Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ЛМНОПР / Лукьянов Олег: " Кровь Демона " - читать онлайн

Сохранить .
Кровь демона Олег Валерьевич Лукьянов
        В этом мире фантастика и до реальности страшная сказка переплелись воедино. Будущее отделенное от прошлого огнем третьей мировой войны. Мир в котором остатки человеческого общества раскололись на тех, кто отгородился от него бетонными стенами мегаполисов и тех, кто выбрал иной путь. Путь выживания в землях полных суеверий, магии и демонов…
        Олег Лукьянов
        Кровь демона
        Пролог
        Только истинный авантюрист по доброй воле может спуститься в забытый всеми, давно пересохший колодец и найти там затаившееся чудовище. И только настоящий герой может радостно бросить ему вызов и одолеть подлую тварь в честном поединке.
        Вот только, Саймон Сэт не был ни тем, ни другим.
        Крупные звенья колодезной цепи натирали ладони и оставляли ржавчину, пристегнутый к спине тяжелый меч неумолимо тянул вниз. Свет ручного масляного фонаря освещал выщербленные камни стен столь скупо, что ему приходилось перебирать ногами с великой осторожностью, - под носком сапога уже дважды срывались булыжники.
        Но всё когда-либо заканчивается и шахта колодца не была исключением. Ноги достигли зыбкой земли и в нос с ошеломляющей силой ударили сырость и зловонный смрад. Сняв меч с перевязи, и взяв в другую руку фонарь, Сэт осторожно стал продвигаться вглубь открывшейся перед ним карстовой пещеры.
        Зловоние становилась просто невыносимым, с каждым шагом, оно все гуще обволакивало его. Обоняние начинающего искателя сокровищ играло злую шутку - он буквально задыхался, едва удерживаясь от того, чтобы бросить фонарь и освободившейся рукой зажать себе нос.
        И вот тусклый свет очертил во мраке источник зловония: сгорбленную фигуру, прикрытую гнилыми лохмотьями. Полуразложившаяся плоть, сохраненная от окончательного распада нечестивым колдовством, была наделена одним лишь стремлением - убивать все живое.
        Другие подробности в облике ходячего мертвеца в темноте Сэт разглядеть не мог - да и не стремился.
        До зловонной фигуры осталось три шага. Пламя фитиля чуть трепыхнулось, когда Сэт аккуратно поставил фонарь на пол. Оттянув меч, насколько позволяли габариты пещеры, он быстро прошел последние шаги и… изо всех сил рубанул.
        Меч дернулся в руках и с хрустом преодолел гнилую преграду…
        - Да!!
        Голова зомби отделилась от тела и полетела вниз по резко спускающемуся желобу карстовой пещеры. Сэт был счастлив, что разделался с зомби настолько легко. Но радость его омрачалась даже не новой волной удушливого смрада, отошедшей от упавшего тела, а нехорошим предчувствием. И с каждой секундой это предчувствие довлело над ним все сильней.
        Только что одержавший славную победу, искатель сокровищ со странным именем Саймон Сэт, понурив голову, поплелся назад к шахте колодца.
        Вернувшись по своим следам, он трижды дернул колодезную цепь, которая отозвалась вялым скрипом и ленивым позвякиванием. Затем, достав кресало, он дважды высек искры, метясь в черноту шахты.
        Долгое время ничего не происходило. И когда он уже был готов вновь повторить свой нехитрый ритуал, цепь закачалась, а спустя минуту рядом с ним стояла она: ослепительная амазонка - точнее, свирепого вида эльфийка.
        - Что-то ты долго спускался, - шепнула она, пряча сабельку в ножны и доставая из-за спины длинный лук. - Я уж подумала, что тебя здесь сожрали. Ладно, не делай резких движений - тут рядом должен быть зомби. Спорим, я пристрелю его раньше, чем он нас заметит.
        Сэт не ответил, позволил ей выйти на корпус вперед и прокрасться к тому месту, где по её предположению должен был находиться мертвец оживленный черной магией и не менее черной волей…
        - Ну, ты и урод! - воскликнула она. - Я же сказала, убьем его вместе!
        - Извини, но я не мог стоять у него под боком и безропотно ждать пока ты спустишься!
        - А почему нет?! Этот зомби глух, слеп и стоял к тебе спиной! В прошлый раз он нас обнаружил, когда мы едва на него не наскочили!
        - Да? А ты помнишь, какие проблемы он нам устроил? - попытался возразить Сэт. - А так, я срубил его одним выверенным ударом.
        - Да ты просто эгоист! Чего ради я с тобой связалась?! Чтобы еще хоть один раз я с тобой куда-нибудь пошла? Да никогда в жизни! А если пойду, то не оставлю одного! Понял?!
        - Ладно, тише, - примирительно подняв руки, сказал он. - Все пещеры переполошишь.
        - Да пошел ты.
        Разъяренная эльфийка, великолепная в своей первозданной красоте, которая лишь отчасти была скрыта несколькими клочками одежды, грациозно переступила через бесформенные останки дважды мертвого зомби. Подчеркнуто игнорируя Сэта, выставила перед собой лук и быстрым шагом понеслась вглубь пещеры.
        Окрикивать Сэт не стал, хотя понимал, что нагнать её будет трудно. Преимущество обидчивых эльфиеек заключалось еще и в том, что свет как таковой им был не нужен. Она полагалась лишь на свою способность к ночному зрению, тогда как Сэту стоило огромного труда не спотыкаться о камни, выпирающие из неровного пола - и это не смотря на наличие фонаря в руках.
        Он едва не налетел на неё, когда та резко остановилась. Хотел что-то прошипеть, но вовремя разглядел впереди вывороченную дубовую дверь, некогда закрывающую вход в широкий зал.
        - Мы нашли её! - провозгласила она восторженно. - Наверняка это и есть та самая сокровищница колдуна!
        Сэт шикнул, приложив палец к губам, но произнес более громче, чем требовалось:
        - Видишь - дверь раскурочена. Либо нас опередили другие искатели, либо сюда завалились Черные мародеры…
        Юная эльфийка кивнула серьезно и понимающе, а после, не говоря ни слова шмыгнула в темноту прохода. Прежде чем Сэт успел вернуть на место упавшую челюсть, послышался звон спускаемой тетивы, крики, сдавленные ругательства, отрывистая команда и как апогей - топот тяжелых сапог.
        Забыв про фонарь, Сэт ворвался в освещенный потолочной лампой подземный зал, и увидел холодящую кровь картину: эльфийка была практически окружена рыцарями в черных латах.
        Он не понял, повергла ли эльфийка хоть одного из Черных мародеров, но когда закрыл её своим телом, на него бросились сразу трое. Все в прекрасной амуниции: двое с мечами и щитами, а в руках третьего был двуручный топор!
        Полуторный меч Сэта устремился на защиту, сразу дернулся вниз, прогибаясь под тяжестью двух одновременно ударивших клинков, но откинул их и зашел наперехват громадного топора. Мышцы сковала боль, а пальцы едва не разжались, когда на стальную полосу в его руках обрушилась, наверное, целая тонна.
        Упавшее на лезвие меча топорище не переломилось надвое и, втайне надеявшийся на это, Сэт вынужден был беспомощно следить за тем, как мародер в черных латах неспешно тянул оружие на себя. От атаки в столь уязвимом положении своего товарища прикрывали два мечника, так что при всем желании, достать противника Сэт никак не мог.
        Однако этого и не требовалось: все, что было нужно - выдержать натиск врагов еще несколько секунд. Сейчас эльфйика за его спиной прицеливается в щель в латах одного из противников. Буквально пара мгновений и все враги, один за другим, упадут пронзенные серебряными стрелами.
        Сэт уже мысленно видел, как в горло топорщика впивается серебряный наконечник, враг бросает на пол громоздкое оружие и рефлекторно тянется к кровоточащей ране, руки замирают на полпути и он падает замертво…
        Истекая потом, оглушенный адским звоном, Сэт деревянными руками продолжал воротить неподъемный меч. Его собственная броня прогибалась от сыпавшихся ударов, и сам он шатался как избитая лесорубами сосна. Тем не менее, его видения все не желали водворяться в жизнь. Звук опускающейся тетивы все не раздавался…
        Отбив очередной выпад топора, и из последних сил отогнав мечников круговым вращением клинка, Сэт улучил момент и поискал глазами эльфийку.
        Он нашел её почти сразу. Она была рядом, размахивала сабелькой и прикрывалась крохотным круглым щитом. Она, так сказать, взяла на себя одного из двух мечников прикрывающих атаки топорщика.
        Остервенело крикнув и собрав остатки сил, Сэт навалился на врагов словно опьяненный жаждой крови берсеркер. Он больше не обращал внимания на сыпавшиеся удары, которые прогибали доспехи и заставляли его шататься. Он не почувствовал боли, когда огромное лезвие топора пробило стальной наплечник и впилось в его плоть.
        Отразив удар мечника, Сэт схватился за древко топора и выдернул плотно засевшее лезвие из наплечника. Он приготовился сразить хозяина топора, но мечник, сражающийся с эльфийкой, бросился на выручку оглушенным товарищам - момент был безнадежно упущен.
        Эльфийка с диким криком принялась его нагонять, но её атака была встречена вернувшимся в бой топорщиком. Сам Сэт растерял львиную долю своего запала. Его нечеловеческая ярость, так помогшая ему в бою, пошла на убыль и теперь он вынужден был уйти в глухую оборону - а она, как известно, не приносит победы.
        Но шанс еще был: если эльфийка вспомнит, что она мастер лука, а вовсе не меча…
        Забыв на секунду о злобном лязге оружия и искрах перед глазами, Сэт бросил на нее взгляд и скривился. Чертова эльфийка была чересчур самоуверенна, или настолько глупа, что вместо природного проворства противопоставила гиганту с топором прямую силу.
        Краем глаза Сэт увидел, как обрушившийся на подставленный щит двухглавый топор разбил его в щепки. Левая рука эльфийки повисла плетью, несколько секунд она просто не двигалась, оглушенная болью, а когда подняла сабельку, чтобы подставить её под сокрушающий удар… Нет, могла бы и не пытаться.
        Её бездыханное тело отлетело к стене и мародер, более не обращая на неё никакого внимания, шагнул к Сэту…
        Вконец выбитый из сил, окруженный с трех сторон, Сэт продержался секунду или две.
        Часть 1 Саймон Сэт
        Глава 1
        - Конец игры, - ласковым голосом сообщила система. - Данные статистики сохранены на вашем личном аккаунте.
        Он снял шлем и безрадостно взглянул на исполинский полутемный зал с сотнями платформ, на которых стояли люди в черных облегающих костюмах и продолговатых шлемах с кабелями, тянувшимися от них наверх под самый потолок. Все они держали несуществующее оружие, и при желании он мог бы определить, у кого в руках сейчас коротенький лук, у кого двуручный молот, а кто пробирается между укрытиями с мелкокалиберным автоматом.
        Тяжело вздохнув, он вновь надел шлем и взглянул на подробную статистику последней игры.
        Времени в игре проведено/час: 1,36
        Пройдено/км: 1,9
        Убито врагов: 3
        Золота собрано: 812
        Найдено секретов: 1
        Опыта заработано: 89449999999944345
        Сэт снял шлем и вновь оглянул зал забитый, совершающими несуразные движения, черными фигурами в серебристых шлемах. Все они будто исполняли доисторический ритуальный танец под одну слышимую только им музыку, но с разным ритмом и умением. Новички совершали резкие и дерганные движения, более опытные имитировали мягкую, кошачью поступь, плавно пригибаясь и неспешно от чего-то уворачиваясь. Иногда в проходах между платформами шли новые игроки, спешащие занять свои игровые места, или наоборот - покинуть их. Ничего не изменилось. Все по-старому, обыденно и буднично, но…
        Сэт с силой потряс головой, вновь надел шлем и перепроверил статистику.
        - Так и есть, - сказал он себе. - За провальную игру я заработал девяносто квадрильонов опыта…
        Войдя в общую статистику, он ощутил, как его постепенно начинает трясти - давненько с ним такого не бывало.
        - Система, - сказал он едва заметно срывающимся голосом, - сообщи мое место в статистике игры "Меч и колдовство".
        - В мировом рейтинге по данной игре, вы поднялись с тысяча девятьсот пятого на первое место, - мягким голосом отозвалась программа. - Примите поздравления.
        Какое-то время Сэт не шевелился, отуплено смотря на табло статистики. Так и есть. В бесконечно-длинном списке его имя красуется на первом месте. Но как такое могло произойти?.. Игровой баг? А если так, то стоит ли об этом сообщать?
        Он вздрогнул, когда на его плечо упала чья-то ладонь.
        Поспешно сняв шлем, Сэт обнаружил рядом с собой фурию. Напарница-эльфийка, в жизни была не так прекрасна как в игре, но иногда тоже ничего. "Иногда" - это когда не шипит как рассерженная кошка и не обвиняет в умственной отсталости.
        - Подожди, - вставил Сэт, пытаясь увлечь её на дорожку ведущую к комнатам для переодевания, - а сколько ты получила опыта?
        - Сто семьдесят восемь единиц, - ответила она автоматически и разъярилась еще больше. - Не смей заговаривать мне зубы! Если бы не ты…
        Обычно Сэт молча выслушивал её нападки, после чего спокойно отправлялся домой. Но в этот раз, когда с неба свалилось девяносто квадрильонов опыта, что грозило ему мировой славой, или проведением определенного времени в застенках службы безопасности игровой индустрии, ему было не до её самолюбия.
        - Надя, - начал он спокойно, - ты сама прекрасно знаешь, что накосячил вовсе не я. Не думай, что переворачивая всё с ног на голову, ты снимешь с себя вину. В прошлый раз, когда мы наткнулись на этого зомби, ты все равно умерла - потому что, вместо того чтобы прятаться и стрелять из-за моей спины, норовишь сойтись в рукопашную.
        Девушка оскалилась, собираясь наверно зарычать, но Сэт не позволил:
        - Тебе что, - продолжил он, - невдомек, что при настройках на максимальный реализм, сила игрока полностью соответствует объему и тонусу его мышц? Надя, пойми, прежде чем я стал таскать полуторный меч и носить стальные латы, несколько лет качался в тренажерном зале и развивал выносливость на спортплощадках. А ты, пройдя только обучающую программу "мастер лука", непонятно зачем пытаешься достать врага своей игрушечной сабелькой!
        Она шла за Сэтом между бесчисленных рядов платформ, на которых люди двигались, словно в наркотическом дурмане. Ни истерик, ни обиженного сопения. Молчание длилось довольно долго. А потом она заговорила, и Сэт подумал, что девушка не так уж и безнадежна.
        - Ну что, Саймон Сэт, попробуем еще раз? - спросила она, каким-то официально-деловым тоном.
        - Нет, Надя, уже поздно, а мне больше нельзя опаздывать на пары. Еще немного и меня вышибут из академии.
        - Ну и иди! - вновь зашипела она. - Я тогда с Александром постреляю в террористов.
        - Бывай.
        Он уже почти добрался до комнаты переодевания, когда она крикнула едва ли не на весь игровой зал:
        - Нет, я лучше пойду с Алукартом отстреливать звездных десантников! Он уже давно порывался обучить меня стрелять из лазерной винтовки!
        - Да иди с кем хочешь! - крикнул он, прислоняя ладонь к сканеру на дверном замке.
        - И пойду! У него и рейтинг круче и снаряжение. С ним я быстро поднимусь в первую сотню - знаешь какие там призы? Когда у меня будет миллион, ко мне даже не приближайся, неудачник…
        Наверно она говорила что-то еще, но Сэт не услышал, поскольку дверь раздевалки закрылась за его спиной. Однако он все же споткнулся, когда до него дошел смысл её слов. И дело было отнюдь не в оскорблении.
        Он совсем не подумал про награду от игровой корпорации, которая ему полагалась за первое место в рейтинге.
        Все кто входил в первую сотню игроков любой виртуальной игры получали еженедельные отчисления на банковский счет. Эта сумма, в зависимости от места в списке лучших, варьировалась от просто внушительной до поистине колоссальной. И сотни тысяч человек по всему миру, зачастую втайне даже от себя, лелеяли надежду однажды в него попасть.
        Зачем это было нужно игровым корпорациям, если в игры играли бы и без всяких призов, никто точно не знал. Однако весьма отчетливо прослеживалась закономерность, что чем более крупные суммы предлагала игра своим лучшим игрокам, тем большее количество людей в нее играли. Да и общее количество "игроманов" росло в Городе из года в год, достигая сейчас поистине феноменальных, сорока трех процентов.
        Хотя, по мнению Сэта процентное соотношение людей зависимых от игр все равно бы неуклонно росло. Причиной тому было критическое перенаселение и загрязнение Города.
        В Городе все настолько плохо, что даже беднейшим слоям населения было невообразимо тесно в своих полных яда и зловония трущобах. Люди давно перестали откладывать часть своего дохода - они больше не верили, что смогут скопить достаточно, чтобы выбраться из медленно убивающей клоаки и прибрести жилье хотя бы на этаж выше. Вместо этого, они тратили свой и без того ничтожный заработок на реалистичные игры - наличие шанса обогатиться, для чего необходимо всего лишь играть лучше остальных, просто не могло не вдохновлять на бросок в пропасть.
        Для ухода от гнетущей реальности лучше всего подходят игры. Игры - гораздо безопаснее незаконных наркотических препаратов и уж точно дешевле лицензированной алкогольной продукции. К тому же, где еще можно увидеть синее небо, пробежаться по зеленому полю, услышать аромат цветов и выкупаться в прозрачном озере?..
        Впрочем, мысли Саймон Сэта занимали вовсе не проблемы малообеспеченного слоя городского населения, а свои собственные. То, что он во что-то влип, было ясно как божий день. Вот только пока было не понято что или кто за всем этим стоит.
        Сложившаяся в мыслях логическая цепочка была не очень сложна. Он занял первое место в рейтинге в результате феноменальной игровой ошибки - и если правда об этом всплывет, у него начнутся крупные неприятности с Безопасностью. Но в том случае, если его ошибочный выигрыш останется незаметным, то он в короткий срок станет если не миллионером, то займет законное место среди городской элиты.
        Это значит, что он сможет перебраться в отдельную от матери квартиру на более престижной высоте, купить личное авто и даже нанять домашнюю прислугу.
        Так кому кроме него это может быть выгодно? Кто хочет чтобы он обогатился? Да и чем этого неизвестного и явно опасного человека привлек обычный студент Академии?
        Сэт усилено размышлял, но не находил четкого ответа. Однако он твердо знал, что этот поворот в его судьбе не мог быть простой случайностью - свалившаяся на него "удача", сулила скорые проблемы…
        Некто хочет его либо просто подставить, либо шантажировать угрозой раскрытия его обмана… Может быть это кто-то из Академии? Некоторые из учащихся конечно головастые, но мог ли кто-либо из них взломать защиту игры, в которую корпорации вкладывали миллионы? Определенно нет. Это дело рук более могущественного человека, а возможно и не одного.
        Но для чего всё это?
        Когда начнутся разбирательства, непременно выяснится, что его не в чем обвинить. Ведь не он же сам взломал игру и "отсыпал" себе столько опыта? Перед законом он чист. Ни служба безопасности игровой корпорации, ни спецслужбы городского правительства не смогут обвинить его в мошенничестве.
        Может это всё же случайность, из тех которые бывают один на миллиард?
        Вздохнув, он, наконец, избавился от игрового костюма и надел на себя студенческую форму. Она была создана на манер гвардейского мундира давно минувшего века, только волокна состояли из угольно-черных полимеров, а плечи выделялись плотными рядами красных шевронов - эмблемами Академии, прекрасно сочетающимися с алым джемпером из термоустойчивого материала. При каждом движении на груди реяли целые волны золотых шнурков.
        Для большинства молодых людей эта форма была предметом зависти и вожделения, для подавляющего меньшинства тех счастливчиков у кого она была - служила законным основанием для гордости. В Городе было лишь одно высшее учебное заведение и попасть в него было уделом избранных.
        Однако Сэт покидая кабину, даже не взглянул в зеркало, чтобы убедиться, что форма сидела на нем идеально. Когда-то он серьезно потрудился для того, чтобы её заполучить. Но с того времени минуло более трех лет.
        За это время он успел разочароваться в Академии, и во всех дорогах, которая она открывала студентам после ее окончания. Ни одна городская служба, которая с распростертыми объятиями возьмет на работу дипломированного специалиста, не могла предложить то, чего он в действительности хотел.
        Ни одно место в иерархии этого проклятого города не позволит ему осуществить задуманный план и исполнить клятву, которую десять лет назад дал некий умирающий мальчик.
        Должно быть, этот крах мечты и стремлений, послужил причиной вынудившей Сэта пополнить миллионные ряды игроманов. Он почти опустился на дно. Он почти сдался.
        Возможно, скоро его действительно вышибут из Академии: ему не раз приходили уведомления с рекомендациями повысить посещаемость и успеваемость - но они были отброшены с холодным безразличием. Его цель оказалась недостижимой - тогда какой смысл в учебе? Он не хотел загонять себя в кандалы серых будней и скуки. Он не хотел каждый день пролетать над городом и ощущать страдания миллионов людей, заживо гниющих в трущобах. Он не хотел вспоминать глаза того мальчика…
        Сэт прятался в иллюзорных мирах вот уже два года, но с этого дня, с той самой минуты, когда узнал, что из-за ошибки программы, стал победителем игры и по совместительству миллионером что-то изменилось.
        Совершенно неожиданно он осознал, что его перестало тянуть к играм - словно кто-то перерубил проклятый магнит, не отпускающий часть его даже во сне. Он сказал Наде, что играть уже слишком поздно, что завтра он не хочет опоздать на пары… Неудивительно, что она не поверила - когда это его останавливало?
        Правда была в том, что он больше не хотел играть в виртуальные игры. Скорее всего, это случилось потому что он достиг цели, стоящей перед любым игроманом - он стал Первым игроком.
        Мир рухнул. Стремиться больше не к чему. Даже если переключиться на другую игру, он не сможет играть честным путем, стараться, преодолевать трудности, зная, что где-то существует обходной путь - стоит лишь кому-то ввести программный код.
        - Кто-то за это заплатит, - произнес он вслух, безотчетно сжимая руку в кулак. - Дорого заплатит.
        Ещё прежде чем он оказался у выхода игрового зала, до того как увидел её, в груди возникло стойкое ощущение, которое он испытывал каждый день надевая игровой шлем.
        И пусть это была не виртуальность, пусть ставкой в ней служила реальная жизнь - он был окрылен. Начиналась новая игра.
        …Она стояла в одиночестве у ряда прозрачных дверей ведущих в лифтовый холл. Она была чужда всему этому залу заполоненному тысячью игроманов. Молодая, симпатичная, с красивым лицом и идеальной фигурой. Дорогая косметика, рыжие, нет - медные и на вид строптивые волосы локон к локону были уложены в воздушную прическу - создавалось ощущение, что она покинула салон красоты едва ли полчаса назад.
        В глаза бросались блестящие драгоценности, высокие каблуки, красное платье со стразами и руки, страстно сжимающие ручки модной сумочки.
        Сэт сначала решил, что она фотомодель или элитная проститутка, но подойдя ближе, изменил свое мнение. Девушка была невообразимо притягательна - и Сэт распознал источник её магнетизма. Ведь за этой обманчивой женственной грацией скрывалась сила хищника терпеливо поджидающего свою жертву, а обворожительная улыбка, появившаяся на лице при приближении Сэта, оттеняла темные, почти черные глаза - слишком умные для глаз простой прожигательницы жизни.
        Не фотомодель и не проститутка - тогда кто?
        Сэт знал, что она поджидает именно его, но не подал вида и прошел мимо. Он сделал несколько шагов и был практически у разъехавшихся при его приближении дверей, а она все не окрикивала. Неужели он ошибся?..
        На плечо легла рука. Нежная на вид, но слишком крепкая для девушки её комплекции.
        - Прости, - зашелестел её голос, когда Саймон, изобразив удивление на лице, повернулся к ней. - Ты ведь Саймон Сэт, верно?
        Не дожидаясь утвердительного ответа, она кивнула, будто сама себе и представилась:
        - Меня зовут Сандра, приятно познакомиться.
        Глава 2
        Крыша здания Игрового центра находилась на высоте триста метров, и не было ничего удивительного в том, что от ураганного ветра его посетителей не могли защитить даже огромные пластиковые ветрозаборы установленные по всему периметру.
        Не обращая внимания на едва не сбивающие с ног порывы ветра и обступивших его ликующих людей, Сэт рассматривал свинцовое небо. Оно было сплошь покрыто кляксами низко нависающих над городом черных туч, и там, где они сходились неплотно, край неба заливало оранжевое сияние. Длинные лучи солнца яркими снопами пробивались через загрязненную атмосферу - большая редкость для этого мертвого мира.
        - О чем задумался, Саймон Сэт? - отвлекла его от созерцания Сандра. - Неужели ловишь последний миг, перед тем как твоя жизнь изменится навсегда?
        Сэт улыбнулся, но ничего не ответил, а великолепная девушка, достойная обложек глянцевых журналов, уже замахала руками, призывая к вниманию окружающих молодых людей:
        - Ребята, я предлагаю отметить неожиданный взлет Сэта в клубе "Император" на верхнем уровне. Разумеется, виновник торжества угощает!
        Последние слова заставили толпу, напрягшуюся при упоминании дорогого заведения, издать клич радости: казалось, люди только и ждали подобной щедрости - не сговариваясь, все двинулись в сторону автобусной платформы.
        - Почему это я должен приглашать их, тем более в такой дорогой клуб? - запротестовал Сэт.
        - Не беспокойся, скоро ты станешь богачом, и такое для тебя будет в порядке вещей. А если ты сейчас на мели - я с удовольствием одолжу.
        - В таком случае, - сказал Сэт, - я предпочитаю пойти в клуб "Аврора".
        Она заливисто засмеялась:
        - Круто, Саймон Сэт. А ты знаешь, что фейсконтроль туда проходит один из сотни? Признаться, я два раза стояла в очереди, но даже со своей внешностью мне не удалось туда попасть… Нет, Саймон Сэт - я не буду вновь стоять в бесконечной очереди только для того чтобы услышать: "извините, вы не проходите".
        Сэт глянул на нее испытующе, и словно решив сменить тему, спросил:
        - Ты точно на меня не злишься?
        Штормовой ветер, казалось, развевал волосы цвета меди так бережно, что они просто струились; воздушные локоны от этого частично скрывали симпатичную мордашку, но зато представляли на обозрение переливающуюся всеми цветами радуги бриллиантовую сережку.
        Темные глаза озорно блеснули, белоснежные зубы на миг показались из-под губ, покрытых глянцевой помадой.
        - Злиться? - переспросила она. - За то, что ты вышиб меня с первого места? Вице-чемпион игры "Меч и колдовство" звучит даже солидней чем просто чемпион. К тому же, сумма денежного вознаграждения практически одинакова.
        - Но разве тебе не обидно?
        - Обидно за то, что ты лучше меня? Нет, я не такая дура. Мур, всё, хватит тупить - идем к твоим товарищам!
        Она потянула его едва ли не силком, туда, где у самого края причальной платформы сгрудились десятки молодых людей и девушек.
        - Большинство из них я первый раз вижу! - сказал Сэт, безуспешно пытаясь отбиться от её кавалерийского натиска.
        - Да что ты такое говоришь? - изумилась Сандра. - Все эти ребята собрались здесь, чтобы искренне за тебя порадоваться и поздравить!
        - Сандра, ты действительно так думаешь? Я играю в эту игру почти два года, и за это время никому из них, кроме разве что Нади, не было до меня особого дела, но стоило моему имени высветиться в топ-листе, как они полезли, словно пчелы на мед. Тут всего пара тройка знакомых мне людей - остальные знакомые их знакомых.
        - Думаю, ты не справедлив, Саймон Сэт, эти ребята…
        - Халявщики, - закончил он за неё. - Они думают, что я как тот сеятель из старого фильма, на радостях буду разбрасывать вокруг себя деньги. Может ну их всех?
        - Мммм, - задумчиво протянула она, - ты предлагаешь отправиться в клуб вдвоем? А как же твоя подружка?
        - Она мне не подружка - сама видишь.
        Они одновременно взглянули на Надю - постоянную напарницу Сэта, так любящую использовать в игре облик эльфийки. Почувствовав их взгляд, Надя скорчила недовольную рожицу и теснее прижалась к Алукарту - долговязому парню с веснушками на лице.
        Довольно резкие перемены в поведении Нади просто не могли остаться незамеченными для Сэта: еще в игровом зале, узнав, что он вышел на первое место в рейтинге, девушка, не обратив внимания на Сандру, бросилась ему на шею и принялась извиняться за своё поведение.
        Она уже начала осыпать его лицо поцелуями - Сэт боялся представить, чем бы все это кончилось, если бы не Сандра. Пока группа полузнакомых девушек и парней стала наперебой его поздравлять и набиваться в друзья, Сандра как-то аккуратно отцепила Надю от Сэта и ненавязчиво поволокла её в туалет.
        Сэт не был уверен в том, что служило предметом состоявшегося там короткого разговора, однако когда они оттуда вышли, белоснежная улыбка Сандры была еще шире, а пошатывающаяся Надя придерживала голову, бережно, словно боясь потерять. После чего Надя стала держаться на расстоянии, всем видом демонстрируя даже не безразличие, а презрение.
        Что же, это было в её характере: если ей не удавалось что-либо заполучить, поливала предмет вожделения океаном презрения, делая вид, что не больно-то и хотелось.
        Впрочем, Сэт не очень-то расстроился: все равно не считал её своей девушкой - попросту не мог долго выносить её склочность и бесконечные капризы.
        - Мур, что же, - сказала Сандра, немного подумав, - если ты терпеть не можешь свиту, лесть и восхваления, поедем вдвоем. Однако я предупреждаю, интрижка с тобой не входит в мои планы.
        - А что же в них входит?
        - Мур, напоить, развлечь, расслабить, а затем выведать твой секрет.
        - Откровенно, - изумленно хмыкнул Сэт.
        - Мур, ты мальчик умненький, сам бы догадался, что я не просто так к тебе липну… Мур, так что там с твоим секретом?
        - Слишком часто ты стала "муркать", - неожиданно поморщившись, сообщил Сэт. - Какой же из моих секретов тебя так заинтересовал?
        Проигнорировав замечание в свой адрес, девушка размеренно произнесла:
        - Меня интересует, каким образом человек из топ-тысячи всего лишь за день сумел подняться до номера один? Ты, что нашел легендарное сокровище? Не скажешь, где оно находилось?
        - Где взял - там уже нет, - усмехнулся он. - И, разумеется, я не открою тебе ни название легенды, ни локацию где я ее нашел, чтобы ты и дальше теряла время в бесплодных поисках.
        - Так значит, дело действительно в легендарном сокровище?
        - Разумеется. Или у тебя есть другие варианты, как можно получить сразу квадрильон очков?
        Она отрицательно качнула головой, но Сэт заметил, что её глаза вновь лукаво блеснули.
        - Ладно, едем вдвоем, - решила она. - Только дай мне минуточку, чтобы избавиться от этих нахлебников.
        Спустя две минуты они уже обошли половину крыши комплекса, и, не задерживаясь у павильонов, торгующих в основном алкоголем и никотином, оказались у платформы такси. С помощью терминала Сандра заказала двухместный кар и услужливая программа сообщила, что прибытия такси нужно ожидать всего три минуты.
        Не смотря на то, что это было запрещено, Сэт взобрался на причальную платформу, напоминающую трамплин в бассейне, с той лишь разницей, что вместо поручней по бокам стояли пластиковые щиты ветрозаборов, а вместо воды внизу - была пропасть в сотню этажей.
        Он подошел к самому краю, туда, где лишь стальная лента автоматического шлагбаума отделяла его от падения в мир отчаянной борьбы и полной безысходности. Там далеко внизу, почти все улицы были скрыты белой дымкой, и невидимые с такого расстояния люди и колесные автомобили могли передвигаться по ним, только облачившись в приспособления специальной защиты.
        Эта белая дымка была отравой, проникающей в Город из внешнего мира и медленно убивающей всё, до чего могла дотянуться. По улицам невозможно было передвигаться без защитных масок, а жить в квартирах нижних этажей было равносильно медленному самоубийству. Ни фильтры, ни вытяжки не могли справиться с просачивающимся ядом, и у живущих в них людей оставалась лишь надежда на лучшую долю, или перспектива мучительной смерти в течение нескольких лет.
        Неслышно подошедшая Сандра положила ладонь на его руку, крепко обхватившую ленту шлагбаума, но вместо проявления понимания, которое ждал Сэт, сказала совсем иное:
        - Если ты встал на краю только для того, чтобы произвести на меня впечатление, тебе это не удалось. Я не боюсь открытой высоты.
        Сэт на мгновение оторвался от безрадостной картины, чтобы бросить взгляд на девушку. Кончики развевающихся на ветру медных волос едва не касались его лица, но они не помешали разглядеть холодно косящиеся на него глаза.
        - Знаешь, - сказал он, - я ведь родился там внизу. Там, в трущобах нижних уровней лежит совсем мной мир - мир, где друзья и соседи сменяют друг друга так быстро, что вскоре ты не помнишь даже их имен. Там переполненные людьми жилые комплексы, в которых весело играют дети еще непонимающие всю порочность этого мира, есть рынки, и притоны в которых проводят значительную часть свободного времени большинство взрослых. Сотни производственных фабрик - для тех, кто еще верит, что проработав на них достаточно долго, можно вытащить свою семью из этого круга ада.
        Мой отец работал на одной из фабрик, известных на средних уровнях востребованной и дешевой продукцией. Владельцу такой фабрики не надо беспокоиться о налогах и арендной плате за землю - город рад уже тому, что он обеспечивает трущобы рабочими местами. И, разумеется, ему не надо беспокоиться о сотрудниках, работающих на конвейере по двенадцать часов. Чтобы максимально удешевить производство можно сэкономить на фильтрующих элементах вытяжек, а работников обеспечивать изношенными защитными масками.
        Отец был хорошим человеком. Когда он возвращался с работы, всегда целовал жену и брал меня на руки. Он говорил, что еще немного, и мы сможем сменить нашу каморку на приличное жилье аж на третьем этаже. Но когда он умер прямо за конвейером, моя мать стала спиваться, сестра пошла на панель и вскоре погибла от рук какого-то спятившего извращенца, а бросивший работу на рынке старший брат, вступил в банду и однажды был убит в перестрелке.
        - Мне не исполнилось и семи лет, - продолжил он после паузы, - когда я поклялся, что выберусь из этой клоаки и заберусь на самый верх, и уже оттуда изменю мир, и спасу всех людей, оставшихся гнить заживо на нижних уровнях. Но сейчас, когда я здесь, что я могу сделать? Что может сделать простой парень, для трех миллионов людей живущих в городских трущобах?
        Ладонь Сандры, ровно лежащая на его руке, на протяжении всего откровения, мягко отстранилась. Девушка оглядела его с ног до головы, будто впервые увидела и серьезно произнесла:
        - Мур, не так ты уж и прост, раз на тебе форма Академии. По получении диплома перед тобой будут открыты все дороги. Ты сможешь, стать кем хочешь: при определенном везении даже большой шишкой в Правительстве - и тогда….
        - И тогда я пойму, что сложившуюся систему невозможно изменить по мановению пальца, - закончил за нее Сэт. - Пойму, что энергию для постоянной работы всех настенных насосов нельзя получить из ниоткуда. Узнаю, что строительство дополнительных этажей для переселения людей с нижних - несбыточная мечта, а борьба с высокой рождаемостью приведет к закрытию дешевых фабрик и, в конце концов, обречет город на полное вымирание.
        - Таков этот мир, - сказала девушка, - и с этим ничего не поделать.
        - Я хочу изменить его. Сделать лучше… Но я уже не верю в то, что у меня что-то выйдет.
        - Сэт, - начала она, впервые обратившись к нему лишь по имени, - если в городе есть хоть кто-то, кто может что-то изменить, так это ты.
        - Почему я? - удивленно вскинул брови он.
        - Не знаю как, но ты сумел вырваться из трущоб на средние уровни. Ты учишься там, куда не смогла бы поступить даже я, со всеми своими связями и финансами. Это значит ты не такой как все, Саймон Сэт: не важно, злой ты или добрый, - ты гений. Я знаю, что у тебя получится.
        - Кто ты на самом деле Сандра? Почему ты в меня так веришь?
        Сандра ничего не ответила, лишь посмотрела на небо и велела отойти от края.
        Летающая машина пристыковалась к платформе аккуратно и медленно, лента шлагбаума провернулась, пневматический привод двери тихо стравил воздух, и Сэт плюхнулся на сиденье вслед за Сандрой.
        - Таксист, - сказала девушка, - нам к клубу "Император", на верхнем уровне.
        - Поправка, - вставил Сэт. - Нам к клубу "Аврора", на верхнем уровне.
        - Пункт назначения принят, - сказал приятный женский голос с водительского сиденья.
        Но этот прекрасный голос был обманом: Сэт хорошо знал, что за зеркальным стеклом находится либо пенсионер, либо автомат-пилот - даже владельцы таксопарков на средних уровнях стремятся экономить каждую копейку.
        Сандра покосилась на него недоверчиво:
        - Все же решил попытать счастья в "Авроре"? Неужели считаешь, что твоя форма Академии зачарует охранников настолько, что они пропустят нас вовнутрь? Только учти, что они меня знают - после того, как меня не пустили во второй раз, я послала их на три буквы…
        Сэт пожал плечами, и Сандра больше не стала ничего говорить.
        Тем временем такси пересек почти полгорода. Верхушки башен небоскребов, параллелепипедов и шпилей блестели солнцеотражающими окнами, но совсем не так ярко, как поблескивала желтая и мутная река прорезающая город извилистой дорогой.
        - Раньше у этой реки было название, - вновь заговорила Сандра, заметив, как внимательно Сэт её рассматривает, - но потом в названии отпала необходимость и про нее так и говорят: Река.
        - Как же её называли? - уточнил Сэт.
        - Если ничего не путаю - Нева. А этот город называли Городом на Неве.
        - Глупое название.
        - Да уж.
        Глава 3
        Город спал и видел цветные сны о миллионах душ купающихся в страстях и пороках, взбирающихся вверх по стенам небоскребов и сбрасывающих друг друга в пропасть из жажды взобраться как можно выше - на самые вершины.
        Дневная суета ушла вместе с убежавшим солнцем - на воздушной трассе, протянутой невидимой лентой над тысячами крыш, лавируя между сотен стеклянных небоскребов, одиноко неслась желтая машина. Должно быть, летящее такси сейчас испытывало черное одиночество.
        Находящиеся в нем пассажиры смотрели в разные окна и думали каждый о своем. О чем думала Сандра, Сэт определить не мог.
        Сам он смотрел вниз и размышлял о человеческом муравейнике, изолированном от остального мира неприступными стенами. Город - это миниатюрная система, своего рода кастрюля с крышкой, предоставляющая человечеству вариться в собственном соку. Просто удивительно, что люди вообще выжили и не истребили сами себя.
        Нет, он ошибался, город не походил на муравейник - здесь была невозможна экспансия вовне. Скорее его можно было сравнить с термитником, где миллионы насекомых выращивали для себя пропитание… Впрочем, и это неверно. Когда дерево, служащее термитам домом, полностью превращалось в труху, колония этих насекомых искала иную обитель.
        Человечество же не имело возможности оставить Город.
        Сэт просто не понимал, как люди, не имея возможности покинуть его пределы, сумели прожить в нем без малого две сотни лет.
        Неужели человечество действительно превзошло природу и смогло жить вне ее системы? Люди создали свой собственный замкнутый цикл? Разработали изолированную от мира, самовосполняющуюся цепь питания?
        Сэту хотелось бы верить в это - но не верилось. Просветительные каналы объясняли возможность жизни в Городе научным триумфом, едва ли ни библейским чудом. Технический прогресс позволил Городу за счет крох энергии, которые давали лучи редкого солнца, в огромных количествах выращивать особые водоросли, массу которых в свою очередь можно было обогатить биологическими добавками и снабдить разнообразными вкусами. Люди ели на кухнях курицу - но на самом деле поедали особым образом спрессованные водоросли; отведывали в ресторанах говяжий бифштекс - при этом, забывая о том, что пробуют на вкус лишь искусственный наполнитель.
        Даже ресурсы затрачиваемые на упаковки продуктов, восполнялись при их же переработке. Полный круговорот - ни что не пропадает из этой системы…
        Все вроде было логично. Просветительские каналы подробно объясняли о том, как человеческий муравейник выживает в полной изоляции от мира. Но тогда отчего нечто внутри Сэта противилось этим заявлениям?
        Возможно от того, что в эту официальную легенду не вписывались многие детали. Например, факт полного отсутствия контроля за экономией энергии.
        Сэт опустил глаза вниз и увидел дно города, сверкающее сотнями огней и залитое морем света.
        - Таксист, - неожиданно для себя произнес он, - внеси изменение в маршрут. Я хочу взглянуть на городские стены сверху.
        - Приближаться к городским стенам запрещено, - вкрадчиво ответил приятный женский голос. - Наша компания ставит приоритетной целью безопасность клиентов и не допускает возможности…
        - Приблизься на максимально возможное расстояние, и набери максимально допустимую высоту, - попросил Сэт.
        - Корректировка маршрута принята, - отозвался все тот же приятный и безмятежный голос.
        Сэт повернулся к Сандре и наткнулся на жесткий, оценивающий взгляд:
        - Что ты задумал?
        - Просто хочу взглянуть на стены, - пояснил он. - Ты не против?
        Она молча пожала плечами и вновь уставилась в окно.
        Тем временем, на горизонте показались стены, опоясывающие Город гигантским железобетонным кольцом. Стоило лишь такси вылететь за пределы леса небоскребов в центре Города, как непроницаемо-черные бастионы нависли над серыми, многоэтажными домами подобно вставшей на дыбы волне цунами.
        На железобетоном гребне, через каждую сотню метров располагались мощные прожекторы, освещающие ночь по обе стороны стены. Согласно общепринятому утверждению прожекторы расходовали энергию для привлечения туристов, желающих ощутить романтику ночного города, но как обычно Сэт не совсем в это верил. Эту недоверчивость кто-то назвал бы паранойей, но если бы этот кто-то рассмотрел вопрос более пристальным взглядом, то, как минимум согласился бы с тем, что затея правительства была бессмысленна.
        Рядом со стенами располагались ветхие, приземистые дома, большинство из которых принадлежали муниципалитету. В них ютились последние отбросы общества: те, у кого Правительство конфисковало собственное жилье и переселило сюда за неуплату налогов; те, кто лишился последнего и доживает свой век без всякой надежды. В древности существовала поговорка о том, насколько далеко можно докатиться. Так вот, скатываться дальше было некуда - здесь у стен располагалось самое дно пропасти.
        Так зачем же освещать эту пропасть, этот кромешный ад, для так называемых туристов с верхних уровней города? Они ведь потом-то и заснуть спокойно не смогут - у них перед глазами так и стоят ползающие по улицам люди, задыхающиеся и вымаливающие милостыню у таких же, несчастных как они, с язвами и клочьями облезающей кожи по всему телу.
        Конечно, кто-то не поймет, спросит как такое возможно: ведь у стен по идее должен быть более очищенный воздух, чем в центре города. Ведь именно в стены вмонтированы гигантские насосы с дорогостоящими фильтрами, которые беспрестанно выкачивают из города ядовитые испарения, скапливающиеся у земли и клубящиеся там подобно туманной дымке.
        Возможно даже, они будут правы, если не учитывать тот факт, что из сотни насосов постоянно работает что-то около десятка. Да к тому же, эти насосы медленно перегоняют воздушные массы с центра города на его периферию, что в конечном итоге повышает концентрацию яда у стен до сверхдопустимого предела.
        И вновь было непонятно почему бы вместо освещения всей этой мерзости внизу, не направить энергию питающую прожекторы для работы еще одного-двух насосов.
        А еще более неясным оставался вопрос, о том, зачем освещать никогда не меняющуюся молочную пустоту за стенами города?..
        Такси, наконец, поднялось выше уровня гребня городских стен, и Сэт увидел освещаемый гигантскими прожекторными лучами океан: густой и вязкий как кисель, белый и волнистый, словно только что пролитый кефир. Этот океан сплошь обволакивал тридцатиметровые стены, понукаемые самыми слабыми порывами ветра, его волны бились о неё, будто обуреваемые страстным желанием перескочить вставшую на пути преграду и затопить город трехметровым потоком.
        Сэт на секунду представил, что случится, если эта взвесь химических ядов найдет дорогу в стене-плотине и просочится в город. Представил и, невзирая на весь свой цинизм, по-настоящему ужаснулся последствиям. Все находящиеся в этот момент на нижнем уровне мгновенно погибнут - их тела будто бы сварятся в серной кислоте. Тем же бедолагам, находящимся на уровне вторых-третьих этажей повезет еще меньше - с жестокими ожогами дыхательных путей и покровов кожи будут умирать в больницах несколько дней. Оставшиеся до пятого этажа включительно будут всю жизнь страдать от онкологических заболеваний - как впрочем, с большой вероятностью и все те, кто находятся еще выше…
        Нет, все же зря он предполагал, что Правительство втайне посылало заключенных за стены. Ни что и никто не сможет преодолеть смертельный туман за Городом. Стоило лишь чему либо живому соприкоснуться с ним, как оно сгинет в ту же секунду. И даже в самых лучших защитных костюмах не протянуть там долго - менять дыхательные фильтры придется каждые пару минут - а они стоят баснословно дорого.
        - Ты удовлетворен, Саймон Сэт? - прервала его размышления Сандра. - Может мы, наконец, отправимся в клуб?
        - Да конечно, - опомнился он. - Таксист, следуй в "Аврору".
        - Так о чем ты думал, Саймон Сэт, - спросила она, спустя какое-то время. - О чем ты думаешь сейчас?
        - Ты ведь знаешь, - сообщил он. - Я думаю о том, что не в силах изменить этот мир.
        - Почему нет? - поинтересовалась она.
        Он покачал головой:
        - Город - это сложная сбалансированная система, и чтобы её изменить, при этом не разрушив, надо переделать законы самого мироздания - но это не в моих силах, я вовсе не великий волшебник.
        - Волшебник?
        - В детстве мать читала мне книги о могущественных магах и чародеях. Они могли менять привычный ход вещей лишь мановением пальца. Я вырос и понял, что это всего лишь сказки, но иногда, я так хочу, чтобы существовала настоящая магия - ведь только она способна изменить этот мир.
        Она удивленно распахнула глаза:
        - Ты веришь в магию, Саймон Сэт? Но ведь это глупо.
        - Знаю… Знаю, что её не существует, но иногда так хочется верить…
        Она понимающе улыбнулась и мягко произнесла:
        - Магии не существует. Саймон Сэт. Ни магии, ни монстров.
        Сэт улыбнулся, хотел что-то ответить, но его перебил невидимый водитель такси.
        - Пункт назначения достигнут, - сообщил женский голос. - Мы прибыли на парковочную зону ночного клуба "Аврора". Спасибо что воспользовались услугами нашей компании, пожалуйста, не забывайте в салоне свои…
        Летающее такси приблизилось к вершине Олимпа - сотни самых больших небоскребов города, возвышающиеся над прочими так же контрастно, как те над двадцатиэтажными домами. Все тут было не так как везде - даже ночной воздух наполнился разноцветными огнями, мелькающими, словно на одном колоссальном танцполе.
        Все крыши были объединены одной гигантской плитой, которая была центром мира - ядром человеческой вселенной, и сами небоскребы казалось, были возведены лишь для служения ей подпорками. Эта Вселенная переливалась сияющими огнями: сотни вертящихся прожекторов, установленных по краям тысяч танцполов, расположенных под открытым небом; тысячи лазерных пушек подсвечивающих ночь своими мельтешащими пучками и миллионы ярких рекламных щитов зазывающих развлекающихся в кафе бары и элитные публичные дома. Текучие по подобиям улиц реки Золотой молодежи сливались с озерами увядающих прожигателей жизни - весь город, вся элита и даже те, кто жаждал в неё попасть напивались, кололись или тонули в океане плотских утех.
        Здесь и сейчас - будущего нет.
        Это происходило день ото дня, год от года. Каждую ночь, поколение за поколением.
        Но каждое утро это место преображалось до неузнаваемости. Увеселительные заведения закрывались, толпы людей куда-то исчезали, а напольные шторы гигантской плиты открывались, чтобы, будто исполинские окна, пропустить скудные лучи света вниз, на улицы между гигантскими высотками. После прохода очистительной техники, торжественных церемоний поднятия флагов и открытия офисов административных зданий, уже ни что не напоминало о том, что происходит каждую ночь на Верхнем уровне города.
        Но утро еще не настало, и такси Сэта пристыковалось к причалу самого элитного клуба этого жадного до развлечений Города.
        Сандра спрыгнула с подножки машины и погрузилась в гламурный мрак и гомон извергаемый сотнями людей проходящих мимо или стоящих в длинной очереди перед поистине поражающим воображение клубом.
        Наконец посмотрев на Сэта, она спросила:
        - Все же, почему ты выбрал этот клуб? Сюда просто невозможно попасть.
        Сэт поглядел на античные колонны, таких размеров, что глазам не поверил бы ни один древний грек; поднял взгляд на вычурные капители, упади которые, наверняка бы пробили сталебетонную платформу и рухнули в далекие трущобы нижних улиц, и наконец вгляделся во вход, у которого громоздилась необъятная змея живой очереди из жаждущих в него попасть. На фоне исполинского фасада, сомкнутые арки входа просто терялись в силу своей ничтожной малости.
        - Предоставь это мне, Сандра.
        Впервые с момента знакомства он взял девушку за руку и повел её за собой, но не к очереди, которая за это время не продвинулась и на шаг, а к стоящей отдельно маленькой непрезентабельной двери, выделяющейся разве что тем, что около нее замерли двое облаченных во фраки мордоворотов.
        При приближении молодой пары на лицах охранников не дрогнул ни один мускул, они не предприняли попытки их остановить или преградить путь, даже когда Сэт прошел между ними и, потянув за собой ошалевшую девушку, остановился у услужливо разъехавшихся в стороны створок двери.
        - Что это значит, Сэт? - выдавила из себя вопрос девушка, но Сэт не успел ей ответить.
        В просторном холле где вся обстановка прямо-таки была пропитана престижем и роскошью, их встретила статная брюнетка-хостесс.
        - Могу я вам помочь? - спросила она несколько удивленно. - Не соблаговолите ли вы назвать свое имя, чтобы…
        - Ты новенькая? Я должен быть в списке ВИП персон. Саймон Сэт.
        - О! - воскликнула она, от удивления прикрыв ладошкой ротик. - Да, сэр. Разумеется. Позвольте вас проводить на…
        - В этом нет необходимости, думаю, мы разберемся сами.
        - Как угодно, сэр.
        - Ничего себе, - протянула Сандра, когда они подошли ко вторым дверям. - Ты явно что-то от меня утаил. Не рас…
        Её дальнейшие слова утонули в море ритмичной музыки и агрессивного света, обрушившейся на них, как только начали открываться двери. Зал был наполнен сотнями танцующих и десятками толпящихся у баров и на окраинах трех танцполов людей. Сверху прямо над ними, в нишах, и на неясно как держащихся стеклянных площадках, извивался целый сонм стриптизеров, стриптизерш и их виртуальных проекций. А над всем этим располагался прозрачный потолок, сквозь который было видно, топтание танцующих этажом выше.
        Десятки извращенцев сидящих за барными стойками давились алкоголем и задирали головы вверх для того чтобы заглянуть под юбки танцующим. Танцующие на верхнем этаже были прекрасно об этом осведомлены - под юбками и килтами некоторых из них не было нижнего белья.
        - Вау! Как здесь круто! - воскликнула Сандра, оглядывая зал полными восторга глазами. - Мур, не будем тормозить! Пошли к бару!
        Судя по выражению лица Сэта, у него были намечены другие планы, но он только пожал плечами, позволив девушке оттащить себя к ближайшей стойке.
        - Два коктейля Красной звезды, - велела она бармену, после чего, опрокинула один из них залпом.
        - Теперь ты, - сказала она, утирая выступившие слезы. - Убойная доза алкоголя - это то, что нужно для начала.
        Сэт нехотя взял свой стакан и, задержав дыхание, последовал её примеру. Сандра скрыла разочарование, когда не увидела брызнувших слез.
        - Бармен! Две дозы паратиина!
        - Это еще что? - спросил Сэт, подозрительно косясь на лежащие перед ним два инъектора с сиреневыми ампулами.
        - Легкий наркотик, - уведомила Сандра, - не волнуйся, привыкание так просто не получишь.
        Взяв один из инъекторов, прислонила к своей шее и нажала на курок. Её глаза на мгновение закатились, тело выгнулось на стуле придав ей сходство с подтягивающейся кошкой… А затем все вроде бы вернулось на круги своя - правда Сэт решил, что она больше не походила на ухоженную, гордую красотку, какой была при знакомстве - стала дикой и агрессивной, как королева какой-нибудь уличной банды.
        - Мур, давай! - велела она. - Я ведь обещала, что научу тебя оттягиваться!
        Сэт посмотрел на инъектор с переливающейся внутри сиреневой жидкостью, перевел взгляд на провокационно смотрящую на него девушку, а потом схватил рукоять и быстро сделал себе укол.
        Сандра не стала ждать первого внешнего проявления химических процессов в крови Сэта - выдернула его со стула, крикнув:
        - Мур, а теперь танцевать!
        Перед глазами Сэта все вскружилось, разверзлось и одновременно проявлялось: пол и потолок то и дело менялись местами, ритмичная музыка звучала в такт биения сердца, и весь мир сжался в пространство, границами которой были ближайшие танцующие.
        - Нет, здесь слишком много народа! - крикнула взъерошенная Сандра. - А меня сейчас интересуешь только ты! Так что пошли, найдем танцпол поукромней!
        Схватив Сэта за руку, потянула сквозь десятки людей к стойке хостесса.
        - Нам нужен ВИП танцпол, и доступ туда, где мы с Сэтом будем только вдвоем.
        Усилием воли Сэт сбросил туман навеянный смесью алкоголя и наркотика, и взглянул на невозмутимого хостесс. Мужчину во фраке лет триста назад назвали бы импозантным оригиналом, однако в это время армейской стрижкой, суровым бесстрастным лицом и крохотным золотым колечком в носу, удивить кого-либо было сложно.
        Поймав протрезвевший взгляд Сэта, мужчина кивнул и всё так же молча, провел их к стеклянному лифту.
        - Мы на месте, сэр, - произнес он, когда лифт поднялся на нужный этаж. - Прошу вас. Напомню, что кабина только ваша, но выход на танцпол общий для всех ВИП персон. Если захотите вызвать официанта или заказать приватный танец воспользуйтесь коммутатором.
        Двери лифта закрылись, и он исчез в механической утробе, оставив Сэта и Сандру наедине в комнате, которая больше походила на номер отеля - тут даже кровать была.
        - Пойду попудрю носик, - сказала Сандра. - Никуда не уходи.
        Когда дверь в уборную герметично за ней закрылась, Сэт сел за стол и включил коммутатор.
        - Сэр? - донеслось из динамика.
        - Что с девушкой, которую я привел? - задал вопрос Сэт.
        - Мы не смогли её идентифицировать - вся информация касательно её заблокирована. С одной стороны это может всего лишь значить, что она достаточно обеспечена, чтобы платить собственной службе безопасности, но с другой стороны, в ее каблук встроен маяк, а в сумочке с двойным дном спрятан пластиковый пистолет…
        - Ладно, будьте готовы к действиям.
        - Да, конечно. Но если она агент СБГ её исчезновение может повлиять на бизнес.
        - Не беспокойтесь на этот счет.
        - Как скажите… И еще, рад, что вы вернулись босс…
        Сэт поспешно вырубил связь, включил телевизор и всем видом изобразил интерес к очередному, из бесконечной серии, просветительскому фильму. В конце концов, Сандра могла выйти в любую секунду.
        - …Последняя война оказалась разрушительнее всех прочих вместе взятых, - читал диктор, комментируя кадры глобальных катаклизмов. - В ней было уничтожено девяносто девять процентов человечества и использованы самые страшные и разрушительные оружия известные миру… Атомные бомбы…
        На этом экран телевизора показал тянувшееся вверх и стороны грибовидное облако.
        - …Климатическое оружие… - Видео со спутника, демонстрирующее огромные спирально закрученные многокилометровые облака. Затем цунами и пожары.
        - Химическое… - Люди в противогазах.
        - …И наконец, пожалуй, самое страшное - биологическое.
        Сэт не увидел видеоряд, поскольку вернулась Сандра:
        - Отдохнул? Теперь танцевать! - повелела она.
        Сэт кивнул, и, посоветовав девушке оставить сумочку здесь, гарантировав сохранность. Но перед выходом из кабины задержался и бросил взгляд на экран.
        - …Над всей поверхностью земного шара стала оседать ядовитая субстанция в виде тумана молочно-белого цвета. Она несла смерть всему живому и настоящее чудо, что нескольким городам удалось сохранить жизни своих обитателей. Это было достигнуто благодаря герметичным исполинским стенам, спешно воздвигнутым по всему их периметру, и мощным насосам, беспрестанно откачивающим ядовитый воздух во внешнюю среду. Любого за стеной ждет смерть, и лишь авиакорабли дальнего следования могут добраться до иных отдаленных городов-государств…
        Сэт вышел в зал и погрузился в яркую и вместе с тем мрачную атмосферу палубы "Летучего голландца" - легендарного корабля-призрака, появляющегося в океане то тут, то там. Вместо потолка чернела бездна - огромные сломанные мачты и реющие разорванные паруса были центральной композицией простирающейся над танцполом.
        Диджей управлял музыкальной темой, находясь на возвышающейся корме мнимого судна - но он был просто-таки муравьем по отношению к растущему из тьмы за ним гигантскому колесу-штурвалу. Время от времени, исполинский штурвал вращался и тогда весь корабль и танцпол кренился в ту или иную сторону. В особо критичные моменты люди кричали от страха и восторга, некоторые даже бросали танцевать и хватались за борта в виде деревянной балюстрады, у которой ощетинились, готовые защищать этот крохотный мирок, чугунные пушки.
        Но большинство ВИП-персон не обращали на качку никакого внимания, наркотический угар и гипнотизирующий музыкальный ритм не давал им возможности оставить свой танец. Угольные тени от пляшущего вместе с ними света за секунду вырастали на несколько метров, чтобы в следующее мгновение пропасть и появиться с другой стороны.
        Корабль-призрак был столь огромным, что эти допущенные сюда десятки ВИПов, потерялись бы здесь, не танцуй вместе с ними экипаж затерянного во времени корабля.
        Бестелесные призраки окружили Сэта в то же мгновение, как он вместе с Сандрой вступил на зачарованную палубу. В них угадывались мускулистые мужчины, с банданами и зачастую повязками на глазах, и прекрасные женщины вооруженные саблями, а иногда обнаженные до пояса.
        Их фигуры просвечивали, а яркий свет будто бы пугал их, заставляя исчезать, но они всегда возвращались, изгибались и извивались вместе с Сэтом в эмоциональном, первобытном танце.
        Сэт не успел даже разогреться, а музыкальная композиция, навязанная диджеем, достигла своей кульминации. В центре палубы вспыхнул огонь, из которого возникла трехметровая фигура демона - а точнее демонессы.
        Призрачная женщина в огне смеялась оглушительно и дико, призывно сверкала глазами и сексуально улыбалась, попутно демонстрируя зрителям обнаженную пышную грудь и длинный, прыгающий в руке хвост, так достоверно берущий начало из крестца, сразу под которым была накинута узкая и прозрачная набедренная повязка.
        Тем не менее, на появление гигантской искусительницы никто в зале не обратил внимания: были ли тому причиной алкоголь и наркотики, крепко удерживающие людей в своем изувеченном внутренним мире, или эти завсегдатаи видели демонессу далеко не первый раз?
        Сэт знал точный ответ на этот вопрос, а Сандра… Сандра не смогла бы даже его угадать.
        - Держи! - крикнула девушка ему в ухо.
        В её протянутой руке была небольшая гарнитура, которую она взяла в специальной урне у входа на танцпол.
        Сэт зацепил устройство за ухо, и стразу услышал сбивчивое дыхание девушки.
        - Тут просто потрясающе! - сказала она, уже не пытаясь перекричать музыку. - А тебе нравится?
        - Нравится.
        - Какой ты не разговорчивый! - воскликнула она, мечущаяся перед ним в диком танце. - А я тебе нравлюсь?
        - Да. У тебя прекрасное тело.
        - Ха-ха-ха! - рьяно засмеялась Сандра, и её смех заглушил хохот огненной демонессы. - А ты не мастер делать комплименты девушкам, верно? Мур, не будь занудой! Расскажи мне что-нибудь.
        - Что например?
        - Мур, не знаю. Ты говорил, что твоя мечта помочь людям живущим внизу. Это наверно больно, знать, что твои мечты несбыточны, и ты ничего не можешь сделать, чтобы хоть как-то облегчить их жизнь.
        - Нет, неверно. Я им помогаю. Но этого недостаточно.
        Девушка не останавливалась ни на секунду. Её движения были гибки и грациозны, а когда она стала танцевать в парах с неожиданно появляющимися и мгновенно исчезающими призраками, стало видно, что даже её рефлексы не уступили бы какой-нибудь пантере.
        - Как же ты им помогаешь? - спросила она несколько недоуменно.
        - Знаю, по мне не скажешь, но я владею многими заведениями в развлекательной индустрии криминального подполья, - почти весь доход с них идет на помощь нуждающимся.
        Она засмеялась, решив, что это шутка.
        - Нет, я серьезно, - добавил Сэт. - В частности этот клуб принадлежит мне.
        Прочтя что-то в его глазах, она перестала смеяться, её движения потеряли отточенность, а тело выразительность. Однако улыбка с лица так и не исчезла. Сэт поймал себя на мысли, что ни одна другая не смогла бы разглядеть в его глазах хотя бы малейшую перемену.
        - Знаешь почему "Аврора" считается самым модным клубом города? - спросил он, и, не дождавшись ответа, продолжил: - Потому что сюда крайне трудно, даже практически невозможно попасть. Фейсконтроль заворачивает более девяноста процентов посетителей - но человеческое любопытство и жажда избранности неодолимы.
        Сандра замерла, теперь ей не было дела до призраков, а если в молодом организме и оставался хмель, в черных глазах его не было видно.
        - А знаешь, почему не смотря на это вокруг нас столько людей? - говорил Сэт. - Потому что их нет. Это призраки - иллюзия. Преломленный свет, если хочешь - мастерская голография, наделенная едва ли не искусственным интеллектом. Уберите их.
        Мертвая тишина, неожиданно пришедшая на смену зубодробительной музыке, была оглушительней любого звукового эффекта. Беспрестанно мерцающий свет погас, гигантская демонесса, сотни призраков и десятки танцующих ВИП-персон куда-то мгновенно исчезли.
        В огромном мрачном зале доселе набитом грандиозными декорациями и сотнями людей, сейчас остался лишь жалкий островок из трех человек, окруженных десятком раритетных пушек начала восемнадцатого века.
        - На этом танцполе редко появляются настоящие посетители, - продолжил Сэт, - большинство из них набирается до бессознательности уже на первых этажах… Хостесс, думаю, мы закончили.
        В тот же миг, немолодой мужчина с армейской стрижкой и кольцом в носу, вытащил из рукава пиджака миниатюрный инъектор и ударил, метясь иглой в шею медноволосой девушки.
        Сэт видел, как полные удивления глаза в одно мгновение поменяли свой оттенок - кем бы ни была на самом деле эта женщина, но она оставалась воином всегда готовым к неожиданностям.
        Инъектор еще был на полпути к её шее, когда она выбросила руку ему навстречу и неуловимым движением отобрала его у запнувшегося хостесса. В следующий миг атакующий мужчина получил в горло всю дозу препарата, зашатался и упал к ее ногам. Казалось, что сама девушка не сдвинулась и на сантиметр - темные глаза неотрывно всматривались в лицо Саймон Сэта.
        Двери в дальнем конце зала открылись и оттуда гурьбой выбежали сотрудники службы безопасности клуба. Семь здоровенных мужчин, каждый из которых мог вызвать трепет даже в насквозь затуманенном разуме самого скандального посетителя. Многие лица были изборождены шрамами, в глазах каждого было что-то неуловимое, указывающее на жизненный опыт полный решительной борьбы и познания отчаяния.
        Некоторые из них были одеты в ливреи служащих, другие просто носили белые рубашки и брюки, но когда они взяли в кольцо невооруженную девушку, выглядевшую вдвое миниатюрней любого из них, оказалось, что всех объединяет одинаковое оружие: полицейские дубины - в огромных ручищах они были детскими игрушками.
        Несмотря на столь отчаянное положение, девушка не повела и ухом - ее взгляд не отпускал лица Саймона даже когда все семеро, без видимого сигнала, синхронно ринулись на неё. Еще мгновение и ее сметет и погребет словно бульдозером, после чего останется только вынести из-под завала избитое тело…
        Что-то пошло не так. Сэт не вполне видел происходящее за широкими спинами охранников, но зато в полной мере осознал, что Сандра не собиралась сдаваться без боя.
        Кольцо еще не успело сомкнуться, как девушка его пробила - первый контакт с ней оказался для одного из загонщиков последним. Он даже не успел понять, каким это образом его нехитрое оружие перекочевало в руки девушки, как получил им в челюсть и мгновенно лишился чувств.
        А после началось форменное избиение: девушка оказалась неуловимой, крупные габариты хорошо подготовленных мужчин играли ей только на руку - она проскальзывала рядом, вклинивалась между ними, и даже использовала их как щит и трамплин, делая акробатические кульбиты, нанося резкие, безответные удары и не позволяя себя окружить.
        Теперь Сэт не знал, работали ли на него такие уж профессионалы, или эта девушка была из тех неодолимых героинь, которые в изобилии мелькают в кино, но никогда не встречаются в жизни… Она даже не дралась, скорее, танцевала и порхала, - только брызги крови, летящие рядом с ней во все стороны, утверждали, что это вовсе не постановочная сцена кинофильма. Даже работники службы безопасности падали под её ударами молча: вставали и, получая следующий костедробильный удар, не издавали ни звука. Они словно стыдились своей беспомощности и не хотели усугублять неожиданно обрушившееся на их головы унижение.
        Две минуты потребовалось ей, чтобы лишить последнего секьюрити воли к продолжению борьбы. Когда девушка вновь взглянула в глаза Сэта, ее грудь сильно вздымалась, в руках была окровавленная дубина, а у ног неподвижно лежало восемь человек.
        - Надо отдать тебе должное, - сказал Сэт, - ты отважный и умелый воин.
        - Забавно, - бросила она, - не могу того же сказать о тебе… Знаешь, а ты мне даже нравился… Жаль, что так вышло… Но по правде сказать все случившееся для меня было несколько неожиданным, и теперь я не знаю как быть… В любом случае, ты идешь со мной.
        - Рано празднуешь победу, женщина, - произнес Сэт, не меняя выражения лица. - Ты еще не одолела меня.
        Сандра криво усмехнулась, но заметно напряглась, ожидая, что парень перед ней потянется за пистолетом. Вместо этого он по-новому взглянул ей в глаза и сказал фразу, смысл которой от неё поначалу ускользнул…
        Глава 4
        - Пункт назначения достигнут, - сказал приятный голос автокара. - Пожалуйста, не забудьте в салоне свои вещи.
        Выйдя из машины на крышу высотки, он спустился на тридцать этажей вниз и почти сразу оказался дома.
        - Надо же, еще даже двух ночи нет, - сказала стройная женщина, встретившая его в прихожей. - Кушать будешь, Саймон?
        На вид ей было лет тридцать пять и в этом недешевом платье и высоких каблуках, смотрелась в общем даже ничего, если бы не отталкивающе огромный слой макияжа, наложенный на впалые щеки.
        - Сколько раз повторять, зови меня либо Сэтом, либо полным именем, - буркнул он. - Я ужинал в клубе… Пойду спать.
        - Ну как знаешь, Саймон. Тогда я йогурт утром доем! Не забудь купить себе что-нибудь на завтрак - не могу позволить, чтобы мой сын поехал в Академию голодным.
        - Ладно. А ты куда?
        - С подругами на вечеринку. Сладких снов.
        Она захлопнула дверь раньше, чем Сэт успел снять ботинки.
        Обычно она возвращалась к одиннадцати утра, но к тому времени он был либо на игровой площадке, либо, что намного реже, в Академии. Да и в этом случае, после занятий он снова шел в клуб, и когда возвращался домой далеко за полночь, её обычно уже небывало.
        Впрочем, она могла себе позволить развлекаться, как заблагорассудится - отчим Сэта, которого никто никогда не видел и имя которого ничего никому не скажет, не смотря на то, что давно бросил свою семью, продолжает отчислять приличные алименты. Именно это якобы позволяет двум иждивенцам снимать квартиру на среднем уровне, и обеспечивать себе относительно достойную жизнь.
        Мать - наркоманка, отец - невидимка, и друзья-приятели, имена которых он даже не помнил. Таков был видимый глазу мир Сэта, и ничто в нем не менялось на протяжении последних двух лет.
        Эта простая каждодневная рутина, состоящая всего из трех этапов, затянула его настолько, что он был готов сражаться с кем угодно, только чтобы ничего не менялось.
        В этом мире была Академия, где он учился спустя рукава, и в которой удерживался на плаву лишь благодаря неоспоримому таланту. Был пустой дом, где он спал и завтракал. Но большую часть жизни он проводил в игровой Вселенной.
        Что удерживало молодого, сильного и неглупого человека в виртуальной реальности? Почему он не мог покинуть её раз и навсегда? …Может быть просто не хотел?
        Не хотел менять те сотни сочных жизней, которые проживал в ней каждый день, на нечто серое, унылое и если вдуматься весьма страшное, хотя бы тем, что не в силах это кардинально изменить. Или он бежал от обещания данного себе десять лет назад? Обещания, которое, несмотря на неимоверное усилие так и не смог выполнить. Хотел забыть то, как худой и грязный восьмилетний мальчик, зажимал исколотые руки, на собственной крови клялся изменить город, даже ценой собственной души.
        Он и есть тот мальчик - повзрослевшая его копия. Вот только глядя в зеркало, он перестал узнавать те глаза: сейчас в них не было той несокрушимой решимости, и безумной веры в собственные возможности.
        Сэт сжал зубы и откинулся на подушку. Сегодня впервые за два потерянных года он чувствовал, ледяное дуновение ветра перемен. Уютный мир, который он для себя создал, затрещал по швам. Ему бросили наживку в виде сбоя в программе игры, благодаря которому он стал лучшим игроком города. Ему подослали соглядатая, в виде неукротимой воительницы с симпатичной мордашкой. И теперь он хотел бы знать, каким будет следующий шаг таинственного противника…
        Оглушительно заревел будильник и, вскочив с кровати, Сэт слепо принялся искать гашетку отключения звукового сигнала. Цифры на табло показывали восемь утра: он сам не заметил, как уснул - казалось, только секунду назад коснулся головой подушки.
        Сегодня он собирался идти в Академию, а опоздания там приветствовались еще меньше прогулов. Так что, напялив свою бессменную форму, он быстро умылся и побежал на кухню.
        Достав из антресоли заначку с хлебом и батончиком сыра, положил на стол и принялся искать нож. Главное, в спешке не забыть засунуть это обратно. Конечно, его поведение было верхом идиотизма, но иначе мать, вернувшаяся домой после ночного наркокурения, съест всё, что найдет в холодильнике.
        Сэт пробовал забивать холодильник до отказа, но было только хуже - мать приводила с собой подруг. В конце концов, поняв, что ему вечно суждено терять время на ожидании доставки заказанной на дом еды, он просто стал оставлять нычки.
        Отыскав, наконец, нож для резки мяса, налил кружку чая и принялся резать сыр… А в следующий момент раздался звон стекла и он уже пытался ухватить край стола, чтобы удержаться от падения.
        Сэт ничего не понял: в глазах потемнело, из-под ног улетела опора - показалось, что либо взорвался дом, либо лопнуло что-то в голове.
        Но вот он почувствовал, что стоит на четвереньках, а на полу перед глазами шипит и испускает остатки сизого дыма газовая граната. Он не видел, но ощущал, как разлетается входная дверь и всю квартиру заполоняют вооруженные люди.
        Крепкие руки подхватывают его и волоком тащат к выходу. Взгляд метается от одного боевика к другому, но целостная картина все еще не складывается. Все они в силовых доспехах, что слишком круто для любой подпольной группировки. На черной броне что-то написано, но из-за серьезного головокружения он не может разобрать и буквы.
        Его выволакивают на лифтовую площадку и бросают на колени перед дверьми шахты. В этом положении он находится недолго. Индикатор вызова загорается, его начинают поднимать, двери лифта медленно раскрываются… и он нос к носу сталкивается с матерью.
        Она улыбается. В ее глазах туман - такой же, как ядовитая взвесь за пределами городских стен. Улыбка меркнет, а взгляд проясняется по мере того, как начинается процесс осознания.
        - Что происходит, Саймон? - доносится, словно сквозь вату.
        Он не отвечает - просто не может.
        - Гражданка, кто вы такая? - тоном не терпящих пререканий спрашивает человек, закованный в черную броню.
        - Я… его мать…
        - Вы пойдете с нами.
        - Нет, ни за что…
        Через полминуты Сэт оказался на крыше. Он успел увидеть, что его мать заковывают в наручники прежде, чем его самого бесцеремонно бросили в люк штурмовой машины. Все еще оглушенный газовой атакой он не сумел сгруппироваться и ударился головой о металлический пол.
        Сознание померкло, как показалось, всего лишь на секунду, но очнулся он в небольшой комнате с зеркалом во всю стену. Он сидел за столом, а на его руках были наручники, прикованные длинной цепью к полу. В углу под потолком висела видеозаписывающая аппаратура, напротив сиротливо стоял стул.
        Он еще не успел полностью прийти в себя, лишь глянул на зеркало, в котором отражался помятый молодой человек в броском историческом костюме, а дверь за спиной уже с шумом открылась.
        Вошли двое. Один высокий, сутулый, другой коренастый с азиатским типом лица. Оба в деловых костюмах.
        - Итак, - начал Высокий, - как вас зовут?
        - Саймон Сэт.
        - Вы знаете девушку по имени Сандра? - тут же задал вопрос Азиат.
        - Знаю, - кивнул он. - А где я?
        - Отвечай на вопрос!! - заорал Высокий, опершись на стол и приблизив лицо к Сэту, настолько, что он разглядел черные точки на кончике его носа.
        - Мы познакомились с ней вчера, в игровом клубе, - поспешно сказал Сэт. - Затем отправились в "Аврору" на верхнем уровне, провели там какое-то время и разъехались по домам…
        - Где она сейчас?! - вновь забрызгал слюной Высокий.
        Сэт помотал головой:
        - Я же сказал, что мы с ней расстались что-то около полуночи.
        - Значит, вы утверждаете, что видели её последним?
        - Я ничего не утверждаю, сэр.
        - А теперь послушай меня, - зарычал нависающий над ним дознаватель. - Если ты сейчас же не…
        Его разъяренное лицо мгновенно поскучнело, он выпрямился и почему-то дотронулся до уха.
        - Нашлась?… - спросил он кого-то, при этом бросив взгляд на зеркало. - Сама вернулась?… Да, сэр. Сейчас.
        Окинув ничего не выражающим взглядом Сэта, он вышел за дверь. Сам Сэт исподтишка глянув на Азиата, понял, что с ним разговора не предвидится - уж слишком каменным было выражение его лица.
        Так и вышло: он не проронил ни слова до тех пор, пока не вернулся Высокий.
        - Вы догадываетесь, для чего вас сюда пригласили? - спросил он.
        Сэт сделал удивленные глаза:
        - Пригласили?
        Дознаватель едва заметно поморщился - вероятно, ожидал более покладистого поведения. Но сказал вполне миролюбиво:
        - Именно пригласили. Наша цель заключалась в ознакомлении вас с нашей организацией и методами ведения допроса. Никто не сомневается в том, что вы честный и добросовестный гражданин нашего Города, но нам нужна полная гарантия вашей лояльности. Вы меня понимаете?
        - Боюсь, что нет, сэр.
        - Дело в том, что вы находитесь на первом месте в списке лучших игроков "Меча и колдовства", а это значит, что вы будете участвовать в международном игровом турнире. Вы летите в Китай - город расположенный очень далеко отсюда. Конечно же, вас там непременно попытаются завербовать - именно поэтому мы устроили эту так называемую репетицию. Вы должны знать, что в случае вашего предательства, никто с вами церемониться не станет. И советую сто раз подумать, прежде чем совершить необдуманный поступок. Теперь вы меня поняли?
        - Теперь понял, сэр.
        - Вот и отлично.
        Он положил на стол перед Сэтом конверт и снял с него наручники.
        - Здесь ваш билет. Все организационные вопросы с Академией мы уладим. "Левиафан" отправляется завтра утром - так что не опаздывайте.
        - "Левиафан"? Что это?
        - Название корабля дальнего следования. Такой у города только один - не ошибетесь. Свободны.
        Сэт поднялся со стула.
        - Гражданин, - остановил его Азиат. - Ваша победа прославит Город - так что порвите их.
        - Всенепременно, сэр.
        Глава 5
        Веки дрогнули, попытались открыться - в лицо ударил пронзительный свет. Он закрутил головой, избегая невыносимо ярких желто-оранжевых лучей.
        - Что? - прохрипел он. - Где это я?
        Сквозь звон в ушах пробивалось чье-то навязчивое бормотание, мгла и блики перед глазами потихоньку рассеивались. Он видел…
        Но ведь это невозможно!
        Страстное желание понять, что же он в действительности видит, заставило сокрушающую слабость испариться. Он попытался прикрыть глаза рукой от беспощадного света, но почему-то руки не стали слушаться.
        Тем не менее, он видел кристально-голубое небо и солнце, клонящееся за кроны далеких сосен, сквозь которые пробивалось алое зарево. Он видел птиц - настоящих, живых, а не ту рисованную фальшивку в виртуальных мирах.
        Он покрутил головой и понял, что находился на одиноком холме, окруженным бескрайним океаном зеленых полей.
        - Что за…, - вновь выдавил он хриплые звуки. - Да что же это?… Это какая-то новая игра?..
        Последним, что он помнил - были два агента вручающие ему билет на "Левиафан". Так как же он оказался здесь… в этой странной игре?
        Сфокусировав взгляд на более близкий ландшафт, он принялся с нарастающим изумлением разглядывать вбитые в землю каменные столбы, угольные тени которых распростерлись повсюду. Растущие из земли странные столбы были не шире опорной колонны какого-нибудь моста в Городе, но уходили ввысь едва ли не на два десятка метров. Впрочем, под действием стихии и времени некоторые из их переломились и рухнули под собственным весом - теперь их пеньки были не больше человеческого роста.
        Ближайший от Сэта столб не миновала эта участь. Он находился чуть в стороне, не более чем в метре от него, казавшийся черным из-за контрастного освещения, он представлял собой двухметровый монолит, вырезанный из единого куска камня. Его поверхность, некогда ровная и гладкая была усеяна трещинами и выщерблена временем, дождем и ветром. Вершина напоминала конец надвое сломанной палки - впрочем, вторая часть столба представляла собой груду камней мирно лежащей у вбитого в землю основания…
        Сэт вздрогнул, когда в этой темной груде, вдруг что-то зашевелилось.
        В свете заката блеснули чьи-то глаза.
        - Очнулся? - хрипло прошелестело из тени. - Не повезло…
        Глаза всмотрелись во тьму, стало видно, что заговоривший был человеком - он сидел на коленях в странной, неестественной позе. Его руки были заломлены за спину и будто бы связаны за столбом…
        Неожиданно сознание Сэта пронзила мысль, что он сам находился в точно таком же положении!
        Из-за непроизвольного движения колени отозвались болью. Спина и голова ощутили холодный шершавый камень. Он понял, что онемевшие руки были беспощадно запрокинуты назад, обхватывали столб и связывались позади него веревкой.
        Паника накатила сумрачной волной. Саймон дернулся изо-всех сил, но попытка освободиться ни к чему не привела - путы за спиной крепко удерживали его на месте. Забившись у столба, словно пойманная в силок рыба, не слушая уговоров и увещеваний незнакомца, Сэт продолжал упрямо бороться.
        Боль и ощущение бегущей по пальцам струек крови занимали все его мысли. Всё вокруг - игровое пространство. Он не помнил как в него попал, но отчетливо понимал, что не мог находиться нигде в ином месте. Тогда почему разум отказывался верить в иллюзорность этого мира?! Почему пропитавшиеся кровью волокна веревки впивались в запястья так, что казалось, они и были всем этим миром?!
        Охватившая его черная волна безумия откатилась одновременно со вдруг оборвавшимся бормотанием, монотонность которого была столь естественна в этом месте, что Сэт практически её не замечал.
        Он повернул голову и скосил глаза - тело отозвалось судорогой и дрожью. Выпрямившиеся было ноги, перестали держать и он снова сполз со столба, заняв на земле позу обреченного.
        - Говорю же, не повезло, что ты очнулся, - бросил ему сосед по несчастью. - Похоже, настала наша очередь. Эти чокнутые твари уже проделали это со всей нашей группой.
        Прикованный к столбу напротив, был мужчиной за сорок, имел густые усы, синяки и ссадины по всему лицу, а еще выделялись глаза - пустые, полностью смирившиеся с неизбежностью.
        - Кто ты такой? - бросил ему Сэт. - Ты игрок или НПС? Как я здесь оказался?
        - Ба-а, да ты видимо повредился головой, - нашел в себе силы удивиться его нечаянный собеседник. - Ты меня помнишь? Я - сержант первого батальона Маркелов, позывной Гусар. А ты - тот, с кем нянчился СБГшник - он заставил пару моих парней тащить тебя на себе, когда тебя контузило после крушения…
        - После какого крушения? - не понял Сэт.
        - Видать нехило тебя приложило. "Левиафан". Помнишь?
        Сэт несколько раз похлопал глазами, но никак не мог ни осознать, ни поверить, что начисто забыл о том, как садился в "Левиафан", как летел и как… терпел крушение.
        Нет, все же, этот человек лжет. Сэт допускал мысль, что агенты каким-то образом лишили его сознания и усадили в "Левиафан", но место где он находится в реальности не могло существовать: Земля это пустынный шар, выжженный огнем, радиацией, химией и покрытый белым туманом. Нет - его забросили в какую-то до ужаса реалистичную игру.
        - Кстати, мне все время было интересно, почему на тебе форма Академии? - продолжил связанный человек. - Не то чтобы я был плохого мнения о студентах, но кроме тебя в Левиафане были только матросы и солдаты. Так кто ты такой? Как тебя зовут?.. Эй, ты меня слышишь?
        Саймон на мгновение задумался, растерянность испарилась, в его глазах блеснул лёд:
        - Я Саймон Сэт. Повелеваю тебе ответить, где мы находимся, кто нас связал, и почему тут нет Белого тумана?..
        Гусар ухмыльнулся, но ответить ничего не успел. Люди застывшие на самом вершине холма, напомнили о себе, взревев и принявшись скандировать что-то незамысловатое:
        - Асмодей! Асмодей!!
        Оба пленника повернули головы к вершине. Там, образовав импровизированный круг, с факелами в руках стояли десятки людей. Все они были как братья-близнецы, рослые и одинаково свирепые на вид. Один лишь взгляд на них внушал безотчетный ужас.
        Их нагие торсы и руки были увиты мышцами и разукрашены вязью татуировок, лысые черепа и лица обезображены многочисленными рубцами и кривыми шрамами, а их лица напоминали звериные морды. На поясах каждого висели зазубренные ножи, и топоры.
        Эти странные люди неподвижно стояли вокруг лежащего посреди холма гигантского валуна, на котором были высечены различные руны. Один из них, самый рослый и раскрашенный, находился ближе всех к камню: вероятно, все это время бормотал он - молился валуну, как какому-то алтарю.
        - Чертовы дикари, - раздалось чертыханье Гусара. - Долбанные сектанты! Чтоб вам пусто было!
        Но брошенные сквозь зубы проклятья не могли помешать участникам черной мессы. Взгляд Сэта переместился с полуголых сектантов-дикарей на обстановку рядом ними: из земли росли кресты - небольшие, относительно гигантских монолитов, но тоже высеченные из цельных каменных глыб.
        А на крестах… Из самой черной бездны пришла волна ужаса когда он рассмотрел, что было на этих крестах. Накрывшая волна выдавила из легких весь воздух, и если бы не встретила сопротивление, наверняка бы задушила.
        "Это игра" - утверждал разум, но подсознание твердило иное.
        Глаза Сэта неотрывно изучали висящие на крестах выгнутые тела, раскрытые в немой агонии рты, вспоротые животы и вывалившиеся внутренности.
        Он хотел закрыть глаза, вызвать систему и выйти из игры - исчезнуть из этого места или хотя бы просто убежать. Но ничего из этого не вышло - система не отзывалась, а привязанное к столбу тело не желало слушаться. Он продолжал смотреть, как главный среди этих жутких людей вскинул руки к стремительно темнеющему небу и громогласно возвестил:
        - Подношение готово! Толкайте валун.
        Застывшие словно изваяния полуголые мужчины пришли в движение и навалились на свой алтарь с одной стороны. А командующий ими человек, в отличие от других носивший на голове ирокез, обратил взор на двух пленников и, не говоря ни слова, указал на них своим людям.
        Сердце сжалось, а потом забилось, словно птица в клетке. Ни разу в жизни Сэт не чувствовал себя таким беспомощным.
        Два обнаженных по пояс сектанта были уже рядом. Первой их целью оказался Гусар. Один из дикарей за волосы поднял замычавшего сержанта и с размаха ударил кулаком по лицу, а другой вытащил из-за пояса топор и перерезал на его руках веревки. Ловко скрутив свою жертву, оба дикаря повернулись к Сэту.
        Во рту появился металлический привкус. Он вновь пожелал отмотать время на десять минут назад и очутиться в кабинете на допросе агентов. Пожелал, чтобы эти полные злобы и безумия глаза, эти чудовищные, испещренные шрамами лица исчезли, как будто их никогда и не было. Он пожелал проснуться, и оказаться в своей квартире на сорок шестом этаже…
        Но огонь, весело потрескивающий на факеле одного из сектантов, не желал скрывать от него новую реальность….
        А два чудовища тем временем продолжали рассматривать его словно диковинную букашку. Их увитые жилами мышц, и переплетенные татуировками тела лоснились от пота. Их руки грубо держали полубессознательного сержанта, из носа которого, обильно обагряя усы, сочилась кровь. Их глаза горели темными страстями, страшные ухмылки держались на безумных лицах. Ни один человек не мог так ухмыляться: столь широко - почти от уха до уха.
        - А с этим что делать? - спросил один из них.
        - Пусть пока сидит, - ответил второй, - он нужен, на случай если Владыка захочет полакомиться свежатинкой.
        Они засмеялись и ушли, предоставив оставшемуся в одиночестве пленнику наблюдать за тем, как беснующиеся на вершине холма сектанты отодвинули валун и сгрудились вокруг места, где он только что стоял. Наверно там лежало что-то интересное, от чего нельзя было оторвать глаз, однако, как только двое их подельников приволокли свою жертву, все разошлись, освободив им место.
        Гусар к тому времени немного оклемался от удара, и когда его поставили рядом с местом, где только что лежал валун, он посмотрел куда-то под ноги и затрепыхался в стальной хватке своих палачей.
        - Давай, - приказал тот, что был с ирокезом.
        - Надеюсь, ты умеешь летать, - пошутил другой и пнул сержанта в спину.
        Гусар закричал и мгновенно исчез. И только дикий крик, оборвавшийся на самой высокой ноте, подсказал Сэту, что Гусар упал в какую-то пропасть - дыру в земле, ранее закрытую гигантским валуном.
        Спустя мгновение из скрытого колодца раздался ни на что не похожий рёв, столь оглушительный и пронзительный, что ледяными объятиями пробирал до костей. Сэт помертвел, а сектанты напротив, взорвались дикими восторженными воплями.
        - Опускайте веревку, - приказал главный, - Владыка Асмодей, явись нам!
        Из колодца заструился белый пар, и даже сидевший на порядочном расстоянии, полумертвый от навалившихся событий, Сэт вдруг ощутил нестерпимый озноб. И когда вопиющий рёв, полный ярости и триумфа, раздался снова, Саймон вдруг обрел способность ясно мыслить, - будто этот крик из глубин ада разбил оковы, сковывающие его сознание.
        Солнце уже полностью зашло за далекий лес, но край небосвода еще мрачно светился и пленник в деталях мог разглядеть перед собой каменный столб, к которому недавно был привязан Гусар. Этот столб был всего в метре - до предела вытянув тело, Сэт смог упереться в него носками ботинок. А потом, медленно, с огромным трудом принялся переставлять ноги и подтягивать собственное тело, мало по малому продвигаясь вверх по шершавому столбу.
        Сердце колотилось, виски покрылись холодной испариной, но он сумел затащить себя до края столба и, оставаясь незамеченным посреди моря восторженных криков и демонического рева, смог сделать рывок и усесться на его вершину.
        У него было несколько мгновений до того, как мир окончательно почернел и наверху зажглись звезды - он воспользовался ими, чтобы бросить взгляд окрест. Ничего нового не было: в поле возвышался одинокий холм, сплошь утыканный каменными копьями и крестами. Вдали тянулась полоса леса, а с другой стороны распростерлась горная цепь.
        Ни следа ядовитого тумана.
        Вытащив из-за края столба связанные руки, он прижал их к телу и, забыв об инстинктах самосохранения, бросился почти с трехметровой высоты.
        В ноги ударило твердое, лодыжку пронзила боль, но он лишь крепче стиснул зубы не решаясь даже зашипеть. Ни на мгновение не забывая о беснующихся в неистовом торжестве дикарях и оглушительном рёве, сулящем неминуемую смерть, он бросился прочь со всех ног.
        Связанные за спиной руки не давали ему принять естественное положение, ноги путались, и тело вновь и вновь норовило удариться о растущие из земли непонятные столбы. Эти установленные кем-то безумным каменные монументы проносились мимо с неимоверной скоростью. В ушах звенело, а сердцу было тесно в груди: оно не успевало в должной мере перекачивать кровь к сведенным судорогами мышцам.
        Внезапно где-то за спиной раздался еще один нечеловеческий крик ярости и торжества. Сэт споткнулся и врезался в столб так, что из легких выбило воздух. Он замер от шока и боли. И пока, будто новорожденный хватающий ртом первый глоток воздуха, пытался заново научить тело дышать, в глаза бросилась какая-то стершаяся от времени надпись.
        Сэт вдруг отчетливо осознал, что это были не просто каменные столбы, а обелиски, памятники, надгробия - всё это место было одним большим кладбищем.
        - Боже мой, - прошептал он, когда чуть пришел в себя, - кто-нибудь, скажите мне что это лишь игра!
        Не давая разбитому телу расслабиться и окончательно обмякнуть, побежал вновь - прочь, как можно дальше от этого безумного места.
        - Где я? Как я здесь оказался?
        Он задыхался. Грудь разрывалась от обилия воздуха, казалось, сердце уже ломает клетку из ребер, перед глазами плавали круги, из-за которых он все время падал. Но он вставал каждый раз: спасение было близко - он уже добежал до края и почти выбрался из этого проклятого каменного леса…
        Сзади раздался крик и дикое улюлюканье. Что-то с силой ударило его в спину, бросило наземь и навалилось сверху.
        - Думал, что сможешь сбежать от Потрошителей? - раздалось со злорадным смехом. - От нас еще никто не убегал.
        Когда его бесцеремонно перевернули на спину, перед глазами возникли безумные глаза и все та же страшная ухмылка. Ухмылка преобразилась в оскал, и впервые с момента как он себя помнил, Сэт закричал.
        - Я - Саймон Сэт. Повелеваю тебе, подчинись!
        Удар ногой в живот отдался вспышкой во всем теле.
        - Да кто вы, черт возьми?! - закричал он. - Вы не люди!
        Жуткий смех послужил ему ответом. Теперь, когда сектанты смеялись во все горло, он увидел, что вместо человеческих ртов у них были страшные, огромные пасти, а все зубы остры, будто мать-природа, позабыв о том, что люди должны иметь человечьи зубы, наделила их лишь десятками клыков, как у хищных рыб.
        - Кто же вы такие?!
        Смеющийся на его груди демон размахнулся для удара, но замер. Его внимание привлек раздавшийся за спиной булькающий звук. Лягушачья пасть скривилась, он потянулся к рукояти топора, висящему на поясе, и обернулся. В тоже мгновенье его голова запрокинулась, а из горла вырвался клинок, на мгновение оросивший воздух черной взвесью крови.
        Тяжелое тело дернулось и рухнуло на Сэта всей массой. Едва стащив его с себя, Сэт наткнулся взглядом на своего спасителя. А точнее - спасительницу.
        Молодая девушка стояла среди двух трупов, и пламя оброненного кем-то факела плясало на окровавленном ноже в её руке. На прекрасном лице застыла маска решимости, а в глазах блестел хоровод ненависти, ярости и гнева.
        Сэт попытался подняться, но она наступила ногой на его грудь и, нагнувшись, приставила к горлу лезвие ножа.
        - Я не с ними, - зачастил Сэт. - Я сбежал от них. Мы на одной стороне!
        - Да неужели? - с сарказмом произнесла девушка. - Ты думаешь, что после того, что ты со мной сотворил, я позволю тебе жить?
        - Что? - начал было он, и застыл.
        Он узнал эту медноволосую девушку.
        - Заткнись, урод! Даже не смей оправдываться.
        - Кто ты? - спросил он, конечно же, зная ответ.
        Но этот вопрос привел её в замешательство. Она отшатнулась, распахнула глаза, спросила недоверчиво:
        - Ты что, ничего не помнишь? Тебе отбило память при крушении?
        - Что я должен помнить?! Я никогда раньше тебя не видел, - кричал Сэт, отчаянно пытаясь поверить в собственные слова. Он не понимал, как здесь оказался, но прекрасно помнил, что случилось в клубе "Аврора". Если она здесь - то происходящее не игра.
        - Как твое имя?
        - Я… Я… - говорил он, обхватив голову руками. - Я не знаю!
        Он молился, что его ложь не будет раскрыта - ведь это был его единственный шанс остаться в живых.
        Она молчала долго. Затем подошла и снова приставив нож к его горлу, повернула голову осмотрела его шею. Совершив столь странное действие, она вновь отступила.
        - Что же, тогда познакомимся вновь. Меня зовут Сандра, а тебя - Саймон Сэт. И сейчас ты умрешь, Саймон Сэт.
        При упоминании имени беглец дернулся как от удара, свернулся калачиком и утробно застонал…
        - Да что с тобой? Ты вправду ничего не помнишь?
        Эта сцена, разыгранная в порыве отчаяния и страстного желания жить, удалась на славу. Сейчас он стоял на коленях, со связанными за спиной руками, смотрел на звезды, скалясь как последний психопат. Неосвещенная фонарями ночь и открытое пространство должно было пугать любого жителя Города, но единственная угроза исходила от стоящей рядом девушки, с подрагивающим в руке ножом. Если конечно не считать людей-монстров, которые планировали принести его в жертву, отправив на дно ямы вслед солдату по прозвищу Гусар.
        Сэт не до конца понимал, что с ним творилось - излюбленное его оружие - логика, давала сбои. Она приходила к взаимно противоречащим выводам: он был в игре, потому что мир вокруг мог существовать только там; он находился в реальности - потому что рядом с ним была настоящая Сандра, знающая то, что могла знать лишь она.
        К тому же, то, что сейчас происходило, было остро как лезвие опасной бритвы, и было ярким, как огромная повисшая над головой луна. Это не было похоже на виртуальное пространство, возможно он действительно оказался вне Городских стен. Но куда девался Белый туман и та часть воспоминаний, поясняющая, как он здесь оказался?
        Усилием воли он отогнал терзающие его вопросы: окружающая обстановка не располагала к размышлениям. Его ждала Сандра…
        - Эй, я к тебе обращаюсь! - словно прочтя мысли, напомнила она о себе.
        Он оторвал глаза от неба и взглянул на неё: разница между этой Сандрой и той, что он встретил в игровом зале, была очевидна, однако не было сомнений, что это один и тот же человек.
        Прошлая Сандра благоухала, светилась чистотой и смотрела на него, пусть даже и самую каплю, но добродушно - глаза этой блестели ожесточенно и бескомпромиссно, одежда и лицо покрыты грязью и кровью. Она жаждала отмщения - и подрагивающий нож в её руке служил лучшим тому доказательством.
        Сэт всей кожей ощущал, что находится на волосок от смерти. Она винила его. Она намеревалась его казнить. Малейшая ошибка приведет к полному, безоговорочному концу, без права второго шанса.
        - Нет, - произнес он, даже не потрудившись стереть с лица дикий оскал. - Я ничего, или почти ничего не помню. Лишь каша - какая-то мешанина из осколков воспоминаний, от которой моя голова разваливается на тысячу частей.
        Её глаза оставались недоверчивыми, но она не бросилась на него сразу, и Саймон понял, что побеждает.
        - Хорошо, - наконец сказала она, - я оставлю тебя в живых, но при двух условиях, нарушив которые ты будешь обречен.
        - Какие же?
        - Первое и самое главное: ты не заговариваешь со мной. Даже не пытаешься. Не издаешь ни звука. Понял?
        Какое-то время Саймон переваривал, затем кивнул.
        - И второе, ты подчиняешься мне полностью - не идешь, не бежишь, ничего не делаешь без соответствующего приказа. Если я хотя бы заподозрю, что ты собираешься нарушить эти правила - я убью тебя в тот же миг. Понял?
        Сэт кивнул.
        - Вот и хорошо. А теперь слушай меня. Сейчас я вернусь на это чертово кладбище, а ты останешься здесь.
        При этих словах Сэт хотел запротестовать, но наткнулся на строгий взгляд девушки, склонившейся над телами, и вспомнил о новых правилах. Она обыскивала поверженных врагов методично и быстро, но, не смотря на небольшие поясные сумки набитые всякой всячиной, собрала только оружие - целый комплект ножей и разнообразных топоров.
        Прежде чем Сэт успел понять для чего ей столько, девушка исчезла во тьме не забыв забрать с собой всю охапку холодного оружия и напомнить, чтобы он не делал глупостей и дожидался её здесь.
        Саймон, конечно, кивнул, но сразу после её ухода бросился к трупам и, кряхтя от напряжения и боли в ушибленных местах, стал переворачивать и ворошить тела как мог. Разумеется, его надеждам сбыться было не суждено: что бы при=о неё не думал Сэт, Сандра была мастером своего дела и не оставила на трупах ничего колюще-режущего.
        Её предусмотрительность была достойна восхищения. Сэт знал, что ей самой не нужны были никакие топоры: она забрала их и выбросила где-то, только для того, чтобы он не мог перерезать веревки на руках, а значит и убежать далеко.
        Завершив бесплодный обыск тел, Сэт обвел взглядом окружающий мир.
        Тьма окутала окрестности черной вуалью; мертвая тишина, нарушаемая лишь биением его сердца, опустила на это место плотный плащ. Яркие звезды вычерчивали контуры обелисков и надгробий за его спиной - казалось, что прямо за ними придирчиво рассматривала лезвие своей косы сама старуха-Смерть.
        Он упал на колени и прикрыл глаза. Его плечи опустились, спина сгорбилась, взгляд устремился в землю. Что-то густое медленно стекало по волосам, образуя на кончиках прядей черные бутоны, которые падая перед ним на землю, раскрывались в алые розы.
        Он смотрел на них и не мог отвести взгляд. Будто загипнотизированный, опустошенный, раздавленный - но видел ли он их вообще?
        А где-то там, в центре кладбища, раздался очередной торжествующий рёв вырвавшегося на волю зла. Волосы Сэта шевельнулись, затем закачалась голова, он поднял лицо и негромко сказал, обращаясь к луне, крупной и сверкающей точно драгоценный камень:
        - Если это какая-то промывка мозгов, какая-то безумная игра - знайте, я не сдамся. Слышите?! Я буду бороться до последнего!
        Луна не осталась равнодушна к этим словам: её сияние на мгновение померкло, а затем заискрилось с удвоенной силой…
        В очередной раз Сэт поднялся с колен. Приблизившись к ближайшему обрушившемуся обелиску и, прислонившись спиной к острой кромке, стал тереть об неё веревки, жестко сковывающие запястья.
        Край древнего камня давно сточился ветром, кожа на запястьях горела жгучим пламенем, однако он продолжал тереть, словно доисторический человек страстно желающий добыть огонь.
        На вершине холма раздалась отчаянная автоматная стрельба, потом донеслись едва слышные крики и оглушительный рёв плавно переходящий в пронзительный визг. Замерший было Сэт, стал тереться об угол с утроенным старанием. Эхо стрельбы и яростные крики с каждым мгновением раздавались все ближе - стрелок и его преследователи приближались с пугающей скоростью.
        Сэт напряг последние силы. Подобно полотну пилы он терся об угол уже всем телом. Веревка заскрипела, стала поддаваться - руки Сэта всё дальше расходились в стороны. Наконец последняя жила лопнула и долгожданная, но неожиданная свобода, заставила его лихорадочно соображать в какую сторону бросаться…
        Из тьмы вынырнул черный силуэт - спустя мгновение он различил в нем бегущую к нему Сандру. Лицо было перекошено, в руках зажат пистолет-пулемет, и Сэт запаниковал, не зная оставаться на месте или бежать прочь, спасая свою жизнь.
        - Бежим!!!
        Сандра крикнула прямо в его лицо. Схватив Сэта за рукав, буквально с места втянула его в свой безумный бег - однако даже эта секундная задержка оказалась роковой.
        Сэт не успел ничего понять, ноги со спринтерской скоростью еще увлекали его за Сандрой, а хаос и гвалт, исходящий от преследователей, уже настиг их.
        - Потрошители! Потрошители! Слава Потрошителям!
        Краем глаза он уловил, как сзади кто-то бросился на него из тьмы: промахнулся, упав мимо, но выбросил вперед руку и схватил Сэта за ногу. Вся инерция бега, весь страх и ярость погасились в одном ударе о жесткую землю: ему показалось, что на него обрушилось само небо - грохот, звон, отсутствие воздуха, боль придавили и не желали отпускать.
        Он оторвал от мокрой травы лицо и успел заметить, как накинувшийся на Сандру Потрошитель нарвался на ловкое движение остановившейся девушки и отлетел от нее словно отброшенная тряпичная кукла. Она направила дуло пистолета-пулемета в грудь другого дикаря, подбегающего к ней с топором в руке. Её палец сжал спусковой крючок раньше чем, враг замахнулся - Сэт рассчитывал увидеть перебитое надвое тело нападающего, но ничего не произошло. Вместо оглушительной очереди, не смотря на стоящий в ушах звон, Сэт услышал только сухой щелчок.
        Пистолет-пулемет отлетел в сторону - ему на смену в руке девушки как по волшебству возник нож…
        Дальнейшего он не видел: Потрошитель, крепко державший ногу Сэта, стал быстро подползать, стремясь скорее взобраться на свою жертву, задавить массой, придушить и вгрызться в плоть своими страшными зубами… Сэт дернул ногой, еще раз, извернулся и со всей силой ударил ботинком другой, попав в мерзкое лицо. Дикарь взревел, хватка на мгновение ослабла, и Саймон сумел освободить ногу и полностью перевернуться на спину. Однако разъяренный противник не позволил развить успех.
        Навалившись ему на грудь, с громоподобным ревом дикарь занес над головой большой камень - и если бы Сэт не выбросил вперед руки, - размозжил бы его голову в тот же миг.
        Не смотря на короткое плечо силы, ему показалось, что в ладони ударил молот. А вопящий на нем здоровяк уже заносил камень для повторного удара. На этот раз Сэт не успел перехватить его на излете. Он подставил под удар руки крестом - за что поплатился хлынувшими из глаз слезами. Его измочаленные руки, не обращая внимания на расплывающийся на границе беспамятства разум, казалось, зажили собственной жизнью: они сопротивлялись, удерживали камень, не давая ему обрушиться вниз, а потом даже умудрились откинуть его в сторону.
        Удар в челюсть едва полностью не погасил сознание. Лишившись камня и пригвоздивший Сэта своим весом к земле, Потрошитель широко оскалился, обнажив два ряда зубов, острых, словно зубья пилы, и потянулся за крохотным топориком на боку. Он сорвал его с пояса одним движением и уже замахнулся, чтобы пробить череп обмякшей жертве, но его внимание привлекло что-то иное. Судя по тому, что на время он забыл о Сэте, дела у его товарищей шли из рук вон плохо.
        Почувствовав, что на грудь больше не давит сотня килограмм живого веса, Сэт повернул голову и увидел, как его противник напал на Сандру в самый неподходящий для неё момент. Девушка как раз била последнего своего противника ножом в сердце, и возникший со стороны новый оппонент, оказался для неё полной неожиданностью.
        Она успела подставить ладонь под древко топора, но сильный удар по корпусу коленом и локтем поверг её на землю. Нож отлетел, маньяк схватил и поднял ошеломленную девушку за волосы. Вялая попытка сопротивления была подавлена прямым ударом под дых.
        Казалось, Потрошитель наслаждается болью и беспомощностью своей жертвы - он отпустил её волосы и стал сдавливать горло. Девушка захрипела, глаза затуманились, вялое сопротивление не могло ослабить её мучений - она умирала и знала это.
        Наслаждающийся её муками монстр, ненадолго разжал свои железные пальцы, и, глотнувшая воздуха, Сандра метнула чуть прояснившийся взгляд на поднимающегося с колен Саймона.
        Разбитые губы вытолкнули лишь одно слово:
        - Сражайся.
        Потрошитель повернул голову, татуировки на его лице исказились, когда в его тело погрузилось холодное лезвие ножа. Но руки продолжали сжиматься на горле девушки, и Сэту пришлось сделать еще удар, а потом еще…
        Дикий крик вырвался из глубин его тела. Он сотряс ночь, заставив на время замолчать даже неугомонных полевых сверчков.
        Когда Потрошитель рухнул замертво, а откатившая от него девушка зашлась в сухом кашле, нож вывалился из руки Сэта и он обессилено рухнул на колени.
        Он бы просидел так какое-то время, ни о чем не думая, блаженно наслаждаясь долгожданным отдыхом, но Сандра перестала задыхаться и кашлять. Приподнявшись с травы, жестко ухмыльнулась:
        - Ты говорил, что не убивал людей своими руками, Саймон Сэт. Мур, и как тебе вкус крови?
        Глаза Сэта метнулись к её потерявшему всякую притягательность лицу. Некогда ухоженные волосы цвета меди, были черны в ночи, воздушные локоны теперь просто свисали прямыми прядями. Поза, фигура - весь её облик выражали боль и ненависть.
        - О чем ты говоришь, Сандра? - устало, но твердо произнес он. - Не знаю что это такое, но оно определено не было человеком. Я убил монстра.
        Усмешка стала еще злее:
        - Ты сделал этот вывод, взглянув на их лица? Разве мамочка тебе не говорила, что монстров не существует, Саймон Сэт? Взгляни на них внимательней: ты видишь, что их губы находятся ровно там, где им положено быть? Они разрезали себе щеки, чтобы рты походили на собачьи пасти и распилили зубы для устрашения. Это обычные люди, Саймон Сэт. Ты убил человека.
        Саймон упрямо затряс головой.
        - Нет, - произнес он надтреснутым голосом. - Это монстр!
        Она рассмеялась, все еще хрипло из-за поврежденного горла, почти как библейский демон в представлении режиссеров.
        - Забавно. Для тебя в порядке вещей ломать людей, чтобы превратить их в своих марионеток, но противоестественно убивать собственноручно? Думаешь это не то же самое? Нет, то, чем ты занимаешься намного хуже убийства!
        Сейчас она была похожа на волчицу, ощетинившуюся, готовую к прыжку при малейшей провокации. Но Саймон Сэт никак не реагировал, и шерсть на её загривке немного улеглась, она спросила отвратительно сипя:
        - Почему ты не сбежал? Я ведь видела, ты хотел… Почему ты не избавился от меня? Тебе бы даже делать ничего не пришлось…
        - Я разрывался, - признался Сэт, прикрыв глаза, - хотел помочь, но и хотел сбежать. Выбор был предрешен в тот момент, когда ты сказала "Сражайся".
        Она встряхнула волосами:
        - Я ничего не говорила.
        - Но я слышал, ты сказала "Сражайся".
        - Нет, и вздохнуть не могла. Хотя приятно осознавать, что я тоже имею над тобой власть… Или ты снова морочишь мне голову?
        Неожиданно она вновь разъярилась:
        - Я ведь приказала тебе не заговаривать со мной!
        - Кто я для тебя, Сандра? Почему ты со мной так обходишься? - Сэт вновь начал свою игру.
        Она подобрала лежащий рядом с трупом здоровенный топор и встала в рост.
        - Монстров не существует, - сказала она, склонив голову и делая вперед два шага, - но есть чудовища. И ты самое отвратительное из них. Ненавижу тебя!
        Где-то вдали вновь раздался протяжный, не похожий ни на что, зловещий вопль. Казалось, он был полон радости и одобрения, но Сэт не повел и ухом, как не повернулись туда горящие жгучей ненавистью глаза Сандры. Она шла на него неумолимо, её пальцы до белизны сжимали древко топора.
        - Если ненавидишь, почему не убила сразу? - поинтересовался он. - Почему медлишь сейчас?
        Она запнулась, остановилась, глаза сверкнули в свете звезд.
        - Потому что, прежде всего я служу Городу, - произнесла она после паузы. - А ты… Ты необходим для его спасения.
        - Почему? - спросил Сэт едва слышно.
        - Потому что ты…
        Окончание ее слов Сэт не разобрал, поскольку сделав неуловимый шаг вперед, Сандра размахнулась и отправила в его нокаут.
        Глава 6
        Он очнулся от грубой тряски.
        - Пришел в себя? - спросила Сандра, держа на виду топор. - Ну как вспомнил что-нибудь? Впрочем, не отвечай - не надо мне твоих штучек.
        Сэт лежал на земле, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Яркие звезды, бескрайние просторы и суровое лицо Сандры создавали ирреальный, безумный контраст со всей его жизнью. Он уже не мог осознать, где прошлое и где настоящее, что из этого было правдой, а что реалистичным бредом.
        - Вставай, говорю! - зарычала Сандра. - Нам некогда разлеживаться.
        - Зачем? - спросил он, потирая пульсирующую огнем скулу.
        - Ты это заслужил…
        Одежда и вся её фигура чернела во тьме, лишь серебряный свет молодого месяца выделял пряди волос, придавал коже мистическое сияние и отбрасывал тени на глазницы, так что Сэту на мгновение почудилось, что перед ним находится призрак.
        - Смотрю, ты сумел разрезать веревки, - заметила он. - Что же, тем хуже для тебя: пойдешь со мной.
        - Куда?
        - Я же велела тебе заткнуться! Возвращаемся на кладбище за оружием и боеприпасами. Без них мы долго не протянем - сам видишь, что здесь творится.
        - Ты спятила? Тебе мало этих ублюдков?
        - Еще слово и клянусь, размозжу тебе череп вот этим топором. Вставай и иди за мной.
        Сэт открыл рот, чтобы огрызнуться, но способность анализировать вновь вернулась к нему в полной мере. Всё, начиная от движений, манеры держаться, до интонации голоса говорили, что Сандра готова сорваться в любое мгновение. Она была в миллиметре от черты, переступив которую, невозможно более отдавать отчет своим действиям. Кто бы она ни была, какую подготовку не проходила, - она оставалась всего лишь человеком, девушкой напуганной возможно не меньше его самого.
        Сэт кивнул, поднялся с травы и указал на топор в руке одного из трупов. Она поняла правильно, но жеста не оценила:
        - Дать тебе оружие? Еще чего. Пошли.
        Сандра отыскала поблескивающий в темноте опустошенный пистолет-пулемет и, засунув его за пояс, двинулась к холму, истыканному каменными столбами-иглами, словно исполинский дикобраз. Казалось, она не ведала страха: её тяжелые бутсы уверенно топтали траву, голова на прямой спине изредка поворачивалась, точно система наведения выискивающий цель, а руки держали боевой топор умело, будто желая возможности пустить его в ход.
        Но тогда почему Сэт видел, что за образом боевой машины стоит взведенная до предела, готовая впасть в истерику женщина? Что-то, чего Сэт не мог до конца осознать, разъедало её изнутри, а внешняя атмосфера довлела болью, кровью и смертельной опасностью - вся обстановка снаружи просто не могла ни прогрызать дорогу к её сути и нервам. Сандра держалась лишь на нечеловеческом запасе сил, но когда он истощится, Сэт хотел бы находиться от нее как можно дальше.
        Поскольку убегали с кладбища они не долго, то идти пришлось не так уж и далеко. Десятки и сотни обелисков окружили их словно деревья в каменном лесу. Сердце Сэта вновь застучало барабаном, призывающим к отступлению, за каждым камнем мерещились наголо бритые Потрошители, оскаливающие свои зубы, не уступающие в остроте кривым ножам в их руках.
        По мере приближения к вершине холма кожу все больше пробирал озноб, с каждым шагом мурашки все активней ползали по спине, и казалось, что на загривке поднимаются волосы.
        Но это не было постыдной робостью труса: даже несгибаемая Сандра стала действовать заторможено и неуверенно, а когда они добрались до обелисков с притоптанной возле них травой, Сэт окончательно в этом убедился. На том месте, где еще недавно они с Гусаром были привязаны к столбам, каменные стелы были покрыты слоем синего инея. Холод шел отовсюду: от камней, земли и травы - будто вершину холма заморозил гигантский неисправный рефрижератор, прошедший здесь на низкой высоте.
        Теперь идти бесшумно стало невозможно: каждый их шаг сопровождался хрустом ледяных кристаллов и ломающимися под подошвами ног замороженными травинками. Сандра, словно желая убедиться не сбежал ли Сэт, а может, просто опасаясь за свою спину, оглядывалась всё чаще. Впрочем, скрытно сбежать у Сэта все равно бы не вышло - хруст под ногами с головой выдал бы его намерения, да к тому же, какое-то чувство сродни мазохистскому, заставляло его следовать за девушкой, чтобы посмотреть насколько её хватит. В глубине души Сэт хотел знать её предел.
        В конце концов, она если и была старше Сэта то не более чем на несколько лет - и его самолюбию был бы нанесен жестокий урон, узнай он, что кроме боевых качеств она превосходит его и решительности.
        Выходящий изо рта воздух начал превращаться в белый пар, и теперь Сэт действительно стал замерзать. Пригнувшись по примеру скрывающейся во тьме Сандры, он опустил руку на что-то гладкое и ледяное. И чуть не воскликнул от неожиданности, распознав в этом кровь, превратившуюся в красный лед. Рядом с ним лежало тело расстрелянного Сандрой сектанта - вероятно в прошлой своей вылазке она начала своё стремительное отступление с этого места.
        Девушка, сидевшая рядом с ним на корточках, неожиданно перестала выглядывать из-за каменного креста и, подав ему знак, встала в полный рост. Хруст под её ногами был оглушителен - Сэт не на шутку встревожился, представив себе, как сюда сбегаются все оставшиеся в живых Потрошители.
        Однако за исключением шума издаваемой ею, ночь была беззвучна, как в страшном сне, и Сэт, наверно чтобы не оставаться в нем одному, взобрался за Сандрой на самую вершину холма. Правда, сразу же пожалел, увидев замершие на крестах фигуры.
        Они были похожи на ледяные статуи, выжившего из ума авангардиста. Бледные, покрытые слоем инея лица замерли с оскалами, или ртами, открытыми в беззвучном крике. Белесые глаза застыли во льду вместе с запечатленным в них страхом и страданиями. В пустых животах зияла тьма и, казалось, что там поселилась какая-то страшная сила недоступная человеческому пониманию.
        Невозмутимая Сандра приблизилась к одной из статуй, прославляющих тьму в человеческих душах, и замерла, с интересом разглядывая лежащие под ней потроха.
        - Я не вижу печени, сердца и почек, - произнесла она бесцветным голосом. - Очень странно…
        Сэта трясло, и он хотел надеяться, что это от холода. Чтобы унять дрожь, он сделал два шага в сторону и еле сдержал крик, когда его нога сорвалась в пустоту, едва не увлекая за собой все тело. Теперь его прошиб пот: в черном пятне на земле он узнал колодец, в который сбросили Гусара. Из него пахнуло смертью, тянуло холодом, а еще виднелся край сброшенной туда сектантами веревки.
        - Кажется, во внутренностях кто-то рылся, - продолжала свой монолог Сандра. - Надеюсь, это было какое-то животное…
        - Заткнись! - бросил он. - Ищи то, зачем пришли и проваливаем!
        Не поведя в его сторону и ухом, Сандра склонилась над привязанным к кресту телом и принялась что-то вытаскивать из поясных сумок.
        - Отлично! - сказала она через секунду. - Фонарь, пистолет и две обоймы…
        Оглушительный хруст раздался как гром средь бела дня. Сэт осознал лишь, что звук приближался по нарастающей и столь стремительно, что у него не было времени искать его источник. Тем не менее, он успел повернуть корпус и увидеть быстро бегущий на него из тьмы силуэт человека с ирокезом.
        Тело само собой метнулось в сторону, топор промелькнул над головой, затем невесомость, падение и смыкающаяся над головой тьма. Мысль, что угодил в колодец, мелькнула в голове подобно молнии. Попытавшись выровнять падающее тело, он выбросил руки в стороны: одну тут же отдернул, обжегшись о стены колодца, но другая сама по себе зацепилась за что-то упругое. Он ощутил рывок, падение остановилось, но тело отозвалось болью, столкнувшись с каменной кладкой.
        Какое-то время, показавшееся ему вечностью, он не мог понять, где находится и что происходит, зато потом обнаружил себя висящим во тьме жерла колодца, всеми силами вцепившимся в спасительную веревку, тянувшуюся к светлому пятну наверху.
        Светлое пятно на мгновение сделалось ярким кругом и в шахте раздался звонкий от напряжения голос Сандры, которому он еще никогда не был так рад:
        - Сэт! Ты где?!
        - В колодце! - отозвался он. - Ты его убила?!
        - Нет, я его потеряла! Но он где-то здесь! Ты в порядке?
        - Да, я вишу на веревке!
        - Сейчас помогу!
        Пятно наверху вновь приобрело правильную форму белого круга и Сэт смог рассмотреть линии цемента в кладке стен колодца. Свет фонаря Сандры становился все отчетливей, пока, наконец, не показалась её голова, и яркий луч не ударил в глаза Саймона.
        - Можешь выбраться?
        - Да, дай только прийти в себя!
        Луч фонаря резко пропал, эхо от стрельбы обрушилось на Сэта ледяным душем. Развернувшаяся навстречу опасности Сандра открыла огонь, но видимо опоздала: стоя на самом краю, она потеряла равновесие и с отчаянным криком полетела во тьму колодца.
        Сэт ухватил её рефлекторно. Его тело рванулось вниз, треща от растяжений всех связок, но жажда жизни не позволила пальцам правой руки отцепить веревку, а титаническое усилие воли заставило пальцы левой крепче вцепиться в запястье девушки.
        Та еще не понимала. Хлопала глазами. Фонарь в одной руке бил прямо в глаза Сэту, в другой руке она держала пистолет, так и не выпустив его при падении.
        - Помоги мне! - выдавил Сэт, понимая, что не продержится долго в таком положении.
        Но вместо того, чтобы ухватиться за веревку, девушка взглянула наверх и её глаза распахнулись еще шире. Сэт с трудом приподнял голову и увидел, как наверху в свет фонаря попала голова с ирокезом, блеснувший нож пытался перерезать веревку.
        - Владыка Асмодей будет мной доволен, - сообщил носитель ирокеза. - Вы будете заперты в темнице, пока не умрете от голода и жажды…
        Невыносимый грохот, вспышка света и облако пороховых газов смяло личность Сэта на несколько критических секунд - это Сандра, выставив пистолет перед его лицом, несколько раз нажала на спуск.
        Сверху в колодец упало тело, которое задело Сэта лишь самым краем, но вкупе с прочими обстоятельствами, заставило пальцы на веревке разжаться.
        Падение не оказалось болезненным - возможно он упал на тело предводителя Потрошителей, или сброшенного сюда ранее Гусара, а возможно и на Сандру. Как бы там ни было, он поднялся первым и потянулся за лежащим в стороне фонарем.
        - Сандра, ты жива? - спросил он, когда яркий луч вырвал из тьмы облик избитой, но узнаваемой по медным волосам девушки.
        Она открыла глаза, мутно всмотрелась в силуэт за источником слепящего света, и едва заметно кивнула:
        - Жива. Где мы?
        - В колодце, - отозвался Сэт. - До чего я их не люблю… Боже, тут словно морозильник.
        Пока Сандра приходила в себя, он провел лучом фонаря по обледенелым стенам вокруг.
        Они находились в небольшой комнате, покрытой толстой коркой льда, испещренной сотнями или даже тысячами странных надписей.
        - Все выходы отсюда давно и надежно завалены, - сообщил он. - И, похоже, до недавнего времени тут что-то обитало.
        - Обитало тут? - недоверчиво переспросила поднявшаяся на ноги девушка. - Вряд ли.
        - Я видел как эти фанатики, отодвинули камень наверху и сбросили веревку, чтобы нечто смогло отсюда выбраться.
        - Ничто не могло прожить здесь более нескольких часов, - возразила она. - Очнись, Саймон Сэт, это просто склеп - в древности таких погребали влиятельных и знатных персон…
        - Тогда как ты объяснишь это?
        Луч фонаря Сэта остановился на одной из стен, снизу доверху покрытых бесчисленными, вырезанными во льду огромными и едва заметными надписями, которые частично переходили на потолок и полностью усеивали пол. Присмотревшись, Сэт увидел, что все эти бесчисленные надписи повторяли только одно слово.
        "Ненавижу".
        "Ненавижу".
        "НЕНАВИЖУ".
        Тысячи, и даже десятки тысяч "ненавижу". Сэта пробрал мороз, не имеющий ничего общего с леденящим холодом царившим здесь во мраке.
        - Было бы странным, если это писал покойник.
        - Что здесь написано? - спросила Сандра. - Не могу разобрать.
        - Это на довоенно-русском, - сообщил Сэт. - Тут везде лишь одно слово: "Ненавижу".
        Повисло молчание, и в уши Сэта оглушительно ударил звон тишины.
        - Знаешь, - сказал он, не выдержав, - я думаю, ты права. Человек не протянул бы здесь и дня. Но чтобы проделать подобное, любому потребуется очень большой срок и океан нечеловеческой ненависти…
        - Поверь на слово, - сказала Сандра, - кто бы это не написал, но его ненависть не идет ни в какое сравнение с тем, что я испытываю к тебе.
        Она отобрала у Сэта фонарь и мазанула лучом света по кругу.
        - Тебя послушать - так здесь жил монстр, - добавила она с сарказмом, но наткнувшись на его взгляд, сурово произнесла: - монстров не существует, Саймон Сэт. Ни монстров, ни магии…
        В следующий момент случилось сразу две вещи: фонарь в руках девушки высветил труп Гусара, который был изодран, изорван и выпотрошен - объяснить это простым падением с высоты было невозможно, даже с большой натяжкой. А над их головами раздался позабытый было рёв, который заставил их обоих содрогнуться. Сандра направила луч фонаря и дуло пистолета в шахту колодца, да так и замерла на десяток секунд.
        - …Надеюсь, что все обстоит действительно так, как ты говоришь, - полушепотом произнес Сэт. - Очень надеюсь, что этот собачий холод был вызван перепадом ночной температуры, а не каким-то колдовством, и в этой ледяном склепе жил совсем не монстр…
        - Хватит болтать, - оборвала его Сандра. - Лезь наверх.
        - Почему я?
        - Потому что я так сказала!
        Сэт с секунду помялся, а потом ласково произнес:
        - А ты не боишься, что взобравшись наверх, я перережу веревку, и ты останешься здесь навсегда?
        Сандра раздумывала втрое больше:
        - Черт с тобой. Сиди тут, пока я тебя не позову.
        - Зачем сейчас вообще туда лезть? - поинтересовался Сэт.
        - Что бы это ни было, у нас есть оружие, - сказала она так, будто уговаривала сама себя. - А если веревку перерубят, или поставят тот валун на место, мы останемся здесь навсегда - как и обещал этот с ирокезом.
        Сэт кивнул с серьезным видом, однако на его лице мелькнула едва заметная тень ухмылки: он не мог ни обратить внимания на её оговорку по поводу оружия в их руках. Потом стал наблюдать за тем, как по мере продвижения девушки вверх, все далее исчезает свет фонаря.
        На мгновение ему показалось, что совершил ошибку: остаться здесь, в прямом смысле ледяной тьме на деле было практически невыносимым испытанием для воли. Но он не позволил нарастающей панике взять над собой вверх - его расчет был верен, и точка.
        Еще до того, как девушка добралась до края колодца, и внутрь перестали падать последние отблески света, Сэт склонился над трупом Гусара. Когда они упали в колодец и Сандра еще не отобрала у него фонарь, он заметил нечто… нечто, что могло оказаться донельзя полезным. Только была проблема, что добраться до этого в кромешном мраке, избегая месива плоти и костей в которое превратился Гусар, было крайне затруднительно.
        Однако десяток секунд спустя он нащупал искомое: пальцы вцепились в тонкий ремень, рука дернулась, и Сэт стал счастливым обладателем разорванной и влажной от крови кобуры с пистолетом. Можно было надеяться, что в нём достаточно патрон. Но если это так, оставалось загадкой, почему Гусар им не воспользовался и почему его не отобрали сектанты. Не было возможности стрелять? Сектанты на дух не переносят огнестрельное оружие? Дьявол его знает.
        Как бы там ни было, проверить боеприпас, Сэт не рискнул - не так уж хорошо он владел огнестрельным оружием, чтобы извлекать рожок в почти кромешной тьме.
        Борясь с ознобом и прислушиваясь к звукам, доносящимся сверху, он ощупал кобуру совсем как слепец незнакомый предмет. Осмотр наводил на неутешительные выводы: в том месте, где в петлях кобуры должны были располагаться запасные обоймы, зияла пустота, - что в свою очередь могло значить, что весь боеприпас был расстрелян. С другой стороны, это могло не значить ровным счетом ничего.
        Отбросив бесполезную кобуру, он несколько раз сжал пальцы на холодной массивной рукояти пистолета - проклятый ледяной налет не желал так просто покидать насиженное место. Но спустя полминуты, Сэт уже продвигался к тусклому пятну света, на фоне которого из шахты свисал канат.
        Когда он проделал тот же путь, что и Сандра, остановился у самого выхода из колодца. Крепко сжимая веревку, он замер и лихорадочно принялся искать причину. Причину, которая оправдывала нерешительность, что не позволяла ему выглянуть на поверхность.
        Наверно он не хотел понапрасну злить Сандру, но еще больше беспокоило отсутствие от неё известий. С того момента, как она вылезла из колодца, с поверхности не донеслось ни единого звука. В таких обстоятельствах высовывать из колодца голову было сродни борьбе со штормовыми волнами не дающими выйти из воды. В этом случае штормовыми волнами выступали древние инстинкты, велящие Сэту замереть, или бежать что есть силы.
        В очередной раз Саймон Сэт совладал с самим собой: кажется, до тех пор, пока не потерял память, он признавал только холодную, иногда циничную логику, а в ней не было места для сильных чувств и, уж тем более, для иррационального страха. Сандра была права: оставаться внизу было намного опасней, чем лезть на поверхность - тем более, что сейчас он вооружен.
        А если с Сандрой что-то случится, его шансы выжить резко понизятся. И не важно, что она сама мечтает с ним разделаться - он и дальше может балансировать на самой границе между её ненавистью и долгом…
        Зацепившись за выступ, одним резким движением он выдернул вверх половину своего тела и вскинул перед собой пистолет.
        Первое, что он увидел, целящуюся во что-то Сандру. На поверхности было гораздо светлее, чем внизу, однако Сэт так и не смог разглядеть цель девушки: вокруг были лишь кресты с телами людей, и непроглядная мгла между ними.
        Сандра не двигалась.
        Сэт направил дуло пистолета в ту же сторону и во все глаза стал пялиться, в черноту…
        Движение рядом с девушкой чуть не заставило его сорваться в колодец. Что-то зловещее, едва различимое, с ледяным спокойствием игнорируя направленный на себя пистолет, медленно надвигалось на Сандру.
        Сэт не мог различить детали. Он вообще не мог различить силуэт. Он знал, что существо там, ощущал его присутствие каким-то шестым чувством. Знал и ощущал, но не мог видеть!
        Оно уже было в трех шагах от девушки, ледяные потоки воздуха исходили от него во все стороны, дуло пистолета Сандры стало покрываться инеем, а из её рта начали вырываться белые облака пара. Сэт видел, как задрожал её пистолет, но сама она словно оледенев, не делала ничего, чтобы остановить надвигающийся ужас…
        Сэт надавил на спусковой крючок… Не произошло ничего. Мысль, которая не пришла ему в голову в колодце, яростной вспышкой озарила его сейчас.
        Лихорадочно сняв оружие с предохранителя, передернул затвор и вновь направил оружие на обретшую форму, квинсистенцию ужаса из ночных кошмаров. Сухой щелчок затвора привлек к себе внимание: Сэт почуял обращенный к себе взгляд полный лютой ненависти и алчного вожделения. Его всего передернуло, когда он ощутил насколько сильна была эта ненависть и насколько мощным было стремление его уничтожить.
        Он сам не заметил, как спустил курок. Пистолет дернулся, отдача едва не отбросила его в черную пропасть колодца. В то же мгновение прозвучал еще один выстрел: Сандра все-таки решилась нажать на спуск.
        Рёв, похожий на вой воздушной сирены усиленный стократ, пронесся по холму и раскатился по всему миру. Ледяная корка, обернувшая весь холм, кресты и даже висящие на них тела, отозвалась леденящим душу звоном и лопнула, не выдержав этого крика. На том месте, где стояло нечто, произошло быстрое движение, заставившее взвиться в воздух тучу снежной пыли и крохотных осколков льда.
        Когда Сэт пришел в себя, эффект присутствия потустороннего существа пропал, а Сандра с безумным взглядом направила трясущийся пистолет на него…
        - Брось! Брось пушку!
        Сэт не сразу понял, о чем она, но когда осознал, возмутился:
        - Сандра, я только что спас…
        - Я сказала, брось пушку, урод!
        Сэт откинул от себя пистолет, и, не сводя взгляда с обезумевшей Сандры, принялся окончательно выползать из колодца. Прежде чем ему это удалось, она оказалась рядом, подобрав валяющийся пистолет, схватила Сэта за шиворот и поставила его на ноги.
        - Ты урод! Сколько у тебя еще уловок?! Откуда у тебя оружие?!
        Сэт взглянул на трясущуюся девушку, посмотрел в наполненные безумием глаза, перевел взгляд на её угрожающе выставленный пистолет и догадался, что свободной рукой она обыскивает его, скорее на автомате, чем хоть сколько-нибудь осмысленно.
        Он попытался воззвать к её разуму:
        - Я не враг. Я только что спас тебе жизнь…
        - Заткнись! Это из-за тебя мы здесь! Ты во всем виноват! Я с самого начала была против этой затеи! Я бы ударила тебя да боюсь, что не сумею остановиться!
        - Хорошо, хорошо, - размеренно произнес Сэт. - Ты не знаешь, что это было?
        Против его ожиданий мысли девушки не потекли в ином направлении, она снова выдавила сквозь зубы:
        - Замолчи! Лучше не провоцируй меня! Я ведь велела тебе молчать!
        Попутно завершив бесцеремонный обыск, она отошла на два шага и обхватила голову руками. На какое-то время она замерла, направив дуло пистолета в копну собственных волос. Другой пистолет она держала в кобуре под мышкой, но у Сэта не возникло и мысли воспользоваться ситуацией.
        Девушка, уже не обращая на него внимания, бормотала что-то бессвязное, но хорошо знакомое:
        - Я им говорила. Я говорила… Не стоило сюда лезть… А магии не существует. Нет, не существует… Ни монстров, ни демонов, ни магии!
        Сэт, наконец, зацепил хвост ускользающей мысли. Он потянул его, и развернул память, словно рулон бумаги.
        Губы раздвинулись в стороны, образовав злую ухмылку, голова повернулось влево-вправо.
        Он был в темноте, на холме усеянном крошками лопнувшего льда, среди крестов с прикованными к ним обледеневшими мертвецами. А рядом с ним вооруженный агент СГБ продолжал бороться с подступающим безумием.
        И тогда он засмеялся. Дико. Будто сам обезумел на несколько мгновений.
        Что это? Истерика? Нет - нечто другое.
        - Что смешного? - зарычала, наконец забывшая о гложущих противоречиях, Сандра. - Ты смеешься надо мной?
        - Ты все время говоришь, что монстров не существует! - произнес он сквозь слезы смеха. - "Ни магии, ни монстров" - ты все время это повторяешь! Тогда что это едва нас не убило? Да и где мы сейчас? А? А я ведь тоже дурак! Я ведь хотел! Помнишь?.. Хотел! Хотел, чтобы магия существовала. Желал чтобы существовал иной мир вдали от этих злачных городских башен и мерзких трущоб под ними… Да, я дурак - не спорю… Где мы, Сандра? Как мы вообще сюда попали?
        - Значит, ты все вспомнил? - спросила она, меняясь в лице.
        Она сделала осторожный шаг к нему. Сэт заметил, что ее левая рука, словно невзначай потянулась к кобуре, а правая крепче стиснула рукоять своего пистолета. Неужели она собирается стрелять с двух рук?
        Ответ Сэта был очевиден:
        - Нет. Я не вижу целостной картины. Лишь несколько жалких отрывков в океане слепых пятен. Проклятье, ничего не могу понять.
        Она выдохнула, но без всякого облегчения, скорее как человек обреченный выполнять трудную, нескончаемую работу. Сэт же скривился от разочарования - он надеялся услышать ответы на терзающие его вопросы.
        - Нам надо двигаться, - произнесла она. - Это место…
        - Проклято? - попытался угадать Сэт.
        - Опасно, - докончила она.
        Сэт кисло усмехнулся и поплелся следом за вконец разбитой и опустошенной Сандрой. Впрочем, он сразу приободрился: сейчас, когда психические силы девушки полностью иссякли, а физические были на пределе, можно было не бояться за свою жизнь. Саймон Сэт чувствовал, что она больше не представляла опасности.
        В нынешнем её состоянии он без труда мог бы её раздавить…
        Кстати об этом… Он осторожно пощупал свою шею и оскалился из-за боли. То, чему полагалось там быть исчезло, оставив на память лишь небольшой ожог.
        Нахлынувшее чувство утраты едва не погрузило в пучину отчаяния. Он больше не был тем, кем являлся большую часть жизни - он не был хозяином своей судьбы. Теперь его вела воля идущей впереди женщины - и он не мог ей противостоять. Если это игра - он её проиграл.
        Он никогда не был бойцом - лишь стратегом, умеющим повелевать людьми - а сейчас он лишился даже этого. Сандра ведет его назад в прежний мир городских трущоб и небоскребов - он никогда не узнает, где побывал на самом деле и не поймет как избавиться от тумана - в лучшем случае, после долгих допросов ему сотрут память.
        Но что он мог сделать? Броситься на неё и умереть?
        Словно прочтя его мысли идущая впереди девушка, повернула в его сторону лицо.
        Глава 7
        Только оставив проклятое кладбище вместе с его памятниками и нечестивыми обелисками далеко за спиной, Сэт обнаружил насколько сильно замерз. Его руки дрожали, а зубы клацали так, что он удивлялся, как мог не замечать этого столь долго.
        Неестественная изморозь, окутавшая хрустальным покрывалом половину кладбища, казалось, незаметно пробрала его до самых костей. Он не мог согреться, унять дрожь и лязг зубов, даже спустя несколько часов, когда просветлел край неба и первые лучи проснувшегося солнца коснулись его словно божественная благодать.
        Он сдержал слово. За все это время не издал ни звука. Впрочем, его не то спасительница, не то похитительница шла точно так же молча, смотря себе под ноги, иногда пошатываясь, судорожно хватаясь за ребра, но, невзирая на надежды Сэта, никогда не останавливаясь. Кажется, она не обращала на своего попутчика никакого внимания. Сэту начало казаться, что если из-за смертельной усталости его ноги подкосятся и он упадет замертво, она не оглянется и не вернется чтобы его добить. Ведь этого и не потребуется.
        Именно по это причине, превозмогая самого себя, он упрямо шел вперед, шаг за шагом, шаг за шагом - без малейшей передышки и самой краткой остановки.
        Его неустанно подгоняли могучие и неосязаемые силы: впереди маячил слабый огонек надежды, сулящий конец мучениям - жажда жизни тянула его к нему словно мотылька; попятам же неспешно трусил страх - он смотрел куда-то между лопаток Сэта, и этот взгляд жалил не хуже скорпиона.
        В мире, где остановка - синоним смерти, а усталость и безумие - норма, его по-прежнему не оставляла надежда. Надежда на то, что всё образумится, на то, что идущая впереди девушка упадет первой, и он сможет отобрать у нее оружие, и тогда, неумолимо идущее по их следам чудовище все же отстанет от него, испугавшись вновь нарваться на так больно жалящие пули.
        Время от времени Сэт нервно оглядывался, но в основном ему не хватало воли и на это. Словно дрожащий ночью ребенок, уверенный в том, что выглядывание из-под одеяла спровоцирует затаившееся чудовище на нападение, страх не позволял Сэту оборачиваться.
        В те несколько мгновений, когда удавалось его перебороть, он ничего не видел из-за кромешной тьмы, которую больше не резали серебристые лучи луны и звезд. Демонического воя давно не было слышно и, казалось бы, что все страхи беспочвенны, однако нечто скрытое глубоко внутри просто-таки вопило о крадущейся позади смертельной опасности.
        Если бы кто-либо сейчас попросил Саймона описать это чувство - он не нашел бы слов. Как можно рассказать о чувстве, из-за которого трепещет душа, а волосы на загривке стоят дыбом? Как может никогда не чувствовавший подобного человек понять, на что похоже то, когда твое тело не принадлежит тебе? Быть может тут уместно сравнение с тем как безоружный человек, замерев от ужаса, неотрывно следит за слюной, стекающей из оскаленной пасти стоящего перед ним тигра?
        Каждой частичкой тела Сэт чувствовал на себе давящий, нечеловеческий взгляд и присутствие того, чего не в силах постичь. И когда лучи встающего солнца окрепли настолько, что без труда можно было различить горизонт, Саймон нашел в себе силы встретить взглядом притаившееся чудовище.
        Он оглянулся. Сбился с шага, припал на землю и замер, в изумлении распахнув глаза. Суматоха привлекла внимание казалось бы безучастной девушки: она бросила за спину оценивающий взгляд и мгновенно остановилась. Сэт не успел различить момент, когда в ее руках возникли пистолеты - взгляд вцепился туда, где они проходили полминуты назад.
        Весь их след, до самого горизонта покрывала синяя и ярко переливающая, словно алмазная крошка, ледяная изморозь. Будто гигантская бело-синяя ковровая дорожка, извилисто простирающаяся точно там, где они проходили минуты и часы назад - словно они тащили за собой арктический холод с самого кладбища. На секунду, всего лишь на мгновение, но Сэт поверил, что это их собственный след - один из них, или они оба генерировали вокруг себя ледяную стужу.
        - Нет! - закричала он, осознав истинный источник аномального явления. - Это чудовище! Оно идет по нашим следам.
        На этот раз Сандра не ответила в духе "монстров не существует" - стояла как вкопанная, с пальцами вцепившимся в рукояти пистолетов и распахнутыми глазами, пытающимися осмыслить происходящее.
        Круглый пятачок ледяной стужи в десяти метрах перед ними, расширялся во все стороны прямо на глазах. Трава, покрытая темно-синим инеем, даже не думала оттаивать под лучами утреннего солнца - напротив, с каждым мгновением иней, точно лесной пожар, отвоевывал у поля всё большую площадь. А в самом центре зачарованного клочка земли образовывался лед, от которого во все стороны клубился ярко белый пар.
        - Чудовище там! - закричал Сэт. - Оно стоит в самом центре! Стреляй!
        - Ты его видишь? - хрипло выдавила она. - У меня мало патрон чтобы бить наугад…
        - Стреляй же!
        Прогремел выстрел и вслед за ним, издав дикий громоподобный рев, нечто сорвалось с места и яростно помчалось прочь в обратном направлении. Сандра стреляла ему вслед даже когда эта и без того практически невидимая прозрачная тень исчезла в глубине ледяной дороги. Судя по её лицу, превратившемуся в маску отчаяния, она бы продолжила стрелять и дальше, но оба пистолета, издав сухие щелчки, прекратили изрыгать из себя пламенные снопы.
        - Это был призрак, - сказал Сэт, с трудом унимая колотившую дрожь.
        После паузы такой длинной, что Сэт уже решил, что девушка потеряла дар речи, она произнесла:
        - Ерунда.
        - Ерунда? - переспросил Саймон.
        Он очередной раз поразился её упертости и нежеланию признавать истину. Ну конечно, сейчас заведет свое её любимое: "Монстров не существует. Ни монстров, ни магии"…
        Впрочем, вместо этого, она бросила нечто иное:
        - Призраки не боятся пуль.
        Не обратив внимания на удивленно покосившегося на нее спутника, Сандра засунула пистолеты в кобуру и, согнувшись, уперлась руками в колени, как футболист на передышке.
        - На какое-то время он отстанет, но, думаю, скоро вернется, и опять пойдет по вашим следам…
        Сэт подскочил, озираясь, а потом как-то мгновенно сник, с холодной ясностью осознав, что сошел с ума. Откуда еще мог взяться властный мужской голос посреди чистого поля с короткой до голени травой?
        - Он хочет её - его тянет к ней как магнитом. Но он чует твою кровь и он боится - я чувствую его страх.
        Продолжающий сидеть на земле Сэт, округлил глаза и бешено закрутил головой: так и есть - никого кроме их двоих поблизости не было. Полный силы и власти голос неведомого мужчины звучал прямо в его черепе.
        - Что это? - спросил Саймон, и обеспокоенно обернувшаяся к нему Сандра поймала отсутствующий, полный страха и безумия взгляд. - Неужели я схожу с ума?!
        - Я долго искал тебя, Саймон Сэт - далеко же ты забрался, - продолжил бесстрастный голос.
        - Кто ты? Где ты?!
        - Это сейчас неважно. Считай, что я просто голос друга, звучащий у тебя в голове, и если ты хочешь выжить в этом мире, следуй моим указаниям.
        - С кем ты разговариваешь? - спросила Сандра, не отрывая взгляда от его лица.
        - Я не… - растерянно начал Сэт, но голос неведомого человека перебил:
        - Не отвечай, ибо она примет тебя за безумца. Говори со мной в уме - я слышу твои мысли так же четко, как ты собственный голос.
        - Я не знаю… Кажется я потихоньку схожу с ума, - ответил ей Сэт.
        - Ха-ха, - злорадно усмехнулась девушка, - великий Саймон Сэт теперь жалок как мокрая мышь… Ладно, у меня кончились патроны. Нам нужно двигаться, пока это… чтобы это ни было, не решило вернуться. Вставай.
        - Тебе с ней не по пути, - вновь вмешался в голос, - расстанься с ней без промедления.
        - Я не стану тебя слушать.
        - Тогда ты пропадешь. Спроси ее, куда она тебя ведет.
        - Что ты сказал? - взъярилась девушка. - Хочешь чтобы я выбила из тебя дурь кулаками?
        Сэт сцепил зубы, бросил на девушку решительный взгляд и поднялся:
        - Хорошо, идем… Кстати а куда идем?
        Она посмотрела на него оценивающе, затем произнесла:
        - На поиски Левиафана.
        - Левиафана?
        - Левиафана, - повторила она. - Он упал где-то там.
        Сэт бросил взгляд туда куда она указала и увидел впереди лишь горную цепь, венчающую бескрайнюю степь. Им ни за что туда не добраться, - понял он. - Надо идти в другую сторону.
        - Кто бы ты ни был, - сказал он мысленно, - скажи, что тебе от меня нужно?
        - Мне лишь нужно чтобы ты выжил, Саймон Сэт, и исполнил то, что тебе предназначено… "Левиафан" - помнишь? Сия женщина ведет тебя назад в прошлое. В Город из стекла и камней - попав туда, ты никогда не узнаешь правду об этом мире. Ты никогда не станешь хозяином собственной судьбы. Покинь её пока еще не поздно… Впрочем, решать лишь тебе.
        - Не знаю кто ты, - членораздельно произнес Сэт, - но я поклялся своей кровью, что спасу Город, и если для этого мне нужна правда - я пойду на всё, чтобы её получить…
        - Ты начинаешь меня напрягать, Саймон Сэт, - не оборачиваясь, произнесла девушка. - Перестань бубнить и замолкни!
        Безотчетно, он засунул руку себе за воротник - как и ожидалось, чуда не произошло - он не ощутил ничего, кроме боли от ожога. А это значило, что сможет идти куда захочет, только переступив труп Сандры…
        Недоверие, сомнение, страх, решимость смешались в груди Сэта в причудливый коктейль. По его вискам струился холодный пот, то и дело оборачивающая Сандра, натыкалась на дрожащие, расфокусированные зрачки.
        Но с каждым новым шагом взгляд становился всё более осмысленным и жестким, зубы сцепились, а руки сжались в кулаки.
        - Оставь её, Саймон Сэт. Она тебе не друг. Ты должен идти своей дорогой…
        - Убирайся! - сказал он. - Пошел прочь из моей головы! Я сам приму решение!
        Он ждал чуждых его разуму слов, ждал обещаний и угроз, но в голове висела звенящая тишина. Блаженство.
        Спустя пару минут он сфокусировался на спине впередиидущей девушки. Она вела его к "Левиафану" - обратно в Город, тесный, циничный, отравленный, лживый…
        Он не мог вернуться туда, не найдя ответов.
        "Левиафан" - зачем он ему? "Левиафан" - путь в прошлое.
        - Левиафан, - прошептал он. - Путь вникуда.
        Глава 8
        - Сэт! Саймон Сэт! Очнись!
        Он открыл глаза и обнаружил перед собой лицо Сандры, покрытое коркой грязи и засохшей крови.
        - Где я? - спросил он, медленно вращая глазами.
        Лицо перед ним расплылось в кривой усмешке:
        - Все там же - в полной заднице. Если не хочешь чтобы я подняла тебя пинками, вставай немедленно.
        Кажется, он все же не выдержал напряжения физических и психических сил. Вырубился на ходу, после того как принял решение.
        Он поднялся, прикрыл на секунду глаза рукой, затем огляделся. Вокруг простиралось бескрайнее поле, которое лишь где-то вдали перекрывала синеватая горная гряда.
        Посмотрев на Сандру, он понял, что времени прошло довольно много - по крайней мере, она уже не выглядела изможденной. И это было плохо. Он не чувствовал к ней ни ненависти, ни злобы, но она была врагом.
        Растирая виски большими пальцами, он пытался понять себя прежнего. Кто он и чего хочет? Глава и создатель преступного синдиката, за которым безуспешно гонялось Правительство? Благодетель, спасающий от яда и голодной смерти тысячи нуждающихся? Гений подпольного мира? Нет! Он тот зеленоглазый мальчик, стоящий в луже собственной крови и клянущийся в том, что спасет Город.
        Вся его жизнь, за исключением, пожалуй, двух последних лет, служила этой цели. Тогда он разочаровался, поняв, что не сумеет изменить Город, не убив при этом миллионы, но сейчас провидение дало ему второй шанс. Так неужели он его упустит? Неужели не пойдет на всё, для того чтобы исполнить своё предназначение?
        Он кисло улыбнулся, поняв, что невольно повторил слова возникшего в голове голоса. Неужели он все же плод воспаленного сознания? От пережитого шока началось раздвоение личности?
        - Всё, отдохнул? - язвительно спросила Сандра. - Теперь пошли, нам необходимо добраться до "Левиафана" раньше, чем его вновь поднимут в воздух.
        Он встал: "Сейчас, или никогда".
        - Прости, Сандра, - сказал Сэт, - но я не могу…
        Начавшая было движение, девушка замерла, повернулась к нему, спросила удивленно:
        - Что такое?
        Сэт опустил глаза. Пытавшаяся разобраться девушка подошла ближе и тогда рука Сэта метнулась к ножнам на ее поясе. Пальцы еще не успели, как следует сжать рукоять, а нож уже вылетел из ножен абсолютно бесшумно.
        Лезвие молниеносно взлетело вверх, но выгнувшаяся дугой девушка убрала с его пути горло и подбородок. Сэт, не меняя положение ножа в руке, изменил его направление - навалившись всей массой, он послал его вниз. С ужасом и облегчением он увидел, как блестящее лезвие входит в грудь не успевшей выровняться девушки.
        Что-то утробно затрещало, Сандра охнула и отскочила не менее чем на два метра. Затем она посмотрела на нож в его руке, с лезвием окрашенным красным ровно наполовину. В её затуманенных поволокой боли глазах все еще отражалось недоверие.
        - Прости, Сандра, - повторил Сэт, - но я не могу пойти с тобой.
        - Во имя Города я не дам тебе уйти, - выдохнула она.
        Её левая рука закрывала рану в груди, правая легла на пистолет, а глаза бешено сверкали.
        - Во имя Города я должен уйти. Я вернусь ни раньше, чем пойму устройство этого мира! Я точно знаю, что должен делать! Пожалуйста, не мешай мне.
        - И что же ты собираешься делать? - спросила Сандра, и голос её походил на звериный рык.
        - Оглянись, - сказал он, - тут трава, солнце и ни следа ядовитых паров. Я пойду на все, чтобы уничтожить туман. На всё, для того, чтобы люди в Городе смогли наслаждаться идиллией, что вокруг нас.
        - На всё? - тихо и грозно, как первые раскаты грома произнесла она. - Даже если для этого понадобится перешагнуть через мой труп?
        - На всё, - подтвердил Сэт. - Даже если мне придется собственноручно разрушить стены Города.
        Темные глаза стали черными от бешенства, она подняла пистолет и зарычала, давая фору любой львице:
        - Ты не уйдешь от меня!
        Все это время Сэт с ножом в руке стоял в боевой стойке - он знал, что пистолет был опустошен, но когда палец девушки спустил курок - содрогнулся.
        Выстрела не произошло, пуля не прошила Сэта насквозь, а зашатавшаяся Сандра, пятилась отступая.
        - Точка не поставлена… Ты не уйдешь от меня!.. Ты мой!.. Я тебя найду… Буду преследовать тебя вечно!.. Ненавижу!
        Она пятилась долго, глаза наполненные безумием следили за Сэтом, точно в любой миг ожидая повторной атаки. Лишь когда она прошла таким образом метров сто и её бессвязное бормотание смешалось с фоном природы, наконец развернулась и направилась к горам возвышающимся на горизонте синим миражом.
        Сэт смотрел на идущую неверной походкой девушку, гадая, обрек ли он её на смерть. Но вспомнив, кто она такая, решил, что с ней вряд ли могло что-либо случиться - она доберется до своего "Левиафана" и скоро вернется в Город.
        - Я правильно поступил, что напал на неё, - сказал он, будто уговаривая самого себя. - Я должен был разобраться во всем этом… Я должен изменить Город. Я сделал правильный выбор.
        - Разумеется, правильный, - вторил пугающий голос в голове. - Если ты хочешь спасти свой город, иного пути попросту нет.
        Сэт обеими руками сжал голову:
        - Оставь меня! Я же велел убираться вон из моей головы.
        - Хорошо, я покину тебя на время, но прошу, доверься мне. Иди на юг, и ты найдешь все ответы.
        - Ты знаешь ответы на мои вопросы?
        - Знаю, но ты должен увидеть всё своими глазами. Иди на юг.
        - Что там, на юге? Что там меня ждет? Эй! Ты меня слышишь?!
        Вновь зазвенела тишина. Взгляд Сэта заметался по бескрайним просторам, но так ни за что не уцепился: неведомо кому принадлежащий голос пропал, а крохотная фигурка Сандры затерялась где-то вдали - он остался один.
        Один в огромном мире полном магии и монстров.
        Часть 2 Мир магии и монстров
        Глава 1
        Стаи ватных облаков проносились над зелеными холмами так низко, будто высматривали себе место для посадки. Гоняющий их ветер на земле лишь едва обдувал кривые, одинокие деревья - должно быть, это потому, что путь ему перегородила, потянутая синеватой дымкой, горная гряда.
        Солнце испускало во все стороны целые снопы лучей, под которыми с удовольствием грелись замершие в траве полевые грызуны. Они не боялись в изобилии кружащих в небе огромных черных птиц, странным образом понимая, что целью стервятников были вовсе не они…
        - Над тобой кружит целая туча падальщиков, - произнес голос. - Они ожидают мига, когда ты сдашься и упадешь, чтобы вонзить в твою плоть когти и обагрить клювы еще теплой кровью. Но я верю, Саймон Сэт, верю, что ты не достанешься им на поживу - ты справишься.
        Одеревеневшие ноги упорно несли Сэта все дальше на юг. Ему казалось, что он идет довольно быстро и целеустремленно, но на самом деле он шаркал по земле, шатался и петлял.
        - Скоро солнце начнет клониться к закату, - продолжал голос. - Ты идешь с утра, ты устал, ты голоден и ты не пил два дня. Но именно поэтому ты не должен останавливаться. Малейшая передышка - и ты уже не сможешь подняться. Надежда на нахождение воды иссякнет как родниковый ключ в засушливый год…
        Саймон не ответил и на этот раз. Он устал гнать голос, который появлялся в его голове несколько раз на дню. Не смотря на то, что его обладатель вроде бы утешал и поддерживал, Сэту казалось, что он просто получал садистское наслаждение.
        Сэт шёл с Сандрой по равнине всю ночь, а затем, когда остался один, весь день топтал эти проклятые холмы, ни разу не остановившись для отдыха. Он был изранен, обессилен, но страшнее всего была жажда. Она была невыносима: ему хотелось вскрыть вены, чтобы напиться собственной крови, - удерживала только боязнь, что в жилах он не найдет и капли влаги. Кровь загустела, высохла, превратилась в труху - наверно сейчас он был похож на высохшее дерево, мимо которого только что прошел.
        Впрочем, он не ответил бы голосу, даже если бы захотел: рот пересох, и каждое движение языка отзывалось острой болью, а голова была столь тяжела, что вряд ли в ней могла родиться осознанная мысль.
        - Иди, Саймон, иди, - повторял голос. - Ты не достанешься стервятникам, скоро ты найдешь воду…
        За спиной раздался вой. Не такой жуткий и демонический, как на том кладбище, но все же пронзительный и сулящий беду. Сэт обернулся и чуть не упал - ноги забыли остановиться.
        На далеком холме появились темные фигурки, их очертания на фоне быстро струящихся облаков были вполне четкими, но Сэт все равно не мог понять…
        Несколько фигурок запрокинуло головы, и над окрестностями прозвучал протяжный вой.
        Волчий вой.
        - Беги Сэт! - воскликнул голос.
        Сэт побежал. Он не думал, что у него оставались силы, но он бежал так быстро, как вряд ли когда-либо бегал в своей жизни. Время скакало галопом, земля под ногами проносилась с неимоверной скоростью, тело разрывали адские муки, а радостный вой становился все громче.
        - Стой, Сэт, - приказал голос, когда он достиг вершины очередного холма, - тебе не спрятаться и не убежать, тут нет даже дерева, на которое можно залезть. Ты должен остановиться и принять бой…
        Сэт не слушал, продолжал бежать до тех пор, пока первая пара клыков не уцепила его лодыжку.
        Спасли штаны, сделанные из износостойкого полимера: волчьи челюсти сомкнулись, но не продавили, а соскользнули и клацнули в сантиметре от ноги. Правда Сэт всё же упал, мгновенно извернулся и полоснул, неясно как очутившимся в руке ножом, по волчьему боку: короткий визг, а затем яростный то ли лай, то ли рык.
        Мало что помня, он дрался за жизнь, вертясь ужом и размахивая ножом во все стороны. Волки не давали ему подняться, повсюду мелькали их раскрытые пасти, яростно горящие глаза и вздыбленные загривки. Они нападали со всех сторон, кусали, тянули за руки и за ноги, но каждый раз отступали, лишь стоило Сэту извернуться и направить нож в их сторону.
        Тело покрылось жидким огнем, а внутри все заледенело, Сэт почти смирился с неизбежным, почти был готов сдаться. Останавливало лишь знание, что волки вряд ли убьют его быстро, скорее будут срывать с него плоть до тех пор, пока он не умрет от шока.
        - Не хочу, - не то крикнул, не то прошептал он, - не хочу так умирать.
        Словно отвечая на его просьбу, волчья стая вдруг отступила. Сэт не преминул воспользоваться паузой в этой неравной борьбе, приподнялся и поудобней перехватил скользкую от крови рукоять ножа.
        Несколько волков повернули к нему морды. Их полны голода глаза и хищные оскалы заставили волосы Сэта встать на дыбы, но в следующий миг волки вновь утратили к нему интерес. Будто что-то услышав, агрессоры синхронно отвернули морды, чтобы вместе с остальной стаей высмотреть что-то на холмистом горизонте… Самый рослый и свирепый среди них издал короткий рык и бросился куда-то в противоположную сторону. За ним, поджав уши, понеслась вся стая; на недобитую жертву, никто и не взглянул.
        Сэт попытался унять колотившую его дрожь, отдышаться, утереть кровь с лица, почти заливающую глаз, но таинственный голос вновь себя обнаружил:
        - Вставай, Саймон Сэт, - велел он, - чего бы не испугались волки, это будет пострашнее смерти от их зубов. Ты должен укрыться в безопасном месте. Вставай скорее.
        Сэт поднимался: казалось, это было сродни попытки встать не умеющему ходить от рождения. Но опустошенное, отдавшее последнюю влагу вместе с потом и кровью, истерзанное тело, ответило действием, словно проржавевшие врата под натиском могучей силы.
        Медленно поднявшись, он заковылял вниз по холму: у него еще оставалась надежда выжить, а затем спасти миллионы, - именно поэтому он не имел права сдаться.
        Однако у стервятников было иное мнение на этот счет. Наглые птицы устали ждать в небе, садились рядом, вытягивали шеи, провожая бредущую добычу долгим взглядом, а когда она отдалялась, нагоняли прыжками и вновь на время замирали.
        Сколько он прошел: сотню метров, две сотни, или два километра - Сэт не имел представления. Он нашел узкую дорогу, петлящую между холмами, но даже не понял этого. Возможно, конечно, из-за того, что дорога ассоциировалась у него с асфальтом, а вовсе не вытоптанным грунтом, но вероятней, дело было в его мозге, который чтобы сохранить остатки энергии, работал на самой низкой производительности… Настолько низкой, что перестал понимать, не только зачем куда-то идет, но и сам факт того, что он бесконечно переставляет ноги.
        Он осознал себя лишь когда ему заступили путь радостно скалящиеся люди. Кажется, их было трое.
        - Ого, какой красавец, - раздалось с их стороны, - да на нем живого места нет.
        - Зато костюмчик ничего…
        - И нож…
        - Он мой! - воскликнул один из них, и сделал несколько шагов вперед.
        Сэт сосредоточил взгляд и увидел, что человек был закутан в грязный серый плащ, его лицо почти полностью закрывал мешковатый капюшон. А еще в его руках хищно блестели лезвия парных кинжалов, направленных острием в землю.
        - Это нечетно! - раздалось из-за спины человека в капюшоне. - Я первый увидел нож!
        - Заткнись, - велел ему он, и обратился к Сэту: - Ты что, сбежал из рудников?
        - Ты совсем дурак, Ган, не видишь, его костюм? Он благородный, как пить дать…
        - Я, кажется, велел тебе заткнуться, - угрожающе ощерился человек в капюшоне.
        Он ни на секунду не отрывал взгляда от Сэта, который и рад был объясниться, если бы мог. Вместе с рассудком, к нему вернулась жажда, и ощущение полной раздавленности. Он просто не сумел вытолкнуть из засушливого как пустыня горла, даже самый слабый звук.
        - Оставь надежду. С ними не договориться, Саймон Сэт, - словно прочтя его мысли, напомнил о себе "голос". - Им нужно все, что у тебя есть, а когда ты отдашь, они все равно тебя убьют, но ты ужебудешьмолить их об этом.
        - Что же ты предлагаешь? - Спросил Сэт мысленно. - Убить самого себя, чтобы не мучиться?
        - Сражайся.
        - Я не спецназ Правительства. Их трое, а я едва на ногах стою. У меня нет шансов.
        - Дерись Саймон, иного пути нет. Дерись или умри в бою.
        Взор Сэта уже достаточно окреп, чтобы разглядеть детали в облике о чем-то спорящих бандитов. Грязные плащи были на всех троих, однако на этом их сходство заканчивалось.
        Тот, что замер напротив, угрожающе выставив кинжалы, был полностью запахнут в плащ, а у оставшихся они были наброшены поверх стеганых жилетов. Один из спорящих был тонок как щепка, другой толст как борец сумо из Японии - страны давно сгинувшей в огне последней войны.
        О чем они спорили, Сэт сообразил через десяток секунд: по закону их стаи, убийца выбирал себе лучший трофей, а увидев боевой нож Сэта, бандит в капюшоне захотел присвоить его себе. Именно поэтому он и вышел вперед, велев соратникам не вмешиваться в их поединок. К тому же, он принял Сэта за ходячий труп, что было недалеко от истины, но все же медлил, из-за никуда не вписывающихся странностей и еще из-за ворчливых товарищей.
        - Слышишь, - вновь обратился он к Сэту, - где ты взял нож, сделанный из небесного железа?
        - Не бойся, Сэт, - вновь взял слово некто засевший в голове. - Представь, что это игра - обычная игра, закончив которую, ты вызовешь такси и отправишься домой…
        - Не знаю кто ты, и откуда про меня столько знаешь, но, черт возьми, ты прав. Это игра!
        Сэт намеревался броситься на врага, но тот принялся действовать раньше. Стремясь запугать, он перехватил кинжалы верхним хватом и стал приближаться стелящимся шагом.
        Эти его движения лучше всяких слов, сказали, что перед Сэтом был не разбойник, а настоящий убийца. Один из тех, с кем он с большим трудом расправлялся в виртуальности…
        "Это игра! Игра!"
        Сэт отступил на шаг и поменял хват одним движением: лезвие обратилось к земле, а тело приняло позицию "кобры". Вышло это легко и непринужденно - Сэт удивился не меньше своего противника. По всей видимости, его противник бессознательно надеялся, что кусок отбивной, на который был похож Сэт, упадет от первого дуновения, или вообще сдастся без боя. Теперь же, и без того не слишком сильный атакующий пыл практически испарился.
        Но бандит все же подавил зарождающийся страх и, сделав глубокий шаг навстречу, атаковал, одновременно выбрасывая вперед оба кинжала. Один из них направился наперехват ножа, другой - в живот.
        Каким-то образом Сэт сумел мгновенно рассчитать длину руки и ножа противника, и не обратил внимания на лезвие, мелькнувшее у лица. Изогнул руку под прямым углом, отбил нижний выпад, ушел в сторону и ударил в лицо.
        Поскольку он держал нож в жесткой кисти, отбить удар одной рукой было практически невозможно, и противник сделал единственное, что ему оставалось. Выбросив наперехват оба кинжала, убийца, как бы не был стремителен укол ножа, смог поймать его в блокирующий замок.
        Лезвия заискрились, враг пытался провести ножницы и вырвать оружие из руки Сэта, однако он заучено надавив на слабое место, вытащил нож из ловушки и, изменив фиксацию кисти на "мягкую", нанес по его рукам два режущих удара.
        Кровь заструилась по пальцам, капюшон отлетел в сторону и Сэт увидел, как в глазах бандита отразилась жгучая боль. Морщась, враг на мгновенье прикрыл веки, а когда вновь их поднял, увидел, как в сердце впивается холодная сталь.
        Сэт не знал, что было на уме бедолаги в момент смерти, да и не хотел знать. С большим трудом оторвав взгляд от его стекленеющих глаз, он выдернул из груди нож, прежде чем тело стало заваливаться на землю. Но жалеть своего несостоявшегося убийцу он не собирался и собственно не мог: рядом находились еще двое желающих ему смерти.
        Не давая ошарашенным бандитам опомниться, он метнул нож, метясь в горло ближайшего, и не дожидаясь результата броска, быстро нагнулся, подбирая валяющиеся у ног кинжалы - покойнику они не понадобятся.
        Распрямившись с кинжалами в руках, он увидел, как захлебывающийся кровью худосочный человек оседает на землю, обеими руками сжимая торчащий в горле нож, а "борец сумо" продолжает удивленно хлопать глазами.
        - Ты убил Щепку! - вдруг заорал он и побежал на Сэта, занося над плечом кривой меч.
        Одновременно двумя кинжалами Сэт не дрался даже в игре. Однако перехват в виде замка, который продемонстрировал покойник, еще не изгладился из памяти, поэтому вместо обычного в таких случаях ухода в сторону он подставил под лезвие меча скрещенные клинки.
        И зря!
        Кинжалы с силой рванулись вниз, и лишь чудовищное усилие воли заставило их сохранить видимость блокирующего положения. Но давление не исчезло, оскаливая гнилые зубы, бандит ухватил рукоять меча двумя руками: он прикладывал всю силу, чтобы пробить оборону кинжалов и разрезать Сэта надвое.
        Душераздирающий скрип трех полос железа пронзил барабанные перепонки, но самое неприятное для Сэта заключалось в том, что не было никакой возможности уйти с намечающейся линии удара или самому достать противника ногой. Ослабевание хоть одной мышцы, в натянутом пружиной теле, в прямом смысле было равносильно смерти.
        Мышцы рук, а за ними и всего тела задрожали, в голове пронеслись предательские образы о прекращении всяческого сопротивления…
        Но все же он выстоял. Соревнование на выносливость было выиграно: толстый бандит выбился из сил раньше Сэта - нечеловеческое давление ослабло - он отступил на шаг. Почти сразу, верно вспомнив, как хорошо его противник метает ножи, грабитель накинулся вновь, крест-накрест стегая перед Сэтом воздух.
        Об атаке Сэт не помышлял - он отпрыгивал и изворачивался, стараясь как можно дальше держаться от размашистых ударов. Бросать один из кинжалов тоже не было возможности - он вообще не был уверен, что данное оружие хоть как-то подходило для метания.
        Ополоумевший от ярости и страха за жизнь, человек бросался на него с сумасшедшим ревом вновь и вновь. То, что удары меча проносились все дальше от цели, казалось, его нисколько не заботило. Он покраснел от усилий, крупные капли пота обильно стекали с круглого лица, а нечленораздельные возгласы, вырывающиеся из его горла при каждом ударе наотмашь, более походили на рык попавшего в капкан, медленно умирающего животного.
        Еще через несколько минут этого безумного танца всё было кончено. Дождавшись, когда потерявший рассудок бандит окончательно выбьется из сил, Сэт одним точным ударом загнал грубой ковки кинжал ему в сердце. Что-что, а бить в уязвимые места он учился каждый вечер на протяжении двух лет…
        Он еще не успел обрадоваться нежданной победе, как почувствовал, будто кто-то выдернул у него хребет: казалось бы из ниоткуда навалилась смертельная усталость, опустошительная слабость, повсеместная боль, опостылевший голод и безумная жажда… Он рухнул еще раньше, чем пробитое ножом сердце гиганта перестало конвульсивно сжиматься и его тело опустилось на землю. Адреналин испарился, и теперь он был прижат к земле словно прессом. Все резервы исчерпаны, ему не пошевелиться - это конец.
        Точно скованный параличом, он мог лишь вращать глазами, а еще хлопать веками, отгоняя мошек - непонятно реальных или нет. Его компания, состоящая из дюжины стервятников, присоединилась к нему почти сразу. Крупные птицы прыгали по телам, лежащим на дороге между холмов, и отдирали от них куски полакомее. За Сэта они пока не принимались, их маленькие глазки поглядывали с благодарностью и терпением: им было чем заняться, так что он мог пожить… только недолго.
        Мистический голос в голове Сэта хранил молчание уже долгое время, его же собственная воля казалось, просто перестала существовать: даже мерзкая трапеза стервятников, не затронула ничего в душе.
        Он закрыл глаза и приготовился уснуть беспробудным сном. Пьянящее умиротворение почти сразу заволокло разум, но в темноте возник образ девятилетнего мальчика с безумными зелеными глазами.
        Из разрезанных запястий на пол падала кровь, собираюсь в лужу под перевернутым стулом. Изумрудные глаза смотрели на болтающуюся в петле женщину. Разбитые губы мальчика шептали слова клятвы… Он клялся не умирать, пока не изменит мир.
        Сэт распахнул глаза и чуть приподнял голову, пугая вплотную подкравшегося стервятника. Он закрутил головой, не понимая где находится, а потом замер, наткнувшись на стеклянный взгляд толстяка.
        Показалось, что он полон молчаливого укора и вот-вот оживет, чтобы отомстить убийце. Сэт прогнал эту мысль прочь, а ее место заполнил иной, сулящий больший оптимизм.
        - У тебя должна быть вода, - прошелестел он, не замечая, как трескаются пересохшие губы.
        Руки сами собой, цепляясь за корни травы, протащили тело к мертвецу. Стервятники, недовольно крича, прервали трапезу, перебравшись на другие тела, и Сэт заимел возможность обыскать убитого.
        Если бы не опустошение, он бы наверно зарыдал - та энергия, которая им двигала всё это время, исчезла без следа, как только обнаружилось, что фляги на поясе мертвеца не существовало. Конечно, оставалось еще два не обысканных тела, но Сэт и отсюда видел, что на их поясах висели лишь пустые ножны.
        Он перевернулся на спину, а затем и сел на траву, нисколько не обращая внимания на общество холодеющего мертвеца.
        - Надежды нет, - прокаркал он, - кажется, ты был прав, Безымянный.
        Он обращался к голосу в своей голове и назвал его так, потому что тот не сообщал своего имени. Однако, похоже, что и этот таинственный телепат, колдун, демон, или кто бы он ни был, уже осознал всю безвыходность положения Сэта и решил более не тратить на него время.
        Посмотрев на мертвеца, Сэт изобразил на лице подобие ухмылки:
        - Не сердись, приятель, похоже, скоро я к тебе присоединюсь. Как только выветрятся остатки адреналина, я на деле узнаю, существует ли загробный мир. Знаешь, мне бы не очень хотелось чтобы ты продолжил там за мной гоняться… А этого можно было бы избежать, если бы ты со своими приятелями догадался захватить с собой флягу с водой… Хотя это странно: сегодня был довольно жаркий день, а ваше ремесло обязывает караулить путников с утра до ночи. Так почему же вы не захватили воду?… Или захватили?
        Сэт вытянул шею совсем как стервятник и огляделся по сторонам. Сердце забилось чаще, когда он заметил на уклоне лежащие у груды больших валунов полупустые мешки. Не помня себя, он поднялся на ноги, как-то одолел разделяющее расстояние и дрожащими руками взялся за тесемки.
        В ноздри ударил запах гнили, но он не отбил охоту копаться в чужих вещах. Высыпав содержимое на траву, бегло оглядел добро покойников: зачерствевший хлеб, сыр с плесенью, причем явно не французский, прогнившие до последней стадии яблоки, которые отказались бы есть и голодные свиньи, перемешивались с дико смотрящейся бытовой утварью. Медный подсвечник, черное из-за окисления серебряное блюдце и еще ряд предметов, назначение которых до него просто не доходило. Взгляд зацепил кожаный бурдюк, руки едва не оторвали его горло и Сэт обезумел от счастья, как только влага оросила его губы. Вода!
        Он выпил ее столько, что ему стало плохо, тем не менее, блаженная улыбка не покинула его лица.
        - Боже, как хорошо.
        Несколько минут он не двигался, привалившись к одному из валунов, а потом, собрав в кулак волю, принялся за активные действия. Подобрав с земли черствый хлеб, он разломал его на части и, запихивая кусочки в рот, стал осматривать свои раны.
        Увиденное немного его успокоило: раны только казались страшными и почти не кровоточили. Большинство волчьих укусов благодаря прочной одежде пришлись по касательной - клыки соскользнули, оставив на память лишь синяки и раны, сравнимые с неглубокими порезами.
        Но вот запястье левой руки вызывало опасение. Рукав был прокушен, а рана под ним разбухла и покрылась липким наростом из крови и грязи - на её фоне, травмы полученные в борьбе с "Потрошителями" казались не стоящими внимания.
        - По крайней мере, эта псина не раздробила мне кости, - произнес он, поморщившись.
        Стоило отодвинуть края рукава, как доселе не беспокоившая рана застреляла дикой болью. Сбросив с нее коросту, он перевязал руку шелковым платком, найденном в одном из мешков. Какова была судьба его хозяйки, Сэт постарался не думать - он вообще не в том положении, чтобы думать и сочувствовать.
        Он намеревался найти способ обеззараживания прочих порезов, как боковым зрением заметил движение. По тропе из-за уклона холма кто-то выходил на открытую местность. Сэт мгновенно скользнул за валун и замер, гадая, видели ли его незваные гости.
        Шли секунды, было настолько тихо, что Сэт слышал биение собственного сердца. Потом раздалось хлопанье крыльев - это сорвались с тел бандитов раздосадованные стервятники. Сэт, наконец, услышал шаги приближающихся людей - точнее, нечто, что отдалено на них походило. Так мог бы идти боевой робот или солдат в сверхтяжелом силовом доспехе, но никак не разбойник с большой дороги, ненадолго покинувший своих товарищей.
        Сэт рискнул выглянуть из-за уступа, и в первый момент не понял что видит. Потом он посчитал, что ему мерещиться, и лишь спустя еще несколько секунд осознал, что видит пешего рыцаря и следующего за ним оруженосца. Прежде чем вновь укрыться за валуном, он разглядел, что доспехи рыцаря вовсе не походили на те, которые можно увидеть в Новом Эрмитаже.
        Бронированные фаланги пальцев сжимали древко короткого копья, широкое лезвие которого было раздвоено как язык змеи. За массивной спиной висел огромный, словно крышка прямоугольного стола, бронзовый щит с шипами почти в локоть величиной. Блистающие на заходящем солнце латы навевали мысли о безмерной тяжести, несокрушимой прочности и нешуточной опасности - каждая деталь была усеяна короткими и острыми на глаз шипами.
        Сэт и представить себе не мог, что человек способен таскать на себе столько металла. Поножи рыцаря вминали утоптанный грунт, словно мокрую глину, и шедший за ним оруженосец спотыкался, застревая в оставляемых им следах. По-видимому, ему это стало надоедать, и, собрав оставшиеся силы, он нагнал рыцаря и засеменил с ним вровень.
        Оба остановились как вкопанные, стоило дороге петляющей между холмами вывести их к месту сражения Сэта с разбойниками.
        Пользуясь тем, что импровизированное убежище, благодаря серпантину, находилось справа и позади пришлых, Сэт вновь высунулся, чтобы дополнить складывающуюся картину.
        Про рыцаря в шлеме с глухим забралом, он сказать больше ничего не мог, а вот оруженосец выглядел странно. В нем было что-то неуловимое, нечто, сподвигнувшее Сэта вглядеться в него внимательней.
        Он был хорош собой: статен, но вовсе не кряжист, как подобало бы носильщику пожитков рыцаря. Его светлые волосы были длины и ухожены, а холеные руки истончались, точно женские. Ворот его холщовой рубахи был глубоко разрезан, поскольку та ему была очень мала, и волосы на его груди просто-таки мерцали на солнце. Потертые, облегающие штаны неплохо сочетались со старыми сапогами, но единственным его богатством, исключая содержимое небольшой сумки за спиной, был висящий на поясе короткий меч.
        - Что здесь произошло? - спросил он рыцаря, опуская всякие пиететы, приставки и титулы.
        - Здесь была драка, - гулким из-за забрала голосом ответил рыцарь. - И, судя по тому, как поработали над телами стервятники, довольно давно.
        - Это и так понятно, - вставил оруженосец, - но кто их убил? В этой глуши остались солдаты легиона?
        Они говорили на языке хотя и полностью понятным Сэту, но каком-то странном - неправильным и искаженным.
        Прежде чем ответить, рыцарь подошел к трупам и вгляделся в раны:
        - Нет, их убил один человек. Этого он убил коротким ножом отменной ковки. Потом он метнул его в горло этому. Толстяка он убил кинжалами первого…
        - Сюда добрался один из охотников за головами, или это сделал тот, кого тебе велел убить мессир?
        Рыцарь повертел шлемом по сторонам и Сэт вынужден был спрятаться за камнем.
        - Как видишь их головы на месте, - донесся до Сэта гулкий голос. - Возможно это действительно сделал тот, чей смерти желает мессир.
        - Тогда он не мог уйти далеко! - воодушевленно сказал оруженосец. - Его светлость щедро наградит нас за его голову!
        - Нет, Марк, - ответил рыцарь, - мессир сказал, что он идет навстречу к нам - значит, мы давно с ним разминулись. Должно быть, завидев нас, он спрятался где-то в лесу.
        Похолодевший Сэт, вжался в камень и весь обратился в слух: речь, по всей видимости, шла о нём.
        - Вернемся? - донесся до него голос оруженосца.
        - Нет, Марк. Тот человек не является главной нашей целью. Нам нужно продолжить путь на запад.
        - О, Всевышний. Неужели нам придется драться с Потрошителями и демонами? Меня до сих пор мутит, когда я вспоминаю демона напавшего на замок…
        - Прости Марк, но мессир выразился предельно ясно. До захода солнца еще несколько часов - мы должны идти.
        Утратив интерес к телам, они двинулись в путь, но почти сразу оруженосец споткнулся и чтобы не упасть, ухватился за шип, выпирающий из наплечника рыцаря.
        - Знаешь, что мне не нравится в рыцарях? - спросил он, не отрывая руку от доспеха, хозяин которого, казалось, не замечал, что тащит дополнительный груз. - То, что у них нет лошадей!
        - Ты же знаешь, - прогудело из-под запертого забрала, - ни один даже самый могучий скакун не выдержит вес рыцаря в полных боевых доспехах.
        - Да, но почему из-за этого должны страдать оруженосцы? - не унимался длинноволосый. - Ты хоть представляешь, как я измотался?
        Если он поднял эту тему чтобы забыть о терзающих тревогах, рыцарь этого не понял:
        - Ты же знаешь, у нас нет денег, чтобы купить тебе коня. Но если удастся исполнить волю мессира - без сомнений, он вознаградит нас по достоинству…
        - Знаю-знаю, - уныло протянул оруженосец, - во чтобы-то ни стало исполнить его волю… Вся Долина наводнена душегубами и эти трупы тому подтверждение. К тому же мы не смогли справиться с одним демоном, почему ты думаешь, что этот не будет столь же силен?…
        - Может и будет силен, - кивнул рыцарь, - но мы должны искупить свою вину.
        - Не наша вина, что Зуб Дракона пал!
        - Не наша, но моя. И я искуплю вину. Моя ярость сравняет силы…
        Слова, наконец, перестали быть хоть сколько-нибудь разборчивыми - странная парочка скрылась за склоном холма и Сэт, выдохнув, прислонился спиной к камню.
        "Посидеть бы так, не шевелясь… Совсем чуть-чуть".
        Едва он закрыл глаза, как его пробрал озноб.
        Мгновением спустя его сдернуло на землю и протащило по камням метров десять, прежде чем он осознал, что происходит. Он заорал от ужаса, пальцы цеплялись в корни травы, а ногти царапали булыжник, но тащившая его за ногу неведомая сила нисколько не слабела. В отчаянной попытке развеять кошмар, Сэт схватил нож обеими руками и вонзил его в землю - тщетно. Лезвие ножа, будто плуг лишь разрыхлило почву, и вовсе выскочило через метр.
        Тянущая за собой тело нога одеревенела и перестала ощущаться. Сэт извернулся, и краем глаза заметил тащивший его куда-то прозрачный силуэт.
        От него исходил леденящий холод, а в воздух тянулись белые струйки пара - Сэт только сейчас заметил, что земля, по которой его протаскивало как грязный мешок, покрывала серебристая изморозь.
        Нечленораздельные вопли бесконтрольно рвались из горла: такое тесное знакомство с призраком поставила рассудок на грань помутнения.
        Все резко изменилось. Кажется, раздался характерный звук рассекаемого воздуха, и в бесплотное тело вонзилось широкое копье. Он не был уверен в правильности понимания происходящих событий, но из прозрачного силуэта высунулось наконечник с раздвоенным лезвием. На лицо Сэта упали первые брызги крови, а затем весь мир наполнился воплем боли и ярости.
        На холме колыхнулась трава, с одуванчиков, наклонившихся словно от дикого порыва ветра, сорвались и стремительно понеслись прочь белоснежные парашюты. С потемневшего неба камнем падали стервятники. Латные перчатки рыцаря в громоздких доспехах обхватили шлем. Оруженосец с обнаженным мечом корчился в заледеневшей траве.
        Безумный крик перешел в протяжный звон, настолько невыносимый, что Сэту пришлось приложить всю волю, чтобы не упасть замертво под его натиском. Обретя иллюзию свободы, в надежде спастись от стоящего в ушах звука, он ринулся прочь, словно обезумевший зверь.
        Наверно так и было. Возможно, он на время обернулся зверем, инстинкты которого занесли его в лес: по крайней мере, это пришло ему в голову, когда он вдруг обнаружил себя во тьме, посреди глухой чащи.
        Стволы могучих сосен окружили его со всех сторон, многолетние ели закрывали своими разлапистыми ветвями серебряное сияние луны в черном небе. Вокруг стояла гробовая тишина.
        - Очуметь, - выдохнул он, прислоняясь к стволу дерева.
        - Верно подмечено, - уведомил голос. - Шанс на то, что ты выживешь, был поистине ничтожным.
        - Кто ты такой?
        - Ни все ли тебе равно?
        - Знаешь, за последнее время я многое пережил… Ты наверно теряешься в догадках, о чем я толкую? Тогда, позволь, перечислю вкратце.
        Сэт сполз по дереву на сухой ковер прошлогодних листьев, и, пытаясь высмотреть в высоких кронах луну, принялся загибать пальцы:
        - Во-первых, пережил авиакатастрофу, которую я не помню из-за амнезии, но очнулся в толпе сумасшедших сектантов, мечтающих принести меня в жертву; во-вторых, пережил встречу с сумасшедшей женщиной, мечтающей меня убить; в-третьих, встречу со стаей сумасшедших волков, мечтающая меня сожрать, потом были разбойники и чертов рыцарь, который искал меня, чтобы убить по приказанию человека, которого я и в глаза не видел… Ах да, еще повстречал чудовище, мечтающее меня сожрать и потом убить.
        Он замолчал, нахмурился:
        - Я ничего не упустил? Дай-ка подумать…
        В следующий момент он хлопнул себя по лбу:
        - Ну конечно! Как я мог забыть? Больше всего напрягает неизвестно чей голос в собственной голове! Так скажи, кто ты и почему хочешь меня убить?!
        Выровняв сбившееся дыхание, он завершил мысль:
        - Понимаю, можно рассудить, что на фоне вышеперечисленного, последний провал в памяти - ничего не значащий пустячок… Но знаешь что? Он меня тоже напрягает! Так что отвечаю на твой вопрос: нет мне не все равно! Кто ты, как долго я нахожусь в этом лесу, и что, черт возьми, это был за призрак?
        Молчание длилось довольно долго, в тот момент, когда Сэт решил, что не дождется ответа, голос неспешно проговорил:
        - Ты находишься землях Империи - здесь правит Император, но хозяйничает тут Метамаг. Он владыка магов, ему служат Защитники и Убийцы - он здесь бог. То, что ты называешь призраком - является древним демоном, заключенным Метамагом в каменную темницу более сотни лет назад. Но и тот и ругой хотят тебя убить - я же, тот, кто хочет тебя спасти.
        Каждая фраза казалась Сэту гвоздем, вколачивающимся в крышку гроба. Ему чудилось, что во тьме между стволами деревьев притаились волки, убийцы и рыцари, размышляющие о том, как убить Сэта раньше, чем до него доберется демон.
        - Демон? Они существуют?.. Отвечай!
        - Мне больше нечего добавить - ты всё видел собственными глазами. Растеряв некогда дарованное тебе могущество, ты стал настолько слаб, что не в силах противостоять ни желающему твоей смерти демону, ни хозяину Империи. Но всё же у тебя есть шанс - найди меня. Я сумею тебя защитить и поведаю все хранимые мною тайны. Ступай на юг, если хочешь жить.
        Пальцы Сэта вцепились в кору:
        - Кто?.. Кто ты?.. Откуда ты знаешь про потерю могущества?!
        Спустя минуту, так и не дождавшись ответа, он принялся ощупывать ближайший ствол дерева. Кроны затмевали лунное сияние и тени надежно скрывали поверхность коры, однако пальцы Сэта все же нашарили на ней мох.
        Рыцарь с оруженосцем шли на запад, значит, ему нужно идти туда, откуда они пришли. Там есть люди, безопасность, пища и возможно ответы… Но Голос советовал идти на юг.
        Знания, которые казались бесполезными в Городе, оказались жизненно важными здесь. Мох растет на северной стороне - следовательно, предстоит углубиться в лес. Сэт недолюбливал лес в играх, а настоящий лес вызывал у него трепет, граничащий с приступом паники. Лес это тьма и теснота - обитель волков и чудовищ. Сэт же был безоружен, поскольку потерял нож при бегстве от оглушительно вопящего демона.
        Будто отвечая на отчаянную мольбу, высшие силы заставили его глаза опуститься: в опавшей листве что-то блеснуло и сердце Сэта затрепетало от неслыханной радости - нож вовсе не был потерян!
        Уверенность и силы вернулись к нему, как только рифленая рукоять легла в ладонь. Серебро блеснуло на зубцах чуть изогнутого лезвия и заискрилось на кромках. Таким ножом экипируют спецподразделения Правительства - с ним не пропадешь даже посреди ночи в глухом лесу.
        Ноги сделали первый шаг, затем более уверенный второй, а после понесли его во мраке, будто и не было никаких монстров в округе.
        Сэт сжимал нож и всматривался во тьму всё более оптимистично. Вера в то, что он доживет до утра, крепла поминутно: ничего не происходило, никто не заступал ему дорогу, не набрасывался и не пытался напугать до смерти. Его спина постепенно выпрямлялась, походка становилась уверенней. И когда под подошвами перестал трещать ковер из сухих листьев, он воспринял этот факт как заслуженную награду.
        Он вышел на лесную дорогу - вероятно, ту самую, петлявшую между холмами и ведущую на юг. Если он пойдет по ней, то точно не заблудится.
        Подавленность и нервное напряжение, крепко держащее его с момента когда он очнулся привязанный к столбу древнего кладбища, куда-то испарилось. Он вдыхал прохладный воздух полной грудью и думал о том, что многие в Городе отдали бы всё, чтобы оказаться на его месте.
        В мертвой тишине леса, как гром средь ясного неба, раздалось громкий чих. Сэт вмерз в землю, и замедленно поднял голову, чтобы с нарастающим изумлением приняться разглядывать человека засевшего в ветвях придорожного дерева.
        Несмотря на то, что Саймон стоял в полный рост, не скрываясь, похоже человек его не видел. Он вообще не следил за дорогой: пыхтел, сопел и елозил - словом, был занят тем, что приноравливался к ветвям, видимо готовясь вздремнуть.
        Первой мыслью Сэта было его окликнуть. Но вместо этого, он плавным движением скрылся за ближайшим стволом и стал наблюдать за человеком оттуда.
        Через полминуты пришел к выводу, что этот человек не мог быть простым путником, которого застигла ночь, и который решил её переждать, спасаясь от волков на дереве. Он - разбойник. И судя по его плащу, из той же шайки, члены которой едва не убили Сэта.
        Разбойник лежал на здоровенной ветви, предварительно постелив на нее какую-то тряпку, и выбрал место, из которого днем просматривалась значительная часть дороги. Значит он дозорный - его задача не нападать, а предупреждать своих подельников о наличии на дороге караванов и путников.
        Не желая рисковать понапрасну, Сэт отполз от открытого пространства и скрылся в тени. Теперь он решил сойти с дороги и идти среди деревьев, при этом не теряя её из виду. Разумней было бы дождаться утра, но если за ним охотится демон, останавливаться было нельзя.
        Он шёл пригнувшись, маневрируя в темноте между стволами и обходя выпирающие корни. Он хотел проскочить этот участок леса и ни во что больше не вляпаться, как из глубины леса донеслись голоса.
        Распластавшись, Сэт попытался выйти к дороге, но быстро обнаружил, что все же умудрился потерять эту петляющую стерву, а главное, что ему никак не миновать источник шума, поскольку он оказался буквально в десяти метрах перед ним. Старомодная брань, раскаты дурного смеха и отдельные возгласы разносились так громко и отчетливо, что Сэт не мог понять, почему он не услышал их еще за километр.
        "Колдовство какое-то, - подумал он".
        - Ты недалек от истины, - тут же откликнулся голос в голове, при этом, едва не заставив Сэта подскочить на месте. - Похоже, ты угодил в логово ведьмы.
        - Чушь! - шепнул Сэт, зло. - Магии не существует!
        Будто пытаясь доказать, что не испугался, Сэт подался порыву и пополз ближе к возникшему из-за деревьев зареву. Всего лишь несколько чахлых кустов и десяток стволов отделяли его от бурного веселья, нескольких ярких костров, пары заплатанных палаток, в беспорядке разбросанные вокруг них мешков, котелков и деревянных бочек.
        Несколько десятков людей, развалились вокруг костров, пили какую-то брагу и поочередно выдавали такие плоские и грязные шутки, что приятели Сэта из Академии, в этом отношении могли считаться мастерами тонкой иронии. Но судя по взрывам хохота, собравшимся, эти шутки весьма нравились.
        Надежды Сэта не оправдались: существовал шанс, что Голос, преследуя свои цели, просто морочит голову, и не позволяет Сэту встретить мирных людей - однако, перед ним действительно были люди, встречи с которыми нужно было избежать. Из-за недоверия, он оказался на самом краю лагеря разбойников.
        Он хотел отползти назад, но кое-что в лагере привлекло внимание. Луна зашла за облака, тьма вокруг сгустилась, и Сэт решился подползти чуть ближе.
        Было похоже на то, что в одном месте собраны несколько банд, которые держались особняком. Отличались они специфическим стилем одежды, оружием, поведением. Некоторые выглядели как последние оборванцы, другие держались как короли. Среди прочего, на части разбойников Сэт увидел уже знакомые плащи и капюшоны, а так же памятные кинжалы.
        Не исключено, что таким разномастным стилем собравшееся отребье подчеркивало свои ранги, какими бы они не были, но чуть подумав, Сэт все же остался верен мысли, о наличии здесь нескольких разных банд. Тем удивительней было обстоятельство подвигнувшее их собраться вместе.
        Кроме банды, с условным названием "Плащи", здесь присутствовали как минимум еще две: те, в кожаной и кольчужной броне, и оборванцы, скрывающие лица за самодельными масками из коры или просто платками. Еще Сэт заметил, что ни у кого из них не было нормального оружия: ножи, кинжалы, деревянные дубины, короткие мечи и даже грубые имитации копья - но ничто не походило на стальной меч, или хотя бы что-то, что блестело в свете огня.
        Всё это он осмотрел походя: его внимание по-настоящему было приковано к группе людей склонившихся вокруг одной из бочек на отшибе лагеря. Они рассматривали что-то, возможно карту, тыкали в неё пальцами и негромко переговаривались. Но если разгорался короткий спор и тон их голосов повышался, весь лагерь притихал, чтобы спустя некоторое время вновь взрываться нечленораздельными криками и смехом.
        Среди этой кучи, по всему выходит командиров, выделялась единственная женщина, и выделялась даже не своим полом и кажущейся хрупкостью, а неким высокомерием и превосходством с которым она разговаривала со своими коллегами. А те, словно страшась, время от времени учащено ей кивали и поддакивали.
        Но все же выглядела она инородным телом в этом грязном сборище отъявленных головорезов. В свете костра был хорошо виден синий плащ, без единого пятнышка, аккуратно перекинутый через узкие плечи. Когда она повернулась в сторону Сэта, он в деталях разглядел её лицо, которое нисколько не скрывал короткий капюшон.
        Женщина оказалась даже не девушкой - а девочкой-подростком. Ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Для того чтобы выглядеть более грозно, измазала себе лицо и в особенности линии глаз черной тушью. На одежду Сэт не обратил особого внимания: какие-то грубого покроя штаны и атласная рубаха, виднеющаяся под плащом. Девичью талию опоясывал ремешок, без каких бы то ни было ножен, кинжалов и мечей. Складывалось ощущение, что она и вовсе не вооружена. Но тогда почему её так боятся головорезы?
        Вскоре она повернулась другим боком, и Сэт увидел небольшую книгу в черной обложке, лежащую в сумочке специально скроенной для неё. От металлического корешка к ремню тянулась тонкая цепь - вероятно книга была столь цена, что у девушки развилась фобия перед её потерей. И выходит, что пользовалась книгой так часто, что сумочка, как кобура кольта ковбоя, не имела никаких застежек.
        Сэт припомнил нечто похожее в игровых вселенных. Такие книги были священны, а людей их носивших почитали, пророками, волхвами, священниками или жрецами.
        Что-то в лагере неуловимо изменилось. В воздухе повисло осязаемое напряжение, причина которого заключалась в девочке - под её смоляными прядями, бесцеремонно падающими на лицо, злобой пылали черные глаза.
        Лагерь притих в очередной раз. Девчонка, не особо повышая голос, взяла в оборот одного из командиров шайки.
        - Если ты имеешь что сказать - говори в открытую, - приказал она, еще не устоявшимся, звонким подростковым голосом.
        Говорила она, как и все, необычно, будто на другом языке - хотя и очень похожем, на родной язык Сэта. Впрочем, за это время он уже свыкся, и почти не замечал разницу.
        - Нет, повелительница… - залепетал двухметровый головорез в разодранной кольчуге, - я просто предположил… О Потрошителях нет известий всего-то три дня, возможно они еще не добрались до темницы того демона… Не преждевременно ли нам отказываться от блокады Измора и отправляться туда всей ватагой?
        Девчонка, к которой обратились как "повелительница", поджала губы:
        - Среди всех вас, только Потрошители были верны нашему королевству. Если у них не получилось освободить Асмодея, это сделаю я - и возьму вас всех с собой, иначе ваша мерзкая братия разбежится по округе и моим теням прибавится работы.
        Повисла гробовая тишина, удовлетворенная оказанным влиянием девчонка повернулась к карте, когда набравшись смелости, двухметровый громила покраснел и выпалил, словно мальчишка, впервые признающийся в любви:
        - Госпожа, этот демон просидел в темнице целый век, его голод и злоба обрушится на нас, как только мы его освободим.
        - Еще одно слово и ты умрешь страшной смертью, - холодно уведомила она. - Я повторяю в последний раз: предоставь усмирить демона мне. С утра я заберу твою банду вместе с Серыми плащами и Кровавыми дровосеками на запад, а Святые отправятся назад к зубу Дракона.
        При этих словах, стоящих рядом с ней полунагой бандит, в рваных штанах
        и в берестяной маске, важно кивнул.
        - Цель Святых, - продолжила она, - помочь Сантане удержать эту крепость. Ибо мои тени доложили, что для того чтобы её отбить, имперцы выслали целую армию во главе с одним из принцев. Конечно, Сантана справится без труда - но лишний риск ни к чему. Возможно, придется удерживать ворота, пока Первородный сводит имперцев с ума…
        Сэта пробрал мороз. Она говорила это, смотря немигающим взглядом на пляшущие языки костра. И заглянув в эти черные и бездонные как колодца глаза, Сэт переменил свое мнение - он больше не считал ее девчонкой.
        Наваждение прошло, как только она захлопала ресницами. Будто опомнившись, произнесла, обращаясь к верзиле:
        - Может быть, ты со своей бандой хочешь поменяться местами со Святыми? Предпочтешь Асмодею общество Сантаны?
        Верзила активно замотал головой:
        - Вот и отлично, - похвалила она. - Жаль, конечно, что придется оставить окрестности Измора, но это лишь на время. Когда к нашей шайке, которую вы по скудоумию называете армией воров, присоединится Асмодей, мы заключим договор с жителями Города мертвых. И тогда Измор, а за ним и все города империи падут к ногам Сумеречного князя. Весь мир будет принадлежать нашему королевству!
        На ее лице возникла улыбка, в других обстоятельствах Сэт назвал бы ее приятной, и счастливой - но сейчас он внутренне содрогнулся.
        Оглядев своих командиров, и не увидев в их глазах фанатического огня, она вновь презрительно поджала губы.
        - Ладно, - сказала она, - я вас прощаю. В конце концов, сегодня хороший день. Планы Князя выполняются с успехом, тем более, что завтра Империя лишится своего принца… Вы точно разослали гонцов с приказом всем отрядам вернуться к рассвету?
        Все главари синхронно кивнули.
        - Да госпожа, - сказал один из них. - Но вы должны понимать, что некоторые группы ушли довольно далеко, а другие гонцам так и не удалось разыскать…
        - Плевать, - сказала она, - на рассвете я спущу своих теней, и те, кто не присоединиться к нам к этому времени, пожалеют о том, что родились на свет…
        При очередном упоминании теней, многие члены шайки затряслись как осины на ветру. Главари же тоскливо переглянулись.
        Сэт задумался, что бы это значило, но потом понял, что его это не касалось. Он принялся отползать, но тут вмешался проклятый голос:
        - Враг за спиной!
        Сэт не успел ни испугаться, ни осознать, из-за спины и вправду раздался чей-то голос:
        - И кто это у нас тут?
        Мгновенно перевернувшись на спину, Сэт рефлекторно перекатился и увидел, как вонзается меч, ровно в то место где пару секунд назад находились его лопатки.
        Не имея возможности обороняться, забыв все на свете, Сэт вскочил и попытался максимально разорвать дистанцию с силуэтом в плаще.
        Вот только путь к лесу был отрезан, и Сэт, чтобы спастись, на рефлексах выскочил на освещенное место. Отовсюду раздались крики, подбежавшие бандиты взяли его в кольцо и лишь нож Сэта, пару раз мелькнувших рядом с ухмыляющимися лицами, удерживали их на расстоянии.
        - Ты кто? - спросила девушка с раскрашенной тушью лицом. - Как здесь оказался?
        В её голосе, как и во взглядах разбойников, пока что больше было удивления, нежели кровожадности.
        - Не подходите! - выдал Сэт первое, что пришло на ум.
        Раздался смех. Вмиг настроившиеся на веселый лад разбойники стали зубоскалить, как умели:
        - Не бойся, будет совсем не больно…
        - Да-да, опусти нож, паренек, не зли дядек.
        - А ты смотри, кремень попался, даже лезвие не дрожит.
        - Заткнитесь, - негромко произнесла девчонка, но это слово всех парализовало.
        - Отвечай, кто ты и кто тебя послал!
        - Никто меня не посылал!
        Она откинула капюшон, её окрашенные тушью глаза, в свете костра блеснули багровым. Вытащив из сумки книгу, она раскрыла её на середине с таким видом, будто это было самое грозное оружие во вселенной. Впрочем, разбойники вокруг поспешили отступить на два шага, сохраняя при этом такую тишину, что слышан был звон цепочки, сковывающий корешок книги с ремнем девчонки.
        - Всё довольно! Говори имя!
        - Чье?
        - Свое!.. Для начала.
        - Сэт.
        - Что Сэт?!
        - Я - Саймон Сэт.
        - А титул?! Род, земли?
        - Слушай, как тебя там… я не аристократ.
        - Так ты бастард? Неужели? Играться со мной вздумал? - зашипела она. - Тогда пеняй на себя…
        Её губы сжались в тонкую линию, но из её чрева, на несколько различных голосов, по округе стали разноситься непонятные слова - наложенные один на другой тексты речитатива обильно переплетались с бессвязными возгласами. Было похоже, что души мертвецов спорят и проклинают кого-то унисон.
        Сэт почувствовал дикий холод. Он был намного сильнее, чем тот, который исходил от призрака - будто голым попал на тридцатиградусный мороз. Он и вправду вдруг увидел мельтешащих вокруг призраков, но не прозрачных, а непроницаемо-черных, заметных только на фоне огня. Особенно удивиться он не успел: их безумный хоровод закончился так же внезапно, как и начался.
        Тени-призраки атаковали скопом, несколько впились в руки, большинство метнулось в ноги, остальные упали на плечи. Нож выпал из онемевшей руки, ноги подкосились и под тяжестью легшего на плечи веса, Сэт упал на колени, едва не корчась от мук. Касание теней, вместе с теплом, вытягивали из него, силы и желание сопротивляться - сейчас он сделает все, что прикажет эта девчонка…
        Неожиданно, шепот из глубин её нутра оборвался, прилипшие к Сэту тени куда-то испарились. Девушка повернула голову и с удивлением взглянула за границу света от костров: туда, где темнели силуэты деревьев.
        Разбойники были удивлены её действием не меньше обрётшего свободу Сэта, который все же не смог подняться с колен: его пригвоздил к земле один единственный сгусток тьмы. Никто из разбойников не успел ничего спросить у ведьмы, окрестности разразил громкий смех. Он был столь ужасен, в нем было такое дикое и безумное веселье, что Сэт мгновенно осознал, что этот смех не может принадлежать человеку.
        - К оружию, - вскрикнула колдунья. - Я не знаю этого демона!
        Враз побледневшие разбойники схватились за оружие и стали бестолково озираться, пытаясь разглядеть в лесной тьме источник ведьминного страха…
        У Сэта всё замерло внутри, сердце сжалось, а кровь отхлынула от лица. Он уже встречался с демоном, не с теми фальшивками, изобилующими в виртуальных играх, а с настоящим, который способен заморозить, убить, сожрать… Вся его суть, будто выработав условный рефлекс, стремилась скорейшим образом покинуть это место. Она не понимала, почему Саймон Сэт не двигается - она страшилась, что Саймон Сэт решил принять бой… Но Сэт не хотел сражаться - он был бы и рад бежать, но как, если черное нечто заставило ноги примерзнуть к земле?
        Разбойники озирались. Никто за исключением Сэта не смотрел туда, где во тьме на окраине лагеря стоял демон. Сэт ощутил его присутствие, даже не видя - словно та его часть, которая больше всех пострадала от встречи с призрачным демоном, выработала на демонов некий нюх. Не было холода, не было дикого воя, да и раскаты безумного смеха больше не тревожили лес. Не было ничего, но демон был там - стоял там, в темноте.
        Один из костров, словно приветствуя властелина ада, резко затрещал, разбросил вокруг головешки красных углей и взметнул к темному небу снопы искр. Красная вспышка озарила поляну на единый миг, но и этого времени было достаточно, чтобы трех десятков людей охватил страх и трепет.
        Облик демона, наконец, проявился. Сэт не узнал его: это был иной демон. Демон в обличье женщины.
        Голова женщины-демона была склонена к земле, ее облик казался расслабленным и униженным. Она смотрела на всех исподлобья, с космическим равнодушием глядящих на землю звезд, но вместе с тем было в её глазах, отчасти скрытых прядями длинных и грязных волос, безумие, такое, каким может страдать только человек. Вот только Сэту показалось, что безумие и равнодушие улетучилось, когда её глаза нашли в толпе его.
        Разбойники, испугавшиеся в первое мгновение, перевели дух: им она показалась оборванкой, возможно, какой-то фермершей, с которой позабавились их дружки. Она убежала, или же её не добили специально, заблудилась в лесу и сошла с ума с горя и отчаяния. Такое часто бывает. И тот безумный смех, который их сопливая командирша приняла за демонический, издавала она. И как теперь станет оправдываться опростоволосившаяся девочка-ведьма?
        Суровые лица разбойников один за другим отмечали ухмылки. Но девчонка-ведьма и Саймон Сэт, знали, что никакой ошибки не было.
        - Из какого ты клана, демон? - спросила ведьма. - Знай же, что я ученица Сумеречного князя, который заключил союз со всеми плененными Владыками. Мы намерены освободить твоего господина и…
        Демон не дослушал. Ведьме показалось, что он пошел прямо на неё, с каждым мгновением ускоряя шаг. На секунду потеряв самообладание, она крикнула, словно крестьянская девочка, срываясь на отчаянный визг:
        - Убейте её! Скорее!
        Возможно, в кровь разбойников уже въелась мысль о беспрекословном подчинении, а возможно, они еще думали, что имеют дело с простой сумасшедшей крестьянкой. Как бы там ни было, крик ведьмы подействовал на разбойников как песнь рога на разгоряченных рыцарей. Практически все как один с наперевес с оружием кинулись на идущую напролом оборванку.
        Но сама колдунья их примеру не последовала: раскрыв книгу, она судорожно переворачивала страницы, пока не нашла то что искала. Плотно поджав губы, ни на что не обращая внимания, она стала читать книгу, а что-то, будто внутри неё, стало вторить прочитанному на разные голоса…
        Сэт отвлекся на ведьму лишь на несколько мгновений, а когда вновь повернулся к гурьбе разбойников, осознал, что за эти мгновения изменилось очень многое. С лиц оставшихся в живых разбойников исчезли глупые ухмылки, но их место еще не занял страх - пока что там было одно лишь удивление. Кидаясь на вышедшую из леса оборванку, они соперничали друг с другом, намеревались убить ее собственноручно, чтобы произвести впечатление на ведьму. И уж никак не ожидали, что тонкая фигурка полоумной, взорвется градом стремительных ударов, от которых во все стороны полетели брызги крови и ошметки плоти.
        Еще несколько мгновений и у демона, кровавым вихрем мечущегося посреди стада охваченного древним ужасом людей, почти не осталось противников - то, что лежало на земле взамен нескольких банд разбойников, можно было собирать лопатой. Сэту захотелось зажать уши и отвернуться от жуткого, кровавого зрелища, но словно загипнотизированный, он продолжил следить за демоном, упивающимся кровавой баней.
        Наконец в лагере стало тихо, если не считать потрескивание костров и шепота голосов доносящихся из утробы ведьмы. Сэт всё еще удерживаемый призрачной тенью, поймал взгляд женщины-демона, у ног которой распростерлись обрывки разорванных человеческих тел.
        Воля покинула его в тот же миг. Этот взгляд, эти глаза… не смотря на то, что в них гуляли бордовые огни, он знал их. Это волосы, слипшимися от крови… он видел их. Это лицо, сплошь покрытое кровавыми крапинками… он узнал его. Одежда, которую принял за лохмотья, фигуру, которая казалась иссохшей и немощной - он видел всё это раньше. Неужели этот демон…
        Бессмысленный многоголосый шепот оборвался. Ведьма захлопнула книгу и демонесса обернулась к ней. Сэт думал, что она бросится на неё в то же мгновение, но в налитых кровью глазах мелькнуло нечто заставившее её помедлить с атакой.
        Сэт перевел взгляд на ведьму и непроизвольно подался назад. Рядом с ней материализовалось несколько угольно-черных расплывающихся в воздухе силуэтов - ни свет костров, ни сияние луны не могли пробить окутавшую их непроглядную тьму. Но они были не теми бесформенными сгустками тьмы, что атаковали, и до сих пор удерживают Сэта на месте, а точь человеческие тени - как представляли себе живущих в Тартаре, древние греки.
        Они развевались, словно дым на ветру, шептали, будто ветер в листве, от каждого их движения в воздухе на несколько мгновений оставался черный шлейф. И немного за ними понаблюдав, Сэт понял, что тьма из которой они состоят, затягивает не хуже зыбучих песков. Он с трудом оторвал взгляд - еще бы немного, и его разум покинул тело, чтобы навсегда послиться в этой тьме…
        Насквозь взмокший Сэт перевел взгляд на демонессу и понял, что тени были той силой, которую опасалась эта хищная, утратившая человечность тварь. Сейчас Сэт молился за победу ведьмы - уж лучше остаться в её плену, чем попасть в лапы демона, за несколько десятков секунд растерзавшего с полсотни человек.
        Тем времен безмолвный поединок был в самом разгаре. Но между собой сражались не сила черного колдовства и разрушительная демоническая мощь - бой держали выдержка и воля… Полминуты потребовалось столкнувшимся на окровавленной лесной поляне двум всевластным женщинам, для того чтобы понять, у кого из них слабее дух. И к отчаянию Сэта, демонесса одержала вверх.
        Не сводящая глаз с демона, ведьма, окруженная четырьмя колышущимися тенями, бросила: "Я ухожу", после чего, вместе со своим чадящим воинством, попятилась к ближайшим деревьям.
        Прежде чем исчезнуть в черных зарослях леса, колдунья напоследок задержала полный сомнений взгляд на Сэте. Наверно, она планировала выведать кто он такой, и кто отправил его следить за ней, но решила, что целесообразней будет им откупиться. Конечно лучше демон закусит им, чем перспектива битвы с неясным исходом… Впрочем, Сэт и думать о ведьме забыл, когда остался с демоном один на один.
        Демонесса медленно приближалась, наслаждаясь каждым мгновением ужаса беспомощной, стоящей на коленях жертвы. Сэт отдал бы последнее, что оставалось в его жизни, лишь бы эта сковывающая его тень испарилась вслед за своей хозяйкой. Но пока что он был вынужден наблюдать за собственной неспешно приближающейся смертью.
        Теперь ее движения не были деревянными, взгляд не был отрешенным - её спина была прямой, голова высоко поднятой, а ее походка грациозна и по-своему прекрасна. На ходу она убрала пряди, открыв на обозрение симпатичное, не смотря на брызги крови лицо, и улыбнулась, показав красивые ровные и белоснежные зубы. Но Сэт не обольщался: к нему подходила не красивая женщина, а, сдерживающий до поры, свое разрушительное начало, демон.
        Демонесса подошла к нему вплотную и остановилась. Смотря на него сверху своими глазами, в которых гулял огонь, она обхватила его голову.
        - Сандра, - начал Сэт. - Я не виноват, что ты превратилась в демона, я должен был так поступить…
        Она склонилась над ним, приблизив к его лицу свое. Глаза, в которых танцевало пламя, затягивали его в водоворот бушевавших там страстей, словно ничтожную песчинку.
        - Мур! - выдохнула она, и улыбнулась еще раз.
        Вот только это была другая улыбка - эта сулила Сэту лишь очень болезненную смерть…
        Глава 2
        - Саймон Сэт, - шептала она, - никогда тебя не прощу.
        Сандра не отнимая руки от кровоточащей раны, преодолевала километр за километром. Её пальцы немели, и кружилась голова. Но она продолжала путь. Иного варианта не было.
        Для того чтобы остановить кровь, потребуется закрыть рану - а для этого нужно либо медицинское оборудование, либо покой не менее чем на два-три дня. И это без учета вероятного воспаления и последующей лихорадки…
        В любом случае, этого времени у неё не было.
        До предполагаемого места падения Левиафана, по самым оптимистичным прогнозам оставалось еще два десятка километров равнины, переходящей в гористую местность. Этот путь будет трудно пройти. Но если она его не завершит, её сведет в могилу либо зияющая в груди рана, либо того хуже - местная флора, состоящая из маньяков-психопатов, зараженных и бог знает кого еще.
        Нет, она ни за что не остановится - мягкая постель, ваза фруктов и бутылка красного вина на столике ждут ее в офицерской каюте Левиафана. Там она наберется сил для свершения мести, - надо лишь одолеть, не упасть, дойти. Она уверена, что справится.
        У нее есть козырь. Всякий раз, когда она представляла, как откручивает голову Саймон Сэта, к ней возвращалась толика сил. Она выживет. Выживет, чтобы отомстить. Отомстить за полученную рану, за карьеру, за отца… За отца… При мысли об отце сердце замирает, пульсирующий в груди огонь холодеет и вовсе перестает ощущаться - однако это не приносит облегчения.
        - Отец, прости меня, - шепчет она, - это все из-за него. Это он виноват. Саймон Сэт - ненавижу тебя!
        Её ноги заплелись, земля ударила всем своим весом. Боль в груди стрельнула автоматной очередью по каждой клеточке тела. Сознание куда-то провалилось, но в последний момент уцепилось за образ отца, и унеслось из этого ада в счастливое прошлое. Тогда всё было на своих местах - её жизнь текла по спокойному руслу.
        Она работала в комфортном офисе, вела рядовые дела, составляла отчеты и вносила их в электронный реестр. Коллеги всегда ей улыбались, приглашали пойти с ними на обед, но неизменно получали вежливый отказ. В отличие от большинства коллег, предпочитала обедать в одиночестве - и не в столовой, а в маленьком китайском ресторанчике, располагающимся в здании напротив Управления.
        Она любила работу, и еще у неё был неоспоримый талант. Почти всё свободное время она отдавала тренировкам, благодаря чему добилась феноменальных успехов - штабелями укладывая на тотем своих некогда непобедимых инструкторов. А на соревновании по стрельбе, проходящим между сотрудниками Службы Безопасности Города и прочими силовыми организациями в прошлом году, заняла первое место, оставив позади даже признанных мастеров из спецназа Правительства.
        Конечно, молодому перспективному агенту хотелось большего - но настоящей полевой работы в её сфере было не так уж и много, и проявить себя в полной мере она не могла. Именно поэтому, она ломилась в двери Главе отдела особых проектов, каждый раз, когда на горизонте проявлялось какое-либо дело, требующее оперативного вмешательства агента.
        Обычно, шеф тут же выставлял её за порог кабинета, но иногда угрюмо кивал, предлагая сесть напротив. В таких случаях он лично, доходчиво объяснял общую ситуацию, цель задания и всевозможные аспекты операции. А в конце он всегда просил её быть предельно острожной - напоминал, что она самое дорогое, что у него есть. Впрочем, с её стороны подобные заверения были не менее правдивы - шеф был единственным близким человеком в её жизни.
        Так было и в то злосчастное утро. Когда она на свою беду узнала о начинающейся разворачиваться программе с высшим приоритетом, первым делом она побежала к нему.
        - Олег Владимирович, я уже слышала! Вы не можете меня игнорировать - только ни в этот раз! Ну и не вздумайте загружать меня бумажной работой или какой-нибудь волокитой - в деле такого значения наверняка найдется место полевому агенту. Клянусь, что не буду лезть под пули и подвергать себя опасности!..
        Мужчина в годах пережил вторжение со спокойствием стоика. Его поза осталась непринужденной, по мнению Сандры даже чересчур: руки сложены на груди, ноги закинуты на стол, а голова откинута на спинку кресла - не очень удобная поза, учитывая его деловой костюм, в котором и присесть невозможно. Да и, похоже, что хозяина кабинета нисколько не заботило, что его не очень стильные ботинки лежали на письменном столе из настоящего дерева.
        Немного понаблюдав за Сандрой из такого положения, он все же снизошел до разговора. Борозды морщин на лбу чуть разгладились, глубокий и длинный шрам на щеке стал вдвое заметнее, ноги вернулись под стол.
        Придвинув кресло, произнес удрученным тоном:
        - Да, да, конечно входи Александра, можешь даже не стучать.
        - Шеф, вы специально меня бесите? Ну сколько можно говорить? Не зовите меня так!
        - Прости, всё время забываю, Сандра. Располагайся.
        Она прошла через длинный полупустой кабинет, и присела к столу начальника.
        - Ну, я вся внимание, шеф.
        - Это я весь внимание, Александра… То есть, Сандра. Зачем ты ворвалась в мой кабинет?
        - Шеф, я слышала о том, что затевается какая-то серьезная операция…
        - И ты хочешь получить в ней какую-то роль? - уточнил шеф.
        - Не просто какую-то, а значительную!
        Серые глаза одарили её тяжелым взглядом, которым шеф награждал подчиненных, перед тем как устроить выговор. Однако в этот раз не было ничего подобного:
        - Хорошо, Сандра. Видит бог, я этого не хотел, но я так же не хочу, чтобы ты сделала мою жизнь невыносимой. Что же, собирайся, поехали.
        - Куда? - опешила она.
        - На брифинг… Или уже передумала?
        - Нет-нет! - спохватилась Сандра. - Я готова.
        Спустя пару минут, они уже были в служебном авто, мчащемуся среди небоскребов к самому сердцу города.
        - Можешь гордиться, - говорил шеф, - я выдал тебе первый уровень допуска, и теперь ты не просто входишь в число избранных, но стала самым молодым агентом посвященная в тайны города за всю историю.
        - Тайны? - переспросила она. - Звучит интригующе.
        Шеф молчал несколько минут:
        - Наверно мне придется начать издалека… Скажи, как устроен наш мир?
        - Это знают даже дети…
        - Тем не менее, скажи.
        - Ну, после Великой войны, мир поглотил Белый туман - смертельно опасная радиоактивно-химическая смесь, - сказала она то, что заучивала в школе. - Лишь несколько изолированных друг от друга городов-государств смогли отгородиться от него с помощью огромных стен. Самый ближайший город от нас называется Китай…
        - Чушь, - бросил шеф.
        - Что? - не поняла Сандра.
        - Чушь, - повторил он. - Город под названием Китай - вымысел. Он миф. Его не существует. Он придуман для того, чтобы жителям Города не казалось, что они одиноки в целом мире…
        - Но…, - начала она и осекалась, вспомнив, что пообещала самой себе, что не станет ничему удивляться. - Вот значит как…
        - Именно так. Но это не самое главное. На самом деле, мир вовсе не погиб в той войне. Далеко за колыхающимися полями Белого тумана, лежат нетронутые области. Там растет трава и цветут деревья, там пасутся коровы и бегают зайцы - там вполне можно жить.
        По мере того, как фантастические слова слетали с языка шефа, глаза Сандры распахивались всё Сандра все шире. Она была в шоке: всё, что она знала, всё чему её учили, всё говорило ей, что это не может быть правдой. Однако в правдивости слов шефа не было никаких сомнений…
        - Это самый большой секрет Города, Сандра, никто не должен о нем узнать. В противном случае череда кровавых бунтов станет наименьшим из зол.
        - Но почему? - выдавила она из себя. - Почему?
        - Почему мы не можем туда переселиться, а вместо этого предпочитаем смотреть, как гниют заживо дети бедняков? - спросил он, потирая шрам на щеке. - Потому что мы слабы, Сандра. У того мира иные хозяева…
        - Кто они?!
        - Те, кто пережили Великую войну, те, кого воюющие стороны использовали в качестве биологического оружия. Посвященные в тайну называют их Зараженными, но я слышал и другое название. Демоны.
        Сандра не верила ушам - но шеф не мог лгать.
        - Насколько они сильны?
        - Достаточно сказать, что если один из них попадет за стены - Город обезлюдит менее чем за сутки… Ты не должна бояться, Сандра. Монстров не существует. Ни монстров, ни магии, ни демонов.
        - Но…
        - Всё, Сандра, все вопросы потом - мы приехали.
        Она глянула в окно: их машина, разбрасывая вокруг сине-красные огни, приземлялась на крышу самого большого здания в городе - Дом Правительства встречал их во всем своем величии.
        - Я думала, мы летим на брифинг…
        - Так и есть. Нас будет инструктировать Правительство.
        - Не может быть…
        Он улыбнулся и вышел из машины.
        В другой раз Сандра непременно бы крутила головой, в восхищении разглядывая здание, куда могли попасть лишь единицы. Сейчас же, она прошла мимо караульных и нескольких постов охраны, не заметив колючих взглядов и сканирующих устройств. Даже вывешенные на стенах коридоров и залов, расписанные золотыми нитями знамена, гербы и слова великих Правителей не вызывали в ней должного благоговения. Земля словно ушла из-под ног. Разум был поглощен словами шефа, которые до сих пор отдавались в голове многократным эхом.
        Она частично пришла в себя только в темном и мрачном зале - правда затем она впала в ступор.
        Несколько местных источников света освещали большой прямоугольный стол, за которым, однако сидело лишь трое. Во тьме вокруг стола стояли люди - безмолвные свидетели, лиц которых, Сандра даже не пыталась угадать. Точно так же, она с шефом заняла свое место и, чуть дыша, пожирала глазами величайших в мире людей, правящих городом столько, сколько она себя помнила.
        Похоже, что это странное собрание только начиналось - трое Правителей, само существование которых было овеяно тайной, вели размеренный диалог. Она не знала их имен, как доселе не видела их лиц, потому что их указы транслировались Городу другими. Сандра по служебной привычке дала каждому из них имена соответствующие особенностям внешности.
        - Город умирает, - сказал тот, кого она из-за массивной челюсти и тысяч морщин назвала Бультерьером, - ресурсы подходят к концу, древние технологии больше не поддаются ремонту.
        - Это правда, - поддержал второй Правитель, которого она назвала Кислым, - уже через два месяца в трущобах вспыхнут первые голодные бунты. Если мы не хотим открыть шлюз и под предлогом аварии убить десять-двадцать тысяч, нам необходимо принимать решение немедленно.
        - Тянуть более нельзя, - кивнул третий, которого она назвала Одуванчиком, из-за огромной лысины среди свисающих до плеч белоснежных косм. - Тем более что есть хорошие новости: ключ найден - то, что было десять лет назад более не повторится.
        Сандра старалась унять дрожь во всем теле. Она дала себе слово сохранять спокойствие, внимательно слушать, а анализировать после. Но гораздо проще сказать, чем сделать!
        - Верно, - сказал Бультерьер, - нам известно месторасположение сохранившегося после войны комплекса промышленных фабрик, лабораторий и складов. Город восполнит ресурсы и откроет тайны утерянных технологий.
        - Система станет совершенной, - подтвердил Одуванчик.
        - Но кто доставит туда ключ? - задал вопрос Кислый.
        - На то есть агенты СБГ - они сейчас позади нас.
        - Хорошо, - провозгласил Бультерьер, - тогда согласовываем задействование Первого полка и вылет Левиафана…
        Зал охнул - даже Сандра вздрогнула, когда на пустовавшем месте с другого края стола возник человек. Он был в дорогом деловом костюме, однако местное освещение не могло прогнать тень с его лица.
        - Вновь вы за своё? - спросил он властно. - Забыли, что было десять лет назад?
        Сандра украдкой оглянулась в темноте: зал, казалось, вымер - люди превратились в каменные изваяния, лишь руки шефа мелко тряслись. Но люди не умеют телепортироваться - не умели даже до войны! Мысли Сандры заметались в поисках ответа - но первым его обнаружили глаза.
        Тонкий, как нить луч тянулся от объявившегося человека к углу темной комнаты - туда, где в маленьком противопожарном пенале мерцал крохотный светодиод…
        "Голограмма? - подумала она. - Но разве Город располагает такими технологиями?"
        Тем временем, Бультерьер словно ища поддержки, бросил взгляд на Кислого и Одуванчика:
        - Мы помним и сожалеем о потерянных в прошлом ресурсах, однако мы приняли решение - ты не можешь нам указывать.
        Человек, вместо лица которого зияла тьма, молчал должно быть целую минуту:
        - Как и десять лет назад, я вижу, что вас невозможно переубедить. Тогда я вновь сделаю пророчество: армия, которую вы пошлете за стены, погибнет; ресурсы Города будут утеряны точно так же бессмысленно, как и в прошлый раз - не важно, есть у вас мнимый ключ или нет. До встречи.
        Он исчез также неожиданно, как и появился. Сандра взглянула в угол и увидела, что светодиод перестал мерцать. Интересно, знает ли шеф что-нибудь об этой технологии?
        В зале на какое-то время повисла тишина, затем Бультерьер сообщил, что принятое решение остается в силе и закрыл собрание.
        Зал в мгновение обезлюдел - Сандра со своим шефом покинула здание в полном молчании. Голос прорезался лишь по возращении в Управление.
        - Что произошло десять лет назад? - спросила она, закрывая двери кабинета.
        - Город направил войска на захват этого комплекса. Нам оказали сопротивление - была ужасная мясорубка…
        - Оказали сопротивление? Кто?
        - Охранная система и её хранитель.
        - Хранитель?
        Он задумчиво потер шрам на щеке.
        - Сандра, если ты сложишь в едино те истории, которые я рассказывал тебе на ночь, общая картина будет ясна.
        Он откинулся в кресле, и Сандра поймала на себе невидящий взор.
        - Как я уже говорил, за этими стенами иной мир, - продолжил он. - Там жизнь, простор, воздух и никакого ядовитого тумана… Тем не менее, тот мир смертельно опасен. Когда я был молод как ты, мне казалось, что мне под силу его взять. Но я жестоко ошибался. Там хозяйничают силы недоступные нашему с тобой пониманию.
        - Что вы имеете ввиду?
        - Я говорю, что у этого довоенного завода есть свой хозяин или хранитель - только он может отключить охранную систему. В экспедиции десятилетней давности, я состоял в команде, которая должна была пленить этого хранителя, и заставить отключить систему защиты - мы наивно полагали, что это будет легко. Я единственный кто выжил, столкнувшись с ним лицом к лицу… - тот ужас до сих пор снится мне темными ночами. И я не хочу, чтобы ты пережила нечто подобное. Я не хочу отправлять тебя туда, даже зная, что ты мой лучший агент, и главное, самый подходящий по всем критериям…
        Теперь он непросто тер шрам, а растирал ногтями, будто пытаясь содрать кожу.
        - Прости, отвлекся. Надо добавить, что после провала моей операции, Правительство санкционировало прямую атаку на комплекс. Как и следовало ожидать, древние технологии оказались сильнее наших солдат - вся экспедиция была потеряна.
        - Но что же изменилось сейчас?
        - Появились новые данные, которые пробудили старые надежды. Та экспедиция оказалась вовсе не такой уж бессмысленной - в результате неё, мы смогли получить образец крови хранителя. Исследователи выявили, что в ней содержится какая-то аномалия, предположительно охранная система реагирует на неё, как на код "свой-чужой". Десять лет ученые пытались синтезировать эту аномалию в крови - безрезультатно. Кто-то с отчаяния предложил запустить широкий поиск в базах данных Города… Какого же было изумление, когда выяснилось, что среди граждан есть человек с идентичной кровью…
        - Хочешь сказать…
        - Нет, конечно, нет, - замахал руками шеф. - Это просто совпадение, как говорят биологи, один на миллиард, но совпадение. Этот парень - уроженец города, и учится в Академии. Он тот ключ, который отворит врата комплекса. Благодаря ему Город возродится…
        Она помотала головой, от чего медные волосы заискрились - она хорошо знала, как это нравилось шефу, но сейчас причиной телодвижения была иной:
        - Повтори еще раз: у какого-то парня в Городе, кровь такая же, как у твоего страшного Хранителя?
        Шеф вновь стал тереть шрам, перехватив её укоризненный взгляд, он произнес с тоской:
        - Ничего не могу с этим поделать - он чешется всякий раз, когда я вспоминаю ту встречу. Да признаюсь, меня поначалу также насторожило это совпадение, но на протяжении всех этих лет, никто и подумать не мог искать аномалию крови у жителей Города.
        - Но ты говорил, что вовне Города живут Зараженные - может он один из них?
        - Абсурд. Кроме того, мы сделали все необходимые проверки - он чист. Расслабься, Сандра - это просто прихоть природы. Он не является копией этого самого хранителя, главное, что охранная система воспримет его, как "своего". Да и наше с тобой мнение уже не важно: ты слышала Правительство - операция назначена уже на послезавтра. До этого времени, тебе предстоит завербовать объект - благо вы практически ровесники.
        - Кто он?
        - Аналитики собрали лишь поверхностную информацию. Наш объект студент Академии - его биография немного мутновата, но в целом ничего предосудительного. Я уже спланировал комбинацию, как заставить его помочь городу и при этом не посвящать в курс происходящего. Твоя задача сблизиться, охарактеризовать и вести его, так чтобы до поры он не узнал ничего лишнего. Все подробности задания, включая личное дело объекта здесь - ознакомься.
        С этими словами он протянул черную папку с грифом "Совершенно секретно". Взяв её, она кивнула и, понимая, что на этом аудиенция закончена, направилась к двери.
        - Есть кое-что еще, Александра, - сказал он, и она замерла.
        - Сандра, шеф!.. Я слушаю.
        - У меня очень нехорошие предчувствия.
        - Что-то конкретное?…
        - Нет, - качнул головой он и задумчиво потер шрам. - Но судя по его делу, он - нищеброд, игроман и бездельник. Однако его до сих пор не вышибли из Академии - это неспроста…
        - Может быть он просто "обаяшка"?
        - Может быть. Но обаяние - один из составных элементов внушения. Возможно, он хорошо владеет этой силой, так что сейчас ты пойдешь к нейропрограммисту и обновишь антигипнозный блок в своей прелестной головке. Даже если он обычный студент-неудачник, перестраховка не повредит. Это приказ.
        - Есть, шеф.
        - И еще. Мне кажется, у тебя могут возникнуть сложности с легендой. Тебе предстоит под видом двадцатилетней богатенькой дурочки, вжиться в среду тинэйджеров, игроманов и прочих идиотов - для этой роли у тебя слишком колючий взгляд.
        - Ну, шеф, ты же меня хорошо знаешь - я неплохая актриса.
        - В том-то и дело, что хорошо знаю. Ты слишком переоцениваешь свои способности.
        - Нуу…
        - И ты слишком часто "нукашь". Если в твои-то годы хочешь оставаться маленькой девочкой, попросишь доктора Сармата сделать так, чтобы говорить вместо "ну" - "мур"… Сойдешь за няшку. В сети пишут, что тинэйджеры без ума от няшек.
        У Сандры отвисла челюсть. Не давая ей возможности прийти в себя, шеф напомнил, что это приказ и велел закрыть дверь с обратной стороны.
        Сандра не решилась ненароком "позабыть" дополнительное указание шефа - в конце концов, она сама пришла к нему за этим заданием. Она подтвердит свой профессионализм, пусть даже для этого потребуется выполнить издевательский приказ.
        И нет - её вовсе не зацепили слова шефа, о том, что она склона себя переоценивать. Эти слова просто бесили!
        Медицинский кабинет внушал едва различимую тревогу. Дело было вовсе не в букете подозрительных запахов - скорее в излишней белизне интерьера, количестве и габаритах гудящего и перемигивающегося оборудования.
        - Доктор, - позвала она, - мне так же необходимо убрать из своей речи некое слово, которое, по мнению некоторых, я слишком часто употребляю.
        Доктор Сармат - пятидесятилетний старик, сразу не понравился Сандре. Его лысину украшала лишь каемка жидких волос, и старческие пятна облепили её как грибы гнилой пенек. Но дело не в пятнах. Было в его походке, манере и во взгляде что-то вселяющее уныние даже в неё: молодую, активную и неуемную. Наверно всё дело в его лице, напоминающем морду собаки породы бассет-хаунд - именно оно придавала всему облику налет глубоко уныния и усталости от жизни. А усталый вид всегда ее напрягал.
        Он посмотрел на неё своими ромбовидным глазами, спокойно и серьезно, от чего возникло желание отвернуться. Но это было бы крайне невежливо и поэтому, она вынуждена была терпеть эту жуть.
        - Желаете избавиться от слова-паразита? - переспросил он.
        - Нет… это просто часть речи, которую я употребляю немного больше остальных. Мне необходимо, чтобы вы заменили "ну", на "мур"…
        Он не улыбнулся, складки лица даже не дрогнули. Серьезно кивнув, он, наконец, убрал от её лица свой влажный взгляд и шаркающей походкой отправился настраивать аппаратуру.
        - Это будет легко. Полагаю, можно совместить эту задачу с операцией по укреплению психоблока, защищающего ваш разум от нелегального вторжения…
        Не обращая более на его бормотания никакого внимания, Сандра села на кожух странного агрегата и открыла папку, которую шеф предоставил для ознакомления с операцией.
        В двух словах, ей предстояло знакомство с неким гражданином, обладателем тупого имени Саймон Сэт. Необходимо втереться к нему в доверие, произвести оценку его главным образом моральных качеств, а потом, вместе с ним погрузиться в военный транспорт.
        Изображая сексуальную дурочку, следует контролировать его и прохождение всей операции "изнутри". Роль предполагала образ хрупкой девушки, окруженной грубыми вояками, нуждающейся в постоянной защите и ободрении - а кто может справиться с зашитой девушки лучше, чем главный герой, такой сильный и отважный - студент, так любящий приключения в виртуальном пространстве?
        Бесспорно - он на это поведется.
        Касательно операции по внедрению в круг знакомых объекта, - тут так же все было продумано. Этот тип - заядлый игроман. Управлению необходимо лишь подтасовать результаты его игры, и он станет чемпионом города - а она, соответственно чемпионом с приставкой вице. Ей станет интересно, кто и как смог её обыграть, и она найдет его, и задаст этот вопрос напрямую. А дальше дело техники… После того, как она составит о нем впечатление и восполнит пробелы в его личном деле, операция перейдет во вторую фазу.
        Их двоих, предварительно снабдив билетами в мифический город Китай, посадят в "Левиафан". Якобы они должны участвовать в мировом чемпионате, какой-то дурацкой игры. То, что Левиафан окажется доверху набитым вооруженными до зубов десантниками, объекта волновать не должно - до самого начала непосредственной операции она должна держать его в каюте.
        Далее, она проведет его к воротам довоенного комплекса, и деактивирует систему защиты. После того, как военные техники разберут завод по винтикам, объект, в целях поддержания секретности, будет уничтожен…
        Сандра задумалась. В принципе этого типа можно было бы и не убивать, в конце концов, он узнает лишь о заводе, а не об истинном устройстве мира. Впрочем, приказ есть приказ.
        - В целом, неплохой план, шеф.
        - Вы что-то сказали? - спросил доктор.
        - Нет, ничего, простите.
        - В таком случае, можем начинать. Пожалуйста, ложитесь на кушетку.
        Отложив папку, она смело шагнула к пластиковому столу, который доктор по недоразумению назвал кушеткой, и грациозно уложила на него свое тело.
        - Нервничаете? - спросил доктор. - Неужели впервые проходите процедуру?
        - Нет. Ну, просто не очень верю в действенность нейропрогрммирования… Не принимайте на свой счет, доктор.
        - Вам всё это кажется фокусами, а дело, которому я посвятил всю жизнь, простым шарлатанством? - поинтересовался он, при этом, нисколько не меняя тона.
        Стол, на котором она лежала, повинуясь упавшим на сенсор старческим пальцам, покатился к угрожающего вида аппарату, занимающему пространство в треть кабинета.
        - Не поднимайте голову, - добавил он, перед тем как стол вместе с Сандрой целиком заехал в утробу заурчавшего агрегата.
        Центрифуга перед её лицом закружилась, синие лампы принялись попеременно слеплять ее, невзирая на закрытые веки.
        - Нет, - сказала она, - я не думаю, что вы адепт лженауки, однако…
        - Закончили, - перебил он.
        Пляска света действительно остановилась, центрифуга перестала урчать, а кушетка выкатилась на свободу.
        - Теперь полежите десять минут - иначе у вас может закружиться голова.
        - Хорошо… Так вот, доктор, не думаю, что ваш аппарат может что-то поменять. Человек может изменить сам себя, или его могут изменить внешние обстоятельства: облучение каким-то светом не может поменять его поведение и психологический портрет. Вы не сможете сделать никого лучше, убрать комплексы или исправить речь….
        - Вы так считаете?
        - Мур… Что за хрень?!
        - Знаете что, я, пожалуй, схожу за кофе, а вы можете идти через десять минут.
        - Мур, я… Твою мать! Доктор! Доктор Сармат постойте!..
        Дверь кабинета закрылась, и Сандра оказалась предоставлена самой себе.
        Прикусив губу, она покосилась на лежащую на столе папку, и едва не упала с кушетки, когда попыталась до нее дотянуться. Нарушить предписание доктора отнюдь не хотела - со старого хрыча станется устроить ей лоботомию, после того как она потеряет сознание от того, что поднялась с кушетки на пять минут раньше положенного.
        Тем не менее, папка оказалась у нее в руках, и, закинув ногу на ногу, она стала читать содержимое лежа. Начала с личного дела объекта.
        - Саймон Сэт, - произнесла она вслух, - что за идиотское имя.
        Она открыла глаза и, сильнее прижав руку к пульсирующей ране, совершила рывок. Боль вспыхнула с новой силой - но эта боль помогла ей выбраться из грез о прошлом. Ей необходимо подняться и продолжить путь.
        Еще недавно казавшаяся безграничной зеленая пустошь сильно изменилась за время проведенное в кратком беспамятстве: густорастущие луга, не знающие поступи стад травоядных, стали разнообразить проплешины - камни и галька не давали растениям заполонить весь мир и валуны попадались на встречу все чаще.
        Она продолжала истекать кровью и не забывала каждый миг проклинать Саймон Сэта. Но даже образ самого ненавистного ей человека блекнул и размывался с новым пройденным шагом и очередным вытекшим из раны миллилитром жизненной силы.
        В конце концов, она потеряла нить, связывающую её с этим миром - забыла во имя чего продолжала так яростно бороться за свою жизнь. Её нога будто бы подломилась, она упала на колено и холодная галька с размаху ударила ей в лицо.
        Она перевернулась на спину. В ушах звенело, краски мира угасли - трава больше не была зеленой, небо - синим, а солнце - оранжевым. Лишь белые как мел пальцы из последних сил сдерживали скользящий по груди красный ручеек.
        "Небо серое, как сахар, в нем расплывается белый круг. Белый - как ванильный шоколад. Это сумрачный мир - мне предстоит умереть здесь. Кто я? Как здесь оказалась? Почему так холодно?… Мне говорили в Академии. Я уже отвечала на этот вопрос… Надо лишь вспомнить. Образы. Еще более размытые чем раньше. Но эти голоса…
        Они так отчетливы:
        - Кто ты?
        - Я агент СБГ.
        - Что есть СБГ?
        - Служба Безопасности Города.
        - Каков смысл твоей жизни?
        - Защищать Город до последней капли крови.
        - Тогда носи этот жетон с гордостью…
        Не то. Все не то. У меня нет больше крови, у меня нет больше сил. Я забыла, почему должна защищать Город… Забыла, для чего должна жить. Должна быть иная причина. Должна быть… То заклинание. Да, заклинание… Саймон Сэт. Саймон Сэт. Саймон Сэт - вот она причина. Именно он убил отца, именно он растоптал меня - вот почему я здесь, в этом сумрачном мире.
        В глазах темнеет, тело трясет, но сердце бьется сильней и дыхание учащается. Саймон Сэт - это хорошее заклинание.
        - Саймон Сэт, - прошептали губы, - клянусь, что не умру, пока не оторву твою проклятую голову.
        …Но что это? Почему пропало небо, и тело стало легким, невесомым и холодным? Что это передо мной?"
        - Нет! Не надо! Отпусти! - зашипела она, поняв, что оказалась во власти потусторонней силы.
        Призрак из ада добрался до нее раньше, чем она умерла. Теперь она висит над землей, и ледяная рука сжимает её горло. Руки царапают невидимую плоть, а болтающиеся ноги изо всех сил пытаются найти опору.
        - Нет! - шипит она, пытаясь ослабить ледяную хватку и одновременно повиснуть на прозрачной руке.
        Сквозь преграду из ужаса и паники из подсознания пробиваются чуждые мысли.
        "Вот она - смерть. Слава Городу, она наконец-то пришла…"
        Перед смертью обострились все чувства: она ощущала дуновение ветерка и слезинку, катящуюся на грязной щеке.
        Сандра широко раскрыла рот - но сжатое горло не пропустило в легкие воздух и не трансформировала его в пронзительный крик. Она увидела его пасть. Прозрачную, почти невидимую - и это не от того что перед глазами все расплывается.
        Демон кусает себя, и она видит, как его прозрачные клыки вонзаются в полуматериальную руку - но кровь капает плотная и яркая. Она настоящая - такая же, как у неё.
        "Что он делает? Нет, не хочу!"
        Кровоточащая рука оказалась перед её лицом и капли алого пролились на неё сверкающим дождем. Ледяная кровь оросила её губы, соленая влага попала в рот.
        Он бросил её на землю, как тряпичную куклу и исчез без следа… Совсем как Саймон Сэт.
        Её сумрачный мир, наконец, померк. Несколько мгновений она гадала, придет ли ему на смену какой-либо другой… А потом её полностью поглотила тьма.
        Глава 3
        Она вновь бежит. Бежит долго - с того самого момента, как очнулась после нападения демона. Травянистая местность осталась позади - впереди лишь валуны, достигающие её роста, и крутые сопки предгорья.
        Самочувствие оставляло желать лучшего - однако она бежала. Демон думал, что она мертва. Но он просчитался.
        Как-то давно, когда она еще была маленькой девочкой, спросила отца, который вышел из душа обернутый полотенцем:
        - Папа, почему у тебя на груди и спине такие большие шрамы? Ты вправду сражался с чудовищем?
        Отец продемонстрировал свою чарующую ухмылку, но не отшутился как обычно. Посмотрел прямо в глаза и сказал:
        - Ты уже большая девочка и должна знать, что чудовищ нет. Нет ни монстров, ни магии.
        В ответ она настойчиво указала своим тоненьким пальчиком на большие, белые, как водяные змеи шрамы, тянущиеся от ключиц до живота.
        Он вновь усмехнулся:
        - Помнишь, в прошлом году меня не было дома месяц? Тогда я путешествовал за Городом - вертолет, в котором я летел к тебе разбился и я с выжившими шёл по лесу пока не встретил медведя. Он был огромным, черным, зубастым. Когда он встал на задние лапы и заревел, все мои товарищи побросали оружие и понеслись без оглядки, а я выстрелил - но наверно промахнулся.
        Она широко раскрыла глаза и зажала руками рот, но отец был неумолим:
        - Медведь настиг меня в один миг. Острые когти начали раздирать меня, а следующее что я помню - очнулся в яме среди корней и листьев - медведь подумал, что я мертв. Но он просчитался. Он собирался подождать, когда мое тело распухнет и станет мягким и сладким, но я перехитрил его. Не смотря на раны, мне удалось уползти за пределы его территории… Но тебе нечего бояться - этот медведь остался там, далеко за стенами и туманом - ему никогда до тебя не добраться…
        Царство камней и валунов вдруг сменилось вотчиной взмывающих в небо скал. Могучая гора заступила дорогу, но она почти сразу нашла расщелину, почти что каньон - будто перст указывающий путь. Угадав в открытии добрый знак, она, наконец, остановилась чтобы отдышаться - конечно, этого делать не стоило, демон, как тот медведь, в любой момент мог обнаружить пропажу ужина и пуститься за ним в погоню. Но силы были на пределе.
        Просто невероятно, что она вообще сюда добралась: настоящее чудо, что она могла бежать - еще час назад она изнемогала, и сил не оставалось даже на обычный шаг.
        Она неожиданно вспомнила безумие творившееся в голове, когда она падала, поднималась и снова ползла, как заклинание, произнося ненавистное имя. Возможно, это имя и вправду помогло активировать скрытые резервы организма, а возможно это сделал демон - напугав, быть может, до седины.
        Кровь перестала течь - Сандра не стала раздвигать края материи, опасаясь разбередить рану. Теперь казалось, что ранение было не столь уж опасным - просто не верится, что она жевала сопли, как какая-то девчонка. Немного подумав, она списала то состояние на шок и острую боль от открытой раны.
        Прикрыв глаза, она прислушалась к себе: действительно, рана давала о себе знать лишь тупой редко пульсирующей болью, к которой, впрочем, она привыкла настолько, что могла и не обращать внимания.
        Но это относилось лишь к боли. Чувство голода настолько разбушевалось, что стало проблемой. Конечно, можно было всё же немного отдохнуть, исхитриться перевязать рану и наловить этих сусликов, которых она в избытке видела, пробегая по равнине - но она чувствовала, что это ей дорого обойдется. На этот раз демон разорвет ее на части.
        Чуть выровняв дыхание, и немного охладив тело, она продолжила путь - шагом.
        Её цель - Левиафан. Он где-то здесь, за этими скалистыми гребнями. Достигнув его, она окажется в безопасности, и все её проблемы останутся в прошлом.
        Конечно, ей еще предстоит собрать поисковую команду и изловить некоего субъекта с дурацким именем, но сложностей возникнуть не должно. Она справится. Саймон Сэт никуда не денется. Расплата не заставит себя ждать. О нём можно забыть…
        И как только она могла в самом начале принимать его за студента-неудачника? Что с ней было не так? Может быть, дело в той мистике, что окружила его словно мифическим плащом-невидимкой, или дело и вправду в ней самой? Может быть прав был шеф, говоря, что она возомнила о себе слишком много: убежденная в том, что от её глаз ничто не скроется, просто позволила себя одурачить. С самого начала она считала, что ведет игру, и эта самоуверенность не позволяла разглядеть тревожные признаки, проскальзывающие из-под маскарада этого чудовища… А потом было слишком поздно.
        Там в игровом зале, среди бесчисленных людей желающих уйти от реалий этого мира, он показался ей безобидным, чуть замкнутым в себе, и даже немного пришибленным тихоней. Ему только что подсунули в лотерее баснословный выигрыш - и теперь он не знал, что делать: исполнять долг честного гражданина, который велел бежать в полицию и сообщать о невнятном подлоге, или умолчать, оставив себе весь выигрыш и подвергнуться риску быть изгнанным в трущобы.
        И вот он встречает ее: такую загадочную, такую блистательную - просто не от мира сего богиню. И, конечно же, она заговорила с ним - с ним - жалким неудачником, который и живых девушек-то видел только издали. И все благодаря этому "лотерейному билету" - если он его лишится, то навсегда потеряет не только её, но и целый мир, который она олицетворяет - прекрасный, сияющий, манящий.
        Разумеется, она подыграла его тайным желаниям, спросив, каким это образом он обыграл её - чемпиона прошлого сезона игры. Ему пришлось лгать - а ложь это паутина, липкая и стойкая, лишь задев которую опутываешься с ног до головы. Он сам перекрыл себе путь к отступлению.
        Вот собственно и всё - она мысленно протирала руки, радуясь как легко жертва попала в расставленную ловушку и так же мысленно показывала язык шефу, который усомнился в её актерском таланте… Теперь, чтобы не сорвался с крючка, оставалось втянуть его поглубже: погулять полночи, а наутро прислать курьера с билетами на выдуманные игровые соревнования в такой же выдуманный город Китай.
        Всё было под полным контролем… По крайней мере, так казалось тогда. Но что на самом деле происходило - она не знала даже сейчас.
        Был ли он на крючке хоть несколько секунд? О чем он думал на самом деле?
        Возможно, она не узнает этого никогда. Наверно, она сама с самого начала была на крючке, вероятно, всю комбинацию, которую задумал шеф, Саймон Сэт разгадал в тот самый миг, когда в игровом зале увидел поджидающую его красивую девушку. Быть может, вся эта операция служила его целям - он сам устроил её, чтобы просто попасть за стены Города! Ведь это его кровь такая же, как кровь Хранителя довоенного завода…
        "Стоп. Стоп. Стоп! Не сходи с ума, Сандра. Ты даже не переоцениваешь, ты - перегибаешь.
        Саймон Сэт, кто бы он ни был - всего лишь человек. Или скрывающееся под его маской чудовище, например каннибал, или быть может серийный убийца. То, что у него есть неординарный талант, возможно даже гений, еще не делает его всезнающим богом - он не мог инициировать и просчитать всю эту операцию, только для того, чтобы выйти за стены, подышать свежим воздухом. Ты ведь помнишь, что он терялся в догадках о происходящем, и именно поэтому полез среди ночи в Управление?
        Конечно, помнишь, ты ведь сама там была…"
        Она вздрогнула и вскрикнула. Её прошиб ледяной пот, когда она обнаружила себя сидящей на камне среди безмолвных скал. Она не помнила момента, когда заснула, как и не помнила, чтобы решилась на отдых.
        - Проклятый Саймон Сэт всё же сведет меня с ума, - сказала она, вставая. - Надо идти.
        Теперь путь стал значительно труднее. Каньон по которому она шла, уже не был прямым и плоским. Путь постоянно перегораживали растущие из земли камни величиной с дом. А иногда ей приходилось взбираться на фасады особо массивных скал, и даже перепрыгивать со скалы на скалу и как акробат балансировать на краях уступов.
        Она проделывала это молча, до тех пор, пока не соскользнула и не рассадила себе колено.
        Вдоволь посквернословив, вновь перешла к излюбленной теме:
        - Интересно, Саймон Сэт, был ли ты открыт хоть раз? Был ли ты честен, когда рассказывал о том, что мечтаешь помочь угнетенным в трущобах? Или это была всего лишь игра? Маска, за которой я не разглядела твоего истинного облика?
        Она закрыла глаза и вспомнила момент, когда они вдвоем пролетали над городом, направляясь в фальшивый ночной клуб. Воспоминание было ярким, будто это произошло пять минут назад…
        - Раньше у этой реки было название, - сказала она, - но потом в названии отпала необходимость и про нее так и говорят: Река.
        - Как же её называли? - уточнил Сэт.
        - Если ничего не путаю - Нева. А этот город называли Городом на Неве.
        - Глупое название.
        - Да уж.
        Сидящий рядом парень вновь ушел в себя, и чтобы его растормошить Сандре пришлось задействовать личный, а потому искренний и живой интерес.
        - Саймон Сэт, - произнесла она, - а ты знаешь кто такая няшка?
        Молодой человек покосился, но ничего не спросил, сказав то же, что написано в энциклопедии:
        - Это нечто милое - играющийся котенок, или странная, но забавная девушка. Так можно назвать, например девушку, которая постоянно мурчит…
        - Мур, я так и подумала…
        Чтобы не чертыхнуться и не выйти из образа, она закусила губу и вновь повернулась к окну - это неуместное мурлыканье начинало бесить! Да и парень стал раздражать.
        Она провела с ним весь вечер, а до сих пор не смогла раскусить. То есть, он конечно опасности для операции не представлял, да и был, в общем-то, вполне разговорчив, разоряясь о своем тяжелом прошлом, но было одно "но". Она пятой точкой чувствовала, что с этим парнем далеко не все так просто.
        Нет, конечно, в характеристике она напишет, что он уникум - хотя бы на том основании, что создал прецедент, когда из трущоб поступил в Академию. Но всё же он что-то скрывал. Что-то не сходилось. Что-то неуловимое, эфирное - нечто чего нельзя ухватить.
        Воспользовавшись тем, что её подопечный был поглощен рассматриванием городской стены и молочным океаном, плещущимся за ней, она прикрыла веки и привлекла все свои способности к концентрации.
        Ей известно, что объект не ординарен - каким-то образом он получил в трущобах знания необходимые для успешного зачисления в Академию. Но даже прохождение конкурса четыреста человек на место, само по себе ничего бы ему не дало, если бы он не мог оплатить учебу. Большая удача, что его мать-алкоголичка в этот самый момент приглянулась какой-то шишке с Верхних уровней. И приглянулась настолько, чтобы "вывести её в люди", затянуть с ней продолжительный роман и согласиться спонсировать учебу Саймон Сэта. А еще подарить ему право иметь на бумаге официального отца - очень удобно для последнего.
        Личность сего благородного человека для Управления пока оставалась неизвестной: этот примерный гражданин вскоре бросил свою пассию, но продолжал регулярно перечислять деньги на счет. Анонимность отправителя этих денег была настолько надежной, что без дополнительной информации даже отделу финансовой разведки пока не удалось узнать их источник, а стандартные процедуры и опросы свидетелей не могли быть проведены, чтобы не насторожить объекты. Впрочем, это не важно.
        Саймон Сэт обладал комплексом героя - заставлявшим его пытаться спасти людей в трущобах, но эту черту компенсировала лень. Он почти не учился и не стремился найти хорошую работу. Вся его жизнь умещалась в крохотных процессорах генерирующих вымышленную реальность.
        Его можно было бы назвать конченым игроманом, с полной аналогией к неизлечимому наркоману, но он умудрялся удерживать достигнутые позиции на протяжении нескольких лет - ведь его так и не вышибли из Академии.
        Но её мысли текут не в том русле. Конечно, все перечисленное было, по меньшей мере, странно, но, по сути, это не её головная боль - пусть этим занимаются аналитики Управления. Она лишь должна составить психологический портрет - своего рода образ, лишь взглянув на который любой поймет с кем имеет дело.
        А вот образ-то как раз и не складывался. Она долго не понимала почему, как могла развлекала объект, улыбалась, выуживала информацию по крупицам, но лишь пройдя через "ВИП вход" самого элитного клуба города, наконец, озарилась ответом.
        Этот парень был склеен.
        Весь его образ был склеен из кусков. Склеен талантливо, но небрежно - будто несколько историй жизни разных людей переплелись в едином человеке, гармонично дополняя друг друга, но все же противореча.
        Как может простой студент вот так вот просто попасть в клуб, у входа в который толпятся мажоры, фотомодели и даже видные деятели города? Абсурд. Невозможно!
        Однако это было так. Имя Саймон Сэт произвело на девушку-хостесс поистине магическое действие. Саймон Сэт, кажется, был здесь не просто ВИП-персоной.
        Она решила форсировать события, напоить объект алкоголем и угостить довольно большой дозой наркотика, повести на танцпол - разогнать его кровь так, чтобы этот адский коктейль скорее обрушился на мозг. Сама она заблаговременно приняла меры предосторожности - но каково же было изумление, когда на пути к приватной кабине она поняла, что этот парень трезв как стеклышко. Неужели он тоже принял тучеву горсть таблеток, за несколько часов до их знакомства?
        Этого парня надо срочно вывести на чистую воду! Нужна дополнительная информация.
        Приволочив его в приватную кабину, которая больше походила на номер пятизвездочной гостиницы, она отделалась от парня под предлогом "попудрить носик". Убедившись, что никакой следящей аппаратуры в ванной не было, поднесла к лицу запястье левой руки, и нажала на одно из украшений золотого браслета. В тот же мгновение на тыльной части ладони появился экран, на котором проявилось родное лицо.
        - Шеф, не разбудила?
        - Всё в порядке, Сандра, - ответил он, - я остаюсь на работе до завершения твоей операции. Кстати, сколько времени тебе еще надо?
        - Об этом я и хотела поговорить, - с этим парнем что-то не то. Открылись новые факты и мне нужно, чтобы аналитики их быстро обработали. Кстати, по нему появилась хоть какая-то новая информация?
        - Нет, и я сомневаюсь, что сегодня она появится. Время к полуночи - аналитики, как и все оперативники уже в своих кроватях. Но я подниму их, если ты считаешь, что это необходимо.
        - Ладно, пусть отсыпаются, но боюсь завтра их ждет головная боль… Как всегда справлюсь сама.
        - Сандра, я конечно не аналитик, но кое-что могу посоветовать… Что у тебя произошло?
        - У меня несколько минут. Я сейчас нахожусь в туалете ВИП кабины клуба "Аврора". И знаешь, кто меня сюда провел? Именно. Наш объект.
        Поднятая бровь шефа медленно вернулась на свое место. Он помотал головой:
        - Поверить не могу. В прошлом месяце одна шишка из Правительства настоятельно предложила мне достать пропуск в этот клуб. Субъекту очень не понравилось, что его вместе с барышней-суперзвездой не пустили вовнутрь. И знаешь, я до сих пор не уладил эту проблему… Ладно, Сандра сворачивайся там, отложим вторую фазу на день.
        - Все нормально шеф, я вне опасности.
        - Уверена?
        - Да, езжайте домой, ложитесь спать - я буду через пару часов.
        - Нет, я дождусь окончания - не забудь доложить. Конец связи.
        - Конец связи.
        Человек со шрамом на щеке исчез с экрана, и Сандра опустила руку.
        Ей в любом случае ничто не угрожает - стоит лишь нажать кнопку на браслете, и через десять минут этот клуб будут штурмовать две сотни спецназовцев. В конце концов, если этот Саймон Сэт окажется сыном какого-нибудь криминального авторитета - он не такой идиот, чтобы покушаться на нее посреди толпы. Да и зачем ему покушаться на нее - хрупкую, обаятельную и привлекательную? Он никогда не догадается, что Сандра не та за кого себя выдает. Все опасения безосновательны.
        Она вышла из ванной и повела смотрящего телевизор парня на танцпол для ВИП-персон, дала ему гарнитуру, чтобы разговаривать через шум музыки и вновь попыталась выудить информацию о прошлом.
        И первым делом надавила на "больную" тему:
        - Ты говорил, что твоя мечта помочь людям живущим внизу. Это наверно больно, знать, что мечте не суждено сбыться, и ты не в силах ничего сделать.
        - Нет, неверно. Я делаю. Правда, делаю. Но этого недостаточно.
        Парень перестал танцевать, приосанился, вздернул вверх подбородок.
        - Как же ты им помогаешь? - спросила она несколько недоуменно.
        - Знаю, по мне не скажешь, но я владею многими различными заведениями в развлекательной индустрии. Практически всё криминальное подполье Города, так или иначе, перечисляет часть дохода на мои счета - на эти деньги в трущобах строятся туманные вытяжки, больницы, школы и дома для сирот. Но это лишь капля в море - бедняки продолжают вкалывать и умирать, а богачи пьянствовать и танцевать на крышах. Мое сердце жаждет справедливости, но разум опасается, что Город не переживет революцию. Именно поэтому, я не делаю ничего - просто сижу целыми днями в игре…
        Несколько секунд она стояла замерев, потом засмеялась каким-то лающим, нервным смехом.
        - В моих словах нет ничего веселого, Сандра, - сказал он. - В частности этот клуб принадлежит мне.
        Внутри неё словно лопнула струна - этот человек говорил правду.
        - Знаешь почему "Аврора" считается самым модным клубом города? - продолжил он. - Потому что сюда крайне трудно, даже практически невозможно попасть. Фейсконтроль заворачивает девять из десяти посетителей.
        - А знаешь, почему не смотря на это здесь столько людей? - говорил Сэт. - Потому что их нет. Это призраки - иллюзия. Преломленный свет, если хочешь - мастерская голография. Уберите их.
        Мертвая тишина обрушилась на неё дамокловым мечом. Световая иллюминация, феерическая демонесса, танцующие призраки и десятки живых людей исчезли, словно их и не было.
        Она испытала потрясение, а еще страх. На миг - на один лишь только миг, но все же эти чувства завладели сознанием.
        Она существует. Магия существует.
        В только что набитом зале остались лишь три человека - отец ошибался, говоря, что её нет.
        - Хостесс, - сказал Сэт. - Думаю, мы закончили.
        Немолодой мужчина с армейской стрижкой, вытащил из рукава пиджака миниатюрный инъектор и ударил, метясь ей в шею. Она пришла в себя в тот же миг. Сфера мистики и магии сменилась земной реальностью, в которой существовала физическая угроза. Это было буднично. Она к этому привыкла настолько, что тело ответило рефлекторно: миг - и игла инъектора кардинально изменила направление и покушавшийся на нее амбал полетел на пол без сознания.
        Вбегают еще семеро, вооруженные дубинками - тем лучше, она отыграется на них за свой страх и потрясение. Несколько минут предельной концентрации и все они пали к ее ногам - остался лишь он. Неопознанный владелец супериллюзий.
        Она никогда не слышала о таком. Возможно, эта технология была уникальна… Хотя стоп, точно такая же технология была использована тайным Правителем, во время собрания. Кто он? Где он ее взял? Он заодно с Четвертым Правителем?… Впрочем, она скоро это узнает.
        - Надо отдать тебе должное, - сказал он, - ты отважный и умелый воин.
        - Забавно, - бросила она пытаясь дышать ровно, - не могу того же сказать о тебе… Знаешь, а ты мне даже нравился… Жаль, что так вышло. Но по правде сказать все случившееся для меня было несколько неожиданным, и теперь я не знаю как быть… В любом случае, ты идешь со мной.
        - Рано празднуешь победу, женщина, - произнес он, не меняя выражения лица. - Ты еще не одолела меня.
        Ухмылка появилась на лице помимо воли, но потом пришло осознание, что этот стройный паренек вполне мог прятать где-нибудь пистолет. Но если такой имелся - тянуться за ним он не стал. Просто как-то по-новому заглянул ей в глаза и сказал фразу, смысл которой поначалу ускользнул…
        - Служи мне, Сандра.
        Он сделался выше, сильнее. Воздух вокруг него словно наэлектризовался, загудел и замерцал. И как только она сделала вдох, в груди распростерлось тепло и тело стало легким как перышко. Но в следующий момент закружилась голова, она зашаталась, и поняла, что она едва-едва выдерживает эту мощь.
        Он засветился словно изнутри и каждая часть, каждая клеточка, каждый атом его тела тянули словно магнитом. Его глаза, наполненные космической мудростью, безмолвно поведали ей, что в отличие от всех живущих на земле, он не песчинка, ни щепка, которую может смести разбушевавшаяся стихия - нет, он сам стихия. Он правит миром и люди его слуги, не знающие об этом в своем невежестве.
        Она упала на колено - на одно, поскольку он обращался к ней как к воину, а не рабу.
        - Да, господин. Я служу тебе. Приказывай.
        - Саймон Сэт, ты поработил меня. Загипнотизировал. Унизил. Раздавил. Надо было убить тебя сразу после катастрофы… Но клянусь, я еще поквитаюсь с тобой.
        Она поднялась с камня, на котором сама не помнила, как оказалась, а затем открыла глаза…
        …И похолодела от ужаса - на вершине каньона стояла прозрачная фигура. Сандра моргнула - и силуэт исчез.
        Она рванула что было сил. Бежала, забыв о работе, отце и мести. Земля под ногами проносилась так, словно планета стала вращаться в тысячу раз быстрей, камни, валуны, редкие деревья мелькали по бокам. Она взобралась в узкую расселину между двумя гребнями горы, в надежде, что та выведет ее в безопасность. Наверно раньше здесь проходила могучая река, о которой теперь напоминала лишь стершаяся галька и пересохший ручей, вяло изгибающийся в крохотном русле.
        Камень на который она прыгнула оказался мокрым и неустойчивым: нога соскочила. Она потеряла равновесие и упала прямо в ручей, но чтобы не терять драгоценное время, не стала гасить скорость - перекатилась и, невзирая на травмы, вновь продолжила бег.
        Ручей, вдоль которого она бежала, уперся в выросшую впереди стену - когда-то здесь был шестиметровый водопад, но сейчас сверху падала лишь жалкая струя воды. Но Сандре не было дела до метаморфоз природы - она оказалась в ловушке. Отвесные стены расселины давили на неё с обоих боков; впереди был тупик, а по ее пятам шел демон.
        Постояв у тонкой линии падающей воды, она бросилась на преграду, будто на ненавистного врага. Ногти еще помнившие, что такое маникюр вцеплялись в почву, камни и прорывающиеся между ними корни. Словно обезумев, она тянула по отвесной скале свое тело и почти добралась до края, как камень, казавшийся надежной опорой, вылетел из влажной глины и она сорвалась с пятиметровой высоты…
        Раздался треск от которого зубы свела оскомина, но боли она не почувствовала, только перед глазами все покраснело, как в старых компьютерных играх, когда герой на экране монитора получал урон.
        Забавно, она ненавидит игры, презирает тех, кто тратит отмеренное им время на бесполезные вещи. Почему же на ум ей пришел этот образ? Саймон Сэт? Он столько времени проводит в виртуальной реальности… но считать его презренным ничтожеством не могла даже она.
        Голод. Дикий, звериный голод пришел в тот момент, когда она осторожно стала подниматься на ноги. Казалось, что в животе образовалась черная дыра, медленно засасывающая внутренности и разрастающаяся с каждым мгновением. Желудок пульсировал, будто второе сердце, он требовал пищи, угрожая лишить разума.
        Должно быть, боль была: её просто не может ни быть, если ты упал с такой высоты на камни - но всепоглощающий голод был столь силен, что нервные импульсы от переломанных костей просто не доходили до мозга.
        Она вновь лезла на скалу, чувствуя, как растет голод - организм уже расплавил весь подкожный жир, и она ощущала, как впадают её щеки и все более выпирают ребра. Она не хотела даже думать о том, как ей удается сохранить контроль - она лишь знала, что стоит ей хоть на мгновение ослабить волю, и ее ждет безумие.
        Она уже достигла вершины, перелезла через край, и сейчас шла к крутому уступу горы. Она осматривала себя на ходу, с трепетом и ужасом взирая, на происходящие с ней метаморфозы. Опухоль на казавшейся сломанной руке куда-то исчезла, и она ничем не отличалась от другой, такой же тощей, будто бы прозрачной. Когда она оторвала прилипшую к телу блузку, поняла, что ее худшие опасения подтвердились - ребра были как у узника концлагеря времен второй мировой. Но самое странное, что она не увидела и следа от раны оставленной ножом Саймон Сэта. Даже шрама. Даже тонкой розовой или белой ниточки.
        Её трясло от беспрестанной борьбы с голодом; мысли были блеклыми, образы в голове туманными, и она решила, что всё это галлюцинации. Ей кажется, что ран нет, но на самом деле она искалечена и изуродована. Ей кажется, что она испытывает невыносимый голод - но должно быть её помутившееся сознание попыталось уберечься и изменило выходящие сигналы. Ужасный голод вместо адской боли - что может быть гуманнее?..
        Наконец одолев проклятую вершину, ещё более проклятой горы, она увидела картину, от которой сердце забилось немного быстрей.
        Недалеко от её горы, посреди океана зеленых джунглей, блестел и сиял на солнце корпус "Левиафана" - корабля столь колоссального, что даже самые большие в мире деревья не могли его спрятать в своих раскинувшихся на полнеба кронах.
        Конечно, ей не было дела ни до деревьев-великанов, ни до дизайна красавца-корабля, но по щеке покатилась слеза. Это было словно фантастическая картина, видение будто бы принадлежащее иному миру. И словно боясь, что могучий корабль исчезнет как мираж, она сбежала с горы и ворвалась прямо в непроходимые джунгли.
        Пробиваясь сквозь царапающиеся колючки, цепляющиеся лозы и бесцеремонные лианы - оплетшие все ветви и стволы, словно паутина исполинской Черной вдовы, она страдала так, как не страдала за весь этот проклятый день.
        С каждым мигом её голод усиливался, черная дыра в животе грозила расшириться и поглотить весь мир, но цель была близка, и было бы обидно сдаться перед самым финишем.
        Она услышала голоса. Настоящие голоса, а еще до боли знакомый звук работы лазерного резака и прибавила ходу. Она почти угадала. Когда она вылетела из джунглей на просеку оставленную приземлившимся кораблем, увидела бригаду ремонтников в желтой униформе и двое из них латали шов обшивки корпуса сваркой.
        В этом месте зияла огромная, словно пропоротая дыра, и Сандра усомнилась в пользе их работы. Но те четверо, что специальными инструментами что-то отмеряли на сложенных рядом стальных листах, выглядели уверенными в успехе.
        - Еще пара дней и эта малышка взлетит, так что хорош болтать и за работу, парни, - сказал тот, что был в маске сварщика.
        Его слова произвели обратный эффект: переговоры конечно прекратились, но трое побросали работу, а двое замерли с инструментами в руках. Бригадир, попытавшись понять, что привлекло внимание подчиненных, обернулся, и в его черном забрале отразилась подошедшая вплотную девушка-монстр.
        - Помогите, - выдохнула Сандра прежде, чем он отшатнулся.
        Что-то щелкнуло: это бригадир судорожно переключил канал висящей на боку рации.
        - Лейтенант, у нас проблемы.
        Сандра вздохнула с облегчением, но не позволила себе утерять контроль, поскольку голод был таким, что чтобы прекратить мучения, она готова была броситься на людей. Впрочем, вероятно это её и спасло: когда краем глаза она заметила изменивших позиции сварщиков, в руках которых паяльные лампы испускали метровые лучи синего огня, она сделала несколько шагов назад.
        - Что вы задумали? Я офицер СБГ!
        - Зараженная! Отойдите от неё! - воскликнули, выскочившие из ниоткуда, люди в силовых доспехах.
        В тоже мгновение они открыли прицельную стрельбу.
        - Не стреляйте - я своя! - крикнула она что было сил, но пули уже прошили ее насквозь.
        Безумие, которое она сдерживала до сих пор, взяло вверх. То, что правит человеком, находясь в самых глубинах души в этот момент вышло на свет, и Сандра зверем метнулась в заросли.
        Пули жалили её ещё и ещё, раскаленный свинец рвал рядом листья и резал деревья вокруг, однако она вышла из зоны огня раньше, чем могла подумать. Её измочаленное тело было быстрее, чем можно вообразить. Вот только взявший над ней контроль Зверь точно так же не мог унять страшный голод, который многократно усиливался до величины способной растворить в себе её сознание. Теперь она была голодом.
        Последнее, что она запомнила, были мелькающие в листве черные доспехи преследователей.
        - Умри, тварь! Мразь! Сдохни! - кричали солдаты, даже в джунглях не прекращая преследовать свою цель…
        Голод исчез.
        Она пришла в себя на поляне среди множества человеческих тел. Почему-то стояла на четвереньках, во рту был привкус железа, а с липкого подбородка стекала кровь. Солдат, над телом которого она склонилась, был в искореженных доспехах, и в его разорванной груди зияла пустота.
        Оторвав взгляд от страшного зрелища, увидела перед собой возвышающуюся фигуру, от которой во все стороны валил белый пар.
        Наверно она все-таки умерла при крушении и попала в ад. Ведь этому существу самое место именно там.
        - Я знал, что ты выведешь меня к еде, - сказало оно, - рад, что не ошибся в тебе, мой птенец…
        Она закрыла глаза и завыла, как угодивший в капкан зверь.
        Глава 4
        Он продвигается по дну океана, с той лишь разницей, что вместо толщи воды над ним распростерлась ночная мгла. Она давит на него всей своей массой, сопротивляется малейшему движению, ограничивает видимость и забивает ушные раковины.
        Справа, слева, спереди и сзади в черное небо возносятся ели и сосны; дорога, проложенная среди них, настолько извилиста, что кружится голова и ощутимо подташнивает. Он молится давно забытому богу. Ему кажется, что время попало в петлю, и он обречен вечно бродить во мраке.
        - Не понимаю, почему она не убила тебя, - снова возник голос в его голове. - То, что раньше было твоей подругой, должно было разорвать тебя так же безжалостно как других.
        - Просто она безумна, - прохрипел Сэт. - Об остальном я могу лишь догадываться. Что тебе от меня надо? Почему ты то появляешься, то исчезаешь?
        - Ты потерял то, что давало тебе личное могущество и могло бы дать мою защиту. Теперь, всё что я могу это указывать путь к моей обители и время от времени разговаривать с тобой, дабы ты не был сломлен. До тех пор, пока мы не увидимся лицом к лицу, мне не зачем давать тебе ответы.
        Когда мистический голос пропал, Сэт ощутил нечто похожее на разочарование. Ему начало казаться, что неведомый голос принадлежит пусть и странному, но другу - теперь же он уверился в корысти его обладателя.
        Но все же, больше личности обладателя "голоса" Сэту не давал покоя озвученный им вопрос. Действительно, почему Сандра его не убила?
        На мгновение прикрыл глаза и попытался понять, о чем твердила та, кто некогда была миловидной девушкой. К своему ужасу, он увидел её словно наяву, почувствовал, как холодные руки зажали его голову словно тисками.
        Удерживаемый тенью насланной ведьмой, он стоял на коленях, а демон возвышался над ним. Демон смотрел на него глазами, в которых горели бордовые огни, и душа Сэта дрожала как лист на сильном ветру.
        - Я не виноват, Сандра, - твердил он. - Не виноват, что ты стала демоном.
        Она сдавила ему голову, так что потемнело в глазах.
        - Я была твоей игрушкой, - прошуршала она. - Ты бросил меня, и теперь я сломалась…
        Она ослабила хватку, прежде чем он успел потерять сознание, но теперь добралась до горла. Чтобы лучше насладиться страхом жертвы, демон опустился перед ним на колени. Бездна заглянула в глаза Сэта. Одновременно на горле сжались пальцы, похожие на железные прутья.
        - Я была человеком, - шептала она, всё сильнее сдавливая горло, - но ты превратил меня в игрушку.
        Сэт хрипел, дергался, пытался отодрать от горящего горла ледяные пальцы, но проще было бы разогнуть стальную балку.
        - Посмотри, что теперь со мной стало, - вкрадчиво продолжала она. - Это твоя вина!
        Только что Сэт не мог продохнуть, теперь он орал в горло. Одним размытым движением Сандра перехватила его за подмышки, вскочила на ноги и оторвала от земли.
        Он не понял, кто порвался раньше - черный сгусток, прибивший его лодыжку к земле, или это была его нога, но боль была таковой, что из глаз градом брызнули слезы.
        - Я прощу тебя, - прорычала она. - Сохраню тебе жизнь, если научишь!
        Она затрясла его, так, что заклацали зубы.
        - Научи меня подчинять! - говорила она, вновь приближая его лицо к себе. - Я сделаю тебя своим слугой. Ты будешь счастлив, служа мне!
        Слезы мгновенно высохли, Сэт увидел, что лицо Сандры преобразилось до неузнаваемости. Оно не стало менее красивым, просто другим - нечеловеческим, хищным. Он попытался заговорить, но из горла вырвалось лишь сипение.
        И Сандра окончательно взбесилась.
        - Научи, или я убью тебя!
        Она взяла его за грудки и с размаху кинула в сторону деревьев. Он ударился спиной о ствол, но вероятно хвойные ветви елки смягчили удар, поскольку сознания он не потерял.
        Он попытался подняться, но демон оказался рядом раньше, чем хотелось. Она подняла его и ударила головой о дерево - на этот раз это была корабельная ель, и никакие ветки не могли смягчить удар.
        - Научи!!
        - Научи!!!
        Экзекуция продолжалась примерно еще четверть часа и все это время сквозь звон, в ушах раздавалось яростное "Научи! Научи!". В какой-то момент Сэт нашел в себе силы связать воедино несколько слов.
        - Я не помню… не понимаю, о чем ты говоришь.
        И уже почти отключаясь, Сэт увидел, как она разворачивается и уходит в лес:
        "Мы еще встретимся, Саймон Сэт", - донеслось оттуда.
        В разоренном лагере, конечно, должна была храниться вода и пища, но очнувшись, он увидел освещенную красными углями гору человеческих тел и не мог думать ни о чем, кроме того чтобы уйти отсюда как можно дальше.
        Но кое-что на память об этом месте он все же взял: электрический фонарик, вероятно выпавший из одежды Сандры, когда она выбивала из него пыль, и еще небольшой обитый кожей деревянный щит и меч дрянного качества. Оружие и щит он поднял буквально рефлекторно - сказалась долгое времяпрепровождение в игровых залах, а еще наука, которую он познал на своей шкуре.
        Ведь он видел валявшийся у груды тел большой двуручный меч, но взгляд на нём даже не задержался. Что сказать, не смотря на то, что происходящие события развивались с головокружительной скоростью, это не было игрой. В виртуальности он предпочитал использовать меч для берсеркеров, - громадный урон который он наносил своим противникам, с легкостью компенсировал недостаток защиты. Он проходил с ним через ряды врагов, как раскаленный нож сквозь масло, и даже если получал рану - просто пил зелье восстанавливающее здоровье, и опасное кровотечение останавливалось, а самые серьезные раны затягивались как по мановению волшебной палочки.
        Вот только виртуальные игры остались в уютном прошлом, за безопасными стенами города. А реальность была такова, что в любой момент его могли покалечить или убить - и это было бы навсегда, без возможности начать игру заново. Сейчас, когда каждая капля крови было ценнейшим из всего, чем он обладал, пришло понимание, что самые реалистические игры и художественные фильмы невероятно далеки от действительности. Друг воина - щит, и воин без щита даже меньше чем пушечное мясо.
        У него болело всё. Он едва мог идти по это лесной дороге, но понимал, что ему очень повезло, что не стал калекой. И еще, не смотря на всю магию, демонов и прочие чудеса, которые он видел, отчетливо знал, что умереть может в любой момент - и это будет концом, и отнюдь не игры.
        - Ты знаешь, - произнес он негромко, - я больше не хочу верить в магию и в монстров. Если бы сейчас пришла Сандра, настоящая Сандра, а не демон в ее обличье, и предложила вернуться в Город, я бы даже не раздумывал. И если я когда-нибудь вернусь, то не притронусь ни к одной фентези-игре. Я больше не хочу быть воином, и не желаю никаких приключений.
        "Это ты сейчас так говоришь, Саймон Сэт", - мог бы сказать голос в голове, но он молчал. Возможно потому, что Саймон и так в глубине души знал, что стоило отдохнуть и зализать раны, как вновь отправится искать секрет спасения Города.
        Лес вдоль дороги раздвинулся и исчез: впереди выросли темные силуэты домов. Сердце Сэта забило, как барабан, он едва не побежал - остановила только мысль, что полная луна в небе недостаточно хорошо освещала путь, и он с легкостью мог навернуться о какой-нибудь булыжник.
        Забыв о терзающей его боли, пошел вперед, по вымощенной камнем дороге, нисколько не скрываясь и пребывая в полной уверенности, что весь ужас остался позади. Впереди ждала безопасность, и он шел туда, как на крыльях.
        В неверном мерцании лунного света его взгляд выхватывал беспорядочные ряды разбросанных всюду крупных одноэтажных домов и, главное крепостную стену с огромными воротами сразу за ними.
        Полоса вбитых в землю булыжников упиралась прямо в запертые створы. Только Сэт не стал в них стучать - остановился, едва поравнявшись с первыми домами. Он разглядел нечто, заставившее эйфорию бесследно улетучиться. Во всех домах, даже тех, что располагались у самых крепостных стен, окна и двери были наглухо заколочены досками, и нигде не проблескивал свет.
        Почуяв тревогу, сердце забилось в груди. Сэт озирался, цепляя взглядом всё новые заколоченные дома, похожие на амбары. Но подсознание выискивало густые тени, предательски рисуя в них крадущихся демонов, разбойников и колдунью со своими тенями-телохранителями. Сэт решил, что самым лучшим будет двигаться дальше к воротам.
        Когда до городской стены оставалось метров пятьдесят, неожиданно для самого себя он остановится и с непониманием огляделся. Спустя несколько секунд, он понял, что насторожиться его заставил амбар, стоящий на отшибе. Деревянные ворота в половину стены дома не были заколочены, и даже во мраке он разглядел круговые полосы на земле, - похоже воротами недавно пользовались.
        Подойдя к ним, негромко постучал, впрочем, не ожидая ответа, развернулся и зашагал к стенам, но произошли сразу две неожиданности.
        Из-за дверей амбара донеслось сдавленное чертыханье, а на городских воротах возникли две темные фигуры. В руках одной из них заскрипел лук, другой вскинул что-то к груди, и лишь блеск на острие болта выдал, что это арбалет…
        В ночи раздался пронзительный звук распрямившейся тетивы и в чудом подставленный щит Сэта, наполовину длины, впилась полуметровая стрела. Проснувшаяся реакция бросила его пластом, раньше, чем воздух над ним что-то вспороло. Он перекатился, и метнулся за стену амбара.
        Утерев холодный пот со лба, осторожно выглянул из-за угла и рассмотрел некоторые детали. Склонившись Г-образно, один из стражников на воротах натягивал плечи арбалета, а на месте где недавно был Сэт, валялся погнутый арбалетный болт.
        Вновь спрятавшись, попытался унять сбившееся дыхание и выкорчевать стрелу засевшую в щите. А когда вновь взглянул на стражников, увидел, что те внимательно выискивали цель на залитой лунным светом площади перед воротами.
        - Не стреляйте, я свой! - крикнул он, предусмотрительно не показываясь.
        - Выходи, - приказали оттуда.
        - Хорошо, только не стреляйте.
        Подняв над головой руки, он сделал шаг к дороге и тут же присел от неожиданности. Они даже не собирались его выслушать. Тяжелый болт высек искры от стены и рикошетом оцарапал ногу. А когда он вновь забежал за угол, из доселе закрытых ставней амбара высунулся наконечник стрелы, и если бы Сэт снова не упал на землю, то лежать ему со стрелой в горле. Засевший внутри стрелок досадливо чертыхнулся и снова начал натягивать арбалетную дугу.
        Громко матерясь, Сэт со всей возможной быстротой сначала отполз, а затем и побежал, скрываясь в тенях стен покинутых домов. Уже через несколько минут, тяжело дыша, он прятался за стволом дерева на окраине леса, вплотную подступившему к городу.
        - Твари! - воскликнул он, с яростью глядя на порез от срикошетившей стрелы.
        - Этих стражей трудно винить за то, что они не пропускают в город чужаков среди ночи. - вновь оживился Голос. - Тем более что он осажден.
        - Осажден? Кем осажден?
        - Разбойниками. Ты же слышал их разговор в лагере.
        - Верно. Но все равно могли и выслушать… Что же, попробую попытать счастье утром.
        - Эти стражи, вероятно, тебя запомнили. Сейчас будет лучше всего обойти город, чтобы с утра войти через другие ворота.
        - Спасибо конечно за совет, но раз ты такой умный, почему сразу не посоветовал дождаться утра?
        - Это моя ошибка, - ответил он после длительной паузы.
        Тихо радуясь, что удалось уязвить некоего субъекта, которому нечем заняться кроме, как следить за ним среди ночи, Сэт отправился по окраине леса в обход стен.
        Но и эта, казалось бы, простая задача не обошлась без происшествия: уже через четверть часа в ночном воздухе разнеслись ругань и бессвязные восклицания.
        - Что за напасть! - выдохнул Сэт.
        Уже приготовившись обойти это место стороной, увидел углубляющуюся в лес тропу и расслышал отдельные понятные фразы.
        - Это мои овцы!
        - Хе, старик, скажи спасибо, что…
        - Убирайтесь отсюда или сильно пожалеете…
        Стремление помочь беспомощному старику, а возможно простое любопытство, заставило его сделать первый шаг навстречу голосам.
        Бесшумно ступая, он довольно быстро преодолел сотню метров и увидел картину, поразившую его до глубины души.
        Посреди деревьев возвышается холм, на вершине которого угадывались руины какой-то башни, у подножья стояла избушка, с изгородью, а рядом кипел яркий бой. Яркий - в прямом смысле.
        Видимо банда разбойников позарилась на стадо овец, принадлежащих живущему среди леса одинокому старику, но немного просчиталась. Напавшие вероятно были изумлены еще больше Сэта, когда в лохматом пастухе узрели настоящего мага.
        Глядя, как из посоха старика вылетают оранжевые шарики, так похожие на головешки от костров и как при соприкосновении с ними, будто пакля загорается человек, Сэт в изумлении помотал головой. Тлеющие головешки точно обладали собственным разумом: они метались в темноте, не позволяя нападающим уклониться, принять их на щиты, или спрятаться за деревом.
        Это было ужасно и красиво. Пастух в овечьем жилите, будто бы заснул, опершись на посох, из навершия которого точно подгоняемая ветром струилась волна ослепительных искр.
        На глазах Сэта, в букет раскрашивающих ночь искр попало три человека - правда, их смертью мог восхититься лишь пироманьяк, что не могло ни заставить задуматься. Поворачивать ли назад, или все же стоит досмотреть форменное избиение, после чего поговорить с магом - рискуя разделить судьбу разбойников?
        Впрочем, вряд ли маг поверит, что он не дружок этих сгорающих сейчас бедолаг - об этом можно судить хотя бы по его магии. Она была очень неадекватна, если не сказать, безумна: мелькающие повсюду, казавшиеся разумными, огненные головешки без разбора набрасывались и на разбойников и на млеющих в панике овец. Впрочем, духов стихий вряд ли можно строго судить за такую неразборчивость: разбойники и вправду были неотличимы от баранов - вместо того чтобы броситься в лес, носились толпой перед избой, спотыкались, падали, создавая куча-малу. Пока их спасало лишь количество затерявшихся среди них овец - но это вопрос нескольких секунд…
        Что-то резко изменилось. Посох перестал плевать сжатым пламенем, а мечущиеся и дезориентированные разбойники, вдруг обрели вполне осмысленное поведение.
        Бегающие и сталкивающиеся друг с другом люди, в миг остановились, обернулись к магу и почти синхронно попятились. Их оставалось только пятеро. Весь их вид говорил, что собираются броситься прочь, но один из них взял на себя роль вожака.
        - Парни, да маг как-никак выдохся. Вон и посох-то опустил. Выпустим ему кишки, а голову доставим ведьме - небось наградит!
        Сказано - сделано. Разбойники с яростью накинулись на того, кого только что страшились как демона. Однако маг без маны сдаваться не стал. Отбросив посох, он извлек откуда-то меч…
        Подавшись порыву, Сэт побежал со спринтерской скоростью. Отделяющие его от драки тридцать метров были лишь кратким мигом - но он успел заметить, с какой ловкостью упитанный старичок отбивается от сыпавшиеся со всех сторон дубин и мечей. Правда, последние удары прошли сквозь его защиту, и старик закачался…
        Появление Сэта для бандитов было полной неожиданностью, и прежде чем кто-либо, осознал хоть что-то, двое из них корчились на земле с распоротыми спинами - трофейный меч с легкостью разрезал их жалкое подобие доспехов.
        Сразу двое в надежде быстро разделаться с новым врагом накинулись на Сэта, забыв о старике. И это оказалось ошибкой. Сэт, принимая удары на щит, безостановочно отпрыгивая кузнечиком, смог продержаться до тех пор, пока увидевший нежданную помощь старик собрался с силами и сам перешел в атаку. Несмотря на возраст и легкие ранения, мечом и собственным телом для мага он владел совсем неплохо. Сражавшийся с ним в одиночку грабитель не устоял: срубленный подсечкой, он опрокинулся и тут же был убит мечом, пронзившим его горло. Не теряя времени, старик бросился на помощь Сэту.
        Когда один из противников переключился на старика, Сэт обрадовался, но доселе осторожничающий разбойник резко усилил натиск. Железная булава в его руках описала дугу, подставленный щит хрустнул и поддался назад. Сэт отшатнулся, когда боль молнией прошла от руки к плечу. Пользуясь его замешательством, бандит перехватил железную дубину двумя руками и ударил с плеча, явно намереваясь размозжить голову Сэта одним ударом.
        Время изменило течение, оно замедлилось, хотя это и не дало никаких преимуществ. Блеск булавы гипнотизировал, но вместо неё Сэт воочию увидел всадника по имени Смерть, несущегося на него галопом.
        Неотвратимость поражения леденело душу.
        Булава, все так же неестественно медленно двигалась в направлении его головы, Сэт еще медленней, будто преодолевая атмосферу из клея подставил под удар свой меч. Столкновение сопровождалось резким звоном, вспышкой искр и болью отозвавшейся во всем теле. Лезвие меча, жалобно звеня, летело в сторону: в руке осталась только рукоять - преграда перед булавой была сметена.
        Перед ним будто замер напряженно скалящийся бандит, но его булава продолжала движение, угрожая обрушить на Сэта всю свою разрушительную мощь. Сэт рвал жилы, пытаясь заставить своё точно окаменевшее тело двигаться хоть немного быстрей.
        Когда булава проделала две трети пути, щит все же преградил ему путь. Громоподобный удар был оглушителен, но к своему ужасу, Сэт осознал, что могучий удар отклоняет щит в сторону…
        В самый последний момент, Сэт все же убрал голову, и время перешло в своё обычное русло. Там, где край булавы задел тело, пролегала полоса боли - после того как он убрал голову, край железной дубины коснулся груди и плеча. Сэт не хотел даже вообразить, что было бы, если бы перед этим удар не ослабил меч и щит.
        Тем временем противник восстановил равновесие и примерялся для следующего удара. Сэт отбросил рукоять сломанного меча и метнул руку к висевшему на поясе боевому ножу… Однако вытаскивать его не потребовалось. Объявившийся позади грабителя маг, как показалось, с видимым удовольствием вонзил тому в спину вдоволь испивший крови меч.
        Теперь, тяжело дыша, они внимательнейшим образом рассматривали друг друга. Кто знает, что видел старик и почему так свел густые брови, но Сэт смотрел на него с одним лишь любопытством - впервые видел мага, и на стандартный образ тот походил мало.
        Фактически это был пастух в дешевой одежде и теплом овечьем жилете мехом наружу. Длинные седые волосы не могли замаскировать большую лысину, но, пожалуй, лучше всего прожитые годы запечатлело его лицо. Глубокие морщины, словно нити паутины, бежали по нему и сводились в центре лба, а нос напоминал пористый камень.
        Взгляд Сэта особенно задержался на превосходном железном мече в его правой руке, и искусно вырезанном посохе в левой.
        - Заходи, путник, - сказал он еще через минуту, и, не страшась удара в спину, направился к избе. - Нужно промыть твои раны.
        Войдя за ним в освещенную тусклыми свечами комнату, Саймон запер за собой дверь и оглядел обстановку.
        Изба представляла собой одну мрачную, скудно освещенную комнатку. Единственное узкое окошечко, в связи с темным временем суток, было плотно закрыто ставнями, а подрагивающий свет лился лишь от свечи на столе и каменного очага, дым от которого уходил в дыру в стене.
        Здесь было просто не на что смотреть. Фактически вся обстановка представляла из себя кривой стол, сундук и узкую лавку, заменявшую кровать.
        - Ложись на лавку путник, - безапелляционно сказал он.
        Глядя на то, как старик достает из сундука самодельные бинты и бросает их в котелок на очаге, Сэт подчинился. Кажется, о сепсисе маг что-то да знал.
        - Никогда не видел столько ран разом, путник, - сообщил он, обрабатывая тампоном и мазями тело Сэта. - Ты невероятно вынослив, раз вообще можешь ходить. Наверно, ты могучий воин.
        - Это не так.
        - Твоя амуниция выглядит ужасно, но я никогда не видел столь необычайного костюма. Должно быть, он стоит баснословных денег.
        - Об этом я могу только догадываться.
        Сэт едва сдерживал шипение, всякий раз, когда старик касался его ран салфеткой смоченной в жидкости похожей на перекись водорода, и уж тем более он не собирался ничего ему про себя рассказывать.
        Но маг не унимался:
        - Не смотря на раны и опухоли, я вижу, что у тебя благородное лицо. Должно быть, ты богатый аристократ, попавший в беду.
        - Уже теплее, - сквозь зубы произнес Сэт. - Но я не очень хочу о себе распространяться.
        Старик задумчиво кивнул:
        - Вот как? Ну что же, значит тебе нужны деньги. И не смотря на спесь, присущую всем дворянам, думаю, ты не откажешься немного заработать…
        Экзекуция с промывом ран закончилась, и теперь маг принялся за перевязки.
        - И что же это за дело такое?
        - Дело пустяковое, но, тем не менее, я очень хорошо заплачу… Полную золотую.
        Он посмотрел на Сэта великодушным взором, который по прошествии десяти секунд сменил недоумевающий. Затем старый маг сник, тяжело вздохнул и уставился на Сэта уже вопросительно.
        Только теперь до Сэта дошло, что при упоминании золотой монеты, он должен был упасть на колени и, высунув язык, подвывать от счастья, даже не спрашивая, что это за работа, достойная такого богатства. Наверное, даже с учетом того, что по придуманной магом же легенде, Сэт некогда был дворянином, пусть сейчас и терпящим лишения, всё равно должен был выдать себя блеском алчности в глазах… Он, конечно же, не разбирался в экономике этого мира, но предположил, что золотая монета пленила бы и придворного самого короля.
        Но Саймон понял всё это, когда играть в игры больше не было смысла. Вопросительное же выражение на лице старого мага предлагало назначить свою цену.
        - Ты не ответил, что это за "пустяковая" работа, где платой будет целый золотой?
        Вместо ожидаемого оживления на лице мага возникла задумчивость и некая подозрительность - старик оценивал гостя по-новому. Воспользовавшись этим, Сэт поинтересовался нагло:
        - У тебя есть что попить?… А то так есть хочется…
        Старик всё понял правильно, и, не сводя с гостя колючего взгляда, молча указал на стол. Не успел Сэт застегнуть костюм и сесть на стул, маг расставил перед ним вытащенные из сундука угощения. Хотя угощения оказались совсем скудными - кусок холодной курицы и полупустая бутыль разбавленного вина. Но Сэт накинулся на это как черт, вырвавшийся из преисподней.
        - Ну, так что там с твоей работой? - спросил он, бережливо отделяя зубами от куриной косточки последние кусочки мяса.
        Глаза мага перестали быть колючими, а на губах заиграла улыбка. Выдвинув из-под стола второй табурет, он сел на него решительно.
        - Что бы он не сказал, не соглашайся, - вдруг напомнил о себе Голос.
        Это было настолько неожиданно, что Сэт едва ли не подскочил на стуле, и широко распахнул глаза. Начавший что-то говорить маг взглянул изумленно - Сэту пришлось сделать вид, что подавился.
        - Я понял кто это, - как ни в чем не бывало, продолжил Голос. - Не знаю, провинился ли он, или просто пытается выслужиться, но Гильдия магов направила его сюда для выполнения важной и долговременной миссии.
        - Какой? - спросил Сэт мысленно, пока старик изо-всех сил бил по спине своего подавившегося курицей гостя.
        - Я бы не советовал идти у него на поводу. Маги надежно оберегают свои секреты - сующиеся в их дела носы, они попросту отрубают.
        - Так ты предлагаешь отказаться от его задания?…
        - Я не вправе тебе указывать. Что ты ни сделал - это будет твоим выбором.
        - Ну, так что все в порядке? - спросил маг, когда Сэт перестал кашлять.
        - Да! - излишне эмоционально произнес Сэт. - Всё просто отлично. Спасибо.
        - Ну вот и хорошо. Так слушай же, юноша, - с важным видом продолжил он свою речь, -
        я потомок древнего рода чародеев, известного еще до Великой войны. Мой род никогда не практиковал черную магию, однако это не мешало Гильдии магов объявить на нас охоту. Даже спустя триста лет, даже не смотря на то, что я последний отпрыск этого рода, Гильдия не перестает меня преследовать. Именно по этой причине я живу здесь на отшибе захолустного города и пасу овец в лесу. Но если жители узнают, что я маг - Гильдия вышлет за моей головой Охранителей. Так что…
        - Я понял. Клянусь честью, что буду держать язык за зубами.
        Маг удовлетворенно кивнул:
        - Это хорошо, но еще не все…
        - Не все?
        - Видишь ли, когда жители Измора увидят, что рядом с моим домом распростерся десяток сожженных магией разбойников, они станут задавать вопросы, на которые мне нечего будет ответить. Соглядатаи Гильдии непременно об этом донесут и тогда… Ну ты понимаешь, что тела надо спрятать.
        - Ты собираешься закопать их в лесу?
        - Нет, это слишком опасно. Тут неподалеку есть глубокий колодец, рядом с которым никто не ходит…
        Видя, что гостя покоробило при последних словах, хозяин поспешил заверить, что все не так уж и гадко.
        - Я понимаю, что это грязная работа для столь высокородного человека как ты, но мне больше не к кому обратиться. На заднем дворе стоит садовая тачка, так что не придется слишком утруждаться. К тому же подумай о золоте…
        - Признаться, с последнего времени я очень недолюбливаю колодцы. А почему бы вам самим не отвезти туда их тела?
        - Видишь ли, годы жизни изгоем оставили на моем теле заметный отпечаток. Кроме того что я стар, не могу поднимать большой вес - спина, будь она не ладна.
        Сэт крепко задумался. С одной стороны, мистический Голос пытался о чем-то предупредить, но с другой… Во-первых, маг был довольно добр: промыл раны и накормил - Сэт просто не мог не чувствовать себя обязанным. Ну а во-вторых, и в-главных, если маг на поверку окажется подлецом, то, в случае отказа, просто-напросто испепелит Сэта. В конце концов, Сэт узнал его тайну…
        - Что же, моя честь не позволяет бросить тебя в такой затруднительной ситуации. Невзирая ни на что, обещаю свою помощь.
        - Отлично, воин, - обрадовался старик, подхватывая посох и вскакивая с места. - Что же тогда не будем терять время.
        Выйдя во двор, мнимый изгой указал Сэту на старую деревянную тачку, а сам отправился осматривать лежащие за оградой трупы. Он даже не попытался помочь Сэту погрузить тело первого незадачливого грабителя - с отрешенным выражением лица следил за тем, как нанятый "аристократ" пытается одновременно уберечь тачку от опрокидывания и погрузить на неё первую ношу.
        Как непротивно было Сэту притрагиваться к мертвечине, все же погрузка была завершена и первая тачка отправилась последам мага.
        Деревянное колесо душераздирающе скрипело на несмазанной оси, к тому же, едва заметная тропа, по которой вел его маг, тянулась к руинам стоящим на крутом холме. С Сэта градом лил пот, он начал считать, что соглашаться на эту работенку было большой ошибкой.
        - Скажи, - заговорил он, когда понял, что ему необходимо отвлечься, - магии трудно научиться?
        Старик на мгновение замер, но, так и не обернувшись, продолжил идти вперед.
        - Воин, неужели ты хочешь стать магом?
        - Почему ты называешь меня воином?
        - Ты ведь не назвал свое имя, так что мне незачем называть тебя сиром.
        Немного подумав, Сэт пришел к выводу, что старик намекал на его благородное происхождение. Должно быть, маги были людьми низкого сословия, и как прочие должны были выказывать уважение при общении с аристократами.
        - Нет, я имею ввиду, другое. Ты впервые навал меня воином.
        - Но ты же воин. Все аристократы воины - а ты, судя по тому, что я видел, один из лучших.
        - Что же ты видел? - пыхтя от того, что проклятое колесо застряло в выбоине, спросил Сэт.
        - Я видел, как ты держишь меч - этого довольно, чтобы понять, что ты прекрасный воин. Уверен, когда освободится место Защитника, ты будешь одним из первых кандидатов рассмотренных их Гильдией.
        Сэт был немного разочарован, тем, что ему приходится оставлять свое любопытство неудовлетворенным. Если с Гильдией магов всё в общем-то было понятно, то когда речь зашла о Гильдии Защитников, он потерялся в догадках. Но напрямую спросить мага-отшельника о так называемых Защитниках, как и о других не менее интересных вещах, значило бы признаться в полной несостоятельности легенды о местном уроженце и аристократе. Это было бы чрезвычайно рискованно.
        - Что же, пришли, - несколько неожиданно сказал маг.
        Деревья расступились, открыв вершину холма. Его большая часть представляла собой руины каменной башни. От некогда величественного сооружения осталась лишь часть стены, да хорошо сохранившийся фундамент, кольцом опоясывающий вымощенное камнем внутреннее пространство.
        Сэт завез тачку в сохранившуюся арку и остановился в самом центре живописных развалин. Нисколько не обратив внимания на прекрасную полную луну, зависшую у них над головой, старик в овечьей шкуре проследовал к стене и зачем-то поковырял землю носком сапога.
        Земля и камень под его ногами с готовностью расступились и в серебряном свете блеснуло что-то металлическое. Тяжело вздохнув, старик наклонился и потянул на себя большое кольцо вбитое, казалось, прямо в землю. Почва рядом с кольцом дрогнула, взбугрилась, и мгновением спустя, со скрипом ржавых петель, в земле отворился люк.
        - Давай его сюда, - сказал маг Сэту, хватаясь за заболевшую поясницу.
        Разумеется, речь шла о теле разбойника, и Сэт подвез тачку прямо к дыре. Бросив взгляд во внутрь, он замер наткнувшись на кромешную тьму - лунный свет, будто не желал туда проникать.
        Рассвирепевший от боли в спине маг, изобразил страшную гримасу и нетерпеливо тряхнул рукой.
        Жест был очевиден - Сэт столкнул с тачки тело в колодец и отправился за новым.
        Несмотря на то, что маг остался у люка, баюкать боль в сорванной спине, Сэт не стал использовать появившуюся возможность, чтобы сбежать. Маг показался ему довольно справедливым человеком, и поверившим в его слово чести. К тому же, Сэт всю жизнь так хотел верить в настоящую магию, что просто не мог предать мечту. Возможно, стоило напроситься к нему в ученики - такое подспорье в бою просто незаменимо в битве с демонами. А в том, что он их еще встретит, Сэт не сомневался - обещание Сандры "Мы еще встретимся, Саймон Сэт" до сих пор звенело в его голове.
        Продолжая возить тела на холм и, под кислым взглядом молчаливо сидящего на камне мага, сбрасывать их в люк, Сэт размышлял о рисках и выгодах. Голос время от времени возникающий в голове, сообщил, что этот маг - агент Гильдии магов. Сам маг сказал, то он скрывающийся в глуши изгой. Как бы ни было на самом деле, вероятность, что маг вместо обещанной денежной награды, угостит Сэта молнией по загривку, была довольно существенной.
        Возможно, ему стоило сейчас бросить тачку и бежать от мага в лес, но что если он говорит правду - в конце концов, колдовской голос, сам утверждал, что желает смерти Сэта - какой смысл верить его клевете?
        Так же возможно, что Сэту всё же удастся уговорить старика обучить основам магии, а золотая монета уж совсем не будет лишней. В самом деле, войдя в город, не милостыню же просить, чтобы купить немного хлеба?
        Вернувшись к избе, он огляделся вокруг. Не считая спалённых огнем овец, здесь осталось только два тела. Сэт прошелся по карманам и поясам. Стараясь не думать о таком слове как "мародёр", он представлял, как занимается сбором трофеев, каким не возбранялось и даже рекомендовалось пользоваться в виртуальных играх.
        По прошествии нескольких минут, в его руках лежало два тряпичных кошелька с кучей медяков и несколькими серебряными монетами с квадратными дырами внутри. Повертев одну такую в руках и убедившись в её грубой ковке и неразборчивой печати, он опустил её в кошелек, в который пересыпал всё содержимое из другого.
        С оружием так же не возникло особых проблем. У одного из разбойников была приличного вида железная булава - именно ею он при жизни едва не снес голову Сэта с плеч. Саймон взял её в руки без лишних раздумий. Тяжелая, холодная и хоть и слегка проржавевшая, тем не менее, более чем грозная: ребра на её конце, как на удлиненной шестерне, внушили бы любому врагу серьезную опаску.
        Повесив полуметровую железяку за специальное кольцо себе на пояс, Сэт погрузил очередное тело на тачку и отправился на холм. Если после того как он избавиться от тел, маг всё же решится его убить, Сэт будет готов: он пронзит его сердце ножом до того, как маг поднимет посох…
        - Да, мессир, я исполню ваш приказ, - услышал Сэт бормотание неподвижно сидящего старика.
        - Что так долго? - встрепенулся он, завидев Сэта.
        - Отдыхал, - бросил Сэт, скрывая недоумение.
        - Сколько там еще осталось?
        - Один разбойник и овцы.
        - Ну, овец я пока брошу в погреб, - задумчиво произнес маг, наблюдая за тем, как Сэт аккуратно вываливает тело в люк, - и так уже перевыполнил план на месяц…
        Сэт отложив тачку, удивленно повернулся к начавшему заговариваться старику… и оторопел. Привставший маг направил на него посох!
        - Что за…
        - Ничего личного, воин.
        На кончике деревянного посоха образовывалось свечение - еще чуть-чуть и Сэт превратится в такой же обгоревший кусок мяса как разбойники, которых он скинул в люк… Люк!
        Прежде чем оранжевое сияние на посохе мага превратилось в огненный шар, с ревом сметающий все, что было во внутреннем пространстве башни, Сэт сделал единственное, что ему оставалось - исчез во тьме колодца…
        Он ожидал, что упадет на сброшенные несколько минут назад тела разбойников, но когда в ноги ударил твердый пол, взвыл от боли. Руки метались в поисках электрического фонаря, так надежно спрятанного от мага, а в голове вращался хоровод рубленых мыслей.
        - Извини, воин, - раздался над головой знакомый голос мага. - Но мессир Метамаг почему-то желает твоей смерти. Как ты понял, я вовсе не изгой - и его воля для меня закон. Он сказал мне, чтобы последнего разбойника я привез сюда сам, - на тот случай, если ты вдруг решил бы сбежать… Видимо, он внимательно за тобой наблюдает.
        Люк высоко над головой закрылся и без того кромешная тьма, стала абсолютно непроглядной.
        Рука, наконец, нащупала фонарь и яркий луч разрезал черную пелену перед глазами. В первый момент Сэт вздрогнул всем телом, будто его неожиданно ударило током, а через мгновение он уже не мог дышать от страха.
        Разрушенная как после бомбежки комната была населена. В дальнем конце находился постамент - на нем сгнившая деревянная стойка, на которой лежала большая книга. На её обложке замерли костлявые пальцы, а стоящий в полный рост их хозяин, казалось с большим удивлением, смотрел на свет фонаря.
        На его плечах лежал длинный бесформенный плащ, но он не мог скрыть истинный облик - да и глазницы в которые не проникал свет, говорили о том, что наедине с Сэтом в зале стоял скелет. Вот только этот скелет был не таким, как в кабинете биологии в Академии - хотя бы, потому что он сначала повертел головой, точнее черепом и уже после прикрыл черные провалы глазниц своими костлявыми руками.
        Никогда прежде Сэт не испытывал такой паники, а ведь он прошел через многое! Луч фонаря заметался в поисках выхода, но комната была совершенно глухой, а единственный выход наверху не считался из-за того, что Сэт не умел летать!
        Луч света метнулся в правый угол: там были точно такие же стены как везде, но всё же, уголком мечущегося как напуганный заяц сознания, он распознал люк в полу.
        Всё это время за бегающим лучом света, очень внимательно следил любопытный скелет - Сэт некстати вспомнил название, каким игровые вселенные награждали подобных существ. Лич будто ожил, потянувшись к лежащему в стороне посоху; Сэт дернулся навстречу спасительному люку - костяная рука направила посох в его спину.
        Заклинания которым обладал хозяин подземелья наверняка были одни из самых могущественных в этом безумном мире - не зря же пропали все сброшенные сюда тела?
        Впрочем, эта мысль пронеслась в голове, не оставив после себя никакого следа. Время неслось скачками, то растягиваясь, то сжимаясь. Вот он дергает кольцо в люке - гнилые, обитые железом доски вырываются с корнем. Вот он подхватывает с пола отложенный на секунду фонарь и оборачивается к быстро приближающемуся скелету.
        Сэт летит… Нет, падает вниз.
        Лязгнув зубами, он свернулся на полу и в бесплодной попытке унять очередную порцию боли хватается за лодыжку, но одумывается. Встает и, освещая себе путь узким лучом света, начинает ковылять по еще более узкому коридору.
        У него была фора: лич ни за что не бросится за ним с такой высоты, но в стене под люком была прикреплена железная лестница, так что через минуту он всё равно отправится в погоню.
        Несмотря на пронзительную боль стреляющее по всему телу при каждом шаге, он заковылял быстрее. Перед ним открывались покрытые лишайником узкие коридоры, дверные косяки были увиты слоями мха и паутины. Тут был настоящий лабиринт из коридоров и залов, со стен которых, обнажая бетонные плиты, свисали клочья штукатурки.
        Пустота - ничего кроме тьмы, облупленных потолков, сырости, и нераспознаваемого мусора под ногами. Коридор поминутно пересекали проходы в другие коридоры, комнаты и залы различной величины.
        Но вот Сэту стали попадаться странные предметы. В одном из бесчисленных залов, на полу валялась покрытая слоем столетней пыли люстра из металла и хрусталя - ничего необычного, если не считать, что в ней еще сохранилось пара ламп накаливания. А на стене одного из коридоров на одном болте висела стеклянная табличка с облупившейся, но еще читаемой надписью и стрелкой.
        "Exit". На одном из мертвых языков, это значит "выход".
        Прежде чем отправиться в указанную сторону, Сэт заглянул в одну из располагающихся рядом запутанную ассамблею комнат. Его привлек какой-то звук, что вероятно должно было его лишь отпугнуть - но от испытанного ранее ужаса, он будто бы перегорел и теперь не чувствовал вообще ничего.
        Правда, несмотря на полное отсутствие страха, заглянув в один из дверных проемов, он понял, что волосы на голове встали дыбом.
        Черная от времени чугунная ванна была заполнена болотной жижей… а в ней неспешно плескался скелет. Появление постороннего он не заметил, нырнул глубже с головой, потом выплеснулся и стал потирать черепушку…
        Забыв о терзающей ногу боли, Сэт развернулся и на негнущихся ногах просеменил прочь из занятой квартиры. Сердце бешено колотилось в груди, требуя выхода. Страх вместе со всеми чувствами вновь вернулся к нему. Теперь он шел заметно медленней, постоянно оборачиваясь и бросая луч фонаря во всех направлениях.
        Когда он набрёл на центральный холл с широкой бетонной лестницей, ведущей вверх и вниз, скрипнул зубами от разочарования - выход наверх был полностью завален неподъемными блоками, массивными железными швеллерами и тоннами щебня. Зато та, что вела вниз, была заботливо кем-то расчищена - не видно даже мелкого мусора.
        При взгляде вниз у Сэта засосало под ложечкой, развернувшись на сто восемьдесят, он, с тревогой поглядев на индикатор заряда фонаря, стал искать обходной путь. С одного из коридоров донесся звук бряцающих шагов. Сэт бросился в угол и, выключив фонарь, замер казалось, разучившись дышать.
        Сначала вокруг стояла кромешная тьма, но по мере приближения шагов, стали кое-как проявляться очертания предметов. Из-за угла выбежала бесформенная фигура, присмотревшись к которой Сэт распознал скелета в кожаном тряпье, с круглым щитом и палицей как у Сэта. Но еще в его пальцах была какая-то длинная спичка с зажженным кончиком: не свеча - лучина.
        Сэт вжался в стену, его рука, лежащая на рукояти булавы, взмокла от напряжения и пота, а сердце уже вырывалось из груди. Что-то почувствовав, скелет закрутил головой, но спустя мгновение вновь продолжил путь - вниз по лестнице.
        Сэт сполз со стены, включил фонарь, и, направив луч снизу вверх, стал разглядывать тень на потолке отбрасываемую собственным лицом.
        - Я ничего не боюсь, - шептал он.
        - Страха нет…
        - Я не умру здесь. Всегда есть выход. И даже отсюда…
        - Пять, четыре, три…
        Когда Сэт досчитал до одного, встал и распрямил плечи.
        Спускаться вниз, дальше от поверхности и в самое логово этих тварей не имело никакого смысла, так что Сэт намеревался продолжить поиск другого пути. Вот только его намерения столкнулись с преградой, стоило ему сделать шаг в коридор и выйти с лестничной площадки.
        Свет фонаря высветил в метре от него сгорбленную фигуру, с накинутой поверх костей рваной мантией. Если не считать кривой трости, на которую он опирался, он не был вооружен и передвигался очень неспешно, зато в его глазницах что-то блеснуло.
        Узрев прямо перед собой Сэта, он ткнул на него указующим перстом и, отбросив трость, попытался закрыть глаза мантией.
        Сэт бросился в контратаку прежде чем успел подумать. Он просто не мог позволить горбуну наслать на него какое-нибудь проклятье. Что-то хрустнуло, но совсем не так как ожидал Сэт. Звук был не таким сухим, как должен быть, когда разлетаются осколки пустой черепушки…
        Скелет-маг безвольно упал на пол. Немного над ним постояв, Сэт кончиком окровавленной булавы подцепил край упавшей на голову мантии и вгляделся в его лицо. Первое что он понял, что глазницы были вовсе не пустыми - свет фонаря отражался от глубоко посаженных глаз… Что бы это значило?
        Он мгновенно потерял интерес к трупу, когда позади вновь прогремело бряцание болтающихся на ногах сапог. Скелет, предположительно тот самый, что ушел вниз все же вернулся и застал момент, когда Сэт с окровавленной дубиной стоял над трупом его "собрата".
        Страж царства мертвых бросился на живого, занеся дубину над головой. Но свет фонаря ударивший в глаза ночного кошмара, подействовал как солнечный луч на нежить: оскаленный череп дернулся, и нападавший смазал удар. Пользуясь выгодным положением, Сэт контратаковал, но "живой мертвец" оказался опытным противником. Он принял серию быстрых ударов на тяжелый щит, а после вновь попыталась зацепить человека таранным ударом.
        Адреналин вскипятил кровь и ввел Сэта в полубезумное состояние. Вместо того чтобы продолжить бой по канонам искусства воина, Сэт со всей дури ударил древний щит ногой, и, воспользовавшись тем, что скелет замешкался, сократил дистанцию и врезал палицей по испещренному трещинками черепу.
        - Получи!
        Череп врага прогнулся, осколки впились вовнутрь, из полученной раны потекла темная жидкость. Уронив дубину, скелет повалился на пол бесформенным кулем.
        Сэт не успел перевести дыхание и обрадоваться победе над противником, как услышал еще шум и лязг металла - на этот раз из коридора к нему приближался целый табун.
        Он ничего не успел сделать, а помещение заполнил отряд скелетов. На многих из них были ржавые латы, но самое худшее - у некоторых были копья и алебарды.
        Скелеты, построившись боевым порядком, как вкопанные встали перед ошарашенным Сэтом.
        - Вот теперь, мне конец, - решил он.
        Но мертвые рыцари в гнилых доспехах медлили, крутя ржавыми шлемами, когда Сэт светил им в лица и не выказывали сиюминутного намерения атаковать. Похоже, они ждали чьего-то приказа.
        Индикатор заряда фонаря мигнул предупреждающе последний раз, и коридор погрузился во тьму. Теперь Сэт остался во мраке, полностью ослепленный, наедине с отрядом скелетов. Он не чувствовал смертельного ужаса, но тело начало дрожать. Ему хотелось надеяться, что это из-за ищущего применения адреналина…
        Цок. Цок. Цок.
        На лестнице за спиной раздались легкие шаги, но в этих бетонных коробках и коридорах каблуки поднимающейся нежити гремели колокольным набатом.
        Слабое сияние за спиной заставило Сэта развернуться и полностью игнорировать стоящий в темноте отряд скелетов. Сила сияния возрастала по мере того, как некто поднимающийся по лестнице преодолевал очередной пролет. Наконец, Сэт сообразил, что это сияние распространялось от настоящего огня, танцующего на вершине факела.
        "Человек?… Тут?"
        Возникшая слабая надежда истлела одновременно с появившимся с факелом в руке новым скелетом…
        Сэт потряс головой, силясь осознать, что встало перед его глазами. Маленький, ростом вдвое меньше Сэта и с сохранившейся шевелюрой. Возможно, длинную и пыльную копну волос удерживал обруч на черепе, но больше всего внимание привлекали обноски платья… Женщина. То есть, девочка.
        Он вновь повернулся к скелетам. Все они замерли и ничего не выражающими глазами следили за Сэтом. Тем временем, девочка-скелет… Если бы сейчас он не считал себя сошедшим с ума, готов был поклясться, что девочка-нежить переводила задумчивый взгляд с него, на останки "сутулого" и скелета-стража валяющихся у ног Сэта.
        Наконец мертвая девочка пришла в движение: шагнула вперед, протягивая руку в жесте приветствия…
        Всё, что на него навалилось за последние часы и дни, приобрело столь критическую массу, что разум окончательно расплавился, и он без раздумий протянул навстречу свою руку…
        Хрупкие косточки легли в его руку; теплые, шершавые фаланги пальцев чуть дрогнули и щекотнули мокрую от пота кожу. Девочка смотрела на него глазницами глубоко в которых горели мудрые глаза. Он почувствовал себя тонущем в чуждом разуме…
        Она слегка дернула руку и, повернувшись, повела его за собой.
        Оставив отряд скелетов на месте, девочка, освещая путь факелом, провела его на два этажа вниз, а потом свернула в один из коридоров и повела по подземным катакомбам, пересекая огромные пустующие залы, проходя сквозь мелкие комнатки и наблюдая необъяснимые картины.
        Полуразрушенные монументы и памятники пугали и поражали своими образами из древности, длинные галереи - былым величием, а уцелевшие колоннады мощью и мастерством сгинувших во тьму строителей.
        Запечатленные в камне образы героев и вождей прошлого, выстроились в ряды, чередуясь друг с другом по критериям известным лишь здешним обитателям. Их великие деяния и грандиозные свершения были давно позабыты - по крайней мере, их имена не знал даже ученик Академии.
        Под нишей, в которой находился бюст кудрявого мужчины, было написано "Прорубим окно в Европу"; под человеком в полицейском шлеме было: "Поехали!"; у некоего плохо сохранившегося монумента человека с большой лысиной, виднелись слова "Вперед к светлому будущему". У другого - "Ведь если звезды зажигают - значит это кому-то нужно". Под тем, что в кепке и с курительной трубкой было сказано о каком-то лесе и летящих щепках; и даже тот, у кого на лбу красовался не то ожог, не то родимое пятно, пытался что-то сказать из прошлого - но надпись на камне была отколота.
        Что бы все эти слова некогда не значили, какие бы массы в свое время не двигали, Сэт считал, что об этом не помнят даже эти существа, затерявшиеся в подземных бомбоубежищах.
        Но думать об этом Сэту было некогда: девочка-монстр продолжала вести его через залы забитые десятками скелетонов - вооруженные сторожили входы и выходы, безоружные - стояли перед этими статуями на коленях и как будто бы беззвучно молились. Проходя мимо статуи у которой собралось наибольшее количество молящихся, Сэт разобрал надпись "Крым Наш" и помотал головой.
        Должно быть, все эти памятники были идолами здешних обитателей - богами, помогающими им коротать жизнь во тьме.
        Зато в других помещениях обитатели занимались, примерно, тем же, чем занимались бы при жизни.
        Один врезавшийся в память Сэта скелет стоял у ряда разложенных на полу ржавых, почти полностью истлевших доспехов и играл роль продавца молчаливо нахваливающего товар. А другой, с огромным мечом на плече был, не то его охранником, не то покупателем… Зато скелет-подросток, затачивающий нож о точильный камень, был явно подмастерьем.
        Он освещал себе рабочее место лучиной воткнутой в стену, и, бросив взгляд на рукоять ножа, Саймон Сэт с содроганием понял, что когда-то эта пилочка для ногтей была массивным рыцарским мечом. Подмастерье за века работы сточил его до основания…
        Никто не обращал на человека внимания, казалось, что девочка-проводник говорила всем встречным, что это её личный гость. Даже когда они прошли через древний зал с декоративным барельефом в виде ворот, которые вдруг загорелись красно-синими всполохами и исторгли из себя пяток настоящих вампиров, те не особо обратили на него внимание.
        Одетые в блестящие кольчуги поверх опрятных одежд и вооруженные длинными мечами, вампиры казались надменными аристократами. Поглядев на него с секунду, они скрыли изумление в черных глазах за кичливой гордостью. Церемониально кивнув девочке и в упор не видя Сэта, направились куда-то по своим делам.
        Саймон ничему не удивлялся, он окончательно уверился, что застрял в кошмарном сне. Его эмоции притупились, а по всему телу разлилась блаженная пустота. Он вот-вот проснется в своей кровати, в квартире на шестьдесят четвёртом этаже, и посмеется над долгим и абсурдном сном. Конечно, если вспомнит, о чем он был…
        Проходя через зал, ярко освещенный благодаря костру, на котором стоял большой чан с варевом, Сэт понял, что попал на общую кухню. Десятки мертвых поваров разделывали мясо и варили её в чане, пробовали бульон и добавляли соль. Вот только Сэт отчетливо разглядел, что это была за кухня.
        На металлическом столе лежали тела разбойников - тех самых, которых Сэт сбросил в колодец на руинах башни.
        Он споткнулся и чтобы не растянуться по полу, вырвал ладонь из руки девочки.
        "Получается, маг-изгой подкармливает обитающих тут тварей?"
        - Верно, - подтвердил объявившийся голос в голове. - Я тебя потерял - почти не вижу, но все еще слышу твои мысли…
        - Зачем он это делает? - мысленно задал потрясенный Сэт. - Зачем магу это нужно?
        - Древний договор. Обитатели этого города не лезут на поверхность, в обмен раз в месяц Гильдия магов сбрасывает им пищу. Слава высшим силам, этим тварям много на пропитание не надо - наверно сам видишь, какие они худые, одни кости…
        - Что? Что значит худые, они что не скелеты?
        - Вглядись в них внимательней, Саймон Сэт. Их кости покрывает кожа, у них есть мышцы, чтобы двигаться, глаза чтобы видеть в темноте, сердце чтобы биться и еще они дышат… Как они могут быть мертвыми?
        Поднявшийся Сэт вновь ухватил протянутую руку девочки, но не за ладонь, а за запястье… По началу он не почувствовал ничего не обычного, но спустя несколько секунд, ощутил как под тонкой кожей, натянутой казалось прямо на кости, проступила пульсирующая жилка. Сердцебиение.
        - Кто они?!
        - Такие как ты, обитатели города пережившего Великую войну. Вот только они не стали огораживаться стеной, решив, что лучшая защита от обитающих на поверхности демонов, глубже закопаться в эти катакомбы. Когда на эти земли пришла Империя, и Метамаг изгнал всех демонов, решил, что нет необходимости уничтожать обитателей города. Заключив с ними договор, он объявил это место Городом мертвых, и велел людям держаться от него подальше.
        Сэта конечно же зацепила эта история, но большая часть внимания была поглощена происходящим в темных коридорах - здесь и сейчас. Убедившись, что девочка провела его через "столовую", и как будто не собиралась делать из него ужин, Сэт вздохнул с облегчением. В следующее мгновение он уже продолжал разговор:
        - Метамаг изгнал всех демонов? Когда?
        - Давно. Миновало несколько столетий…
        - Но кто он такой? - почти не слушая, сыпал вопросами Сэт. - Он бессмертен? Это он отдал приказ тому магу убить меня?
        - Да, метамаг желает твоей смерти и ему служат все три Имперские Гильдии. Любой Защитник, маг или Охранитель убьет тебя по его слову даже не задумываясь.
        - Но что такому как он, нужно от такого как я? Чем я ему помешал?
        - Я стал плохо тебя слышать…. Метамаг хочет убить тебя, потому что чувствует в тебе угрозу. Он не знает кто ты - но он бы не был метамагом, если не увидел в тебе угрозу его власти.
        Он замолчал - Сэт не понял, потерял ли он его полностью, или просто больше не желала общаться, но и сам разговаривать с ним больше не хотел - не каждый день узнаешь, что человек настолько могущественный, что способен заключать демонов в темницы, желает твоей смерти.
        Сэту оставалось только оглушено следить за тем, как темные коридоры и залы меняются перед ним один за другим…
        Пламя факела уже почти погасло, когда девочка провела его в широкий коридор и неожиданно остановились. Путь им перегородила железная дверь в каменной кладке, да еще отряд тех, кого недавно он называл скелетами.
        Вероятно, это были солдаты, поскольку все имели одинаковые щиты и палицы.
        Вперед вышел один из них - наверно, офицер и, оглядев Сэта с ног до головы, обратил взор на девочку. Их гляделки тянулись некоторое время. Наконец, офицер поклонился, развернулся, взглядом заставляя других прийти в движение.
        Сразу четверо обитателей подземного города навалились на ржавую дверь, заставляя её раскрыться. А оттуда, тьму зала разогнало серебряное сияние. Словно испугавшись его, солдаты отпрянули, а девочка, доселе ободряюще державшая руку Сэта, отошла в сторонку и убрала свои косточки с его запястья. Он уставился на неё в надежде получить объяснения, но кроме повелительного движения рукой ничего не увидел.
        В тот самый момент, когда он собирался шагнуть к выходу, по подземелью раздались быстрые шаги, и в свете факела объявился тот самый "лич", который его преследовал после того как Сэт упал в тот злосчастный люк…
        В правой руке "лич" держал посох - другой обнимал увесистую книгу. Он посмотрел на Сэта и потом перевел взгляд на девочку, видимо начиная продолжительный диалог. Предчувствуя крупные неприятности, Сэт оценил расстояние до выхода и приготовился бежать что есть силы. К счастью, этого не понадобилось…
        Безмолвный "лич" с поклоном отдал свою книгу девочке и не задерживаясь, отправился восвояси, а девочка так же молча вручила книгу Сэту.
        Не желая отказываться от странного подарка, Сэт склонил голову и повернулся к выходу. В этот момент в руке девочки погас факел, и он почти в кромешной тьме, лишь едва видя очертания залитых серебром щитов скелетов, двинулся в направлении к сиянию.
        Спустя какое-то время он шагнул за порог и вдохнул полной грудью…
        Первое, что он понял: обитатели города закрыли за ним двери. И только потом его сознания достигла открывшаяся вокруг него картина: позади находился пригорок, на котором стояли древние развалины, впереди - небольшой простор, вскоре перегороженный полосой леса. А наверху распростерся небесный океан, в котором плавали темные облака и купались луна со звездами.
        - Я сделал это! Я на поверхности. Свобода!
        Снова набрав полную грудь прохладного воздуха, он проследил за светлеющим краем небосвода. Скоро рассвет - можно было идти в город.
        Но по ставшей закономерной случайности, его планы были разрушены, в тот самый момент, когда откуда-то из-за ближайших холмов донеслись крики и звон мечей…
        Глава 5
        Он не собирался больше ни во что вмешиваться - Сэт просто намеревался добраться до города, минуя все опасности и ситуации, которые романтики окрестили бы "приключениями". Вот только ноги сами понесли его на ближайший холм - вероятно, дала о себе знать кровь игромана, требующая досконально разобраться в окружающем мире…
        Взбежав на холм, Сэт ошарашенно замер: он готов был увидеть, что угодно, но совсем не это…
        Десятки, нет - сотни вооруженных оборванцев, прячущие лица за масками из коры и тряпок, осаждали близлежащий холм. Группа за группой, волна за волной они со всех сторон взбирались на крутое подножье, словно армия муравьев штурмующая бастион с последними охранниками вражеской королевы; не жалея себя, не обращая внимания на гибель соратников, оборванцы лезли наверх лишь для того, чтобы добравшись до вершины пасть от клинка солдата из королевской стражи.
        Глядя на то, как с холма под ноги наступающим скатываются десятки смертельно раненых товарищей, последние ряды, словно в фанатичном исступлении размахивали нехитрым оружием и скандировали лишь одно:
        - Святые!
        - Святые!
        - Вперед, Святые!!!
        Дрожь прошла по телу Сэта. Слитый крик сотен людей был в равной мере наполнен безумием и безграничной верой в высшие идеалы. Впрочем, ничего удивительного в этом не было: безумие и фанатичная вера - чувства, которые могли искорежить душу настолько, чтобы превратить человека в берсеркера, презревшего боль и страх смерти.
        Невзирая на подавляющее численное преимущество, лишь безумцы и фанаты могли сейчас лезть на штурм холма. И пусть его защитников едва ли было больше двух десятков, но их тяжелая броня и превосходное вооружение не поддавались никакому сравнению с тем, что имели штурмовавшие холм.
        Даже отсюда Сэт видел чешую кольчуг и блеск нагрудников, силуэты поднимающихся шестиугольных щитов и опускающиеся на вражеские головы прекрасной ковки мечи. Под металлическими шлемами при желании можно было различить глаза, ниже которых пролегала кольчужная сетка - защищающая лицо и шею бармица.
        Вставшие в круг для обороны холма воины выглядели непоколебимой твердыней суши, о которые разбиваются темные волны бушующего океана. К тому же всякий раз, когда нападающим удавалось закрепиться на каком-нибудь участке, постоянно мелькающий среди воинов синий силуэт, бесформенным вихрем набрасывался на горе-вояк и повергал их вниз словно кукол.
        Что это был за силуэт, Сэт не имел представления - уж слишком быстро тот мелькал, да и расстояние в этом не помогало… А вскоре ему стало и вовсе не до того.
        Появление на соседнем холме Саймон Сэта не осталось незамеченным. Пока Сэт, разинув рот, наблюдал за разворачивающимся боем, некий командир в стане оборванцев в масках отдал необходимые приказы, и сейчас сразу несколько отрядов отрезало ему все пути к бегству…
        Поняв, что окружен, Сэт едва не взвыл от досады: ни этого он хотел, взбираясь на холм!
        - Святые! Святые! Вперед Святые! Во имя Сантаны! - донеслось со всех сторон, и на холм потянулись десятки людей в рваном тряпье.
        Разумеется, Сэт хорошо знал с кем столкнула его судьба. Он прекрасно помнил, как в лагере разбойников ведьма раздавала команды своим подчиненным, в числе которых находилась и шайка "Святых". В грязных дырявых одеждах, а иногда и вовсе без них, они казались бы простыми попрошайками, если бы ни самодельные маски на их лицах. Эта группа людей отличалась от прочих - они будто презирали материальные блага, грабя и убивая, они брали в трофеи лишь оружие и провизию. Другие банды и группировки сторонились их, понимая что "Святые" слеплены из совершенно иного теста. И верно: Святых объединяло и сплачивало вовсе не жажда наживы, а нечто далекое от сердца простого душегуба - нечто, эфемерное, что называется верой.
        Святые верили во что-то превосходящее их смертные тела и жалкие души. По сути это была не разбойничья банда - а настоящая секта из тех, что запрещены во всем цивилизованном мире. Хотя Сэт плолохо представлял себе "цивилизованный мир", он прекрасно осознавал насколько опасно для государства и общества само существование подобных сект.
        Впрочем, все эти мысли пробежали в его голове оставив одну лишь пустоту, а время для размышлений подошло к концу - враг практически до него добрался.
        Однако совсем бесполезными эти мысли не были: теперь он твердо знал, что бежать некуда, а просить пощаду бессмысленно. Словно загнанная в угол крыса, он приготовился продать жизнь как можно дороже. И не смотря на то, что его ладони вспотели, он не почувствовал страха и сомнений, когда перед ним возник первый Святой, обжёгший его испепеляющим взглядом из-под деревянной маски…
        Фанатик приготовился что-то крикнуть и занести для удара кривой палаш, но все слова застряли в горле, когда нечто ударившее снизу смяло его гортань. Глаза под маской расширились в немом ужасе, следя за металлической палицей, с кончиков которой капала кровь, но утратили интерес и погасли, как только из них ушла жизнь.
        Под ноги Сэта упало первое тело, но на холме уже возникли пятеро новых противников.
        Не теряя в пустую и мгновения, Сэт, словно на уроке физкультуры в Академии, метнул тяжелую булаву, точно спортивную гранату. Вращающийся металлический снаряд угодил в лицо ближайшего бандита, мгновенно убив и отбросив его тело на бегущих за ним фанатиков.
        Сэт не преминул воспользоваться заминкой. Вырвав палаш из руки распростёртого у ног тела, он скинул со спины держащийся на ремне щит, и почти мгновенно надел его на левую руку. И вовремя!
        Удар двуручного топора свалился на него словно снег на голову: не замечено подобравшийся Святой был одет в монашескую рясу и обладал более чем двухметровым ростом. Если бы не подставленный в последний момент щит, едва начавшийся бой был бы завершен излишне скоропостижно - но так у Сэта появился шанс… шанс перед смертью убить еще парочку врагов.
        Удар топора пришелся на верхний край щита, но сила приложенная Сэтом оказалось достаточной чтобы не дать ему отклониться. Вместо этого массивное лезвие разрубило металлический обод, словно ножом разрезало первую продольную доску составляющую "тело" щита и раскололо вторую, едва не добравшись до запястья Сэта.
        Однако, не смотря на всю отдачу от богатырского удара, Сэт молнией высвободил руку из креплений щита и змеей скользнул к ничем незащищенному боку громилы. Палаш сверкнул в лунном свете и окрасился кровью - третий Святой упал на колени, проживая последние мгновения жизни - а Сэт уже дрался с четвертым и пятым.
        Лишенный щита, он почти сразу пропустил скользящий удар кинжала, но смог задеть артерию подмышкой одного из напавших и уколоть в живот другого, тем самым выводя их из игры прежде, чем вторая группа достигла вершины холма.
        Понимая, что шансы выстоять с палашом против целой группы были ничтожны, он совершил излюбленный прием, метнув оружие в ближайшего противника, тем самым выигрывая время на то, чтобы подобрать иной трофей.
        Однако в этот раз результат был не столь выдающимся: мало того, что бросок палаша оказался неудачным и был с легкостью отбит каким-то меченосцем, так к тому же подобранное оружие вызвало закономерное опасение. Как только он оторвал от земли двуручный топор, в полной мере осознал, что совершенно им не владел - он никогда не использовал топоры в играх, а учиться в бою было по меньшей мере безрассудно… Тем не менее выбора не было - отведя голову топора максимально вправо, он разбежался и атаковал.
        Эта атака была самоубийственной. Любой опытный мечник видя, что топор абсолютно точно обрушится на него с левой стороны, шагнул бы вперед и вправо. Таким образом, он ушел бы от могучего, но бездумного удара и оказался подле незащищенного бока противника, или даже мог зайти ему за спину…
        Вот только хвала Стенам, опытных воинов среди Святых не оказалось. Враги Сэта предпочли держать глухую оборону и задавить числом, а не умением. Топор обрушился на подставленный щит - отклонил его и впился в плоть незадачливого фанатика.
        Шаг вперед - освободившийся от плоти топор обрушивается обратной стороной на не успевшего среагировать щитоносца. С воплем, в котором Сэт уловил "Сантана", очередной оборванец в тряпичной маске бросился на него в лобовую. Парные клинки просвистели у лица, оставив на локте костюма алую полосу, а в следующее мгновение Сэт оторвал топор от предыдущей жертвы и послал его в обратную сторону. Он почти не почувствовал сопротивления когда обоюдоострое лезвие распороло грудь противника.
        Моля богов и демонов о том, чтобы захлебывающийся собственной кровью оборванец умер раньше, чем сообразил отомстить обидчику, Сэт развернулся к нему спиной и лицом к лицу встретил двух оставшихся врагов.
        Он еще успел увидеть, что один из них вооружен массивным двуручным мечом, а в руках другого была простая рогатина, как что-то длинное и широкое обрушилось сверху, грозя разрубить его надвое.
        Гораздо позже Сэт осознал, что лезвие двуручного меча упало на подставленное древко - он даже припомнил, как покачнулся и едва не потерял равновесие. Давление меча было невыносимым, глаза под маской сверкали лютой ненавистью, шея противника вздулась от напряжения. Самым худшим было то, что второй фанатик, перехватив поудобнее рогатину, принялся обходить застывших в немом исступлении воинов, чтобы спустя несколько секунд вонзить свое нехитрое оружие в бок Сэта…
        Понимая, что времени на раздумье нет, Саймон рванул влево и, чудом увернувшись от меча, обрушившегося на место, где он только что находился, изо-всех сил ударил обухом топора в голову противника.
        Услышав треск, он переключил внимание на оставшегося врага, который нерешительно замер, направив на него дрожащую рогатину.
        - Десятый! - воскликнул Сэт и в один прием разрубил рогатину и снес сектанту голову.
        Саймон Сэт выдержал суровый бой, но для радости не было причины: новые группы поклоняющихся демонам сектантов уже взобрались на холм - затравленно оглядевшись, он насчитал более двух десятков окруживших его врагов.
        - Это конец? - спросил он себя. - Впрочем, неважно. Я не сдамся без боя.
        Он вновь метнул топор и бросился к лежащему у ног двуручному мечу…
        Боль, адская, всепоглощающая боль - для Сэта весь мир сжался до её размеров. Он горел изнутри, тело разрывалось, будто кто-то беспрестанно жалил внутренности раскаленной кочергой. Но всё хуже была паника от осознания того, что вместе с выходящей кровью, из него утекала жизнь.
        Всю свою сознательную жизнь, он считал себя мессией, которому предначертано дать миллионам людей надежду на счастливую жизнь. Но вместо того, чтобы спасти миллионы, он скалился от боли лежа в собственной крови. Разочарование бездарно потраченной жизнью было хуже мысли о неумолимо приближающейся смерти.
        Жизнь оказалась пустой. Все его старания и страдания прошли для мира незамеченными. Он пролил столько своей и чужой крови, убил стольких людей на этом холме и всё это было бессмысленным. Все мечты и желания оказались напрасными. В далеком отсюда Городе окруженным исполинскими стенами, люди и впредь будут страдать и умирать от ядовитого тумана.
        "Моя жизнь была прожита зря…"
        Стало дико холодно, руки немели, грудь уже почти не вздымалось, а сердце наоборот бешено колотилось. Страх перед неизбежным накатывал удушливый волной - а еще он боялся, что ледяной холод останется с ним и после смерти. Он почти видел, как демоны повелевающие тенями обратили на него свои взоры - они горели желанием заполучить новую жертву. Боль потихоньку уходила, он стал погружаться в холодную и черную пучину…
        И тут он услышал голоса. Поначалу он принял их за голоса мертвых, но даже для мертвецов эти голоса были весьма странны:
        - Он один убил наверно полсотни человек.
        - Кто он? Защитник или Охранитель?
        - Ни тот и ни другой - он обычный человек.
        - Не может быть! Простой человек не может убить в бою полсотни. На нем даже доспехов нет!
        - И щита… Если бы они у него были, возможно сейчас он был жив…
        Кто-то дотронулся до горла Сэта:
        - Судя по всему он благородный - должно быть безземельный аристократ… Постойте, он еще жив!
        - Что?! Ты уверен?
        - Да… Однако это ненадолго.
        - Ты можешь его спасти? Хотя бы сделай перевязки!
        - Перевязками тут не обойтись…
        - Проклятье! Вполне возможно, что он спас нам жизнь - он отвлек на себя множество Святых и посеял смятение в их сердцах…
        Молчание тянулось долго. Сэт с трудом борющийся с подступающим беспамятством, смог разлепить глаза.
        Его окружали лица незнакомых людей. И хотя они были в доспехах, свои шлемы держали в руках.
        "Должно быть, это они дрались на том холме…".
        Оторвав от Сэта участливый взор, один из них обратился к остальным:
        - Он действительно спас жизнь многим и нас…
        - Пай-пай, уж не собираешься ли ты…
        - Успокойся Арвин, Всевышний не простит, если я не сделаю того, что должен.
        - Ты же сам сказал, что не можешь более исцелять без ущерба своему здоровью!
        - Так ты хочешь его исцелить светом Всевышнего, не имея на то маны? - произнес рядом властный голос молодой женщины. - Ты хоть представляешь, что с тобой станет? Если мессир Метамаг доверил тебе сигму исцеления, это еще не значит, что ты обязан возвращать с порога смерти всяких бродяжек без роду и племени. Задумайся насколько ценен сей человек? Пусть даже он и спас ваши жизни, пусть он и победил в бою пятьдесят человек - что толку твоему барону, Метамагу или Империи от его выздоровления? Твои исцеляющие силы принесут гораздо большую пользу, доставшись они Защитнику или Охранителю. Так что я запрещаю тебе…
        - Кто ты такая, охранитель, что запрещаешь Целителю? Если ты запамятовала, все Гильдии Империи равны.
        Сэт наконец разглядел фигуру в синем плаще. Он догадался, что это была молодая женщина, но, кроме того, что она резко отвернулась, большего разглядеть не мог - глаза отказывались фокусироваться.
        После продолжительной тишины, Сэт услышал шорох извлекаемого из ножен меча.
        - Клянешься ли ты служить барону Шерегнварду не щадя ни его врагов ни своего живота? Клянешься ли быть его мечом и щитом?
        Холодная сталь коснулась губ Сэта. Кто-то произнес громким шепотом:
        - Целуй меч и клянись.
        Почувствовав, что поймал в руки тонкую, ведущую к жизни, нить, Сэт собрал остатки сил, пошевелил губами и сказал "Клянусь".
        В тоже мгновение на его голову легла сильная и грубая рука, и в голове возникла яркая вспышка.
        Какое-то время он лежал, не понимая откуда взялся тот нетерпимый свет, но потом просто сдался и заснул…

* * *
        Она была в холодной ярости.
        Не смотря на то, что её лицо было закрыто черным платком - воины барона видели её глаза. Сила этой ярости заставляла их держаться от неё в стороне, а некоторых даже шарахаться от единого взгляда.
        Казалось бы, с последнего боя ничего не изменилось, но теперь каждый из воинов чувствовал, что больше не находится посреди сплоченного отряда друзей. Глубоко внутри каждый понимал, что он больше не является крепким и битым ветераном - каждый ощутил себя ребенком с деревянным мечом, пытающимся выстоять против грозного убийцы.
        Воины приняли её ярость за злость на Целителя, который не только отдал годы свои жизни, на обычного, бесполезного для Империи человека, но и воспротивился её приказу.
        Впрочем, все они ошибались. Никто из них и догадываться не мог о том, что всё это время она выполняла миссию, заключающуюся в поиске и убийстве этого человека. Злая ирония судьбы - её предстояло убить человека, за спасение которого, пожертвовал собою Имперский Целитель.
        Когда она увидела его лицо в первый момент - не могла поверить глазам, что этот умирающий, был тем самым. Он вмешался в неравный бой - и совсем не было похоже, что он враг Империи. Видя кровь, вытекающую из его ран, она почувствовала облегчение от того, что ей не придется омывать в ней свои кинжалы.
        Она смотрела из-под платка на лицо спящего воина и ее руки легли на рукояти кинжалов.
        Она была в холодной ярости.
        Часть 3
        Глава 1
        Он вновь находился в такси. Летающая машина приближалась к группе небоскребов стоящих на отшибе города скученно и величественно, словно одна большая сторожевая башня призванная оберегать его покой. В салоне рядом с ним сидела Сандра - тихая и собранная, готовая идти за ним в огонь и в воду.
        - До рассвета осталось не так уж и много, - произнес он. - Нам надо спешить.
        - Да, хозяин, - отозвалась она.
        - Уважаемые пассажиры, - электронным голосом произнес безымянный водитель такси, - пункт назначения достигнут. Информирую, что согласно протоколу безопасности, стоянка на данном участке запрещена - вы можете вызвать такси, воспользовавшись терминалом установленным…
        Дальнейшее он не расслышал. Он выбрался из салона раньше, чем Сандра успела оббежать авто для того чтобы предусмотрительно распахнуть перед ним дверь.
        - Простите, данная зона закрыта… - начал говорить стоящий на воротах КПП человек в силовом доспехе, но Сандра невозмутимо показала ему пропуск.
        - Он со мной, - бросила она, мотнув головой в сторону Сэта.
        Непроницаемо-черное забрало на мгновение повернулось к Сэту, сенсор над воротами быстро просканировал его на наличие представляющих угрозу веществ, охранник кивнул:
        - Так точно, офицер.
        Почти сразу за постом располагался защищенный, словно бункер, лифтовый холл. В глаза Сэта бросились кожаные диваны и пустовавшие по случаю ночного времени деревянные столы для секретарей. Всего лишь три этажа вниз и они оказались в святая святых - в Главном Управлении службы безопасности Города.
        Преодолев еще пару запутанных коридоров с бесконечными дверями, для прохождения которых Сандре постоянно требовалось прикладывать пропуск, они, наконец, добрались до отдела особых проектов и в частности до кабинета его Главы.
        - Действуй Сандра, - сказал он, как только они вошли внутрь.
        - Да, хозяин.
        Сандра села за стол и забарабанила по клавиатуре.
        - Внимание, введен неверный пароль, - произнес из динамиков синтезированный женский голос, - осталось две попытки…
        - Внимание, введен неверный пароль, - почти сразу повторил он, - осталась одна попытка.
        - Проклятье, Сандра, я думал, ты знаешь пароль от компьютера своего шефа.
        - Простите, хозяин, но я могу только гадать…
        - Ты уверена, что сейчас угадаешь? Мне не слишком хочется сражаться со всей охранной в здании.
        - Я не могу быть уверена, хозяин. Но вы правы - если я вновь неправильно введу пароль, поднимется тревога.
        - Если он не чает в тебе души, попробуй ввести своей имя.
        - Уже пробовала, хозяин.
        - Год рождения?
        - Так же - не получилось…
        В задумчивости Сэт почесал переносицу:
        - Скажи, у тебя есть какое-нибудь ласковое прозвище, о котором знаете только вы вдвоем?
        - Не совсем поняла, хозяин.
        - Как он тебя называет? Медвежонок, Лягушонок?..
        Она помотала головой:
        - Нет, он не такой романтик. Даже на зло, все время зовет меня Александрой…
        - Ну так вводи "Александра".
        - Да…
        - Пароль принят, - мгновением спустя отозвался синтезированный голос, - снова здравствуйте, Олег Владимирович.
        - Почему у шефа отдела СБГ компьютер с такой простой системой защиты? - поинтересовался Сэт.
        - Иногда простота дает большую гарантию, чем самые современные средства защиты, хозяин, - буднично ответила Сандра. - Я нашла эти директории. Вас интересует что-то конкретное?
        - Меня интересует всё, что касается ядовитого тумана.
        Сандра кивнула, сделала пару кликов на сенсорном планшете и удовлетворенно вздохнув, развернула экран монитора к Сэту.
        Пару минут Сэт внимательно изучал содержимое файлов, затем, склонив голову, схватился руками за виски и шепнул зло:
        - Уроды!
        Сандра непонимающе шагнула к нему, заглянув в монитор через плечо - там была строительная схема стен Города, с узловыми точками монтажа насосов Белого тумана.
        - Я глазам не верю, - продолжил Сэт. - Просто отказываюсь в это верить…
        - Хозяин, подлинность файлов не вызывает сомнений…
        - Каждый день сотни людей гибнут от яда, тысячи получают увечья, миллионы сходят с ума от безысходности… Тем не менее, Город считают чуть ли не землей Обетованной - молятся на Стены, потому что уверены, что они защищают их от Белого тумана, поглотившего весь мир… Зачем?! Я спрашиваю, зачем, эта ложь, Сандра?! Во имя чего, во имя какой благой цели столько страданий? Взгляни на эту карту - Город стоит в пятне тумана - через сотню километров в любую сторону, начинается пустошь, а за ней девственная природа - идиллия.
        Он ударил кулаками по столу:
        - В чьи мерзкие головы пришел этот план? Что за уроды проводят этот подлый эксперимент?
        - Позвольте объяснить, хозяин, - всполошилась Сандра, - вы поняли правильно, Белый туман - субстанция полностью искусственного происхождения, но…
        - Но?…
        - Но она защищает Город, - выдохнула она.
        - Защищает? Говоришь, защищает? Что ты, жительница высших уровней, знаешь о защите тех, кто родился внизу? Ничего! Ничего ты не знаешь, Сандра! Этот туман служит для единственной цели - держать систему полностью изолированной от остального мира, таким образом обеспечивать постоянную общую угрозу для всего населения. Этот туман превращает население в стадо послушное воле Правителей… Эти Правители… Это всё их рук дело. Ничего, они поплатятся. Я устрою революцию.
        - Прошу вас, не надо, хозяин! - взмолилась Сандра, готовая упасть на колени. - За стенами Города, живет угроза для всего человечества, и если туман исчезнет нас…
        Дверь кабинета неожиданно распахнулась, и в перекрестье замерли три пары удивленных глаз.
        - Сандра? - первым протянул весьма удивленный вошедший. - Что ты здесь… Что происходит?
        Вошедший в кабинет мужчина был рослого телосложения, в приличном деловом костюме, с прилизанной прической, в которой из общего фона выбивались несколько седых прядей. Он обладал мрачным лицом, суровость которого лишь подчеркивал длинный шрам на щеке. В руке он держал пластиковую кружку, которая, впрочем, полетела на пол, как только его взгляд опустился на лицо сидящего в кресле Сэта.
        Прежде чем кружка, разливая черный кофе, коснулась пола, хозяин кабинета достал из-под пиджака пистолет и направил его на незваного гостя… Однако Сандра оказалась быстрей.
        Выстрел не был таким уж оглушительным, но хозяин кабинета ощутимо вздрогнул, опустил руку с пистолетом и перевел взгляд с расплывающегося на груди красного пятна на Сандру, недрогнувшей рукой продолжающую сжимать пистолет.
        - Черт, Сандра, не убивай его! - воскликнул Сэт.
        - Почему, Сандра? - спросил раненый, лишь чуть-чуть заинтересованным тоном.
        - Мне жаль, что так вышло, - ответила она, без сожаления в голосе, - но ты представлял угрозу для моего хозяина. Почему ты не отправился домой, как я тебя просила?
        У шефа отдела особых проектов пропал к ней весь интерес: выронив пистолет из слабеющей руки, он повернулся к Сэту.
        - Я понял… - проговорил он едва слышно. - Ты такой же, как он…
        - Как кто? - встрепенулся Сэт, критическим взглядом оглядывая рану. - Что ты имеешь ввиду? Скажи пока можешь!
        Лежащий на полу собственного кабинета мужчина, смотрел сквозь Сэта:
        - Я вижу её… Она стоит рядом с тобой… Её ледяное дыхание холодит мне лицо… Но мне нужна еще минута… Я хотел тебя попросить… Пожалуйста, не убивай её! Чтобы ты не задумал, не убивай мою дочь!
        - Не беспокойся. Я не убиваю людей…
        При этих словах, напряженное лицо отца Сандры приобрело умиротворенное выражение. Кожа разгладилась, и даже глубокий шрам практически исчез с щеки. Он закрыл глаза, зашатался и упал раньше, чем Сэт докончил свою фразу:
        - По крайне мере до настоящего времени…
        - Хозяин? - подошла к нему Сандра, убирая оружие в кобуру.
        - Не стоило его убивать, Сандра.
        - Он угрожал вам…
        - Займись телом.
        - Да. А вы?
        - Прежде чем уничтожать Правительство и рассеивать туман, я отправлюсь за стены - хочу собственными глазами увидеть за что мне предстоит сражаться.
        - Хозяин, - испуганно произнесла она, - мы еще увидимся?
        - Разумеется. Пусть план, составленный твоим отцом, идет своим чередом. Встретимся утром.
        Сандра кивнула, мир стал стремительно темнеть и недавно смертельно раненый Саймон Сэт пришел в себя…
        Лежа с закрытыми глазами, он слушал мерный скрежет точильного камня проходящего по лезвию меча туда-сюда.
        Вжик-вжик.
        Вжик-вжик.
        Еще он слышал слабое потрескивание костра, и нос улавливал запах чего-то вкусного - возможно даже каши из настоящих злаков.
        Впрочем, сила аромата не имела такой власти, чтобы заставить его подняться. Даже ведущийся неподалеку разговор незнакомцев, казался сейчас нестоящим того, чтобы к нему прислушиваться. И дело было даже не в том, что у Сэта ломило всё тело, и его кости будто горели…
        - Эй, ты здесь? - произнес он мысленно.
        - Эй? - переспросил голос, звучащий в голове. - Обращайся ко мне Безымянный, ибо знание моего истинного имени сейчас способно нанести тебе вред.
        - Тебе интересно почему Сандра меня преследует? - сказал Сэт, точно не слыша. - Я сделал её своей куклой - чтобы меня защитить, она убила собственного отца…
        - Зачем ты говоришь мне об этом, Саймон Сэт? Мне всё равно, что ты с ней сделал.
        - Настораживает, что ты даже не поинтересовался о том, как можно превратить человека в куклу, тем более, если этот человек - агент СБГ. Только гораздо больше настораживает твое безучастие по отношение к людям. Боюсь даже представить, что такого в своей жизни наворотил ты, что сотворенное мною для тебя лежит в рамках обыденности.
        - В своей жизни я совершил много прекрасного и ужасного, но причина моих слов заключена вовсе ни в том. Я знаю про тебя и Сандру - в конце концов, я слежу за тобой довольно давно.
        - Что?! Зачем?!
        - Я объясню это при нашей встрече.
        В голове Сэта роились вопросы - но их не озвучивал - бес толку.
        - Раз ты всё про меня знаешь, скажи, что мне делать? Я выяснил природу и предназначение тумана: то, что убило моего отца, то, что погубило мою мать, сестру и брата - создало Правительство. И я, будучи разумным человеком, не могу его обвинять - оно создало туман как краеугольный камень системы. Благодаря ему, люди в этом Городе продолжают идти путем прогресса. Они сохранили тот образ жизни, к которому человечество шло на протяжении тысячелетий. Благодаря туману - общество не скатились до средневековья или вовсе в первобытный строй.
        Туман - проклятье, но и благо. Как-то я сказал Сандре, что пойду на всё, чтобы уничтожить туман. Но на самом деле, в глубине души я не был столь уверен в этом. Уничтожив туман, я отомщу за родителей и тех, кого он убил - однако, тем самым я уничтожу сам Город. Я ведь не такой уж дурак - я вижу, от кого и от чего, туман защищает… Скажи, что мне делать? Что выбрать?
        - Я не понимаю зачем тебе надо что-то выбирать.
        - Не понимаешь? Только что я дрался за свою жизнь, не имея никакого шанса на победу. Я дрался даже будучи израненным, оглушенным, истекающим кровью: я испытывал такие муки, какие редко доводится кому-либо испытать - любой на моем месте сдался бы, только для того чтобы их прервать. Сейчас я вспоминаю, как отражал удары и, ломая собственное тело, сыпал ими сам; не слыша ничего кроме звона и почти не видя, из-за заливающей глаза крови, я стоял, хотя должен был упасть.
        Сейчас я вспоминаю это - и меня начинает тошнить. Я будто находился в ледяной воде и каждое движение, каждый вдох давался с неимоверным трудом… Но я продолжал драться не обращая внимания на новые раны и на постоянно усиливающуюся боль, я не падал только потому, что эта жалкая жизнь имела смысл. Будучи мальчишкой с зелеными глазами, я клялся, что обязан спасти людей, клялся избавить Город от тумана. И я поверил себе, я внушил - что это и есть цель моей жизни. Но когда я упал на тело последнего врага, и я понял, что меня ждет смерть я много понял. Но главное, я понял, что моя жизнь не ценнее жизни других. Я попросту не могу более ставить достижение своих целей выше желаний других. Даже если я сейчас вернусь в город, то не смогу уничтожить насосы генерирующие Белый туман - мне неведомо до конца что из этого выйдет, но знаю, что тысячи людей умрут… Так что же мне делать? У меня больше не осталось прежней жажды жизни…
        - Прекрати себя жалеть. Скоро ты изменишь свой город, и изменишь этот мир. Если не веришь себе - так поверь мне. Найди мою обитель и перед тобой откроются множество путей.
        С удивлением для себя, Сэт понял, что верит этому безымянному и, по сути, незнакомому человеку. Его слова изгнали из души пустоту, безысходность и чувство утраты. Сэт на секунду устыдился приступу своего малодушия.
        Он по-прежнему жив. И не смотря на то, что каждая косточка тела сейчас будто плавилась в печи, он знал, что был полностью здоров.
        Правительство создало ядовитый туман, от которого он поклялся избавить людей? Тем лучше - легче будет выполнить свою клятву. Он найдет способ изменить систему не разрушая её. Он не будет избавлять Город от тумана, защищающего его от угрозы извне. Но он не даст туману убивать бедняков. Он заключит договор на поставку продуктов с людьми, живущими вне стен. Он будет бороться с перенаселением строя и колонизируя новые города…
        Он даст Городу вторую жизнь.
        А этот мир…
        Он разберется и в нем. Неважно, сколько времени это займет, но он соберет столько сил, чтобы хватило сместить Правительство. Или соберет столько союзников, сколько будет достаточно, чтобы противостоять даже высокотехнологичным солдатам-стражам Города.
        - Я изменю этот мир и этот Город…
        С улыбкой на устах он открыл глаза.
        - О, смотрите, он очнулся!
        На Сэта уставились десять пар заинтересованных глаз - воины как раз собирались завтракать, и пробуждение Сэта застало их за разбором порций волшебно пахнущей каши.
        Большинство из них были одоспешены и готовы к бою даже в этот ранний час: казалось, что им не доставляет никакого неудобства держать ложки и миски с кашей кольчужными перчатками. Единственная видимая поблажка данному правилу проявлялась в виде шлемов сложенных в сторонке.
        - Садись к нам пока каша не остыла, - пригласил его повар - седовласый мужчина, с ухоженной бородкой и стручком закрученными усами, в которых в равной степени сочетались серебряные и черные нити волос.
        Все лица светились радушием - исключение составила лишь женщина, лицо которой было полностью скрыто под черным платком. Окинув приблизившегося Сэта хмурым взглядом, она взяла свою миску и отошла на десяток шагов.
        Воины что помоложе переглянулись, поопытней - спрятали мысли, на секунду опустив глаза, но, спустя десяток ударов гулко забившегося сердца, гробовое молчание сменилось бурным проявлением чувств.
        Сэта хлопали по и без того болевшим плечам, поздравляли с победой и вступлением в дружину барона, и наперебой расспрашивали как ему удалось в одиночку уничтожить столько врагов, после чего требовали немедленного и подробного рассказа о личной жизни.
        Пользуясь тем, что ему пока что не давали вставить и слова, Сэт лихорадочно соображал, как ему выкручиваться из этого положения. Если он назовется дворянином - непременно нарвется на новый поток из таких же вопросов, какие некогда задавала пленившая его ведьма: "Титул, род, земли?!". Он не сможет ответить на них так, чтобы не вызвать подозрений во лжи…
        Но если он скажет, что является обычным простолюдином, или того хуже назовется наемником - последствия могут быть еще более непредсказуемыми. Эти люди, которых можно было принять за простых воинов, на самом деле являлись представителями знати - это можно было понять по их лицам, глазам, стрижкам, манерам, в общем, по всему облику. Если они поймут, что в их ряды затесался плебей ничего хорошего можно не ждать…
        - Тихо ребята! Давайте по порядку, - прерывая гомон движением руки, остановил всех "повар" - тот самый, что был с проседью в бородке. - Позвольте представиться первым.
        При этих словах он поклонился так величаво, что Сэт растерянно замер - но спустя мгновение с облегчением осознал, что ответного поклона от него не ожидалось.
        - Я лорд Арвиан из Гаргании, - продолжил он. - Не наследный сын лорда-правителя Гаргании, а также являюсь десятником дружины барона Шеренгварда и командиром этих остолопов…
        Взрыв хохота поднял с окрестностей черную тучу зло каркающего воронья. Впрочем, воины смеялись недолго - до тех пор, пока десятник не задал свой вопрос:
        - Как же зовут того, кто принял вассальную клятву нашего барона?
        Взгляд Сэта стал растерянным, он обвел им лица окруживших воинов, посмотрел на свои руки, покрытые многочисленными еще не зарубцевавшимися шрамами, а потом заговорил с тоской в голосе:
        - В том бою что-то случилось. Кажется меня ударили палицей по затылку… По крайней мере только этим я могу объяснить, что с трудом помню даже свое собственное имя.
        Вокруг ахнули, сочувственно загалдели, но Сэт продолжил не слушая:
        - Я лорд Саймон Сэт, и это практически единственное, что о себе знаю. Возможно, я вспомню остальное, когда немного отдохну…
        Подле него тут же возник воин, в примерно таком же возрасте, что и десятник, но отличался он разительно - и дело было не только в том, что в отличие от Арвиана он не носил бороды и усов. В его глазах читалась смертельная усталость - так мог смотреть только уставший от жизни старик. Даже странно, что эти глаза принадлежали пятидесятилетнему мужчине…
        Не тратя даром времени, ветеран бесцеремонно принялся ощупывать голову Сэта. Невзирая на сопротивление, поднял ему веко и, заставив смотреть на свет, принялся что-то изучать в глазах.
        - Вроде бы все в порядке, - резюмировал он. - И хотя я не слышал о таком, возможно что потеря памяти, побочное действие ритуала исцеления.
        - Перехватив удивленный взгляд Сэта, лорд Арвиан пояснил:
        - Это наш отрядный лекарь - лорд Пайдеон-пайран, но все зовут его просто Пай-пай.
        Лекарь кивнул, соглашаясь, и Сэт решил для себя каким из предложенных вариантов станет к нему обращаться.
        Тем временем интерес к персоне Сэта стал потихоньку идти на убыль. Сначала воины решили во что бы то ни стало не дать каше остыть, потом посмеялись какой-то нечаянной шутке. В конце концов, взяв обещание с Сэта преподать пару уроков владению мечом (ведь он же в самом деле не забыл как им управляться?), воины принялись протирать миски травой и складывать лежаки на которых провели ночь в заплечные мешки.
        Нежданно получив свободу и простор, Сэт наконец смог оглядеться по сторонам. Первым что он осознал, был тот факт, что спасший его отряд барона устроил ночёвку прямо на месте вчерашней битвы. Сэт узнал этот холм даже при свете солнца: тем более, что он носил и другие признаки вчерашней неравной битвы - так например его усеивала, полностью вытоптанная и от этого пожухлая трава, разбросанное повсюду разнообразное оружие и целые куски поломанных щитов, но главное - огромные черные пятна высохшей крови.
        Пришедшие на выручку Сэту воины неизвестного барона, были либо привычны к виду трупов, либо циничны настолько, что скинули тела поверженных Сэтом врагов с вершины холма и провели остаток ночи на его вершине. Когда же настал рассвет, принялись завтракать, непринужденно взирая на пир устроенным вороньем на склонах холма…
        Наверно Сэту стало бы дурно, если бы и так не было хуже некуда. Чтобы отвлечься от своего самочувствия, он, доев кашу, вернул миску Арвиану и попробовал завязать с ним разговор.
        - Благодарю, а скажи…
        - Не за что, Саймон Сэт, - не дослушав пожал плечами седоусый. - Кстати, надеюсь, ты быстро поправишься - ведь твоя очередь кашеварить настанет уже завтра.
        - А…
        - Впрочем, не бери в голову, - тут же поправился он, не дав Сэту вставить и слова. - До Измора не более двух часов пути - а в городе, как известно, найдется много истинных поваров из черни…
        Сложив миску Сэта в стопку вместе с остальными, он напрочь о нем забыл, поскольку все его мысли стали заняты тем, как упрятать стопку, котел и крупу в один небольшой запечный мешок.
        Сэт хотел порасспросить Пай-пая, но увидев, что тот проверяет лезвие меча на наличие неочищенной крови, спохватился и стал шарить взглядом в поисках своего оружия.
        Боевой нож оказался в ножнах при нём; двуручный меч он обнаружил на том месте, где проснулся четверть часа назад… Но что-то продолжало его тяготить, казалось он упускал из вида важную часть своей амуниции… Точно. Книга.
        Эта Книга была трофеем доставшимся ему в награду за то, что он прошел Город Мертвых насквозь - Книгу ему подарил некий Лич, а преподнесла сама Королева мертвых. Было бы чертовски обидно потерять такой подарок, даже не разобравшись в том, что он собой представляет…
        Видя, что пропажи нигде не наблюдается, он намеревался начать паниковать, но тут на холме прозвучал высокий голос:
        - Ни это ищешь?
        Стоящая на отшибе молодая женщина, срывая лицо за черным платком, размахивала Книгой, словно погремушкой перед ребенком.
        Внешний облик девушки Сэту сразу понравился, чего нельзя было сказать о моральном: вот зачем себя так вести?..
        Помимо платка она была в великолепном кафтане, сексуальных гетрах и ботфортах, на руках - перчатки без пальцев, а ярко синий плащ едва скрывал рукояти кинжалов на поясе. На ее груди была заколка для плаща в виде алой розы. К тому же, она была ярко-светлой блондинкой с объемной прической и чуть закрученными локонами, струящимися по овалу лица даже при самом слабом ветерке.
        - Ну так что, это твоё? - напомнила она о вопросе.
        - Да…
        - И где ты это взял?
        - Прости, не помню, - вывернулся Сэт. - точно знаю лишь, что эта вещь у меня появилась только вчера…
        Она сделала шаг вперед:
        - Говорят, что носителя Книги не может обнаружить Метамаг… Спрашиваю еще раз, зачем ты от него прячешься?
        Внутреннее сжавшись, Сэт непонимающе помотал головой.
        Тем временем, тон женщины стал похож на шипение змеи:
        - Посмотри на него внимательно. Сколько ты ему дашь? Сорок? Пятьдесят?
        Сэт оглянулся на замершего Пай-пая - по виду пятидесятилетнего мужика со старческими глазами. Причем здесь вообще он?
        - Не трудись гадать! - бросила она. - Еще вчера это был молодой мужчина. Сейчас же - дряхлый старец. Ему всего двадцать два! Он отдал свою жизнь тебе - но скажи, колдун, стоишь ли ты этой жертвы?!
        Она с размаху бросила Книгу в грудь Сэта и отвернулась, даже не посмотрев на его реакцию. Впрочем, за этой реакцией следила не одна пара глаз - стоявшую тишину прерывало лишь карканье воронья, лакомящегося телами под холмом.
        Обескураженный Саймон вернулся к своим пожиткам, и почти сразу к нему подошел Пай-пай.
        - Не обращай внимания. Всё что она делает - в пользу бедных.
        Сэт покачал головой:
        - Боюсь, не понимаю…
        - Она - Охранитель - и этим все сказано. Что, неужели не помнишь кто такие Охранители?.. Это орден элитных Убийц на службе Империи. Они разведывают, разнюхивают, и убивают тех, кто, по их мнению, не угоден Империи. Будь то глава разбойничьей шайки нашедший пристанище в глухом лесу или плетущий во дворце паутину заговора знатный вельможа… Если говорить просто: то подозрительность у неё в крови - неудивительно, что она видит в тебе угрозу…
        - Угрозу? Но почему?
        Пай-пай пожал плечами:
        - Говоря в пользу бедных, думаю, что ты сильно отличаешься от всех нас. Мало того что будучи простым воином, одолел полсотни святош, так вдобавок на тебе хоть и лохмотья, но все же видно - весьма странные лохмотья. К тому же, ты ничего о себе помнишь… Да еще эта бесовская книга…
        Чем больше Пай-пай говорил, тем сильнее росла складка между его бровями - похоже, что каждый новый перечисляемый пункт в списке странностей Сэта, все больше заставлял отрядного лекаря сомневаться в новом товарище. Но отступать было поздно.
        - Почему эта книга бесовская? - спросил Сэт, безотчетно сжимая корешок.
        - Если в пользу бедных, скажу, что всё что от магии - бесовское. Конечно же, ни я ни Арвиан в свете последнего нашествия демонов, не отказались бы от мага в отряде… Но это не отменяет того, что маги противны людям. Они непонятны. Сила которой они повелевают словно огонь - он приносит пользу, но стоит зазеваться, того и гляди сожжет весь дом… Вот иное дело честный меч, о нем я могу говорить часами, хоть я и Целитель…
        - Целитель? Это правда? То что она сказала не обман?
        Усталые от жизни глаза всмотрелись в глаза Сэта:
        - Ты ни в чем не виноват. Я потратил много сил, вытаскивая из могилы Иволгу - когда дошла очередь до тебя, запасов маны больше не было. Стигме, знаешь ли, всё равно чем питаться - маной, или жизнью хозяина… Я сделал то, что ждал от меня Всевышний - не вини себя.
        Сэт безотчетно выдохнул, и заметивший это Пай-пай перевел тему:
        - А насчет нашей красавицы не бери на ум - если бы Книга была написана Чернокнижником - она бы тебя уже убила.
        Волевым усилием выбросив из головы мысли о жертве Пай-пая, Сэт покачал головой. Что-то в истории с Охранителем не сходилось.
        В представлении Пай-пая, Сэт - герой, убивший пятьдесят человек, против него выступает какая-то женщина с парой кинжалов. Так почему же Пай-пай говорит о его проигрыше как о вполне очевидном факте?.. Допустим, Пай-пай, не склонен верить в бойцовские умения Сэта, считая, что ему повезло на холме. Но судя по всему, он был уверен, что она сильнее всех в отряде, причем вместе взятых!
        Окинув оценивающим взглядом своего негаданного собеседника, Сэт увидел перед собой крепкого ветерана, с головы до ног защищенного кольчужной сеткой, и железной плитой-кирасой сковавшей грудь и плечи. Рукоять меча была истерта постоянными упражнениями, а на щеки хранили несколько отметин от ран, полученных им в давних сражениях…
        Чтобы такой воин считал, что какая-то женщина может быть сильнее его - должно случиться нечто невероятное. Сам Сэт, даже не смотря на то, что полностью отдавал себе отчет, что Сандра могла с легкостью связать его в узел - тем не менее, считал, что у него были все шансы одержать над ней вверх. Если скажем, бой пойдет на предельно близких дистанциях, где у него будет полное преимущество в массе тела и объеме мышц. Но, похоже, Пай-пай, вообще не допускал мысли о победе…
        - Она настолько сильна? - спросил он вслух.
        Пай-пай помедлил с ответом, потом улыбнулся и загадочно произнес:
        - Дождись первой стычки с разбойниками - увидишь сам.
        С этими словами он отошел, предоставив Сэту время на раздумье. Какое-то время он и вправду провел в размышлениях, но после махнул рукой, мысленно проворчав: "Да хрен с ней".
        - Выступаем! - прокричал лорд Арвиан, увидев, что отряд справился с укладыванием нехитрых пожитков.
        Сэту оставалось взвалить на плечо трофейный двуручник и сжать в левой руке Книгу. Неудобно. Может быть даже слегка комично - но что поделать?
        А Книга действительно была с большой буквы: довольно габаритная, и весьма увесистая - килограмма три или четыре. Даже не понятно с чего такой вес…
        Мельком взглянув на обложку, Сэт увидел сложный орнамент, вырезанный в твердой поверхности - однако это не было металлом, деревом или кожей… Что-то было в этой мысли, она крутилась в голове, но вскоре пропала, не найдя продолжения.
        У него возникла мысль украдкой её приоткрыть, но он чувствовал жгучий взгляд, постоянно упирающийся между его лопатками - женщина в платке, кажется, не собиралась так просто оставлять его в покое.
        - Черт, докликался! - в сердцах бросил он, когда услышал быстро приближающийся перестук каблуков.
        - Ты что-то сказал? - спросила поравнявшаяся с ним Имперский Убийца.
        Буквально видя, как шевелятся уши окружающих воинов, Сэт пожал плечами:
        - Нет, ничего.
        Она отвернулась, но не отстала.
        - Эта Книга… Зачем она тебе? Что ты собираешься с ней делать?
        Сэт вновь пожал плечами, на этот раз ничего не сказав.
        - Эта не просто какая-то книга, - продолжила она. - Это Книга Святых, её противоположность - Книга Проклятых, которые используют Чернокнижники для создания своих мерзких чар.
        Поняв, что полностью завладела вниманием, продолжила вкрадчиво:
        - Говорят, что после войны Двух Престолов, в землях людей было потеряно много таких Книг. Те, что с черной обложкой - оставил отступающий легион демонов, те, что в светлой - уходящие ангелы…
        Беда в том, что после ухода ангелов, наш мир лишился дарованной светом благодати и ни один человек, ни маг, ни священник не могут воспользоваться Книгой Святых. Тогда как черные книги в руках врагов Империи есть поистине грозное оружие….
        - То есть, это просто кусок никому не нужной бумаги?
        Она качнула головой, от чего её пышная прическа затряслась с небольшим запозданием, будто передразнивая:
        - Несмотря на опасность, которую представляют Черные книги, поиск Святых по-прежнему является вожделенной целью для авантюристов и кладоискателей - его высокопреосвященство, господин Метамаг, назначил за каждую из них баснословную награду.
        Впрочем, для того чтобы не предоставлять оружие в руки иноземных колдунов, он назначил награду и за черные… Но скажи, ты несешь эту Книгу в дар Метамагу?
        Сэт уклонился от ответа:
        - А что его высокопреосвященство делает с Книгами Святых?
        - Оно мне неведомо. Ходит слух, о целой библиотеке Книг на самом верхнем этаже его башни…
        - Значит просто коллекционирует, - задумчиво произнес Сэт.
        - Не знаю твоего имени, охранитель, - после паузы продолжил он, - но скажу, что еще не решил, что мне с ней делать. Возможно, она не принадлежит мне, возможно у меня была иная связанная с ней миссия, а может я её просто нашел на дороге… Поэтому было бы ошибкой отдавать её, не зная каким образом она ко мне попала. Я сообщу тебе сразу, как только обрету память…
        Темные глаза на миг покосились на Сэта, затем охранитель сняла с плеч настоящий тряпичный рюкзачок и, развязав шнурки, вытащила из него нечто странное.
        - Это принадлежало Чернокнижнику, которого я недавно обнаружила на территории Империи, - сообщила она. - Мне оно без надобности - а тебе в самый раз.
        С этими словами, она достала книгу с черной обложкой, и протянула Сэту пустую сумку из-под неё.
        Сэта проняло. Он понял, где уже видел нечто подобное. Та соплячка-ведьма раздававшая приказы разбойникам налево, и направо носила такую же книгу в сумке, которую он тогда сравнил с кобурой револьвера на боку.
        Его пробила дрожь от воспоминаний о черных призраках, которыми она повелевала играючи, о тенях схвативших его и едва не убивших…
        Эта женщина… Имперский убийца, сказала, что повстречала одного из Чернокнижников и вот так вот просто заполучила трофей? Да кто же она тогда…
        - Чего смотришь? - бросила она. - Бери пока дают. А насчет Книги Проклятых, не беспокойся - я занесу её в башню господина Метамага сразу, как появится такая возможность.
        Сэт взял сумку чуть дрожащими руками, и перекинул ремень через плечо. Книга легко встала на свое место: он даже попробовал её вытащить и засунуть снова - легко и непринужденно, как меч в ножнах.
        При виде этого некоторые воины покровительственно улыбнулись, но глаза Убийцы оставались серьезны.
        - Она слуга Метамага, - произнес Безымянный. - Держи с ней ухо востро.
        - Я знаю.
        Но на этом нежданное общение завершилось: спустя несколько секунд женщина-гроза Чернокнижников, резко потеряла к нему интерес и, взвалив свой рюкзак обратно за спину отошла, как ни в чем не бывало.
        Тем временем, отряд миновал холмы, под которыми распростерся Город жителям которого пришлось заплатить великую цену для того чтобы пережить Последнюю войну. Впереди замаячил лес и Сэт закрутил головой в поисках еще какого-нибудь источника информации.
        После разговора с Имперским убийцей, к нему больше никто не лез и расспрашивать воинов о жизни было как-то не с руки. Однако кое-что выведать он все же сумел.
        Так, например, узнал, что этот десяток воинов был личной дружиной некоего барона Шеренгвард. Сам барон был известен тем, что до недавних пор являлся хозяином важного в стратегическом плане замка с названием Зуб Дракона - крепости, которая не просто защищала, а блокировала будто бы единственный проход в эту область. Область носила название Долина и по прихоти судьбы, была той самой, на которой Саймон Сэту довелось разбиться на "Левиафане" и после пережить множество злоключений.
        Все эти "Потрошители", "Святые" и прочие разбойничьи банды как раз-таки и прошли в эту считавшуюся самой безопасной в Империи область благодаря тому, что замок барона пал.
        На вопрос, каким образом он пал поступил лаконичный ответ: демон под именем "Сантана". На другие вопросы, типа, где сейчас барон, почему вы живы, и откуда взялось столько разбойников, ответа либо не было вовсе, либо они были настолько туманы, что Сэт понял только, что барон жив и вроде бы должен находиться в городе Измор, куда, кстати вел Сэта загадочный голос и куда стремился попасть этот отряд.
        А еще понял, что Целитель с именем Пай-пай и женщина-Убийца присоединились к отряду после падения крепости - никому в отряде не было понятно, что столь высокие особы забыли в Долине.
        Касательно чернокнижников, и их аналогов женского пола - ведьм, Сэт узнал, что они были гражданами иного государства. Именно эти "гады" притащили демонов и душегубов из своих земель на земли многострадальной Империи…
        В общем, вопросы порождали вопросы, но памятуя о словах Убийцы, солдаты не горели желанием попусту болтать с Сэтом.
        - Терпение, - сказал он себе, - скоро я узнаю об этом мире всё.
        Только что казавшийся сплошным и бесконечным лес расступился и отряд вышел на дорогу чуть в стороне которой, на фоне разрушенной башни стояла покосившаяся изба.
        Что сказать? Живот Сэта заледенел при взгляде на эту избу - он узнал и избу, и холм с башней за ней, изгородь и садовую тачку, стоящую у ограды.
        Тут не осталось никаких следов вчерашнего боя: тела всех разбойников покоились в подвале башни Города мертвых, а туши баранов - в погребе проклятого мага.
        - Чего замер, Сэт? - обратился к нему самый молодой воин в отряде, кажется, его звали Иволга. - Глянем, авось разбойники здесь еще не похозяйничали.
        Сэт хотел отговорить, увести, остановить, но не находил слов. Как объяснить им, что здесь проживает злобный старый маг, который запросто может обжарить их до хрустящих головешек?!
        Впрочем, Сэту не пришлось долго метаться в мышеловке: дверь избы открылась перед подходящим к ней отрядом, и в проеме возник старик в грязном овечьем полушубке.
        Время замедлилось как в плохом кино. Сэт видел, как взгляд старика неспешно проходит по лицам воинов, касается его, проходит дальше, останавливается на миг, чтобы вернуться и впиться в него, не отпуская. Он видел, как сменяются чувства на его лице: от удивления до паники. Маг понимает, что тот, кого он предал верной смерти, жив и пришел с друзьями…
        Не теряя больше времени, он выхватывает из тьмы дверного проема посох и направляет его в сторону отряда. Сэт пытается упасть ничком, но медленно, слишком медленно: на кончике посоха нарастает красное сияние и слышится треск - еще секунда и огненный шар сметет центр отряда, заставив остальных гореть живыми факелами…
        И вот тут и произошло то, о чем предупреждал Пай-пай. Конечно, Сэт вообще не понял, что произошло в это мгновение, но в дальнейшем, закрыв глаза, он не раз и не два перематывал в уме эту сцену. Восторгался ею и боялся: в сущности было чему - Охранитель продемонстрировала свою силу.
        В отрезке между тем, как сияние на посохе мага набирало угрожающую силу и тем, как оно превратилось в испепеляющую огненную сферу, стоявшая позади отряда женщина в закрывающем лицо платке, синим вихрем пронеслась по двору.
        Скорости с которой она это проделала, мог завидовать ветер, а может даже солнечный свет - Сэт на мгновение увидел лишь прозрачную стену между точкой где она находилась только что, и где находится сейчас. Будто два одинаковых человека соединенных чем-то размытым имеющий оттенок похожий на цвета её плаща…
        Старик, пронзенный кинжалами, упал захлебываясь собственной кровью, а взметнувшийся вверх посох послал в небо прощальный салют, всполох которого, надо признать, можно было сравнить разве что со взрывом гранаты…
        - Это маг? - спросил кто-то из воинов, утирая пот с висков.
        - Какой же это маг, Иволга? - отрезвил его лорд Арвиан, на бородке которого прибавилось седины. - Маги не ходят в подобном рванье и не живут в таком захолустье. Это какой-то безумный колдун, возможно принявший нас за разбойников…
        - Легко отделались, - сказал Пай-пай.
        - Ты снова спасла наши жизни, Охранитель.
        - Мы в расчете, - кивнула Убийца, вытирающая кинжалы об овечью шерсть полушубка мертвого мага. - Однако мне стоит задержаться здесь для проведения расследования, по факту колдовства без наличия соответствующих санкций Гильдии магии, а также установления наличия на теле стигмы мага.
        - Ну и фраза, - произнес Сэт мысленно. - Не знал, что местные достаточно развиты, чтобы понимать значение этих слов и уж тем более оперировать ими.
        - А никто и не понимает, - отозвался Безымянный, - все окружающие тебя выпучили глаза и открыли рты, пытаясь осознать, что она сказала. Ты же провалил эту проверку.
        Действительно, стоило лишь приглядеться, чтобы заметить, как внимательно глаза над платком изучают выражение лица Сэта.
        Не давая ему времени, чтобы отыграть упущенное, Убийца продолжила:
        - Лорд Арвиан, в данном расследовании мне понадобиться помощь - одного человека будет более чем достаточно. И пусть это будет лорд Саймон Сэт - он кажется мне вполне смышлёным. Вы же со своим отрядом можете отправляться в Измор - благо стены крепости уже видны отсюда. Удачи вам в поиске барона. Пай-пай, прощайте и вы.
        Пай-пай поклонился, а лорд Арвиан, похлопав несколько раз ресницами, кивнул: все уже было сказано, все решено, - ему оставалось лишь молча со всем согласиться. Дав напутствие Сэту о том, где их искать после окончания расследования, он увел своих людей в сторону города.
        Тем временем Убийца перевернула труп мага на живот и кинжалом разрезала воротник и часть полушубка мертвеца.
        У Сэта перехватило дыхание.
        На шее мага блестел металлический диск, украшенный выгравированными символами, и имеющий едва заметные риски по бокам. Этот диск, судя по всему, намертво прикрепился к шейным позвонкам мертвеца и, глядя на него, Сэт ощутил нестерпимый зуд на своей шее.
        - Что это? - выдохнул он изумленно.
        Он хотел спросить совсем не то: он хотел узнать "Как?" - как эта штука попала на шею этого старика?! Он едва удержался от озвучивания этого вопроса - тестирующая его Убийца только и ждала этого.
        - Это стигма, - отозвалась девушка, грациозно склонившаяся над трупом, - а это значит, что это полноправный маг - член Гильдии магии. Вот только зачем ему понадобилось жить в этой захолустье, да еще нападать на отряд воинов Империи… Ты не знаешь?
        В ответ на вопросительный взгляд, Сэт помотал головой.
        - Довольно странно, - удрученно произнесла она, - мне показалось, что он тебя узнал… Ладно, не стой столбом - проверь избу.
        Посторонившись её, Сэт перешагнул через тело, вошел в дверной проем и…
        До блеска отточенное лезвие покинуло ножны почти бесшумно - мягкий скрежет металла по бархату выдал намерения Убийцы. Впрочем, у Сэта все равно не было ни единого шанса.
        Холодное лезвие пробило его бок, впилось во внутренние органы, после чего покинуло тело, вырывая из него теплый фонтанчик крови.
        Сэт упал на колени. Рука сама по себе попыталась нащупать рану, и, не смотря на всю тщетность усилий, остановить кровь.
        - Ты ничего не хочешь мне сказать? - спросил твердый голос за его спиной.
        Он отрицательно мотнул головой.
        - Я била в печень, - произнесла она, - это рана смертельна. Ты истечешь кровью примерно за пять минут.
        Не увидев реакции со стороны Сэта, Имперский убийца предпринял еще одну попытку:
        - Возможно тебе все же есть чем со мной поделиться. Может быть, ты знаешь какую-либо тайну, или владеешь знаниями, рассказав о которых твоей душе будет проще вознестись к Всевышнему…
        Сэт не двигался, лишь рука крепче сжимала рану.
        - У тебя не будет второго шанса. Расскажи мне кто ты.
        Сэт молчал. Кровь сочилась из-под пальцев.
        - Пусть будет по-твоему, лорд Саймон Сэт. Постарайся не держать на меня зла - я всего лишь делаю свою работу. Знай, что мне не доставляет удовольствия тебя пытать, поэтому, если хочешь, я прерву твои страдания…
        - Не стоит, благодарю.
        - У тебя нет никакой надежды и неоткуда ждать помощи. Пай-пай не вернется, а во всей Долине нет больше никого, кто мог бы исцелить смертельную рану… Может, всё же передумаешь?… Что же, почему-то я так и предполагала. Не стану на это смотреть. Мне пора.
        С этими словами, она затащила труп мага в избу, и, бросив взгляд на человека, корчащегося в луже собственной крови, цинично заперла за собой дверь.
        Глава 2
        Затворив за собой дверь покосившейся избы, девушка в черном платке миновала двор и направилась в Измор по лесной тропе.
        В своей полной тайн и опасностей жизни ей довелось отправить на тот свет, должно быть, более двух сотен человек. Еще ни разу она не чувствовала угрызений совести. Каждый из приговоренных ею, был врагом Империи - смерть каждого из них, несла Империи благо… Однако сейчас было по-другому.
        Нет, она уже перестала дрожать от ярости за то, что ей пришлось обагрить клинки кровью сего человека. Она перестала думать о нём как о невинном и благородном воине после того, как увидела Книгу в его руках.
        Сей человек не был невинен - скорее он был в самом сердце бури, которая недавно обрушилась на Империю.
        Конечно, она отдавала себе отчет, что её мысли не были подкреплены ничем вещественным, но при взгляде на Книгу в его руках она будто прозрела. Словно благодать Всевышнего в тот момент пала на неё с небес…
        Ей пришло на ум, что все беды, которые недавно обрушились на Империю, все невзгоды которые претерпела она лично, даже терзающие её в последнее время сомнения в безупречности владык Империи - всё было промыслом Всевышнего.
        Именно по Его воле она встретила сего человека. Именно по Его плану она должна была погрузить свои клинки в его плоть…
        Обдумав это со всех сторон, она пробила его бок со вновь обретенной верой в праведную цель. Если сей человек в действительности тот о ком она думала - её клинок не в силах будет причинить ему смерть.
        Что-нибудь произойдет: совсем как на том холме, когда среди дружинников барона оказался Целитель - на всю Империю их наберется не более пяти.
        Это не могло быть совпадением! Целитель был не в столице, при дворце Императора, или башне метамага, а здесь в Долине - идя куда-то вместе с дружиной пропавшего барона. Интересней всего, что Целитель практически поднял из мертвых человека, которого наказал убить Метамаг. Это значит, что Метамаг ошибся вновь - еще одно подтверждение правильности её мыслей.
        Всё верно: тот, в чью печень она вонзила свои клинки, волей Всевышнего не умрет - случится чудо, и она встретит его в городе…
        Если всё же озарившая её догадка окажется ошибочной… Она возвратиться сюда поутру, распахнет дверь обветшалой избы и выдернет Книгу из руки хладного трупа. Будет немного печально, но ничего страшного не случится: миссия, порученная Метамагом, будет исполнена. Человек, которого было назначено убить - будет мертв.
        Она шла по дороге, ведущей к Измору и на её лице, словно на ристалище, улыбку в равной борьбе сменял оскал. Но даже если бы здесь нашелся свидетель, он не увидел ничего кроме Охранителя, выходящего из леса с ледяным спокойствием. Скорее всего, нечаянный свидетель решил бы не попадаться ей на глаза - никогда не знаешь, что там скрыто под черным платком.
        И все-таки, что если она права? Что если человек, которого она смертельно ранила, выживет? Будет ли это значить, что она станет предателем? Она вот так вот просто предаст Императора и человека, который защищал Империю много веков - самого Метамага?
        Конечно, думать об этом было еще рано, но она думала.
        Она думала о том, что Император был уже далеко не молод, а наследник трона был пустоголовым павлином. Думала о том, что вечный Хранитель Империи, его высокопревосходительство, Метамаг, сильно сдал за последние десять лет. Его власть совсем не та, что в былые времена.
        Крепко задумавшись над этим, она сама не заметила, как её мысли перенеслись в прошлое так глубоко, что вспомнила события недельной давности, будто они произошли только что.
        Это было всего несколько дней назад - странно. События, с которых началась новая темная глава Империи, произошли всего лишь несколько дней назад…
        Башня метамага возвышалась над столицей подобно великану, и для глаз темного люда выглядела она очень уж заносчиво. Пусть даже нижние этажи башни занимала Гильдия магов - всё равно её величие постоянно вызывало перетолки.
        Расположенный рядом с башней дворец Императора на её фоне смотрелся блекло, приземисто и бедно. И это было настолько заметно, что даже у привыкших к обстановке горожан время от времени возникал вопрос - а почему собственно Его Величество с этим мирится?
        Действительно, довольно-таки странно выглядит Император, если его резиденция не идет ни в какое сравнение с обителью вассала. В глазах людей он становится менее великим, менее властным, словом - "менее".
        Но перешептывания народа никоим образом не омрачали мыслей Императора. Опора власти ни чернь, а аристократия, и она-то, как раз хорошо понимала, кто есть Метамаг и какую роль он играет в жизни и в самом существовании Империи…
        Она смотрела на город с самого высокого балкона этой башни. Сторонним людям её взгляд не понравился бы или вовсе испугал: он бегал по улицам, перебегая с крыши на крышу, задерживаясь на площадях, впиваясь в копошащихся там людей.
        Но она была охранителем, и подобные привычки крепко въелись в её суть. Да и вряд ли найдется человек, который, увидев девушку в черном платке на лице и алую розу на голубом плаще, не говоря уже о паре кинжалов на поясе, не поймет кто она такая.
        Она помотала головой, отгоняя непрошеные мысли и перевела взгляд на замерших рядом с ней людей и по укоренившейся привычке вновь их оценила.
        Один из них по виду шестидесятилетний старик, вцепившись в резные перила, устремил ясный взор голубых глаз куда-то далеко за крепостную стену. Гордая осанка и сохранившийся, несмотря на годы, широкий размах плеч выдавали в нем человека, не понаслышке знавшего как держаться за меч. Глубокая рытвина чуть выше переносицы, вечно сведенные брови и немного выпирающий вперед подбородок позволяли угадывать в нем человека, привыкшего повелевать… А вот золотая корона, обручем схватившая поседевшие волосы, предполагала, что её носитель и есть тот самый, так восхваляемый подданными Император.
        Что касается второго человека, то казался он на порядок старше своего гостя. Выбивающиеся из-под широкополой шляпы длинные пепельные волосы львиной гривой ниспадали на узкие плечи, а тень, отбрасываемая круговым козырьком головного убора, была такой густой, что, будто живя собственной, независящей от внешних факторов жизнью, тщательно скрывала глаза и детали, оставляя на обозрение лишь общие черты лица. Только круглый дурак не узнал бы в нем Метамага.
        Несмотря на повисшую на балконе тишину, присутствие Императора нисколько не тяготило хозяина башни, впрочем, как не тяготило это и последнего. Его появление здесь в это самое время и на этом балконе, его взгляд, обращенный на горизонт, да и все атрибуты вроде двух-трехминутного молчания были обязательным, каждодневным ритуалом. Уже шестнадцать лет на закате каждого дня Император приходил в башню, поднимался на последний этаж и вот так замирал…
        Охранитель тихонько вздохнула - она следовала за императором только второй год. Эта честь была дарована с тех пор, как ей исполнилось семнадцать - в тот самый день она стала Главой гильдии охранителей. Ну, или Имперских Убийц - как называли охранителей в народе.
        - Четверть часа назад произошло нечто ужасное, - сухим голосом сказал Метамаг.
        И это было поистине странным: еще никогда на памяти Кайры Хранитель Империи не начинал свой доклад так рано.
        - Что могло произойти такого, что ты нарушил плавный ход своей же церемонии? - спросил император, тяжело вздыхая и безуспешно пытаясь сквозь тень всмотреться в глаза метамага.
        - Моей? - спросил, казалось, искренне удивленный Метамаг. - Я думал этот порядок и всю эту нелепую церемонию ввел ты… Мог бы сказать и раньше. В конце концов, я вовсе не так стар, чтобы каждый день приходить с докладом в твой дворец.
        Император посмотрел на собеседника тяжелым взглядом.
        Она знала, что еще дед нынешнего императора сквозь зубы ругался и тихо проклинал Метамага за то, что тот заставлял его, глубокого старика, подниматься на проклятую башню. В тот самый день, когда он не смог преодолеть этот путь, снял со своего чела корону и передал её сыну… Так же потом поступил и его отец - и так же в свое время поступит нынешний император.
        - Ладно, забудем, - сказал император. - Так что же случилось?
        - Демоны.
        - Что?!
        - Я слышу их запах. Они вновь вступили на земли Империи…
        - Где они?! - в панике закричал император.
        - Я еще их не обнаружил…
        В этот момент из зала раздался какой-то странный звук похожий на трель тысяч сверчков и гудение десяток горнов. Она слышала такое лишь один раз - когда ей было десять, но сейчас это было не важно.
        Услышав этот звук, Хранитель Империи, забыв о степенности, просто-таки вбежал в зал, а за ним так же быстро балкон покинул и император. Кайре волей-неволей пришлось двигаться вместе с ним.
        В центре мраморного зала располагалась заполненная водой гипсовая расписная урна, которая, как казалось Кайре, служила лишь украшением личных покоев Метамага. Однако сейчас она преобразилась, будто ожив. Из воды вверх устремились яркие лучи света, которые прямо в воздухе начали складываться в какую-то картину…
        - Да это же… - начал император, как и она, впервые узревшая сие чудо.
        - Карта Империи! - закончила она за него.
        На карте, такой подробной, что можно было видеть не только форму лесов, городов и гор, но и если вглядеться, заметить, как течет вода в руслах рек, была волшебным образом нарисована вся Империя.
        В немом восхищении, она бы продолжила разглядывать её несколько часов, но одна из областей на границе Империи притягивала взгляд, ибо неустанно переливалась тревожным, ярко-алым светом.
        Вглядевшись, она узнала эту местность - вот река Айтрин, которая своим руслом вторгается в Империю с севера, а вот горная цепь, которая обступает Долину рудников, словно исполинским частоколом. А между ними… Между ними находилась крепость Зуб Дракона. Именно эта крепость закрывает единственный проход в Долину рудников, и именно она светилась красным.
        - Это Зуб Дракона, - произнес Метамаг, чьего лица невидно было даже при ярком магическом свете.
        - Мне хорошо известно, что это за крепость, - не на шутку встревожившись, прервал его император. - Что с ней такое?
        - Ваше Величество, Зуб Дракона штурмуют демоны.
        Кайра вздрогнула вместе с императором. Сухие пальцы владыки сжали позолоченную рукоять меча на поясе, его лицо было бледнее лица покойника.
        - Покажи, - выдавил он. - Покажи, что там происходит!
        - Минутку, Ваше Величество.
        Человек в широкой шляпе, тень от которой заливало всё лицо, должно быть, закрыл глаза, и поводил руками над странным жезлом с множеством небольших выступов, на которых были изображены различные рунические знаки. Вскоре перед императором и главой охранителей вместо карты предстало страшное видение.
        В зале резко потемнело. Она вспомнила, что в землях Долины солнце заходит немного раньше чем в столице, и поэтому совсем не удивилась тому, что магическое видение показывало им ночь.
        Звезды и щербатая луна освещали замковые стены, закрывающие проход среди высоких скал. К серой стене замка змеилась грунтовая дорога, но она упиралась в наглухо закрытые ворота. Откуда-то из-за высокой стены доносились встревоженные голоса и звон железа. Кайре захотела узнать, что там происходит, и будто в ответ на промелькнувшую мысль какая-то сила пронесла видение сквозь стену и открыла трагичную картину. И хотя она знала, что находилась во многих днях пути от этого места, пальцы до боли сжали рукояти кинжалов.
        Замок был длинным и очень узким, можно сказать он представлял собой две стены, запирающие проход в скалах. Под защитой стен были расположены несколько длинных домов, амбар и конюшня с дико ржущими лошадьми. Пламя в горне примощенной к крепостной стене кузницы, освещало большую группу жавшихся друг к другу детей и женщин. В их глазах плясал огонь и ужас, а из горла рвались истошные крики…
        Ворота с другой стороны крепости были выворочены из стены. Солдаты с алебардами плотно закрыли собой прореху в обороне, но единственный их противник нисколько не беспокоился на этот счет.
        Он выглядел как трехметровый человек, полностью покрытый густой шерстью, конская грива змеилась на колдовском ветру, словно знамя над воротами башни. Мохнатой не была лишь его звериная морда, на которой застыл хищный оскал, в желтых же глазах плясало безумное веселье. Его одежда была подметающим землю плащом, связанным из обрывков сотен грязных одежд и пестрых нарядов, в них угадывались рукава мужских курток, подолы женских платьев, и пропитанные кровью детские рубашки…
        - Сантана, - выдохнул Метамаг, - один из шестерки Первородных…
        Стоящий в отдалении от строя солдат, демон помахал лапой, словно прощаясь, от чего на подушках пальцев блеснули острые как бритвы когти, и всё его мохнатое тело колыхнулось от этого движения, будто волна, прошедшая по озерной глади.
        Причина этого прояснилась спустя мгновение: демон смеялся - его веселил страх солдат! Сначала беззвучно, затем чуть слышно, его смех вскоре перешел в оглушительный вой бушующей вьюги.
        Этот вой был наполнен такой злобной и безумной силой, что даже охранитель, находящаяся в зале башни метамага, содрогнулась всем телом. Что уж говорить о простых солдатах.
        Люди бросали алебарды, бежали куда-то сломя голову и падали на колени, вымаливая у Всевышнего защиты и прощения. Седоусый, повидавший многие зимы стражник, завыл с великой тоской, а потом заплакал как дитя. Иной воин - косая сажень в плечах, стенал и стенал, словно мать пораженная известием о гибели единственного сына.
        Те же, кто нашел в себе силы удержать оружие в руках, безумно ревя, обрушивали их на пустой воздух или на своих друзей…
        Кайре еще никогда не доводилось видеть такой вакханалии: безумные крики и кровь, льющаяся, словно на бойне; рыдания и смех, тоска и страх смешались в воздухе немыслимым амбре.
        - Что, что это?! - воскликнул рядом с ней Император.
        - Это безумие, - выдохнул метамаг, и должно быть его голос был полон благоговения. - Сантана - Повелитель кошмаров, Насылатель видений, Король безумия, предстал пред нами во всём своем величии…
        - Останови это! - воскликнул император.
        - Это не в моей власти, господин.
        - Убей его! - вновь воскликнул император.
        - Это не в моих силах, владыка.
        - Спаси их!
        - Мне это не удастся, мой император.
        Несмотря на весь творящийся вокруг ужас, она отстранено отметила, что хранящий Империю испокон веков древний маг выглядел смущенно и ошарашено.
        Но когда по воле метамага, картина позволяющая видеть происходящее далеко на севере показала смеющегося демона вблизи, воля оставила её, предоставляя в душе место страху и растерянности. Глаза демона не были похожи ни на что в этом мире: в них танцевало безумие и полыхала чистая ненависть ко всему живому. Она поняла, что как только последний храбрый солдат падет, сражаясь в неравной схватке с безумием, и демон переступит ворота крепости - никому из беспомощно мечущихся женщин и прячущихся детей не суждено будет вымолить милосердие.
        Сквозь какофонию чувств и звуков пробился чей-то зычный голос:
        - Откройте ворота в Долину и выпустите женщин и детей! Сражайтесь воины. Вместе мы одолеем сего демона!
        - Это барон, - воскликнул Император, будто узнав голос. - Барон Шеренгвард одолеет его!
        - Не рассчитывайте на это, мой император, - опроверг Метамаг. - Как бы силен и отважен он бы не был, ни один человек не сможет приблизиться к демону, способному затуманивать разум.
        Она увидела его. Видение словно подслушав их речь, показало спешащего к воротам рыцаря в грандиозных доспехах. Его окружал десяток избранных воинов и сопровождал оруженосец - слабый, золотоволосый юноша, вцепившийся в своего господина и шепотом уговаривающий не ввязываться в драку у ворот.
        - Значит, что бы ни сделал барон - его ждет бесславная смерть? - уточнил владыка Империи.
        - Абсолютно верно…
        - Тогда вели ему отступить! Он единственный Защитник Империи в тех краях - мы не должны его потерять.
        - Прикажите ему это сами, мой император. Я настроил связь - он нас слышит.
        Оттолкнувший своего оруженосца барон замер, водя шлемом из стороны в сторону, будто пытаясь найти источник обрушившихся на него голосов.
        - Я Хранитель империи - Метамаг, - проникновенно произнес хозяин башни, - ты слышишь меня барон Шерегнвард?
        - Да, мой повелитель.
        - Сейчас с тобой будет говорить сам император.
        - Уходи оттуда! - не тратя время на пустые слова, воскликнул владыка Империи. - Бери всех кого сможешь спасти и ступай в Измор…
        - Но я…
        - Ты не сможешь одолеть демона!
        - Но я не могу бросить…
        - Тебе их не спасти! Исполняй мое повеление! Немедленно!
        - Да, владыка.
        Что-то было еще. Многое. Что-то проносилось перед взором молодого главы Гильдии охранителей, но магия демона будто подействовала на его разум даже через видения метамага. Она стояла, отуплено смотря в одну точку, и мелькающие на магической картине события проносились сквозь неё.
        Однако что-то она всё же запомнила. Барон велел личной дружине собрать женщин и детей и вести их по дороге в Измор, и в последний раз оглянувшись на завершающуюся у противоположных ворот бойню, вместе с оруженосцем он направился следом за ними. Медленней - гораздо медленней того шага, с каким шла колона детей и женщин…
        Но даже после этого, видение продолжало быть. Она стояла посреди темного зала башни метамага. Темного, от того, что слуги не смели в него войти, чтобы зажечь свечи. Стояла и смотрела на картину, где мир освещали лишь луна и зарево от догорающего дома. Ей казалось, что она была там, стояла рядом с демоном, наблюдая за тем, как он насыщался плотью поверженных в замке воинов и срывал с их тел куски одежд, чтобы украсить свой страшный плащ.
        Владыки Империи стояли рядом, иногда переговариваясь - будто никакого демона не было отродясь. Они обсуждали последствия падения замка, запасы железа на складах, и всё то, что обычно обсуждали за шахматной доской - словно и не было всех этих отважных мужчин отдавших свои жизни во имя Империи и во спасение своих жен и детей.
        Она видела и слышала всё это, но не осознавала почти ничего. Впоследствии она скажет себе, что на неё так подействовала магия демона, но сейчас она знала, что магия тут была не причем.
        Ей уже доводилось испытывать подобные ощущение; ей доводилось бывать в таком состоянии - в день, когда она играла на крыше башни, будучи маленькой девочкой. Она помнила ту беспомощность порожденную безволием, когда увидела, как железные демоны покушаются на Хранителя Империи. Она застыла тогда точно так же, как застыла и сейчас - не смотря на то, что она охранитель - она ничего не могла. Она не может никого охранить.
        Она стояла и смотрела во вникуда, до тех пор, пока первые лучи восходящего солнца не порхнули в зал через балкон. Но даже после этого она не ушла: император и Метамаг продолжали обсуждать стратегии, тактики и обдумывать будущие указы.
        Демона уже не было - должно быть, устав от свершившихся в ночи дел, при свете дня он завалился спать в своей новой берлоге. В открытые же ворота стала входить бесконечная вереница людей.
        Она неожиданно поняла, что видит перед собой разномастный сброд, среди которого были отъявленные головорезы и только вставшие на путь разбоя грабители. Все они, стараясь не смотреть на остатки пиршества демона, проходили сквозь некогда неприступную крепость в Долину, безнаказанно и неумолимо, как колонна серых муравьев, заполняющая осенний лес.
        Их вела ведьма - совсем молодая, почти девочка, с черными узорами на лице и Книгой на поясе.
        - Убери это, - попросил император, после того, как ворота миновали по меньшей мере две сотни душегубов. - Не хочу больше на это смотреть.
        Видение исчезло по знаку руки Метамага и она вгляделась в заметно постаревшее за эту бессонную ночь лицо императора.
        - Ты все еще продолжаешь считать, что Сумеречный князь заключил союз с демоном, нанял разбойников, и все это только чтобы отобрать у Империи рудники? - спросил он, Хранителя.
        - Я понимаю сомнения Вашего Величества, - произнес Метамаг, едва заметно поклонившись, - но это самое логичное обоснование происходящих событий. Врагу Империи понадобилось железо, чтобы обеспечить свою армию оружием, и соответственно крепость, перекрывающая единственный путь в Долину рудников. Пока демон удерживает крепость - висельники устроят в Долине настоящий разгром и не позволят находящимся там силам высунуться из города.
        - Ты бесспорно мудр Метамаг. Некоторые твердят, что ты хранил Империю и давал императорам советы не одну сотню лет, но всё мое естество говорит мне, что сейчас ты ошибаешься. Это не простой набег, с разорением и грабежом. Да и Сумеречный Князь не так глуп, чтобы не понимать, что даже самый опасный демон не в силах противостоять совокупной мощи Метамага, Гильдий Империи. Войска Чернокнижников непременно выступят для того, чтобы удержать эту крепость, а агенты Князя наладят добычу и транспортировку руды. Думаю в последствии чернокнижники планируют загнать всех этих висельников для работы в рудники, где им самое место… Но меня гложет даже ни это.
        - Что же тогда, Ваше Величество? - поинтересовался Метамаг.
        - Демон… Нет. Не так. Князь… Точно садясь за шахматную партию с хорошим игроком, я наперед знаю, что противник составит хитроумный план. Недооценка противника означает, что партия будет проиграна…
        - Боюсь, что не понимаю к чему вы клоните…
        - Я говорю, что Князь хочет заставить нас думать, что ему нужны лишь рудники - однако на самом деле, Долина лишь разменная пешка в его плане. Этот демон… ты сказал что он Первородный… Но разве в летописях не сказано, что ты заточил всех Первородных в тайные темницы - с тем, чтобы не один низший демон не смел показываться на землях Империи?
        - Истинно так, Ваше Величество… Однако, мне неведомо как на волю смог выбраться Сантана…
        - С помощью магии чернокнижников, естественно, - сказал, пожимая плечами император. - Вопрос лишь в том, есть в Долине темница еще одного Первородного?…
        Метамаг застыл. После долгого молчания, он произнес тихо:
        - Я сей же час прикажу барону Шеренгварду спешить на место, где уже сотни лет в заключении томится Асмодей.
        - Сделай же это скорее… Но что это за место о котором ты говоришь? Город Мертвых? Случаем не сам Измор?
        - Ничего важного: просто древнее кладбище. Но правду сказать, вся Долина рудников и есть кладбище для демонов. Все темницы Первородных находятся именно там. Мне неведомо о скольких из них знает Князь, как и неведомо, поспеет ли барон защитить их всех…
        - Что? Как вышло, что все темницы находятся в одной области?
        - Когда-то вся Империя умещалась в одной Долине, император. Об этом не написано в книгах, но именно эта область, со всех сторон отгороженная от внешнего мира горной грядой, и стала колыбелью человечества возрождающегося после Войны Престолов… Но вспоминать минувшее совсем не к месту - я только хочу сказать, что все побежденные мною Первородные спят в темницах в Долине - поэтому, прошу, немедленно пошли туда войско.
        - Как?! - взорвался император. - Как, скажи, я пошлю войско?! Эти нечестивые твари только того и ждут! Если я уберу гвардию из столицы и отодвину от границы хотя бы часть легиона, по нам нанесут такой удар, что потеря железных рудников и освобождение Первородных покажется меньшим из зол!.. Почему ты не помог защитникам?! Почему?
        В лицо Метамага из-за густой тени, падающей от полей шляпы, нельзя было заглянуть, как невозможно было прочесть его чувства. Но как бы там ни было, его голос не дрогнул:
        - Я уже не тот, что был сотни лет назад - ауру Первородного демона мне не под силу преодолеть издалека…
        Охранитель отвернулась, а чуть успокоившийся император посмотрел на мага взглядом, полным раскаяния. Тяжело вздохнув, произнес:
        - Прости, Хранитель. Сорвался.
        - Понимаю. Это такой удар… Мы теряем стратегически важный округ: рудники, кузницы, двухтысячный город, окрестные фермы с полностью очищенными полями - всё будет разорено раньше, чем мы успеем перегруппировать войска.
        - Не спеши с выводами, Метамаг, - возвестил несколько воспрянувший духом император. - Я все же выдвину гвардию из столицы, а вместо нее подтяну с юга третий легион. Чернокнижники не успеют воспользоваться временем, пока столица будет не защищенной, тогда как гвардия сметет демона, освободит Зуб Дракона и наведет порядок в Долине.
        - Хорошая мысль, господин…
        - Канцлер! Вызовите сюда моих сыновей! - крикнул император.
        Массивные и изыскано украшенные створки дверей зала приоткрылись, пропустив худосочного вельможу в богатом наряде. Впрочем, когда спустя несколько мгновений, отпущенных ему для поклона, он исчез, двери встали на свое место, нисколько не выдав того, что коридор до полна забит челядью, вельможами, рыцарями и гонцами, всю ночь прождавшими там своих Владык.
        Метамаг тем временем принялся обсуждать с императором возможность назначения за головы вторгшихся в Долину разбойников, тем самым спровоцировав отправление туда групп охотников за головами, а охранитель невольно стала размышлять о немощности Хранителя Империи.
        Она конечно знала, что он потерял значительную толику своей мощи и серьезно ослабел после того покушения, но только сегодня осознала меру сей слабости.
        Одна старуха из ее Гильдии говорила, что прежде, Метамагу не нужно было отправлять охранителей во все концы Империи, чтобы уничтожить какую-нибудь бандитскую шайку или вторгшихся на имперские земли разведчиков иных государств. Он просто находил их с помощью своего магического видения, щелкал пальцем и на головы неугодных обрушивались молнии или ледяные бури.
        Сейчас же он не мог ничего поделать не то что с разорившем Зуб Дракона демоном, но и с обычными разбойниками… Да и Книга Святых, которую он во времена её детства все время держал на поясе, теперь среди прочих её копий пылилась на полках стеллажей на задках этого зала.
        - Внимание, - резко и неожиданно произнес чей-то пронзительный голос, - зафиксировано движение летающего замка. Вышедшее наперехват крыло ангелов вступило в бой.
        След от этого голоса разнесся по залу в виде тысячекратного эха, но охранитель поняла, что голос был женским.
        - Что это? - спросил император. - Какой-то дух?
        Охранитель, разумеется, по-прежнему не могла разглядеть лица хозяина зала, но почему-то подумала, что он тоже был в замешательстве.
        Вместо объяснений Метамаг вновь сделал над урной несколько пасов руками и в центре зала, строго посредине между двенадцатью колоннами, возник столб света. Раскрасив потолочные витражи всеми цветами радуги, он вновь преобразился, прямо в воздухе приобретая какую-то форму.
        - Облака? Небо? - предположила охранитель, когда на фоне синевы стали двигаться клубы белого тумана.
        Ей никто не ответил - да и не нужно было. Против всех надежд, она не увидела ангелов, зато узрела иное чудо. Летящий по небу без парусов и вёсел железный корабль оставлял за собой огненный след и издавал звук похожий на рев дракона.
        Однако, приблизившись к нему, видение великого мага показало, что его железный бок был пробит и из него валил дым и виделись языки пламени.
        Словно раненый орел он рухнул в чащу густого леса, круша крыльями деревья и оставляя за собой страшную просеку. А потом, его корма открылась и из его железного брюха стали выбираться люди, в пятнистых, одинаковых одеждах.
        Ими командовала медноволосая женщина, которая велела погрузить раненого человека на носилки и положить его в отдалении.
        Повинуясь знаку руки Метамага, видение метнулось к пребывающему без сознания молодому мужчине и замерло.
        Краем глаза она заметила, как задрожали руки Метамага, глаза скрытые в густых тенях не отрывалось от лица человека лежащего без чувств.
        - Это он?… - прошептал Метамаг. - Неужели…
        - Кто? - спросил император, и древний маг вздрогнул всем телом.
        - Это враг империи! - воскликнул Метамаг. - Враг человечества, от которого надо избавиться прежде всех демонов мира. Заклинаю, император, убейте его…
        В этот момент в зал вошел, казалось целый отряд рыцарей в сопровождении знати, и Метамаг поспешно прервал видение.
        Пройдя треть зала, рыцари поклонились и замерли, словно железные истуканы.
        Император не стал попусту тратить время, сложил у груди ладони, разлепил губы и приказал голосом похожим на камнепад:
        - Файраназ, готовь легионы для войны. Перебрось третий легион к столице.
        - Как прикажите, отец, - скрывая удивление за изящным поклоном, ответил наследник престола.
        - Лайнез, возьми императорскую гвардию и веди их в Долину рудников - там назрела серьезная опасность.
        - Да, отец, - ответил младший принц, и лязг доспехов от его поклона отбил от стен зала оглушительное стаккато.
        На несколько мгновений повисло гробовое молчание - сопровождающая принцев знать, казалось, превратилась в гипсовые изваяния.
        - Кайра, - наконец обратился к ней император, - ты единственная моя дочь и любимейшая из моих детей, я страшусь потерять тебя. Однако на тебе лежит ответственность главы Гильдии охранителей, и поэтому я не могу доверить это никому другому. Во что бы то ни стало, найди и убей пришельца с небес, лицо которого ты только что видела… Во благо Империи, убей его, Кайра.
        Руки безотчетно сжались в кулаки, но придержав платок на лице, она поклонилась и произнесла:
        - Поняла, мой повелитель.
        Глава 3
        На фоне руин древней башни стоящая на лесной дороге изба смотрелась настолько гармонично, что проходящая здесь группа разбойников, рыщущая в окрестностях Измора в поисках еды, сперва не обратила на неё внимания. Когда же старший группы удивившись, что сразу не заприметил избу, повел к ней свой маленький отряд, с каждым новым шагом его лицо омрачалось всё больше.
        Не понимая в чем дело, он чувствовал угрозу исходящую от старого дома, а потому медлил, заставляя друзей держаться поодаль в тени деревьев.
        Солнце взошло уже довольно давно, но ставни дома были заперты. К тому же не было похоже, что сюда наведывались другие группы "фуражиров" посланных атаманом. Во всяком случае, не было никаких следов: дверь была цела и заперта - чего не могло статься, если бы здесь похозяйничали его соремесленники.
        Его люди начали проявлять нетерпение и роптать, а он все мялся, не решаясь вести их к проклятому дому. С этим домом явно было что-то не так!
        …Когда в дверь изнутри что-то ударило, от чего доски заметно прогнулись наружу, вздрогнули все кроме него. Втайне ожидая увидеть что-то подобное, он не растерялся даже после второго удара изнутри, заставившую дверь сорваться с петель и распластаться во дворе. Он лишь знаком велел всем не высовываться и сам нырнул в кусты у дороги.
        Тем временем из черного нутра дома вышел человек… Пугающий человек.
        И хотя он был одет в какие-то лохмотья, все в грязи и в крови, но видно было, что эта одежда некогда была сшита для самых знатных дворян. Он не был высок и кряжист, но в правой руке держал железный двуручный меч словно деревянный. Он не был сутул и близорук и никак не походил на мага, но в левой руке он держал посох. Его лицо было породисто и молодо, но не содержало никакой беззаботности и надменности присущей знатным отпрыскам.
        Глава группы фуражиров когда-то давно, почти в другой жизни, был чернорабочим в доме колдуна - именно поэтому он видел этого бесспорно странного человека не так как другие. Именно поэтому, вновь взглянув на старый, черный изнутри дом, и на его лицо, он понял, свидетелем чего являлся…
        "Надо бежать, - сказал он себе".
        Вот только заледеневшие от страха ноги не слушались, а глаза продолжали следить за новорожденным нечестивцем.
        "Это черная магия, - словно рыба в сетях, трепыхались мысли в его голове. - Это рождение нечестивца… Мама, я хочу домой!"
        На колдуне, заново родившемся из чрева проклятого дома, лежал тягостный груз прошлых жизней, и только сила внутри него не давала его спине согнуться, а лицу сморщиться, превратившись в лицо прежнего старика…
        Тем временем остановившийся подле родившего его дома колдун, начал шептать заклинания и проклятия. Невольно прислушавшись, разбойник разобрал слова:
        - Саймон Сэт - ты полный кретин. Ни магии, ни монстров! Сандра твердила тебе это, а ты не верил. Ты хотел верить в магию и чудеса - получи, кретин! Сандра была права - магии не существует…
        Не прекращая шептать заклятья, колдун с мечом и посохом в руках направился по дороге в их сторону. Дыхание разбойника замерло, а сердце упало в пятки.
        - Это не эфемерный мир. Это не мир мечтаний. Здесь действуют нерушимые законы физики - магии не место в нем. А ты жил в своем гребаном Городе и верил в обратное - какой же ты идиот, Саймон Сэт…
        Приблизившись прямо к кустам, за которыми скрывалась его группа, колдун резко остановился.
        - Постой, но как же монстры…. Демоны…. Я видел их собственными глазами… Они ведь существуют!!!
        Страх овладел разбойником до предела, но прежде сдали нервы одного из его людей: отчаянно закричав, дурак вскочил и бросился на колдуна с ножом в руке.
        Прекратив бубнить проклятия, колдун молча взмахнул гигантским мечом и перерубил неудачника на две части.
        Старший группы попытался крикнуть, приказать всем бежать в рассыпную, но было слишком поздно. Увидев, что их укрытие раскрыто, они поступили так, как поступали всегда: глуша страх дикими криками, всем скопом бросились на врага.
        И ему ничего не оставалось, как последовать за своими людьми…
        - Проклятый маг! - выкрикнул он. - Умри колдун!
        - Идиоты! Магии не существует, - крикнул колдун, и, отбросив меч в сторону, освободившейся рукой вырвал из посоха огромный столп рыжего огня…
        Обжигающее огненное облако было последним, что увидел разбойник.
        Саймон Сэт опустил посох и уставился на деяние своих рук. Несколько стоящих у дороги елей все еще пылали, пожираемые жадным пламенем, а земля перед ним на несколько метров была черна и тлела, испуская в воздух струйки темного дыма. На то, что осталось от выскочивших из ниоткуда разбойников, не хотелось даже смотреть.
        Спустя десяток секунд огонь все же оставил неподатливые деревья, от чего картина стала еще более печальной. Но, по крайней мере, Сэт пришел в себя.
        Как только он развернется, весь шок от произошедшего останется за спиной. Он никогда больше не увидит этот дом в лесу и обгоревшие до углей тела рядом с ним.
        Эта мысль заставила его действовать. Подняв меч, он развернулся и отправился к Измору - кажется, так называется город, в который его не пустили прошлой ночью. Вернее, у которого его чуть не подстрелили - но это уже частности.
        Бок перестал чесаться. Конечно, будет трудно объяснить стражникам, откуда на его одежде столько высохшей крови, если под ней нет ни то, что ран, но и следов от них, но Сэт надеялся на лучшее. В конце-то концов, ему должно когда-нибудь начать везти?
        - Ты до сих пор жив, - подслушав его мысли сказа Безымянный. - Что это как не фортуна?
        - Думаю, за это я должен поблагодарить тебя.
        - Ты всё сделал сам. Я лишь дал подсказку.
        При этих словах пальцы Сэта безотчетно вцепились в корешок Книги, висевшей в поясном чехле.
        - А вот и Измор.
        Действительно, деревья по бокам дороги резко раздались в стороны и навстречу, будто выплыли городские стены с бесчисленными бойницами в них. Каменная кладка блестела от выпавшей за ночь, еще неиспарившейся в утренних лучах россы, а нависшие над головой небо сияло кристальной синевой и ослепительно белизной.
        Но Сэт не мог любоваться видами слишком долго - за ним внимательно наблюдали стражники на башнях ворот.
        Хотя он планировал обойти город, чтобы попасть в него из других ворот, он вновь оказался на том же месте, где прошлой ночью едва остался жив. Но сейчас все эти дома и сарайчики выглядели вполне мирно, и даже заколоченные двери и ставни казались простыми деталями средневекового антуража - какие он часто видел в виртуальных играх.
        Он подошел не таясь, и не обращая внимания на запертые ворота, лишь незаметно следя за лицами наверху… На случай если они вновь захотят его пристрелить, он подготовил план маневров и держал в голове пути отхода.
        Стражники в ржавых кольчугах, наконец, соблаговолили его остановить. Один из них, перекинув длинное, изъеденное временем копье и поправив открытый конусный шлем, крикнул сверху:
        - Стой! Кто такой, чего нужно?
        - Мне нужно в город, разумеется, - крикнул Сэт в ответ.
        Теперь, когда он был перед самыми воротами, башни казались не такими уж большими. По крайней мере, перевесившихся через зубцы стражей он рассматривал во всех деталях.
        Вид у обоих был таков, что сразу понятно ведут нездоровый образ жизни: едят что попало, пьют после смены, и если бы не работа, давно бы превратились в кабаковскую ветошь. Им не могло быть больше тридцати, но выглядели на все сорок, а то и пятьдесят.
        На серых, сухих лицах заплывшие синими мешками глаза… которые впрочем, смотрели на Сэта вполне профессиональным взглядом. Казалось, они смотрели ни на его меч и посох, одежду или пояс с висящим на нем кошельком, а вглядывались внутрь, пытаясь понять, что из себя представляет этот чужак.
        - Вот что парень, - вежливо начал главный среди них, - на разбойника ты не похож, но уж больно ты… странен. Так что иди туда, откуда пришел и извиняй, коль что не так.
        - Не понял. Вы что, меня не пропустите?!
        Вместо ответа стражники синхронно отступили от края и вместо своих ржавых кольчуг, выставили между зубцами арбалеты.
        - Понял! - поспешил крикнуть Сэт. - Не пустите, так не пустите!
        Он попятился, не сводя взгляда с наконечников арбалетных болтов, с трудом подавляя желание броситься наутек. Но вид спины часто вызывает у стрелка желание спустить курок…
        - Можешь поговорить с капитаном, - вдруг примиряюще крикнул один из них. - Я только исполняю приказ! Если ты благородный, аль кто еще таков, то капитан, конечно, тебя пропустит, а если нет… хм, то не пропустит. Указ магистрата ясен как день: "Подозрительных - не пущать!"
        - Ну так зови капитана!
        - Не велено покидать пост. Капитан сам сюда придет, проверять караулы будет… в полдень. Если хочешь - жди, но только не ближе чем сто шагов от ворот и не дальше двухсот! Знаем мы вас, колдунов…
        Сэт глянул ему в глаза и увидел под горой ослиной непреклонности отголосок страха - неужели, то, что он умеет колдовать так бросается в глаза?
        Взглянув на себя как бы со стороны, он понял, что причиной был посох в левой руке и Книга, висящая на поясе словно второй кошелек. Да еще двуручник, который он как дурак таскает в правой - ну точно колдун. А раз так, понятно почему стражники хотят держать его на дистанции арбалетного огня, при этом, не подвергаясь слишком большому риску сдохнуть от магии.
        - Ну ладно… погуляю до полудня.
        Как было велено, отошел на пятьдесят метров, и, искоса на них поглядывая, Сэт попробовал забыть о терзающем голоде, размышляя, что делать дальше. Пожалуй, впервые, у него появились свободные минуты, чтобы всё хорошенько обдумать.
        Какое-то время он раздумывал, о том, что было бы неплохо вздремнуть под одним из сараев. До полудня оставалось часа четыре-пять - но на этих горе стражников надежды не было. Они вряд ли будут сторожить сон странного путника, а бандитов и разбойников в окрестностях развелось как тараканов на нижних уровнях Города.
        Сэт полгал, что попал в какую-то карантинную зону - когда окрестности зачумленного города наводняли бесчисленные банды мародеров и разбойников, состоящих из отчаявшихся жителей.
        Этим предположением можно объяснить все эти наглухо заколоченные сараи и амбары и то, что в город и из города никто не спешит войти и выйти… С другой стороны, если бы у города бесчинствовали сотни бандитов, Сэт бы тоже спрятался за его стенами и наглухо запер ворота. Может эпидемия тут и не причем?
        Он споткнулся на ровном месте, а затем резко замер: откуда-то сбоку, из-за неправильных рядов амбаров, до него донеслись протяжные крики и неожиданно-звонкий лязг металла.
        Бросив взгляд на стражей, он убедился, что их лица остались безучастны. Скользнул в тень сарая, Сэт заспешил в сторону повторившегося крика. В отличие от пофигистов-стражников, рефлексы бросаться на посторонние и заведомо опасные звуки въелись ему в кровь вместе с играми. Однако он не собирался вмешиваться - просто стремился удовлетворить своё любопытство, и оценить есть ли поблизости от него источник опасности.
        Прокравшись к последнему амбару, он заглянул за угол и вмерз в стену. На пустыре рядом с крепостной стеной кипел неравный бой. Правда с чьей стороны была неравность, и каким был баланс сил - Сэт не имел ни малейшего представления.
        Доселе он видел рыцарей лишь раз - когда прятался за валуном после боя с разбойниками. В тот раз он мало что разглядел, однако сейчас он видел рыцаря во всех деталях.
        По виду толстенные, не уступающие Силовым, доспехи из литой бронзы, сковывали движения рыцаря и не давали его короткому копью с широченным лезвием разойтись вовсю. Тяжелый осадный щит, за которым он регулярно скрывался от ударов, напомнил щит полицейского спецназа с той лишь разницей, что в нем не было видеоэкрана, а с внешней стороны к нему были прикреплены сотни металлических десятисантиметровых шипов. Сам же бронзовый воин имел вид демона вышедшего на охоту.
        Доспехи, усеянные шипами и разнообразными крючками, местами были полностью залиты кровью, а решетчатое забрало орошено мелкими, но оттого еще более заметными алыми крапинками.
        И вот это самое грохочущее и лязгающее чудовище сейчас отбивалось от насевшей толпы бандитов. Всего их было пять, но в чахлой траве Саймон заметил еще несколько успевших отправиться на тот свет разбойников. Ближайший к сватке, как раз сучил ногами в предсмертных конвульсиях и зажимал руками распоротый живот - должно быть это его крик взбудоражил окрестности.
        Спустя несколько секунд, он в деталях восстановил события боя. Под стеной города проходила поперечная дождевая траншея, в глубине которой виднелась здоровенная решетка с вывернутыми вовнутрь прутьями. Он решил бы, что это водосток, не будь она явно гораздо ниже уровня земли. Наверно ведет в какие-то подземелья, катакомбы вроде тех, где обитают всяческие монстры.
        Видимо обнаружив проход в подземелье, рыцарь решил туда заглянуть, но вместо монстров нашел там банду раздосадованных разбойников, схлестнулся с ними и мало по малому отступил на поверхность. По крайней мере, на это указывали кровавые следы и лежащие рядком трупы. Вон рыцарь до сих пор пятится - видимо боится, что ему зайдут за спину и загонят кинжал в какой-нибудь стык доспехов.
        Чудовищный рыцарь орудовал коротким копьем столь умело, что держал пять оборванцев на приличном расстоянии, а каждый раз, когда они совершали выпады и контратаки, он делал шаг назад и держал глухую оборону с помощью осадного щита. Сэт заметил, что когда рыцарь закрывался щитом, его противники испуганно отпрыгивали назад, и уже через несколько секунд, понял к чему такая предосторожность.
        Рыцарь ударил копьем снизу по облепившим его бандитам, но не задел никого. В ответ на это, в его щит тут же посыпался град ударов деревянных дубин - он привычно отступил и вытянул из толпы одного разъяренного оборванца. Уже через секунду все было кончено - зазевавшийся бандит, не успел среагировать на сильнейший удар щитом. Шипы пронзили его едва ли не насквозь, он вроде как дернулся напоследок, вероятно рефлекторно пытаясь содрать с шипов свое бренное тело, но замер - душераздирающий крик оборвался на середине. Зато, пока безмолвный рыцарь боролся с дополнительным весом и пытался сбросить труп с щита, наседающие бандиты придумали коварный план.
        По крайней мере, Саймон так решил, когда увидел, что бандиты в один миг перестали ругаться и один из них, вся одежда которого представляла собой коротенькие шорты, стал обходить рыцаря по широкой дуге. Остальные трое, продолжали держаться от копья на почтительном расстоянии, но не давали рыцарю возможности повернуться. Его методичное отступление здесь уже не могло помочь, поскольку бандит в шортах двигался намного быстрее. Только что же деревянная дубина может сделать толстенным латам рыцаря?
        Словно отвечая на этот вопрос, бандит оказавшийся далеко за спиной рыцаря, отбросил свою дубину в сторону и достал откуда-то из шорт короткий кинжал.
        - Он хочет извернуться и ударить рыцаря в незащищенную броней щель, - взял слово Безымянный, - или, подкравшись сзади, вонзить нож в решетчатое забрало.
        Сэт бросился вперед.
        Он бежал, в левой руке держа длинный посох, а правой заносил для удара неподъемный для одной руки меч. В голове бились мысли не о том, что он сделает, когда настигнет противника, а о том, почему он это сделал. Почему вмешался не в свое дело?
        Что это? Стереотип? Какой-то алгоритм поведения? Впрочем, уже не важно.
        Почувствовавший его стремительное приближение рыцарь отшатнулся от неожиданности, а полуголый разбойник и вовсе никак не успел среагировать.
        Лезвие двуручного меча рассекло воздух и забрызгало Сэта кровью с ног до головы…
        Но мгновенное убийство не избавило его от опасности - еще не осознавший, что в лице Сэта нашелся союзник, рыцарь чтобы не попасть в окружение, поспешно переместился в бок. Тактическая обстановка мгновенно изменилась: перед лицом Сэта предстала группа разбойников.
        Наверно они должны были и могли бы бежать, но из-за действий Сэта они почувствовали себя загнанными в угол крысами. И они бросились на него не раздумывая.
        Победа казалась им близкой: невзирая на ужасный меч, их противник был без доспехов и весь в крови - они сомнут его единым нахрапом, а потом побегут прочь. Неповоротливому рыцарю ни за что за ними не угнаться.
        Саймон блокировал посохом руку с кинжалом и им же сбил другого противника на землю. Лезвие двуручника прошло в обидной близости от тела третьего разбойника - разбойник извернулся ужом и пропустив лезвие мимо, с размаху ударил по нему сверху палицей.
        Тяжелый меч предательски вылетел из руки Сэта, оставив его против трех бандитов почти без оружия. Не давая противнику времени на переоценку ситуации, удачливый бандит бросился на него, занося палицу над плечом. Совершив ложный выпад, Сэт направил в его лицо набалдашник посоха, и, пользуясь всеобщим замешательством, вонзил оказавшийся в руке нож в живот подбежавшего противника.
        Когда разбойник скорчился от боли, Сэт разорвал дистанцию между оставшимися двумя и, бросив короткий взгляд на замершего в стороне соляным столбом рыцаря, взял посох в правую руку.
        Навершие посоха ярко заалело, воздух вокруг него зашипел и заструился. Левая ладонь Сэта засветилось призрачно-голубоватым сиянием, и из набалдашника к ней очень медленно потек столб жидкого пламени.
        Его лицо не скривилось от боли, когда ревущие языки огня коснулись кожи, и одежда не вспыхнула, когда огненная дуга, издав победный рев, мгновенно выросла и веером метнулась в сторону ошеломленных бандитов.
        - Колдун!.. - успели крикнуть они, прежде чем огонь выжег в их легких весь воздух.
        Сэт, чувствуя себя одновременно мясником и пироманьяком, стараясь не смотреть на результат своих дел, опустил посох и медленно повернулся к рыцарю.
        Рыцарь разглядывал его молча, открывать забрало и не думал. Окровавленная бронза его гротескного доспеха тускло отливала зеленым и золотым, смотровая щель шлема - иссиня-черным, с длинного лезвия копья по древку стекал красный ручеек, а приставленный краем к земле щит блестел розовым. Раздавшиеся вниз и в стороны наплечники держали на себе короны из шипов - каждый из них на глаз весил килограмма по два. Только рельефная кираса была узкой в талии, что не давало рыцарю выглядеть как ощетинившаяся шипами крепостная башня.
        - Рад приветствовать помощь, - глухо раздалось из-под шлема, когда Сэт уже решил, что его принимают за врага. - Я барон Шеренгвард, Защитник Империи и хранитель Зуба Дракона. Как звать тебя, воин-колдун?
        - Я лорд Саймон Сэт, - ответил он, слегка опешив от вычурного приветствия и еще из-за узнавания этого имени. - К сожалению, большего о себе сказать не могу - потому что потерял память. Кажется, это произошло из-за дубины разбойника расколовшего мой шлем.
        С языка сама собой срывалась недавно придуманная легенда - мысли же вернулись к тому отряду под командованием Арвиана. Прежде чем исцелить Сэта от смертельных ран, Пай-пай взял с него клятву верности барону Шеренгвард - рыцарю, которого он видит перед собой…
        - Вот как? - удивился рыцарь, при этом не совершая ни малейшего движения. - У вас необычное имя и бесспорно благородное лицо. Вы из Империи?
        - Я понимаю ваши сомнения, барон, однако смею вас заверить в своей непричастности к творящимся вокруг безобразиям, - нашелся Сэт. - В силу потери памяти, я не могу с уверенностью ответить, где мне довелось родиться, однако клянусь, что чернокнижники мне враги - а сам я сражаюсь на стороне Империи.
        - Что же, в таком случае я ваш должник, лорд.
        Прежде чем Сэт кивнул и открыл рот, чтобы произнести что-нибудь в этом же духе, рыцарь, оглядев его с ног до головы, произнес несколько деликатным тоном:
        - Похоже, вы давно в пути, лорд Саймон Сэт, однако вижу, что оружие у вас в порядке, а магической мощи хватит и на четырех магов. Я не буду спрашивать, где вы взяли нож из Кузницы ангелов и почему в равной степени владеете мечом и посохом, но хочу узнать, не соблаговолите ли еще раз оказать мне помощь.
        - Помощь в чем? - спросил Сэт, насторожившись. Ему в этом мире помощь если и оказывали, то заставляли платить втридорога.
        - Дело в том, что я преследую демона… Асмодея.
        Сэт вздрогнул:
        - Это такой… невидимый, и замораживает все вокруг?
        - Я вижу, вы много знаете, лорд Саймон Сэт. Именно этого демона я недавно ранил копьем, когда он тащил куда-то свою беспомощную жертву. Я хотел вступить с ним в бой, но он уклонился и вместо этого, схватил моего оруженосца - видно перепутав его со своей жертвой, которая воспользовалась моментом и скрылась в лесу… Я же шел по следам демона, пока не достиг этого водостока и не обнаружил вход в коллекторы.
        Но когда я вошел в темноту, услышал душераздирающие крики разбойников - демон обустроился в их логове. Они пытались бежать к выходу, но я перегородил им путь.
        Я долго бился, но их было слишком много и они были напуганы как загнанные в угол крысы. В конце концов, усталость овладела моими руками и мне пришлось отступить. Оказавшись на поверхности, многие из них просто сбежали - тех же у кого для этого не хватило ума, я одолел. С вашей помощью, разумеется.
        - И теперь вы собираетесь отправиться туда вновь?
        - Разумеется, мне надо освободить Марка… То есть, я хотел сказать, что сего Первородного демона надо убить, пока он не наплодил себе армию и не стер этот город с длани Империи. Лорд-колдун, вы поможете мне одолеть сего демона? Вы спасете город и Империю?
        Сэт невольно усмехнулся. Умышлено или нет, вопрос был поставлен ребром.
        Конечно, он не хотел идти во тьму подземелий - ему хватило уже тех, что он прошел благодаря чуду и потерянному Сандрой электрическому фонарику.
        Не хотел он и сражаться с демоном. По правде сказать, его передергивала сама мысль о том, что он вновь столкнется с тем, что преследовало его, замораживало и в конце тащило по земле как мешок с мукой.
        Но сказать нет сейчас, значило признать, что ему плевать на горячо любимую рыцарем Империю, и на город, у стен которого он сейчас находился.
        К тому же, его клятву никто не отменял - он должен понять, чем угрожают демоны его родному Городу. Прежде чем устраивать революцию и разрушать стены, он должен увидеть всё своими глазами.
        Кроме того, были иные причины. Если этот демон умеет размножаться, его надо остановить как можно раньше. Жизни людей в этом средневековом городе вряд ли менее цены, жизней людей живущих на нижних уровнях Города.
        Но возможно ли что всё это ловушка подстроенная Метамагом - как тогда, когда вместо благодарности маг в овечьем полушубке еда не испепелил его заживо?
        - Скажи, Безымянный, - обратился Сэт к неведомому союзнику, - та женщина-Убийца сказала правду? Метамаг не может видеть обладателя Книги? Возможно ли, что он считает меня мертвым?
        - Думаю да. Иначе сей рыцарь атаковал тебя без раздумий.
        - Я согласен, - сказал он, будто ныряя в омут. - Для меня честь сражаться бок о бок с вами, барон Шеренгвард.
        Глава 4
        Потрясенный Сэт обессиленно привалился к влажной стене.
        Беспорядочные ходы катакомб то сужались так, что нужно было идти пригнувшись, то расширялись, переходя в залы со сводчатыми потолками, становились то древними дворцами, достойными стать культурным памятником, то коллекторами, в которые город наверху сбрасывал свои нечистоты. Единственное, что объединяло всю эту клоаку, были крысы и серые стены, мокрые от проступающей между камнями влаги или сплошь покрытые мхом.
        Но, разумеется, его впечатлили вовсе не колоссальные размеры подземелья, скорее всего являющееся частью сохранившихся довоенных сооружений, вроде того же Города мертвых, и вовсе не та густая, вязкая тьма, таящаяся в каждом коридоре и зале, при этом не забывающая напоминать о себе неопределяемыми звуками. А чувство, что из тьмы за ним беспрестанно кто-то следит, волновало его не больше вопроса, который сейчас был час.
        Он был ошеломлен тем, кто стоял рядом с ним, держа в руке чадящий факел!
        Это был не человек!
        Он сверкал в огне факела с ног до головы - огромные доспехи, отражали танцующие языки пламени всеми гранями, плоскостями и шипами. Выщербленная сотней битв поверхность доспехов напоминала видавшую виды, но по-прежнему надежную броню боевой машины.
        Ни один, даже самый сильный, накачанный стероидами мужчина не смог бы передвигаться в такой броне. Сэт прикинул в уме, что не сможет поднять даже его щит - усеянную шипами бронзовую плиту величиной с дверь.
        Да и его жестокость, и хладнокровность с которой он наматывал на свое трехзубовое копье кишки пойманного разбойника, заставляли вызывать сомнения в его человечности. Уж не демон ли там под доспехами?
        Вместе с этим рыцарем Сэт преодолел самые мрачные глубины подземелья, переступил через множество трупов и распугал полчища крыс. Они бродили здесь в холодном мраке вот уже более двух часов, но невидно было, что они хоть ненамного приблизились к своей цели.
        Возможно, они заблудились и ходили кругами. От того разбойника, которого поймал и пытал рыцарь оказалось мало толка - но других не было вовсе. Все другие встречались на их пути в виде трупов.
        Если можно так выразиться: трупы были свежими - мелкие уголовники, матерые грабители и отъявленные головорезы нашли в этих катакомбах своё последнее пристанище. И если на бесчисленные тела лежащие в самом начале подземелья можно было списать на работу рыцаря штурмовавшего подземелья до появления Сэта, то дальнейшее вызывало, по меньшей мере, недоумение.
        По-видимому, наводнившие всю эту область разбойники устроили основной лагерь не в лесу - как считал Сэт, а здесь, в проходящих под городом коллекторах. Почти каждый зал носил их следы: место кострищ, ночлегов, оставленные всюду догоревшие факела и разбросанная утварь… Для чего им вообще сдался этот город и почему местные власти с этим мирились Сэт не имел представления, да и по большому счету не хотел иметь. Важно было лишь то, что совсем недавно их безраздельному владению этими катакомбами настал конец.
        Бандиты сидели возле костров, смеясь, пили вино из бурдюков, лапали связанных женщин, не имея понятия, что на другом конце этой области благодаря сектантам-демонопоклонникам из заточения вырвался демон-невидимка.
        Путь этой гадкой твари был тернист и долог. Для начала, она за что-то невзлюбила Сэта: долго преследовала его и однажды схватила и поволокла в своё логово. И на этом бы участие Сэта в этой истории и завершилось, если бы мимо не проходил некий рыцарь-барон, которого из своего замка изгнал другой демон…
        Этот рыцарь, мечтал отмстить за своё поражение всем демонам на свете, и увидев, кстати подвернувшегося, демона-невидимку, метнул в него своё копье. Чем и ненароком спас Сэта.
        К несчастью для обитавших здесь разбойников, история на этом не закончилась. Раненый и сильно разъяренный демон, похитил оруженосца у рыцаря, и умчался вместе с ним в эти катакомбы под городом.
        Рыцарь же конечно отправился сюда поскольку, во-первых, углядел в поведении демона вызов на поединок, а во-вторых, потому что оказался человеком нетрадиционной ориентации и очень любил своего оруженосца…
        К истории с разбойниками дальнейшее более не имело отношения, поскольку к тому моменту, как рыцарь с Сэтом вошли в катакомбы - демон успел сократить их количество менее чем до десятка.
        Но Сэт теперь следует за жутким рыцарем, по жутким коридорам, в поисках жуткого демона. А минуту назад они вошли в небольшой круглый зал, в стенах которого словно черные зевы чудовищ зияли уходящие в неизвестность чрева проходов.
        Идущий спереди и слева от Сэта лязгающий и громыхающий как древний танк рыцарь остановился и в нерешительности обратился к Сэту:
        - Куда нам, лорд-колдун?
        Сэт пожал плечами: он сильно вымотался, и ему порядком надоело это бесконечное "Куда нам идти, лорд-колдун?".
        - Не знаю, - ответил он. - Моя магия тут бессильна.
        Понимающе кивнув, шлем рыцаря вновь обернулся к черным проходам, будто там были какие-то указатели.
        - Проклятый разбойник солгал, - зычно произнес рыцарь, - он умолчал про эту развилку. Надеюсь в аду ему за это воздастся…
        "Угу, вот только вряд ли человек будет лгать, когда его кишки медленно наматываются на лезвие копья", - уныло подумал Сэт, весь игровой опыт которого не предусматривал часы напряженного ожидания, смертельной усталости и одновременно пустоты, которые прошли во время его блужданий по подземельям.
        Четыре хода в развилке коллектора, сколько не смотрел бы на них рыцарь, оставались всё так же черны. Но словно прочтя его мысли, рыцарь повернул голову и исинно-черная тьма показавшаяся в смотровой щели его шлема весьма точно отразила суть его души… Если, конечно, душа у него имелась.
        Бронзовый истукан приблизился к Сэту и, приставив свой невообразимый щит к стене, достал из подсумка факел с крохотный рукоятью.
        - Зажги, - односложно попросил он.
        Вздохнув Сэт протянул посох навстречу факелу. Исходящий от его набалдашника теплый мерный свет сделался злым и ярким, воздух вокруг него полыхнул, и языки рыжего огня перепрыгнули на промасленную тряпку, намотанную на деревянную рукоять.
        Рыцарь, подняв свой факел выше и не поблагодарив за предоставленный огонь, вновь отправился гадать, какой из путей был верным, поочередно тыкая факелом в каждый проход.
        - А он не очень-то и умный, - сказал в мыслях Сэт, надеясь, что Безымянный услышит и вставит свою реплику.
        Но привычного голоса в голове по-прежнему не было. Наверно Безымянный спал, или занимался своими очень важными делами, а может быть, поняв, что поиск демона в бескрайних подземельях дело весьма унылое - перестал на время следить за своим подопечным. Хотя может быть дело было в подземелье - помнится в Городе мертвых, к Безымянного возникли какие-то проблемы…
        Потрясенный Сэт обессиленно привалился к влажной стене.
        Проклятый меч, который он все это время таскал в правой руке, казался неподъемным. Сэт вообще не чувствовал правой руки. Впрочем, с левой дело обстояло не лучше.
        Пока что, вся помощь Сэта рыцарю заключалась в освещении окружающего пространства. Барон Шеренгвард в одной руке держал копье, а другую использовал как базу для навешивания осадного щита - в общем-то факел он мог держать лишь избавившись от чего-то одного, чего он по понятным причинам делать не хотел. Роль же оруженосца-факелоносца пришлось взваливать на себя Сэту.
        Он сделал так, чтобы навершие посоха постоянно исторгало свет, при этом не образуя огонь - экономно, эффективно и эффектно. Однако посох был слишком короток, чтобы освещать путь идущему впереди рыцарю. Именно поэтому ему приходилось приподнимать посох повыше и именно это послужило причиной из-за которой теперь у него отваливались обе руки.
        Сэт практически молился на то, чтобы барон подольше стоял перед выбором, как осел перед двумя стогами сена.
        Но рыцарь не дал ему передохнуть. На что-то решившись, металлическое чудовище, загасив факел, вернулось за своим щитом.
        - Идем туда. Я чувствую, что Марк там…
        Сэт хоть и отнесся к этому скептически, спорить не стал - попросту не было смысла. Однако сделав едва ли сотню шагов, он на мгновение поверил в шестое чувство барона.
        - Ты слышал? - спросил Сэт. - Там кто-то шепчет.
        Барон смолчал, но шаг заметно ускорил. И почти сразу из-за поворота, ведущего в просторную комнату, захламлённую какой-то неопределяемой мебелью, донеслась различимая речь:
        - …Холодно. Как холодно… О, Всевышний, почему мне так холодно?…
        - Марк! - воскликнул барон, врываясь в большое помещение, но тут же цепенея.
        На Сэта, ворвавшегося в зал вслед за рыцарем, дохнула зимняя стужа, а все стены и предметы в комнате засверкали и заискрились, отражая свет его посоха.
        Иней, лед и снег царили вокруг, словно вдруг открыв дверь, Сэт попал в иной мир.
        - Мне холодно, - сказала пустота, - а вы такие теплые… Особенно ты.
        Неведомым чутьем Сэт определил, что речь шла о нем. Возможно на фоне барона - бронзового изваяния, он действительно казался гораздо теплее.
        - Марк?.. - полувопросительным тоном произнес рыцарь и двинулся вперед, но Сэт этого даже не заметил.
        Когда на человека надвигается нечто недоступное пониманию, нечто невидимое, чьё присутствие и местонахождение может распознать лишь интуиция; нечто такое, чей едва различимый силуэт неверно трепещется в единственном источнике света, разум не может этого принять. Он цепенеет, считая, что испытанный шок спустя некоторое время исчезнет сам собой; он цепенеет, парализуя тело, считая, что опасность пройдет мимо…
        Но душа Сэта, понимая ошибочность доводов разума, трепыхалась, как рыба в сетях. В обход разума, она пыталась заставить тело двигаться.
        Тело Сэта задергалось, судорожно хватаясь то за меч, то за посох. Будто разучившись сражаться, Сэт замахнулся мечом, но тот вырывался из рук и упал с мертвенным звоном на пол. Сэт поднял посох, но не мог вспомнить, как вызвать пламя….
        А призрак в пустоте не стоял без дела. Его руки потянулись к Сэту и вцепились в самую уязвимую часть человеческого тела.
        Горло охватили ледяные тиски, невидимые пальцы пережали артерии и воздушные каналы. Сэт упал на спину, его глаза шарили в пространстве в поиске врага, но натыкались лишь на пустоту - запоздало включившийся разум всеми силами пытался заполнить её, воображая какую-то размытую форму.
        - Я выкупаюсь в твоей теплой крови, - леденящим голосом сообщило размытое нечто прямо в лицо Сэту.
        Лед и пламя в груди и горле, разноцветные искры перед глазами смешались в единое целое. И вот когда мир начал стремительно темнеть, Сэт услышал голос барона:
        - Нет, ты не Марк!
        Перед Сэтом возникло лезвие трезубца и на его лицо попала теплая влага. Секунду спустя вес свалившегося на него тела исчез, и Саймон вздохнул полной грудью.
        - Да, ты не Марк, - с нотками счастья в голосе подтвердил рыцарь склонившийся над… над окровавленным месивом, в которым можно было распознать тело рядового разбойника.
        Сэт тряхнул головой и выдавил хрипло:
        - Не понимаю, это и есть тот страшный демон?
        - ХА-ХА-ХА-ХА…. Нет, мой друг, что ты. Это лишь мой последний птенец. Я дал ему напиться своей крови, а клокотавшая в нем жажда мести кому-то, сделала всё остальное.
        Сэт сжимая посох обеими руками вскочил на ноги и вместе с бароном принялся вертеться во все стороны. Источник зловещего голоса невозможно было определить!
        - Мой предыдущий птенец был моей ошибкой, - сознался хриплый голос в темноте. - Я считал, что ею движет лютая месть, но на деле оказалось, что она испытывала похоть… Ты ведь понял о ком я говорю да?… Та дева с чудесными медными волосами… Сандра кажется… Она так звала тебя… Саймон Сэт, говорила она, Саймон Сэт…
        Сэт не издал ни звука. Лишь увеличил подачу энергии в посохе, так, что теперь на его набалдашнике танцевало пламя.
        - Ну а что скажешь ты, рыцарь? Я похитил твоего любовника, принес сюда и объел его лицо, глядя на то, как он корчится от боли и ужаса…
        - Что ты сказал?!! - заревел барон не своим голосом.
        - Если не веришь, подойди и посмотри - его тело там в углу. Видишь? Это твой ненаглядный Марк…
        Должно быть, если бы на бароне не было шлема с опущенным забралом, Сэт сказал бы, что тот побелел как полотно, но сейчас он мог утверждать, что рыцарь задрожал от ярости.
        - О, какие эмоции! - продолжил вести речь зловещий голос из-ниоткуда. - Ты меня ненавидишь? Желаешь отомстить?…
        - Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! - не затянул с ответом барон. - ВЫХОДИ НА БОЙ АСМОДЕЙ!!!
        - ХА-ХА-ХА-ХА…. Отлично, мой будущий птенец! Я надеялся, что их будет два, но у тебя, Саймон Сэт, ледяная душа… Поэтому… ТЫ УМРЕШЬ СЕЙЧАС!
        Эти оглушающие слова в купе с демоническим воем обрушились на Сэта сокрушительным тараном. Сотрясение воздуха рядом, взмах чего-то невидимого и вот Сэт уже лежит с грудной клеткой, распоротой, словно когтями медведя. Барон попытался помочь, тараня своим громадным щитом пространство над Сэтом, но едва заметный силуэт мелькнул и исчез - демон взорвался безумным хохотом.
        - Ты еще жив, Саймон Сэт?! Не ожидал, что я рядом?
        Приподнявшийся было Сэт, уронил голову на покрытый изморозью пол, однако лежащий рядом с ним посох по-прежнему продолжал генерировать пламя на навершии. Если демон догадается его сбить - рыцарь будет обречен сражаться с невидимкой в кромешной тьме.
        Рана Сэта не была смертельной, однако лужа крови под ним струилась ручьями во все стороны, превращая ледяную изморозь в ковер из набухающих бутонов роз. Он лежал замерев, прислушиваясь к лязгу металла, безумным возгласам и демоническому смеху. Лежал долго, считая мгновения до того момента как его тело станет таким же холодным как окружающее пространство.
        Асмодей снова и снова атаковал яростно вопящего барона, после чего стремительно отступал. И хотя невероятный доспех надежно защищал плоть рыцаря, но преимущество во внезапности и скорости всегда оставалось за демоном. Если бы барон не был так взбешен, возможно у него и был шанс уйти отсюда живым, но древний демон задумал довести его до исступления, обессилить до изнеможения, а после… Нет, он вряд ли пытался его убить - он собирался превратить его в демона. Именно так он и поступил с Сандрой…
        Но вот уголком глаза Сэт заметил, как после очередной унижающей атаки, доводящий барона до последней стадии бешенства, промелькнул бесформенный силуэт. Место где Сэт потерял этот силуэт из вида было в десяти метрах за спиной барона, так что вряд ли занятый безумным смехом и оскорбительными возгласами демон станет перебегать куда-то еще…
        - Вот он мой шанс, - мысленно сказал себе Сэт, - это именно то чего я ждал.
        - Я в тебя верю, - ответил, как оказалось внимательно следящий за ним Безымянный, - у тебя получится!
        Одним махом Сэт, казалось, восстал из мертвых: вытянувшись в рост, будто не было на его груди пять полос кровоточащих ран, он направил посох на то место где предположительно замер демон.
        Безумный смех и издевательские комментарии, сравнивающие рыцаря с беременной ослицей, оборвались на середине. Непревзойденный шар плазмы и вихрь огня пронесся по залу, выжигая весь воздух на своем пути. Полуослеплённый и изрядно обожжённый Сэт успел заметить, как устремился в сторону прозрачный силуэт - его задело лишь самым краем огненного вихря.
        Впрочем, этого оказалось достаточным для того, чтобы невидимый силуэт, на мгновение стал полностью различим. И в это прекрасно мгновение, превратившее демона в огненный факел, Сэт видел, как горит его плоть, и плавятся его кости. Пронзительный вой, вырвавшийся из нутра демона, на этот раз был музыкой для ушей Сэта, а когда он оборвался на самой протяжной ноте, повисшая тишина стала пиром для его души.
        - Я сделал это, - сообщил он миру. - Древний демон мертв.
        Безымянный против ожиданий не похвалил или, например, не указал на то, что он все же сомневался, что Сэт способен одолеть самого Асмодея, но это было неважно.
        Все что могло гореть у дальней стены зала, уже сгорело. Вместе с погасшим огнем мир погрузился во тьму. А посох в руке Сэта, не смотря на настойчивые требования и желание хозяина осветить окружающий мир, никак не отзывался.
        Сэт уже представил, как преодолевает обратный путь на ощупь, но сбоку чиркнуло кресало и пара искр, попавших на хорошо паромасляный факел запасливого рыцаря, не только вернуло миру краски - но и сам мир.
        В этом мире Саймон Сэт обнаружил, что всё его тело сейчас было большим волдырем от ожога, пробитым и кровоточащим лишь там, где на груди находились оставленные демоном раны. Остатки его одежды еще дымились, а посох расплавился и изогнулся под своим весом. Его вид был столь жалок, что Сэту не осталось ничего иного, как разжать пальцы и бросить его на пол.
        Подмечая, что зал пропитался запахом горелого пластика и резины, Сэт заковылял за ничего вокруг себя не видящим, рыцарем с факелом в руке.
        Добравшись до лежащего в углу, замороженного тела, барон рухнул перед ним на колени. Чуть приблизившись, Сэт заметил, что труп не принадлежал разбойнику: молодой парень с объеденным лицом и длинными платиновыми волосами. Обтягивающая рубаха, узкие штаны и хорошие сапоги выдавали в нем объект поисков барона
        - Это Марк? - спросил Сэт, с трудом разлепляя губы. - Я сочувствую твоей утрате…
        Раздался глухой стон, плавно перешедший в тоскливый волчий вой. Стоящий на коленях рыцарь стянул с себя шлем, а затем скинул перчатки и распростер руки над телом оруженосца. Волосы рыцаря оказались черными, как смоль, а лицо, хоть и обезображенное горем, очень утонченное и нежное. Когда он прервал вой и склонился над лицом оруженосца для поцелуя в губы, у Сэта что-то щелкнуло в голове и неожиданно всё встало на свои места.
        Рыцарь, барон Шеренгвард, из рода Гарданилов, был женщиной.
        Если бы не притупление чувств из-за боли, Сэт испытал бы шок. И дело было не столько в грандиозном обмане, сколько в резком изменении его картины мира. Он еще мог допустить, что очень свирепый, очень мускулистый мужчина может быть силен и вынослив настолько, чтобы носить на себе такой вес… Но это была женщина, которая к тому же, никак не могла купить в аптеке банку-другую стероидов…
        Женщина-рыцарь стерла с лица слезы и покосилась на Сэта. Её глаза были красивы, однако то, что Сэт в них увидел, ему сильно не понравилось. И когда она одним гибким движением вскочила и вскинула копье, подсознательно он был готов.
        Саймон вскинулся, пытаясь отскочить в сторону, но разбитое и обожжённое тело не сразу отозвалось. А потом было уже поздно…
        Брошенное в упор копье ударило в грудь - ребра не стали ему преградой.
        Острое, холодное и обжигающее вошло в тело Сэта, точно нож в масло. Его отбросило будто пушинку и пришпилило к стене. Огонь поднялся из глубин, изо рта вместе с кашлем брызнула кровь, а глаза заволокло поволокой.
        Прежде чем наступил болевой шок, Сэт осознал, что черноволосая баронесса взяла тело своего оруженосца на руки и, медленно ступая, понесла его к выходу. На пришпиленного человека она даже не взглянула.
        На её щеках сверкали, сходящиеся на подбородке, широкие дорожки. Превращаясь в хрустальные бусины, они срывались вниз и вдребезги разбивались о ворот бронзовых доспехов…
        Глава 5
        В синем небе безраздельно хозяйничало ликующее солнце. Яркие лучи обжигали кожу и беспокоили глаза. Непривыкшая к подобному, она пряталась от него как могла: глубже накидывала на лицо капюшон и старательно запахивалась в плащ. Но все равно свет лился отовсюду, а яркие цвета чинили глазам острую боль.
        - Будь ты проклято - солнце! - бормотала она. - Ты конечно высоко, но не думай, что я не смогу до тебя добраться!
        Мгновение спустя, она забыла о мерзком дневном светиле и остановилась.
        - Мы пришли, - возвестила она оглядываясь. - Должно быть, это самый центр кладбища.
        Всюду из земли росли кресты, обелиски и курганы. Недавно воздвигнутые склепы и давно заброшенные могильные холмики пульсировали в такт биения сердца. Земля мертвых чувствовала приближение повелительницы смерти - вздымались или, напротив, проседала… Правда, кроме неё этого никто не видел.
        - Так зачем ты привела нас сюда, да еще и средь белого дня? - заворчал один из сопровождающих её предводителей разбойничьих шаек. - Почему мы как обычно не переждали день в коллекторах, чтобы потом устроить этому поганому городишке веселую ночку?..
        Она повернулась на голос и удовлетворенно усмехнулась, когда двухметровый здоровяк с саблей на боку шарахнулся от нее в испуге. Вслед за ним, еще трое главарей банд отвели глаза от её прямого взора.
        Их пугал её взгляд, пугало раскрашенное черными узорами лицо, пугала тень от её капюшона, пугала её власть над темными силами…
        Подумать только, ей, тощей девушке, едва исполнилось пятнадцать, а эти свирепые, покрытые бесчисленными шрамами головорезы боялись её сильнее всех демонов на свете.
        Чувство превосходства овладело ею до глубин естества, внизу живота стало тепло, а по телу прошла истома. Вот что испытывает Сумеречный Князь, когда перед ним преклоняются тысячи!
        "Тем не менее, они начинают нервничать, - подумала она, - надо покончить с ними побыстрее".
        Тертые главари банд почуяли неладное, их руки метнулись к оружию, но её ладонь легла на Книгу много раньше.
        Тихо зашуршала кожа чехла, хранившая её словно ножны кинжала, звонко лязгнула натянутая цепь, быстро зашелестели страницы. Первые слова заклинания сорвались с её губ и упали на благодатную почву ужаса и страха. Предводители банд не были дураками и мгновенно поняли, что им грозит смерть.
        Только ничего поделать они не могли. Их плоть окоченела, мышцы онемели - оковы ледяного страха сковали их прочнее любого заклятья.
        Каждое мгновение к чтению заклинания добавлялся еще один голос - невидимые духи тьмы читали Книгу наравне с ней до тех пор, пока к многоголосому речитативу не добавился последний, шестой. Теперь она замолчала и стала смотреть, как бесплотные тени, не страшась яркого солнца, пожирали тела своих корчащихся на земле жертв. В её голосе больше не было необходимости, к чему же напрягаться?
        Громкость голосов духов достигла пика, боль и ужас, в избытке идущие от умирающих, наполнили Книгу невероятной силой. Нисколько не обращая внимания на предсмертные стоны, она перелистнула несколько страниц и принялась за новое заклинание.
        И вновь загробные сущности подхватили её слова, вторили в унисон, всё время повышая тон голосов. От каждого оброненного слова, заклинание наливалось силой, и последние его аккорды возвестили мир о начале новой эры - Эры чернокнижников.
        Когда призрачные голоса умолкли, она захлопнула книгу и вложила её в кожаный чехол на поясе. Оглядела неизменившееся на глаз кладбище, высушенные трупы главарей и, подняв капюшон, посмотрела на солнце.
        - Уже скоро, - пообещала она, дико щурясь. - Скоро твоя власть иссякнет, и силы тьмы будут безраздельно хозяйничать в этом месте.
        Сказав это, она с чувством исполненного долга вновь натянула на лицо капюшон и, войдя в тень ближайшего склепа, начала ритуал иного толка.
        Благодаря отобранной у главарей жизненной силе с помощью Книги можно было сотворить еще одно сильное чародейство - например, поговорить с любым хозяином другой Книги. Если он этого захочет, конечно же.
        Впрочем, любой хозяин ей был не нужен.
        При одной только мысли о своем хозяине плечи расправились от гордости: ибо он был великим человеком, воодушевляющим и всевластным. Но если для всех он был просто небожителем - для неё он был еще и Учителем. Тем, кто вывел её из грязи и повел дорогой всезнания.
        Ритуал, наконец, был завершен: её тело по-прежнему находилось в центре кладбища, но душа перенеслась через горы и моря, в единый миг оказавшись посреди великого города, на балконе величайшей цитадели мира.
        И хотя день был в самом разгаре, пелена затянувшая небо от края до края, делала город совершенно сумрачным, таким впечатляющим, таким волнующим… - о, Ангелы смерти, как же она желала вновь оказаться в нем после всех этих ярких дней проведенных в землях ненавистной Империи!
        И хотя заклинание Книги, переместившее её душу за многие мили, было абсолютным, запах моря и ощущение пронизывающего ветра было ей недоступно. Ах, как хотелось вновь почувствовать на коже ласкание ледяного ветра, каковому на этом самом большом острове архипелага заступали дорогу разве что массивные городские стены, о подножья которых насмерть разбивались волны.
        Но все эти возникшие в её в голове мысли пронеслись не оставив следа. Важным было лишь то, что зависшее над шпилями башен и темными бастионами особняков-крепостей, бледное как лицо мертвеца солнце, следило за фигурой стоящей на главном балконе цитадели с трепетом и почтительным ожиданием.
        Человек, рассматривающий город с высоты птичьего полета, запахнулся в великолепный черный плащ, а на его лицо был накинут капюшон - хотя в городе, где извечно царил сумрак, в нём не было необходимости. Впрочем, говорят, именно из-за этого капюшона его прозвали Сумеречным - вторую часть его имени дала великая власть.
        Она, а точнее её душа, смотрела на Сумеречного Князя снизу вверх, поскольку распростерлась перед ним на коленях. И хотя её тело было далеко в землях Империи, иначе поступить было нельзя - ибо она преклонялась не только перед ликом грозного хозяина, но и перед мудростью великого Учителя.
        Он смотрел на город посреди моря и, наверное, думал о том, что так его тяготило.
        Ох, если бы в её руках было больше сил - она бы нашла способ избавить его от омрачающих мыслей!
        Как-то Князь, и по совместительству её учитель, изрядно выпил вина и поделился с ней тяготившим грузом. В тот момент он проклинал свою немощность, из-за которой, его королевство когда-то вынуждено было искать себе сильного союзника в высших сферах мира.
        После Войны Двух престолов, когда разоренный мир покинули крылатые слуги Всевышнего, и казалось, что все люди были обречены стать пищей или рабами демонов - молодой архимаг сплотил вокруг себя всех сильных и способных сражаться, построил плоты и добрался до этого архипелага.
        В тщетной надежде, он лелеял мечту отгородить свои владения от легиона демонов. Он пожертвовал семьей, боевыми друзьями, и многими верно следовавшими за ним людьми, чтобы сделать жизнь на необитаемых островах возможной.
        Однако угроза вторжения демонов не отступила.
        И когда однажды на летающем замке к острову подобрался один из Первородных - могущественный Асмодей со своим легионом Карателей, Князю пришлось встать перед нелегким выбором.
        Асмодей пригрозил уничтожить его молодое королевство - сделать его жителей пищей, а самых выдающихся превратить в призраков, прозванных людьми Карателями - ибо их постоянно пожирало пламя неутолимой мести.
        Но могущественный демон так же отметил, сколь сильны были духом и телом воины Князя - он не станет уничтожать его королевство, если оно войдет в Империю, которую он намеревался создать.
        Подумав, и придя к выводу, что ему не одолеть Первородного, Князь согласился на все предложенные условия. На летучем замке Асмодея он освоил запрещенные знания, взял из рук демона Черные книги и раздал их своим самым способным людям - именно так родилось королевство чернокнижников.
        А потом началась новая война. Асмодей вовсе не собирался основать свою империю - он хотел её захватить. Оказывается, после Войны Двух престолов люди вовсе небыли истреблены на материке - напротив, под надзором некоего Метамага остатки народов объединились, создав небольшую, но могущественную Империю.
        Князь видел нерешительность в словах и поступках Асмодея, но не понимал их сути. Летающий замок, легион Карателей и тысячи колдунов-чернокнижников, по его мнению, могли стереть в пыль даже большую империю.
        Однако, как показало время, страхи Первородного демона были не лишены смысла. Окруженная со всех сторон горами, так, что к ней невозможно было неожиданно подступиться, Империя сдержала первый самый мощный натиск и вступила в продолжительную позиционную войну.
        Более того, случилось то, чего ни Князь, ни Асмодей предвидеть никак не могли: колдовская сила Метамага лежала за пределами их понимания. Даже когда сам владыка Империи пребывал далеко в своей башне, его колдовство в равной степени неотвратимо настигало чернокнижников и демонов-призраков. Мощь этого колдовства была неодолимой: она не давала армиям союзников возможности перегруппироваться в лесах, или поставить лагерь у берегов реки - начинались пожары и ужасные наводнения. Ритуалы Метамага вызвали орды ангелов, которые обрушивали с небес гнев Всевышнего. Его прямая разрушительная сила также не знала себе равных - в первый же день войны, она сбросила летающий замок Асмодея с небес на землю…
        А три великие силы - три имперские Гильдии, собравшись вместе, обошли основной фронт и ударили по единственному проходу ведущему прочь из Империи.
        Маги, Защитники и Охранители с поддержкой Метамага удерживали Зуб Дракона на протяжении всей войны - они будто бы закупорили горло бутылки, не давая содержимому выйти наружу. Распыленные силы союзников продолжали таять до тех пор, пока пришедший с Асмодеем легион Карателей не был почти полностью истреблен, а сам Асмодей пленен и заточен в качестве заложника на несколько веков….
        Князь в своей мудрости сумел договориться с уставшим от долгой войны победителем. Он вместе с остатками своего войска получил право покинуть земли Империи, в обмен на регулярно выплачиваемую дань.
        Каждую декаду, баржи, доверху груженной свежей и засоленной рыбой, шли к берегам Империи, тогда как люди его народа умирали от голода.
        Но даже ни это служило причиной ненависти к Империи - когда почти с теми же целями на архипелаге появился другой Первородный - Абадон со своими фуриями, Князь не стал ему помогать, и унижено просил помощи Метамага.
        Но посольство вернулось ни с чем, Метамаг ответил, что не в силах распространять свой взгляд настолько, чтобы достигать островов архипелага и своим колдовством помочь его защитникам. Он предложил всему народу Князя перебраться на земли Империи, рассеяться по ней и сделаться её частью.
        Разумеется, даже безмозглая чернь поняла, что бросать своё имущество и оставлять дома, чтобы побираться в Империи, было нисколько не лучшей участью, чем жить, платя дань тем, с кем Князь, дабы уберечься от Абадона, вынужден был заключить новый союз.
        Две сестры, Тьма и Смерть были этими союзниками - они отправили своих жнецов на защиту острова.
        Так Князь спас свое королевство от участи многих канувших в забытье народов. Но цена этого была велика.
        Всюду на архипелаге возводились храмы Тьмы и Смерти, на алтарях которых лилась кровь. Люди платили. Всегда платили. Новым союзникам - душами своих детей, родителей, братьев и сестер; старым врагам - пищей и солью. Они проливали слезы и собственную кровь ради выживания всего народа.
        Какова же была горечь и обида знать, что где-то есть земли и города, где не было криков на улицах, давящего страха в богатых домах. Там всюду было чисто и светло - там всегда светило солнце, и там не было прислужников Смерти.
        Империя могла себе позволить не думать о выживании, не искать покровительства ни богов, ни демонов - ведь ею правил Метамаг. Империя процветала - на архипелаге были бунты и по улицам лилась кровь. В Империи было солнечно и зелено - на архипелаге ничего не росло из-за вечно висящего над ним сумрака. И если в облаках над Империей махали крыльями ангелы, то по городам королевства разгуливали жнецы…
        - В этом виноват я, - говорил набравшийся вина Князь. - Если бы силой я был равен Метамагу, моему народу не пришлось бы столетиями терпеть все эти муки…
        Слушая эти речи, она в бессильной злобе сжимала кулаки - в тот час ей захотелось стать сильнее. Сильнее многих, сильнее всех. Стать великой колдуньей, правой рукой Сумеречного Князя, чтобы помочь ему в его великих свершениях…
        - Давно ты здесь? - прервал её размышления Учитель, обративший к ней лицо под капюшоном. - Я погряз в раздумьях. Говори.
        - Мастер, все идет в точности как вы задумали. Сантана захватил Зуб Дракона, армия воров опустошает Долину, а Асмодей был вызволен из заточения.
        - Что сказал Асмодей?..
        - Я пока не смогла его найти и он не знает о наших планах, ровно и о том, что мы являемся его союзниками… Но это вопрос времени.
        - Я верю в тебя, ученица, - проникновенно и уверено сказал Князь. - Мы должны заручиться поддержкой всех Первородных. А что насчет Измора?
        - Заперся на все ворота и дрожит от страха перед армией воров, не зная, что эта армия до времени укрылась в коллекторах под ним. Только что я произвела ритуал и установила маяк для вашего колдовства прямо на кладбище в самом центре города. По вашей воле солнце навсегда покинет Измор.
        - Измор…, - задумчиво прошелестел Князь. - Когда-то этот город был столицей Империи. Как же я его ненавидел… Уничтожь его. Уничтожь его для меня.
        - Будет исполнено, мастер, - уверила она, не поднимаясь при этом с колен.
        - Кто бы мог подумать… - витая мыслями в высших сферах продолжил Князь. - Я и представить не смел, что мне выпадет шанс отомстить Империи, плюнуть в лицо Метамагу и сжечь дотла ненавистный Измор.
        - Воистину так, мастер.
        - Да… Метамаг сильно сдал. Больше пяти лет я не плачу ему дань, больше двух лет высылаю на его земли разведчиков и больше года устраиваю набеги на приграничные территории. А что сделал он? Обрушил молнии на моих рейдеров? Призвал ангелов? Или может быть начал строить флот для подготовки нападения на архипелаг? Нет. Ничего из этого. Он лишь перебросил часть легиона к границам, в надежде защитить свои земли от бесконечных грабежей.
        - Он постарел, - продолжил Князь после паузы. - А вместе с ним одряхлела вся Империя - твои безусловные успехи этому доказательство. Я сегодня же отдам приказ о начале вторжения…
        - Господин, вы звали нас?
        Она и Князь обратили лица к вошедшим на балкон слугам. Трое сильных чернокнижников, по всегдашнему обычаю завернувшиеся в балахоны и плащи, склонились пред Князем в смиренном ожидании.
        - Да, - сказал он. - Я позвал вас, чтобы удостоить огромной чести.
        - Какой, господин? - несмело спросил один из них.
        - Поднимитесь с колен. Вам более не пристало раболепствовать.
        Чернокнижники вставали не сразу, а когда все же разогнулись - дрожь сквозила во всем их облике.
        - Один из вас сегодня станет генералом и поведет армаду в бой. Двое других будут принесены в жертву… Об остальном решайте сами.
        Бледность возникшая на лицах сменилась лихорадочным блеском в глазах. Кто-то покосился на другого - самый сметливый первым схватился за Книгу. Более опытный кроме Книги вырвал из ножен саблю. А в следующее мгновение все трое взорвались громогласными словами заклинаний.
        Сражение трех сильнейших чернокнижников прошло споро, но зрелищно.
        Тени отбрасываемые балюстрадами балкона пришли в движение. Стремительным черным вихрем они алчно набросились на людей, кричавших от ужаса и усилий, беззвучно впиваясь в их тела, чтобы высосать из них все соки. Поначалу чернокнижники сопротивлялись, один даже ногтями разрывал собственную плоть, чтобы вытащить оттуда чуждые тени, но вскоре крики оборвались.
        Двое из них, похожие на иссохших старух, облаченных в одежды не по размеру, замерли на полу.
        - Ты ранен? - безразличным тоном спросил Князь у единственного оставшегося гостя.
        - Нет, мастер, - сказал чернокнижник, с сабли которого ручьем стекала кровь, - я в порядке.
        - Тогда передай мне свою Книгу.
        Припав на колени, чернокнижник протянул Книгу своему господину.
        Скопленной в ней энергии от двух только что принесенных в жертву людей хватило на то, чтобы Князь призвал темные небеса на место, которое указала его ученица. Очень скоро небо над Измором станет таким же беспросветным, как над архипелагом….
        - Армада ждет тебя, - сказал Князь, возвращая Книгу после завершения ритуала. - Веди её на погибель Империи.
        - Горд оказанной мне честью, мастер.
        Чернокнижник скрылся за шторами, отделяющими зал от балкона, и Князь полностью посветил время своей ученице. Узнав подробности о событиях в Долине и о неопознанном демоне, напавшем на лагерь разбойников, он детально изложил планы ее дальнейших действий. И когда энергия в ее Книге уже почти иссякла, и она намеревалась прощаться с Князем, он указал ей на море.
        - Смотри.
        Сначала она увидела лишь простирающуюся за высокими рельефными стенами береговую полосу. И лишь спустя мгновение, разглядела в бескрайнем море движущуюся правильными порядками армаду галер.
        Повинуясь команде новоиспеченного генерала, пропели трубы и тысячи кораблей, все как один развернули наполнившиеся ветром паруса.
        Трубы на кораблях продолжали петь: пусть знают все острова - армия вторжения идет на ненавистного врага!
        При виде такой мощи, её обуяла гордость за свое королевство, однако насладиться моментом ей не пришлось. Краски поблекли и исчерпавшая энергию Книга, вернула ее душу в тело.
        Вновь оказавшись под палящим солнцем Империи, она встала со вздохом и, положив Книгу в чехол, закуталась в плащ и побрела с кладбища прочь. Это кладбище находилось почти в самом сердце города - с одной стороны оно прилегало к городской стене - а с другой, к ратуше Всевышнего и стоящих рядом с ней домов священников. И было бы совсем нехорошо, если бы взглянув в окно, какой-нибудь служка вместо убитой горем вдовы, увидел прогуливающуюся по кладбищу средь бела дня ведьму с Черной книгой в руках.
        Как только она вышла на улицы Измора, склонила голову к земле. Мимо прошли два патрульных стражника, но на женскую фигуру в плаще даже не взглянули: разбойничьи банды орудуют в городе по ночам - тогда для стражей наступает самое горячее время, а пока что можно спать на ходу….
        "Эти глупцы, - думала она с презрением, - считают, что разбойники каким-то образом сумели пройти через ворота. Днем стражники обыскивают дома, желая обнаружить подозрительных лиц, а ночной патруль дрожит от страха боясь, что из темных переулков выскочит десяток душегубов… Они даже не догадываются, что попасть в город можно иначе!"
        Она сама не заметила, как прошла площадь при ратуше, миновала два старинных дома и пересекла широкую улицу. Этот город - бывшая столица Империи был одновременно беден и богат, убог и прекрасен. Здесь лачуги из гнилого дерева соседствовали с особняками украшенными мрамором и лепниной. А под величественными статуями рыцарей и ангелов лежали груды мусора и испускали зловоние помойные лужи.
        Никем незамеченной, она, наконец, достигла искомого переулка, и увидела остов сгоревшего на прошлой неделе дома.
        Однако, вместо того, чтобы проследовать к своей цели, она замерла, сама не зная почему.
        Сначала она расслышала ликующие крики детей, затем оживленный гомон их родителей. Люди выходили из домов, собирались в толпы и, что-то оживленно обсуждая, едва не бежали по направлению к городским воротам.
        Теперь она не могла войти на пепелище дома как намеревалась: тому мешали свидетели, да и ей самой стало любопытно, что там происходит.
        Впрочем, смешавшись с радостно гомонящей толпой, она узнала о причине всеобщей эйфории гораздо раньше, чем добралась до привратовой площади.
        - Легион! Легион вошел в Измор!..
        - Слава Всевышнему!..
        - Его ведет сам Принц-Защитник…
        - Метамаг услышал наши стенания и отправил сюда принца…
        - Теперь этот кошмар закончится…
        - Говорят, в его свите видели архимага…
        - Теперь разбойникам конец…
        - Наконец-то я перестану дрожать под одеялом…
        Все эти ликующие люди не замечали идущую рядом с ними будто тень девушку. Её голова была склонена, капюшон надежно прятал лицо, однако если бы вокруг было немного тише, люди обомлели услышав звуки раздающиеся из-под него. Так могли скрипеть лишь зубы, в челюстях сжимающихся от нечеловеческой ярости.
        - Не может быть, - шептала она едва слышно, - неужели легион отбил Зуб Дракона? Как же так… Могущественный Сантана проиграл?…
        Нежданно повисшая тишина и замершие люди вокруг выдернули ее из помутнения. Она легонько приподняла капюшон и осмотрелась.
        Люди во все глаза таращились на тех, кто, входя в город, шел мимо них по дороге в центр. Если не считать звон кольчуг, топот подошв и скрип телег проходящих мимо, тишина на площади была мертвой.
        Вместо победоносного шествия славного легиона, которое горожане так страстно желали видеть, в город входила на голову разбитая войсковая часть. На ногах держались немногие воины, бледные солдаты, едва не теряющие сознание от потери крови, управляли повозками доверху набитыми умирающими товарищами. Из щелей в днище телег на мостовую падали густые красные капли.
        - Они проиграли?… - прошептала ведьма. - Нет, тогда они не смогли бы сюда прорваться… Легион победил… Но жив ли Сантана? Возможно, что его ранили и ему пришлось отступить…
        Вновь неожиданно отовсюду раздался гул:
        - Это принц! Смотрите сам Принц-Защитник!..
        Она протиснулась между парой воняющих мочой и пивом горожан и разглядела, что кровавую процессию замыкал огромный рыцарь в натертых до блеска доспехах.
        Возбуждение толпы было понятно даже ей. Ведь принц был прекрасен: его волосы были подобно гриве льва, лицо - истинного воителя, а глаза колючи и пронизывающи словно копье. Если бы железо, которое он на себе носил переплавить в мечи, то можно было бы вооружить ими небольшую армию. Она поймала себя на мысли, что вряд ли смогла бы оторвать от земли даже его перчатку, если ему придет блажь снять и бросить её на землю.
        В одной руке он нёс свой шлем, похожий на череп великана, а во второй… держал гораздо меньших размеров голову демона… Неужели это… Сантана?!
        Словно в ответ на этот вопрос, принц в окружении своей свиты, поднял свой трофей над собой.
        - Граждане Империи, смотрите и слушайте! - возвестил он голосом привыкшим повелевать тысячами. - Вот этот демон, что захватил Зуб Дракона! Вот этот демон, что наслал на вас полчища разбойников! И хотя победа обошлась легиону дорого, но я сразил его собственной рукой! Теперь вы в безопасности, ликуйте же!
        И все закричали. Все ликовали так, будто на землю сошел сам Всевышний в окружении своих ангелов. Лишь она одна смотрела на голову в руках улыбающегося принца и не могла произнести ни слова.
        Этого не было в плане Князя!
        Принц со своей свитой был уже совсем рядом, голова в его руках, покачивалась в такт каждому шагу. Синий язык демона вывалился изо рта, и казалось, слизывал пыль с камней мостовой.
        Что-то почуяв, она подняла взгляд и столкнулась с глазами глубокого старика в плаще и шляпе с до смешного большими полями. Однако ей было не до смеха. На неё смотрел правая рука Метамага - один из полдюжины архимагов Империи. С замиранием сердца, она увидела огонек мелькнувший в его глазах - разумеется, архимаг просто не мог не признать в ней ведьму.
        Не медля ни секунды она бросилась назад и всеми силами протискиваясь толпу, принялась бежать, что есть мочи. В этот момент она впервые сожалела о хилом теле, не позволяющим ей сбивать с ног весь тот сброд, что был на пути и бежать быстрее ветра. Она слышала проклятья за спиной, но не знала, была ли за ней погоня, или то кричали ушибленные ею горожане. Она не смела оглядываться, да и с трудом себя помнила. Рассудок полностью вернулся к ней лишь в тот момент, когда она оказалась на знакомом пепелище недавно сгоревшего дома.
        Протоптав дорожку в толстом слое золы, равномерно покрывающей остатки дома, она дернула скрытый в полу люк и, изо-всех сил сдерживая душащий кашель, спустилась вниз - в самое сердце древних коллекторов.
        Здесь в тиши и во мраке она почувствовала себя много лучше - даже если преследователи найдут люк и спустятся за ней - разбойничья братия мигом задаст им трепку…
        Но что-то было не так.
        Дурное предчувствие обрушилось на неё уже через десяток шагов сделанных по скверно пахнущей жиже. Бережно достав Книгу, потратила последние крохи магии на заклятье Ведьминого глаза - позволяющее хозяину видеть во тьме не хуже кошки. Но даже это не вернуло ей надлежащего спокойствия.
        Она наконец сообразила, что её так беспокоило. Если не считать мерного звона падающих капель воды, в этих клоаках было мертвенно тихо. По древним стенам не разносилось эхо от брани и смеха разбойников, не было и шуршания пищащих крыс…
        Она продвигалась осторожно, поминутно озираясь, и чтобы заглушить шаги, стараясь ступать по мху и гнили. И все же она не смогла сдержать вскрик, когда за поворотом очередного тоннеля, увидела рядом с собой оскаленное лицо…
        Впрочем, мертвецы еще никому не вредили. И определив, что этот оскал был на лице мертвого разбойника, она устыдилась своего испуга. В проушине пересекающихся коридоров лежало пять тел. Некоторые были разорваны на части, остальные умерщвлены не менее ужасными способами.
        Кто бы это с ними не сделал, она, лишенная возможности пользоваться Книгой, отнюдь не желала с ним встречаться.
        Продвигаясь по коллекторам еще с четверть часа, она не раз видела внутренности, кровь и оторванные конечности, и лишь сейчас услышала некий шум.
        Ведьма замерла, вслушиваясь в разнесшийся по коридорам протяжный стон. Не смотря на возникший в груди страх, она решила идти на звук. Если это один из выживших, его обязательно надо допросить…
        Вся её армия мертва. Они были ворами, насильниками, убийцами и прочими отбросами - но все они состояли в её армии! Когда начнется штурм города, эта армия должна была ударить в тыл защитникам. А теперь её нет… И чтобы иметь возможность оправдаться перед Князем, надо найти причину случившегося.
        Убедившись, что явной опасности нет, она вошла в просторной зал, носящий следы недавно бушевавшего пожара, и медленными шажками стала продвигаться к пришпиленному к стене человеку…
        Он не был разбойником, тем не менее, она его знала… Это тот самый шпион, которого она схватила в лагере, и обменяла на свою жизнь, оставив на поживу безумному демону.
        Она считала, что никогда его больше не увидит, но вот он перед ней - пришпиленный к стене в самом центре проходящем под Измором катакомб… Только один вопрос: как?
        Сделал очередной шаг, она вскрикнула в голос. Её вопль слился с криком открывшего глаза мертвеца.
        - Убью!!! - ревел он, протягивая к ней руки и елозя на копье.
        Без магии и колдовской защиты, она чувствовала себя обнаженной, и каждую секунду ожидая нападения. Теперь же, увидев восставшего мертвеца, которого от нее отделяла лишь длина торчащего у него в груди древка, нервы сдали.
        Молодая ведьма не то запищала по-девичьи, не то заскулила по-собачьи, но выметнулась из зала за пару мгновений. Она больше не пыталась скрыть свое присутствие, бежала по тоннелям, издавая шум больше мчащегося через бурелом оленя.
        Сама не помня как, ведьма нашла приметный поворот и сквозь дыру в сливной решетке метнулась на поверхность и остановилась лишь только тогда…
        Позади неё была городская стена - впереди простирался лес. Она вздохнула полной грудью, и прижалась головой к холодной кладке.
        - Что это было? - прошептала она. - Кто этот человек? Да и человек ли он?
        Впрочем, она сталкивалась с куда более ужасными вещами и быстро выбросила произошедшее из головы.
        Ей нужно восстановить силы, дабы суметь пользоваться колдовством, и идти в место сбора оставшихся разбойников. Нужно распорядиться остатками армии с умом…
        - Я еще вернусь, Измор, - сказала она, обернувшись к городским стенам. - План Князя лишь немного изменился.

* * *
        Зуб Дракона - крепость, закрывающая единственный вход в Долину, отбил легион. Защищавшие крепость банды Святых, скорее всего мертвы, как впрочем и сам великий Сантана - Первородный - родоначальник одного из домов демонов, сложил свою голову в поединке с принцем. Армия воров, державшая ночной Измор в страхе, была перебита кем-то в коллекторах. Да еще и остатки легиона принца вошли в Измор, намного укрепив обороноспособность города.
        Всё было против неё. Будто сама Судьба не желала исполнения планов Князя.
        Во всей Долине больше не было союзников - не было ни других учеников Князя, не было ни союзных демонов. Она была одна, лишь с жалкой горской оставшегося в живых отребья. Против таких грозных врагов оно было абсолютно бесполезно. Разумеется, бесполезно в качестве боевой силы, но кое для чего еще могло сгодиться…
        Холмы Города мертвых появились перед ней уже через полчаса, и, поднявшись на самый приметный из них, она увидела у подножья почти сотню человек. Кто-то вопил, играя в кости, кто-то пил и голосил в горло, а кто-то просто развалился спать.
        - Даже дозора не выставили, - процедила она сквозь зубы. - Сброд.
        Заметив её приближение, командиры вскочили, забранились, пинками поднимая подчиненных и наводя в толпе подобие порядка.
        - Здесь собрались все? - спросила она у Одноглазого, назначенного старшим над бандами.
        Он был туп и до смерти её боялся - такой человек не смеет перечить, какой бы приказ она не отдала.
        - Да, госпожа. Почти все…
        - Что это значит?
        Главарь, прячущий пустую глазницу за черной повязкой, боязливо отступил:
        - О судьбе нескольких отрядов мне ничего не известно…
        - Не важно. Мои тени скоро найдут их - и для них было бы лучше, если они уже мертвы. Прикажи всем ступать за мной.
        - Слушаюсь, госпожа.
        Будто забыв об их существовании, она направилась к одной лишь ей ведомой цели. Надменно вскинув голову, она топтала каблуками землю ненавистной Империи. Плащ, цвета ночной мглы, гордо тянулся следом - весь её вид говорил, что за её плечами идет целая армия…
        Вот только из-за спины вместо слитного топота подкованных сапог и лязганья лат доносилось сопение, нечленораздельное ворчание да грязные ругательства. Потому что за ней шли лишь убийцы и насильники, воришки и грабители, извращены и еретики - все, кто был выпущен из тюрем на далеких островах архипелага. Там они дожидались своей очереди лечь на жертвенный алтарь, но Князь оказал им честь, дав возможность загладить свою вину, и послужить Королевству. Они были переброшены на земли ненавистной Империи, дабы оказать посильную помощь в грядущей войне. Впрочем, шагающих за ней ждала участь не многим лучшая жертвенного алтаря.
        Во время этого пути, она краем уха слышала оскорбления: нечто похожее на "проклятая ведьма" - но она не обратила на это никакого внимания. Этих дураков и без её гнева осталось слишком мало.
        Будучи еще на корабле сплавляющимся по Айтрину, увидев, что ими командует какая-то пятнадцатилетняя соплячка, разбойники попробовали взбунтоваться. Однако её тени, поубавили их мятежный пыл - поубавили настолько, что даже по прошествии недели, она не боялась показывать им спину…
        За этими мыслями, ведьма сама не заметила, как добралась до цели. Ниша в ближайшем холме, отличавшемся от остальных наиболее крутым склоном, была рукотворна. Её закрывали огромные и древние на вид бронзовые врата.
        Оглядев жавшееся позади отребье, она презрительно скривилась и достала Книгу. Намного проще вызвать теней, чем заставить этих трусов открывать двери.
        Под дружный возглас толпы, она открыла с помощью четырех призванных теней огромные створки и, пресекая вопросы, громко объявила:
        - Легион прорвался в Долину, и идет прямиком сюда! До наступления ночи мы скроемся в этом зале! Он не ведет в Город мертвых, так что заходите смелее, пока нас не окружили!
        Поняв, что зароптавшие люди не собираются входить во тьму за настежь распахнутыми вратами, она объявила громче:
        - Я даю вам минуту - по истечении этого времени мои тени атакуют всех, кто находится на солнце!
        Это подействовало. Гораздо раньше отмеренного времени, снаружи никого не осталось - перепуганное отребье пялилось на неё из тьмы зала.
        - Закройте ворота, - прошептала она, и угольные тени беспрекословно повиновались.
        Какое-то время с той стороны слышались удары металла о бронзу и раздавались проклятия, но спустя четверть часа там кричали уже от боли и ужаса.
        Когда всё затихло, она вновь приказала открыть ворота, а после без страха вступила в зал.
        - Спасибо за угощение, - прошептало из тьмы. - Хотя этого и мало, мы готовы служить Сумеречному Князю.
        Какое-то время ведьма молчала. Страх перед неизведанным всё же стал нашел дорожку к её сердцу, и, превозмогая его, она потянулась за Книгой. Руны заклинаний на листах светились зеленым огнем, она нашла нужное - и прочла его с помощью призраков.
        Когда же она захлопнула Книгу, тьма в зале отступила, проявив очертания мертвого воинства. Впереди бесчисленных рядов кое-как вооруженных скелетов стояла маленькая девочка с красными угольками в глазах - так называемая Королева мертвых.
        - Как только Сумеречный Князь закроет небо Вечной ночью, вы должны атаковать город Измор, - безапелляционно заявила ведьма.
        - Мне ни о чем не говорит это название, - зашелестела девочка в рваном платье.
        - Город находится в прямой видимости - думаю, даже вы, пустоголовые, сумеете его найти. Если вопросов нет, я ухожу - не желаю общаться с нежитью.
        Мертвая девочка никак не отозвалась на её слова. Лишь когда колдунья вышла за ворота, и толкаемые тенями створки стали медленно закрываться, её алые глаза сверкнули особенно ярко.
        Ведьма же улыбнулась: план Князя будет выполнен - Измор обречен.
        Глава 6
        Он ждал прихода смерти.
        Смерть была рядом, и он жаждал заглянуть ей в глаза как можно скорее. Ведь альтернативой была адская боль…
        - Умереть, - шептал он, выдавливая из себя кровавую пену - Хочу умереть…
        Однако что-то в нём противилось этой мысли. Что-то слабое, не такое яркое как боль, но упрямо взывающее к его сознанию.
        Сэт не знал, что это было: воля к жизни, или страх смерти, но это не давало ему сдаться.
        Саймон открыл глаза. Его помутненный рассудок осознал, что пронзившее его копье вонзилось в стену не менее чем на четверть длины - ему ни за что не удастся ни вытащить его из стены, ни переломить древко.
        Он заставил дрожащие руки ухватить торчащее в груди древко, и, заполнив уцелевшее легкое воздухом, подтянулся, одновременно сделав шаг вперед…
        Дикий крик вырвался из его горла, когда нанизанное на копье тело сдвинулось. Крик понесся через коридоры и залы, отразился от всех стен и возвратился в качестве эха. В его ушах зазвенело, он едва удержал сознание от забытья. Если он сейчас не сделает, что задумал - истечет кровью. Это было соблазнительно, но он обещал не сдаваться!
        Древко копья украшал десяток рельефных колец, должно быть они были сделаны для того чтобы копье не выскальзывало из бронированных перчаток, однако сейчас, они не давали соскользнуть и его телу. Миллиметр за миллиметром продвигая тело, он преодолевал отчаянное сопротивление каждого колечка, каждого выступа и заусенца на проклятом древке.
        Чувствуя, что боль от разрываемой плоти вот-вот заставит его свихнуться, он попытался сосредоточиться на другом - на том, что сулило надежду. Надежду избавиться от этой боли в самом скором времени.
        Еще недавно, лёжа в собственной крови, на полу избы, в которую его заманила имперский убийца, он, наконец, отчетливо осознал, что Сандра была права - никакой магии не существует.
        Однако его надежда не была связана с мифическим волшебством. Ни магия должна была исцелить его раны…
        - Я должен… - начал он, совершая очередной рывок на обжигающим внутренности древке.
        Звериный крик боли и отчаяния съел окончание фразы. Его лицо стало мокрым от слез, тело было объято огнем, даже корни волос на голове горели, будто он попал в пламя мифического ада…
        - Должен… - орал он, еще и еще раз подтягиваясь на древке. - Должен …
        Древко не желало отпускать жертву, силы уходили вместе с кровью, а тело молило сознание оставить его. От дикого крика бежали все крысы, он еще долго будет сниться им в кошмарах.
        - Должен добраться до Книги!
        Кровь одновременно брызнула изо рта и груди, с хлюпающим звуком Сэт повалился на пол, который в тоже мгновение стал влажным и липким.
        Боли он уже не чувствовал, только ледяной холод. И это было еще хуже.
        Окоченевшие руки силились вцепиться в каменную плитку пола, чтобы подтянуть безжизненное тело. Лишь метр отделял его от непонятно как оказавшейся здесь Книги, но этот метр был самым длинным в его жизни.
        Но всё же пальцы коснулись шершавого пластикового переплета.
        Титановый диск, впившийся в шею Сэта, ожил, подавая в мозг сигнал о подключении к сети. Зал осветился призрачно-зеленым. У головы Сэта разгорелось зеленое пламя: краем глаз он видел ауру сполохов и искр, разлетающихся над волосами. Он не очень хорошо разбирался в электротехнике, но предположил, что довоенный механизм таким способом выбрасывал излишки энергии, казавшиеся в темноте зеленым огнем.
        Диск на шее Сэта, по сути, представлял собой наружный интерфейс управления высокотехнологическими довоенными системами. Он получил этот диск истекая кровью на полу избы, будучи предательски раненым кинжалом в печень. Сэт считал себя покойником, но голос Безымянного уверил, что еще не все потеряно.
        Сэт помнил, как в той избе, смотрел на шею лежащего рядом с ним трупа, будто это происходило сейчас. В шею мага был вмонтирован титановый диск, пришла мысль, что мертвецу он всё равно больше не нужен. И хотя Сэт знал, что сам по себе этот диск не сможет ему помочь - Безымянный предложил довериться ему.
        Окровавленными руками Сэт откинул воротник овечьего полушубка и взглянул на блестящий диск, крепко вцепившийся в плоть мага.
        - Этот диск, - тихо произнес Сэт, - вот что позволяло тебе колдовать…
        Переведя затуманенный взор на посох в хладной руке мага, Сэт шепнул едва слышно:
        - Но источником твоего могущества был этот посох…
        Сэт приложил большой палец к центру диска и тут же почувствовал укол. Крохотная игла забрала капельку крови Сэта, микрокомпьютер произвел её исследование и дал добро на смену пользователя.
        Диск полыхнул зеленым, вытянул из мертвой плоти контакты, втянул назад лапки. Какое-то время из всех "пор" диска огнем струились зеленые искры, но вот, наконец, он неподвижно замер.
        Сэт поднес его к глазам и прочитал едва различимую выгравированную в корпусе надпись: "Экспериментальный чип - типа "Маг".
        И с другой стороны: "Собственность лаборатории Сколково-2".
        По-прежнему зажимая рану в боку свободной рукой, Сэт приложил диск к нижней части шее.
        Боль пронзила его от пяток до кончиков волос - диск прикрепился снаружи и вонзил бесчисленные манипуляторы во внутрь, ища там нервные узлы и подходящие волокна мышц. За считанные мгновения они вклинились в нервную систему, и напрямую вмешались в церебральные процессы организма.
        Когда вспышка боли сошла, Книга, которую невозможно было открыть, раскрылась будто бы сама собой…
        Вот и сейчас, ползя с зияющей дырой в груди по грязному полу коллектора, Сэт схватил Книгу, как последнюю надежду. Обложка поддалась окоченевшим пальцам без всякого сопротивления и пластиковые страницы зашуршали, автоматически перелистываясь, когда он указал искомый раздел в оглавлении.
        В этот же самый момент, в голове раздался электронный голос, не имеющий ничего общего с голосом того, кто называет себя Безымянным.
        Этот возникший в голове электронный голос женщины дублировал рунические строчки, возникающие и пропадающие на страницах Книги.
        "Инициализация завершена. Запущен процесс диагностирования повреждений пользователя. Процесс завершен. Требуется неотложная медицинская помощь. Рекомендуется инициировать программу "Воскрешение второй стадии" и "Подробно/Инициировать".
        Поскольку пальцы не желали подчиняться, Сэт выбрал нужное меню с помощью мозгового интерфейса.
        "Принято. Инициируемый процесс предположительно займет двадцать семь минут… Внимание! Критическая нехватка энергии. Запаса энергии достаточно на осуществление семидесяти двух процентов от необходимых операций. Отменить программу?"
        "Нет" - выбрал Сэт, из последних сил борясь с подступающим забвением.
        "Принято. Процесс регенерации тканей запущен… Время проведения операции…"
        Последние слова механического голоса тянулись и искажались, будто Сэт погрузился в воду. Он оказался в темной пучине раньше, чем узнал, как долго будет длиться операция по его очередному воскрешению из мертвых…
        Обитый железом люк задребезжал, а потом стал медленно подаваться. Когда он с грохотом упал на камни мостовой, Сэт, несмотря на многочисленные не до конца зажившие раны, вздохнул с облегчением. После смрада и темноты коллектора было приятно увидеть солнце и глотнуть свежего воздуха. Ухватившись за край, подтянулся: вокруг выросли одна и двухэтажные дома - но когда он почти вылез, позади возникли человеческие фигуры.
        Он не успел ничего сообразить, когда его схватили за шиворот и сильно дернули, нещадно бросив наземь.
        Попытка подняться обернулась побоями - подкованные железом сапоги обрушились казалось со всех сторон. Он подумал, что к боли уже привык, и после пережитого в коллекторах избиения даже не заметит, но когда, наконец, его подняли на ноги, они дико тряслись, а перед глазами все поплыло.
        - Так, так, так, - удовлетворенно произнесли рядом. - Значит, наверх выползла очередная крыса?
        Зрение сфокусировалось, на двух людях в добротных кольчугах, поверх которых был наброшен синий плащ с гербом на груди, в виде изображения красного дракона. Их полушлемы без забрала и стрелок защищали шею длиной кольчужной сеткой ниспадающей на плечи. На поясах висели мечи, а небольшие прямоугольные щиты были целиком сделаны из железа.
        Старший среди них тем временем вынул меч и приставил лезвие к его лицу:
        - Прежде чем ты умрешь, я отрежу тебе нос - и это будет мягким наказанием за твои грехи… Держите его крепче.
        Сэт только теперь заметил, что его держали под руки еще двое в таких же кольчугах. Кто они? Стражники? Но те, которых он видел раньше у ворот, были совершенно другими…
        Встряхнув головой, сбросил с себя оцепенение после побоев и твердо произнес:
        - К разбойникам я не имею никакого отношения - я дворянин.
        - Хочешь сказать, ты благородный? - не поверил воин, но меч приопустил. - А ты свое отражение видел?
        - А ты спустись в эти чертовы коллекторы, и тогда я на тебя посмотрю…
        - Думаю, ты пудришь мне голову, но пусть с этим разбирается капитан… Парни, ведите его к ратуше.
        Так и не выпустив Сэта из объятий, двое воинов мгновенно развернулись и быстро понесли его через какой-то проулок на многолюдную площадь. Сэту хотелось рассмотреть жителей и других воинов в избытке здесь толпившихся, но едва успевал переставлять ноги - сказывалось недавние избиение.
        Наконец путь им заступил какой-то человек, говоривший что-то властным голосом, и Сэта бросили перед ним на колени.
        С трудом подняв голову на непослушной шее, увидел перед собой рыцаря, возвышающегося как дуб в окружении карликовых сосен. Все эти воины в одинаковой амуниции действительно казались тощими карликами в сравнении с этой башней из железных плит и стальных мышц. Доспехи на нем были железные, и в отличие от баронессы Шеренгвард, пронзившей Сэта копьем в коллекторах, доспехи этого были раза в полтора больше и блестели не хуже зеркала. Шлема на нем не было, и гротескные черты лица были выставлены всем на обозрение. Густые волосы с проседью смотрелись странно: ведь ему вряд ли было больше тридцати.
        - Ты говоришь, что дворянин? - забасил гигант, закончив слушать сбивчивый доклад сержанта. - Назовись.
        Саймон оглядел его свиту, состоящую из воинов, нескольких рыцарей в полных латах, и какого-то белобородого старика со странной шляпой на голове - если судить по посоху в руках - он был магом.
        - Я лорд Саймон Сэт.
        - И из какого же ты рода, Саймон Сэт?
        - Этого я не помню - я потерял память в результате удара по голове…
        - Повесьте этого шута, - сказал он и повернулся к своей свите.
        Сэта вновь подхватили под руки и куда-то быстро понесли.
        - Стойте, - кричал он. - Я не лгу! Я спустился в клоаку под городом, чтобы помочь барону Шеренгварду отбить своего оруженосца у разбойников!
        С каждой секундой его волокли все быстрее. Сэт выворачивал шею, чтобы видеть рыцаря, но каждое новое мгновение все дальше отдаляло его от единственной надежды на спасение.
        Тем не менее, он увидел, что последние его слова не остались незамеченными: рыцарь повернул к нему голову и свел брови к переносице…
        Сердце забилось чаще, Сэт крикнул громче:
        - Это правда, клянусь честью!
        Рыцарь вновь потерял к нему интерес, и едва слышно прогрохотал, по-видимому, отвечая на вопрос мага из свиты:
        - Барон Шеренгвард определенно погиб у Зуба Дракона…
        Саймон пробовал сопротивляться, что-то орать, но один из солдат заехал ему в челюсть кулаком в кольчужной рукавице:
        - Закрой свой поганый рот!
        Грязный переулок, сквозь который его тащили, вывел на крохотную площадь перед невзрачной ратушей с круглыми стенами. Здесь громоздился ряд висельниц, на которых раскачивался неполный десяток человек. И его, невзирая на сопротивление, уже тянули к свободной…
        Один из воинов связал ему руки за спиной и накинул петлю на шею, другой проверил надежность реи эшафота, и произнес безразлично:
        - Постарайся хоть умереть достойно, клятый душегуб.
        - Это вы здесь душегубы… - начал он эмоциональную речь, но прервался, получив удар под дых.
        Ловкие пальцы принялись обыскивать его карманы и извлекать нажитое имущество. Первым делом избавили от кошелька, сказав при этом, что раскачивающемуся на висельнице деньги нужны, как пояс верности шлюхе. Заминка вышла, когда очередь дошла до Книги за пазухой и ножа в голенище.
        - Это… Что же это?..
        - Колдовская Книга…
        - Плевать на книгу, смотри сюда. Это же нож из Кузницы ангелов!
        - Не может быть!
        - Я конечно не старьевщик, но что же это тогда? Смотри, лезвие блестит и отражает словно зеркало… Эй, душегуб, у кого ты это украл?
        - Да пошли вы, уроды!
        - Ладно, кончаем с ним, - сказал воин, доставая меч.
        Как только он перерубит веревку, под Сэтом рухнет деревянный настил, петля стянет шею, и он засучит ногами, изо-всех сил пытаясь сделать глоток воздуха. Кровь перестанет поступать к голове, шейные позвонки вытянутся, а потом и сломаются. Его лицо станет черным, а опухший язык вывалится как у всех этих висящих рядом бедолаг - но слава Богу, он этого уже не увидит.
        Лезвие железного клинка гипнотически блеснуло…
        - Стойте!
        Сэт перевел дух, радуясь дополнительным мгновениям жизни. На площади перед убогой ратушей объявилась какая-то женщина, которая, кажется, намеревалась помешать его казни.
        - Остановитесь, я сказала! Этот человек спас мне жизнь, и я намерена отплатить ему тем же.
        С холодной ясностью Сэт осознал, что знает эту женщину, видел её темно-синий плащ, платок-маску на лице, заколку в виде розы на груди и, конечно же, эти кинжалы в ножнах на поясе. Она - та самая "убийца на службе Империи", та кто отплатила ему за добро, ударом кинжала…
        Её лицо по-прежнему было скрыто за черным платком, но карие глаза смотрели на Сэта без удивления, но с твердой решимостью. Что она намеревается делать?!..
        - Простите, госпожа охранительница, - возразил один из воинов, - но нам повелели его повесить - вы не можете отменить этот приказ.
        - Это еще почему?!
        - Дело в том, что этот приказ был отдан самим принцем Лайнезем.
        Она пожала плечами и сняла с лица платок:
        - А я принцесса Кайра, приказываю вам его отпустить.
        Солдаты в первое мгновение хлопали глазами, потом потрясено склонили колени.
        Она была молода. Не старше Сандры. Её лицо было красиво, имело форму сердечка и кожу гладкую, без малейшего изъяна.
        - У меня нет времени на церемонии, развяжите его.
        - Да, Ваше Высочество.
        Уже через несколько секунд Сэт стоял перед ней развязанный, и с возвращенными немногочисленными пожитками - особенно неохотно солдаты расстались с его боевым ножом.
        Ожидая, когда она заговорит, он переминался с ноги на ногу: дело было вовсе не в том, что он нервничал, но, во-первых, он устал удивляться и задавать бессмысленные вопросы, а во-вторых, побои солдат скорее всего открыли так и незатянувшуюся полностью рану в груди, и ровно стоять было трудно.
        - Недавно я убила тебя, - произнесла она, не изменившись в лице, - теперь же спасла. Думаю, мы в расчете.
        - Я благодарю вас… Ваше Высочество, - сказал Сэт после продолжительной паузы.
        - Немногие в Империи имеют право не приклоняться в присутствие особы императорской крови, - сказала она, вновь надевая на лицо маску-платок. - Но я знаю кто ты на самом деле, колдун. Нам о многом надо поговорить, но не здесь и не сейчас…
        Сэт не проронил ни слова. Он не знал, что на это ответить.
        - Скажи где я смогу тебя найти, колдун? - неожиданно бросила она.
        - Я… я собираюсь передохнуть в какой-нибудь гостинице.
        - Насколько я знаю, все трактиры, да и дома горожан забиты под завязку - слишком большой наплыв беженцев с окрестных ферм, к тому же здесь расквартировался легион… - говоря это, она покосилась на солдат, стоящих на коленях и, казалось, боявшихся дышать, - точнее того, что от него осталось… Советую остановиться в Королевском трактире - людей там немного - он не всякому по карману.
        Сэт потрогал кошель и мысленно прикинул количество трофейных денег.
        - И ещё, - добавила она, - не на миг не расставайся с Книгой.
        Когда Сэт поднял глаза, принцессы-убийцы уже не было.
        Повернувшись к не менее ошалевшим солдатам, Сэт спросил:
        - Это правда? Все трактиры действительно забиты?
        Они синхронно кивнули, один из них поклонился и произнес:
        - Да… господин. Даже некоторым офицерам легиона, пришлось ставить палатки на Базарной площади.
        - И где находится этот Королевский трактир?
        - Через две улицы, прямо за ратушей…
        - Ясно, - сказал он, не сразу понимая, чего они ждут: - Можете идти.
        Они повеселели, поклонились:
        - Спасибо, господин!
        Какое-то время Сэт смотрел им вслед, а потом зашагал куда сказано. Он намеревался дойти до постели в трактире ни на что не отвлекаясь, однако, на следующей улице ему перегородила дорогу лавка оружейника. Или скорее, лавка кузнеца - поскольку продавец стучал по наковальне, практически не отходя от прилавка.
        И тут он вспомнил, что, не считая ножа, был безоружен. Когда очнулся после исцеления на полу коллектора, о трофейном оружии даже не подумал - все мысли в тот момент были направлены на поиск выхода из той клоаки.
        - Ступай куда шел, бродяга, - бросил кузнец, заметивший его интерес. - У тебя не хватит денег: я торгую только железом, а бронзы у меня нет.
        Взглядом Сэт выбрал короткий клинок:
        - И сколько он стоит?
        - Двадцать серебра, - ответил он с неким превосходством в голосе.
        Саймон оглядел кузнеца с ног до головы и не нашел в нем ничего необычного. Почти два метра ростом, довольно крупный, одетый в грубые холщовые тряпки и с черным от грязи фартуком.
        - Если дашь к нему ножны - куплю его за твою цену.
        Он крепко задумался. На его взгляд Сэт не походил на покупателя, но чем черт не шутит… В конце концов он кивнул:
        - Тебе повезло, у меня такой завалялся.
        Открыв мешочек с деньгами, Сэт безмолвно отсчитал причитающееся, взял протянутый меч в ножнах и спросил:
        - А ты покупаешь железное барахло?
        - Что за барахло?
        - Некачественное оружие, ржавые кольчуги, щиты и прочее.
        Он хмыкнул:
        - Хм, решил потягаться с разбойниками? А силенок-то хватит? Впрочем, по бросовой цене, пожалуй, куплю.
        - Так значит "да"?
        Он оскалился:
        - Да.
        Сэт кивнул и поплелся дальше. Конечно, крепкий щит ему тоже был необходим, но нужно было еще оплачивать гостиницу. Щит и какой-нибудь доспех можно купить чуть попозже, когда он наведается назад в коллекторы и оберет там трупы разбойников. Еще неплохо было бы разжиться магическим посохом - гораздо более смертоносным оружием в умелых руках.
        По его подсчетам выходило, что если продать всё оружие, щиты и кольчуги, валяющиеся в коллекторах после того, как там похозяйничал демон, а так же срезать с трупов кошельки, выйдет неплохой куш, который наверняка хватит и на "магические" вещи.
        Этот мир полон тайн и загадок. Когда он в нем освоится - станет гораздо легче жить.
        Проходя между домами с наглухо запертыми ставнями, и редкими прохожими, он стал постепенно понимать, почему его иногда принимали за благородного. В городе жили сутулые, кряжистые люди, буквально у всех желтые или вовсе гнилые зубы, землянистого цвета лица и носы картошкой. Про замасленные волосы и по году нестриженные ногти можно и вовсе умолчать.
        Наконец Сэт нашел "Королевский трактир", вписанный в ряд трехэтажных каменных домов, и без раздумий зашел внутрь. Ему стоило большого труда убедить скептически настроенного на его счет хозяина позволить снять комнату "в месте, где обитают лишь благородные господа". Но деньги сделали свое дело, и, в конце концов, он получил жалкую коморку, вероятно предназначенную для господских слуг.
        Перед тем как припасть на соломенную подушку, он попросил хозяина послать слугу для покупки нормальной одежды, в место его, мягко говоря, испорченной. Слуга наверняка надует с ценой и подберет не тот размер, но все же идти на поиски лавки портного в таком виде Сэт тоже не хотел - скорее всего, взвинтят цену гораздо большую.
        Тем временем, в кошельке оставалось два серебра и небольшая горсть меди - должно хватить на пару дней.
        Проспал он, наверно, пару часов, а проснувшись из-за голода, умылся и надел заботливо сложенную на столе новую одежду. Наверно было ошибкой ложиться спать на голодный желудок - но в тот момент усталость была сильней.
        Спускаться вниз совсем без оружия Сэт не рискнул, поэтому нацепил на пояс недавно приобретенный меч и засунул в голенище сапога нож. Хотя зеркала нигде не было, на его взгляд, суконная рубаха и холщовые штаны смотрелись на нем вполне пристойно.
        Как бы там ни было, спустившись в полупустой зал и сев за свободный стол, заказал мяса и вина, и впал в какую-то прострацию, так, что едва заметил, как принесли заказ. Набросившись на еду и вино, вдруг обратил внимание на повисшую мертвую тишину. Оглядевшись, Сэт обнаружил две вещи: во-первых, все немногочисленные посетители таверны были солдатами и рыцарями, во-вторых, все прекратили заниматься своим делами и смотрели только на него.
        Воины в кольчугах, со знаками двух красных драконов на груди, кажется, были высокого ранга, по крайней мере, они беззастенчиво сидели за одними столами с рыцарями, которые даже за обедом не думали расставаться со своими громоздкими доспехами.
        На этот раз Сэт не стал поражаться людям, которые были в силах носить на себе такой вес - он начал догадываться о причине этой нечеловеческой мощи. Правда, из-за этого знания некоторая толика восхищения никуда не делась: рыцари действительно, на фоне остальных воинов, смотрелись габаритными боевыми машинами.
        Сэт перехватил взгляд одного из наиболее пристально смотрящих на него рыцарей и помертвел: это был тот самый "принц", отдавший приказ его повесить.
        - Ты жив?! - пробасил он. - Кто отменил мой приказ? Я жду объяснений!
        Не став ждать, пока Сэт сподобится дать объяснения, гигантский рыцарь подал знак своим воинам. Два ближайших солдата выдернули не успевшего ничего сообразить Сэта со стула, и практически бросили его на стол к принцу.
        Кроме прожигающих глаз наследника империи, Сэт поймал на себе полный спокойной мудрости взгляд пожилого мага в идиотской шляпе.
        Это обстоятельство стало последним гвоздем в крышку гроба рассудительности Сэта. Проклятый маг был благодушен и безмятежен, тогда как он был прижат мордой к неошкуренным доскам стола. Да сколько уже можно?!
        Извернувшись самым невообразимым образом, Сэт высвободил руку из тисков замешкавшегося солдата, и, вырвав посох из рук опешившего мага, изо всех сил оттолкнулся ногой о край стола. Оба попытавшихся его удержать солдата разлетелись в стороны, а оказавшийся в двух метрах от стола принца Сэт, вытащил из ножен клинок и поднял посох в оборонительной манере.
        - Не подходить! - велел он, осматривая замерший зал, как поле скорой битвы. - Всем оставаться на своих местах!
        Принц молчал еще несколько секунд, затем мертвая тишина зала взорвалась его громовым смехом:
        - А ты забавный, - отсмеявшись, сообщил он. - Что ты собираешься делать с этой деревяшкой?… Взять его!
        На Сэта одновременно бросились несколько солдат, особенно рьяно старались те двое, что не смогли его удержать. Впрочем, загладить свой промах им было не суждено…
        Разумеется, тех нескольких секунд пока все в зале пребывали в прострации от наглости Сэта, ему хватило для того, чтобы разобраться в управлении трофейным посохом.
        Титановая стигма на шее ожила, выбросив в окружающее пространство раскаленные частицы, активировала боевой интерфейс. Будто в дурацком фильме, транслирующем картинку от лица боевого робота, перед глазами Сэта возникла прозрачная пленка с движущимися маркерами, кружочками, крестами и треугольниками, а так же колонками цифр, показывающими расстояние до целей, векторы и скорость их движения. Само собой, были указаны оптимальные точки приложения сил, а также необходимая мощность воздействия, требуемая для того, чтобы их остановить, оглушить или уничтожить.
        Для интерфейса целями служили все бросившиеся на Сэта солдаты - впрочем, в данный момент Сэт был этому рад.
        В отличие от предыдущего посоха, выплевывающего из набалдашника сгустки плазмы, это оружие обладало кардинально иным принципом действия - оно генерировало волны определённой частоты, а затем оперировало ими, при необходимости разбивая на множество силовых полей, если по-простому, по-местному - в этот магический посох создателем была вложена ужасная сила телекинеза…
        Сэт даже не стал им взмахивать для пущего эффекта: и без того все подбегавшие к нему солдаты разлетелись от него как кегли. Но они еще не успели толком опрокинуться, как массивный стол, понукаемый легким толчком бронированной перчатки, отлетел в сторону. Вскочивший с места принц, судя по виду, был готов раздавить Сэта всей массой исполинских доспехов…
        - Назад, - еще раз крикнул Сэт, и направил набалдашник в центр бронированной груди.
        Принц будто с размаху налетел на невидимую стену. Какое-то мгновение он стоял, замерев, будто балансируя на краю обрыва, затем неведомая сила одержала победу, отодвигая его назад.
        Рыцарь упирался, раздался сухой треск, когда закованные в железо ступни стали ломать напольное покрытие. Но затем ему на помощь двинулись другие рыцари и давление Сэта ослабло.
        - Отступись, или я снесу тебе голову! - закричал Сэт, в отчаянной попытке не допустить кровопролития.
        Холодное лезвие кинжала коснулось его горла. Тонкая рука легла на его плечо.
        - Если кому и надо остановиться, так это тебе, Саймон Сэт, - резюмировал женский голос у уха. - Опусти посох.
        Сэт повиновался и отключил генерацию поля. Получивший полную свободу взбешенный принц против ожиданий не убил его на месте. Выдернув посох из его руки, он бросил его не глядя пожилому магу, так и не вернувшему себе дар речи, а потом прорычал в лицо Сэта:
        - Прежде чем ты заплатишь за содеянное, я хочу услышать от тебя слова оправдания!
        Кинжал исчез, но Сэт не успел проронить ни слова. Фигура в синем плаще ответила вместо него:
        - Не горячись, брат. Он жив потому, что я отменила твой приказ.
        Сэт с облегчением выдохнул - наконец-то он понял, кто был этим объявившимся из ниоткуда человеком.
        - Кайра?.. - удивился принц, рефлекторно приглаживая свою шевелюру с проседью. - Что ты здесь делаешь? Как твоя миссия?
        - Вполне успешна - я исполнила повеление Метамага и убила того человека….
        - Это радует. Я понимаю, что у тебя на душе скребут кошки, но ты всё сделала правильно.
        Договорив эту странную фразу, он вновь вспомнил о Сэте:
        - Так почему ты защитила этого человека? Ты его знаешь?
        - Да. Я сражалась с ним плечом к плечу, и может быть обязана ему жизнью.
        - Но теперь, когда ты спасла его висельницы, вы в расчете…
        - Знаю, брат.
        - …Раз так, больше его не защищай. Ты… как говоришь тебя зовут? - вновь повысил голос принц. - Саймон Сэт? Кто ты такой, Саймон Сэт, и почему умеешь обращаться с посохом архимага?
        - Потому что он великий колдун, - вновь взяла слово принцесса. - К сожалению, он мало что помнит из-за удара по голове.
        - Что совсем ничего? - не поверил рыцарь.
        Сэт отрицательно помотал головой.
        - Подожди, ты ведь что-то говорил про барона Шеренгварда. Может ты из его дружины? Ты дрался на Зубе Дракона с Сантаной и повредился умом?
        Сэт пожал плечом.
        - Я помню лишь, что встретил барона у городской стены. Мы с ним спустились в клоаки чтобы…
        - И как же он выглядел?
        - Кто?
        - Барон Шеренгвард, кто же еще, дубина! - начал злиться принц.
        Поняв, что принц решил уличить его во лжи, Сэт на мгновенье задумался:
        - Ну, на нем с полтонны бронзовых доспехов, сотня полуметровых шипов, громадный щит… А еще он - женщина.
        - Что?!
        Сэт прикусил язык, но сказанного не воротишь. Он расслабился после горячки боя настолько, что перестал следить за словами. Но он знал, что еще опаснее было давать в такой ситуации "задний ход":
        - Эта стерва, выдававшая себя за доблестного мужа едва меня не убила, когда я узнал её тайну.
        Отовсюду послышался ропот. На лицо принца стало страшно смотреть. Гротескные черты поплыли - в глазах блестели искры. Кажется, он решил, что над ним издеваются.
        Кулак в латной перчатке сжался и мелко задрожал, словно принц сдерживался от того, чтобы не пустить его в ход.
        - Да как ты смеешь бросать тень на доброе имя… - начал он, и осекся, глядя на входную дверь за спиной Сэта. - Барон… барон Шеренгвард?
        Саймон замедленно обернулся и обнаружил вошедшего рыцаря в бронзовых доспехах сплошь усеянных шипами. Тонкость и грация рыцаря в сравнении с другими здесь находящимися бросалась в глаза. Если те были тяжелыми танками, непонятно как не проваливающимися сквозь пол в погреб, то этот - скорее маневренный боевой дроид.
        - Мой принц, - раздалось из-под шлема, - не думал что встречу вас здесь…
        - Признаться, - прогудел он, - я тоже не чаял тебя встретить… Хоть мне и сказали что ты не погиб обороняя Зуб Дракона. Кстати, наш разговор шел о тебе…
        - Правда, сир?
        - Да. Этот человек утверждает, что ты женщина… Как ты с ним поступишь?
        Шлем рыцаря вперился в Сэта. Бронированная рука уже потянулась к висевшему на боку кинжалу с узким лезвием, но замерла на половине пути. Сэт буквально кожей почувствовал в глазах рыцаря изумление плавно переходящее в испепеляющую ненависть.
        Похоже, что принц тоже что-то понял, или же дело было в старике с дурацкой шляпой, который пришел в себя настолько, что смог что-то шепнуть своему господину.
        - А ведь ты и вправду… подозрительно стройный, да и лица твоего никто не видел… - вдруг сказал принц. - Вот что, сними-ка шлем и покажись.
        - Сир, но мои ожоги…
        - Среди нас нет дам!.. - Он покосился на сестру. - По крайней мере, нервы тут у всех крепкие. Снимай, я сказал.
        - Сир, ваш приказ нанесет урон моему достоинству…
        - Именем императора, покажи лицо!
        В этот момент все в зале почувствовали, что рыцаря словно опустили в воду. Он стоял не шелохнувшись, чуть склонив голову…
        - Ты что, - взревел принц, - игнорируешь мой приказ?!
        - Нет, Ваше Высочество…
        С этими словами бронзовый рыцарь снял шлем и подставил под изумленные взоры свое печальное и на редкость красивое лицо… Черные волосы коротко острижены, глаза полны отчаяния, что впрочем, добавляло им еще больше притягательности.
        - Ты… ты… - задыхался принц. - Да как ты посмел?!.. Посмела!!
        - Я прошу прощени…
        - Заткнись! Нет тебе прощения!
        Он резко вскочил. Длинный стол стоящий рядом, полный утвари и блюд с пищей отлетел и перевернулся, когда взбешенный рыцарь задел его краешком доспеха - но никто не обратил на это внимания.
        Рыцарь с горящими глазами, громыхая, приблизился к замершей женщине, и величественно произнес:
        - Я, как гранд-мастер гильдии Защитников, за совершенное тобою грязное преступление, изгоняю тебя из ордена Имперских рыцарей и отбираю стигму силы.
        С этими словами он снял перчатку и вскинул ладонь на лоб в ужасе отшатнувшейся женщины. Её глаза налились синевой и засветились, и она пронзительно закричала, когда принц отдёрнул ладонь от ее лба. После этого, он наклонил её голову и оторвал от её шеи металлический диск…
        Женщина-рыцарь упала с грохотом, подобным которому Сэту слышать не доводилось. Он смотрел во все глаза и не мог поверить, что это происходит на самом деле: он не понимал, откуда взялось это сияние и как смог принц деактивировать стигму, одним возложением руки на её лоб.
        Тем временем упавшая на пол женщина отчаянно пыталась подняться, но похоже не могла даже пошевелиться в этих громоздких доспехах.
        - Кроме того, - продолжил он, - я как твой принц, не прощаю вероломный обман - и лишаю тебя и весь твой род титулов и имений. Да будет так.
        Он отвернулся от распростертой на полу женщины и поманил одного из воинов в кольчуге:
        - Капитан Астарий, подойди. Склони колени…
        Принц распростер руку над склоненной головой капитана и произнес:
        - За твои заслуги перед Империей, я посвящаю тебя в Защитники, и дарую звание рыцаря и титул барона. Отныне, баронство Шеренгвард стало твоей вотчиной.
        Он прикоснулся рукой ко лбу шокированного человека, а затем приложил стигму к шее нового рыцаря.
        - Встань, новый барон Шеренгвард, - возвестил он, после того, как воин в кольчуге немного оклемался от шока, - негоже рыцарю стоять на коленях.
        Он вновь обратил внимание на распростертую у ног женщину:
        - А ты женщина, снимай доспехи, теперь у тебя нет сил, чтобы их носить.
        Она вновь попыталась подняться, встать хотя бы на колени, но вес бронзовых плит, а в особенности полуметровых наплечников просто прижимал её к земле.
        - Солдаты! - окликнул принц ошеломленных от происходящих событий воинов легиона. - Разденьте её.
        В тот же момент к беззвучно плачущей женщине подбежал пяток солдат, и принялся снимать ремни доспехов …
        - Как же так… - прошептал Сэт, ни к кому конкретно не обращаясь.
        Ему и не ответили, только принцесса в черном платке на секунду повернула лицо в его сторону.
        Тем временем солдаты чудовищными усилиями смогли стащить доспехи с бесславно поднявшейся женщины, но её унижение только началось.
        - Я вижу на тебе стеганую куртку и кожаные бриджи, - сказал принц. - Ты получила эту броню обманом - раздевайся, или тебя разденут солдаты.
        Не проронив ни слова, высоко вскинувшая подбородок стройная, хрупкая на вид женщина стала быстро снимать одежду. Клокочущую в ней бурю чувств выдавали только катившиеся по подбородку слезы.
        Когда она осталась в белье, которое и бельем не назовешь, и стыдливо прикрыла рукой груди, принц хмыкнул:
        - Теперь иди. Ступай с глаз моих.
        - Мой принц, могу ли я просить…
        - Нет!
        - Я хочу похоронить своего оруженосца…
        - Ну так хорони, мне-то какое дело?
        - У меня не осталось денег, чтобы купить склеп на городской усыпальнице…
        Теперь ее голос был нежным, вполне женским, хоть и с хрипотцой. Должно быть, он тронул рыцаря, поскольку тот заколебался, посмотрел на мешочек с деньгами в руке одного из солдат снявших с неё доспехи…
        Тем не менее, сказал он другое:
        - Тогда похорони его на кладбище за городом, как чернь, или брось в канаву как собаку!
        - Молю вас…
        - Твои стенания мне надоели, женщина. Пошла прочь из города, пока я не приказал солдатам раздеть тебя донага и выпроводить плетьми.
        - Сделайте это, только похороните его, как подобаем благородному человеку…
        Рыцарь побелел от бешенства, ладони сжались в кулаки…
        - Я позабочусь о нем! - сорвалось с языка Сэта. - И похороню его достойно.
        Она перевела на Сэта затуманенный взгляд и поклонилась, не отводя руки от грудей:
        - Благодарю, сир Саймон Сэт. Тело моего оруженосца лежит в телеге на дворе.
        Она вышла молча, почти нагая, но с достоинством истинного воина. А Сэт сцепил зубы и сжал кулаки. Он не чувствовал себя отмщенным.
        Глава 7
        - Саймон Сэт, Саймон Сэт, Саймон Сэт, - без устали твердила она, сидя в кресле второго пилота.
        Впрочем, первый пилот, он же единственный управляющий спасательным катером, нисколько не обращал внимания на странное поведение Сандры.
        Он был полностью очарован ею, поглощен до потери собственной личности. Каждое её слово было музыкой, каждый изгиб бровей - видением, захватывающим дух. Само её существование было феерией - какая-то его часть неустанно благодарила судьбу, за возможность быть с ней рядом, любоваться ею и выполнять её пожелания.
        - Следи за штурвалом! - рыкнула она, когда заметила на себе пожирающий взгляд. - Не хватало нам тут разбиться.
        - Простите, госпожа, - отозвался пилот.
        Сандра не простила. Она вообще разучила значение этого слова. Девушка с трудом подавила желание вырвать из его груди сердце и съесть его еще бьющееся и сочащееся кровью…
        Остановило лишь осознание, что пилот из неё был никудышный - при данных обстоятельствах это имело существенное значение.
        Левиафан был почти восстановлен и готов преодолеть обратный путь в Город; полностью очарованные ею остатки команды нетерпеливо ожидали её возращения. А она сама, взяв катер и пилота, отправилась на поиски Саймон Сэта.
        - Я же обещала, что верну тебя, Саймон Сэт, - произнесла она в пустоту безоблачного неба рассекаемого носом катера. - И я это сделаю…
        На несколько мгновений её посетила мысль о том, для чего она это делает. Ведь она уже не являлась агентом СБГ и возвращение Саймон Сэта не убережет её от пуль солдат, которые откроют по ней огонь, как только увидят.
        Да и не интересовало её более выполнение поставленной задачи: ей не нужна была Кузница ангелов, ключом от которой был Саймон Сэт - но тогда для чего же она мчится на его поиски?… Ею движет месть? Но тогда почему она не убила его, когда он был в её руках?
        В груди стало нарастать непонятное, но режущее чувство, и она поспешно прогнала эти мысли. Их сменили образы из прошлого, воспоминания о тех близких и далеких временах, когда она служила ему… Гордому, сияющему, сильному, восхитительному Саймон Сэту.
        После того, как она убила отца ради Саймон Сэта, Он сказал, что хочет покинуть Город и уверил, что план Правительства будет ему на руку. На этом они расстались - у девушки, стоявшей над распростертым телом отца, едва не остановилось сердце, когда она увидела, как Он покидает кабинет. Ей оставалось только утешиться мыслью, что она увидит его завтра утром, когда он зайдет в Управление, чтобы получить мнимый билет на Левиафан.
        Спустившись на этаж вниз, она подключилась к серверам безопасности и стерла все записи с камер наблюдения, представив это сбоем программного обеспечения. Затем она вновь вошла в кабинет Начальника отдела особых проектов и, крякнув от натуги, взвалила на себя труп отца. Пошатываясь и едва не прогибаясь под его весом, девушка смогла добраться до гаража и, разблокировав служебную машину, положила труп в багажник.
        Исполнение второго этапа нехитрого плана затянулось на остаток ночи. Все это время она летала от одного крематория к другому и только под утро нашла такой, где практически исключалась вероятность контроля СБГ за несанкционированным сжиганием тел. В нем сжигали отбросы общества, тела бомжей, пропитанным ядовитым туманом до последней стадии - не удивительно, что взятка данная Сандрой сотруднику крематория была чисто символической.
        Когда она вернулась в Управление, время приближалось к полудню, но предвкушая встречу с Ним, не чувствовала усталости. Правда, её появление коллеги восприняли неоднозначно.
        - Что случилось? - спросила она ближайшего.
        - Черт знает, Серж тут всех на уши поставил - кричал, что тебя не то убили, не то взяли в заложники. Вызвали по этому поводу штурм-группу и схватили какого-то бедолагу - он сейчас потеет в допросной… Так что произошло, почему ты без браслета?..
        Сандра не слушала, она уже мчалась в допросную. Неужели там тот, о ком она подумала?
        В допросную ей не дал ворваться Серж - заместитель Начальника отдела особых проектов - доверенное лицо её отца.
        - Сандра, ты жива? - опешил он. - Почему не отвечала все утро? Где твой браслет?
        - Я была на задании, - скрывая нервное возбуждение, твердо произнесла она. - Браслет пришлось оставила дома.
        - Твою же… А где твой отец?
        - Не знаю, я не заезжала домой.
        - Очень странно, мне он ничего не говорил и то же не отвечает, - свел брови он. - В общем, я подумал, что это связано с последним заданием и предпринял контрмеры…
        - Он там?! - не то порычала, не то воскликнула Сандра, указывая на допросную комнату.
        - Да… Стой не врывайся туда. Положение можно исправить.
        Серж подвел браслет к лицу и нажал пару кнопок.
        - Агент, - сказал он после этого. - Выйдите на минуту в коридор… Сандра вернулась… Выйдите для получения инструкций.
        Агент Никитенко не заставил себя ждать:
        - Рад что с тобой все в порядке, Сандра, - сказал он и повернулся к Сержу.
        - Агент, прервите допрос подозреваемого. Убедите его, что это была беседа в профилактических целях, поскольку он направляется на территорию возможно враждебного города-государства Китай. Вот, передайте этот конверт… в нем "билет" на Левиафан. Все поняли?
        - Так точно.
        - Выполняйте.
        - Есть.
        Агент скрылся за дверью, а через минуту оттуда вышел он… ослепительный, хотя по-прежнему скрывающий свой истинный облик, Саймон Сэт. Он бросил на неё ничего не выражающий взгляд и в ответ она едва заметно улыбнулась. В этот момент её душа взлетела до небес - никогда прежде она не была так счастлива…
        - Саймон Сэт, Саймон Сэт, Саймон Сэт, - твердила она, сама того не замечая. - Почему ты меня бросил?… Почему?…
        Её мысли вновь вернулись в прошлое в тот самый день, когда она была так счастлива, еще не зная, что для неё он завершится катастрофой.
        - Грандиозный корабль, - сказал Он, смотря на блестевший корпус исполинского Левиафана. - Я не думал, что наш Город все еще способен строить таких красавцев…
        Корабль был и вправду впечатляющ - вся взлетная полоса древнего аэропорта "Пулково", служила для него площадкой. Цвет глянцевого серебра подчеркивал его гладкие, стремительные формы. Два ряда крохотных на общем фоне иллюминаторов протянулись по бокам, крылья отсутствовали напрочь, а хвост представлял собой платформу для тысяч дюз, каждая из которых могла служить двигателем летающего авто.
        Но на самом деле её не очень интересовал корабль - хотя она видела его впервые, намного более впечатляющим был тот, с кем она поднималась по трапу. Вокруг сновал технический персонал, бегали целые взводы солдат, по легенде должные участвовать в военном параде в Китае, но она видела только Его - сияющего бога, владыку мира, любимого хозяина…
        Стюард проводил их до каюты - двухместной, обитой красным бархатом и обустроенной изысканной мебелью, замаскированной под дерево. Он сел у иллюминатора в половину стены и посмотрел в серое, промозглое небо. А Сандра примостилась с краю - не близко, чтобы не входить в личное пространство, и не далеко - чтобы быть рядом, когда понадобится.
        Корабль мелко задрожал, воздух наполнился гулом и древний аэропорт за окном иллюминатора начал стремительно отдаляться.
        - Неужели я увижу настоящее синее небо, и зеленую траву, - сказал Он, - Мне уже не терпится…
        Не зная как себя вести, Сандра на всякий случай кивнула и сказала "да".
        Он улыбнулся немного грустно, но все же это была настоящая, озарившая всю каюту улыбка. Её сердце застучало отбойным молотом, и даже когда Он немного погрустнев, сказал, что хотел бы немного побыть один, океан счастья в груди вовсе не убавился.
        Она гуляла по палубам железного исполина, по холлам и местам для отдыха; проходила рядом с обслугой и слушала бесчисленные разговоры столпившихся у иллюминаторов солдат.
        Левиафан уже пролетел зону Белого тумана, и теперь столпившиеся люди глядели на мир проносящийся под бортом лайнера широко распахнутыми глазами. Для неё так же было в диковинку кристально-синее небо и земля внизу - зеленая и испещренная голубыми водоемами. Но в отличие от солдат, она знала всю правду.
        Она могла им рассказать об истинном устройстве Города и всего мира. Могла - но не стала. Перед самой операцией, им сообщили, какое-то вранье: что-то, про изобретение технологии тераформирования и начала процесса исцеления земли. Но по возвращению в Город - часть солдат ждала промывка мозгов, а другую часть - пуля палачей.
        Все эти мысли бежали вскользь - сама она неслась куда-то как на крыльях. Её глупая улыбка, её манера движения привлекали внимание. Поймав на себе десятки заинтересованных и изумленных взглядов, она попыталась унять клокочущие внутри чувства и переместилась туда, где народа было поменьше - в машинный зал хвостового отсека.
        Здесь в потемках, среди десятков рядов урчащих и вибрирующих двигателей она могла полностью отдаться своему счастью - погрузиться в нирвану от чувства сопричастности к Нему и Его великим делам.
        Она села на кожух какого-то агрегата - он застучал словно протестуя. Ритм механизма совпал с биением её сердца…
        - Лети, лети Левиафан! - воскликнула она, сама не зная почему. - Стучи, стучи железное сердце! Уноси меня вместе с Ним подальше от проклятого Города!
        … В каюту она вернулась только спустя несколько часов. Разрываясь между нежеланием Ему мешать и страхом своего отсутствия на момент, когда Ему может что-то понадобиться, она несмело заглянула в каюту.
        - Входи Сандра, - сказал он. - По моим расчетам, мы почти на месте. Скоро десант выгрузится в Кузнице ангелов и напуганный студент Академии, сопровождаемый агентом СБГ, отключит систему защиты…
        - Все будет так, как Вы говорите, господин? - уточнила она.
        Он покачал головой.
        - Нет, все будет совсем иначе. Если система защиты и вправду воспримет меня как "своего", я войду в этот комплекс и изучу его до основания. Возможно, там я пойму, каков будет мой следующий шаг…
        - А… А я?
        - Ты, Сандра? Ты пойдешь со мной, если хочешь. Однако, солдатам придется вернусться ни с чем… Да ответь ты уже!
        Сандра виновато склонила голову и всмотрелась в монитор браслета: входящий вызов по защищенному каналу.
        - Это Серж, - пояснила она. - Видимо что-то случилось.
        - Ответь ему.
        - Сандра, - начал замначальника отдела, едва появившись на экране, - ты защищена?
        - Да, - соврала она, - говори, я тут одна.
        - Это касается твоего объекта… Вся эта операция… Я её отменяю.
        - Что?!
        Он поджал губы в тонкую линию, затем спустя несколько секунд произнес:
        - Твой подопечный - фальшивка. Операция признана мною чрезвычайно рискованной. Я отменяю её до выяснения всех обстоятельств.
        - На каком основании? Ты не можешь!
        - Могу. Твой отец исчез, теперь за операцию отвечаю я.
        - Да что произошло, черт возьми?!
        - Так называемая мать твоего подопечного… Когда она пришла в себя в лазарете, стала нести какую-то ахинею и мы решили с ней поговорить. Высылаю тебе протокол допроса.
        Она перехватила взгляд Саймон Сэта, и поняла его без всяких пояснений.
        - Серж, - произнесла она, - чтобы не сказала эта женщина, это не повод отменять операцию в которую вложено столько ресурсов… Пожалуйста, Серж, я…
        - Слишком поздно, Сандра, я уже отдал приказ, капитан уже разворачивает корабль… Будь осторожна и помни что ты отвечаешь за объект головой. Конец связи.
        - Что он тебе прислал? - спросил Он нетерпеливо.
        Настроение Его резко поменялось - теперь он был собран, как боец готовый к любым ударам.
        - Какой-то файл, сейчас открою…
        - Дай сюда.
        Схватив руку Сандры, он всмотрелся в запись на мониторе браслета. Файл назывался "Запись показаний "матери" объекта Ключ-1". Причем слово "матери" было в двойных кавычках.
        На экране возник образ закуривающей женщины. Она была молода, но на её лице косметики хватило бы для трех женщин в возрасте. Сандра поймала растерянный взгляд.
        - Значит, вы не знаете, где вчера ночью был ваш сын - Саймон Сэт? - произнес голос за кадром.
        Она отрицательно помотала головой:
        - Проклятие я знала, что все этим закончится…
        - Что вы имеете ввиду? - спросил насторожившийся дознаватель.
        - Вы наверно прекрасно знаете, что этот юноша не мой сын.
        - Поясните.
        - Он платит мне деньги за то, чтобы я играла его мать.
        - Что вы сказали?! - спросил утративший самообладание дознаватель за кадром. - Что это значит?
        Вероятно, он не ожидал услышать ничего подобного. Судя по тону агента за кадром, он был крайне обескуражен, но допрашиваемая женщина восприняла всё иначе:
        - А что мне оставалось?! - воскликнула она, строя жалобную мину: - Войдите в мое положение, он вытащил меня из трущоб, сделал официальные документы, и ежемесячно платил приличные деньги только за то чтобы на людях обращаться ко мне "мама".
        - Зачем это ему?
        - Я не знаю! Он странный юноша - я сначала думала, что он какой-то извращенец или типа того, но я интересовала его не больше домашней мебели…
        Запись неожиданно прервалась. Саймон Сэт с неизменившимся лицом отпустил её руку.
        - Мы и вправду повернули назад, - сказал Он, на миг, прикрыв глаза. - Что же, планы меняются. Этот корабль придется остановить.
        Она не удивилась такому заявлению - Ему под силу остановить даже планету.
        - Саймон Сэт, Саймон Сэт, Саймон Сэт, - говорила она, перекатывая на языке каждый слог этого имени. - Кто же ты на самом деле? Ты пленил меня, очаровал, ради тебя я убила единственного на свете родного человека… А потом ты меня бросил, Саймон Сэт. Почему?..
        В каюте, где находились Сандра и Он, шло составление плана захвата корабля - Он спрашивал её о том, где находится капитанский мостик и как туда попасть без встречи с караульными. Ведь он не хотел идти по трупам, и не хотел взваливать на себя ответственность за "лишние куклы".
        В этот момент раздался оглушительный вой сирены. Повинуясь рефлексам, Сандра бросилась к двери - по стенам металлических коридоров разносился топот ног. Куда-то бежали солдаты и как артиллерийские снаряды разлетались хаотичные приказы их командиров.
        - Что происходит? - спросила она пробегающего мимо офицера.
        - Корабль атакуют! - отозвался он, встряхивая с себя её руку и мчась к своему подразделению.
        - Спокойно Сандра, - сказал Он из-за её спины, - я не знаю что происходит, но это нам на руку. Если на корабль действительно напали, пользуясь неразберихой, мы можем с него сойти…
        Словно в подтверждении его слов корабль затрясся, затем мелко задрожал и накренился набок.
        - Освободите каюту! - воскликнул вбежавший в комнату офицер. - Немедленно!
        Первой её реакцией было открыть огонь, но вооруженных солдат позади офицера было чересчур много. Они ворвались в каюту скопом, но вместо того чтобы взять её и Его на прицел, разбили стекло иллюминатора и выставили дула автоматов наружу.
        В каюту ворвался ветер, но Сандра не обратила на него внимания. Второй раз в жизни она узрела чудо.
        Яркий свет ударил из разбитого иллюминатора и осветил лица обомлевших людей. Сандра увидела мчащимся по небу наравне с Левиафаном сияющую фигуру с шестью белыми крыльями.
        Совершеннейшая особа, человек - непонятно мужчина или женщина, красивей которого был разве что Саймон Сэт, предстал пред ней как белое облачко над зараженной землей. Ангельское лицо обрамляла россыпь снежно-белых волос, фиалкового оттенка глаза ярко выделялись на фоне молочно-белой кожи, но цвет кожи не имел ничего общего с бледностью покойника. Напротив, этот оттенок будто олицетворял жизнь, к тому же от него исходил поток осязаемо-теплого света. Ореол вокруг него не резал глаза, но менял мир - даже насыщено красный цвет бархатной обивки каюты, стал блеклым и невзрачным. А белоснежные крылья казалось, целиком состояли из сжатого света.
        - Огонь! - приказал офицер, и более чем полдюжины стволов извергли из себя пламя.
        Бронебойные пули, входящие в экипировку каждого солдата на корабле, вонзились в светлое тело и едва не разорвали его на части. Ангел изошел облаком кровавой пыли, в крыльях из белого света зияли громадные дыры, он покачнулся, накренился, но не упал.
        Словно в замедленной съемке, Сандра видела, как подняв тонкие руки, ангел исторг из них луч оранжевого света.
        Ослепительная вспышка сменил содрогнувший каюту взрыв. Несколько выживших в первое мгновение солдат, закричали из-за жара объятого пламени и выбросились из разбитого иллюминатора.
        Сандра выжила благодаря Ему. За мгновение перед атакой умирающего ангела, Он заслонил её собою, а перед Ним образовалась завеса, мерцающая голубым сиянием…
        Но вероятно, предсмертная атака рухнувшего камнем вниз ангела, была очень сильной…
        - Внимание, критическая нехватка мощности. Личная защита деактивирована, - сказал Саймон Сэт чужим голосом…
        Сандра увидела пустоту в его глазах, а в следующий миг он закричал. Из-под его воротника вырвался сноп электрических искр. Он зажал рукой шею. Из-под его пальцев повалил черный дым.
        Он рухнул на пол обгоревшей каюты, а Сандра в шоке стояла над ним.
        На неё вдруг обрушилась лавина отчаяния, стыда и горя - только сейчас до неё дошло, что она предала Город, а вчера убила собственного отца…
        Глядя на распростертое под ногами тело, она готова была взвыть в голос, но новое сотрясение корабля, заставило гибкий разум агента на время отринуть эмоции. Прощупав пульс Саймон Сэта, она заметила обширный ожог на его шее и лежащий на полу рядом с ней небольшой металлический диск.
        Он был настолько горячим, что ей пришлось поднять его с помощью платка.
        - Экспериментальный чип - типа "Правитель", - прочитала она надпись мелким шрифтом. - Собственность лаборатории Сколково-2…
        Ярость нахлынула на неё огненной волной - не взирая на голос агента СБГ внутри, твердивший, что эта находка будет полезной, она зашвырнула этот чип в раскуроченный иллюминатор.
        - Ты больше не сможешь управлять мной, - прорычала она глядя в лицо бесчувственного Сэта.
        На секунду выбравшись в задымленный коридор, размахивая браслетом проецирующим удостоверение сотрудника СБГ, она заставила перейти под своё командование отделение солдат.
        - Как тебя зовут, сержант?! - спросила она, пытаясь перекричать оглушительную сирену и звуки взрывов.
        - Зовите меня Гусар! - откликнулся командир отделения.
        - В каюте лежит человек без сознания - он чрезвычайно важен для Города. Прикажите своим людям тащить его за мной!
        - Так точно! Куда мы направляемся?!
        - К спасательным шлюпкам - мы покидаем этот корабль!

* * *
        - Саймон Сэт, - произнесла она. - Ты разрушил мне жизнь… Почему же я не испытываю к тебе ненависти?
        Она замолчала глядя на то, как под катером проносятся поля и леса. Очарованный пилот вёл его предельно осторожно.
        - Саймон Сэт, - продолжила она, - ты имел надо мной мистическую власть - а теперь я сама обладаю такой. Этот пилот по первому моему слову отдаст свою жизнь и свои внутренности… Теперь я такая же как ты, правда?
        Она вздохнула:
        - Нет, ты не такой как я. Кто бы ты ни был, ты не демон… Во всем виноваты эти идиоты. Если бы после выхода из спасательной шлюпки они бы смотрели по сторонам, а не в небо - дикарям не удалось бы нас пленить. Ты бы не ушел от меня… А я не стала бы зараженной…
        - Госпожа, - прервал пилот её бесстрастный монолог, - на поверхности обнаружено большое скопление строений… Это тот город, который вы щите?
        Она взглянула на средневековый город, казавшийся с такого расстояния сказочным, - окруженный стенами и башнями из каменной кладки, черепицами и соломой на крышах домов.
        - Да, его я видела, при последней встречи с Саймон Сэтом. Снижайся…
        - Смотрите, что это?
        По чистому, голубому небу вокруг вдруг прошла судорога - черная волна пронеслась по нему от края до края. Стало пасмурно, а потом и вовсе сумрачно - небо затянули грозовые облака…
        - Смотрите, туда, госпожа!
        Пилот указывал на холмы, лежащие рядом с городом - там возникло какое-то шевеление. Сначала Сандра восприняла это армией муравьев выходящих из своего муравейника - такой же, какой был у неё в детстве в аквариуме, однако для насекомых масштаб был совершенно не тот…
        Она увеличила зум изображения на вспомогательном мониторе и ахнула:
        - Это мертвецы…
        Холмы у города оказались курганами и некрополисами - почерневшее небо точно иллюстрировало начало судного дня. Все новые и новые ручейки мертвецов покидали свои могилы, сливались в единую черную реку, которая текла по направлению к беззащитному городу…
        - Дьявол! - воскликнула Сандра. - Саймон Сэт, надеюсь, это не твоя работа!

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к