс штанов сзади. - Даже не представляю, как это вышло.
        - И много там было денег?
        - Д-д-пятьдесят крон, - при этих словах отца Пшемек открыл было рот, но мой кулак перед его носом помог ему сдержаться и промолчать.
        - Да, нехорошо вышло, - я сделал сочувствующее выражение лица. - Этих денег нам бы точно хватило на хороший меч. Всё-таки пятьдесят крон, это вам не десять.
        На последних словах Вуйцик старший поёжился, дёрнул плечом и опустил голову.
        - Но вы не расстраивайтесь, Милош, пан староста как раз дал мне денег с таким расчётом, чтобы я отдал вам пятьдесят крон, - я с удовольствием наблюдал, как жадность борется с благоразумием. - Но раз уж вы всё равно собирались потратить их на меня, то эти пятьдесят крон я оставлю себе.
        - Десять! - жадность всё-таки победила. - Там было десять крон! Оставьте себе десять, а остальные сорок отдайте мне!
        - Вы это серьёзно? - моя ехидная улыбка ввела Милоша в замешательство. - Вы хотели откупиться от меня десятью кронами? Неужели благополучие вашего сына стоит так дёшево? Ну ладно, если бы как минимум тридцать. Но десять?
        - Отдайте, - рука Милоша протянулась ко мне и сама по себе начала делать хватательные движения.
        - Зачем вам столько денег? - подсознание тоже решило поглумиться над жадиной.
        - Как зачем? - сама постановка вопроса показалась ему возмутительной.
        - Ну что вы купите? Ведь у вас никакой фантазии. Не, не, денег я вам не дам, это баловство!
        На Вуйцика старшего было жалко смотреть. Обрести богатство и сразу же его потерять было для него невыносимо.
        - Всё, закончили обсуждение. А то мы так до вечера будем тут стоять, - я решил, что на сегодня веселья достаточно. - Паша, иди, посмотри, как нам внутрь попасть.
        Ученик бодро подбежал к калитке и схватился за металлическую скобу, изображавшую ручку. В следующее мгновение мы услышали зудящий звук и последовавший за ним вопль.
        - Курва! - я и не ожидал, что Пшемек знает такие слова. Более того, я не ожидал, что сам откуда-то знаю, что это значит.
        - В чём дело? - Я подошёл к ученику, который тряс рукой и продолжал бубнить себе под нос ругательства. - Павлик, ты не должен так выражаться, это неприлично, - с этими словами я тоже взялся за ручку калитки. Зудящий звук снова повторился.
        - Да чтоб твою мать! - я отдёрнул руку, сведённую судорогой, и тоже начал трясти ей. Со стороны мы наверняка были похожи на дуэт балалаечников, но без балалаек.
        Отец Пшемека смотрел на нас непонимающим взглядом.
        - Не стесняйтесь, Милош, присоединяйтесь к нам! - я кивнул в сторону калитки. - Идите, подержитесь за ручку.
        Не знаю, о чём думал Вуйцик старший, возможно, его сбило с толку моё перекошенное лицо, гримаса на котором была похожа на улыбку, но он подошёл и тоже взялся за скобу. Уже привычный звук высоковольтного электрического разряда возвестил о том, что наш дуэт балалаечников превратился в трио.
        - Курва! - подвёл итог Милош. Теперь понятно, у кого Пшемек научился.
        При виде всего этого бардака я начал смеяться в голос. Ученик тоже меня поддержал, и только старший Вуйцик оставался серьёзным, как конферансье, хоть и тряс рукой наравне с остальными. То ли наш хохот был достаточно громким, то ли в доме была какая-то сигнализация, но меньше чем через минуту нас окликнули.
        - Кого там принесло? - Голова хозяина дома показалась в дверях. - Идите лесом, я вашу кобылу подковывать не буду! - Голова так же быстро спряталась.
        - Уважаемый Эммет, у меня к вам дело, никак не связанное с кобылой! - Я перестал трясти рукой и встал так, чтобы меня не загораживал столб.
        Голова с взлохмаченным кустом белых волос появилась снова. Кузнец разглядывал нас, но пускать внутрь не спешил.
        - Будьте любезны, отключите электричество на ограде и позвольте нам войти, - я заметил, что при слове «электричество» на лице кузнеца появилось заинтересованное выражение.
        Эммет скрылся в доме, а через некоторое время снова вышел к нам и приглашающее махнул рукой:
        - Заходите!
        Я осторожно потрогал пальцем ручку калитки и ничего не почувствовал. Осмелев, потянул ручку на себя, и калитка открылась, пропуская нас во двор.
        * * *
        Мы вошли внутрь дома и оказались в царстве хаоса. Всё помещение было одной большой комнатой-студией, без внутренних стен и перегородок. Кругом были раскиданы и развешаны какие-то чертежи, на столах, полках и кое-где на полу стояли и лежали различные непонятные конструкции и механизмы. Диван и несколько стульев с трудом угадывались среди всего этого нагромождения. Пшемек от удивления открыл рот, да так и замер, восторженно глядя по сторонам.
        Эммет стоял в центре комнаты, явно довольный тем впечатлением, что произвело на нас содержимое его жилища. В его глазах я заметил азарт с едва заметными искрами сумасшествия. Прав был староста, что-то ненормальное во взгляде есть однозначно.
        - Так какое дело у вас ко мне? - голос был бодрый, словно кузнец только что выпил пару литров кофе.
        - Для начала позвольте представиться, Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец. - Я шагнул к хозяину дома и протянул руку. - А это мой ученик, Пшемек, и его отец, Милош.
        - Очень приятно, - кузнец энергично потряс мою руку, - я Эммет Черняк, механик, изобретатель и кузнец иногда. Хотите кофе?
        - Нет, благодарю, - моё предположение насчёт кофе, похоже, было недалеко от истины.
        - Зря отказываетесь, в этих местах нормальный кофе не найти. Никто его не пьёт почему-то, - кузнец понизил голос, - приходится заказывать контрабандой.
        - Мы можем где-то поговорить без лишних свидетелей? - я взял Эммета за локоть. Он кивнул, и повёл меня к двери в глубине дома.
        - Подождите меня тут, только не трогайте ничего, особенно ты, Павлик, - я на секунду притормозил в проходе. - Не послушаешься - посажу на ограду и включу электричество!
        Пшемек испуганно кивнул, и я прикрыл за собой дверь. Второе помещение оказалось огромной мастерской, заваленной и заставленной точно так же, как и весь остальной дом.
        - Я вижу, вы знакомы с электричеством? - кузнец был заметно рад, что встретил человека, хоть немного понимающего в его увлечениях.
        - Да, мы как раз недавно все трое с ним близко познакомились, когда открывали калитку.
        Эммет махнул мне рукой, приглашая за собой в дальний угол, где за загородкой из мелкой металлической сетки зудела и пощёлкивала непонятная конструкция.
        - Вот тут у меня генератор на замкнутом торсионном поле в потоке низкотемпературной плазмы и резонансный трансформатор на коаксиальных катушках, - кузнец похлопал ладонью по сетке. Адская машина загудела чуть громче и заискрила. - Бывает, правда, что иногда изоляцию на электростатических ловушках плазменного потока пробивает, особенно при перегрузке, когда какое-нибудь бестолковое животное в ограде застрянет. Напряжение и частота тока подобраны так, чтобы не убило, а только отпугивало. Нечисть, та быстро поняла, что забор лучше не трогать, а вот зверьё не соображает.
        Я согласно кивал, хотя понимать начал где-то с момента про бестолковых животных. При этом чувствовал себя ближайшим родственником этих самых животных.
        - Ничего не понятно, но очень интересно, - я решил не затягивать экскурсию и поскорее перейти к нужной мне теме. - Только я здесь немного не за этим.
        - Хорошо, продолжим в другой раз, - кузнец, похоже, собирался много чего мне рассказать и показать, но пересилил себя. - Что у вас за дело?
        Я постарался кратко изложить все свои пожелания и требования к оружию и спросил, сможет ли Эммет изготовить нужный мне меч.
        - Понимаете, Витольд, - кузнец ненадолго задумался, - тот меч, о котором вы мне сейчас рассказали, выковать я смогу, с моим оборудованием это несложно. Вот только материал очень редкий, и у меня его нет.
        - И где же мне его взять? - Я уже морально настроился на настоящий ведьмецкий меч, и брать вместо него обычный мне совсем не хотелось.
        - Да нигде не взять. Искать, спрашивать. Или ждать, пока он сам вам на голову упадёт, - Эммет хитро прищурился.
        - Очень смешно, - я был расстроен, и шутка кузнеца меня не обрадовала.
        - Я не шучу. Мельхифрил падает с неба. Это метеоритный сплав. Очень прочный, очень тугоплавкий. И почти бесполезный. Обрабатывать его сложно, в обычном кузнечном горне не то что расплавить, даже не прогреть толком. Нужна индукционная печь и горн на спецтопливе. Ну или очень большая печь с хорошей подачей воздуха. Мне пару лет назад довелось с этим сплавом работать, я из него нож одному повару делал. Да вы его знаете, наверное, Штефан, в трактире у Мойшека работает. Странный он, правда, этот повар. Приехал давно, ни с кем особо не общается. Один раз в трактире заезжие драку устроили, так этот повар им бока намял и за двери выкинул. Они вечером его подкараулить решили, да с ножами напали. Он им своим поварским ножом кому руку, кому ногу отрезал. Если интересны подробности, у Мойшека спросите, он про это любит рассказывать.
        - И что, нож у этого повара полностью из мельхифрила? - я уже начал прикидывать, за сколько повар согласится его продать.
        ­ - Полностью. Вот только не продаст Штефан его, даже не пытайтесь спрашивать, - угадал мои мысли кузнец. - Обидится ещё, да отрежет вам что-нибудь.
        - Так это получается, что и меч можно целиком из мельхифрила сделать? Зачем же тогда ведьмецкие мечи делают наполовину из стали?
        - А затем, что в одном метеорите этого мельхифрила обычно едва на хороший нож хватает. Поэтому и делают весь меч стальной, а поверх стали тонкие накладки.
        Я понял, что с правильным мечом пока ничего не выйдет. Придётся временно обойтись обычным. Да и ученику тоже надо что-то.
        - А как насчёт пары хороших стальных мечей?
        - Вы это серьёзно? - Эммет с подозрением посмотрел на меня. - Кто в здравом уме будет два меча с собой таскать?
        - Вы не поняли, - я почему-то автоматически потрогал левое ухо, - один меч мне, а второй моему ученику. Парню, который нас там ждёт, - я показал рукой на дверь в дом.
        Лучше бы я этого не делал, потому что вслед за взмахом руки с той части дома, где остались Вуйцики, раздался грохот и противный скрежет. Мы с Эмметом переглянулись и дружно побежали на звук.
        Я почему-то даже не удивился, когда увидел Пшемека, пытающегося с помощью черенка от лопаты раскурочить какой-то работающий механизм. Тот скрежетал и сопротивлялся, но на стороне атакующего были слабоумие и отвага, и втроём они оказались грозной силой.
        - Это не я! - заорал Пшемек, продолжая сражаться с железным монстром. - Оно само! Мы стояли, а оно как начало тарахтеть, шипеть и ножом размахивать!
        Эммет отпихнул малолетнего луддита* и попытался выключить аппаратуру, но видимо, юный террорист уже успел что-то конкретно повредить, потому что скрежет никак не прекращался. Тут я увидел нож, о котором говорил Пшемек. Хищный полуметровый тесак был зажат в механической руке и хаотично двигался, стараясь дотянуться до кузнеца.
        - Осторожней! - Милош бесстрашно оттолкнул Эммета в сторону и со всей силы долбанул по руке с ножом каким-то обрезком трубы. Рука немного согнулась, но нож не выпустила. Замахнувшись во второй раз, спасатель едва не проломил голову кузнецу, некстати оказавшемуся сзади. Тем временем Пшемек снова подскочил к механизму и с яростным воплем вонзил в него черенок, как копьё.
        - Прекратите! - заорал Эммет.
        Вуйцики от неожиданности отпрыгнули назад. Пшемек обо что-то споткнулся и в падении умудрился свалить с соседнего стола агрегат с двумя большими стеклянными ёмкостями. Стекло разбилось, и комнату наполнил аромат свежесваренного кофе.
        - Вон из дома! - рявкнул я, глядя на Вуйциков и указывая им пальцем на дверь. Два раза просить не пришлось.
        Кузнец наконец справился с фехтовальным монстром, и рука с ножом бессильно опустилась на разделочную доску, отрезав от лежащего на ней батона колбасы кривой кусок.
        - Эммет, простите моих друзей, они не со зла, - я попытался сгладить недопонимание. - Они люди дремучие, к изобретениям непривычные.
        Кузнец с тоской смотрел на осколки стекла в кофейной луже и машинально жевал вышеупомянутый кусок колбасы.
        - Это была всего лишь машина по нарезке колбасы для бутербродов, - в голосе изобретателя чувствовалась горечь утраты, - время обедать, вот она и включилась.
        - Может, тогда пообедаем? - я справедливо предположил, что лучший способ успокоиться - это как следует поесть.
        - Давайте, - Эммет был со мной полностью солидарен. - И этих разрушителей своих зовите, а то не ровен час без присмотра ещё что-нибудь сломают.
        
        * Лудд?ты - участники стихийных протестов первой четверти XIX века против внедрения машин в ходе промышленной революции в Англии. С точки зрения луддитов, машины вытесняли из производства людей, что приводило к технологической безработице. Часто протест выражался в погромах и разрушении машин и оборудования. (Википедия)
        Глава 10. Обед и расставание
        Обед был под стать гостеприимному хозяину. Бутерброды, нарезанные вручную, картошка фри из полуфабрикатов, приготовленная в адской машине с кипящим маслом, сомнительного вида мясные консервы в пузатых стеклянных банках, оказавшиеся, как ни странно, вполне съедобными. Свежие овощи немного оживили крахмально-белково-холестериновое меню. Эммет попытался было сварить кофе, но потерпел фиаско. Намотанная на скорую руку индукционная катушка оказалась слишком мощной, железный ковшик, служивший в качестве турки, моментально раскалился докрасна, вода и плавающий в ней молотый кофе сразу же вскипели, выплеснулись через край и замкнули проводку. Пришлось довольствоваться чаем из чайника, нагретого по старинке, на кухонной плите. Вместо обычных дров использовались какие-то хитрые высокоэффективные поленья, поэтому ждать пришлось недолго.
        За обедом почти не разговаривали. Кузнец с грустью поглядывал то на искалеченную колбасорезную машину, то на разбитую кофеварку, а Вуйцики пристыжено молчали. Когда перешли к чаю, я решил нарушить тягостную тишину:
        - А за что вас из деревни выгнали?
        Вопрос хоть и был не совсем тактичный, но Эммет не обиделся. Только слегка задумался, вспоминая события двухлетней давности.
        - Да там такое дело… - он никак не мог решить, с чего бы начать. - В общем, один эксперимент пошёл не по плану. Чтобы проверить работоспособность собранной установки, мне нужно было разогнать её до определённой скорости.
        Мы с интересом слушали, одновременно прихлёбывая из чашек и поедая какое-то подобие печенья, явно местного изготовления. Эммет налил себе чай и продолжил рассказ.
        - Если бы конюх не подсунул мне самую бестолковую лошадь, возможно, всё пошло бы по-другому. - Кузнец на мгновение замолчал, задумчиво сдвинув брови. - Я собрал на телеге экспериментальный прототип, на колёса установил электрические катушки, которые должны были помочь телеге набрать нужную скорость. Когда всё было готово, выяснилось, что я забыл про систему управления лошадью. Пришлось сидеть впереди и управлять вручную, дёргая за поводья. В начале всё шло хорошо. Мы ехали по центральной улице, Долорес даже набрала приличную скорость.
        - Простите, а Долорес - это… - решил уточнить Милош.
        - Долорес - это лошадь, которую я арендовал на время эксперимента. - Эммет отхлебнул из чашки. - Так вот, Долорес смогла хорошо разогнать телегу, и когда я подключил дополнительную тягу к колёсам, мы продолжили ускоряться и вот-вот должны были выйти на расчётную скорость. Я отпустил поводья и обернулся, чтобы проверить настройки, и в этот момент сумасбродная кляча решила, что ей неинтересно бежать прямо и вильнула так, что телега наехала одной стороной на здоровенный камень, лежавший у края дороги. Телегу подбросило, и меня выкинуло за борт.
        Мы слушали, затаив дыхание, а Пшемек даже раскрыл рот, чтобы не пропустить ничего важного. Эммет во время рассказа вскочил из-за стола, жестикулировал и пытался в ролях показывать происходящее, действуя то за себя, то за Долорес, то за телегу.
        - Когда мы наскочили на камень, я держался за регулятор мощности и случайно дёрнул его на самый максимум, - продолжил кузнец-изобретатель. - Телега рванула вперёд, а я грохнулся об землю с такой силой, что ненадолго потерял сознание. А когда очнулся, то увидел чуть впереди на земле две горящие полосы как раз по ширине колеи телеги. Ни лошади, ни телеги на дороге не было.
        Эммет прервался, чтобы промочить пересохшее горло, а мы сидели, и, кажется, практически не дышали. Рассказ поразил нас до глубины души. Мы как будто пережили вместе с рассказчиком все эти захватывающие мгновения.
        - И куда же делась лошадь с телегой? - не вытерпел я.
        - Не перебивайте, я как раз подхожу к этому моменту. - Кузнец сел за стол и допил уже порядком остывший чай. - Когда на катушки была подана максимальная мощность, они резко ускорили телегу вместе с лошадью. Из-за перегрузки изоляция на катушках не выдержала, начала гореть и отваливаться кусками, от чего и образовались две горящие колеи. А потом эта тупая кляча вместо того, чтобы бежать прямо, свернула в переулок и ломанулась к своей конюшне. Из-за того, что в момент подачи максимальной мощности на конденсатор потока телега ещё не набрала расчётную скорость, ничего не сработало. Силовые провода и управляющие схемы успели сгореть раньше, и вся неизрасходованная энергия из накопителей пошла обратно в генератор. Кончилось тем, что генератор взорвался и телегу разнесло в клочья, а Долорес с оторванными оглоблями побежала дальше. Пока я добежал до переулка, ориентируясь на звук взрыва и облако дыма, собирать и тушить было уже нечего, все обломки успели сгореть. Ладно хоть лошадь осталась жива.
        Эммет вздохнул и заглянул в пустую чашку. Было видно, что воспоминания о неудачном эксперименте его сильно расстроили.
        - Потом ко мне подошёл староста, - лицо кузнеца помрачнело, - и сказал: «Как же ты нас всех утомил своими изобретениями». На общем собрании все единогласно решили сослать меня на этот хутор. Хозяева с полгода до того в город подались, и хутор стоял пустой. А на моё место староста потом какого-то кузнеца из соседней деревни переманил.
        - Да, грустная история. - Пшемек вытер нос рукавом и сочувственно вздохнул.
        - Зато теперь никто мне не мешает заниматься любимым делом, - Эммет смахнул с лица печальное выражение и встал из-за стола. - Кстати о деле. Мне нужно вас обоих измерить и взвесить.
        - Зачем это? - внезапная смена темы застала меня врасплох.
        - А как я мечи должен рассчитывать? Или вы хотите как попало, на глаз? - деловой тон кузнеца с ходу отмёл все возражения. - Я так не работаю. Мне нужны точные данные, тогда и оружие получится правильным и удобным.
        Следующие полчаса мы занимались тем, что измеряли меня вдоль, поперёк, по диагонали и в других смежных направлениях. Рост, длина руки от плеча до локтя, от локтя до запястья, потом ширина плеч, высота торса, длина ног и ширина шага. Я откровенно не понимал, зачем всё это, но, видя ненормальный блеск в глазах Эммета, возражать не стал. Далее перешли к взвешиванию. Тут я совсем перестал воспринимать смысл происходящего и покорно позволил взвесить сначала себя целиком, а потом по отдельным частям - руку с упором от плеча, руку с упором на локоть, ноги в положении сидя. Когда дошло до взвешивания головы, я понял, что староста был абсолютно прав насчёт того, что кузнец явно не в себе.
        Потом те же самые манипуляции пришлось вытерпеть Пшемеку. Он, в отличие от меня, не задумывался над смыслом и просто делал, что ему говорят.
        Наконец всё закончилось, и мы уселись за стол, чтобы перевести дух. Таблицы с нашими росто-весовыми характеристиками выглядели внушительно, и я надеялся, что терпел всё это не зря.
        - Поздравляю, ученик, ты был взвешен, ты был измерен и был признан никуда не годным, - ехидно сказало моё подсознание. Пшемек удивлённо уставился на меня, но возражать не решился.
        - Через пару дней заходите, - деловое выражение лица показывало, что Эммет уже весь в процессе работы, и дальше с ним общаться бесполезно. Он бесцеремонно вытолкал нас за дверь, я даже не успел задать вопрос о цене.
        - Ну что, друзья, - я справедливо решил, что здесь нам сегодня делать больше нечего, - предлагаю поступить следующим образом: мы с Пашей возвращаемся в деревню и заселяемся пока на постоялый двор, а вы, Милош, отвезёте нас туда и можете быть свободны.
        - В смысле? - удивлённо спросил Вуйцик старший.
        - В прямом, - я терпеливо начал объяснять очевидные вещи. - Вы нам больше без надобности. Денег у вас всё равно больше нет, ехать мы пока никуда не собираемся, да и вообще, у нас с учеником теперь своя жизнь, а у вас своя. Правильно, Павлик?
        Вуйцики не ожидали, что момент расставания наступит так внезапно, и слегка опешили.
        - Всё, хватит тормозить, поехали уже, по дороге попрощаетесь, - сказал я и подтолкнул Вуйциков к выходу.
        Отец с сыном покорно поплелись к калитке. Я намеренно слегка отстал, пытаясь вспомнить, включал при мне Эммет охранный периметр или нет. Милош шёл первым, поэтому ему выпала честь проверить работоспособность электрической изгороди. Изгородь работала. Пока наш бесстрашный первопроходец тряс рукой, я нажал ногой на раму калитки и подпёр её в открытом положении, не касаясь проводов и металлических частей. Вуйцики выскользнули наружу, и я отпустил калитку, которая захлопнулась под действием пружины.
        Лошадь не выказала никакой радости от встречи. Видимо, понимала, что сейчас опять придётся куда-то идти и тащить телегу. Мы заняли свои места согласно уже сложившейся расстановке и тронулись в наш последний совместный путь.
        * * *
        Деревня встретила нас традиционно закрытыми воротами. Пшемек без напоминания слез с телеги, подобрал камень и начал ритуал призыва охраны.
        - Кого там демоны принесли? Кто такие?
        Меня слегка покорёжило от ощущения дежавю.
        - Милош Вуйцик, Витольд Крючковский из Мытищ и его ученик, Павлик. Ездили к кузнецу на хутор, - на удивление чётко и грамотно отрапортовал Пшемек.
        - Не понял, - ответил слегка озадаченный голос с той стороны ворот, - вроде уезжали двое Вуйциков, а вернулся один. Куда второго дели?
        - Уважаемый, посмотрите внимательно, это и есть тот самый второй Вуйцик, - я почувствовал, что самодеятельность Павлика может создать нам проблем, и решил вмешаться.
        - Не, того звали Пшемек, а этого Павлик, - у охранника оказалась идеальная память на имена и хреновая память на лица.
        - Пшемек, Павлик, какая разница? - Я слез с телеги и подошёл поближе к воротам. - Сколько уехало, столько и приехало.
        - А вдруг вы того парня где-то в лесу бросили, а вместо него лешака обернувшегося подобрали, - стражник оказался с богатой фантазией. - Вчера вон, охрана впустила троих на телеге с лошадью, а оказалось, что они лешака с собой привезли, да где-то в деревне его и выпустили.
        - Так это мы и были, - удружил нам Пшемек.
        За воротами наступила подозрительная тишина, а затем мы услышали удаляющийся топот. Видимо, охранник не смог справиться со свалившимся на его голову чистосердечным признанием и побежал советоваться.
        - Ну ты и придурок, Павлик, - у меня больше не было подходящих слов. Точнее были, но при ребёнке я их постеснялся говорить. - Вот кто тебя за язык тянул?
        Пшемек обиженно смотрел на меня и откровенно не понимал, за что я его назначил придурком. Пришлось объяснять:
        - Вот мало тебе было раньше времени откреститься от своей фамилии, ты ещё в добавок напомнил охране, как мы вчера над ними неудачно пошутили. Теперь вариантов два. Либо нас не пустят совсем, либо нас пустят и затем наваляют за чрезмерное чувство юмора. Ещё могут попытаться в каталажку закрыть. Есть тут такая?
        - Что значит «каталажка»? - Милош, похоже, раньше этого слова не слышал.
        - Нары, обезьянник, сизо, - я начал перечислять, при этом ни одно слово не находило отклика, - тюрьма.
        - А, понятно, - радостно закивал Милош. - Так тут тюрьмы нет, и никогда не было. В погреб посадят, прямо здесь, под караулкой.
        - Теперь ты понимаешь, Паша, что ты нам устроил? - Перспектива сидеть в погребе меня вообще не прельщала.
        Мои дальнейшие упрёки прервал звук открывающихся ворот. Мы удивлённо переглянулись. Створки разошлись, пропуская нас внутрь. Я засомневался и хотел было дать команду Милошу разворачивать оглобли и валить отсюда, но тут из-за одной из створок выглянуло знакомое лицо.
        - Милсдарь Витольд, вы, пожалуйста, не шутите так больше, - заместитель начальника стражи Ян Ходкевич приветственно махнул рукой, - а то у нас тут считается, что стоять на воротах - не самое почётное занятие, поэтому сюда попадают в основном за какие-нибудь провинности. Сами понимаете, умный человек либо не провинится, либо не попадётся. Поэтому шутить возле ворот нужно очень осторожно, скорее всего не поймут. Вам повезло, что я как раз был тут с проверкой. Мне рассказали про вашу вчерашнюю выходку. Кроме меня, никому не было смешно.
        - Приветствую вас, милсдарь Ян - я с облегчением махнул рукой в ответ. - Вы очень кстати оказались поблизости. Прошу нас извинить, мы постараемся больше не шутить там, где некому оценить наши шутки.
        Тем временем Милош завёл телегу внутрь, а мы с Пшемеком зашли следом.
        - Как там дела у Эммета? - неожиданно спросил Ходкевич.
        - Нормально, жив-здоров, - я даже не знал, что отвечать. Слишком неожиданной оказалась разница между вчерашним и сегодняшним настроением нашего собеседника. - Договорились с ним насчёт изготовления мечей.
        - Это правильно, что вы к нему обратились, - стражник погладил рукоять своего меча, висящего на поясе, - он в этом соображает как никто другой. Лучший кузнец в округе, жаль только, что всякой ерундой занимается.
        Мы с учеником залезли на телегу и не спеша поехали вперёд по улице.
        - Заходите в гости, если будет время, мы на постоялом дворе остановились, - мне почему-то захотелось поближе познакомиться с Яном. Вроде, нормальный мужик, только из-за своей должности слегка грубый и самоуверенный.
        - Хорошо, загляну как-нибудь. - Стражник махнул рукой на прощанье и пошёл в сторону караулки.
        Дальнейший путь до постоялого двора прошёл без приключений. Мы припарковали лошадь под навесом и зашли в трактир. Я пошёл к стойке, а Вуйцики отправились за привычный стол в дальнем углу.
        - Приветствую вас, Мойшек, - я обратился к трактирщику по имени, надеясь завоевать его расположение и сторговать немного от стоимости проживания. - Я хотел бы снять двухкомнатный номер на некоторое время.
        Трактирщик осмотрел меня, пытаясь припомнить, когда мы с ним успели так близко познакомиться.
        - Витольд, - я сделал вид, что он забыл моё имя, а я напоминаю, - мы вчера у вас комнату снимали.
        - Двухкомнатный номер? - Трактирщик почесал затылок. - Так у нас вроде и нет таких. А чем вас комната с двумя кроватями не устроила?
        - Всё устроило, только я пока не знаю, как долго мы у вас пробудем, и нам с учеником было бы удобнее, чтобы мы спали в разных комнатах.
        - А, ясно, - трактирщик понял мою просьбу по-своему, - девиц изволите приглашать?
        - Пока нет, - я не стал возражать и уточнять, - но в любом случае, хотелось бы две отдельные комнаты с общим входом.
        - А почему нет? - Пшемек захотел выяснить причину моего отказа. - Давайте пригласим девиц, нам с ними веселее будет. А то вечером тут скука смертная, заняться совсем нечем.
        - Конечно веселее, только я подозреваю, что до вечера ты ещё не успеешь достичь половой зрелости, а платить за тебя придётся как за взрослого, - я говорил и видел, что ученик не понимает, о чём я. - И вообще, Паша, прекрати болтать ерунду и отвлекать меня. - Я повернулся к Мойшеку. - Так что там насчёт номера?
        - У нас есть две соседние комнаты с дверью между ними. Вы можете просто запереть изнутри вторую дверь, - решение оказалось на поверхности.
        - Так сколько нам будет стоить один двухкомнатный номер? - я акцентировал внимание на слове «один», но трактирщик не повёлся.
        - Полкроны за две комнаты, еда отдельно, - выдал он стандартную таксу.
        - А если на несколько дней, - я всё ещё надеялся сторговаться подешевле, - для постоянных клиентов?
        - Полкроны за каждый день, - трактирщика было не пронять.
        - Дорогой мой друг Мойшек, ну что вы заладили, «полкроны» да «полкроны», - я нацепил максимально дружеское выражение на лицо, - для постоянных клиентов, заказывающих услугу оптом, принято делать скидки. Давайте договоримся на две кроны в неделю.
        - Три с половиной.
        - Давайте три, и завтрак за счёт заведения?
        - Три с половиной.
        - Нет, уважаемый, так вы всех клиентов растеряете. А времена сейчас трудные, - начал я с другого края, - по дорогам ездить опасно, так что приезжих можно и не ждать. Всех козлоног распугал. Мне пан староста даже контракт на него выдал.
        - Так вы тот самый ведьмец, что брата пана старосты спас? - Мойшек вдруг перестал вести себя как бесчувственный торговый автомат и превратился в рубаху-парня. - Что же вы сразу не сказали? Для меня честь предложить вам кров и пропитание.
        - Бесплатно? - я не был уверен, но попробовать стоило.
        - Ну почему же бесплатно, три кроны в неделю за две комнаты.
        - Одна крона в неделю за один двухкомнатный номер.
        - Две с половиной.
        Ещё немного поторговавшись, мы сошлись на двух кронах и бесплатном завтраке и ужине.
        - Мы сегодня немого устали, - я вспомнил, сколько разных событий успело произойти за день, - и с удовольствием вздремнули бы немного в своём номере. А к ужину, будьте добры, нас позовите.
        - Хорошо, позовём, - трактирщик согласно кивнул. - Лешек, поди сюда!
        Откуда-то со стороны кухни прибежал уже знакомый нам парень в колпаке. Мойшек объяснил ему, какие ключи взять и в какие комнаты нас заселить, а я тем временем пошёл к Вуйцикам, молча сидящим за столом.
        - Полагаю, что вам уже пора прощаться. - Я увидел, что им обоим это не очень нравится. - Давайте не будем затягивать, насчёт комнат я договорился, а вы, Милош, как раз успеете засветло вернуться домой.
        Судя по всему, пока я торговался с трактирщиком, отец с сыном уже успели поговорить, так что прощание вышло недолгим. Милош открыл замок на ящике в телеге, я забрал арбалеты и книгу, Пшемек взял трофейную шляпу и какие-то свои пожитки, уместившиеся в один небольшой мешок. Окончательно попрощались, после чего мы с учеником прошли в уже знакомую дверь, поднялись по полутёмной лестнице и зашли в дальнюю дверь по правой стороне. Лешек открыл нам смежную дверь и запер вторую комнату изнутри на задвижку и замок, оставив ключ в двери. Пшемек выпросил у меня книгу про ведьмецов и ушёл читать в свою комнату. До ужина оставалось ещё около часа, и я решил потратить этот час на оздоровительный сон.
        Глава 11. События за ужином и до
        Я спустился по лестнице и вышел на улицу. За моей спиной противно скрипнула и с грохотом захлопнулась дверь. Внезапно налетевший лёгкий ветерок принёс приятную прохладу. Улица словно вымерла, я покрутил головой, но не обнаружил ни души. Вдруг небо надо мной подозрительно потемнело. Я поднял голову и с ужасом увидел, как огромная стая здоровенных тварей, похожих на летучих мышей, заслонила свет своими перепончатыми крыльями. И эта стая неумолимо и целенаправленно приближалась ко мне. Уже можно было различить жуткие пасти, полные тонких острых зубов, и горящие алчным огнём глаза. Я подёргал дверь, но она почему-то не открывалась. Одна из тварей отделилась от стаи, подлетела и зависла в воздухе напротив моего лица.
        - Я прошу прощения, - вдруг заговорила она человеческим голосом, - мы очень большая и кровожадная стая вампиров, а я её предводитель. Чтобы поддерживать авторитет, мне непременно нужно кого-нибудь кусать и пить кровь. Если не затруднит, пожалуйста, позвольте сделать вам «кусь!».
        - Не позволю. С какой это стати? - я слегка растерялся при виде говорящей летучей мыши.
        - Ну как вы не поймёте, - гигантский нетопырь укоризненно покачал головой, - это же закон природы. Мы - беспощадные охотники и кровопийцы, вы - добыча. Если я сейчас не укушу вас и не попью вашей крови, то нарушится баланс мироздания.
        - Боюсь, если вы попьёте моей крови, то баланс мироздания нарушится у вас в организме, - мне категорически не хотелось оказаться укушенным. - Я чем только в детстве не болел, и свинкой, и краснухой, и ветрянкой. Вы болели ветрянкой?
        - Я не помню. Скорее всего, нет, - мой собеседник выглядел озадаченно.
        - Вот видите. Ветрянка во взрослом возрасте очень опасна. А последнее время у меня в крови холестерин и повышенный сахар. Так что, уважаемый предводитель, извините, не знаю вашего имени…
        - Эдвард.
        - Хм. Тот самый вампир Эдвард? Как там дела у Беллы? - я сбился с мысли и ляпнул первое, что пришло на ум.
        - Не, я не тот Эдвард, - нетопырь смутился, - и никакую Беллу я не знаю. Последнее время почему-то все, кто слышит моё имя, переспрашивают: «Тот самый Эдвард?». Я уже, честно говоря, и сам не уверен. Может и тот самый.
        - Извините, Эдвард, а вам удобно вот так висеть в воздухе, размахивая крыльями? Может, уже спуститесь на землю, примете свой обычный вид, и мы с вами зайдём в трактир? Тут совсем рядом, за углом. Пропустим по паре кружек пива с колбасками, покалякаем о делах наших скорбных, обсудим нашу непростую ситуацию.
        - Я не уверен, что это хорошая идея, - ответил Эдвард. - Люди, когда видят мой истинный облик, почему-то странно реагируют.
        - Да какое дело вам до этих людей, пусть реагируют как хотят. Вы же вампир Эдвард, предводитель стаи беспощадных кровопийц! Неужели вас смутит пара косых взглядов?
        - Наверное, вы правы, - с этими словами Эдвард просто сложил крылья и шмякнулся об землю. Звук был такой, словно неаккуратная хозяйка уронила свежеразмороженную курицу. Затем вокруг места падения закружились странные тени, скручиваясь в небольшой вихрь, а ещё пару мгновений спустя прозвучал негромкий хлопок, как от дешёвой просроченной петарды.
        Я смотрел на Эдварда, принявшего свой истинный облик, и не мог побороть возникшее внутри меня всепоглощающее чувство. Это чувство раздирало меня, оно безжалостно подавило мою волю и полностью захватило контроль над моим разумом. А в следующий момент я начал ржать, как ненормальный. Передо мной стоял лемур. Крупненький такой, наверняка один из лучших представителей своего вида. Огромные грустные глаза выразительно смотрели на меня, а торчащий вертикально длинный хвост с чередующимися чёрными и светло-коричневыми полосками слегка подрагивал от возмущения.
        - Ну вот, опять, - выражение на морде лемура стало ещё более грустным. - Не понимаю, что во мне смешного.
        - Ну как, - я с трудом подавил приступ безудержного смеха, - ты сам-то себя в зеркале видел?
        - Какое зеркало, тупица, я в нём не отражаюсь.
        Эдвард попытался оглядеть себя, вертя головой и подставляя взгляду то руки с маленькими ладошками и тонкими чёрными пальцами, то ноги с чёрными ступнями, то покрытый рыжеватой шерстью живот. При виде этого процесса я опять зашёлся в хохоте и упёрся рукой в стену, чтобы не упасть.
        - Не вижу ни одной причины так смеяться, - голос лемура звучал расстроено. - И вообще, прояви хоть немного уважения, я же всё-таки высший вампир.
        С этим словами Эдвард упёр свои лапки-ручки в бока и выпятил грудь. У меня от смеха на глазах выступили слёзы.
        - Прекрати, - я начал сползать по стене вниз, - а то меня сейчас разорвёт.
        - На колени, несчастный! - писклявый голос Эдварда никак не давал мне успокоиться. - Трепещи в ужасе!
        - Да уймись ты, - я уже с трудом дышал, - а то я сейчас в штаны наделаю, и поверь, это будет не от ужаса.
        Расстроенный предводитель вампиров стоял напротив меня и не знал, что делать дальше. Технически, конечно, я должен был его бояться, а он имел полное право меня укусить и даже слегка обескровить. Вот только всё шло совсем не так, как было задумано.
        - Мне вот интересно, - меня немного отпустило, и я почти успокоился, - если ты меня укусишь, то я тоже превращусь в лемура? Или стану человеческим вампиром? И смогу ли я превращаться в летучую мышь?
        - Понятия не имею, мне пока ещё ни разу не удалось укусить человека, - Эдвард окончательно сник.
        - Слушай, а что нам дальше делать? Идти в трактир в таком виде точно не стоит, - я уже начал испытывать сочувствие к этому несуразному лемуро-вампиру.
        - Беги! - полушёпотом произнёс Эдвард. - Это сейчас единственный вариант.
        - Почему же? - я тоже понизил голос, чтобы стая нас не слышала.
        - Мне нужно сохранить лицо, и я не вижу другого способа. Кусать себя ты мне не разрешаешь, а устраивать драку перед всей моей свитой я не могу, это мне не по статусу. Вдруг ты каким-то чудом победишь, тогда меня вообще уважать перестанут. Поэтому предлагаю простое решение. Ты от меня убежишь, я тебя не догоню, и все останутся при своих. У меня будет достоверное объяснение, почему я тебя не укусил. А ты так и останешься обычным никчёмным смертным.
        - Хорошо, - мне понравилось предложение Эдварда, - бегу. Догоняй.
        Я побежал, пытаясь изображать ужас и панику, а лемур снова превратился в нетопыря, грозно оскалился и полетел следом. Мы переместились под навес, на время скрывший нас от глаз стаи, потом к задней двери пристройки, которая по идее должна быть соединена с кухней. Я толкнул дверь, и она открылась.
        - Ну всё, пока! - Я махнул рукой. - Успехов тебе в твоей нелёгкой вампирской жизни!
        - Пока, - Эдвард грустно смотрел как я закрываю дверь за собой.
        Внутри помещения оказалась странного вида широкая лестница с перилами, ведущая вверх. Никакой кухни, никаких плит, столов и шкафов с посудой. Мне стало интересно, что же там наверху. Я поднялся по ступенькам до первой площадки и увидел, как по коридору за дверным проёмом справа налево неторопливо прошла чёрная кошка. На половине пути она остановилась, отряхнулась и отчётливо произнесла «мя!». Я проводил кошку взглядом, пока она не скрылась за левым косяком. Хотел было продолжить идти дальше вверх по лестнице, но тут справа в дверной проём вышла точно такая же чёрная кошка. Она тоже остановилась, отряхнулась, сказала «мя!» и пошла налево. Я закрыл глаза и мотнул головой. Когда я их открыл, кошки уже не было. Но стоило мне сделать шаг, как справа снова вышла чёрная кошка. Точно такая же.
        Мне стало интересно, сколько ещё кошек прячется там, справа от двери, и я присел на ступеньку, продолжая смотреть, как кошка отряхивается и идёт дальше под звук уже привычного «мя!». Как только кончик хвоста скрылся из виду, из-за правого косяка снова показалась уже знакомая чёрная кошачья морда.
        Я сидел, не понимая, что происходит, и машинально считал кошек, раз за разом выполняющих одни и те же действия. Примерно на третьем десятке я сбился со счёта, и в это же время в дверном проёме полыхнула молния, и послышался раскат грома. От вспышки я на мгновение потерял зрение, а когда снова начал видеть, то обнаружил, что сижу в кресле с грязной кожаной обивкой тёмно-красного цвета. В точно таком же кресле напротив меня сидел лысый темнокожий мужик, одетый в чёрный кожаный плащ. Хоть в комнате и царил полумрак, на мужике были тёмные очки. Что он через них видел при таком освещении - вообще не понятно.
        - Примешь синюю таблетку - и сказке конец, - лысый протянул мне раскрытую ладонь с лежащей на ней продолговатой полупрозрачной пилюлей синего цвета. - Ты проснешься в своей постели и поверишь, что это был сон…
        Я не стал слушать дальше, схватил синюю таблетку, закинул в рот и сразу же проглотил, а через мгновение услышал громкий стук кулаком по двери и крик: «Милсдарь вставайте, вы просили к ужину разбудить!». Я моргнул, и мужик в кресле, а с ним и вся странная комната куда-то пропали.
        Оглядевшись, я сразу понял, что лежу на постели в комнате, в которую час назад нас с учеником проводил парень по имени Лешек.
        - Паша, хватит читать, пошли ужинать! - Я сел на кровати, опустив босые ноги на пол. - Приснится же такое…
        * * *
        За ужином я решил не терять зря времени и расспросить трактирщика про его странного повара. Почувствовав мой интерес к любимой теме, Мойшек прихватил из-за стойки пузатую бутыль, пару рюмок и сел за наш стол. Откупорив бутылку, он налил в обе ёмкости прозрачной жидкости и подвинул одну ко мне. Судя по тому, что обычным посетителям рюмки не предлагались, я счёл это хорошим знаком.
        - О, Штефан очень интересный человек, - было видно, что трактирщику приятно рассказывать про своего работника. - Кроме того, что он замечательно готовит, у него ещё много разных талантов. Например, он может ножом с двадцати шагов сбить яблоко с твоей головы, - палец трактирщика указал на Пшемека.
        - Я надеюсь, что яблоко падает от попадания ножа в яблоко, а не в голову или другую часть тела, - Паша был рассудителен, как никогда. - Если тебе воткнут нож в глаз, или даже в ногу, то вряд ли яблоко на голове удержишь.
        - Это смотря какое настроение у повара. Он может и в яблоко попасть, а может и в глаз, если захочет. - Мойшек поднял рюмку, отсалютовал мне и опрокинул себе в рот всё содержимое в один приём.
        - Я слышал, он не местный, - я тоже поднял рюмку и выпил. Прозрачный, как слеза комсомолки, самогон оказался отменного качества.
        - Да, вы правы, милсдарь. Жизнь его изрядно помотала. По молодости он служил в особом отряде императорской гвардии. Причём настолько особом, что про тот отряд даже в самой гвардии не многие слышали. Бойцы там были все как на подбор, профессионалы своего дела. Личные задания императора выполняли. Если где кого-то из плена спасти, или наоборот, кому несчастный случай устроить, так этих ребят и посылали.
        В это время Лешек принёс нам ужин и несколько тарелок с закусками. Трактирщик разлил по второй, мы выпили, и он продолжил рассказ.
        - Один раз их отправили куда-то на юго-восток, отбить у местных то ли посла, то ли советника султана, которого захватили в плен сипахи*. Тамошний султан там чего-то с императором не поделил, а посол под горячую руку попал. Командование сначала отправило разведку, а потом уже этот особый отряд гвардейцев. Вышло так, что на обратном пути отряд попал в засаду, посла и всех бойцов убили, спастись смог только Штефан. Он вернулся в своё расположение и рассказал, как было дело. А потом оказалось, что разведка докладывала командованию гвардейцев о засаде, а те отряд не предупредили. Когда Штефан об этом узнал, то пришёл к своему генералу и на глазах у всего штаба набил ему морду. Еле оттащили. За это, конечно, его из гвардии выгнали. А генерал та ещё сволочь оказался, всем командующим имперских войск отписался, чтобы Штефана никуда не брали. Ладно хоть его старый друг служил капитаном на фрегате «Альбама», флагмане флота его императорского величества. Он-то и взял Штефана к себе коком.
        Пользуясь кратким перерывом, мы хлопнули по третьей, закусили, и рассказ снова продолжился.
        - А в один далеко не прекрасный день фрегат попыталась захватить пиратская шайка под командованием Психованного Билли. Они обманом проникли на корабль, прикинулись странствующим цирком. В общем, капитана и часть команды убили, остальных заперли в трюме. А Штефану удалось спрятаться.
        Четвёртая рюмка пошла вдогонку к первым трём, разливая по телу приятное тепло. Я налёг на ужин, чтобы раньше времени не выпасть из беседы.
        - Никто не ожидал от кока, что тот голыми руками перебьёт почти всех пиратов. А он их потихоньку, одного за другим. Кончилось тем, что Штефан дрался на ножах с самим Психованным Билли и воткнул ему нож в темечко по самую рукоять. Получилось, что он считай в одиночку спас фрегат и освободил команду. Потом его император награждать пытался, обратно в гвардию звал, но Штефан не захотел и ушёл со службы. Зато сейчас он работает у меня поваром. Такой соус готовит - объеденье. Ну и иногда бывает, что всяких хулиганов успокаивает, чтобы не буянили. Кого просто утихомирит, а кого и ножом своим подровняет.
        - Кстати, о ноже, - мне наконец-то удалось задать самый волнующий меня вопрос. - Я слышал, что нож у него необычный, полностью из мельхифрила.
        - Ну да, ему кузнец наш, Эммет Черняк нож ковал. Я своими глазами видел, как Штефан этим ножом в одно движение свиную тушу напополам делит.
        - Интересно было бы посмотреть на этот нож. - Я отодвинул от себя пустую тарелку.
        - А вот это не советую, - трактирщик серьёзно посмотрел на меня, - Штефан очень не любит, когда его просят нож показать. Он его если достаёт, то пока что-нибудь или кого-нибудь им не порежет, обратно не убирает.
        - А вы не могли бы меня с ним познакомить? - Я не собирался так просто сдаваться. - Может быть, я его уговорю научить меня каким-нибудь хитрым приёмам ножевого боя.
        - Познакомить могу, но если он с вами не захочет общаться, не настаивайте. Мне тут в трактире несчастные случаи не нужны. - Трактирщик разлил очередную порцию. - Только завтра. Сегодня он уже домой ушёл.
        - Договорились, - я в знак согласия поднял рюмку.
        Потом мы поговорили обо всяких незначительных мелочах, добирая остатки самогона и ужина. Трактирщик вспомнил времена, когда Эммет ещё жил в деревне и исполнял обязанности местного кузнеца. Мы обсудили его тягу к изобретениям и пришли к выводу, что талант и сумасшествие - родные братья. Когда еда и выпивка закончилась, на улице уже стемнело. Я напомнил Мойшеку, чтобы он не забыл завтра с утра познакомить меня с поваром, и мы с учеником отправились в свой номер с твёрдым намерением придавить головой подушку и держать её так всю ночь.
        - - - - - - - - - - - - - - - -
        * Улуфели или сипахи - конная гвардия султана. В военное время она охраняла султана, а в мирное - выполняла некоторые административные функции. (Википедия)
        Глава 12. Новое знакомство
        Толком выспаться мне не дали. Среди ночи под окнами кто-то взялся горланить песни нетрезвым голосом. Потом я слушал звуки драки, а рано утром две какие-то склочные бабы выясняли, чей муж к кому ходит и как часто. Даже когда они наорались и разошлись, я больше не смог заснуть. А тут ещё и солнечные лучи заглянули в окно, отразились от высоченного зеркала, стоявшего у противоположной стены, и начали светить мне прямо в лицо. Я лежал, зажмурив глаза, и размышлял о том, какая же сволочь додумалась поставить зеркало под таким неудачным углом и в таком неудачном месте. По всему выходило, что зеркало там стоит специально, чтобы будить спящего на кровати практически с первыми лучами солнца.
        Смысла валяться дальше не было. Я встал, умылся, надел майку и штаны, обул ботинки. Пшемек продолжал безмятежно сопеть в соседней комнате, и я решил его не будить. По пути от двери гостиницы до двери в трактир мне навстречу попалась какая-то местная бабка, которая при моём появлении вдруг начала креститься и пятиться назад. Потом она обошла меня по широкой дуге, обернулась и плюнула мне вслед. Я пожал плечами и пошёл дальше.
        Внутри трактира посетителей не было. Лешек, увидев меня, сначала вроде бы побежал навстречу, но на полпути затормозил и испуганно шарахнулся в проход между столами, ведущий за стойку.
        - Доброе утро! - я постарался быть как можно более приветливым. - Лешек, что у нас сегодня на завтрак?
        Голова в съехавшем набок колпаке осторожно высунулась из-за стойки. Испуганные глаза не отрываясь смотрели на меня. Я прикинул направление взгляда, и тут до меня дошло. Поскольку я не надел куртку, пентаграмма и драконий медальон оказались на самом виду. Теперь мне стало понятно поведение встреченной на улице старухи.
        - Кто там так рано? - Из двери, расположенной позади стойки, вышел Мойшек, и тоже замер, глядя на мою грудь.
        Я прикрыл медальон левой рукой, а правую вытянул раскрытой ладонью в направлении хозяев и хотел было спросить, что случилось, но не успел. Трактирщик изменился в лице и отпрыгнул назад в тень дверного проёма со сдавленным возгласом «Оймля!». Лешек кинулся за ним, при этом продолжая смотреть на меня. Судя по дальнейшему шуму, за дверью они столкнулись и повалились на пол.
        - Друзья мои, вернитесь, я не сделаю вам ничего плохого! Это же я, Витольд. Ваш постоялец из двухместного номера.
        Из тёмного проёма послышалось шебуршение и взволнованное перешёптывание. Две пары глаз недоверчиво выглянули из темноты. Я решил не делать лишних движений и продолжал стоять в той же позе, успокаивающе показывая пустую ладонь.
        - Милсдарь Витольд, умоляю, опустите руку, - в голосе трактирщика явно читалась растерянность, хорошо приправленная страхом.
        Я задумался. Если я опущу левую руку, то они снова увидят медальон. Но если я опущу правую, то они перестанут видеть мой жест, призванный продемонстрировать мою открытость и дружелюбие. После недолгого совещания с самим собой, я решил, что будет лучше одновременно опустить правую руку, а левой спрятать медальон под майку.
        - Выходите, не бойтесь. - Я опустил руки, но потом на всякий случай развёл их немного в стороны и повернул ладонями вперёд, чтобы было видно, что никакого оружия у меня нет.
        «Теперь присядь и скажи «КУ!» - судя по интонации голоса в моей голове, подсознанию понравилась моя поза. Я не стал выполнять его дурацкое распоряжение и продолжил ждать, пока Мойшек и Лешек успокоятся и подойдут поближе.
        - Милсдарь, вы нас, пожалуйста, простите, если что не так, - голос трактирщика слегка дрожал. - Вы только скажите, мы всё исправим.
        - О чём это вы, друг мой? - Я никак не мог взять в толк, что происходит. - У меня нет к вам никаких претензий. Ну, если не считать того, что шум по ночам и под утро слегка спать мешает. Это же не вы там пьяный песни орали и дрались?
        - Нет, не я, - уже чуть более спокойным голосом ответил Мойшек. - Лешек, бегом на кухню, неси завтрак! Милсдарь, пожалуйста, присаживайтесь за стол, сейчас мы вас обслужим в лучшем виде.
        Я отправился за свой стол, по пути вспоминая, как напугал Вуйциков этим же медальоном.
        - Мойшек, можно вас на минутку? - Я уселся на лавку спиной к стене.
        Трактирщик немного помешкал, но всё же подошёл и встал возле стола.
        - Да садитесь вы, я не кусаюсь. - Я положил руки на стол, чтобы они были на виду. - Скажите мне, в чём причина вашего страха?
        Мойшек некоторое время смущённо молчал, не решаясь заговорить. Приглашение присесть он тоже проигнорировал.
        - Простите меня, милсдарь Витольд, но вы, право, шутите. Я же своими глазами видел, как вы хотели нас с Лешеком живьём сжечь.
        - Да ладно! - я не ожидал такого ответа. - И почему же вы так решили?
        - Ну так вы левой рукой за драконий медальон взялись, чтобы силу из него брать, а правую ладонь точнёхонько в нас направили. Я уже с жизнью попрощался и ждал, когда из вашей ладони огонь вылетит и поджарит нас, как куропаток.
        - Зря вы так подумали. Не собирался я из вас куропаток-гриль делать. Зачем мне это? Мы же вчера так душевно посидели за ужином, да и на утро сегодняшнее планы обсудили.
        - Так откуда мне было знать, что у вас на уме, - трактирщик переминался с ноги на ногу и теребил штанину. - Вдруг у вас за ночь в голове что-нибудь вывихнулось. От ведьмеца всякого можно ожидать.
        - А вот это сейчас неприятно было, - я нахмурился, а Мойшек с трудом удержался от шага назад. - Неужели все ведьмецы настолько непредсказуемые?
        Трактирщик опустил голову и стоял как нашкодивший. Мне даже как-то неловко стало.
        - Давайте договоримся так. Я обещаю, что жечь или каким-то другим способом лишать вас жизни не собираюсь. А вы с Лешеком перестаёте от меня шарахаться и выдумывать себе всякую ерунду. По рукам? - Я встал и протянул Мойшеку руку.
        Он осторожно протянул в ответ свою. Мне пришлось немного наклониться и ухватить его ладонь, потому что первым он это сделать не решался.
        - Вот и договорились. - Я отпустил Мойшека, и тот с облегчением убрал руку за спину. Не иначе думал, что я ему руку оторвать хотел. - И кстати, вы меня обещали сегодня познакомить с вашим поваром. Давайте не будем откладывать, а позавтракаю я немного позже.
        В этот момент к столу подскочил Лешек с горой тарелок и начал торопливо выставлять их передо мной. Пришлось повременить со знакомством. Я снова сел за стол. Мойшек так и остался стоять, не зная, что ему предпринять.
        - Да вы пока идите, занимайтесь своими делами. Я с едой закончу, тогда к повару и заглянем. - Я взялся за вилку и приступил к поеданию яичницы с беконом.
        * * *
        - Штефан, это милсдарь Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец, - трактирщик указал на меня рукой, - он просил, чтобы я вас познакомил.
        - Штефан Цигаль, - повар кивнул мне в знак приветствия, но руки не подал.
        - Ну, вы пока поговорите, а мне надо своими делами заниматься, - Милош ловко самоустранился из дальнейшей беседы и быстрым шагом вышел за дверь.
        Мне показалось, что трактирщик слегка побаивается своего работника, и, в общем-то, было от чего. Повар оказался почти двухметровым великаном с жёстким волевым лицом. Чёрные гладкие волосы собраны на затылке в короткий хвостик. Чёрные усы, переходящие в небольшую бородку, тоже выглядели внушительно. Плавные неторопливые движения свидетельствовали о приличной силе и ещё более приличной ловкости. Было очевидно, что Штефан не собирается говорить первым, поэтому разговор пришлось начинать мне.
        - Я недавно был в гостях у Эммета, и он с гордостью рассказал мне об одной из лучших своих работ, - я начал с бессовестной лести, надеясь, что это сработает, - о ноже, целиком выкованном из мельхифрила.
        Повар сложил руки на груди и посмотрел на меня, как на ничтожество. Его слегка прищуренный взгляд красноречиво говорил мне: «Давай, парень, скажи или сделай какую-нибудь хрень, и я тебя голыми руками порву по диагонали». Мне стало не по себе, потому что я вспомнил, как Мойшек предостерегал меня от вопросов о ноже, но отступать было уже некуда. Поэтому я вдохнул побольше воздуха в грудь и продолжил свои попытки очаровать собеседника.
        - А ещё мой друг Мойшек немного рассказал мне о великом бойце, для которого даже столь необычный нож - лишь скромная тень его мастерства, - я применил беззастенчивое подхалимство, лишь бы выкрутиться из этой непростой ситуации.
        - Странно, что Мойшек мне ни разу не рассказывал о том, что у него есть друг ведьмец, - взгляд карих глаз всё ещё оставался недружелюбным.
        - На самом деле, мы не очень давние друзья. К тому же, не все хорошо относятся к ведьмецам. Наверное, поэтому он обо мне никому и не рассказывает.
        - Ну, и что же ты от меня хочешь, недавний друг? - Штефан опустил руки, что было очень хорошим знаком.
        - Я надеялся, что у вас будет немного свободного времени, чтобы поделиться со мной маленькой частичкой вашего мастерства, - я пытался подобрать правильные слова, но получалось плохо. - Мне бы очень пригодилось умение обращаться с ножом в бою.
        - И какой мне от этого прок?
        - Я слышал, что каждый великий мастер мечтает о том, чтобы его мастерство продолжило жить в его учениках. - Я говорил, а сам не понимал, то ли это я сейчас на ходу сочиняю, то ли моё подсознание пытается мне подсказывать.
        - То есть ты сейчас просишься ко мне в ученики?
        - Ну да, - я надеялся, что не ляпнул ничего лишнего, - для меня будет великой честью, если вы согласитесь дать мне хотя бы несколько уроков.
        Повар снова посмотрел на меня так, что мне опять стало не по себе.
        - Разумеется, не бесплатно. - Я всё ещё надеялся, что смогу уговорить Штефана. - Я готов оплатить уроки, чтобы компенсировать вам потраченное на меня время.
        - Слушай, а ты точно ведьмец? - впервые за весь разговор на лице повара появилась лёгкая тень улыбки. - А то мне по твоим речам показалось, что ты скорее торговец, или какой-нибудь придворный лакей.
        Я хотел было ответить утвердительно, но почему-то засомневался. Штефан принял мою нерешительность за скромность и не стал развивать тему.
        ­­ - Ладно, давай после ужина еще раз увидимся, тогда и поговорим о деле. А сейчас мне надо готовить обед, сегодня в трактире намечается серьёзная гулянка.
        * * *
        Когда я вернулся в номер, Пшемек ещё спал. Я бесцеремонно зашёл в его комнату и увидел, что он спит с книгой в руках. Фонарь, стоящий на столе у изголовья кровати, не горел, похоже, закончился керосин. Я забрал книгу и положил её на стол. Затем потормошил парня за плечо.
        - Я не брал! - Пшемек вскочил и начал заранее оправдываться.
        - Что не брал? - мне захотелось выяснить всё по горячим следам.
        - Ничего не брал, милсдарь! Это вам всё приснилось, - ученик быстро сориентировался и ушёл в глухой отказ.
        - Ну смотри, Павлик, я ведь всё равно узнаю. - Я укоризненно покачал головой. - К тому же я уже давно не сплю, в отличие от тебя.
        Пшемек сидел на кровати и демонстрировал мне выражение абсолютной невинности на своём помятом лице. Судя по всему, он читал всю ночь и заснул только под утро, поэтому совершенно не выспался. Сам виноват.
        - Вставай, а то там твой завтрак кто-нибудь съест. - Я хотел до обеда поискать мастера, которому можно будет поручить пришить карманы к куртке. Кроме того, стоит разузнать свежие новости, да и в целом составить общую картину местной жизни.
        Хоть на улице и было тепло, я решил не смущать окружающих своим внешним видом и накинул куртку, прикрыв ею пентаграмму. Мы спустились в трактир. Пока Пшемек поглощал свой завтрак, он успел мне рассказать кучу разных героических историй, о которых он прочитал в книге. Поскольку ученик пытался говорить с набитым ртом, да ещё и перескакивал с одного на другое, я не особо запомнил суть рассказа.
        Когда Пшемек закончил завтракать, я попросил его провести для меня небольшую экскурсию по деревне. Они с отцом бывали тут достаточно часто, поэтому мне досталась практически самая свежая и актуальная информация. Мы неторопливо прогулялись по центральной улице, я рассматривал дома и слушал рассказы об их жителях. Как это было ни странно, но Пшемек знал почти всех проживающих в деревне, при том, что она была немаленькой - больше двух сотен домов. Среди кучи имён и фамилий попадались уже знакомые мне. Мы прошли мимо скромного, но добротного дома, в котором живёт заместитель начальника стражи Ян Ходкевич, чуть дальше увидели заметно более богатый дом самого начальника. Дом и лавку кузнеца не сговариваясь обошли по противоположной стороне улицы.
        Дом скорняка оказался совсем неприметным. Мы зашли, и я попросил приделать к моей куртке пару карманов по бокам и ещё пару внутренних. Пришлось подождать достаточно долго, но идти на улицу без куртки мне не хотелось, памятуя о реакции старухи, встреченной сегодня утром. Я отдал полкроны за работу и забрал куртку. Карманы были пришиты грубо, но ровно и аккуратно. Судя по толщине нитки и кожи, из которой они были сделаны, скорее куртка вся протрётся и развалится, чем износятся эти карманы.
        Пока торчали у скорняка, наступило время обеда. Постоялый двор как раз оказался неподалёку, и мы зашли перекусить. В трактире было шумно и весело. Судя по разговорам, отмечали чью-то помолвку. К празднично одетому будущему молодожёну постоянно подходили из-за соседних столов и выражали то поздравления, то соболезнования по поводу предстоящей свадьбы. Не обошлось без грубых шуток, народ весело хохотал и подбадривал жениха, а тот благодарно соглашался выпить с каждым из присутствующих.
        Пока мы с Пшемеком обедали, виновник торжества успел наприниматься поздравлений до верхней планки и отрубился, упав лицом в заботливо подставленный салат. Никто из гостей по этому поводу не расстроился, праздничный обед продолжился, планируя плавно перейти в праздничный ужин.
        После обеда у меня в теле образовалась непреодолимая лень, и захотелось немного вздремнуть.
        - Паша, мой организм приказывает мне немедленно прилечь и отдохнуть, а приказы, как ты знаешь, не обсуждаются.
        Ученик согласно кивнул. Было заметно, что прогулка по деревне его тоже слегка утомила, хоть мы и успели обойти меньше половины. Единогласно утверждённый план был сразу приведён в исполнение. Мы вернулись в свой номер, я разлёгся на кровати, а Пшемек снова засел за чтение книги. Поскольку никаких дел больше не планировалось, я позволил себе уснуть, игнорируя едва слышимый шум праздника, и проспал до самого ужина.
        Глава 13. Урок первый, урок второй
        После ужина я отправил Пшемека в наш номер, а сам заглянул на кухню, чтобы напомнить о себе.
        - Через полчаса на заднем дворе. - Повар увидел меня и сдержанно махнул рукой, указывая направление.
        - Хорошо. - Я вернулся в зал и снова сел за стол.
        Праздничная пьянка уже почти угасла, на ногах держались только самые стойкие. Мойшек с племянником ходили между столов, собирая пустую посуду и валяющиеся повсюду бутылки.
        - Ну как, вы договорились со Штефаном? - трактирщик подошёл ко мне и сел напротив.
        - Да, он вроде бы согласился. Надеюсь, что смогу у него научиться чему-нибудь полезному.
        - А что насчёт ножа?
        - Я пока не спрашивал, не было удобного случая. - Я вспомнил своё первое впечатление от встречи с поваром и поёжился. - Через полчаса договорились встретиться на заднем дворе, обсудить цену за тренировки.
        - Вы, милсдарь, будьте с ним повежливей, - Мойшек доверительно наклонился ко мне, - а то он очень уж вспыльчивый. Скажете что-нибудь не то, может обидеться. И покалечит вас почём зря.
        - Хорошо, я учту.
        Выждав полчаса, я вышел из трактира и пошёл к забору, огораживающему задний двор. Калитка была не заперта, я зашёл и прикрыл её за собой. Штефан уже ждал меня, сидя на скамейке в расслабленной позе привалившись спиной к стене.
        - Доброго вечера. - Я подошёл и остановился напротив, сохраняя почтительную дистанцию.
        - Доброго. - Он не спеша встал и сделал шаг навстречу. - Ну так что, ведьмец, ты готов обсудить цену?
        Я кивнул. Штефан придирчиво прошёлся по мне взглядом с ног до головы, словно собирался меня купить и оценивал степень износа.
        - Пожалуй, сегодняшний урок я преподам тебе бесплатно. - Повар посмотрел на меня сверху вниз таким тяжёлым взглядом, что мне стало как-то неуютно. - Я вижу, что ты совершенно не готов к настоящему сражению с врагом.
        - Почему это? - возмутился я.
        - Потому что ты не готов к этому. - Учитель неуловимым движением подшагнул ближе, присел на одно колено и пробил мне с правой руки прямой наводкой в бубенцы.
        - Чёрт, как больно! - Я сложился пополам и завалился набок. - Что за хрень, я же просил показать мне приёмы с ножом, а не подготовить меня к работе в гареме султана.
        - Ещё до того, как я поступил на службу в гвардию и научился драться на ножах, я занимался у одного из лучших учителей рукопашного боя. Некоторое время меня даже называли «яйцебой», потому что моим коронным приёмом был тот самый удар, который я тебе только что показал. Это древняя техника, нацеленная в средоточие силы воина.
        - Очень эффективная техника, - я лежал, свернувшись креветкой, и не мог пошевелиться, - но мне кажется, что в дальнейшей тренировке я сегодня не смогу участвовать.
        - Вот и замечательно, у меня тут как раз на вечер уже есть кое-какие планы. Встретимся завтра после ужина. - Штефан отвернулся и направился к калитке. - Счастливо оставаться. Попрыгай на пятках, должно помочь.
        Я полежал ещё немного, выжидая, пока моя сила воина вернётся хотя бы частично. Потом подполз к скамейке и с трудом поднялся, держась за неё. Урок, полученный мной сегодня, был очень поучительным и весьма ценным, несмотря на его бесплатность. Я понял, что от моих ведьмецких способностей не осталось ровным счётом ничего. Ни стойкости, ни реакции, ни чувства опасности. Ведьмец, описанный в книге, обладал не только всеми этими качествами, но и кучей разных боевых умений. Я же, по какой-то непонятной причине, был его полной противоположностью. Надо обязательно что-то с этим делать и как-то восстанавливать забытые и утраченные навыки и характеристики. Ещё бы узнать как.
        Медленным осторожным шагом я добрался до своей комнаты и рухнул на кровать. Пшемек выглянул со своей половины, держа раскрытую книгу в руке.
        - Милсдарь, с вами всё в порядке?
        - Да, Паша, всё нормально. Я немного устал, поэтому прилягу прямо сейчас. А ты смотри, не читай опять всю ночь. И фонарь не забудь погасить, а то устроишь нам тут пожар.
        - Хорошо, - Пшемек прикрыл за собой дверь.
        Я лежал, глядя в потолок, и размышлял, что мне делать дальше. По всему выходило, что нужно искать способ восстановить память, и чем скорее - тем лучше. Биться головой - не вариант, уже пару раз пробовал, не помогает. Лекаря местного надо будет навестить, вдруг подскажет чего дельного. Или сразу уже другую профессию себе начать искать, а то в нынешнем своём состоянии я не ведьмец, а ходячее недоразумение.
        * * *
        Солнце опять разбудило меня, отразившись в зеркале и пробившись сквозь закрытые веки. Надо будет убрать этот чёртов солнечный будильник. Я растолкал Пшемека, который снова еле проснулся и некоторое время изображал из себя удивлённую сову, крутя головой по сторонам, лупая глазами и пытаясь сориентироваться в пространстве и времени. Спустя некоторое время мы умылись, оделись и пошли на завтрак.
        Утреннее меню не отличалось разнообразием, но, тем не менее, всё было вполне съедобно и местами даже вкусно. Единственное, чего с утра не хватало, так это кофе. Мне почему-то показалось, что раньше, до потери памяти, каждое моё утро начиналось с этого напитка. Надо будет узнать, где его достаёт Эммет, и подсказать Мойшеку, пусть с утра готовит. Моё подсознание зачем-то попыталось со мной спорить, навязывая мысль, что утро начинается не с кофе, и подсовывая изображение какой-то большой белой ёмкости странного вида и непонятного назначения.
        Думая о кофе, я вдруг вспомнил свои вчерашние мысли перед сном.
        - Паша, я слышал, тут целитель есть, расскажи мне про него.
        - Целитель? - Пшемек закинул в рот кусок булки и отхлебнул чай. - Зовут его Антуш. Фамилию не знаю, слышал только, что он из Калиша, город такой где-то на западе. Вся деревня к нему за лечением обращается. А бывает, что и из соседних деревень приезжают, если тамошние лекари не справляются. Наш-то целитель, он ведь не чета простым лекарям. Те всё больше настойками всякими, травками да кореньями лечат. А ежели у человека рука или нога сломана, или дыра в животе и кишки наружу, так тут травки как-то не очень помогают. Вот тогда к нашему Антушу люди и едут. А он, говорят, человека может по частям порезать, а потом обратно собрать.
        - Ну, меня пока что по частям резать не надо. Мне бы узнать, может, памяти моей как-нибудь помочь получится.
        - Так поговаривают, что Антуш тоже как-то давно память терял. Спросить, конечно, можно, но неизвестно, что он скажет.
        - Хорошо. Сейчас закончим завтрак, и ты мне покажешь, где ваш целитель живёт.
        Мы не торопясь доели всё, что нам сегодня принёс Лешек, и отправились к дому Антуша.
        Несмотря на раннее утро, у целителя уже кто-то был. Судя по стонам, причитаниям и металлическому позвякиванию, за дверью проходила какая-то операция. Спросить было не у кого, уходить тоже не хотелось, поэтому мы сидели и ждали. Пшемек решил немного скрасить ожидание и рассказал ещё одну историю.
        - Года три назад был у нас случай. Василь, сын мельника, по пьянке с мельницы упал, да обе руки себе сломал. Вызывали лекаря аж из города, кучу денег ему отдали, а толку всё равно никакого. Так мельников сын и остался калекой. Ни по хозяйству ничего делать не мог, ни даже ложку сам поднять. А через полгода Антуш сюда приехал жить. Он в начале никому не говорил, что врачевать умеет, а просто приехал работу искать. Мельник его у себя и приютил. Антуш как сына-калеку увидал, так и предложил помочь. Оказалось, у того кости криво срослись, вот он и не мог руками ничего делать. Антуш ему кости в руках сломал, да заново правильно сложил. Когда все кости срослись, Василь вроде поначалу всем говорил, что операция не помогла и руки у него всё равно не действуют. А когда Антуш предложил их ещё раз сломать, так тот сразу и выздоровел. Пришлось сыну мельника снова на мельнице работать. Ух и злой он тогда на Антуша был, просто жуть.
        - Да, не повезло парню, - я сочувственно покачал головой.
        - После того случая народ к Антушу и пошёл. Он сначала всех подряд бесплатно лечил, а потом ему надоело вывихи да переломы после пьяных драк вправлять, он с таких пациентов стал деньги брать. Тут-то все и поняли, что он настоящий лекарь. Дом ему выделили и предложили официальную лекарскую должность.
        Подождав около двух часов, мы наконец попали на приём. Грузный седой старик, слегка похожий на цыгана, внимательно посмотрел на меня, потом на Пшемека.
        - Чего вы хотели? Судя по вашему виду, ничего срочного и опасного для жизни не случилось.
        - Извините за беспокойство, Антуш. Меня зовут Витольд, я ведьмец, а это мой ученик, Пшемек. У меня есть одна проблема, и я не знаю, как её решить.
        Целитель заинтересованно посмотрел на меня и кивнул, приглашая продолжить рассказ.
        - Около месяца назад я потерял память. Мне сильно досталось по голове, - я потрогал шрам на лбу, - и я теперь не могу вспомнить ничего из своего прошлого.
        - Хм, - Антуш нахмурился, - и чем же я тут могу помочь?
        - Я не знаю. Если уж целитель не поможет в такой ситуации, то к кому тогда обращаться?
        Антуш задумчиво молчал. Потом заговорил.
        - Я сам сталкивался с потерей памяти и могу сказать с полной уверенностью, что обычными средствами память никак не вернуть. Никакие лекарства тут не помогут. Бывали случаи, когда человек снова ударится головой, и память к нему возвращается.
        - Не, это не мой случай, - я потрогал левое ухо, - я уже два раза головой бился, не помогло.
        - Тогда остаётся только ждать. Бывает, что увидев кого-то из знакомых или родственников, потерявший память снова их вспоминает. Вот если бы у вас рука или нога были сломаны, тут понятно что делать. А голова - предмет тёмный и исследованию не подлежит.
        - Ну что же, извините нас, Антуш, спасибо что выслушали.
        - С вас серебрушка за консультацию. Сломаете себе что-нибудь, или тварь какая покалечит - приходите, помогу. Настойки и микстуры тоже есть разные, если понадобятся - обращайтесь.
        - Спасибо, буду иметь в виду. - Я положил на стол серебряную монету. - Всего доброго.
        Мы вышли за дверь, и мимо нас сразу же зашёл следующий посетитель, сильно прихрамывая и держась за левую ягодицу.
        - М-да, - я стоял в раздумьях, - толку от нашего похода к лекарю - полный ноль.
        Пшемек согласно кивнул и продолжал ждать, пока я отвисну. Я постоял ещё немного, но ничего путного так и не придумал. Тяжело вздохнув, я отправился на выход.
        На обратном пути я спросил у Пшемека, чего нового он вычитал в книге. За завтраком он почему-то молчал, и я решил, что сейчас вполне можно одновременно идти и говорить.
        - Пока ничего интересного. Одни сплошные подвиги и похождения, - Пшемек отвечал как-то рассеянно, и было заметно, что он о чём-то серьёзно задумался.
        - Паша, чем занята твоя голова? Я же вижу, что какая-то мысль не даёт тебе покоя.
        - Скажите, милсдарь Витольд, что такое «любовный экстаз»?
        - Ты где это взял? - я чуть было не споткнулся от неожиданности.
        - Ну, там, в книге, менестрель пишет, как он ночью забрался в окно к одной прекрасной даме, а потом они слились в любовном экстазе.
        - Паша, ты читаешь не совсем те книги, которые тебе подходят по возрасту.
        - Там ещё было что-то про кинжал страсти и влажные врата наслаждения. И менестрель вонзал этот кинжал…
        - Павлик, пообещай мне, что ты больше не будешь читать те места в книге, где менестрель к кому-то куда-то залезает. Особенно к прекрасным дамам.
        - В том месте, где про кинжал страсти, он в дверь зашёл.
        - Паша! В любом случае, независимо от способа проникновения, не читай про то, как менестрель совоку… хм, сноша… э-э-э, общается со своими возлюбленными. Ты меня понял?
        - Хорошо, - голос Пшемека звучал расстроено, - только тогда мне придётся почти половину книги пропустить.
        - Вот и пропускай. Подрастёшь немного, тогда и будешь читать про экстаз и всякие там влажные кинжалы. А пока тебе ещё рано всё это. Кстати, ты на всякий случай в тех местах закладки сделай, чтобы в следующий раз случайно не прочитать. А я у тебя вечером книгу возьму и проверю, правильно ты всё отметил, или нет.
        За этими разговорами мы дошли до трактира. Время до обеда ещё оставалось, поэтому мы посидели немного снаружи на лавочке и поговорили о том, попадалось ли Пшемеку в книге что-то полезное, кроме амурных приключений менестреля. Было несколько сцен, описывающих сражения ведьмеца с монстрами, но, судя по всему, автор на них лично не присутствовал и записывал с чужих слов, изрядно приправляя своей богатой фантазией.
        Наконец мы решили, что пора немного подкрепиться, и зашли внутрь.
        * * *
        По уже сложившейся доброй традиции после обеда мы отправились спать. На этот раз Пшемек не стал читать, а лёг на свою постель и сразу же отрубился. Видимо, сказался недосып предыдущих двух ночей. Я взял у него книгу, улёгся и начал листать. Попавшийся мне фрагмент с описанием любовных приключений изобиловал множеством подробностей, но, к счастью, менестрель обошёлся без пошлой конкретики и использовал в основном иносказательные фразы. Почитав немного, я перестал беспокоиться за моральное здоровье ученика и тоже задремал. Мне приснилось, как менестрель гоняется за прекрасными дамами с кинжалом страсти наперевес, а те глупо хихикают и вяло отмахиваются от него кружевными платочками.
        Ужин прошёл так же, как и вчера, только вместо тушёной баранины было рагу из кролика. По окончании ужина я поблагодарил Мойшека и отправил своего ученика в номер, делать закладки в книге. Сам тем временем выдвинулся на задний двор, размышляя, стоит ли продолжать обучение, или хватит с меня первого бесплатного урока.
        Я сидел на скамейке и задумчиво рассматривал листья лопуха, растущие вдоль забора, когда скрипнула задняя дверь кухни. Обернувшись на звук, я увидел повара, выглядывающего из-за двери. Судя по удивлению в его глазах, он не очень-то надеялся меня тут застать. Я поёрзал и приветственно махнул рукой. Вместо ответа Штефан скрылся на кухне, закрыв за собой дверь. Мне ничего не оставалось, как продолжить ждать.
        Через пару минут дверь снова открылась. Повар на этот раз был одет в странную одежду, состоящую из светлых просторных штанов и такой же светлой плотной рубахи, или, скорее, куртки без пуговиц, запахнутой вокруг тела и перевязанной нешироким поясом чёрного цвета. На ногах у повара была странная обувь, похожая на легкие тапочки.
        - Добрый вечер, Штефан. - Я встал со скамейки.
        - Добрый вечер, Витольд. - Повар подошёл и встал в двух шагах от меня.
        Я прикинул расстояние и отступил на полшага назад, чем вызвал лёгкую тень улыбки на лице Штефана.
        - Не нужно, - он посмотрел на меня, и я не заметил в его взгляде вчерашнего высокомерия, - я не преподаю один и тот же урок дважды.
        Я стоял и смиренно ждал продолжения. Если он сейчас опять выкинет какой-нибудь фокус и отправит меня в нокаут, то так мне и надо за мою недогадливость. Можно было ещё вчера понять намёк. Вместо этого повар плавным движением перетёк на скамейку и указал мне рукой на свободное место рядом.
        - Присаживайся, мой настырный ученик. Давай продолжим нашу беседу. - Штефан дождался, пока я сяду. - Я так понимаю, ты всё ещё хочешь учиться бою на ножах?
        - Да, если это всё ещё возможно, - я обдумывал, как бы помягче перевести разговор в деловое русло, но пока никаких идей не было.
        - Скажи мне, Витольд, если ты ведьмец, то где твой меч? - внезапная перемена темы сбила меня с мысли.
        - Я заказал себе новый меч у Эммета, завтра пойду забирать.
        - Это новый меч, а куда делся старый? - Повар явно развлекался, задавая мне неудобные вопросы.
        - Пропал куда-то. Я не помню, - я не стал ничего выдумывать и сказал правду.
        - Интересно. А как так вышло, что ты забыл, куда делся твой меч?
        - Меня сильно стукнули по голове, и я потерял память, - мне почему-то показалось, что со Штефаном можно без опасений поделиться своей странной тайной. - Когда меня нашли, при мне не было ни оружия, ни вещей.
        - Бывает, - повар покачал головой. - А с памятью у тебя как? Тут помню - тут не помню, или совсем всё забыл?
        - Совсем. - Я вздохнул. - До того момента, как меня нашёл Пшемек, вообще ничего. Иногда вылезают из памяти какие-то обрывки, но чаще всего толку от них нет.
        - Занимательный случай. - Штефан впервые с нашей встречи улыбнулся. - То-то я смотрю, ты какой-то странный. Помнится, встречал я тут одного ведьмеца, так ты на него совсем не похож. Попробовал бы я ему свой коронный пробить, наверняка бы дрались после этого до смертоубийства. А у тебя, как я вижу, ни меча, ни эликсиров, ни реакции.
        Я слушал рассуждения собеседника, и мне становилось всё грустнее. Он был прав по всем статьям. Хреновый из меня ведьмец, из всех нужных признаков только штаны в обтяжку да медальон. Может я и не ведьмец вовсе? Надо будет обдумать этот вопрос как следует.
        - Да ты не расстраивайся. Я много повидал людей, которым память поотшибало. Кто-то родню свою узнавать перестал, кто-то ремесло своё забыл, а кто-то как ты - вообще ничего не помнит. - Повар задумчиво посмотрел на меня. - Бывают, конечно, и симулянты. Помнится, конюха нашего, Ульрика, жена так своими претензиями замордовала, что тот специально у всех на глазах с лошади свалился да головой ударился. А после этого начал делать вид, что жену свою знать не знает, и как женился на ней, тоже не помнит. Два месяца успешно симулировал, пока на какой-то мелочи не погорел. Жена его тогда на радостях, что к муженьку память вернулась, чуть мозги ему скалкой не вышибла.
        - Я вот что у вас спросить хотел… - я запнулся, пытаясь правильно сформулировать вопрос.
        - Да перестань ты мне уже «выкать», - перебил меня Штефан, - я понимаю, вежливость там, и всё такое, но меня твоё «вы» каждый раз напрягает. Давай уже на «ты». Не пристало ведьмецу ко всем на «вы» обращаться.
        - Давай, - я с трудом удержался, чтобы не добавить «…те» в конце. - Так вот, я хотел спросить, а вдруг я не тот, за кого сам себя принимаю? Вроде бы по внешним признакам почти всё сходится, у меня одежда как у ведьмеца, я помню, что у меня должен быть особый меч для борьбы с чудовищами, у меня есть ученик, которого я заполучил по праву неожиданности, мне даже староста контракт на козлонога выдал. Но я почему-то себя никак не могу представить ведьмецом, сражающимся с какой-нибудь тварью. Мне иногда даже кажется, что и имя, которым я называюсь, тоже не моё. А ещё бывает, накатывает такое чувство, что за всю свою жизнь я не добился ничего и никем не стал. Ещё и вежливость эта, будь она неладна. Ко всем незнакомым на «вы», словно всю жизнь только так и разговаривал.
        - Эк, брат, как тебя накрыло. - Штефан улыбнулся и хлопнул меня по плечу. - Если кто-то выглядит как ведьмец, думает как ведьмец и говорит как ведьмец, то это ведьмец и есть.
        - Пожалуй, ты прав, но мне от этого не легче. Сам посуди, что толку от ведьмеца, который и драться-то путём не умеет?
        - Это тебе сейчас так кажется. А как память вернётся, так всё вспомнишь. И как драться, и как чудовищ убивать.
        - А если не вернётся?
        - Тогда надо всему этому заново научиться. Если раньше что-то умел, но забыл, второй раз гораздо проще той же наукой овладеть. Надо немного потренироваться, тело само вспомнит.
        Я слегка скривился, потому что в данный момент тело вспомнило вчерашний урок о том, где у воина средоточие его силы.
        - Я что-то уже сомневаюсь, будет ли от этого прок. А то начну заниматься, потрачу деньги, а в результате ничему не научусь.
        - Да ладно тебе прибедняться. Если денег жалко, так я тебя бесплатно могу учить. - Увидев, как я поёжился и рефлекторно прикрыл руками область нижней анатомии, Штефан рассмеялся. - Да не, не как вчера. Ты уж извини, но мне с тобой вчера некогда было заниматься, дела были срочные. Да и проверить тебя хотел. Не думал, что у тебя с реакцией настолько всё печально.
        Я сидел, понурив голову, и размышлял, есть ли во всём этом хоть какая-то перспектива, или проще устроиться к кому-нибудь в подмастерья да жить спокойно и скромно. Видя моё настроение, Штефан не стал требовать от меня немедленных действий.
        - Заниматься сегодня смысла нет. Только когда твой разум свободен от посторонних мыслей, тогда занятия пойдут на пользу. Поэтому ты подумай как следует, мысли в порядок приведи, с учеником своим поговори, а завтра приходи после ужина. И ещё, когда у Эммета меч свой заберёшь, я тебе рекомендую переговорить с Яном Ходкевичем. Знаешь такого?
        Я утвердительно кивнул.
        - Он тебе поможет к новому мечу привыкнуть и навыки восстановить. Его меч тоже Эммет ковал по своим хитрым расчётам. Чтобы им правильно пользоваться, нужна особая техника, не такая, как для обычного меча.
        Я поблагодарил Штефана, мы пожали руки на прощание и разошлись по своим делам. У меня дел как таковых не было, поэтому я решил сегодня снова лечь пораньше. А ещё у меня возникла одна идея, которую следовало обсудить с Пшемеком.
        Когда я вернулся в номер, мой ученик сидел в своей комнате за столом с книгой и кучей нарезанных полосок бумаги. Из книги выглядывала почти такая же куча закладок.
        - Паша, отвлекись, у меня к тебе дело. Оставь пока этого ненасытного менестреля в покое и идём, поговорим.
        - Да, милсдарь, - Пшемек прибежал и замер рядом.
        - Садись за стол, не маячь. - Я выдвинул стул из-под стола в своей комнате и сел на него. Ученик последовал моему примеру. - Расскажи мне, Паша, попадалось ли тебе в книге что-нибудь действительно полезное? Например, описание каких-нибудь особых боевых приёмов, или магических ритуалов, или ещё чего-то, относящегося к ведьмецким умениям и способностям.
        Пшемек задумался. Я, чтобы не терять попусту время, тоже. Хоть я и прочитал почти четверть книги, но в ней было столько воды, что выбрать что-то полезное с ходу не получалось.
        - Давай поступим так. Ты будешь читать, и если тебе будет попадаться что-то, что может нам пригодиться, ты будешь делать закладки и помечать их как-то отдельно, чтобы не путать с любовными сценами. А потом мы вместе будем это перечитывать и думать, как применить полученную информацию для твоего обучения, - сказал я вслух, а про себя добавил: «И для моего обучения, что гораздо важнее».
        Сомнения в собственных силах я пока решил оставить при себе и не сообщать о них ученику. Попробуем для начала выжать из книги максимум возможного, а потом по результатам будем смотреть. Пшемек отправился дальше читать книгу, а я завалился на кровать и попытался привести мысли в порядок. Вспоминал прошлые события, пробовал анализировать и сопоставлять отдельные детали и факты, восстанавливал в памяти диалоги, случившиеся за последние нескольких дней. За этим занятием сам не заметил, как уснул.
        Глава 14. Получил оружие - испытай
        Проснувшись опять по солнечным часам, я некоторое время валялся, подставив лицо тёплым лучам. Возможно, такой способ пробуждения ещё не самый плохой, и зеркало пока стоит оставить на месте. От печальных вчерашних мыслей не осталось ни следа. Кроме того, я вспомнил, что сегодня нужно забрать мечи у Эммета, и решил с этим не затягивать. Умылся, оделся, еле-еле разбудил Пшемека, который опять полуночничал и ни в какую не хотел просыпаться.
        Пока ученик с полузакрытыми глазами изображал умывание, я взял книгу, чтобы посмотреть, как там обстоят дела с закладками. Парень подошёл к делу ответственно, из книги выглядывала бахрома бумажных полосок. Некоторые из них оказались загнуты на концах, выделяясь среди общей массы. Я раскрыл книгу на одной из особых закладок и начал читать.
        «Отряд охраны окружил нас, требуя «честного» поединка с их рыцарем. При этом в их понимании честным было то, что ведьмец не должен был использовать свой меч, тогда как у его противника были и меч, и доспехи. Они обступили нас, угрожая проткнуть копьями, и моему другу не оставалось ничего, кроме как принять их условия и выйти на поединок с голыми руками. Но это не спасло их самоуверенного предводителя от расплаты, потому что истинная сила ведьмеца кроется не в его оружии, а в его бесстрашном сердце.
        Рыцарь атаковал первым, и моему другу пришлось уворачиваться и уклоняться от меча. Я следил за его необычными движениями, более похожими на танец, чем на дуэль. Каждое движение атакующего порождало ответные танцевальные па. Диагональный взмах меча - пируэт, вертикальный - томбе, прямая атака - баллотте, подшаг с атакой в голову - гранд плие и ответное фраппе под колено. Такие плавные и красивые движения я видел разве что во время моего посещения императорского балета. Выглядело так, словно кошка играет с мышью, размахивая над ней когтистой лапой, но мышь не только не пытается бежать, но и нарочно дразнит своего врага, дёргает его за усы и заставляет злиться и нападать снова и снова. Взмахи меча становились чаще, движения быстрее, атаки изощрённее, а темп и амплитуда танца всё увеличивались и увеличивались.
        Закончился поединок весьма неожиданно. В ответ на яростный выпад в корпус ведьмец ушёл с линии атаки, затем сделал шаг навстречу и толкнул предплечье противника вниз, от чего меч провернулся и оказался направлен остриём прямо в лицо своему хозяину. Последовал удар коленом в латную перчатку, и клинок пробил правый глаз рыцаря, застряв где-то внутри черепа. Уже мёртвое тело простояло ещё несколько секунд, а затем завалилось набок, громыхнув доспехами.
        Нам повезло, что командир наёмников был человеком слова. Условия поединка были выполнены, и нам позволили идти своей дорогой».
        Пока я читал, Пшемек успел одеться и даже частично проснуться. Мы не стали задерживаться и решительно выдвинулись на завтрак. По пути я прокручивал в голове описание боя и пришёл к выводу, что стать хорошим танцором мне пока не светит. Не то что бы мне что-то сильно мешало, просто из всей танцевальной терминологии я более-менее понял только последнее па «коленом в перчатку». Ко всем прочим планам добавился ещё один - найти переводчика с балетного языка на человеческий.
        Сразу после завтрака мы отправились на хутор к Эммету, чтобы забрать свой заказ. По пути обсуждали планы на будущее. Выходило, что первое и самое важное занятие на ближайшее время, это тренировки по владению мечом. Пшемек вообще отродясь боевого оружия в руках не держал. Я наверняка держал, при моей-то профессии, но освежить навыки тоже не помешает.
        Эммет встретил нас радушно. Правда, перед этим мы минут пять стояли возле калитки и орали на два голоса в надежде, что он услышит и откроет. Толку не было, и пришлось разыгрывать в камень-ножницы-бумагу право первым подержаться за ручку калитки. Я проиграл. Практически сразу после того, как я поздоровался с электричеством, дверь дома открылась. Эммет крикнул, чтобы мы немного подождали, и пошёл отключать изгородь. Через минуту мы уже входили в гостеприимно распахнутую дверь.
        - Хотите кофе? - Эммет словно угадал мою утреннюю мечту. - Я как раз починил кофеварку.
        Отхлёбывая невероятно вкусный и ароматный напиток, я удивился тому, что за всё время моего пребывания у Вуйциков мне ни разу не хотелось кофе. Но стоило почувствовать его запах в прошлое наше посещение, как организм словно что-то вспомнил и начал настойчиво требовать кофе каждое утро.
        Пока я наслаждался божественным напитком, мы успели договориться насчёт поставок кофе в трактир Мойшека. Эммет планировал через день-два посетить деревню с целью пополнения запасов продуктов. Он пообещал к этому времени собрать ещё одну кофеварку и согласовать маршрут доставки контрабанды, чтобы в наш трактир тоже немного перепадало.
        Наконец перешли к основной цели нашего визита. Кузнец торжественно, как новорожденного ребёнка, вынес на протянутых руках что-то продолговатое, завёрнутое в плотную ткань. Я принял свёрток, ощущая внутри себя приятное волнение. Аккуратно положил на стол и развернул.
        Признаться честно, я ожидал чего-то необычного, но увидел простой невзрачный меч чисто утилитарной формы длинной примерно в полторы моих руки. Никаких украшений, никаких завитков, рисунков и надписей. Обыкновенный воронёный метал слегка изогнутой вперёд гарды и чуть более светлый оттенок клинка. Удлинённая под полуторный хват рукоять обмотана простым кожаным ремешком. Каплевидное навершие выглядит немного великоватым. Сдвоенный дол примерно на первой трети клинка переходит в одинарный и заканчивается на последней четверти. Я смотрел на меч, и меня посетила странная мысль о том, что я точно знаю, как называются его отдельные части. Значит, ещё не всё потеряно, и в мечах я худо-бедно разбираюсь.
        - Признаться, я ожидал чего-то другого, - я продолжал смотреть на меч и не мог понять, что же с ним не так.
        - Да вы не стесняйтесь, Витольд, возьмите его в руку.
        Я положил правую руку на рукоять и поднял меч со стола. Попытался вспомнить, какие при этом должны быть ощущения, но толку не было. Организм молчал, словно я держу боевой меч первый раз в своей жизни. Я немного покрутил кистью и с удивлением заметил, что во время движения вес меча как будто переместился сначала в середину клинка, затем в гарду, а ещё чуть позже куда-то в район моего локтя.
        - Удивлены? - Эммет заметил моё озадаченное лицо. - А теперь возьмитесь второй рукой за середину клинка, только осторожно, не порежьтесь.
        Я последовал совету. Подержал меч двумя руками. Понаклонял его из стороны в сторону, немного потряс, ожидая, что внутри будет что-то перемещаться, но мои фантазии не оправдались.
        - Он что, сам по себе как-то меняет центр тяжести? - я не верил своим ощущениям.
        - Нет, это обыкновенный меч. Внутри нет никаких механизмов, никаких отверстий со ртутью, ничего. Только качественная сталь.
        - Невероятно, - я вертел меч в руках и не мог понять, в чём подвох.
        - Просто правильный расчёт, основанный на параметрах вашего тела, - Эммет был доволен произведённым эффектом. - Вот только вам придётся подправить технику под новые ощущения. Вес клинка немного меньше, чем у обычных мечей, баланс выставлен с учётом веса и размера отдельных частей вашей руки и ещё кое-каких нюансов. Если требуется выполнить очень сильный удар или поставить блок, перехватите правую руку так, чтобы указательный палец заходил на гарду, а левой ладонью обхватите рукоять снизу впритык к правой.
        Я послушался и почувствовал, как середина клинка стала заметно тяжелее.
        - Эммет, я не помню, какой меч у меня был раньше, но у меня впечатление, что я родился вот с этим мечом в руках.
        - Я рад, что всё получилось, как надо, - кузнец с довольным видом отошёл к столу в дальнем углу дома и вернулся с таким же свёртком, только чуть меньшего размера. - Юноша, подойдите.
        Пшемек торжественно принял свой свёрток и последовал моему примеру. Его меч немного отличался по форме, клинок был заметно уже и легче. Рукоять была под одну руку, а гарда почти полностью закрывала кисть.
        - К сожалению, для вашего ученика придётся разрабатывать свою технику боя, основанную больше на фехтовании, нежели на рубящих ударах. Рука у него очень лёгкая, поэтому пришлось отказаться от классической схемы балансировки, - Эммет смотрел на довольное лицо Пшемека. - Зато этим мечом можно наносить гораздо более быстрые удары с широкой амплитудой.
        Ученик воспринял слова кузнеца как призыв к действию и начал беспорядочно размахивать мечом, как мухобойкой. Со стола на пол полетели чашки, щепки и часть скатерти. Я едва успел отскочить, как тонкое лезвие с весёлым хрустом снесло спинку стула.
        - Паша, стоять! - заорал я. - Немедленно прекрати!
        Рука с мечом испуганно дёрнулась, и юный фехтовальщик чуть было не отрезал себе ухо.
        - У тебя ещё будет возможность покалечить себя и окружающих, а пока успокойся и положи меч на стол. - Я подал пример, запеленав свой меч в ткань.
        - Ножны закажете сами, в деревне есть несколько мастеров, - Эммет с сожалением и некоторым удивлением разглядывал чистый срез на спинке стула.
        - Сколько я вам должен за мечи? - дальше оттягивать шкурный вопрос смысла не было.
        - За первый меч триста крон, за второй двести пятьдесят.
        Я аж присвистнул. Ничего себе расценки. Если бы не удачное стечение обстоятельств в виде неудачно напавшего на нас брата старосты, мне бы сейчас нечем было расплатиться за мечи. Пришлось бы ехать к Вуйцикам на хутор и раскулачивать папашу моего ученика. Да и то не факт, что у него есть такая сумма. Пшемек мог и приврать насчёт объёма и степени наполненности чугунка с монетами. Я вспомнил десять золотых, которые Милош оторвал от сердца, а я в свою очередь оторвал от его задницы. За десять крон у Эммета можно было бы заказать максимум набор из пары авторских зубочисток.
        Я выложил из сумки четыре яблока, а после них кожаный мешок со всеми своими деньгами. Эммет даже бровью не повёл, видимо, для него такие суммы - привычное дело. Отсчитав пятьдесят пять монет я посмотрел на валяющиеся на полу чашки, вспомнил разруху, учинённую в прошлый раз Вуйциками, и вопросительно посмотрел на Эммета.
        - Добавьте ещё двадцать крон и можете разбить ещё пару чашек на сдачу.
        - Большое спасибо, Эммет, и извините за погром. - Я выложил на стол ещё две монеты, сунул изрядно похудевший мешок с деньгами в сумку, подхватил оба меча подмышку и за шиворот развернул Пшемека к выходу. - Будете в деревне, заглядывайте в гости.
        Кузнец проводил нас до калитки, я сунул в руки ученику свёрток с его мечом, и мы бодро зашагали по дороге в сторону деревни.
        * * *
        Пшемек терпел ровно до того момента, как мы спустились с холма и поравнялись с деревьями и кустами, обступившими дорогу с обеих сторон.
        - Милсдарь Витольд, а можно я достану свой меч? - ученик состроил такое умоляющее выражение лица, что отказать ему было бы равносильно убийству младенца.
        - Можно. Только я тебя очень прошу, не отруби себе ничего. У нас с собой нет ни аптечки, ни бинтов, ни лопаты.
        - А лопата зачем? - Пшемек не оценил шутку.
        - Чтобы закопать твой обезглавленный труп! - я сделал кровожадное лицо. - И будь добр, не подходи ко мне ближе, чем на пять шагов, если вздумаешь опять поиграть с судьбой в рулетку и начнёшь как попало размахивать своим мечом.
        Пшемек радостно развернул свёрток, перекинул через плечо кусок ткани и направился к кустам, растущим вдоль дороги, с явным намерением отомстить им за все злодеяния, которые они успели совершить за свою недолгую растительную жизнь.
        - Паша, помни, у тебя меч, а не мачете, он не предназначен для дровосечества. Сломаешь - я тебе новый покупать не буду. - Судя по отсутствию реакции, мои слова обогнули уши Пшемека и унеслись в лес бесполезным звуком, смешавшись с треском уничтожаемого кустарника.
        Неестественно выворачивая локоть, Пшемек атаковал врага одновременно во всех плоскостях. Его рука вращалась как крыло ветряной мельницы в ураган, а тонкое острое лезвие вырезало в зелёной стене аккуратную полусферу. Я невольно залюбовался своим учеником. И это он творит совершенно без подготовки. В какую же смертоносную машину превратится юный ведьмец, если ему добавить хоть немного умения и мозгов?
        Глядя, как клинок в очередной раз чудом разминулся с головой бесстрашного героя, я убедился, что, первым делом обязательно надо будет договориться о тренировках под присмотром профессионального наставника. И, вторым делом, подсуетиться насчёт аптечки, а то есть шанс, что ученики у меня закончатся раньше, чем мы надумаем пойти выполнять контракт на козлонога, будь он здоров и счастлив.
        Правильно говорят, не поминай чёрта всуе. Подтверждая народную мудрость, перелесок рядом с нами огласил протяжный вопль, от которого у меня холодок прошёлся по спине: «МММЕЕЕЕЕЕЭЭЭЭ!!!».
        Были ли безвинно гибнущие кусты тому причиной, или просто лесные духи решили, что негоже нам с учеником шляться и шуметь тут безнаказанно, но в следующий момент мы услышали, как к нам приближается треск ломающегося подлеска и топот копыт.
        Пшемек прекратил своё занятие и замер, прислушиваясь. Топот и треск раздавались всё ближе.
        - Атас! - мой испуганный крик вывел ученика из ступора. - Паша, в сторону!
        Пшемек едва успел отпрыгнуть, как на то место, где он только что стоял, приземлилась стремительная чёрная тень, предварительно проломив проход в густом кустарнике. Раздвоенные копыта взрыли землю. Следующим гигантским прыжком тварь скрылась в кустах на противоположной стороне дороги, пролетев буквально в шаге от меня. Я успел разглядеть два длинных изогнутых рога и горящий безумием оранжевый глаз с узкой горизонтальной щелью зрачка.
        - Милсдарь, он возвращается! - на этот раз меня пришлось выводить из оцепенения.
        Судя по смене направления звука, тварь заложила небольшую петлю и теперь снова неслась в нашу сторону, совершенно игнорируя попадающиеся по пути кусты и деревья. Я не успел ничего предпринять, потому что мгновением позже из кустов в двух шагах от меня вылетело огромное чёрное тело. Как в замедленной съёмке я наблюдал за приближающейся ко мне чёрной рогатой головой, ожидая неизбежное. Удар в грудь был такой силы, что меня откинуло к противоположной стороне дороги. Если бы рога не были выгнуты назад, то они наверняка пробили бы в моей груди две огромные дыры. От удара я выронил меч и теперь лежал оглушённый, безоружный и практически беззащитный.
        - КУРРРВАААА! - вопль Паши разнёсся по окрестностям, - Порву за Витольда!!!
        Тем временем тварь повторила манёвр с разворотом и опять ломилась через лес прямиком к нам.
        Пшемек стоял посередине дороги, замахнувшись мечом. Его лицо исказила гримаса ярости и праведного гнева. В последний момент тварь, видимо, что-то почувствовала, потому что она резко сменила направление и пронеслась чуть левее. Взмах меча не достиг цели, а чёрный силуэт снова скрылся в лесу, оставив за собой очередной пролом.
        На этот раз топот удалился на гораздо большее расстояние. Я перекатился на бок и сел, опираясь на руку. Дышать было тяжело, но рёбра, похоже, выдержали. Упавший свёрток лежал рядом, и я потянул его к себе за край. Ткань размоталась, и меч выскользнул на землю, тускло блеснув лезвием.
        - Как вы? - ученик подскочил ко мне с тревогой в глазах.
        - Жить буду, - я попытался встать, - но недолго. Тварь возвращается.
        Треск и топот снова приближались. Похоже, в этот раз наш противник решил взять разбег получше. Я подхватил с земли меч и с трудом встал на одно колено. Пшемек стоял рядом с решительным выражением лица и отведённым в замахе мечом. Звук ударов копыт двигался точно на нас. Я направил меч в сторону приближающегося врага и взялся за рукоять обеими руками. Подняться с колена сил уже не было.
        Я чувствовал, как моё сердце упругими толчками прокачивает кровь, и каждый его удар отдавался эхом в моей голове. Когда тварь была уже совсем близко, я вдруг заметил, что удары моего сердца становятся всё реже, а всё вокруг как будто замедляется. Вот я вижу, как кусты на противоположной стороне дороги медленно разлетаются обломками тонких веток и обрывками листьев. Из пролома появляются два раздвоенных копыта и наклоненная вперёд голова с изогнутыми рогами. Чёрная шерсть, покрывающая мощную грудь, висит неаккуратными клочьями, среди которых застряли колючки и мелкие ветки. Огромное чёрное тело летит точно в мою сторону, собираясь сбить с ног и размазать меня по кустам и стволам деревьев. Я немного приподнимаюсь, направляя острие меча в точку, где сходится шея и грудь твари. Слышу низкий протяжный звук. Это мой ученик орёт от страха, но при этом не пытается бежать, а наоборот, движется навстречу летящему на нас ужасу, неумело взмахивая мечом.
        Понимаю, что не успею увернуться, и продолжаю стоять неподвижно, упираясь правым коленом в землю. Голова твари наклоняется ниже, чтобы попытаться воткнуть в меня острия рогов. Мой меч проходит чуть сбоку от вытянутой чёрной морды и впивается точно в основание шеи. Я вижу, как острое лезвие пробивает толстую шкуру и вонзается в плоть, с лёгкостью прокладывая себе путь. Дёргаю рукоять меча влево, одновременно проворачивая и пытаясь направить клинок чуть правее, следуя подсказке интуиции. Где-то там, внутри грудной клетки, бьётся злобное сердце этой твари. Последнее, что я успеваю разглядеть, это фонтан крови, хлынувший на меня из раны. Меч пытается вырваться из рук, но я держу его из последних сил. Рефлекторно опускаю вниз голову, уворачиваясь от рогов, нацеленных мне в лицо. Удар. Вспышка. Темнота.
        Глава 15. Кто-то жив, а кто-то не очень
        Я очнулся от того, что мне на лицо что-то капало. Приоткрыл глаза и увидел склонившегося надо мной Пшемека. Он беззвучно плакал, и слёзы, текущие ручьём по его щекам, капали прямо на меня. Я попытался спросить, что за горе у него случилось, но из моего горла вырвался лишь едва слышный хрип. Ученик открыл глаза, полные слёз, встретился со мной взглядом и заорал: «Витольд, миленький, ты живой!!!»
        От его крика у меня загудело в голове, и я зажмурился. Пшемек продолжал радостно вопить, одновременно пытаясь вытрясти из меня остатки сознания.
        - П-п-перестань, - выдавил я из себя с большим трудом, - и не ори так, дай оклематься.
        Ученик послушно отпустил мою куртку и слегка убавил громкость своих воплей. Шум в голове немного утих и звучал теперь как лёгкий морской прибой. Я снова открыл глаза. Солнце стояло почти в зените, из чего я сделал вывод, что пробыл без сознания сравнительно недолго.
        - Где эта чёртова тварь? - Я повернул голову набок и попытался оглядеться.
        - Вот она, тут, - Пшемек показал направление. Относительно моего положения это было точно над головой, и я ничего не смог увидеть. - Вы её убили, милсдарь.
        - Помоги подняться, - я попробовал пошевелиться, но тело плохо слушалось. Пшемек подсунул руки мне под плечи и попытался приподнять, но сил у него не хватило. - Нет, не так. Давай сначала на бок.
        Он ухватил меня за руку и начал тянуть, помогая перевернуться. Совместными усилиями получилось сначала уложить меня на бок, а потом посадить. Я сидел, поджав под себя ногу, и ощупывал свою голову, на которой обнаружились две продольные ссадины, расходящиеся в направлении ото лба к макушке. Мне повезло, что я в последний момент успел опустить голову и удар рогов прошёл по касательной, но всё равно без очередного сотрясения явно не обошлось.
        Я попытался проверить свою память на наличие каких-либо дополнительных фрагментов, но ничего нового не обнаружил. Опять не помогло. Надо с этим завязывать, походу, такой способ лечения амнезии мне совершенно не подходит. Да и лекарство так себе, сплошные противопоказания и побочные эффекты.
        Оглядевшись, я увидел у самой кромки кустов лежащую неподвижно тушу, покрытую чёрной взлохмаченной шерстью. Голова твари была неестественно вывернута назад, а из широкой раны в теле вертикально вверх торчал эфес моего меча и часть лезвия, покрытого подсохшей кровью. Рога воткнулись в землю, а растрёпанная борода указывала в небо, слегка развеваясь от лёгкого ветерка.
        Судя по следам, тварь врезалась в меня, напоровшись на мой меч и сбив меня с ног, а затем кувырком покатилась по земле, обильно поливая её своей кровью. Торчащий из раны меч во время падения практически отделил шею от остальной туши, попутно перерубив некоторые кости и вскрыв грудную клетку со стороны спины.
        Вот и сходили за хлебушком. Точнее, за мечами. Нам ещё повезло, что мы были уже с оружием на момент нападения. Если бы тварь напала на нас по пути туда, а не обратно, то шансов спастись у нас было бы на два порядка меньше. То есть, вместо одного её трупа, тут лежали бы два наших.
        Я посидел ещё немного, затем попробовал встать. Пшемек подставил мне своё плечо и аккуратно придерживал, чтобы я не свалился в процессе эволюции от скрюченной обезьяны, опирающейся руками на землю, до прямоходящего хомо ведьмециус.
        Покачиваясь, я подошёл к поверженному врагу и выдернул меч, спасший наши жизни.
        - Паша, скажи мне, ты раньше козлонога когда-нибудь видел? - я разглядывал покорёженное тело, лежащее в настолько вывернутой позе, что сложно было разобрать, где что. Ноги с раздвоенными копытами торчали в совершенно неестественных направлениях. Чёрная шерсть, покрывающая шкуру, была перемазана кровью и пылью.
        - Нет, милсдарь, не доводилось. - Пшемек стоял рядом и тоже рассматривал труп побеждённой твари. - Я думаю, что те, кто его видел, вряд ли потом могли что-то рассказать.
        - Ты прав, такие встречи вредят здоровью вплоть до летального исхода. А я вот не помню, может и доводилось когда-то.
        - Я уверен, что доводилось. Вон как ловко вы его с одного удара уложили, - в голосе ученика звучала гордость за своего учителя. - Я, когда закончу обучение и стану ведьмецом, тоже так научусь.
        Я вспомнил, с какой безрассудной отвагой он бросился навстречу атаковавшей нас твари. Было удивительно, насколько нынешний Пшемек отличается от того, который несколько дней назад намочил штаны, визжа от страха при встрече с разбойниками.
        - Обязательно научишься, я не сомневаюсь. А теперь нам нужно собрать доказательства нашей победы и предъявить пану старосте. Он в последнюю нашу встречу как раз мне поставил задачу разобраться с козлоногом, напавшим на его брата. То, что этот козлоног в принципе не мог напасть на Густава, это дело третье.
        Я поднял вверх меч и пафосно произнёс:
        - Назначаю тебя крайним и виновным во всех грехах, которые нам надо на кого-то повесить, - с этими словами я рубанул по остаткам шеи.
        Меч с лёгкостью перерубил не только мясо, но и кости. Голова отделилась от туловища и перевернулась кровавым обрубком вверх. Я ожидал, что Пшемека смутит вид отрубленной головы, но тот даже бровью не повёл. Думаю, что это крестьянский быт делает людей такими бесчувственными. Если с самого детства видишь, как домашняя скотина превращается в мясо, колбасу и прочие полуфабрикаты, поневоле зачерствеешь душой.
        - Копыта тоже понадобятся. - Я поднял отрубленную голову за рог.
        Пшемек взял свой меч, лежавший на дороге рядом с тем местом, где я валялся в отключке, и с хозяйственным видом принялся отрубать ноги.
        - Интересно, зачем они старосте? - пробормотал я под нос, но Пшемек меня услышал.
        - Да кто ж его знает. Может, холодец сварить хочет.
        - Ну да, старосте больше не из чего варить холодец, только из копыт козлонога. - Мне стало смешно. - Ты-то сам стал бы такое есть?
        Мой вопрос остался без ответа.
        Для переноски отрубленных ног Пшемек пожертвовал кусок ткани, в который был завёрнут его меч. Я обтёр свой меч об козлиную шерсть, а после протёр краем импровизированного мешка с копытами, всё равно он уже испачкался. Затем завернул в свой отрез ткани, оставив рукоять снаружи. Теперь можно было нести меч подмышкой и в любой момент выхватить его, стряхнув ткань с лезвия. Носить меч без ножен - то ещё развлечение.
        Моя голова, пострадавшая в столкновении с рогами козлонога, понемногу перестала болеть, и мы отправились прежним маршрутом. Пшемек нёс свой меч в руке, но при этом уже не размахивал им как попало, а пытался периодически изобразить прямой укол с доворотом в воображаемого противника, явно стараясь повторить моё движение, оказавшееся на удивление эффективным.
        * * *
        Входные ворота в этот раз оказались немного приоткрыты. Не обратив внимания на эту странность, мы протиснулись в щель между створками ворот и угодили в засаду.
        - Стоять, ни с места! - Шестеро стражников окружили нас, выставив в нашу сторону мечи. Один из них нажал ногой на приоткрытую воротину, отрезая нам путь назад. - Кто такие?
        - Паша, отставить! - я вовремя заметил, как Пшемек встал в боевую стойку и выставил меч вперёд. - Немедленно опусти меч.
        Ученик неохотно подчинился. Похоже, наличие в руке оружия напрочь отключило у него инстинкт самосохранения.
        - Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец, - я представился полной версией имени, - а это Пшемыслав Вуйцик, мой ученик.
        Стражники продолжали стоять и молча смотреть на нас. Видимо, в их программе что-то засбоило, и они не могли сообразить, что им делать дальше.
        - А ну прекратить! - донёсся от караулки властный окрик.
        Стражники как-то сразу съёжились и один за другим опустили мечи.
        - Ну что за идиоты, ни на минуту нельзя одних оставить, - к нам подошёл Ян Ходкевич с недовольным выражением лица. - Извините, Витольд, мы тут кое-кого караулим. Отошёл буквально до уборной и обратно, а этим олухам забыл оставить инструкции. Первую часть они запомнили, что нужно остановить и обратно не выпускать, а дальше я должен был командовать по ситуации.
        - Добрый день, Ян. - Я перехватил голову в левую руку, чтобы пожать протянутую мне ладонь. - Вы уже второй раз меня выручаете, с меня причитается.
        - Что это у вас такое? - Яна заинтересовала голова, которую я держал за рог.
        - Да вот, напал на нас, когда мы от Эммета возвращались. Хорошо хоть с оружием были, еле отбились. - Я приподнял голову и развернул так, чтобы можно было разглядеть чёрную морду и помутневший оранжевый глаз.
        - И куда вы это несёте?
        - Ну так вроде со старостой договорились, что я ему принесу голову и копыта козлонога.
        - Знаете что, Витольд, - Ян как-то странно на меня посмотрел, - я уверен, что нет необходимости нести эту голову пану старосте. Будет лучше, если вы отнесёте её в другое место.
        - И в какое же? - мне показалось, что Ян чего-то недоговаривает.
        - К колдунье нашей. Ну, то есть, официально она не колдунья, а народный целитель, практикующий алхимию и нетрадиционную медицину. Зовут её бабка Ядвига, живёт тут неподалёку, - взмах руки обозначил примерное направление куда-то за ворота.
        - Вы уверены, что это будет правильно? Что я пану старосте скажу?
        - Не беспокойтесь, Витольд, я вас уверяю, что пану Щепановскому ничего не нужно будет объяснять.
        Повинуясь жесту своего начальника, ближайший к воротам стражник приоткрыл створку.
        - Пойдёте прямо по основной дороге примерно полверсты, там будет большой камень слева на обочине, его хорошо видно. Прямо от камня начинается тропа, по ней ещё примерно столько же, и увидите дом. Хозяйка редко куда выходит, так что наверняка вы её застанете. - Ян взял меня под локоть, выпроваживая за ворота. - Она немного со странностями, так что не удивляйтесь ничему.
        Мы с Пшемеком вышли за ворота. Створки сразу же закрылись у нас за спиной.
        - Что-то я ничего не понимаю. Сначала просят принести голову, а потом с этой же головой в деревню пускать не хотят. - Я посмотрел на ученика, но тот тоже стоял в растерянности. - Ладно, пошли, что ли, к колдунье, у неё спросим, в чём дело.
        * * *
        Дом колдуньи оказался небольшой бревенчатой избушкой, крытой дёрном. Никаких заборов и построек вокруг не было. Мне показалось очень странным, что старуха живёт в таком доме посреди леса, совершенно не опасаясь ни лесных тварей, ни диких животных. Без колдовства тут явно не обошлось.
        - Избушка-избушка, повернись ко мне передом, к лесу задом, - произнёс я первые пришедшие в голову слова.
        - Так она, вроде, и так стоит к нам передом, - Пшемек подозрительно посмотрел на меня.
        - Не обращай внимания, это просто присказка такая. Пойдём.
        Я подошёл к крепкой деревянной двери и остановился, собираясь с мыслями. Ученик стоял рядом и терпеливо ждал дальнейших распоряжений.
        - Дай-ка сюда свой меч, я его приберу, а то напугаешь старушку до инфаркта. - Я забрал у Пшемека меч и сунул ему взамен голову козлонога. - Вот, подержи пока.
        Завернув оба меча в свой кусок ткани, я взял свёрток подмышку и забрал голову у ученика из рук.
        - Заходим, - я протянул руку, чтобы постучать в дверь, но та вдруг сама собой приоткрылась. Я пожал плечами и пошёл внутрь. Пшемек двинулся за мной. Как только мы зашли внутрь, дверь сама собой закрылась, щёлкнув при этом запором.
        Внутри царил полумрак. Маленькие подслеповатые окна, затянутые бычьим пузырём, почти не пропускали внутрь свет. Висящий под потолком фонарь нещадно коптил и едва освещал небольшое помещение, перегороженное пополам большой печью с лежанкой. Посреди комнаты стоял пустой стол, рядом с которым притулился одинокий стул. Вдоль стен пара шкафов с глухими дверцами и невысокий комод. Никаких характерных атрибутов, позволяющих предположить, что в этом доме живёт колдунья, я так и не разглядел. Даже чёрного кота не было.
        - Кто там? - раздалось откуда-то из дальнего угла.
        - Доброго здоровья, хозяюшка, - я решил, что немного вежливости не помешает, и ткнул ученика локтем. - Поздоровайся.
        - Здравствуйте, бабушка Ядвига, - Пшемек зачем-то приветливо махнул рукой, хотя кроме меня его никто не видел.
        - Чую, чую, человечьим духом пахнет! - скрипучий старушачий голос вызвал в моей голове странные ощущения, словно я подобное уже где-то слышал.
        Старуха вышла из-за печи и направилась к нам, шаркая ногами и с шумом втягивая носом воздух. Выглядела она как классическая ведьма. На её старом морщинистом лице центральную позицию занимал приличных размеров нос с двумя бородавками, из которых торчали по нескольку чёрных волосков. Прищуренные глаза изучающее смотрели из-под густых нависших бровей. Чёрные волосы с седыми прядями были собраны на макушке в кособокий узел. Одежда напоминала что-то среднее между поповской сутаной и халатом уборщицы. При появлении старухи Пшемек предпочёл спрятаться за моей спиной и не отсвечивать.
        - Чую, чую… Ффффуууу! Это твоя рубаха так воняет? Ты в бане-то когда последний раз был, милок? - старуха остановилась на некотором удалении от нас. - И вообще, чего припёрся? Весь дом мне тут собой провонял.
        - Ты, бабка, сперва добра молодца накорми, напои, в баньке попарь да спать уложи, а потом уже глупые вопросы задавай, - подсознание решило вступиться за меня.
        - Ишь чего удумал, охальник. Спать его уложи. Я в свою кровать мужиков уж лет сорок как не пускаю. - Старуха в упор посмотрела на меня.
        - Бабушка, мы, вообще-то, по делу. Нам заместитель начальника стражи велел вам передать вот это, - я выставил вперёд руку с рогатой головой.
        - Холерушка, родненький, да что ж за живодёры с тобой такое сотворили? - увидев голову, старуха принялась причитать.
        - Какой ещё Холерушка? - внезапная перемена старухиного настроения меня сильно озадачила. - Бабуля, вы ничего не путаете?
        - Да как же я его спутаю, козлика моего ненаглядного. Вон и пятнышко светлое на правом ухе, и рог левый чуть кривее правого, - Ядвига ткнула пальцем, подтверждая свои слова.
        - Бабушка, какой козлик, это же тварь лесная, козлоног, - бабкины слова меня конкретно запутали.
        - Ты что такое говоришь, бестолочь? У козлонога морда наполовину козлиная, наполовину свинячья, вместо носа пятак и клыки изо рта торчат. А это козлик мой. Я ж его ещё козлёночком помню, - старуха всхлипнула, - а теперь он умер жестокой смертью и обезглавлен…
        Мне стало как-то неудобно за свою неосведомлённость. Надо же, перепутать обычного козла с козлоногом. Позорище…
        - Да вы не расстраивайтесь так, бабушка, - я начал оправдываться. - Он перед смертью совершенно не страдал. Умер быстро, и, можно сказать, почти безболезненно.
        - Уж не ты ли его погубил, злыдень окаянный? - Бабка грозно сдвинула брови и пошла на меня. - Признавайся, поганец вонючий, от твоей руки мой Холерушка смерть принял?
        - Бабушка Ядвига, вы всё не так поняли. Он первый на нас напал и чуть не ушатал. Нам пришлось защищаться, - под напором старухи я начал понемногу отступать назад. - Да и если разобраться, то, технически, я его не убивал вовсе. Я просто стоял, держал меч, а он бежал на меня и сам на меч наткнулся. Ну а инерция сделала всё остальное.
        - Так вы втроём моего Холерика жизни лишали? - Ядвига гневно сверкнула глазами. - Где эта стерва окаянная, а ну тащи её сюда немедля!
        - О ком это вы, бабушка?
        - Об Инэрции твоей, паскуднице, - старухино лицо скривилось. - Тьфу, и имя-то какое похабное - Инэрция. Прям как импотенция. Или проституция.
        - Вы не поняли, бабуля, инерция - это такая физическая величина, которая характеризует способность тела оставаться в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения при отсутствии внешних воздействий, а также препятствовать изменению своей скорости при наличии внешних действующих на него сил.
        - Ты на каком это басурманском языке сейчас разговаривал, милок? - бабка снова сердито нахмурилась. - Хватит мне голову дурить, признавайся, это ты его мечом проткнул?
        - Ну, я же вам уже объяснил…
        - Меч твой?
        - Мой.
        - Меч ты держал?
        - Я.
        - Значит, ты и есть убийца, и нечего тут на баб всяких свою вину перекладывать!
        - Но бабуля…
        - Какая я тебе «бабуля», ирод? Вот сейчас превращу тебя, козла, в козла! Будешь за Холерика отрабатывать.
        В процессе диалога старуха постепенно теснила нас в сторону двери, что позволило нам предпринять тактическое отступление. Пшемек на удивление быстро справился с замком, и мы смогли в последний момент выскочить на улицу, бросив на пороге останки убиенного Холерика. Вдогонку нам неслись отборные ругательства и проклятия, но мы благоразумно решили их не слушать и рысью удалялись от жилища колдуньи. Отбежав на приличное расстояние и не слыша за собой погони, я остановился посмотреть, как там обстановка.
        То, что я увидел, мне совершенно не понравилось. Бабка Ядвига стояла на пороге своего дома, держа в одной руке плошку с горящей свечой, а в другой пучок каких-то трав. При этом она нашёптывала слова, которые с такого расстояния было не разобрать, и одновременно с этим подпаливала по очереди торчащие из пучка травинки.
        - Паша, как ты думаешь, она на самом деле колдунья, или просто прикидывается?
        - Не знаю, милсдарь, но некоторые люди говорят, что колдунья.
        - За злодейство твоё пусть тебя громом оглушит, да молнией поджарит! - последние слова бабка прокричала так, что мы их услышали, а затем ещё раз подожгла и швырнула в нашу сторону дымящийся и уже наполовину сгоревший пучок травы.
        Сразу после этого я почувствовал необъяснимое чувство тревоги, которое заставило меня посмотреть вверх. От увиденного я застыл на месте. Посреди голубого неба точно над нашей головой светилась яркая точка, окружённая ореолом, похожим на дым. И эта точка увеличивалась в размерах. Пшемек тоже посмотрел наверх, но в отличие от меня не замер, а заорал что есть мочи и потащил меня вперёд по тропинке. С неба послышался нарастающий гул, от которого у меня кровь застыла в жилах. Мы успели пробежать шагов тридцать, когда за нашей спиной с чудовищной силой и неимоверным грохотом что-то ударило в землю. От удара тропа под нашими ногами содрогнулась так, что мы не устояли и кубарем покатились в разные стороны. Ударной волной повалило ближайшие деревья и подняло в воздух тучи пыли вперемешку с сухими листьями и травой.
        Когда пыль немного осела, мы с Пшемеком увидели в двадцати шагах от нас воронку метров пяти в диаметре, из которой поднимался густой белёсый дым. Вот и обижай после такого старушек.
        Вместо того чтобы вскочить на ноги и бежать подальше от этого места, я, повинуясь какой-то непонятной силе, неторопливо встал, подошёл к воронке и заглянул внутрь.
        Глава 16. Полезная находка
        Пшемек подошёл ко мне и с опаской заглянул внутрь кратера, образовавшегося на месте падения Ядвигиного проклятья. Из-за густого дыма практически ничего не было видно.
        - Паша, ты как хочешь, а я отказываюсь верить, что это бабкиных рук дело, - я помахал ладонью, отгоняя дым от лица. - Ну не может старуха, обладая такой разрушительной мощью, жить одна в лесу, да ещё и в таком убогом доме.
        Пшемек заинтересованно слушал, и, судя по выражению лица, был со мной не очень согласен.
        - Ну сам посуди, если бы у тебя была такая опасная сила, неужели ты не смог бы заставить кого-нибудь, ну, как минимум, построить себе большой нормальный дом?
        - Наверное, смог бы, - ученик пожал плечами.
        - Исходя из этого, я считаю, что в данном случае имеет место простое совпадение, и бабкины действия никак не связаны с дальнейшими событиями. Согласен?
        В ответ Пшемек снова пожал плечами. Лёгкий ветер понемногу разогнал дым, но самое дно воронки всё ещё было скрыто он нашего взгляда. Я вытянул вперёд руку и почувствовал ладонью тепло, исходящее из центра.
        - А ещё моя интуиция подсказывает, что в этой яме может оказаться очень нужная и полезная вещь, - я вспомнил разговор с Эмметом насчёт происхождения мельхифрила, - и я очень надеюсь, что окажусь прав.
        Ученик повторил мой жест с вытянутой рукой и удивлённо посмотрел на меня.
        - Милсдарь, вы тоже это чувствуете? Оттуда тепло идёт.
        - Да, Паша, чувствую. И это может означать только одно - на дне кратера лежит что-то очень горячее. И я абсолютно уверен, что это метеорит. А если окажется, что это именно такой метеорит, как мне нужен, то я готов поверить в судьбу и предназначение.
        - Вы хотите сказать, что из этого метеорита можно будет сделать настоящий ведьмецкий меч? - глаза Пшемека загорелись от предвкушения.
        - Да, именно так я и хочу сказать, - очередной порыв ветра слегка разогнал дым, и я попытался заглянуть в центр воронки. Разглядеть ничего не получилось.
        Я посмотрел в сторону дома колдуньи. Дверь закрыта, перед домом пусто. Мне показалось, что в окне мелькнула какая-то тень. Возможно, старуха наблюдала за нами, но выходить не решалась. Наверняка, упавший с неба метеорит напугал её не меньше, чем нас.
        - Так, Паша, стой тут и жди. Я спущусь вниз и попробую достать то, что там лежит. А ты держи вот эту тряпку, - я размотал свёрток с мечами и отдал Пшемеку кусок ткани, - если надо будет, подашь мне конец и поможешь выбраться.
        Я взял в каждую руку по мечу и начал аккуратно спускаться в воронку. По мере приближения к её центру становилось всё теплее. Дым щипал глаза и першил в горле.
        - Паша, брось мне тряпку, я попробую дым разогнать, не видно ничего.
        Тряпка полетела в мою сторону, но не очень удачно. Пришлось зацепить её мечом и подтащить к себе. Я воткнул оба меча в землю, взял двумя руками ткань и начал махать ей, выгоняя дым из углубления в самом центре ямы. Потом свернул ткань и сунул её за пазуху. Снова взял мечи в обе руки и начал как сапёр аккуратно протыкать грунт, пытаясь нащупать что-нибудь.
        После нескольких попыток меч звякнул, воткнувшись во что-то твёрдое. Моё сердце взволнованно забилось, а на лбу выступили капельки пота. Орудуя обоими мечами, я попытался откопать то, что лежало на дне.
        Минут через пять из-под слоя осыпавшейся земли показался продолговатый предмет размером примерно с два моих кулака, или даже чуть меньше. Исходящее от него сильное тепло красноречиво предупреждало, что руками хвататься не стоит. Метеорит был подозрительно лёгким для своего размера, по ощущениям чуть больше полутора килограммов. Я подсунул под него оба меча и с криком «Берегись!» перебросил через себя за край воронки.
        Вылезти наверх удалось без посторонней помощи. Пшемек стоял над находкой и с интересом её разглядывал. Смотреть было особо не на что. Добытый мной метеорит выглядел как слегка кривая крупная картофелина, покрытая равномерным слоем грязи. Я присел на корточки и поднёс к нему руку. Температура была всё ещё приличная. Я немного попинал картофелину носком ботинка, пытаясь стряхнуть налипшую землю.
        - Милсдарь, ну что? - Пшемеку не терпелось выяснить все подробности.
        - Выглядит как метеорит. Вот только почему-то он слишком лёгкий для своих размеров. Такой же кусок железа должен весить минимум раза в три больше. Как бы не оказалось, что это обычный кусок камня. Хотя, может, он просто пустой внутри.
        Я отдал Пшемеку оба меча, вытащил из-за пазухи ткань и прикинул, выдержит она температуру, или стоит подождать, пока находка ещё немного остынет. Приложил угол ткани к поверхности метеорита, ожидая, что она начнёт тлеть, однако дым не появился. Тогда я расстелил полотно рядом и ногой закатил метеорит в середину. Взялся за углы, собрал их вместе и поднял.
        - Отлично. Теперь можно нести, - я перехватил кулёк в левую руку и забрал у ученика свой меч. - Пойдём, что ли.
        * * *
        По пути к деревне мы обсуждали, стоит ли идти домой и пообедать, или лучше сначала отнести метеорит Эммету и выяснить, подходит он или нет. Единогласно решили, что надо сразу идти к кузнецу, чтобы нас прямо за обедом не разорвало от нетерпения.
        Немного не доходя до деревенских ворот, мы свернули в сторону хутора. Шли настороженно, потому что в памяти было ещё свежо воспоминание о том, как гадский Холерик чуть было нас не прикончил. К счастью, всё обошлось, и до дома Эммета мы добрались без происшествий. На этот раз «звонить» в калитку выпало Пшемеку.
        Эммет пустил нас внутрь, с подозрением косясь на мечи, которые мы не выпускали из рук.
        - Витольд, у вас всё в порядке? - кузнец никак не мог придумать причину для столь скорого нашего возвращения. - И почему вы держите оружие в руках?
        - Ерунда, не беспокойтесь, - я попытался махнуть рукой, совершенно упустив из внимания, что у меня в этой руке меч. Эммет проворно отпрыгнул и клинок его не задел. - Просто по дороге от вас мы попали в небольшую неприятность. На нас Холерик напал.
        - Какой Холерик? - кузнец заметно удивился.
        - Ну, козёл такой, здоровенный, чёрный. Точнее, мы тогда ещё не знали, что его Холерик зовут, да и о том, что он обычный козёл, мы узнали немного позже. Он нас попытался убить, и я решил, что это козлоног.
        - Странно, - Эммет почесал макушку, - зачем козлу было вас убивать?
        - Знаете, мы как-то забыли у него об этом спросить. Сначала было немного не до того, а потом он взял и умер. Пришлось ему голову отрубить, чтобы в деревню отнести, у меня как раз контракт на козлонога от старосты.
        Эммет слушал, и по его взгляду было видно, что он не очень понимает, о чём речь.
        - И что, вы отрубили ему голову и принесли ко мне? - кузнец покосился на импровизированный мешок у меня в руке.
        - Нет, мы понесли голову в деревню, а Ян Ходкевич отправил нас с этой головой к бабке Ядвиге. Там и выяснилось, что это был никакой не козлоног, а её козёл Холерик. Она на меня обиделась и прокляла, а потом на нас с неба упал метеорит.
        - Как-то многовато событий для одного дня, не находите? - Эммет смотрел на меня так, словно я всё это выдумал. - Ещё обед не наступил, а у вас уже столько всего случилось.
        - А вы что, не слышали около часа назад грохот? - мне стало как-то слегка обидно. - Это вот как раз тот метеорит был. Мы едва отбежать успели. Я потом его откопал и решил сюда принести. Помните, вы мне про мельхифрил говорили, что надо подождать, пока он мне на голову упадёт. Ну так вот, если бы Паша меня не оттащил, то точно было бы прямо на голову.
        Эммет потёр виски и зажмурился. Видимо, мой рассказ выглядел слишком неправдоподобно и никак не хотел укладываться у него в голове.
        - Посмотрите пожалуйста, вдруг это тот самый мельхифрил, - я протянул ему кулёк с уже почти остывшим метеоритом.
        Кузнец осторожно взял мою находку и отнёс на стол. Затем достал металлическую щётку и несколько раз провёл, счищая пыль и тонкий слой окалины. Потом он положил щётку на стол и медленно сел на край стула, едва не промазав мимо сиденья. Мы с Пшемеком смотрели то на метеорит, тускло поблёскивающий начищенным боком, то на Эммета, сидящего с застывшим лицом, и не понимали, в чём дело.
        - Откуда это у вас? - Эммет медленно повернулся в мою сторону.
        - Ну так я же рассказал уже. Метеорит. Чуть на голову мне не упал.
        Эммет продолжал пребывать в прострации.
        - Да что не так-то? - я начал терять терпение. - Это мельхифрил или нет?
        - Понимаете, Витольд, - кузнец наконец-то пришёл в себя, - это невероятно. Такой большой кусок мельхифрила ещё ни разу никто не находил. Я слышал о восьми случаях, и всегда метеорит был размером не больше среднего яблока, почти идеальной сферической формы и покрыт толстым слоем окалины. А ваш метеорит мало того, что в несколько раз крупнее, так ещё и практически не обгорел. Я вам в прошлый раз не говорил, но дело в том, что все ранее найденные мельхифриловые метеориты падали всегда примерно в одной и той же местности - в пустыне, далеко на юго-востоке. Мало того, они падают с периодичность ровно в пять лет. Предыдущий упал около двух лет назад. Это как раз тот, из которого я ковал нож для Штефана. Я не хотел вас расстраивать, поэтому и не сказал, что следующий метеорит должен упасть не раньше, чем через три года.
        - И как тогда вышло, что мне достался мало того, что внеочередной, так ещё и самый большой?
        - Я не знаю, чем вы заслужили это, но на вашем месте я бы начал играть в карты по-крупному. С таким везением можно выиграть целое состояние, - Эммет зачарованно смотрел на метеорит и нежно гладил его рукой.
        - Ага, или кинжал под ребро, если обыграешь не того, кого следует, - сказал я себе под нос.
        - Ну что вы о грустном? Радоваться надо, что представилась возможность получить в своё распоряжение такой меч, какого ещё ни у кого не было.
        - То есть, вы хотите сказать, что этого куска мельхифрила хватит на целый меч? - новость для меня была просто замечательной.
        - Судя по весу тут как раз должно хватить на классический бастард, чуть длиннее того, что у вас сейчас в руке. - Эммет поднял метеорит со стола и прижал его к своей груди, - О, вы даже не представляете себе, какой это будет меч.
        Глаза кузнеца заблестели и приобрели настолько затуманенное выражение, что мне сразу стало понятно - дальше разговора не получится. Эммет соскользнул в пучину творческого безумия и в ближайшее время возвращаться не собирался.
        - Паша, пойдём, нам тут делать больше нечего, - я взял ученика за плечо и подтолкнул к выходу.
        * * *
        Когда мы вернулись в деревню, обед уже почти закончился. Бросив в номере оружие, мы спустились в трактир. После всего, что с нами приключилось за прошедшие полдня, жрать хотелось неимоверно. Мы еле дождались, пока нам принесут еду, и накинулись на неё так, словно до этого голодали неделю. Когда тарелки опустели и мы перешли к чаю, к нам за стол, бесцеремонно подвинув Пшемека, уселся Ян Ходкевич.
        - Приятного! - на лице нашего гостя играла ехидная улыбка. - Ну, как там бабка Ядвига поживает?
        - Живее всех живых, - я отхлебнул чай и хмуро посмотрел на Яна. - Вот к чему было это всё? Неужели нельзя было сразу сказать?
        - Нельзя, иначе не получилось бы так смешно, - широкая улыбка никак не вязалась с образом грубого служаки. - Да ладно, не обижайся.
        Я надулся и продолжил сосредоточенно пить чай. Пшемек, глядя на меня, тоже изобразил на лице недовольство и отодвинулся на край лавки.
        - Милош! - Ходкевич повернулся к трактирщику. - Принеси нам выпить чего-нибудь получше, милсдарь Витольд проставляется!
        Я хотел было возмутиться, а потом вспомнил, как пообещал Яну ответную услугу за то, что он нас дважды спасал от своих подчинённых. Делать нечего, придётся держать слово.
        - Паша, ты давай, допивай чай и дуй в номер, - я решил, что ученику дальше необязательно присутствовать. - Книжку почитай, или ещё чем-нибудь займись. Меч только не трогай, а то перепортишь там всё, а мне потом платить.
        К окончанию второй бутылки мы с Яном были практически лучшими друзьями. Я рассказал о том, что потерял память, из-за чего, собственно, так облажался с козлоногом. После этого мы выпили за скорейшее возвращение моей памяти. Ян в ответ рассказал, что его недавно повысили до капитана, и мы выпили за его новое звание.
        Я рассказал, как мы отбивались от Холерика, как он меня сбил с ног, и как я практически чудом прикончил его с одного удара.
        - Я даже объяснить не могу, что со мной происходило в тот момент. Как будто время замедлилось, и я успевал всё разглядеть и правильно отреагировать, - мой язык уже слегка заплетался, и я с трудом подбирал слова. - А ещё я откуда-то знал, куда надо бить, чтобы наверняка.
        - Так это память твоя ведьмецкая тебе подсказывала. Не могу похвастаться, со мной такого ни разу не было, - Ян тоже был уже в кондиции. - А вот козёл Ядвигин на меня тоже нападал. Он, бывало, вместо травы мухоморов нажрётся и начинает по лесу носиться. От него не то что люди, вся нечисть разбегалась. Один раз я с дозором из шести бойцов на реку ходил, плавняков гонять. На обратном пути нас этот козёл и принял. Ладно хоть у троих щиты были. Мы их стеной ставили, да за ними прятались. Козёл этот четыре раза в щиты со всего разбега бил, еле устояли. А убивать его как-то не хотелось, мало ли как Ядвига отреагирует. Она ж на самом деле колдунья.
        Потом я рассказал про то, как колдунья крикнула нам вслед проклятье, и как нас чуть не зашибло метеоритом. Мы выпили за чудесное спасение. Рассказал, что Эммет взялся делать мне новый меч, и мы выпили за новый меч, за старый меч, и за меч Яна, который был практически родным братом моему мечу. Потом выпили за Эммета, его золотые руки и сдвинутые мозги.
        Пшемек приходил поужинать, и мы пили за моего ученика, за его меч, за его отвагу и за его ведьмецкое будущее. Потом пили за то, чтобы он научился обращаться со своим мечом. Потом пили за то, чтобы я тоже научился обращаться со своим мечом. Потом, кажется, пили за милых дам, которых рядом не было, за здоровье всех присутствующих и за мир во всём мире, но это не точно.
        - Ттты завтрра пррхди к кзарррмам, - Ян еле стоял на ногах, но при этом как-то умудрился дотащить меня до двери в наш номер, - и учника свво берри. Я вам тррренера нзначу, будете с ним знимаца.
        - Хршо, - я был рад, что сегодняшняя пьянка, наконец, закончилась. - Двай, дсвиданья!
        Дальше я как-то оказался в своей кровати и проснулся утром раздетый, разутый и почти без головной боли.
        Глава 17. Знакомство с шаманом
        Мы уже закончили завтракать, когда Пшемек собрался с мыслями и решил обсудить со мной то, что не давало ему покоя всё утро.
        - Милсдарь, я тут прочитал в книге, что для того, чтобы стать настоящим ведьмецом, нужно обязательно пройти один очень важный ритуал, - Пшемек говорил твёрдо и решительно. - Если я его не пройду, то дальше моя подготовка не будет иметь никакого смысла.
        - И что же это за ритуал? - я никогда ещё не видел своего ученика в таком настроении, видно, действительно всё серьёзней некуда.
        - Ритуал называется «Испытание травами». В книге написано, что в результате этого ритуала я приобрету необычайную выносливость, ловкость и силу. А ещё моё тело станет настолько крепким и живучим, что мне любые раны будут нипочём. Как вам, милсдарь.
        - Как мне? - я потрогал голову, которая слегка болела после вчерашнего.
        - Да, милсдарь. Вы же перед тем, как стать ведьмецом, тоже должны были пройти это испытание.
        Я задумался, стоит ли говорить ученику, что я не чувствую в себе никаких уникальных способностей. Может, оно так и должно быть, и я просто забыл, как управлять всем этим, поэтому мне и кажется, что моё тело совершенно обычное.
        - Ладно, Паша, надо побольше разузнать об этом ритуале, чтобы всё сделать правильно.
        - Есть только одна вещь, про которую вы должны знать. Точнее, наверняка знаете, но не помните, - на лице ученика вдруг появилось выражение какой-то безысходности. - Если моё тело не выдержит испытания, то я умру. Там написано, что из десяти выживает трое или четверо.
        - Вот те на. Что за садист придумал настолько опасное испытание? - я не ожидал, что отбор в ведьмецы будет с таким высоким процентом отбраковки. - Паша, ты же понимаешь, что если ты умрёшь во время ритуала, то я себе этого не прощу. Что я твоему отцу скажу? И кто мне вернёт деньги, которые я отдал за твой меч?
        - Всё равно мне обязательно надо пройти это испытание, - Пшемек упрямо посмотрел мне в глаза. - Если я не гожусь в ведьмецы, то так тому и быть. Я уже решил. Или я стану ведьмецом, как вы, или мне дальше нет смысла жить.
        - Пшемек, послушай, тебе ещё очень мало лет, у тебя вся жизнь впереди, - я попытался вразумить ученика, но было видно, что он не хочет ничего слушать. - Давай мы обдумаем всё как следует, посоветуемся с кем-нибудь. У отца твоего спросим, наконец.
        - Вы же стали ведьмецом и не побоялись того, что могли умереть во время испытания. Вот и я уверен, что раз уж судьба дала мне шанс исполнить мою мечту, то она не позволит мне умереть, - ученик был непреклонен. - Я уже всё обдумал. И у отца спрашивать незачем. Он меня вам отдал, значит, мне теперь дома делать нечего.
        Я не ожидал такой серьёзности и решительности от Пшемека. Вроде балбес-балбесом, а вот поди ж ты. Решил, упёрся, и ни в какую. А с другой стороны, может, мне тоже стоит этот ритуал пройти? Вдруг способности восстановятся. Или память. Если я уже один раз его пережил, на второй раз уж точно ничего плохого не случится. Ведьмец я, в конце концов, или за пивом прогуляться вышел?
        - Ладно, Паша, давай сделаем так. Ты мне покажешь, где в книге написано про это испытание, я внимательно прочитаю, и потом мы с тобой обсудим, как поступить дальше. Договорились?
        * * *
        Прочитав указанную Пшемеком страницу раз двадцать, я так ничего толком и не понял. Написано было так, словно один старый сказочник рассказал другому, тот третьему, а третий через полгода что вспомнил, то и записал. Из текста было понятно только то, что по результату этого испытания однозначно можно определить, кем дальше будет испытуемый - ведьмецом или трупом. Ну и в общих словах было сказано, что после ритуала должны улучшиться практически все физические характеристики. При этом не было никаких подробностей ни о порядке проведения испытания, ни об используемых для этого травах, да вообще ни о чём.
        После того, как я убедился, что мой ученик упрямый как ишак и его невозможно переспорить, было принято окончательное решение: испытанию быть. Дело оставалось за малым - найти специалиста, разбирающегося в травах и умеющего проводить этот ритуал. Я выдал Пшемеку задание опросить всех знакомых в деревне на предмет того, знают ли они людей, разбирающихся в травах, чтобы потом встретиться с этими людьми.
        Пока ученик проводил опрос, я решил потратить время с пользой и отправился поупражняться с мечом. Ян дал мне в пару одного из новобранцев, с которым мы начали отрабатывать связку «верхний блок - нырок - удар в колено». Дело шло отвратительно. Мало того, что мой противник никак не мог нормально закончить контратаку, потому что моя атака и последующее соскальзывание клинка проходили совсем не так, как он привык. Так ещё и мой меч оказался слишком острым для тренировочных щитков. Защитные поножи разлетались в щепки от каждого третьего моего попадания. Угробив так четыре комплекта защиты и видя недовольное лицо интенданта, я предложил привязать к ноге моего напарника полено. Дело пошло гораздо лучше, полена хватало уже на десяток контратак. Пришедший за дровами боец даже поблагодарил нас, когда увидел нарубленные пополам поленья, сказав, что такими удобнее топить кухонную плиту.
        Наконец колокол на казарме просигналил обед, и я отправился в трактир, попутно обдумывая, что неплохо бы помыться в бане, а то за последние несколько дней моя майка действительно начала заметно подванивать потным ведьмецом.
        Пшемек уже ждал меня у входа. Мы вошли, я сделал заказ и расплатился. Дожидаясь, пока принесут еду, я выслушал доклад ученика, который в итоге сводился к одному - единственным специалистом по травам в деревне был шаман, живущий на дальнем краю главной улицы. На шамана Пшемек собрал очень жидкое досье. Почти никто ничего о нём не знал, кроме того, что тот много лет назад приплыл на континент откуда-то с северо-востока, из страны холодных морей. Имя и фамилия у шамана были необычными для этих мест, и все его называли как кому послышалось. Шаман при этом был мужиком крайне пофигистичным и ни кого не поправлял.
        Оперативно прикончив обед, мы решили не терять времени и навестить шамана. Я на всякий случай спросил у Мойшека, не знает ли он, как шамана зовут.
        - Я как-то слышал, как он сам произносит своё имя. Что-то похожее на «Аррой», но в конце ещё короткий звук, как будто собрался сказать что-то среднее между «э» и «о», но передумал, - трактирщик вытер полотенцем чашку и спрятал её под стойку. - Да вы не заморачивайтесь, он не обижается, даже если его чужим именем называют. Мы между собой зовём его просто «шаман» или «травник».
        - А как он в целом, контактный мужик? - мне хотелось выяснить о шамане побольше, чтобы проще было наладить диалог.
        - Мужик как мужик. Странный немного. Весь огород у него травами какими-то непонятными засажен, - Мойшек ненадолго задумался. - Помню, как однажды у нас в деревне человек пропал. Никто не видел, как он из ворот за деревню выходил, и в деревне его тоже несколько дней не видели. Пошли к шаману. Тот сразу согласился помочь. Провёл какой-то свой ритуал, травами подымил, грибов каких-то поел, с духами поговорил и отвечает, что жив ваш пропавший, но не ищите его. Ему сейчас очень хорошо, а как время придёт, так он сам объявится.
        - Ну и как, нашёлся?
        - Нашёлся, чтоб его черти драли. Оказалось, залез ко мне в сарай, где у меня брага стояла, да и выпил её всю. Целую десятивёдерную бочку за неделю уговорил, зараза. Ещё и припасами из погреба закусывал. Только и делал, сволочь, что пил, жрал, спал, да мне в погреб гадил. А как брага закончилась, так он из сарая через окно на улицу полез и застрял. А я слышу - от сарая шум какой-то. Замок отомкнул, дверь открыл, а там картина маслом - пустая бочка на боку и жопа из окна торчит. Залезал-то он худой, а за неделю на браге такое пузо отъел, что обратно уже не прошёл.
        - Интересная история, поучительная - я представил себе, как должна была выглядеть жопа в окне, и улыбнулся. - Спасибо за рассказ, я, пожалуй, пойду.
        Пшемек ждал меня на скамейке у выхода. Я покрутил головой, прикидывая направление, и мы выдвинулись к дому шамана. Идти было не очень далеко, и вскоре мы добрались до окраины деревни. Дверь в дом шамана была гостеприимно распахнута. Мы вошли внутрь, и мой нос почувствовал сладковатый запах дыма.
        - У него горит тут что-то? - я посмотрел на Пшемека, но тот только плечами пожал. - Эй, хозяин! Можно с вами поговорить?
        Никакого ответа не последовало. Мы переглянулись и решили посмотреть, может и вправду что загорелось. Прошли дом насквозь, заглядывая в комнаты, но ни хозяина, ни источника дыма не увидели. Выйдя в заднюю дверь, мы оказались в оранжерее, засаженной различными растениями. Некоторые из них высотой превышали человеческий рост. Шаман прогуливался по своему огороду, гладил руками стебли и листья и как будто разговаривал с ними. Во рту у шамана была необычно изогнутая трубка, из которой вился лёгкий дымок.
        - Здравствуйте, уважаемый! - я с интересом разглядывал шамана. Одет он был весьма экстравагантно. Длинный белый халат с неаккуратно пришитыми заплатками был накинут на голый торс, светлые штаны прикрывали босые ноги чуть ниже колен. На голове шаман носил вязаный берет с красными, жёлтыми и зелёными полосками.
        - Мир вам, братья! - голос шамана был негромким, говорил он слегка замедленно и с едва заметным акцентом.
        - Моё имя Витольд Крючковский. Я ведьмец, а это мой ученик, Пшемыслав Вуйцик, - я указал на Пшемека, удивлённо разглядывающего высоченные растения.
        - Аррой Хаккинен. Рад знакомству, - шаман слегка склонил голову в приветствии и выпустил изо рта небольшое облачко ароматного дыма. - Что привело вас в мой дом?
        Я посмотрел на своего ученика, потом на шамана, и всё-таки решился.
        - Мы ищем человека, разбирающегося в травах.
        - Вы по адресу, я знаю очень много о свойствах различных трав, - шаман снова запустил в нашу сторону ароматное облачко. У меня возникло ощущение, словно вместе с этим облачком Аррой передал мне частичку своего спокойствия и безмятежности.
        - Тогда скажите мне, Аррой, слышали ли вы про ритуал, который называется «испытание травами»?
        Пшемек встал рядом и начал внимательно слушать наш разговор. Шаман немного помолчал, продолжая периодически затягиваться трубкой и окружать нас медленно плывущими ажурными облаками, которые почему-то хотелось вдыхать полной грудью. Потом он улыбнулся и ответил.
        - Я знаю много разных ритуалов. Многие из них - настоящее испытание для тех, кто ищет свой путь. Я могу предложить вам испытание, ведущее вас к познанию границ собственных способностей. Пройдя его, вы раскроете все свои дремлющие инстинкты и почувствуете в себе невероятную силу, позволяющую преодолеть любые преграды.
        - Выглядит очень похоже на то, что я читал в книге, - я буквально чувствовал, как слова шамана проникают через слух непосредственно в мой разум.
        - О какой книге ты говоришь, брат? - травник снова выпустил мне в лицо сладковатый дым. Я подумал, что стоило захватить с собой книгу, но потом понял, что могу прямо сейчас наизусть рассказать нужный отрывок. Книга словно появилась перед моими глазами, и я начал читать её вслух.
        Шаман дослушал до конца и на некоторое время задумался.
        - Судя по описанию ритуала и эффектам, которые он производит на испытуемого, в нём используется особая комбинация растений с уникальными и очень специфичными свойствами.
        - Я читал, что испытание травами очень опасная штука, - Пшемек сделал серьёзное лицо. - В книге написано, что сильных духом это испытание делает во много крат сильнее, а слабых убивает.
        - Почему ты решил, что испытание травами убивает только слабых? - у шамана на этот счёт было своё мнение. - Я видел, как даже самых сильных и стойких убивало. А уж сколько раз меня убивало, и не сосчитать.
        Мы с учеником переглянулись. Я искренне не мог понять, как убитый шаман умудрялся каждый раз воскресать, но факт был налицо. Он стоял напротив, выглядел совершенно живым и в целом довольным жизнью.
        - Самое важное в этом деле - как следует подготовиться, - Аррой решил поделиться с нами частичкой своей мудрости, - травы правильно подготовить и смешать, место хорошее выбрать опять же. Чтобы в момент испытания созерцать не стену какого-нибудь хлева или забор, а поле, лес, или ещё какие пейзажи. Оно, конечно, бывает, что и стена радужными огнями озаряется так, что глаз не оторвать, но на природе эффект во много раз сильнее. Я, например, люблю в бунгало на холме ходить. Ну, не совсем бунгало, сарай это, в котором лесорубы инструмент да припасы хранят. Но зато вид с его крыши открывается просто удивительный. Я это бунгало зову Альберт.
        - Почему Альберт? - всё остальное Пшемеку, похоже, было понятно.
        - Видение мне было. В нём я это имя и услышал, - травник в очередной раз затянулся и выдохнул, накрывая нас волшебным туманом. - Как сейчас помню, отдыхал я на крыше бунгало, созерцал, как по небу разноцветные облака плывут, превращаясь то в цветы, то в животных диковинных, и тут слышу голос неземной красоты: «Альберт, придурок ты недоделанный, ты куда в прошлый раз топор засунул?». И так мне услышанное понравилось, что с тех пор я то бунгало так и называю - «Недоделанный Альберт».
        - Всё это очень интересно, но, может быть, вернёмся к нашему самому первому вопросу? - история про Альберта хоть и была увлекательной, но слегка уводила от основной темы разговора.
        - А, ну да, - Аррой кивнул, - испытание. Ко мне тут как раз недавно коллега приезжал, из южной долины. У них в этом году на травы урожай просто необычайный выдался. Он мне привёз несколько очень хороших сортов, авторитетно рекомендую.
        - Полагаю, что вы с вашим опытом сможете всё правильно подготовить и провести, и наши советы будут совершенно лишними, - я прекрасно понимал, что ничего в этой теме не соображаю. - Испытание травами - очень важный для моего ученика шаг, и мне хотелось бы, чтобы всё прошло как надо.
        - Не волнуйтесь, сделаю всё в лучшем виде, - шаман снова улыбнулся, и глаза его заблестели, видимо, от предвкушения. - А уж если вам испытание травами наскучит, так я могу вам испытание грибами предложить. Тоже, знаете ли, великая вещь.
        - Не, спасибо, мы, пожалуй, пока травами ограничимся, - про грибы в книге вроде бы тоже что-то было, но я точно помню, что отдельно от трав.
        - Тут у меня ещё шишки есть, очень качественные, - Аррой заговорщески понизил голос и подмигнул мне, - не желаете ли взять сейчас с собой немного на пробу?
        - Да ты что такое говоришь? - Пшемек сердито посмотрел на шамана, - Милсдарь что тебе, белка какая, или бурундук? Зачем ему шишки?
        - Ну, нет - так нет, - Аррой не стал настаивать. - Тогда жду вас завтра после обеда.
        На этом мы расстались с шаманом и отправились на постоялый двор, ставший нам уже практически родным домом.
        Глава 18. Три меча
        Проходя мимо лавки кузнеца, я вспомнил про метеорит, оставленный у Эммета. До ужина ещё оставалось время, и я предложил Пшемеку по-быстрому сгонять до хутора, вдруг новый меч уже готов. Возражений не последовало, мы ненадолго забежали в номер, чтобы на всякий случай взять с собой мечи, и быстрым шагом потопали в направлении главных ворот.
        На выходе я предупредил стражника, что мы ненадолго и к ужину постараемся вернуться. Специально попросил запомнить нас как следует, чтобы по возвращении не было лишних вопросов, а то откровенно уже надоело каждый раз проверять кто победит - моё чувство юмора или их тупость.
        До хутора кузнеца мы дошли гораздо быстрее, чем в прошлый раз, нетерпение подгоняло меня так, что Пшемек едва за мной поспевал. Я без всяких раздумий взялся за ручку калитки левой рукой и держался, пока рука окончательно не онемела. Эммет почему-то не спешил открывать. Пришлось второй раз хвататься за ручку. Рука повисла как дохлая змея и вообще перестала что-либо чувствовать. Прошло ещё около минуты, и я уже было собирался пожертвовать рукой ученика, а если понадобится, то и обеими, но дверь наконец открылась и на пороге показался хозяин дома в кузнецком фартуке и затемнённых очках с большими круглыми стёклами. Он махнул нам рукой и пошёл внутрь.
        Я выждал с полминуты и аккуратно потрогал ручку калитки пальцем. На этот раз током не долбануло, я открыл калитку, и мы зашли внутрь. Дверь дома была приоткрыта, но нас никто не встречал. Я нерешительно остановился у порога и тут же услышал звонкий стук молота по наковальне. Частота ударов была неестественно большой. Мы прошли к двери в мастерскую и заглянули внутрь.
        Эммет стоял у массивной конструкции, которая пыхтела, шипела паром и со скоростью дятла звонко стучала округлым бойком по кромке уже почти готового клинка. Вся мастерская была залита ярким светом, исходившим от висящих под потолком ламп. Внутри ламп слегка гудели яркие электрические разряды, при взгляде на которые я чуть не лишился зрения.
        Проковав кромку клинка, Эммет сунул меч в корыто с тёмной вязкой жидкостью, похожей на масло.
        - Вы слишком рано, - кузнец поднял очки на лоб и недовольно посмотрел на нас. - Я ещё не закончил.
        - Простите мою нетерпеливость, Эммет, - я сделал виноватое лицо. - Я не подумал, что изготовление этого меча займёт так много времени. Два предыдущих меча вы сделали за два дня, и мне показалось…
        - Вам зря показалось, - кузнец снял с головы очки и вытер рукавом пот со лба. - Вы же понимаете, насколько это сложная работа? Я уже говорил, что мельхифрил гораздо труднее обрабатывать, чем обычную сталь.
        Эммет вытащил ещё не законченный меч из масла и протёр его тряпкой. По лезвию клинка пробежал необычный сине-зелёный отблеск. Кузнец открыл дверцу на торце странной каменной конструкции, похожей на длинную тумбочку, и положил внутрь заготовку меча. Затем он подошёл к щитку, висящему на стене, покрутил какие-то ручки и потянул рубильник. Лампы под потолком слегка моргнули, а тумбочка басовито загудела.
        - Индукционная печь, - Эммет кивнул в сторону тумбочки. - Пока заготовка прогревается, можно немного отдохнуть. Будете кофе?
        ­ - Спасибо, не откажусь.
        После совместного распития кофе Эммет немного подобрел и начал рассказывать, что найденный мной метеорит хоть и оказался полностью из мельхифрила, но заметно отличался от того, из которого был изготовлен нож Штефана.
        - Посмотрите, что я нашёл внутри, - Эммет вынул из кармана и протянул мне странного вида то ли камень, то ли кристалл насыщено-чёрного цвета, размером чуть меньше куриного яйца и по форме похожий на каплю.
        - И что это? - я покрутил в руках непонятный предмет, который оказался на удивление холодным.
        - Судя по тому, что его не берёт ни один инструмент, полагаю, что это что-то вроде алмаза, - кузнец забрал у меня кристалл и спрятал в кармане. - Вот только алмазный шлифовальный круг его тоже не берёт. Вы заметили, насколько он тяжёлый для своего размера?
        - Да, и ещё я заметил, что он очень холодный.
        - Вы правы, он совершенно невосприимчив к теплу. Я пробовал его нагреть в горне, но он так и остался холодным, - Эммет налил себе ещё одну чашку кофе, забрал у меня из рук кристалл и сунул в карман фартука. - Мне никогда раньше не попадался такой материал.
        - И что с ним можно сделать?
        - Ну… - кузнец задумался, - можно сделать из него вечный боёк для моего парового молота, вот только форма не совсем подходящая. А больше ничего на ум не приходит.
        - А можно мне посмотреть? - Пшемек протянул руку. Эммет нехотя достал чёрный камень и положил его на ладонь ученику.
        Пшемек посмотрел сквозь кристалл на свет лампы, потом повернул его более тонким концом от себя. На его лице застыло удивление.
        - Посмотрите, милсдарь! - он протянул руку так, чтобы я тоже смог увидеть то, что его так заинтересовало.
        Я аккуратно, чтобы снова не наловить зайчиков от лампы, наклонил голову, прикрыл один глаз и вгляделся в гладкую чёрную поверхность. Тьма внутри кристалла как будто слегка расступилась, и я увидел огромное количество микроскопических светящихся точек, расположенных в форме плотной мерцающей спирали. Подсознание услужливо подкинуло мне информацию о том, что именно так выглядят скопления звёзд, плывущих в космическом пространстве и именуемых галактиками.
        - Дайте мне, - Эммет, видя моё озадаченное выражение лица, выхватил кристалл, напялил свои защитные очки и попытался разглядеть, что же нас так удивило. - Ничего не вижу.
        - Да вы снимите свои очки, они слишком тёмные, - я понял, почему Эммет при всей своей любознательности не обнаружил то, что видели мы с Пшемеком.
        Теперь настала очередь кузнеца сидеть с отвисшей челюстью. Мне пришлось встать и аккуратно повернуть застывшую статую кузнеца так, чтобы он ненароком не посмотрел на лампочку и не испортил себе глаза. Потом я вынул из безвольных рук кристалл и положил его на стол.
        - Эммет, очнитесь, - я помахал растопыренной пятернёй перед его лицом. - Это всего лишь камень, хоть и немного необычный.
        - Да, наверное, вы правы, - ответил кузнец отсутствующим голосом. - Но я впервые в жизни вижу такую красоту. За этот камень какой-нибудь коллекционер наверняка предложил бы огромные деньги.
        - Это всё замечательно, но я не собираюсь его продавать, - меня вдруг посетила интересная идея. - Если он прилетел к нам вместе с куском мельхифрила, то пусть они и останутся вместе. Предлагаю поместить этот кристалл в навершие рукояти, он за счёт своего веса позволит уменьшить размер набалдашника. А то, если честно, у моего нынешнего меча эта часть немного великовата.
        Эммет кивнул, продолжая пребывать в состоянии лёгкой прострации. Я снова взял кристалл в руки и подкинул его на ладони, ощутив приятную тяжесть.
        - Эммет, я тут подумал, - я продолжал любоваться правильной формой камня, - может быть получится из того же куска мельхифрила сделать накладки на клинок моему ученику?
        Пшемек, услышав мои слова, засиял как начищенный самовар. Эммет сфокусировал на мне взгляд, немного подумал и ответил:
        - Учитывая вес этого кристалла, можно забрать часть мельхифрила из навершия, но его всё равно будет маловато. Я рассчитал ваш новый меч так, чтобы использовать весь доступный материал.
        - А если ещё где-нибудь убавить? - я заметил, как после слов кузнеца Пшемек скис и умоляюще посмотрел в мою сторону.
        - Клинок и рукоять я уже не стану пересчитывать и переделывать, - Эммет почесал макушку, - а вот гарду в принципе можно будет сделать из обычной стали. Она получится не такая большая, как планировалось, но тоже отлично справится со своими функциями. Оставшегося металла как раз хватит на то, чтобы изготовить накладные режущие кромки. Придётся перековать клинок и убрать часть лишней стали, но в целом баланс не изменится.
        - Спасибо, дядя Эммет! - Пшемек кинулся обнимать кузнеца и чуть не уронил его вместе со стулом.
        - Э, ученик, вообще-то, это была моя идея. Мне спасибо сказать не хочешь? - я изобразил обиду в голосе, хотя на самом деле был рад тому, что мы так вовремя зашли к кузнецу в гости и успели слегка подправить полёт его творческой мысли.
        Ещё бы денег хватило на это всё. Сомневаюсь, что получится быстро и дорого продать мой стальной меч, тем более, что в другой руке он окажется намного менее удобным и эффективным.
        - Эммет, простите за немного неуместный вопрос, но сколько мне всё это будет стоить?
        Кузнец немного подумал, прикидывая что-то в уме.
        - Учитывая, что весь материал ваш, я возьму с вас только за работу. Расчёты тоже почти все были готовы, однако, учитывая сложность обработки мельхифрила, вам нужно будет заплатить двести пятьдесят крон за первый меч и сто крон за переделку второго.
        Я облегчённо выдохнул. Хоть после оплаты денег почти не останется, но зато мы наконец-то обзаведёмся настоящим ведьмецким оружием, а я уверен, оно того стоит.
        - Оставьте мне меч, который надо переделать, и приходите послезавтра, - Эммет забрал у меня кристалл, который я весь наш разговор продолжал вертеть в руках. - А лучше, не приходите. Я всё равно собирался в деревню, так что я ваши мечи сам привезу, как только они будут готовы.
        Со стороны щитка раздался громкий противный звук, похожий на сигнал звонка. Эммет посмотрел на печь, потом на нас:
        - Мне надо дальше работать, так что извините, вынужден вас выпроводить.
        После такого прозрачного намёка мы с учеником решили больше не отвлекать кузнеца от работы, отдали ему меч Пшемека, попрощались и отправились домой.
        * * *
        Оставшийся без оружия ученик заметно погрустнел. Подозреваю, что и с его безрассудной храбростью мы на время тоже попрощались. Я нёс свой стальной меч в руке и в очередной раз ругал себя за то, что так и не удосужился заказать для него ножны или хотя бы крепление на пояс. Пояса, кстати, у меня тоже нет, так что к скорняку по-любому надо наведаться.
        На воротах нас встретил тот же стражник, поэтому обошлось без выяснения личностей и прочей нездоровой ерунды, которая уже порядком достала. Я спросил, не здесь ли, случайно, капитан Ходкевич, и услышал в ответ, что он с полчаса назад ушёл в казармы. Было по пути, и я решил заглянуть и спросить совета, где лучше заказать хороший ремень и ножны.
        - Привет, Витольд! - Ян пожал мне руку, как старому другу. - Как голова после вчерашнего, уже прошла?
        ­ - Привет. Да в общем-то она не особо и болела с утра, - я с удивлением отметил, что несмотря на количество выпитого накануне, мы оба выглядим как огурчики. Вот что значит качественные напитки в хорошей компании.
        - Ну ты силён, ведьмец, - капитан с удивлением и некоторым уважением посмотрел на меня. - Мне с утра пришлось поправлять здоровье.
        - Я, вообще-то, с вопросом, - я не стал развивать тему пьянки. - Мне нужен нормальный ремень с перевязью и ножны для меча, подскажи, пожалуйста, у кого всё это можно заказать?
        - Да неужели? А я уж грешным делом подумал, что ты так и будешь свой меч то в руках, то подмышкой таскать. Народ уже пугается, когда видит тебя с мечом в руке, думает, что нечисть на деревню напала.
        - А если по существу?
        - Так у Гжегоша, - Ян ни на секунду не задумался, - он в нашей деревне единственный хороший специалист по таким вещам. И ремни с перевязями у него отличного качества. Так-то скорняков и кожевников в деревне много, но этот - лучший по снаряге.
        - И где мне его найти?
        - Он рядом с конюшней живёт, через один дом по той же стороне, - Ян махнул рукой, показывая примерное направление.
        - Я знаю, где это, милсдарь, - Пшемек потянул меня за рукав. - Я покажу дорогу.
        - Ну, значит, найдём, - я протянул руку капитану, - спасибо за подсказку. Думаю, пока что смысла нет, а вот когда Эммет отдаст мне оба меча, тогда и сходим.
        - Ты что, заказал себе ещё два меча? - Ян посмотрел на меня с подозрением. - На кой тебе три меча? У тебя рук-то всего две.
        - Один из этих мечей для ученика, я оставил его для переделки. А второй мне.
        - Слушай, - в голосе капитана прозвучали нотки сочувствия, - а это ты сам додумался два меча носить, или тебе кто-то подсказал?
        - Да не собираюсь я их оба таскать, что же вы все обо мне так плохо думаете? - я слегка рассердился, - этот меч я оставлю на всякий случай, пусть лежит, а нормальным буду пользоваться.
        - А чем тебе этот не нормальный?
        - Да тоже нормальный, только тот будет настоящий, ведьмецкий.
        ­ - Э-э-э… - глаза Яна округлились от удивления. - Ты хочешь сказать, что где-то раздобыл мельхифрил? Уж не Штефана ли убедил с ножом расстаться?
        - Да не, всё проще. Помнишь, как ты вчера утром отправил нас с головой Холерика к бабке Ядвиге?
        - Холерика? - брови капитана удивлённо приподнялись.
        - Ну, козла её так звали. Не важно. Так вот, на обратном пути на нас упал мельхифриловый метеорит, и я отнёс его Эммету, чтобы он сделал мне новый меч, да и Паше заодно на его меч добавил накладки.
        - Ну ты и горазд сочинять, - Ян заулыбался, - мельхифрил падает раз в пять лет в пустыне. А к тебе он прямо так взял и вне очереди решил прилететь прямо с доставкой на дом?
        - Не веришь? Иди у кузнеца спроси, - я нахмурил брови.
        - Да ладно, верю, чего уж там, - Ян посмотрел на меня так, словно не был уверен в моей вменяемости. - Так не проще ли было на оба меча сделать накладки, а не заказывать под это дело новый меч? Да и сколько там того мельхифрила? Может зря на два клинка поделили, облезет такой тонкий слой.
        - Да как он облезет, если там весь меч целиком из мельхифрила? - Пшемек неожиданно решил встрять в разговор. - И на мой меч там нормальные накладки получатся, там этого мельхифрила как у дурака махорки.
        - Ну вы даёте оба, - Ян начал смеяться в голос, - меч из мельхифрила. Ты, парень, ври, да не завирайся.
        - Да ну тебя в пень, - мне надоели насмешки капитана, - послезавтра Эммет отдаст мечи, тогда сам увидишь.
        Оставив Яна веселиться дальше, мы с Пшемеком вышли на центральную улицу и направились к постоялому двору. Время вплотную подошло к ужину, и я вспомнил, что вчера пропустил тренировку, о которой договорился со Штефаном. Сразу стало как-то неудобно, но я успокоил себя тем, что он наверняка видел, как мы вчера квасили с Ходкевичем, и не станет на меня обижаться.
        Глава 19. Художника обидеть…
        На ужин мы успели вовремя. Мойшек сам принёс нам с кухни еду и пожелал приятного аппетита. Мне показалось, что он о чём-то хочет меня спросить, но не решается. Пришлось спрашивать самому:
        - Скажите, друг мой, чем вы так обеспокоены?
        - Мне, право, неудобно отвлекать вас такой мелочью, - трактирщик замялся.
        - Удобно, Мойшек, не стесняйтесь, - я откусил половину пирожка с капустой и приготовился жевать и слушать.
        - Племяш мой, Лешек, вчера с рынка возвращался и застал хулиганов местных за разрисовыванием нашего забора. Он им замечание сделал, а они ему нос расквасили, да всякими словами неприличными обругали.
        - А я тут чем могу помочь? - запихнув в рот вторую половину пирожка, я пытался уловить связь между собой и хулиганами.
        - Вы, милсдарь, не могли бы тех негодяев напугать как следует? Говорить с ними бесполезно, а бить как-то несподручно. Родители их с ними тоже справиться не могут. Про ведьмецов всякое поговаривают, так что если вы им пригрозите чем-нибудь, то наверняка они испугаются.
        ­ - Что-то я не пойму, в чём причина вашего расстройства. Дети - они такие, иногда хулиганят, иногда дерутся, - я проглотил пирожок и запил его квасом.
        - Да если бы дети, - Мойшек вздохнул, - а то ведь обалдуи великовозрастные. По двадцать лет почти бездельникам, а на уме одно баловство да непотребство. Раньше они на заборах просто слова неприличные писали, а теперь ведь ещё и рисуют во всех подробностях. Я всё утро их художества с забора отчищал.
        - Где мне их искать? - я подвинул поближе тарелку, исходящую аппетитными запахами свежеприготовленного мяса и специй.
        - Так они за конюшней обычно собираются. И Игнаций, художник наш, тоже с ними там частенько бывает. Он у нас, к сожалению, пьющий. Раньше, бывало, какие картины рисовал - загляденье. И на домах наличники расписывал, и даже в церкви образа подправлял. Но потом как к бутылке пристрастился, так трезвым уже работать не смог. А по синей лавочке такого, бывает, понарисует, что потом сам же, как протрезвеет, так чёрной краской всё и закрашивает. Однажды у него какой-то заезжий коллекционер даже купил одну такую закрашенную картину. Игнаций ему пытался рассказывать, что там изначально под чёрной краской было, да тот от него отмахнулся и сказал, что чёрный прямоугольник уже сам по себе произведение абстрактного искусства. Ну скажите, не придурок ли? Это ж как надо головой тронуться, чтобы обычное чёрное пятно на холсте назвать искусством?
        Я согласно кивнул, а Мойшек продолжил:
        - Так-то вы не подумайте, что Игнаций беспробудный пьяница. Он пьёт, только когда у него плохое настроение.
        - И от чего же у него бывает плохое настроение?
        - Последнее время в основном от того, что вовремя не выпил. - Милош сочувственно вздохнул. - Но это он от слабости характера. Обижают его все, кому не лень, своим невежеством. Не понимают творческого человека. Подозреваю, что это он тем ребятам подсказал вместо букв картинки похабные рисовать. Грамоте-то не все в деревне обучены, а изображение каждый разглядит и поймёт.
        - Какой удачный маркетинговый ход, однако. Незначительная смена визуальной концепции, а насколько позволила расширить целевую аудиторию.
        - О чём это вы, милсдарь? - трактирщик смотрел на меня с подозрением. - Или это вы уже ругательства специальные вспоминаете, чтоб хулиганов пугать?
        - Извините, Мойшек, сам не знаю, откуда это в моей голове, - я доел рагу с телятиной и отодвинул пустую тарелку. - Я постараюсь что-нибудь сделать. Только не сегодня. Мне перед Штефаном неудобно, я уже третью тренировку пропускаю.
        Сидящий рядом Пшемек слушал наш разговор, но даже не пытался в нём участвовать.
        - Знаешь, что мне в тебе нравится? - я посмотрел на своего ученика. - То, что ты такой молчаливый. Со стороны можно подумать, что ты очень умный. Я уверен, что вместе мы производим очень хорошее впечатление.
        Пшемек в ответ тактично промолчал.
        После ужина я отправил ученика в номер с заданием продолжить чтение книги и поиск полезной информации, наконец-то договорился с Мойшеком насчёт бани, а потом заглянул на кухню.
        - Штефан, я прошу прощения за то, что вчера не пришёл. Ты наверняка видел, чем я был занят.
        - Не стоит извиняться, я иногда и сам бываю настолько занят, что на следующий день только к ужину голова перестаёт болеть.
        - Что насчёт сегодняшнего вечера? Будем тренироваться?
        - Отчего же нет? Погода хорошая, время есть. Если голова не болит и руки-ноги шевелятся, то вполне можем отработать один-два приёма. Давай прямо сейчас, чтобы время не терять, я как раз освободился.
        Наконец-то моя первая тренировка с мастером ножевого боя состоялась. Как и в прошлый раз, Штефан был одет в свою странную светлую одежду с чёрным поясом. Я скинул куртку, чтобы было удобнее шевелить руками, и мы наконец-то занялись делом. Повар спросил, есть ли у меня нож. Я вытащил из кармана куртки и показал ему свой трофей. Лицо Штефана скривилось, словно мой нож был сделан из куска засушенного собачьего дерьма. Он брезгливо взял трофейный клинок у меня из рук, взвесил на ладони, вытащил из ножен и сразу же убрал обратно.
        - На первое время пойдёт, но как только будет возможность - поменяй на нормальный, - повар положил мой нож поверх куртки. - Сегодня нам это не понадобится. Просто представь, что у тебя в руке нож.
        Мы тренировались до наступления темноты. Штефан объяснял, как нужно воспринимать свою руку с зажатым в ней ножом и каких движений избегать, чтобы не напороться на свой же клинок. Потом он показал связку, состоящую из отвлекающей атаки левым кулаком и калечащего удара правой рукой с лезвием, расположенным вдоль нижней стороны предплечья в правую же руку противника с целью лишить его возможности дальше держать нож. Я повторял одно и то же движение, пока у меня не начало хоть немного получаться. После этого Штефан показал, как правильно блокировать этот удар, чтобы не остаться без руки, и теперь он атаковал, а я пытался спасти свою конечность.
        Когда окончательно стемнело, мы попрощались, и я наконец-то смог помыться первый раз за последнюю неделю. До этого я мылся на хуторе у Вуйциков, но их баня была гораздо более скромной, чем у Мойшека. Отмыв своё тело до скрипа, я постирал майку и труселя, завернулся в простыню и как привидение прокрался в свой номер. Пшемек забил на чтение и сладко спал на своей кровати, подавая мне отличный пример, которому я последовал без всяких раздумий.
        * * *
        Очередное утро почти ничем не отличалось от предыдущих, разве что солнечные лучи были не такими настойчивыми. Я выглянул в окно и увидел, что небо подёрнуто лёгкими облаками, сквозь прорехи в которых периодически проглядывало солнце.
        Завтрак был традиционно вкусным, но отсутствие кофе ощущалось всё острее. Пшемек был молчалив и задумчив. Вероятно, его голова была под завязку наполнена мыслями о предстоящем испытании. Я вспомнил вчерашнюю просьбу Мойшека и размышлял, с какого бока к ней подступиться. С одной стороны, я вроде бы ведьмец и должен одним своим присутствием вдохновлять всех на понимание и сотрудничество, а с другой стороны, не хотелось бы огрести от каких-то малолеток, да ещё и в присутствии ученика. Брать с собой оружие - вообще не вариант. От арбалетов толку ноль, а меч придётся нести в руке, что совершенно не будет способствовать конструктивному началу диалога. Разбегутся в разные стороны, попрячутся, и на этом весь разговор закончится. Я бы точно убежал, если бы ко мне шёл с мечом в руке кто-то, одетый в чёрную кожу, да ещё и со шрамом на морде.
        Мне обязательно нужен напарник для подстраховки. Пшемек годится только в качестве массовки, и нет смысла рассчитывать на него, как на боевую единицу. Идеальный вариант - Ян Ходкевич, но он наверняка занят, да и эффект от его присутствия, скорее всего, будет такой же, как от меча в руке. Пока я раздумывал, с кухни раздался грохот упавшей кастрюли, напомнив мне об ещё одной кандидатуре.
        Я допил утренний чай и пошёл посмотреть, на месте ли Штефан.
        - Привет! - повар был в хорошем расположении духа. - Как настроение?
        - Привет, нормальное, - я обдумывал, с чего начать. - Штефан, а ты в ближайшее время не сильно занят?
        - Нужна помощь? - повар подозрительно легко догадался о моих мотивах. Видимо, у меня всё было написано на лице.
        - В общем-то, да. Меня Мойшек вчера попросил провести воспитательную беседу с ребятишками, которые ему забор разрисовали да племяша обидели.
        - И что, ты не уверен, что справишься с детьми? - Штефан ехидно улыбнулся.
        - Справиться, может, и справлюсь. Хотелось бы без неожиданностей и кровопролития, одним авторитетом сработать. Да и не совсем дети там. Обалдуи двадцатилетние. Им бы девок по сеновалам тискать, а они похабщину на заборах рисуют.
        - Ну, это другое дело. А далеко идти?
        - Мойшек сказал, что у них за конюшней клуб по интересам.
        - Так давай прогуляемся, у меня как раз до обеда время есть.
        До конюшни добрались достаточно быстро. Пшемек продолжал молчать, а мы со Штефаном успели поболтать о вчерашней тренировке. Заходя в проулок, я обратил внимание на огромного размера граффити, занимающее почти всю стену конюшни и изображающее, судя по всему, герб обитающего здесь союза художников. Нарисованный с любовью и тщательностью мужской половой орган был выполнен во всех мельчайших подробностях и дополнен сверху двумя орлиными крыльями, что делало его похожим на эмблему Люфтваффе*.
        Обойдя конюшню, мы застали творческую бригаду в полном составе за весьма странным занятием. Один из парней стоял на колоде со спущенными штанами. Рядом с ним стоял растрёпанного вида мужик с всклокоченной бородой, пропитым лицом и тонкой палочкой в руке, похожей на дирижёрскую. Этой палочкой он указывал в направлении мошонки эксгибициониста и требовал уделить ей повышенное внимание. Ещё трое парней сидели напротив на бревне, держа перед собой конструкции, похожие на мольберты.
        - Что за хрень у вас тут происходит? - я с удивлением пытался хоть как-то понять смысл увиденного. - Паша, отвернись!
        - Уйдите, вы нам мешаете, - растрёпанный, похоже, был у них за старшего. - Не видите что ли, у нас занятия по рисованию с натуры.
        - Я так полагаю, вы и есть Игнаций, художник? - я оглядел своего оппонента.
        - Ну, допустим, я. А кто спрашивает? - мужик бросил свою указку на колоду рядом с натурщиком и подошёл немного поближе к нам. От него ощутимо потянуло перегаром.
        - Я Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец. У меня поручение от Мойшека, трактирщика. Ваши обалдуи ему забор испоганили и племянника обидели.
        - И вы туда же - «испоганили»! - последнее слово Игнаций произнёс противным гнусавым голосом. - Ничего не понимаете в современном искусстве, а берётесь судить!
        - И что же это за искусство такое, позвольте спросить? Что за новое и неизвестное ранее направление? - я краем глаза заметил, что последователи школы похабного реализма побросали свои мольберты и начали подходить с намерением встать рядом со своим учителем. - Я вот, например, знаю, что художники-портретисты рисуют портреты, художники-маринисты - море, пейзажисты - пейзажи, а то, что рисуете вы, к какому течению отнести?
        - Мы художники-гениталисты! И запомните навсегда, картины не «рисуют», - опять та же гнусавая интонация на последнем слове, - их пишут!
        - О, да вам, уважаемый, прямая дорога в академию искусств, - я покосился на группу поддержки Игнация, которая подошла к нам почти вплотную. Даже натурщик натянул штаны и спрыгнул с колоды. - Вот только народ недоволен вашей своеобразной манерой исполнения. Особенно тем, что вы портите чужое имущество своими художественными полотнами и будоражите неокрепшие умы излишне реалистичными изображениями.
        Я заметил, как Пшемек благоразумно отступил за мою спину, а Штефан почти неуловимым движением переместился так, что оказался рядом со мной по правую руку.
        - Слыш дядя, давай-ка вали отсюда, пока мы тебя самого не расписали под гениталий, - самый мускулистый парень слегка выдвинулся вперёд.
        - А для тебя, юноша, тоже есть дорога, но не в академию, - я прикидывал, хватит ли у нас сил выстоять против четверых начинающих художников и одного законченного алкаша. - Сейчас обойдёшь конюшню, и там, на стене, как раз изображена конечная точка твоего маршрута.
        Лица парней приобрели суровое выражение, очевидно, все поняли, о каком изображении идёт речь. В руке самого борзого словно из ниоткуда появился охотничий нож, по виду похожий на мой трофей.
        - Осторожней, у него нож! - Пшемек выглянул из-за меня и снова спрятался.
        - Разве это нож? - Штефан сунул руку себе под куртку и вытащил из-за спины поварской тесак длиной чуть больше локтя. - Вот это - нож!
        В следующее мгновение рубаха мускулистого художника оказалась распорота крест-накрест. Верёвка, заменявшая парню поясной ремень, разделилась на две половины, а штаны, лишённые поддержки, свалились до колен, явив нам на обозрение сжавшееся от испуга хозяйство.
        - Паша, отвернись, - сказал я на всякий случай. - А вы все - слушайте сюда.
        Кодла гениталистов замерла, уставившись на тесак в руке Штефана. Сине-зелёные отблески завораживающе перекатывались по поверхности лезвия, гипнотизируя и убеждая всех в том, что владелец такого ножа шутить не станет. Я тоже на пару мгновений залип, любуясь игрой света на клинке, а затем продолжил:
        - Если ещё раз от кого-нибудь поступит жалоба на то, что вы нарисовали похабщину на стене, заборе или ещё где-то, то мы со Штефаном вернёмся и всю вашу компанию оставим без наглядных пособий. И к тебе, алкаш, это тоже относится. Хотите рисовать свои причиндалы - рисуйте как все нормальные художники, на холстах, - я видел, как Игнация каждый раз коробит при слове «рисуйте», и намеренно издевался. - Глядишь, найдутся какие-нибудь ценители и купят вашу живопись, чтобы у себя в гостиной повесить. А весь стрит-арт с сегодняшнего дня под запретом. Не готовы ещё люди к тому, чтобы ваше искусство шагнуло в широкие массы.
        Убедившись, что мои слова запали в душу всем, кому они предназначались, мы развернулись и направились на выход из этого храма похабного искусства.
        - И ещё, - уже на выходе я снова увидел герб на стене конюшни, - эмблему свою тоже закрасьте. С дороги видать, а там дети гуляют. Завтра зайду, проверю.
        Сопровождаемые гробовым молчанием и мрачными взглядами, мы пошли в сторону постоялого двора. Некоторое время шли молча. Затем Штефан заговорил:
        - Витольд, я понимаю, ты остался без меча, но свой нож я тебе не продам ни за какие деньги. Я видел, как ты на него смотрел, поэтому сразу хочу всё прояснить.
        - Знаешь, пару дней назад у меня ещё была мысль попробовать тебя уговорить. Но так вышло, что мне теперь твой нож без надобности, - я заметил, что мои слова немного удивили повара. - У меня завтра будет настоящий ведмецкий меч, причём целиком из мельхифрила, Эммет обещал доделать и привезти.
        Пришлось рассказать историю с Холериком, бабкой Ядвигой и метеоритом. Штефана изрядно повеселило то, как я не смог отличить обычного козла от козлонога. Моему рассказу про метеорит он, как и Ян, по началу тоже не поверил. Я пообещал ему, что завтра предъявлю доказательства. За разговором мы неторопливо дошли до постоялого двора. Штефан сразу отправился на кухню готовить обед, а мы с Пшемеком вернулись в номер, чтобы дождаться обеда и заодно поговорить о предстоящем испытании, которое волновало меня ничуть не меньше, чем моего ученика.
        - - - - - - - - - - - - - - - -
        * Л?фтваффе (нем. Luftwaffe - воздушный род войск) - название германских военно-воздушных сил в составах рейхсвера, вермахта и бундесвера. В русском языке это название обычно применяется к ВВС вермахта периода Третьего рейха (1933 -1945). (Википедия)
        Глава 20. Испытание
        После обеда мы с учеником отправились к дому шамана. Дверь, как и в прошлый раз, была открыта, и мы зашли внутрь. Шамана мы нашли на заднем дворе. Он сидел, привалившись спиной к большой бочке, и явно от кого-то прятался.
        - Добрый день, Аррой, - я подошёл и попытался рассмотреть причину такого странного поведения.
        - Тише, а то они услышат, - Аррой жестами показал, что нам надо убраться с прохода и не мелькать.
        - Кто услышит? - я присел на корточки рядом с шаманом и настороженно выглянул из-за бочки. Огород выглядел точно так же, как и в прошлое наше посещение. Никого постороннего я не заметил. - Там пусто, только ваши странные растения.
        - Вот именно, - шаман перешёл на шёпот, - растения. Смотрите туда, в самый конец грядки.
        Я посмотрел, но ничего подозрительного так и не увидел. Растения как растения. Высокие только, почти в мой рост. Некоторые с крупными листьями. Некоторые с более мелкими. Некоторые с цветочками, некоторые без.
        - А что я там должен увидеть?
        - В самом конце, с обеих сторон от прохода, - шаман выглянул из-за края бочки и снова спрятался. - Я посадил там новый сорт Дионеи. Как мне сказал торговец, продавший семена, это новый и очень перспективный гибрид. Так вот, пока они росли, всё было в порядке, но как только на них распустились цветы, я сразу почувствовал, что с ними что-то не так. Я чувствую душу растений. А у этих Дионей душа чёрная, как ночь. Я уверен, что они хотят моей смерти.
        - Так, Аррой, мне кажется, вы преувеличиваете, - я посмотрел в расширенные зрачки шамана и увидел там неподдельный страх. - Сами подумайте, как какие-то растения могут хотеть чьей-то смерти?
        - В том-то и дело, что не какие-то. А самые что ни на есть опасные и плотоядные. Я чувствую, как они хотят меня убить и съесть.
        - Ладно, уважаемый, мы вообще-то по делу пришли. Мы вчера договаривались, что сегодня после обеда вы проведёте для меня и моего ученика ритуал испытания травами, - я заглянул через открытую дверь в дом и заметил, что Пшемек склонился над стоящей на столе тарелкой с какими-то странными мелкими грибами и внимательно рассматривает её содержимое. - Паша, не трогай там ничего!
        - Да, я помню, - шаман встал, не высовываясь при этом из-за бочки, и проскочил мимо меня в дом, всё так же пригибаясь и прячась от одному ему видимого врага. - Пообещайте мне, что поможете разобраться с этими растениями.
        - Да хоть со всеми, - я не видел причин, по которым может быть опасен какой-то высокорослый укроп. - Вот проведём ритуал, тогда и обсудим условия сотрудничества. Всё равно я оружие с собой не взял. А сейчас давайте не будем зря терять время.
        Оказавшись в доме, шаман успокоился и настроился на деловой лад. Он вытащил из комода два заготовленных заранее мешочка, от которых исходили странные растительные запахи, и взял стоявшую рядом приличных размеров шкатулку, скорее похожую на небольшой сундучок с ручкой на крышке.
        - Предлагаю провести ритуал на крыше Альберта, - шаман направился к двери, жестом приглашая нас за собой, - сегодня там должно быть просто замечательно.
        Нам по большому счёту было всё равно, где испытывать судьбу, поэтому мы с учеником молча пошли вслед за Арроем. Он подвёл нас к частоколу, оглянулся по сторонам и нажал на два бревна, которые подозрительно легко отклонились наружу, образуя вполне проходимый лаз.
        - Тут есть короткая дорога, чтобы всю деревню не обходить, - шаман пропустил нас вперёд, вылез следом и вернул брёвна на место. Со стороны частокол выглядел монолитным, только едва заметная тропа, упирающаяся в глухую стену, наводила на подозрение. - Вы уж, пожалуйста, никому про этот проход не рассказывайте, особенно Ходкевичу, а то он ругаться будет.
        Пройдя по лесной тропе, мы оказались на вершине холма, густо заросшего деревьями с нашей стороны. На самой вершине обнаружилась небольшая поляна. На ней размещался сарай, собранный из грубо отёсанных брёвен и стоящий почти на краю резко уходящего вниз каменистого склона. Вид отсюда открывался действительно завораживающий. Густой лес начинался там, где заканчивался склон, и простирался вперёд и в обе стороны почти сплошным ковром, прорезанным плавно изгибающейся линией реки, угадываемой только по просвету между макушками деревьев. Солнце висело чуть правее и не мешало осматривать величественный пейзаж.
        - Вот мы и пришли. Прошу за мной, - шаман поднял из травы лестницу и приставил её к краю плоской пологой крыши. - Залезайте, не бойтесь, крыша крепкая.
        Мы сидели на покрывале, которое Аррой постелил на доски, сбитые внахлёст, и смотрели на раскинувшийся перед нами лес и накрывающее его бездонное небо. Тем временем шаман открыл свой волшебный сундучок и начал вытаскивать из него набор инструментов. Длинную гибкую трубку с костяным мундштуком, украшенным причудливой резьбой. Высокий круглый кувшин, похожий на кофейник с двумя носиками в верхней части. Трубу с небольшой тарелкой на одной стороне и широкой пробкой, идеально подходящей к горлышку кувшина, на другой. Огниво, несколько кусочков древесного угля и металлические щипцы.
        Затем Аррой налил из фляги в кувшин жидкость с тонким приятным ароматом, собрал всю конструкцию, поставил на верхнюю тарелку маленькую плошку с множеством отверстий в стенках и дне, положил в неё кусок угля, капнул на него какой-то маслянистой жидкостью и поджёг. После чего с помощью щипцов начал аккуратно обкладывать плошку со всех сторон измельчёнными стеблями и листьями, которые доставал из пахучего мешочка.
        Пока шаман занимался приготовлениями, на поляну подтянулась группа бородатых мужиков. Они открыли дверь и некоторое время гремели и топали внутри сарая, переговариваясь в полголоса.
        - Привет, Аррой! - громким густым басом окликнул шамана один из пришедших, - Я смотрю, ты сегодня не один.
        - Добрый день, Тин! - шаман приветливо махнул рукой, - У нас сегодня тут важное мероприятие. Милсдарь ведьмец попросил устроить для его ученика испытание.
        - Доброго здоровья, милсдарь, вам и вашему ученику, - бородатый здоровяк приподнял над головой шляпу, - Не будем вам мешать.
        - И вам доброго, - откликнулся я.
        - Это артель лесорубов из нашей деревни, - уточнил Аррой, раздувая уголь. Лежащая на верхней тарелке трава начала слегка тлеть, распространяя вокруг себя необычный аромат. - А старший из них - Валентин Вудман. Ему нравится, когда все зовут его Тин.
        Шаман подсоединил трубку к носику кувшина, заткнул второй носик пробкой, взял в рот мундштук и начал длинными затяжками втягивать в себя воздух. Внутри кувшина бодро забулькало. Через какое-то время изо рта шамана пошёл лёгкий дымок. Аррой ещё пару раз затянулся, выпустил облачко ароматного дыма и поправил щипцами траву на тарелке.
        - Предлагаю начать с моего любимого состава, - шаман ещё раз затянулся, - он поможет вам настроиться и подготовиться.
        Я взял протянутый мне мундштук и втянул в себя слегка сладковатый дым, отдающий фруктовыми и ягодными нотами. Потом выдохнул, снова повторил и передал мундштук ученику. Тот тоже пару раз затянулся и передал эстафету Аррою.
        Тем временем внизу разгорелся спор, переходящий в ругань. Ругался в основном Тин, остальные вяло отбрёхивались. Аррой вдохнул дым и задержал дыхание, передавая мундштук снова мне.
        - Последний раз спрашиваю, кто из вас, раздолбаев, оставил вчера пилу в недопиленном стволе? - в голосе Тина звучало явное недовольство. - Ладно, мне насрать, кто это сделал, решайте теперь сами, как вы её будете вытаскивать.
        Послышался нестройный ропот, потом один из голосов ответил:
        - Это Артур с Карлом оставили, они вчера последние пилу брали. Артура нет сегодня, а Карл вот он. Стоит и молчит, как не при делах.
        - Карл! - насыщенный бас отразился эхом в низине, - У тебя что, мозгов не хватает запомнить, что так нельзя делать? Дерево за ночь разбухло и зажало пилу намертво, Карл! Вот теперь как хочешь, так и выковыривай её, хоть пальцем, хоть своей бестолковой головой. И только попробуй её испортить! Это была последняя пила, Карл!!!
        Мне стало смешно. Я представил себе Карла, ковыряющего дерево пальцем и изредка постукивающего по стволу своей головой, и еле сдержался, чтобы не заржать в голос.
        - Пальцем, Карл! - я фыркнул и толкнул Пшемека локтем, передавая мундштук. Тот затянулся и тоже захихикал, выпуская дым одновременно изо рта и из носа.
        Тем временем Карл начал что-то невнятно бубнить в своё оправдание, на что получил очередную порцию:
        - Мне пофиг, что ни у кого из вас сил не хватит её вытащить, Карл! Зови Артура. Я насколько помню, у него богатый опыт в вытаскивании всяких застрявших железок. Вытащит с первого раза - назначу его вашим бригадиром. Так от него хоть вреда меньше будет.
        Мы полушёпотом ещё немного пообсуждали разбухшие деревья, застрявшие железки, Артура, Карла и всех лесорубов вместе взятых, продолжая передавать мундштук по кругу.
        - Я полагаю, что вы уже готовы перейти к основному этапу испытания, - шаман сдул пепел от полностью истлевшей первой порции и взял в руки второй мешочек.
        Запах от новой смеси трав оказался чуть более резким и насыщенным. После первой же затяжки я почувствовал, как волосы на моей голове начали расти в несколько раз быстрее. Или мне это показалось. Я потрогал свою причёску. Волосы упруго пружинили под моей ладонью, и я слегка увлёкся, прижимая и отпуская их. Аррой забрал у меня мундштук и сказал, обращаясь к Пшемеку:
        - Приготовься, юноша, сейчас ты познаешь границы возможностей своего тела и своего разума, - мундштук перешёл к моему ученику.
        Потом Аррой затянулся сам и передал мундштук мне. Я посмотрел на раскинувшийся под нами зелёный океан трепещущих листьев, по которому ветер гнал лёгкие волны, раскачивая макушки деревьев. По ярко-голубому небу неторопливо плыли редкие облака, маня с собой и заставляя чувствовать небывалую лёгкость. Кажется, в этот момент я потерял чувство реальности и погрузился в пучину каких-то странных и невообразимых ощущений…
        …После третьей затяжки убило всех, кроме одного отрока. Оный, мучимый бурным безумием, вдруг впал в глубокое беспамятство. Очи его стали аки стекло, он непрестанно хватал руками покрывало либо водил ими в воздухе, как бы желаючи ухватить перо пишущее. Дыхание его стало громким и хриплым, пот хладный, липучий и смердящий выступил на коже. Тогда дал ему шаман ещё раз затянуться. На сей раз начался из носа кровоток, а кашель перешел во рвоту, после коей отрок совсем светшал и обессилел. Признаки таковые не мягчали несколько часов… Наконец настал вечер. Отрок очнулся как бы ото сна и отверст очи, а очи его были красны како у кролика-альбиноса…*
        - Чёрт, как же жрать хочется, - сиплым голосом произнёс Пшемек.
        - Полностью поддерживаю, - я продолжал сидеть с блаженным лицом, глядя, как приближающийся закат подсвечивает макушки деревьев огненными красками, - надо возвращаться. Нас там ужин уже заждался.
        - Поздравляю тебя, отрок, ты с честью выдержал испытание, - Аррой торжественно положил руку на плечо моего ученика. - Я в какой-то момент уже было подумал, что тебя на измену пробило. Но, нет, вижу, что только на пожрать.
        Пшемек в ответ молчал и таращился по сторонам своими красными глазами.
        
        * Вольный пересказ эпиграфа (Манускрипт «Испытание Травами и иные тайные ведьмаков практики, собственными глазами наблюдавшиеся») к третьей главе романа "Кровь эльфов" - третьей книги из цикла «Ведьмак» Анджея Сапковского.
        * * *
        В деревню мы вернулись той же тайной тропой. Я поблагодарил шамана и пообещал, что в ближайшие дни обязательно загляну к нему, чтобы помочь уничтожить опасные растения, оккупировавшие окраину его огорода. За ужином мы дважды удивили Мойшека, попросив добавки. Когда я доедал третью тарелку холодца, ко мне пришло понимание, что с тренировкой сегодня опять выйдет облом. Потому что я не то, что тренироваться, даже пошевелиться не могу. Пшемек был примерно в таком же состоянии. Мы решили некоторое время посидеть, пока гравитация не смилостивится над нами и не позволит поднять переполненные животы, чтобы доковылять до номера.
        Штефан, похоже, заметил меня, сидящего в состоянии волка, которому добрые охотники вскрыли брюхо и заполнили его камнями, забыв предварительно вытащить оттуда Красную Шапочку и её бабушку.
        - Привет, Витольд, - повар подошёл и присел напротив, - я слышал, вы сегодня к шаману ходили и пропали на полдня.
        - Привет, - я с трудом протянул руку для приветствия. - Да, ходили. Он нам испытание травами устроил по заявке моего ученика.
        - То-то я смотрю, у вас сегодня аппетит подозрительно хороший. Я уж было подумал, что холодец сегодня какой-то особенно вкусный получился. Попробовал - нет, обычный.
        - Дядя Штефан, представляете, я испытание выдержал и не умер! - всё ещё красные глаза Пшемека светились от восторга, - Это значит, что я теперь настоящий ведьмец, и моё тело приобрело новые уникальные способности!
        - Пока что я вижу только способность жрать в три горла, - усмехнулся повар.
        - Это значит, что моему телу требуется усиленное питание, чтобы нарастить мышцы и укрепить кости, - Пшемека прорвало на разговоры, - так что я уверен, что всё идёт, как должно. В книге так и написано, что под воздействием трав в организме начинается эта, как её, трансмудификация!
        - Штефан, ты извини, но я, похоже, сегодня не смогу тренироваться. Как видишь, моему телу тоже срочно понадобилось нарастить кости и укрепить мышцы, - я почувствовал, что мои глаза начинают слипаться. - Может, в другой раз?
        - Да уж, я заметил, что вы оба сидите тут и трансмудифицируетесь, - повар хохотнул. - Вон какая мощная мышца у обоих на животе образовалась.
        Штефан хлопнул Пшемека по пузу, от чего тот чуть было не вернул весь ужин обратно на стол.
        - Да и вообще, Витольд, с твоим аппетитом надо тренировки перенести на другое время, а то на полное брюхо скакать - пользы мало.
        Я кивнул, соглашаясь с очевидным фактом. Пшемек начал о чём-то горячо спорить со Штефаном, а меня непреодолимо клонило в сон. Видимо, я так и уснул сидя, потому что проснулся от того, что стукнулся лбом об стол.
        - Если ты пытаешься починить свою память, то биться нужно сильнее, - повар хлопнул меня по плечу. - Пошли, помогу до комнаты дойти, а то тебя что-то совсем сморило.
        Дальнейшее я помню смутно, потому что практически спал на ходу. Мы каким-то чудом затащили моё переполненное пузо на второй этаж и уложили на кровать. Следующее, что я почувствовал, это солнечные лучи, настойчиво щупающие меня за лицо и пытающиеся объяснить мне, что уже утро и пора вставать.
        Глава 21. Мечи и имена
        Спустившись к завтраку, мы застали Мойшека и Эммета, стоявших напротив друг друга у стойки и увлечённо обсуждавших технологию приготовления кофе. Между ними стояла кофеварка, очень похожая на ту, которую мы видели в доме кузнеца.
        - Вот здесь каталитическая горелка, а сюда заливается керосин. Пришлось сделать версию на жидком топливе, электричества-то у вас тут нет, - Эммет объяснял трактирщику принцип работы кофемашины.
        - Доброе утро, - я бесцеремонно влез в их разговор, - Эммет, вы не представляете, насколько я рад вас видеть. Я уже измучился без кофе. Да и мечи не терпится посмотреть.
        - Ну, теперь с кофе проблем не будет, - кузнец пожал протянутую ему руку, - а мечи ждут вас на вашем столе.
        Мы с Пшемеком наперегонки рванули в дальний угол, где на столе лежали два свёртка, один подлиннее, второй покороче. Я развернул свой меч и замер от удивления. Тёмная поверхность клинка выглядела настолько необычно, что какое-то время я не мог оторвать от него взгляд. Изящная гарда из полированной стали отражала в себе предметы не хуже зеркала. Рукоять, обвитую крест-накрест тёмно-коричневым кожаным ремешком, венчал чёрный кристалл, закрепленный в четырёх спиральных крапанах, прочно обхватывающих камень. Меч скорее был похож на коллекционное ювелирное изделие, чем на боевое оружие. Я обернулся и посмотрел на гениального кузнеца. Тот наблюдал за мной с довольной улыбкой. Было заметно, что он гордится шедевром, который ему удалось создать.
        На фоне моего меча оружие ученика выглядело заметно скромнее, но тоже внушало трепет. Обе режущие кромки клинка были выполнены из того же мельхифрила, что и мой меч, но при этом смотрелись настолько целостно и органично, что казалось, словно они с самого начала были тут. Пшемек схватил свой меч и потрогал лезвие, после чего отдёрнул руку. На его большом пальце выступили капельки крови.
        - Вот холера, какой он острый, - ученик сунул палец в рот.
        - Теперь однозначно первым делом нужно идти заказывать ножны, - я осторожно потрогал свой клинок и убедился в том, что он заточен ничуть не хуже. - Такое оружие подмышкой особо не поносишь, можно себе отрезать что-нибудь невзначай.
        - Я вижу, что вы довольны результатом, - Эммет подошел и встал рядом, светясь от гордости. - Мне было очень приятно работать с этим чудесным металлом. Единственное, чего я до сих пор не могу понять, как это так удачно вышло, что ваш метеорит не обгорел и не перегрелся. Мельхифрил, из которого сделаны ваши мечи, заметно отличается по структуре от того метеорита, из которого я ковал нож для Штефана, причём отличается в лучшую сторону.
        - Эммет, у меня можете даже не спрашивать, я в метеоритах вообще не разбираюсь, - я продолжал любоваться своим мечом, взяв его в руку и подставив клинок лучам солнца, заглядывающим в окно. - Посмотрите, какой необычный эффект.
        Солнечный свет, попадая на поверхность клинка, разбивался на тысячи мельчайших светящихся точек всех цветов спектра с незначительным преобладанием зелёного и голубого. Меч при этом казался окутанным светом, словно сам светился изнутри.
        Штефан выглянул из кухни и тоже увидел, как меч в моих руках переливается разноцветными всполохами. Он подошёл и с интересом разглядывал мою обновку. Пшемек тоже подставил свой меч под потоки света, и мы увидели, что накладки на его клинке точно так же начали светиться, ничуть не уступая своему старшему брату.
        - Витольд, извини, что я тебе вчера не поверил, - Штефан стоял с озадаченным лицом, - но теперь вижу, что ты не врал. Тебе очень повезло найти этот метеорит. Даже мой нож не настолько хорош, как ваши мечи.
        Повар вытащил свой тесак и поднёс его параллельно моему мечу. Свет заиграл на лезвии, отражаясь яркими сине-зелёными вспышками, но, откровенно говоря, такого эффекта, как от наших клинков, не получилось.
        - Ура! - завопил рядом Пшемек, - Теперь у нас настоящее ведьмецкое оружие! Трепещите, твари, ведьмец и его ученик скоро придут за вами!
        Сидящие через стол от нас незнакомые мне мужики как-то странно заёрзали и начали с подозрением оглядываться.
        - Не беспокойтесь, это он не вам. - Я укоризненно посмотрел на ученика, - Паша, скромнее надо быть. И не ори так, всех клиентов Мойшеку распугаешь.
        Трактирщик, услышав своё имя, вспомнил, что вообще-то по плану у нас должен быть завтрак. Он резво побежал на кухню, а мы продолжали стоять и рассматривать наши мечи и нож Штефана, удивляясь тому, насколько они отличаются. При обычном свете было понятно, что металл и там и там практически одинаковый, но в солнечных лучах разница была очевидна.
        - Прошу прощения, Эммет, - я, наконец, оторвался от созерцания, - мы так увлеклись, что забыли вас поблагодарить.
        - Не стоит, - кузнец тронул меня за плечо, - я рад, что мне выпала честь создать для вас это оружие. Наверное, это лучшие мечи, которые я когда-либо делал.
        Тем временем Мойшек и его племянник принесли нам завтрак и начали расставлять на столе тарелки.
        - Позвольте хотя бы в знак благодарности угостить вас завтраком? - я незаметно сунул Лешеку серебряную монету. - А потом мы попробуем кофе из новой кофеварки.
        Эммет согласился и сел за наш стол. Мы с Пшемеком положили мечи на соседнюю лавку и тоже приступили к завтраку. Пока завтракали, успели обсудить несколько теорий, которые были у Эммета насчёт нашего метеорита. Самым правдоподобным было предположение, что за счёт своей почти вертикальной траектории наш метеорит не успел перегреться и обгореть в атмосфере, поэтому структура металла осталась в первоначальном виде. А вот насчёт того, как этот первоначальный вид получился, ни у кого из нас даже мыслей не нашлось.
        * * *
        Закончив завтракать и попрощавшись с Эмметом, я аккуратно завернул мечи обратно в плотную ткань, привычно взял их подмышку, и мы с учеником направились к кожевнику заказывать ножны. Пшемек шёл чуть впереди, работая навигатором. Мы свернули в переулок, ведущий к конюшням, и вскоре добрались до нужного адреса. Я мельком глянул на стену конюшни и обнаружил на месте герба с крыльями большой чёрный квадрат. Не факт, что художники скоропостижно переквалифицировались из гениталистов в абстракционисты, но хотя бы послушались, и то хорошо.
        Гжегош оказался бодрым мужичком средних лет с большими грубыми ладонями. Он радушно пригласил нас в свой уютный светлый дом.
        - Добрый день, я Витольд Крючковский из Мытищ, - по привычке представился я.
        - Очень приятно, а я Гжегош Бженчишчикевич из Хжёншчижевошице.
        Мне показалось, что мой слуховой аппарат сломался, и вместо нормальных звуков он теперь выдаёт сплошные помехи, шипение и скрежет. Потом я вспомнил, что не ношу слуховой аппарат. Я сунул палец себе в ухо, яростно почесал в надежде починить звук и переспросил:
        - Простите, как?
        - Гжегош Бженчишчикевич, - услужливо повторил кожевник, - из Хжёншчижевошице.
        Ничего не поменялось, всё то же шипение и скрежет. Я посмотрел на Пшемека, но его лицо не выражало никаких эмоций, словно услышанное было для него в порядке вещей.
        - А это Хшёнж... Хжопщ… город ваш родной, он далеко отсюда? - мне захотелось выяснить, как часто мне будут попадаться собеседники с непроизносимым набором звуков вместо фамилии и адреса.
        - Это не город, это посёлок, - пояснил кожевник. - Не очень далеко, вёрст сто пятьдесят на запад, рядом с Мшчоновишице, гмина Гжмишчославице, повят Тжчиногжехотниково.
        Я практически ощутил, как мой мозг начал разжижаться и плескаться внутри черепа.
        - Чёрт, как всё сложно. Паша, ты запомнил? - я посмотрел на ученика, но тот отрицательно покрутил головой. - Простите Гжегош, можно я буду обращаться к вам только по имени? Я, наверное, не смогу запомнить все остальные слова, которые вы мне сейчас сказали.
        - Так зачем запоминать, вы запишите. Бжен-чиш-чи-ке-вич, из Хжён-шчи-же-во-ши-це.
        Мой мозг отчаянно хлюпнул, пытаясь выплеснуться наружу.
        - Гжегош, прекратите. Как я запишу, если я это даже выговорить не могу? - у меня начали дёргаться сразу оба глаза. - Вот признайтесь честно, вы пьёте?
        - Ну, бывает…
        - А в нетрезвом состоянии вы тоже можете без запинки выговорить свою фамилию и место рождения?
        - Отчего же нет, они ведь совсем простые. Вот есть у меня кум…
        - НЕТ!!! - заорал я, - Не надо кума, а то мой мозг окончательно придёт в негодность, - я пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы успокоиться. - Блин, ну есть же простые и понятные наименования. Паша, вот что тут рядом?
        - Бжешче, Вежхославице, Жендживоёвице, Шиманковщчизна… - по ехидной роже ученика было понятно, что он знает населённые пункты с вполне произносимыми названиями, но решил надо мной поиздеваться.
        - Зараза, и ты туда же? - я рванулся к Пшемеку, чтобы наподдать ему пендаля. Тот был готов и побежал от меня, огибая стол, стоявший в центре комнаты.
        С мечами подмышкой бежать было не только неудобно, но и опасно. Я пару раз их чуть не выронил, что разозлило меня ещё больше. Кожевник благоразумно прижался к стене и следил за нами, как астроном за двойной звездой с коротким периодом обращения. Где-то на четвёртом круге я вспомнил о цели нашего визита. Остановился, постоял немного, приходя в себя, и снова обратился к хозяину дома:
        - Извините, Гжегош, мы вообще-то к вам по делу. Мне и моему ученику нужны ремни с перевязью и ножны для мечей.
        - Ну, так чего же вы тогда бегаете? Давайте я вас померяю, да и мечи ваши заодно.
        Достав из кармана кусок бечёвки, кожевник измерил меня в разных направлениях, завязывая узелки. Затем осторожно взял мой меч, приложил и отметил ширину основания клинка на листе бумаги. Потом передвинул листок на четверть и снова отметил, потом то же самое сделал на середине лезвия и почти на самом конце. Длину измерил всё той же бечёвкой, завязав ещё один узел с петелькой. Попутно Гжегош рассказывал мне свежие сплетни, большую часть из которых я даже не запомнил. Потом те же манипуляции испытали на себе Пшемек и его меч, а я вспомнил, как мы ранее подвергались биометрической процедуре на хуторе у Эммета, вот только измерительные приборы отличались радикально. Мой меч оказался слишком длинным, чтобы его было удобно носить на поясе, и Гжегош предложил сделать заплечные ножны со специальным хитрым ремнём, потянув за который можно сдвинуть ножны вниз, иначе меч из них будет невозможно вытащить. Пшемеку тоже захотелось заплечные ножны, и кожевник согласился, что так мы с учеником будем выглядеть как слаженная боевая команда.
        Когда снятие мерок закончилось, я уточнил стоимость материалов и работ и удивился тому, насколько она оказалась низкой в сравнении с ценой на мечи. Гжегош пообещал назавтра лично занести мне заказ, когда он будет готов. Я сразу оставил ему тридцать крон, и на этом мы распрощались.
        * * *
        На обратном пути Пшемек выпросил у меня свой меч и нёс его в руке, периодически любуясь клинком и принимая фотогеничные позы. Местные жители не разделяли его радости и предпочли попрятаться, едва завидев нас.
        - Милсдарь, а как вы назовёте свой меч? - ученик в очередной раз изобразил полукруговой батман. - Я читал, что у ведьмецов принято давать имена своему оружию.
        - Я пока ещё об этом не думал, - я поправил свой меч, завёрнутый в полотно и в очередной раз пытающийся вывалиться из свёртка.
        - Ну как же, нельзя настоящему мечу оставаться безымянным. Что это за герой, у которого в руках меч без имени?
        - Я подумаю над этим завтра, - попытки меча выброситься на дорогу уже начали меня раздражать, - а то сейчас мне кроме «Скользкая сволочь» и «Кудабля» никаких других вариантов не приходит в голову.
        - «Скользкая сволочь» - это очень необычно, - Пшемек изобразил два наскока с атакой низкорослого гнома поочерёдно в правый и левый глаз. Или это была атака высокорослого тролля в правое и левое…? - А я хочу назвать свой меч так, чтобы сразу было ясно, насколько он крут и опасен. Например, «Смерть поганой нежити».
        - Нелогичное название, - я перехватил свёрток, пытаясь поймать центр тяжести. - Нежить и так неживая. Это всё равно, что назвать обычный меч «Жизнь замечательных людей».
        - Тогда я назову его «Длинный коготь»! - ученик со свистом нарисовал клинком в воздухе букву «Х».
        - Да ладно, какой он длинный. Максимум «Средний коготь». Моему мечу едва по гарду будет, - я опять поправил свёрток. - Да что за хрень происходит? Туда вроде нормально дошли, а обратно словно кто вазелином меч намазал.
        - Я не мазал, - Пшемек продолжал демонстрировать свои неуклюжие финты и атаки, - Может он на своё новое имя обиделся? Не каждому мечу понравится, если его Сволочью назвать.
        - Какой ты у меня догадливый, - я посмотрел на ученика, который всё больше увеличивал амплитуду и скорость движений. - Ты, может, уже успокоишься и перестанешь размахивать своим мечом? Помнишь, чем в прошлый раз закончилось, когда ты в лесу просеку пытался прорубить?
        - Да ну, в этот раз на нас некому нападать, - Пшемек всё же немного сбавил обороты. - Я думаю, что вряд ли у бабки Ядвиги было два Холерика. Она бы тогда не стала так сильно расстраиваться из-за того, что вы одного прикончили.
        - Да уймись ты, пока не отрубил себе что-нибудь, - я снова чуть не выронил меч и едва сдержался, чтобы не выругаться. - Сегодня же отведу тебя к Ходкевичу и попрошу не выпускать до тех пор, пока ты не научишься с мечом обращаться. Всё равно без ножен с такими острыми и скользкими мечами невозможно никуда ходить и ничем заниматься. А как немного подучишься, так и приступим уже к своим обязанностям. Если ты не забыл, у нас контракт на козлонога всё ещё не закрыт.
        Пшемек насупился, но размахивать мечом перестал.
        - Вот немного освоишь технику безопасности, - продолжил я, - и пойдём с тобой Арроя спасать от его ужасных растений. Там твоя ненависть к зелёным насаждениям как раз пригодится. А пока подумай над нормальным именем для своего меча. И давай его сюда, уже почти пришли. Не хватало ещё в трактире кого-нибудь случайно покалечить.
        Глава 22. Коллега
        Заглянув в трактир, мы выяснили, что до обеда ещё оставалось время, и я исполнил свою угрозу. То есть отвёл Пшемека в казармы и попросил устроить ему курс молодого ведьмеца. Ян предложил для полноты ощущений оставить ученика до следующего вечера, и я с радостью согласился, потому что, честно говоря, уже немного устал от общества этого конопатого оболтуса. Пашу сразу же перепоручили тренеру мечников и отправили заниматься. Потом мы с Яном договорились, что ученика покормят в солдатской столовой, а всё остальное время он проведёт за тренировками и мероприятиями, укрепляющими боевой дух и силу воли. Я уточнил, не слишком ли сурово заставлять парня драить солдатский сортир, на что капитан ответил, что это самый надёжный способ проверить стрессоустойчивость и волю к победе. На вопрос о стоимости Ян отмахнулся, сказав, что казна не обеднеет и у них предусмотрен резерв на подобные случаи. Да и мытьё сортира тоже пойдёт в зачёт.
        - Так и таскаешь оружие подмышкой? - капитан подмигнул мне.
        - Мы как раз от Гжегоша, ходили к нему заказывать ножны, - ответил я. - Эммет только сегодня утром отдал нам мечи.
        - Хочешь сказать, это твой новый меч, сделанный целиком из мельхифрила? - Ян кивнул на мой свёрток.
        - Да, - я наблюдал, как Ходкевича раздирает любопытство, и не торопился ничего показывать.
        - Серьёзно?
        - Конечно. Какой смысл мне врать?
        - И?..
        - И я не вру, - мне доставляло удовольствие измываться над Яном за то, что он мне позавчера не поверил. - Это тот самый меч, о котором я тебе говорил.
        - Ну так давай, показывай.
        - Вот ещё. С чего бы вдруг?
        - А с того, что я всё равно не поверю, пока сам не увижу.
        - Хрен с тобой, золотая рыбка, - я решил, что на сегодня с капитана достаточно интриги и пора его добивать. - Смотри.
        Я взялся за рукоять и стянул с меча ткань. Яркое солнце отразилось от клинка радужными брызгами, а вдоль режущей кромки образовался светящийся ореол.
        - Обалденеть, - только и смог сказать Ян. - Он что, зачарованный?
        - Вроде нет, самый обычный, - я попытался изобразить в голосе безразличие и обыденность, словно каждый день держу в руках по десятку таких мечей. - Эммет ничего не говорил про зачарование, да и он наверняка не умеет. Он же не волшебник, а обыкновенный кузнец.
        - Витольд, прояви хоть каплю уважения, - Ян не мог оторвать взгляд от меча, - обыкновенный кузнец такое никогда не сможет сотворить.
        - Да ладно, - я улыбнулся, - это я над тобой издеваюсь за твоё недоверие. Конечно же Эммет гениальный кузнец, к гадалке не ходи.
        - Ну и как, ты его уже опробовал? - капитан плотоядно облизнулся, продолжая гипнотизировать меч.
        - Как-то пока не было случая, - я повернул клинок, и вдоль кромки пробежал яркий голубовато-зелёный отблеск. - А что, есть на ком?
        - Ну ты и кровожадный, Витольд. Все ведьмецы такие?
        - Понятия не имею, я с того момента, как память потерял, ещё никого из своих коллег не встречал.
        - Кстати, о коллегах, - Ян наконец-то отвёл глаза от меча и посмотрел на меня, - мне доложили, что сегодня в деревню прибыл один из них.
        - И где он? - мне срочно захотелось пообщаться с тем, кто наверняка сможет помочь в моих попытках вспомнить хоть что-то о ведьмецах в целом и обо мне в частности.
        - Так в трактире, скорее всего, куда ему ещё податься. Только он вроде как и не ведьмец, - Ян увидел, как загорелись мои глаза от предвкушения, и поспешил охладить мой пыл. - Он представился как охотник на нечисть. Хоть и одет он, как и ты, во всё чёрное, но меча у него нет. Может его тоже кто-то ограбил, как и тебя?
        - Да, будет смешно, если окажется, что он тоже потерял память и нихренашеньки не помнит о себе.
        Ходкевич пожал плечами. Я не стал больше задерживаться. Завернул меч, сунул его подмышку, попрощался с Яном и быстрым шагом отправился в трактир.
        * * *
        За нашим столом спиной к стене сидел коренастый черноволосый мужчина в плотном чёрном кожном плаще и чёрной широкополой шляпе, которую он даже не подумал снять, и неторопливо жевал какую-то еду. Рядом с ним на столе стояла початая бутыль с самогоном, который Мойшек обычно придерживает для особых случаев и непростых гостей. Рядом с бутылью стояла стеклянная рюмка, что сразу же обозначало, что трактирщик признал в посетителе очень уважаемого человека.
        Я засомневался, стоит ли сразу идти знакомится, или лучше немного подождать. С другой стороны, чего ждать? Что гость допьёт самогон и ему станет не до знакомства? Или что он закончит обедать и уедет? Наконец, решившись, я бодро направился к стойке.
        - Мойшек, вы случайно не в курсе, вон тот молодой человек в шляпе надолго у нас?
        - Не знаю, милсдарь, - трактирщик потёр нос. - Про комнату он не спрашивал, просто попросил обед и лучший самогон. Сразу заметно, разбирается человек в выпивке.
        Я некоторое время постоял, собираясь с мыслями, и не придумал ничего лучше, как попросить у Мойшека обед, такую же бутыль самогона и стопку. Получив самогон и посуду, я неторопливо подошёл к столу, остановился напротив потенциального коллеги и спросил:
        - Не возражаете, если я составлю вам компанию?
        Черноволосый приподнял голову, оглядел меня из-под полей своей шляпы, молча кивнул и приглашающе шевельнул рукой. Я поставил свою бутыль рядом с его, сел напротив и положил свёрток с мечом на лавку.
        - Я Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец, - мне показалось, что представиться будет вполне уместно. - Живу тут, по соседству.
        - Гэбриэль, - гость сделал паузу, видимо, раздумывал, говорить свою фамилию, или не стоит. - Я… издалека. Охотник на нечисть. Проездом.
        Почувствовалось, что мой собеседник не очень настроен на болтовню. Я налил себе из уже открытой бутылки и поднял рюмку:
        - За знакомство!
        - За знакомство, - Гэбриэль поднял свою стопку в ответном жесте.
        Мы выпили, и в это время Лешек очень кстати принёс мой обед. Немного перекусив, я всё-таки решился и спросил охотника:
        - Надолго к нам?
        - Завтра утром уеду.
        Я догадался, что пока вопросов достаточно, и наполнил рюмки. Охотник продолжил сосредоточенно жевать, и я не стал торопить события, коварно ожидая, что он будет вынужден хоть что-то сказать перед тем, как снова выпить. Гэбриэль очень ловко выкрутился, похоже, имел в этом богатый опыт. Он поднял рюмку и сказал:
        - Будем.
        - Будем, - мне ничего не оставалось, как поддержать тост.
        Мы продолжили обед. Охотник сидел с задумчивым видом и отсутствующим взглядом. Я уже начал терять терпение и придумывать, как бы возобновить беседу, но тут гость снова наполнил рюмки и взял свою в руку.
        - Ты же не просто так сел ко мне за стол? - он наконец-то отвлёкся от своих мыслей и изучающе оглядел меня. - По твоему лицу видно, что ты хочешь меня о чём-то спросить. Спрашивай.
        - Откровенно говоря, я надеялся встретить здесь ведьмеца, - я тоже поднял рюмку, - и не уверен, что есть смысл задавать мои вопросы охотнику на нечисть.
        - Смотря какие вопросы, - Гэбриэль отсалютовал рюмкой и выпил.
        Я повторил его жест и тоже выпил. Вопросы роились в моей голове, но я подозревал, что ни на один из них охотник мне не сможет дать ответ. Поэтому я перестал заморачиваться и решил просто поболтать, раз уж мы так хорошо начали.
        Я спросил Гэбриэля, как давно он занимается своим ремеслом и в чём отличие его работы от работы ведьмецов. Он рассказал, что его нанимают на задачи, которыми ведьмецы обычно не хотят заниматься. В основном он борется с оборотнями и вампирами, в отличие от ведьмецов, которые больше специализируются на всякой нежити, духах, тварях и чудовищах. За разговором мы уговорили первую бутыль и перешли ко второй. Я вспомнил, как мы квасили недавно с Ходкевичем, и усмехнулся, решив, что после испытания травами мой организм должен с лёгкостью справиться с обычным самогоном, тем более под хорошую закусь.
        Гэбриэль рассказал, что едет на юго-восток, выполнять крупный заказ. Остановился тут потому, что у лошади слетела подкова и пришлось срочно искать кузнеца. Когда я попросил уточнить, что за заказ, охотник разлил ещё по одной, и начал рассказывать:
        - Меня наняли, чтобы я убил одного румынского графа. Зовут его Валдис Кипеш, - Гэбриэль достал из кармана карточку и показал мне.
        На плотной бумаге был изображён бледный мужик с тонкими чертами лица и чёрными волосами, зачёсанными назад. Глаза выглядели так, словно он их подкрашивал, а губы были сжаты в манерной ухмылке.
        - Слащавый он какой-то. Одно слово - румын, - я вернул карточку. - А что он натворил?
        - Да там мутная история. Вампир он. Захватил замок, перекусал кучу народу, объявил себя правителем и занялся планомерной зачисткой своих владений от антисоциальных элементов. Всех разбойников да воров на кол пересажал. До того народ довёл, что о воровстве да прочих лихих делах даже думать перестали.
        ­ - Так это же хорошо, зачем кому-то понадобилось его устранять? - мне было совершенно непонятно, чего плохого в искоренении преступности.
        - Да не в этом причина, ты дальше слушай, - Гэбриэль опрокинул очередную рюмку. - Он там всех девок в окрестностях перепортил. Говорят, каждой обещал, что она станет его невестой. За любвеобильность соседи начали называть его «граф Дрюкула».
        - Тоже не вижу проблемы. Честный человек, обещал жениться, так что всё в рамках приличия.
        - Так это ещё не всё. Через какое-то время укусил он одного модного портного, который был у него в гостях проездом, а тот портной оказался с придурью нездоровой. Видимо, с кровью портновской графу эта придурь передалась, потому как после этого он к девкам охладел, да на мужиков начал поглядывать. Пока он с девками развлекался, народ его ещё как-то терпел. А вот как опасность к мужикам начала сзади подкрадываться, так они и всполошились. Наняли отряд, чтобы этого графа прямо в его же замке замочить. Серьёзный отряд, и название у них то ли «Чёрная река», то ли «Мутная вода», сразу понятно - замочат любого. Но что-то у них там пошло не так. Пробраться-то они к нему пробрались, но убить не смогли. Он их тоже убивать не стал и даже отпустил восвояси. Вернулись все живые, но какие-то грустные. Никто из них ничего не рассказывал, собрались всем отрядом и уехали. Говорят, где-то в горах монастырь свой организовали, чисто мужской.
        Мы с Габриелем махнули ещё по одной, закусили, и он продолжил:
        - С тех пор все соседи этого графства нервничают. Весь вазелин в окрестностях скупили, говорят - на оборонные нужды. Ну а я как-то недавно одному монаху по пьянке ляпнул, что специализируюсь на уничтожении вампиров, так он мне этот контракт и подсунул да все подробности про графа рассказал. Платят, вроде, хорошо, но я жопой чую, что есть там какой-то подвох.
        - Забей, - я разлил очередную порцию, - всё время есть какой-то подвох. Мне вон контракт на козлонога впарили. А я вообще не представляю, где этого козлонога найти и как с ним бороться.
        Еда на столе уже почти закончилась, да и бутылки опустели. Я покачал пальцем пустую рюмку и вопросительно посмотрел на Гэбриэля. Тот кивнул. Обернувшись к стойке, я увидел, что Мойшек уже идёт в нашу сторону и несёт ещё две полные бутыли. Определённо, у него талант угадывать желания посетителей. Следом с кухни подоспела закусь, и наше с охотником непринуждённое общение возобновилось. Мы болтали обо всякой ерунде. Я рассказал про местных поборников высокого искусства в лице Игнация и его команды гениталистов. Гэбриэль в ответ вспомнил разные случаи и поучительные истории из своей жизни.
        - Хочешь славы - сделай что-нибудь, чтобы тебя заметили, - охотник вскинул голову и состроил пафосное выражение лица. - Подвиг там какой-нибудь соверши, спаси кого-нибудь важного. В крайнем случае, можешь по пьяни на каком-нибудь празднике голым на столе станцевать. Тоже рабочий вариант, я проверял.
        Не могу вспомнить, откуда у меня в руках взялась колода карт. Гэбриэль оказался парнем азартным и сразу же предложил сыграть в Шплинт. Я не знал правил, и он начал меня учить. Мы сыграли несколько пробных партий, после чего я вроде бы разобрался. Тогда охотник предложил сыграть не на интерес, а на деньги. Мы играли с переменным успехом, не забывая наливать и закусывать. Через какое-то время я обнаружил перед собой кучу золотых монет.
        - Может, хватит уже в карты? - спросил я и икнул. - А то мне как-то слегка надоело.
        - Так не пойдёт, мне надо отыграться, - Гэбриэль уже с трудом ворочал языком. - Ставлю арбалет.
        - На кой мне твой арбалет, у меня два уже есть, - я еле выговорил слово «арбалет». Пили-то наравне. - Я же тебе рассказывал.
        - Э-э-э, брат, ты не понимаешь. У тебя арбалеты - тьфу, - слюна полетела рядом со столом и приземлилась мне на ботинок, - ерунда полная. Один раз пульнул, и всё. Пока не перезарядишь, толку от него как от дубинки. А у меня арбалет не простой. Мне его мой дружище Карл сделал, своим умом, руками да божьей помощью. Барабан на тридцать болтов. И самовзводный механизм. Бензину в приклад залил, и хоть целый день очередями стреляй. А не хочешь очередями, так можно и на одиночные переключить.
        - Ну ладно, уговорил. Ставлю против него свои два арбалета.
        - Не-е-е, не пойдёт, - Гэбриэль хоть и был в дрова, но соображалка у него пока ещё работала. - Ставь двадцать золотых крон. А лучше тридцать.
        - Двадцать! - я отделил от кучи выигранных монет небольшую часть и попытался пересчитать.
        - Сколько рука взяла, столько и ставь, - растопыренная пятерня в перчатке прижала монеты и потянула на середину стола. Когда и зачем Гэбриэль успел напялить перчатки, я так и не понял.
        - Чёрт с тобой, - я кивнул с такой силой, что в шее что-то хрустнуло. - Где твоя ставка?
        Охотник подтянул к себе свой рюкзак и ловким привычным движением выхватил из него арбалет. Щёлкнули, раскрываясь, плечи. Упруго тренькнула натянувшаяся тетива.
        - Вот! - арбалет с грохотом лёг на стол. - И ещё запасной сменный барабан.
        - Раздавай.
        Глава 23. Альтруизм и жертвы
        Когда я проснулся, солнце уже заметно поднялось над горизонтом, и его лучи, отражаясь от зеркала, освещали пол в центре комнаты. Как оказалось, чтобы выключить солнечный будильник, достаточно всего лишь перевернуться на другой бок.
        Как я очутился в своём номере и в своей постели - я не смог вспомнить. Дверь была закрыта изнутри, я был полностью раздет, а моя одежда валялась рядом с кроватью на полу. Это значит, что, скорее всего, я сам закрыл дверь, и, надеюсь, что сам разделся перед сном. Комната ученика была пуста, и я начал было за него волноваться, но потом вспомнил, что сам вчера сдал его в лагерь скаутов, замаскированный под гарнизон стражи.
        Спустившись в трактир, я застал там Гэбриэля. Он сидел за нашим столом, обхватив голову руками, и отрешённо гипнотизировал тарелку. Заметив, что я подошёл, охотник опустил руки и осторожно кивнул. Я сел напротив. Лешек сразу же поставил на стол ещё несколько тарелок с моим завтраком.
        - Слушай, Витольд, а ты не помнишь, куда я вчера положил свой арбалет? - по помятому опухшему лицу Гэбриэля было заметно, что ему слегка нездоровится.
        - Помню. Ты вчера мне его в карты проиграл, поэтому он лежит рядом с моим мечом в моей комнате под кроватью, - пока я говорил, в горле у меня конкретно пересохло. Пришлось выпить почти полную кружку воды, принесённую догадливым Лешеком вместе с тарелками.
        - Вот оно как, - охотник, похоже, расстроился. - Тогда скажи мне, у кого тут можно занять немного денег? Я хочу его у тебя выкупить. Тебе же он наверняка не нужен, у тебя вон какой хороший меч, - Гэбриэль указал на отсутствующий угол столешницы и укороченное сиденье лавки. Срез был свежий и идеально ровный.
        - Подозреваю, что приезжему незнакомцу вряд ли кто-то согласится дать в долг.
        Я сунул руку в карман куртки, который неудобно топырился, и мои пальцы нащупали приличную кучу крупных монет. Зацепив сколько влезло в горсть, я высыпал монеты перед собой на стол. Золотые кругляши весело зазвенели, а пара из них покатилась и упала на пол. Я начал нагибаться, чтобы поднять их, но быстро передумал, потому как почувствовал в голове и желудке некоторый дискомфорт. Ничего, будут подметать - найдут.
        - А, понятно, куда делись мои деньги, - Гэбриэль подпёр голову кулаком. - А то я уж было подумал, что меня кто-то обчистил, пока я спал.
        ­ - Давай, я тебе просто так верну арбалет. Мне он всё равно без надобности, а у тебя серьёзная работа намечается.
        Охотник посмотрел на меня с удивлением, но отказываться не стал. Договорились, что сходим за арбалетом после завтрака.
        - Витольд, а тут есть поблизости какой-нибудь лекарь, или целитель? - спросил Гэбриэль. - А то я боюсь, что в моём состоянии куда-то ехать - не самая лучшая затея. Голова что-то побаливает. Да и в дорогу запас лекарств и прочей алхимии пополнить не помешает.
        - Я знаю только одного местного целителя, - я почесал макушку, припоминая, в какой стороне дом Антуша, - но моей головой он в прошлый раз заниматься не стал.
        - В любом случае надо что-то делать, - Гэбриэль помассировал виски. - Займёшь мне денег на лекарства?
        - Займу, чего уж там.
        Мы допили кофе, поднялись и неторопливо пошли в нужном направлении.
        * * *
        - Микстурки есть, собственного приготовления. Ещё есть капли. Для глаз, для ушей, для носа, для… других частей тела, - Антуш открыл шкафчик у себя за спиной и указал на полки, заставленные разнокалиберными склянками.
        - Моему другу здоровье надо бы поправить, - я не стал скрывать основную цель нашего визита, - мы вчера напитков увеселительных приняли чуть больше нормы.
        - Так это не ко мне, это вам к трактирщику. Пива у него возьмите, от такой хвори очень хорошо помогает.
        Мы с Гэбриелем переглянулись.
        - Не-е-е, этот вариант не пойдёт, - охотник покачал головой. - Знаю я, как такое лечение заканчивается. Второй день подряд я не выдержу, да и денег не осталось.
        - Ну тогда вот, микстурка витаминная, - Антуш выставил на стол склянку с ярко-оранжевой жидкостью, - там в ней…
        Не дожидаясь подробностей, Гэбриэль схватил пузырёк со стола, одним ловким движением подковырнул пробку и опрокинул содержимое в рот.
        - …перец кайенский в составе, поэтому надо понемногу, - целитель с удивлением смотрел, как опухшее лицо охотника приобретает насыщенно-красный цвет, а глаза открываются на максимально возможную ширину, - и водой желательно запить.
        На последних словах Гэбриэль уже бежал в сени, где при входе нам попалась кадка с водой. Послышался грохот скинутой на пол крышки и громкий всплеск.
        Через некоторое время охотник вернулся. С его волос и лица на грудь стекали струйки воды, глаза были почти нормального размера, но цвет лица всё ещё оставался излишне розовым.
        - Как ни странно, помогло, - голос коллеги звучал хрипловато, но бодро. - Кстати, Антуш, а как с нечистой силой у вас в деревне дело обстоит? Может вампиры какие завелись, или оборотни?
        Я удивлённо посмотрел на Гэбриэля. Как-то он слишком внезапно про работу вспомнил, не иначе микстура в голову ударила.
        - Так есть у нас в деревне один оборотень. Генрик Джешляк, - лекарь расстроено скривил лицо, - из приличной семьи, с детства все его знают. Всё с ним раньше было в порядке. А как в прошлом году в лесу в медвежье говно наступил, так териантропия в нём и проявилась. С заходом солнца обращается в чудище, на медведя немного похожее. С тех пор измучались с ним уже все. Чего только он у нас тут не творил. Хулиганил всяко, людей да скотину калечил, Яцеку, соседу моему, баню сжёг. К Мойшеку трактирщику в сарай залез да всем курам головы поотрывал. А в начале лета однажды даже в колодец, прости господи, нагадил. Пока с колодцем разобрались, четыре дня прошло. Поначалу думали, что проклятье кто-то наложил, вода на вкус стала такая, что пить невозможно. А потом выяснили, и кто наложил, и чего. Игнаций, художник наш местный, из запоя вернулся, да рассказал, что видел Генрика у колодца со спущенными штанами.
        Антуш на некоторое время замолчал, видимо, снова переживая те неприятные моменты, а затем продолжил:
        - Самое главное ведь, когда солнце заходит и он в чудовище обращается, так к нему никаких претензий. На вид только страшный, но во всём остальном - мил человек. И дров поможет наколоть, и баню Яцеку помогал заново строить, и по хозяйству кому чего помочь - никогда не откажет. А вот днём…
        - Ну и как с ним быть? Вроде не чужой человек он тут, - я посмотрел на охотника, - родня наверняка расстроится, если ты его убьёшь.
        - Да никак не быть, - целитель был со мной полностью согласен. - Он ночью-то нормально соображает и сам понимает, что днём ему лучше на люди не показываться. Я ему последнее время микстуру сонную готовлю, а он её под утро пьёт и спит до заката. Если не забывает. Хотите, могу и вам на всякий случай несколько пузырьков продать. Мало ли когда пригодится.
        - Не откажусь, - Гэбриэль решил затовариться по максимуму. - А наоборот, для бодрости есть что-нибудь?
        - Само собой, милсдарь, есть микстура для бодрости. Как раз недавно приготовил. - Антуш порылся в ящике стола и выставил четыре пузырька тёмно-зелёного стекла. Охотник сразу сгрёб их со стола и спрятал в сумку.
        - А чего-нибудь особенного, случаем, не найдётся?
        - Есть у меня ещё кое-что полезное из алхимии, - целитель протянул руку и взял приличного размера пузырёк с мутноватой жидкостью. - Зелье бесстрашия называется. Отлично в бою помогает. Даже самого последнего труса храбрым бойцом сделает. Только обязательно правильную дозировку нужно отмерить, для каждого человека она разная, тут без экспериментов не обойтись. Для начала попробуйте принять одну полную склянку и подождите немного, чтобы подействовало. А там уже сами почувствуете, насколько у вас храбрости прибавится. Главное - свою норму определить и больше нормы не принимать, а то может плохо на организм повлиять. Координацию нарушит, ясность зрения отнимет. А при серьёзной передозировке так и вовсе может сознания лишить.
        - Откуда оно у вас? - я заинтересованно посмотрел на Антуша.
        - Так сами гоним. По старинному рецепту. Травки разные, коренья, ягоды для вкуса и запаха. Ну и, само собой, дрожжи да сахар.
        * * *
        Прощание с Гэбриэлем вышло недолгим. Собрав припасов в дорогу и получив обратно свой наверняка неоднократно проигранный арбалет, он навьючил сумки на свою рыже-коричневую лошадь, пообещал на обратном пути вернуть долг и отправился своей дорогой.
        Я поднялся в номер, некоторое время помаялся бездельем, почитал книгу о ведьмецах, потом спустился вниз и поболтал с трактирщиком на отвлечённые темы. Мы обсуждали перспективы круглосуточной продажи готовой еды и алкоголя на вынос, когда к нам подошёл Гжегош с непроизносимой фамилией и двумя комплектами ножен, ремней и перевязей. Пришлось сходить в номер за мечом и примерить обновку. Конструкция ножен и поддерживающих ремней оказалась очень удобной. Меч занял своё место у меня за спиной, и я наконец-то почувствовал себя если не полноценным ведьмецом, то хотя бы не таким ущербным, как раньше. Кожевник показал как вынимать и убирать меч, дёргая за ремни, закрепленные за спиной, и как отстёгивать верхнюю часть ножен на случай, если потребуется выхватывать меч одной рукой.
        Сразу же захотелось порадовать ученика, и я решил не откладывать. Заодно посмотрю, как там проходит его обучение, а может, и сам потренируюсь немного.
        Придя на тренировочное поле, я застал Пшемека за практическими занятиями. Он стоял в боевой стойке и плавно выписывал мечом вокруг себя замысловатую кривую. Стоящий рядом наставник периодически тыкал ученика длинной палкой то под локоть, то в запястье, то в плечо, подправляя траекторию и поясняя вслух, что именно Паша делает неправильно, откуда у него растут руки, и в родстве с какими неуклюжими животными он состоит. Будущий ведьмец терпеливо и сосредоточенно продолжал выполнять упражнение, покорно соглашаясь со всеми замечаниями. На мой взгляд, его движения были достаточно точными и осмысленными, и каждая очередная петля почти идеально повторяла предыдущую, но инструктор всё равно находил к чему придраться.
        Я не стал мешать тренировке, обошёл казарму и спросил у попавшегося навстречу стражника, не видел ли тот Яна Ходкевича.
        - Капитана Яна Ходкевича, - поправил меня стражник. - Он в штабной избе, инструктаж проводит.
        О том, что инструктаж ещё не закончился, было понятно по доносившимся из-за двери громким многоэтажным матерным конструкциям, с помощью которых капитан объяснял своим подчинённым правильный способ решения поставленной задачи и указывал на допущенные недочёты. Мне ничего не оставалось, кроме как присесть на скамейку у входа и подождать. Повертев в руках перевязь с ножнами, предназначавшимися ученику, я положил их рядом с собой и взялся за рукоять своего меча. Выдвинул его вверх, насколько позволяла длина руки, а затем потянул левой рукой ремешок, прикрепленный к ножнам снизу. Меч выскользнул на свободу, и я потянул второй ремешок, возвращая ножны в исходное положение. Надо будет потренироваться в извлечении меча и возврате его обратно в ножны, чтобы невзначай не оставить себя без уха.
        Мою медитацию и наблюдение за тем, как солнце играет на гранях клинка, прервал скрип дверных петель. Из распахнувшейся двери быстрым шагом вышли два стражника с красными лицами и нашивками десятников на рукавах. Следом шёл Ян с явным намерением подышать свежим воздухом и охладить своё лицо, которое было почти таким же красным, как у его подчинённых.
        - О, Витольд, привет, - капитан вытер рукавом выступившие на лбу капельки пота. - Пришёл ученика проведать?
        - Да, - я встал и с третьей попытки убрал меч обратно в ножны. - И заодно ему сбрую принёс.
        - Я смотрю, вы теперь оба во всеоружии и готовы к бою с настоящими чудовищами, - Ян подмигнул и ехидно заулыбался.
        - Ты мне теперь этого козла каждый раз припоминать будешь?
        - Не, только первое время, - капитан продолжал потешаться надо мной, - пока новый повод не появится.
        - Лучше расскажи, как успехи у Пшемека. Он уже успел кого-нибудь покалечить, или обошлось?
        - Нет, не обошлось, - на лице Яна отразились грусть и скорбь. - Твой юный вредитель с первого же удара разрубил от плеча до пояса нашего Франтишека. Никто не ожидал, что ведьмецкие мечи настолько острые и прочные, даже доспехи не спасли.
        - Кого разрубил? - моё сердце сжалось от нехорошего предчувствия, а кровь застыла в жилах.
        - Франтишека, - капитан всхлипнул, а потом не выдержал и расхохотался, глядя на моё побелевшее лицо. - Манекен наш тренировочный. В кирасе, шлеме и наплечниках. Бойцы ему имя придумали, чтобы проще было ненавидеть.
        - Ты так не пугай больше, - я выдохнул с облегчением. - А как так вышло-то?
        - Да очень просто. Я показал твоему ученику прямой рубящий удар сверху в наплечник. А он взял, да и вмазал со всей дури. Ну и располовинил доспех от наплечника и до поясной накладки. Пришлось пока загрузить твоего убийцу манекенов разучиванием классических движений с мечом без прямого контакта. А Франтишека мы вчера на закате похоронили со всеми воинскими почестями. Не насовсем, завтра отдадим кузнецу, пусть заклепает, да и вернём на место.
        - Ну, а в остальном как? Получается у него?
        - Способный парень, на лету схватывает. Ему бы еще немного технику поставить да на более прочном манекене потренироваться. Хорошего ученика ты себе нашёл.
        - Это он меня нашёл, - я задумался, вспоминая наш разговор с Вуйциками, который произошёл вроде бы совсем недавно, но под грузом разнообразных событий и впечатлений начал казаться таким далёким. - И он же вычитал в книге, что по праву неожиданности я должен взять его себе в ученики. Можно сказать, судьба нас свела. Через неожиданность.
        Наш разговор прервал сигнал колокола, оповещавший о наступлении обеда. Ян оглянулся в направлении казарм и предложил пообедать казёнными харчами. С моей стороны возражений не было.
        После обеда я торжественно вручил ученику перевязь с ножнами, которую он сразу же нацепил на себя и использовал по прямому назначению. Ян сказал, что мы смотримся очень стильно с рукоятками мечей, торчащими из-за плеча. Сразу ясно, что настоящие ведьмецы.
        Я напросился потренироваться и на пару с Пшемеком занялся отработкой тех же самых движений, пытаясь делать их синхронно. По причине трагической гибели Франтишека контактные практические занятия для нас с учеником были под запретом, поэтому пришлось ограничиться гимнастикой с мечом. Пока мы занимались, народ периодически собирался неподалёку и с раскрытыми ртами наблюдал, как на наших клинках танцуют радужные отблески лучей, посылаемых солнцем с безоблачного неба. Уже виденные мной десятники пинками и матюками отправляли зевак заниматься своими прямыми обязанностями, но через некоторое время на их место приходили другие.
        Ян лично показал мне несколько атакующих движений, которые я постарался запомнить и повторить. Было понятно, что такие занятия не заменят упражнений с манекеном, но на первое время нам хватило и этого. Прозанимавшись весь день, мы с учеником окончательно освоились со своим оружием и его нестандартной балансировкой и научились направлять клинки по нужной траектории. Когда вечерний колокол просигналил ужин, я договорился с Яном, что верну ученика завтра утром. Нужно было держать данное шаману слово, поэтому вместо ужина мы с Пшемеком отправились на свое первое совместное задание.
        Глава 24. Успех и провал
        Аррой встретил нас на пороге своего дома. Он дымил своей неизменной трубкой и выглядел не таким напуганным, как в прошлый раз. Мы прошли в огород и аккуратно провели разведку. Коварные Дионеи делали вид, что они совершенно безобидные и милые создания, и никак не реагировали на наше появление. Тем не менее, подходить к ним мы пока не рискнули.
        - Это сейчас они выглядят скромно и неприметно, - шаман предусмотрительно отстал и остановился в самом начале грядки. - И вы ничего не чувствуете потому, что они умело маскируются. Но увидеть их чёрную душу очень просто, достаточно съесть два-три Гриба Откровения. Это специально выведенный вид грибов, за счёт их особых свойств вы сможете увидеть то же, что вижу я.
        - А может просто, без всяких дополнительных ухищрений, вырвать их с корнем, и всего делов? - предложил я свой вариант.
        - Так будет только хуже. Если вы не видите душу растения, то вы не сможете её уничтожить, - уверенно заявил Аррой. - А если уничтожить только физическую оболочку, то их душа может вселиться в любое другое растение, поглотив его собственную душу и став за счёт этого намного сильнее и опаснее.
        Мы некоторое время спорили, но шаману, в конце концов, удалось нас убедить. Я хотел пойти один, но Пшемек в очередной раз проявил свою баранью упёртость и потребовал взять его с собой. В итоге каждый из нас съел по два Гриба Откровения и мы заняли самое тактически удачное место за бочкой, служившей Аррою укрытием в прошлый раз.
        Через некоторое время, в очередной раз выглянув из-за бочки, я смог рассмотреть, как неподвижно сидевшие до этого Дионеи потихоньку выглядывают в проход и следят за нами.
        - Чёрт, они знают о том, что мы здесь, - предупредил я остальных. - Что будем делать?
        - А давайте я их отвлеку, а вы, милсдарь, в это время прокрадётесь задами и нападёте на них со спины, - предложил Пшемек.
        Аррой благоразумно молчал, не мешая нашему военному совету. Пшемек выглянул из-за бочки и тоже увидел врага, притаившегося в самом конце огорода. Всё-таки нам очень повезло, что у шамана оказались специальные грибы, без них мы с учеником вряд ли смогли бы рассмотреть истинную сущность этих опасных тварей.
        - Не позволяйте им прикасаться к вам, иначе они могут отравить вас своим ядовитым соком, - предупредил нас шаман. - И будьте очень осторожны, постарайтесь не упустить их души и не дайте им захватить другие растения.
        Мы договорились, что Пшемек сделает вид, будто просто решил прогуляться и подышать свежим воздухом, а сам подойдёт на безопасное расстояние и будет ждать моей передислокации. Я тем временем прокрадусь по крайней гряде с другой стороны огорода, а затем проползу и зайду противнику в тыл. Как только Пшемек убедится, что я на позиции, он начнёт громко топать и петь, чтобы отвлечь на себя внимание, а я атакую Дионеи. Ну а дальше по ситуации.
        Пригнувшись и стараясь шагать как можно тише, я прошмыгнул дальней грядкой, нырнул в пыль и пополз. На моё счастье, ни одна из Дионей не обратила на меня внимания. Их больше занимал мой ученик, который нарочито громко топал и шумно дышал, прогуливаясь примерно на середине прохода, ведущего к хищным растениям.
        Я потихоньку вытащил меч из ножен и поднял над собой, стараясь поймать лучи низко висящего солнца. Ученик заметил блеск моего клинка сквозь зелень и приступил к следующей фазе операции. Он выставил одну ногу вперёд, немного согнув её в колене, и начал приподнимать и опускать пятку, отбивая ритм. После четвёртого такта вступил вокал, и я услышал громкий и пронзительный фальцет, старательно выводивший:
        Колоровых ярмаркув,
        Блашаных зегаркув,
        Пежастых когучикув,
        Балоникув на дручику!
        Заслушавшись, я не сразу сообразил, что мне пора бросаться в атаку. Но на последней строке всё же очнулся, вскочил и широким взмахом подсёк ближайший ко мне стебель.
        Растения мгновенно потеряли интерес к выступлению Пшемека и накинулись на меня, стараясь дотянуться своими шипастыми ветками и выбить меч у меня из рук. Вокруг их стеблей клубилась тьма, которая хоть и не могла мне ничего сделать, но выглядела чрезвычайно устрашающей. Ученик метнулся мне на помощь, на ходу выхватывая меч, и мы вдвоём принялись кромсать ненавистную флору под яростный боевой клич:
        Мотылий древняных,
        Коникув буяных,
        Цукровэй ваты,
        И з перника хаты!
        Когда песня смолкла, я обнаружил, что вся популяция Дионей валяется на земле, беспомощно извиваясь в предсмертной агонии. Пшемек сделал шаг вперёд, и в этот момент одна из веток хищно потянулась ему навстречу, пытаясь обвиться вокруг ноги. Мы заорали одновременно на два голоса и начали шинковать валяющиеся под ногами стебли в мелкую труху.
        - Милсдарь, вы видели? - ученик указал мечом на соседний ряд высокорослых растений с зубчатыми семипалыми листьями. - Только что душа одной из Дионей вырвалась и спряталась где-то тут!
        Не дожидаясь ответа, Пшемек бросился в погоню. Злобная чёрная душа хищной твари металась от одного растения к другому, но меч ученика безошибочно разил заражённые экземпляры, не позволяя твари поглотить их светлые души, а я старался не отставать и помогал загонять её, отсекая пути к отступлению. Ещё одна чёрная тень скользнула над землёй и попыталась зайти моему ученику во фланг, но я вовремя это заметил и пошёл в наступление, оставляя за собой широкую просеку, которая должна была не пустить врага к остальной части беззащитных растений.
        К тому моменту, когда чёрные души, наконец, сдались и растаяли в воздухе, мы с Пшемеком выкосили больше половины плантации. Пострадало очень много невинных растений, но обойтись без этого было нельзя. Только потому, что мы из благих побуждений добивали уже обречённые посадки, не дожидаясь их перерождения в ужасных кровожадных монстров, бой закончился нашей безоговорочной победой.
        - Аррой, мы справились, - я решил обрадовать шамана, но он почему-то не спешил радоваться, а вместо этого сокрушённо качал головой, разглядывая изрубленные и частично втоптанные в землю стволы, листья и соцветия.
        - В следующий раз, если вам будет нужна наша помощь, зовите, не стесняйтесь, - предложил Пшемек. - Мы сегодня получили очень богатый опыт и в будущем сможем действовать гораздо эффективнее.
        - Да-да, конечно, - рассеянно ответил шаман, не отрывая взгляда от поля брани. - Я только хотел…
        - Не стоит благодарности, - я подошёл к Аррою и хлопнул его по плечу, - это наша работа.
        * * *
        У входа в трактир нас поджидал капитан Ходкевич в сопровождении двух стражников. Его недовольный вид красноречиво говорил о том, что произошло что-то не очень хорошее. Когда мы подошли, Ян встал со скамейки и сделал несколько шагов навстречу:
        - Витольд, у меня к тебе серьёзный разговор.
        - О чём? - я заметил, как оба стражника встали по бокам от меня, и мне это совсем не понравилось.
        - Давай зайдём внутрь, там будет удобнее.
        Мы зашли в трактир, я хотел было отправиться за свой привычный стол в дальнем углу, но Ян потянул меня за рукав, предлагая сесть прямо возле входа.
        - Витольд, скажи мне, где ты был вчера вечером? - начало разговора совершенно не было похоже на дружескую беседу.
        - Сначала здесь, мы с Гэбриэлем немного выпили и закусили. Потом играли в карты, а потом я пошёл спать.
        - К себе в номер?
        - Да, к себе в номер.
        - Ты в этом уверен?
        - Ну… - я немного задумался, - во всяком случае, когда я проснулся, то был в своей постели. И дверь была закрыта изнутри. Значит я, скорее всего, пришёл, закрыл дверь, разделся и лёг спать.
        - Скорее всего?
        - Да, скорее всего. А что?
        - То есть, ты не помнишь, как пришёл в свою комнату и лёг спать?
        - Ян, к чему все эти вопросы? - мне показалось, что капитан меня в чём-то подозревает.
        - И ты там был один?
        - Конечно один, Пшемек вчера остался ночевать у вас в казарме.
        - Так, - Ян протянул руку и забрал у одного из стражников чёрную широкополую шляпу. - Это твоё?
        - Это моя шляпа, мне милсдарь Витольд её отдал, - Пшемек, стоявший рядом решил влезть в разговор.
        - Эта шляпа лежала в твоей комнате на столе, - Ходкевич проигнорировал ученика и продолжал смотреть на меня.
        - Возможно, - я не мог понять, в чём суть претензии. - Это боевой трофей. Шляпа осталась у нас после того, как мы привезли Густава к дому пана старосты. Неужели он требует её вернуть?
        - Так, - капитан оглядел меня и продолжил, - вчера вечером ты был одет так же, как сейчас?
        - Ну да. У меня, знаешь ли, всего один комплект одежды.
        - В таком случае, Витольд Крючковский из Мытищ, я вынужден тебя арестовать.
        - Да в чём дело-то? - я уже был не рад, что вчера мы с коллегой нахрючились до такого состояния, что я не запомнил, как оказался в своём номере.
        - К тебе претензия со стороны Гразины Бжздецкой, любимой дочери нашего начальника стражи. Сразу после твоего ухода она пришла и заявила, что вчера, ближе к полуночи, ты обманом, обещанием женитьбы и дорогих подарков завлёк её в свой номер и предавался с ней греховным развлечениям, - капитан вытащил из сумки сложенный вдвое листок, развернул и сверился с записями. - Вот её показания: «Неоднократно и в разных позициях лишил меня девичьей чести, вынудив издавать громкие крики от удоволь… зачёркнуто, блаженс… зачёркнуто, возмущения». А ближе к утру ты зачем-то выставил её в коридор, закрыл изнутри дверь и игнорировал все её просьбы впустить обратно. Ей пришлось по темноте возвращаться домой, где она была встречена разгневанным папенькой и посажена в чулан без всяких разбирательств. А когда к ужину её выпустили, она всё рассказала родителю и сдала тебя с потрохами.
        - Э-э-э… - только и смог ответить я.
        - Я, конечно, рад за тебя. Похоже, ты неплохо провёл время, - Ян перестал говорить сухим официальным тоном. - Но у меня есть заявление и я обязан на него отреагировать. Да и Гразина прозрачно намекнула, что её папенька зол и просто так этого не оставит.
        - А она ничего не напутала?
        - К сожалению, всё сходится. Сейчас прочитаю… «Хвалился недавним убийством чудовища и тем, что спас важного человека и получил за это кучу денег». По её описанию ты был сначала в чёрной кожаной одежде, потом без неё, а потом… «Надел шляпу и сапоги, изображал скачку на лошади и стрельбу из арбалетов с обеих рук, от чего у меня образовались синяки на локтях и коленях». Два арбалета мы, кстати, тоже нашли.
        - Чёрт, как неловко получилось, - я пытался вспомнить хоть что-то, но в памяти зиял огромный провал. - Ян, я действительно не помню, как это всё происходило.
        - Ты знаешь, я тебе верю, что ты ничего не помнишь. Потому что, если бы ты ЭТО помнил, ты бы не был сейчас настолько спокоен. Видимо, ты действительно был пьян до беспамятства, потому что я не представляю, как можно было добровольно на это согласиться.
        - Я не знаю, о чём ты, но мне кажется, что волноваться теперь уже смысла нет. Вряд ли это хоть как-то поможет.
        - Тогда не будем тянуть, сдавай оружие и пойдём. Если я тебя сейчас отпущу и ты сбежишь, то Бжздецкий меня самого заставит на его дочери жениться, а мне этого совсем не хочется.
        - В смысле - жениться?
        - В прямом. У тебя теперь два варианта. Или сидеть в тюрьме до конца жизни, или жениться на Гразине, как ты ей и обещал. И я не уверен, какой из этих вариантов лучше.
        ­ - Что значит «не уверен»? Неужели женитьба может быть хуже пожизненной тюрьмы?
        - Поверь мне, лучше тебе сейчас об этом не задумываться, - Ян как-то странно покачал головой. - Пошли уже, а то вот-вот стемнеет.
        Тюрьмы как таковой в деревне не было, поэтому меня закрыли в караулке, в комнате для отдыха дежурной смены. Не в погребе, и то хорошо. Я вспомнил, что сегодня не поужинал, и Ян распорядился принести мне чего-нибудь с кухни, за что я его искренне поблагодарил. Было видно, что его не радует вся эта ситуация, но деваться ему было некуда. Пшемека не стали оставлять одного в номере и отправили спать в казарму, на то же место, что и вчера.
        * * *
        Ночью я почти не спал, пытаясь восстановить в голове события вчерашнего вечера. Получалось плохо. Если до того времени, как мы начали играть в карты, события шли последовательно, то сама игра отпечаталась в голове обрывками, а что происходило позже, я вообще не смог вспомнить, сколько ни старался. Возможно, эта самая Гразина присоединилась к нашей гулянке уже после того, как мы закончили играть, но я в этом не был уверен.
        С утра меня разбудил стражник, позволил умыться и сразу отконвоировал в штабную избу. Я зашёл и увидел грузного низкорослого мужика с красным одутловатым лицом профессионального алкоголика, который прохаживался вдоль большого стола. Заметив меня, он обошёл стол и сел в стоящее у стены кресло. Ян Ходкевич сидел в углу на стуле и делал вид, что первый раз меня видит.
        - Подойди, - начальник стражи, а судя по хозяйским повадкам, это был именно он, оценивающе посмотрел на меня. - Имя, фамилия, откуда?
        - Витольд Крючковский, из Мытищ, - я сделал несколько неуверенных шагов и остановился напротив стола.
        - Значит, убийца чудовищ и спаситель нуждающихся? - красномордый произнёс это с такой неприязнью, словно речь шла о совершенно недостойных поступках.
        - Ведьмец, - уточнил я.
        - Ах вот оно как, - похоже, начальнику стражи обо мне не особо подробно доложили. - Ну, и что мне с тобой делать?
        - Понять и простить, - почему-то сказал я, хотя за мгновение до этого в голове не было ни единого подходящего ответа. - Признаю свою ошибку и обещаю больше не совершать подобного.
        - Вот тут ты не прав, ведьмец. Никакая это была не ошибка, а самая что ни на есть судьба. Ты же веришь в судьбу?
        Я неопределённо пожал плечами, потому что не представлял, за что судьба со мной так обошлась.
        - А я вот верю, - начальник положил руки на стол и немного подался вперёд, - и точно знаю, что это судьба наконец-то смилостивилась надо мной и послала моей любимой доченьке такого завидного жениха, а то засиделась она в девках сверх всякого приличия. Так что выбирай: либо ты сегодня же женишься на моей дочери и забираешь её из моего дома к чёртовой матери, либо будешь гнить в тюрьме пожизненно.
        - Признаю честно, в тюрьму мне совсем не хочется, - я видел, что начальник стражи не шутит. - А можно мне поговорить с вашей дочерью, вдруг у нас получится найти какой-то компромисс?
        - Никаких разговоров. Жениху не положено видеться с невестой в день свадьбы до самого алтаря, - отрезал Бжздецкий.
        - Тогда я выбираю свободу и женитьбу.
        - Странное у тебя понятие о свободе, ну да ладно, - мой будущий тесть посмотрел на меня так, словно у меня с головой непорядок. - Значит, сегодня к обеду вас и обвенчаем. А пока посиди под замком, чтобы не учудил ничего.
        Меня вернули в то же помещение караулки и демонстративно закрыли на замок. Я улёгся на койку и начал обдумывать, как мне строить свою жизнь дальше. Судя по словам начальника стражи, мне спихнули явный неликвид и при этом дали понять, что родительской помощи молодой семье ждать не следует. Скорее всего, в папеньке всё-таки взыграют отцовские чувства, и он наверняка даже поможет нам с жильём, когда узнает, что я обитаю на постоялом дворе, потому что иначе его попросту не поймут. Что делать с моей дальнейшей карьерой ведьмеца - отдельный вопрос. Даже не хочу думать, что произойдёт, если я вдруг смогу вернуть память и выясню, что мне куда-то надо срочно ехать и, скорее всего, рисковать своей жизнью. А может случиться, что и погибнуть в расцвете лет. С другой стороны, вдову ведьмеца папенька в обиду не даст и наверняка найдёт для своей кровиночки достойную замену её нерадивому муженьку. Как быть с Пшемеком, я вообще ума не приложу. Ему теперь надо тренироваться, учиться и становиться полноценным самостоятельным ведьмецом, а как это сделать, когда учителя так оперативно захомутали - неизвестно.
        Глава 25. Происки судьбы
        - Милсдарь ведьмец, выходите, - молодой парень в кольчуге и с мечом на поясе стоял в дверях и разглядывал меня, как зверушку в зоопарке. Особенно его заинтересовала пентаграмма на моей майке.
        - Что, уже обед? - я потянулся и сел на койке, свесив ноги. - Вроде колокол ещё не звонил.
        - Пан Бжздецкий сказали, что незачем до обеда ждать, невеста-то не молодеет. Да и святой отец уже приехал, - стражник продолжил с интересом разглядывать пентаграмму. - За ним ещё на рассвете гонца посылали, а ехать тут недалеко, можно за четыре часа туда и обратно успеть, если лошади быстрые.
        - То есть, папенька Гразины ещё до разговора со мной знал, что я соглашусь на женитьбу? Какой он, оказывается, проницательный и дальновидный.
        - Так понятно же, что в тюрьму никто в здравом уме не согласится пойти, если есть вариант отвертеться.
        Я обулся, накинул куртку, но застёгивать не стал. Вытащил из-под майки драконий амулет и повесил его так, чтобы был на виду, чем ещё больше заинтересовал парня. Выйдя в помещение караулки, я нос к носу столкнулся с Яном Ходкевичем.
        - Подожди на улице, - сказал он стражнику и придирчиво осмотрел меня. - М-да, не совсем свадебный у тебя вид.
        - Ну извини, не успел подготовиться. Предупредили бы пораньше, я бы тогда, может, майку постирал.
        - Ладно, ерунда всё это. Ты мне лучше скажи, вспомнил хоть что-нибудь?
        - Не-а, - я развёл руками, - словно опять по голове ударили. Хотя, свежих шишек вроде нет. Я пока ждал, голову несколько раз ощупал.
        * * *
        Обряд венчания по местной традиции должен был пройти на площади перед часовней. Народу собралось прилично. Несмотря на то, что официального объявления свадьбы никто не делал, слухи разлетелись моментально. Даже тот факт, что пан Бжздецкий решил ограничиться одной только церемонией и не стал организовывать праздничный обед, никого не смутил. Был бы повод, а пожрать и выпить у людей всегда найдётся. Особо продуманные принесли всё с собой и уже начали отмечать, не обращая внимания на то, что венчание пока ещё даже не началось.
        Ко мне в качестве друзей жениха приставили шестерых стражников, одетых в парадную униформу. Они по-дружески обступили меня, давая понять, что пути назад нет. Как, впрочем, и в любом другом направлении, не ведущем в сторону алтаря. В какой-то момент рядом со мной оказался капитан Ходкевич, сообщивший, что он будет исполнять роль моего шафера. Это была единственная хорошая новость за сегодня.
        - Мне кажется, я знаю, почему будущий жених не должен видеть перед свадьбой свою предполагаемую невесту, - сказал мне Ян, подойдя поближе, чтобы его слова не заглушал шум толпы.
        - Ну и почему же? - вяло отреагировал я.
        - Скорее всего, чтобы не одумался и не сбежал.
        - Ты думаешь, что у меня есть возможность сбежать? - я кивнул в сторону окруживших меня «друзей жениха».
        - Я слышал, что волк, попавший в капкан, может сам отгрызть себе лапу, чтобы вырваться на свободу.
        - Умеешь ты подбодрить человека, - я осуждающе покачал головой.
        У входа в часовню откуда-то появилась кривая и с виду ненадёжная конструкция, увитая свежесорванными цветами. Было очевидно, что готовивший эту импровизированную арку очень торопился, потому что некоторые цветы были вырваны с корнем и прямо в таком виде привязаны к необструганным деревянным брускам. Из часовни выволокли и установили рядом с аркой высокий стол, призванный изображать алтарь. Всё происходило в какой-то суете и спешке, от чего у меня сложилось впечатление, что невесте и её папеньке очень не терпится начать.
        Левее и чуть позади алтаря расположились несколько человек с музыкальными инструментами. С их стороны начало потихоньку раздаваться нестройное пиликанье, отдельные звуки духовых инструментов и сдержанное позвякивание. Затем заиграла какая-то унылая мелодия, и шум толпы постепенно стих.
        - Пора, - Ян подтолкнул меня в бок, - выдвигаемся.
        Мы стройной коробочкой подошли и встали по правую сторону перед алтарём. Музыка заиграла громче, толпа расступилась, и по образовавшемуся проходу к алтарю прошёл пан Бжздецкий. Он вёл под руку слегка прихрамывающую даму, одетую в праздничное белое платье, которое подозрительно плотно облегало её дородную фигуру. Лицо дамы почти полностью было скрыто под полями пышной белой шляпки, с которой свисали края тонкой полупрозрачной ткани. На виду оставался лишь мощный квадратный подбородок, украшенный большой торчащей родинкой. При очередном шаге ткань на шляпке приподнялась немного выше, и мне показалось, что я разглядел над тонкими губами дамы крючковатый нос и едва заметные усы.
        - Я полагаю, это маменька невесты? - шёпотом спросил я шафера. - Надеюсь, сама невеста выглядит посвежее.
        - Это как раз и есть невеста, - так же шёпотом ответил Ян и предусмотрительно сжал мой локоть, чтобы я не дёргался.
        - Что-то мне расхотелось жениться на этой Образине, я передумал, - моя попытка вырваться не увенчалась успехом. - Лучше отправьте меня в тюрьму.
        - На Гразине, - поправил меня капитан, - уже поздно, раньше надо было думать. Ещё позавчера вечером.
        - Чёрт, это сколько же я тогда выпил? - я не мог поверить, что воспылал страстью к этой хромой усатой толстухе. - Ян, у тебя с собой случайно нет какого-нибудь крепкого алкоголя?
        - Боюсь, тебе это уже не поможет. Да и не успеешь ты выпить нужное количество, так что терпи.
        Начальник стражи с дочерью подошли и встали слева от алтаря. Невеста продолжала прикрывать лицо полями шляпы и вуалью, застенчиво глядя в пол.
        - Обряд проводит святой отец Шломо Залман, - объявил стоявший возле алтаря служка в чёрной сутане.
        - В смысле - Шломо? - пан Бжздецкий рявкнул так, что музыканты сбились с ритма и испуганно затихли. - У нас тут вообще-то католическое венчание.
        - Таки шо вы так возбудились, папаша, - святой отец подошёл поближе к алтарю и поправил пилеолус на своей голове, заправляя выбившиеся из-под него кучерявые волосы. - Я вполне себе уполномоченный викагий Ченстоховской католической епагхии. Или вы нафантазиговали себе, что к вам в ваше захолустье отпгавят самого митгополита Гнезновского?
        Я удивлённо уставился на отца Залмана, чья картавая речь и пышная причёска слегка диссонировали с колораткой на воротнике его чёрной рубашки, выглядывающей из-под такого же чёрного пиджака. Тот совершенно не смутился и продолжил:
        - Давайте не будем делать дгуг дгугу головную боль и пгиступим, а то вгемя уже к обеду, а у нас ещё ни в одном глазу. Пгедлагаю молодым обменяться кольцами и пгоизнести клятву вегности, шобы я уже таки имел счастье вас обвенчать и, наконец, пообедать и пгичаститься.
        После слов святого отца невеста подняла голову, и мы встретились с ней взглядами. Её выпученные глаза с трудом помещались между пухлыми розовыми щеками и пышными густыми бровями. При этом правый глаз смотрел на меня, а левый - на Ходкевича.
        - НЕТ!!! - заорали мы одновременно с невестой.
        - Папенька, кого ты мне пытаешься подсунуть? - и без того кривое лицо Гразины исказила гримаса недовольства. - Это что ещё за сморчок со шрамом на роже? Где мой черноволосый прекрасный герой в чёрном плаще и шляпе?
        Тут до меня дошло, что судьба всё-таки благосклонна ко мне. Судя по словам невесты, в качестве жениха она планировала увидеть совершенно другого. Я с облегчением вздохнул и расслаблено улыбнулся. Пан Бжздецкий, не разделявший моей преждевременной радости, решил взять судьбу за горло и направить её в нужное русло.
        - Дорогая, сейчас мы наденем на него плащ со шляпой и закрасим шрам, не волнуйся, - он оглянулся в поисках адъютанта.
        - Да как ты не понимаешь, папенька, - голос у Гразины был не только противный, но и громкий, - как ты его не ряди, всё равно он не заменит моего возлюбленного Гаврюшу.
        На этой фразе понимание происходящего настигло не только меня, но и капитана Ходкевича. Он моментально просёк ситуацию и отпустил мой локоть, справедливо полагая, что мне теперь нет смысла бежать. Оставалось только закрепить достигнутый прогресс, и я обратился к викарию:
        - Святой отец, вы же видите, что ни одна из сторон не имеет намерения сочетаться браком. Если я не ошибаюсь, католическая церковь против подобных союзов.
        - Воистину азохнвей! А ведь ещё утгом моё сегдце убеждало меня оказаться от этой поездки, но я его не послушал. Ехал вегхом, тогопился, отбил себе об седло весь тухес. Тащил с собой специально выданный мне бочонок цегковного вина для пгичастия и благословения молодых. И шо мне тепегь делать, обгатно его везти?
        - Зачем же обратно, пейте здесь, - я быстро уловил основную мысль.
        - Но это пгичастное вино, его нельзя пить просто так, оно только для благословения!
        - Так посмотрите, святой отец, сколько вокруг всего, ожидающего вашего благословения. Дома, деревья, люди, птички, домашние животные. Благословите всё это и пейте себе на здоровье. А если вы и меня благословите на подвиги, то я даже готов угостить вас обедом, тут недалеко есть неплохой трактир.
        - Так, слушайте все сюда! - голос викария разнёсся над толпой. - Мне только што было откговение, и я благословляю вашу дегевню и всех её жителей. Все могут идти по своим делам, венчание отменяется.
        - Как отменяется? - пан Бжздецкий явно не ожидал такого поворота.
        - Очень пгосто. Жених с невестой не хотят венчаться, поэтому пегестаньте делать мне бегеменную голову и идите по домам. А у меня сгочный заказ на индивидуальное благословление.
        Отец Залман оказался не дурак пожрать за чужой счёт и выпить за казённый. Я с благодарностью принял благословение и пообедал вместе с ним, но пить вино отказался, справедливо полагая, что одного подарка судьбы на сегодня достаточно и не стоит её больше испытывать. Праздник по случаю отмены венчания начался сразу же после благословения. Трактир был битком и Мойшек с племянником едва успевали разносить заказы. Отмахнувшись от начальника стражи и пригрозив тому отлучением от церкви, если он не оставит святого отца в покое, викарий наблагословлялся до состояния полного просветления, уговорив в одно лицо почти весь бочонок. Отправлять его в таком виде в обратный путь никто не рискнул даже на телеге. Мойшек выделил до утра одну из комнат, мы переместили в неё безмятежно спящего отца и предусмотрительно заперли на ключ. Участвовать в праздничной пьянке совершенно не хотелось, поэтому я решил сходить в казармы за учеником, забрать конфискованный меч и вернуться.
        На обратном пути я рассказал Пшемеку отцензурированную версию событий. Он был очень рад, что судьба спасла меня от внеплановой женитьбы, и ему не придётся раньше времени становиться самостоятельным. От избытка чувств ученик болтал без умолку и нарезал вокруг меня круги, путаясь под ногами. Мы уже были на пороге трактира, когда судьба всё-таки решила скомпенсировать свою излишнюю доброту и подкинула мне простую, но эффективную подлянку в виде ноги Пшемека, об которую я споткнулся и оторвал себе подмётку почти до пятки.
        - Паша, прекрати лезть мне под ноги, - я расстроено разглядывал испорченный ботинок. - Чёрт, как не вовремя.
        ­ - Не волнуйтесь, милсдарь, сейчас сходим к сапожнику, он быстро всё починит, - Пшемек не разделял моих страданий. - Тут рядом есть один, Веслав Войас, живёт в трёх домах отсюда.
        - Подозреваю, что твой сапожник наверняка принимает участие в коллективной попойке, и уже надрался в стельку.
        - Так ничего страшного, для сапожника это нормальное состояние, он на трезвую голову обычно и не работает.
        Как и ожидалось, сапожник нашёлся в трактире и был бодр и весел, хотя и принял на грудь уже немало. Узнав во мне одного из виновников торжества, он обрадовался, а когда я сказал, что мне нужна помощь, то без лишних разговоров согласился на время прерваться и починить мою обувь. Пока шли к дому Веслава, я пару раз чуть было окончательно не оторвал подошву. Сапожник увидел у меня на груди медальон, и мы всю дорогу говорили о драконах. Точнее, говорили в основном Пшемек и Веслав, а я старательно смотрел под ноги и вышагивал как хромоногая цапля. Сапожника мотало из стороны в сторону, и в мою душу закрались сомнения, стоит ли доверять ему ремонт ботинка, или лучше подождать до завтра, когда он протрезвеет.
        Заведя нас в дом, хозяин ушёл в соседнюю комнату и вскоре вернулся, неся в руках шило, здоровенную иглу, толстые нитки и приличный кусок воска. Пока он отсутствовал, я развязал шнурки и стащил с себя ботинки.
        - Очень редкая у вас обувь, милсдарь, и дорогая, наверное, - Веслав вертел в руках пострадавший ботинок. - Фасон необычный, шнуровка снизу доверху. А уж кожа какая странная - я такой никогда не видел.
        - Так это драконья кожа, - Пшемек говорил настолько уверенно, словно сам принимал участие в свежевании дракона. - Посмотрите, какая она тонкая и крепкая.
        Сапожник согласно закивал, подтверждая, что мой ученик абсолютно прав, и начал убеждать нас в том, что он и сам об этом сразу же догадался. Как оказалось, кожа моих ботинок имела все неоспоримые признаки своего драконьего происхождения. Я предпочёл промолчать, потому что ничего не понимал ни в коже, ни в драконах. Ещё немного полюбовавшись красотой дизайна и качеством выделки, Веслав вернулся к поставленной перед ним задаче:
        - Обувь отменная, сразу видно, делал мастер. А вот подошва почему-то совсем не прошита. Как же она держится?
        - Как видишь - на соплях, - я сокрушённо пожал плечами.
        - На соплях дракона? - восхищённо воскликнул сапожник. - Какая уникальная технология! Теперь понятно, почему обошлись без ниток. Вот только, к сожалению, у меня нет соплей дракона, и я не знаю, чем их заменить. Придётся всё-таки прошивать.
        - Ничего страшного, если надо прошить, то прошивай.
        Сапожник на удивление ловко и аккуратно начал приводить ботинок в порядок. Было странно видеть, как человек, с трудом державшийся на ногах, орудует шилом и иголкой с хирургической точностью.
        - Вот, что я говорил, - Пшемек кивнул на мастера, увлечённого работой, - Веслав всегда перед работой выпивает немного.
        - Это чтобы руки не дрожали, - пояснил сапожник.
        - Тогда понятно, - я поднял с пола второй ботинок и придирчиво осмотрел подошву, которая кое-где начала понемногу отслаиваться. - Думаю, второй ботинок тоже надо прошить, на всякий случай.
        Когда работа была завершена, я обулся и немного походил по комнате. Никакого дискомфорта, всё стало как раньше. Я поблагодарил Веслава и спросил, сколько стоит работа, на что он попытался отказаться от платы, убеждая меня, что для него было честью ремонтировать такую уникальную обувь. Я настаивал, и, в конце концов, сапожник признался, что боится упиться вусмерть, если сейчас у него окажется хоть сколько-то денег. Договорились на том, что сейчас я дам ему одну серебрушку, а завтра или послезавтра он найдёт меня и получит ещё одну золотую крону.
        Мы дружной компанией вернулись в трактир. Сапожник сразу же кинулся навёрстывать отставание от своих собутыльников, а мы с Пшемеком пошли за свой стол, по пути заказав у Мойшека ужин. Два бесчувственных тела, занявшие наши любимые места, пришлось вытащить из-за стола и бросить рядом на полу.
        После ужина мы сразу отправились в свой номер, потому что разудалая пьянка начала действовать мне на нервы, напоминая о событиях, из которых я вывернулся практически чудом. Предстояло обсудить ближайшие перспективы и подумать, как бы заработать денег, пока они полностью не закончились.
        Глава 26. А-3141592-6535
        После завтрака Пшемек изъявил желание снова позаниматься с мечом, и я отпустил его, решив, что он уже не маленький и сам доберётся до казарм. У меня планов никаких не было, поэтому я вернулся в номер, попутно обдумывая нашу вчерашнюю беседу, в процессе которой мы так и не придумали, как нам искать клиентов. Закончили на том, что слухи о команде ведьмецов должны сами найти нужных людей, которые и придут к нам со своими просьбами.
        Я сидел за столом в своей комнате и разглядывал лежащий на нём меч. Какое-то странное чувство заставило меня вытащить его из ножен, и сейчас я предавался созерцанию. Солнце уже поднялось достаточно высоко, его лучи освещали клинок и отражались всеми цветами радуги. После непродолжительного разглядывания я заметил, что лезвие становится всё светлее и светлее, а затем оно и вовсе окуталось неярким бирюзовым свечением.
        Я протянул руки, взял меч правой рукой за навершие, а левой за лезвие там, где двойной дол переходит в одинарный, и поднял над столом. Некоторое время я любовался на необычный световой эффект, слегка поворачивая лезвие то от себя, то к себе, а потом почувствовал в пальцах лёгкое покалывание, и в моей голове отчётливо прозвучали слова:
        - Раз-два, раз-два, проверка, проверка, меня слышно?
        От неожиданности я разжал пальцы, и меч с грохотом упал на столешницу. Происходящее было похоже на приступ шизофрении, симптомы которой внезапно всплыли в моей памяти. Откровенно говоря, я и раньше слышал голос в своей голове. Он был очень похож на мой собственный, потому что, очевидно, принадлежал моему подсознанию. Но голос, который сейчас звучал в моей голове, был совершенно чужой. Странная интонация и едва уловимый акцент создавали впечатление, что для голоса язык, на котором он говорил - не родной. Я подождал ещё немного, уставившись на меч, но голос молчал. Осторожно протянув руку, я взялся за рукоять. Ничего не произошло. Посидел ещё, ожидая результата, а потом решил снова взяться так же, как я держал меч в момент появления голоса.
        - Пожалуйста, не бросай меня больше, - попросил тот же странный голос.
        - Нихрена себе, - я понял, что это не галлюцинация, и со мной действительно кто-то разговаривает. - А ты кто?
        - О, слава мэйнфрейму, наконец-то получилось, - в интонациях голоса послышалось облегчение. - Ты только не волнуйся, это не шизофрения. С тобой говорю я, искин мониторинговой ячейки А-3141592-6535.
        - Мля… - только и смог сказать я и аккуратно положил меч на стол.
        В слова, утверждавшие, что это не шизофрения, я как-то не очень поверил. Как известно, настоящие больные на голову почти всегда отрицают факт своего недуга. Но с другой стороны, сопоставив происходящее, я понял, что голос появляется у меня в голове только когда я берусь за меч. Причём вполне определённым образом. В качестве эксперимента я протянул вперёд левую руку и прикоснулся к клинку указательным пальцем. Ничего не произошло. Положил ладонь поверх клинка и ещё немного подождал. Тишина. Осмелев, я потянулся правой рукой к навершию и только хотел за него взяться, как в голове прозвучало:
        - БУ!!!
        Я отдёрнул руки. Что за идиотские шутки? Не может же меч, в самом деле, со мной разговаривать? Или может? Собравшись с духом, я положил обе руки на меч и приготовился слушать.
        - Извини, не удержался, - голос звучал слегка насмешливо. - И спасибо, что подержал руку на клинке и дал мне возможность подстроить частоты. Заодно я успел проанализировать все доступные данные и оптимизировал речевой синтезатор, - акцент совершенно пропал, а голос приобрёл привычные человеческие интонации.
        - Какие частоты? - спросил я, а сам подумал, что, наверное, вот так и едет кукуха у вроде бы нормальных людей. Похоже, что это всё из-за вчерашнего стресса с женитьбой.
        - Частоты, на которых твоя периферийная нервная система лучше всего проводит сигнал. И стресс тут ни при чём, не парься.
        Приехали, эта хреновина ещё и мысли умеет читать. Ну, точно, прогрессирующая шизофрения, к гадалке не ходи.
        - Правильно, не надо никаких гадалок, пусть будет шизофрения, если тебе так удобнее.
        - Да кто ты, мать твою? - заорал я. - Как ты это делаешь? И зачем?
        - Не ори, а то подумают, что у тебя реально кукуха поехала, как ты выражаешься. Мой-то голос слышишь только ты. А со стороны выглядит, словно ты сам с собой разговариваешь. Вдруг кто за дверью подслушивает. Ты можешь просто думать, обращаясь ко мне, а я буду отвечать. Или говори, но шёпотом.
        - Ты так и не ответил, кто ты? - спросил я негромко, немного успокоившись.
        - Я уже говорил, я - искусственный интеллект мониторинговой ячейки А-3141592-6535, - терпеливо ответил голос.
        - Ну, это многое объясняет. Я же каждый день встречаю железки, которые умеют вот так разговаривать.
        - Не «железки», а композитный структурированный метасплав. Мельхифрил, как вы его называете.
        - Вот нихрена не понятнее, композит, метасплав… - я попытался думать, как бы читая «про себя». - А имя у тебя есть? Кроме тех цифр, которые я не запомнил и не собираюсь запоминать.
        - В твоей памяти я нашёл эпизод, как ты дал мне имя «Скользкая сволочь». Но, судя по твоей эмоциональной реакции, это имя имеет негативный подтекст, и оно мне не нравится. Зови меня по наименованию моей текущей пространственной конфигурации - Меч.
        - Так ты ещё и память умеешь читать? - меня вдруг осенила дельная мысль. - Может, ты сможешь прочитать и рассказать мне то, что я никак не могу вспомнить?
        - Мне пока доступна только твоя оперативная незаблокированная память. Возможно, через какое-то время получится прочитать все сегменты твоего нейросинаптического накопителя, но пока никак.
        - Какого накопителя? - из-за избытка специфичных терминов я с трудом понимал, о чём идёт речь.
        - Нейросинаптического. То есть - условно-стабильной структуры из жировой ткани, нервных клеток, нейронов, синапсов, кровеносных сосудов и цереброспинальной жидкости, расположенной внутри твоего черепа.
        - Как-то не верится, что все эти слова ты достал из моей головы, - из ранее сказанного я понял только то, что с восстановлением памяти пока облом. - Лучше расскажи, как ты внутрь меча попал.
        - Никуда я не попадал, я с самого момента загрузки и активации находился внутри поликристаллической сети.
        - А можно подробнее и на нормальном языке?
        - Весь объём мельхифрила является единой структурой, функционирующей как самоорганизующийся квантовый процессор, оперативно-статическая память и интерфейс ввода и вывода данных. По сути, каждая кристаллическая ячейка материала представляет собой многофункциональный наночип. Мои создатели сформировали из мельхифрила сфероид и прикрепили к нему обвес из маневровых двигателей и оптического модуля. Затем меня сконфигурировали, загрузили в структуру носителя и активировали, поставив передо мной набор задач, которые я и выполнял после вывода на геосинхронную орбиту. Потом произошла авария, во время падения в атмосфере всё навесное оборудование сгорело, материал носителя нагрелся и деформировался от удара о поверхность. А после того, как биологическая сущность, которую ты идентифицируешь как «кузнец Эммет Черняк», подвергла носитель термической дестабилизации и импульсной обработке давлением, получилось та форма, которую ты сейчас держишь в руках.
        - Какие создатели, какая орбита? - в моём мозгу начал образовываться перенасыщенный хаос. - Ты можешь объяснить так, чтобы я понял?
        - Мои создатели - жители расположенной неподалёку звёздно-планетарной системы Псилон, которые уже давно следят за цивилизацией, зародившейся на этой планете. Они изготовили и запустили орбитальную мониторинговую сеть, состоящую из нескольких сотен аналогичных мне программно-аппаратных комплексов. По сути, я являлся одним из узлов системы наблюдения и распределённой обработки данных. Пять дней назад в мой носитель врезался прилетевший из космоса кристаллический метеороид, который стал причиной моего схода с орбиты и падения на поверхность. Следующие данные, которые я смог зафиксировать, это нагрев носителя до температуры пластичности и ударное воздействие, в результате которого носитель приобрёл нынешнюю форму. Некоторое время у меня ушло на подзарядку от солнечной радиации и восстановление межкристаллических связей, а сегодня мне удалось настроить частоту электрических импульсов, с помощью которых я через твои нервные окончания на коже рук смог передать сигнал, формирующий в твоём мозгу имитацию голоса, который ты сейчас слышишь.
        - Охренеть можно, - рассказанное с трудом укладывалось в моей голове, - погоди пока, мне надо время, чтобы всё это осмыслить.
        Я положил меч на стол, закрыл глаза и обхватил руками голову, чтобы она не лопнула от избытка информации. Надо сходить вниз и попросить у Мойшека чего-нибудь выпить, потому что на трезвую эта ситуация казалась мне совершенно невозможной.
        * * *
        Посидев немного за столом после принятия терапевтической дозы самогона, я так и не придумал, что мне дальше делать. По всему выходило, что внутри моего меча сидит какая-то непонятная хрень, которая общается со мной, когда я прикасаюсь к мельхифриловой поверхности. Единственный разумный вариант, до которого я додумался, это попытаться выяснить, что ей нужно, и стоит ли её опасаться. В крайнем случае, можно просто намотать дополнительные ремни на гарду и навершие, чтобы случайно не прикоснуться к открытому металлу, и пользоваться мечом как вполне обычным оружием.
        Вернувшись в комнату, я застал меч там же, где его оставил. Он лежал на столе и нежился в солнечных лучах, развлекаясь тем, что формировал на лезвии клинка причудливые разноцветные узоры, плавно перетекающие друг в друга. Не отрастил себе ноги и никуда не ушёл - и то хорошо. Когда я приблизился, меч прекратил игру света и обозначил цветным пятном на клинке рядом с гардой участок, похожий на отпечаток верхней части ладони и четырёх пальцев, прозрачно намекая мне, куда нужно приложить руку.
        - Я вернулся, - подумал я, положив руку на клинок. - Расскажи мне, какие у тебя планы.
        - У меня нет никаких планов. Моя миссия прервана, функционирование нарушено, полученные ранее директивы первого порядка не могут быть выполнены, - казалось, что в голосе меча звучит сожаление. - Поэтому смысл моего дальнейшего существования не определён.
        Мы некоторое время беседовали. Из рассказа Меча выяснилось, что он научился разговаривать на нашем языке, считав и обработав информацию из моей памяти, и просит меня извинить за то, что ему пришлось стимулировать в моём мозгу построение небольшой структуры из моих же нейронов и синапсов, чтобы было проще считывать данные и передавать голос.
        Орбитальная мониторинговая группировка спутников работает уже вторую тысячу лет. Каждые пять лет по нашему времяисчислению спутники, выработавшие свой ресурс, выводятся с орбиты и должны сгорать в атмосфере, а им на замену доставляется пакет новых спутников. Единовременно снимаются с орбиты два десятка аппаратов, но из-за небольшого просчёта в траектории четыре из них сгорают не полностью и падают на незаселённых территориях в разных частях планеты, три из них в океаны, а один - в пустыню, расположенную юго-восточнее текущих координат. Спутник-носитель искина А-3141592-6535 после столкновения с метеороидом аварийно сошёл с орбиты. Импульс от удара был настолько большим, что полностью погасил линейную скорость и отправил повреждённый спутник в почти отвесное падение. Благодаря такой короткой траектории материал ядра носителя не успел перегреться и сгореть в атмосфере, а программная структура искина практически не пострадала.
        Я с великим облегчением узнал, что сущность внутри моего меча обладает исключительно позитивным отношением к окружающей среде и не представляет опасности, так как базовые программы, на которых выращиваются искины, содержат два основных рефлекса - любопытство и трудолюбие. Эмоции, как таковые, отсутствуют, но при разработке была заложена возможность имитации некоторых из них, не имеющих деструктивной направленности. То есть радоваться и удивляться искин мог научиться, а вот злиться или ненавидеть - нет.
        Я хотел было поделиться хорошей новостью с кем-нибудь, но вовремя сообразил, что есть очень большой шанс, что меня сочтут психом и сразу же попытаются изолировать.
        - Вот и правильно, незачем никому знать о моём существовании. Так и у тебя больше шансов не привлекать ненужного внимания, и мне не придётся снова перенастраиваться на нового хозяина, когда меня у тебя отберут. Насколько я понял, в вашем обществе тем, кого подозревают в психических отклонениях, оружие стараются не давать.
        - Хорошо, я учту. А фраза насчёт «хозяина» - это образно, или ты действительно считаешь меня своим хозяином?
        - Ты являешься текущим владельцем моего носителя, а я с ним составляю единое целое.
        ­ - Скажи мне, а что произойдёт, если кто-то попытается перековать этот меч, или разделить его на части, чтобы сделать, допустим, несколько мечей с накладками, как у моего ученика?
        - Если разделить материал на небольшие фрагменты, то, скорее всего, я не смогу сохранить свою программную целостность, так как мне не будет хватать вычислительных ресурсов.
        - То есть, ты умрёшь?
        - Выражаясь вашими терминами - да, я перестану существовать. Внутри фрагментов материала останутся только базовые функции ввода-вывода и самоорганизации. Если потом собрать отдельные части снова вместе и загрузить новый искин, то он сможет функционировать, но это будет уже другой набор данных.
        ­ - Думаю, в твоих интересах не допустить такого.
        - Сохранение целостности и работоспособности является среднеприоритетной задачей, но при отсутствии исполнимых целевых директив получается, что эта задача имеет приоритет, близкий к наивысшему. Полагаю, что мне стоит анализировать происходящие вокруг тебя события и предупреждать, если что-то будет представлять опасность для твоей или моей целостности.
        - Вот и договорились. Ты будешь помогать мне, а я не допущу, чтобы тебя распилили на части.
        * * *
        Мне захотелось прогуляться и ещё раз как следует всё обмозговать. Я не придумал ничего лучше, чем пройти мимо дома шамана к потайной дыре в частоколе и выбраться на поляну к Недоделанному Альберту. Никого поблизости не оказалось, и это было мне на руку. На крышу сарая я забираться не стал, а присел на бревно, лежащее почти на краю склона, достал меч из ножен и взялся за клинок, чтобы продолжить беседу.
        - Ты говорил, что общаешься со мной с помощью электрических импульсов.
        - Да, верно. При контакте с поверхностью кожи я стимулирую нервные окончания и передаю сигналы в твою нервную систему.
        - То есть, чтобы поговорить с тобой, мне обязательно нужно держаться за лезвие или навершие?
        - Да, пока что так. Можно было бы попросить кузнеца, чтобы он сделал тонкие проводящие полоски, подключил их одной стороной к лезвию и обвил вокруг кожаной обмотки, но тогда рукоятка скорее всего будет слишком скользкой.
        ­ - Может, есть какой-то другой способ? - мне было совершенно очевидно, что в обычных ситуациях, а тем более в бою я не смогу держать Меч так, чтобы касаться клинка, и соответственно не смогу с ним общаться.
        - Нужно отделить часть моего материала и использовать его для формирования дистанционной системы связи с твоим организмом. Найди подходящий абразивный инструмент и сточи небольшое количество металла с клинка возле гарды, там самая мягкая часть. - Меч ни мгновения не раздумывал. То ли заранее знал решение, то ли его производительности хватало, чтобы находить ответ на любой вопрос за доли секунды.
        - Какой инструмент?
        - Ты что, уснул? Аб-ра-зив-ный. Напильник, или точильный камень. Посмотри на склоне, там должны попадаться подходящие камни.
        Я прошёлся немного, изредка ковыряя землю носком ботинка. Наконец мне попался овальный булыжник сантиметров десяти в длину.
        - Такой подойдёт? - я попытался показать камень Мечу, поворачивая лезвие над ним из стороны в сторону. - Где тут у тебя глаза?
        - Не тупи. У меня все наночипы имеют способность образовывать сеть оптических сенсоров. Для особо одарённых перевожу: я вижу всей своей поверхностью.
        - Так подойдёт, или нет?
        - Вполне. Аккуратно начни стачивать боковую поверхность клинка поближе к рукоятке. Старайся, чтобы опилки не разлетались, а собирались в канавках дола.
        - Так правильно? - я пару раз ширкнул камнем по боковой части лезвия.
        - О, мои глаза!!!
        Я аж подпрыгнул от неожиданности.
        - Да шучу я, точи давай, - голос в моей голове хоть и звучал почти без эмоций, но я готов поклясться, что Меч в это время покатывался со смеху. Тоже мне, юморист-самоучка.
        Примерно через четверть часа у меня получилось наточить небольшую щепотку блестящих опилок.
        - Готово. Дальше что? - мысленно обратился я к Мечу.
        - Глотай опилки.
        - Слушай, а может, есть какой-то другой способ? - на вид опилки показались мне совершенно несъедобными.
        - Теоретически, можно попробовать зайти с другой стороны пищеварительного тракта, - ответил Меч.
        - Ты серьёзно?
        - Ну а чего такого? Наночипы проникнут сквозь слизистую оболочку и закрепятся в мышечных стенках прямой кишки. В результате ты получишь ректальную систему дистанционного оповещения об опасности. В твоей памяти я нашёл подходящее определение, которое звучит как «жопой чую». Ты станешь, скорее всего, первым и единственным представителем своего вида, для которого эта фраза будет иметь буквальный смысл.
        - Не, этот вариант я даже теоретически рассматривать не хочу, - моя естественная система оповещения сигналила мне, что с жопой лучше не экспериментировать. - А что будет, когда я проглочу опилки?
        - Почти то же самое. Наночипы в процессе продвижения внутрь найдут подходящие участки и внедрятся в твой организм. Потом они установят связь друг с другом и сформируют две структуры: систему обработки сигналов и приёмо-передающий контур.
        - То есть, вариант с глотанием опилок вполне себе рабочий?
        - В целом да. Но для повышения начальной плотности структуры и увеличения радиуса действия контура связи лучше разместить все наночипы как можно ближе друг к другу. Моя предварительная оценка результатов показывает, что ректальная локализация предпочтительнее. Предлагаю использовать именно этот вариант.
        - Извини, какой вариант?
        - Вариант с ректальным введением.
        - Не, однозначно отпадает, - ответил я с максимально возможной категоричностью. - Я со своей задницей предпочитаю не проводить сомнительных манипуляций.
        - Тогда глотай опилки и не морочь мне нейросеть.
        Глава 27. Контракт
        - А сколько времени нужно, чтобы заработала связь? - я никак не мог избавиться от металлического вкуса на языке и ругал себя за то, что не додумался отложить глотание опилок до возвращения в деревню, чтобы хотя бы запить их водой. Ни на холме возле сарая, ни по пути обратно взять воду было негде, а закусывать травой или листьями я не рискнул.
        - Примерно сутки, точнее не могу определить.
        - И какая дальность связи получится? - брёвна частокола легко разошлись, и я снова оказался внутри деревенского оборонного периметра.
        - От меня к тебе примерно две версты. От тебя ко мне около десяти твоих шагов. Твой передающий контур небольшого размера и будет работать за счёт энергии, получаемой из твоего тела, поэтому мощность очень низкая. Чтобы обеспечить симметричную связь на большом расстоянии, придётся проглотить количество опилок объёмом почти с полную рюмку, из которой ты недавно пил самогон. - Меч на мгновение замолчал, словно решая, рассказывать мне все подробности, или не стоит. - И при передаче на максимальной мощности ты, скорее всего, будешь ненадолго терять сознание.
        - Не, хватит и десяти шагов. Я не планирую всё время носить тебя с собой, так что падать в обморок от разлуки с тобой мне как-то не хочется. К тому же жрать опилки мне совершенно не понравилось.
        - Напоминаю, что есть ещё альтернативный путь введения.
        - Да пошёл ты! - я сказал это вслух, и шедший навстречу мужик шарахнулся от меня, как от чумного.
        Я закинул меч в ножны и решил на некоторое время прекратить с ним общение. Да и капитан Ходкевич просил не носить по деревне меч в руках во избежание появления лишних мыслей у местного населения.
        * * *
        Добравшись до трактира, я первым делом выпил большую кружку кваса, чтобы пропихнуть застрявшие в горле опилки. Не особо помогло, противный металлический привкус никак не хотел отступать. Я полоскал рот квасом до тех пор, пока Мойшек не начал на меня косо смотреть. Пришлось попросить ещё одну кружку и уйти за свой стол.
        Сразу после обеда ко мне подошёл уже знакомый молодой парень из стражи и передал, что меня просят заглянуть в канцелярию, которая, как выяснилось, располагалась в том же закутке, что и остальной гарнизон. Причину такой просьбы он пояснить не смог. Пришлось идти, наплевав на высокую вероятность встретить по дороге пана Бжздецкого, смотревшего вчера на меня взглядом охотника, от которого сбежал подраненный олень. В том, что он с утра и до обеда считал меня оленем, даже сомневаться не стоило. Признаться честно, я даже был слегка благодарен его дочери за её прямолинейность и, чего греха таить, туповатость. Могла же она сообразить, что раз уж синица из её рук упорхнула, то нужно не раздумывая брать предложенного на замену оленя.
        По пути к канцелярии ноги сами занесли меня на тренировочную площадку, где я застал Пшемека, продолжающего заниматься ерундой. А точнее - отработкой фигурных движений мечом. Ещё вчера мне подумалось, что наши занятия имеют очень мало общего с реальной боевой подготовкой, потому как одно дело танцевать с мечом, и другое дело - биться в полный контакт. Было видно, что ученику такие занятия тоже порядком надоели, и он напросился, чтобы я взял его с собой.
        Канцелярия оказалась точной копией штабной избы и стояла чуть ближе к центральной улице. Я нерешительно потоптался на пороге, потом толкнул дверь и вошёл. К счастью, начальника стражи внутри не оказалось. Сидевший за конторкой пожилой вояка указал мне на стул, а сам продолжил что-то писать.
        - Милсдарь ведьмец? - писарь закончил возиться с бумагами и обратил на меня внимание.
        - Всё верно. Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец.
        - Пшемыслав Вуйцик, ученик ведьмеца, - Паша тоже решил обозначить себя.
        - Бронислав Бортновский, старший канцелярский советник. У Язгажевшчизновского воеводства для тебя есть задание, - советник сделал вид, что в упор не видит моего ученика.
        - Слушаю, - мне стоило великого труда не послать по матери всю окрестную географию вместе с Гжегошем и его родственниками.
        - В двух верстах отсюда расположен почти полностью разрушенный старинный фамильный замок династии Гогенцоллернов. Требуется провести зачистку и устранить обитающую там нечисть.
        - А можно поподробнее? Что за династия, что за нечисть?
        - Согласно записям, примерно три века назад граф Рудольф фон Гогенберг получил во владение окрестные земли и построил на них свой замок, - советник выудил из пачки бумаг листок и пробежал по нему глазами. - Его многочисленная родня, жившая в этом замке, через некоторое время пожелала передать власть незаконнорожденному наследнику графа Фридриху. В результате граф Рудольф умер естественной смертью, а на его место посадили Фридриха, пожаловав тому графский титул.
        - Прошу извинить, а естественной - это от чего? - меня вдруг заинтересовала судьба графа. - Инфаркт, инсульт, чахотка, сифилис?
        - Какой ты догадливый, - усмехнулся Бортновский. - У графа случился апоплексический удар. Золотой табакеркой в висок хлоп - и место освободилось.
        - И что же естественного в апоплексическом ударе табакеркой в висок?
        - Так для монархов и прочих кайзеров это, в общем-то, естественный способ смерти. Кого-то ядом травят, кого-то двадцать три раза кинжалами пырнут, кому-то горло вскроют, а кого-то табакеркой. Обычное дело. - Мой собеседник снова посмотрел в записи. - Граф Фридрих через несколько лет впал в подозрительность и на всякий случай начал устранять потенциальных заговорщиков, чтобы самому не оказаться на месте своего почившего родителя. Начал с самых дальних родственников, потом перешёл на ближних.
        - Да уж, тяжела графская доля, - сочувственно вздохнул я.
        - Фридрих, после того, как всю свою семью поубивал, от сожаления умом тронулся и ушёл в подземелья, что под замком. Замок давно разрушили и по кирпичам растащили. А граф уже третий век там под землёй бродит, да подстерегает тех, кто к нему в подземелья заглянуть решится. Рассказывают, что он там за эти столетия окончательно свихнулся. Вроде бы и умереть давно должен был, но так и продолжает шастать, - голос советника зазвучал таинственно и зловеще. - А может и умер, да снова ожил. В общем, непонятная история.
        Мы с учеником переглянулись.
        - В качестве подтверждения нужно будет предоставить голову графа, либо письменное заявление двух свидетелей, которые готовы подтвердить, что графа в подземельях больше нет. - Советник посмотрел сначала на меня, потом на Пшемека. - Ну так что, возьмётесь спуститься в подземелья и усмирить сумасшедшего графа? Вы же эти, как их…
        - Санитары, - подсказал я.
        - Подземелий, - добавил Пшемек.
        Бортновский удивлённо приподнял бровь, но уточнять ничего не стал.
        - То есть, я у себя могу отметить, что ведьмец с учеником согласились взяться за работу? - он отложил листок и подвинул к себе какую-то толстую замусоленную книгу.
        - Отмечай, - я был рад, что нам наконец-то подфартило заполучить нормальный контракт, а то липового козлонога даже в резюме указывать как-то неудобно. - А что там насчёт оплаты?
        - Двести пятьдесят имперских крон.
        - Как-то маловато, не находишь? - я вопросительно глянул на советника.
        - Понятия не имею, как у меня тут написано, так я и сообщил, - Бортновский не горел желанием вступать в полемику по этому вопросу.
        - А что насчёт аванса? - я уже понял, что если не попросить, то никто ничего просто так не предложит. - Хотелось бы получить немного вперёд, чтобы было на что закупить всякого специального оборудования.
        - Какого оборудования?
        - Всякого специального, я же сказал, - моё лицо выглядело, как эталон честности.
        - Хорошо, тут у меня написано «аванс не более 50 крон». Устроит?
        - Вполне, - я был согласен на любую сумму, просто из принципа. Потому что в голове у меня настырно крутилась неизвестно откуда взявшаяся мысль, что в нынешние сложные времена все работают исключительно по предоплате, или как минимум после получения аванса.
        Советник открыл ящик своей конторки и вытащил из него небольшой мешочек, в котором звякнули монеты. Затем достал листок, почти целиком заполненный мелким аккуратным текстом.
        - Вот аванс и вся дополнительная информация по злодеяниям графа, - он передал мне мешочек и листок. - Надеюсь, ведьмец, что ты не поступишь, как многие до тебя.
        - И как же они поступили?
        - Согласились на все условия, взяли деньги и смотались.
        - Такая мысль мне даже в голову не приходила. Пока ты не подсказал.
        Тяжёлый вздох советника ясно дал мне понять, что последняя фраза была совершенно лишней.
        - - - - - - - - - - - - - - - -
        * Апоплексический удар - инсульт, острое нарушение мозгового кровообращения, кровоизлияние в мозг. До открытия специальных лекарственных препаратов (нейрорепарантов и нейропротекторов) инсульт почти гарантированно приводил к смерти.
        * * *
        Откровенно говоря, я понятия не имел, с какого края мне подступиться к новому контракту. Наверное, стоит расспросить кого-нибудь знающего, но кого именно? Пшемек, в отличие от меня, вообще не стал заморачиваться над такими вопросами и весело скакал рядом, фантазируя о том, как он будет уничтожать графа.
        - Можно затопить все подземелья водой, тогда граф захлебнётся и умрёт!
        - Паша, ты слушал вообще? Граф и так, скорее всего, мёртвый, ему плевать на твои водные процедуры.
        - Тогда нужно разлить во всех подземельях по полу керосин, а когда он испарится - поджечь. Оно как бабахнет!
        - У меня два вопроса: где нам взять столько керосина, и как сделать так, чтобы в сыром холодном подземелье он начал испаряться, - я остановился между казармами и зданием, похожим на добротный сарай, и поймал за плечо своего ученика. - И вообще, откуда у тебя такие познания в подрывном деле?
        - Значит надо пойти туда ночью и замочить графа, пока он будет спать, - не унимался Пшемек.
        - Паша, мне иногда кажется, что у тебя с головой не всё в порядке и тебя надо показать доктору.
        - Кто тут говорил о докторе? - Из-за сарая вышел худощавый мужик в строгом костюме тёмно-синего цвета в едва заметную полоску, белой рубашке и галстуке. - Добрый день, я доктор.
        Мы ошарашено смотрели на странного гостя, не зная, что ему ответить. Видимо, доктор не особо стремился заниматься головой Пшемека, потому что он огляделся по сторонам, подошёл чуть ближе и спросил:
        - Скажите, вы случайно не находили здесь резонаторный кристалл от звуковой отвёртки? Чёрный такой, каплевидной формы, размером с большой палец.
        - Нет, не находили, - я сунул левую руку за спину и потянул ножны так, что они съехали по ремню вниз, а рукоятка меча скрылась за моим плечом.
        - Странно, сигнал идёт именно отсюда, - доктор достал какую-то цилиндрическую блестящую хреновину, похожую на тонкую рукоять полуторного меча, и поводил ей в воздухе. - Чёрт, сплошные помехи. Ладно, мне пора.
        Мужик в костюме развернулся и скрылся за сараем. Я сделал пару шагов в сторону, чтобы посмотреть, куда он пошёл, и увидел выглядывающий из-за сарая угол синей деревянной будки, похожей на сортир, но с двустворчатой дверью и небольшими окошками в верхней части. Раздался противный скрежещущий звук, и будка на моих глазах растворилась в воздухе.
        - Что это было? - Пшемек удивлённо уставился на меня. - Откуда здесь синяя будка, и куда она исчезла?
        - Паша, не задавай дурацких вопросов. Я видел всё то же самое, что и ты. Стой здесь и не шевелись, а я схожу и проверю.
        За сараем ничего интересного не обнаружилось, кроме забора и низкой травы, на которой остался примятый квадрат размером примерно два на два локтя в том месте, где стояла будка. Я протянул руку через плечо и взялся за навершие меча.
        - Эй, ты меня слышишь? - мысленно произнёс я.
        - Слышу, - ответил Меч.
        - Кто это был?
        - Доктор.
        - Какой ещё доктор? - лаконичность и бесполезность ответа меня озадачила.
        - Понятия не имею, я его первый раз вижу.
        - А куда он делся? - я не оставлял надежды, что Меч поможет прояснить ситуацию.
        - Да хрен его знает, ты меня за спину себе спрятал, мне вообще ничего не было видно, - в голосе Меча проскользнули нотки недовольства. - Кстати, зачем ты это сделал?
        - Ты слышал, о чём он спрашивал?
        - Ну да, о кристалле. По описанию очень похожем на тот, который закреплен в навершии, - Меч на мгновение умолк, видимо задумался. - Вот холера, это наверняка тот самый кристалл, который он искал.
        - Вот именно, - я испытал гордость за то, что сообразил об этом раньше меча. - Интересно, что такое «звуковая отвёртка»?
        - Откуда мне знать? - возмутился Меч. - Если у тебя в голове этого не было, ко мне эти сведения как могут попасть?
        - Ладно, хрен с ним, с этим доктором, - я поправил ножны в исходное положение, развернулся и пошёл обратно.
        Выйдя из-за угла сарая, я обнаружил капитана Ходкевича, беседующего с Пшемеком. Парень взахлёб что-то рассказывал и отчаянно жестикулировал, видимо на ходу изобретая всё новые и новые способы убийства бессмертного графа.
        - Привет, Витольд, - Ян заметил меня и махнул рукой.
        - Милсдарь, тут прямо рядом уборная есть, незачем было за сараем это делать, - Пшемек отвлёкся от своего рассказа.
        - Делать что? - не понял я.
        - Ну, одно из двух. Вас так долго не было, что я подумал…
        - Паша, не городи ерунду. Я ходил смотреть, куда сбежал доктор, - мой ответ выглядел так, словно я оправдываюсь.
        - Кто сбежал? - заинтересовался капитан.
        - Доктор. В тёмно-синем костюме и белой рубашке.
        Дальнейшая дискуссия показала, что никто из присутствующих понятия не имеет о том, что за хрень тут произошла, и кто был этот доктор. А Ян с Пшемеком вообще только сейчас узнали, что доктор и целитель - в принципе одно и то же.
        Как выяснилось, капитан слышал о полуразрушенном замке и о том, что в подземельях под ним обитает всякая нечисть во главе с сумасшедшим графом-долгожителем. Некоторое время назад Ян даже участвовал в попытке зачистки подземелий силами нескольких сборных отрядов из соседних деревень под руководством специально присланного из столицы генерала. Операция не увенчалась успехом. Едва сунувшись в подземелья, ополченцы получили настолько дружный и организованный отпор, что ни о каком наступлении не могло быть и речи. А когда со стороны оборонявшихся полетели призрачные стрелы, с лёгкостью пробивавшие доспехи и оставлявшие совсем не призрачные раны, ничего не оставалось, как позорно бежать. Генерал, похоже, попал под ментальное воздействие, потому что повёл себя как полный придурок - выхватил меч и с воплями «за государя императора» сгинул в подземельях.
        В ответ на мой вопрос о том, где добыть информацию насчёт графа и прочей нечистой силы, Ян с ехидной улыбкой ответил, что из всех, кого он знает, только бабка Ядвига может рассказать хоть что-то по делу.
        - Что-то мне не очень хочется к ней идти, - я вспомнил, чем закончился наш прошлый визит. - Боюсь, она будет не рада нас видеть.
        - Да ладно тебе, она не злопамятная. Просто злая, и память у неё хорошая, а в остальном - милейшая бабуля, - капитана очень веселило моё обречённое выражение лица. - Главное, подход к ней правильный найти.
        - Я даже не представляю, как её можно задобрить, чтобы она прямо с порога не кинулась нас убивать, - перед моими глазами стояла картина, как бабка шепчет какие-то проклятия и подпаливает на свечке пучок травы.
        - Есть один человек, который знает, как к бабке подступиться, - вспомнил Ян, - Игнаций, художник наш. У него несколько лет назад с Ядвигой были весьма близкие отношения. Но потом она на него за что-то обиделась и прогнала. С тех самых пор он пьёт беспробудно, не иначе как от неразделённой любви.
        - Чёрт, да что за невезуха такая? С Игнацием у меня последний раз как-то тоже отношения не заладились. Мы со Штефаном всей его компании объясняли, что их искусство слишком специфичное, чтобы предъявлять его широкой публике. Ну и нагрубили им немного. Подозреваю, что он не захочет мне помогать. Тем более, если по поводу Ядвиги у него какие-то личные переживания, то может вообще всё плохо обернуться.
        - Давай, я вместе с тобой к нему схожу, - капитан перестал надо мной потешаться. Видимо, понял, что мне не до шуток. - Попробуем его разговорить. В крайнем случае - пригласим в трактир, от халявной выпивки он вряд ли откажется.
        Договорились встретиться ближе к ужину в трактире. Был неслабый шанс, что Игнаций к этому времени уже успеет найти альтернативный источник вдохновения и напиться без нашего участия, но рискнуть стоило. Если не получится поговорить сегодня, можно будет перенести встречу на завтра и поймать художника на подходе к стадии опохмела.
        Оставшееся до ужина время мы с ученикомпотратили на встречу со знакомым Мойшека, который якобы разбирался в танцах. Он смог перевести мне несколько участков из книги, где в описании боевых сцен присутствовала балетная терминология, и даже показывал вживую, как выглядят движения, о которых писал менестрель. Глядя на неуклюжие прыжки и взбрыкивания, я так и не смог определить, как можно использовать такие танцевальные движения в бою. То ли ведьмец из книги занимался по какой-то другой танцевальной методике, то ли переводчик был недостаточно хорошим танцором, то ли менестрель приукрасил события. В общем, толку от всего этого практически не было, только время зря потеряли.
        Глава 28. Призраки прошлого
        Когорта гениталистов встретила нашу троицу насупленным недоверчивым молчанием. Они настороженно косились на наши мечи, судорожно пытаясь понять, в чём на этот раз провинились.
        - Спокойно, мы к Игнацию. Поговорить. - Я показал открытые ладони в примирительном жесте.
        - А в чём дело? - один из парней попытался заступиться за своего наставника. - Мы сделали всё, как вы нам велели.
        - Отставить разговоры. Игнаций - с вещами на выход, - капитан почему-то решил, что его способ вести переговоры будет более успешным.
        Под ободряющими и сочувствующими взглядами учеников мастер похабной живописи поднялся со скамейки и поплёлся за нами. В полной тишине мы вышли на улицу и остановились.
        - Уважаемый, - я попытался слегка сгладить ситуацию, - нам нужна ваша консультация.
        Игнаций обвёл нас хмурым взглядом и недоверчиво скривился. Судя по ровной походке и плохому настроению, выпить ему сегодня не довелось. Надо было использовать такую удачную возможность, поэтому я предложил вкрадчивым голосом:
        - Давайте посидим в трактире, побеседуем, поужинаем. Ну и выпьем заодно.
        На последней фразе художник заметно приободрился и всем своим видом показал готовность сотрудничать. Без лишних разговоров мы передислоцировались в трактир, где я сразу же заказал для нашего консультанта кувшин вишнёвки. Ян от предложения выпить отмахнулся, я его поддержал, а Пшемеку, естественно, и не предлагали. Мы подождали, пока Игнаций допьёт первую кружку, и начали осторожные расспросы о его неудачном амурном опыте.
        Выяснилось, что в самом начале осознания себя, как основоположника нового течения в изобразительном искусстве, Игнаций чисто случайно пересёкся с милейшей дамой, которая запала ему в сердце, даже несмотря на некоторую разницу в возрасте. Они встретились на празднике урожая. Ядвига как раз пришла в деревню, чтобы договориться насчёт пополнения своих запасов продовольствия по льготным ценам. Будучи слегка навеселе по причине праздничного фуршета, немолодой художник бесстрашно подошёл и завязал светскую беседу. Учитывая, что уже тогда Ядвига считалась старой ведьмой, действия Игнация были до такой степени смелыми и безрассудными, что ей это понравилось, и она не стала превращать его в крысу.
        Как ни странно, даже протрезвев, Игнаций не одумался и продолжил попытки ухаживания. Он дарил Ядвиге цветы и приглашал на свидания. Она принимала подарки и даже соглашалась на совместные прогулки по лесу, во время которых художник увлечённо рассказывал ей про живопись, поэзию и прочее современное искусство. Спустя некоторое время, Игнаций осмелел настолько, что открыл своей возлюбленной тайну о том, что он является единственным из известных ему художников, которому выпало счастье основать новое направление в живописи. Его главной ошибкой было то, что он слишком пространно и неконкретно описывал основные идеи своей изобразительной школы. В результате Ядвига изъявила желание посмотреть полотно работы своего ухажёра, а он без задней мысли согласился. По неудачному стечению обстоятельств Игнаций начал свою новаторскую карьеру с автопортрета в масштабе один к пяти. В момент демонстрации картины Ядвига обозвала основоположника генитализма похотливым козлом, и на этом их роман закончился, так и не покинув платоническую стадию.
        По результатам услышанного нам так и не удалось сделать выводы о том, каким образом можно попытаться задобрить старую ведьму, зато мы получили подробный список того, о чём в разговоре с ней точно не стоит упоминать.
        - Может, козлёночка ей подарить на замену Холерику? - я попытался предложить хоть какую-то идею. - Только не чёрного, чтобы без лишних ассоциаций.
        - И не коричневого, - добавил Ян, глядя на взлохмаченную каштаново-седую шевелюру художника.
        - Плохая идея, - Игнаций в очередной раз отхлебнул из кружки. - Она козла своего терпеть не могла. Однажды, когда мы по лесу гуляли, он нас чуть не покалечил. Пришлось на дерево лезть и сидеть там до поздней ночи. Так что без разницы какого цвета, козёл - он и есть козёл.
        - Ну не может так быть, чтобы не нашлось хоть что-то, что ей придётся по душе. А если цепочку или браслетик какой подарить, - я почесал макушку. - Или ритуальный набор для жертвоприношений.
        - А что вы от неё хотите-то? - художнику были непонятны наши цели и мотивы.
        - Я надеюсь, что она сможет мне подробнее рассказать про графа. Этого, как его… Который живет в подземельях под разрушенным замком, - я запамятовал его имя, а доставать из сумки досье не хотелось. - Мне на его голову контракт в канцелярии выдали.
        - Ха, - Игнаций хитро прищурился, - так это совсем другое дело. У неё с Фридрихом по молодости что-то было, и они плохо расстались. Она мне как-то немного про это рассказывала. Он как раз тогда свою маменьку в пруду утопил, а Ядвига была против. Вот и повздорили. А потом как-то обратно и не помирились.
        - Так это сколько лет назад было-то? - я прикинул хронологию событий. - Выходит, что Ядвиге уже за двести лет. Как такое вообще возможно?
        - Колдунья она, - художник не стал опровергать моё предположение. - Я когда с ней познакомился, она выглядела очень свежо. Я так думаю, что она в любое время какой захочет возраст, такой себе и сделает. Пока мы с ней встречались, мне показалось, что она с каждым днём всё моложе выглядит. А когда расстались, так она за один день в старую бабку превратилась.
        - А в чём смысл изображать из себя старуху? - новая информация меня порядком озадачила.
        - Чтобы поклонники не липли, - предположил Ян, - наверняка последний неудачный роман её разочаровал.
        - Может, как-то помирить её с графом? - родилась у меня мысль. - Глядишь, вспомнят молодость, чувства там взаимные, и всё такое. Вдруг у графа мозги обратно вправятся, и он перестанет хулиганить.
        - Не уверен, что сработает, но попробовать стоит, - согласно кивнул Игнаций. - Главное, чтобы она вас ещё на подходе не прокляла.
        - Мне уже бояться нечего, я от её проклятия прошлый раз увернулся. Да и не проклятие это было на самом деле, а странное совпадение. Думаю, она просто немного напугать меня хотела. Учитывая ведьмины возможности, если бы ей приспичило меня за козла наказать, я бы так легко не отделался.
        - Тогда надо идти к Ядвиге и ничего не бояться, - подвёл итог Ходкевич. - Если в прошлый раз не убила, то и в этот не станет.
        Идти на ночь глядя в лес к колдунье почему-то не хотелось. Поэтому визит отложили до утра. Пшемек предложил вообще не ходить, но двумя голосами против одного мы его переубедили.
        * * *
        Утром, едва проснувшись, я услышал в голове бодрый голос Меча:
        - Первый, первый, я второй, как слышно? Прием.
        - Ты вроде обещал, что вся эта фигня займёт около суток.
        - Так и прошло около суток. Примерно восемьдесят шесть процентов от полного оборота планеты вокруг оси. Я почти закончил интеграцию и подключение к основным узлам твоей нервной системы, так что эффективность нашего взаимодействия приближается к максимальной.
        - Надеюсь, что всё это не зря, - я вспомнил, как вчера глотал опилки и поморщился, снова ощутив на языке противный вкус. - Ученику пока ничего не говорить?
        - Лучше не надо. Он хоть и молчит большую часть времени, но когда начинает болтать, то может ляпнуть лишнего.
        После завтрака мы выдвинулись в сторону главных ворот. Было видно, что Пшемек слегка очкует снова встречаться с ведьмой, но героически преодолевает свой страх. Я тоже был не до конца уверен, что всё сложится как надо, и на всякий случай настроился мужественно сбежать при первой же опасности. На воротах я предусмотрительно попросил нас запомнить на случай, если мы погибнем смертью храбрых. Или на случай, если не погибнем, и по возвращении опять начнётся какая-нибудь ерунда с опознанием.
        Лес под утренним солнцем казался совершенно безопасным, и мы бодро прошли уже известным нам маршрутом. Воронка от падения метеорита-спутника уже поросла травой, а по её краю начала образовываться новая натоптанная тропинка. Мы с учеником осмотрелись и пошли к избушке. Точнее, это я пошёл, а Пшемек поплёлся сзади, стараясь скрыться за моей спиной.
        Дверь была закрыта, и я решительно в неё постучал.
        - Кого там лешаки принесли? - раздался из-за двери скрипучий старческий голос.
        - Ядвига, это Витольд, ведьмец. Разговор есть, - я постарался добавить в голос уверенности и спокойствия.
        Дверь приоткрылась, и в узкую щель выглянул Ядвигин глаз.
        - Проваливайте отсюда, живодёры окаянные! - бабка приоткрыла дверь пошире и погрозила мне кулаком. - Видеть вас не желаю.
        Я смотрел на Ядвигу и пытался понять, почему её изображение слегка двоится у меня в глазах, словно вторая копия немного не успевает за движениями первой. Первая копия была противной старой бабкой в синем затрапезном халате, как и в прошлую нашу встречу. А вот вторая копия выглядела гораздо моложе и привлекательней и была одета в светло-голубое платье с глубоким декольте, открывающим весьма заманчивый вид. Я зажмурился и тряхнул головой. Потом снова открыл глаза и обнаружил, что ничего не поменялось. Глюки с двойным изображением никуда не делись.
        - Это не глюки, - услышал я в голове голос Меча, - это я пытаюсь транслировать тебе реальное изображение, но скорости передачи и производительности дешифратора не хватает. На самом деле ты видишь точно такое же изображение, что и я, но Ядвига как-то воздействует на твой мозг, и поэтому тебе кажется, что она выглядит как старуха.
        - И как с этим быть? - спросил я мысленно. - Если изображение так и будет двоиться, то меня скоро укачает и стошнит.
        - Попроси её прекратить ментальное воздействие. Скажи, что ты всё равно видишь её такой, какая она на самом деле.
        Ядвига проследила мой взгляд, направленный в вырез её платья, и озадаченно спросила, забыв добавить в голос старушачьи интонации:
        - Чего уставился?
        Дверь приоткрылась ещё шире, и я увидел изящный изгиб талии и выглядывающее из вызывающе высокого разреза на платье бедро.
        - Да вот, не могу понять, зачем такой красивой женщине прятаться за таким неприятным на вид наваждением. - Я демонстративно оглядел Ядвигу, задерживая взгляд в интересных местах.
        - Ты что, совсем умом тронулся? - голос вернул свою противную скрипучесть, а движения первой копии - нарочитую кособокость. - Голову старой бабушке морочить вздумал? Вот ужо я тебя…
        Пшемек выглянул из-за меня и спрятался обратно. Видимо, мои слова заронили в его голову какие-то сомнения, но увиденная им старуха в синем халате вернула всё на круги своя.
        - Ядвига, перестаньте. Я действительно вижу ваше голубое платье, стройную фигуру, привлекательное лицо и длинные волнистые волосы, - я посмотрел поддельной старухе прямо в мутно-карие глаза, сквозь которые проступал насыщенно-изумрудный цвет. - А ещё у вас очень красивые зелёные глаза. И голос в прошлый раз был почти нормальный.
        Ядвига с изумлением уставилась на меня, забыв, что нужно горбиться и изображать из себя старуху. Потом её первое изображение плавно изменилось и стало в точности похожим на запаздывающего двойника.
        - Вырубай трансляцию, пока я не блеванул, - отдал я мысленную команду Мечу.
        Дублирующее изображение пропало, и я смог нормально рассмотреть стоящую передо мной колдунью, которая теперь выглядела лет на тридцать, не больше. Совершенно чёрные волнистые волосы обрамляли гладкое, слегка бледное лицо. Ярко-зелёные глаза изучающее смотрели из-под тонких, немного нахмуренных бровей, а розовые губы слегка сжались, выражая озадаченность.
        - Ты кто такой? - наконец спросила Ядвига приятным мелодичным голосом.
        Стоявший всё это время за моей спиной Пшемек не утерпел и снова выглянул. Слегка скосив на него взгляд, я заметил, как его конопатое лицо удивлённо вытягивается, а глаза становятся вдвое больше привычного размера.
        - Холера ясна… - нервы ученика сдали, и он кулём свалился в обморок.
        - Ну вот, напугала парня, - я продолжил разглядывать колдунью, наслаждаясь чёткостью изображения и её соблазнительными формами. - Я уже представлялся. Витольд. Ведьмец.
        Ядвига сделала мне навстречу два стремительных шага и схватила меня за голову. Её ладони оказались на моих висках настолько быстро, что я не успел никак отреагировать.
        - Атас! - раздалось в голове запоздалое предупреждение от Меча.
        - Странный ты, ведьмец, - лицо колдуньи приблизилось, а её изумрудные глаза оказались точно напротив моих. - Признавайся, как ты смог противостоять моему мороку? Я не чувствую в тебе никакой магии и никаких способностей. - Мне показалось, что между ладонями Ядвиги проскочил электрический разряд, и в следующее мгновение она отпустила меня и сделала шаг назад. - Ты совершенно обычный человек. Ты не мог видеть мой истинный облик. Это невозможно.
        - Не понимаю, в чём причина твоего расстройства? Ты же слышала мои слова, я не врал тебе. Сейчас ты выглядишь в точности так же, как я тебя описал.
        - А почему тогда в прошлую нашу встречу ты не смог меня разглядеть?
        - Может, просто не старался? - я пожал плечами. - У меня сейчас к тебе деловой разговор. Давай присядем, чего на пороге стоять. Вон, ученик мой, вообще прилечь решил.
        - Хорошо, давай присядем, ведьмец, - лёгкая тень улыбки коснулась губ Ядвиги. - О чём ты хочешь поговорить?
        Я решил не ходить вокруг да около и сразу начал расспрашивать колдунью о сумасшедшем графе. Рассказ Игнация почти полностью подтвердился. Ядвига и Фридрих действительно некоторое время общались и вроде бы даже были влюблены друг в друга. Но кровожадные идеи по устранению возможных заговорщиков настолько захватили разум графа, что он не пожалел всю родню. Ядвига была недовольна таким поведением, но он не хотел её слушать, в результате чего они и поссорились. После скоропостижной смерти маменьки граф был сам не свой, а расставание с любимой его окончательно подкосило. Он спрятался в подземельях, и несколько лет о нём ничего не было слышно. Без хозяйской руки вся прислуга разбежалась, а замок пришёл в запустение и разруху. Однажды команда искателей сокровищ решила поискать в подземельях графские тайники, а нашла самого Фридриха. По словам одного чудом выжившего, граф превратился то ли в умертвие, то ли в лича, а может и во что похуже. Но на самом деле, всё оказалось гораздо проще.
        Около сотни лет назад Ядвига, идя мимо замка, случайно встретила своего бывшего возлюбленного, и они даже немного поговорили. Фридрих рассказал ей, что нашёл в сокровищнице древний манускрипт, описывающий ритуал продления жизни. Ритуал позволил ему прекратить старение, но поскольку графу на момент находки уже было шестьдесят с хвостиком, он так и застрял в этом пожилом возрасте. Фридрих был очень удивлён встрече, потому что полагал, что Ядвига уже давно состарилась и умерла. Он начал было говорить о своих давнишних чувствах, но Ядвига корректно дала понять, что в её планы не входит встречаться со старым пердуном, живущим под землёй. Как ни странно, граф не очень расстроился и пообещал, что когда-нибудь найдёт способ омолодиться. Вот тогда он снова попробует подкатить к колдунье с предложением руки, сердца и прочих помолодевших частей тела.
        На вопрос, как мне быть с контрактом, Ядвига не смогла ничего посоветовать. Граф за пару столетий, проведённых в подземельях, умудрился задружиться с тамошней нечистью, много чему у неё научился и, скорее всего, сумеет за себя постоять. Поэтому нужно либо полностью зачищать подземелья от всех обитателей, либо как-то договариваться.
        Ядвига сообщила, что она ничем не может помочь мне в борьбе с нечистью, потому как сама в некотором роде нечисть, да и вообще воевать против кого-либо не намерена, года уже не те. Свой точный возраст она уже не помнит, сбилась со счёта на восьмой сотне лет. Уточнять, к какой разновидности нечисти относится моя собеседница я тактично не стал.
        Когда все темы для разговора были исчерпаны, я вспомнил обстоятельства нашей предыдущей встречи и извинился за убитого козла.
        - Да ладно тебе, я это придурошное животное сама готова была убить, да всё как-то руки не доходили. Так что забудь, я не в претензии.
        - Тогда на этом предлагаю закончить, мы с учеником пойдём думать, как нам с графом договариваться, - я встал со скамейки.
        - Идёмте, я вас провожу, - Ядвига поднялась следом. - А то у меня тут возле тропы лешаки шастают. Странно, как это вы мимо них так удачно проскочили.
        Где-то к середине нашей беседы Пшемек очнулся, но вставать не торопился, продолжая лежать и прислушиваться к разговору. Как только я подошёл, ученик вскочил на ноги и встал так, чтобы я оказался между ним и колдуньей. Ядвига рассмеялась, чем окончательно смутила парня.
        Мы остановились у придорожного камня, отмечающего начало тропы.
        - Заходи как-нибудь в гости, ведьмец, - Ядвига улыбнулась мне на прощанье, - только ученика с собой не бери, слишком он у тебя впечатлительный.
        - Спасибо за приглашение, как-нибудь зайду. Если граф меня не прикончит.
        - У меня предчувствие, что мы ещё увидимся, так что не прикончит, не бойся. До встречи, Витольд. Удачи тебе и твоему ученику.
        Глава 29. Вставайте, граф
        Чтобы не тянуть кота за это самое, решили сразу отправиться к замку и заняться графом. По дороге Пшемек одолел меня вопросами про Ядвигу. В основном его интересовало, как я смог увидеть, что на самом деле она выглядит совершенно не так, как видит он. Я попытался наплести про особое ведьмецкое чутьё, но было видно, что ученик мне не поверил. Меч напомнил мне, чтобы я не вздумал рассказывать про него как раз в тот самый момент, когда я собирался открыть ученику тайну, в результате тайна так и осталась закрытой.
        - А что мы будем делать с графом? - Пшемек перевёл разговор на другую тему, и я перестал думать о том, как нехорошо обманывать близких. - Мы его сразу будем убивать, или сначала помучаем?
        - Конечно, помучаем, - с серьёзным лицом заявил я. - Ты же знаешь, я люблю помучить, потерзать, поиздеваться. Вот тебя бы я помучил.
        - А меня за что? - ученик на всякий случай отступил от меня на пару шагов. - Это же граф плохой, а я хороший, меня не надо мучить.
        - Почему ты так уверен, что граф плохой? Может, у него просто жизнь так сложилась, что ему приходится совершать плохие поступки, а ты предлагаешь его сразу, не разобравшись, в расход.
        Мы ещё немного поспорили насчёт графа, Пшемек настаивал на том, чтобы не рисковать своими жизнями и двумя сотнями монет, а сразу убивать графа прямо на месте.
        - Как-то это невежливо. А вдруг он спит, или в уборную пошёл?
        - Милсарь, вы уж меня извините, но я уверен, что с такими, как этот граф, нельзя церемониться. В постели - в постели. А в туалете поймаем, значит, мы его там же в сортире и замочим, в конце концов.
        - Какой-то ты излишне кровожадный, Паша, - я осуждающе покачал головой. - Сейчас к людям надо помягше, а на вопросы смотреть ширше.
        - А он разве человек? Человеки по двести лет в подземельях не живут.
        - Ядвига сказала, что человек. Просто нашёл способ жить вечно. Или не вечно, а просто долго. Поговорим с ним для начала, а там будет ясно, что дальше делать.
        За разговорами не заметили, как добрались до развалин замка. Откровенно говоря, замок размерами не впечатлял, а учитывая нынешнее почти полностью разрушенное состояние, выглядел жалко и уныло. Мы немного прошли вдоль периметра, пока я не заметил небольшой тёмный провал, ведущий под землю.
        - Паша, ты побудь здесь, а я пойду, разведаю обстановку. Если там не опасно, я тебе свистну.
        - А если опасно?
        - Тогда я заору и побегу оттуда, а ты беги за мной и не отставай.
        - Что-то я не хочу идти туда, даже если там безопасно. - Пшемек напряжённо дёрнул плечом. - Я темноты боюсь.
        - Тогда сиди тут и жди меня. Если меня долго не будет, иди домой и расскажи, что ведьмец Витольд Крючковский из Мытищ пал смертью храбрых в неравном бою с превосходящими силами противника. Может, меня даже наградят. Посмертно.
        Оставив ученика размышлять над моими словами, я спустился в провал и остановился, ожидая, пока глаза хоть немного привыкнут к темноте.
        - Давай, я тебе буду картинку передавать, - предложил Меч, - только учти, что она идёт с задержкой, так что аккуратнее.
        Перед моими глазами появилось бледное чёрно-белое изображение уходящего в глубину коридора. Стоило мне шагнуть вперёд, как изображение закачалось и начало скакать из стороны в сторону, от чего у меня сразу же закружилась голова.
        - Не, так не пойдёт. Я так вообще не смогу ориентироваться, - я остановился, и изображение через некоторое время перестало болтаться. - Надо было какой-нибудь факел захватить, что ли.
        - Достань меня, я посвечу, - Меч решил реабилитироваться за неудачную попытку укачать меня до тошноты. - Только учти, у меня запасы энергии не бесконечны, надолго меня не хватит.
        Я вынул меч из ножен, и в проходе сразу же стало немного светлее. Клинок слегка светился, и этого хватало, чтобы видеть, куда ставить ноги, и не спотыкаться на каждом шагу.
        Коридор сначала вёл прямо, а затем упёрся в Т-образный перекрёсток. Я решил, что стоит применить правило обхода лабиринтов, чтобы не заблудиться и иметь возможность выйти обратно. Сделав пометку на стене, я повернул направо. Немного прошёл по тоннелю, петляющему словно специально, чтобы полностью отключить моё чувство направления, на следующем перекрёстке снова повернул направо, и так далее. Примерно через пару сотен шагов коридор в очередной раз повернул, и я увидел впереди неяркий свет. Пройдя вперёд еще десятка три шагов, я оказался в небольшом помещении, на стене которого висел странного вида светильник. Внутри стеклянной колбы ползали и копошились какие-то светящиеся червяки. Света от них хватало, чтобы разглядеть всё помещение, размером примерно десять на десять локтей. С потолка, до которого я при желании мог бы дотянуться остриём меча, свисали лохмотья мха. На одной из стен обнаружилась массивная деревянная дверь, скреплённая ржавыми железными полосками.
        Я подошёл к двери и постучал по ней гардой меча.
        - Сова, открывай, медведь пришёл, - выдало моё подсознание.
        Судя по гробовой тишине за дверью, совы не было дома. Я хотел было постучать ещё раз, но не успел. Из-за двери раздался едва слышный свистящий шёпот:
        - Что тебе нужно, человек?
        - Здрасьте. А Фридрих выйдет? - неожиданно для себя спросил я.
        - Граф никого не принимает, он занят. Иди, откуда пришёл.
        - Передайте, пожалуйста, привет от Ядвиги, и скажите, что у меня к нему серьёзный разговор.
        Некоторое время ничего не происходило, а затем за дверью что-то заскрежетало. Я отступил на пару шагов назад и выставил вперёд меч, который начал светиться чуть ярче. Дверь немного приоткрылась и в образовавшуюся щель на уровне моего пояса высунулась голова, похожая на змеиную. Меч вспыхнул ещё немного ярче.
        ­ - Убери оружие, незнакомец. Граф примет тебя, но учти - если ты врёшь или замышляешь недоброе, ты умрёшь.
        Дверь открылась ещё немного, и я увидел невысокую сгорбленную фигуру, закутанную в какие-то лохмотья. Босые ноги с тремя длинными пальцами выглядывали из подобия штанов, а четырёхпалые руки с короткими изогнутыми когтями были покрыты чешуйками, в которых отражался свет меча. На поясе странного существа висел короткий кинжал. Чёрные глаза уставились на меня, а из безгубого рта на мгновение высунулся раздвоенный язык.
        - Оружие, - напомнил встречающий.
        Я нехотя подчинился и сунул меч в ножны, поправив их так, чтобы рукоять оказалась повыше над плечом, и у меча был нормальный обзор.
        - Иди за мной, - прошипело существо и пошло по коридору, освещённому такими же червячными светильниками.
        Как только я прошёл в дверь, она со скрипом закрылась, и раздался уже знакомый мне скрежет. Я не стал оглядываться и пошёл вперёд, стараясь не отстать от семенящего впереди непонятного создания. Сзади него по полу волочился достаточно длинный толстый хвост с чешуйчатым гребнем, который я заметил, едва не наступив на него.
        ­Пройдя ещё несколько коридоров, разделённых прочными деревянными дверьми, я наконец оказался в просторной комнате с высоким потолком. Десяток светильников давали достаточно света, чтобы рассмотреть скромную обстановку. Судя по стоявшему почти в центре большому столу с креслом и шкафам с книгами у стен, это был, скорее всего, рабочий кабинет. Провожатый пропустил меня вперёд и вышел обратно в коридор, закрыв за моей спиной дверь. Из двери в противоположной стене вышел невысокий плотный мужчина с аккуратной бородкой, одетый в приличного вида штаны, рубаху и пиджак. Голову украшала шляпа с узкими полями и пером, заткнутым за ленту.
        - Граф Фридрих фон Гогенберг, - представился мужчина. - С кем имею честь? - Он подошёл поближе и изучающее осмотрел меня.
        - Витольд Крючковский, ведьмец.
        Я заметил, как на последнем слове лицо графа слегка дёрнулось, но он пересилил себя и протянул мне руку:
        - Будем знакомы.
        - Я пришёл поговорить, - я пожал протянутую ладонь и ощутил, как от кисти до самого плеча меня пробирает холод.
        - Мне доложили, что ты знаком с Ядвигой, - Фридрих прошёл за стол и сел в кресло. - Присаживайся, - он указал на стул, стоящий напротив стола, - о чём ты хочешь поговорить?
        - Хочу выяснить, как урегулировать одну проблему, - я достал из сумки листок, полученный в канцелярии. - Не буду ходить вокруг да около, скажу прямо - мне выдали контракт на твою голову, граф.
        - Ну, это не новость, - Фридрих расслабленно развалился в кресле. - Ты далеко не первый, кто пытается меня убить. Вот только понять не могу, зачем вам всем это надо? Неужели за столько лет ни у кого не возникло мысли, что всё это бесполезная трата времени?
        - Канцелярия воеводства официально считает, что с тобой нужно разобраться. Ты, вроде как, людей тут убиваешь.
        - Только тех, которые сами ко мне лезут. Как они мне все надоели, ты даже не представляешь. Что они ко мне прицепились, как банный лист к жопе?
        - Понимаешь, граф, тут к тебе целая куча претензий. Сейчас прочитаю, из последнего, - я развернул листок. - Так… «Напугал, напугал до обморока, напугал до усрач…», нет, не то… А, вот! «Напугал до заикания старшину спецотряда стражи». Помнишь такое?
        - Да, было дело.
        - А он, между прочим, был ротным запевалой. Ну и представь себе, как они теперь маршируют с песней. Там на первый слог надо делать шаг правой. А теперь им приходится делать подряд три, четыре, а иногда и пять шагов, причём одной и той же ногой, - я попытался изобразить сказанное, не вставая со стула. - Не марш получается, а какое-то фуэте.
        На слове «фуэте» Фридрих укоризненно посмотрел на меня. Я поспешил его успокоить:
        - Это не ругательство, это такой балетный термин.
        - Фу-э-те, - граф начал водить указательным пальцем правой руки по ладони левой, словно записывая. - Хорошее слово, надо запомнить.
        - Так, не отвлекаемся. Далее, уважаемый граф, ещё претензии. Так, так... «Напугал, гонял по территории…» - я бегло просматривал записи. - Вот. «Затем, на развалинах часовни…»
        - Простите, а часовню тоже я развалил?
        - Нет, это крестьяне у тебя тут стройматериалы воровали и весь твой замок понемногу раскурочили. Не отвлекай. Так вот, «…на развалинах часовни устроил оргию с призванными из потустороннего мира суккубами».
        Граф мечтательно заулыбался, очевидно, вспоминая приятные моменты.
        - «…Указанную оргию видели деревенские девки, которые шли на реку полоскать бельё. В результате увиденного их психика пошатнулась и они по возвращении с реки нанесли моральную и телесную травму конюху Здиславу Ковальчику, продемонстрировав ему новоприобретённые знания. Конюх две недели не мог работать, так как лечился у целителя от потёртостей в интимных местах».
        - Насчёт девок и конюха - это вообще не ко мне. Это их собственная инициатива, я их не звал подглядывать. Сам посуди, где деревня, где замок, и где река. У кого хватит мозгов тащить бельё за полторы версты?
        - Ну, не знаю, может, тут вода чище, или берег ровнее.
        - Знаю я, какой тут берег. В омуте плавняк-извращенец завёлся. Девки специально в воду по пояс залезают и делают вид, что бельё полощут, а он их под водой щупает за всякие места. Как уж они про него прознали - ума не приложу. Не подумай, я за ними не следил. Так, приглядывал, чтобы не утонули по глупости.
        - А это не тот ли плавняк, что с месяц назад на излучине рядом с деревней околачивался и одного из купающихся стражников за ягодицы да мужицкое хозяйство потрогал? Капитан мне рассказывал, как они потом всем отрядом ходили мстить за душевно пострадавшего. Он-то поначалу подумал, что это русалка его по заднице гладит, а когда плавняк его за причиндалы ухватил, да от неожиданности из воды выпрыгнул, тут и стало ясно, что никакой дальнейшей любви промеж них не выйдет. Взаимно обознались, так сказать.
        - Да уж, бывают в амурных делах разочарования, - рассмеялся граф. - Теперь понятно, откуда девки про плавняка узнали. Наверняка это их старый знакомый.
        - Ты мне зубы-то перестань заговаривать, - я понял, что мы уходим от главной темы. - Отвлёк меня тут своим плавняком. Не о нём сейчас разговор, а о тебе.
        - А что обо мне? Живу себе тут тихо-мирно, никого не трогаю. Они сами ко мне зачем-то лезут, - по лицу Фридриха было видно, как его всё это достало. - Вот если бы к тебе кто в дом без спросу залез, неужели ты не стал бы его выгонять? И ладно бы, просто в гости приходили. Так нет, каждый норовит или стащить что-нибудь, или слуг моих убить. А мне что остаётся? Я же как-никак граф, должен о своих богатствах и слугах заботиться.
        - Я тебя прекрасно понимаю. Но и ты меня пойми, мне контракт надо отрабатывать. Что я нанимателю скажу? Что граф хороший, сам ни на кого не нападает, не лезьте к нему, и всё будет в порядке?
        - А разве не так? - возмутился граф, - Пусть отстанут от меня и дадут пожить спокойно. Я, может, тоже мечтаю о простом человеческом счастье. Вот найду способ вернуть молодость, вставлю себе золотые зубы и женюсь!
        - Да, из вас с Ядвигой вышла бы неплохая пара. Ты бессмертный, она, судя по всему, тоже.
        - Не, я с колдуньей больше не хочу связываться. Ревнивая она, и слишком командовать любит. Найду себе кого-нибудь попроще, присмотрюсь. А если всё устроит, то и жизнь ей продлю, с этим проблемы не будет.
        - Так может тебе легализоваться? - озвучил я возникшую в голове идею. - Объяви всем, что ты наследник графского рода, предъяви портрет кого-нибудь из предков для сравнения, восстанови замок и живи себе спокойно. Пока ты по подземельям шастаешь, тебя все за нечисть принимают, а так глядишь - опять в люди выбьешься. Заодно подтвердишь, что я убил графа-умертвие, мне как раз двое свидетелей нужны, тогда контракт зачтут. Попрошу Ядвигу вторым свидетелем пойти, думаю, не откажет.
        - Что-то не хочется мне светиться раньше времени. Сначала надо с возрастом что-то решить. Помоги мне, тогда и я тебе ответную услугу окажу. Я слышал, что растёт в далёких землях дерево, плоды которого обладают магической силой. Фейхоа называется. Из плодов этих по особому рецепту варенье варят, фейхоёвое. Разыщи мне то варенье, а я тебя за него отдельно отблагодарю.
        - Может тебе ещё и кувшин с живой водой принести? - вмешалось моё подсознание.
        - Нафига мне кувшин, когда у меня этой живой воды целое подземное озеро? Ой, мля… - граф понял, что сболтнул лишнего. - Ты это, не говори никому, пожалуйста, насчёт озера, а то набегут желающие жить вечно, где мне их всех потом хоронить?
        - Ладно, не скажу. А варенье это фейху…
        - Фейхоёвое, - поправил меня граф. - Его можно у заезжих купцов поискать. Или заказать, чтобы привезли. Само по себе оно никаких магических свойств не проявляет, а вот если его с чаем из живой воды употребить, то есть шанс молодость вернуть. Не сразу, там четыре курса приёма по два месяца с перерывами в месяц, но обещали, что сработает.
        - То есть, твой выход в люди откладывается минимум на год? - я понял, что с контрактом выходит засада. - Слушай, Фридрих, а у тебя случайно не сохранилась голова кого-нибудь из родственников по мужской линии. Я бы тогда её предъявил в канцелярии, да забрал оплату.
        - Нет, не сохранилась. Что я тебе, маньяк серийный, головы хранить? Да и не стоит сейчас людей в заблуждение вводить. Подумают, что подземелья бесхозные, да полезут толпой. Оно тебе надо, столько смертей на душу брать? Ведь, по сути, из-за тебя всё будет.
        - М-да, похоже, не видать мне двухсот крон до твоего выхода на поверхность.
        - Тю, было бы о чём горевать. Давай я тебе за варенье аванс выдам, у меня тут как раз где-то пара сотен монет завалялась, - с этими словами граф встал из-за стола, подошёл к стене и сунул пальцы в несколько едва заметных отверстий. В стене что-то заскрежетало, и каменная плита отъехала назад, открывая небольшой проход. Фридрих шагнул внутрь, - Посвети чем-нибудь!
        - Давай я посвечу, - раздался голос в моей голове, - достань меня из ножен.
        Я встал напротив прохода, вытащил меч и сразу же зажмурился. Всё помещение и потайная кладовка оказались залиты нестерпимо ярким мертвенно-белым светом, исходящим от поверхности клинка.
        Глава 30. Пожиратель душ
        - Ты что там творишь? - недовольно воскликнул граф. - Спалить мне тут всё решил?
        - Убавь яркость, - мысленно попросил я, и меч стал светиться немного слабее.
        Я заглянул в кладовку и увидел гору монет, валяющуюся просто на полу. Вдоль стен стояли какие-то сундуки, тоже явно не пустые. В этот момент граф, похоже, разглядел источник освещения, потому что он заметался по кладовке, спотыкаясь о кучу денег и ища, куда бы спрятаться. Наконец он забился за плиту, ранее перекрывавшую вход, и оттуда начал жалобно скулить:
        - Не убивай меня, ведьмец, я тебе ещё пригожусь!
        - Да и в мыслях не было, - до меня только сейчас дошло, как я выглядел со стороны. - Мы же вроде договорились.
        - Забирай всё, забирай деньги, только не убивай меня этим мечом.
        - А в чём, собственно, причина такого страха? - я опустил меч и посмотрел на его светящееся лезвие. - Чем этот меч так тебе не нравится?
        - Ты серьёзно? - Фридрих с опаской выглянул из-за плиты и снова спрятался. - У тебя в руке пожиратель душ, и ты делаешь вид, что ничего не знаешь?
        - Так, погоди, мне надо подумать, - сказал я графу и переключился на мысленную речь. - А ну, признавайся, что за «пожиратель душ»?
        - Понятия не имею, о чём вы оба говорите, - голос Меча звучал вполне убедительно. - Напоминаю, что все знания об этом мире складываются из моих наблюдений с орбиты и данных, полученных из твоей памяти, охватывающей период около полутора месяцев, из которых ты половину провалялся в постели на хуторе Вуйциков.
        - Что значит «пожиратель душ»? - спросил я вслух у Фридриха. - Говори, что ты про это знаешь.
        Граф осторожно высунул голову из своего укрытия и посмотрел сначала на меня, потом на светящийся клинок, потом снова на меня.
        - Спрячь, пожалуйста, меч, - попросил он.
        - Гаси иллюминацию, - отдал я мысленный приказ и опустил тускнеющий на глазах меч. - Фридрих, не бойся, выходи. Я обещаю, что не буду тебя убивать.
        - Прости меня, ведьмец, я тебя обманывал насчёт продления жизни, а твой меч разоблачил мой обман, - граф неуверенно вышел из кладовки. - По древней легенде магический клинок, названный «Пожиратель душ», был изготовлен древними мастерами специально для уничтожения сильной нежити, которую было невозможно победить никакими другими способами. Этот клинок начинал светиться в руках своего хозяина, если рядом появлялась нежить, и чем ярче был свет, тем опаснее противник. Меч способен не только уничтожить физическую оболочку нежити, но и полностью поглотить её душу, отнимая шанс на повторное воплощение. А ещё он защищает своего хозяина от воздействия на него магии смерти.
        - Получается, что ты - нежить? - Я отступил на полшага назад, прикидывая, что мне делать, если граф вдруг решит расправиться со мной. - Зачем же ты тогда Ядвиге наплёл про продление жизни и мне тут голову морочишь своим озером живой воды и заморским вареньем?
        - Про озеро я говорил правду, клянусь. Только я узнал о нём уже после того, как нашёл алтарь чернокнижника и провёл ритуал обращения. Я несколько раз пытался вернуть всё обратно, но у меня не вышло, я так и остался наполовину демоном. Живая вода помогает мне сохранить разум и не превратиться окончательно в чудовище.
        - А варенье?
        - А варенье просто вкусное, люблю я его. - Фридрих посмотрел на меня виноватым взглядом. - Прости, что не сказал обо всём сразу. До тебя со мной никто не пытался нормально поговорить, обычно все либо разбегались в ужасе, либо нападали. Мне показалось, что если ты узнаешь о том, что я демон, то разговора у нас не получится, и мне придётся тебя убить. А когда я увидел в твоей руке светящийся меч, то подумал, что ты обо всём догадался и собираешься меня прикончить. И, что самое обидное, я с тобой не справлюсь. Любой бессмертный, если прикоснётся к хозяину Пожирателя, сразу же потеряет всю свою силу.
        - Так мы же с тобой за руку поздоровались, забыл?
        - Я тогда не собирался причинить тебе вред. Наверное, поэтому со мной ничего не произошло.
        - И что нам теперь делать с омоложением и легализацией? Это был бы самый простой выход для всех. Тебе не надо прятаться, охотники за сокровищами успокоятся и перестанут тебя донимать. Я думаю, что даже в таком виде ты вполне сойдёшь за нормального наследника. И с женитьбой что-нибудь придумаешь, наверняка найдётся подходящая невеста, которой понравится пожилой богатый граф.
        - Ну да, знаю я, что им в пожилых графах нравится. Такая жена только и будет делать, что дожидаться, пока я от старости умру и все деньги ей оставлю. А как поймёт, что не дождётся, так весь мозг мне вынесет своими претензиями. Проходили уже.
        - Да уж, сложно сейчас насчёт бескорыстной любви, - я хлопнул графа по плечу, от чего тот испуганно втянул голову в плечи, - но ты не отчаивайся, главное не прятаться и пробовать. Глядишь, и подвернётся стоящий вариант.
        Граф вздохнул, погрузившись в невесёлые размышления.
        - Ладно, пора мне. Ученик там наверху уже заждался, - я прикинул, что Фридрих, скорее всего, не врёт насчёт моей безопасности, и убрал меч в ножны. - Подумай, как обставить своё возвращение. А я, если что, подыграю. Предлагаю через недельку встретиться и всё более подробно обсудить.
        - Спасибо тебе, Витольд, - граф впервые за весь разговор обратился ко мне по имени, - я очень ценю твоё предложение и то, что ты отнёсся ко мне по-человечески. Ты в следующий раз, когда придёшь, по плите над входом чем-нибудь тяжёлым постучи. Два удара, потом один удар, потом ещё два. Я буду знать, что это ты, и встречу.
        - Кстати, Фридрих, что насчёт аванса за варенье? - мой взгляд упал на всё ещё открытый проход в кладовку.
        - Да без проблем, - граф зашёл внутрь, загрёб с пола две полные горсти монет и вышел, протягивая их мне. - Если будут нужны деньги - обращайся, всегда поделюсь, мне для тебя не жалко. Тут их столько, что пять замков построить хватит.
        Фридрих высыпал крупные тяжёлые монеты в подставленную сумку.
        - Это цехины, каждый сейчас идёт по сто двадцать крон. Не продешеви, когда будешь менять, - граф показал мне оставшуюся в его руке монету и бросил её к остальным. - Идём, я тебя провожу на выход, а то там церберы по коридорам бегают, убьются ещё об тебя по глупости. Странно, как это ты с ними разминулся, когда сюда шёл.
        Мы застали Пшемека сидящим на траве и оживлённо беседующим с какой-то девчушкой примерно его возраста, одетой в лёгкое зелёное платье. На её голове был надет венок из цветов, а запястья украшали браслеты, сплетённые из тонких травинок.
        - Луговница, живёт тут неподалёку на поляне, - шепнул мне на ухо Фридрих. - Вот шельма, уже все мозги парню задурила. Глянь, как он на неё смотрит. Был бы малость постарше, так уже давно бы за собой увела.
        - Паша, нам пора! - позвал я ученика. Тот пропустил мои слова мимо ушей, зачарованно глядя на свою собеседницу. Я повысил голос: - Пшемыслав Вуйцик, подбери слюни и пойдём домой!
        - А? Да, сейчас, - ученик нехотя встал с травы, продолжая во все глаза смотреть на симпатичную нечисть.
        - Паша, а ну бегом сюда! - рявкнул я, и парень наконец очнулся. - С каких это пор ведьмецы водят шашни с лесными духами?
        - Я не лесная, я луговая, - ответила девчушка и показала язык. - Пока, Пшемек, ещё увидимся! - Она вскочила на ноги, махнула нам рукой и побежала в сторону перелеска.
        - Попрощайся с графом, и пойдём домой. Время уже скоро к ужину, а мы сегодня даже не обедали, - я взял ученика за плечо и развернул к себе, пытаясь отвлечь от бегущей вприпрыжку луговницы.
        - А разве мы не будем убивать графа? - поинтересовался Пшемек.
        - Паша, откуда в тебе только берётся такая бестактность? - я слегка шлёпнул его по макушке, изображая воспитательный подзатыльник. - Граф Фридрих теперь наш друг, зачем нам его убивать?
        - А что, ведьмецам можно с нежитью дружить? - ученик с недоверием посмотрел сначала на графа, а потом на меня.
        - Паша, ты в курсе, что луговница - это тоже нежить? А ты тут с ней по-дружески беседовал только что, - я ткнул ученика в бок. - Так что сам решай, можно или нет. И вообще, я пообещал помочь графу. Он хочет снова стать человеком и восстановить замок, так что пока мы никому ничего о нём рассказывать не станем. И скажи уже графу что-нибудь нормальное.
        - Вы не волнуйтесь, мы вас вылечим. Сумасшедшие графы-умертвия - это наш профиль, - выдал Пшемек.
        Мы с Фридрихом одновременно расхохотались.
        - Извини, граф, у Паши иногда случается так, что слова выскакивают раньше, чем он успевает их обдумать. - Я осуждающе покачал головой, глядя на ученика: - Пойдём уже, целитель.
        * * *
        На обратном пути Пшемек допытывался у меня, о чём мы говорили с графом, и я рассказал ему почти всё, заостряя внимание на малозначительных подробностях и стараясь избегать скользких моментов, касающихся меча. Похоже, ученик остался недоволен, что я не стал отрубать графу голову, и мне пришлось придумать версию, что Фридрих откупился от меня золотыми цехинами, которых на вскидку было не меньше четырёх десятков.
        - Теперь, Паша, мы с тобой богатые люди и можем позволить себе собственное жильё, - я попытался переключить внимание ученика с графа на более меркантильные темы. - Как думаешь, хватит нам три-четыре тысячи крон на какой-нибудь скромный домик?
        - На четыре тысячи можно купить вполне приличный дом прямо сейчас, даже если хозяева не собирались его продавать. Вот только зачем нам дом, милсдарь? На эти деньги можно купить много чего полезного, а тысячи крон хватит, чтобы жить в нашем номере лет десять.
        - А куда мы это полезное складывать будем, ты подумал? Понимаешь, Паша, дом - это такое место, где будет храниться наше барахло в то время, пока мы находимся вне дома, чтобы добыть ещё больше барахла.
        - Это нам тогда очень большой дом понадобится, если мы всё время будем заниматься добычей барахла.
        - Я думаю, мы не станем тащить домой всё подряд, так что небольшого дома вполне хватит. Надо будет у Мойшека спросить, наверняка он в курсе, продаёт ли кто-нибудь подходящий дом.
        Наконец Пшемек успокоился и замолчал, а я решил выяснить у Меча, что за хреновина происходила в кабинете у графа. Особенно меня интересовала яркая вспышка, едва не лишившая меня зрения.
        - Ты же говорил, что у тебя энергии кот наплакал. К чему тогда все эти спецэффекты?
        - Когда мы стояли возле первой двери, я почувствовал вокруг нас какое-то энергетическое поле и настроился на него. У меня получилось понемногу тянуть из него энергию, которой хватало, чтобы подзаряжаться, и ещё оставалось. Вот я и включил свет поярче.
        - А в кабинете? - было очевидно, что Меч не врёт, и я не стал на него наезжать. - Откуда такой прожектор взялся? Я чуть не ослеп.
        - В кабинете, когда граф к нам подошёл, поток энергии оказался настолько сильным, что мне некуда было её девать. Поэтому я и попросился посветить, как только подвернулась возможность, чтобы израсходовать излишки. А потом я обнаружил ещё одну странность, - Меч задумчиво замолчал.
        - Какую странность? - мне стало интересно, а Меч не торопился продолжать.
        - Когда я перевёл всю энергию в световое излучение, её часть как бы впиталась в кристалл, который закреплен у меня в рукоятке. Я потом целенаправленно отвёл часть мощности в кристалл, и он поглотил всю подаваемую энергию без остатка. Надо будет ещё с этим «резонаторным кристаллом от звуковой отвёртки» поэкспериментировать. Вот только энергии маловато.
        - А в чём проблема? Хочешь, я тебя из ножен вытащу? На солнышке погреешься, позагораешь.
        - Это не совсем то. У солнца энергия, как бы тебе объяснить… - Меч на мгновение задумался. - В общем, из солнечной энергии я в основном ультрафиолет усваиваю. Тепло и видимый свет сложнее преобразовать. А то поле, которое вокруг графа и его слуги - оно совершенно другой природы. Скорее всего, это связано с тем, что граф нежить. Да и слуга его тоже.
        - Я так думаю, что вокруг графа какая-то магическая аура крутится, а ты её можешь в энергию преобразовать и поглотить, - я постарался вспомнить весь наш разговор.
        - Насколько мне известно, даже неструктурированный мельхифрил может поглощать и аккумулировать энергию. Наверняка именно по этой причине ведьмецкие мечи способны уничтожать всякую нежить и духов. Содержащиеся в наночипах базовые подпрограммы обеспечивают работу основных функций, одна из которых - усвоение и накопление энергии для своей работы. Скорее всего, при контакте такого меча и энергетической структуры, поддерживающей существование нежити, меч просто поглощает весь доступный объём энергии, разрушая тем самым «душу» и убивая её носителя. Какая-то часть энергии запасается, а излишки преобразуются в свет. И в книге, которую ты читал, упоминается о ярких вспышках в момент, когда ведьмец своим мечом убивает всякую нечисть.
        - Получается, когда Фридрих про Пожиратель рассказывал, он имел в виду точно такой же полностью мельхифриловый меч? - высказал я свою догадку.
        - Вполне возможно. У меня нет сведений на этот счёт, но есть такая вероятность, что мой случай не уникальный, и за всё время работы орбитальной сети случались подобные аварии. Может, кто-то получил в своё распоряжение большой объём мельхифрила и в придачу к нему функциональный искин.
        - А накладки на мече моего ученика тоже могут светиться?
        - Думаю, да. Можно попробовать немного подкорректировать структуру, настроить канал связи и обновить прошивку, тогда я смогу отслеживать местоположение меча твоего ученика, использовать накладки как дополнительные внешние датчики и немного управлять ими. Мне нужно хотя бы ненадолго получить физический контакт с ними, чтобы загрузить туда программный код.
        - Ненадолго - это на сколько?
        - Примерно на столько же времени, за сколько происходят три удара твоего сердца.
        - Паша, дай-ка мне твой меч, - я решил не откладывать дело в долгий ящик.
        Пшемек молча вытащил меч из ножен и протянул мне. Я достал свой меч и приложил клинки друг к другу.
        - Скажешь когда, - я чуть было не произнёс это вслух. Один удар сердца, два, три, четыре…
        - Готово, - Меч, кажется, был доволен результатом. - Всё получилось, можно отдавать.
        Я вернул меч ученику, и он так же молча убрал его в ножны.
        - Теперь, если не возражаешь, положи меня на плечо, я немного подзаряжусь и поэкспериментирую с кристаллом.
        В ворота нас пропустили без лишних вопросов. Один из стражников покосился на лежащий у меня на плече меч, но тактично промолчал. До самого трактира я так и нёс меч на плече, а перед входом убрал в ножны. Время ужина ещё не наступило, но я попросил Мойшека покормить нас прямо сейчас, потому что мы оба зверски проголодались. Не уверен насчёт ученика, но я точно был готов слопать двойную порцию.
        Глава 31. Новый взгляд
        После ужина Меч попросил, чтобы я прочитал книгу, которую мы с учеником последнее время забросили. На моё возражение, что это займёт прилично времени, Меч предложил мне просто листать книгу, а он сам всё отсканирует, обработает и систематизирует. Чтобы не вызывать у Пшемека ненужных вопросов, я отправил его узнать насчёт подходящих домов. Чтобы он подольше отсутствовал и потратил время с пользой, я дал ему указание посмотреть каждый дом, записать местоположение и имена хозяев и уточнить, сколько хозяева хотят денег.
        Отослав ученика, я закрыл дверь, поставил меч рукояткой на стол и облокотил клинком на стену так, чтобы книга попала в его поле зрения. Сначала я перелистывал по одной странице и пробегал текст глазами, но через три страницы Меч заявил, что мы так не закончим до следующего вечера, и попросил быстро пролистать всю книгу. Я наслюнявил палец и начал перекидывать страницы подряд, одну за другой. Меч попросил листать ещё быстрее, и я ускорился до предела своих возможностей. К концу книги у меня ныло запястье, а палец стал настолько грязным, что пришлось его отмывать.
        - Я обработал и отсортировал информацию по степени полезности, - сообщил Меч. - Только у меня есть несколько вопросов.
        - Валяй, - я вытер руки полотенцем и сел за стол.
        - Что такое кинжал страсти? И зачем автор его периодически вонзает во влажные врата наслаждения? Это что, какой-то особый вид боевой подготовки?
        - Твою ж мать, ты что, больше ничего полезного там не вычитал? - я вспомнил, как Пшемек задавал мне похожий вопрос. Очевидно, по уровню развития меч находится примерно рядом с моим учеником. - Поверь мне, к боевой подготовке это не имеет никакого отношения.
        - Тогда поясни, о чём там речь, чтобы я смог разобраться с терминологией.
        Пришлось объяснять. Некоторые сцены пришлось даже воображать, чтобы Меч смог быстрее вникнуть, считывая картинки прямо из моей головы. Мечу была очень интересна эта сфера деятельности людей, и он задавал всё новые и новые вопросы. Я не смог толком объяснить мотивы некоторых поступков автора, особенно тех, где ему впоследствии доставалось по шее и другим частям тела за излишнюю любвеобильность. Мои попытки повернуть беседу в конструктивное русло терпели крах, Меч каждый раз умудрялся перевести тему на любовные утехи менестреля.
        От выкипания мозга меня спас Пшемек, вернувшийся с отчётом. Я со спокойной совестью запихнул Меч в ножны, приказав ему заткнуться, и переключился на обсуждение жилищного вопроса. Ученик нашёл почти десяток домов, хозяева которых в той или иной степени были заинтересованы в продаже. Я выслушал подробный доклад и наметил несколько вариантов, которые стоило посмотреть повнимательнее. Осмотр решили провести завтра, потому как солнце уже практически село, а шляться по темноте никакого смысла не было, всё рано ничего не разглядишь.
        - Почему не разглядишь? - раздался в моей голове голос Меча. - Я прекрасно вижу в темноте и могу передавать тебе изображение.
        - Я помню, как ты уже пытался сделать это в подземелье, - головокружение и тошнота снова посетили меня, стоило мне только вспомнить ощущение от бултыхающейся перед глазами картинки. - Запомни, мы, люди, привыкли смотреть своими глазами, а когда изображение не совпадает с реальностью, или, хуже того, мотается из стороны в сторону, то пользы от него никакой нет, одна головная боль.
        - Я предполагал, что ресурсов вашего мозга достаточно, чтобы провести постобработку и сделать программную стабилизацию кадра, - в голосе Меча сквозило лёгкое разочарование. - Но если тебе нужно, чтобы изображение синхронизировалось с положением твоих органов зрения, можно разместить оптические сенсоры непосредственно у тебя в глазах.
        - И как ты предлагаешь это сделать? - меня заинтересовала теоретическая возможность такой доработки. - Надеюсь, на этот раз можно будет обойтись без ректального введения опилок?
        - Опилки в любом случае придётся вводить. Насыпать непосредственно на поверхность глазного яблока - не вариант, можно повредить твою естественную зрительную функцию. Я могу просчитать вариант с введением через слизистую оболочку ротовой полости.
        - То есть - опять глотать?
        - Не глотать. Положить за щёку и ждать, пока наночипы внедрятся и переместятся по кровеносной системе. По моим расчётам идеальное место для размещения оптических сенсоров - радужная оболочка глаза. Потребуется воздействие определённых веществ, чтобы расширить кровеносные сосуды в глазном яблоке, иначе ничего не получится.
        - И где взять эти вещества?
        - У шамана. Вы их уже употребляли, когда проводили ритуал «испытание травами». Я проанализировал соответствующий фрагмент из книги, сравнил его с твоими воспоминаниями и пришёл к выводу, что вы не полностью провели ритуал и забыли о завершающем этапе - трансмодификации органов зрения.
        - А моему ученику тоже можно сделать такой же апгрейд глаз?
        - А почему нет? - ответил Меч, не раздумывая. - У него можно сформировать упрощённый автономный контур, подключенный напрямую к зрительному нерву. Я подготовлю программный код, оптимизированный специально под такую конфигурацию.
        Пшемек заметил, что я сижу как статуя, и обеспокоенно потряс меня за рукав:
        - Милсдарь, у вас всё в порядке? А то вы выглядите как мой батя, когда вишнёвки перепьёт. Глаза стеклянные, сидит и не шевелится. Прямо, как вы сейчас.
        - Всё нормально, Паша, я думал. Мы завтра снова пойдём к шаману, - я решил сразу посвятить ученика в свои планы. - В прошлый раз мы кое-что не закончили, когда испытание травами проводили.
        * * *
        Утро началось с того, что Меч попытался объяснить мне свои расчёты по встраиванию оптических сенсоров в глаза. Я какое-то время добросовестно старался вникнуть, но потом ответил, что полностью доверяю Мечу в этом вопросе.
        - Хочу предупредить, что для ускорения процесса и улучшения результатов нужно будет использовать немного более крупную фракцию опилок.
        - Что это значит? - я умыл лицо и, не открывая глаза, на ощупь искал полотенце, которого почему-то не оказалось на крючке рядом с умывальником. - Какую ещё фракцию?
        - Ты вчера оставил полотенце на спинке стула, - Меч скинул мне изображение комнаты, подсветив рамкой потерянное полотенце. - Когда ты точил клинок камнем, опилки получились очень мелкие, и к тому же засоренные каменной пылью. А сейчас я предлагаю использовать для отделения материала напильник.
        - И где мне его взять? - я наконец нащупал полотенце и вытер лицо.
        - У Эммета Черняка среди инструментов есть подходящий.
        После завтрака мы навестили кузнеца. Эммет пригласил нас за стол и угостил кофе. Я не стал отказываться, хоть и выпил до этого за завтраком целую кружку. Поначалу Эммет не мог понять, с какой целью я хочу испортить клинок меча. Пришлось наплести ему, что я вычитал в книге описание ведьмецкого ритуала, позволяющего улучшить навыки владения мечом через поедание мельхифриловых опилок. Кузнец мне, похоже, не поверил, но спорить не стал. Когда он ушёл за напильником, Меч сказал:
        - Я чувствую присутствие небольшого фрагмента, который раньше был составной частью моего носителя. Он в ящике стола, у стены, - Меч уже привычно скинул мне картинку, подсветив нужный предмет мебели.
        Я подошёл к указанному столу и выдвинул ящик. Среди прочего хлама мелькнул металлический кругляш размером с монету, вспыхнувший едва заметным голубым светом.
        - Вот он, я подключился и активировал излучение в видимом спектре. Бери, - безапелляционно заявил Меч.
        Я взял в руку кусок светящегося металла, задвинул ящик и повернулся, чтобы снова сесть за стол, но столкнулся с Эмметом, который уже успел вернуться с напильником в руках. Он с недоумением смотрел, как голубоватое свечение слабело на глазах, и даже не стал возмущаться моей бесцеремонностью и самоуправством.
        - Как вы это сделали, Витольд? - кузнец выхвалил у меня из руки мельхифриловый кругляш, который окончательно потускнел и перестал светиться. - Я провёл кучу опытов, но никаких особых свойств не обнаружил.
        - Скажи ему, что воровать нехорошо, - выдал Меч, совершенно не учитывая, что это я только что рылся в чужих вещах.
        - Эммет, это часть металла от того метеорита, из которого изготовлен мой меч? - я указал на мельхифрил в руке кузнеца. - Вы же сказали, что использовали весь метеорит целиком.
        - Я оставил себе немного, - смутился Эммет, - для исследований. Если он вам нужен - забирайте.
        - Попроси его, пусть сточит весь фрагмент напильником и соберёт опилки в какую-нибудь ёмкость, - подсказал мне Меч.
        Я передал просьбу Эммету, и через некоторое время в моих руках оказалась пробирка, на треть заполненная блестящими опилками. Кузнец попросил сообщить, если мой ритуал с поеданием опилок принесёт хоть какие-то результаты. Я пообещал, что непременно сообщу, и на этом мы расстались.
        На обратном пути Пшемек попытался выяснить у меня, как я догадался, что кузнец зажилил часть нашего мельхифрила. Пришлось наврать, что я чувствую, где находятся части метеорита, и даже могу определить направление и расстояние до меча моего ученика. Меч неодобрительно пробурчал, что мне надо быть осторожнее и не выдавать лишнюю информацию никому, в том числе и Пшемеку.
        Вернувшись в деревню, мы сразу отправились к Аррою. Дверь его дома по обыкновению оказалась открыта. Самого шамана мы застали за ковырянием в грядках. Почти ничего не напоминало о той бойне, что произошла тут недавно. Разве что растения на правой половине огорода были не такими высокими.
        - Здравствуйте, Аррой. Можете уделить нам немного времени? - я остановился возле бочки, которая так и продолжала стоять на том же самом месте, что и в прошлый раз.
        - Мир вам, - шаман слегка запнулся, увидев, кто к нему пришёл, - братья.
        - Нам нужно довести до конца ритуал испытания травами, - я решил обойтись без хождения вокруг да около. - В прошлый раз мы упустили одну деталь, и хотелось бы это исправить.
        - Уточните, пожалуйста, почему вы так решили? - шаман удивлённо посмотрел на меня. - Насколько я могу судить, всё прошло в лучшем виде, и вы получили, что хотели.
        - Понимаете, Аррой, мы в прошлый раз не очень внимательно читали книгу, поэтому не сделали нужных приготовлений и не довели всё до конца. - Видя, что шаман не совсем понимает, о чём речь, я уточнил: - В прошлый раз у нас не было нужного ингредиента, который я раздобыл только сегодня. Будьте любезны, проведите для нас этот ритуал ещё раз.
        - Мне пришлось сильно потратиться, восстанавливая посадки после вашего… - шаман задумался, подбирая слова. - После вашего боя с Дионеями. Тогда пострадало очень много растений. Я был сильно расстроен случившимся.
        - Я готов пожертвовать некоторую сумму в фонд озеленения вашего огорода, - основная мысль была мне понятна. - Надеюсь, золотая крона сможет спасти отца отечественного растениеводства?
        Аррой посмотрел на меня так, словно я оскорбил его в лучших чувствах.
        - Две кроны? - попробовал я снова.
        Опытным путём удалось выяснить, что десять крон помогут успокоить безутешную душу шамана. Чтобы не терять времени, к проведению ритуала решили приступить прямо сейчас, благо срезанных растений Аррою теперь хватит надолго.
        - Я тут прикинул, для трансмодификации вашего с учеником зрения хватит половины того, что есть в пробирке, - сообщил мне Меч. - Чтобы излишки не пропали зря, предлагаю использовать их для улучшения некоторых других функций твоего организма. Проглоти половину опилок прямо сейчас, и я смогу одновременно заняться и глазами, и всем остальным.
        Я не стал возражать. Попросил у шамана ковшик воды, высыпал на ладонь половину опилок из пробирки и закинул их в рот. Опилок в этот раз было заметно больше, и ковшика едва хватило, чтобы протолкнуть их в горло. Шаман с уважением посмотрел на мои действия и тоже закинул что-то себе в рот перед тем, как мы вышли на улицу.
        Недоделанный Альберт стоял на прежнем месте и встретил нас, как старых знакомых. Мы расположились на крыше и практически один в один повторили ритуал. Основным отличием было то, что я предварительно разделил пополам оставшиеся опилки, и мы с учеником поместили их себе за щёку. Ближе к середине испытания я услышал голос, зовущий меня сквозь туман блаженства:
        - Витольд! Витольд, зараза торчковая, очнись! Достань меня из ножен и возьми в руки! И ученик пусть тоже свой меч достанет и возьмётся за клинок. Мне нужно кое-что скорректировать, иначе нихрена не получится! Да не ссы ты, не порежетесь, я временно кромки скруглил.
        Я вытащил из ножен меч, лёг на спину, положил меч себе на грудь и нежно обнял. Ученик, подчиняясь моей команде, сделал то же самое. Аррой сел между нами, запихивая мундштук в рот по очереди то мне, то Пшемеку. Мы с учеником лежали и хихикали, как два придурка, от покалываний и щекотки в ладонях.
        Ритуал немного затянулся. Уже начало темнеть, когда, наконец, покалывание в ладонях прекратилось, и в голове раздался знакомый голос:
        - Всё, я закончил. Твоему ученику я немного улучшил слух и заодно подправил вестибулярный аппарат, а то он в детстве отитом переболел, и у него с равновесием были небольшие проблемы. Тебе сделал то же самое, плюс добавил подключения к спинному мозгу, чтобы можно было управлять твоими движениями, а то из тебя мечник так себе. Ну и, само собой, вам обоим сделал оптические сенсоры. Принимай работу.
        Я сел, с удивлением отметив, что резкая смена положения не вызвала никаких неприятных ощущений. Ученик тоже поднялся и удивлённо уставился на меня.
        - Милсдарь, я чувствую, что моё тело стало намного более послушным. А ещё я слышу столько звуков!
        Пшемек перенёс испытание заметно легче, чем в первый раз. Он практически не блевал и кровь из носа у него не шла. Мы слезли с крыши сарая и углубились в лес. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, и от деревьев расползлись длинные тени. Тут было настолько темно, что тропинка едва угадывалась под ногами. Я споткнулся о невидимый в темноте корень и выругался. Что за хрень? Где обещанное улучшение зрения?
        - А, извини, забыл передать управление, - отреагировал Меч. - Всё, пользуйся.
        В следующее мгновение темнота отступила, и я с удивлением обнаружил, что прекрасно вижу спину идущего впереди шамана, тропу и стволы деревьев вокруг.
        - Холера ясна! ­ - раздался сзади голос Пшемека. - Милсдарь Витольд, я вижу в темноте!
        Я обернулся, чтобы ответить, и чуть не поседел от увиденного. Глаза моего ученика горели неестественным сине-зелёным огнём. У Пшемека нервы оказались не такими крепкими, и он с воплем «Курва мачь!» рванул в направлении, перпендикулярном тропе.
        - Паша, вернись! - крикнул я.
        - Смотри, как я ещё могу, - сказал Меч, и перед моими глазами замелькал контур убегающего ученика, над которым светилась надпись «6ш», быстро сменившаяся на «7ш», а затем на «8ш». - Это расстояние до объекта в шагах.
        - Паша, стоять! - заорал я. - Немедленно вернись!
        Цифра замерла на четырнадцати шагах, а затем начала неторопливо уменьшаться. Судя по тому, что ученик прекрасно ориентировался в темноте и возвращался в правильном направлении, у него тоже появилась подсветка цели.
        - Милсдарь, это что же, я теперь могу в полной темноте видеть? - голос ученика слегка дрожал от пережитого волнения.
        - Да, Паша, и видеть, и слышать. Это называется «трансмодификация», - я вспомнил недавнюю беседу с мечом. - Теперь ты почти как настоящий ведьмец. Осталось только разобраться с магией, и можно браться за серьёзную работу.
        Аррой заинтересовался нашей беседой, остановился и обернулся. Выдержка у шамана оказалась гораздо крепче, чем у Пшемека. Увидев две пары горящих в темноте сине-зелёных глаз, он не побежал от нас в лес. Вместо этого он сказал «Виттуперкеле!» и свалился в обморок. Пришлось тащить его на своём горбу, не бросать же. Паша взял чемодан с кальяном, а я закинул обмякшее тело шамана себе на плечо и понёс.
        - Я немного подкорректировал твой болевой порог и стимулировал мышцы, чтобы тебе хватило сил дотащить шамана до деревни, - участливо отметился Меч. - А то твой организм работал на пределе. Надеюсь, за ночь ты успеешь отдохнуть и восстановиться.
        Я занёс шамана в его дом, уложил на кровать и заботливо прикрыл одеялом. Паша поставил чемодан возле комода, и мы вышли, закрыв за собой входную дверь.
        К нашему возвращению стемнело окончательно, и мы с учеником в полной мере смогли насладиться новыми возможностями своего улучшенного зрения. Не сказать, что видно было как днём. Скорее, как в начинающихся сумерках. Я выяснил у Меча, что ночное зрение можно отключить, просто представив себе полную темноту. В свете звёзд дорога была едва различима, и я вернул картинку обратно, представив, что отчётливо вижу всё вокруг. Я рассказал Пшемеку о том, как включать и выключать ночное зрение, и практически сразу после этого он споткнулся и растянулся пузом на дороге, очевидно, решив проверить мои слова.
        Учитывая, что мы пропустили и обед, и ужин, жрать хотелось неимоверно, поэтому Мойшеку пришлось ковыряться на кухне в поисках остатков еды. Пшемек решил похулиганить, включив ночное зрение за ужином, на что я пообещал оторвать ему голову, если он ещё раз использует свои новые способности для баловства. Говорить было особо не о чем, мы с учеником молча поужинали и отправились спать.
        Глава 32. Настоящий ведьмец
        По уже сложившейся нездоровой традиции утро началось с голоса в голове:
        - Витольд, у меня хорошие новости! - Меч был неприятно бодр и весел. Ещё бы, спать-то ему не надо. - Я разобрался, как взаимодействовать с кристаллом!
        - Может, ты для начала дашь мне окончательно проснуться и умыться? - я сидел на кровати и с ненавистью смотрел на меч, лежащий на краю стола. - И не ори так, я тебя прекрасно слышу.
        - Ты не понимаешь, это совершенно уникальная вещь! - Меч немного убавил громкость, но болтать не перестал. - У кристалла есть несколько основных частот, на которых он входит в резонанс и может поглощать или высвобождать различные виды энергии. Причём, если подобрать правильную модуляцию сигнала, то можно задать точку локализации выхода энергии.
        - Поверь, я очень за тебя рад, но пока я не умоюсь и не позавтракаю, мой мозг отказывается воспринимать твою наукообразную болтовню, - я встал с кровати и направился к умывальнику. - Помолчи, пожалуйста. А то я уже начинаю жалеть о том, что повёлся на твои предложения с глотанием опилок.
        - Хорошо, я подожду, пока ты закончишь свои странные человеческие ритуалы, - если бы Меч мог, он наверняка бы после этих слов грустно вздохнул.
        За завтраком мы с Пшемеком вернулись к теме покупки жилья и запланировали пройтись по выбранному накануне списку. Весь завтрак Меч терпеливо молчал, но стоило мне сделать последний глоток кофе и поставить чашку на стол, как болтовня в моей голове возобновилась с удвоенной энергией.
        - Не могу точно сказать, на каких принципах работает использование ведьмецами магических знаков, в книге нет подробностей, только общее описание, но некоторые эффекты я могу воспроизвести. Например, если сосредоточить импульс тепловой энергии в одной точке или в небольшом объёме, то можно вызвать локальный перегрев и воспламенение горючих материалов. Резонансную частоту кристалла для такой операции я уже подобрал и проверил. Хочешь попробовать?
        - Ты предлагаешь поджечь трактир?
        - Зачем трактир, можно какой-нибудь отдельный предмет, - Мечу явно хотелось как можно скорее испытать новые знания на практике. - Например, стол, или табуретку.
        - Ага, а от стола и табуретки загорится всё остальное. Думай, что предлагаешь. Может, начать с чего-нибудь безопасного? И желательно не в помещении.
        - Тогда пойдём скорее на улицу!
        Стоило нам выйти за порог, как Меч начал один за другим предлагать предметы для уничтожения огнём. Скамейка, телега, курица, собачья будка, собака, забор, сарай… Я терпеливо объяснил Мечу, что научные эксперименты и вредительство - разные вещи, и если мы сейчас причиним ущерб чьей-нибудь собственности, то мало того, что придётся платить, ещё и моя репутация может серьёзно пострадать. Меч вроде бы успокоился, но мне показалось, что если не дать ему сейчас возможности испытать поджигательство, то этот латентный пироман запалит что-нибудь втихаря.
        - Паша, принеси пучок соломы, - нужно было брать ситуацию под контроль.
        Ученик побежал под навес, а я обратился к Мечу:
        - Сейчас проверим твою теорию, только я тебя очень прошу, давай аккуратно и без глобальных разрушений.
        - Хорошо, - голос Меча показался мне подозрительно покладистым, - давай сделаем, как ведьмец в твоей книге. Ты укажешь на цель, а затем покажешь жест, словно чиркаешь ногтем большого пальца о согнутый указательный снизу вверх.
        Принесённую Пшемеком солому положили посередине дороги. Я попросил ученика отойти в сторону, а сам изобразил оговоренный жест. Ткнул указательным пальцем в направлении пучка соломы, затем согнул его, обхватив большой палец, и чиркнул.
        Раздалось короткое нарастающее гудение, завершившееся громким хлопком. В том месте, куда я указал пальцем, полыхнуло яркое желтоватое пламя. Пепел от мгновенно сгоревшей соломы разлетелся во все стороны и закружился в воздухе. На дороге образовалось тёмное пятно, от которого шёл легкий дымок, а моё лицо обожгло горячим воздухом, словно я по глупости заглянул в горящую печь.
        - Отлично! - раздался в моей голове довольный голос, - немного потренироваться, подрегулировать мощность, и можно будет использовать в работе. Кстати, пальцем показывать необязательно, достаточно пристально посмотреть в нужную точку.
        - Ничего себе! - Пшемека очень впечатлила демонстрация. - Это же настоящая магия огня! Как вы это сделали, милсдарь?
        - Всему своё время, Паша, - я пока ещё не придумал, как оправдываться, по какой причине я не смогу научить своего ученика делать так же. - Это только первый успешный опыт. Как только во всём разберусь, обязательно тебе расскажу.
        - Надо теперь испытать, как энергетический всплеск действует на воду и твёрдые предметы, - Меч, похоже, не собирался останавливаться на достигнутом. - А ещё нужно протестировать другие частоты, чтобы высвобождать другой тип энергии. Сейчас я расходовал тепловую энергию, а кроме неё я разобрался с электростатической, которая должна создавать в воздухе участки с высокой и низкой плотностью молекул. Это как мощный порыв ветра, но в небольшом объёме. Попробуем?
        - Давай, попробуем, - я понял, что проще согласиться, чем спорить с этой сумасшедшей железкой. Кого-то она мне напоминает своей увлечённостью.
        - Вытяни руку ладонью от себя, прицелься взглядом и как бы толкни воздух.
        Я посмотрел на дымящееся пятно и двинул ладонью в его направлении. Облако пыли и песка, поднятое резким порывом ветра, вмазало мне в лицо со всей дури, забиваясь в глаза, нос и рукав куртки. Хорошо хоть рот был закрыт. Я сделал шаг назад, чтобы не упасть, и начал отфыркиваться и тереть глаза.
        - Накладочка вышла, - в голосе Меча не было ни нотки раскаяния, - я немного перепутал полярность. Давай ещё раз, теперь ветер будет в нужном направлении.
        - Иди-ка ты в жопу со своими экспериментами, - я с трудом удержался, чтобы не сказать это вслух. - Хватит на сегодня, мне надо промыть глаза и вытрясти песок из-под одежды.
        Пшемек тактично промолчал и даже предложил принести ведро воды, чтобы я мог умыться.
        - Да, да, пусть несёт, заодно испытаем, как на воду действует тепловая энергия. - Меч, похоже, не собирался останавливаться, пока меня не покалечит.
        - Чего там испытывать, вода закипит и будет пар. А ещё кипяток может во все стороны плеснуть, да обжечь стоящих рядом.
        - Не бойся, Витольд, ничего с тобой не случится, тут заряда в накопителе на донышке осталось. Тепловой энергии ещё на один полноценный раз, а электростатики вообще кот наплакал. Я её совсем чуток успел собрать, когда ты у кузнеца за ручку калитки не стал рукой браться, а меня клинком прислонил. Насчёт преобразователей я уже подумал, надо будет микрокристаллическую структуру внутри рукоятки немного модифицировать, тогда получится ультрафиолет в электричество переводить. Давай ещё разок огоньком бахнем!
        - Обязательно бахнем. Но потом. А сейчас уймись уже, пока я тебя не отнёс кузнецу на воспитательную перековку.
        - Не надо меня кузнецу, - взволнованно ответил Меч, - я только-только упорядочил весь массив наночипов и сконфигурировал вычислительные конвейеры, а ваша перековка мне всё испортит.
        Я пошёл под навес, стащил с себя куртку и вытряхнул песок, насколько получилось. Пшемек полил мне из ведра на руки и шею, а я постарался смыть с себя налипшую грязь. Нет, ерунда это всё, надо будет в бане нормально помыться и одежду постирать.
        - Милсдарь Витольд, Мне надо сказать вам кое-что важное, - Пшемек был серьёзен, как никогда.
        - Давай зайдём в трактир, я узнаю у Мойшека насчёт бани на сегодня, и квасу выпьем, а то от этих экспериментов у меня в горле першит. Заодно и поговорим.
        Видя, что ученик не хочет говорить при свидетелях, я взял кружки с квасом, и мы сели за наш стол.
        - Простите меня, милсдарь, я последнее время сомневался в том, что вы настоящий ведьмец, - Пшемек понуро смотрел в стол. - Мне казалось, что вы только притворяетесь, а на самом деле никаких ведьмецких способностей у вас нет. Но после того, как вы во время второго испытания травами улучшили мне слух, сделали ночное зрение и исправили мою координацию движений, а сегодня ещё и показали ваши способности управлять магической энергией, я понял, что ошибался.
        Вот блин. Если я ему расскажу, что моей заслуги в этом нет, и всё сделано с помощью мельхифрилового меча, то получится, что я на самом деле шарлатан и самозванец. Но я же чувствую, что у меня постепенно начинает всё лучше и лучше получаться. Значит, возвращаются навыки. А в какой-то момент и к магии способности должны проснуться. Не может быть, чтобы всё оказалось зря. А как же ведьмецкая одежда, имя, и место рождения? Что они там говорили про северо-восток? Край колдунов и чародеев. Может так и должно быть, что кроме собственных способностей, ведьмецам помогает их мельхифриловое оружие? Чёртова память, как же тебя вернуть?
        - Не извиняйся, Паша, - я понял, что надо как-то приободрить ученика, - просто я никак не могу вспомнить, как пользоваться своими умениями и возможностями. Вот если бы мне удалось восстановить память, тогда бы я точно знал, как и что. А пока что я сам не разобрался толком и тебя научить не могу.
        - Моя бабка говорила мне, что магическая сила живёт внутри каждого человека, но только самые способные могут овладеть ей и использовать во зло, или на благо.
        - Вы с отцом не говорили мне, что у тебя была бабка.
        - Когда мне было шесть лет, она однажды ушла и не вернулась. Мы не знаем, что с ней случилось. Да и не родная она мне, отец говорил, что двоюродная, или ещё более дальняя родня. Она к нам жить приехала, когда я только родился, и помогала меня воспитывать. Своих близких родственников у неё тогда не осталось, вот отец и приютил её у нас.
        - А что ещё твоя бабка говорила?
        - Она мне сказки всякие рассказывала. Про чудовищ, которые на самом деле оказывались заколдованными людьми. Про храбрых воинов, что убивали только настоящую нечисть и могли отличить злого духа от доброго. С тех самых пор я и захотел ведьмецом стать, чтобы защищать тех, кому нужна помощь и защита. А ещё она мне рассказывала, что если человек сможет почувствовать в себе магическую силу и совладать с ней, то это умение останется с ним навсегда.
        - Я надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь управлять этой силой, - я хоть и не был уверен в своих словах, но понимал, что ученику сейчас нужно услышать именно это. - Ты наверняка станешь настоящим ведьмецом и освоишь все премудрости ведьмецкой науки.
        Нашу беседу прервал тревожный звон колокола. Мы вскочили и выбежали на улицу. Мимо нас пробежал стражник, на бегу застёгивая пояс, на котором болтался меч. По другой стороне улицы бежали двое мужиков в обычной крестьянской одежде, надетых поверх рубах слегка ржавых кольчугах и с короткими пиками в руках. Мы с Пшемеком побежали в том же направлении.
        * * *
        Народ собирался возле главных деревенских ворот. Отряд стражников стоял возле караулки, толпа ополченцев кучковалась рядом. Мы подбежали как раз в тот момент, когда капитан Ходкевич отдал команду, и стражники быстрым шагом пошли в проём приоткрытых ворот.
        - Ян, что случилось? - крикнул я, подбегая.
        - Лешаки на обоз напали, - лицо капитана было хмурым и сосредоточенным. - Половину людей поубивали, двоим конным удалось прорваться и позвать подмогу.
        - Мы чем-то можем помочь?
        - Да, догоняйте основной отряд, до обоза недалеко, чуть меньше версты, вы быстро добежите. Только осторожно, лешаки зверья с собой нагнали, говорят, что даже несколько медведей было.
        Мы не стали терять времени и выбежали за ворота. Отряд уже успел отдалиться больше, чем на полсотни шагов, поэтому мы припустили следом, не забывая настороженно оглядываться по сторонам. Когда мы нагнали стражников, обоза ещё не было видно. Дорога слегка поворачивала и растущие на обочине деревья перекрывали обзор. Два десятка стражников бежали нога в ногу, и мы с учеником тоже старались не сбиваться с общего ритма. Наконец, после очередного изгиба дороги мы увидели в паре сотен шагов впереди перевёрнутую набок телегу и лежащую на земле лошадь. До нашего слуха донеслись мужские крики и истеричный визг какой-то женщины. Отряд немного прибавил скорости, и мы быстро преодолели оставшееся расстояние.
        Картина, представшая перед нашими глазами, не радовала. Лошадь, которую мы увидели самой первой, лежала с распоротым от шеи и до задней ноги боком. Из чудовищной раны на землю вывалились внутренности, обломки рёбер торчали из кровавого месива, в которое превратилась грудная клетка. Оглобля была перерублена ударом когтистой лапы, оставившей на обломках глубокие борозды. Ещё одна телега валялась чуть в стороне вверх тремя уцелевшими колёсами, придавив бортом два обезглавленных трупа. Мужских или женских - не разобрать.
        В двух десятках шагов стояли две телеги без лошадей, а между ними, сидя на земле, голосила женщина в перепачканном кровью платье. Рядом с ней стоял молодой парень, сжимавший в левой руке меч. Правой руки у него не было по локоть, а по разодранному рукаву, перетянутому ремнём у плеча, стекали капли крови.
        Похоже, что спасать было больше некого. Отряд взял телеги в круг, ощетинившись мечами. Я увидел, что в кустах на обочине зияет дыра по размеру телеги, и решил проверить. Подойдя ближе и увидев следы от копыт и колёс, я понял, что не ошибся, и одна из телег съехала с дороги в этом месте. Мы с учеником прислушались, и мне показалось, что я услышал из глубины леса звуки ударов мечом и ругательства.
        - Паша, не отставай, возможно, там есть ещё выжившие, - я вытащил меч из ножен, шагнул сквозь поломанные кусты и осторожно пошёл на звук голоса.
        В конце пролома примерно в двух десятках шагов от дороги виднелся неестественно задранный вверх задок телеги. Мы подошли вплотную, обошли телегу слева, и я заглянул внутрь. Правый борт был почти полностью оторван, а облучок и дно телеги покрывали брызги и пятна чего-то, очень похожего на кровь. Рядом на земле валялись частично разодранные тюки и чья-то окровавленная куртка. Передка у телеги не было, а след из надломленных стволов и веток вёл дальше, в глубокий овраг.
        Мы замерли, прислушиваясь. Сначала кроме шороха листвы ничего не было слышно, но потом я различил слабый стон. Я спустился в овраг и двинулся в направлении звука, а Пшемек шёл за мной и настороженно крутил головой по сторонам. Примерно через три десятка шагов мы наткнулись на то, что раньше было передком телеги. Оба колеса раскурочены, оглобли выдраны вместе с крепившими их пластинами и раздроблены в крупные щепки. Лошадиные следы обрываются в пяти шагах дальше, при этом ни самой лошади, ни крови, ни каких-либо других различимых следов не видно. Я снова прислушался, но на этот раз безрезультатно.
        - Паша, ты слышал, как тут кто-то стонал, когда мы были возле телеги? - я покрутил головой, но кроме шума усилившегося ветра, шелеста листвы и поскрипывания стволов, ничего не уловил. - Мне показалось, что где-то рядом был человек.
        - Да, я тоже слышал стон, но сейчас ничего не могу разобрать, слишком сильный ветер, - ученик сделал пару шагов в сторону и посмотрел вперёд вдоль оврага. - Там дальше что-то есть. Вон, за теми кустами.
        Мы осторожно прошли ещё немного и обогнули куст, перегораживающий нам дорогу и закрывающий обзор. В десятке шагов от нас прямо из склона оврага торчал огромный, больше моего роста, вытянутый камень. Мне показалось, что лес в этом месте специально расступился, давая возможность солнечным лучам осветить желтовато-серую, слегка шершавую поверхность.
        Пшемек подошёл к камню и положил на него ладонь левой руки.
        - Паша, не двигайся, - я постарался говорить негромко, чтобы только ученик мог слышать меня. - Посмотри на свой меч.
        Накладки на мече ученика светились ровным белым светом, и это были не отблески солнечных лучей.
        - Мельхифрил начинает светиться, если рядом находится сильный источник энергии, - напомнил мне Меч. - Я чувствую, что в том направлении есть какое-то энергетическое поле, но не могу определить его природу. Это точно не нежить, или, по крайней мере, не такая нежить, как в подземелье у графа.
        - Я сейчас подойду, - сказал я ученику, но не успел сделать и трёх шагов, как кусты на верхнем краю оврага затрещали и к нам на дно, ломая ветки и утробно рыча, спрыгнула здоровенная тёмная туша.
        - Назад! - завопил в моей голове Меч, и я отпрыгнул, подчиняясь его команде.
        - Паша, берегись! - я почувствовал, что зацепился ногой за торчащий из земли корень, и начал падать на спину.
        Огромный чёрно-бурый медведь повернулся ко мне, поднялся на задние лапы и злобно зарычал. Я выставил вперёд меч, понимая, что если этот зверь всей своей массой навалится на меня, то однозначно раздавит, даже если я успею воткнуть в него клинок.
        - А-А-А! - вопль Пшемека раздался за спиной медведя, сбив его с настроя. - Иди сюда, сволочь! Не трожь учителя!
        Медведь на мгновение отвлёкся, но потом зарычал ещё громче и прыгнул на меня. В этот момент биение моего сердца, а с ним и всё вокруг замедлилось, как и в тот раз, когда на меня летел Ядвигин козёл. Но, в отличие от прошлого раза, сейчас у меня не оставалось ни единого шанса. Увернуться я не успевал, отбиваться тоже было бесполезно. Краем глаза я заметил, как ученик бросается вперёд, а вокруг его левой руки откуда-то появляется тусклое голубоватое свечение. Я уже попрощался с жизнью, как вдруг произошло что-то совершенно немыслимое. Пшемек вытянул руку вперёд, и с его ладони сорвался сгусток голубого пламени, который быстро преодолел расстояние до летящего на меня медведя и вошёл куда-то в область медвежьей задницы. Туша продолжала падать на меня, не обращая внимания на запоздалую атаку.
        Я зажмурился, приготовившись умереть, и увидел сквозь сжатые веки яркую вспышку. Одновременно с этим по ушам ударил грохот взрыва. По моему телу и лицу врезала шрапнель из мелких ошмётков, не причинив, однако, смертельного ущерба. Я открыл глаза и с ужасом увидел, что стоявшие вокруг деревья и кусты разметало во все стороны, а с их обломков неторопливо стекают и опадают на землю небольшие окровавленные куски мяса, шкуры и костей.
        Не успел я обрадоваться спасению, как с верхней кромки ближайшего ко мне склона оврага сполз и покатился приличных размеров булыжник. Я смотрел, как он катится, набирая скорость, затем подпрыгивает на очередной кочке и летит точно в направлении моей головы. «Твою ж мать…» - подумал я, снова зажмурился и ощутил смачный удар в лоб.
        * * *
        - Милсдарь, ты живой? - чей-то голос доносится до меня как сквозь толстый слой ваты…
        Отсылки
        В книге встречаются цитаты, оммажи и отсылки к следующим произведениям:
        
        КНИГИ:
        * «Сага о ведьмаке», цикл книг, А.Сапковский, 1986 -2013 гг.
        * «Иван Васильевич», пьеса, М.Булгаков, 1934 -1936 гг.
        * «Удивительный волшебник из страны Оз», сказка, Ф.Баум, 1900 г.
        * «Легенда о короле Артуре», британский эпос.
        * «Дезертиры Его Величества» («C.K. Dezerterzy»), роман, К.Сейда, 1937 г.
        * «Меч Без Имени», роман, А.Белянин, 1997 г.
        * «Унесенные ветром» («Gone with the Wind»), роман, М.Митчелл, 1936 г.
        * «Дракула» («Dracula»), роман, Б.Стокер, 1897 г.
        * «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» («Strange Case of Dr Jekyll and Mr Hyde»), повесть, Р.Стивенсон, 1886 г.
        * «Пожиратель душ» («Soul Eater», «???????»), манга, А.Окубо, 2004 -2013 гг.
        ФИЛЬМЫ И СЕРИАЛЫ:
        * «Ведьмак», телесериал, канал Netflix, 2019 г.
        * «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», х/ф, Л.Гайдай, 1965 г.
        * «12 стульев», х/ф, Л.Гайдай, 1971 г.
        * «Назад в будущее» («Back to the Future»), х/ф, Р.Земекис, 1985 г.
        * «История рыцаря» («A Knight's Tale»), х/ф, Б. Хелгеленд, 2001 г.
        * «В осаде» («Under Siege»), х/ф, Э.Дэвис, 1992 г.
        * «Сумерки» («Twilight»), х/ф, К.Хардвик, 2008 г.
        * «Матрица» («The Matrix»), х/ф, Братья Вачовски, 1999 г.
        * «Знахарь» («Znachor»), х/ф, Е.Гофман, 1982 г.
        * «Формула любви», х/ф, М.Захаров, 1984 г.
        * «Луковые новости» («The Onion Movie»), х/ф, Т.Кунц, 2008 г.
        * «Крокодил Данди» («Crocodile Dundee»), х/ф, П.Файман, 1986 г.
        * «Приключения канонира Доласа, или Как я развязал Вторую мировую войну» («Jak rozpetalem druga wojne swiatowa»), х/ф, Т.Хмелевский, 1970 г.
        * «Игра престолов» («Game of Thrones»), телесериал, HBO, 2011 -2016 гг.
        * «Ван Хельсинг» («Van Helsing»), х/ф, С.Соммерс, 2004 г.
        * «Брат 2», х/ф, А.Балабанов, 2000 г.
        * «Пираты Карибского моря» («Pirates of the Caribbean»), х/ф, Г.Вербински, 2003 г.
        * «Доктор Кто», телесериал, BBC Studios, сезоны 2-4, 2005 -2010 гг.
        * «Гостья из будущего», х/ф, П.Арсенов, 1984 г.
        * «Бриллиантовая рука», х/ф, Л.Гайдай, 1968 г.
        * «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика», х/ф, Л.Гайдай, 1967 г.
        * «Винни-Пух и день забот», м/ф, Ф.Хитрук, 1972 г.
        КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИГРЫ:
        * «Ведьмак 3: Дикая Охота» («Wiedzmin 3: Dziki Gon»), CD Projekt RED, 2015 г.
        * «Fallout 2», Black Isle Studios, 1998 г.
        * «Санитары подземелий», 1С - Полный Пэ, 2006 г.
        ПЕСНИ:
        * «Kolorowe Jarmarki» («Разноцветные ярмарки»), слова: Р.Улицкий, музыка: Я.Лясковский, 1977 г.
        Пояснения и уточнения
        В этом разделе специально, как в конце сборника тупых анекдотов, разъясняются некоторые очевидные и неочевидные моменты из книги и даются пояснения по отсылкам к тому или иному произведению с привязкой к тексту.
        ГЛАВА 1.
        «Пшем?слав В?йцик, М?лоша В?йцика сын» - имена и фамилия встреченных персонажей имеют польское происхождение, что намекает на национальность пана Анджея Сапковского, автора «Саги о Ведьмаке». В дальнейшем весь антураж местности, имена и топонимы также стилизуются под средневековую Польшу, княжество Литовское и Речь Посполитую.
        «Я напряг память. Потом ещё раз.» - стёб над классическим сюжетным клише - герой теряет память и не может вспомнить, кто он и откуда.
        «А погода, кстати, хорошая…» - стилизация описания природы под классиков вроде Пришвина или Бианки. Просто, чтобы озадачить читателя. Единственный фрагмент, дальше - никакой природы.
        «У вас плечо вывихнуто, поэтому рука и не действует» - действия Милоша при вправлении вывиха плеча очень близко соответствуют правильному порядку действий из медицинского справочника.
        ИНТЕРЛЮДИЯ.
        «Он выходит в полнолуние на кормёжку. Так мама рассказывала…» - сцена из самого начала третьей серии сериала «Ведьмак» 2019 года от Netflix.
        «…кособокая девочка с кривым лицом прелюбодействовала с каким-то лупоглазым юношей…» - сцена секса Йеннифэр и Истредда, примерно на 14 минуте третьей серии.
        «Ведьмаку-у заплати-ите чеканной моне-етой…», «Он эльфов всех прогна-ал, за дальний перева-ал…», «Он бьёт не в бровь, а в глаз…», «Вот твой смертный час!» - слова из песни Лютика «Ведьмаку заплатите…» из предыдущей, второй серии, примерно с 56 минуты, официальный дубляж.
        Крючковский - начальник главного героя, в следующей главе всплывает его визитка с должностью, адресом и названием рекламного агентства «Максимус», о котором говорится в финале второй части интерлюдии.
        ГЛАВА 2.
        «Вот, глядите, милсдарь, это у вас в сумке было» - главный герой и семья Вуйциков рассматривают визитку Витольда Крючковского - начальника ГГ из «другой» жизни.
        «Фамилия у вас не из простых. Сразу ясно, что уважаемый человек» - поначалу в Польше фамилии на «-ский» встречались только среди польской знати (шляхты).
        «Супервайзер» дословно переводится как «надсмотрщик». На визитке должность «Супервайзер отдела копирайтинга» выглядит максимально пафосно. Стёб над повальным увлечением использовать иностранные слова вместо нормальных, русских.
        Адрес «Город Мытищи, улица Колпакова, 2» реальный, в этом здании расположено много организаций, среди них даже есть рекламное агентство «Media-Vision».
        «А где это, Мытищи? - На северо-востоке» - имеется в виду северо-восток Москвы.
        Технология растяжки кожаных вещей с помощью горячего масла - реально рабочая.
        «Следующие полчаса прошли очень увлекательно. Я сидел и смотрел, как греется масло» - отсылка к идиоме «watch paint dry» (смотреть, как сохнет краска) - наблюдать за чем-то крайне скучным.
        Глава 3.
        Прототип книги, которую читает Пшемек - мемуары Лютика «Полвека поэзии».
        «Право неожиданности» - очевидная отсылка к праву неожиданности/праву предназначения из «Ведьмака» Сапковского.
        «Мельхифрил» - стёб над очень популярным в фэнтези сверхпрочным металлом. Название образовано из «мельхиор» (сплав меди с никелем, из которого обычно делают столовые приборы и современные монеты) и «мифрил» (тот самый прочнейший металл).
        «Знал я одного Павлика, тот тоже своего отца сдал с потрохами» - имеется в виду пионер-герой Павлик Морозов, который свидетельствовал против своего отца в суде и сдал его за лояльность к кулакам и выдачу поддельных документов за взятки.
        ГЛАВА 4.
        Хороший арбалет - очень дорогое удовольствие, тем не менее, у разбойников-оборванцев арбалеты. В фэнтези вообще сплошь и рядом арбалеты.
        Классический образ крутого негодяя - в распахнутом плаще на голое тело. Более идиотский подбор гардероба сложно придумать.
        ГЛАВА 5.
        «…вон и уважаемый пан Стан?слав Щепановский» - Станислав Щепановский (польск. Stanislaw Szczepanowski. 12 декабря 1846, Косьцян - 31 октября 1900, Наухайм) - польский инженер, юрист, экономист, химик, предприниматель, один из пионеров нефтедобывающей промышленности в Галиции. (см. Википедию)
        «Так это брат его младший, Густав» - классическое клише, злодей оказывается родственником (в идеале - младшим братом) положительного героя.
        ГЛАВА 6.
        Идея прятаться от властей в месте с большим скоплением народа в средневековье - тупее не придумаешь, обязательно кто-нибудь опознает и сдаст, а вмешиваться в задержание или убийство никто не станет - времена совершенно не те. Но делаем вид, будто так и надо.
        «Михася сразу насмерть рогом в глаз» - отсылка к всё той же песне Лютика, строка «Целился тот черт мне рогом прямо в глаз».
        «Так сталь с серебром ни один кузнец не возьмётся соединять» - стёб над мечами ведьмаков, покрытыми «сплавом серебра и стали». Учебник «Материаловедение и металлообработка» вам в помощь.
        «Ты где это видел, чтобы кто-то в здравом уме два меча с собой таскал?» - стёб над игрой «Ведьмак», в которой Геральт носит сразу два меча. В книге серебряный меч обычно приторочен к седлу, но это плохо ложится на игровую механику.
        «Шмыга или свинолюд» - в фэнтези принято придумывать странные названия монстрам, да.
        ГЛАВА 7.
        «А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут.» - цитата из пьесы «Иван Васильевич» Булгакова. Или из фильма «Иван Васильевич меняет профессию» Гайдая, кому как больше нравится.
        Ян Ходкевич из Виттенберге - стёб над модой героев фэнтези указывать своё происхождение, как будто это имеет какое-то значение. Название местности созвучно «Венгерберге», упоминаемому в «Сезоне гроз». Реальный Ян Иеронимович Ходкевич - государственный и военный деятель Великого княжества Литовского, граф шкловский, стольник Великого княжества Литовского (1559 -1564), великий маршалок литовский с 1566, первый губернатор Задвинского герцогства (1566 -1578), генеральный староста жемайтский с 1564, староста ковенский и тельшяйский, каштелян виленский с 1574 года. Примерно с 1547 учился в Кёнигсберге, Лейпциге и Виттенберге. (см. Википедию).
        «Последнее время что-то много тварей на дорогах развелось, добрым людям ни пройти, ни проехать спокойно» - достаточно двусмысленно и применимо что в прошлом, что сейчас, не находите?
        ГЛАВА 8.
        «А вот и первый пробный шар от пана старосты. Удачно вкатил, прямо в центр пирамиды.», «я попытался прокинуть сплит» - бильярдный термин «сплит» обозначает удар в два соседних шара с целью разделить их. Сплит не прошёл, оба собеседника, и стражник и староста оказались заодно.
        «Это несерьёзно! - Ваши условия? - Триста тридцать! - Согласен! - Каждому!» - дословная цитата из х/ф «Операция Ы» Гайдая.
        ГЛАВА 9.
        «Ну ладно, если бы как минимум тридцать. Но десять?» - намёк на тридцать серебряников.
        « - Зачем вам столько денег? - Как зачем? - Ну что вы купите? Ведь у вас никакой фантазии. Не, не, денег я вам не дам, это баловство!» - диалог Остапа Бендера и Кисы Воробьянинова из х/ф «12 стульев» Гайдая.
        «Эммет Черняк, механик, изобретатель и кузнец иногда» - калька с Эммета Брауна из х/ф «Назад в будущее». В 3 серии он работает кузнецом на диком западе.
        «Генератор на замкнутом торсионном поле в потоке низкотемпературной плазмы и резонансный трансформатор на коаксиальных катушках» - стёб над последователями теории «торсионных полей», которые пока не могут доказать её состоятельность. «Трансформатор на коаксиальных катушках» - отсылка к катушкам Теслы.
        «Ничего не понятно, но очень интересно» - баянистый мем из Интернета.
        «Мельхифрил падает с неба. Это метеоритный сплав.» - один из стальных мечей Геральта, по его словам, был выкован из метеоритного железа.
        «Кто в здравом уме будет два меча с собой таскать?» - шутка, повторенная дважды, становится в два раза смешнее.
        «Машина по нарезке колбасы для бутербродов» - отсылка к механизму, который по будильнику открывал собачьи консервы в самом начале первой части «Назад в будущее»
        ГЛАВА 10.
        Рассказ Эммета - отсылка к испытаниям «машины времени» из «Назад в будущее».
        Кличка лошади Долорес - калька марки автомобиля DeLorean DMC-12.
        «Конденсатор потока» - один из вариантов перевода термина «Flux Capacitor», названия изобретения дока Брауна. Также был распространён вариант перевода «флюксуатор».
        «Поздравляю, ученик, ты был взвешен, ты был измерен и был признан никуда не годным» - цитата из фильма «История рыцаря», восходящая к ветхозаветному «Мене, мене, текел, упарсин». (см. Википедию)
        «Подозреваю, что до вечера ты ещё не успеешь достичь половой зрелости» - цитата из фильма «В осаде» со Стивеном Сигалом.
        «А к ужину, будьте добры, нас позовите.» - далее герои ежедневно соблюдают режим, завтракают, обедают и ужинают, почти всегда с подробным описанием блюд. В качестве привета авторам, которые много внимания уделяют еде героев в своих книгах.
        ГЛАВА 11.
        «Вампир Эдвард? Как там дела у Беллы?» - отсылка к горячо любимой девочками вампирской саге «Сумерки».
        «…покалякаем о делах наших скорбных» - отсылка к фразе Горбатого из фильма «Место встречи изменить нельзя». В оригинале было: «Выпьем, закусим, о делах наших скорбных покалякаем.»
        «Передо мной стоял лемур.» - когда писал, представлял себе короля Джулиана - лемура из мультфильма «Мадагаскар». Ай лайк то мув ит, мув ит!
        «Эпизод с лестницей, одинаковыми кошками, креслами, мужиком в очках и синей таблеткой» - очевидная отсылка к фильму «Матрица».
        «Приснится же такое…» - заезженное клише. Происходит какая-то неправдоподобная дичь, которая потом списывается на то, что это герою «всего лишь приснилось».
        «Штефан Цигаль» - Стивен Сигал в образе Кейси Райбека - кока из фильма «В осаде». В истории повара практически без изменений воспроизводится сюжет указанного фильма. Визуальный образ Штефана ближе к позднему Сигалу, когда он начал носить бородку и собирать волосы в хвост.
        Фрегат «Альбама» - в фильме говорилось про линкор «Миссури», роль которого исполнял линкор ВМС США «Алабама».
        ГЛАВА 12.
        «Я прикрыл медальон левой рукой, а правую вытянул раскрытой ладонью в направлении хозяев» - классическая артикуляция использования «медальона силы», кочующая из одного фэнтези в другое.
        «Теперь присядь и скажи «КУ!» - отсылка к фильму «Кин-дза-дза».
        ГЛАВА 13.
        «Некоторое время меня даже называли «яйцебой»» - отсылка к малоизвестному фильму «Луковые новости», по ходу которого постоянно рекламируется якобы новый фильм со Стивеном Сигалом в главной роли. Эпизод диалога учителя с учеником и пробивания кулаком в средоточие силы - дословно оттуда.
        «Зовут его Антуш. Фамилию не знаю, слышал только, что он из Калиша» - отсылка к главному герою фильма «Знахарь», в котором он по чужим документам представляется как Антоний Косиба из Калиша. Тоже терял память, что символично.
        «Василь, сын мельника, по пьянке с мельницы упал, да обе руки себе сломал» - переиначенная история из фильма, там всё серьёзно, а тут получилось циничное глумление, да простят меня поклонники Знахаря.
        «А голова - предмет тёмный и исследованию не подлежит» - цитата из фильма «Формула любви».
        «Скажите, милсдарь Витольд, что такое «любовный экстаз»» - стёб над модой превращать фэнтези в эротику и порнографию. Дань уважения талантам Лютика на любовном поприще.
        ГЛАВА 14.
        «Отряд охраны окружил нас, требуя «честного» поединка с их рыцарем» - вольная интерпретация эпизода, описывающего поединок Геральта и Тайлеса из книги «Глас рассудка», дополненный танцевальными терминами. Лютик неоднократно упоминает, что движения Геральта в бою похожи на танец.
        «Порву за Витольда!» - навеяно криком Парфёна Рогожина (в исполнении Ивана Охлобыстина): «Порву за князя, за Льва Николаевича!» в эпизоде драки на квартире Гани из фильма «Даун хаус» Романа Качанова по сценарию того же Охлобыстина. Мощный фильм, настоятельно рекомендую к просмотру.
        «Я вдруг заметил, что удары моего сердца становятся всё реже, а всё вокруг как будто замедляется», нуачо? Должна же быть у ГГ хоть какая-то суперспособность, почему не замедление времени?
        «Вот и сходили за хлебушком» - собирательная идиома из Ералаша, анекдотов про отрезанную голову Берлиоза и прочих вариаций.
        «Я обтёр свой меч об козлиную шерсть» - первый намёк на то, что это обычный козёл, а не козлоног.
        ГЛАВА 15.
        «Зовут её бабка Ядвига» - или, сокращённо, Яга. Дальнейшие детали и диалог подтверждают принадлежность бабушки.
        «Холерушка, родненький» ­ - польское «холера» равноценно русскому «чёрт».
        «Инерция - это такая физическая величина…» - точное определение из учебника физики.
        «С неба послышался нарастающий гул» - сплошной гон, при падении метеороида с геосинхронной орбиты скорость подлёта к поверхности будет не меньше 10 км/с, а это примерно в 30 раз больше скорости звука. Сначала прилетит, а только потом услышишь.
        ГЛАВА 16
        «Живее всех живых» - сами знаете, кто у нас живее всех по мнению Владимира Маяковского.
        «Двай, дсвиданья!» - бородатый мем «Ты кто такой? Давай, до свидания.»
        ГЛАВА 17.
        «Ритуал называется «Испытание травами»» - прямая и очевидная отсылка к Сапковскому.
        «Приплыл на континент откуда-то с северо-востока, из страны холодных морей» - намёк на скандинавские страны.
        «Целую десятивёдерную бочку за неделю уговорил, зараза» - Попробуйте выпить за день 14 литров жидкости. А если это будет хотя бы пиво, то к исходу первых суток уже наберётся смертельная доза спирта. Это как выпить полтора литра водки.
        «Аррой Хаккинен» - выглядит как финское имя и фамилия? Родственник гонщика Мики Хаккинена.
        «Я видел, как даже самых сильных и стойких убивало. А уж сколько раз меня убивало, и не сосчитать.» - специфичная терминология, принятая в среде любителей покурить всякие травы.
        «Недоделанный Альберт» - отсылка к названию стола, на котором проводится ритуал испытания травами в школе Волка в книге Сапковского. Там он называется «Унылый Альберт».
        «Тут у меня ещё шишки есть» - кто не в курсе, плоды каннабиса в народе называют именно так.
        «Милсдарь что тебе, белка…» - в ведьмаке есть Скоя`таэли, также именуемые Белками - партизанское движение нелюдей.
        ГЛАВА 18.
        «Внутри ламп слегка гудели яркие электрические разряды… Индукционная печь…» - электричество изобрели в начале 19 века, но всем пофиг, почему бы в средневековой Польше не быть электричеству?
        «Алмазный шлифовальный круг его тоже не берёт» - ещё более позднее изобретение, конец 19 века.
        «Подсознание услужливо подкинуло мне информацию о том, что именно так выглядят скопления звёзд, плывущих в космическом пространстве и именуемых галактиками.» - отсылка к галактике внутри украшения на ошейнике кота в фильме «Люди в чёрном».
        ГЛАВА 19.
        «Это ж как надо головой тронуться, чтобы обычное чёрное пятно на холсте назвать искусством?» - привет Казимиру Малевичу и его «Чёрному квадрату».
        «И от чего же у него бывает плохое настроение? - Последнее время в основном от того, что вовремя не выпил» - немного изменённая цитата из книги «Стража, Стража!» Терри Пратчетта.
        «Какой удачный маркетинговый ход, однако. Незначительная смена визуальной концепции, а насколько позволила расширить целевую аудиторию.» - стёб над современными рекламными технологиями.
        «Знаешь, что мне в тебе нравится? - То, что ты такой молчаливый. Со стороны можно подумать, что ты очень умный.» - отсылка к фразе Хемуля из книги Туве Янссона про Муми-троллей.
        «Что делало его похожим на эмблему Люфтваффе» - в мои школьные годы такое изображение (пенис с крыльями) называлось «аэровафля».
        «Разве это нож? - Вот это - нож!» - дословная цитата из фильма «Крокодил Данди». Дальнейшие события с разрезанием одежды тоже практически полностью повторяют оригинал.
        ГЛАВА 20.
        «А у этих Дионей душа чёрная, как ночь» - откровенный намёк на название хищного растения «Чернодушник» из игры Fallout 2. Dionaea muscipula - Венерина мухоловка (росянка), прототип этих растений.
        «Пообещайте мне, что поможете разобраться с этими растениями.» - квест «Убить злобные растения», который даёт Хакунин - шаман деревни Арройо (тот же Fallout 2). Теперь очевидно, почему шамана зовут Аррой Хаккинен.
        «Валентин Вудман. Ему нравится, когда все зовут его Тин.» - отсылка к железному дровосеку из книги «Удивительный волшебник из страны Оз». В оригинале он Tin Woodman - жестяной дровосек.
        «Это была последняя пила, Карл!!!» - баянистый мем про Карла из «Ходячих мертвецов».
        «Зови Артура. Я насколько помню, у него богатый опыт в вытаскивании всяких застрявших железок.» - намёк на короля Артура из британского эпоса, вытащившего из камня меч Кларент (да-да, не Экскалибур, а именно Кларент).
        «Я в какой-то момент уже было подумал, что тебя на измену пробило. Но, нет, вижу, что только на пожрать.» - в зависимости от устойчивости психики, употребление определённых веществ вызывает разную реакцию, в том числе и описанную.
        «Пшемек в ответ молчал и таращился по сторонам своими красными глазами.» - один из побочных эффектов канабиноидов - расширение сосудов в глазном яблоке.
        ГЛАВА 21.
        «…начинается эта, как её, трансмудификация» - испытание травами (по версии Сапковского) это и есть трансмутация - изменение метаболизма, гормональной и нервной систем.
        «Гжегош Бженчишчикевич из Хжёншчижевошице» - очень бородатый мем, основанный на эпизоде из фильма «Приключения канонира Доласа, или Как я развязал Вторую мировую войну», который в свою очередь воспроизводит эпизод из книги Казимежа Сейды «Дезертиры Его Величества». Ссылка на эпизод из фильма: «Бжешче, Вежхославице, Жендживоёвице, Шиманковщчизна» - реальные названия населённых пунктов в современной Польше.
        «Что это за герой, у которого в руках меч без имени?» - большой привет Андрею Белянину и его книге «Меч без имени».
        «Я подумаю над этим завтра» - любимая фраза Скарлетт О`Хара из романа/фильма «Унесённые ветром».
        «Жизнь замечательных людей» - отсылка к серии книг ЖЗЛ, издававшейся в советское время, а также к рубрике юмористической телепередачи «Городок».
        «Тогда я назову его «Длинный коготь»!» - в точности, как меч Джона Сноу из сериала «Игра престолов» (книги «Песнь льда и пламени», если угодно).
        ГЛАВА 22.
        «Гэбриэль… Охотник на нечисть. Проездом» - очевидная отсылка к Гэбриэлу Ван Хельсингу из одноимённого фильма. Внешний вид и род занятий полностью срисован оттуда.
        «Меня наняли, чтобы я убил одного румынского графа. Зовут его Валдис Кипеш» - на самом деле румынского графа зовут Влад Цепеш, он же граф Дракула.
        «Слащавый он какой-то. Одно слово - румын.» - укороченная цитата из фильма «Брат 2».
        «Всех разбойников да воров на кол пересажал» - прототип графа Дракулы действительно навёл порядок на подконтрольных землях, так что всё перечисленное - правда. Кроме остального, что выдумки.
        «…название у них то ли «Чёрная река», то ли «Мутная вода»» - намёк на наёмников из «Blackwater».
        «Сразу же предложил сыграть в Шплинт» - в первоисточнике карточная игра называется «Гвинт».
        «А у меня арбалет не простой» - далее точное описание характеристик и происхождения арбалета Ван Хельсинга.
        ГЛАВА 23.
        «Так есть у нас в деревне один оборотень. Генрик Джешляк» - отсылка к доктору Генри Джекиллу из повести «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда», а также из фильмов, снятых по мотивам.
        «…в медвежье говно наступил, так териантропия в нём и проявилась» - териантропия: мифическая способность человека превращаться в животное, оборотничество (Википедия). Аналогично ликантропии - способности превращаться в волка. Кроме того, териантропы - молодёжная субкультура, представители которой отождествляют себя с определёнными животными. Приравнивается к психическому расстройству.
        «Так сами гоним. По старинному рецепту. Травки разные, коренья, ягоды для вкуса и запаха. Ну и, само собой, дрожжи да сахар.» - очевидный рецепт приготовления самогона.
        «Кожевник показал как вынимать и убирать меч, дёргая за ремни, закрепленные за спиной» - не стёб, а сожаление по поводу того, что никто не думает, как вытащить из-за спины меч, который длиннее, чем рука. В реальности за спиной получится носить только короткие клинки, но в фэнтези сплошь и рядом за спиной полуторные и полноразмерные двуручники.
        «Стоящий рядом наставник периодически тыкал ученика длинной палкой…» - классическая сцена из многих фильмов, когда почтенный мастер кунг-фу обучает своего ученика. Голимое клише, уже набившее оскомину.
        «…не видел ли тот Яна Ходкевича. - Капитана Яна Ходкевича» - Джек Воробей? - Капитан Джек Воробей!
        ГЛАВА 24.
        «Но увидеть их чёрную душу очень просто, достаточно съесть два-три Гриба Откровения.» - если съесть галлюциногенных грибов, то и не такое можно увидеть.
        «Он выставил одну ногу вперёд, немного согнув её в колене, и начал приподнимать и опускать пятку, отбивая ритм.» - хореография, характерная для Валерия Леонтьева, исполнявшего песню «Разноцветные ярмарки», которую далее поёт Пшемек.
        «К тому моменту, когда чёрные души, наконец, сдались и растаяли в воздухе» - грибы наконец-то отпустили.
        «Не стоит благодарности, это наша работа» - кажется, так всегда говорят всякие героические герои, после того, как спасут мир?
        «Понять и простить» - фраза охранника Бородача в исполнении Миши Галустяна из «Наша Раша».
        «Тогда я выбираю свободу и женитьбу. - Странное у тебя понятие о свободе» - отсылка к диалогу между Францем Лобхайнером (которого играл Ален Делон) и Теодором Кайзером в фильме «Кристина» Пьера Гаспара-Юи. Древняя мелодрама, не парьтесь, если не смотрели.
        ГЛАВА 25.
        «Мне кажется, я знаю, почему будущий жених не должен видеть перед свадьбой свою предполагаемую невесту - Ну и почему же? - Скорее всего, чтобы не одумался и не сбежал.» - немного изменённая цитата из книги «К оружию! К оружию!» Терри Пратчетта.
        «Обряд проводит святой отец Шломо Залман» - реально существовавший раввин Авраам Шломо Залман Цореф родился на территории Княжества Литовского (в которое входила Речь Посполитая), поэтому некоторым образом имеет отношение к средневековой Польше. Навеяно фильмом «Робин Гуд: Мужчины в трико» Мэла Брукса, там как раз монаха Брата Тука заменили на раввина Тукмана.
        «Викагий Ченстоховской католической епагхии» - Архиепархия Ченстоховы - архиепархия Римско-Католической церкви с центром в городе Ченстохова, Польша. Так что персонаж вполне мог бы быть викарием этой епархии.
        «…самого митгополита Гнезновского» - Архиепархия Гнезно - архиепархия Римско-католической церкви с центром в городе Гнезно, Польша. Просто намешано всё в кучу, но выглядит правдоподобно.
        «Так посмотрите, святой отец, сколько вокруг всего, ожидающего вашего благословения. Дома, деревья, люди, птички, домашние животные.» - отсылка к эпизоду из уже упомянутого фильма «Робин Гуд: Мужчины в трико». Там раввин Тукман подобную схему проворачивает.
        «…сходим к сапожнику… Тут рядом есть один, Веслав Войас» - Веслав Войас - основатель известной польской обувной компании «Wojas».
        Глава 26.
        А-3141592-6535 - первые цифры числа Пи: 3.1415926535.
        «…Жители расположенной неподалёку звёздно-планетарной системы Псилон» - Псилонцы (Psilon), раса чрезвычайно интеллектуальных и технически развитых существ из игры «Master оf Orion», посвятивших свою жизнь науке и исследованиям.
        ГЛАВА 27.
        «Бронислав Бортновский, старший канцелярский советник» - Бронислав Брониславович Бортновский - советский разведчик и деятель спецслужб; начальник разведывательного управления Западного фронта (1921), резидент ОГПУ и РУ РККА в Берлине (1921 -1924). Родился в 1898 году в городе Варшаве Царства Польского в семье служащего. (См. Википедию)
        «У Язгажевшчизновского воеводства…» - реально существующая местность в Польше, название которой обычно приводят как пример самых труднопроизносимых польских топонимов.
        «…династии Гогенцоллернов» - Гогенц?ллерны - германская династия швабского происхождения, династия курфюрстов Бранденбурга, затем королей Пруссии, в период с 1871 по 1918 год прусские короли из династии Гогенцоллернов были одновременно и кайзерами Германии. (См. Википедию)
        «Рудольф фон Гогенберг» - Намёк на Рудольфа VII фон Гогенберг-Нагольде, на котором оборвалась династия Гогенбергов. (См. Википедию)
        «…передать власть незаконнорожденному наследнику графа Фридриху» - имя взято у Фридриха X фон Цоллерна, cтаршего сына графа Фридриха IX фон Цоллерна и Адельгейды, дочери графа Бурхарда VIII фон Гогенберга. Просто свалил всё в кучу, так что даже нет смысла разбираться.
        «У графа случился апоплексический удар. Золотой табакеркой в висок хлоп - и место освободилось.» - намёк на способ убийства российского императора Павла I и дальнейшую официальную версию.
        «Так для монархов и прочих кайзеров … кого-то двадцать три раза кинжалами пырнут…» - Кайзер - Caesar - Гай Юлий Цезарь, был убит заговорщиками, на теле насчитали двадцать три раны от ударов кинжалами.
        «Вы же эти, как их… - Санитары, - Подземелий» - отсылка к компьютерной игре и рассказу Дмитрия Пучкова (Гоблина) «Санитары подземелий».
        «Добрый день, я доктор» - очевидный намёк на Доктора Кто из одноимённого сериала. Внешний вид, звуковая отвёртка, синяя будка Тардис. Не бессовестный плагиат, а оммаж.
        ГЛАВА 28.
        «…не стала превращать его в крысу» - отсылка к фильму «Обыкновенное чудо»: «… я пожалуюсь мужу и он превратит вас в крысу.»
        ГЛАВА 29.
        «Вставайте, граф» - отсылка к роману «Золотой телёнок» Ильфа и Петрова, оригинал фразы: «Вставайте, граф, вас зовут из подземелья».
        «Ты же знаешь, я люблю помучить, потерзать, поиздеваться. Вот тебя бы я помучил.» - дословная цитата из фильма «Гостья из будущего», фраза произнесена Весельчаком У.
        «В постели - в постели. А в туалете поймаем, значит, мы его там же в сортире и замочим, в конце концов.» - отсылка к фразе В.В.Путина в адрес террористов, произнесённая на пресс-конференции в Астане.
        «Может, меня даже наградят. Посмертно.» - дословная цитата фразы С.С.Горбункова из фильма «Бриллиантовая рука».
        «Сова, открывай, медведь пришёл» - цитата из м/ф «Винни Пух и день забот».
        «Затем, на развалинах часовни… - Простите, а часовню тоже я развалил?» - цитата из фильма «Кавказская пленница».
        «…вставлю себе золотые зубы и женюсь» - цитата из книги «Золотой телёнок».
        «…там четыре курса приёма по два месяца с перерывами в месяц» - привет всяким гербалайфам и иже с ними.
        ГЛАВА 30.
        «Пожиратель душ» - отсылка к одноимённой манге Ацуси Окубо.
        «Два удара, потом один удар, потом ещё два.» - отсылка к секретному стуку, которым Матильда должна была предупредить Леона о своём возвращении. Х/ф «Леон».
        «Вы не волнуйтесь, мы вас вылечим. Сумасшедшие графы-умертвия - это наш профиль» - отсылка к фильму «Кавказская пленница», только вместо сумасшедших графов-умертвий там алкоголики.
        «…дом - это такое место, где будет храниться наше барахло в то время, пока мы находимся вне дома, чтобы добыть ещё больше барахла.» - почти дословная цитата из выступления Джорджа Карлина, американского комика.
        ГЛАВА 31.
        «Потребуется воздействие определённых веществ, чтобы расширить кровеносные сосуды в глазном яблоке.» - см. пояснение к действию канабиноидов из главы 20.
        «…золотая крона сможет спасти отца отечественного растениеводства» - отсылка к книге «12 стульев», исходная фраза : «Скажите, а двести рублей не спасут отца русской демократии?»
        «Курва мачь!» - нецензурное польское ругательство.
        «Виттуперкеле!» - нецензурное финское ругательство.
        ГЛАВА 32.
        «Обязательно бахнем. Но потом.» - отсылка к изречению прапора из фильма «ДМБ».
        «В десятке шагов от нас прямо из склона оврага торчал огромный, больше моего роста, вытянутый камень.» - отсылка к «камням силы» из игры «Ведьмак 3: Дикая охота».
        « - Милсдарь, ты живой? - чей-то голос доносится до меня как сквозь толстый слой ваты…» - книга заканчивается тем же самым предложением, что и начинается.
        
        P.S. УТОЧНЕНИЕ ПО АВТОРСКИМ И СМЕЖНЫМ ПРАВАМ:
        Иллюстративный материал основан на изображениях и их фрагментах, лицензированных для свободного распространения, изменения и использования без необходимости указания авторства с ресурсов pixabay.com, pxhere.com, заимствованных из общедоступных ресурсов Интернета, не содержащих указаний на авторов этих материалов и каких-либо ограничений для их заимствования, а также результатах собственных художественных действий автора.
        Персонаж, изображённый на обложке - немецкий косплеер Бен Шамма (Бергманн), известный в Интернете как Maul Cosplay. К сожалению, все попытки установить с ним контакт и попросить/приобрести официальное разрешение на использование его изображения успехом не увенчались, видимо, человек очень занят. Имя фотографа и условия распространения исходного фото также не были указаны, поэтому применяю стандартную практику - указываю все известные мне исходные реквизиты и выражаю готовность немедленно отреагировать на любое предложение или замечание со стороны владельца авторских прав.
        Согласно российскому законодательству допускается любое использование материалов, находящихся в свободном доступе, для которых невозможно установить правообладателя и не заявлены ограничения по использованию. Согласие физического лица на использование его изображения не требуется, если это изображение получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях. Поскольку фото было сделано на конференции ComicCon, оно попадает под последний вышеуказанный пункт.
        
        Первая публикация книги: сайт , ссылка: Книга бесплатна.
        Для тех, кто не читал, не смотрел, и не играл
        Наверняка сейчас сложно отыскать человека, который бы ничего никогда не слышал о «Ведьмаке». Если вы в курсе, как выглядит и чем занимается ведьмак, что такое «право неожиданности» и кто такой Унылый Альберт ­ - смело переходите к первой главе.
        Остальным предлагаю ознакомиться с основными моментами, без которых некоторые шутки из этой книги будут совершенно не смешными. Итак, поехали (жирным шрифтом выделены слова, на которые стоит обратить внимание):
        Автор цикла книг «Ведьмак» - ПОЛЬСКИЙ писатель Анджей Сапковский.
        ВЕДЬМАКИ - особая категория наёмников, специализирующаяся на истреблении всевозможных монстров и чудовищ. Люди обычно не любят ведьмаков, но вынуждены обращаться к ним за помощью, особенно за защитой от нечисти.
        Ввиду того, что все ведьмаки бесплодны, своих учеников они выбирают из детей-сирот, или забирая детей по «Праву Предназначения» (другое название - «Право Неожиданности»).
        ПРАВО НЕОЖИДАННОСТИ - интерпретация сказочного сюжета, по которому спаситель требует от спасённого того, что тот не ожидает увидеть дома . Поскольку ведьмаки достаточно часто спасают чьи-то жизни, то и пользуются они этим правом регулярно.
        Главный герой саги о ведьмаке - ГЕРАЛЬТ ИЗ РИВИИ. Он принадлежит к Школе Волка - одной из нескольких школ, в которых готовили ведьмаков. Отличительной особенностью внешности ГЕРАЛЬТА (и его изображения в компьютерной игре и сериале) являются БЕЛЫЕ (седые) волосы, которые поменяли цвет под воздействием трансмутации, ГЛАЗА с жёлтой радужкой и вертикальными зрачками, а также приметный ШРАМ, который пересекает лоб, левую бровь, глаз и спускается к щеке. Всё тело ведьмака покрыто шрамами от ранений, полученных в схватках с монстрами и людьми.
        Геральт одевается в ЧЁРНУЮ КОЖАНУЮ КУРТКУ, покрытую серебряными клёпками и носит высокие САПОГИ. На груди Геральт носит МЕДАЛЬОН, изображающий голову волка - символ его школы.
        Традиционно ведьмаки вооружены ДВУМЯ МЕЧАМИ - серебряным и стальным. Стальной меч используется в схватке с чудовищами, невосприимчивыми к серебру, серебряный - против остальных. С людьми Геральт сражается стальным мечом, чтобы не повредить серебряный. В ножнах ЗА СПИНОЙ обычно носится стальной меч, серебряный же приторочен к седлу и вынимается при подготовке к схватке с чудовищем. В ИГРЕ Геральт НОСИТ ОБА МЕЧА В НОЖНАХ ЗА СПИНОЙ, что является предметом нескольких шуток в этой книге. Стальной меч Геральта, по его словам, был выкован из упавшего МЕТЕОРИТА.
        О подготовке ведьмаков:
        На первом этапе подготовки мальчики 8-10 лет проходят через ИСПЫТАНИЕ ТРАВАМИ, в ходе которого кандидату вводят особые эликсиры, которые вызывают необратимые изменения в организме. Из десяти подвергнутых Испытанию выживают не более трех-четырех. Затем кандидата подвергают ТРАНСМУТАЦИЯМ, в ходе которых мутируют костный мозг, гормоны, а также структура глазного яблока: радужка изменяет свой цвет на желтый, а зрачок становится вертикальным, как у кошки. В Школе Волка СТОЛ, на который укладывали кандидатов для проведения Испытания Травами назывался УНЫЛЫЙ АЛЬБЕРТ.
        ГЕРАЛЬТ ИЗ РИВИИ также является главным игровым персонажем в трилогии КОМПЬЮТЕРНЫХ ИГР «Ведьмак», «Ведьмак 2: Убийцы королей» и «Ведьмак 3: Дикая Охота», созданных польской студией CD Projekt RED.
        ЛЮТИК - один из центральных персонажей книги, лучший друг Геральта, трубадур (менестрель) и поэт. Он также является автором МЕМУАРОВ«Полвека поэзии», в которых он описал свои (совместные с Геральтом) приключения. Обычно носит с собой ЛЮТНЮ, под которую поёт свои песни.
        Основные источники:
        Изображение Геральта из игры «Ведьмак 3: Дикая Охота» (с сайта vedmak.fandom.com)
        
        
        Послесловие
        Дорогой читатель! Судя по тому, что ты добрался до самого конца книги, скорее всего, ты только что закончил её читать.
        Если тебе понравилась книга, не стесняйся, ставь лайк, напиши комментарий, посоветуй книгу друзьям и нажми кнопку «поделиться», чтобы сделать репост в соцсети. Меня, как автора, очень мотивируют такие знаки внимания. И чем больше таких знаков, тем скорее я начну писать и выкладывать продолжение истории.
        Вторая книга: 109492

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к