Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ДЕЖЗИК / Демченко Оксана / Серафима Жук: " №02 Хз Характер Землянина " - читать онлайн

Сохранить .
ХЗ. характер землянина Оксана Борисовна Демченко
        Серафима Жук #2
        Это вторая история изсерии БУ - «Будни Универсума» Определившись стем, каковже минимальный набор для выживания землянина вбольшой вселенной, иногда приходится понять ито, ради чего ты готов рисковатьвсем.
        ХЗ
        характер землянина
        Оксана Демченко
        Записала
        (прописка - Земля)
        Рассказал
        ученый морфГав
        (без прописки,
        азачем ему это?)
        
        
        История первая. Хорошо-то хорошо…
        Наивность нам дается, чтобы мы знали: изжога нетак истрашна… при сравнении ощущений. Порядочность прилагается кнаивности внаборах, составленных сособым цинизмом. Я наэту комплексную хрень неистратилабы исбойного эрга, но, кажется, наборчик мне всучили втихую. Иначе как объяснить, что я неагрессивно машу раскрытой ладонью, провожаю спасенных инежелаю им ничего… звучного. Еще иулыбаюсь, как умалишенная! Неблагодарные негуманоиды наконец улетают, вот спасибочки. Верю влучшее, держу приветливый оскал, толькобы непередумали… Последний стебель прошелестел мимо. Все? Ой-ой, оно остановилось. Боюсь дышать… Оно обернулось, взмахнуло цветными лепестками, похожими наюбку.
        -Эй, молодая красивая, ты дала нам пользу, я отплачу, тебе несолгу, - шуршит оно, покачиваясь без всякого ветра. Поспине мороз, эта травка мало того, что говорящая, она забористая, гипнотичная ввысокой мере. - Беги домой, беги. Неминучая беда подъедает утебя корни, иссохнешь. Беги, есть еще время, атолько мало его, мало… Иместу этому тихим быть. Беги! Неостанавливайся, родничок, иссякнешь.
        Уф, оно схлопнуло тычинки, заткнуло ими речевой канал ипрошелестело влюк. Чпок! Овощной базар герметично законсервировался.
        Я чихнула, перекрестилась, дико сердясь наприступ суеверности. Усилие воли - ия воздержалась отплевка через левое плечо, ведь пришлосьбы мое смачное мракобесие прямо вбок другу Павру. Вы верите дешевым гадалкам впереходах метро ипрорицателям избесплатных газет? Ну, дело ваше. Я верю людям, которым верю. Вот такой парадокс, онже эмпатия типа «эмо». Так что я - утомленная овощным нашествием эмпатка, иникакая древесная зараза меня незапугает… Хотя чую: она инепыталась.
        Все. Корабль, похожий накочан капусты, отстыковался отгаба. Кочерыжкой целит вразгонную зону. Ощущение холода наспине слабеет. Они уходят! Теперь я знаю это наверняка. Могу отослать отчет Тьюитю, нашему славному габмургу. Он ждет. Потому что вданном случае исэтой расой слово эмпата важнее показаний приборов иклятв капитана, якобы готового иссушить ветви воимя истины.
        Увы, имои слова - запоздалая припарка габу Уги, полудохлому после всех погромов изагулов. Я эмпат! Должна была просечь нараз подлость незваных гостей, этож было типичное - «Сами мы неместные, люди добрые»… Хотя звучало как: «Окислитель наисходе, наборту дети». Ага. Дети. Уних толи вообще нет полов, толи более пяти, я неразобралась. Глобально если, то эти заразы ипочкуются, ичеренкуются и, непобоюсь так сказать, осеменяются. Всеми перечисленными методами они взялись азартно множиться вУги, надышавшись нахаляву сверхчистой углекислотой. Какже, нахаляву… Пофакту овощи гуляли всчет моего строгого выговора.
        -Как они пели, вибрируя стволами, - вздохнул рядом Павр.
        -Сколько они пили, баобабы флейтистые! - надулась я. - Пробовали стырить мой цветочек аленький, который Тай подарил. У-у, цыгане большого космоса, чтоб им чашелистики скрючило! Чтоб их, сочненьких, дезориентированный трипс встретил наузкой тропе. Ну Сима, блин… повелась иоткрыла дверку вгаб, как последняя овца изистории про семерых козлят. Или коза? А, все вместе плюс глупость повкусу. Гос-споди, как они габ уменя невыцыганили спарой звездных систем впридачу!
        -Обошлось, - отмахнулся добрейший сафаритянин, или как там его. - Приходи после работы, нацежу гринского сжиженного. Да неиссякнут кладези сафы!
        Он удалился, топорща хохолок назатылке. Вот блин, он сейчас назвал меня алкашкой? Или меня так достали мигрирующие через габ кочевники космоса, что я чую подвох закаждым словом. Отмахнувшись отэтой идеи вяло, как отосы, уже покусавшей донечувствительности, я побрела домой. Я - Серафима Жук, без полдоли цикла, то есть почти год по-нашему, служащая габа. Уже неновичок, пообвыкла. Живу тамже, куда вселилась вдень прибытия сЗемли, наседьмом уровне служебного крыла габа Уги. Повышена взвании догабла, откуда много раз разжалована икуда снова поднята без радости куказанному неблагозвучному статусу. Список порицаний ипоощрений вмоей местной трудовой длинноват для неполного года ведения учета. Нотут уж надо смириться, сомной все время что-то происходит. Я атипична даже для атипичника, аэто невсем нравится…
        Что еще стоит упомянуть вотношении габ-служащей Симы? Худшее: ячислюсь последние тридцать дней кандидатом вгабрехты. Это правда плохо, очень. Если сотрудник, досрочно повышенный доут-габрехта, огребает три порицания, ему ликвидируют статус. Уменя пока что два порицания, дополного облома осталось одно. Последнее. Словлю - ипридется улетать народную Землю. Ая нехочу, хотя травянистая цыганка меня послала… далеко.
        Я тут, вбольшом универсуме, прижилась. Согласна еще год идаже дольше - то есть цикл - называться габлом, лишьбы меня непихали вкорабль миграционной службы инеотсылали домой. Год габло, два габло, инестрашно, ябы потерпела. НоЧаппа решил меня продвинуть из-за истории скай-цветком. Инетолько сним. Дрюккели своей самой прогрессивной частью расы полагают, что я - перспективная ипомогу им наладить отношения скэф-кораблями. Мне мнение поуказанному вопросу невыясняется инеучитывается.
        Имперский сун тэй Игль, человек нечестный уже посвоей разведдолжности, подло поддержал дрюккелей. Неизсолидарности, конечно. Игль лично ивесь их хищный имперский тэй-корпус вцелом полагают, что засильного эмпата надо цепляться руками иногами, оказывая знаки внимания ипродвигая послужбе. Кто им сказал, что я сильный эмпат? Кто соврал, что я хочу продвинуться? Найтибы сволочь ивдумчиво так - попечени… Немогу найти. Нету сил. Надо позвонить Иглю ипризнаться вбессилии. Пусть задумается, зараза. Он сун тэй, интриган-профессионал. Авось, сочтет меня своей ошибкой ипострадает, хотябы морально.
        Беда втом, что еще ипыры меня продвинули. Ну, эти отдуши. Витоге что имеем? Кругом добрейшие предатели. Даже трипсы всговоре, они дали рекомендацию итем сократили срок стажировки досорока дней, лишив меня права пересдачи.
        Неслабо, сорок дней, прям как поминки… посвободе. Что еще плохо? Габрехты имеют право носить оружие идаже применять против разумных. Эти самые габрехты обязаны писать отчеты изнать законы. Следовательно, я обречена зубрить, затем переваривать иглубоко осмысливать. Вот сейчас лягу, закрою глаза ионо само полезет вголову. Как фарш изэлектромясорубки - неудержимо, мелкими червячными колбасками… Знание неизбежно усвоится, возбуждая головную боль ипортясон.
        «Расы, подпадающие вклассификации под типы „рум“ и„був“ имеют право швартовки упричалов спервого попятый, однако это относится лишь кпоследовательностям ранжирования правого габ-крыла, при обнаружении означенных кораблей упричалов левого крыла (относительно разгонной зоны, авовсе нетормозной)…»
        Я старательно потрясла головой. Зубреж перестал щекотать череп изнутри, нозвон вушах несгинул. Пришлось открыть глаза ипризнать: кто-то домогается внимания недоученной Симы.
        -Да! - сказала я потолку.
        Потолок мигнул исоорудил ввоздухе изображение Симо-мучителя. Вернее, мучительницы: Гюльчатай, моя первая гостья смомента попадания вуниверсум, улыбнулась так, что я бессознательно села истала совсем серьезной. Указала проекции скромное место настене. Нефиг окислять потолок.
        -Симочка, неволнуйся, - многообещающе начала Гюль, всхлипнула ивысморкалась.
        Спасибо, ее сразу выдавили изкадра. Ато потреблять лимон без коньяка - немой выбор, однозначно… Крупное невозмутимое лицо Бмыга прямо-таки глаз радовало, вот кто умеет неныть.
        -Сима, даю вводную, - без обиняков рявкнул муж Гюльчатай. - Саид вклинике наБагрифе. Координаты сбросил вашему безопаснику, Рыгу. Он сейчас вызовет тебя инаправит для прохождения социальной стажировки ипилотского теста. Это мы обговорили. Саид живой, даже неранен. Только он… - Бмыг поморщился ирезко отмахнулся отпродолжения фразы. - А, сама увидишь. Давай, гони наполную гашетку.
        Про гашетку - это я как-то брякнула, неиначе. Или Саид? Отмысли, что парню совсем плохо, я стала торопливо зеленеть имелко, потно мандражить. Саиду год, ну то есть - цикл отроду. Он клон, унего ускоренная развертка личности, ему никак нельзя болеть. Апомирать ему вообще запрещено лично мною! Я обязана ему жизнью раза три… Я занего вответе, потому что я так решила ивообще, кто хоть раз Саидку видел, обречен обожать его, наивного рыцаря, последнего навесь космос.
        Я думала глупости, моргала ибыстро грузила впоясной кармашек вещи. Уменя теперь есть имущество, нето, что год назад. Накопитель сданными, кошелечек спрессованным окислителем, оружие травматическое малополезное… Что еще сунуть? Места как раз наносовой платок или бикини. Тогда бикини. Вэту невесомую дрянь можно сморкаться, авот напляж пойти вплатке - нельзя. Хотя я лечу вклинику, там проблемы. Все равно бикини, рыдать небуду. Упрусь инебуду, чтобы тамбы…
        -Черт! - громко сказалая.
        Никто неотозвался. Впрочем, разве это ненормально? Просто я вдруг возжелала получить порцию сочувствия, пусть даже ценой фрагмента своей никому ненужной души.
        -Ут-габрехт Жук, - рявкнуло вухо голосом габрала Рыга. - Немедленно явиться кслужебному катеру.
        -Ить, - икнула я, вжала голову вплечи ипомчалась.
        -Наречие расы крушей вам неосвоить-ить, - влез вголову шеф, габмург Тьюить. - Нета артикуляция! Нечую-ить грани отнасмешки доотчаяния, аэто какой-ить диапазон эмоций… Нет, наша речь непод ваши данные связок-ить.
        Мой шеф - сокровище. Вижу вактуальной базе: уже подмахнул документы, выдал предписание наполет исам посчитал маршрут. Потому что я икаю, потею иточно ошибусь. Ну, что могло произойти сСаидом? Мы трепались дней десять назад, он был, вроде, бодрый. Рассказывал оботпуске, как лазал поскалам, швартовал косновному Бмыгову астероиду второй, навырост: семья нежелает жить тесно. Вернее, Бмыг изшкуры вон лезет иублажает Гюль еще дотого, как она успеет возмечтать очем-то. Любовь… дочего эта гадость доводит крепких ребят - пыров. Смотреть больно. Ималость завидно. Черт, да что могло приключиться сСаидом задесять дней?
        Я едва неспоткнулась, запретила себе думать оплохом ипомчалась еще резвее. Бегать меня переучивал сам Рыг. Аучили вшколе иводворе, то есть скорее портили. Оказалось, дышу нетак ивообще «нетак» - главное понятие вфизическом развитии Симы (про умственное Рыг тоже несмолчал). Новпоследнюю долю цикла он реже рычит наменя. Или это прогресс, или я оглохла. Неуклюжее тело болит целиком, я сама ору ирычу восне. Рыг чудовище. Он неучит, он добивает. Правда, чтобы габрал взялся добивать, надо ему приглянуться: этот минотавр обожает вышвыривать неудачников изсвоего габа.
        -Наместе! - заверещала я, рыбкой ныряя вканал, ведущий кличному причалу.
        Там пришлось жестко падать иперекатываться, чтобы неособенно удачно забодать лбом шлюз. Ничего, секунд пять научет звездочек - ия наместе телом исознанием. Разгибаюсь,ага.
        -Посредственно, - сообщил Рыг свое мнение. - Надобы повторить, нонесегодня. Назначаю внаказание занерасторопность три тренировки вдень напланете прибытия, ия проверю. Ты уже вкурсе, стартовый отсчет тикает. - Минотавр Рыг, авернее представитель расы мурвров, зверски оскалился ипочесал когтистой пятерней промеж шишек начерепе, так похожих нарога. - Сима, запомни одно, пока идет сверка курса посегментно. Телепаты спотенциалом развития доподлинного уровня доу редко проживают более пяти циклов дотого, как… - он важно поднял палец иуставился насвой ноготь, авернее коготь. - Н-да… Ноты эмпат иодин раз уже справилась.
        Шлюз открылся, Рыг втиснул меня вкатер. Лично пристегнул ккреслу, лично проверил программу полета, бешеную: прыжки без пауз, сдопускорением отстационарных переходных зон. Наместо прибуду студнем изголовной боли сдобавлением тошноты повкусу. Зато быстро.
        -Ачто вообще…
        -Даю добро настарт, - раздумчиво сообщил Рыг иудалился.
        Катер чпокнул шлюзом, метнулся вразгонный канал. «Стрелу» определенно направляли извне иможет, сам Тьюить приложил руку. Мне поплохело: люди неособенно ловко переносят разгоны. Исейчас давят нетолько тонны веса, ноимегатонны подозрений истрахов. Щас взорвусь изнутри нафиг совсем! Ой, ну что сСаидкой-то?
        Бам… Прыгнули раз. «Стрела» - это катер средней ималой дальности прыжка, технология старых рас, вродебы великие кэфы приложили свой талант, дорабатывая игрушку для нас - младших вовзрослом универсуме. «Стрела» хороша сточки зрения скорости доставки… тела. Носамочувствие тела икомфорт вне рассмотрения. Наборту одна каюта, онаже рубка, онаже все остальное, что только можно вообразить иперечислить. Тесно. Скучно. Нервно. В«Стрелах» есть встроенные проводители, они вроде нудных умников, которые числят всяких там Сим невыше юнги. Ноуменя нет проводителя. Наверное, сбежал заранее, предвидя список выговоров гражданкиЖук.
        Ба-бам… вышли изпрыжка. Время сместилось надве доли суток, которые измоей жизни - как корова языком. Невозвратно иодномоментно. Прыжок, что тут скажешь? Все лучше, чем земные самолеты, особенно в«экономе». Увы: голова тяжелее чугунного котла, авпереди дыркой отбублика чернеет новый разгонный канал, вокруг него - самом бубликом - обернут толи габ-порт, толи габ-пирс. Последний, как гласит справочник, представляет собой компактный автомат илишен пересадочного пассажирского узла. Боги, зачем я это помню? Накой теперь-то, все равно немогу рассмотреть различия. Улюдей мозги варят медленно. Я пока распознаю ианализирую то, что отпечаталось насетчатке иушло вмозг. Атем временемуже…
        Бам! Ненавижу корабли типа «Стрела». Сами прыгают при наличии грамотно прописанного маршрута. Вот сдохну я наборту, авсем будет пофиг, втом числе кораблю. Бездушная консервная банка! Могу вслух прокричать… то есть немогу. Опять наменя давит. Бли-ин, что там сСаидом, если Симу спешно перекачивают через габ-систему? То есть спасибо всем, ябы без спешки рехнулась отмыслей.
        Ба-бам… Резковато влупило поушам. Вышли изпрыжка, похоже - предел подальности. Плюс три доли суток. Спорю напакет изкармана кресла земного самолета: Саиду нехуже, чем мне. Черно кругом. Проклятущее несовершенное зрение отрубилось. Ладно, прекращаю делать вид, что люди - венец творения. Смиренно думаю команду: «Стазис!». Подтверждаю согласие наотключение мозга. Ага, мелькнула надне глаз выгрузка прогноза: параметры полета, условия погружения ипробуждения. Сутки чистого бессознания, прочее вданных сейчас неважно. Сгодится.
        И - тишина. Сима Жук встазисе - каменюка бессознательная вобертке бархатно нежного кресла. Ни мыслей, ни тревог, ни боли. Некоторые премудрые граждане Земли назвалибы состояние продвинутой медитацией. Ноэто всего лишь стазис, созданный без моего втом участия. Покой. Полный покой.
        -Проверка надезориентацию, - загрохотало повсеместно. - Число вашихрук?
        -Нафиг!
        -Речевая функция восстановлена. Число вашихрук?
        -Семь ивсе очумелые!
        -Факт дезориентации установлен, начата коррекция первого уровня. Глубокое вмешательство посогласованию сгаб-службой, отсчет…
        -Две, жестянка тупая. Две руки, Сима шутит.
        -Стоп покоррекции. Учтен фактор атипичности.
        -Спасибо, - сказала я кораблю, хотя он простоват, благодарность несечет.
        -Без проблем, детка, - проревели вответ. Пришлось спешно проморгаться исфокусировать непослушные глаза наобъемном собеседнике. Мурвр, однако. Страшнее Рыга навид: оказывается, такое возможно. Улыбается яростно, аж заранее больно глядеть. - Посадка пофиналу обратного отсчета. Двадцать тактов взапасе, взбодрись.
        Я постаралась исполнить указание, даже сквозь дичайшую тошноту. Провела самодиагностику иразрешила костюму вкатить мне рекомендованные стимуляторы. Слух окреп, зрение наконец сделалось цветным. Соплеменник Рыга как раз успел басовитой скороговоркой сообщить, что улюка меня ждет габарит ион отвезет кСаиду. Прямо добавил, я почти опоздала… Да что тут творится?
        Люк я едва непроломила. Габарита, будь унего шея, ябы задушила. Ножертв неприключилось, уземлян слабые руки. Дрожащие малость. Я это поняла, когда добралась доместа ирефлекторно поправила ворот, нетвердо стоя натвердом полу ипробуя перевести дух. Меня идентифицировали, дезинфицировали, приревновали ивдрызг испрезирали - ну, это авансом, наверное. Еслибы близ палаты Саида неошивалась хоть одна медичка спараметрами королевы красоты, ябы пошла искать другую дверь.
        -Посещение разрешено, - нехотя подтвердила губастая кукла.
        Я рванула дверь ивломилась, чуть нерухнув напороге.
        Саид вкресле, неподвижный ибелый, как мраморная статуя. Наменя ноль внимания. Выглядит вцелом здоровым… Наголове капюшон шевелится - это наш сним морф. Мордочку соорудил плоскую, вроде узора накапюшоне - икисло, совсем как Гюль, улыбаетсямне…
        -Саид, - шепотом позвалая.
        Это глупо. Он телепат. Уровень доу, пусть пока что сдополнением «впотенциале». Все равно Саидка итруп протелепает, я серьёзно, берет сознание наудалении досемь дней отжизни, такова официальная формулировка. Могу добавить, внынешнем этапе взросления дара Саид неглохнет кчужим сознаниям даже сморфом наголове, аведь морф изолирует лучше любого иного метода, иначе зачембы я отпустила сСаидом своего драгоценного Гава? Так вот, даже сморфом-капюшоном Саидка должен «брать» мое присутствие отмомента посадки «Стрелы», яже переживаю ивнутри сейчас - кипучее вулкана. Сточки зрения телепата.Вот…
        -Саид! - зову громче.
        Иопять неуслышана…
        Гав виновато сполз сголовы друга, собрался вкомок унего наколенях иоттуда восстал привычным мне котом. Серым. Когда он грустный, всегда - серый. Я осторожно, нацыпочках, прошла покомнате, села напол возле Саида, погладила Гава. Заспиной вздохнула ипогнала сквознячок открывшаяся дверь.
        -Сутки вэтом состоянии, - проблеял голос. Наменя пахнуло неразбавленной медициной. Как ни совершенствуй методы, любая больница имеет особенный запах, въедающийся вее людей ивещи. - Вас предупредили? Ввели вкурс?
        -Неуспели.
        -Доу, если необладают надежной системой внутренней стабилизации, рано или поздно выключаются избытия. Особенно часто сбой происходит после наблюдения смерти. Поэтому большинство телепатов высоких уровней обитает вусловиях частично слитных сознаний. Так, понашим сведениям, при воспитании тэя доуровня сун, он три цикла иболее остается впостоянной группе. Ипосле раз вцикл общается снаставником для контроля икоррекции настроя. Дажеэто…
        Вы видели помесь козла сгадюкой? Ябы такое инепридумала, аоно, оказывается, числится тут ведущим профессором-распрофессором. Оно то шипит, то блеет. Может, из-за нелепого звука я неверю вплохие новости.
        -Стоп, уСаидки есть сестра, унего друзей море, - отмахнулась я. - Икто додумался вынуждать его наблюдать смерть?
        -Несчастный случай, - чешуйчатый эксперт снова заблеял. Так он, похоже, выражает долготерпение кнедоумкам. - Корабль потерпел крушение вопасной зоне, там запрещено присутствие иони нарушили правила. Телепат сам вызвался искать спасательные капсулы. Без его способностей ненашлибы никого вприемлемый срок. Атак изтридцати пассажиров живы двадцать четыре, ипятеро пока остаются вконтролируемой коме. Шесть одушевленных ушли. Он наблюдал, он был один. Клон его последовательности, - вероятно, называемый вами сестрой, - прибыл попервому запросу, нореакция неполучена. Именно клон сполным именем Гюльчатай потребовала срочно доставить вас. Невижу смысла, носопровождающий клона пыр чудовищно груб, асоциален. Единственный рациональный путь лечения - срочное вмешательство судалением части памяти идаже фрагментов мозга. Свысокой вероятностью мы восстановим речевую функцию.
        -Овощеводы хреновы, - обозлиласья.
        -Недумаю, что отвас будет польза. Нодаю две доли суток, дольше решение нельзя откладывать.
        Дверь хлопнула. Что этот тип, обиделся наовощевода? Зря. Я иненачинала обижать, просто растерялась. Изла доужаса - насебя. Это я услала Саида невесть куда. Это я виновата… Потому что он выглядит взрослым, авдуше пацан. Мне казалось, самостоятельность будет ему впользу. Еще я думала, что Саид, при живучести вполсотни единиц, непозубам большому универсуму.
        -Саид, - еще разок позвала я. - Поговори сСимой.
        Морф плотно прильнул кмоей ноге изавыл так тихо истрашно, что наспине волоски встали дыбом. Серый Гав стонал, смотрел куда-то вдаль, ия несмела глянуть тудаже. Он хоть иморф, новнем есть что-то настоящее земное, кошачье. Наверняка Гав видит потустороннее. Что это - неведаю, номне чудится: пришли заСаидкой. Сейчас цапнут заруку ипотянут… ввечность.
        -Гав! - позвала я, чтобы оборвать его вой исвою панику. - Так, спокойно. Саидку мы неуступим. Две доли цикла дано наглупости. Счего начнем? Сединственной внятной глупости, которую учудил всвое время он сам сучастием Симы. Так, Гав, ты будешь изображать нейтрализатор. Ну, ту гадчайшую пасту, какой вгабе забивают все объемы, смежные сглоп-факторным каналом при объявлении глоп-тревоги. Начали.
        Для наглядности я посвистела, имитируя сигнал тревоги. Гав мигнул всеми пятью глазами - он так иходит досих пор смордой, придуманной мною при первой нашей встрече.
        -Ну!
        Гав прыгнул мне наплечо истал растекаться вовспененную массу. Было жутковато сунуть лицо вэто: несмогу дышать! Что итребуются, впрочем. Я эгоистка, раз убеждена: рыцарь Саидка неизбежно бросится спасать, если я всерьез запомираю. Для начала помирания я присела боком наколени кСаиду, удобнее повернула голову, вспоминая, как именно втот раз он спасал меня, делая искусственное дыхание. Приладилась. Морф вспенился сильнее иукутал обе наши головы. Стало тихо, темно идушно. Человек может жить без воздуха минуты три. После вторичной развёртки итренировок сРыгом - додесяти. Нострах иудушье приходят куда быстрее. Сима негерой, увы. Боюсь я тесного имрачного.
        Прошлый раз Саид дышал для меня. Вэтот раз легкие бесполезно дергались - аотклика сего стороны небыло. Я постепенно пугалась все основательнее, проваливалась внешуточный обморок. НоГав упрямо держал форму нейтрализатора, как ибыло сним условлено. Я даже начала подозревать: он зол наменя, ведь бросила нагод, его мнения неспросила - предала, так? Если так, может, он решил малость отомстить? Ох, мамочки, выпустите Симу наволю! Хоть глоток воздуха. Каплю… Мир кружится, кружится, черный вихрь уносит внедра обморока. Вьюном, вьюном - затягивает всплошной мрак.
        Когда я изпоследних сил воевала сморфом, пытаясь его отодрать ихоть так выжить, плечи Саида дрогнули - ион отдал мне один короткий выдох. Толи крик, толи шепот, незнаю. Ноподействовало, как удар кулака вчелюсть.
        Мозг взбодрился, головокружение замедлилось. Мрак вспыхнул сиянием - илопнул, меня выбросило вовне, натот свет, наверное.
        Пальцы Саида я узнала сразу, только они сейчас были вроде как мои, они стремительно иловко перебирали, процеживали информацию. Люди моего уровня реакций немогут адекватно читать мощнейшие потоки данных, мы запаздываем. Нотеперь я запросто умудрялась иуспевать, иследить запроисходящим состороны.
        -Принял вводную, - негромко сказал Саид. Улыбнулся. - Далековато, ноя упертый.
        «Упертый» - мое слово, Саидка любит навешивать навсе мои слова. Ну, как земные водители навешивают назеркало дурацкие игрушки, иконки ипрочую дребедень. Болтается, отвлекает - зато делает машину своей, вроде как метитеё.
        -Жди, собираем опорный куб сознаний, - увещевали Саида. - Ты ведь знаешь, чем это может закончиться.
        -Отвяньте, - хмыкнул Саид, приподняв левую бровь иглядя насвое отражение вбликующей стенке рубки.
        Он знал. Иеще понимал: времени нет. Поволе телепата его сознание, как сахар, брошенный вздоровенную чашку черного универсум-кофе - растворялось. Ширилось, проникало все дальше.
        Растворяться больно истрашно. Саид скрипел зубами, прикусывал губу и, неотдавая себе отчета, покачивал головой почасовой стрелке, вроде как размешивая сахар сознания вчерной массе кофе-универсума… Гав жалобно урчал назатылке. Грел, массировал кожу. Делился приязнью: пробовал сработать один завесь несозданный опорный куб ипривязать сознание телепата кегоже телу, кего сущности.
        Универсум холодный, гораздо холоднее льда. Его тьма острая, каждая мельчайшая частица - игла, готовая впиться иотравить. Носознание упрямо расширяется, сквозь яд иболь, чтобы проникнуть как можно дальше иуловить аромат жизни - тончайший, ностойкий.
        Где-то вбезмерности, недоступные умным приборам иалгоритмам поиска, затерялись капсулы. Каждая пока что переливается итрепещет сокрытой вней жизнью, сейчас подобной для Саида именя ароматической свече. Огоньки вздрагивают, блекнут… Они так малы, что даже полное напряжение сил непомогает их ощутить. Люди гибнут встазисе, итаких их искать еще сложнее.
        НоСаид - он правда доу. Вдобавок ужасно упертый. Он растворяет себя без остатка ижалости, норовит дотянуться дальше, дальше… пока нецепляет краешком сознания первый робкий отсвет чужой жизни. Пальцы - он еще хранит связь стелом иощущает их - вычерчивают узор команды, отсылают сведения тем, кто насвязи иждет хотябы намека. Портатор наверняка сразу выбрасывает вобозначенную точку команду габаритов-спасателей. Огонек делается ярче - капсулу вернули вгодную для жизни среду.
        -Благодарим, квам высланы врачи, держитесь, - шелестит голос.
        Связь обрывается! Некто очень умный решил: срочно вытаскивать телепата ненадо. Он ведь всознании изначит, неперешел черту невозвратности. Саид скрипит зубами, всхлипывает, ему совсем плохо ион знает, что сейчас никто невидит инеслышит. Аесли ислышит, уже неважно. «Симкабы поняла», - одними губами, для морфа, жалуется Саид.
        Я киваю. Ещебы, мне все ясно… Умные люди инелюди неудосужились ускорить сбор «куба сознаний» или держать Саида напостоянном речевом канале, хоть так помогая ему несвихнуться. Хуже: кто-то переключил внимание стелепата испасаемых наболее мелочное. Делают обзор сектора, формируют первичные отчеты - рутина, неболее того. Существа сквадратно-гнездовой логикой проинструктированных умников решили для себя: первый спасательный модуль найден, прочие рядом, это очевидно исходя изих метода мышления. Значит, продолжают они гнуть свою линию, телепат прекратил поиск исбережет себя.
        НоСаид, асним ия, видим иное. Капсула найдена вдрейфе посреди сплошного потока помех. Какого рода? Немогу оценить. Нопомехи существенные, габариты ииная автоматика несправится споиском. Саид уже невладеет собой настолько, чтобы вслух дать пояснения. Он лишь морщится, жадно хватает ртом воздух иупрямо качает головой, рассеивая себя вовне - иболее ненадеясь собрать. Вот дотянулся довторого сознания, успел ощутить его. Детское, горячее, золотое - как рождественский шарик, наполненный солнцем. Носознание лопнуло, сразу остыло. Изранило Саида, взрезало его душу глубоко, страшно.
        Надо терпеть. Жизнь вытекает покапле вледяной универсум. Нотам еще много капсул иобозначить их расположение - некому. Морф сполз наруки ипомогает отсылать координаты. Надо терпеть иискать. Одну заодной, несмело радуясь удачам исжигая себя заживо, когда насквозь прошивает чужая смерть. Трепетные свечи слабеют… Воронка тьмы скручивается туже, затягивает. Людям ненадо туда смотреть. Это таже черная дыра - возврата нет. Надежды нет. Воздуха нет. Ни капли.
        -Сима!
        -Отвянь, - пронылая.
        -Сима!
        -Желаю помереть без музыка, вскромно задрапированной тишине, - проникновенным шепотом сообщилая.
        Иоткрыла глаза. Нифига нехолодно, ни разу нетемно. Саид всегда был слишком впечатлительным, душа унего большая, открытая, аэто вредно. Все норовят её использовать, как дрова. Или как халявный отопительный котел. Только хрен два Сима им разрешит.
        Все, я очухалась. Голова некружится. Дышать можно вволю. Открываю глаза - инаблюдаю Гюльчатай. Умеренно приторную, значит, все живы иможно капризничать доупора. То есть пока Бмыг непокажет украдкой ювелирский кулак… Непонимаю, как при таких ручищах можно заниматься чем-либо изящным.
        -Гавчик, я тебя люблю, прости заглупости, тыже недушил, тыже помогал. Гав, ты меня простил? Ты добрый. Так… Где Саидка? - я передумала капризничать.
        -Тут, - прошелестело под сводом черепа.
        Улыбается. Ему паршиво, аон, зараза, начистом упрямстве изображает оптимизм. Бережет нервы Симы. Рыцарь… Интересно, какая погода наэтой курортной планете? Вся звездная система больничного типа. Местная раса - чешуйчатые козлогады высочайшей степени организованности, неужели неподкрутили что надо инеподвинтили где следует доумеренных тропиков? Хочу сосны спальмами, море парного молока, нежный песок иодно пикантное облачко нагоризонте, потипу коктейльной вишенки.
        Гав, наглазах теряя серость инакапливая рыжину, вспрыгнул нагрудь, затоптался, быстро указывая хвостом направления, где исполняются хозяйские мечты: море, зелень, облако… Обожаю морфов. Ненавижу бюрократию. Уже полцикла морфам официально принадлежит почти вся - кроме звездного скопления исторической прародины расы - галактика расы йорф. Заэто время дрюккели, первыми заявившие оподдержке признания разумности иодушевленности морфов, несмогли согласовать текст этого самого декларативного признания. Империя вообще воздержалась, как верблюд нанеудобном водопое. Габ-система задолбала нейтральностью, ну ничего нерешают иникого крешению нетолкают. Одна Сима орет ипишет письма. Ну, еще кэф-корабли молодцы. Их регулярно наблюдают всистемах галактики йорф. Запрос маршрута они отсылают только коллегии морфов. Скопией вгаб-систему. Для ознакомления исоздания изжоги. То есть прецедента.
        -Саидка, ты ходячий труп или лежачий? - уточнила я вслух.
        -Хромоходячий.
        -Аплаваешь как лом или как Буратино?
        Судя потишине под черепом, телепат задумался иушел всебя. Гос-споди, прими благодарность отСимы зато, что она, то есть я, нетелепат! Этоже кромешный ужас: все про всех знать. Еще того гаже: знать, что каждый отебе думает ичего оттебя ждет.
        Побольшей части телепаты ломаются иуходят визоляцию споследующим отказом отталанта, который именуют проклятием. Поменьшей делаются циничными ублюдками, такими опасными, что их принудительно изолируют илишают дара. Редкие исключения либо бездари, либо служат вочень секретных структурах. Ивсе воспитываются смладенчества, чтобы принять себя инесвихнуться… Только Саид живет, как человек. Незнаю, как он умудряется игнорировать мнения, пожелания ипрочую бессознательную пену. Утелепатов нет друзей. Ноэто тоже непро Саида.
        -Симочка, ненадо меня врамку, - взмолился несчастный. Опомнился идобавил вслух посуществу: - Как топор плаваю.
        Отловил вмоей голове, что топор состоит издеревяшки ижелезяки, решил пошутить.Ха.Несмешно, налогике вообще неслепить хорошей шутки. Топоры вфольклоре гордо плывут только отсела Кукуево… все остальные ржавеют надне. Прочел, застонал. Жалобно так, я враз перестала ерничать. Мирно села, благостно улыбнулась морфу. Гав рад видеть меня. И, если честно, загод именно онем я чаще всего думала. Мне нехватало морфа. Спине без него холодно, адуше… сухо.
        Занятая мыслями, я вяло переводила взгляд туда-сюда, обзирая помещение. Вот Бмыг, большой ивдобавок надутый отгордости. Ещебы, унего самая красивая жена навесь пырский сектор пространства. Заодно она единственный общепризнанный искусствовед расы, ккоторой принадлежит формально, зато охотно… Минувший год Гюль провела втрудах. Вся вних закопалась, умудрившись витоге отрыть для большого универсума ипрезентовать сдолжной помпой официальный каталог поистории итрендам эмо-искусства. Прежде ни укого неполучалось каталогизировать работы пыров. Потому что творцы, даже самые чахлые, имеют живучесть свыше тридцати пяти поосредненной шкале. Боевая подготовка упыров обязательная, как унас дома - среднее образование. Только преподают куда усерднее. Ну анервы… Творцы все несколько взрывоопасны, если их критиковать. Так что пыров обычно стараются незамечать издали, вы ведь тоже неляжете добровольно напути бульдозера… если вы разумны инестремитесь ощутить вополноте муки совести - ну, материализованные, ввиде тяжких телесных,ага.
        Взгляд уткнулся вГюль.
        -А-ах, - пискнулая.
        Драгоценная жена Бмыга лучилась несуетливой гордостью состоявшегося семейного счастья. Ноэто ожидаемо. Она сидела вкресле, арядом плавало науровне плеча нечто… шарообразное, темное исвязанное сГюль. Оно - я икнула инасторожилась - смотрело. Осознанно. Поспине пробежал холодок. Я привыкла кстранностям универсума, где надо иметь очень широкие взгляды, чтобы допустить все, что тут есть ичто земная наука сочлабы ересью, достойной костра современной инквизиции. Ноиногда проявлять широту взглядов сложно. Как теперь. Шар неживой, повиду - прямо железный, чтоли… Авнутри он живет.
        -Говорят, будет мальчик, - зарозовела Гюль, смаргивая слезинку смущения. - Я летала всектор ИА. Кит посмотрел исказал: удачно.
        Вообще-то она все уши мне прожужжала планами расширения семьи. Иговорила долю цикла назад про внематочную беременность. Ну, я вежливо промолчала, сочувствуя отвсей души. Она заложила меж бровей морщинку удивления ипрервала разговор. Оказывается, мы друг друга ну совсем непоняли… Это надо было поздравлять?
        -Вырастет изшара пыр, - сообщила я себе самой, сборов икоту. - Если мать его упыр… тфу ты, упрется… хотя ты, Гюль, прежде упираться неумела. Молодец.
        -Симка, она рыдала две ночи, - хриплым шепотом сдал сестру Саид. - Сказала: ты нерада. Ты - важный ей человек. Ауточнить прочтенную смозга реакцию нефэн-шуй. Я хотел сам звякнуть тебе, номне запретили, настрого. Гулька жаждала страдать одиноко. Уменя сБмыгом вспарринге счет два-пять вего пользу, я решил неусугублять.
        Сказанное исчерпало силы Саида, он снова стал бел, как гипс. Прикрыл глаза, часто дыша истарясь небыть жалким. Только чего уж, итак ясно: накрылись мои глупые идеи пляжного отдыха. Саиду надо лечиться. Амне - исполнять предписанные Рыгом тренировки. Иучить законы габ-службы, причем сразвернутыми комментариями.
        «Красам особо высоких классов опасности неприменимы базовые законы. Однако всовременном универсуме нераспространены псевдоразумные подтипов „юсс“ и„рууф“. Неверная классификация сзавышением опасности полностью находится вответственности служащих споказателем атипичности отпятнадцати ивыше, иведет ких разжалованию».
        Это про меня. Уменя жутко высокая атипичность. Нопока что я никого неклассифицировала, как полных уродов-приспособленцев юсс или неуничтожимое почти ничем чудище рууф, жаждущее заполонить ипоработить универсум. Я неверю встрашные сказки, где злодеи беспричинно злы. Нобуду зубрить правила.
        Саид отдышался иподмигнул мне. Бодрится. Мысленно просит неуходить инебросать его, ослабленного, нарастерзание местных красоток.Ха.Сима вроли мымры, красотки вроли злобной расы юсс, мечтающей влезть вмозг очаровательного телепата иэтот мозг отключить… чтобы неограниченно пользоваться всем остальным Саидом.
        -Тебе дали пять дней отсрочки встажировке нагабрехта, - сообщил Бмыг. - Перелет сожрал полтора, столькоже уйдет навозвращение. Двое суток проведешь наБагрифе. Силовые тренировки попросьбе Рыга я беру под контроль. Через две доли суток жду напляже. Тебя проводят. Изнаешь… там мягкий песочек,да.
        Прорычал иудалился, бережно обнимая заталию жену ипоглаживая летящий между будущими родителями шар сбудущим сыном. Телепатом, как иГюль, я уверена. И, надеюсь, такимже упертым пыром, как папаша Бмыг. О, мои синяки неполученные, я уже ощущаю вас… Ипусть. Будь, что будет.
        Я села вкресло истала молча зубрить, вздыхая ипочесывая голову: отвнедрения знаний мозг зудит. Саид притих, впал вполудрему, ноя точно знаю, он просматривает инструкции иделикатно немешает. Невиноват ведь он, что видит меня насквозь. Это надо принять один раз ибольше непариться сглупостями типа: «Ах, я голая. Ах, он все прочтет, даже то, что я сама осебе незнаю». Зато склероз нестрашен, если рядом Саидка.
        «Наэтапе стажировки сотрудника применение им средств, непредусмотренных рангом истатусом, возможно при осознанном произнесении вслух ипод запись намерения превысить полномочий ибыть готовым понести ответственность. Примечание: впрактике габ-службы крайне редки подобные инциденты. Стоит помнить, что, как показывает расследование, лишь водном случае изста желание использовать сильные средства неявляется паникой или ошибкой идентификации ситуации состороны сотрудника.»
        Вот бред. Зачем хватать оружие иорать: «я хочу быть уволенной»? Я вообще нежелаю носить оружие итем более неготова калечить разумных, псевдоразумных исовсем безумных. Сима очень мирная. Сима хочет понижения статуса иныряния втеплое море без зубрежки иайсберга нагоризонте - ну, неотвратимо грядущего экзамена, мрачно сопящего Бмыга, прорицания лиственной цыганки…
        -Я могу спросить?
        Пришлось кивнуть. Почему-то мне кажется, я знаю вопрос. Саид промолчал. Я обернулась, поймала его взгляд иразобрала кивок. Невиноват ведь он, что читает. Ичто я ему все еще нравлюсь, хотя прошел год имогбы уже повзрослеть, я негероиня его романа. Вот чую, что именно так иесть. Я все еще помню взгляд Тая иузнаю его каждый раз, независимо отвнешности ирасы, напяленных нанелюдя. Я вдалбливаю себе вмозг снова иснова, что он именно нелюдь идаже габариус Чаппа ближе мне погенетике ипрочему, чем этот… никто незнает, кто. Ноя узнаю его имозг мой отключается. Остается лишь горечь. Каждый раз - горечь. Незнаю, почему.
        -Тай… - Саид нехотя выговорил имя многоликого нелюдя, скоторым я знакома спервого дня вуниверсуме. - Это для тебя серьёзно?
        Смешнее всего то, что ответ вслух нетребуется. Ивовсе уж надорвать живот можно: янастоящего полного ответа, считанного сменяже, неузнаю! Саид вмиг все просек, кивнул - мол, прости, сам знаю, что нестоило спрашивать, молчу ивпредь буду паинька.
        -Амне сказать, очем я думаю инедумаю? - оживилась я, надеясь наглубокий анализ той горечь, которую сама неспособна разложить насоставляющие.
        -Разве твое поведение зависит оттого, что я скажу? Иразве стоит тонкие темы искажать словесными ответами, ужасающе примитивными, - поморщился Саид. Грустно вздохнул. - Сима, ябы неполез вэто… личное. Номне чудится втемной области памяти угроза. Большая. Никому иникогда непозволяй читать глубоко онем. Овас. То, что есть втвоей памяти, содержит… скрытый код. Для тебя он может быть убийственным. Буквально. Уточнять нестану, так лучше. Кажется.
        -Все что угодно можно считать, если упереться, - отмахнулась я. - Ачто там зазападня?
        -Детали значимого ювелирно огорожены… им. Без твоего согласия непрочтется никем, - уточнил Саид. - Даже телепатом спотенциалом развития дополноценного доу, который внынешнем универсуме вродебы улюдей один… вуме. Ион вэтой комнате. Ибудет молчать освоих догадках.
        Я открыла рот, чтобы пробубнить возражения - исмолчала. Вдуше нечто шевельнулось, обозначая: Сима, увянь, сверни тему. Так надо, Саид прав.
        -Сима, помоги снастройкой кресла, - попросил Саид. Посмотрел наменя заискивающе. - Сима, один я тут неостанусь. Жизнь жестока, влюбленность - штука многоугольная иколючая.
        -Депилируют под кеглю, раздерут налоскуты, - заржала я. Веселость нахлынула исбежала, как шальная волна снагретого камня. Незнаю, что вомне сработало, ноя вдруг повернулась кдвери игромко, нарочито внятно сказала: - Аты будешь меня любить, если коленки сделаю назад, как тебе нравится?
        -Уймись, - шепотом взмолился Саид ипокраснел.
        Бедняга неприлично, противоестественно красив. Акрасота, как я думаю, штука волшебная исугубо атипичная. Можно быть лохматым выродком склыками или бурой макарониной без мышц. Отвратительно? Сто тыщ раз да, асто тыщ первый - нет! Почему приключается сбой всеобщей оценки с«дрянь» на«божественно», ответа недаст ни телепат, ни ученый, ни интриган тэй… Номагия вершится для кого-то одного, имагия перенастраивая слух, зрение, логику существ, окружающих избранного. Ивот уже зеленеющую жабину наполтонны целуют, немечтая превратить впринца. Скорее желают сами сделаться - гармоничным жабьим подобием.
        Саидка нежаба. Ему еще хуже, он симпатяга, сверх того наделенный выдуманной мною магией красоты. Словно перечисленного мало, загод он - клон ускоренного взращивания - развернулся изщупловатого пацана вполноценного мужчину. Он плечист, мускулист иотнего прямо искрит таинственностью… Телепат, великолепный пилот, представитель загадочной расы улучшенных людей - он сам незнает толком, кто они сГюль? Клонирование свмешательством вгеном повторялось много раз, корни этого безобразия покрыты плотным дерном забвения илжи. Зато плоды чертовски аппетитны инавиду. Едва я покину палату, Саида окутает липкое облако вожделения.
        Пришлось отимени габ-службы убедить койко-место мигрировать туда, куда укажет ут-габрехт Сима. Ауказала я надверь.
        Упалаты отирались три маньячки ссильно выдающимися из-под халатиков… данными. Меня сразу засекли, мои намерения прочуяли ивозненавидели воровку Симу - солидарно. Апофиг. Я чихнула, улыбнулась Саиду идернула вниз застежку-невидимку навороте. Девицы заклокотали горлом, как мартовские коты перед боем. Морды увсех сделались хищные. Спарринг сБмыгом уже неказался мне делом безнадежным. Пыры воюют честно, поэтому они инеправят вселенной вопреки своей феноменальной живучести иеще более внушительному потенциалу разумности.
        -Два дня, - вздохнул Саид, старательно незамечая девиц. - Ужасно.
        Почему ужасно, я неуспела спросить: уткнулась вупругий барьер озабоченных медичек.
        -Впалату, - проблеял издали злодей отмедицины, скоропостижно подкупленный заговорщицами.
        -Как габ-служащая уточняю под запись: увас есть разрешение семьи посылать впалату идалее недееспособного пациента?
        -Он дееспособен, - неосмотрительно прошипел козел.
        -Ты остался без капусты, дядя, - хихикнул Саид, резко сменив настроение. - Сима, ходу!
        Мой локоть вмялся вупругость правой куклы. Ногой я подсекла под колено стоящую левее, сразу прыгнула через готовый разрастись завал плоти - ирванула так, что сам Рыг осталсябы доволен. Мобильное койко-место, ито малость поотстало, опасаясь утратить пациента.
        Коридор был длинный, так трасса олимпийского марафона. Мы пока что лидировали схорошим отрывом. Враг подбадривал себя визгом инесдавался. Вдвух шагах отповорота наивная Сима сочла себя чемпионкой итотчас была дисквалифицирована засамонадеянность - дверью…
        Год назад я могла лишь лупить глаза, летя навстречу неминучей контузии ижалко охая напоследок. Три сотни вдумчивых избиений-тренировок Рыга многое переменили. Пятнистая отсиняков Сима нынешней версии подготовки успела извернуться иупруго отлететь вугол, разминувшись спрямым нокаутом. Правая рука поправила движение, левая удачно зацепила край подлокотника койки Саида - иСимой, как хвостом, махнули постенке вповороте… Гав петлей обвился назапястье ипомог неоторваться. Еслибы неон, подготовки Рыга оказалосьбы мало.
        -Вау, - глубокомысленно озвучил Саид мусорное словцо, добытое измоей памяти.
        -Вау-у, - прохрипела я, выворачивая шею, чтобы как можно дольше нетерять извиду то, что иесть «вау».
        Впроеме двери, которая едва нелишила нас победы взабеге, мелькнуло роскошное, породистое женское тело, упакованное вцензурный минимум одежды. Мой ответный пинок подвери подкосил красотку, она замахала руками ивзвыла… Вывернутые назад колени дрожали. Ходить наэтом девица, похоже, неумела. Нореакция унее была призовая, идевица совершила рывок инстинктивно, пробуя вцепиться впролетающую мимо мечту. Влепила себеже лодыжкой позаду - ирухнула под ноги толпе поклонниц страдиционной ориентацией коленей… Я едва успела заметить, как нарастает вал неразберихи, как мелькают руки иноги. Быстроходная койка, кренясь, завершила поворот ипомчалась дальше, волоча потрясенную Симу.
        -Может, мне пластироваться как-то пострашнее, - обреченно выдавил Саид. - Немогу так больше. Симочка, я скоро возненавижу женщин. Всех. - Он вздохнул горестнее. - Иеще некоторых мужчин. Знаешь, исреди нелюдей есть подозрительные особи.
        Мы миновали еще один поворот, отметивший бок Симы свежим синяком. Саид тормознул койку, наконец-то осознав, что мне больно быть хвостом бесколесного экипажа. Дальше мы двигались чинно. Я хромала, держась заподголовник. Саид негромко обсуждал сГавом колени той девахи: ивовсе они не«назад», строение потипу мурвровых ног. Я молча ругала себя последними словами. Кто меня дернул заязык с«коленками назад»? Мгновенный пластинг - это безумно дорого, опасно для здоровья инаверняка незаконно. Это будет мне приговором, если породистая кенгуриха догадается пожаловаться вгаб-систему. Или еще хоть кому.
        -Она небудет жаловаться, - пообещал Саид. - Это моя вина. Я поговорю сней. Симочка, я год делаю вид, что взрослею, хотя плохо понимаю, что это значит. Можно я задам еще один ужасно личный вопрос?
        Я согласно промолчала. Он также молча считал настроение. Мы добрались долокального портатора, заменяющего тут лифт, ивтри шага покинули здание.
        Оттравы оттенка старой бирюзы спрожилками изумруда тянуло терпкой, неземной хвойностью. Воздух был полон распаренным, томным теплом близкого полудня. Ветер ласкался ккоже бездомной кошкой, ибыл он пестрый, свитый изпрохлады моря ижары пляжей… Красивая планета. Перспектива тут немного искаженная, уголки горизонта приподняты, как будто мир все время улыбается. Хочется улыбнуться вответ.
        -Все они думают, что я взрослый. Наменя охотятся, - Саид начал строить «ужасный» вопрос, запинаясь иотходя оттемы куда-то всторону. - Я признаю, что дал повод, когда провожал наБагриф ребят изгруппы исам лечился, меня пару раз задевало, я неговорил. Это все… игра. Детская. Поболтать, побродить поберегу ивсе такое… дальше. Я слушаю их, много кого слушаю. Всюду игра. Мир так устроен. Сима, ты правильно сказала, когда меня отшила. Я был эмбрион. Думал, что можно сказать «я тебя люблю» ирешить кучу вопросов. Все вопросы! Только это неправда.
        Саид скис изатих. Кажется, унего неполучалось обозначить словами свои метания. Гав щетинил загривок, осуждающе наменя шипел, приняв сторону Саида. Ноя упрямо молчала, ощущая себя нарочито глухонемой садюгой.
        -Такое было красивое, цельное слово, - горестно вздохнул Саид. - Любовь… Оно разбилось намиллион осколков. Я больше неумею его выговорить так, чтобы внем накопился смысл. Цельный. Гюль умеет, только унеё получается иначе, это чужое звучание. Бмыг умеет, итоже чужое звучание. Ты умеешь… только ты молчишь, нет нужного слушателя. Сима, акакое звучание тебе… годное?
        Захотелось прямо теперь провалить стажировку исгинуть наЗемлю, потому что это всто раз проще, чем подтолкнуть пудовым языком кзубам хоть один звук. Незнаю я ответ. Блин, этож такой вопрос… еслиб я знала ответ, тогда, получается, ответ былбы уже ненужен.
        Универсум живет позаконам, похожим набеззаконие пестротой многообразия укладов - почти неограниченного. Здесь можно принять меры иотключить влияние гормонов временно или постоянно. Можно пользоваться неприродными партнерами, моделируя поведение, внешность - да все, вобщем-то. Можно коллекционировать интересные встречи, как пробуют сделать почти все девицы, преследующие Саида: им лестно внести всписок побед уникального телепата израсы улучшенных людей. Можно еще пес знаетчто.
        Почти любой вариант будет удобнее, чем традиционная семья, требующая притираться кчужому характеру исомневаться ввыборе. Каждый день видеть всвоем доме кого-то, кем нельзя управлять. Или невидеть невесть сколько иверить, что когда он вернется, это - радость… Зачем так усложнять? Собственно, это иесть вопрос Саида. Наверное. Уменя нет ответа. Ноя твердо знаю, что однажды захочу именно так усложнить себе жизнь. Еще я знаю, что империя уважает традиции, ивродебы именно это помогает им быть численно стабильными, нацеленными наразвитие иактивными, хотя нет наих планетах голода, нищеты ивойн, признаваемых уменя дома двигателями прогресса… Вредными иубогими неменее, чем бензиновый мотор. Только это неответ.
        -Тыже знаешь, мне довольно мыслей потеме, - утешил Саид. Помолчал итихо добавил: - Хотя жаль, что я по-прежнему незнаю, что надо сказать исделать, чтобы получить… ответ.
        -Ха, - кашлянуло горло Симы, совсем чужое мне вэтот момент.
        Мы добрели допляжа. Пустого: ведь посреди него врос впесок пыр, вооруженный двумя палками. Чую, сейчас он соорудит изменя ювелирное изделие типа «отбивная». Вот тогда все вопросы иответы вылетят измозгов, как пыль изковрика.
        Два дня я продержусь. Наверное. Первый раз думаю, почесывая ноющую впредвкушении скулу: ажаль, что я нетелепат. Их, вроде, нельзя бить поголове вспарринге. Под страхом лишения статуса.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись47
        «Пыры отистинных людей неотличимы внешне, совпадают иреакции поосновному перечню тестов. Пыры - гуманоиды сосбалансированного сознанием, они успешно реагируют наситуации спонтанно, ностольже безупречно оценивают свои реакции икорректируют их, исходя излогики. Или отказываются корректировать, предпочитая атипичные решения. Исследования недают понимания того, что представляет собою сознание итем более подсознание пыра. Неизучены принципы объединения пыров вгруппы (так называемое нейро-сращивание), ноя уверенно утверждаю: группы имеют отличные отиндивидуальных возможности мышления имироощущения.
        Как вуказанных условиях прогнозировать поведение отдельных представителей ирасы вцелом? Как формировать поведение?
        Отвергнув внешнее подобие, я сосредоточил внимание нагенетической близости. Витоге вынужден отбросить иэту надежду насоставление правила сортировки рас свыделением потенциально полезных признаков.
        Обитатели Иды иистинные люди близки генной потипу эволюции домутации, однако вплане социальной организации, базисных основ цивилизации, морали ивоспитания, они совершенно иные.
        Что остается? Сосредоточиться нарасе истинных людей, ккоторой сам я принадлежу порождению. Она многочисленна и, вконечном счете, именно ее процветание приоритетно для меня. Пожалуй, вличных записях я готов назвать иной термин - господство. Понятие считается неприличным вуниверсуме, насквозь пропитанном ядом идей древних. Этот яд парализует развитие, тормозит экспансию ивынуждает кнеобоснованному равенству сосуществования для неравных ввозможностях, интеллекте, ресурсах.
        Какая казуистика… Расы, неимея ничего общего вмышлении, принимают указанное правило наверу. Хуже: они как дети, завороженные сказкой одревних. Я обладаю ресурсами италантом, я могу уничтожать исоздавать миры. Я, авовсе некэфы, сгинувшие ипочти забытые. Я, аникак нейорфы, готовые покинуть наше пространство всмертной тоске обреченных.
        История вторая. Многоликие
        Гав заполз наколени, лег, всхлипнул - ипринялся вылизывать праздничный рыжий мех, какого давным-давно неудавалось увидеть. Почти год рядом небыло Симы. Увы, радость оказалась коротка! Морф проводил избранную подругу, опять остался, исполняя ее просьбы - ивот, выцветает… Делает это искренне, лгать, усилием воли подмешивая вмасть рыжий оттенок, он нежелает.
        -Понимаю тебя, приятель, - вздохнул Саид. - Спасибо, что небросил.
        Гав неповел иухом. Носвежеобретенная серость меха вродебы обзавелась намеком наузор. То есть благодарность услышана ипринята.
        -Гав, сколько мне еще расти довзрослого? - продолжил тему Саид. - Это нечестно. Гулька вообще младенец, тыб знал, что творится вее голове! Гулька одна непродержится иполучаса! Я-то знаю. Ивсеже она считается взрослой. Несправедливо.
        -Мрр-у, - невнятно буркнулГав.
        -Гав, я несошел сума иразговариваю стобой, авовсе несам ссобой. Это первое, - обиделся Саид. - Второе. Что второе-то? Погоди. Ага, второе: яразговариваю стобой, чтобы иты несошел сума.
        Гав отлогики сказанного долго пялился наСаида всеми пятью глазами. Наконец, фыркнул испрыгнул напол.
        Как утверждают справочные системы, морфы потенциально способны косознанной исложной речи. Но, будучи исходно компаньонами какой-то расы, столь склеротичной или древней, что она забыта вуниверсуме, морфы предпочитают дополнять собой автономность выбранного друга, авовсе несоздавать ему общество. Ктомуже всем известно, что общаться стелепатом посредством речи можно инужно втрех случаях: он слишком далеко инепринимает вас, ваши встроенные системы приватности имеют достаточную надежность, вы говорите официально иформируете протокол встречи. Впрочем, уровень доу, даже невполне зрелый, почти исключает надежду надолжный потолщине щит приватности.
        -Как шумно, - пожаловался Саид, заискивающе покосившись наГава.
        Кот - аГав предпочитал выглядеть так, как нравилось Симе - старательно нерасслышал. Скручиваться шапкой наголове он нежелал уже полгода. Вродебы виноват втом злодей Игль изимперского тэй корпуса: внушил морфу идею овредности привычки ктишине, которая может сделать неразвитого доу вперспективе невротиком, тотально зависимым отсвоего живого щита.
        Нахохлившись, Саид отвернулся, обнял голову ладонями истал терпеть. Пока он оставался «эмбрионом», как это называла Сима, ижил впрайде, он, кажется, вовсе небыл личностью. Изскорлупы бессознания нынешний Саид проклюнулся, услышав отчаянный крик опомощи, предназначенный именно ему. Воистину удивительно вдруг осознать себя самостоятельным итем более - полезным, способным защищать… Спасенная Сима стала первым человеком, которого еще безымянный клон увидел осознанно, своими глазами иеще шестым - или какое оно посчету? - чувством, упрощенно именуемым телепатией. Себя Саид тоже увидел впервые ее глазами. Поймал пробуждение близкого сознания после лечения и«всплыл» вместе сним, отмедикаментозной комы дофокусировки зрения.
        Стого момента он смотрел намир ее глазами идумал омире ее мыслями. Это было замечательно. Иудобно. Мир вединый миг сделался дружелюбен, цветист иуютен. Сима умела видеть хорошее ипринимать прочее незакрывая глаза - ноинеозлобляясь.
        Когда все таже Сима вышвырнула спасителя вон, одного вбольшую жизнь, было очень больно. Он снова ослеп иоглох. Он оказался раздавлен своей неспособностью адекватно воспринимать окружающее. Еслибы непыры, онбы, вероятно, иневыдержал первого шока. Нопыры - они, пожалуй, лучшее общество для телепата. Каждый взрослый пыр - вселенная, он способен пребывать вне общества почти неограниченно долго. Каждый пыр - маяк впустыне бесконечного универсума. Попервому его сигналу подобные собираются вгруппу, чем-то смутно похожую напрайд, каким он, вероятно, был задуман. Никто незнает, что объединяет пыров икак именно любой изних отсылает сигнал осборе. Определенно, включаются неродственные связи инесходство интересов. Совершенно разные пыры вдруг сплачиваются, чтобы вместе решить важное дело, азатем прощаются ирасстаются, исполнив замысел. Собственно, именно поэтому агрессия против пыров - чистое безумие. «Действие равно противодействию» - это всамом общем законе универсума именно опырах. Они эксперты вадекватных реакциях налюбой вызов.
        Когда телепат, младенец поразвитию сознания, попал кпырам истал разрушаться изнутри, его спасение сочли новой задачей. Сплотились, вытянули. Отучили судорожно цепляться зачужое восприятие реальности. Он попробовал смотреть сам. Струдом, ноначал взрослеть - так полагал Бмыг, аему-то можно верить. ИСима думала также, определенно. Конечно, нынешний Саид понимал: он пока что невселенная. Новедь инепустое место!
        Сима оттолкнула его, когда это было очень важно сделать. Еще немного, исознание эмпата сталобы неизбежными, пожизненными «ходунками» для недоразвитого телепата.
        -Я мозговой паразит, - грустно сообщил Саид.
        Гав порычал ивздыбил загривок: нежалей себя!
        -Гав, я обожаю тебя, - улыбнулся Саид. - Как хорошо, что хотябы это я говорю искренне. Идумаю так сам. Полноценно. Без слоения смыслов.
        Гав напровокацию неподдался. То есть шапкой работать снова нестал. Пришлось закрыть глаза имедленно, старательно расслабить шею. НаБагрифе всегда шумно. Народец подбирается неизменно мутный, куда им доразмеров пырской вселенной внутри - так, пылинки, сор имедузы, пропитанные стадными инстинктами, как водой…
        -Нежелаю читать их, - признал Саид. - Носмирено принимаю, да, такова моя участь. Они думают. Я неподсматриваю, новижу. Таков мой рок. Вижу, например, что врач меня невыписал, его подкупила та, срозовой цельно ненатуральной кожей. Как я могу незнать? Увы мне, никак. Я могу идолжен делать вид, что незнаю. Я спокоен. Я неурою козлогада. Я неурою никого. Мир. Чертов мир ипокой вам, интриганы. Всех прощаю оптом.
        Саид глубоко вдохнул пронизанный солнцем воздух - ивыдохнул обиду, гнев иусталость. Глаза почти соглашались различать облако серости. Свет пронизывал облако - ионо таяло. Ну ичто, ну ипусть чешуйчатое светило медицины, знаменитое натри галактики, непрестанно прилагает усилия, сохраняя невозмутимость иотталкивая вдальний уголок сознания раздумья опредстоящем увеселении, обещанномему.
        Саид попробовал заткнуть уши, хотя это совсем уж глупо. Все равно внятно, что фальшивый звонок Бмыгу устроила зараза, которую вчера Сима обозвала мулаткой-шоколадкой, громко советуя активной поклоннице завернуться хоть вкакую бумажку, чтоб неистаять целиком отмимолетного взора. Увы, звонок сработал: Бмыг улетел, Гюль умчалась следом. Вот кому хорошо! Телепает мужа инапрочь игнорирует остальной универсум. Без щитов, без усилий поконцентрации или наоборот, релаксации.
        -Я спокоен, как величавый павиан, - монотонно загундосил Саид, щурясь ииз-под ресниц наблюдая Гава. - Здешние дуры - гнилые бананы, хорошо придумала Сима. Я сытый, нехочу жрать. Они висят наветках высоко имне наних лень глянуть, я сытый павиан… Тут уютно, привычно. Я дремлю. Даже если заразы дозреют исвалятся намою больную шею, успею увернуться.
        Гав чихнул отсмеха исвернулся клубком, пряча морду влапах. Значит, слушает. Опавианах Сима подумала мельком, поймался лишь крошечный кусочек идеи. Но, вродебы, именно такая глупость изклочка могла быть развернута. Саид зажмурился усерднее, неподглядывая заморфом. Стал дышать ровно иупражняться по-настоящему, добиваясь состояния зеркальной сферы - так вкорпусе тэев называют погружение телепата всебя, дающее отдых. Сперва ушел поверхностный шум бытовых мыслишек. Затем заглохли деловые ирабочие потоки сознаний. Наконец, выцвели агрессивные «кричалки», прямо адресованные Саиду - великолепному ижеланному. Сплошной сор. Шелуха. Еще немного усердия, иподлинная тишина воцарится под сводом черепа.
        -Немогу так жить!
        Сфера рассыпалась мириадами осколков. Вголове, кажется, взорвали галактику. Гав завизжал отпринятой насебя части боли. Саид подпрыгнул, саданулся макушкой опотолок исразу метнул тело туда, где чужие мысли сделались смертоносны. Гав впился вплечо, пребольно - нохоть неотстал. Саид знал, что когда он берет «черный» сигнал, отнего ох как многие отстают. Вон - дверь неуспела илежит вкоридоре двумя обломками. Воздух тугой, вроде батута. Упругость копится, копится… нопока еще есть силы загонять себя глубже вбешеный бег. Говорят, тут окна небьющиеся, ярус-то изверхних, лететь долужайки упляжа далеко, облака обнимают гордую башню медиков.
        Под пальцами окно ахнуло, разлетаясь вдребезги. Ногти скрипнули оподоконник, жилы прожгло болью - иони выдержали, улучшенные. Тело мотнуло наружу, Гав, успев стечь наладонь, усиливая руку живой перчаткой скогтями. Зависнув надолю мгновения, Саид бросил себя вниз ивбок. Рывок, еще рывок. До«небесного сада» - того, что навершине башни, отсюда ярусов сорок… Худшее началось там иощущается потоком отчаяния много правее, окон эдак наполсотни. Ужасающе поздно думать, даже падать - ито поздно!
        Чужое отчаяние пробило облака истало зримо: тело плывет вниз возле самого фасада, все происходит медленно внынешнем ходе личного времени. Совсем медленно, атолько - попробуй достань. Хорошо хоть, вниз можно лететь беспрепятственно почти километр вдоль оптимистично-глянцевой цитадели оздоровления иокрасивливания.
        Саид дотянулся дотела всеми ярусах отземли. Разбил еще одно небьющееся окно изатормозился. Сорвался, мысленно ругая себя иуважая Гава.
        Посиле выжигающей рассудок боли ясно, что связки налевой руке придется собирать излохмотьев… Морф впился вплечи инадулся куполом. Верещит: трудно ему. Ещебы! Еслибы козлогад выписал пациента, сейчас Саид падалбы вкостюме пилота. Аэто - полная автономность потяготению даже накуда более крупных исложных планетах… Саид неуспел додумать, извернулся, группируясь. Рухнул спиной вцветник, сберегая притиснутую кгруди самоубийцу.
        -Мр-ряу! - восхитился Гав-парашют, вынимая когти изшеи ибоков. Он уже вовсю складывался вкота, временно украшенного рыжиной восторга покончикам ворсинок. Гав - азартный морф, скорость иточность контролируемого падения он одобрил.
        -Жалей меня, - мысленно простонал Саид, ощущая ворту вкус крови ипонимая, что ребра целы невсе. - Плоскоспиние, бывает такая болезнь?
        Захотелось хихикнуть. Увы, легкие неработают. Навыдохе он браво пожаловался «аа-х», вдоха сделать неможет. НоСимкабы точно уела плоскожопием, плоскоумием или еще чем внушительным.
        Вчерепе тихо, как будто вселенная вымерла. Неужели сотрясение мозга? Вроде, так это описывал Игль исетовал, что оно приключается редко. Нет, всего лишь болевой шок. Короткий при живучести вполсотни единиц. Уж возвращаются шорохи чужих сознаний. Громче, громче… Гора больничного корпуса наливается всеми оттенками непокоя, отпаники идоехидного злорадства. Какже! Попытка самоубийства наБагрифе, где жизнь почитают святыней.
        Усамого носа завис габарит, воссиял мигалками экстренной службы. Захотелось гордиться собой: автоматика недогнала шибанутого навсю голову телепата… Зато теперь усердно отдирает торопыгу отцветника итранспортирует воперационную. Минут двадцать уйдет наразделение человека ивпрессованных внего экзотических растений. Еще пять мгновений, пожалуй, займет восстановление целости костей. Если дотого природная живучесть их несрастит.
        -Немогуж.., - насей раз ненормальная вслух сообщила вынесенный себеже приговор.
        Хорошо хоть, договорить несмогла: Гав разобрал просьбу друга, соорудил изсебя эластичный бинт дурехе напол-лица. Вроде он улучшает снабжение окислителем иборется сшоком. Ага, имешает кое-кому уничтожить свою жизнь окончательно. Большинство рас полагают самоубийство тяжким недугом. Втом числе исключающим право напотомство или уход затаковым - тут есть варианты, их много инекоторые гадки доизумления.
        Саид копался всправочнике ивздыхал, пока изспины извлекали спрессованный цветник. Девица лежала без сознания, придушенная бдительным морфом. Ее пока нетрогали, сразу считав состояние как стабильное.
        -Итак, - угрожающе начал пожилой врач смордой очковой змеи ивнедренным науровне подсознания убеждением всвятости жизни, - это было…
        -Да, было, - перемогая боль, громко возмутился Саид, пока нестало поздно. - Какого черта?
        -Черта… какая черта? - запутался ящер.
        -Идиома, - более мирно пояснил Саид, истошно подмигивая очнувшейся девице. - Я говорил впрошлый раз, когда лечился здесь: перила ограждения внебесном саду низкие. Если, положим, некто смоим уровнем физического развития вздумает прыгать вдлину, он может вылететь закрай, неосознав угрозы. Я говорил! Вслух! Громко!
        «Только молчи, - думал Саид для ошарашенной самоубийцы. - Только молчи! Одна ошибка, измеелюды отправят тебя напожизненную коррекцию. Ввязкий питательный раствор, как овощ. Без права двигаться. Без права…»
        -Навверенной нам планете - несчастный случай? Которого можно было избежать? - ужаснулся очковый змей, нехотя принимая предложенную версию. Он уже проверял ее. И, кажется, именно теперь обнаружил отчет стеми самыми словами. - Да… Можно допрыгнуть, вы угрожали доказать это наглядно. Вы провоцировали несчастную! Похвалялись прилюдно! Сэтого момента ваше присутствие внаших мирах недопустимо. Жизнь священна. Вы… дикарь ичудовище. Жертва нуждается вкомпенсации и, согласно нашим законам, вправе рассчитывать напожизненное ваше…
        -Я несовершеннолетний, - гордо сообщил Саид. Встал, повел плечами. Треснувшие ребра никто инеподумал сращивать - врачи гневались всем своим парнокопытным серпентарием. - Претензии можете адресовать опекуну Бмыгу. Ну, или согласно пырьим законам, любому взрослому расы. - Саид выдержал паузу. - Будете адресовывать? Тишина… Тогда я считаю себя выписанным насовсем. Жертву забираю ссобой, обязуюсь уладить вопрос скомпенсацией.
        Саид забросил девицу наплечо. Она трепыхнулась было, новерный Гав уже снова работал кляпом. Операционная шипела так, что делалось страшно - исмешно. Даже ярые поклонники суровых законов врядли решатся объявлять претензии расе пыров.
        Саид досих пор живо помнил, как полгода назад сморозил редкостную глупость, пожав незнакомую лапу. Он был занят перепалкой ссестрой иврассеянности счел протянутую конечность универсальным жестом приветствия. Лапа оказалась хоботком, существо - послом. Пожатие хоботка - оскорблением инамеком накровную вражду. Посол сраздавленным хоботком сперва впал вкому, азатем, после реанимации, объявил, что прямо тут сживет врага сосвету через растерзание. Бмыг, который посчастью был рядом, важно кивнул.
        -Как опекун, терзаться буду я, - громогласно сообщил он. - Разрыв жертвы трипсом вас устроит?
        Вдалекой древности дикари-пыры охотились нагигантских трипсов сперва скаменным топором, азатем спримитивным ружьем. Вовзрослом универсуме стало гораздо сложнее устроить любимую забаву: просто так охотиться наразумных нельзя, иэто ужасно огорчало трипсов! Вынуждало пыров постоянно искать поводы…
        -Мр-ряу! - возмущенно высказалсяГав.
        Саид вздрогнул, вернулся изприятного воспоминания вреальность.
        -Повторяю, вам дана одна доля суток, чтобы навсегда покинуть планету, - шипел вспину чешуйчатый медик.
        Неотвечая, Саид покинул операционную. Девица наплече уже небрыкалась, отчаялась. Было противно осознавать свою глупость. Симка эмпат, тончайшее существо. Когда она запнулась, резко обернулась кдвери исказала очень громко это странное «коленками назад», азатем вродебы невзначай попросила присмотреть зажертвой шутки, надо было услышать ипонять. Аон несправился, он вел себя по-детски, допустив худшее извозможных продолжений истории.
        Курс катера Саид выбрал почти бессознательно, желая как можно скорее покинуть систему медиков. Он устал отнебесных садов ибессчетных девиц, улучшающих внешность и, кажется, неспособных более ни начто…
        -Почему? - спросил он, сгрузив ношу вкресло икое-как его перенастроив под необычное для гуманоида строениеног.
        -Да пошел ты, - предсказуемо всхлипнула спасенная.
        Ипогрузилась вгорестные мысли. Утонула вних, окрашивая мир вмаркий, неоттираемый черныйтон.
        Пришлось порыться всправочнике. Все оказалось несложно: истинные люди сгенной аномалией нижних конечностей обитали лишь водной звездной системе. Ещебы! Выходцы спланеты Ид занимали ведином рейтинге второе место почастоте суицидов, уступив лидерство лишь телепатам… Саид хихикнул. Ничего себе подобрался экипаж! Багриф вздохнет соблегчением, проводив катер.
        Доприемного створа габ-пирса рукой подать. Первый прыжок выведет катер впустой сектор пространства, что удобно: можно зависнуть иотдохнуть. Будет почти тихо. Если вкатить снотворное пассажирке.
        -Утебя есть предпочтения помаршруту? - навсякий случай спросил Саид.
        Поморщился. Вголове взорвали еще одну галактику. Ненормальная хотела падать вчерную дыру или хотябы неудачно портироваться… Лишьбы невозвращаться домой. Куда, как она полагает, ее теперь вернут.
        Катер прыгнул. Кгорлу подкатился комок, глазное дно обожгло болью - как обычно. Это что, при живучести вдесять единиц прыжок едва переносим без выхода встазис. Кстати, живучесть идянки - или как надо называть пассажирку? - двадцать три единицы. Неплохо для природной расы. Хотя для нее прыжок - это три минуты выключенного сознания.
        -Как тут замечательно тихо, - Саид ирасслабился вкресле. - Гав, твое мнение. Кого будем звать вконсультанты? Я телепат-недоросль, впереломах душ ничего непонимаю, сращивать неумею.
        -М-рр, - посетовалГав.
        -Немогуже я быть вечной занозой пыров. Симка улетела исейчас впрыжке. Мурвры, аих я знаю предостаточно, непоймут проблему. Уних ослабленная психика - это нонсенс. Дрюккели негуманоиды инам непомогут… Гюль неупоминаем. Габ-система взакрытых примечаниях кправилам полагает суицид потенциально заразной болезнью психики, что нехорошо для нашей пассажирки. Империя… Акстати, тут недалеко. Имы стобой раз сто приглашены Иглем вгости. Я знаю подтекст, новнынешних обстоятельствах…
        Саид тяжело вздохнул. Покосился наидянку, сознание которой медленно выходило изшока после прыжка. Он встречался сэтой девушкой полгода назад, когда унее были обычные для людей коленки. Авголове так плотно роились страхи икомплексы, что сквозь них мысли едва просматривались. Точно одно: он небросал эту свою подругу - сама сгинула впервоеже утро. Он вроде инедолжен брать насебя ответственность изаботиться.
        Вот только Симка вытащила Гюль изочень похожего состояния - когда незачем жить. Телепаты все без исключения хотябы раз желают подойти как можно ближе ккраю исделать шаг впустоту. Если он отпустит дуреху иотвернется, отвечать все равно придется. Стоя накраю иглядя впропасть. Рядом небудет ни пыров, ни Симки. Ведь сам он неподставил плечо.
        Отчего грядущее выглядело именно так, Саид немог объяснить. Нонынешний выбор, он твердо верил, решал иего собственную жизнь. Пальцы дрогнули, привычно процеживая потоки данных - словно эти данные иправда осязаемы. Нужный контакт нашелся быстро.
        -Спокойного полета. Дежурный повнешним контактам корпуса тэй, служба контроля сектора.
        Ни объемного присутствия, ни даже плоской проекции слицом невозникло. Дежурный предпочел оставаться лишь голосом. То есть, судя повсему, считал данные собеседника иследовал протоколу общения спосторонним телепатом высокого уровня.
        -Сектора… что зановшество? Это личный канал Игля, - удивился Саид.
        -Сектора мобилей. Вы правы, это нетерриториальное деление. Игль имперский мобиль, он временно недоступен, - мягко отказал собеседник. Помолчал идобавил, маскируя отказ: - Я могу передать послание.
        Саид поморщился. Отказ считывается синтонации ибез контакта ссознанием, если есть некоторый опыт. Сейчас слышен именно настороженный отказ. Значит, Игль опять превысил полномочия ипопал под внутреннее дознание. Или занят чем-то секретным, для такого дела сун тэй может быть обезличен изамаскирован под представителя низших чинов корпуса. Так или иначе, быстрой помощи неполучить. Сознание поднатужилось ивыдало еще одно годноеимя.
        -Дело частное, ненадо настороженно оценивать мой вызов. Мне нужна консультация по… межличностным отношениям. Игль сказал, что я могу обращаться, если возникнут вопросы. Они появились. Мне, пожалуй, могбы помочь Альг. Эр тэй ввашей иерархии, если я верно помню. Ксожалению, полное имя затрудняюсь указать. Я видел его цикл назад напланете системыЗу.
        Дежурный молчал. Пауза затягивалась. Идянка вышла изшока после прыжка иначала сопеть носом итихонько всхлипывать.
        -Наборту пассажир? - насторожился дежурный.
        -Да, - Саид ощутил первый порыв раздражения. - Увас проблемы созрением? Вы бесцеремонно мониторите катер, полагая, что я этого незамечу. Так зачем увеличивать глупость ситуации вопросами вслух?
        -Система Ид невходит всостав империи. Она ведь изозначенной системы?
        -Ставлю вам отлично покосмографии, - раздражение разрослось. - Может, проверим знание устава дежурной службы? Как долго вы можете держать опознанного иневраждебного гуманоида налинии, непредоставляя ему внятного отказа вобщении? Если я верно помню, увас взапасе пять тактов.
        -Да, - выдавил дежурный ивключил плоскую картинку сосвоей рожей, пятнистой отнапряжения. Он, похоже, прочел вданных пособеседнику «потенциальный уровень доу, внастоящее время вразвитии» иотчаянно паниковал. - Отказ будет… простите, вот уточнение. Альг Сэн Ортш, как мне дозволено сообщить, подал прошение одосрочном переходе врежим дожития. Он пребывает всистеме Рай синдексом тридцать три - одиннадцать - семь. Такие данные для вас оставил сун тэй Игль наслучай запроса вего отсутствие. Еще он оставил прямое распоряжение передать вам данные личного канала связи созначенным Альгом Сэн Ортшем. Спасибо заожидание. Хорошегодня.
        Дежурный отключился. Саид посопел громко, помогая себе услышать себяже - иуспокоиться. Так советовал Игль, категорический противник вспышек неконтролируемого гнева.
        -Если впадении тебе слегка отшибло память, хочу уточнить, я Саид, - сообщил вслух Саид, неглядя напассажирку. - Добро пожаловать наборт моего катера. Ситуация сложилась так, что сейчас ивпредь до… доурегулирования проблем я отвечаю затебя. Симка отвечала замою сестру. Симка велела поговорить стобой. Я непоговорил ивиноват. Так что два раза отвечаю ивсе такое. - Он вслушался впустоту сознания, исчерпанного отчаянием. - Яхгль. Интересное имя. Я правильно выговариваю? Вроде возражений нет. Есть хочешь? Понятно. Пить? Понятно. Тогда отдыхай. Это Гав, очень вежливый морф. Он тоже здоровается стобой. Сейчас мы направляемся ксистеме Рай скаким-то сложным номером. Я надеюсь, нас выслушают инестанут поучать, объявлять больными или ограничивать впринятии решений. Я напрочь незнаю, как мне отвечать затебя. Я этого неумею. Ты тоже неумеешь, кажется.
        Идянка молчала отчаянно, закусив губу иморгая мокрыми слипшимися ресницами. Она все время смотрела насвои неправильные колени, искаждым мгновением ей делалось хуже. Гав подвинулся кновой знакомой, встряхнулся - ипледом укутал ее ноги. Когда колени скрылись, девушка чуть расслабилась. Истала молчать спокойнее. Хотябы позволяя себе дышать относительно ровно.
        -Нет, все нетак, - буркнул Саид. - Я нечитаю мысли, как книгу. Теперь я вспомнил, ты ипрошлый раз думала, что как книгу. Хорошобы! Книгу можно отложить. Забыть. Потерять. Мне повезло меньше. Это нетекст. Это совсем иное, если тебе интересно. Я смотрю на… сознание. Оно живое ивсе время меняется. Голова кружится отвечного шевеления имерцания. Как будто укаждого, особенно кто рядом, бессчетное число лиц. Я гляжу - вот парадное лицо, так он хочет выглядеть. Атак боится. Атак ему кажется, что его видят завистники. Все лица содержат обрывки… нет, грани. Хотя укого как. Ноладно, части целого. Или разрозненного. Ты думаешь, я читаю мысли? Хорошобы. Я бесконечно наблюдаю кошмар мелькания разрозненных клоков, обрывков играней. Я понятия неимею, какая доля того, что я вижу, сейчас внятна самому человеку. Ичто именно он внятно думает изтого всего, что мне доступно. Или недоступно. Еще страшнее, когда вокруг негуманоиды. Говорят, великий Огга израсы дрюккелей смог достичь полного развития доу. Он перешел вновое качество иумеет читать разные расы, нетеряя себя. Несходя сума. Неприобретая дичайшую головную боль.
Иеще сто тысяч «не».
        Саид говорил иговорил, хотя вовсе нежелал произносить подобного вслух. Но, стоило ему хотябы намиг смолкнуть, как тишина делалась удушающей, наливалась чернотой… Идянка непереносила молчание. Саид подозревал, что паника вкомпактной рубке - это слишком. Да ирассудку резонировать сновым взрывом чужой боли ничуть неполезно. Прежние опустошили додонышка. Еще немного тьмы, еще несколько капель - ибеда сомкнется, утопит.
        -Так, нам дали добро напосадку, - нарочито бодро продолжил Саид, откашлявшись. - Тебе оформили допуск для временного пребывания вимперии. Ограниченный соговорками, вцеломже гостевой, тип актив. Вимперии все делится наактив ипассив. Мне как-то досих пор это небыло интересно. Пассивом вродебы числят обитателей планет, замкнутых влокальных проблемах или локальнойже беспроблемности. Занятно, правда? - Он снова откашлялся. Тяжело вздохнул. - Вжизни ни разу я нетрепался так долго без остановок. Я неумею постоянно говорить. Тем более впустоту. Ты моглабы хоть хмыкать или фыркать. Или молча злиться. Или немолча, ноэто былобы слишком хорошо… ладно, пока неполучается.
        -Мр-ряу!
        -Спасибо заподдержку, Гав, - улыбнулся Саид.
        Пауза затянулась. Катер тем временем удалось подготовить кновому прыжку, проверив иподтвердив курс. Идянка молчала идержалась. Вродебы реагировала наГава - серый всветлых пятнах кот терся обее руку имурлыкал. Она моргала, пробовала шевельнуть пальцами ипогладить мех. Уже что-то.
        Пользуясь передышкой, Саид просмотрел данные попланете назначения.
        Рай сосложным номером был вточности таков, как мечталось Симе: море, пальмы, сосны ипикантные мини-облака. Они необещают гроз иштормов. Просто висят накраю горизонта, дополняя совершенство коктейля впечатлений. Итак - каждый день.
        Нумерованный рай входил всистему имперского актив-дожития. Есть, оказывается, итакая… ктобы знал! Саид столкнулся стермином впервые иполюбопытствовал. Оказалось, что каждый обладатель статуса «актив», то есть участник большой галактической жизни, незамкнутый врамках одного сытого итихого мирка - так вот, каждый такой житель империи условно делит взрослость нафрагменты посорок циклов. Врамках фрагмента он обладает правом наотдых. Симкабы, - подумал Саид, - назвала это пенсией. Смешно! По-настоящему старый имперец имеет опыт двух, ато итрех, дожитий. Каждое позволяет ему спастись отвыгорания наработе, сменить поприще или просто несломаться, если обстоятельства надавили вполную силу…
        Вотбы понять, Альг сейчас, - додумал Саид срастущим интересом, - отдыхает или лечит нервный срыв? Вроде он попал взаварушку. Некто сего внешностью идокументами предавал империю итэй корпус, пока сам Альг находился вотключке. Самозванца успели поймать иосудить, покрыв позором имя подлинного эр тэя. Позже выяснилось, что лже-Альг инепредавал, инеизменял… почти. Но, как сказалабы таже Сима, осадок остался.
        Катер вышел изпрыжка. Саид подтвердил новые данные ипокосился напассажирку. Молчит. Вее голове пусто, как вЗу-габе после большой распродажи. Гладит морфа. Гав теплый - это пока все, что она способна сознавать. Видеть ничего невидит. Перед глазами унее досих пор цветник возле входа вцитадель медиков Багрифа. Цветник отнебесных садов кажется ярким пятнышком. Вовремя падения он растет, растет… захватывает весь мир. Кажется, что еще миг - истрах разобьется влепешку. Тогда станет легче.
        -Нет, нестанет, - вздохнул Саид. - Я знаю. Сестра… Хотя Гюль мне несестра, мы сней клоны, полное подобие при минимальных доработках. Гюль хотела упасть. Я считал ее память. Есть страх смерти истрах жизни. То идругое одинаково мерзко. Сколько себя ни сбрасывай собрыва, страх нелопнет. Гулька устояла накраю, потому что вцепилась всознание Симы. Там нет страха. Только жизнь. Головокружительно ироскошно - ты умираешь, раздавленная, аона рядом ивообще неверит встрах. Ее мир цветной иуютный. Сней Гав - рыжий счастливый морф. Асомной - сама видишь… серый. Потерпи, скоро будем наместе. Альг очень взрослый иумный. Может, он поможет нам разобраться. Мне стыдно донимать Симку очередным срывом.
        Катер прыгнул, иидянка впала вбессознание. Саид перетерпел укол головной боли ипокосился наморфа, по-прежнему изображающего плед.
        -Мало мне Гулькиных наездов, еще иэту снабжай шмотками, - буркнул телепат. - Гав, как думаешь, мы крепко влипли? Негуди, я сам вижу, что отступать поздно. Ачто было делать? Ты ведь нескажешь «ничего»? Вот именно. Хотя могбы отговорить меня, ты взрослый, рассудительный морф. Изнас двоих только утебя иесть жизненный опыт. Ты мог меня хотябы экранировать.
        Гав, как всегда при развитии темы ошапке-глушилке, отвернулся исделал вид, что неслушает.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись49
        Рассматривая осредненно расу наэтапе монопланетной культуры, вцентр композиции я ставлю фактор ограниченности вресурсах. Почти любой «штамм» генома людей под давлением указанного обстоятельства демонстрировал сходные поведенческие иценностные характеристики.
        Люди эффективно конкурировали ипридерживались иерархией, где вбазисе жизнедеятельность, выше личная безопасность, идалее понарастающей ксовременным нам самореализации итворчеству.
        Устранение дефицита пространства иэнергии привело красшатыванию ивдальнейшем крушению иерархии. Каждый современный житель природных планетарных сред практически неограниченно снабжается необходимым идаже излишним. Так называемый имперский «пассив» может позволить себе творчество, самоизоляцию илиже растительное бытие наблагоустроенных планетах, невключаясь вобщую работу инеприлагая усилий кборьбе закомфорт, доминантность.
        Подобная ситуация исключает такие мотивы развития, как страх голода или угроза безопасности. Притупляет азарт, делает бессмысленной карьеру как путь кблагам иресурсам. Конечно, остается власть. Но, оторванная отбазиса ценностной иерархии, власть эфемерна. «Пассив» неготов прилагать усилия, либо «попути» в«актив» он находит личное, искаженное видение ценностей.
        Примечание. Отдельного внимания, возможно, заслуживает изучение так называемого феномена вторичной (возбуждаемой наставником) персональной эволюции, создающей при должном усердии инекоторых задатках излюбого человека вторичной развертки телепата, эмпата, прогноста или телекинетика - тип дара как раз задается предрасположенностью, асила его скорее определяется уровнем «мощности» личности. Помимо развития дара, внешнее возбуждение существенно меняет человека, разрушая его доперехода впассив илиже оттягивая видение ценностей ккэф-философии. Именно изменения личности делают напервом этапе проработку этого типа влияний малоинтересной.
        Сказанное позволяет резюмировать: истинные люди, основной объект моего интереса, впроцессе социальной эволюции достигли стадии ветвления «цивилизационного древа». Такая теория объясняет дифференциацию ценностей имотивов. Мы наблюдаем миры извездные скопления, узко специализированные наобучении, искусстве, науке. Оборона, защита прав наоткрытия или адекватная компенсация усилий становятся вторичны, если вообще учитываются вуказанных социумах. Одновременно крепнут прежде тупиковые альтруистические мотивы, приводящие кжертвенности исаморазрушению. Тут я снова вижу влияние кэфов сих философией «экосистемы разума», когда максимальное разнообразие признается большей ценностью, чем личный успех одной израс или цивилизационных моделей.
        История третья. ЭпохальноеЧП
        Бум! Катер вышел изпрыжка. Рановато вроде, резковато. Ох, чую потусклому похмелью, что дальнейшее мне непонравится. Я сама составляла программу полета. Дело несложное, если забить натонкости супер-пупер навигации идать волю автоматике. Я дала. Она взяла. И -вот.
        Всюду здесь черно, как успящего трипса под брюхом. Мозг ваналогичном состоянии - сплющен недоумением влепешку. Рядом, уже вижу ичитаю вотчете, нет ни габа Учи, родного моего, ни вообще хоть какого габа - неродного. Тлеет поодаль, если это неглаза глючат, неяркая бурость. Иеще дальше тлеет. Иеще… Ничего знакомого. Ау, автоматика! Какого рожна, а? То есть я, ут-габрехт Серафима, официально запрашиваю причину смены курса, нержавое ты ведро снесвежими программами!
        «Вактивной фазе прыжка отмечено проявление признаков близкого сигнала бедствия. Вполностью автоматическом режиме решение попроблеме неможет быть получено без уточнения типизации. Прыжок прерван аврально».
        Вот тебе, Симочка, идень экзамена. Только ты могла умудриться поскользнуться впустоте космоса, где нет ужасной распутицы, луж или хоть банановых корок… Ачто есть? Связь есть? Хоть связь! Проверяю. Надеюсь… Нет связи. Координаты дыры, где я застряла, есть? Нет координат, тупая автоматика прервала прыжок именно аврально. То есть переход вручной режим совпал сосбоем какой-то системы, что означает: явлюбой точке пространства, зона поиска равна длине прерванного прыжка. Ачто это было запрыжок изсерии? Ага, пятый.
        Моя тупейшая «Стрела» исполнительно сорвалась стетивы габ-пирса Фи, допустимое произношение Фик - чего стоит одно это название! Итак, «Стрела» ушла вполет инеприбыла поназначению, промазала, потому что взбунтовалась на-фик. Пирс этот фиков, согласно данным справочника, безлюдный, вслед мне никто немахал платочком. Ещебы! Вся габ-фик-ня находится награнице сектора древних. Который неавтоматические курсопрокладчики огибают сусердием, икуда нелезут даже автоматы скорректным набором правил: место специфическое. Пустое, населенное… призраками. Ну, древние хозяева ушли, их бесхозные планеты обветшали, вгулких лабиринтах чадящих старых созвездий бродят никому ненужные устройства снеизвестным запасом энергии, воют маяки иперемигиваются станции слежения, хотя следить некому инезакем.
        -Почему ты сюда врезалась, «Стрела» Робин-Симы? - вопросила я. - Икто тебя отсюда выдерет? Тут нет благородных разбойников. Никакихнет.
        Вдумчивый осмотр рубки подтвердил: если нея, то ктоже? Призраков, итех еще поискать. Они умнее Симы исвалили, чтоб несдавать экзамен наспасение ут-габрехтов отизощренных мук навигации вслепую.
        Ладно. Будем рассуждать логически.
        Где запись сигнала бедствия? Вот она. Выводим для просмотра вдинамике. Красиво. Годится для заставки намонитор. Стоп, недошуток. Запускаем алгоритм конденсации мусора изздешнего эфира, который так засорен, что, возможно, из-за мусора инет связи. Ждем, пока процесс анализа приведет нас хоть куда. Добротный тупик тоже годится, он лучше, чем пустота насвалке древней, всеми забытой, истории!
        Ага. Совпадение пошуму. Сигнал так называемого бедствия тут все время плавает. Зацикленный. Его бросают туда-сюда два скучающих маяка-ретранслятора. Перемигиваются они, заразы. Один маяк поближе, наорбите планеты. Второй подальше, он мощнее. Планета отстойная, ядро холодное, сама похожа навысохший инжир. Нехочу туда. Там пусто, я чую. Следовательно, верим винтуицию игребем ко второму маяку. Включаемся вигру «найди меня» - то есть врубаем постоянный вызов габ-служб. Авось, сигнал пробьется. Что я учила про сигналы исбои связи?
        «При авральном срыве процесса транспортировки, так называемого прыжка, порой возникают искажения рельефа поряду пространственных исиловых параметров. Подобные аномалии могут временно дестабилизировать каналы связи исоздавать так называемые «ловушки эха»…
        То есть сбой прыжка мог зациклить «так называемый» сигнал бедствия? Незнаю, вот такого я неучила. Дайте Симе весло, она виновата всвоей малообразованности иискупит ожесточенной греблей если неэтот грех, то хоть приступ озлобления. Потому что я зла! Что, трудно мне было вручную проверить курс? Этож нефиг было рисоваться перед Гюль, красиво делая ручкой вместо просьбы помочь свводными. Ах, сама справлюсь. Исправилась…
        «Вниманию пилота, - ноет вголове корабль. - Прошу уточнить технические характеристики запрашиваемого оборудования, условное название весло. Винвентарной описи нечислится».
        Сколько поколений отделяют мое нержавое ведро типа «Стрела» отразумного, одушевленного кэф-корабля? Пропасть. Весь здешний взрослый универсум - ясли для слаборазвитых, если сменить точку отсчета!
        -Отмена попоиску весла, - одернула я корабль. Вздохнула иодернула капитана: - Иты прекрати-ить кипеть, нарушая терморегуляцию вверенного помещения, гражданка Серафима. Габлом была, габлом иостанешься. Ума-итьнет.
        Гражданка после громкого замечания всвой адрес пристыдилась. Стала думать, собирая ум вкулак итам его потно перетирая. Саид так делал пальцами - ипотоки данных сразу структурировались. УСаидки руки растут издругого места, наверное. Он почти что гений иточно нелетает вночных кошмарах изгаба Жо кпирсу Па… Причем сзасаленным бумажным справочником, изкоторого понятно зачем вырваны самые ценные страницы. Мягкие.
        -Ц-цц… Прюм! Прю-йм! - зашипело врубке. - Прюм!Ц-ц!
        Я возрадовалась. Говорящее нагодных мне частотах привидение - этоже здорово! Оно, глядишь, еще иумное. Ипошлет Симу туда, куда надо. Хоть куда-нибудь. Потому что катер типа «Стрела» сам наавтомате непрыгнет изнеизвестной точки пространства. Он нуждается впривязке ккоординатной сетке. Увы, пока ни сетки, ни авоськи нету. Кругом сплошная нихренаська.
        -Сердечный вам прюм! - подбодрила я неизвестность забортом.
        Там притихло. Долго молчало, пока «Стрела» наманевровых ползла кмаяку, пьяно повиливая кормой. Я неочень ловко управляю без помощи автоматики.
        -Чертова табакерка, отэтой возни суправлением нос чешется, он чует, как мне будет-ить больно позже. Шея чешется… Нос предвкушает-ить клевок отТьюитя. Шея - взмыл отРыга, - чтобы немолчать, сказала я вслух. - Вы как, уважаемый, все еще сомной? Прюм или непрюм?
        -Ц-ц-ц, анали-ц про-ц-вигается, - сообщил тотже голос бодро ибегло, скаждым словом становясь внятнее. - Универ-цальная язь, да? Упрощенная вер-ция… Ц-цц, уменя много образцов вворонке уловителя, какже я неотладил произношение? Прём! Ц-цц, при-ём! Вы здець? Непокидайте, уменя-ц бец-цвие. Ужасное бец-цтвие! Нужна помощь разумного сущец-цва.
        -Наборту имеется существо, - вздохнула я. - Оно, то есть я, точно вас непокинет вближайшее время. Весь вопрос вразумности.
        -Отчегоже, я оц-цтроил воронку поицка… поиска, притянутое должно соответствовать заданным параметрам, - все быстрее тараторил голос. - Прюм… приём. Дайте допуц… допуск наподключение ксистемам. Я усвоил конструктивную логику. Считаю данные поокислителю ипараметрам тяготения, запроектирую систему ц-тыковки, чтобы встреча прошла без осложнений.
        -Даю добро, хоть я инетаможня. Вы кто будете? То есть кто или что? Ибудете или были?
        -Ц-цц… Какие милые вопроц-цы! Я дежурный посектору, - смущенно исзапинкой выдал голос то, что хотелбы полагать удобной версией правды. - Ответственный… посектору, да-ц.
        -Какому сектору?
        -Наязи он именуется сектор древних, - почти обиделся голос иснова начал тараторить соскоростью разгоряченного итальянца. - Вы разве нец-наете, где вы? Дурно, дурно! Мое понимание современного вам типа формирования координат неполное. Прием! Неполное… Ноесли-ц настроить воронку сбора недостающих сведений, то успех будет достигнут втечение полудоли цикла. Да! Полудоли. Я формирую причальный рукав. Жду вас, уменя небыло гоц-тей сначала смены, ярад.
        -Это долго - сначала смены? - я заподозрила подвох.
        -Ц-ц… ц-семь юков, - запнулся голос. - Прюм!
        -Юки переводятся вциклы?
        -Ццц…
        -Хотябы примерно, - ожидая нехорошего, попросилая.
        -Нец-знаю, - осторожно отозвался голос. - Я сам их ввел, видители. Когда пришел кидее необходимости вымерять время. Я их ввел иу-ц-ловно привязал куц… условно заданной точке начала… ц-ц… смены. Добро пожаловать! Унас сходный при ряде оговорок окислитель, тяготение я настроил, оно мне безразлично, так что чувствуйте себя как… как дома, да-ц?
        Вообще-то именно этого я нехочу. «Как дома», чую, может здорово затянуться.
        Влюбом случае нефиг хандрить. Никогда невредно выйти изкорабля иразмять ноги. Тем более хорошо, что есть, куда выйти, окислителя вдоволь итяготение подходящее. Причин для жалоб - ноль. Меня даже пришибить очередным взысканием несмогут, пока необнаружат.
        Люк открылся. Дал мне обзор навеличавый, хоть ималость запыленный, космос. Сквозь него кчужой станции вел рукав переходника, натянутый изчего-то похожего насетку для рыбной ловли. Под ногами сетка малость пружинила. Ячеи вней были крупные, наступать приходилось состорожностью, чтобы ступня непровалилась. Как эта сеть держит воздух - ума неприложу. Ну иненадо его прикладывать, атипичный. Пожалуй, пусть пока безопасно покоится смиром.
        Впереди, метрах, наверное, втрехстах, виден парадно освещенный мелкими звездочками круглый люк. Впившись внего десятком лап, меня ждет презанятнейшее создание. Лапы унего длинные, многосуставчатые, изнекоторых сочленений гроздьями растут пальцы - или что оно такое? Наверное, пальцы. Удобно, что их вдоволь, прищемил пару-тройку инежаль… Тельце усоздания некрупное, Гав разве натреть помельче, когда изображает кота. Ноэтот некот, он типичный Чебурашка. Остроухий только. Седой, благообразный, кого-то смутно напоминает… Успею разобраться, пока важнее иное. Этот паукообразный чебурэльф всправочниках габ-системы незначится, я уже два раза его сверила скаталогами известных рас. Значит, он древний чебурэльф. И, похоже, отшельник - иначе зачем ему так радоваться гостье? Вон, аж подпрыгивает, ушами прядает…
        -Здравствуйте. Я Сима. СерафимаЖук.
        -Нежук, гуманоид, - поправил он. - Добро пожаловать настанцию, так вам удобно называть мой дежурный пост? Я принадлежу красе ццц… немогу выговорить наэтом наречии. Имя тоже немогу. Проц-стите.
        -Эйнштейн! - врубилась я. - Ну вылитый… прям как вВикипедии. Простите. Глаза, прическа… Вот это встреча…гм.
        -Эн-цш… Эш. Коротко. Оба звука есть вполном имени моем. Зовите Эш, - обрадовался чебурэльф. Перебрал лапами исместился ккраю люка. - Проходите. Я натянул ячеистые ярусы. Для вашего комфорта. Будем обедать. Обедать! Непотреблял белковую пищу три юка. Или никогда непотреблял? Надо испробовать.
        -Баба Яга также говорила, - буркнула я сподозрением. - Хоть баню вы нетопили для гостей?
        -Баню? Как ее топят? Вчем топят? Сколько нового! Идемте обедать. Я хочу знать про баню. Это сложное техническое устройство? Это кулинарный рецепт?
        -Строение для гигиенических целей.
        -Иего… топят. Потрясающе!
        Чебурэльф подпрыгнул навсех лапах, завис, цепляясь заневидимую мне паутину ипомчался внедра станции, гостеприимно помахивая мне лапами - мол, проходи, нестесняйся. Я двинулась вперед поупругим полам, балансируя ипривыкая ких колебаниям. Отповедения Эша вголове плясали совершенно невнятные мысли, они нежелали складываться даже всамые нелепые догадки. Это вообще что такое? Он упомянул воронку для сбора чего-то… да всего! Вот спорим напоясок Чаппы, этой воронкой меня сюда изасосало. А«бедствие» впереводе сдревнего означает - скука.
        -Эш!
        Он умчался ипропал влабиринте паутинных ярусов. Хорошо хоть, паутина малость светится ия нетеряюсь встанции, которая вся - обман. Чем дальше ухожу вее недра, тем она огромнее. Тут явно нелады спространством, оно кривое. Внутри больше, чем снаружи. Хотя чего еще ждать отдревних.
        -Эш!
        -Сюда, вот сюда. Я анализировал данные. Верно воссоздан стол? Верно воссоздана тарелка-ц?
        -Да. Идаже салфетка, вы просто гений,Эш.
        -Гений, - скромно согласился он ипокрылся бархатом - незримые дотого ворсинки накорпусе встали дыбом. - Вы льц-тите. Увы мне, вы льстите. Я самонадеянно хвалил себя. И - вот. Бедствие. Ужасающее бедствие меня подстерегло. Кушайте. Когда кушаете, я могу излагать худшее? Силы вас непокинут, если их подкреплять белковым стимулятом-ц… стимулятором.
        -Непокинут.
        Будь я разумным существом, ябы нестала есть невесть что невесть где поприглашению невесть кого. Но, если честно, переживания вдруг дико захотелось заглушить сытостью. Втарелке лежало… незнаю, что. Такое гофрированное сфестончиками, похожее нагрибы-лисички. Только розовые. Я взяла самый мелкий, понюхала, сочла впечатления сносными. Откусила скраю. Кисло-сладко искрипит назубах. Интересно, жую извежливости или уменя челюсть свело? Неуютно. Ох, неэльф он, неэльф. Тем более неЧебурашка.
        -Все началось, когда… незнаю, когда, - острые уши поникли догоризонтальности. - Быть дежурным впустом секторе ужасно. Я разнообразил досуг. Сперва я недумал отаком радикальном варианте. Ну, наверняка сперва недумал-ц. Только уменя было время… Ия додумался. - Эш высоко поднял мелкое тело налапах, такое поведение внятно подчеркнуло важность следующего сообщения. - Я совершил закрытие.Да.Вы льстили мне. Я тоже льстил себе. Я думал, что я - гений ипосле закрытия пройду путь вприемлемые сроки. Носемь юков… Ц-ц-ц! Очень много, кажется. Я негений. Я стремлюсь, новсе сильнее подозреваю, что мне никогда несправиться. Я оставлен дежурить, ноя немогу дежурить теперь, после закрытия. Неполноц-ценен.
        -Что такое закрытие?
        -Закрытие! - уши сложились вверсию «больной спаниель». Эш свернулся клубком накраю стола исмотал все лапы, обнимая себя. - Это закрытие. Разумные впроцессе эволюции делают открытия. Я стер эволюцию дооснования. Это - закрытие. Очень интересно восстанавливать понимание мира ссамого начала. То есть… было интересно. Потом страшно. Потом непереносимо жутко.
        -Атого, открыть обратно… закрытие? - уточнила я, доедая вторую лисичку. Они вкусные. Сейчас еще возьму. Наверное возьму, если захочу. Потому что я толи хочу, толи нет, арука тянется. Сама? Упс, непорядок. Строго вразумляю руку, харэ трескать розовую дрянь. - Вы что, непредусмотрели кнопку аварийного выхода?
        -Какже! Я предусмотрел, - он прикрыл свои умнючие глаза. Снова распахнул иуставился налисички. Быстро сцапал одну истал жевать. Он жевал, я, оказывается, тоже… Он проглотил. Я тоже. Он заговорил, я преисполнилась внимания. - Предусмотрел. Только то, что имело смысл дозакрытия, теперь вне моей логики. Я немогу найти выход! Немогу-ц. Немогу. Немогу…
        Он страдал, перекатываясь постолу туда-сюда иплотнее обнимая себя лапами. Видимо, так он выражал крайнее отчаяние. Слисичек меня пробило наострую форму сочувствия - аж дослез.
        -Вы живы, вбезопасности инеимеете ограничения повремени поиска, - утешила я. - Зачем так страдать?
        -Ноя даже незнаю, куда мне вернуц-ца после дежурства! Где моя раса? Могули я считаться ее частью, если полностью изменился исейчас свободно общаюсь свами, существом следующего универсума? Я вывихнут измиропорядка. Меня надо вправить! Я сам немогу. Немогу…
        -Стоп, эту песню уже крутили сегодня. Я поняла после второго куплета, больше ненадо уточнять. Сменим пластину. Эш, я тоже негений. Почему воронка сюда подтянула именно меня?
        -Незнаю. Воронка немной нынешним создана. Мной прежним. Я активировал. Незнаю вточности, как. Она выбрала иподтянула. Вы годны-ц! Вы должны вэто верить. Я немогу остаться без надежды.Не…
        -Стоп. Я давно поняла.
        -Ц-ц-ц! Немогу, - катался он. - Немогу…
        Поскольку ушастый Эйнштейн немог взять себя вруки, я сделала это занего. Взяла, убаюкала ипогладила поушам. Он легкий, килограммов пять, пожалуй. Слегка теплый. То есть сам неособенно, аворс греется обкожу. Тщательно поглаженный Эш примолк. Я воспользовалась тишиной ихорошенько обмозговала историю.
        Так, попорядку. Меня занесло сюда непотому, что я самый плохой навигатор вмире. Просто сюда занеслобы любого, докого дотянуласьбы воронка древнего «пылесоса». Я доверчиво вперлась внутрь станции, бросив корабль инеотправив сигнал бедствия. Я эмпат иточнобы просекла прямой злой умысел, его нет. Это хорошо. Новот что плохо: смоей стороны опять последовало нарушение инструкции издравого смысла. Спонтанность мне свойственна, нотакая - перебор! Значит, откорабля меня уже малость тянуло, иначе чего я заспешила? Типа - спасать. Он иправда страдает. Это чую, это без обмана. Вывод первичный. Эш так нуждался вобществе, что применил сильные средства для избавления отодиночества. Мое мнение неимело значения иоказалось субъективным. Хотя анализируй неанализируй, аушастик - лапочка идаже няшка… Стоп, сунем голову под кран холодной логики.
        Дальше думаем. Лисички. Нафига мне приспичило их трескать? Захотелось. Кажется, история собедом мне вообще ненравится. Немного отдышавшись, мой мозг, размещенный вчерепе навырост, сгенерил вопрос.
        Какова роль Симы вборьбе сзакрытием? Глупо ожидать, что вмои обязанности входит лишь поедание лисичек ибаюканье чебурэльфа.
        -Эш, авот…
        Он встрепенулся, выкатился изрук иумчался. Сразу вернулся, помахивая дюжиной тонких палочек, похожих надирижерские изажатых впучках пальцев.
        -Чистый мозг. Хорошо! Теперь буду вести тебя отначала, отколеса.Да!
        -Унас говорят отпечки.
        -Тотже уровень цивилизации, - обрадовался Эш пониманию, которого небыло ивпомине. - Отколеса! От! Туда-ц. Туда, давай. Быстро, надо много проверить. Сколько юков живут втвоем виде?
        -Опа… приплыли. - Начала я запоздало въезжать вситуацию иперешла кразгневанной фамильярности. Официальные скандалы - немой жанр. - Ты встряхни мозг, гений! Тоже мне, позвал вгости, анабиваешься вучителя ивожди воспаленного студенчества. Меня выгнали изинститута, понял? Уменя интеллект тридцать один. Ну, почти. Допересмотра.
        -Учту. Буду интенсивно учить, - перебирая лапами, Эш крался ко мне, норовя ткнуть указкой вруку.
        Я отступала. Указка жгла, как крапива. Чую, вот чую, пусть изапоздало: дело труба. Инеподзорная, акуда глубже игаже… Бывает улюдей право наобразование. Ноздесь кое-кто думает, что впределах станции учение - это долг. Мой. Пожизненный. Спереходом впосмертный?
        -Нехочу учиться, - заявила я ипоперхнулась. Вторую часть фразы я знаю. Ноэто преждевременно. Ктомуже выбор кандидатовтут…
        -Надо, Сима, - строго сказал Эш. - Надо одолеть ошибку закрытия. Втебя через питание внедрены нокры. Могу фиксировать активность мозга. Могу корректировать. Могу синхронизироваться ссобой. Нокры! Изобрел недавно. Гордился. Нокры будем учить нескоро. Сейчас иди туда-ц. Первый уровень. Механика.
        -Упреть-ить, взопреть-ить, - проикала я. Окрепла внежелании учиться истала искать выход. Пока взглядом. Только он непрожигает паутину. - Спасите Симу! Эй, люди инелюди, а? А-аа!
        Я старательно протранслировала мысль как можно громче. Малоли, вдруг кто разберет? Йорфы хоть, доих сектора отсюда недалече, два прыжка. Или Кит, он иногда слышит меня. Или Саидка, хотя сколько он может выковыривать меня изразных бед, куда я влипаю сама иохотно, прям как новенький башмакв..?
        Эх, унекоторых аналогии позитивны ибез вони. Я вздохнула. Эш отмоего удрученного молчания взбодрился. Быстро смотал изпаутины кресло, мне нанего указал иначал вещать что-то невнятное изгеометрии. Наверное изнее, откудабы мне знать вточности? Онже после закрытия всегда говорил сам ссобой. Он итеперь ровно так поступает. Объемный экран создал, изпаутины натягивает фигуры, бегает, пальцы натурально - веером, иих так много, что любой криминальный авторитет увянет иутратит вкус краспальцовке, раз глянув нашоу психованного профессора. Самопровозглашенного.
        -Непонимаю, - капризно буркнула я. - Плохо учишь.
        -Хорошо, - подпрыгнул Эш иповис напаутине. - Гений. Почти.
        -Непонимаю, - гнула я свое, нащупывая намек наплан иопасаясь думать подробности, ану как он читает меня. - Вчем меряешь это? Такоевот?
        -Такое-ц? - Эш растопырил лапы, подражая мне. - Какое?
        -Длину, наверное.
        -Вкуюках… ццц. Если мы говорим ободном итомже.
        -Во-во. Ия чую, куюк приходит. Переведи куюки вметры.
        -Метры. Определение имеешь?
        -Нет.
        Я мрачно хмыкнула. Симу учить - это тебе незакрытия делать. Еще кто откого сбежит, головой боля инаходу верша герметичное закрытие люков…
        -Вчем меряешь это? - я обняла руками пустоту, таращась насамопровозглашенного академика скрайней дикостью идаже намеком наоскал.
        Эш отодвинулся изатоптался всмятении. Умчался, приволок корзину срозовыми лисичками. Рука кним сама потянулась, ноя врезала ей попальцам. Другой рукой, более послушной. Эш сморгнул.
        -Отсытости тупею, - строго предупредила я. Подумала идобавила, чтоб его проняло поглубже: - Мне есть, куда тупеть. Да-ить!
        -Куюк есть мерило мономерности-ц, - осторожно началЭш.
        -Мерило мерности.Фи.Определение недолжно включать понятие. Еще раз. Повнимательнееучи.
        Эш смущенно потоптался, сожрал горсть лисичек, взбодрился изатараторил, размахивая лапами. Я зевнула ипочесала затылок. Села вкресло. Прикрыла глаза истала монотонно кивать - типа усваиваю. Под бормотание Эша недурно дремалось. Думалось куда хуже. Пока наверняка понятно, что бархатистый гений далеко недоу, телепает меня вообще слабо. Неотличает сон отвнимания.
        -Куюк формируется методом умозрительного отсечения… - Эш смолк. - Мозг пассивен. Сима, надо учиться!
        -Плохо учишь, - начала я повторому кругу. Тяжело вздохнула ипоморщилась. - Негений ты. Ну, как препод - вовсе отстой, уж прости. Опыта нет. Людей надо поощрять. Людей надо увлекать. Наконец, важно использовать современные методики улучшения усвояемости… Вот габрал учит меня через наложение рук. Амудрец покруче тебя, Зу изсистемы Зу, повышает впитываемость мозга через обработку его порошком. Изнутри.
        -Нокры тоже изнутри, - обиделсяЭш.
        -Ну да. Только пользы чуть. Закрытие подкосило тебя, - поморщилась я. - Хочешь, сбегаю запорошком?
        -Сам, - вздрогнул всем теломЭш.
        -Ненайдешь. Ты свою ценную кнопку, иту потерял.
        -Улететь несможешь, невернуться сюда тебе непозволят нокры, - Эш вслух признал свое коварство. Молча привел себеже какие-то еще доводы, загибая многочисленные пальцы пучками икивая ушами, так он соглашался сособою, мудрым. - Разрешаю ненадолго прервать внедрение знаний. Нобыстро туда иназад. Бегом. Да-ц, бегом.
        Я рванула сместа, как габарит посигналу бедствия. Промчалась поупругим дорожкам, подсвеченным для меня. Уф… выход. Паутинный трап цел. Впереди - моя дорогая, моя родная «Стрела».
        Прыгаю влюк, задраиваю его, рушусь вкресло ихлопаю всей ладонью посектору аварийного сигнала типа ло - то есть экстренного, насамый крайний случай. Сейчас система оценит наличие рядом живых ипотенциальный вред для них, изберет безопасную плоскость развертки исделает разовый выброс вовсех доступных ей режимах. Это малость подкосит здоровье пилота: почти всегда он, то есть сейчас я, оказывается задет секущей плоскостью сигнала. Между прочим, сигнал типа ло - это почти сверхновая помгновенной мощности. Существа примитивные, непрошедшие вторичной развертки испособные выживать лишь вколыбели родной планеты, под ударом сигнала ло загибаются. Те, кому повезло быть вторично развернутым, нуждаются винъекции восстанавливающих препаратов. Кресло именно теперь вжарило мне укольчик, отнего вмозгу прям фейерверк… Больно. Душно. Вдобавок накатил приступ паники - ну, это винструкции прописано, побочный эффект сигнала, быстро рассосется.
        Что дальше? Времени мало, руки едва слушаются, скоро меня скрутит пополной ипотянет впоход зазнаниями. Астуденческий билет отЭша - пожизненный, оценки будут выбиты наСимином надгробье… Если я неоткошу оточередного образования. Ох, незря его зовут вышкой!
        Наощупь тяну скрюченной рукой зюй, есть щепоть. Сыплю наязык ипротив воли бреду клюку. Меня уже проняло доподмышек. Только спину еще чую, ну - она нетянется кзнаниям, она пузырем круглится имерзнет. Нехочу учиться! Нехочу. Нехочу…
        Стоп. Меня клинит, почти как Эша. Влияние? Наверняка.
        -Зу! - ору вовсю глотку.
        Вымер, чтоли, универсум? Иэтот неотзывается…
        Люк предал габ-систему иползет всторону, открывается.
        Паутинный трап вижу, мой взгляд кнему будто прикован. Тащусь кстанции инехочу учиться доодури ипомрачения рассудка! Паника вдуше растет, она неприступ, она пожар внефтехранилище… Вулкан мега-размера. Большой галактический взрыв. Нехочу туда. Нехочу!..
        Пудовые ноги переступают. Станция Эша все ближе. Упорно пялюсь вдыру темного входа. Еще десять шагов попаутине, натянутой впустоте. Когда теперь звезды увижу! Девять шагов. Зюй, тыж должен обострить мою атипичность, давай уже! Время тикает. Восемь шагов.
        Вкруглой дыре люка станции тенью совздыбленным ворсом возник Эш. Волоски светятся алым ифиолетовым, будто поним молнии пляшут. Нечто темное вылетело вуниверсум - вижу отчетливо, оно излап тянется вязкими каплями, оставляет след. Оно все ближе, нацеленное вменя. Сима, ну исоня твоя эмпатия! Это так просто, аспину ознобом прокололо лишь теперь - да, ты попала пополной! Тутже кроссворд уровня придорожных электричек: «гостья паука, четыре буквы»…
        Вязкое меня достало, налипло напленку лицевой защиты, наруки откисти долоктя - я успела поднять ладони изакрыться. Рывок!
        Стало сразу холодно иужасно тихо. Я впервый миг непоняла, почему.
        Эш дернул свою паутину - иона, прилипшая, содрала клочья защитного костюма. Вязкая дрянь, брошенная вменя, по-своему гениальна, ей удалось мгновенно испортить снаряжение габ-служащего! Ая думала, что костюм очень, очень надежный…
        Удивительно, как много мыслей помещается водин миг, при условии что он - последний. Сейчас я твердо знаю: разгерметизация меня избавляет отвысшего инопланетного образования. Минута - инебудет такой угрозы, как небудет иСимы.
        Невероятно. Когда уже я помру-то? Давно пора, давно… Ая продолжаю видеть. Глаза учеловека нежнейшие, замерзнуть должны нараз… или лопнуть? Брр! Думать противно. Номне везет, они немерзнут инелопаются: явижу, как Эш судорожно цепляется лапами закрая люка, как лиловость всполохов наего ворсе выцветает. Чебурэльф делается невидимкой, черный вчерной дыре люка. Это уменя резкость зрения падает? Наконец-то, ато мру - как лебеди вбалете… или еще медленнее. Нос чешется. Хочется сморгнуть, перед глазами пленка плывет. Сума я уже сошла, поскольку неощущаю никаких эффектов отпотери давления или там - космического холода. Первый миг давно отсчитался иулетел впрошлое соскоростью курьерского поезда, время несталобы тормозить для меня. Хочется вдохнуть, влегких все выгорело, нужна новая порция воздуха. Вдыхаю пустоту. Нелепо, этож вакуум, его нельзя вдохнуть!
        -Пес-уть… Кот-ить… Эш, как ты напугал меня! Я думала, хана Симе. Я думала, что ты грохнул меня, чтобы мумифицировать. Идеальный студент: глаза открыты ивони никакой при должной обработке… Эш, как хорошо быть живой! Упс-с-ить… полкостюма пота. Аж чавкает. Эээ… вдруг это желтыйпот?
        -Ц-ц! Непонимаю, - испуганно пискнуть Эш, пялясь наменя всеми глазами. - Сима, помолчи. Буду думать. Вслух. Вслух! Попорядку, надо строго попорядку ивслух-ц. Надо синхронизацию данных делать. Что есть начало? Удар. Мощный. Кольцевой. Я счел агрессией. Неуспелбы уклониться, он сам прошел мимо. Я решил: явыжил попричине слабого опыта вприцеливании унападающей стороны. Ждал второго удара. Страх. Большой страх. Огромный! Решил ударить первым. Использовал очень опасное средство, какое сам всебе развил. Почти неосознанно применил. Попал вцель. Еще вброске осознал, что действую ошибочно исамо решение недопустимо. Нельзя убивать изстраха. Нельзя вообще. Сожалел, немог отменить… Ужас-ц. Он больше страха. Вина. Она больше ужаса. Вдруг осознание: ты жива! Удивление. Больше вины.
        Я добрела долюка станции ипристроилась накрай, свесив ноги наружу. Было потрясающе, головокружительно здорово так сидеть. Кругом куда ни глянь простирается универсум, бархатный извездчатый. Заспиной уютная тьма обжитого мирка. Рядом Эш, дрожит всем тельцем, прижавшись кбоку. Две нас тут, награнице дикого иодомашненного пространств. Мы живы ихоть теперь немного понимаем друг друга.
        -Эш, я хочу… пожалуй, я хочу отимени большого универсума, раз поблизости нет уполномоченных кэфов, приветствовать тебя. Это, кажется, важный момент. Мы стобой из-за ничтожной ошибки начали звездную войну. Мы вели себя, как последние дикари. Номы пошли намировую. Значит, мы взрослые, Эш. Даже гении, мы проскочили чертову прорву эпох взросления заминуту.
        Я осмотрела рукава костюма иощупала пленку налице. Откуда все это взялось? Ау, логика! Ау, встроенный мониторинг систем! Ау все… Тишина. Системы костюма внорме, фиксируют кратковременное нарушение целостности среды жизнеподдержания. Причина негерметичности иметод ее устранение невыявлены. Сима, думай! Можно вслух, как Эш. Увы, мозг неработает, толи шок его подкосил, толи праздник жизни утомил.
        -Пленка всплыла утебя скожи, - продолжил думать вслух Эш, онже гений иунего даже вшоке уцелела способность клогике. - Я видел. Мне было так страшно, что я очень медленно иподробно наблюдал все. Такое наказание было мне, да-ц? Медленно еще ужаснее. Пленка всплыла. Сразу выключены стали нокры вмозгу. Они сверхнадежные. Устранены водин миг. Невероятно. Пошли встанцию? Надо заесть, очень большие потери нервной энергии.
        -Погоди. Пока сидим тут, накраю, важно уговориться. Я небуду утебя учиться. Прости. Следовало спокойно объяснить сразу. Меня ждут вгабеУги.
        -Ябы нестал слушать. Я был… центр мира. Вон там был мой мир, весь там ивесь - мой, - Эш похлопал пальцами покорпусу станции. - Как хорошо выйти наружу. Я вроде… родился. Другой.
        Меня перло все сильнее, вголове будто факел запалили - смоляной, он жег изнутри, я смаргивала слезинки ишипела отболи. Наязыке язва - след приема зюя всухую. Сердце колотится, как муха вспичечном коробке. Под черепом пылают идеи, осознать их нет сил, я слепну отсамой попытки. Нонемогу несмотреть. Немогу…
        -Могу! - рявкнула я вслух.
        Я неЭш. Кататься иныть небуду. Я рассмотрю то, что плавит мне мозг иноровит вырваться вявь, чтобы стать осознанным исказанным.
        -Эш… - медленно начала я, хватая ртом воздух итолкая влегкие, откуда он огнем тек сголову. - Эш, нет никакой кнопки. Неможет быть её. Древняя раса отмолодой отличается нетехнологией, аростом личности. Настоящий Эш также мало похож нанынешнего, как Сима - нашимпанзе изджунглей. Пока нестанет человеком, ненаучится делать наши глупости. Пока ненаучится себя бить порукам исдерживать, непокинет колыбель. Пока… нет, дальше незнаю, я недоросла. Эш, хватит технического прогресса. Никуда он неприведет. Голову ты тюнинговал. Займись, чтоли…
        -Спинкой, - тихо инеожиданно подсказалЭш.
        Я вздрогнула исникла, силы иссякли. Вголове было черно, жар иссяк, носажа, вроде, осталась ивсе закоптила вусмерть. Жаль, уменя ибез нее мозг был неахти.
        -Ц-ц-ц… Вспинке уподобных мне ось симметрии идуховный стержень, - строго сказал Эш. - Я изучал себя идумал обактивных точках, носчел дело маловажным. Я ошибся.
        -Увас, значит, вспинке, унас вроде вгрудке, то есть всердечке, - согласилась я нелепо воркующим тоном. Потрясла головой ичасть сажи сизвилин снесло, даже намек напрояснение сознания обозначился. - Пошли трескать лисички. Как мне плохо, боженька… Тыже добрый, сбегай зааспирином, а? Ну чего тебе стоит?
        -Ты говоришь с… высшим? - еще тише поразилсяЭш.
        -Акто запретит?
        -Он отвечает?
        -Вот еслибы я слышала ответы, - струдом я встала наноги ипобрела, цепляясь запаутину, - менябы стоило подлечить. Эш, тебе нужен духовный наставник. Вот дочего я протрезвела… то есть додумалась. Издревних я знаю только кэфов. То есть их корабли. Ну, еще Зу. Только он нетут. Ион как-то нетвой случай, вотчую.
        -Да, кэфы, - оживился Эш. - Помню. Я помню! - он подпрыгнул иповис, раскачиваясь уменя над головой. - Кэфы! Милые, порывистые, вечно затевают глупости илезут взапретное. Ох имороки сними…
        Я сразмаху села впаутине иуставилась наЭша, висящего аккурат против моей перекошенной рожи.
        -Кэфы тебе - молодая раса?
        -Да-ц. Очень молодая.
        -Упс… ну ладно, Кит вежливый мальчик ибудет терпелив кдеду-склеротику.
        -Что?
        -Ничего, это все шок. Говорю, уКита есть время, чтобы слушать околесе ипрочем всяком, - кое-как сдерживая хихиканье, пообещалая.
        Что еще стоит сказать?
        Через сутки - Эш как раз успел изложить мне нечто непостижимо умное онекуюкности времени - донас добрались спасатели. Первым явился вежливый йорф, незнакомый мне ни влицо, ни поощущениям эмпатии. Вторым сразницей вполчаса возник устанции кэф-корабль, я еще сказала, мол - и.о.Кита прибыл. Кэф просиял исогласился, Ио - звучное имя. Третьими вышли изпрыжка корабли габ-службы, аж два сразу. Затем иимперцы подтянулись спасать Симу, оглядели сильно загруженную парковку, приуныли, осознав, что они вне призовой группы.
        СЭшем носились, как скороной империи. Вомне ничего драгоценного необнаружили, «Стрелу» по-быстрому целенаправили накурс, чтобы я немозолили глаза. Прежде, чем подтвердить старт, я проверила: трасса проложена строго вдоль маяков игаб-пирсов, никакой самодеятельности, никаких больше покорений целины. Доцели два прыжка. И, вродебы, меня все еще неразжаловали изут-габрехтов. Неуспели, наверное?
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись52
        Современные нам версии сообществ людей - это разрозненные ишироко распростертые помирозданию ветви древа, единый ствол которого срублен игниет… Стволом я по-прежнему называю ценностную иерархию. Гуманоиды забыли прошлое, ныне они обладают разными наборами жизненных ориентиров. Специализация каждой «ветви» делает ее неавтономной.
        Ориентация напотребление, накопление, комфортна для построения интересных вмоем понимании ценностных матриц. Однако внынешнем универсуме все большее число рас при тотальной сытости переходит вфазу внутреннего осмысления. Часть расы оказывается подавлена, пассивизирована. Интересы активных представителей сообщества искажаются, заужая локальную цивилизацию доспециализации врамках единой (лишь частично гуманоидной) сверхцивилизации универсума.
        Параллельно сутратой автономности происходит фактический отказ отустаревших культурных имотивационных ориентиров. Сверх того, расы расслаиваются, делятся наортодоксов (чаще пополняющих пассив) иноваторов. Даже инсекты, негуманоидные поприроде, неминовали указанного этапа иутратили часть исходных устоев. Так, их рюкл законников, понекоторым данным, нарушает собою прежние границы дозволенного иявляется гибридным понеустановленным нам параметрам. Уточнение: янезнаю доподлинно смысла понятия гибридность вуказанном контексте.
        Итак, узкоспециализированные творцы новой формации все дальше дрейфуют отсобственного «человеческого» прошлого. Взаимодополняя другие элементы сверхцивилизации, каждое сообщество встраивается вобщую систему. Как управлять мотивациями вуказанном случае?
        Будучи поскладу ума - ая оцениваю себя беспристрастно - представителем предыдущей формации инаходя такое общество наилучшим, я затрудняюсь дать ответ. Нобез ответов я рискую оказаться впрошлом ипроиграть. Это недопустимо».
        История четвертая. Симпатия
        Катер бесшумно скользнул впричальный створ. Мигнул огнями изамер. Саид чуть дернул уголки губ верх: мол, понимаю тебя, приятель, здесь ты - дома. Ты ведь имперский порождению, то есть поверфи постройки.
        Улыбка иссякла сама собой. Вне катера было слишком тихо. Исключительно спокойно даже, ивдобавок покоже головы снова иснова пробегала щекотка. Игль как-то раз намекал наразработку для блокирования телепатов, посетовал, что улюдей она слабовата, авот дрюккели продвинулись куда дальше. Сам Огга работал над темой. Идаже опробовал ее наИгле, случай представился. Впечатления были - жуткие. Отсознания одни обломки, вопреки солидной тренировке рассудок «заглох» практически мгновенно. Тогда Игль говорил икосился сподозрением - ведь читаешь, что я нашел обход их ловушки. Знаю, читаешь, так уж непередавай то, что узнал. Или дай свое мнение, или еще лучше, согласись встретиться сОггой, он давно того желает, аябы - посредником. Всвоей насущной полезности Игль несомневался. Он, кажется, вообще полагал, что без него универсум прекратит развиваться. Знал, что перебирает - исдолжной самоиронией неменял замысла. КОгге непройти иначе, как накрейсере, Огга редко покидает срединные области галактики Дрюккль. Ноесли нагрянуть водин сверхдлинный прыжок ипри должном предварительном согласовании…
        Сейчас Игля рядом нет. Кто-то другой, вероятно, член корпуса тэев, включил режим глушения. Счесть действие враждебным илиже паническим?
        Саид повел бровью. Чего уж, Игль был честен: никуда негодная технология. Сознание подстроилось ипочти неощущает помех, читая зону вне катера. Там люди. Им страшно, прямо всерьез. Есть один негуманоид. Смазанное исмутно знакомое эхо мыслей, нонавскидку указать расу неполучается. Еще имеется тщательно экранированное сознание. Кто-то неверит втехнологии идополняет их личным щитом очень иочень достойного уровня. Или человека прикрывают извне?
        -Гав, ты хоть раз гостил враю? - спросил приятеля Саид. - Нет… Ия тоже. Видишь, как уних строго. Взвесят наши души исочтут тяжелыми, тогда что делать? Симкабы посоветовала скоблить нагар грехов наждачкой… Интересно, что это значит? Я слова запомнил, асмыл непросмотрел.
        Продолжая бормотать, Саид покосился напассажирку. Яхгль оставалась каменно неподвижна. Налбу наметились бисеринки пота. Или шок понемногу ее отпускает, или скоро станет еще хуже. Теоретически доу имеет возможность однозначно отвечать навопросы осамочувствии любого живого итем более разумного существа, ктомуже гуманоидного… Нопрактика успешно опровергает аксиому. Шок уЯхгль так глубок испецифичен, что воспринимается она сознанием еле-еле. Ближайшая аналогия недает повода коптимизму. Позавчерашней несвежести труп создалбы похожий шлейф гаснущих эмоций иреакций…
        -Гав? - насторожился Саид.
        -Мр-ряу, - ободрил морф ипотерся шеей опальцы идянки.
        -Ну, если ты уверен, - смутился Саид, против воли принюхиваясь.
        Ни трупного запаха, ни пота, ни парфюма… Глушилка неуняла телепатию, ноневесть счего отключила обоняние. Зато слух впорядке: пообшивке люка снаружи врезали, весь катер загудел. Идянка невздрогнула. Гав взвился под потолок ивозмущенно изобразил всей шкурой ежика. Саид передернул плечами ивстал, без спешки принял укатера финальный отчет пополету. Подгрузил свои комментарии. Отруки внес вотчет пометку посостоянию здоровья пассажирки. Еще раз изучил результат ивнедрил данные идентификации пилота. Люк заэто время трижды таранили, судя позвуку - головой мурвра или хвостом трипса… Хотя вимперских официальных системах очень мало представителей негуманоидов. Здесь мир людей.
        -Нервные попались ангелы, а, Гав? - усмехнулся Саид ипрошел клюку.
        Напирсе было тесно отвстречающих: подразделение охраны издвух десятков тяжело вооруженных людей, заих спинами три сотрудника службы контроля миграции, все при оружии.
        Встороне отагрессивной толпы полудремал сафар вформе габ-службы. Он чуть покачивался, подобрав одну птичью лапу икивая длинной изящной шеей втакт общему гаму игрохоту. Втени, дальше всех отлюка, занял место человек вштатском. Пополированной непроницаемости экрана его сознания спервого касания внятно: именно он принимает решения, прочие лишь выеживаются, паникуют или наблюдают - как сафар.
        -Готовимся кполной идентификации, - процедил ближний чиновник, серо-зеленый отзлости. Вернее, отстраха исомнений, маскируемых под более выгодную впонимании данного человека эмоцию. Двигаться клюку мимо охраны чиновник нежелал, нобыл обязан. - Руки вперед!
        -Ненадо так усердно думать стихи, тем более петь марши, - укорил его Саид иопустил запястье всферу идентификации. - Могу заверить, ваше мнение отелепатах меня неинтересует. Еще меньше мне важны те сбои систем, которые пришлись наваше дежурство. Ауж… Так, вас настораживает Яхгль? Непонимаю.
        Сафар опустил лапу, переступил ираспушил хохолок назатылке - обозначил намерение высказаться.
        -Вкач-честве сотрудника габ-сист-темы намерен прослет-дить засоблюдением прав неграждан империи наее террит-тории, - сприщелкивающим акцентом выговорил сафар. - Идяне, очем вы можете незнать, гость, делят-тся надва вида. Так называемые изгои расы могут быть причислены квысок-кому классу опасности, вплоть доюсс. Прошу считать вмоем сознании инст-трукцию поопознанию угрозы. Прошу содействовать, показания доу будут для габ-службы достаточным основанием кпринятию решения.
        То, что было отдано Саиду вформе готового алгоритма опознания, само отработало ивыдало отклик. Отрицательный - это без слов уловил представитель тэй корпуса, экран его сознания чуть мигнул. Сразу погасло «глушение», донимавшее, как мысленная щекотка.
        -Она определенно неюсс, - вслух подтвердил вероятный тэй. Он позволил себе обозначить улыбку. - Втаком случае, перейдем кследующему этапу протокола.
        Саид кивнул. Очень хотелось зажмуриться ивстряхнуться, ато иущипнуть себя.
        Все выглядело бредом идикой, чудовищной нелепицей… Высокий чин тэй корпуса неулыбался - он лишь расслаблял мышцы лица, прежде сведенные судорогой напряжения. Кем считали идянку, если ее боялись дооцепенения? Данные справочника непредполагали подобной реакции… Вымирающая раса, одна звезда спарой планет основного поселения инесколько полупустых колоний. Рождаемость ниже смертности. Никаких достижений внауке иславных деяний всфере межрасового сотрудничества, равно нет итемных историй илиже кошмарных преступлений.
        -Сведения неполны, - признал тэй-сотрудник, понимая, отчего Саид замер иморгает. - Нетратьте время напролистывание архивов. Это закрытая информация. Когда вы получили допуск напосещение планеты, мы еще неоценили сполна идентификационных данных попассажирке. Империя непринимает идян, такова неофициальная инструкция. Ни водном изсвоих миров. Но, возможно, вданном случае визит может быть обоюдно выгоден вам инам. Предлагаю формально ненарушать правил. Мы непозволим вашей спутнице сделать ни одного шага понашей территории. Это все, зачем лично я намерен проследить.
        -Ни одного шага, - улыбнулся Саид. - Может, я неиспытаю восторга отстиля работы сотрудников тэй корпуса. Новаша исключительная гибкость мышления достойна уважения.
        -Еще одно условие. Если возможно, прошу дать разрешение наконтроль вашего сознания. Обширное поле, внешний слой. Допускаю обоюдность вмешательства, синхронизацию поприему иобработке. Мой уровень способностей весьма средний, нодостаточный, чтобы невыгореть при контакте инесоздать осложнений.
        -Отчегобы инет, - покривился Саид. - Хотя мы намеревались приватно побеседовать сАльгом. Пожалуй, это была нелепая идея, я едва знаюего…
        -Мыбы тоже очень хотели побеседовать сним, - скривился, повторяя гримасу Саида, синхронизирующийся сего сознанием телепат корпуса. Сейчас уже читалось имя. - Да, можете звать меня Золь. Несклоняемое, это особенность имен срединной империи, новцелом как вам удобнее, я непедант. Нет, мы несопланетники сИглем идаже системы невходят водно созвездие. Срединная империя - понятие условное. Так… она вшоке ипосути неможет ходить? Коллега, ситуация патовая. Как нам поднять изшока один полутруп, имея враспоряжении второй… гм… подобный?
        Золь непринужденно болтал, старался вслух проговаривать значимую часть сведений. Покрайней мере, достаточную, чтобы беседа казалась насыщенной. Сафар сложил хохолок, прощально махнул легкой своей рукой, всегда подобной вдвижении крылу - иудалился. Охрана соружием расступилась иосталась напосту, скаменными лицами ибелыми отнапряжения костяшками пальцев.
        -Вы неимеете права их сюда… - зашипел чиновник, который все тянул итянул сидентификацией.
        -Имею, конечноже, - вздохнул Золь. - Да, постарайтесь добыть шаль или юбку. Длинную. Очень длинную. Немедленно. Затем дозволяю удалиться ивсю ответственность взвалить наменя. - Золь хмыкнул, наблюдая, как нехотя отходят вооруженные люди, прикрывая друг друга инеповорачиваясь спиной. - Коллега, вы лишили их первого задвадцать циклов шанса повоевать. Такое непрощают. Навашем месте я несталбы затягивать сотлетом. Позвольте любопытство, неужели глушение ввашем восприятии только… щекотка?
        -Увы.
        -Увы. Это огорчит разработчиков.
        Напирс примчался габарит - вернее тэйрит, поправил себя Саид. Первая часть понятия идентифицирует принадлежность, вторая указывает наконструктивный тип. Уэтого небелкового организма малознакомые, новесьма изящные очертания корпуса. Он расторопен иинициативен: уже доставил десяток юбок ишалей. Гав обвил хвостом добычу иумчался вкатер. Саид немного подождал, вслушиваясь. Прошел врубку ипомог морфу натянуть наидянку юбку, усердно замотал девушку вдве шали. Осмотрел шелковистый кокон, мало похожий начеловека. Бережно поднял наруки понес клюку.
        -Ни шага потерритории империи, - строго напомнил Золь. Отвернулся инаправился прочь поодному изкоридоров. - Прошу. Мы нетакие уж злодеи, вас ждет превосходный обед… если пожелаете откушать. Габ-служба любезно одолжила корпусу помещение. Там можно ходить. Всем. Ноубедительно прошу напервом этапе контакта следовать моим пожеланиям. Мысленным. Хотбы их выслушать. Если возможно, синхронизируйте ссобой эту… гостью. Полагаю, вы получите интереснейший опыт.
        -Ивы тоже.
        -О, иначе зачем я так усердно закрываю глаза наодни правила иобхожу покраю пропасти другие?
        Саид чуть сместил руку, дотронулся довиска идянки иначал осторожно сливать сознания. Он был благодарен болтливому тэю. Золь внешне производил впечатление рыхлого, несколько нелепого идовольно рассеянного существа. Ноинструкции впрямом контакте давал идеально внятно ибережно. Без его участия слить сознания неполучилосьбы - своего опыта уСаида просто небыло. Собственно, именно затаким советом он илетел кАльгу. Дружественное взаимопроникновение сознаний помогает преодолеть перегрузку. Оно подобно опоре для изможденного: немогу инехочу жить, нодругие хотят имогут. Через них перемогаю шок, привыкаю кнеизбежности… так Саид думал для Яхгль. Иона дышала ровнее. Смотрела из-под ресниц вспину тэя. Моргала, сгоняя слезинки. Прикусывала доболи губу. Искала Гава - того единственного, кого сразу сочла другом.
        Отслитности сознаний все сильнее кружилась голова. Идянка была человеком, ночиталась как совершенно негуманоидное, чуждое существо. Она видела мир по-своему. Золь для ее взгляда делался контуром тела, окруженным многими полупрозрачными, изменчивыми слоями ивуалями. Внутри контура тоже было все непросто. Идянка частично видела человека водежде. Частично - егоже изнутри, как организм, создающий множество связей ивлияний. Саида идянка тоже ощущала двояко. Гав для нее был самым ярким вгруппе - иотрадой души… Он окутывал Яхгль состраданием иделился теплом, она ответно открывалась ему. Отпрочих девушка хорошего неждала.
        -Внимание, - сказал Золь. Провел ввоздухе черту. - Отсюда начинается нейтральная территория. Прошу исполнить мое пожелание.
        Следуя невысказанному, Саид перешагнул черту идвинулся пополутемному помещению очень тихо, крадучись. Добрался докресла, ориентируясь поподсказкам Золя. Сел, устроил удобнее Яхгль истал смотреть.
        Всоседнем помещении, заполупрозрачной шторой, было много света. Там, натеррасе над морем, располагался большой стол. Четверо сидели итрое изних - обедали. Золотое полуденное солнце изливало благодать вместный рай - нонемогло ни согреть людей, ни избавить отзабот… Телепат уровня, близкого кдоу, ощущал троих застолом пустыми просто потому, что они неинтересны вего понимании. Всего лишь равнодушные двуногие автоматы для поглощения пищи иразвлечений. Их мысли малоподвижны, лица фальшиво спокойны, эмоции мелочны.
        Яхгль видела куда более занятное. Все трое для нее были плотно обтянуты внешними вуалями, распределенными законтур тела наочень небольшое расстояние. Преобладающие оттенки - тусклые, спроблесками рыжего, алого изеленоватого. Контуры темными пуповинами соединены счетвертым телом. Его Саид узнал несразу, эр тэй Альг казался много старше себяже, памятного попрежней встрече. Изменилось илицо - вероятно, Альг отказался отпринятой вкорпусе унификации внешности. Нынешний обитатель рая был светловолос, худ докостлявости. Он оставался всидячем положении, фиксированный медицинским креслом. Он питался раствором, вводимым напрямую, что невредило аппетиту остальных набалконе: эти обедали, будто незамечая, что рядом есть еще один человек. Что этот человек при смерти!
        Яхгль скрипнула зубами ипробормотала невнятное слово. Теперь ее внимание сосредоточилось именно наАльге. Темный контур, много искажений внутри - ижалкие, рваные остатки вуалей снаружи. Синевато-золотые, ветшающие, как ткань - три пуповины жадно тянут последние крохи цвета исвета насебя.
        -Хорошо, я… сделаю, - толи сказала, толи подумала Яхгль. Идобавила без слов, нокуда жестче. - Пусть эти уйдут. Совсем!
        -Охотно, - отозвался Золь. Он вышел набалкон ипозволили себе влиять налюдей, хотя для телепата сосредними способностями это более чем непросто. Золь выражал отвращение без слов идозволял прочесть такое отношение каждому наверанде. - Вам нерады. Прошу немедленно удалиться.
        -Да пусть хоть сам ри тэй просит, - рассмеялась женщина, сидящая поправую руку отполутрупа. - Приказать ион невправе. Я остаюсь.
        -Справочная, я намерен уточнить статус гостей, - продолжил Золь прежним тоном сонного, тягучего отвращения. - Пассив, полагаю?
        -Что? - насторожилась женщина.
        -Ах, под сомнением, врассмотрении статус неграждан, - считал Золь без спешки. - Случается итакое, прискорбно. Корпус добавит свои выводы ия, будучи телепатом иобладая правом корректировать оценки наоснове личного опыта…
        -Мы уходим. - Бросила женщина. Повернулась кЗолю, вставая инависая над столом. - Чтоб ты сдох, выродок смозгами наружу! Ненавижу ваш корпус. Уроды иублюдки. Вы иего сделали такимже. Вы инас отравили.Вы…
        Женщина выдохнула, острее ощутив влияние. Она сбросила это ощущение, стряхнула срук, как влагу. Отвернулась изаскользила прочь, чуть вызывающе покачивая бедрами. Очень красивое, удачно упакованное тело, - отметил Саид сбрезгливостью. Длинные ноги безупречной формы, высокая грудь, ни единой морщинки накоже - хотя это явно недевочка повозрасту. Для телепата существо уродливо. Слоится, кажет вместо холеного лица новые иновые рожи - страха, жадности, презрения… Десятки, сотни харь.
        -Симочка, почему только утебя я видел одно лицо, настоящее? - затосковал Саид.
        Шевельнулась ипопробовала встать Яхгль. Пришлось ее поддержать: ноги снеправильными коленями подкашивались.
        Идянка переупрямила тело, без жалости закусывая губу иморгая отболи. Она все смотрела исмотрела наполумертвое тело - тусклое, сохранившее сполохи жизни лишь внутри контура. Левая ладонь начала плавное движение, черпая жар солнца где-то возле пупка. Пронесла выше иуравновесила шар науровне груди второй ладонью-лодочкой. Саид держал идянку под спину, слепо моргал, принимая мир чужим зрением. Там солнце было много ярче иживее. Там золото копилось меж ладоней, постепенно разводимых все шире. Наконец, рукотворное светило медленно поплыло вперед, сквозь занавесь - набалкон. Окутало тело Альга, выдрало измедицинского кресла встоячее положение. Обтянутый кожей скелет едва мог держаться набессильных ногах. Он уподобился тряпичной кукле, послушной внешней воле. Он врядли сознавал, что движется невосне, анаяву, иуж точно, осознав, немедленно упалбы…
        -Уходи. - Толкнул Саида приказ.
        -Какжеты…
        -Уходи!
        Приказ дополнился болезненным ударом, пришелся вбок иотшвырнул откресла, кдвери, которой сам Саид мгновении назад инезамечал! Нерассуждая инезадерживаясь, он навалился надверь. Вдохнул теплый соленый воздух - ипровалился вобморок…
        -Проверка систем, - бормотал над ухом Золь. - Так, пилот уже всознании. Сладко для человека смоим жалким уровнем хоть намиг ощутить себя лучшим всравнении сдоу. Примите мое уважение, Саид. Я был свами синхронен ипредрекаю вам уровень доу. Полноценный. Недумаю, что это счастье илиже успех, ноэто - судьба… Если вам как телепату потребуется разгрузка, имейте ввиду, я всегда готов принять тяжесть. Неважно, посильнуюли. Я обязан Альгу жизнью. Он теперь тоже обязан… вам двоим. Курс задан. Мы нарушили слишком много правил, я полагаю лучшим для вас немедленный затяжной прыжок. Я снял блокировки подальности. Это катер нашей постройки, ограниченная серия. Отныне вы знаете, что именно повышает его ценность помимо приятной формы ивстроенного высокого машинного интеллекта… Саид, очень прошу после того, как очнетесь нафинише, рассмотрите свниманием совет: непосещайте империю дозавершения разбирательства. Даже если вас вызовут экстренно. Даже посигналу бедствия. Яхгль внашей классификации - симпат сильного активного типа. Реализация любых форм симпатии вне орбиты ее родного мира недопустима сточки зрения империи
поряду причин, главными лично я назвалбы предрассудки ипечальный опыт прошлых тестов. Яхгль наверняка еще расскажет то, что сочтет нужным. И… благодарювас.
        Перед носом, заслоняя обзор, топтался обеспокоенный Гав. Кресло непозволяло двигаться, приняв команду кэкстренному старту. Краем глаза Саид отметил движение, затем успел запросить время иосознать: изжизни пропало пол-суток! Было отвратительно инепривычно ощущать себя единственным наборту существом, для которого все происходящее сплошная загадка. Удивиться или возмутиться неудалось. Катер прыгнул, сминая пространство, угнетая рассудок…
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись54
        «Наэтапе монопланетарной культуры практически все, кого я готов отнести кистинным людям, моделировали контакт сиными формами жизни набазисе математики илогики. Анализ масс-культуры монопланетного периода дает «изнанку» черепной коробки управленца иуправляемого, где подлинно универсальным базисом для контакта цивилизация-зародыш полагает экономику. Примечание: яупрощаю понятия, абстрактизируя идею. Торговля происходит наоснове эквивалента ценности, отделяемого отпродукта идалее существующего самостоятельно. Структурируется, ширится сеть каналов распространения как продуктов иценностей, так ивлияния. Через торговлю, конкуренцию (втом числе сприменением прямой агрессии вплоть довоенной) идет интеграция вглобальную систему иопределение роли вней - лидер, аутсайдер, датируемый изависимый, присоединенный итак далее.
        Шок контакта состоял невчуждости облика или метаболизма, новтотальном неприятии «гостями» экономики «человеческого» типа, аравно парадигмы «лидер-аутсайдер».
        Вречи губров нет термина «ценность», ачто такое эквивалент ценности, им неудалось объяснить досих пор. Однако неизменно губры оказывают помощь позапросу ипринимают попотребности. Затраты сил наоказание помощи слюбой стороны неволнуют губров инемогут ими быть оценены.
        Сафары ибрыги, будучи бинарной цивилизацией, весьма схожей слюдьми вплане работы мозга итипа логики, неспособны принять идею гостеприимства вобмен наоплату, хотя именно они кормят итем более поят население универсума, будучи несравненными мастерами составления иадаптации продуктов ко вкусовым иметаболическим потребностям любых рас, втом числе небелковых инеприродных.
        Сафары, сами того несознавая, монополизировали нишу питания идосуга, вытеснив изнедевять десятых иных рас. Между тем, они ведут «торговлю» под непостижимым людям девизом «да неиссякнут кладези сафы», всамом общем виде означающем, что отданное неизбежно вернется кподателю… Иногда сафары соглашаются под давлением ввести так называемое вгаб-терминологии «общее правило прямого возмещения», то есть компенсации энергозатрат надоставку, хранение иприготовление пищи вусловиях внепланетарного проживания, где контролируется расход (восстановление) основных окислителей ивидов энергии. Норазве указанное правило схоже спонятием торговли?
        Пыры, наилучшие пилоты испециалисты покризисному управлению, постоянно работают счрезвычайными ситуациями. Ни разу их сообщество непредъявляли «счет» ктем, кого спасают. Как будто это - норма!
        Хрясы, систематики домозга кости, полагают процесс доставки продукта поназначению идеей религиозно-мистической, что исключает обсуждение понятий «цена», «качество» или класс обслуживания. Эти прямолинейные итвердолобые вовсех смыслах субъекты берут энергию иресурсы оттуда, где находят, полагая изъятие правом адептов «пути несущих ханнх вбесконечность».
        Наконец, идяне, лишившие смысла развитие (ведь они иесть венец такого развития!) психокоррекции как отрасли медицины, неспособны осознать обязательность работы скаждым пациентом, приоритетности гостей. Они проводят немыслимые влюбой иной клинике вселенной настройки только вотношении тех, кого полагают годными. Указанное понятие неимеет эквивалента вокислителе, энергии или иных условно-общих ценностях.
        Изсказанного следует полный инеотвратимый крах того, что долгие тысячелетия было основой цивилизации людей ивсе еще пронизывает ее ментальный «геном». Лишаются притягательности стимулы, исчезает понятие дохода, сам смысл наследования размывается…
        Люди впитывают чуждые, отравляющие их абстрактные идеи. Люди прекращают отзываться напривычные раздражители, неотвечают интересом намотивацию, непонимают сути своейже истории! Люди вплане осознания ценностей деградируют кпещерной дикости! Они тратят жизнь насовершение открытий, непонимая смысла патентной защиты. Они создают шедевры искусства иохотно отдают их вкопирование. Они встраиваются всторонние цивилизационные модели иприживаются там, теряя связь счеловечеством.
        История пятая. Пусто, как вгабе
        Ба-бам! Мы вышли изпрыжка целыми иневредимыми, Сима ее корабль. Пока навигатором была Гюль, я вообще непонимала, зачем опасаться перелетов. Я итеперь небоюсь их, я боюсь себя. Это как обезьяна играната: поотдельности безопасны. Носоединенные рукопожатием могут кого угодно довести. Хорошо хоть, накорабле я одна.
        Открываю левый глаз. Если сейчас необнаружится рядом родной габ Уги, я нерасстроюсь. Ну, просто соберу вещи ипообещаю честно отбыть наЗемлю. Какой изменя габрехт? Вооруженная знанием инструкций, организованная ивежливая Сима - это слишком. Выгонят, пообещаю лететь прямиком домой исразу рвану вГрибовидную туманность, изучать вестественной среде обитания разнородных асоциалов - напредмет терпимости ко мне, атипичной. Может, так получится очистить отних небольшой сектор пространства… или большой? Я льщу себе. Я почти гений атипизма.
        -Уги-ить! - улыбаясь все шире, я издала боевой клич, одновременно выбрав приватный канал габрала Рыга. - Рыг, я несильно опоздала? Прием! Наш святой габмургер еще неточит наменя клюв? Рыг, отзовись, это правда Сима, я непотерялась, ненадейся…
        Габ прямо покурсу. Родной дом! Я непромазала, навигатствуя. Сама! Сейчас срочно сфоткаю габ изпространства иметну письмо Гюль. Похвалиться надо. Я попала невисторию, акуда летела. Совторой попытки, но - попала!
        -Уги-уть, - тихо выдохнула я, повозившись ссистемами связи.
        Вообще-то, еслибы все работало, ябы даже удивилась. Связи нет. Катер тих итемен, как родной подъезд вдень бухающего энергетика. Летим поинерции, тяговые вотрубе: это штатно, судя поотчету, «Стрела» шла наавтопилоте, икогда она неполучила приемного сигнала, сразу притормозила воизбежание недоразумений. Переходим наручное. Запрашиваем посадку - анам вответ даже нещелкают августовскими кузнечиками помехи… Что зафигня? Интересно, если Сима, атипичная, как секретный штамм вируса, скромно отгребет отгаба подальше, связь заработает? Похоже, я притягиваю проблемы попринципу громоотвода. Который нифига неспособен уловить гром, попавший вего название, зато весь истыкан молоньями… Если так, то Сима неэмпат, абедовод…. трабловывод? Слово я придумаю, если мне дать время. Нолучшебы мне дали канала связи. Меняю настройки, брожу повсем диапазонам.
        Воизбежание паники искуки сверяюсь синструкцией. Согласно ей, наблюдаю габ, визуально оцениваю отклонения отнормы, усердно вспоминая, чтоже есть норма. Причальные порты левого крыла пусты, правые загружены крайне слабо итолько малыми яхтами. Это значит, унас какой-то карантин, рейсовые корабли оповещены ипрыгают мимо. Штатные работы? Сверяемся сданными справочника, встроенного вСиму инеподдающегося отключениям извне и, увы, изнутри тоже. Ага: раз вдвадцать-тридцать циклов каждый габ налинии глоп-разлома проходит перезагрузку. График процедур плавающий иобычно совмещается решением габмурга спрогнозом поглоп-фактору. Последний так итак нарушает движение натрасах, отчегобы неиспользовать передышку столком… Смотрим, что есть поглоп-обстановке, «Стрела» умет замерять параметры волнения пространства. Возмущение вналичии, уровень выше среднего инарастает.
        Делаем вывод: Симу иее «Стрелу»вупор невидят, потому что неждут. Кроме меня, ни укого нет проблем спрокладкой маршрута, все оповещены иштатно огибают Уги. Ая опоздала, ивот - наручном ползу ксвободному служебному причалу.
        Взрослый универсум устроен мудро. Если ненарушать правил ижить наглавных улицах цивилизованности, можно благоденствовать неустанно. Так делают обитатели многих миров, они сыты, сонны иникуда нелетают, вимперии их числят пассивом. Актив - те, кто движется поулицам имагистралям большого пространства. Оптимальное соотношение пассива иактива четко просчитано икорректируется подразделениями стат-корпуса империи, почти стольже уважаемого, как тэй корпус, ноболее массового. Именно ученые статов установили: рост актива свыше некой доли максимум создает угрозу экспансии, вплоть довоенной. Рост пассива приводит кобщей цивилизационной стагнации. Методы влияния статов для балансирования ситуации оставим заскобками. Я неживу вимперии иэто - неизменно.
        Кчему я вела мысль? Ах, да - магистрали иобочины универсума. Вобщем-то все просто. Нелезьте, куда ненадо - ибеды сами ненагрянут квам вгости. Ноесли вы свернули смагистрали ивперлись втемное пространство глухой космо-подворотни, лежащее вне интересов взрослых цивилизаций… то рассчитывайте насебя. Ипомните, незнание размеров иугроз вселенной неизбавляет отих наличия. Пыры сознательно живут нацелине, ее цивилизуют, вычищают докристальной прозрачности - иотдают слабакам. Это их выбор. Скоро, через две-три доли цикла, пыры выставят под заселение бывший «гнилой мешок», зону пространства скучей опасных аномалий, ныне обезвреженную. Ритуально подерутся скем-то измолодых трипсов напразднике ипереместятся нановый участок темных территорий. Говорят, сафары зазывают их ксебе, историю спожирателями душ Павр рассказывал мне нераз, ноя слушала невнимательно. Авот Бмыг - он сразу попросил выслать подробности иобещал передать, кому следует. Может, часть расы пыров теперь обоснуется гораздо ближе кнашему Уги? Хорошобы.
        Уф, я почти причалила. Саидка наручном водит катер, неотвлекаясь наизучение данных инеглядя вэкраны доломоты глаз. Это я потею. Итехника уменя всегда скоцками… Дома рыжий автомобильчик вечно был индейцем - полосками, вроде как вбоевой раскраске.
        Лязгнуло. Скрипнуло. Затихло… Я наместе. Точно наместе, «Стрела» закрепилась кстыковочному узлу. Сейчас сбегаю, найду габарита Васю ипопрошу замазать поаккуратнее царапины наборту. Вася добрый ивсе сделает. Нехватало еще, чтобы заэти царапины меня иуволили. Глупо.
        -Стажировка сделала тебя клушей, ну что ты крыльями хлопаешь итупишь? - признала я. Вздохнула ишепотом добавила: - нелюблю экзамены.
        Нервы непожелали униматься. Гос-споди, да уменя руки дрожат. Или я поглупела докрайности, или дело плохо. Недля меня. Для габа. Я атипичник, чую направленный негатив. Слабее, чем Билли, мой сопланетнник, новсеже. Пора прекращать тупо хлопать ладонями поподлокотникам.
        Что делать, если нет вводных, неукажет ни одна инструкция. Хотя вотже - «при остром подозрении внеадекватном восприятии габа вцелом имолчании его систем связи следует отойти наодин короткий прыжок, убедиться ввосстановлении возможности передачи иэкстренно связаться сгаб-центром».
        Ага, щас. Пока прыгну, пока свяжусь - тут будет поздно решать проблемы. Чую, все именно так. Значит, буду нарушать. Меня наверняка уже одарили последним порицанием. Заочно.
        -Расписание аварийное, версия три-семь, - строго говорю «Стреле».
        Неотзывается, зараза. Ума вней много, души - ноль. Ладно, хотьбы выполняла указания. Сейчас их надиктую, солью вкомпактный архивчик ивнедрю данные осебе, которые вместо подписи. Заполню поля строгой отчетности. Везде они есть ивезде найдутся те, кто будет их благоговейно считывать впервую очередь… Подтверждаю расписание три-семь. Все, еще раз соглашаюсь нанеотменяемость задачи доее завершения. Прошел отсчет, уменя минута дозапуска протокола. Без спешки выбираюсь клюку, он начинает открываться, я глупо принюхиваюсь: что унас вгабе зазараза витает? Свежий воздух, хотя сказанное неимеет смысла поопределению, габ - пространство универсального типа, где жилая среда формируется индивидуально, служебным костюмом или пассажирским идентификатором, укогочто.
        Так, люк нараспашку. Напирсе встречающие. Дело точно - труба. Никого неузнаю влицо. Все вродебы люди. Эмоций ноль, тренированность сверх меры, отнее аж складки назатылке - может, извилины наружу выперло? Форма упарней наша, габ-службы. Украйнего слева нагрудный знак габрала. Только похожего габрала я вУги точно нет, ая знаю местных сослуживцев Рыга, все они меня били, любя. По-отечески.
        -Ут-габрехт Серафима Жук, - голосом киборга вещает габрал.
        -Я! - выкатываю глаза ием ими начальство, без ложки.
        -Вы опоздали. Вы лишаетесь права ношения формы. Одна доля суток наразоблачение ипереодевание. Затем вам следует явиться науровень семь служебный для дисциплинарного разбирательства.
        -Есть! - ием глазами глубже, вгрызаюсь аж доего складчатого затылка.
        Парень хоть икиборг пороже судя, нотакой… сбойной малость. Натупую солдафонскую лесть ведется по-детски. Наблюдает марширующую Симу, гордый собою. О - отрядил мне двух идиотов сопровождения. Это называется конвой иподобного унас вУги отродясь небыло. Ничего, пока чеканю шаг идумаю. Почему надо лишить меня формы? Потому что костюм дает приличную защиту, втом числе возможность выхода запределы габа. Невысокая защита, новсеже. Думаю дальше инаблюдаю. Вгабе пусто. Никто непопался навстречу, аобычно вэтих коридорах хотябы слышны звуки голосов. Сейчас лишь эхо шагов конвоя. Двое уменя заспиной двигаются исключительно синхронно. Зуб даю, нелюди они, акакие-то сервисные клони или киборги… Хотя термин земной, тут киборгов почти нет, вращивание мозга при замещении природного тела - под строгим ограничением. Говорят, жестоко страдает психика.
        Вывод номер раз: эти ребята могут быть мною расценены, как неодушевленные. Наверняка так. Аесли я ошиблась, мнеже отвечать, инструкции я читала еще подороге наБагриф. Эх, Саидка, отослала я вас сморфом взрослеть. Авыбы мне пригодились…
        Каюта. Конвой замер удвери ипялится наменя.
        -Я быстро, мальчики, - говорю им заискивающим тоном.
        Спорим, каюту прошмонали? Если я выиграю этот спор, то уже инезнаю, кто мне отдаст выигрыш. Имущество ижилье габ-служащих неподвергается досмотру без санкции аппарата габариуса. Чаппабы дал мне знать оподобном своем решении. Он хоть идрюккель, номужик что надо.
        Очень ровно висит картинка над кроватью. Сверхаккуратно застелена сама койка.
        -Как голова болит, - громко жалуюсь себе инаблюдателям, выговаривая нужные слова вверном порядке.
        УСимы паранойя. Сима верит, что ее нетолько стерегут, ноипрослушивают. Ипросматривают. Вон изтого угла, если неврет эмпатия, воткнувшая спицу взатылок.
        -Где мой чертов аспирин? - бормочу иползаю пополу. - Когда я научусь убирать вещи… Гос-споди, меня там ждут для препарирования, ая тут немогу найти личную аптечку. Аспирин вспомнила. Ещебы валерьянки попросила угабаритов. Опять начнутся анекдоты про интеллект, гражданка Жук, атебе оно надо?
        Имитатор активности наместе. Эту дрянь мне вкаюту установил Билли. Когда год назад меня пробовали прикончить, чтобы подвести под расследование интмайра Олера, я выжила благодаря Саидке. Ну, ачуть позже примчался Билли иустроил вУги настоящие военные учения НАТО, так он сказал. Я ползала, тыкала вновоустановленные кнопки, дышала инедышала покоманде. Ужас. После десяти дней «бури вгабе» явился еще иИгль, сладким тоном нечистого предложил мне иБилли стать напарниками. Ну, мы послали тэя надва голоса. Билли сказал, что женщин-напарников небывает вприроде. Я добавила, что ненамерена учить Билли русскому матерному, аего английский задесять дней иссяк.
        Все, отползаю кстеночке ипочти недышу. Имитатор работает, кстати. Сценарий два, версия «аспирин»: Сима, трехмерная иочень наменя похожая, стенает, ищет аспирин итычется макушкой вкровать. Встает, озирается, снова стенает. Ложится накровать, ворочается. Ее тошнит. Она бредет накухню, мочит тряпку икладет налоб. Этот сценарий истеричной головной боли прописана заранее, длительность - час. Имитатор продвинутый, вносит коррективы вмодель, оценив после кодовой фразы мою нынешнюю внешность - длину волос, хриплость голоса ипрочее разное.
        Так, меня экранировало, можно двигаться, лишьбы без рывков. Ползу. Вот мой автономный архив сообщений, онже автоответчик впереводе наземлянский… Почитаем. Чаппа советует неполучать порицаний - это давняя запись, я только улетела наБагриф. Гюль отчитывается после моего отлета сБагрифа: состояние Саидки стабильное, все унего хорошо, только он сбежал отдокторов. Молодец. Так их, козлогадов! Рыг обновляет график тренировок… Павр шлет эскиз интерьера - его интересует мнение гуманоида озале для приема горячительных напитков, имитирующем старину… Тьюить строго предупреждает онедопустимости выдачи окислителя габаритам, ониже несотрудники ипоидее недолжны делать закупок.
        Вздыхаю. Увы, все нето, сообщения отправлены доначала проблем. Есть, кстати, занятное: незнакомый мне Ранфан, раса неуказана, просит овстрече, нуждается вуслугах эмпата. Автоматика ему назначила навчерашний вечер, как он ихотел.
        Так, вот начало странностей, общее оповещение овысоком уровне опасности… Отменено через пять минут, заявленная причина: сбой системы. Унас хоть инепланета, новцелом габ придерживается осредненного времени, ая упрямо веду вкаюте земной учет, навсех моих часах циферблаты сдвумя полукругами подвенадцать делений - ночной идневной. Так удобнее незапутаться, здесь нет закатов ирассветов. Просто условной ночью приглушают свет истараются сократить число рейсов вобработке.
        Когда был сбой, если это сбой? Водиннадцать. То есть через полчаса после того, как наш габмург Тьюить завершает дежурство иего место занимает круш-стажер Кьюуть, кликуха отменя - золотой петушок, он молод исамолюбив, красит перья вхвосте исостоит внеустанной переписке скучей круш-девиц, причем правой головой любит одних, алевой ихже обсуждает иосуждает. Вцелом неплохой парень, нодонастоящего шефа ему расти, как мне донавигатора класса Гюль… Пока Кьюуть работает унас ночным исменным дежурным погабу, ведь Тьюить хоть испит поочередно то правой головой, то левой, нонежелезный он инуждается вполноценном обоеглавом отдыхе. Кьюуть, насколько я знаю его, несталбы будить шефа зазря. Укрушей иерархия круче, чем всамделешном курятнике.
        Вывод: сигнал тревоги был настоящий. Отмена его, вдобавок столь быстрая - вот что выглядит настораживающее. Совсем плохо другое, нет ни единого оповещения отРыга. Зато есть данные озадействовании чудовищного посиле, намоей памяти непримененного ни водном габе, протокола. Собственно, официальная информация оего задействовании последняя всписке сообщений моего архива.
        «Вниманию сотрудников игостей. Переходим врежим ограниченного жизнеобеспечения. Всем оставаться всвоих отсеках икаютах. Задействован протокол ПИН».
        После этого габ, конечно, смолк. Ни личных сообщений уменя вархиве, ни расписаний смен, обновляемых каждые полчаса, ни данных попроисшествиям, требующим внимания атипичника, атакие часто приходятся наночь. Собственно, ПИН ввели, чего еще ждать-то? «Пассивизация, Инертирование, обНуление» - примерно так. ПИН - военный протокол, он поинструкции применяется лишь для исключения вооруженной агрессии. Все виды оружия задействуют энергию. При введении ПИНа всплески энергии, типичные для современного вооружения ивсе иные превышающие определенную мощность, фиксируются. Поместу выявления аномалии запас энергии целиком обнуляется или переводится внеактивную форму. Если ПИН успел ввести кто-то изнаших безопасников, он понимал масштаб угрозы. Возможен иболее неприятный вариант: ПИН смогли задать нападающие, тогда оружие любого габ-служащих сейчас неболее, чем игрушка.
        -Дальше влес идти некуда, - шепнула я. - Дрова, блин, завалом донебес…
        Взгляд начасы - которые вголове, нопривычка сильнее Симы, привычка требует циферблата назапястье иисправно находит там его иллюзию, благо, габ-система вросла вмозг глубоко иуспешно. Протранжирено семь минут. Сколько еще будут бездействовать конвойные вкоридоре? Между прочим, вооруженные. То есть или при них бутафория, или их оружие маркировано ипребывает вне протокола…
        Если парни клоны-тупари, то проторчат симметричными колоннами удвери строго дополучения новой команды. Акогда обо мне вспомнят важняки? Пожалуй, полчаса есть взапасе. Ставим отметку начала работы имитатора, выверяем остаточную длительность алиби для Симы.
        Никаких идей относительно того, что могло произойти вУги. Нападать нагаб - глупо! Унас нет ценностей. Такая агрессия спровоцирует одинаковое иактивное возмущение всех пользователей габов - аэто посути население универсума вполном составе… Мы нейтралы. Как вообще… Стоп, ненадо руки вбоки искандалить, нескем. Попробую иначе: почему грохнули именноУги?
        Рядом научный сектор, может, там нечто надо стырить или спрятать?
        Рядом кэф-сектор. Вдруг опять нашелся идиот, готовый лезть туда засильномогучими тайнами древних? Собственно, поэтому инекричу «спасите» представляя себе мысленно Кита. Нехочу заманить его вловушку.
        Через две доли цикла пыры будут отдавать сектор галактики. Сафары полетят через Уги подавать прошение. Или как раз сейчас они тут, пролетом? Ха, знаю я тэй корпус, эти могут воимя великой идеи немного… поимпровизировать. Если вУги все живы ипросто связь вырублена, чтобы некий посол оказался вне игры, тогда определенно верю: империя убирает конкурентов сцеремонии подачи заявок. Блин, хочется реализовать старый анекдот ипрямо теперь громко попросить Игля принести чай… Только из-за трюков знакомого сун тэя уменябы недрожали пальцы инемокла спина.
        Еще идеи?
        -Апойди ипроверь, всели живы, - шепотом посоветовала я себе.
        Установив имитатор Билли доверительным шепотом спросил: «Сэмми, куда ведет backdoor?». Я вответ пролепетала обычное вбеседах самериканским милитаристом, которого я уважала все больше скаждым днем, апереносила все хуже - «чего-чего?»… Глазами похлопала. Ибыла обстреляна двойной порцией примитивного английского мата, намой вкус - офисного какого-то, бесконечно кружащего возле факса… «Когда я был всего лишь габлом, - презрительно цедил Билли, страдая отнедопустимости плевка впол, - уменя уже имелось два добротных черных хода. Два! Сэмми, хороший солдат обязан проработать пути отступления изапасные варианты передислокации». Мое нытье оштатских инеместных звучало жалко. Пришлось признать, что хоть нас иобъединяет цвет, атолько Билли - реальный морпех, ая просто габло зеленое…
        Ползу накухню игусеницей втягиваюсь вкладовку, уже полгода, как закрытую фальшьпанелью иделающую вид, что ее вовсе нет. Кстати, тут иобыска непроводили, пылищи - жуть, сколько. Расстараюсь исовершу генеральную уборку, когда все наладится. Апока добываю наручный масккомплект имперского производства, снимаю энергоблок, перевожу врежим питания откостюма. Застегиваю иактивирую. Гребу врожковый магазин таблетки окислителя илезу искать наощупь сейф-невидимку, сооруженный габаритом Васей заполкило окислителя ибезмерное число льстивых уверений вего полной атипичности.
        Тайный сейф понадобился мне после того, как Игль круто задолжал Билли ирасплатился сним пометоду золотой рыбки - исполнением желания. УБилли две мечты, я знаю обе: это калаш и«Харлей». Понятия неимею, зачем взрослому неглупому человеку потребовался мотоцикл здесь, вуниверсуме, где нет ни одной бензоколонки… НоИгль уже просил меня связаться сйорфами, Чаппой, Дэем, Китом ивообще всеми, кем угодно ивыцыганить хоть усамого черта двухколесный агрегат снепонятным мне названием «Софтейл», желательно юбилейный 2003года, цена вопроса неимеет значения. Интересно, что тогда потребует отБилли хитрый сун тэй? Первое-то желание он уже исполнил.
        Имперский калаш получился, позаверениям восхищенного Билли, внешне очень похожим, нонесколько компактнее оригинала. Он глобально переработанный иничуть несувенир, хотя именно втаком качестве числится официально. Нодаже Рыгу известно: сувенир убойный. Всдвоенный рожок заряжается окислитель изасыпается всякая дрянь, внутри перевариваемая впули, которые - это инаЗемле знают - иногда приходится делать издерьма. Увы, нетолько Рыг вкурсе, я тоже, ведь прототип всучили именномне.
        Отпираться было бесполезно: Билли мечтал непросто оборужии, он жаждал «посмотреть, как русские изнего стреляют». Вуниверсуме кроме меня отдуваться некому. Спятой или шестой попытки я разобралась, что куда засыпать игде после нажимать, даже попала вмишень. Поскольку ктому моменту трезвых настрельбах кроме Симы неосталось, никто неизбавил габла отствола… Или что я бормотала, когда мне наливали для обмыва сбычи мечт?
        Спасаясь отриска быть уволенной захранение неопознанного стреляющего объекта, я уговорила Васю сваять тайник иустановить фальшивую панель накладовку. Аон, зараза хитрая, усек, что таблетки окислителя вмоей кладовке - неучтенка. Тырит их ибессовестно тюнингуется. Судя поотчетам, сам Тьюить уже вкурсе!
        Так, полный рожок таблеток. Второй канал забиваю мусором, жду переработки иеще забиваю, еще… Калаш тяжелеет, ощутимо. Вроде, готово. Еще окислителя впакет ивкарман. Теперь вскрываю люк черного хода внедрах кладовки иползу, извиваясь итихо матеря свой пофигизм. Этот ход ужаснее трипсового кишечника, авсе потому, что я внаставления Билли неповерила итут небэкдор, аотмазка для зачета помилитаризму…
        Уф, я вшироком канале. Проверяюсь. Истрачено пятнадцать минут отзапуска имитации. Это хреново, вот-вот бабахнет взведенный в«Стреле» протокол три-семь, установленный намалую задержку исполнения основной части. Тогда сразу станут искать игнобить Симу, имитатор непоможет.
        Ползу помежярусному каналу. Тут никогда небывают живые, мне оканале рассказал Вася: решение сугубо сервисное, используют его габариты ииные автоматы. Вывожу себе вмозг план ходов. Вижу три шикарных канала кярусу управления, новсе вертикальные исзаслонками, кодов вскрытия я незнаю, аВася несообщил: он блюдет полезные инструкции поповоду приватности ибезопасности. Еще рядом есть открытый канал, он полого спускается кскладским ярусам. Оттуда вродебы можно попасть вглавную грузовую колонну. Годится? Ползу, надеюсь… иутыкаюсь головой впреграду. Темновато тут. Долго щупаю иругаюсь. Замолкаю лишь осознав, что именно мешает мне продвинуться дальше. Это габарит. Всредней части его корпус разорван изнутри… Габарит полностью лишен энергии ипо-своему, помашинному, мертв. Чуть поднатужившись, мой мозг признает: этим габаритом заткнули тоннель. Вероятно, нетолько этим. Инеодин тоннель.
        -Сима, хреновая изтебя крыса, - сообщаю себе иначинаю повозможности резво пятиться.
        Тошнит заранее отмысли, что мне надо ползти ипроверять еще хотябы один коридор изатем скорее всего возвращаться вкладовку каюты ужасным, изогнутым итесным каналом. Еще две минуты - ия шишкой набашке подтвердила: второй коридор тоже закрыт тушей габарита. Бэкдор уменя тупиковый. Надо возвращаться. Нырять головой вниз вкривой лаз - страшно. Еслибы был выбор, ябы ни зачто… Все, втянулась. Всхлипываю илезу. Чертово врожденное упрямство, уже инезнаю, что меня больше злит - его наличие или то, что однажды запасы могут иссякнуть.
        Я опять вкладовке. Истрачено двадцать семь минут. Выхода нет. Ни одного годного варианта прояснения ситуации нет. Понимания происходящего нет. Чего еще нет? Спирта. Вбородатом анекдоте сказано, что именно когда он испаряется или замерзает, русские начинают верить вконец света. Хрен им, спирта вуниверсуме полно. Места знать надо, я - знаю.
        О, стучат вдверь. Пока вежливо. Имитатор им что-то отвечает, вроде дельное.
        Сима, думай. Они ведь могут постучать тебе вчерепушку, тогда последние мысли поперепутаются. Ладно, вот они взломают дверь, увидят имитацию, сунутся кней, затем обнаружат кладовку итайный лаз… Ая под маскировкой, устеночки. Шансы просочиться вкоридор?
        Стучат грубо. Имитация Симы рыдает исморкается водеяло. Неужели это я наговаривала текст? Талант, однако. Сама себе верю, что истеричка ивот-вот сдохну. Устены встать или наподлокотник кресла? Или… Все, замираем инедышим: ломают дверь.
        Теперь я твердо знаю, эти парни - нелюди. Они неругаются! Тупо зырят, бормочут вкоммуникаторы исинхронно шагают, умудряясь нетолкаться плечами вузких проемах. Выбор впользу подлокотника оказался удачным, парни обогнули кресло изаодно меня. Жду, пока они отчитаются начальству. Жду, пока сунутся накухню. Пульс здорово взвинтило. Потею, это плохо. Путаюсь вощущениях. Все мне ярко игромко, остро иблизко…
        Оба клона смотрят всторону кладовки. Сползаю напол итрусь постене кдвери. Очень хочется завизжать ипобежать. Ну хотябы только завизжать. Гос-споди, я трусиха изтрусих, гуманизм весь спотом вышел, хочу пристрелить клонов, хочу всадить все дерьмовые пули вих складчатые затылки. Эти ребята живучее меня вразы. Такиеже или очень похожие клоны однажды били меня. Я помню имне тошно. Слишком хорошо помню, каждым старым переломом. Сейчас впочиненные ребра изнутри лупит сердце - свихнулось оно, такое громкое, такое невыносимо громкое…
        Так, снаружи имеется третий клон, он страхует. Сейчас смотрит вдоль коридора, это замечательно, любая маскировка неидеальна, если движешься итем более перекрываешь проем двери. Шаг, еще шаг. Как Рыг учил, вритме пульса, напальцах, этож нетанец, апоследняя нитка над пропастью. Упаду всвой страх - никто невытащит. Некому. Совсем некому, я ползу вдоль стены имне кажется, я последнее выжившее существо вуниверсуме. Гос-споди, я так рассчитывала напомощь Васьки, он автомат, нотакой… душевный инадежно бронированный. АВаська мой где-то лежит вотключке, угробили Ваську.
        Вдох - выдох, вдох - выдох. Отошла откаюты напять метров. Как еще вботинках нечавкает, меня отжимать можно. Иведь возмущалась: зачем костюм умеет утилизировать любые отходы жизнедеятельности, что я, впамперс одетая хожу? Поотключала сдуру половину систем, хотя мои понятия гигиены Игль назвал пещерной дикостью. Кто изнас был трезв, когда мы обсудили критические дни исун тэй свосторгом выучил сокращение ПМС? Кчерту Игля! Кчерту всех, кто досих пор непросек нападение нагаб инепомогает мне очнуться откошмара. Немогу одна отвечать завсех. Немогу! Я неспущу курок, невы стрелю вживых, даже вклонов. Я прямо теперь уволюсь ирвану домой. НаЗемлю.Я…
        Пятнадцать метров отродной каюты. Ниша встене. Занимаю идышу. Идрожу ногами. Идумаю. Куда ползти-то? Сейчас они поймут, что каюта пуста. Будут проверять коридоры. Маскировка империи хороша, нонеидеальна. Станут искать целенаправленно - засекут. Особенно рядом скаютой. Ага, парень удверей получил указание исунулся внутрь, что-то проверяет. Нет, я непобегу. Пока он меня невидит, аесли рвану сместа, паника скушает меня спотрохами. Лучше идти шаг зашагом, вдоль стены, иконтролировать дыхание. Доугла идалее всредний рукав. Оттуда кмежэтажным платформам. Портаторы точно неработают - локальные. Авозле платформ есть декоративные обрешетки, мой вес наверняка выдержат.
        Грохнуло. Есть вибрация пола! Это моя «Стрела», несбросив причальный рукав, рванула исполнять основной протокол три-семь. Пожалуй, рискну пробежаться, время прятаться иссякло, сейчас меня возьмутся ловить пополной. Как только «Стрела» уйдет впрыжок. Если успеет. Автономные сирены пискнули ипритихли, парализованные ПИН-протоколом. Это они намекали накритическое глоп-возмущение. Блин, его нехватало! «Стрела» может выйти изпрыжка нечерез час, апослезавтра, если засбоит «глопнутое» время.
        Так, платформы. Все обездвижено. Вкоридоре заспиной басистые клоны деловито лают приказы иответы. Значит, начали обшаривать окрестности каюты. Небось, стены ощупывают. Или палят впотолок. Судя пошуму ивспышкам света - да, стреляют. Тип заряда, осмелюсь утверждать - трассирующий рой, я видела эту штуку научениях мудреца Билли. Наилучшее средство выявления маскировки. Военное. Энергии жрет прорву, рой ведь обладает интеллектом досорока единиц икаждый выпущенный остается активен полчаса иавтономен впределах десяти метров. ПИН допускает применение? Значит, ненаши врубили протокол. Я хотела получить информацию, хоть какую. Почемуже я нерада обоснованным выводам? Потому что мне идотого было страшно. Вот начну икать - тогда кранты.
        Решетки держат вес. Хорошо. Ещебы света побольше. Ноговнюки нашли новое противосимное средство: они гасят аварийное освещение. Спорю сИглем на«Харлей», уклонов зрение лучше моего. Верный выигрыш, доживу - стребую. Потом решу, зачем мне двухколесная недвижимость.
        Восьмой ярус, кажется, уже рядом. Слишком темно, чтобы понять наверняка. Тело мое висит нанеизвестной высоте. Сознание тоже вроде подвешено накрюке вопроса: ачто делать, если я ничего непонимаю, невижу инемогу?
        Теплое течет поруке. Ору распахнутым ртом - молча. Это несамоконтроль помогает сберечь тишину, это шок меня душит. Тепло нельзя ощутить через костюм. Ноесть особые случаи.
        Тепла много, оно обтекает меня совсех сторон. Делает счастливой испокойной, вроде замерзшего воробья всвежей коровьей лепехе… Допускаю снятие защитной пленки слица. Сжимаю зубы ижду, пока накроет кожу. Особенно сложно терпеть при касании кглазам. Но - перемогаю. Я самая везучая вмире! Ябы никогда их ненашла, ноони сами нашли меня. Аведь я понятия неимела, что они умеют собираться всообщество исовместно искать. Боль взатылке, вспышка восновании черепа - будто вменя сунули заточку итеперь она торчит острием излба.
        -Их убили, - шепчет боль. - Их убили, мы тоже иссякли. Мы немогли преодолеть гибель, ноты изчисла оберегаемых, мы ощутили тебя. Нам стало легче, мы нашли смысл для выживания. Это надо прекратить.
        Безумное зрелище состороны, наверное. Слабый человечек висит над пропастью шахты пассажирских платформ служебного пользования. Руки свело, держаться нет сил, чужая боль вошла имнет сознание изнутри… Апотерявшие друзей морфы обтекают тело, крепят крешетке игреют - азаодно греются сами. Они немогут без нас, без тех, кого выбирают. Они насильственно лишены друзей инеуспели их защитить. Они невольно излучают боль, переполненные скорбью ивиной. Хотя ни вчем невиноваты ивообще, ну они-то, бедолаги, тут причем?
        -Умеете общаться словами, - внятно думаю я. Чую согласие. - Хорошо. Думайте подробно, как официальный отчет, что знаете ослучившемся.
        Гос-споди, неужели хоть теперь есть шанс разобраться скошмаре, творимом вУги невесть кем? Былобы здорово. Пока продолжаю висеть вроде недозрелого шелкопряда. Зрение делается ярче скаждым мгновением. Морфы умеют видеть ипонимать мир куда полнее, чем люди. Я обожаю морфов. Всех. Я так их обожаю, что никто иникогда меня неуволит наЗемлю, я уже несмогу без них. Это очень важно - быть нужной. Для меня важно. Я неприручала их. Ивсеже… всеже я заних вответе.
        Так. Пошел отчет. Отлично подготовленный, он пишется прямиком вофициальную часть моего мозго-архива.
        «Вгабе Уги намомент происшествия находилось три наших друга итрое нас. Каждый вливает свое понимание. Одному изнас это крайне сложно, он перенес невозвратную утрату. Второй вынужден был покинуть еще живого друга, поскольку немог оказать помощи, оставаясь рядом. Третий добровольно оставил друга, его человек вне рассудка.
        Габнор Трод прибыл вУги сцелью помощи иконтроля, вближних планах была перезагрузка габа, он был специалистом поотладке инфосистем безопасности. Он погиб мгновенно. Точное время вудобном для вас отсчете - десять часов ипятьдесят шесть минут вечера».
        Далее, хотя морф едва мог себя заставить, он честно прокручивал память - получалось вроде фильма. Документального. Я тоже едва справлялась снеизбежностью просмотра.
        Трод был гуманоидом, прошедшим две или три серьезных процедуры сцелью повышения живучести. Индекс сорок семь - это для нас, людей, невероятно много, уменя всего двенадцать… Трод стоял напричале инедоуменно наблюдал, как завершает швартовку корабль габ-службы. Точно такой, как его собственный. Таже цель визита вполетном задании. Тотже ранг пилота - габнор. Сбой системы назначения заданий? Почему автоматика сдублировала запрос ивызвала вУги двух служащих высокого ранга иредкого впрофиля специализации? Собственно, сцелью уточнения проблемы он ивышел встречать, поставив визвестность габмурга. Важно разъяснить коллеге возникшую проблему, установить вместе, кому удобнее провести работу вУги и, наверное, прямо теперь выполнить ретро-анализ сбойного сигнала - как игде сгенерирован, вкакой момент задублирован ипочему…
        Люк корабля открылся. Трод вежливо кивнул. Впервый миг он заметил лишь форму габ-службы, затем всмотрелся влицо. Свое собственное… Трод, надо отдать ему должное, немедлил ни мгновения, сразу запросил канал связи сгабралом Рыгом иметнул, недожидаясь отклика, оповещение высоком уровне опасности. Морф Трода зарычал ипопытался закрыть друга, опознавав существо всплошном костюме-имитаторе. Он принял первый удар, ното, что нахлынуло, оказалось слишком сильным ивнезапным.
        Морф ощущал угасание друга. Мертвел сам, костенел вотчаянии. Более он немог сообщить внятных подробностей. Он стек стела друга иостался бесформенной оболочкой, лишенной смыла жизни. Зато именно этот морф смог себя преодолеть иочнуться, когда причалила моя «Стрела». Он встрепенулся - сознания всех, скем дружат морфы, имеют особый, внятный оттенок тепла… иморф заставил себя снова быть идействовать, чтобы неугасла еще одна бесценная для подобных ему жизнь.Моя.
        -Спасибо, - сморгнув слезинку, шепнулая.
        Наплече дрогнуло - отозвалось…
        «Мой друг губр, мы редко находим достаточную общность состоль древними инепривычными нам формами сознания. Это давняя инепростая дружба. Она еще трепещет инепорвана необратимой смертью. Губр вшоке, состояние постепенно угасает ипереходит впонятное вам, как кома.
        Водиннадцать часов прошел сигнал обугрозе высокой степени опасности. Губр Оооуууо втот момент завершил заполнение официальных форм после портации допустимой дальности - он прибыл изнаучного сектора. Оооуууо перемещался кпирсу для особых гостей иготовился отбыть внаправлении бывшего «Гнилого мешка». Получив иинтерпретировав сигнал, он связался сгаб-службой ипомере сил - аведь это существо ссовершенно иным типом сознания - постарался уточнить, можетли быть полезен. Губры всегда предлагают помощь при неисправностях. Впонятных вам аналогиях их поведение - это поведение дельфинов, которые выталкивают задыхающегося наповерхность. Неважно, дельфинлион.
        Оооуууо истратил семь минут наосознание ответа габ-служб ипринял его только после обсуждения сомной, своим морфом и, как он полагает, переводчиком. Ответ был отрицательным исодержал рекомендацию немедленно, экстренно покинуть габ. Оооуууо покатился кпричалу. Ускорить процесс я немог. Герметичность оболочки среды обитания была нарушена водиннадцать часов десять минут. Некто изолировал пирс ииспользовал комплексный удар военных систем высокой поражающей способности. Затем был активирован глоп-гель. Оооуууо оказался шокирован изамурован, он дезориентировался иутратил понимание верных параметров среды. Оооуууо без сознания, последнее его ощущение - вибрация сложной модуляции. Попытка ей противостоять приведет квхождению вовсе более полный резонанс, это обрекает его насамоуничтожение. Помешать немогу. Покинул друга, получив сигнал обнаружения вас. Рассчитываю оказать помощь дистанционно».
        Третий отчет оказался ничтожно коротким. Морф отдыхал, его друг спал ивосне оказался парализован неизвестным средством. Он вне опасности, нопридёт всебя неранее, чем через условные сутки.
        -Наши действия? - шепнуло общее сознание трех морфов. Именно общее. Я слегка шалела отих умения быть целым иотцелостности приращивать опыт, интеллект.
        -Попасть вцентр управления, - шепнула я ипомолчала, ожидая возражений или уточнений. - Надо сначала туда… наверное. Много данных ивозможностей управлять. Губра попробуем выколупать изжеле… если экстренные системы работают.
        Морфы молчали. Я висела иморгала. Невероятно быть тут - иодновременно еще невесть где невесть чем. Вовсе стороны расползались частицы морф-сущностей, сборщики информации. Они прыгали, скользили, падали, невесомо парили… Нащупывали иопробовали безопасный путь. Дальше идальше. Шире ишире. Они заново отстраивали для меня объемный план габа. Наткнулись напервого живого, второго, третьего… Смогли постепенно распознать их, как ведущих бой. Вкоридоре уровня контроля! Вот тут я вмиг вылупилась изкокона теплого покоя.
        Я включилась. Помчалась потемному габу, ощущая сердце где-то возле зубов итщательно сжимая челюсти, чтоб оно невыпрыгнуло. Было тише, чем наночном кладбище. Истрашнее. Сколько помню, вся гниль - отживых уродов, которые норовят заразить своим бешенством всех вокруг.
        Мне долго казалось, что вбеззвучии грохочет именно собственное испуганное сердце. Я нелезу вгерои, беда втом, что иотсидеться неумею. Уменя дефект такой, глаза незакрываются нато, начто надобы пообщему мнению. Я, может, немного дельфин инашлабы общий язык сгубрами. Я тоже всех - кповерхности. Адальше пусть барахтаются, как смогут.
        Морфы притормозили меня уповорота коридора - прямо влипли впол истену, тело размазало поводин удар поверхности, сознание протрезвило отлихости. Я ведь бегу, чтобы неначать думать. Вредно это, ану как испугаюсь?
        Грохочет пополной, инесердце - оружие! Зажмуриваюсь ижду, пока морфовые пылинки нарисуют картину бедствия. Завал. Взломана силовая переборка. Чем - негадаю, это будет долго. Нащупались обездвиженные габариты. Одинаковые гуманоиды - они ближе ко мне. Все рты закрыты. Все пульсы схожие, очень ровные, акоммуникаторы врежиме активного обмена данными. Нет, это немои сослуживцы.
        Отстегиваю изкрепления сувенирный калаш. Чувствую наспине электрическую щекотку. Пахнет паленым. Вглазах рябь. Без паники, вдох-выдох. Строго себе говорю: притворись спокойной исделай то, чего Билли ждет отвсех без исключения русских скалашами. Хотябы постарайся.
        Шагаю заповорот исоображаю, остро потея: усувенира есть предохранитель. Отщелкиваю. Чую вокруг трассирующий рой - он вообще-то смертельно опасен, исейчас он причиняет боль морфам, ноисам стремительно редеет. Нахожу подсвеченный морфовой пылью затылок соскладкой. Две пули. Старательно контролирую нажатие курка. Выбираю прицелом второй затылок. Третий уже незатылок, алоб, ну иреакция уклонов… Мимо меня жахнуло чем-то гремучим. Морфов обожгло, всех нас отшвырнуло метров напять - ивсеже я цела. Прикрыли меня… Вдох-выдох. Калаш пукает тихо, онже почти пневматика. Я обозвала его автоматом сгазировкой. АБилли сказал…
        Тошно. Вижу, как разнесло третьего клона. Думаю что угодно, лишьбы невырубиться. Нет сил понимать, кто изнас умеет непромахиваться - я или морфы, бесконечно мирные симбиоты, доведенные гибелью друга доотчаяния бродячих собак универсума…
        Очень тихо. Отдираю спину отстены. Встаю ибреду, хотя коленки вроде студня. То есть морфы меня - идут… тащат? Греют.
        -Кто? - хрипят из-за завалов.
        -Я, - сообщаю иникак немогу сообразить, что нетак всказанном. Этоже точно я. Новроде звучит странно. -Я.
        Комок вовсе легкие размером мешает выталкивать более длинные слова иудушает мысли. Мозг отрублен. Все равно иду. Так надо, итак помогают делать морфы. Вижу клонов, нехочу, новнимательно смотрю иоцениваю живучесть. Черепа разворочаны, нораны норовят затянуться. Гос-споди, унихже мозга почти нет. Икто сказал, что им важен для краткосрочного выживания мозг? Рука моя целится - ею, кажется, водит тот самый морф, чей друг невыжил. Сувенирный калаш всаживает три пули впозвоночник. Строго поточкам, установленным морфами вкачестве целей. Второй клон также обрабатывается. Натретьего пули нетратим. Можно сесть устены иначать вдумчиво выбирать мусор для производства новых пуль. Руки дрожат. Черт, ну когда я отдышусь истану опытной милитаристской… завидую Билли. Онбы справился ивсех тут спас. Ая вот… сижу идышу.
        -Кто? - упрямо тупят зазавалом.
        -Еще пароль спроси, - внятно злюсь.
        Икаю идобавляю то, что смысла неимеет. Нонародном русском прекрасно выговаривается. Мне делается легче. Слова вскрыли нарыв ужаса внутри, ком исторгся излегких, кашляю, нопродолжаю выплевывать слова.
        -Сима?
        Теперь вижу короткие рога, лохматое темечко - инаконец желто-карие глаза. Мурвр. Несам Рыг, нопарень изего любимчиков, имя непомню, азвание унего - габрехт. Истерично, широко улыбаюсь. Мурвр - это замечательно. Он разбирается вбоевых действиях. Быстро осмотрелся, прыгнул, сел рядом иконтактно извлек себе вархив отчеты, мазнув когтистой лапой пощеке. Замер. Переваривает.
        -«Стрела» прыгнула, вот что дало ту вибрацию. Верное решение. Нет, глопнуть ее неглопнет, активность так себе, некритический уровень досих пор. Значит, эти свернут все исамое позднее через десять минут уйдут.
        Дышу. Что зафигня сомной? Путаю запахи. Вижу урывками ивыть хочу доодури… Ну ичто, если они клоны. Убивала я их, как людей.
        -По-ч… почему уйдут? - выговорила. Это я молодец.
        -Думаешь, зря унас габариус - дрюккель? - бормочет мурвр, нагибается ибесцеремонно режет уближнего клона кожу ниже локтя. Рывком тянет сруки, как печатку. - Чаппе хватит одного щелчка жвал, чтобы посигналу тревоги оценить угрозу ипортировать сюда солдат продвинутого военного рюкла.
        Меня еще нервало, когда он сдирал кожу. Нокогда себе наруку натянул - вывернуло. Из-за завала полез второй мурвр. Откостюма одни лохмотья, шкура впрорехах серо-зеленая, такой она становится при чрезмерной кровопотере. Сейчас возьмется добывать оружие, свежуя труп. Отворачиваюсь идышу носом. Некричу. Опираюсь настенку ижду. Они недикари, я понимаю умом, что оружие клонов биопараметрическое. Обходить коды долго. Атак оно наверняка еще поработает малость… пока сверхживучая кожа неотмерла.
        «Отчет габрехта Бугза. Согласно указанию габрала заступил напост почрезвычайному расписанию, цель - сдерживание вторжения науровне контроля. Срок исполнения: дополучения новых указаний или хотябы дозавершения аварийных работ вцентре управления…»
        Трясу головой имычу отболи. Я недупло инепочтовый ящик, чтобы вмой изможденный мозг втискивать корреспонденцию. НоБугз следует инструкции, он вобмен наизъятый отчет оставил свой для пополнения картины происшествия. Читаю. Пополняю.
        Мурвр тут сполуночи - сдерживает… Понятьбы, как вообще можно без оружия валить клонов. Судя поотчету, сам габрал Рыг тоже наэтом уровне. Вродебы часть оружия или часть территории габа удалость вывести из-под ПИНа, для этого задействовали локальные контрольные точки вкоридорах, влияли прямым контактным методом, угабрала игабмурга достаточно полномочий. Вродебы Рыг счел жизненно важным отбить контрольный уровень ицентр управления: иначе системы жизнедеятельности работалибы против выживания тех, кто сейчас вУги… Просматриваю отчет, асмысл летит мимо сознания. Ничего непонимаю ипока уделяю внимание одному, настораживающему: где гуманоиды моего типа? Служащих мурвров вУги немного, людей побольше, ноих Бугз неупоминает. Зато перечисляет пассажиров - пыров исафаров, которые тоже здесь, зазавалом. Эти сами примчались кбезопасникам, успели заничтожные пять минут после одиннадцати ночи, когда габ был толи еще наш, толи уже ненаш… Кстати, завал создан восновном трудами сафаров, они телекинетики, природные способности неотключает никакой ПИН. Увы, судя поотчету, сафары надорвались исейчас вкоме. Пыры все,
сколько их добралось доРыга - навосьмом ярусе. Побольшей части вкритическом состоянии или мертвы.
        -Рыг? - кое-как отдышавшись, хриплю я, искоса глядя нарогатого габрехта.
        Мурвр морщится инеопределенно поводит плечами - толи незнает ответ, толи нехочет вслух приговаривать шефа. Сменя стекает морф исерой тенью скользит зазавал. Если надо поддержать остатки живучести - он постарается. Следом уходит второй. Многоли они способны сделать для раненных… Вдуше желаю морфам выдержать инесломаться, ведь опять смерти кругом, смерти. Под ударом как раз те, кого стоилобы числить друзьями.
        -Что надо делать? - тупо спрашиваю устены, нерешаясь обернуться исмотреть натрупы.
        -Корабль врага упричала пятого уровня, сектор ло. Так помнит морф, - сообщает мурвр.
        Он именно теперь опробует чужое оружие насредней мощности, выжигает коридор доповорота, устраняя следы трассирующих роев.
        Порычаще-ровному тону мурвра я понимаю суть сказанного так, будто стала телепатом доу: он вбешенстве инамерен никого неупустить. Он вовсе нежаждет выжить или там - залечить раны. Он считает оскорблением габа то, что бой или погоню оставляет солдатам дрюккелей. Рядом сним умирали те, кто достоин жить, итеперь, сновым оружием, он намерен несколько выправить баланс добра изла, весьма простой впонимании мурвров.
        -Нетак, - я упираюсь ивыворачиваюсь из-под когтистой лапы, готовой именя отправить назадание. - Послушай! Возле гостевых причалов застрял губр. Он вкоме, если срезонирует, полгаба грохнет исам - впыль… Вот его морф. Надо бежать туда икак-то выручать. Я неумею. Нет опыта. Непрочла инструкции,не…
        -Понял, - мурвр морщится, нопризнает правоту. - Пойду. Ты должна бежать напричал…
        -Где Тьюить?
        -Неудалось связаться, - кричит мурвр, необорачиваясь.
        Он получил задание, признал важным имчится исполнять, хотя его шатает откровопотери. Амне холодно, темно истрашно. Третий морф упругим шаром пронесся покоридору. Отталкиваясь отстен, догнал мурвра, вцепился вплечи. Ему надо спасти друга.
        Я опять одна. Сползаю вдоль стены иравнодушно наблюдаю, как еще один чудовищно истрепанный мурвр, весь влохмотьях, вкоросте крови, примеряет чужую кожу соружием - конечно, я небрежу, это второй мурвр. Ихже два выбралось из-за завала. Вооружился… дал сам себе задание. Неизбежно иникого неслушая, он попрется напричал. Пусть. Я пока уселась очень удобно, голова некружится. Надо постучать кулаком полбу - ипотерянный контакт впамяти мигнет, малость поболит ивсеже восстановится.
        Я знаю номер каюты Тьюитя. Воткрытом справочнике его нет. Дополного архива мне недобраться, пока габ отключен. Ноя вспомню. Сейчас постараюсь ивспомню. Наш габмург непросто так оказался вне игры. Он сменился сдежурства ипозже непоявился. Невышел насвязь, судя поотчету мурвра. Хотя уТьюитя было пять минут отподачи сигнала обопасности идоотмены тревоги! Габмург немог неотреагировать. Если только…
        -Ну да. Конечно, - я шало улыбнулась, оборвав малосвязные мысли. Номер ирасположение каюты всплыли, как чудесное видение. - Эй, хоть кто слышит? Я иду искать Тьюитя. Это мой отчет онамерениях… вродекак.
        Молчат зазавалом. Толи нет живых, толи всем недомоих нелепых умозаключений. Мне снова топать наседьмой ярус, новдругой отсек. Иду. Дышу. Думаю. Почему мурвры смогли удержать коридор?
        Потому что уних огромная живучесть иони прирожденные бойцы. Хороший ответ. Гордый иудобный.
        Потому что некто отработал вцентре управления ибыл оттуда выбит, носчет главную цель исполненной инетратил слишком много ресурсов наповторный захват. Просто удерживал коридор сосвоей стороны. Клонов посылали подве-три штуки. Их нежаль… Менее приятный ответ. Новозможный.
        Оба варианта мне некажутся идеальными. Если главную работу сделали, почему совсем неушли? Если несделали, что помешало?
        -Сима, - шепчу себе, чтобы успокоиться. Темнота обступает, она липкая инавязчивая, ноя сглатываю ипродолжаю шептать. - Ты попала вотвратительную заварушку. Сейчасбы звонок другу, как наЗемле виграх! Тыбы связалась сИглем. Сун тэй подвум-трем намекам выложилбы полную, подробную программу визита врагов вУги. Он умеет анализировать. Аты - габло зеленое. Тебе опять страшно доикоты. Что-то ты неучла, что-то важное. Ты знала, нонеучла. Сима, думай!
        Отшепчущего окрика я споткнулась иненадолго замерла, щупая стену ивсхлипывая навдохе. Интересный вопрос нарисовался всознании, едва перестал дробить череп взбесившийся пульс. Я икнула изажмурилась. Вопрос размножился, как отражение свечи вдвойном зеркале…
        Почему меня неубили прямо тогда, когда я причалила иоткрылся люк «Стрелы»? Почему меня ждал эскорт? Что зарасточительство: ради ничтожного ут-габрехта ставить вкаюте наблюдение? Скакой стати уменя проводили обыск? Наконец вот: кто назначил мне встречу навчерашний вечер, почти навремя, когда начались проблемы? Ведь он получил согласие уавтоматики ипонятия неимел, что меня нет вгабе! Некто, очень может быть, как раз этим ответом автоматики обманулся ирешил - ут-габрехт всрок прилетела сБагрифа.
        -Нет, вот уж это - паранойя, - заверила я себя. Хихикнула, отмахнулась рукой скалашом.
        Я даже намиг немогу вообразить, что отчасти стала причиной нападения нагаб. Это слишком. Если так рассуждать, то все бомбы универсума имеют два проводка, как вамериканском кино, исиний - он снадписью «Сима»… Я подавилась смешком: перекуси синюю Симу, спаси вселенную отбольшого взрыва. Бред.
        -Принято! - рявкнули далеко впереди.
        Знакомый бас. Пока я икала испотыкалась обсвои догадки, враг недремал инеспасался бегством, как ему вроде полагается.
        Вдруг наменя снизошло долгожданное спокойствие. Очень похожее наанестезию, все вижу, ноничего нечувствую. Дышу ровно. Руки недрожат. Мозг чист, словно его спиртом обезжирили… Сейчас мозг прекрасно анализирует схему габа. Изнужного мне отсека седьмого уровня нет прямого выхода кпирсам, тем более при отключенных локальных портаторах. Мне незачем искать каюту Тьюитя. Если я права, те, кто интересовался ею, скоро сами выберутся вкоридор. Соседний, он стержневой для сектора. Именно там итопчется басовитый клон. Проверяет маршрут.
        -Напалм, - говорю я сувенирному калашу имне никого нежаль. Даже себя.
        Нащупываю пакет ивысыпаю вщель для мусора таблетки окислителя. Жду характерной вибрации оружия, отмечающий обновление содержимого рожка. Этот автомат - имитация формы калаша. Иначе он нестрелялбы вусловиях так называемой универсальной среды. Тот режим, который называется теперь напалмом, придумал Билли. Сувенир бьет короткими сериями попять пуль. Патроны уэтой имитации - они постоянные, неотстреливаемые, вних помещаются пуля иокислитель, акатализатор запускает реакцию. Иникакого пороха… Как патрон возвращается наместо, немое дело. Хорошо, что я нехимик иневоенный псих, мне хватило такого пояснения, ничего непоясняющего. Билли тоже выслушал Игля спокойно. Порадовался исказал: раз пуля делается наместе инаместеже ставится впатрон, то можно контролировать параметры огня очень широко, отвыброса напалма идоснайперской стрельбы. Игль посопел, изображая обиженного мальчика - мол, я уже исполнил желание, нечестно просить еще. Минутой позже он звонил висследовательский сектор иазартно кого-то уговаривал «еще напрячься».
        -Дубль серия, снайперские, - под анестезией уменя очень ровный голос. Только губы - они чужие, плохо шевелятся ималость шепелявят. - Переключение попрямой синхронизации. Прицел джи-дот. Перевести наодиночные спостоянным пополнением магазина.
        Билли, зараза, ввел для разнотипного огня классификацию, причем наанглийском. Ему нравится упорядочивать все, что касается оружия. Еще ему нравится чистить сувенир. Пастой. Исмазывать. Маслом. Блин, будто вуниверсуме нет ничего новее ипонтовее. Наверное, из-за этих причуд меня идонимает запах машинного масла. Проверяю маскировку. Выбираю нишу. Прислушиваюсь. Нет ни единой внятной причины думать, что сейчас здесь пойдут клоны иих главнюк. Ноя эмпат. Упрямый, дурной эмпат. Я буду ждать именно здесь.
        -Принято, - басит тотже голос.
        Шаги. Примитивная тактика прямых конфликтов малого масштаба, - так учил Билли, - невышла нановый уровень. По-прежнему перед важными иценными главнюками прут смертники, проверяют боковые коридоры. Затем прут еще смертники, чтобы враг запутался. Наконец, нагло, нобыстро пробегают зачинщики, прикрывая ценные задницы пушечным клон-мясом.
        Вкоридор заглянули два клона, потыкали втемноту спицей света. Выслали несколько импульсных волн для анализа геометрии ивыявления органики. Имперский маскировочный браслет нагрелся, носправился. Клоны еще малость постреляли, повесили близ развилки трассирующий рой. Я мысленно себя похвалила зато, что невстала ближе кстволовому коридору.
        Опять звук движения. Куда интереснее, его создают неклоны. Шелест едва различим, новсякую ворсинку накоже поднимает дыбом - даже вносу, ага. Сейчас чихну. Будет называться - аллергия настрах… Тишину жалит змеиный сип. Недышу ижду, как они ответно меня незаметят… Справились: трое, все проползли мимо.
        Дышу, ноосторожно. Ничего себе! Грисхши вделе, их-то я опознала без ошибки. Раса малочисленная - то есть они редко бывают замечены вгабах или напланетах, агде их еще учитывать? Я толком оних ничего незнаю, вархиве огрисхшах слов двадцать. Ябы инеопознала их вид, нокакой-то крепкий смешной скандальчик уних сдрюккелями, вроде из-за соревнований. Чаппа переживал иобращался законсультацией атипичника, аэто незабыть, это редкость. Я смотрела наобъемную проекцию шипящего грисхша ипробовала угадать, естьли внем вред… Ответ был неоднозначным.
        Что я еще помню? Обитают грисхши, понекоторым оценкам, наокраинах заГрибовидной туманностью. Вжизни большого универсума неучаствуют. Условно принадлежат кстарым расам, хотя дрюккели сильно подозревают, что грисхши неприродны. Индекс живучести - доста единиц. Или - отста? Данные косвенные…
        Делаю пометку для себя: надобы испугаться иотменить агрессивные планы. Увы, идиотская анестезия страха плачевно снизила шансы навыживание для ут-габрехта Жук. Внормальном состоянии ябы ни зачто нестала стрелять вживых. Значит, я сейчас ненормальна? Ладно, пусть так, нодышится легко.
        Новая группа клонов. Прошли быстро, уже неглядя посторонам. Нежно щекочу сувенирный калаш, намекая наснайперский режим. Для девяти рас издесяти выстрел вголову особенно вреден. Воставшиеся десять процентов, которые отпули инечихнут, лучше целиться изглавного калибра имперского крейсера хотябы третьего класса. УДарта Вэйдера был похожий,ага…
        Недышу. Чую главнюка. Первый раз вжизни меня посетило острое осознание правильности отнятия жизни. Дрянь улыбается иочень себя ценит. Дрянь впревосходном настроении шагает покоридору имурлыкает мотивчик себе под нос. Дрянь полагает день удачным, асебя - совершенством вселенского масштаба. Каждый труп вмоем родном габе ему - лишь кирпичик восновании пирамиды величия.
        Палец наспуске. Точка прицела соринкой плавает вглазу иждет первого мгновения зрительного контакта, чтобы стать цветной меткой-мишенькой, обозначающей прогноз тяжести поражения.
        Мотивчик стих. Оно - незнаю, что зараса, судя позвуку, вкоридоре нетеснится иидет надвух ногах - шагает по-прежнему ровно. Возникает впроеме коридора, замирает, недоуменно поворачивает голову… исмотрит мне вглаза! Сквозь маскировку…
        Палец гладит курок помимо догадок иэмоций, которые взрывают голову изнутри. Снайперская пуля усувенирного калаша длинная итонкая, скорость настарте вдвое выше, чем унастоящего. Мне недолжно хватить реакции нато, чтобы видеть целым лицо под красной - смертельное поражение - точкой пляшущего прицела… Ноя вижу, время никуда неспешит, азрение дает кристально внятную картинку. Ещебы, сами себя мы знаем очень даже хорошо.
        Пуля схрустом увязла встене. Голова Серафимы Жук - злодейки, захватившей габ Уги, разлетелась вдребезги, будто была непрочнее гнилой тыквы. Мозг напоследок смачно забрызгал стены.
        Я спрежним спокойствием хмыкнула без слов нечто ужасно циничное вроде «интеллект наконец попер, ага». Время перестало тормозить, я тоже. Пристрелив свое подобие, я враз нашла утрупа важнейшее различие отсебя: дохлая сука, видно познаку накостюме - габрехт. Без всяких «ут»!
        Вывод ужасен ипрост, я осознала это водно мгновение… Пока меня носило невесть где, копия прибыла наместо - точно всрок. Ее опознали, как Симу. Она сдала заменя экзамены изатем, водиннадцать ночи, пришла кТьюитю, чтобы после работы поблагодарить габмурга заоказанное доверие. Гос-споди, как эффективно работает мозг, если его… размозжить.
        Трогаю мизинцем калаш, меняя параметры. Трассирующий рой выявил меня вмомент выстрела имчится выжигать. Донастоящего напалма, пословам Билли, заряд вкалаше недотягивает. Ивсеже атомарный окислитель содномоментно реагирующим восстановителем идобавками неизвестной рецептуры - штука сильная. Вжимаюсь внишу, почти успеваю лицом уткнуться встену изакрыться рукой. Сектор коридора метрах впяти отменя надувается адским шаром илопается, как китайская пластиковая труба отопления… Мимо своем прет ударная волна, сдирая сплеча лоскуты костюма, сминая ребра иобжигая докостей, кажется.
        Могу гордиться: неуронила калаш, даже лежа наполу имало что соображая. Вглазах темным-темно. Защитная пленка налице вроде порвана, что-то жжет скулу. Чувствую запахи, очень остро. Особенно мерзко воняет кровью идымом. Дышу я так, что всоседней галактике слышны хрипы, аведь грисхши обладают тончайшим слухом. Шипят, заразы, все ближе иближе, тон уходит вультразвук - надо думать, злы доостервенения. Ничего невижу. Что гораздо хуже, рука соружием неслушается. Пальцы чую, ноуправлять ими, конвульсивно сжатыми, немогу.
        -Нарушение контракта, - басит клон.
        Тошно слушать монотонность его речи. Очень тошно. Пристрелит - еще скажу спасибо, мне слишком плохо, чтобы мечтать овыживании.
        -Объект охраны является носителем имитации внешности искомого гуманоида, - басит клон, упрямо недобивая меня. Голос раздается совсем близко, я чую обожжено щекой дыхание. - Идентифицирую агрессивного постороннего. Поправка. Особый параграф сохраняет силу. Объект вналичии.
        Лучшебы все копии Симы Жук грохнули разом. Я полагала себя очень умной, я верила, что разобралась впроисходящем! Между тем, прикончить меня решительно некому. Клоны - их уже три штуки накопилось рядом, если верно считаю вслепую - копошатся, ощупывают меня ипробуют оказать первую помощь. Соответствующей инструкции вмини-мозгах нет, клоны получают сведения прямо теперь ибубнят вслух. Нашли моюже аптечку ииспользуют точно так, как сами исказали себе…
        Отвпрыснутого или вколотого голове сделалось невыносимо жарко, ажелудок как будто свернулся ежиком. Меня вырвало насухо, если несчитать желчи. Анестезия отстраха перестала работать.
        Стучу зубами, будто перетираю собственный мозг. Колочу сердцем попозвоночнику, наизнос. Аменя волокут под локти. Грисхши сипят выкипающими чайниками. Итоже недобивают Симу? О, хоть вних я неошиблась. Начали злодействовать. Странно, что успехов маловато. Меня, все еще живую, буксируют снарастающей резвостью, колени постукивают пополу ипобаливают втакт галопу клонов. Грохот боя удаляется. Сознание гаснет.
        -Биошлак! Полированные мозги!
        Грохот. Сопение. Бормотание натри басистых голоса окровопотере впределах допуска ивероятности сотрясения мозга, дальше что-то бесконечное впроцентах. Между прочим, я сижу идовольно уверенно осознаю, где верх иниз. Начинаю видеть пятна итени. Невфокусе, нохоть так. Особенно буйствует яркая амеба всередине поля зрения. Мечется, как муха всупе: несожру, так загажу… Иорет. Визгливо, бабски. Ейбы наплощадь, материть политиков запол-литра мутной. Выжившие после боя крупицы мозга втаптывает вбессознание: амеба нетолько визжит, ноистучит каблуками. Ничего непонимаю. Глоток тишиныбы, я хоть какие мысли всовок смахну ивдумчиво переберу…
        -Отродье ксяфа!
        Незнаю такой расы. Ноименно этот вопль меня взбодрил. Зрение проясняется, потолок опознаю, стены… амеба - она точно баба. Рыжая вперекись, мать его, водорода. Личико сердечком, кожа резинового барби-розового вида. Губы глянцевые. Блин, я вдетстве неиграла вкуклы. Втакие куклы. Ненавижу уси-пусек общего пользования. Как-то я приметила намусорке две подобные - иустроила им казнь через отрубание башки. Ух тыж… вспоминаю идаже теперь улыбаюсь, нет сил удержаться.
        -Мозг неповрежден, - бормочет клоно-бас усамого уха. - Восстановление высшей нервной деятельности… фиксирую процесс.
        -Встань встрой, ты, смозгом бактерии! Фиксирует он. Да ты ни единого слова непонимаешь, жвачка трипсова!
        Рыжее чмо умаялось бегать. Стоит наместе. Так ее наблюдать удобнее. Как все подобные, дрянь чертовски красива ировно стольже отвратительна. Почему мужики ведутся наотъявленных сук, как рыба - напустую блесну? Ладно, сейчас недоженской философии. Меня тоже изучают.
        -Один вопрос, - поправив прическу, деловым тоном говорит безымянное чмо. - Где рабочие материалы потеме завещания интмайра Олера? Ты помнишь Олера, который лично тебе, ничтожеству, неоставил ипылинки? Ты год вкалываешь бесплатно, содействуешь его плану разрушения мира, понимая всвоей роли меньше, чем сервисный клон. - Розовое лицо придвигается близко, острые синтетические ресницы чуть непрокалывают мне щеку. -Где?
        -Вгалактике дрюккелей, - честно хриплю вответ.
        -Йслл… брхзьясь, - выплевывают глянцевые губы. Сомкнулись. Сложились вспокойную полуулыбку. - Общее внимание, команда кэвакуации, протокол экстренный. - Нижняя губа презрительно поджимается. - Ктобы мог подумать, что чучело вперьях неврет? Эта - гуманоид итаких я читаю вэмоциях без ошибки.
        Я поморгала исглотнула тошноту. Конечно, я невру. Глупо врать, когда тебя читают. Норезиновая тварь нетелепат, аесли иможет кое-что такое, то уровень ничтожный. Ноиграть в«тепло-холодно» умеет. Опятьже, домыслы иникаких доказательств, ноее дар - неэмпатия. Вообще непонимаю, что заспособность, атолько врать резиновой нет смысла. Зато недоговаривать можно без осторожности, носнастроением. Что я иделаю.
        Дрянь отстранилась, прошла туда-сюда, цокая каблуками. Между прочим, мы водном изгрузовых ангаров. Судя повысоте потолков иидентификационным шифрам, нижние ярусы. Грузы общего назначения. Хоть что-то я выучила.
        Розовая рассмеялась, красиво приоткрывая рот идавая рассмотреть зубы - нонескалясь. Я резко вспомнила, что вообще-то шла искать испасать Тьюитя. И - вот… доспасалась. Грисхши шипят снеустанной злостью. Вон они, лежат устены втени. Скалятся наменя. Атолько фигушки, нет приказа прикончить. Зато клонов тут - аж темно отних. Сотни три, наверное. Стоят ровными рядами, как солдатики вмагазине.
        -Нус-сс, - невнятно шипит розовая, снова пристально глядя наменя. - Биопараметры сняты, можно начать авральный пластинг, санкционирую. Тот, накого я работаю, - глянцевые губы сложились внасмешку, - он так думает, ну пусть, брнгем сним. Он получил ответ насвой вопрос, отрицательный ответ ведь тоже формально годен илично мне выгоден, я снова фигура вигре. Вот тебе напоследок… ты надоела изаэто надо квитаться.
        Пауза. Цоканье туда-сюда исопение, обильно сдобренное букающими ифыкающими согласными. Жду. Сейчас ей надоест изображать гнев. Она вообще все ивсегда изображает. Это ее способ жизни. Ха, пустые фантики стараются сделать вид, что они - конфетки… Космический закон бездарности.
        -Ты помешала ивместе стем помогла, - улыбается розовая. - Покидая этот свет, - она косится наближнего клона иобрывает фразу. Помолчав, продолжает: - То есть этот габ… Ты уж знай, именно твоя оболочка даст кратчайший путь кконтролю над телепатом уровня доу. Имея такого наповодке, можно расстелить уног вселенную, как коврик. Больше, чем доу, нам нужен только эмбрион его сестрички… вернее, гнездо для выращивания эмбриона ипитающее это гнездо взрослое тело. Атеперь прощай, ничтожная, никому неопасная шваль. Ты вне игры.
        Наконец мне стало по-настоящему страшно. Ябы кричала, ноязык отнялся. Незнаю, что мне вкололи, только речь отказала. Хуже, тело парализовано. Меня, как студень, выволокли изподобия кресла ипотащили прочь отрозовой барби. Лицо висит наквелой шее, как переспелый помидор - горячее, наверняка бурое отбессильной злости… Ничего толком невижу. Ничего непонимаю. Ничего немогу.
        Меня перетащили через дугу полированного металла - или подобия металла. Поволокли вверх, усадили. Накрыли колпаком. Ох тыж… такую штуку я нераз видела. Автономный портатор для перемещения габаритов, используется ваварийных ситуациях. Дальность - практически неограниченная. Вероятность выживания для гуманоидов обратно пропорциональна расстоянию перемещения. Координаты как раз теперь задают, сосвоего места я невижу данных, ноцвет шкалы лиловый, это обычно соответствует межгалактическому броску. Последние указания введены. Стартовало накопление энергии, процесс полностью автоматический. Срок накопления дает понимание дальности, три-четыре секунды задержки перед портацией - еще неокончательный приговор для белкового организма. Считаю. Блин, очень медленно считаю, ивсе равно три было черт знает когда…
        Никак непредупредить Саидку. ИТьюитя я неспасла. Обидно даже нето, что меня убивают. Я, черт их дери, сегодня ни разу непобедила злодеев.
        Ровные ряды клонов стоят, как темный лес. Глазастый: чую, все наменя пялятся. Спина потеет отжути, этим-то что надо? И, если надо, какого фига им неспасти меня еще раз именно теперь, когда очень-очень кстати?
        Портатор тихонько вздыхает, купол смоим телом всередине наполняется перламутровыми искрами - как сувенирный полушар сфальшивой зимой ипаралитичной Симой-снегуркой. Стоит шар качнуть - иметель обеспечена.
        Моя метель свивается все гуще, рвет острой болью кожу, сжигает - энерго-метель горячая, как синее газовое пламя. Ая - точно снегурка, сдуру явившаяся апляж посреди лета. Противно умирать вкосмическом гриле. Хотя нет, уже непротивно - только больно. Очень больно. Ноиэто последнее ощущение гаснет…
        Фрагмент шифрованного дневника, Запись86
        Исследование через телепатов разочаровало меня. Искажения личности при развитии дара неадекватны ожиданиям. Отказ отактивной позиции либо стремление ксамоизоляции - то идругое мне неинтересно. Вотношении чтецов мыслей более чем верно универсальное правило вселенной оравновесности действия ипротиводействия: всякий, кто влияет, поддается влиянию. Будучи субъективным, он транслирует непослание, апереработанные идеи, содержащие огромную погрешность личностной оценки. Какова надежность выводов, построенный настоль зыбком основании? Телепат недает исследователю точки отсчета вкоординатной сетке сознания. Его «плавающий ноль» исключает построение базы сравнения. Его пристрастный взгляд лишает здание рассуждений стройности. Его зависимость отуровня компетентности источника данных делает сведения бесполезными: ведь ложь иправда - лишь слова. И, если некто искренне убежден, что мир плоский, телепат прочтет утверждение иотнесет кправдивым.
        Телепаты непозволяют оценить тип сознания иподсознания расы вцелом, это утверждение тем более верно. Они поверхностно судят, основываясь нарезонансе сограниченными группами.
        Конечно, уровень доу стоилобы изучить особо. Ноэто представляется проблематичным ввиду отсутствия реальных объектов для исследования. Ведь, действительно, кто похитит самого Оггу изгалактики Дрюккель воимя теста? Икто сможет выжить, совершив подобное безумие…
        Нет, работа стелепатами ведет втупик.»
        История шестая. Предрассудки иотморозки
        Саид некоторое время бессмысленно изучал потолок, неделая попыток пошевелиться. Было совсем тихо. Ни единого активного сознания неощущалось рядом. Мозг отдыхал, иэто было немыслимо приятным, прежде недосягаемым, счастьем. Череп изнутри будто бархатом выстлали. Мозг покоился намягком итемном, расслабленный, невесомый. Таков он должен быть после полноценно проведенного упражнения изоляции сознания. Игль объяснял иделился воспоминаниями. Правда, позже испортил всю помпезность урока, мальчишески сморщил нос ипризнал: через упражнения он ни разу недобивался полного отключения. Зато сбросив груз бед наБилли, кайфовал минут потридцать-сорок. Это неприлично, это жестоко нарушает этику телепатов, это опасно для здоровья принимающей стороны… иэто работает.
        «Может, ты одарен куда более, чем я, - сокрушенно вздыхал Игль, - Ноесли прижмет всерьез… нетрать бесценное время наупражнения. Просто спасайся, используя сильные средства. Саид, когда ты поймешь, накого можно разгрузиться, ты найдешь самого для себя главного человека. Я везучий, мой брак неидеален, ножена безропотно принимает мою головную боль, даже исчерпав всю отведенную нам двоим юношескую влюбленность исохранив лишь некоторое… уважение. Акогда ее волновать нельзя, я обращаюсь кБилли. Улыбайся сколько хочешь, ноих двоих я намерен беречь куда надежнее, чем себя. Дожить докончины вполном уме, знаешьли, это уменя пунктик».
        Игль еще много разного рассказывал истарательно отдавал без слов. Было очевидно: он рассчитывает навозврат долга слихвой, несебе лично - так тэй корпусу. Хотя стоитли судить? Прелесть общения ссун тэем вего умении быть искренним, пусть инесколько нарочито. Кстати, - припомнилось Саиду, - Игль рассказывал, что после полноценной разгрузки, когда мозг покоится втишине, телепатов порой посещают особые состояния. Некоторые ученые утверждают, что вэтот момент разные грани малоизученного духовного дара сливаются, уделяя чтецам мыслей - зрение провидцев или прямоту решений эмпатов. Как будто каждому дару своих проблем мало!
        Иссякло беззаботное состояние. Покой утекает, как теплый воздух, сдутый струйкой сквозняка. Поспине крадется озноб. Сердце сбивается сритма. Кому-то родному непросто плохо, смертельно худо!
        Все еще глядя впотолок, Саид попробовал отгородиться отприступа страха, навеянного извне.
        -Гав? - Морф промолчал, иСаид насторожился сильнее, даже вздрогнул. - Гав, скажи мне, что я неправ. Пожалуйста.
        Снова тишина вместо ответа. Саид щелчком пальцев сбросил настройки безопасности катера, выбрался изослабившего хватку кресла исел, массируя лоб ипостанывая. Голова непривычно кружилась, вглазах роились мутные пятна разных размеров иформ. Руки дрожали. Голодным спазмом сводило живот - невыносимо, доодури. Мышцы дергало, зубы клацали вразвеселой чечетке.
        -Пройдет, - шепнул вухо слабый голос.
        Саид дернул шеей, лишь теперь сообразив, что накорабле он неодин. Исходя изживучести, он должен был первым очнуться после прыжка. Исходя изтого, что подсовывает вялая память, пассажирке полагается рыдать или отлеживаться вкоме. Наконец, ктелепату уровня доу нельзя подойти незаметно! Даже после разгрузки.
        -Скоро пройдет. - Также тихо пообещала Яхгль. Лицо идянки появилось вполе зрения. - Я объясню. Что могу иумею, объясню. Привычное тебе понимание мира восстановится втечение суток. Сознание внорме, это уже много вданном случае. Я вытащила того человека очень, очень издалека. Он был вотчаянии. Он утратил смысл жизни, это хуже любой иной болезни. Внашем понимании хуже. Он сломался иугасал, наблюдая, как обстоятельства ибезразличие дожигают мосты. Я сделала много. Все, что могу при моем опыте. Срезала начисто старые связи. Для него - убийственные. Сточки зрения людей я увела его изсемьи, эти трое, они были его жена идети. Когда очнется, он посмотрит наних… трезво. Навсегда непредвзято. Врядли они смогут заново заслужить доверие. Натянуть нить связи душ. - Идянка виновато помолчала иосторожно, искоса, глянула наСаида, проверяя, сильноли он сердит. - Еще я содрала стебя внешний слой, весь. Нехорошо брать жизненную силу. Запрещено, если ситуация некрайняя. Запрещено даже тогда, если без согласия. Ноя нечаянно. Толкнула тебя изацепила поле силы, утебя много силы, поле обширное, плотное, для меня как
ткань. Крепкое… нервется, вот я ипотянула, апосле неотпустила, содрала целиком. Очень нужно было… для подпитки. Я небрала себе. Честно. Ни вздоха, ни капли… Позже перераспределилось. Когда мы вытаскиваем людей через йотль… прости, нет понятного слова. Ты еще нечитаешь сознание? Жаль. Йотль очень условно - безумная, мгновенная влюбленность. - Яхгль улыбнулась, хотя казалось, она проглотила слезы. Идолго молчала, стараясь дышать ровно. - Мы невиноваты, что мы таковы. Кто знает онас достаточно, полагает, что мы чудовища. Вимперских тайных архивах сказано: мы отнимаем свободу воли одним движением ресниц. Особенно умужчин. Хотя есть разные формы привязанности. Мы настраиваем любую, если важно. Йотль очень сильная, крайняя форма. Для нас она болезненна. Иногда смертельна.
        Яхгль сжалась, обняла ладонями локти иотодвинулась. Саид снова осмотрелся, уделяя внимание полетному отчету исостоянию катера, просматривая архив сообщений, принятых пачкой после выхода изпрыжка.
        -Былобы, очем жалеть, - успокоил он Яхгль. - Я видел эту семейку, как телепат. Сима назвалабы женушку ведьмой без метлы. Всознании Альга вслое глубокой приватности стоит сцена… так ярко, я нехотел читать, носнял вдеталях, невиноват я что тоже… чудовище, - Саид подмигнул пассажирке. - Это было год назад. Ведьма ивзрослые детишки, так инеотвыкшие кормиться запапин счет, смотрели, как уродуют иубивают Альга. Женушка его думала опоследствиях - лично ей невыгодных. Астарший издетей, ему сорок, кровинушке, первым сказал, что осуждает измену иисключает изпамяти позор семьи… отца то есть. Альг телепат, пусть инемоего уровня. Он при первой встрече сродными все прочел. Нехотел, аоно считалось. Альг совершенно развалился… внутренне. Можно что угодно простить тем, кого любишь, он так себе говорил. Понимал, что историю собственной семьи выдумывает уже циклов двадцать, усердно запрещая чтение иисключая нестыковки сидеалом. Он очень домашний человек. Для тэй корпуса это необычно, ноАльг ведь вранге эр, он ученый, исследователь. Ни разу неавантюрист или интриган. Контролировал проекты внаучном секторе, все реже
появляясь дома. О-о, чертов базар, ну отчего вмире столь тонкие стены? Гав, уменя уши мерзнут.
        Морф демонстративно отвернулся и, чуть помедлив, забрался наплечо Яхгль. Саид мрачно зыркнул нанепрозрачную стену отсека слева - там, застеной, борт, забортом - вакуум большого космоса. Далее, затонким слоем пустоты грохочет габ-порт. Ато икрупный узел!
        Проклятущая телепатия ведет себя, как тщательно высушенная губка, которую поместили вводу. Она ирада - тонет, пропитывается, разбухает. Люди, нелюди, автоматика… даже габариты цепляются краем сознания, уних есть зачатки интеллекта годного квосприятию типа. Вгабе суетно, разгар дня. Вне обшивки - аэто что зановость? - строят контрольный порядок боевые группы дрюккелей. Много тревоги, целый рой недоумения, бессчетные шепоты команд иотчетов.
        -Что унас впочте, а? Ну-ка, ну-ка… - буркнул Саид иприкрыл глаза.
        «Кусенька, прилетай, всегда жду, чмоки…» - Саид зашипел иудалил, недочитывая. Пластированная медичка сБагрифа нашла его издесь. Кусенька. Чтоб ей словить свою порцию йотля скем-то свеженьким, модненьким.
        «Где тебя носит? Я заказала костюм иместо вложе почетных гостей. Если ты забыл, что утвоего опекуна впереди трипсовый турнир, ты мне небрат! Ты вообще соображаешь, что тут творится? Ты…» - дальше концентрат эмоций ивоспитательных программо-мыслей, они лезут вподсознание иноровят усовестить насильно. Отбиваться отзабот Гюль иблокировать ее наставления - дело недля слабаков. Саид вспотел, азаодно ознакомил Яхгль сругательствами трех народностей окраинных пространств. Добрейшая пассажирка безропотно выслушала, ни единой мыслью неосудила, зато снабдила чашкой сжидкостью исделала две инъекции питательного раствора.
        «Сима сдала все идаже слишком ровно, я удивлен». Это отРыга. Коротко, ноисчерпывающе. Значит, наместе иможно поздравлять. Саид выпил содержимое чашки втри глотка, благодарно кивнул.
        «Саид, я совершенно непонимаю, что могло помешать тебе навестить скучающего приятеля, идея была весьма интересной. Но, поскольку скука меня покинула, аты неявился вуказанный тобоюже срок, ставлю визвестность: япокинул планетарный пляж для бездельников. Новый адрес пока затрудняюсь указать, новероятнее всего накакое-то время поселюсь вучебных пространствах тэй корпуса, сегмент свободной настройки телепатического дара. Помнится, было время, преподавать мне казалось занятным. Всегда рад визиту. Надеюсь, могу числить тебя среди друзей. Альг Сэн Ортш».
        Некоторое время Саид моргал, выискивая всообщении странность, похожую насоринку вглазу - то она колет, то пропадает. Затем соринка проявилась ипозволила сформировать вопрос.
        -Он непомнит? Ничего себе йотль! Яхгль, прекрати молчать, я все равно прочту. Лучше словами, неприучай меня лезть заслой приватности, я скаждым разом все сложнее замечаю его границу.
        -Йотль, - кое-как выговорила пассажирка ипроглотила слезы. - Если позволяю себе так широко открыть душу… знаю точно, мояли это половинка. Номы посетили этого человека только сцелью лечения. Совершенно аморально отнять свободу выбора ивслепую тянуть… Я была счастлива… полностью. Он отозвался… полностью. Нопосле я взяла себя вруки исделала то, что должна. Сняла краску содного слоя поля. Он помнит свою свободу отпрошлого. Неболее. Так честно. Я виновата. Я очень глупая, я страшная уродина ижить совсем неумею, я каждый раз вляпываюсь невесть вочто ипотом… потом…
        -Фигня, - припомнилось подходящее слово Симы. Саид нарочно грубо игромко хмыкнул. - Жить ты хочешь. Насей раз. Погоди, ты сАльгом… эээ… это немое дело, номы застряли вих раю наполдня имне следовало сообразить, что пока я валялся вотключке, другие оставались активны. Яхгль, разве допустимо лишить признания ипамяти человека, когда он тебе небезразличен иотзывается? Тем более даже недо, апосле… всего?
        Ответов Саид инепробовал получить: идянка рыдала ссудорожными всхлипами, Гав рычал излился набестактность друга, азаодно сооружал их хвоста платок исам протирал слезы налихорадочно пятнистых щеках Яхгль. Вголове идянки такое творилось - нехочешь, азаметишь… Икак она первый раз встретила самого Саида, поймала приязнь ипопробовала настроиться, аунего душа напрочь занята исвязи плотные, невтиснуться инезаместить. Икак нашелся совершенно замечательный человек, тоже изпилотов, как он ухаживал ибыл… перламутровый отнежности. Плотное поле, красивый, мужественный тон, несколько слишком яркий, номолодость всегда петушиста. Аоднажды услышалось это нелепое «коленками назад». Захотелось все рассказать, ичтобы неосталось недомолвок. Насвоих настоящих ногах, босиком, идяне ходят очень гибко итихо. Они обладают еще одной специфической особенностью: внутренне сосредоточившись наидее, «гаснут» для слуха телепатов.
        «Отчет обязательный, сорок девятые сутки задания, - ровно надиктовывал голос задверью. - Приватное примечание: да, сточки зрения физиологии досих пор немогу перешагнуть барьер ипредставить, что тело будет иным. Почему их относят кистинным людям? Возврат косновному тексту, конец примечания. Достигнута стабильная привязанность, считываемая мною досредних слоев подсознания. Более глубокое сканирование требует привлечения второго телепата уровня нениже шесть-пять вкоординатах эмоции-реакции. Полагаю возможным уже теперь сообщить овероятности согласия насотрудничество нениже восьмидесяти процентов. Контакт объекта стелепатом доу подтверждаю иотношу кслучайным событиям…»
        Идянка отступала шаг зашагом, пружиня ногами все менее уверенно иоседая ниже кполу. Мир сделался вроде десерта под солнцем - он таял, растекался, терял привлекательность. Тот, кому она поверила, полагал ее своим заданием. Как многие подобные, он усвоил данные оспецифической психологии идян, чья логика весьма слаба иподчинена влиянию эмоций, интуиции инастроения. Он исправно считывал последнее икорректировал, как умел. Аего хорошо учили!
        Несказали лишь, чем заканчивается для идян разрушение иллюзий. Или ему было все равно?
        Саид дышал часто истарался отгородиться отчужой, очень лично истории - нонемог. Он все еще оставался там, наБагрифе, он все еще отступал нанеловких ногах, позабывших природную кинематику движения. Он цеплялся застену, заугол ослабшими пальцами. Нечеткий, слоистый коридор плыл икачался. Собственное поле пугало сильнее чужой лжи: гнев иболь рвались наружу, темные ияростные. Выпусти их насвободу, ощути всебе это, кружащее голову ивсепобеждающее - право исилу отомстить. Он будет ползать затобой, как червь. Сегодня, завтра - всегда. Акогда ты запретишь ему иэто, он угаснет вотчаянии. Итебе понравится. Испробовав чужой боли, ты сочтешь, что свобода ничтожествам ненужна. Однажды рванув ского-то поле, становишься чудовищем. Внутри делается пусто, аокружающие видятся нелюдьми - пищей исредством построения наилучшей, безупречной жизни.
        Еще шаг назад. Еще шаг. Заугол. Сесть без сил исужасом смотреть нанелепые ноги, скоторыми женщиной себя чувствовать просто невозможно. Вон идут знакомые - ихохочут вголос… показывают пальцем. Они думают, это шутка? Розыгрыш?
        Встать неудается, приходится кое-как перевернуться наживот, подобрать стопы ивскочить прыжком. Чтобы бежать без оглядки, продолжая слышать смех. Как простить их всех, пусть они сто раз невиноваты? Зачем прощать, если ты чудовище для знающих отебе иурод - для посторонних? Зачем такой - жить?
        -Немогу так жить, - все внятнее бился черный шарик пульса ввисках.
        Иона бежала, бежала, наконец-то вспомнив, как умеют бегать ипрыгать эти ноги. Апосле она падала вдоль цветной стены здания, бесконечно долго падала вотчаяние…
        -Эй, повторяю, уймись! Жить ты хочешь, амстить неумеешь, - громче повторил Саид. - Непонимаю женщин! Все вокруг видят тебя очень красивой. Один урод, которомубы морду набить, ито жаль руки пачкать, подумал глупость своим двухклеточным мозгом. Иты веришь именно ему! Ему ирозовой дурынде, неспособной выучить имя пациента. Унее память короче вздоха. Эй, я запрещаю тебе носить длинные юбки. Утебя красивые ноги. Я так сказал, амое мнение основано насущественном опыте.Да.
        -Дурак ты и.., - сморкаясь последний раз ивытирая слезы, сообщила Яхгль. - Икакже мне повезло, что ты жалостливый идобрый… дурак. Все, ненадо меня жалеть. Ешь иотдыхай. Я многовато содрала стебя. Восстановление займет три дня, даже при твоей живучести.
        -Ты очаровательная.
        -Хватит.
        -Ноги выглядят пикантно.
        -Полагаю, ты считал достаточно, чтобы знать: идян неследует доводить. Если мы делаемся мстительны, нас относят кклассу опасностиюсс.
        -Молчу. Продолжу читать почту. Гав, назначаю тебя капитаном. Зарегистрируй нас всистеме исформируй координаты, - приказал Саид.
        Он без спешки прожевал плитку сладкого ипитательного, наблюдая, как морф укорачивает мех, затеняет догусто-серого всиневу, сооружает наспине рисунок золотых якорей ивитых шнуров - играет вкапитана. Заодно незабывает общаться скатером.
        «Сима была так добра, что, сбившись скурса, нашла время дать мне персональное имя. Сообщаю, что она после несущественного происшествия отбыла домой вполне здоровой, хоть иснебольшим опозданием. Отсебя лично иотгруппы кэф-кораблей осевого периметра убедительно прошу изыскать время для важного нам дела. Требуется тонкая настройка частично разрушенного сознания крайне специфичного негуманоида при участии телепата доу. Кэф-корабльИо».
        -Осевого периметра, - Саид почесал заухом, глядя наГава. - Ничего себе завернули. Вот кого я нечитаю, так это кэфов. Уних сознание имеет совершенно особенную, текуче-изменчивую ибесконечно сложную структуру… Погоди, так Симка прибыла домой всрок или сбилась скурса? Рыг немог ошибиться. Ио немог выдумать себеимя.
        -Мр-ряу, - тревожно завибрировал Гав, впрыгнул наподлокотник иприльнул круке, скожи считывая настроение, верхний слой мыслей изаодно архив личной почты.
        «Вниманию телепатов уровня хоффа ивыше вклассификации дрюккелей. Прошу сообщить местоположение иготовность принять участие всрочной работе общей необходимости. Статус: тар, вероятен пересмотр доуровня си-тар. Сообщение прошу рассматривать, как строго конфиденциальное. Габариус Чаппа».
        «Всвязи сглоп-факторным возмущением высокой интенсивности настержневой линии разлома „ло“ просим втечение десяти осредненных суток повозможности избегать при прокладке маршрута следующих габ-портов ипирсов: Афо, Уги,Ро…»
        -Яхгль, - позвал Саид. - Мне незря стало холодно, когда я очнулся. УСимки беда.
        Выговорив вслух худшее, Саид сразу набрал попамяти личный канал габариуса Чаппы, известный Симе исоответственно, неизбежно считанный сее сознания испрятанный поглубже внедра памяти - ведь нехорошо нарушать приватность, пусть даже невольно.
        -Человек, чьим заданием я была, ошибся вотчете, - едва слышно шепнула Яхгль. - Я стобой познакомилась неслучайно. Идян обычно просят… те, скем мы соглашаемся сотрудничать. Мы сотрудничаем, они дают нам свободно пребывать вуниверсуме неузнанными иобеспечивают личностями для прикрытия. Пластируют ноги. Просят обуслугах. Обычно это несложно. Телепаты твоего уровня могут дать слишком большие возможности тому, кто научится их использовать. Меня просили оценить степень свободы воли.
        -Аты оценивала-оценивала иувлеклась процессом. Себя нещадишь, - несмолчал Саид. Фыркнул, наблюдая новые пятна натонкой коже щек. Мстительно добавил: - Аноги все равно красивые. Ите, иэти.
        Канал настроился, сигнал зазвенел струной, оповещая оприеме звонка. Чаппа сидел вкресле поту сторону пропасти расстояния очень строгий ипрямой. Считывания сознания было невозможно, канал давал лишь картинку вобъеме идовольно хороший звук.
        -Я получил отчет отчеловека изтэй корпуса. Его личное решение отправить. Я принял ксведению. Ваша пассажирка еще свами, как я вижу.
        -Вы неготовы говорить при Яхгль?
        -Куда больше причин опасаться вас, высокий Саид, - насмешливо щелкнув жвалами, прошелестел Чаппа. - Я опасаюсь. Нопока невижу формальных оснований счесть ваш звонок угрозой. Вы общались сгабрехтом Серафимой?
        -Нет. Мы только что вышли изпрыжка иеще вне габа. Я получил два послания относительно нее. Противоречивых. Она здорова?
        -Она пребывает вгабе, ккоторому приписана послужбе. Согласно отчету, здорова после курса восстановительной терапии, - осторожно сообщил Чаппа. - Она отправила вмой адрес пять отчетов спометкой строгой конфиденциальности. Вовсех отчетах ненаблюдаю ни единой небрежности, - Чаппа неопределенно шевельнул пальцами. - Нет даже сокращений слов или оборванных мыслей. Нет ни одного отступления отинструкции. Нет ошибок. Фактология впечатляет. Конечно, высокие носители, аравно сотрудники габ-службы, будут еще нераз все проверять. Впрочем, оставим тему, она давит намой панцирь. Видители, согласно здравому смыслу иинструкциям я обязан запретить вам визит вУги. Ноя несомневаюсь ни наединый щелчок жвал, что мой запрет незадержит вас. Применять силу, хотя рядом свашим катером базируется прямо теперь шар боеготовности рюкла Ошт? Нет, я неготов колебать основы межрасового покоя. Я отпущу вас делать глупости, чегобы лично мне это ни стоило. Оштов считайте своей охраной. Вашу пассажирку прошу перейти наих головной корабль. Ее статус будет ей сообщен там, незамедлительно.
        -Ее свобода небудет ограничена?
        -Впонимании ди-келя, каковым я являюсь, одолжение состороны идян моей расе нестоит называть ограничением свободы. Оно потребует подчинения нашему пониманию дисциплины наопределенный период. Оно будет вознаграждено. Кроме того, я нестану отрицать: мы хотелибы принять усебя гостью сИды иобсудить хотябы силами трех рюклов отношение кэтому… феномену. Особенно теперь.
        -Что случилось вмире зато время, пока мы были впрыжке? - ужаснулся Саид. - Габариус, я вас вжизни неслышал таким официальным. Вуниверсуме еще невоюют?
        -Моя раса сейчас ставит много выше планки фир решение относительно вооруженного… - Чаппа поскрипел жвалами ивыбрал слово, - нейтралитета срасой грисшхей. Большего немогу сообщить.
        -Нохотябы неквиппа? - быстро проговорил Саид.
        Изображение погасло, канал связи распался. Саид пощупал подлокотник. Поймал впотную ладонь плитку питательного концентрата, подсунутую Яхгль. Фыркнул невеселым смехом.
        -Прикинь, удрюккелей повосемь коленок. Вразные стороны. Каждую можно считать еще илоктем. Прости.
        -Иногда мы внутренним зрением видим тех, кого любим, даже виной галактике, - очень тихо сказала Яхгль. - Иногда неузнаем при взгляде вупор, потому что боимся утраты иллюзий. Мне кажется, ты всеже ее… любишь. Ноочень может быть, ты придумал ее отначала доконца. Как Альг придумал свою милую жену ижил с… ведьмой.
        -Очем ты? Ипочему я нечитаю тебя сейчас, даже поверхностно?
        -Я обязана тебе жизнью, - лицо Яхгль было белым, без единой кровинки. - Если все окажется плохо… прости меня. Иногда унас неостается выбора.
        Идянка неловко завозилась, сдирая через голову юбку, ужасно нелепую поверх стандартного костюма габ-службы, одолженного ей, вероятно, попротекции сафара, встречавшего катер вимперском раю. Саид смотрел, как длинные ноги идянки пружинят, позволяя ей передвигаться совершенно беззвучно иочень грациозно - инегорбить плечи, негнуть шею вдовольно компактном проеме люка. Стыковочный рукав корабля дрюккелей уже был готов инакрывал собою пол-катера. Люк заидянкой закрылся.
        Саид поцокал зубами, вдумчиво перемалывая невроз, щедро сдобренный домыслами.
        -Гав, онаже необещала прикончить нас стобой? - спросил он уморфа. Вздохнул, расслабляясь вкресле. - Новродебы одно хорошее сообщение я расслышал. Сима жива издорова, пусть даже после лечения.
        Морф промолчал. Вероятно, он тоже немог поверить, что Сима способна пособственной инициативе составить пять отчетов. Без ошибок, помарок инарушения инструкций.
        Пальцы дрогнули, процеживая информацию опредстоящем полете, как воду - эта привычка Гюль оказалась неосознанно перенята еще допервого пробуждения личности. Вероятно, она крепко сидела вклон-матрице. Может, она была увсех впоследовательности? Может, это привычка того первого, кто три десятка копирований назад начал процесс ибыл оригиналом для череды клон-поколений, финалом которой является Саид, человек улучшенный.
        -Габ Уги, - вслух полагается дублировать цель полета, тем более имея сопровождение. Саид помолчал, недождался ответа инехотя добавил: - Рюкл Ошт, кто налинии? Я отбываю.
        -Налинии, - неназывая имени, проскрипел дрюккель. - Сопровождаем.
        -Сопровождают… Гав, мне почему-то кажется, проще избавиться отсопровождения личной тени, чем отоштов, - подумал Саид. Иоставил подозрение невысказанным.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись89
        «Несравненные творцы отнауки - энгоны - неумеют отстроить даже бесперебойное снабжение своих планет продуктами первой необходимости. Они выращивают детей непосредственно влабораториях инаполигонах, упорно непонимая самой идеи воспитания сограничениями морального или законодательного толка. Они неотвлекаются на«мелочи», ккоим относят потребность всне, пище итепле. Энгоны уже много поколений нежизнеспособны как вид, хотя их технологии есть пружина развития всего универсума. Энгоны невымерли лишь поодной причине: они под опекой пыров.
        Пыры, раса свысочайшей живучестью, согромным потенциалом интеллекта инерастраченной здоровой агрессивностью, тратит себя набессмысленное, сжигающее все силы иресурсы поддержание чужихрас.
        Мурвры, воины откончиков рогов дооснования копыт, сосредоточенны наоттачивании реакцией тела имозга, которые они замного минувших веков ни разу неприменяли впрямом военном конфликте. Конечно, если несчитать таковым битвы скамарргами, проводимые строго порасписанию, что позволяет посторонним избегать присутствия вопасных секторах илиже заранее бронировать лучшие места для наблюдения.
        Благодаря этим «войнам» само понятие агрессии вырождается внечто иное, где стратегия иличная доблесть вприоритете, аковарство иконечный успех - лишь тактика истатистика.
        История седьмая. Мириной
        Впроцессе жарки впортаторе происходит расслоение полуфабриката «Сима сырая перепуганная» нателесную боль схорошо сформированной хрустящей корочкой - ишокированное нечто, обреченное молча наблюдать. Как раз теперь, если есть смысл втаком понятии - теперь - парообразное нечто состороны взирало наострые иглы звезд, воткнутые втело тьмы вселенским психопатом.
        Современный универсум далеко ушел отпримитивного явления планетарной жизни вцивилизационных колыбелях, как пояснил мне стоской Кит. Пока расы обитали насвоих прародинах, они обладали способностью смотреть назвезды сединственного для них - рас - логичного ракурса. Это создавало причудливые узоры сказок илегенд вмировом вакууме. Кит высоко ценил нематериальное наполнение вакуума, аеще сетовал нато, что внынешнем универсуме созвездий нет. Есть только координаты. Это сухо, мертво илогично. Кит древний, он ценит поэзию иисторию. Я дикая, обожаю авантюру иприключения… так что наше отвращение кнумерованной упорядоченности едино икрепко. Для Кита я лично расстаралась, ткнув пальцем вобъемную проекцию, нарисовала три десятка созвездий вокруг габа Уги. Иподарила реконструкцию пальцековыряния, годную для просмотра при отключенном верхнем свете. Там мой правый указательный рисует созвездие пьяного блюдца, затем вся пятерня тычет внебо, обозначая созвездие сахарных крошек, аеще есть красивое созвездие ученого морфа…
        Гдебы меня сейчас ни носило, тут нет инамека насахарные крошки ипрочее разное. Я свои рисунки твердо заучила. Я поним икоординаты смогла вызубрить. Некоторые, опорные. Здесь звезд маловато, все они незнакомые исиротливо мигают, никем непоименованные.
        Пес сними, звездами. Обратим взор кповерхности мира. Вниз-вниз… Прошедшее полную гриль-обработку тело наблюдаю надне колодца, вприемной нише компакт-портатора. Прожарилось тело конкретно, зрелище отстойнейшее. Нонебрезгливые гуманоиды снизошли для прямого контакта. Поворчали тело туда-сюда, взяли пробы тканей, бормоча нанезнакомом диалекте. Вроде, все их устроило. Ушли. Тело изпортатора добыли клоны, внешность все таже, складки назатылках трогательно единообразны. Останки гриль-Симы поволокли темными переходами исгрузили внепроглядный мрак. Спорим, надпись налюке помещения переводится как «утиль»?
        Гос-споди, неужели я докатилась доуровня привидения? Хреново. Как я буду исполнять должностные обязанности - пугать народ, если меня невидят инеслышат? Увы, я способна итут провалить аттестацию. Куда меня сошлют дальше-то? Даже интересно. Перспективы есть улюбого существа. Путь инесуществующего.
        Поскуднее всего то, что тело лежит себе итухнет, аего боль по-прежнему сомной. Хотя ни водной детской страшилке я неслышала, чтобы привидения страдали отожогов или переломов. Невыносимо чешется кожа. Глаза горят, как плошки, засыпанные перцем. Ребра сломаны вкрошево идышать я немогу. Немогу… Ноупираюсь ипробую. Темно доотвращения. Звезды погасил кто-то экономный. Нет, их вынули измрака, чтобы он потерял остатки необычности. Колодец сплющился… Я внизу. Быдловато кругом, быдловато ивонюче. Паленым несет, апервосортной гнилью оттеняет рвотные позывы. Хреново, вомне желчи, итой неосталось, все истратила наопоганивание ангара вУги.
        Хряп! Клац - хряп - буль. Ничего себе озвучка. Вся идет изнутри. Дайте Симе руки, пусть я привидение, ноя жажду вдумчиво почесать корочку ожога нашее.
        Упс… Почесала. Корочка так себе, отвалилась спервого поддевания ногтем. Кранты, я несдала экзамены вмире духов иотчислена обратно, ввонючее телесное бытие. Ксожалению, оно вне ареала расселения электриков обыкновенных, поэтому они ненатаскали сюда лампочек инебродяжат толпами напрокорме ужильцов.
        Сажусь, бережно баюкая голову обеими руками. Голова болит, ноуверенно держится нашее. Я живая. Я дышу! Могу тихонько повизжать отвосторга. Любая помойка мне ближе ипонятнее черной пустоты, куда я нечаянно заглянула. Понятьбы, как я выжила. Второй раз! Ведь меня недавно убивал насмерть милашкаЭш.
        -Граждане, неверьте цыганам! - строго предупредила я вслух, чтобы убедиться всвоем умении говорить. - Ну, предрекли они мне смерть неминучую. Ичто? Пусть гребут чашелистиками подальше, ведь габло - оно нетонет!
        Я подбоченилась инеловко скособочилась - ребро прожгло болью. Оперлась рукой вотьму внизу. Под ладонью чавкнуло. Запахло тухлятиной втрое сильнее.
        -Ыыы, мать ыыых, - сказала я, надеясь, что трипсы младше шестнадцати меня неслышат иплохим словам ненаучатся.
        Вголове включился какой-то мысленный механизм, невесть кем икогда поставленный навзвод идождавшийся своего часа Хэ. Я прямо слышала его движение. Открылся канал, вмой скудный наизвилины мозг тонкой струйкой потекла информация. Это правильно, капельный полив - наш метод. Ато как начнут онекуюкности времени, так я уже инеслушаю. Много мне, захлебываюсь. Бедняга Эш, как я достала его. Он старался-старался, напоследок грузанул мне комплексный курс продвижения вгении. Эта фигня сомной итеперь, щупаю запястье инахожу ничуть необгоревшую повязочку-невидимку, намотанную вдесятки паутинных слоев. Кажется, под браслетом уцелела родня кожа. Которая изпрошлой жизни.
        Ага, капельный полив мозга дает результат. Мысли заколосились буйной коноплей. Щас мы их покурим. Дым итуман, аравно продирание сквозь них наощупь - наш метод обмозговки. Хау-ноу отСимы.
        Если подойти клюку инащупать пластину системного контроля, можно подключиться кздешнему миропорядку. Хорошо, вдруг вдиспетчерскую дозвонюсь идадут свет? Гос-споди, ну хватит тупить, шок прошел, я впорядке. Мне все равно, как я выжила, результат важнее процесса. Раз цела, надо искать выход. Уменя остались недоделанные дела дома, надо срочно кое-кого внести всписок привидений. Пока эта дрянь сглянцевыми губками неначудила чего похуже. Зачем ей завещание Олера? Она, сука, кСаидке лапы тянет! КГюль!
        Контрольная панель. Моя рука знает, что это заштука икакая она наощупь. Моя рука вообще умна отдельно отСимы. Что-то поправляет, цокает ногтями иотбивает ритм кончиками пальцев.
        Свет дали! Правда, невпотолке или там стенах, авнутри моей головы. Зажмуриваюсь инаблюдаю. Вижу зал без внятной формы, почти белый. Посреди - кресло знакомого мне вида. Вкресле сам Олер, который поидее сейчас ивовеки вечные - вшлаке, невозвратно изолирован отобщества. Сидит, зараза, иглазом неморгнет вответ намое возмущение.
        -Серафима Жук, если вы наблюдаете это послание, значит, я давно иблагополучно покинул игру ипребываю вотставке напланете Шлак. Когда вас второй раз попытались убить, тем самым создав прецедент помоей необратимой дискредитации, я принял крайние меры ипошел насоглашение, которое образно могу назвать сделкой с… - Олер замялся инемного помолчал, - вы наЗемле сочлибы его дьяволом. Он слишком много может ислишком вне понимания. Допускаю, я использовал вего отношении нелепое, алогичное определение. Новам так проще. Продолжу: вы предмет иобъект сделки. Я оплатил ее огромными ресурсами, вобмен мне гарантировали проведение синтирования вашего организма. Это послание запускается само, едва синтирование первый раз восстановит тела после тотального повреждения.
        Я долго обдумывал, могули я нанять вас более традиционным способом иобеспечить стандартной охраной, необходимой сотруднику высокого ранга. Новы невыслушалибы меня, уже это неподлежит сомнению. Между тем, я немогу отбыть вовне инерешить ряд проблем, которые полагаю важнейшими. Я пробовал разные подходы. Пришел квыводу: проблемы, занимающие меня, извечны. Если это так, илогика недает решения, стоит отодвинуть ее всторону иобратиться кменее рациональным идаже абсурдным методам.
        Итак, вы нарушили размеренность моей жизни, клонящейся кзакату. Я нарушу спонтанность ибеззаботность вашей, лишь начатой. Я оставляю вам все свои проблемы. Кроме того, я оставляю вам свои личные ресурсы, закодированные ввас инеподлежащие передаче третьим лицам.
        Вы провели достаточно времени вуниверсуме, наего лицевой стороне. Теперь вам предстоит увидеть изнанку. Увсякого явления она имеется. Когда я был молод, меня изнанка неинтересовала ия внес немало вее развитие. Раскаиваться я ненамерен. Я неидеалист иненахожу всвоих действиях сбоев логики. Однако изменить изнанку я также бессилен, ранее это отмечено. Я ограничен своей логичностью исвоим пониманием законов мира.
        Соответственно, вы неполучите отменя внаследство никакого понимания законов мира иего ограничений. Может быть, это поможет вам непредвзято смотреть навещи иявления.
        Полагаю, сейчас, просматривая сообщение, вы пребываете всовершенно безвыходном положении. Так я оценивалбы последствия насильственной кончины. Ноя прошел свой путь. Теперь ваша очередь. Люди плывут или тонут непотому, что умеют или неумеют плавать. Люди верят втот или иной исход. Заранее. Сейчас ваше время выбирать исход. Я ничего вам нежелаю, вторично расставаясь. Хотите полагать это местью Олера? Ваше право. Хотите счесть шансом Олера? Ваше право. Я выбросил вас вморе. Этовсе.
        Свет вмозгах погас. Вероятно, там была всего одна лампочка. Отнакала гневных мыслей она перегорела. Сижу ввонючей темноте. Усердно думаю для Олера: чтоб тебе, старый аппендикс компьютера, икалось, как взбесившемуся ослику! Наследство оставил. Барби-дрянь меня спрашивала окаком-то наследстве ирабочих материалах. Это именно то, что вкодировано вменя. Точняк! Получается, Олер прямо или косвенно участвовал всоздании предпосылок для кризиса, потрясшего габ Уги. Он желал сделать явным нечто тайное иопасное настолько, что жизни моих сослуживцев идаже моего драгоценного шефа неимели значения. Меня неизбежно грохнулибы, чуть раньше или несколько позже. Так я попалабы вчужие беды погорло иначала считать их своими. Все сбылось. Ноя жива, иэто мне тоже оставил внаследство Олер.
        -Придурок, - свыражением сказала я, старательно представляя себе икающего Олера сдлинными ослиными ушами. - Ты играешь всю жизнь. Эта Барби играет. Ноя нестрадаю игровой зависимостью! Мне пофиг ваши заморочки сресурсами ивластью. Пофиг!
        Рука, недавно заявившая онекоторой автономии отСимы, закончила щекотать панель контроля. Прижалась кней тыльной стороной запястья. Вмой личный архив потекли данные местной системы управления. Славненько. Я хакер-лунатик. Бессознательно ломаю коды. Или уменя есть право вскрывать их? Неважно. Много знаешь - мало успеваешь.
        Параметры звезды. Планетарная группа. Населенность. Иерархичность. Управление иконтроль. Всего почайной ложечке. Пробуем идумаем.
        Самое первое ипотрясающе неожиданное: вданных нет координат. Вообще нет. Звезда незанумерована, аесли иимеет номер, то всистему информации он невнесен. Здесь нет стационарных портаторов. Нет габ-пирсов. Нет орбитальных портов для кораблей, способных прыгать. Есть лишь приемники-накопители для прибывающих жителей. Еще есть ЦК - центр контроля. Туда недопускают живых. Зона близ ЦК имеет обозначение СС - сервисная специальная. Вней работают киборги. Автономные, гуманоидного вида. Контракт пожизненный, срок жизни равен сроку работы энергоустановки. Всилу неприродности киборги являются собственностью, анесвободными личностями. Сознание под контролем. Наличие подсознания отрицается системой ирегулярно вытравливается перезагрузкой… Даже наивной Симе изсказанного понятно: есть уних подсознание, иначе нафиг его вытравливать?
        Я сейчас награни зон СС иСП - сервисной первичной. Далее отЦК утилизационный кордон изаним карантинный кордон, это УК иКК.
        -Кто-то решил отучить Симу отсокращения слов, - хихикнула я. - Выживу, Чаппа им спасибо скажет!
        Вспомнился отчет, мстительно составленный мною вответ наприватный ивесьма холодный запрос габариуса опричинах избыточной активности атипичника поконтролю миграции. Это когда я пару месяцев назад дико обозлилась набрыгов, открывших скандально-шумное заведение напротив «Зарослей сафы». Ивсе возня - исключительно для разрушения семейного дела Павра, сафара. Все знают, что сафары ибрыги происходят изединой расы, которая вроде буйной семейки наконец-то однажды выбыла издвухпланетной коммуналки впротивоположных направлениях, как можно дальше. Несошлись характерами. Сафары эстеты ибессребреники, помешанные нагостеприимстве. Брыги силовики идомоседы, двинутые наидее внутренней простоты как метода совершенствования духа. Видели хоть раз фонтан типа «писающий мальчик», какбы приличный посреди людной площади? Считайте, вы все знаете обих методе воспитания детей.
        «Хз скока ЧП. НЗ вскрыт, ноиди. оты рв-ся пачками. Тчк».
        Иэто я отправила спометкой полной конфиденциальности. Чаппа позвонил минуты через две. Долго молчал, перетирая жвалами злость, недостойную его солидного возраста. Наконец вздохнул сбульканьем. Поморгал усталыми глазами, это понятно помутной защитной пленке, опущенной полностью. Я осознала: неспал суток трое, неменьше… Стало стыдно. Мало ему бед кроме ничтожного габла сдетскими понтами. Я посопела истала сразу составлять вежливый отчет, морща лоб ибормоча слова шепотом.
        -Ты меня уважаешь? - проскрипел Чаппа по-русски классическое инемыслимое. Задергался всем телом отсмеха, наблюдая Симу сотпавшей челюстью. - Да-да… Мне очень советовали выучить фразу. Есть унас эксперт понаречиям иобычаям Земли, его зовут Тиль. Я посетовал нараздражение отконтакта ссотрудником, он пообещал интересный эффект. Я опробовал фразу идоволен. Габло Сима, я даже снизойду домести. Я намерен утвердить ваше повышение. Вы надеялись наобратное? Вы пытались избежать ответственности иотсидеться внизком звании, имея потенциал роста? Нет, теперь неполучится… - Он поднял нижние пленки сглаз иостро глянул наменя, бурую отстыда. - Нестоило плевать впотолок. Я хорошо объясняю? Смотрите, Серафима: яставлю кай-квиппу напрошение оминимальном испытательном сроке впроцедуре вашего роста догабрехта. Конец беседы.
        Ну, конец так конец. Я отправила ему официальный отчет иизвредности второй, изсплошных сокращений, опять наличный адрес исостиранием всех копий пополучении, чтоб Чаппе ненагорело замои художества. Иеще отсылала разное глупое… Если я могу по-детски радовать загруженного сверх меры милейшего нелюдя, я буду прилагать усилия.
        Увы, все пыль. Я умерла инемогу быть габрехтом там, где меня уже кем-то заменили. Я должна быть здесь. Сейчас получу статус, еще малость пощелкав попанели. Рука, ты уж старайся. Хочу хоть тут красивый, звучный. Есть ведь вуниверсуме шикарные слова. Интмайр - мне нравится. Или лаэлли, это распорядитель праздников усафаров.Или…
        «УГ», - высветилось вмозгу. Плечи мои поникли, придавленные грузом реальности. Я знаю, как это расшифровывается наЗемле. Мягко говоря, унылое оно… габло всмысле. Местные уроды помешаны надвухбуквенных сокращениях самого противного вида. Уних УГ - уборщик глобал. То есть я должна отныне таскать дурно пахнущее клюку сознакомой мне надписью, означающей утиль, как я идогадалась ссамого начала. Глобал немного лучше, чем локал. Я могу обезгаживать любые помещения впределах планеты, включая зоны КК, ПК, СП идаже частичноСС.
        Однажды я выберусь отсюда. Я найду Кита иуболтаю его еще разок слетать вшлак. Я заранее соберу коллекцию отходов высокой вонючести, конденсирую их искладирую брикетики близ дома Олера, снаветренной стороны. Это мелко инелепо. Ну ипусть. Будет ему УГ вегоСП.
        Все, меня зарегистрировали. Выделили статус постоянного прожития, асним илегенду, прям как внедренному агенту. Якобы я нахожусь тут десять циклов, уменя семь поощрений идва мелких порицания. Замной нечислится перерасход ресурсов. Я лидер секции подисциплине… надоже! Всвязях, порочащих меня, незамечена. Классифицируюсь как белковое существо, имею допуск кпосещению внешних территорий. Неагрессивна. Живучесть двенадцать единиц. Интеллект тридцать одна единица. Обучаемость низкая. Пол есть, женский вформате двуполой модели, гормональный контроль встроен. ТО пройдено одну долю цикла назад. Это что - ТО? Яже неавтомобиль, елки-палки… ага - тотальное обследование. Посещаю курсы разведения насаждений.
        Все, больше немогу потреблять мозговой бред. Я думала, удрюккелей проблемы сизбытком упорядоченности. Ноя была наивна, как слон при входе впосудную лавку. Исейчас я тут нагромыхаю, провалю дело ипомру вторично, если неначну думать осущественном.
        Маскировка. Легенда уменя есть, нопахну я как полное УГ иодета, как ходячее ЧП. Лезем вновый архив. Униформа… Уборщики могут раз вдолю цикла претендовать наобновление. Отсутствие такого запроса есть показатель бережливости. Я неделала запросов три доли цикла. Пора портить показатель экономии ресурсов. Заказ наполное обновление… сделан ипринят. Обработан. Есть подтверждение обоснованности. Теперь я должна проследовать помаршруту иполучить запрошенное. Добрые автоматические системы выдадут робу вста метрах отместа, где я именно теперь торчу, как гнойная заноза.
        Прошагав потесным коридорам смножеством изгибов, я синтересом изучила дверь: толщина больше ширины! Передо мной дверь откатилась вбок. Заспиной немедленно восстановила целостность стены, когда я обернулась, несмогла найти шва. Колупала ногтем так исяк, нобез пользы. Слева щелкнуло, приглашающе звякнуло. Образовалась крошечная комнатуха для переодевания. Как раз можно внутри поместиться, правда, при сгибании лоб страдает отпрямого контакта состеной. Ну, еще локти страдают - если их необдуманно развести встороны. Я села науступ иотдышалась. Полумрак. Наполу жалкой тряпкой валяется униформа. Цвет непередаваемый. Извпечатлений внятно одно - немаркий, ага. Ткань наощупь привычного поземным стандартам плетения. Наджинсу похожа. Довольно мягкая. Покрой мешковато-никакой.
        -Олер, икай!
        Велела я истала нехотя оттягивать отгорла вниз шов габ-формы, обдумывая варианты. Нехочу носить мешок. Хуже, почти немогу. Я попояс расстегнула костюм иуже осознала, тут нетропики. Иеще напряги стяготением. Стащив рукав, чую: оно давит круче земного раза вполтора. Ныряю обратно вродную габ-форму, греюсь, врубаю все системы обработки отходов жизнедеятельности ичитаю инструкции. Габрехт обязан знать очень много. Неведаю, кто сдавал заменя экзамен, ноябы наверняка справилась хуже. Так, вотоно:
        «Вопределенных обстоятельствах униформа может переходить врежим мимикрии, подстраиваясь под протоколы межрасовых встреч». Дальше инструкция задание понастройке. Взять образец, поместить… подключить… прощупать все предметы одежды сцелью установления покроя, если нет возможности трехмерного анализа инет карты раскроя. Ждать результата. Хоть один пункт трудно запороть. Жду. Моя серенькая симпатичненькая форма сматовым эффектом изнаком габ-службы улевого плеча тускнеет, обвивает грустными складками, как сдавшийся пуле дирижабль. Щупаю швы местного «мешка», уточняю фактуру ткани истрочки, еще раз проверяю крой. Готово. Упаковываю местную тряпку вмешок для хлама. Покидаю комнатку.
        Вкоридоре меня ждет сюрприз: местный кривобокий габарит, угловатый, ужасно обшарпанный, сгромадной вмятиной слева ипотеками чего-то темного поборту ниже вмятины. Отгабарита попахивает озоном иискрящей проводкой.
        -Ты кто будешь, болезный? - Спрашиваюего.
        -Ш-пп-хр-цвирк!
        Это вместо ответа. Речевой центр накрылся. Бывает. Обхожу бедолагу покругу. Точно я назвала породу, путь он иустаревший. Знаков габ-службы нет, цвет корпуса кое-где еще цел, исходно он был зеленый, как ужука, впереливами.
        -Как тебе имя Шарп? - спрашиваю осторожно. Вдруг догадается, что я нефирму рекламирую, анамекаю наобилие коцок ипотертость.
        -Ш-хр-фф…
        Отозвался сразу, охотно. Наверное, невозмущается. Иначе протестовалбы дольше. Уменя есть привычка очеловечивать механизмы. НаЗемле рыжий отржавчины «Апельсинчик» имел имя ихарактер. Врядли он знал, что так богат. Здесь автоматика гораздо продвинутее. Иногда ей хватает чего-то внедрах машинного сознания, чтобы по-настоящему быть личностью. Как мой любимый Вася, самый атипичный габарит навесьУги.
        -Сима, - кивок вежливости Шарпу. - Пошли, напарник. Врядли натебе можно кататься верхом.
        Скрип-скрип вместо отклика. Шарп поднялся напять сантиметров над полом иплывет помаршруту. Стабилизация унего барахлит, левый ограничитель под корпусом шаркает пополу.
        -Какое-то тут все неновое, - жалуюсь ему вохотку. Приятно разговаривать скем-то, анетолько сзапутавшейся всебе иобстоятельствах гражданкой Жук. - Можно держаться запоручень, да? Ты поводырь, я просто топаю. Мне сейчас самое время хорошенько подумать, Шарп. Перелопатить данные относительно планеты.
        Снова вздыхаю. Обычно туристы летят изнают пункт назначения. Ая билета небрала икуда попала… даже здешние нескажут!
        -Нарекаю тебя Утиль, - сообщила я планете, споткнулась иненадолго остановилась.
        Шарп тоже замер, он неглуп, сделом поводыря справляется наотлично. Читаем дальше, бредем наощупь… Планета крутится мухой возле пожилой незнакомой звезды. Всего таких мух четыре, Утиль - второй. Размер ипрочее физическое пропускаю, если возьмусь переводить вметры, тем ибуду занята достарости. Население… Ничего себе, нет единого числа. Указаны поразделам суглубленными комментариями ккаждому «биологические виды», «условно белковые», «небелковые типа ит», «небелковые прочие». Суммируем четыре кучки. Получаем помрачающее Симин мозг значение впятьдесят миллиардов штук. Или рыл? Или - взгляд наШарпа - корпусов? Незнаю. Назад отматываю, сортирую подвум группам. Сподозрением наметаболизм - треть отстрашного числа. Родня Шарпа - прочие две трети.
        Статус УГ, маскирующий меня, дает право просмотра подробностей покаждому существу иобъекту. Видимо, именно для меня эти две буквы были заранее зарезервированы. Типа любимого Билли «бэкдора», только невстене, авсистеме контроля. Ну иладушки, проверим. Шарп, онже аппарат сдлинным номером, нашелся без проблем. Пребывает здесь сорок циклов, списан порешению производителя, ремонт признана неэффективным. Указание поликвидации непоступило… Ага, вот. Причина: значится вбазу учета атипичных объектов. Что забаза? Сима, ичегобы тебе невыучить инструкции раньше!
        «Ликвидации либо переработке всвязи сизносом могут быть подвергнуты лишь неразумные, лишенные атипичности ииных особых свойств (полный перечень вприложении) объекты. Прочие обладают правом надожитие. Примечание: закон имеет силу (исмысл) лишь вотношении гуманоидных иусловно гуманоидных рас, впервую очередь так называемых истинных людей. Цивилизационная структура последних отличается крайней нечеткостью исоздает угрозу разночтений».
        Согласна. Удрюккелей нет проблемы сдожитием. Они урегулируют любые вопросы досконально. Рюкл законников исключает само понятие разночтений. Толкование этого слова людей удрюккелей занимает томов пять спримерами.
        Шарп замедлил скольжение. Я уткнулась вего корпус иполуобняла старенького габарита. Перед нам торжественно инеторопливо раскрывалась очередная стена, оказавшаяся дверью. Заней - поле счахлой травой без цвета изапаха. Над травой жиденькое серовато-сизое небо снищенскими лохмотьями облачков. Грязноватыми, как весь Утиль.
        Заполем травы, довольно далеко, начинается отвесная скала обглоданного временем титанического здания. Справочник утверждает: оно заполоняет собой всю планету. Редкие вкрапления внешних территорий все подобны тому, которое я сейчас наблюдаю.
        Планету можно полюбить или возненавидеть спервого взгляда. Загод вуниверсуме я поняла - так оно иесть. НоУтиль нарушил это правило. Его спервого взгляда посильно лишь жалеть. Некто, связанный сОлером, совершил здесь мерзость. Перенаселенность всовременном универсуме невозможна! Всякая экспансия утонет вего бескрайности. Империя это знает иподдерживает границы вовсе неизделикатности. Она уже научно установила, что есть предел управляемости ивысчитала, где именно пролегает этот предел. Мне Игль рассказывал. Сверхорганизованные дрюккели следуют томуже правилу, жить нетесно - носплоченными звездными колониями… Что забред психопата приключился спроектировщиком, убившим Утиль при заселении хладнокровно иокончательно? Икак тут жить, если мир невоспроизводит ресурсы. Вон - трава сухая. Наступаю, она рассыпается впыль… Она давно погибла. Ужасно давно. Ивоздух мертвый. Им почти нельзя дышать. Неглупый Шарп тянет ко мне уцелевший гибкий держатель-шланг. Предлагает дышать извстроенных вего корпус запасов обогащенного воздуха, пока мы бредем кзданию. Благодарно киваю, дышу.
        -Знаешь, - шепотом говорю вмаску, - я неверно выбрала вопрос дня. Где я икак отсюда свалить, вот что мне казалось важно. НоОлер прав. Я увязла вУтиле. Зачем я здесь, вот вопрос. Чтобы осознать тутошний бардак идаже, наверное, прибраться. Гос-споди, помоги Симе, а? Хотя чего там… НаЗемле свои заморочки неслабее. Прости, отбой связи. Сима ни очем непросила, Сима побережет заветные желания накрайний случай.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись117
        Пожалуй, исходя изпроведенных исследований, стоит выделить два действительно определяющих типа сознания гуманоидов. Я для себя, весьма условно, назвал их правополушарными илевополушарными. Логиками иинтуитами. Первые успешнее вэкспансии, массовом развитии. Вторые локальны инабеглый взгляд слабы. Однако именно они, таково мое убеждение, способны исподволь управлять могучими и«прозрачными» поборниками логики. Впрочем, интуитов вистинном понимании неинтересует грубая работа управленцев.
        Некоторым аналогом ситуации является классическая семья, поощряемая вукладе жизни империи. Вподобной семье логик - чаще это мужчина - создает ценности, активно работает. Однако аккумулирует результат женщина - интуит. Именно она мотивирует или демотивирует логика.
        Модель напервый взгляд дает то, что мы искали. Конечно, если оставить встороне «незначительный» вопрос: как корректировать ипрограммировать извне систему, составленную излогика имотивирующего его интуита, глухого клюбым внятным доводам иреагирующего спонтанно?
        История восьмая. Мечты сбываются, инесбываются…
        Катер вынырнул близ габа Уги, иСаид первым делом пристально исподозрением осмотрелся. Вслушался вгомон мыслей, выискивая признаки бедствия, оценивая его размах.
        Втри слоя габ окружен похожими натуман контрольными сферами. Катер как раз проходит внешнюю: слой возле обшивки сплотился, облепил корпус. Намиг сбились системы, перезапустились заново. Так они реагируют натотальную инспекцию, это военная технология, судя порыжеватому отливу изудящему неприятию сознания - нелюдьми создана. Снова дрюккели? Второй слой. Контактирует стелепатом более мягко, вероятно имперская разработка. Третий - самый тонкий ималозаметный, при пересечении сам себя обозначил иотнес кгаб-карантинному формату. Считал без дополнительного согласия данные покатеру иразумным наборту. Опросил вооружение, сделал копию смаршрутных архивов последней доли цикла. Прислал вежливые извинения - ситуация нештатная, меря чрезвычайные, нераспространение личных данных гарантируется. Наконец, после короткой паузы включились стандартные системы габа. Выдали адрес для швартовки.
        Напирсе гостя встречал мрачный, синеватый отусталости, мурвр.
        -Опять контроль? - совздохом заподозрил Саид.
        -Бугз, ут-габнор, - хрипло представился мурвр. - Закатай губры мое повышение влепешку! Я хотел получить его при живых сослуживцах. Нозанят место выбывших. Ты тот самыйдоу?
        -Скорее ут-доу, - Саид осторожно охладил чужие надежды. Вмурвре читалось отчаяние, несвойственное этой расе изамешанное поровну супрямой, фанатичной надеждой начудо. - Я слишком мало жил, чтобы дорасти дополноты дара. Что требуется делать?
        -Искать, - поморщился мурвр ивзлохматил когтистой лапой темечко меж коротких рогов, левый был обрублен очень коротко или сломан. - Искать. Больше нескажу, считывай. Мы все теперь стали молчаливы.
        Саид прикрыл глаза ибережно считал верхний слой, затем двинулся глубже. Коротко исухо отследил сигнал тревоги, приказ Рыга держать коридор, нескончаемый бой, появление Симы, бег через габ испасение полумертвого губра, снова бег иснова бой - напричале. Прибытие дрюккелей боевого рюкла Ошт. Кажется, их всех подняли налапы… Едва подошла подмога, мурвр опять бежал, он вспомнил: Сима говорила огабмурге Тьюите.
        -Плохо, - описал ощущение отувиденного Саид, слепо моргая.
        Зрелище каюты Тьюитя пугало: вскрыты все стены, влоскуты порваны мягкие ткани иперемолоты вкрошку твердые материалы. Следы оплавленного иокисленного тут итам - был бой ииспользовалось тяжелое оружие. Много темных пятен, острый запах паленого икрови. Несколько обгорелых перьев наполу - серых срябью, таково оперение габмурга. Редкий оттенок, стальной сизморозью, Саид помнил, как сам Тьюить молча инекичливо гордился принадлежностью кисконным крушам спервой их планеты, спрародины… Колонисты все иные, цвет меняется взависимости оттого солнца, под которым развивалась семья, поколение запоколением.
        -Сам он… - Саид неспросил, просто неудержался ипробормотал вслух.
        -Именно, - вздохнул мурвр.
        Кровь иперья проверили. Принадлежность их габмургу несомненна, ногде он? Живой или мертвый. Конечно, все надеются налучшее, хотя поиски длятся более суток, стого самого момента, когда Бугз вбежал вкаюту изаревел, наливаясь свойственным мурврам диким гневом, побуждающим крушить ирвать, незамечать ран. Аеще искать врага верхним чутьем - нюх мурвров обостряется именно всостоянии, неконтролируемом рассудком.
        След вел Бугза коридорами, наседьмой ярус ипоглавному осевому каналу - кгрузовой шахте. Вниз, досамого дна. Мурвр рычал, пена копилась нагубах. Далеко заспиной шелестели лапы дрюккелей, рюкл Ошт занимал все новые позиции, очищая габ ипроверяя досконально каждый закоулок. Вооруженные досамых жвал бойцы уже следовали заБугзом, сощелкающим акцентов убеждали его восстановить рассудительность инерисковать.
        Мурвр рычал имчался, иногда касаясь когтистыми руками пола итараня стены накрутых поворотах. Где-то водном изкоридоров он обломал рог - инезаметил боли. Таранил сразбега закрытые ворота грузового ангара, разворотил их, расплавил иискрошил, всадив остаток боезапаса чужого оружия. Бросил бесполезную вещь: кожа врага подсохла иуже неопознавалась контролем огня, как живая.
        Последние капли рассудка испарились: запах врага стал силен инеоспорим. Грисхши, три бойца, стояли хвост кхвосту вкольце наседающих наних гуманоидных клонов. Кровь хлюпала под ногами, кровь пятнала стены…
        -Вотже ж, - задохнулся Саид.
        Он видел автономный портатор, разбитый - вероятно, грисхши неуспели уйти. Рядом спортатором, наполу, почти затоптанная вмешанине боя, скорчилась Сима. Рука сожжена докости, кожа наскуле содрана. Дыхание судорожное, кровопотеря огромна. Мурвр взревел икак-то сразу погас. Предоставил расправу над грисхшами кому угодно, врезался сходу вчужой бой ипобрел кСиме. Вего личной аптечке было пусто. Раны приходилось просто зажимать. Рычать осмысленно впереговорник иторопить дрюккелей.
        -Ичто, засутки ничего нового? - поразился Саид.
        Потому что Тьюитя так иненашли! Дрюккели обследуют систему сервисных каналов, нотам повсюду «затычки» изобездвиженных габаритов свзорванными энергонакопителями. Каждого приходится бережно извлекать, вырезая изузостей канала. Отсылать времонт. Ждать, пока его сознание, поструктуре близкое кгуманоидному, восстановится. Вести опрос исчитывать данные. Досих пор непонятно даже самое, казалосьбы, простое: кто дал габаритам приказ рассредоточиться поузостям сервисной сети каналов иперегреть запасники энергии?
        -Мне нужен габ-сотрудник, лучше гуманоид, долго иблизко знакомый сгабмургом, - задумался Саид.
        -Гуманоида недам, - уперся мурвр. - Рыг вышел изкомы. Рыг годится?
        Саид невольно улыбнулся. Он внятно считал вподсознании, что именно сделает сним внешне спокойный мурвр при отрицательном ответе. Рыг для ут-габнора был всем вжизни. Главой службы безопасности, старшим всообществе, первым всиловых тренировках инепререкаемым вубеждениях. Рыг немог негодиться!
        -Рыг безусловно поможет, ему я верю, нанего настроюсь без осложнений, - признал Саид. - Акак Сима?
        -Соседняя палата, полное восстановление мягких тканей, переломы еще вчера убраны, - мурвр отвернулся иговорил находу.
        -Кто теперь габмург?
        -Он всего лишь ут-габмург, - мурвр развернулся, глаза порыжели, налились беженством. - Многовато дрюккелей вгабе. Ошты крепкие ребята, проворные. Нодонейтралов им - как мне отсюда идородной звезды. Мы неучаствуем ввойнах захвата иникогда, никогда несовершаем нападений первыми. Мы мурвры. Мы неподчиняемся соням, двинутым натактике разведки идиверсии. Их вывели изпассивного состояния. Они спали два века врезерве. Два века! Отних пахнет консервантом. Консервантом иагрессией. Я составил рапорт габариусу. При всем уважении… Рыг очнулся. Что я скажу ему? Вгабе посторонние суют жвала вовсякую щель! Вооруженные ошты! Незнающие нашего закона чести ошты, которые сберегли жизнь убийцам.
        Мурвр рычал исопел, топал, бил когтями постенам, оставляя длинные царапины - следы неугасимого раздражения. Саид шагал, гладил притихшего наплече Гава икривил губы. Весь Уги казался вымершим. Немногочисленные пассажиры, еще непокинувшие габ, боялись лишний раз вздохнуть. Сидели покаютам итерзали информационную систему, идонимали диспетчеров, уговаривая ускорить отлет.
        Отдельной группой опознавались сознания пыров. Спокойные, очень спокойные ипотому откровенно жутковатые для Саида, успевшего оценить особенности этой расы. Пыры завремя инцидента потеряли убитыми восьмерых. Прочие выжили инаходились навосстановлении. Они знали опотерях. Итеперь были вовлечены вконфликт как минимум дотого момента, когда станет однозначно понятен его виновник.
        Еще Саид читал сафаров - он неплохо понимал расу ипо-своему уважал. Хрупкие, ранимые, общительные, доверчивые… Исовершенно неумеющие менять взглядов попринципиальным вопросам. Сафаров вгабе немного. Большая часть налечении. Несколько здоровых тщательно приводят впорядок заведение Павра. Сам он, хромает насломанную ногу - трубчатые кости этой расы сложны взаживлении - топчется всередине зала ираздает указания. УПавра болит душа, оноге он недумает. Он страдает из-за Симы. Он то идело смахивает слезы, вспоминая, как заэтим вот столиком сидел Тьюить. Атам, вуголке, часто проводил вечера молодой Кьюуть, «золотой петушок»… его уже невернуть. Брыги тоже топчутся, помогая расставлять тяжелую мебель, роняя то один предмет, то другой иглухо ругаясь, по-своему выражая сочувствие. Все ведь знают: они ссафарами непримиримые враги, иэто верно как раз дотого момента, пока негрянет настоящая беда.
        -Здесь, - вголосе мурвра снова возник азарт.
        -Скорого результата обещать немогу.
        -Тогда накой ты нужен, бестолочь мозглявая, - разочаровался Бугз иушел, поводя плечами изло расчесывая когтями темечко, будто так можно унять зуд усталости. - Давай, упрись.
        Последнее указание прозвучало уже издали. Саид смущенно пожал плечами иминовал порог, едва умная дверь опознала завершение процесса обеззараживания посетителя. Рыг ждал, широко распахнув желто-зеленые, наполненные болью глаза. Прожилки всплошной - белка невидно - радужке постепенно темнели, переводя тон все ближе ккарему, характерному для мурвров вумиротворенном состоянии.
        -Обезболили, - покривился Рыг. Иподумал очень внятно, скаким-то отчаянным остервенением: - Саид, ведь уменя система была построена надежно. Я умею отрастить ногу или там восстановить кожу. Нокак мне вернуть внутреннее ощущение права носить габ-форму? Чего стоит габрал, если убивают нетолько безопасников, нодаже пассажиров!
        -Они долго готовились, - предположил Саид, занимая место уизголовья. - Тыбы лучше подумал, как ускорить лечение. Это твой габ. Твой яростный родич прав, воины дрюккели здесь - лишние. Нейтралы обязаны сберегать свой статус. Я уверен, сейчас это вдвойне важно. Ты жив. Габ уцелел. Мы сосредоточимся инайдем Тьюитя. Они непобедили. Они еще втвоем лабиринте… минотавр. Иты обязан стоять вузком месте иждать их. Неотдавай контроль ни империи, ни дрюккелям, ни иным добрым ибескорыстным помощникам.
        Рыг мысленно улыбнулся. Опустил веки, почти лишенные ресниц, плотные. Втонкой как волос щели было заметно, как темнеет радужка. Рыг принял совет, обдумал изаставил себя успокоиться. Сейчас он желал надеть форму. Он уже делал насущное: представлял Тьюитя. Подробно, припоминал характерный поворот правой головы, небольшой наклон левой при задумчивости. Привычку топорщить перья уоснования шеи, будто они чешутся… Сосредоточенное пощелкивание «любимого клюва» - алюбимым Тьюить числил левый, крупный, сдивным гордым профилем. Выпуклым всередине, заостренным укрючковатого кончика. Габмург непроизвольно чесал клюв, полировал его изгиб потертыми, слоящимися отдурной привычки перьями близ запястья руки, невесть когда переставшей быть крылом входе эволюции. Жмурил кожистые веки - так круши улыбаются - иснеисчерпаемой снисходительностью слушал детские колкости Симы.
        «Будь увас кепка скозырьком, ябы звала вас генацвале, да-ить», - никто непонимал этого намека. Нооднажды Сима изготовила кепку. Оказалось, для головы круша очень иочень удобную. Стех пор вечерами Тьюить прогуливался после работы добара «Дно» или до«Зарослей сафы» вкепках наобеих головах. Левую кепку он приподнимал, приветствуя гостей габа. Докозырька правой дотрагивался, принимая отчеты сослуживцев. Тьюить при движении слегка переваливался надовольно коротких ногах, поводил боками. Он располнел вминувший год исмущался своей мешковатой, ничуть немолодой, фигуры…
        -Принял, спасибо задетальность, - прошептал Саид. Дотронулся вскользь дожилистого запястья Рыга.
        «Допускаю, жив. Но, если итак, очень плох, без сознания», - сообщил он, внедрив мысль вмозг напрямую. Поклонился, пожелал выздоровления. Встал, поглаживая Гава исмущенно бормоча отом, как сложно работать понаводке икак много времени приходится тратить, неимея опыта.
        Рыг промолчал. Ктобы ни наблюдал заним теперь - если велось наблюдение - неотметилбы изменения ширины щели век инаволос. Пульс несбился. Даже Яхгль, скорее всего, сочлабы прежним видимое лишь ей поле настроения. Мурвры слабы вконспирации, им вредит прямолинейность. Зато сообщать хорошие илиже соответствующие их ожиданиям новости можно без опасений. Мурвры абсолютно уверены: они правы впринятом решении. Арешения они принимают быстро. Саид покинул палату, мельком вообразив, что вытворялбы прямо теперь полумертвый Рыг, окажись первым словом впослании «мертв».
        Вкоридоре Саид заколебался, настороженно изучил соседнюю дверь. Гав льнул кщеке исмущенно постанывал. Дверь открылась сама, будто взгляд ее активировал. Напороге стояла, цепляясь закосяк ипошатываясь, Сима. Совершено настоящая, замечательно живая. Ей было больно, она смаргивала слезинки иулыбалась все шире, морща нос. Она смотрела прямо вглаза, как непозволяла себе никогда прежде. Смерть сквознячком протерлась пощеке, исейчас втепле выздоровления Сима хотела жить судесятеренной силой. Сердце колотилось унее вгорле, заставляя плотно сжать зубы - ану выскочит? Пальцы слабели, тело вот-вот оселобы напол, ноСаид подставил плечо. Сунул нос вдовольно светлые волосы, постриженные коротким ежиком. Закрыл глаза, замирая имедленно, очень медленно двигаясь все ближе. Так, чтобы стало тесно стоять вдвоем уэтой двери…
        -Саидка, - едва слышно выдохнула Сима. - Ая вот, оказалась неубивайка.
        Надне глаз плескалась сумасшедшая, бездонная нежность. Саид проваливался внеё без раздумий иколебаний. Глубже, глубже… Насамое черное дно обморока.
        Там было тихо. Там все казалось простым иоднозначным.
        Гав истошно взвыл над ухом.
        -Непонимаю, - всхлипывала Сима увторого уха. - Да сделайте хоть что-то! Онже едва жив… Саидка…
        -Истощение, переутомление, - щебетал некто, пахнущий медициной. - Унего остаточная живучесть неболее семи единиц. Срочно реанимируем.
        -Саидка…
        Иснова стало темно.
        Когда мрак рассеялся повторно, впалате звенела особенная, наполненная тишина. Саид нашел взглядом ее источник - пустое место устены. Поморгал изакрыл глаза. Совершенно бесполезные. Кто будет верить им, имея дело сосредствами маскировки дрюккелей? Игль жаловался, что браслеты «потенциального противника» компактнее имперских икуда лучше передают текстуры при сложном освещении - отпяти иболее разнотоновых источников.
        -Их две - тех, кого я наблюдаю. Одна ушла исейчас отдыхает, вторая тоже занята, кому следует, отом позаботились, - шепнула Яхгль. - Ты справился, помнишь себя. Неговори ей, что распознал. Недавай повода заметить.
        -Что заметить, - также тихо посетовал Саид. - Я узнаю Симу глазами исознанием. Я отрицаю ее чем-то глубже сознания. Я без ума отнее ивпервые слышу, что она тоже… только это невариант сСимой. Изначит… Иеще лицо. Оно больше неодно, ия нехочу видеть все хари, нотыбы знала, сколько вней понапрятано харь! В… этой.
        -Знаю, - горько усмехнулась Яхгль. - Она идянка. Еслибы я решила для себя, что смерть предавшего меня оплатит боль обманутой влюбленности… циклов через десять-двадцать мои хари смотрелись также. Старайся недопускать всебе оживления интереса кбеседе. Она учует. Неэта жертва тотального морфинга, авторая. Та гораздо опытнее. Слушай внимательно, Саид. Я опять содрала стебя поле силы. Когда остаточное поле ничтожно, ей плохо видно оттенки идвижения… души. Сейчас придет Бугз. Ты скажешь ему, что неощущаешь вгабе живого Тьюитя. Так иесть, ты слишком слаб. Она уцепится заправду, выгодную ей. Успокоится, уйдет. Я чую ее страх, желание покинуть габ. Ты непредставляешь себе, что может учудить подобная ей, загнанная вугол. Унас нет должных средств защиты, пока я здесь одна. Я сними несправлюсь.
        -Телепаты дурно врут, если уних нет опыта.
        -Вот. Держи при себе, недалее вытянутой руки оттела.
        Яхгль качнулась вперед, движение опозналось поее ощущениям. Вкомнате непробежал ни малейший вздох ветра. Изпустоты возник рыжий цветок иопустился владонь, как лепесток пламени.
        -Энна, - улыбнулся Саид.
        Цветок уже год был уСимы, откуда взялся, она молчала. Норазве телепату это важно? Он знал спервого взгляда - подарок того, Тая. Нелюдя, накоторого настоящая Сима однажды взглянула иулыбнулась… потому что ей было страшно одиноко, ведь кое-кто младенчески себя вел инагородил глупостей выше всякой меры. Энна жил инеспешил обзаводиться разветвленными корнями, требующими посадки впочву. Он то пребывал уПавра в«Зарослях сафы», то снова перебирался вкаюту Симы, то доставался надень-два Тьюитю. Всекторе науки стенали иругались насамых разных наречиях, проклиная несговорчивость упрямейшего навесь универсум габла. Один цветок энна иесть насвете! Егобы исследовать. Осторожно, бездефектными методами. Ноцветок принадлежит Симе. Она категорически против. Поэтому извсех уникальных свойств пока наблюдением установлены немногие, иони соответствуют легендам, памятным расе кэф. Рядом сэнна неснятся кошмары. Положив его визголовье, гуманоиды инегуманоиды отдыхают эффективнее вразы. Поутрам счастливцев посещает безоблачное, немного щемящее состояние счастья, приятия бытия. Взаведении Павра завесь год ни разу
нессорились те, кто занимал столик близ энна. Брыги - даже брыги! - задумчиво улыбались, гладили воздух над лепестками иотказывались отнамерения затеять безобразный шум. Собственно, так Сима ипобедила их, когда все карательные меры были исчерпаны, нозаведение напротив «Зарослей сафы» незакрылось. Павр впал вдепрессию иначал паковать вещи для отлета изгаба, именно тогда энна ввазе был установлен посреди заведения «Дым сафы», издевательски названного впику Павру.
        -Энна, - Саид сложил ладонь так, чтобы цветок помещался свободно.
        Дверь открыла изакрылась. Сознание проводило Яхгль. Небыло вдуше непокоя, беды утратили весомость. Цветок менял восприятие? Саид улыбнулся шире ипоправил себя, вслушиваясь втрепет лепестков наладони: энна тоже нуждался вблизком соседстве надлежащего человека. Энна без Симы невыжилбы, невырастил ипервых робких воздушних корешков. Он немог найти питательной среды там, где видят закаты ипропускают рассветы. Где стаканы наполовину пусты, хотя моглибы быть заполненными ровно настолькоже. Энна созвучен душе Симы. Внем итеперь отражалась она - настоящая.
        -Саидка, - шепнули отприоткрытой двери. Существо слицом Симы скользнуло впалату, замерло устены ипостаралось укутать жертву паутиной приязни. Наткнулось нарыжее пламя энна инасторожилось. - Тебя навещали?
        -Павр дохромал, наверное, я очнулся и - вот, - Саид прикрыл глаза, чувствуя владони теплоту энна ивыговаривая без напряжения то, что вцелом инеложь, скорее догадка. - Позови Бугза. Я немогу отягощать новостями Рыга, он едва жив. Пусть… надеется.
        -Что-то плохое?
        Саид промолчал. Сима удалилась, чтобы скоро явиться всопровождении мурвра. Бугз сокрушенно, молча слушал онеспособности ощутить сознание габмурга. Наистерзанное темечко мурвра где-то возле свежего излома рога рухнул свод небес, неменее того… Вбуре эмоций растворялось все. Гнев сжигал дотла. Ярость удушала. Бугз слушал, будучи уверенным вподлинности сообщения. Итем подтвердил сказанное куда надежнее любых заверений. Сима зарыдала, растирая слезы пощекам иочень похоже шмыгая распухшим носом.
        Гав поучаствовал вдраме: он тихонько, проникновенно подвывал совсхлипам, асам норовил полнее свернуться вокруг ладони, стать подобием держателя для энна. Мех морфа переливался оттенками пламени, словно весь он - продолжение дивных лепестков, итолько вглубине ворса, втени, пряталась серость большой тревоги… Саид ждал, пока все уймутся ипозволят ему выспаться. Очень трудно верить вживучесть, ощутив насебе темную сторону дара идян.
        Полудрема утомления обесцветила мир, чужие мысли улитками попрятались враковины приватности. Вязкое время тянулось, непогружая сознание всон инеотпуская впробуждение. Наконец, пришла отчетливая мысль Рыга. Габрал испытывал полную, подтвержденную поряду каналов, уверенность: та, кого желали выпроводить изУги, покинула габ. Корабль впрыжке. Носительница внешности Симы, выйдя изпалаты Саида, совсех ног помчалась кПавру, проверять, онли принес энна. В«Зарослях сафы» гостья выпила порцию золотистого гринского газа, обладающего пикантным послевкусием. Утомление навалилось, переросло всон… или обморок?
        -Пусть отдыхает, - порадовался Саид тому, что вближайшее время ему непридется покраю обходить правду.
        Заставить тело принять сидячее положение оказалось неимоверно трудно. Саид упрямо боролся сослабостью ипроигрывал ей вовторой или третий раз - он плохо помнил себя, снова иснова проваливаясь собморок. Наконец, впалату скользнула Яхгль, без маскировки. Заидянкой следовали два ошта при полном вооружении.
        -Несмей меня влюблять, - возмутился Саид, заметив первое движение ладоней идянки, сложенных лодочкой угруди. - Опять тебе станет хуже худшего.
        -Я сочувствую, - улыбнулась Яхгль, шире разводя ладони, чтобы накачать силой видимый лишь ей шар тепла, насей раз - светлого, сперламутровым отливом. - Ты друг. Этого довольно. Еслибы мы влюблялись вовсех, кого лечим, былобы ужасно. Признаю, я легкомысленная, ноя еще весьма молода. Когда мы становимся старше, мы тяготеем ктрадиционному укладу.
        -Какому? - жмурясь исогреваясь, без интереса спросил Саид.
        Здоровье возвращается, голова почти некружится исидеть можно без усилий. Скоро огненные мурашки, весьма болезненные, ноодновременно приятные, спустятся поногам досамых пальцев. Тогда Яхгль разрешит встать.
        -Ты неудосужился просмотреть справочник, открытый раздел? - недоумение крошечной морщинкой отметил лоб идянки. - Если верить старым расам, Ида попала под удар излучения. Вся система, амы еще неумели позвать напомощь или эвакуироваться. Нас полагали мирной, благополучно развивающейся расой… кнесчастью. Занас отвечали изстарших некэфы - тоже кнесчастью, наверное. Они-то прилежно нянчились смладшими. Вобщем, мы вымирали имутировали, никто непроверял, как дела наИде. Долго… Кэфы незнают, сколько веков. Зато нам памятно: именно кэф-корабли посвоей инициативе посетили молчаливый сектор пространства. Так началась новая история Иды. Уцелевших присоединили квзрослому универсуму две тысячи лет назад. Совсем недавно. Мы уже были стакими вот ногами. Ивсе прочее… традиции жизни сложились.
        Яхгль прикусила губу. Недождалась кивка, разрешающего промолчать. Саид как раз делал первые шаги ирегулировал костюм наумеренно ослабленное тяготение. Думать, атем более добывать сведения изсправочных систем, он нехотел.
        -Ты лентяй. Ладно, поработаю справочником, - нехотя продолжила Яхгль. - Девяносто девять процентов населения Иды можно отнести кженщинам вобщегумонидном двуполом варианте. Оставшийся процент - андрогины. Если данные овас ссестрой верны, всего цикл назад вас принялибы наИде, как родных. Обоеполые идяне немногочисленны ивесьма уважаемы. Они ствол нашей системы, идаже негенетически, как ты мог подумать, скорее морально иэтически.
        -Прайдами чтоли живете? - Саид замер внастороженности.
        -Традиция идян - взращивание потомков, мы используем материал андрогинов чисто… медицински. Наш смысл жизни - дети. Мы передаем окраску поля иумение читать живой мир. Это долгий, сложный процесс.
        -Слушай, я запутался, - возмутился Саид. - НаБагрифе, получается, ты вовсю нарушала традиции? Тебя интересовал вовсе непроцесс взращивания, апредшествующееему…
        -Некоторые изнас, ичасто симпатией они наделены внаибольшей полноте, - краснея вовсю шею, выдавила Яхгль, - полагают, что надо усовершенствовать традиции. Что детей должны взращивать двое. Ну вот мы ипробуем найти свою вторую половинку.
        Саид усадил наплечо Гава, обвивающего цветок вроде вазы. Почесал рыже-полосатого морфа заухом. Сморщил нос, как сделалабы Сима.
        -Как утебя все сложно! Искала ты, искала инашла Альга. Так нашла, что готова была спасать, содрав сменя, ненужного, шкуру докостей. Так почему ты сбежала изих дурацкого рая? Некомкай мысли! Тебе тошно? Амне теперь что, каждую ночь караулить, неполезешьли навысокий балкон для прыжка?
        -Есть более важное дело, - прервал перепалку Рыг, въезжая впалату верхом насолдате-оште. - Зря все взъелись напарней. Прекрасная боевая подготовка, высочайшая дисциплина. Агрессивности вовсе незамечаю. Я принял уличного состава рюкла Ошт временную присягу пополному тексту уложения боевых групп габ-безопасности. Лишнее оружие насклад, всех виерархию спонятными званиями. Этот, мой напарник, отныне ут-габрехт. Саид, выбрось изголовы девиц, даже состоль совершенными ногами. Надо работать.
        Яхгль покраснела всей кожей ипокрываясь мелкими мурашками… Ей только теперь сделалось очевидно: впонимании мурвров ее «неправильные» ноги дивно хороши.
        -Ох, ну уймитесь вы все, я ибез того будто спьяну, - отмахнулся Саид. Потерся щекой омех морфа, пахнущий пыльцой энна. Вмыслях выстроился относительный порядок. Правая ладонь, дотого лежавшая свободно наколене, упруго расправилась, парусом развернулась ктечению неяркой, едва ощутимой мысли. Заскользила, нащупывая направление.
        -Далеко? - Рявкнул Рыг исбавил тон, когда ладонь дрогнула. -Жив?
        -Без сознания, нотак я читалбы иклиническую смерть, икому. Скорее второе. Оценку осложняет двойственное сознание крушей ито, что каждый мозг пострадал по-своему. Рядом есть еще нечто… едва ловлю. Далековато, вроде - под главным пассажирским полем.
        -Ут-габрехт, вызвать тройку, одного вохранение, двоим взять наспины телепата иэту… красотку, - строго велел Рыг, новсеже посопел малость, пялясь нароскошные ноги идянки.
        Саид, стараясь нетерять настройки, наощупь взобрался напанцирную спину. Следуя его указаниям, дрюккель двигался плавно, низко неся тело над полом ирасставляя лапы так, чтобы некачать спиной. Изгибы коридоров мешали, перепады высот при смене ярусов путали след, сознания живых отвлекали, азарт сопящего Рыга полыхал, как зарево пожара. НоСаид старался, его дрюккель безропотно синхронизировал мозг сседоком итоже прилагал усилия для поддержания «вектора» - он так понимал мысль идаже корпус вкоридорах оставлял подобным стрелке, двигаясь то боком, то прямо, ато ипятясь… Источник слабого, едва ощутимого эха жизни делался внятнее, ближе. Саид закрыл глаза, поверх век повязкой обмотался хвост Гава: зрение казалось слишком сильной помехой. Зато запах энна, обладающего собственной жизнью ипожалуй даже - душой… он очищал сознание лучше упражнений, рекомендованных телепатам корпусом тэев.
        -Тут, - очнувшись, Саид глянул насвою руку. Ладонь льнула ктраве бесконечного поля. Ни намека налюк или шахту. Совсех сторон тесно нависают ветви навигационной системы типа «лес густой», как звала ее Сима. Лес обычно рассредоточен исам принимает решения поформированию потоков пассажиров, нопосле введения протокола ПИН растения медленно, ноупрямо, сползлись вединую рощу. Так они экономили энергию изаодно боролись сострахом. Ведь, даже будучи высокоразвитыми организмами инфо-типа, они науровне генетики боялись пожара ивырубки.
        -Оцениваю глубину ядра поиска, - пощелкивал ипоскрипывал согласными дрюккель, нетребуя слезть соспины. - Сверяюсь скартами коммуникаций исервисных тоннелей. Вызываю группу для внедрения. Потребное для вскрытия время - сто сорок щелчков.
        Завершив отчет, дрюккель приступил кщелкающему учету времени, асам для ожидания лег втраву, разместив колени так, чтобы они стали подлокотниками для седока.
        -Мне ненравится, что мы отпустили врага, - вздохнул Рыг, покидая спину своего напарника. Он подошел кближнему дереву иначал строить сферу коммуникации, чтобы убедить инфо-лес внеагрессивности намерений, азаодно подвинуть ближние стволы исоздать поляну. - Яхгль объяснила, что кчему. Да, мы отследим точку выхода корабля врага изпрыжка. Уже сейчас свысокой вероятностью установили личность зачинщицы. Ее - личность - создали давно, циклов сорок назад, есть все подробности биографии, послужной список, регистрация винформационных средах, статусы поработе иотдыху, служебная переписка. Все, что полагается живому человеку. Только встрой себя наместо - иты влегале. Дорогая услуга. Империя через фиктивные личности внедряет людей. Нетолько империя, добавлю. Но, - мурвр тяжело вздохнул, - занесколько дней гуманоиды стали всем прочим вуниверсуме очень, очень подозрительны. Так создаются заделы для большихбед.
        -Кому нужны большие беды? - нахмурился Саид.
        -Поставщикам военных технологий. Противникам нейтралов, желающим взять под контроль транспортные магистрали. Двинутым ученым, которых ограничивают рамки законов оразумных иодушевленных, мешая брать впроработку потенциально прорывные темы. Я могу мгновенно вообразить список жаждущих нестабильности, очень длинный список. Я пока что неделаю этого икоплю фактуру. Хочу спокойно отработать потеме, сравнить свои мысли сидеями Чаппы. Габариус мудр.
        -Я досих пор нерешился задать вопрос, - слова нежелали выговариваться. Саид снова был болен отнеобходимости их выталкивать, ядовитые. - Настоящая Сима… Ее нет вгабе. Ноесть боль. Энна страдает, даже сохнет. Гав солидарен сцветком. Я упрямо нежелаю понимать свое состояние. Самое мягкое определение - мне тревожно.
        -Допросим клонов игрисхшей. Ты телепат, тяни руки ких мозгам иснимай впрямом контакте то, что они прячут вшелуху лживых слов. Я устал пробовать совместить показания. Или все вдохновенно лгут, или каждый стал жертвой неоднократного обмана. Грисхши, кстати, уверяют, что их нанял Тьюить. Для портации изгаба загадочного имогучего скрытого врага. Ещебы научиться понимать этих шипунов! - Рыг рявкнул отзлости. - Они немогут врать, потому что для этого надо усвоить нашу логику. Они вне логики. Изних лишь один говорит внятно. Хорошо, если он знает сотню слов! Сотню… Как его допрашивать? Он непонимает толком ни одного, выговаривая.
        -Ухты…
        Саид поперхнулся ивцепился вколено своего дрюккеля. Он, увы, поймал все несказанное Рыгом. Клоны сообщили габралу опортации «объекта». Человека, повсем описаниям неотличимого отут-габрехта Серафимы.
        -Координаты? - голос сорвался.
        -Портатор уничтожен. Они помнят срок подкачки энергии. Этовсе.
        -Ноесли я читаю то, что я читаю, - ужаснулся Саид. - То… нет. Нет, дайте мне оглохнуть. Почему я вынужден всегда читать, без пощады?
        -Энна незасох, - вмешалась Яхгль. - Гав чередует серые полосы срыжими. Утебя есть надежда. Только никто непонимает, вчем она состоит.
        Дрюккель изрюкла Ошт монотонно считал щелчки, ни разу несбившись. Между тем, он оставался синхронен мозгу телепата инеизбежно принимал боль. Он был солдатом, негуманоидом. Он непонимал бури эмоций своего седока. Ивсеже сострадал иотчаивался, ужасался ихолодел - продолжая принимать указания отгрупп, координировать их активность ивести контроль территории напредмет явных искрытых угроз охраняемым.
        Когда компактный тоннель был завершен, когда ошты вскрыли трубу сервисного коридора идобыли оттуда Тьюитя, опутанного трубками инеотделимого отгабарита - единственного вУги, нелишенного своих энергозапасов - только тогда дрюккель тихо скрипнул жвалами ивыключился. Чужие, противоречивые эмоции дотла выжгли его сознание.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись278
        Я желал подарить человечеству вселенную или хотябы вывести наш вид влидеры? Как смешно. Тратил силы, чтобы разобраться вценностных истимулах, пока наконец неотважился подвергнуть исследованию себя.
        Ивот краткая выжимка изработы над ошибками. Меня совершенно неинтересуют вариации психологии пост-гуманоидного периода. Именно так, постгуманоидного. Когда люди вошли вбесконечно многообразное сообщество рас, важнейшие понятия исчерпали потенциал. Что такое гуманизм? Намерение распространить человеческое понимание правильного поведения навселенную. Следовательно, я максимально гуманен. Надо быть человеком иотдавать людям себя без остатка, чтобы иметь право сказать подобное. Я отдаю делу все силы. Я адепт высокого гуманизма.
        Зачем мне брать заоснову изуродованное сообщество? Куда правильнее создать идеальную модель, а, если сразу она небудет такова, доработать. Именно этим я инамерен заняться. Союзников я набрал, я умею работать сумными, перспективными ипо-своему уникальными, я незря тратил себя наизучение интуитов. Укаждого изтех, кто мне ценен, есть слабость. Для каждого я изыщу приманку, которая сделает его работу - призванием.
        История девятая. Перед прочтением сжечь
        -Так мы сажаем цветы, деточки, - ворковала Тиа. - Совочками, неспешим. Все получится, обязательно получится, укаждого получится. Раз цветочек, два цветочек. Мир, деточки, весь цветной.
        Она говорила иговорила. Беззубые челюсти перетирали слова неловко, «ж» выходило шипящим, «ц» чихало, свистящие извонкие звуки делались надтреснутыми. Тиа, самое беспомощно создание Утиля. Я пришла первый раз накурсы, обязанная туда явиться для соблюдения легенды-прикрытия. Незнаю, случайно или намеренно меня сюда записали, ноя хожу без пропусков итруднее всего вмоей учебе «взращиванию» - глотать слезы незаметно.
        Тиа совсем человек, только глаза унее крупнее земных инесколько навыкате. Она очень, очень старая. Вгруппе любителей взращивания есть обитатели Утиля, которые еще помнят Тиа, бодро переступающую входунках. Сейчас она лежит ииногда пробует сидеть. Какбы ей ни было худо, занятия неотменяются. Она наверняка иумрет, продолжая рассказывать осовочках, цветочках, деточках ипрекрасном большом мире.
        Интеллект Тиа ниже двадцати. Она создана быть няней, возраст воспитанников вземной аналогии - отгрудных младенцев додетей двух-трех лет. Незнаю, что приключилось наих планете особенное, если было дано разрешение навыращивание инкубаторных нянь. Мне вобщем пофиг. Куда интереснее найти детишек, которые сажали цветочки совочками, затем выросли, шагнули вбольшой прекрасный мир ипозволили списать няню «попричине износа».
        Конечно, там был пункт одожитии. Вдоговоре. Когда я доберусь допрекрасного мира детишек Тиа, эти уроды будут жевать договор без соли. Без воды ипередыху. Потому что они обязаны переварить то, что наворотили. Тиа списали, анаее место привезли новую няню. Которую тоже списали. Итак далее. Нанашем Утиле я смогла найти три поколения нянь. Навестила несколько выбранных, вообще их довольно много. Все полноваты - няня должна быть мягкой. Все терзают мою душу взглядом брошенных лабрадоров. Знаете, чем такой пес отличается отброшенного добермана или там ротвейлера? Лабрадор понимает, что его предали, аотомстить неспособен. Его научили любить исовсем необъяснили, что порой надо делать ичто-то иное. Рвать горло? Необязательно. Хотябы отворачиваться изабывать, как звали.
        Тиа замечательная няня. Помнит каждое имя. Помнит лица, привычки. Охотно рассказывает, пусть иполучается унее однообразно. Деточки без исключения - красивые, добрые, славные… Рано или поздно я сломаю совок. Я так остервенело копаю назанятиях… я, блин, урылабы деточек, окажись они рядом. Тиа этого упорно незамечает помоему лицу, хвалит заусердие, просит подойти игладит позапястью - детей ведь надо хвалить.
        Потом я наконец ухожу спытки пыток, выбираюсь вкоридор. Шарп ждет идержит два, ато итри платка. Почищенных. Мы идем ккраю яруса, где старые плиты выкрошились, внешний мертвый воздух отвоевал несколько помещений ипотому нет свидетелей. Я могу сморкаться, материть деточек ивообще вести себя ужасно, распускаться вконец. Шарп терпит. Он тактичный.
        -Сегодня ты выдал один платок, - клянчуя.
        -Ш-хш-п-фф-ррх.
        -Я понимаю, что утебя сообщение. Нопорты заварены. Хреново… Сферу коммуникации ты несоздаешь, что-то сломано. Письменность изтебя удалили сострогим запретом наобучение. Речевой центр трагически охрип. Вывод: янемогу узнать ценную информацию. Блин, аесли бесценную? Дай еще платок. Пожалуйста. Смотри, этот насквозь мокрый, вомне соплей - тонны… Почему мне невыдали такую няню, когда я была маленькая? Знаешь, какой хорошей девочкой я вырослабы? Ни одного пирсинга вухе, ни единой трещины вребрах. Ябы небросила курить, поскольку неначалабы. Ябы…
        Шарп сжалился идобыл изнедр себя сухой платок. Я прекратила икать отслез ижаловаться нато, чего нет, небыло инебудет. Просопливила платок. Продышала красный нос доотносительного побледнения. Прошерстила базу данных населения живого инеочень напредмет инженерных кадров.
        -Н-да. Ё-наше, Шарп. Иихо-ё…
        -Ш-ххх-ф-хххрм.
        Поговорили, называется. Перевожу: япожаловалась, что клонов нелюблю ималость опасаюсь. Очень похожие парни соскладчатыми затылками однажды убивали меня. Еслиб неСаид, упорные не-граждане исполнилибы свой не-гражданский долг. При второй встрече я убивала парней соскладчатыми затылками. Тошнотворные воспоминания. Все это иумещается в«н-да» суточнениями. Вответ Шарп возразил - мол, предрассудки долой. Или страхи схрипом ишипением, или внятный голос разума. Голос разума такой, всегда пробивается через «немогу», усиленное бронебойным «нехочу».
        -Могу, - пообещала я Шарпу. - Только идти далеко.
        -Шшшш-ффф.
        Он имитирует рельсовый звук, кажется. Тут нет рельсов. Ноесть сеть локальных портаторов, строго для сотрудников ранга УГ икиборгов изСС. Шарп, кстати, числится моим имуществом. Подозреваю, его ранг обозначен как «ведро помойное самоходное».
        -Там ступа сбабою Угой, - последний раз посопев бледным носом, сзавыванием прочла я, - портируется сам собой.
        Шарп вежливо промолчал. Унего интеллект раз сорок пересматривался. Ну, выгорит что кмозгу или там изымут изпамяти - ибац, показатель вниз. Аисходный был вроде под шестьсот. Славный габарит Вася обожал стихи. Даже дурацкие. Когда он начал еще идекламировать свыражением, высокие умы вгаб-центре потеребили извилины ирешили опробовать «вербальный метод оценки атипичности небелковых сознаний». Короче эти парни неумеют излагать мысли - вероятно, словестный понос помогает нарастить показатель интеллекта. Так или иначе, контрольным группам габаритов читали стихи ипрозу наразных языках. Полгода отрывали отработы сотрудников иснимали сзаданий самих габаритов. Без толку. Я молчала, как подобает при интеллекте тридцать один, пусть ипересмотренном вдвое вверх. Ну, скажу я им, что четко вижу после минуты наблюдения, кто именно атипичен иреагирует настихи. Так ведь меня саму начнут безжалостно исследовать!
        -Мороз исолнце, - терзая память осредней школе, промямлила я ипокосилась наШарпа, - день чудесный.
        Помню еще две строки. Или хватит, или нет. Замер. Повернулся. Внемлет. Это ведь он по-русски ни слова! Насозвучия реагирует. Спорим, его можно круто потрясти Шарпа классической музыкой. Только откудабы добыть звучание? ВСиме есть кое-что неклассическое, нонет голоса… Бредем дальше. Донежилого яруса, далее коридорами дозамаскированного зала повышенной секретности столстенными инеизношенными воротами. Шарп меня слушает, я блею нечто суматошно-неумное окоординатах. Надоже, понял иввел, имы вдвоём вступаем вкруг портатора. Шарп недышит - он небелковый. Я недышу - меня вырубает допаралича отодного вида портаторов. Неуклюже переступая прямыми отсудороги ногами, всеже забираюсь вкруг. Наупрямстве. Иеще - чтобы однажды найти тех деточек, воспитанныхТиа.
        Стою. Моргаю счпокающим звуком - так мне слышится отужаса. Когда уже, а? Сломался чтоли нерельсовый транспорт будущего? Шарп тянет заруку, обвив запястье гибким щупальцем. Шипит тихонько. Мы наместе? Нет признаков перемещения потому что расстояние малое? Выбираюсь изпортатора походкой старого круша. Сжимаю зубы ипрусь внеизвестность… Что можно узнать уклона инженерного обеспечения транспортных каналов? Интеллект: сорок два. Половая идентификация: условно мужская, гормональный статус обнулен. Возраст вадекватных запросившему единицах аналогии: сорок пять циклов. Агрессивность: умеренная. Тип боевой подготовки: рукопашник, холодное оружие включая метальное.
        -Ш-фхр-фчпх!
        -Недави нанервы, сама понимаю, стихи ему читать нестоит, - ноюя.
        Занятно, что страх вытворяет слюдьми. Назанятиях уТиа мне было очень холодно. Тут - обливаюсь потом…
        Киваю сидящему устены «собеседнику» - это его тип, тут таких много, как инянь. Останавливаюсь, здороваюсь ижелаю хорошего дня. Это вроде милостыни, скулы сводит: ему нужно слушать слова, для него сказанные. Незнаю, кем надо быть, чтобы создать живых иумных существ, нацеленных даром слушать иразделять идеи - илишить их общества. Я вУтиле все время хожу сосжатыми зубами. Эти доживающие… они почти люди. Они неочень умеют создать сообщество без «совсем-людей», которым должны приносить пользу. Они несчастнее морфов, чьи компаньоны умерли. Иони вомногом человечнее людей, которые способны жить, когда их «морфы» - насвалке… Ненавижу Олера. Ноябы ненавидела его еще сильнее, неотправь он меня сюда. Это место надо менять. Незнаю, как. Только Олер прав, он иподавнобы недодумался сухим умом.
        Коридоры местного сектора уныло неотличимы оттех, где я живу. Город-руина обнимает всю планету иудушает всвоих каменных лапах. Человеческое сознание невсилах ориентироваться, когда исчезают понятия сторон света ивсего прочего, создающего различия. Поклясться готовы: направо иеще раз направо отсюда, метрах вдвухстах - моя личная комнатуха. Спальный пенал без права выпрямиться врост. Индивидуальный, редкая для Утиля привилегия.
        Мы свернули налево. Шарп без колебаний, я - без возражений. Нелюблю клонов. Хотя это такая скороговорка. Мне удобно ее повторять, чтобы неусложнять тему. Я предпочитаю неусложнять, пока возможно. Похоже, лимит простоты исчерпался. Клон для универсума понятие примитивное. Биологическое существо можно выращивать при ряде ограничивающих условий. Чаще оно - существо - создается клоном, анегенной вариацией. Для вариации требуется суррогатная мать. То есть можно ипробирки-стеклянные банки как внаших киношках. Люди нетрипсы, нет прямого эффекта асоциальности без вскармливания отмозгового донора. Зато есть много иного. Пробирочные особи психологически проблемны, чаще болеют ипочти неизбежно пополняют собою «пассив» населения вимперском понимании, ктомуже уних проблемы совторичной разверткой. Так что взращивание людей искусственно - дело затратное. Оно практикуется при особых укладах жизни, так появились насвет Гюль иСаид, вих прайде каждое рождение нарушало кучу правил, ноглавные законы обходило покромке, ювелирно. Весь прайд участвовал впроцессе иокружал нерожденных вниманием. Необязательно позитивным,
зато уж всяко пристальным ипристрастным.
        Более примитивные клоны - вернемся кним - производятся поупрощенной технологии. Они заведомо настраиваются наограниченную функциональность: силовики, контролеры итак далее. Клоны обладают примитивным пониманием осоциуме исвоем месте внем… Я училась нагабрехта иэтот раздел прочла внимательно. Он длинный, дальше нехочу вспоминать. Неважно, потому что сейчас я топаю покоридору Утиля. Я, знающая правила ибитая клонами. Я, готовая порвать всех высокоразвитых взрослых заих умение забывать детство, согретое улыбкой Тиа. Именно после ее совочков ицветочков - измусора сделанных, изверевочек связанных, ну нет тут зелени! - я твердо усвоила новое оклонах. Тиа ведь тоже, если честно признать - клон.
        Нельзя ограничить личность. Нельзя ее отштамповать или выдавить набелом листе под копирку. Каждая няня немножко другая. Ичем она дольше живет, тем больше - человек. Интеллект, учитываемый вусловных единицах, вообще туфта. Доменя вчера доперло: Чаппа написал мне стартовый тридцать один, чтобы я прошла впритирку над планкой закона одожитии. Еслибы он хотел по-настоящему уесть Симу, ограничить вправах иотучить вякать - онбы скостил две единицы. Еще я знаю, что оповышении моего показателя ума вдвое хлопотал Тьюить. Шеф нежелал оставлять меня украя пропасти, куда я свалиласьбы после предвзятой аттестации. Еслибы втот момент я была ранена, допустим, то некто принималбы решение: лечить или утилизировать. Это универсум, прекрасный взрослый мир. Здесь невоюют раса нарасу иневзрывают галактики. Спасибо им, что научились хоть так уживаться - глобально. Нобытовые тараканы увзрослых живы ижирны.
        -Ш-ффф-хш!
        Энергично. Я задумалась, вздрогнула отвысказывания Шарпа, стерла солба пот. Я вообще-то вкостюме сполноценной регулировкой климата. Жарко может быть только голове. Именно лоб потеет. То есть - нестрах? Запрашиваю данные. Опа! Да тут тропики суклоном впустынность. Принимаю ксведению. Апока вежливо стучу костяшками пальцев. Жду. Еще стучу. Шарп первым теряет терпение итолкает дверь. Может, он бронированный? Жмурю левый глаз изаглядываю вщель, рискуя им, полуприкрытым.
        -Здравствуйте. Я Сима. Я спросьбой квам. Можно?
        Мамочка, ну триж складки, три! Затылок шикарнейший, весь клон жуток дотого, что Рыгбы восторгнулся ипотребовал спарринга. Наверное, этот инженер сооружает мосты итоннели без применения сложного инструментария, руками - иголовой. Особенно ею работает, ага. Поворачивается, еще, еще… Движения плавные, очень эффективные. Профиль негроидный, плосконосый. Кожа матово отсвечивает пыльно-бурым. Изодежды майка имини-шорты мешком. Пота незамечаю. Пофиг парню тропики?
        -Да.
        Вывод: он понимает язык общения этой вселенной. Вывод два: он небросал ничего метательного иненамерен душить контактно. Лицо унего вообще - нормальное. Несколько грустное. То есть выразительное, анепустое.
        -Да -что?
        -Что? - этот тип насмехается? Зрачков вчерной радужке невидать. Два пистолетных дула, аневзгляд. Мне вообще несмешно. Толстые губы чуть поджались иснова расправились. - Изложите причину обращения. Изложите причину для оказания помощи. Изложите данные постатусу. Справка: доувольнения я обладал статусом рал вуниверсальном его понимании.
        Собственно, доумной натридцать одну единицы Симы как раз теперь доперло: этот парень немог оказаться тут! Онже выше планки дожития.
        -А…
        -Ибросить подразделение? - строго уточнил рал, недожидаясь завершения глупого вопроса.
        -А-аа, - выдохнула я иосторожно улыбнулась. - Ну, сглупила. Я вас жутко боюсь. Простите.
        -Причина?
        -Меня убивали клоны такого типа. Ничего личного, им дали задание.
        -Упал отжался, - рал без промедления посоветовал свой метод взращивания мужества. Подождал моих действий, нонедождался. - Статус. Приказы допустимо отдавать или исполнять.
        -Ут-г… ой, то есть УГ. Тут.Вот.
        -Слабая дисциплина, - сообщил рал. Старательно отполировал широкой ладонью свой безволосый череп. - Высокая эмоциональность. Нет годности кстроевой. Есть годность для неформатного общения. Присваиваю статусу УГ временное равенство состатусом рал. Разрешаю сесть. Готов выслушать прошение. Неготов заранее дать положительный ответ. Обдумываю варианты компенсации. Слушаю.
        -Починитьбы, - я указала наШарпа ишмыгнула носом.
        -Диагностика без условий, - сразу отозвался рал. Некоторое время пялился черными дулами наШарпа. - Знакомый тип оборудования. Руки помнят. Хорошо. Встатьтут.
        Вообще Шарп неведется наприказы, он куда охотнее откликается напросьбы или рассуждения впространство. Нонезнакомого рала послушался сразу. Я понимаю почему, ведь мурвр Рыг - габрал. Этот клон вкакой-то иной системе имел похожий уровень полномочий. Сорок два относительно интеллекта - полная лажа. Скорее месть тех, кто взъелся нарала, нонеуспел угнобить его ниже плинтуса. Поскрипел извилинами, сыграл надолге, верности подразделению - ивыиграл.
        Руки уклона работают так, что фокусникибы отзависти издохли спервого движения. Я моргнула - аШарп уже лишен двух пластин брони иобезглавлен. Рал залез внедра аж поплечо итам вдумчиво разыскивает… искру? Контакт? Шину-плату-гланды? Что лечат убольного хрипотой габарита?
        -Допускаю восстановление дофункциональности восемьдесят три процента при оценочной текущей всемнадцать, - изрек рал, которого я прямо сейчас тихо обожаю, нослабо понимаю. Я тащусь отнаблюдения заработой профи… - Затраты времени впонятных при статусе УГ единицах, - он покосился наменя снасмешкой, - две доли габ-суток. Делаю запрос наматериалы костюма. Фрагментарно! Гарантирую изъятие без утраты функциональности.
        -А…
        -Дисфункция речи?
        -А-а, - отказалась я. Хихикнула иисправилась, - Нет. Увас имя есть?
        Рал прекратил копаться вШарпе, сел иосмотрел свою руку, после извлечения изгабарита покрытую какой-то радужной пленкой. Скатал эту гадость ловким движением пальцев ищелчком отправил вмусорку.
        -Прошу обосновать необходимость ношения имени. - Он резко повернул голову иуставился наменя. - Без«а».
        -Так принято. Так удобно. Все мы человеки инадоже окликать… УШапра, ито есть имя! После починки можно узнать его мнение. Он логичный. Умный.
        -Ваш профиль либо значится как сбой, либо имеет формат атипичности, - отметил рал. - Допускаю наличие смысла вимени. Невижу фактических доказательств сказанного. Нелогично. Я думал над темой. Нет решения. Первый раз испытал потребность вимени поприбытии вданное место дислокации. Второй раз получил запрос отвас.
        -Тебя, - поморгав безмерно глупо, посоветовалая.
        -Неформальное общение лишено смысла более, чем ношение имен. Я сформировал запрос поискомой ценности, излагаю. Данный небелковый организм будет восстановлен. Затем вы обеспечите меня всеми располагаемыми сведениями позаданной теме, требуется полный пакет.
        -Атемубы заранее…
        -Вам сложно усвоить порядок исполнения операций? Сначала ремонт. Затем компенсация. Отсутствие потребного пакета данных будет вашей проблемой. Небелковый организм невовлечен врасчёты белковых.
        -Вы чудовищно порядочный тип, - улыбнулась я. - Обожаю широту души.
        -Обожать недопускается, - отговорил меня рал. Подумал идобавил, снова копаясь внедрах Шарпа, - вналичии охраняемый объект. Поусловиям договора допускается один объект.
        -А! Это тот объект, который доменя спрашивалимя?
        -Ответ положительный. Пройдите сюда. Сформируйте команду начастичное раскрытие костюма. Сформируйте команду наотделение фрагмента, тип - ремонтная заплатка системного формата, уровень три-ло, аварийный экстренный.
        Исполнять указания рала просто. Они как-то сами собой реализуются… пока я путаюсь впосторонних мыслях, которые едва уворачиваются из-под железной пяты марширующих через мозг приказов. Откуда безымянный тип знает, что мой костюм - нетряпка рядовая, выданная системой Утиля? И, если он просек такое, значит, нетолько это понял. Нонезадал ни единого вопроса. Гос-споди, какой урала настоящий-то интеллект, довсех корректировок? Ну, еще страшнее вопрос: ачего он отменя наберется идочего докатится, если однажды прекратит чеканить слова истроить мысли вбезупречные шеренги?
        -Авот про костюмчик…
        -Обладаю рядом дополнительных опций вобласти оптики, локации ископии, - нестал скрывать сути честный рал. - Создан для проектировки иконтроля комплексных ремонтов наобъектах классом доимперского крейсера первой категории включительно. Это впонятных вам терминах.
        -Кем создан?
        -Необладаю данными. - Он даже нахмурился. - Оценивал варианты неоднократно. Отметил: вся группа неизменно функционировала взакрытом режиме, без контакта свнешними разумными. Неизменно имелся посредник. Статус выше моего. Соответственно, я необладал правом подать запрос.
        Рал отделил отмоего костюма ремонтный фрагмент. Действовал он голыми руками, из-под ногтей иногда подозрительно искрило. Ей-ей там встроены резаки или еще какая-то фигня покруче. Спорю намороженое, которого тут нет ибыть неможет: рала сослали вУтиль из-за того, что он начал задавать вопросы. Самому себе, ноэто уже многовато вчьем-то представлении. Домыслы, домыслы… Знаю. Только что мне остается-то? Пока лишь копить их, бесполезные напервом этапе. Следователь изСимы нулевой. Нотут нет выбора. Врядли Олер, зараза, вернется вмир иприложит усилия, чтобы синтировать гражданина Жеглова. Наимпортных умников надежды мало, всякие Пуары иМарплы вУтиле вымрут откультурного шока. Тут нет английского чая идаже часов, чтобы обозначить файф-о-клок…
        -Первичную отладку завершил, - рявкнул рал своодушевлением, нахлобучивая плоскую бородавку-голову напотертый корпус Шарпа. - Оцениваю срок восстановления втри-пять суток поскелетному… - рал глянул наменя изамолчал. Обдумал новый вариант фразы. - Ввиду вашей инженерной безграмотности уточняю: это небелковый организм, анемеханизм. Он восстанавливается попринципу организмов, то есть свободным замещением поврежденных органов икомпенсационной адаптацией. Скелетный этап состоит вконтролируемом сканировании связей. Сопровождается множественными локальными перезагрузками иподстройками. Логической фильтрацией памяти иалогичным, частично случайным, мозаичным заполнением пробелов вданных. После скелетного этапа организм осознает свой потенциал идалее восстанавливает полноту восприятия, азатем иманипулятивные данные.
        -Вау.
        -Это подтверждение понимания?
        -Частично. Я восторгаюсь.
        -Избыток эмоций. Могу подать запрос: какова причина принятия срочного решения оремонте?
        -Шарп что-то хотел сказать мне. Много раз. Вот чую, важное. Какбы неподкрадывался кнам всем зверь песец. Эээ… то есть что-то неладно сУтилем. Хотя сним вроде все неладно, куда дальше-то?
        -Неладно, - кивнул рал. - Наблюдаю снижение подачи энергии, длящееся более цикла. Наблюдаю ухудшение показателей жизнеобеспечения. Моя группа работала посбору данных. Наблюдал активное противодействие. Три подчиненных вранге рехт последовательно перестали отвечать назапросы. Их подразделения невернулись всрок. Оценив уровень неопределенности, принял решение временно прекратить исследования иавтономно обеспечить энергией ближнюю зону ответственности.
        -То есть увас тут тепло исветло непросто отвезения, апоитогам работы групп.
        -Мы обеспечиваем комфортные условия для биологических видов сживучестью отпяти единиц, - строго уточнил рал. - Радиус нашей зоны ответственности можно считать попараметрам среды. Увас есть доступ ксистеме контроля?
        -Хитрый какой! Вот заэто тебя исослали. Спросил то, что иненадобы.
        Рал сделал самый тупой вид извсех, какие мог при кирпичной отприроды морде. Типа - ивовсе я ненамекал, что ты, гостья, многовато знаешь иврядли случайно доперла, как меня искать.
        Шарп дернулся, зажужжал иповалился набок. Еще вздрогнул корпусом - изатих. Наверное, его крепко допекали эти самые скелетные процессы.
        -Предлагаю восстановить энергозатраты после получения вводных покомпенсации заремонт, - приказным тоном сообщил план дня рал. - Проследуйте всоседнее помещение.
        -«Пошли» или «прошу» былобы короче, - проворчала я, наблюдая складки назатылке отвернувшегося рала. Блин, как он двигается! Пусть все киборги передохнут, вгневе сжеваши привода-манипуляторы. Плавно, эффективно ивместе стем… сособинкой. Мне кажется, я узналабы его походку встрою издюжины подобных. Он нешаблонный. Те, которые меня били - те просто мясо ибыдло. Ите, которые меня лечили недавно - тоже. Этот рал иной. Топаю следом. Складки наего шее - вобласти моей макушки, если пристроиться поближе. Это значит, два метра росту вдяде есть.
        -Я формулирую точно, - незабыл тему беседырал.
        -Приказы должны быть короткими. Вдобавок я нелюблю приказы. Я лучше принимаю вежливость. Типа - иди ты, Сима, в… эээ… дверь.
        Шарп загудел, я обернулась исужасом проследила, как он боком взлетает под потолок, вибрирует корпусом исразмаху рушится напол. Грохот - аж мурашки дыбом!
        -Неповредится, - опознал вопрос рал, дослушав мой стон. - Данный организм знаком мне. Одна изфункционально допустимых для него задач - контроль ивосстановление внешнего корпуса кораблей. Втом числе вплотных метеоритных потоках, при близком прохождении звездных корон ипиковых активностях типа глоп.
        Я проглотила очередное «А-а». Завсе время пребывания вуниверсуме никто еще нетыкал меня мордой вговно необразованности так часто иловко. Еслиб Сима год училась, анелезла носом вовсе щели, выясняя, где именно прищемят, Симабы теперь была… Я нервно хихикнула. Сима былабы ровно тутже. Или хуже, сиделабы вгабе изубрила умности, пока Утиль остывает инекто малопонятный кошмарит няню Тиа, брошенную надожитие без цветочков, детишек имедпомощи.
        -Душечка, - ляпнула я, наконец отвлекшись отсвоих мыслей иизучив комнату спорога, едва затылок рала отодвинулся иоткрыл обзор.
        Еслибы Мэрилин дотянула досорока схвостиком, потрепанная бессчетными романами суродами, ни разу непонимающими ее тонкой женской души… Незнаю. Совторого взгляда сходства меньше. Да, блондинка. Фигуристая, немного пухлая помоим представлениям. Брови иглаза - ну очень мерилиновские. Знаменитой родинки нет. Зато выражение налице такое… ну, изфинала истории про Душечку, вчистом виде. Упарня нет миллиона, он мошенник илузер. Все равно расклад такой, что это неважно.
        -Поправка. Названное мне имя - Зэйра. - Пробасили вухо. - Находится встатусе охраняемого объекта. Нуждается влечении. Нерасполагаю данными для диагностики ивосстановления белковых организмов. Нуждаюсь вовводных.
        -Так ия недоктор, - честно ляпнулая.
        Прошла через комнату исела напол унизкого топчана, накотором помещалась эта Мэри… то есть Зэйра. Кажется, меня она незамечала. Зато присутствие рала сразу распознала. Вспыхнула лихорадочной улыбкой ипролепетала «мой, мой», шаря рукой вслепую. Рал сам подсунул ладонь. Чертов Утиль! Он делает Симу слабонервной. Все тут толи люди, толи куклы, внешне нанас похожие понашейже скотской прихоти. Общество их них необразуется вроде… атолько вомногом они больше люди, чем мы, точно. Рал гормонально обнулен, так проще контролировать его армейское сознание. Ивсеже он оберегает дуреху, непригодную кжизни окончательнее, чем няняТиа.
        УЗэйры сильный жар. Трогаю лоб, хотя итак все внятно полихорадочному пятнистому румянцу исильной испарине.
        -Дело плохо, - сообщаю глупейший вмире диагноз. - Рал, пока вот что. Сбрось температуру вкомнате хотябы градусов напять, если понятны мои представления оградусах. Добудь ей одеяло. Обеспечь питье ссолью… сминеральным составом. Поить надо часто, она потеет. Пошли кого-то изсвоих, ближняя няня типа Тиа вон там, лови координаты. Они все умеют лечить прикосновением. Посади тут контролера. Пусть няня гладит Зэйру поголове неболее пяти минут вчас… то есть десяти процентов времени, так понятнее. Ато сама загнется отзатрат доброты. Все пока без осложнений?
        -Да.
        -Тогда трудись. Я молча поищу врача. Неужели начертову уйму существ Утиля нет подходящего нам?Жди.
        Поиск затянулся. Я старательно жмурилась иперебирала базу пожителям. Было много массажистов, полно собеседников - это, вероятно, востребованная профессия вобществах сбольшим числом одиноких. Нонастоящих медиков - ноль! Толи люди неверят людеподобиям, толи автоматики им хватает, толи багрифские козлогады умеют отстоять свое право напрофессию. Наконец, почти отчаявшись, я добыла один смутный ответ. «Темный сектор. Ячейка ви-17 - 89 - 4-зу». Икомментарий отом, что вскрывать ячейку строго запрещается. Само собой, я проигнорировала угрозы. Тут надо насущным заниматься. Я наощупь добрела достены ипосоветовала свой сверхумной руке внести изменения вбазу, контактно. После манипуляций, похожих напианинную разминку, рал стал числиться как УГ-ут. Справом пользования системой локальных портаторов вмоем сопровождении.
        -Пошли заврачом, - проморгавшись, сообщилая.
        Возле Зэйры уже сидел клон. Типичный, лысый, бестолковый. Только старенький: жирнее молодого, соскладками кожи икакой-то мерзкой лишаистостью наспине ишее. Он пялился начасы, иногда контрольно переводя взгляд надовольно бодрую няню, уже доставленную кбольной. Эта версия Тиа вещала овязании ипользе труда. Нитки были самокрутные. Спицы ей только что соорудил рал, няня тихо балдела отих совершенства ичасто моргала, ощупывая новую собственность. Рал щурился ибуквально изничего мастерил прялку. Ябы неопознала, ноэта фигня размером старакана спервого щелчка пальцев заработала, принялась бегать покомнате ижрать всякую пыль, чтобы затем изхвоста выпускать ровную пушистую нить.
        -Ты монстр инженерии, - поразиласья.
        -Вы, - строго поправилрал.
        -Идиты!
        -Вы. Ноуже иду. Прошу указать цель более определенно.
        Я слила ему данные одокторе, вымарав комментарий. Поежилась, когда всоседней комнате опять грохнуло: Шарп продолжал грузиться, азаодно тестировать прочность полов ипотолков.
        -Цель установлена, - сообщилрал.
        Встал, прошел кстене идобыл изнее нечто раз впять крупнее прялки налапках. Я сразу вспомнила маньячество Билли иИгля, аравно Рыга ипрочих подвинутых надисциплине. Если это неоружие, то я готова безропотно скушать прядильного таракана!
        -Пойдешь вторым номером, - рявкнул рал иподал мне хреновину, малость похожую нанаручный браслет. Сам застегнул, показал наведение нацель. - Система оборонительного типа. Применять вкрайнем случае истрого помоей санкции.
        -Уть, - хмыкнулая.
        -Двигаться сотставанием неболее пяти шагов, неменее двух. Исполнять приказы без задержки. Носить налобный осветитель постоянно.
        -Уть.
        Налобный осветитель немедленно наменя повесили. Поповоду «уть» рал смолчал. Вероятно, уже привык кмоим закидонам. Он молодец, быстро осваивается. Пошел первым. Я заторопилась следом, тихонько хрюкая отсмеха. Парню надва метра силовых параметров нехватает еще одного миллиметра инициативы. Пока Сима непришла, он сидел ибыл какбы прикован кситуации. Он сам ограничил свою сферу ответственности. Занятно,да?
        -Рал, аможно я буду звать тебя Макс? Вмоем мире был такой пулемет. Ты когда смотришь, ну чисто целишься. Вдва дула. Н-да… это уже вроде Бимакс, только звучит как-то неособо.
        -Построение динамической модели отношений приводит меня кпониманию того, что вданном случае отрицательный ответ неконструктивен, - выговорил рал, ивего ровном тоне мне почудилась усталость. - Допускаю наличие комфортного вам варианта наименования. Необязуюсь его использовать постоянно. Прошу повысить внимание. Портатор переместит нас завнешний периметр относительно моей зоны ответственности, там я буду требовать вашего полного подчинения.
        -Деспот.
        -Макс, - он даже обернулся. - Прошу вас нетерять остаточной логики.
        Портатор выбросил нас вкромешную тьму. Вот теперь я убедилась: рал очень силен влогике! Я сразу внушила себе, что «темный сектор» - это кодовое название. Ну, типа тайны накоплены иутоплены впыли. Аоказалось, все проще: нет света. Налобный фонарь уменя круче крутого. Сам выбирает режим освещения. Ни разу недавал вспышки так, чтобы засветило мнеже глаза дозеленых кругов. Ни разу негас, чтобы я имела оправдание своим спотыканиям. Бедняга Макс, связался стаким УГ… Велено повысить внимательность, ая бреду, отвалив челюсть - иглазею. Тьма прячет гигантский колумбарий лабиринтного типа. Ввысь уходят стены, сплошь ячеистые. Каждая ячейка содержит нечто. Каждая! Между прочим, это «нечто» уменя вбазе проходит вне перечня напятьдесят миллиардов жителей. Оно вообще вдополнительном списке, закрытом, ипотому кпросмотру было подключено всамую последнюю очередь, позапросу высокого приоритета. Ячейки сетчатые, ночто вних, видно плохо. Полусферы вроде. Лежат неподвижно.
        Макс вскинул руку ичто-то там показал пальцами. Наверное, напомнил обдительности. Впереди лабиринт темнеет дочерноты: стены больше несетчатые. Они изсплошного материала. Матового, неотдающего свет.
        Новый звук таился вомраке, я смогла его осознать лишь после жеста рала, вслушавшись изо всех сил. Дробный, лиственный шелест.
        Мурашки поползли покоже. Нет ветра, новолна нарушения тишины накатывается, сокрытая отзрения. Шелест будоражит эмпатию. Некдобру, чую. Затылок стынет. Сбоку слева ввисок давит острая спица угрозы. Билли говорил - увзведенной смерти особый запах. Билли эмпат типа про, его дар выявляет прямые угрозы жизни. Мой лишь смутно тревожится, я ведь эмо, спец поугрозам невнятным, попрятанным вдушах имозгах… Носейчас мне паршивеет скаждым мигом. Слева-сзади особенно. Все, оно стало явным: отчетливым жестом поднимаю руку ивыпрямляю ее получу угрозы. Рал вмиг оценил, развернулся - ивесь, отстоп домакушки, взорвался смертоносным, ярким, грохочущим.
        Смотрю туда, куда указывает мояже рука. Слепыми глазами смотрю, анасетчатке впечатано то, что мелькнуло дозасветки, догрохота, доударной волны. Копошащийся ковер бархатной тьмы, составленной изусиков, лапок, пуговок-глаз иантенн. Поверхность лабиринта вполусотне метров отнас - все течет идвижется. Нанас. Жадно прет, выжигаемая упертым ралом. Мрет, распадается пеплом, стекает влужицы - изаполняется новым слоям невесть чего, стольже неуемного.
        Глаза пришлось закрыть. Нетерпят они яркости внезапного для меня боя. Оружие, выданное ралом, укреплено навытянутой руке. Оно неумеет паниковать итерять время. Оно, похоже, работает вобщей системе обороны, замкнутой наодного командира - Макса. Так что я участвую визведении темной нечисти. Больше неощущаю страха. Просто неуспеваю понять, неимею вообще представления: ачто нас атакует икак это мы вмиг оказались мишенью? Мне казалось, что Утиль неместо для войн. Да я была уверена вотносительной его безопасности еще час назад! Что там час, минуту назад!
        Тишина. Темнота. Моя рука медленно опускается. Острая спица угрозы вынута измира, петли напряжения опадают одна заодной. Я чую кончиками пальцев, как нить беды убегает, убегает… инепытаюсь поймать кончик.
        -Все, - едва слышно подтверждаю ощущения. - Оно ушло.
        -Вы нелогичны, нокак детектор вы отстроены лучше многих спецсистем оповещения, - похвалил рал. - Даю справку. Мы подверглись агрессивному вниманию простейших устройств. Помоим оценкам, они могут быть отнесены кчислу монтажно-демонтажных сред категории фик. Оставленные после возведения комплексного строения напланете без контроля иуправления, данные системы лишились инеобходимого минимума энергии. Отключение непроизошло для части комплекса, ион перешел врежим автономии.
        -Пока непоняла.
        -Гуманоид Сима оценивается данным типом простейших как сгусток энергии. Псевдогуманоид Макс втрое питательнее. Система вооружения исвязи сполным накопителем энергии каждого изуказанных объектов имеет еще более высокую питательность. Ноавтономность предполагает развитие чувства самосохранения. Потери при попытке подзарядки превысили допустимые. Мы сочтены неэффективной целью сточки зрения баланса затрат ирезультата. Мы исключены избазы целей.
        -Макс, аты отэтих тоже охраняешь свой сектор?
        -Ответ положительный.
        -Кто охраняет остальные секторы?
        -Имею основания полагать, что существует правило, внедренное вкомплекс допериода автономии. Непроникать втак называемый обжитой периметр. - Макс помолчал, монотонно поворачивая голову влево-вправо. Я уже проморгалась сквозь слезы изеленые пятна засветки, начала видеть помаленьку. Идышать ровнее. - Предлагаю продолжить движение кцели.
        Ответ нетребовался. Так что я молча потопала, куда велено. Никогда больше непосмею недооценивать инженерных клонов. Ичтобы впредь я нездоровалась сними… ну уж небывать такому! Иду идумаю. Я так себе эмпат потипу про. Недоучка ислабачка, чую еле-еле. Ноя учусь. Вот еще мысль: Макс просторно устроился. Я сразу удивилась, застав его вобширном зале, апосле вторая комната нашлась, иесть еще. Дворец померками Утиля! Спасибо милому Шарпу. Спасибо базе данных итому везению, которое помогло мне найти первым иуцепить именно этот адресок потеме ремонта.
        -Наместе, - отчитался Макс. - Указание… Прошу ждать.
        -Да.
        Гос-споди, без Макса ябы сюда вжизни недобралась! Тут вовсе стороны - лабиринт, смертоносный. Уменя навооружении лишь чутье иупрямство. УМакса - логика, непробиваемое хладнокровие, опыт. Я совсем непротив оставаться пока что вподчинении ипод опекой.
        Макс подпрыгнул, стремительно полез вверх, цепляясь завыступы-невидимки. Белки залюбимыми орехами нетак спешат! Ох, еслиб он чинил мою «Стрелу», эта тупень леталабы строго отточки АдоточкиБ, несбиваясь напровокации самых хитрых древних Эшей!
        Вотьме над головой хрустнуло, затем лязгнуло. Притихло ненадолго, нопочти сразу я смогла разобрать ритмичный шелест: Макс уже спускается. Спрыгнул. Выпрямился. Дышит ровнее ровного. Вруке сетка - принес сюда ссобой? Всетке полусфера. Смотрит рал наподопечную Симу так, что ясно: вот-вот разжалует врядовые.
        -Требую уточнения. Вы имели данные остатусе искомого объекта? Читаю навнешней поверхности полный заперт наввод вэксплуатацию.
        -Да, я вкурсе.
        -Причина игнорирования?
        -Я неверю никому изтех, кто отсылал разумных наУтиль. Они подонки илжецы.
        -Принято. Буду обдумывать. Здесь особая гравировка. Она указывает сполной однозначностью наприговор габ-системы. Изоляция.
        -Слушай, Макс, - засопела я, пристыженная, - я недочитала про приговор. Я так обрадовалась, нащупав годное, так хотела отблагодарить ибыть полезной… ивообще, других вариантов ненашлось. Ты забей направила, временно. Есть вопрос важнее: как использовать хреновину? Что она такое?
        -Этоже элементарно, - отчеканил рал, ия намиг переименовала его вХолмсы, носразу одумалась. - Имеем объект типа мозг. Поитогам скопии средней глубины оцениваю природность, как высокую. Доработки тоже присутствуют. Превышают допуски, известные мне как законные. Сам факт таких доработок уже требует изоляции итогового объекта.
        -Возвращаемся врасположение части? - попробовала я свернуть тему, всвою очередь чеканя слова.
        -Да. Прекратите менять поведенческие модели. Это мешает мне оценивать ситуацию. Даю справку: янерасполагаю данными для подключения указанного типа объектов, аименно - обладающих высокой природностью. Требуется неинженер, амедик. Либо готовый коммуникативный узел для настройки.
        -Упс…
        Рал развернулся напятках изашагал вотьму. Я потащилась следом, пылающими ушами освещая лабиринт. Ну нехило мы прогулялись помоей дурости… ктобы мог подумать, нам попался тупик сподвывертом! Чтобы задействовать медика, нам нужен… действующий медик.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись1358
        Цивилизация современных людей подвержена внешним влияниям, искажающим любые посылы, самые позитивные. Так называемые взрослые расы состоят изиндивидуумов, которые, будучи собраны вместе, создают вовсе неслепую толпу, характерную для монопланетарного этапа.
        Каждый изнас, взрослых людей большой вселенной, содержит всебе примата, дикаря исобственно взрослого. Так геном, запуская развитие яйца, проводит будущих крушей через стадию птиц, еще неимевших рук, нообладавших мощными крыльями, адотого проявляет ненадолго след ящерообразных, имеющих неперо, ачешую. Норождается, пробивает скорлупу, круш. Младенец, которого поздно корректировать. Вравной мере верно утверждение: поздно корректировать современных людей.
        Значит, я перенесу влияние наболее ранний этап иподправлю эволюцию. Конечно, впервом поколении врядли успех проявится внятно. Ноклонирование иускоренное взращивание позволяют мне торопить время, иделать это эффективно. Азапрет наподобные опыты… Полноте, втуманности Гриба балуются, габ-служба смотрит сквозь пальцы, даже имперские чистоплюи морщатся имолчат. Мы взрослые. Мы научились прощать друг другу маленькие слабости ипритираться кспецифике без применения силы. Это наша сильная сторона - иодновременно лазейка для интересной интриги.
        Я воспользуюсь. Интра - вот проект, созданный для прикрытия активности. Интра оказывает услуги ипроизводит автоматику. Ведет научный поиск ипрактическое внедрение. Интра уже является обществом комфортного мне типа. Истанет еще совершеннее.
        Интра удобна еще итем, что аккумулируя внимание нужных мне групп существ, она сформирует хотябы для них мощный стимул потреблять, конкурировать ибороться зато, что я назову ценным. То есть - быть объектом натурных опытов.
        Запись2136
        Современное поколение сотрудников системы куда лучше соответствует заданным мною условиям. Вся возня стелепатами, идянами итем более негуманоидами нестоила истраченного времени.
        Конечно, запродвижение идеи пришлось чем-то платить, я это понимал, нонеожидал таких побочных эффектов. Образцы утратили вторичную развертку. Возвращенные вэтап монопланетарного сознания, они стали воистину людьми своей генерации. Они физически слабее, психологически нестабильнее, вних больше агрессии инепредсказуемости. Нопирамида ценностей отслеживается вполном объеме.
        Занятно былобы для пробы отмотать все еще наодин виток назад. Примат, реконструируй я иего, снова невозьмет влапы палку ибудет причастен природе, анецивилизации? Но - нетеперь. Я слишком занят контрольными группами. Тонкая работа поотстройке модели общества вошла всамую, пожалуй, интересную фазу.
        Памятка для себя. Надо хорошо отработать тему нейтрализации излучений ииных факторов, опасных для существ без вторичной развертки. Дотрети группы напланете 7 - 12потеряно безвозвратно из-за нелепой случайности, магнитные бури подобной интенсивности мы прежде даже немониторили. Жаль, там были интересные образцы».
        Памятка два. Следует получить данные изимперии помониторингу вторичной развертки для пассива. Авсели, кто живет наприродных планетах, способны их покинуть иперейти вактив?
        История десятая. Ноль три секунды
        Саид негромко застонал, покосился из-под ресниц наморфа. Возмущенно фыркнул исел, быстро пригладив волосы.
        -Гав! Ану отвечай, кто изнас телепат?
        Морф сневинным видом похлопал верхней парой глаз иподмигнул срединным, ярко-синим. Свернулся вклубок, для надежности заслонил морду пушистым хвостом, только что разбухшем вразмерах.
        -Если я, - неунялся Саид, - то почему я стенаю, аты неспасаешь? Тебе что, безразлично, живлия?
        Гав неотозвался. Саид тяжело вздохнул. Собственно, логика - коварная наука. Она однозначно утверждает: тот, кто подает голос, еще жив. Нужныли иные пояснения?
        -Я пообщался сдругом пожилого губра, он отбыл полдоли суток назад, - продолжил тему Саид. - Очень вежливый говорящий морф. Я спросил его онашей Симе, так он вответ трещал без умолку. Ичто умная, ичто спасла, ичто привет передать ей надо.
        Гав поднял голову инеодобрительно прищурил все глаза. Навзрыд вздохнул исник, весь обмяк. Сразу сделался серым… Он, получается, тоже общался стем морфом. Совсем точно знает: нынешняя Сима вгабе - ненастоящая. Его подругу метнули портатором так далеко, что шансов навыживаниенет.
        -Новедь мы стобой целы, амыбы почувствовали, если совсем плохо и… - Саид подобрал морфа наколени ипогладил, чувствуя себя виноватым. - Прости. Зря я начал. Новедь я прав. Сима жива. Мы стобой это чуем. Просто незнаем, как оно там обошлось, аразве важно - знать? Мы негаб-архив, да иСимка терпеть неможет справки, официальные отписки. Когда ей попадется свободный канал связи, она сразу позвонит. Немне, конечно. Тебе. - Саид обиделся насвоиже слова. - Тебе, да. Потом Гульке, ведь уГульки нервов ого-то как много ивсе вечно натянуты дозвона. После метнет отчет Рыгу. Тьюитю накарябает сокращалок. Отправит приветик Павру. Ну, амне уж ты все расскажешь. Мряу ведь,а?
        -Мр-ряу, - нехотя выговорилГав.
        Серость меха под рукой непосветлела. Оно ипонятно - Гав устал дополусмерти. Сутки слишним иСаид, иего морф, иЯхгль провели вреанимационном блоке. Левая голова Тьюитя получила незначительное сотрясение. Это установили сразу, едва габмурга извлекли изсервисного канала исмогли диагностировать общее состояние. Что было ибудет справой головой, вот вопрос… Собственно, головы неосталось: лишь разможженый череп, крошево костей икороста крови. Поверх - немыслимо накрученные нити, тончайшие, пронизывающие спёкшееся нечто и, вероятно, удерживающие вкомке. Концы нитей тянулись кгабариту, слабо светились… Что делать, как разделять ипочему вообще именно так сложилось нынешнее состояние? Кто соткал нити? Вредны они или полезны? Врачи сгоряча решили: срезать, взять пробы и«тогда посмотреть». Рыг проникновенно-тихо пообещал сперва порезать врачей, апотом посмотреть. Обещание звучало дико инаверняка было неисполнимо, нопроверять никто незахотел.
        Врачи позвали Саида, ссылаясь наценность мнения телепата изаодно отгораживаясь этим самым телепатом отоскаленного Рыга. Саид позвал Яхгль, ведь она наверняка увидит больше ииначе. Яхгль вцепилась вморфа. Так они втроем иломали головы свои, чтобы собрать Тьюитеву. Ловили друг отдруга эхо догадок, слушали горячий бред уцелевшего левого мозга габмурга иужасались, наблюдая «гниющую», израненную, истерзанную правую сторону личности, связанную сразмозженной головой… Кто Тьюить теперь: полноценный двуглавый круш или половинка прежнего габмурга, обломок былого. Аможет, ихуже - так думали медики, номолчали избанального страха перед Рыгом - спасенный изсервисного тоннеля полутруп круша даже после всех манипуляций повосстановлению обречен наслабоумие.
        Габарита, соединенного сгабмургом, опознали покорпусу, идеально отполированному иобильно снабженному дополнительным оборудованием. Навсе запросы небелковый организм неотвечал, диагностике неподдавался. Для Саида иГава эта новость была еще одним ударом. Вася - аэто был именно он - единственный габарит вУги, чья атипичность доинцидента оценивалась выше пяти единиц. Любимчик Симы. Тот, кого следовало подробно расспросить оней. Вася наверняка смогбы выдать друзьям тихонько, мимо протоколов, неказенные ответы.
        -Гав, ненадо это думать, - попросил Саид.
        Морф именно теперь настороженно замер, ощущая себя украя пропасти. Позади обвал, прошлое отрезано иневозвратно. Впереди нет тропы. Полная, исключительная неизвестность. Гав лежал каменный инесмел открыть глаз, чтобы взглянуть взавтрашний идаже сегодняшний день. Он почти потерял Симу. Он предполагал, что для Саида риск огромен - иужасался угрозе нового одиночества. Непосильного.
        -Гав, да что сомной может приключиться дурного, после «Гнилого мешка» срейдами вгруппе разведки итем более после поиска умирающих, - беззаботно отмахнулся Саид. - Если что, ты спасешь меня.
        Слова выговаривались все тише ибыстрее. Собственно, «меня» Саид проглотил, вскакивая ипривычно сгибаясь, чтобы невлепиться макушкой впотолок слишком уж яростно.
        Кое-что уже случилось! Близ габа выходили изпрыжка корабли. Они были совсем рядом, ноеще неворвались впривычное пространство. Саид ощущал прибытие потревоге операторов иособенно - побешено-яркой вспышке ярости Рыга.
        -Боевое накатере? - закричал Саид, вылетая вкоридор итараня стену, готовую лопнуть под ударом локтя.
        -Да, - отозвался Рыг. - Ноя запрещаю.
        -Ха.
        Слово было Симино. Рыг это знал итяжело вздохнул. «Боевое» - так Саид обозначил вооружение своего катера, имперское, снятое или выведенное изштатного режима, едва катер покинул зону «Гнилого мешка», где допускалось применение средств атаки. Едва Рыг очнулся, он лично просмотрел список кораблей. По-мурврски безмятежно игнорируя нерушимые вобычных условиях правила, всхрапывая отпримечаний иуказаний попроцедурам введения особых распорядков, габрал отметил когтем то, что годно кбоевому патрулированию. Внедрил свои данные поверх приказа, чем подтвердил: это его личное решение иего прямая ответственность.
        Сутки назад спецы габа итехсостав рюкла Ошт взялись заисполнение приказа. Где-то вдали негодовал габ-центр, слал гневные депеши иназывал происходящее недопустимой перестраховкой ипозорной паникой. Рыг нечитал политических глупостей. Рыг стойже безмятежностью вскрывал все новые запасы оружия ипревращал габ внечто несусветно милитаризованное. Второй раз он нежелал допускать даже малых повреждений систем Уги итем более - ущерба его населению. Решимость, скакой мурвр строил оборону, выглядела несколько абсурдной даже впонимании Саида. Но, кажется, Рыг оказался прав.
        -Следую за, - чужеродное, узко нацеленное внимание упрямо вклинилось всознание. - Прошу оподстройке.
        Саид скривился идопустил подстройку. Нетак давно он стал виновником гибели одного изоштов: дрюккель неперенес слитности сознаний. Теперь новый рискует головой. Рыг отменил запрет навылет, носнабдил телепата напарником. Спотыкаясь ишипя ругательства намешанине знакомых инеочень наречий, Саид бежал, нырял влокальные портаторы ипрыгал снова вкоридоры, одновременно проверяя состояние пилотского костюма.
        Как-то Сима взялась ему рассказывать идумать фильм озвездных войнах изсвоей земной памяти. Смешной… Вреальности патрулирование почти всегда беспилотное, малые корабли так называемого контактного боя - они исключительно беспилотные. При любых параметрах живучести иреакции природный организм проиграет схватку неприродному, созданному целевым образом для боя. Авот тактическое руководство иобщая оценка ситуации - это заживыми.
        -Временно ввожу тебя встатус рехт, инструкции попробуй только неусвоить кночи, - командно рявкнул Рыг. - Корабли вошли, беспилотники. Разведка империи, габ-центр подтвердил согласие намониторинг зон вдоль разлома. Ноты подежурь.
        Саид сразбега ввалился вкресло исложным жестом подтвердил готовность вывести катер измирного режима вбоевой. Гав пиявкой врос вспину, он азартно пощелкивал ибуквально дублировал позвоночник, улучшая снабжение мозга питанием истрахуя отсторонних влияний. Даже поставил частичный щит сознания, - отметил Саид. Сразу сделалось проще сливаться впарный режим вдрюккелем. Ошт безропотно принял роль ведомого иуверенно, ровно оттягивал излишек данных. Утелепатов тэй корпуса такой режим называется «гашение инерции сознания», он позволяет вбоевых условиях ускорять реакции вразы. Правда, все имеет цену… которая пока неважна. Чтобы империя ни плела оконтроле разлома, кто поверит? Тем более, нетолько близ Уги появились беспилотники, таковы уточненные данные отРыга.
        Время застыло. Тело закаменело вкресле, неспособное успеть засознанием, надежно обездвиженное. Катер сорвался вполет, выстрелил плотную сеть боевых блоков, затем добавил контрольные иразведывательные структуры, мгновенными росчерками пронизывающие пространство.
        Краешком сознания Саид позволил себе улыбнуться: Рыгбы никогда недопустил чужака втактическую группу, он ведь взял насебя всю ответственность иэто его габ! Ноименно Рыг лучше прочих понимает, что возможности телепата куда полнее изначит, польза отнего - больше.
        Дежурство началось. Так парное сознание способно дремать вовзведенном состоянии, дожидаясь угрозы, отодной доли суток идодесяти. Затем нужна смена. Пока тревоги нет, для дежурных внынешнем режиме нет вообще ничего - времени, ощущения тела, лишних мыслей. Только ожидание ивнимание.
        Доля суток отсчиталась. Вторая потекла мимо сознания, допоры незатрагивая дежурную группу.
        Нечто шевельнулось, похожее наэхо или тень мысли. Безмерно далеко. УСимы дома есть сказка околодцах, таких глубоких, что вних днем видна звезда… мысли стерло, будто пыль. Саид включался вактивный режим.
        Опрос контрольных систем еще длился, апространство уже натянулось пузырем, вспухло, лопнуло - ивыплюнуло вявь первый изкораблей, прибывающих без приглашения иоповещения.
        Сознание напряглось, дрюккель очень хорошо принял ивпитал излишек впечатлений, оставив Саиду четкую, отфильтрованную информацию. Накорабле - живые, числом додвух десятков. Пятеро втяжёлом состоянии. Агрессивность низкая, присутствует привкус обречённости, он острый, как кровь напрокушенной губе. Еще упрямое стремление кцели. Кембы ни были прибывшие, они уверены: надо добраться доУги, здесь вих помощи отчаянно нуждаются…
        Боевые блоки прыгнули вперед, принимая корабль взону безопасности. Контроль отметил зону нового напряжения впространстве. Второй корабль вывалился изпрыжка, уфинишного створа распадаясь, рассыпаясь ввеер обломков исполохи энергии. Саид скорректировал поведение защиты, впуская всвою зону ответственности иэтот мертвый корабль, сработавший щитом для первого - чтобы тот всеже добрался доточки назначения.
        Еще одна группа кораблей вышла изпрыжка ровным строем типа куб: восемь образуют «углы», оберегая вовнутренней структуре девятый - управляющий. Саид ощутил контакт исразу его оборвал: прибывших координировала пара телепатов весьма среднего уровня, врежиме дежурства они немогли читать доу, ктомуже пока пребывали вбессознании после прыжка. Ноистаких Саид единым мысленным взглядом снял «отпечаток» дара иопознал имперскую школу мыслеконтроля. Втом, что группа-куб имеет вэкипажах главным образом гуманоидов иболее того, почти все накораблях - истинные люди, невозникло итени сомнений. Агрессивность гостей считалась как высокая, намерения клонились кохранным, никак некатакующим.
        Саид сформировал указание кдеактивации вооружений ипередал гостей введение Рыга. Споверхности габа уже стартовала новая группа боевых блоков. Оборона формировала сферу иуплотняла основную «бронелинзу» втой области, откуда логичная автоматика ожидала появления преследователей. Логика ошибалась, авернее, ее грамотно обошли, подкинув ложный импульс ивыслав перед зонд. Саид ощущал угрозу иначе, чем система дальнего оповещения, сточки зрения тактики тоже счел удар мимо линзы выгодным.
        Блоки перестроились, исполняя сложное вихревое движение, которое еще длилось, когда новые корабли ворвались впространство близУги.
        Подобные призракам вполной маскировке. Тяжёлые, построенные сдвоенным ичуть вытянутым сфероидом. Человеческие сознания нечитались. Чуждое давило надар Саида яростной, холодной агрессией атаки, нацеленной наполное уничтожение преследуемых. Без пощады.
        Вточке выхода изпрыжка корабли приоткрыли защиту, выпуская рой контрольных иатакующих блоков контактного боя. Кембы ни были эти враги, они верили, что пройдут мимо линзы главного оборонительного щита. Ипроиграли ничтожную долю мгновения.
        Возникло ипочти помешало работать желание прищуриться - спасибо, Ошт иэто снял, принял насебя.
        Вхождение боевых блоков впрямой контакт скорпусом кораблей противника нерекомендовано любой тактикой. Можно одномоментно потерять дополовины вооружения, оборона ближнего периметра уничтожит все чуждое, энергии ей хватит. Ноименно при завершении прыжка корабли лишены полной защиты. Надо быть телепатом доу, ктомуже немного двинутым - или почуявшим вдохновение? - чтобы ювелирно точно указать область финишного створа прыжка инемного опередить чужое решение. Зато теперь можно расслабиться исмотреть, как свражеского флагмана контактный удар сдирает обшивку… Самые мелкие иопасные блоки внедряются втело корабля. Вспышка вмозгу - это чудовищным помощности потоком хлынули данные чужих систем контроля.
        Шевельнулось, встрепенулось парное сознание: дрюккель имеет проработки потакому типу контроля. Активирует всё, что надлежит, уж висполнении инструкций он неошибется инаволос!
        Группа кораблей делается ярче. Прорисовывается нафоне тьмы универсума. Сполохами тревожных зарниц вспыхивают все новые боевые блоки врага - самоликвидируются.
        Волна данных отгаба: там наконец зафиксировали происходящее, автоматика Уги включается вработу, сполна оценив ситуацию. Кокон карантина сплетается вокруг вражеского флота. Сполохи гаснут. Протокол ПИН вытягивает изохваченного сектора пространства энергию, счетчики пульсируют, контрольные системы сканируют остаточный потенциал, ведут процесс отисходного максимума доопустошения.
        Можно счесть дежурство завершенным? Саид мысленно прикрыл глаза. Сосредоточился ипрощупал пространство вокруг габа. Простер внимание дальше, еще дальше. Вслушался доострой режущей боли - дар отметил угрозу критического перенапряжения. Тихо. Очень тихо идостоверно спокойно.
        Вдох - пока это приказ, анедействие. Приказ самому себе иподтверждение того, что пора начать слушать невнешнее, авнутреннее - тело. Скоро реакции замедлятся доуровня, совместимого сдвигательными рефлексами. Еще немного. Бережно. Очень бережно. Помнится, первый бой всинхронизации спыром обошёлся Саиду втри сломанных навдохе ребра иожог легкого. Он еще неумел замедляться снадлежащей плавностью.
        Вдох. Сейчас идет постепенное разделение парного сознания: ошт жив иначинает осознавать себя дрюккелем. Ему вдох неважен, ему куда удобнее допустить расслабление зажима жвал.
        Воздух трепещет, начинает втягиваться внос, полабиринту ходов - клегким. Мозг доволен свежей порцией питания. Иотдыхом.
        Саид осторожно сморгнул, сфокусировал зрение ипроконтролировал адекватность оценки реакций, как учил Бмыг. Затем отследил, как движутся потоки данных всовмещенных смозгом системах. Наконец снеистребимым, пусть идетским, любопытством сверился счасами. Чтобы ни утверждала теория, поверить ей неполучается. Да, стимуляция, парность сознаний ичастичное сращивание скатером… Новсеже был бой! Как он весь вместился, спрессовался вничтожнейшие три десятых секунды? Моргнуть, ито сложновато.
        -Чьи корабли, - без интереса выговорил Саид, скорее проверяя восстановление речи, чем задавая вопрос.
        -Санкционирую принудительный стазис для дежурной группы, - рявкнул вместо ответаРыг.
        То есть снова взял насебя больше, че полагается вмирное время. Саид, уже уплывая вбессознание, улыбнулся. Мурвр прав. Мурвры вообще чаще всего - правы… Нагрузка закритическая. Надо компенсировать ее восстановительным отдыхом. Это дешевле, чем шок нервной системы снеопределенными последствиями - отвременного паралича идочастичной потери «быстрой» памяти, ихорошобы только ее, без влияния набазовые знания инавыки.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись2470
        Плоды моей игры вбога весомы иноровят упасть мнеже наголову. Ктобы мог подумать, что сотрудники Интры заэти полвека научатся конкурировать ипродвигаться, ценить статус истроить карьеру так яростно, что осмелятся позариться намое кресло! Я создал их, я дал им ценности имотивы. Разе это естественно - низвергать богов?
        Впрочем, люди умеют непринимать данного. Это мне следовалобы знать наличном опыте.
        После серии покушений я лишился природности натреть. Мало того, что это болезненно, ноэто еще изатратно повремени! Пока я был налечении, контроль заИнтрой начал расшатываться. Заинтригами низших я ощущаю опытную руку, заих нелепой суетой иложью сокрыта мощная фигура.
        Кто он? Пока незнаю. Я создал общество, дал ему идеи инаправил напуть истинный. Почему я неподумал раньше, что создания пойдут далее, затаптывая создателя?
        Теперь, сболью наблюдая протезирование собственного тела, я иначе оцениваю простейшее понятие гуманизма. Это недоминантность идеи. Это, может статься, умение просто видеть, неогранивая себя рамками вседозволенности.
        Определенно, я несдамся. Наличном опыте убедился: всякое общество имеет слабость. Я найду ее иподставлю костыль, чтобы хромота стала постоянной, итогда костыль тоже сделается - постоянным.
        История одиннадцатая. Новое правило буравчика
        Каждый мой поход зазнаниями несет разрушения иразочарования. Когда смогу написать Чаппе, текст будет понятный. «Требую законодательного запрета обучения габла СЖ влюбом ВУЗе, нето стрясется ЧП уровня ХЗ какого!»… Удобно все сокращать надве буквы. Наверное, я привыкаю кУтилю.
        Тут грязновато итемновато. Пахнет неахти. Холодно, если негостить уМакса. Жрачка - навроде струганного пенопласта сзапивкой самым разбавленным квасом, какой есть вовселенной. Ноздесь нет инструкций! Уж я отрываюсь, да. Инет мне укорота. Кажется, свобода напомойке мне милее регламентированной роскоши любого уровня.
        -М-мм, шпашибо! Макс, ты повар отбога, - прожевала я фразу заодно сподобием мяса. Подчистила тарелку корочкой.
        -Избыток энергии незначительный иможет быть сочтен пренебрежимым, - изложил заменитель ответа бравый рал. Отнял уменя тарелку ипередал очередному клону, приставленному насей раз кмойке ичистке. - Уточните суть термина «добавка». Ваша функциональность внорме.
        -Вкусно - понимаешь?
        -Обладаю рецепторами.Да.
        -Добавка - это еще раз круто загрузить рецепторы.
        -Нерационально. Буду думать.
        Всоседней комнате грохнуло, даже нас малость тряхнуло. Шарп все еще вскелетной фазе. Он заполсуток продолбил полы наметр слишним, незарылся подвалы или даже внедра лишь потому, что Макс отдал приказ залить чем-то сверхпрочным комнату под нами, аравно над нами. Рал кразрушению жилища относится ровно так, как икдобавке: держит процесс врамках.
        -Макс, - шепотом позвала Зэйра.
        Незнаю, вчем смысл создания капризного образца блондинки. Носама она верит, что наделена правом распоряжаться ралом. Иных способов выжить усоздания нет, как сказал Макс, он оценивает живучесть Зэйры вшесть единиц, иэто - когда она здорова. Сейчас трешку невытягивает. Жар вроде спал, потеет умеренно. Она позвала рала поимени, едва он открыл дверь. Откуда узнала? Может, она телепатка? Макс незнает. Я тем более. Сама Зэйра недает ответов: она лежит, глаз неоткрывает, иногда просит пить иповторяет это имя. Раскрывает ладонь иждет, пока широкая Максова рука дотронется допальцев. Тогда блондинистое недоразумение успокаивается, несмело улыбается изадремывает минут надесять… чтобы после все начать сначала.
        -Макс, утебя есть план? - спросила я, глядя встену.
        -Непонял.
        -Ну, давай я объясню, что варится вмоей голове. Утиль вне координатных баз габ-системы. Здесь нет пирса итем более постоянного порта. Нет вообще ничего, способного дать контакт сбольшим миром. Это местечко, куда отправляют сбилетом водин конец. Ноя намерена добыть обратный билет. Затем я желаю найти говнюка, заведующего лавочкой ивдумчиво сним побеседовать. Ну, после того, как отвечу себе наряд вопросов. Черт, аряд все длиннее. Поэтому пока что я нерыпаюсь, думаю. Надумав, буду строить план.
        -Как инженерный рал сообщаю однозначно: корабль изместных ресурсов я построить несмогу.
        -Лучше дай вот какую справку, умник. Почему ты непробуешь взять Утиль под контроль. Захватить ЦК, СС, СК ипрочее надве буквы?
        -Обоснуйте постановку задачи. Она лишена смысла.
        -Что нелишено?
        -Обеспечение жизнедеятельности лиц врадиусе ответственности.
        -Макс, я неинженер. Ночую всей пятой точкой: чтобы местные жизне-деятели непередохли, надо совсем вдругой точке пространства, вне Утиля, инкрустировать осиновый кол впечень властных уродов. Улюдей всегда так, Макс. Очень простые свиду вопросы решаются доодури хлопотно.
        Макс принял уклона поднос снапитками ипоставил напол между нами. Жестом указала клону, атот был низкого ранга, может ирядовой, место справа отсебя. Старый лысый тип сел, скрестив ноги. Дождался кивка ивзял ближнюю кружку. Выпил додна, поставил без стука изамер, глядя встену.
        -Подаю запрос, - Макс тоже взял кружку, некоторое время держал навесу ипоставил, несделав глотка. - Вам комфортнее иной формат запроса. Я учитываю это ипрошу изложить: что вы называете простым вопросом? Я обдумал сказанное. Нет вопросов. Соответственно, невыбраны цели. Нет проекта работ иплана исполнения. Верная цепочка причин иследствий?
        -Пожалуй. Авот скажи мне дотого, как я начну отвечать про свои… причины: почему Зэйра очутилась утебя вохраняемых?
        -Она человек. Была обнаружена вграницах моего охранного периметра вкритическом состоянии. Активно добивалась оказания помощи. Имела насущную потребность впомощи, - быстро ответил Макс. Слишком быстро, если я верно понимаю его нарочитую непрошибаемость.
        -А!
        Кажется, этот звук вмоем исполнении однажды взорвет рала изнутри. Тогда Симу оттиснут настене впозе фараона - строго впрофиль. Макс притворяется непрошибаемым, ноэмоции унего есть. Хрен два он сознается, что пожалел Зэйру. Он, пожалуй, непонимает сам того, что случилось. Как непонимает сейчас, почему после «А!» ему захотелось врезать помоему черепу, как покнопке выключения звука.
        -Еще вопрос. Ты добровольно сунулся сюда, хотя был годен кработе. Добавлю: ты создан для большой, серьезной работы. Зачем уходить вУтиль? Это нелогично. Только неначинай про жизнедеятельность группы, ребята исамибы могли дышать иесть, без твоих приказов.
        Макс молчал исмотрел впол. Тишина делалась опаснее скаждым мигом. Дико чесался нос, аглаза так икосили надверь. Только врядли реально убежать отрала иего команды пенсионеров-тимуровцев…
        -Нет ответа. - Выдавил Макс. Выпил залпом содержимое кружки. Долго изучал пустую емкость, зажатую вруке, пока эта нехилая штуковина несмялась под пальцами вбесформенный ком. Тогда рал бережно поставил неспособное стоять напол. Еще помолчал исказал очень серьезно: -А!
        Я сглотнула, закашлялась инашарила свою кружку. Такое, знаетели, надо запивать. Илучше крепким. Где мой милый Павр, где его алко-планеты сгринским газом ипрочими мозговыносителями? Гос-споди, уменя руки дрожат. Я сама затеяла разговор. Теперь придется отвечать честно игораздо сложнее, чем я могу.
        -Боюсь, уменя такие вопросы, Макс, что порядочного дрюккеля отних вырубит насмерть. Ноты недрюккель. Вобщем, станет неуютно, останови меня. После первого вопроса… наверное. Официально все, кто населяет Утиль, несчитаются гражданами. Хотя слово нездешнее исмысла внем для тебя нет. Иначе объясняю. Иначе… Человеку надо что-то сделать, он использует инструмент. Палку-копалку, топор, кружку. Потом он круто умнеет ииспользует Макса, Зэйру, Шарпа. Отличия вас отпалки или кружки очевидны. Нокак установить порог отличия вас отчеловека? Можно утилизировать палку икружку. Даже нужно. Нокак быть справом наутилизацию объектов… иного порядка, вот очем я думаю. Макс, можно утилизировать тебя, Шарпа иЗэйру?
        -Пороговое значение интеллекта, - Макс слушал ипробовал несвихнуться. - Есть четкое определение. Все прописано о… одожитии. Неутилизации. Дожитии!
        -Ха! Тыбы незаикался, еслиб считал это - жизнью. Это утилизация. Попробуй возразить.
        -М-мы функционируем. Условия доп-пустимые.
        Он малость заикался, новцелом держался молодцом. Потому что он точно понимал, что я говорю. Иему было очень страшно. Первый раз вжизни, пожалуй. Я посебе знаю: думать страшно. Многие предпочитают пить, растворяя бляшки холестерина ипятнышки насовести. Другие заготавливают впрок умные слова и, медитируя насвои дипломы, вместо честного думанья наразрыв души создают теории, где смысл закопан вшелуху намеков, как незрелый орех вкожуру навырост. Неважно, дозреетли смысл. Главное - отгородиться. Создать правило, затем процедуру исполнения. Исмотреть вдругую сторону, если идет криво. После можно иподправить. Когда-нибудь.
        -Когда ребенок взрослеет испокойно выбрасывает старую игрушку, он совершает первое преступление против своего детства, - глубокомысленно вздохнула я. - Когда ты мог остаться там иотвернуться отсвоей группы, ты первый раз выбрал мимо логики. Вмоем понимании твой выбор, Макс, сделал тебя человеком. Тут, вУтиле, дофига людей. Тиа умеет любить, бескорыстно. Шарп мудрец икажется, очень похож намоего друга Ваську, самого классного габарита навесь универсум. Интеллект оказался паршивейшим насвете критерием. Ивообще, врядли можно так делить… вообще нельзя безответственно создавать устройства, которые давно уже инеустройства. Тупик глобальный. Макс, я немогу задать себе вопрос так, чтобы начать думать вкакую-то сторону. Пока что я незнаю, что я вижу вУтиле икак кэтому относиться. Ноябы хотела прекратить гадство. Аэто гадство, Макс. Иначе вас непряталибы вмирах без координат.
        -Впоследнем утверждении есть логика, - встрепенулся Макс.
        Всоседней комнате грохнуло особенно звучно. Дверь скрипнула впроеме. Пополу пробежала дрожь. Писк зародился наневыносимо пронзительной ноте - истал нарастать. Глаза лезли изорбит! Затыкание ушей непомогало остаться вуме. Макс вскочил исразу оказался задверью. Я уткнулась лбом впол изавизжала. Рядом всхлипывала Зэйра, я нашла ее руку истала держать… апотом нанас рухнула тишина.Уф.Дотерпели. Мозг - впепел. Вушах покубометру ваты, глаза опухли вглазницах, так мне кажется.
        -Речевые центры внорме. Громкость итембр рекомендую тестировать вне зон скопления гуманоидов, - увещевал набезмерном удалении голос рала.
        -Мудрец, - просипелая.
        Зэйра притихла, затем всхлипнула исказала неизбежное: - Макс!
        Рал вернулся ипослушно вложил широченную ладонь вее пальцы. Постоял, согнутый, глядя наоберегаемый объект ссомнением ипробуя заново обдумать то, что я ему сумбурно наговорила.
        -Шарп, - осторожно позвала я, пробуя сесть. - Ты шептать умеешь, сирена полицейская?
        -Дискомфорт устранен, - бархатным баритоном сообщили совсем рядом. - Дискомфорт! Дисфункция! Дисгармония! Дистония!
        -Словарь на«д» содержит дохрена незнакомых Симе словов, - буркнула я. Обернулась иулыбнулась Шарпу. - Зелёненький, какже я рада стобой поболтать! Иди, обниму. Ты мой лапа, болтливый лапа.
        -Шарп, - звучно представился он. Криво - видимо, движение еще невосстановил - пролетел покомнате, задевая пол илязгая щупальцами постенам, чтобы нетаранить их. - Шарп. Имею имя. Имею напарника. Имею полномочия изону ответственности. Имею собеседника. Сиима? Си-ма. Сима.
        Он резко замер ирухнул боком. Чуть непридавил мою ногу. Несделал попытки подняться ввертикальное положение.
        -Имею сообщение высокой важности. Экстренное, - громче, басом, загудел он. - Наблюдаю всебе следы многократного удаления данных памяти. Наблюдаю намеренный сбой датировки высадки напланету. Наблюдаю врезервной памяти личного пользования запись собственного изготовления. Экстренную! Сберег отстирания.
        -Гений, - похвалила я, глядя наМакса. Он кого угодно починит, вот уж правда, золотые руки.
        -Запись, - неунялся Шарп. - Трижды наблюдал циклическое угасание энергоснабжения. Заугасанием следовала катастрофа. Немогу сформировать отчет. Повреждены данные. Опасность. Срок отначала угасания докатастрофы вычислил. Остаточная длительность безопасного периода неболее ста условных суток. Опасность! Затрудняюсь перевести сутки вобороты планеты. Нет данных понавигации. Нет координатных привязок. Ненаблюдаю средств спасения исистем связи. Опасность!
        -Шарп, мы поняли. Помолчи, мы будем думать. - Попросила я. Снадеждой глянула нарала. - Макс, что поокатастрофе?
        -Логически могу выстроить цепочку сневысокой надежностью. - Сообщил рал. - Снижение подачи энергии может означать отбор части ее для иных нужд. Это либо спасение, либо подача сигнала бедствия, либо…
        -Либо запуск сценария «катастрофа», - я была совсем недовольна тем, что брякнула. - Макс, никто небудет спасать Утиль. Никто, кроме тебя, Шарпа иеще Симы. Как тебе это сточки зрения логики?
        Он промолчал. Сел, взял двумя пальцами изуродованную кружку истал ее выправлять, искря из-под ногтей ихмурясь отусердия. Результат трудов был изучен через полчаса. Малость мятый навид, ногодный для использования.
        -Функционально, - изрек Макс. Глянул нарядового, все это время созерцающего стену. - Жидкость повторно для присутствующих гуманоидов. Половинные порции. Разогреть умеренно.
        Клон вскочил иумчался сподносом, хромая исутулясь. Немолодой он… Ноисполнительный, как ипрежде.
        -Игрушка, - сказал Макс. Повернул голову иглянул наШарпа. - Могу запросить ваш словарь впользование? Игрушка. Так. - Он дождался возвращения клона ивзял кружку, выбрав именно мятую. - Теперь уменя есть вопрос. Нодля постановки задачи мало вводных.
        -Пошли прищучим ЦК, КК, СС ипрочее ЁЁ, - предложила я. - Там киборги-управленцы, уних информация. Уменя допуск. Утебя оружие иопыт.
        -Следует разработать надежный план.
        -Макс, вот сейчас послушай меня исделай, как советую. Да, я неслишком умна, ношкурой чую. Мы сегодня наворотили многовато атипичного. Это пронаблюдают, внесут вотчет. Может ведь быть такое - что застранностями приглядывают? Если я права, завтра станет поздно рыпаться. Берем крепость прямо теперь. Если подороге заметим телеграф или телефон - их тоже берем. Гос-споди, что я горожу?
        -Готовность сто тактов, - вопреки моим страхам, Макс сразу включился ивообще нестал спорить. - Проверить оружие. Порядок следования группы: Шарп головным, Сама вохранном периметре, Макс замыкающий. Прошу задействовать малозаметные формы наблюдения местности. Нуждаюсь вполучении вводных помаршруту ичисленности потенциального противника. Ответственным засостояние базы назначаю рехта три. Программы исследования внешних территорий свернуть. Личный состав вооружить иперевести врежим патрулирования порасписаниюдва.
        Немогла ипредставить, что наразведку собираются так быстро! Я неуспела отдышаться после пламенной речи, аведь уже топаю, навьюченная новым оружием. Впереди воинственно скрипит Шарп. Заспиной беззвучно прет двухметровый Макс. Смешно это или нет, ноя иду наразведку стеми, кого полагаю очень, очень надежными напарниками. Какая я всеже везучая!
        Мы шли наразведку бодро, непрячась инехрустят мозгами вслух натему преград иугроз. Перед входом впортатор Шарп запустил туда стаю симпатичных светлячков, подождал немного ипереместил себя. Я шагнула вкруг слевой, ипоставила правую ногу уже совсем надругую поверхность. Шарп загудел предупреждающе. Заспиной чем-то угрожающе лязгнулрал.
        Втоннеле впереди, плотностью его перекрывая, статуями замерли клоны. Молодые, вооруженные. Спорим, светлячки Шарпа их незасекли, потому что клоны переместились прямо сейчас или вышли из-за угла, где подкарауливали нас? Или ненас, апросто любого любопытствующего. Шарп загудел ниже натон иначал выпускать щупальца. Смотрелось угрожающе. Я прокашлялась ипопробовала проверить одну наивную идею.
        -Требую временно исключить передачу данных домоей идентификации. Серафима Жук. Ут-габрехт. Требую поступить вподчинение.
        Рал уменя заспиной ссомнением вздохнул. Рослый - почти сМакса - совершенно квадратный имилитарист выступил из-за рядов молодых клонов. Прибывший сформировал сферу идентификации имолча прошел вплотную кШарпу. Я зажмурилась исунула руку всферу. Если я права, то еще вгабе Уги клоны отстаивали меня неизвнезапного альтруизма. Они слишком шаблонные для такой фигни… Олер ввел вподчиненные ему структуры экстренный протокол, связанный смоим выживанием. Если так, то меня охраняли вопреки плану розовой Барби, управлявшей захватом габа. Иотправили меня через портатор просто потому, что тупые клоны немогли поставить знак равенства между перемещением исмертью.
        -Идентификация однозначная, - басом сообщил могучий милитарист. - Имею ранг интнор. Вбазе вы значитесь вранге ут-интмайр. Прошу уточнить, как это сочетается сназванным вами рангом погаб классификации?
        -Параллельно, - выдавила я, балдея отмгновенно сделанной карьеры.
        -Поступаю вваше распоряжение только врамках проектов, несвязанных сгаб-системой, - сопоставил факты интнор. - Жду указаний.
        Моя рука вынырнула изсферы идентификации. Пошарила ввоздухе без особого смысла, разыскивая опору встоль внезапных обстоятельствах. Под пальцы вроде сама собой подвернулась ладонь Макса. Он, похоже, безнадежный добряк. Всех лезет спасать… апосле ведь еще надо это свое поведение втиснуть врамки логики. Ну иморока, наверное.
        -Ваш непосредственный начальник, интрал Макс, - сообщила я, вцепившись вширокую руку. - Где киборги, ответственные запланету?
        -Зона СС, белый зал, - отозвался интнор, сэнтузиазмом кивнув понятному для себя существу, достойному начальственного места.
        -Располагаете ресурсами взоне СС? - ровным, как всегда, тоном, уточнил Макс.
        -Да.
        -Немедленно нейтрализовать персонал зоны СС. Отключить системы связи иоповещения. Сюда вызвана моя личная группа. Необходимо оказать полное содействие ссоставлении отчета поситуации навверенной мне планете. Особое внимание уделить энергобалансу. - Макс помолчал, давая новому подчиненному время исполнить первые указания. Я тихо балдела отего способности принимать полномочия, нетратя себя нашок. - Доистечения суток надлежит подать мне справку посоставу подразделений, ресурсам икомпетенциям. Через условные сутки я санкционирую начало полной переписи населения, суказанием текущей функциональности ирасполагаемого запаса навыков изнаний. Это будет ваша прямая ответственность, интнор.
        -Да!
        Незнаю, что закиборги сидят вбелом зале, атолько сразу видно: даже клон им подчиняться был нерад. Я развернулась ивосторженно воззрилась наМакса, запрокинув голову.
        -Ты крут.
        -Росл, - он облогичил комплемент.
        -Макс, аможно ты пойдешь вбелый зал, ая метнусь ипроведаю Тиа, раз мы ни скем неконфликтуем.
        -Ответ отрицательный. При нынешних полномочиях важен запрос поискомому сектору иззоны СС. Вы человек. Вы обязаны принять решения первого приоритета.
        -Ты всегда прав.
        -Сомнительное утверждение.
        Я безнадежно отмахнулась. Шарп втянул лишние щупальца ипоплыл вперед, чиркая пополу. Я вцепилась ввыступ наего корпусе идвинулась, соблюдая прядок вколонне. Интрал, неотводя взора отнового начальства, пристроился взатылок Максу. Так мы миновали пустую зону, вышли наполяну смертвой травой ипресекли ее. Проникли беспрепятственно взону СП изатем СС, если я ничего непутаю вместной властной планировке.
        Белый зал выглядел половинкой яйца, установленной наглянцево-плоское основание. Заогромным овальным столом сидели три типа ссинтетическими лицами образцово умных-добрых-честных гуманоидов. Настоле переливалась, постоянно меняясь, карты наподобие погодной. Валялось несколько разноцветных бляшек. Занятно: язаметила, что каждая бляшка лежала насине-сером участке карты. Вероятно, отмечалаего?
        -Изложите суть их работы, - потребовал Макс.
        -Могу включить контрольную запись, эта комната впостоянной фиксации, - отозвался интрал инемедленно исполнил своеже предложение.
        Карта исчезла. Над столом появилась объемная копия зала. Три киборга сидели натехже местах.
        -Три ксорока, - сказал один ипровернул бляшку впальцах.
        -Принимаю, - буркнул второй.
        -Пять ксорока, - задумчиво предположил третий.
        Первый подсветил точку накарте иметнул бляшку сногтя большого пальца. Хмыкнул: он попал визбранную зону. Там сразу изменился тон, отровного золотистого ксерому сточками, похожими навеснушки. Три киборга ждали. Время шло. Интрал - ему кивнул Макс - повозился снастройками ипромотал ожидание домомента, когда киборги чуть подались вперед: веснушки всерой зоне стали перемещаться, терять яркость, гаснуть.
        -Пять ксорока, - изрек первый киборг. - Вы правы, коллега. Ходваш.
        Я сглотнула сухим горлом. Эти уроды играли! Очень нехочу понимать, начто именно. Уменя куча подозрений, все неприятные. Макс прошел ивстал уконтрольного узла, велел интралу приступить ксоставлению отчета иудалил иззала всех клонов. Шарп натужно взвыл, поднялся ввоздух изавис над столом, выпустив три щупальца икаждым обвив горло киборга.
        -Уточняю суть увиденного вами, - выговорил Макс. - Взоне планетарного города, соответствующей точке падения контрольного диска насхему, полностью отключилась подача энергии. Это позволило простейшим считать зону открытой. Если я верно интерпретирую данные, фраза «три ксорока» означает прогноз смертности обитателей при атаке простейших, нацеленных напополнение энергозапаса. - Макс посмотрела меня вглаза. - Вы истинный человек. Как я ипредполагал, требуется ваше оперативное решение. Данные объекты, - он указал толстым пальцем накиборгов, - природны посвоему мозгу. Их полномочия напланете абсолютны. Права покинуть планету уних нет, корабля, согласно имеющимся данным, нет. Связи свнешним миром нет, если несчитать таковой периодически возбуждаемый вызов извне, поддерживаемый также извне.
        Некоторое время вбелом зале было тихо. Белая-белая Сима тупо смотрела натрех выродков. Подумать только! Буквально дней десять назад… точно нескажу, уменя вголове нет понимания времени, оно сплюснулось всплошные полосы икляксы событий, наползающих одно надругое. Ивсеже дней десять, наверное, назад, впрежней жизни ут-габрехта, некая Сима Жук твердила сухмылкой: небуду браться заоружие, накой мне это? Да я самая мирная вмире, нестану я уродов гнобить, мне оно накой? Тут, добавляла наивная навсю голову Сима, благостный взрослый универсум.Тут…
        -Макс, - очнулась я ивздрогнула отвнезапного холода. - Макс, проверь точки отключений. Мое место проживания итвое. Иплан выкосов назавтра.
        -Место приписки УГ, - уточнил Макс, снова невыказав признаков неуравновешенности. - Отключение прошло час назад. Обнаружил план потенциально нестабильных зон. Область моей ответственности всводке фигурирует ипредназначена котключению втечение суток. Вы правы, Сима. Атипичное поведение наконтроле.
        Я сползла напол изадохнулась. Прямо вижу, как копошащееся войско простейших наползает настарую нянюшку, уже неспособную ходить. Наее бумажные цветочки идурацкие совочки… Аей итак холодно. Я ушла инепопросила Макса забрать Тиа вболее спокойное, теплое место. Какже теперь все это пережить-то? Чего стоит моя дурацкая эмпатия, неспособная выручить добрейшее ислабейшее создание наУтиле?
        -Там уцелели контрольные узлы, - вклинился вшум отчаяния голос Макса, такой ровный, что мне захотелось убить рала. - Ищу доступные подключения… Даю картинку.
        Смотреть мне было - хуже пытки. Черт его знает, почему я немогла отвернуться, новедь именно так. Я смотрела, каменея отжути. Тем более полной, что я ровно ничего непонимала. Тусклые коридоры. Пустые пеналы-жилища. Ни единого обитателя. Никаких следов разгрома или сопротивления атаке простейших. Ни клока одежды, ни обрывка.
        Камеры переключались все быстрее искоро изображения замелькали втемпе, превышающем мои возможности, пока Макс ненашел то, что стоило внимания. Я пискнула. Макс сказал «А!», стыренное уменяже для выражения того, что неподдается логике.
        Няня Тиа лежала насвоем месте, внише устены. Она казалась бледнее обычного иговорила очень тихо. Ей было холодно. Очень холодно.
        -Цветочки надо укоренять, - шептали складчатые губы, ия едва могла разобрать слова. - Вот так. Молодец. Давай я тебя еще похвалю. Надо искать добрые семена. Рыхлить почву. Увас получится. Мир, деточки, весь цветной.
        -Да врубиже отопление, изувер дылдоидный, - зашипела я. Рука бестолково трогала пол. Холодный, кстати. Может, потому я ибормотала: - Одеяло надо. Очем я думала? Уменя костюм! Она совсем замерзла, могу одолжить. Совсем отдать,ага.
        Зубы клацали. Отжути назатылке дыбом вставали мелкие волоски - я инезнала, что они есть итакие жёсткие… Няня Тиа лежала, блаженно улыбаясь. Ковер простейших кипел, плотнее иплотнее забивая комнату. Вовсе свои глаза - или это антенны? - жукоподобные создания пялились наняню. Они копошились вдесятки, сотни слоев, образуя причудливый рельеф голодной колонии. Тварюшки цеплялись одна заодну, соединяясь внити, сплетаясь вканаты. Они свисали сполотка языками неживого, ноподвижного мха… Роились суматошными вихрями - инеприближались кгодному впищу беловому источнику энергии, продолжая глазеть. Они шелестели так тихо, что я могла разобрать шёпот Тиа. Усамого лежака, вплотную круке няни, бегали довольно крупные паукоподобные. Ощупывали поочередно совочки, бумажные цветы, обрывки ленточек. Замирали - иначинали ощупывание заново.
        -Макс, я немогу смотреть наэто, - призналась я, прекратив бестолковые бормотания ипрочую панику. - Только не… так. Мыже ничего неуспеем. Я понимаю, асмотреть немогу.
        -Угрозы нет, - сообщил рал быстро, соживлением. - Сима, уточняю: ненаблюдаю агрессии. Наоборот, колония прилагает усилия квосстановлению комфортных условий обитания, хотя это потребует миграции прочь изобжитого сектора. Мне непонятна причина происходящего. Ноя готов свысокой вероятностью утверждать: они воспринимают данный объект невкачестве пищи. Судя попоказаниям датчиков, температура растет. Сейчас начнется миграция навнешние стены.
        Я кивнула, ощущая головокружение, прямо как отшампанского. Мне было одурительно хорошо. Я понимала, что улыбаюсь широко инелепо. Что сейчас скорчу рожу ипокажу киборгам язык. Пришлось прикусить губу, спасая статус ут-интамйра отпоругания. Гос-споди, как мерзко знать, что уменя полно подчиненных ичто они, возможно, наменя пялятся. Оценивают. Анализируют.
        -Высылаю группу, - сообщил Макс, когда рой простейших сгинул изпомещения. - Тиа доставят впериметр моей исходной ответственности. Там более комфортные условия.
        -Спасибо.
        Я встала, потопталась, разминая ноги ипробуя сбалансировать мысли вгудящей голове. Утиль - удивительный мир. Сволочи те, кто отсылает сюда совершенно разнородные создания. Нокакже эти сволочи сами себя наказывают! Упускают то, ради чего внаучном секторе готовы передраться. Оказывается, тут возникают новые связи иотношения. Кто, кроме меня иМакса, знает, что няни - симбионты простейших? Что они способны восстановить управляемость колоний, которые полчаса назад казались мне подлежащими неизбежному уничтожению…
        Мысли всторону, пусть издумают умные. Однажды найдется время идля таких. Даже здесь, пожалуй. Я профилактически встряхнулась.
        -Шарп! Можешь вскрыть киборгов? Хочу наблюдать мозг без защиты.
        Шарп нестал тратить время наответ. Он исполнил указание, причем быстрее, чем я договорила пояснение. Головы киборгов распахнулись наподобие надкрылий жуков. Лоб оставался целиковым, залинией роста волос отошли вверх-вбок дольки защитных кожухов, правая илевая. Незнаю, таковли мой мозг, знать нехочу. Навид штуковина серо-розовая, противнейшая… Я сглотнула иподошла, рассматривая содержимое черепушки ближнего киборга. Извилины, извилины… Вся масса пульсирует. Тончайшие нити надстроек внедряются вмозг. Я подвинула тяжелую квадратную емкость сбляшками - ну, теми, которые вигре метили зоны под вымирание.
        -Прошу внимательно выслушать изаписать. Абсурдно это или нет, ноя осознаю свои слова иготова заних отвечать. Я, Серафима Жук, убеждена втом, что убийцы способны краскаянию. Жена, спьяну грохнувшая мужа утюгом, способна осознать преступление. Идиот зарулем протрезвеет иоднажды поймет, что убил пешеходов исто раз себяже проклянет и… тем накажет хуже суда. Туча случаев есть, они указывают: время способно довести дораскаяния. Время стоит давать, чтобы люди поняли свое скотство иснова стать людьми. Ноя убеждена, что особы подвид людей - чиновники - необладают даром раскаяния. Уменя дома они тырят деньги устариков, зная, что убивают. Иим хорошо жить. Они воруют лекарства удетей изнают, что убивают. Иим сладко спится. Так что счиновниками надо поступать, как ссамолетами. Выдирать отработавшую дрянь доаварии. Профилактически.
        Я подняла неудобную квадратную емкость ишарахнула ею всередину мозга. Брызги - ужас как противно. Ноя знала заранее истаралась, чтобы непромазать инепередумать. Киборг дернулся иобмяк. Два уцелевшие тоже дернулись - изамерли, Шарп держал их надежнее спрута. Имне непомешал!
        -Два временно уцелевшие объекта, - сглотнув кровь изпрокушенной щеки истараясь сохранить ровный тон, выговорила я, проклиная пудовый язык ичерноту перед глазами. - Если интрал планеты неполучит ответы, какие ему нужны, я повторю такое действие. Приговор неподлежит обжалованию. Санкция науничтожение населения карается размозжением. Так сказала я, ут-интмайр Сима. Итак будет.
        -Записано, - сообщил Макс.
        -Шарп! Изыми мозги иубери тела киборгов вуголок. Ненадо тратить время наохрану недоносков. Макс, ты можешь общаться сих мозгами? Шарп наладит такой процесс?
        -Да, - проскрипел Шарп.
        Мне вруки оказался втиснут пук платков. Собственно, получив их изманипулятора Шарпа, я осознала, что стою, тяжело дышу итру замаранные пальцы. Недавно я стреляла вклонов. Мне казалось, это правильно. Ноя убивала союзников. Сейчас я поступила еще хуже. Это мне будет сниться иотравлять жизнь. Ноя это сделала иневижу врешении ошибки. Я слепая дикарка? Пусть так. Кровь прекрасно оттирается платком.
        -Шарп! Зона подключения дохлого чмо неповреждена? Я перебрала, устраивая средневековую разборку напоказ. Стоило быть… дальновиднее.
        -Ответ положительный, зона подключения впорядке, - отрапортовал мой драгоценный напарник, пропылесосив черепную коробку доблеска. - Выявил монтажную инструкцию. Готов содействовать монтажу.
        -Бери тушу итащи влогово Макса, - попросилая.
        Шарп без труда принял вес киборга «наборт» иумчался, чиркая пополу корпусом, новцелом двигаясь более уверенно, чем утром. Если тогда было утро. Если кошмарный день способен закончиться иуступить место иному. Апока что я сотвращением изучаю свои руки. Они недрожат. Это особенно мерзко. Аесли я привыкаю? Аесли кэтому можно привыкнуть совсем?
        -Макс, если я свихнусь, начну подбрасывать монетки иотрубать сектора ототопления, ты сплющишь мне голову?
        -Буду думать, - обнадежил рал. - Запись делает законом ваше разовое действие, исполненное всостоянии, близком каффекту. Ваш статус распространяет действие закона навас.
        -Аффекту… всловаре Шарпа вычитал? Значит, закон для всех один. Спасибо, мне полегчало.
        -Прошу вас отбыть вточку базирования, - Макс помолчал, даже глаза прикрыл. - Словарь дает понятие - домой. Вас устроит? Прошу отбыть домой. Выделяю для охраны иисполнения поручений двух клонов нового набора, ранг нор, помоим оценкам такой ранг будет комфортен для вас вобщении более, чем иные, ниже. Прошу поприбытии отдыхать сполной самоотдачей. Увас наблюдаются признаки переутомления.
        -Я впорядке. - Соврала я иизобразила улыбку. - Макс, я ни черта невыучила винституте умностей. Нозапомнила одну штуковину, она развлекала меня. Правило буравчика. Если вращать почасовой стрелке, он ввинчивается. Смешно… Знаешь, почему я здесь? Я круче буравчика. Олер, гад, ввернул меня вговно напол-оборота. Иотпустил. Ноя небуравчик иззакона физики. Я буду вворачиваться дальше сама, икудабы некрутили Олеры, мне уже пофиг. Я буду вворачиваться так глубоко, как смогу.
        -Интересное правило. Я знаю его. Интересное исключение относительно людей, - медленно выговорилрал.
        Я кивнула ипобрела. Вкоридоре ждали сопровождающие. Надуше было хуже, чем впомойном ведре годичной невыносимости… Я додумалась доотвратительного ответа, опустив тяжесть вмозг чиновного урода.
        Олер незнал, что я встречу Шарпа. Олер немог предсказать Макса, шикарного сверх всякой меры, несовместимого сУтилем.
        Олер сунул меня сюда, чтобы я умерла впланетарной катастрофе ивыжила вопреки природе людей. Он чудовищно безжалостный управленец, этот гадский Олер. Он хотел шокировать меня так, чтобы я никогда, никогда несогласилась прервать расследование, для которого меня выбрали помимо моей воли. Я размозжила мозг чиновного урода? Ха. Я вообще-то мечтала грохнуть Олера. Ну, накрайняк Игиолфа, его шефа. Меньшее для буравчика поимени Сима - невариант…
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись2510
        История людей включает уникальные личности, ярчайшие, незатмеваемые временем. Когда мы начали искать активнее ипроверять их окружение, мы вышли напервый солидный пласт потенциальных заказов. Мы создали собеседников. Это огромный успех идаже более того, прорыв.
        Одиночество - часть каждодневной реальности для большого числа социальных моделей вуниверсуме. Проблему решали разными способами, предложенный нами аморален втерминах нынешней вселенной, нотут важно грамотно подать идею ивовремя умолчать одеталях, прикрыв их кстати подправленными законами.
        Усобеседников есть разум, свобода воли идуша, которую всегда упоминают последователи учения кэф? Пусть так. Ночто, если мы понизим интеллект дотридцати, чуть корректируя систему учета этого весьма сложного параметра. Мы создадим легенду опроблемах вродной звездной системе, назовем изнеитогом производственного процесса, ачастично природной расой ивозьмем насебя роль посредника вделе поиска нового дома, всего лишь посредника. Акогда небольшие недомолвки станут слишком заметны, это уже небудет важно.
        Так я решил иэто оказалось верно. Потребность говорить иполучать отклик оказалась сильнее щепетильности. Удобство вподборе личного собеседника изряда вариантов изамены его нанового непривели квопросу: откуда мы берем типовых «беженцев».
        Это успех».
        История двенадцатая. Кое-что овирусах
        Гав бродил постолу, заглядывая влица ивздыхая, менял оттенки серого. Изредка покончикам волосков темно-бурым проявлялось раздражение: Гав ценил влюдях умение позитивно смотреть намир. Ксожалению, сейчас вблизи невыявить годных взглядов. Саид ивовсе миром неинтересовался, второй час кряду лежал неподвижно, плотно прикрыв веки. Он даже непросил отгородить себя отшума толпы. Слишком занят ретроформированием памяти.
        Голова кголове сСаидом лежал вкапсуле восстановления пилот разрушенного корабля. Емубы полагалось героически умереть при отражении безнадежного удара самым диким извозможных методов - подставившись под огонь. Ноэмпаты типа про успевают заметить самую малую лазейку вполной безнадеге. Этот вовремя взрыва портировал себя наспасаемый корабль вместе спилотским креслом, что врежиме прыжка удается проделать прицельно, без разрушения сложных структур, вдвух-трех случаях насотню попыток.
        -Мы настроились, - неуверенно пообещала Яхгль. - Покой иприятие.
        Какже! Обман ипреувеличение, Гав это отметил дрожанием хвоста - ажалостливо потерся обруку идянки. Откуда ей-то почерпнуть покой? Но - надо. Саид давно принимает данные поврежденного мозга, он устал инуждается вразгрузке, вопоре назнакомых инадежных. Идяне - их теперь наподдержке телепата двое - станут такой опорой, вдобавок попытаться восстановить связи ивернуть визвилины то, что изних «просыпалось» - так назвал работу Рыг. Он сам замер удверей имрачно давит взглядом врачей. Потому что врачи неверят вненаучные методы Иды. Зато вспособностях Рыга убеждены сполна…
        -Я нащупал главное, расправил исориентировал. Теперь пойдет вполном формате, - выдохнул Саид. - Удачно беру, хотя давность зашкаливает… Номозг немертвый, я вытяну. Неторопясь. Запись?
        -Мр-ряу, - пообещалГав.
        Ему, морфу, доверено контролировать общее внимание иподстраивать запись. Он ведь ислова понимает, ипотоки сознаний ловит, ивсех присутствующих более или менее знает, это важно.
        -Начальная точка формирования событийного пласта, оттуда идет срыв всознании, - шепнул Саид, презрительно кривя губы. - Запрос навстречу отнезнакомого гуманоида. Получен пооткрытому каналу. Частный… Пустышка.
        -Пустышка, - презрительно кривя губы, процедил Билли Уэйн, еще недавно габнор срасширенными полномочиями, сейчас - обладатель временного статуса ут-габрала. Урожденный землянин. Уволен изармии США взвании капрала. Принят вгаб-систему взвании рядового - габбера. Сейчас он отдыхает. Свет приглушен, настроение тоже.
        Билли чует всебе невнятную, тянущую жилы маяту. Такую удобно списать наскуку: вмалый габ-порт он попал прямиком изкошмарного Зу сего модными показами ишопоголиками. Перевелся достаточно давно, чтобы наладить службу, перезнакомиться сколлегами, изучить территорию, выстроить маршруты наслучай внезапных угроз, пристрелять доработанный сувенирный калаш, присланный Иглем. Обдумать надосуге, что воружии есть отисходника кроме сленгового названия инесколько искажённой формы корпуса. Еще пристрелять. Глубже изучить территорию. Снова обойти закоулки, сервисные ярусы… Набросать план инспекций нацикл вперед. Провести три учебных тревоги: больше недопустил местный габрал. Увы, он брыг, авовсе немурвр или там -пыр.
        -Чертов идеалист, - проворчал Билли ипоморщился. - Пыра мне подавай инеменьше. Вовляпался!
        Тяжелый вздох. Ещебы! Он неожидал того, вочто сразгону вляпался. Он дозубовного скрежета ненавидел габ Зу иприлепленный кнему многопланетный мир торгашей, пышно изукрашенный ложными посулами иприманчивыми рекламами. Он жаждал отдохнуть, затем взяться заучебу исиловые тренировки… ипопал посвоемуже выбору втоскливейшее болото вселенной. Игль предупреждал: габ Зу - местечко безумное, новеселое. Сима, эта русская, тоже неодобрила перевод. Русская… ктобы ее заподозрил спервого взгляда? - аведь психованная навсю голову, да иприцельную стрельбу освоила всчитанные недели. Так вот, Сима твердила: скука доканывает злее сборища отморозков изГрибовидной туманности. Увы, Билли осознал доводы, нопредпочел всех послать иупереться. Он высчитал, что отсюда через цикл сможет перейти вгаб-центр, там он доучится, подаст рапорт Чаппе, надавит наИгля, вытрясет рекомендации избрыгов - истать первым вистории универсума американцем вранге габрала. Сможет управлять системой безопасности габа! Уроженцев невзрослых миров непроизводят вгабралы? Это недоказано. Нобудет опровергнуто! Билли скривился еще кислее.
        -Пустышка, - повторил он, заново просматривая текст.
        Незнакомый гуманоид просил овстрече поличному делу. Скорее всего, желал проконсультироваться пошвартовке корабля нештатных параметров. Или хуже, истратил окислитель инамеревается униженно просить вдолг, напирая нагуманизм исвои связи вгаб-центре, авдуше надеясь нанаивность человека издиких миров забарьером. Похожий фокус уже два раза пробовали провернуть. Мошенничество несвойственно взрослым расам. Но, сдругой стороны, вбольшом галактическом стаде уж одна-то паршивая овца найдется. Только ее вылавливание ивоспитание неразвеет скуки.
        Изучив свое кислющее настроение при помощи зеркала, Билли хмыкнул: вот дочего доводит отсутствие возможности прыгать спарашютом! Он нетелепат, нооказывается, иему нужна разгрузка. Сейчасбы свысоты пятнадцати кэ-мэ… После вторичной развертки онбы мог без маски сдвадцатки прыгнуть. Почти сорбиты! Внизу синяя Земля, родная страна, формой напоминающая сердце, хотя эта русская шиза твердит - Америка походит нажелудок.
        -Чертовы мечты, - вздохнул Билли.
        Стало проще надеть выражение непрошибаемого покоя. Добрать солидность, чуть выпятив челюсть. Еще раз полюбоваться калашом, спрятанным впрозрачный сейф типа «витрина». Ивыдвинуться надежурство.
        Грузовой габ-порт Офх заусловные сутки переваливает изодной дыры пространства вдругую массы, превышающие суммарный потенциал Солнечной системы вкупе снеизученными еще ее объектами. Увы, современный грузовик наборту неимеет водителя, экспедитора идаже киборга контроля. Он полноавтономный. Движется врежимах, закритических для живого. Длина его прыжков чудовищна. Надежность сканирования груза поприбытии иотправке железнее самого железа. Перевозки контролируют хрясы, фанатики, полагающие инструкции погрузоперевозке - молитвами… Акто возразит? Говорят, запоследние пять сотен лет хрясы нетеряли ималую посылочку…
        Из-за хрясского фанатизма дежурство ут-габрала - это метание тигра поклетке. Он голоден додел, адел-то нет. Нет инепредвидится.
        -Учи тактику, Билли, - сказал себе ут-габрал, стоя напороге итоскливо изучая коридор.
        Совздохом он сдался слабости, воровато огляделся - никого. Вернулся вкаюту, добыл изсейфа калаш, спрятал под куртку изашагал покоридору быстро, почти весело. Если любимую игрушку разобрать исобрать еще раз пять, время потянется медом, анезастынет янтарем…
        Час спустя Билли сидел вкабинете наконтрольном ярусе илюбовно полировал калаш. Изредка отрывал взгляд отматового псевдометалла, чтобы полюбоваться крупными, внатуральную величину, объемными иллюзиями «харлеев», расставленных виллюзорном гараже. Щурясь ипоглаживая калаш, Билли предвкушал, как доломает нервы несгибаемого сун тэя иполучит заневедомую услугу настоящее двухколесное сокровище. Как пригласит коварного Игля, вызвонит непоседу Симу, бесцеремонно свяжется ссамими Оггой ипотребует выдать напару дней славного парня Тиля, пусть он сто раз дрюккель ивоеннообязанный, инаособом счету. Еще пошлет запрос двум толковым пырам-инженерам. Итому щуплому подслеповатому старику мурвру. Следует заказать банкет, сафары посодействуют. Сесть заобщий стол, поднапрячься… Атака силой вдюжину мозгов продавит любой тупик. Харлей будет похож наисходник. Но, конечно, он обязан работать по-новому.
        -Хотябы локально портироваться, - мечтал Билли, помечая набудущее функционал так называемого мотоцикла. - Полет, это обязательно. Что еще? Что еще… вотже дерьмо! Откудабы,а?
        Нехотя, почти через силу он вслушался вощущение - инесчел его ложным. Огляделся. Кивнул, окончательно признавая: запашок донимает ненашутку. Как он знает еще поземному опыту, для Билли Вэйна, сильного про-эмпата, так пахнет неупомянутый вслух продукт жизнедеятельности, апризрак грядущей беды. Поэтому время сборки калаша вдвое хуже среднего показателя заминувшую долю цикла. Он даже уронил деталь!
        -Окей, дерьмо, давно невляпывались, - оживился Билли.
        Отложил калаш, погасил имитацию мотогаража. Вырастил второй стул изакинул ноги наего спинку, посвистывая ищурясь наматовое, зеленоватые стены. Ткнул пальцем ввоздух, жестом формируя запрос.
        -Игль?
        -Это дежурный посектору. Ваш запрос…
        -Вали, дежурный. Я тебя понял. Непоявлялся,да?
        Билли отключил канал, обрезая ненужный ответ. Подумал, составил другу Иглю послание изодного слова - «дерьмо». Отправил, несомневаясь спонимании намека. Снова прикрыл глаза ипринялся просеивать данные поличным контактам игабу вцелом, звучно принюхиваясь. Состороны смотрелосьбы дико, найдись хоть один зритель.
        -Окей, - развеселился Билли, когда запах усилился. - Непустышка?
        Именно отпослания незнакомого гуманоида несло вовсю. Довстречи оставалось два часа. Исходя излогики, гость мог прибыть наодном изтрех пассажирских кораблей или намалой яхте. Если он уже находится вгабе, все итого занятнее - значит, нелегал.
        Билли зевнул, удобнее устроился вкресле. Состороны казалось, что ут-габнор спит напосту. НоБилли вовсю работал. Конечно, такое вдва часа непровернуть. Новсеже…
        Сдав пост сменщику иотчитавшись, Билли покинул кабинет заполчаса довстречи инаправился обычным маршрутом - обедать. Именно заедой он планировал повидать незнакомца. Вернее, он принял без возражений чужой план. Итеперь шагал, просматривая снова иснова сведения озоне питания гуманоидов, осервисных коридорах, оработе систем экстренного оповещения.
        Хозяином обеденного зала был человек. Готовил он божественно, хотя внешностью скорее напоминал грешника - жирноватый, снезначительным косоглазием ипривычкой фальшиво, неподелу улыбаться.
        Запах мешал думать оеде. Чертов запах так давно ненавещал, что отего мощи мутило. Между тем, благополучие габа выглядело образцовым, исеять панику напустом месте Билли нежелал. Вдруг его просто решил отравить жирный хряк изчисла стажёров, дважды обозванный хряком вслух? Предположение нелепое ля взрослого мира, где гробить сослуживцев непринято,0такие патологии сознания выявляются икорректируются вранней стадии. Ивсеже… итогда это частный запах частного дела одного ут-габнора.
        Вот иобеденный зал. Варке входа Билли споткнулся, сподозрением изучил носок своего левого берца. Габ-форма непредусматривает обуви типа берцев, ноБилли настоял. Даже шнуровка должного вида иудобства, для дополнительной фиксации сустава. Протектор вточности армейский.
        Нога нежелала делать ни полшага вперед. Поэтому оставалось изучать берц ипритворяться идиотом, доведенным скукой доодури служакой. Игльбы поверил, сам Игль… Ведь внастрое Билли небыло икапли тревоги. Он тихо блаженствовал, ощущая себя старой мортирой, которую внезапная революций добыла напару дней измузейного заточения. Внедрах полутёмного зала кто-то малозаметный встал имахнул рукой. Приветствует иобозначает себя? Билли закончил инспектировать обувь. Разогнулся, начал переводить взгляд, чтобы оценить беду влицо. Воняло несуществующим дерьмом дорези вглазах. Руки сами делали то, что надлежало.
        -Водка, - сказал Билли, вродебы разыскивая взглядом хозяина заведения. Подумал идобавил: - Дважды водка, Окей!
        Угроза натянулась четко выверенными линиями. Собраны все параметры, важные для ее устранения: дистанция доэпицентра запаха, число посторонних, потенциально способных попасть взону поражения. Общая оценка врага. Гуманоид. То есть оба таковы, причем второй вне поля зрения ион - смертоносен!
        -Царская, - добавил Билли ипогладил спуск.
        Этот вид поражающего воздействия встроен лишь вего калаш. Окислитель контролируемо распылялся вактивной фазе там, где укажет эмпатия. Повторому слову приказа задействовался активатор. Исейчас…
        Вполутемном зале дико истрашно заорали надва голоса. Билли буркнул «снайперские», добил ближнего врага выстрелом влоб. Метнулся вглубь зала, пробуя достать второго. При живучести свыше тридцати единиц ожог кожи, даже глубокий - короткий шок, анесмерть. Если времени хватит…
        Ржавым ножом всознание вошла чужая воля, вспарывая все слои приватности, как гнилую ветошь. Билли зарычал, перевел оружие врежим напалма изадействовал все средства защиты костюма, какие невключил прежде. Он сам был теперь вцентре огненного шторма. Он катался ивыл, сходя сума отболи даже под опущенным лицевым щитком. Боль была союзником: она позволял остаться собой.
        Когда худшее схлынуло, Билли немного полежал, копя силы. Кое-как заставил себя сесть. Зал полнился едким дымом. Надрывались сирены габ-системы, опознав пожар иугрозу жизни. Рядом, втрех метрах, лежал навзничь рослый гуманоид. Вероятно, он ивызвал навстречу… Билли остервенело протер лицевой щиток. Выругался старательно, грязно исчувством. Он ни черта невидел наверняка. Он очень хотелбы незамечать итого, что посильно. Тем более неделать выводов… которые все - преждевременны искоропалительны. Вот только труп без лица, как ни тормози себя вдомыслах, вылитый Билли Вэйн. Второй номер, так сказать. Дохлый номер!
        -Дерьмо, - резюмировал впечатления Билли.
        То есть указал, что история непахнет розами даже теперь. Жив конструктор неведомого плана: тот, кто слепил инаправил сюда подделку. Цел исмог улизнуть кукловод - тот, кто привел копию иноровил влезть вмозг Билли-оригинала исмять волю, оставаясь вне опознания.
        -Думай, Билли. Логика невредна, окей? Давай, промни вмозгу пару новых извилин.
        Билли ощупал голову, словно пальцами можно заложить взудящую кожу складки поумнения. Запах отходов ослабел, нонеиссяк. Сделался фоном. Постоянным, неимеющим направления.
        -Тебя пасут, как скотину, - поморщился Билли. - Ты, похоже, ценная скотина, мистер Вэйн.
        Это означало несомненно: вкаюту вернуться нельзя. Насвязь выходить нежелательно. Оповещать оподозрениях габариуса или рано, или поздно… Ктомуже попадать под расследование пока неудобно. Уйдет время, развеются следы. Стрельба без предупреждения станет предметом пристального внимания, вытеснив зарамки рассмотрения саму причину такого поведения. Это если ему позволят выжить идавать показания. Второй изгостей, посетивших обеденный зал, врядли готов быть упомянутым вскандале, пусть икосвенно.
        Изучение магазина сокислителем показало: остатка хватит напару-тройку снайперских выстрелов. Придуманный последним режим «водка» выжрал слишком много ресурсов.
        -Прошу разрешения наинспекционный облет габа, - ровным тоном сказала Билли автоматике.
        Получил подтверждение уже находу, ныряя вчерный ход. Быстро инеособенно ловко состряпал маршрут облета. Запросил данные попроисшествиям вгабе. Пожара истрельбы всписках новых событий незначилось. Прочтя это, Билли сорвался встремительный бег. Получил подтверждение готовности личной «Стрелы» квылету. Втиснулся вузкий, как щель, люк. Пристегнуться - два движения. Задать цель - это можно инаугад, лишьбы неособенно далеко. Изпрыжка надо выйти всознании, спотерей неболее пяти секунд надезориентацию. Теперь запрет изменений. Строгий, чтобы исам немог отказаться, идаже большой босс Чаппа неперебил приоритет. Тикает отсчет. Досрыва впрыжок - девять секунд. Много? Или он заплыл жирком покоя, научился паниковать?Или…
        Ут-габрал Уэйн нацелили внимание систем напирс рядом сличной «Стрелой». Дрогнул веком, недоуменно осознав - это что, нервныйтик?
        Попирсу, чуть шаркая иопираясь наизящную трость, шагала пожилая женщина. Билли «брал» ее всем существом эмпата, щурясь ивпитывая так много, как может добротная губка. Женщина почему-то казалась похожей научительницу изАлабамы, миссис Браун. Билли вспомнил себя восьмилетним пацаном, которым вшколе гордились всего раз… тогда. Семья часто переезжала из-за работы отца. Школу он непомнил, свое место вклассе тоже, как иребят-соседей. Номиссис Браун сее улыбкой - мягкой, озаряющей мелкие морщинки углаз гордостью заученика, способного непросто ответить урок, нои…
        Изглаз брызнули первосортные искры, тело спружинило ирухнуло вкресло. Билли выругался, недоуменно озираясь. Оказывается, он отстегнулся откресла ирванулся встать врост! Онбы иклюку пошел, непонимая движения, номеста так мало, что это невозможно. Ивсеже сидеть он невсилах. Он так инесказал тогда миссис Браун, он ведь долженбыл…
        Спортивная одноместная игла-лодка ушла впрыжок. Билли утратил возможность держать восприятие картинки спирса. Последнее, что он ощутил - перемену влице женщины, вдруг утратившей всякое сходство смиссис Браун. Эта тварь мгновенно поняла свою ошибку. Она была вхолодном гневе иискала решение так ловко, быстро… Ее взгляд летел вслед лодке, как снаряд синтеллектуальным наведением. Ни прыжок, ни иные хитрости, непомогут надолго опередить подобного врага.
        Мир мигнул, врезал поушам звуком «бу-бум!» - отметив завершение прыжка, обосновав прирост головной боли.
        -Игль, ты настоящий друг, - прохрипел Билли, дотянулся исорвал ограничитель. - Я еще нехотел брать… выпендривался. Зачем мне спортивная лодка, если нет руля, двух колес, логотипа скрылышками ихромировки.
        Лодку пригнал Игль, лично. Пришвартовал упирса, зафрахтованного для особых нужд империи надесять циклов вперед. Билли, сотрудник габ-системы, неимел доступа напирс. НоИгль выделил «обходной» код ипрописал всистеме лодки капитаном.
        -Империя, габ-центр, Симка сосвежей дурью вбашке, пыры… - Билли перечислял варианты, пока нехмыкнул, выбрав. Ввел курс. - Сунься туда, сука!
        Лодка загудела, укуталась вискристый энергококон. Сверхдальний для суденышка прыжок… Билли прикрыл глаза, сжал зубы истал ждать удара, звука ивкуса крови ворту. Он ненавидел прыжки вмалых кораблях. Точнее, несовершенный организм землянина был категорически против, иэто злило.
        Боль. Мерцание сознания… Легкие горят. Вбашке плещется вываренный доразмягчения мозг, он вроде медузы инегоден думать.
        -Требуем отключения всех систем. Требуем идентификации иперехода встазис. Требуем… - защелкало, заныло вушах стремительно,зло.
        -Ут-габрал Вэйн, - едва ворочая языком, представился Билли. - Приглашен рюклом законников стариться вваших планетах именять подгузники вашим малышам, парни. Прошу допустить натренировку повыносу дерьма. Передайте высочайшему Огге. Только ему! Я приглашен Оггой лично. Учтите это дотого, как заквиппуете дело насмерть.
        Вуниверсуме наступила тишина. Медленно, трудно возвращалось зрение. Билли моргал итер слезящиеся глаза. Время тянулось, как пытка. Вокруг ничтожной соринки лодки «налипал» ком активного противодействия. Безупречный порядок галактики Дрюккель способен потрясти ивдохновить любого, кто имеет военную косточку вхарактере. Отловили напряжение поля еще впрыжке. Оценили без ошибки зону финиша. Выслали мощный рюкл силовиков иуже выстроили полномасштабный контур наблюдения ипассивизации. Неимеющим аналога улюдей техническим устройством восстановили параметры пространства так, что сгинула без следа остаточная рябь прыжка - след его. Для загадочной интриганки, смотревшей взатылок законной добыче, все потеряно: Билли сдался внушению, уже был вруках - ивдруг растворился, как щепоть соли вморской волне…
        -Билли, привет. Правда ты! Ну наконец-то, я так устал молчать, - зарокотал знакомый бас. - Билли, ты что, нарываешься накомплемент? Так я скажу. Ты нестар. Нестар, ничуть. Ты рано прибыл, ноэто здорово.
        -Привет, Тиль, - улыбка возникла сама. - Как условия содержания, преступный?
        -Кормят так, что могу поделиться, - рявкнул приятель сновым энтузиазмом. - Билли, мы, дрюккели, нетолстеем, ты знал? Боюсь, я могу стать исключением. Тебе испечь блинчики? Я прочел три сотни книг покулинарии Земли. Семнадцать языков инаречий, я так люблю отстраивать переводческие правила… Или тебе сделать суси? Мраморное мясо необещаю, унас нет коров. Сартишоками таже беда, Билли. Вообще меня ограничивает то, что надо заменять буквально все продукты,все.
        Каждое бестолковое, пустое слово трепа было лекарством. Бас приятеля Тиля выдавливал, выметал изсознания скованность. Влияние «миссис Браун» тускнело, нехотя отпускало жертву. Билли уже мог вставлять реплики. Через полчаса он хохотал дослез, советовал изчего можно соорудить «какбы оливковое» масло метолом холодного отжима отпола… Все вмире снова стало замечательно. Тиль, уникальный дрюккель, считающий себя человеком ивсю жизнь отдавший охране высшего управляющего состава империи людей, иповозвращении вгалактику Дрюккель остался собой. Воином, шутником иумницей. Правда, он обзавелся хобби идаже, как сам он утверждал, скроил передник стремя рядами завязок под пары лап. Он изготовил семь моделей котлов иплит, апрямо теперь трудится над созданием кулинарной микроволновки… Тиль то возникал, то пропадал избеседы, чтобы минут через десять снова взреветь басом, способным сотрясти крошечную лодку. Ивнезапно пропасть. Корабль-планета, жилище великого телепата расы инсектов - Огги, двигался поиному, чем улюдей принято, алгоритму: частыми, ритмичными пульсациями.
        Минуло два часа - заэто время Билли покинул лодку, подвергся тотальному досмотру исогорчением проследил, как его суденышко ликвидируют. Направах нейтрала изгаб-системы он сам подписал акт обустранении корабля-нарушителя границы. Удрюккелей любые неожиданности всчитанные мгновения оказываются «накрыты» плотной сетью инструкций ипротоколов. Это их сила - иих слабость. Впрочем, слабость вданном случае весьма условная: Огга законник, глава рюкла инепререкаемый авторитет. Он движется сюда. Он принял ксведению слова нарушителя границы изначит, любые инструкции пока что трактуют сам факт нарушения, как допустимый. Нениже планки фир, которая гарантирует выживание.
        Явление планеты Огги изпрыжка Билли наблюдал, сидя внеудобном, надрюккеля рассчитанном, кресле малого боевого катера. Източки впустоте, блеском привлекшей внимание, раздулся безмерно огромный шар, темный, нотеплый для ощущения эмпата. Билли улыбнулся, охотно отсылая приязнь величайшему телепату обозримого универсума…
        -Блокировка, - скрипнув зубами, выдохнул Саид. - Непробить. Немогу вообще ничего, сам Огга ставил! Обойти, чтобы читать сознание дальше, ито неполучается.
        -Ты устал, отключайся, - посоветовала Яхгль. - Мы собрали его память доблока, активировали, дальше он сам восстановится. Датируй время, если получится. Завтра сновыми силами попробуем развернуть, если неочнется.
        -Огга присылал мне приглашение, - гордо сообщил Саид, нащупал Гава ипогладил поспине. - Долю цикла назад, всего-то. Ноя сперва был набоевых, затем чуть неумер, апосле такое началось… ну, ты знаешь.
        -Ты - это кто изнас? - поинтересовался мягкий, довольно низкий голос усамогоуха.
        -Все, - отмахнулся Саид. Хмыкнул. - Я нелепый телепат. Вроде должен всех читать исам быть загадкой… ахожу, как прозрачный. Буквально все обо мне знают больше, чем сам я могу вспомнить. Вы знаете, какимбы я стал однажды, сохрани я данную при клонировании андрогинность. Я читаю ввас, нообретаю несуть, атолько головокружение. Нельзя подсмотреть то, отчего отказался… или телепаты вас, полноценных симпатов, неберут?
        -Мы несклонны создавать смертельный вред для неготовых, пусть они любознательны иобладают даром, - прошелестел тотже голос. - Неназывай нас полноценными, что затермин? Мы стволовые. Таково самоназвание. Полноценен любой, кто неиссушает душу. Ты готов котделению. Открой глаза ибудь снами, вгабе Уги. Всегодняшнемдне.
        Саид послушно открыл глаза. Мозг поупирался, полагая себя принадлежащим человеку Земли Билли, готовому поповоду ибез брякнуть «вот дерьмо». Выпив воды иеще раз погладив Гава, Саид справился счужой привычкой, вымел ее изподсознания.
        -Какбы мне неподцепить эмпатию, - пожаловался он. - Кошмарненько, такбы сказала Сима. Кшуму вголове добавится ложное ощущение дурного запаха, неснимаемое ничем. Бр-рр.
        Потолок светлый, солнечного тона. При взгляде вего лучащийся покой проще поверить, что худшее неслучится. Тьюить неостанется калекой. Билли выйдет изкомы. Симка найдется живая-здоровая… Война неразразится впредгрозовом, помрачневшем всчитанные дни, универсуме.
        -Как он добрался отОгги квам? - спросил Саид, снова глядя впотолок.
        -Это было мгновенное решение, он эмпат, - сказал тотже голос возле уха. - Он эмпат, Огга - доу. Неможем знать, что объединяет человека ипервого дрюккеля рюкла законников, ноони выработали общее спонтанное решение. Билли был выдан катер, нам было отправлено послание. Прежде Ида неимела прямого контакта сгалактикой Дрюккель, мы для упорядоченности слишком иные. Нас предпочитали незамечать, то есть изучать бесконтактно. НоОгга сказал: надо оберегать Иду. Билли стал, вероятно, посредником впервом контакте. Мы невсе знаем. Он сразу повыходу изпрыжка сбросил нам послание Огги, приватное, неподлежащее передаче поканалам связи. Нас просили прибыть иизучить живых впострадавшем габе. Огга назвал то, что ощутил всознании Билли, эмо-симпатическим кодированием, или шаж-вирусом. Еще он гарантировал безопасность Иды. Мы поверили. Это лучше, чем такиеже гарантии состороны империи, более похоже нажесточайшую изоляцию. Мы здесь. НоБилли это стоило дороже, чем мы могли ожидать. Нас стали нагонять отвторого прыжка. Казалось, что отследить наш полет несмогут, мы приняли решение без задержки, тотже Огга полагал, это
даст нам безопасный зазор времени для перелета. Мы так инесмогли понять, что противник. Ида неимеет военных кораблей. Это вне нашего понимания мира.
        Саид виновато вздохнул. Он втом бою, длившемся доли секунды, принял решение взрывать боевые блоки впрямом контакте собшивкой атакующего корабля. Он был прав: уцелели обитатели Иды, прикрытые отодного удара боевым катером Билли - иоказавшиеся без защиты отследующего усамого борта габа. Решение верное. Нобоевые блоки разнесли впыль жилой отсек. Окислитель среагировал? Собственное оружие, готовое кудару? Кто теперь скажет… разве эксперты, ноим работы - намногие дни, ато ициклы. Известно лишь, что корабль выглядел, как новый проект империи, заказанный насторонних верфях. Ичто наборту небыло людей: таково мнение телепатов имперского флота, преследовавших агрессора. Оно совпадает смнением самого Саида. Хорошобы, такого единомыслия было довольно для убеждения остальных встревоженных рас. Но -увы…
        Еще позавчера люди были частью сообщества разумных. Казалось, что нетерпимость красе невозможна, что общие ценности, как иобщий язык, найдены ипозволяют решать любые осложнения переговорами.
        Нолюди попали под подозрение. Они замешаны внарушении нейтрального статуса габ-системы: все, кто впяти ныне выявленных проблемных габ-портах открыл доступ вторжению, были «истинными люди». Все, кто вкачестве пассажиров покинул пострадавшие габы иунес ссобой так называемый шаж-вирус - понятие трое суток назад официально изложено дрюккелями - тоже люди. Кто был заражен - снова люди.
        Клоны, атаковавшие габы, созданы изгенного материала людей. Взятые вплен грисхши утверждают, что наняты для охраны габов, авовсе несцелью их уничтожения - иснова нанимателями якобы являются люди!
        Сосвоей стороны люди, впервую очередь империя, крупнейшее их сообщество - убедительно для себя ииных гуманоидов доказывают факт подтасовки данных. Требуют экспертизы документов, накоторые ссылаются грисхши. Настаивают, что клонов создал некто, им неведомый. Ведь установить принадлежность этих существ неудается.
        Империя объявила высокую готовность для экипажей крейсеров классов спятого повторой, пока невыводя изрежима спячки лишь самое чудовищное поразмеру иубойной силе, что унее есть - первый класс игруппу «нова», окоторой известно мало что кроме названия…
        Дрюккели маркировали свои границы иплотно их контролируют. Все гуманоиды получают отказ вправе напосещение, статус посла или даже члена имрериума недает поблажек. Огга сохранил для своего гостя - Билли Уэйна - право визита. НоБилли пока между жизнью исмертью, иэто снова насовести людей, так полагают вгалактике Дрюккель.
        Пыры молчат. Это для них обычное дело, сейчас пыры структурируются всообщество нового, подходящего кобстоятельствам, типа.
        Сафары подписали соглашение сбрыгами, что они делают всякий раз, почуяв внешнюю угрозу. Пространства обеих составляющих расы закрыты для посторонних.
        Габ-система свела кминимуму перемещение разумных ипроводит полную проверку грузов всвоем ведении. Ведь подразделения клонов поступили впять портов именно как груз, «белковое сырье общего назначения», так они значатся вдокументах…
        Хрясы, эти фанатики иадепты надежной доставки, всей расой молятся исверяют транспортные документы - что вих понимании почти одно итоже.
        Все неверят всем. Себе самим, кажется, тоже. Посредники сбились сног, лап ихвостов - укого что есть - нопока неспособны преодолеть первую реакцию наагрессию. Шок взрослых рас оказался сильнее, чем сами они могли ожидать. Внешнего врага принялибы проще. Новрага нет! Есть ложь, давно забытое иочень человеческое дело - глобальная, чудовищная помасштабам ложь, которая уже фактом своего появления обвиняет именно людей. Гуманоидов, пообщему мнению вчерашнего дня, слишком много всистемах габов ипрочих структурах общего пользования. Аих агрессивность, это свойство молодой расы…
        -Рыг, если я хочу тебе выломать рог, я агрессор? - невесело пошутил Саид.
        -Пошли, проверим, - оживился габрал. - Сам чую, надо поработать головой… ватаке. Я устал отбюрократии. Я составил сегодня сорок отчетов ивизировал три сотни справок ипримечаний кприложениям. Именно поэтому мы, мурвры, самая мирная раса универсума. Бой - это да, это дело. Новойна всовременной вселенной состоит изпересылки документов. Только так. Я готов сдаться, лишьбы мы вернулись кработе.
        -Я тоже готов. Кому, вот вопрос.
        -Ика, вы склонны кучастию вспаррингах? Или как там… ты склонно?
        -Мы будем рады наблюдать, - улыбнулось создание, ккоторому пока вгабе никто ненашел верного обращения. Само оно обращалось ксебе навы, полагая себя сдвоенным. - Мы ценим эмоции вчистом виде. Редко удается выделить.
        -Выделим, когда я засажу рог втелепачью печень, - прорычалРыг.
        Гав воинственно взвыл, прыжком занял голову Саида исвернулся вподобие рогатого шлема. Рыг прочертил копытом длинную полосу наполу, стойком кцарапинам, фыркнул ипомчался прочь. Саид уважительно перемахнул царапину иустремился следом. Ика беззвучно мчалось заними, используя преимущества ног идян, безупречных вбеге ипрыжке.
        Ика - глава небольшой группы обитателей закрытой для всех планеты, которую поодним сведениям угнетает итретирует империя, аподругим - таже империя оберегает, как ценнейшее свое сокровище. Ика - единственное создание, способное сполной надежностью ибез сложных тестов, мгновенно, выявить носителей шаж-вируса идаже исцелить их порабощенное, затемненное сознание. Ика, которое пока так инесмогло объяснить суть вируса: ведь оно оперирует терминами, незнакомыми универсуму ипринадлежит ккультуре, новой для большого мира.
        Ика имеет светлую, слегка загорелую кожу. Его рост определить сложно: ноги позволяют приседать ивытягиваться, оставаясь глаза вглаза ссобеседником, будь то невысокий круш или рослый мурвр. УИки шоколадные волосы крупными волнами, доплеч. Сами плечи для женщины широковаты, для мужчины - слишком легки. Шея крепкая, новроде ине«силовая». Лицо сприятными чертами, носложное для взгляда. Саид себя сто раз ловил натом, что вкаждой черточке ищет женственность или мужественность, анаходит… безликость. Хотя это неверно инечестно, Ика обладает своеобразным обаянием ияркой, интересной индивидуальностью. Иеще эта седина прядями. Ему идет. Женщинабы удалила… Саид скривился ивыбросил изголовы мысли, грозящие новым приступом недоумения.
        Рыг прыжком вломился втренировочный зал, чиркнув рогами подверному косяку. Саид влетел, исполняя кувырок, сразу уходя влево-вниз. Умение мурвров мгновенно менять направление движения известно. Их атака собоих копыт, мгновенно срубающая лобную долю мозга - тоже.
        Ика призраком промчалось изаняло безопасное зрительское место навершине колонны, увешанной примитивным оружием. Оно сидело, широко расставив знаменитые идянские колени, щурило темные крупные глаза, перебирало гибкими длинными пальцами волосы - иблаженствовало, наблюдая переливы ярких, простых эмоций боя. Честного боя, где нет жажды убить, ноесть стремление кпобеде, игра молодой силы изрелого опыта.
        Ика смотрело, мешая Саиду, принимающему сознанием иэту картинку: поле силы Ики, заполнящее зал - переливчатое, сине-лиловое совсполохами голубого, искрами белизны изолота. Ика наблюдало многие мантии ислои поля Рыга, танцующие вместе сним - алые, рыжие, ослепительные. Ика синтересом всматривалось втелепата, горящего темиже тонамибоя.
        Саид пропустил удар копыта вживот, улетел всумерки полуобморока, отлежался устены, пробуя перетерпеть боль иизвернуться, отползти дотого, как наспину рухнет яростно рычащий, почти победивший, мурвр… Подсознание наконец освободилось отследов эмпатии, коварные удары Рыга уже непредварялись волной дурного запаха, да изрение Ики будто отключилось.
        Когда Рыг получил перевес всемь ударов, Саид вскинул руку, запрашивая перерыв.
        -Сдаешься, - огорчился мурвр, роняя хлопья пены ивстряхиваясь.
        -Вызов, отБмыга, - выдохнул Саид инедовольно отметил: он подустал. - Слушаю!
        -Ты вроде живой доодури, как мне иобещано, - тихо, как-то напряженно, поинтересовался Бмыг. - Всетак?
        -Да… то есть… - дышать иговорить было сложновато. Саид начал злиться насебя, загнанного Рыгом довзмыленности иодышки. - Прости, я непозвонил. Тут такое… я все время вчьих-то больных мозгах аж поуши.Я…
        -Сима написала мне, знаю, - более спокойно выговорил Бмыг. - Собственно, я нехотел отвлекать. Просто скажи, как добралась Гюль? Я, наверное, совсем размяк всемейной жизни. Начинаю выдумывать нелепое, стоит ей нашаг выдвинуться из-за моей спины.
        -Куда добралась? - холодея имешком сползая напол, ужаснулся Саид, хотя точно знал ответ.
        -Так, - медленнее выдавил Бмыг. Помолчал идобавил посуществу: - Она улетела квам двадцать семь долей суток назад, стартовала изгаба втрех прыжках отУги, мы там гостили. Унее новый катер - ну, ты знаешь, спортивный, скучей навигаторских наворотов… я рассчитал прибытие как состоявшееся две доли суток назад ижду ее звонка.
        Саид быстро обернулся кРыгу: он включил разговор наобщее прослушивание сразу после тихого «так»…
        -Небыло даже запроса напричальное место или уведомления омаршруте, - нехотя признал Рыг. - Сима унас… гры-мм… немогла она послать сообщение.
        -Та-ак, - протянул Бмыг, отмечая понимание недосказанного. - Рыг, прими мой запрос наприбытие. Через сутки. Быстрее неполучится. Я наслышан обурлении вмире. Нопри чем тут моя беременная жена?
        -Она обладает уровнем телепатии, близким кдоу? - поинтересовалось Ика. - Она урожденно мы, как имы?
        -Вцелом да, - вслух предположилРыг.
        -Живучесть?
        -Сорок восемь навчерашний день, беременность унее приращивает показатель, итак уже третью долю цикла, - пояснил Бмыг. Было слышно, как он что-то пакует, смахивает созвоном ишелестом. - Я отбываю. Ждите. Готовьте внятное объяснение повсему, что увас вдомыслах. Конец связи.
        Саид встал, кошачьим движением прянул вверх поколонне, цепляясь закрюки искобы для оружия. Сел напротив Ики, впервые разрешив себе прямо глянуть вглаза существу, жутковатому своей непостижимостью.
        Ика выглядело человеком. Лет тридцати-сорока. Оно пугало иочаровывало своими темными глазами, неимеющими дна инеотпускающими взгляд. Признаки пола едва угадывались под полуприлегающим костюмом пилотского типа. Хорошо проработанные грудные мышцы смотрелисьбы также. Если неискать намеренно… Аесли искать, то Рыг куда рельефнее.
        Захотелось отказаться отзрения, лгущего, мешающего быть беспристрастным. Новедь есть еще ипамять! Саид скрипнул зубами. Он прекрасно знал, что родился такимже. Что впервый месяц самоосознания имел всебе двойственность, икогда внешнее донимало особенно сильно, он нырял вэту двойственность, как враковину, смыкая створки иотрицая весь универсум вне личного «мы». Еслибы неСима, еслибы неГюль… Дознакомства сними безымянное «мы» будущего Саида находило все больше причин невыныривать вовнешний мир. Никогда невыныривать.
        Носидящее напротив существо было такойже ракушкой, составленной издвух створок - сторон личности. Ионо находило всебе силы несмыкать створки. Оно смотрело вмир, несчастный всвоей извечной непарности. Оно было внутренне гармонично инаполнено покоем - истаралось изо всех сил нежалеть тех, кто оторван отвторой «створки» единого «мы». Кто неполон отрождения. Кто несчастен вовеки вечные… Ика даже смирилось свыбором Саида, отказавшегося отполноты, ноИка находило такое решение ввысшей мере гнусным, аморальным, низменным. Ивсеже неотворачивалось.
        -Что вы знаете? - выдавил Саид, упрямо открывая глаза иглядя наИку.
        -Те изнас, кто выбирает управление иными, анесобою, - тихо ипо-прежнему мягко пояснило Ика, - они бесплодны. Они берут умира. Берут увсех, усвоего нерожденного ребенка вособенности. Они, исходно двуполые изначит содержащие всебе зародыш идеальной семьи, немогут себя продолжить. Это их величайшая жажда ивеличайший ущерб. Кара заотступничество, данная природой. Нопри живучести всорок, алучше сорок пять единиц, внешнее создание, подчиненное им, возможно, выгорит достаточно медленно, успеет выносить. Учти: они хотят нерадости дарования жизни. Они жаждут продолжения себя. Именно себя вовеки вечные. Без перемен иобновлений, создаваемых смертью, то есть сменой поколений.
        -Все атаки нагабы, ложь иполитика только ширма для похищения Гюль? Что забред! - рявкнулРыг.
        -Есть цели сознания ицели подспудья. Есть лидеры конфликта иих команды, силы влияния исоюзники. Есть цели логики иесть жажда тьмы неосознанного, - прошелестело Ика. - Мы пока невидим цели логики внынешнем конфликте. Логика для Иды сложна. Номы понимаем, что есть такие цели, они связаны слюдьми, сих ролью вмире. Сейчас, благодаря сообщению вашего друга, мы осознали жажду одного иззачинателей конфликта, идянина. Внем нет логики. Это отступник, он ищет продления для себя. Вероятно, он стар. Вероятно, заним огромный опыт, отступники редко выживают визоляции так долго… Мы будем размышлять.
        Саид спрыгнул сколонны, выбрав для опоры плечо Рыга. Некоторое время стоял, глядя вего рыжие бешеные глаза. Отдыхал вих ярости отпокоя Ики, невозмутимого инечеловечного.
        -Гульку никому недам уродовать, - мрачно пообещал он. - Только я могу выносить ей мозг родственными разборками. Толькоя!
        -Разделение «мы» надвойное «я» неизбежно создает полярность, включающую притяжение иотторжение, - прошелестело свершины колонны.
        Саид прикрыл глаза, стараясь погасить гнев. Беспричинный. Невиновато ведь это… Ика, что оно философски спокойно. Оно налицо - человек, апосути чуждее дрюккеля. Как поверить, что оно приходится родителем Яхгль? Толи дедом, толи бабом, толи как еще сказать… Впрочем, оно много кому родитель, вмире Иды стволовые андрогины всем живущем нечужие - их мало иони воистину основа цивилизации.
        -Начинаю сновой силой уважать Яхгль заее умение сбежать отвас, уважаемое Ика, - громко сказал Саид.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись2520
        Интра работает вусловиях искаженных допредела понятий конкуренции. Мы вынуждены создавать продукт, который досвоего появления небыл нужен, апосле должен стать жизненно необходим. Мы возвращаем каждой расе, каждой локальной цивилизации, кусочек «детства», вчем-то противоречащий взрослому взгляду намир ипотому тем более ценный.
        Нокак дать необходимое темже пырам, авлияние наних крайне значимо для нас. Пыры ненуждаются ни вчем! Выйдя вбольшой универсум, они уже имели единый центр координации деяний расы. Этот центр постепенно сформировал планетарные комплексы свысоким, авернее почти безграничным, потенциалом модернизации. Комплексы самодостаточны ипроизводят все то, что может потребоваться. Вних лишь загружают свежие открытия, предварительно сведенные отфундаментального уровня кприкладному. Финальная технология отстраивается систематиками комплексов. Врасе пыров всегда найдется один-два процента инженеров, жаждущих работать неустанно иполучающих удовольствие отпроцесса. Так что Интре нечего предложить пырам. Итут ключевой момент - именно взрослость расы. Пыры нежелают брать излишек. Они осознанно отрицают избыток комфорта или автоматизации, ведь вих понимании «изнежился» - одно изстрашнейших оскорблений!
        Иладнобы пыры одни отстроили себе автономные системы снабжения. Ноиные расы идут посхожему пути, освобождая время исознание для задач, никак несвязанных снынешними возможностями Интры.
        Сафары всю жизнь совершенствуют кулинарные рецепты иполучают подлинную радость, лишь угощая.
        Камаррги, коих упомянуть жутко, заинтересованы только впримитивном оружии, используемом врегулярных ритуальных войнах смурврами итурнирах заправо возглавить клан.
        Хрясы нуждаются разве что вмолельных ковриках, они живучи инеприхотливы докрайности, авести сними дела сложно иопасно: всякое подозрение вфальши может стать поводом кобвинению вханноненавистничестве. Атам идорезни недалеко, история помнит, начто они способны всвоем фанатизме.
        Остается радоваться, что люди куда уязвимее. Люди ценят комфорт, охотно изнеживаются иготовы приложить огромные усилия, чтобы… неприлагать усилий. Значит, я сооружу для людей костыль, искоро они разучатся ходить без опоры наИнтру.
        История тринадцатая. Гений всмятку
        Восне было темно. Может, там тоже экономили энергию? Неудобно. Некто, для меня очень важный, бережно гладил поспине, ия млела, кошка-кошкой. Еще щурилась. Понятьбы, пока драгоценное подсознание готово кобщению: акто мне всерьез дорог? Тай, онже Тэй, нечеловек, хотя выглядит неотличимо имы сним… унас приятные общие воспоминания. Инеобщие тоже. Я много раз заэтот год думала онем. Нет, недумала. Кожа недумает. Сбоящее некстати сердце недумает. Я заметила его первого поприбытии вуниверсум. Заметила потому, что учуяла незримую связь. Ниточке давнобы пора порваться, истереться, авон - никак… Меня гладят втемноте, я млею и… таю. Начинаю ворочаться, сопеть, щупать одеяло ипробовать дотянуться через плечо досвоей спины… Доего руки?
        Мне надо дотянуться. Мне надо понять, почему я таю, анащеке слезинка иона - горечь. Что изменилось, что мне мешает раскрывать душу вответ навнимание? Ведь было иначе. Я еще помню, как это - иначе… иуже немогу ощутить. Тянусь, тянусь… хочу снова втепло. Отусердия впотягушечках я проснулась. Бодрая, голодная вовсех смыслах. Сейчасбы спарринг сРыгом. Хоть слевой удар, хоть справой, всяко дурь вылетает нараз. Акогда мурвр приседает перед прыжком ичуть подбирает копыта… ну, жуткое дело. Я ставлю рекорды скорости накороткие дистанции,ага.
        -Ыыы, умру без завтрака, - трипсовым детенышем занылая.
        -Порция разогрета, - отрапортовал клон.
        Потону, несодержащему ничего кроме дисциплины, клон опознается куда надежнее, чем повнешности. Открываю глаза. Наблюдаю старого рядового изкоманды Макса. Оттер моих провожатых. Молодец. УМакса ипростенькие клоны - первый сорт. Упертые.
        -Шарп?
        -Функционирую надве трети потенциала, - без задержки отчитался напарник. - Делал пробный вылет встратосферу. Снял данные погазовому составу итемпературным инверсиям. Вел поиск спутников изондов. Запустил сеть дальней разведки планетарной системы. Макс приказал: искать корабли. Искать станции слежения. Искать портаторы ииные неприродные объекты.
        -Макс такой. Он прикажет так прикажет, - зевнула я, села ипокачала головой, взбалтывая мысли. Клон принес завтрак. Я схряпала подобие гамбургера, выпила подобие супа изатем воду. Вкусно. Жаль, добавку просить бесполезно. Я облизнулась иограничилась малым: - Спасибо. Максгде?
        -Собрал взоне СП всех, кто имеет или получил статус ут-интнор ивыше. Проводит опрос иформирует понимание состояния попланете. - Рявкнул старый клон изатих, сгорбился вуголке.
        -Ага. Ага… тогда ладно. Шарп, тащи тушу киборга. Щас мы его обмозгуем.
        Шарп умчался. Я осмотрелась, заметила мозг изтемного сектора, тот самый, склеймом «перед прочтением выжечь», но - свежеотполированный. Добыла его изполки. Промеряла пальцами, прикидывая, крупнеели мозг того, какой я размозжила вчера? Вроде, именно так - крупнее. Упс… Отнедоумения меня спас Шарп, он как раз вернулся, приволок иуложил напол тело. Черепная коробка по-прежнему пуста иоткрыта. Спервого взгляда ясно: новый мозг туда невлезет. Я искривила рот истарательно нагнала налоб морщинки. Ум непророс, ноШарп меня понял. Вдва движения выломал волосатую снаружи крышку черепа. Врубил нащупальце горелку-пилилку иобновил контур головы так, чтобы отразъема назатылке идолба было все свободно. Мозг при примерке нановое место сразу стал похож наполированную суперкепку.
        -Наблюдаю запрет наинициацию. Изучаю инструкции. Справка: запрет можно обойти через внедрение ДНК-контроля отгаб-поручителя, - пояснил Шарп, умудрившись несказать ничего внятного. Понял идобавил: - Маркирую подсветкой заборник крови. Соединение мозга иконтактного гнезда пройдет вее среде. Это наделит пробужденный мозг некоторыми чертами личности поручителя. Позволит поручителю мысленным приказом разрушить мозг при обнаружении угрозы отего функционирования.
        -Могу икарандашницей обойтись, как вчера выяснилось, - брякнула я изакашлялась.
        Вспоминать, как я плющила чиновника, было противно. Так что я отмела бэ-у мысли иприступила кновым глупостям. Совместила руку скольцевым зажимом. Эх, судьба моя видно такова: сдавать кровь всяким преступным элементам ибрать их напоруки. Была история сДэем, теперь вот итого хуже, я жалею несущество, амозг. Может, зря? Ноупрямство так иорет: незря! Я или оглохла отора, или упрямство эмпатически право.
        Вмензурку набралось граммов пятьдесят кровушки. Кольцо соскочило сзапястья. След отвскрытия вены остался, малость болит. Я самолично взяла мозг - тяжелый он - иприладила поместу. Вчиновном затылке хрястнуло, зажужжало… Мозг дернулся владонях исоскрипом сел намертво. Или наживо?
        -Черт, егобы обездвижить, - сообразила я, умная задним своим умом.
        -Сделано, - утешил Шарп.
        Тело киборга завибрировало пальцами, отбивая дробь пополу. Несколько раз сунулось лицом вподнос собедом. Зря, я уже все выела ивылизала. Голодный киборг судорожно перебрал ногами, изображая «велосипедик» - изатих. Шарп перевернул тело кепкой вниз, лицом вверх.
        -Меня понимаем? Говорить можем? - спросила я, чтобы немолчать, носойти заумную.
        -Да.Да.
        -Меня зови Сима. Представься. Изложи краткую биографию.
        -Вдесятичном счете я три-семь-два-семь-три-ноль-ноль-ноль…
        -Стоп. Это может оказаться длинно. Ты доктор?
        -Да. Допустимое толкование базового профиля.
        -Имя Ливси устроит? Это я надеюсь, что ты весельчак инезлодей… н-да. Проехали.
        -Ливси. Устроит, - полицу пробежала судорога, плавно ибез жутких гримас переросшая вдовольно милую улыбку. - Биографией нерасполагаю. Биологичен лишь вплане мозга. Создан неизвестным мне научным центром. Являюсь, как сам я установил, незаконной копией мозга видного ученого. Его память неуцелела. Носледы я ловлю вповеденческих иречевых стереотипах. Он был оптимист.Да.Он был. Я, Ливси, создан вцелях эксперимента. Был допущен кработе сбольными. Диагностика, терапия, оперирование, волновая коррекция, психокоррекция, нейро…
        -Это будет долго, стоп. Вцелом я поняла, что посильно. Причина изоляции?
        -Находился накорабле автоматического типа. Провел дистанционную коррекцию разумного, одушевленного. Диагноз: крайняя форма подавленной агрессивности, потенциал развития досерийного преступника, оценка вероятности - максимум. Факт коррекции выявили габ-служащие. Я необладал полномочиями ибыл признан виновным впревышении… всего.
        -Ага. Это они умеют. Атипичник что сказал?
        -Неприсутствовал.
        -Красавчик. Егобы иизолировать, а? Давно ты… хранишься?
        -Полагаю весьма верной оценку срока впять десятков циклов. Нобыли отключения, аналог - потеря сознания. Длительность вне моего понимания.
        -Авот скажи: кровь, кислород ипрочее тебе надо? Какже ты хранился?
        -Имею встроенную систему, остаточный срок автономности - пятьсот циклов.
        -Солидно. Скажи еще: вы все хранились… это скучно?
        -Это невыносимо, - полицу прошла судорога, смявшая улыбку. НоЛивси справился изасиял оптимизмом. - Мы постепенно меняемся, приспосабливаемся. Часть изнас имеет потенциальные, исходно неразвитые ресурсы для налаживания обмена данными и… бесед. Последние десять циклов было неплохо. Я узнал много нового потеме систем планетарного обогрева. Усвоил семь негуманоидных наречий. Выучил справочникипо…
        -Это ты молодец. Прости, что перебиваю. Понятие мораль тебе что-то говорит? Ты врач, должен поидее знать онепричинении вреда ивсе такое.
        -Обладаю пониманием законов габ-структуры. Согласен сними. После двадцати циклов размышлений согласен вцелом сприговором себе.
        -Неубий там, неукради, непожелай… хотя про жен явно лишнее.
        -Непричинение вреда жизни, мировоззрению иимуществу, - подумав, шире улыбнулся Ливси.
        -Очень хочешь подосрочке выйти, - хмыкнула я. - Ноесли что, я вообще тогда… серийная злодейка покиборгам получусь. Непричиняй, ладно?
        -Утебя совершенно стабильная психика как вдневной, так ивночной зоне, именуемых также сознанием иподсознанием, - сообщил наш новый врач.
        -Ты телепат?
        -Диагност. Снимаю состояние. Ловлю много видов волни…
        -Проехали. Так, Ливси. Я верю тебе. Как атипичник, по-человечески тоже. Ну, иеще: ты ужас как нужен!
        -Больной всоседнем помещении, состояние стабильное, средней тяжести, - моргнул Ливси изакатил глаза, созерцая край мозга-кепки. Отувиденного он прибалдел, нобыстро справился ссобой. - Прогноз позитивный. Срок излечения досуток. При наличии помощи всоздании систем волновой терапии - три доли суток. Полные данные поустройствам готов предоставить.
        -Шарп, - начала я, незная, как мой напарник отнесется кидееУДО.
        Он умница. Сам вытянул щупальце, пощекотал киборга позатылку, помог ему сесть. Ливси некоторое время недвигался. Затем медленно поднял правую руку, взглядом впился владонь. Поднял левую, осмотрел иее. Согнул пальцы вкулаки, снова расправил двумя веерами. Подобрал ноги, поддевая ладонями под колени. Шея первый раз попробовала исполнить кивок. Ливси вспыхнул улыбкой навсе зубы - незнаю, сколько их. Вид ослепительный… Врач прошелся покомнате колесом инемого постоял наруках. Сгрохотом занял подобающее взрослому положение головой вверх.
        -Превосходно! Пре-вос-ход-но! Пре-вос-ход-нень-ко! Где унас больной? Атам унас больной! Будет он здоров… а. Она здорова. Так-так… первичный осмотр, да. Гематомочек нет. Вирусов умеренно, умеренно… Паразитных клеток… Клеточных паразитов… Внесистемных инеизученных явлений… Так-так…Ага.
        Я осторожно улыбнулась Шарпу. Он загудел вответ. Как вы лодку назовете, так она ипоплывет. Еслиб я ляпнула про Айболита, кое-ктобы умчался, пожалуй, искать Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо. Итыкать вмирный люд градусниками.
        -Что еще будет, выяви он Бармалея Сильверовича, - вздохнула я. - Залечит дополной капитуляции.
        -Пре-вос-ход-нень-ко, - вещал врач. - Какой милый ротик. Какие ровные зубки… дырочка вседьмом, слева верх. Аккуратная дырочка. Аглазки… чудо. Ещебы остроту зрения приподнять, при-под-нять! Ноготочки стрещинками, стрещинками… бледноватые. Язык узорный, оттенок нездоровый досизости. При установленном типе генома ипараметрах живучести… Пре-вос-ход-нень-ко. Могу я запросить волновые устройства?
        Я допила воду иотдышалась. Энергией Ливси можно отопить пару-тройку планет, отодного его шума уобитателей через пять минут пар изушей попрет сосвистом. Намне проверено. Хотя стоп: это Шарп свистит. Добыл изхранилища отключенного простейшего типа «улитка» имастерит изнего волновое устройство. Третье посчету, кстати. Два готовые я уложила наладонь - теплые, заполированы снаружи. Пять шагов, миновать дверь. Протянуть Ливси то, что ему требуется. Иосторожно, очень осторожно посмотреть наЗэйру. Ну счегобы я могла надеяться наперемены клучшему впять минут?
        Атолько наша блондинка сидит, бестолково моргает. Опирается впол слабыми руками. Пальцы дрожат. Налбу испарина. Пустяки! Она всознании. Ее тошнит, ей плохо, ноэто уже боли ибеды живого, присутствующего вмире человека, анегусеницы, укутанной вкокон одеяла исобственный нескончаемый полубред.
        -Макс? - спросила Зэйра, игнорируя врача иглядя влево-вниз. Зуб даю, именно так инаходится зона СП. Или как там ее, совещательную? - Макс…
        Больная, мною уже переведённая вкатегорию выздоравливающих, получила две улитки нависки инестала отмахиваться иснимать их. Она смотрела встену иулыбалась, набледных щеках пятнами проступал румянец. Она ждала. Я тоже обернулась кдвери истала ждать, про себя ведя учет секунд.
        Макс явился надвадцать седьмом такте. Одним взглядом оценил обстановку. Привычно сел рядом сЗэйрой исунул руку вее ладошку. Как всегда, поместилось два пальца - указательный исредний. Как никогда прежде, руку приняли осознанно ипожали, краснея всей шеей, моргая, пряча взгляд ипоправляя волосы сриском свалиться, ведь сидит без опоры наруки.
        -Всем гуманоидам воду, как обычно, - предложил Макс.
        Клон-старик, дремавший вуглу, встрепенулся иухромал исполнять. Макс потер шею, сморгнул иуставился наменя вдва дула… эээ… глаза.
        -Отбор энергии был проведен сцелью возбуждения коронарных процессов звезды. Изменения миновали активную фазу инеподлежат обратной коррекции, - доложил он мне, формальному директору Утиля. - Расчётное время довыброса плазмы сорок семь суток данной планеты, приводимых кстандартному учету скоэффициентом… - Макс моргнул исмолк. Осознал, что мне этот коэффициент долампочки. - Двадцать пять стандартных суток исемь часов доконтакта плазмы споверхностью Утиля. Планета настационарной орбите. Маневровых ресурсов нет. Точка встречи… скатастрофой просчитала свысочайшей надежностью. Я провожу доработку плана строительства защитных сооружений. Полагаю, вероятность выживания значимой части населения высокая. Будете знакомится спланом, детально?
        -Зачем? Когда я слушаю тебя, я хотябы что-то понимаю.
        Клон принес воду, Макс быстро выпил порцию, бережно, рассчитывая усилие, похлопал Зэйру поплечу. Встал инаправился кдвери, необорачиваясь. Уже изкоридора он бросил:
        -Вынужден отбыть. Намерен лично контролировать процесс планирования. Шарп, нуждаюсь вданных, прошу содействовать.
        Дверь закрылась. Надуше повисло что-то… каменное. Непонимаю причину. Совсем непонимаю. Рядом шевельнулся Ливси, ия уставилась нанего, забытого. Вздрогнула. Ну иулыбка! Психов близко кдоктору неподпускать, забузят.
        -Потрясающий образчик генного дизайна, - спридыханием сказал киборг. - Копирован идоработан незаконно, совсем как я! Мозг видного ученого. Пре-вос-ход-ный! Полагаю, мы созданы отодной итойже расы, я имею ввиду родство планетарного порядка. Ювелирная работа. Преступная позакону габ-системы, империи ипрочего мне известного мира, ноювелирная. Восторг! Логика, науровне квазиполярного контроллинга очищенная отатипичности, несистемностии…
        -Эй, без терминов-выводов, ты врач, я слушатель.
        -Мозг двудольный, - руки Ливси вспорхнули, ладони сложились морской раковиной. Правая дрогнула. - Логика полноценно сохранена. Алогичность, творчество иважнейшие паразитные процессы, связи неявного порядка… Необратимых удалений нет. Ното, что помнению разработчиков было помехой для избранной специализации, блокировано. Понятное решение: мозг слишком совершенен для лоботомии. Поэтому сблокировкой возникли неполадки, мозг имеет сложность организации того порядка, когда внедренные запреты при стрессовых нагрузках теряет полноценность. - Ливси широко улыбнулся. - Скажу прямо, Сима. Сейчас данный образец - почти человек. Более, чем я. Впотенциале интеллекта он неограничен… Тот, ского снята копия - гений. Ге-ний!
        -Непоказывай коренные зубы вулыбке. Ато кажется, что ты голоден.
        -Кажется, что я Ливси. Твоя кровь бодрит, - подмигнул киборг. - Я меняюсь. Всегда хотел научиться беззаботности. Понимаю смысл сказанного пациенткой, еще неполучившей лечения: мир цветной. Ярко цветной! Он прекрасен сам посебе, глупо при любом интеллекте пытаться его улучшить. Глу-по! Прежде я пытаться вносить коррективы, ивмир, ивего население. То была ошибка. Машинная, логическая, ужасающая повредоносности. Сима, я намерен сажать цветочки.
        -Гос-споди, иэтот тудаже! Сиди, ато совочек невыдам. Вдохни, выдохни, вернись ктеме. Мы начали перетирать что-то важное оМаксе.
        -Да! Фе-но-ме-наль-но! Он обошел важнейшую блокировку. Он лгал инеиспытывал торможения дошока.
        -Лгал? Макс?Мне?
        -Ложь воспасение, знаю термин, ощущаю соответствующие вибрации. Ключевым внедосказанности было слово «значимая». Смысл умолчания неуловил. Ноумолчание - тонкая ложь. Оговорка. На-ме-рен-на-я! Между тем, впроекте специализации данного образца…
        -Черт, - я сдулась иобняла колени. - Яже знаю ответ. Значимая часть. Конечно. Катастрофа грохнет пополной. Планета - крематорий… НоМакс уверен вбудущем: он запихнет меня, Зэйру инянь взону ЦК. Или еще куда… где надежно. Киборги пересиживали прежние планетарные пожары, да? Он запрет нас, чтоб нерыпались. Насебя ему начхать. Ливси, ты молодец. Давай, скажи: он ненадеется ничего глобального построить всрок?
        -Я неинженер. Необладаю компетенцией…
        -Тогда лечи Тиа ипрочих, я поговорю склонами имы наладим ктебе очередь. Оборудование требуется?
        -Ненаблюдаю проблем экстренного порядка. Прочее я решу засчет встроенных ресурсов.
        -Как ты пережил прошлую катастрофу?
        -Надёжная защита мозга, - Ливси потрогал глянцевый череп-кепку. - Я ценный… основательно экранирован. Я хранился нанижних ярусах. Верхние повреждаются очень сильно. Затем приходят простейшие ивыедают нас. Набеги страшнее иного, - Ливси накрыл голову ладонями. - Ужасно быть мозгом ивсе знать освоей участи. Каждый раз ждать, наблюдая, как гаснут знакомые.
        Мы замолчали. Зэйра тоже вела себя образцово тихо. Сидела, осматривала комнату, трогала пол, свой костюм, мою руку, локоть Ливси. Терла лоб тыльной стороной ладони. Пробовала ощупать голову иоценить состояние прически, длину волос, цвет.
        -Гений, - вдруг сообщила она снекоторым придыханием. Вскинулась, глянула нанас вроде свысока. - Мой Макс - гений. Мой Макс. Сразу поняла, что мой. Я спутница. Это предназначение. Это неработа, неувлечение, незадание. Я - спутница. Я так иговорила. Всегда объясняла. Номеня признали бракованной. Очень страшно быть бракованной. Одиночество. Презрение. Насилие. Неволя. Номой Макс немог ненайти меня.
        Она кивнула, спокойно улыбнулась илегла, прижав кгруди ладонь, сжатую вкулак ихранящую тепло руки Макса. Я шало уставилась надоктора, он опять лыбился, он такой могбы рекламировать зубную пасту динозаврам.
        -Ливси, - выдохнула я. - Ливси, ачто надумает Макс, если он гений имы врубим ему атипичность наполную катушку? Онже тогда - ого-го! Он исейчас ого-го, если честно. Только сейчас он гоняет мысли поплацу ини шагу вовне. Ну, разве его вконец достанут ивытеснят сплаца. Так ибыло, когда он сюда попал икогда Зэйра поставила его перед фактом.А?
        -Снять блокировки можно, - неулыбаясь, признал Ливси. - Ноя наэто непойду. Результат непредсказуем. Мозг взрослый, шок может его уничтожить. Тип сознания четко сложился. Логика, следование нормами…
        -Ливси, спрошу прямо. Хочешь опять насклад? Так иполучится! Утиль заполыхает, всем крышка. Давай, вруби самосохранение. Засебя изатех мозгляков, которые лежат иждут худшего, без ножек-ручек. Ливси, я неготова выживать вЦК, оплатив билет пятью десятками миллиардов трупов. Посмотри наЗэйру. Как она выживет изачем. Ты слышал, она спутница. Понятно,чья.
        -Это недопустимо.
        -Пропусти обязательную часть довздоха исдавайся, зараза. Чем будем прошибать его наатипичность?
        Ливси долго изображал лицом гримасы - видно, крепко его плющило… Затем повернул голову иуставился наЗэйру. Снова наменя.
        -Согласен быть возвращённым насклад.
        -Вотже ж… То есть уперся. Круто. Ты умеешь упираться, спорить слюдьми. Утебя принципы. Еще ты способен спрятать зубы загубы.
        -Что?
        -Я поняла доводы, вот что. Номне обидно. Я уже решила, что меня спасут, что можно посидеть иподождать, пока Макс напряжется. Ты неготов рискнуть его головой, которая сгорит через месяц? Ты прав. Я тоже неготова. Просто я верила, что он всемогущий. Заего спиной уютно.
        -Заспиной, - мечтательно вздохнула Зэйра.
        -Мозг очень тонкий инструмент, аты желаешь немыслимые икрайне спорные результаты наблюдать сразу, втотже день. Еще доформирования гипотезы, неговоря уж опроцедуре, - огорчился Ливси. - Я осознаю, что времени мало. Ма-ло! Нодоступные технологии недадут нужного ответа. Здесь планета без энергозапасов, строительных мощностей, сырья. Это тупик. Я врач, нодаже примерно неспособен просчитать уровень атипичности, годный для работы. Отполусотни единиц, полагаю, аэто вприроде невстречается, насколько мне известно. Плюс нужны альтернативные знания. Плюс…
        -Шестьдесятдва.
        -Что? - бедняга началбы страдать нервным тиком, моги киборг тикать глазом. - Мне сложно общаться. Слож-но! Сложно. Нуждаюсь вдиагностике. Длительное хранение при слабой подаче кислорода.
        -Атипичность уменя. Ну, шестьдесят два. Попереаттестации двухмесячной давности. Невыкатывай глаза, будто я монстр. Меня итак научный сектор солидарно ненавидит замногократную неявку натесты. Я игнорирую их после истории сДэем. Матом игнорирую. Они мата незнают, носуть уловили спервого письма. Да, я такая. Атипичность выше интеллекта. Говорят, это также нормально, как рождение четырехглавого круша или робкого мурвра.
        Ливси, кажется, впал вкому. Он недвигался, стеклянно поблескивая глазами. Ужасно смотрится, когда лицо человечье, нокожа серо-тусклая, неживая. Икепка хромированного мозга. Инеподвижный взгляд… Б-рр!
        -Ты способна найти несуществующее решение, - выдавил Ливси, еще невернув контроль над глазными мышцами. - Превышение атипичности над формальным показателем интеллекта дает ситуацию так называемого нулевого мозга, или мозга-губки. Сухая губка невпитывает знания, она исходно несмачиваема… Требуется, преодолевая сопротивление, подать вмозг совершенно новые знания. Прямая аналогия: сжать губку ипогрузить вжидкость… то есть среду знаний. Номозг, если говорить научно… стоп, так я уйду вполе высокой теории. Как обойти правило сухой губки? - Ливси вспыхнул идиотской улыбкой. - Пре-вос-ход-но! Я хранился исоздал отскуки методику. Благодаря моей теории мы, разнородные инесинхронизированные попротоколам сознания вконструктивно различных мозговых коробках, смогли наладить общение втемном секторе. Индуктивная зарядка. Бесконтактная.
        -А-аа…
        Я почесала шею, ощутив срастущей тревогой: лучше было сидеть настанции Эша идоводить чебурэльфа. Опятьже, розовые лисички… Отмысли оних я облизнулась. Продай я рецепт Макдональдсу - былабы самой богатой наземле извсех Сим. Атеперь что? Теперь наменя неотвратимым танком надвигается индуктивное образование. Вот чую, свяжут порукам-ногам, сунут поуши взнания… ипомру я, захлебнувшись ими, еще доглавной катастрофы.
        -Что?
        -Почему ты все время переспрашиваешь?
        -Сима, ты смотрела встену ишептала «нехочу, нехочу».
        -Да? Вернемся ктеме спасения Утиля. Ты веришь, что после индуктивного поумнения я найду способ. Вот я - инайду?
        -Нет, - нехотя, сочень человеческим вздохом, признал Ливси. - Требуется для обработки огромное, совершенно чуждое знание. Мозг его сознательно отрицает, абессознательно ииндуктивно…
        -Вскипает, - подсказалая.
        -Нет, но… ноладно. Используется насто процентов потенциала вограниченном интервале времени. Затем большая часть знаний оказывается блокирована. - Ливси сбегал, добыл две кружки. Поставил напол, перевернув. Ткнул водну, - атипичный мозг внедряется всборный индуктор добровольно содействующих интеллектов, я налажу поиск годных, атут, - Ливси указал навторую кружку - систематик, интерпретирующий атипичное. Идея поступает вобработку логикой, возбуждается вторичная индукция. Макс способен невыгореть, нотолько переходя отобщего кчастному. - Ливси исчерпал простые слова, огорчился изамер. Лишь губы шевелились. Как вдешевом мультике, блин… - Невозможно реализовать. Нет пакета первичных знаний. Все мы вторичны. Мы обладаем нескелетом науки, если угодно, аеё… орудиями. Продуктами! При-клад-ны-ми. Как врач я знаю массу методик, нолишь подвум смог отчастных применений выйти наисходные принципы. Я понятно излагаю? Ту-пик!
        Мы немного помолчали, каждый освоем. Например, мне резко поплохело, дослез, отощущения своей дурацкой бессмертности. Ктомуже я скрывала отвсех это уродство, даже отнапарника Шарпа. Стыдно-то как. Всем тупик, катастрофа, амне вроде инервничать ненадо. То есть больно будет. Апосле неизбежно очухаюсь.
        -Больше он неприснится мне, - пообещала я себе. - Я много чего могу понять простить. Ноэто слишком.
        -Что? - скривой улыбкой переспросил Ливси.
        -Неважно. Инечто, акто… хотя он нечеловек. Ливси, я дура дурная, год немогу выбросить изпамяти одного типа. Аон… неважно. Ливси, уменя есть пакет знаний. Это случайность, то есть для меня - норма. Эмпаты вслепую находят то, что никто инеискал. Исосвистом пролетают мимо иного, всем очевидного. Я забуду умности после нагрузки?
        -Вероятно,да.
        -Хорошо. Сима несдастся науке. Мое эмпатское назначение, вот чую - здравый смысл, авовсе недипломированность.
        -Макс, - солнечно улыбнулась Зэйра ивскинулась, глядя надверь.
        Дальше мы все ждали. Минут пять, неменьше. Значит, она словила намерение Макса посетить дом. Сам путь после включения локальных портаторов врядли занял более трех минут.
        Интрал планеты Утиль сразу, одним своим видом, внушил мне уверенность вуспехе еще неначатого безумного дела. Он сел, привычно отдал ладонь враспоряжение спутницы. Сообщил, что втечение ближайшего времени будут синхронизированы протоколы общения ивступит вработу коммуникативная среда планетарного охвата. То есть внаших головах опять возникнет дружелюбное ималость назойливое подобие сверхпродвинутого мобильника… Закончив отчет, Макс потребовал воды. Уставился впол. Если начнет мять кружку, дело плохо.
        -Сима, - медленно выговорил он, сделав глоток. - Прошу пояснить, почему я обладаю следующим бездоказательным убеждением. Я составил отчет иполучил неплановую реакцию нанего как извне, так иизнутри. Начнем свнешней реакции, вашей. Я неменял формат общения. Тон. Темп речи.
        -Ха! Ты раскололся, Утилю крышка? Кердык полнейший, обжалованию неподдается? - уточнилая.
        -Слов незнаю. Носознаю, что можно сформулировать итак.
        -Ливси просек тебя. Я согласилась: будь унас шанс, тыбы гонял всех, кто способен работать идаже кто неспособен - вроде Тиа. Гонялбы дико истрашно, доиздыхания воимя. Номы невнапряге.
        -Логично, - поморщился Макс. - Вместимость зон ЦК, СС иСК при автономности втридцать оборотов этой планеты - пять тысяч живых наограниченном рационе. Списки составлены. Это самая трудная задача, скоторой мне приходилось работать… сортировка. Ощутил внутренний сбой логики. Вынужден его преодолеть, я обязан контролировать строительство щитов над частью города. Там смогут уцелеть обитатели споказателем живучести свыше сорока единиц. Таковых домиллиона, включая небелковые формы. - Макс нехотя перевел взгляд скружки наменя. - Я разработал оптимальное решение поминимизации потерь сучетом всех факторов. Я нахожусь награни потери функциональности иустал. Я наконец усвоил смысл понятия усталость. Я ресурсно исчерпан.
        Зэйра охнула, вскочила, некоторое время балансировала надрожащих ногах, отвыкших ходить. Жалобно покосилась настарого клона - итот без приказа поднялся, поддел ее под локоть иповел. Подозреваю, всторону местной кухни. Ливси заполыхал улыбкой, как августовская сухая гроза. Макс напрягся. Повиду понятно, ждал возгорания всего насвете. Против ужасной улыбки унего небыло огнетушителя. Он моргал, щурился… апотом потянул встороны уголки губ. Вышел старательный оскал, иЛивси сам погас.
        Я кивнула доктору: мол, излагая глупости! Ливси, опасливо изучая щель интраловой улыбки, скороговоркой выпалил нечто сверхумное, часть сведений итеорий транслируя Максу вмозг. Так что я успешно пропустила мимо ушей ком слипшихся слов - дедуктивность, индуцировать потоково, контроль толерантности пофазе… Аж тошно… Я сглотнула, отчаянно огляделась. Отметила: Зэйра крадется ксвоему Максу иподает ему нечто натарелочке сузорной салфеточкой. Ох, кстати! Я цапнула кус исожрала, дико чавкая.
        Мне страшно дооголодания! Опять влипла вболото обучения. Ану мое поумнение приведет вжертвам иразрушениям, несравнимым даже сгрядущей катастрофой? Прошлый курс отЭша закончился межгалактическим блицкригом «люди - чебурэльфы». Нехочу, чтобы наменя опять плюнули паучьей кислотой. Нехочу! Нехо…
        -Кажется, сдохли невсе нокры, - заподозрила я. - Глючи-ит Симу.
        -Предъявите пакет знаний, - окрепшим голосом приказал Макс, уверовав: ему, может статься, еще придется руководить живыми. Долго.
        Я, сдаваясь образованию, протянула руку иуказала назапястье, раскрыв защелку шва долоктя иоттянув рукав. Лично я ненаблюдала накоже следов паутины Эша. Ливси, вроде, тоже. Зэйра инепробовала, она притащила новую вкусность, подсунула Максу под руку идержала так, чтобы наглая землянка нестырила.
        -Формат записи вне моего понимания. Синхронизацию провести затрудняюсь. - Макс кончиками пальцев провел почерепу Ливси, нашел годную для дела точку изамер. - Ваше мнение, доктор?
        -Так-так, - вобнажении зубов есть что-то неприличное, если их заголять доглянцевых десен. - Ага! Ныряем всубатомарный уровень… иеще слоение, иеще… превос-ход-но! Копировать вне наших сил, ктобы ни составил это, он прежде всего негуманоид ипосле - он выше понятного мне научного уровня поколений на… много. - Ливси замер. - Внедрить вмозг гуманоида посильно. Прилагается инструкция! Для меня она очевидна, совершенно очевидна теперь, когда коллега предоставил ресурсы посканированию, втом числе резонансному. Пре-вос-ход-но! Оцениваю сроки работы.
        -Сжатые, - рявкнул Макс.
        -Тогда переместимся втемный сектор. Я сформировал список, замены допустимы при аналогичной функциональности. Оборудование для монтажа…
        -Шарп содержит, - взбодрился Макс.
        Зэйра удалилась, двигаясь повозможности изящно, хотя ее качало ибросало настены. Старый клон поперся следом. Минут через пять, когда Ливси иМакс еще бросали друг другу, как пинг-понг, малопонятные слова, спутница вернулась. Клон нес кофр.
        -Автономность питания двое стандартных суток, - отчиталась Зэйра, наблюдая Макса заработой. Тихонько вздохнула идобавила: - Мой. Милыймой.
        -Выступаем, - распорядился «милый».
        Завел шарманку опорядке следования колонны. Невидела я вжизни - ионо клучшему - ни одного главврача психушки. Носейчас вся их вселенская орда рыдает вголос, неимя возможности получить вмягкостенные палаты нашу процессию. Впереди чеканят шаг ут-интралы, им пофиг, куда идем. Былбы приказ. Следом, поддерживаемый под локти после трех падений мозгом обпол, ковыляет Ливси. Лыбится буйно, бормочет омозгах добровольно согласных ипока неподтвердивших участие. Старый клон вызвал двух своих вподкрепление ивсе они катят ланч-бокс размером слодочный прицеп. Это я сдуру подумала, что Зэйра ограничится одним кейсом сожратвой.
        Засъестным, как первая вочереди голодных, топаю я, приговорённая кпоумнению. Ответственность давит, переходя визжогу. Макс замыкает колонну, неспотыкаясь ничуть, хотя он итеперь что-то мониторит покуче проектов назависть гражданину Македонскому, якобы способному делать три дела. Увиделбы допотопный завоеватель инженерного клона, ушелбы изармии, рыдая…
        Мы дважды портировались. ВУтиле пока неналажена автоматическая адресация межзональных прыжков, ктомуже Макс нежелал рисковать: уЗэйры низкая живучесть.
        Втемном секторе стало светлее, чем днем. Бело прям! Прожекторы повсюду. Толпа народу белкового инеочень. Ввышине носится коршуном Шарп, выбирает нужные черепа ибомбит ими клонов. Клоны ловят самые трудные «мячи» иперепасовывают поцепочке туда, пока незнаю, куда - вдаль. Заугол лабиринта. Бреду. Глазею. Сворачиваю…
        Вижу няню Тиа. Твердит оцветочках, знамо дело. Скомфортом устроена в«живом» кресле, набранном их простейших. Туча небелковых червяков, жуков ипрочих пауков, поблескивая ипоцокивая, монтирует титаническую пирамиду гнезд под черепа, походу дела снося часть лабиринта. Над пирамидой, нарушая остатки моего понимания законов физики, парит ее подобие, обращенное острием вниз. Клоны все передают поцепочке черепа, крайние - вроде, они ввысоких званиях, да ирожи нетупые - прицельно забивают голы. То есть отправляют черепа вмонтажные углубления.
        -Н-да… футбол умер. Волейбол, баскетбол ипрочее тоже гикнулось, - пробормотала я. - Ониже непромахиваются никогда!
        -Три сотых процента - это еще не«никогда», - встрял вмое шептание крайний вцепочке клон. Покосился наЛивси иизобразил улыбку. - Всякая работа имеет брак. Номы предусмотрели страхующих. Ни один мозг непострадает.
        Вместо зубов упарня сплошные пластинки, поблескивающие металлом. Ноя все равно рада, что сомной общаются. Ичто сегодня кто-то непострадает. Засебя неручаюсь.
        -Это со-вер-шен-но безопасно, - улыбнулся Ливси. Ага, всем жертвам врачей так говорят дооперации, апосле забывают вживоте салфетку. - Я тестировал методику здесь, вкрупнейшем хранилище интеллекта. Согласно закону, дефектный или утративший полезность мозг, никогда непринадлежавший рожденному естественно исоциализованному существу, подлежит хранению доисчерпания ресурса подачи питания. Храниться мы должны врежиме симуляции реальности. Ноэто, вероятно, затратная технология. Инас отправляют сюда. Вотьму.
        -Ха, весь Утиль - темная симуляция жизни, - согласиласья.
        -Ты боишься участвовать вэксперименте?
        -Нет, наверное. Ненавижу экзамены. Ну, когда меня оценивают потому, что мне неважно ичто вголове ненадолго иоттуда выветрится раньше, чем просохнут чернила введомости. Хотя сейчас уже чернила ненужны…
        -Макс непострадает. Все сознания впирамидах участвуют добровольно иохотно. Они слишком долго хранилась ирады быть полезными.
        Я судорожно кивнула. Небуду пробовать объяснить: яневерю, что могу поумнеть так круто, чтобы спасти Утиль. Я неМакс! Я неЛивси… Я даже неШарп. Горло пересохло. Отбелого, мертвенного света, болят глаза.
        -Покушай. Успокаивает.
        Это Зэйра. Установила походную кухню исияет неподдельной радостью. Ее неоставили дома инеоговаривают. Проявила инициативу! Хотя я неее Макс. Беру сподноса шарик. Бросаю врот. Раскусываю. Снаружи вроде вафли. Внутри - типа сыр счесноком. Замечательно. Беру еще. Иеще.И…
        -Пора, - приказывает Макс.
        Поднос исчезает так вдруг, что я неуспеваю хапнуть шариков взапас.
        -Запить, - недрогнувшим голосом требует Зэйра иподает воду.
        Поперхнуться можно! Это она что, спорит сМаксом? Смотрит свосторгом, заруку держит, вздыхает - иделает по-своему. Женщина. Уважаю.
        Впирамиду, как наэшафот, ведут ступени. Приближаюсь кместу казни через поумнение. Ложусь. Голову фиксируют. Всю меня фиксируют. Несбежать теперь.
        -Загрузка граней надевяносто семь процентов завершена, - сообщил Макс прежде, чем оставить меня тут, как фараона после погребения. Подумал идобавил. - Процедура автоматизирована, алгоритм надежный.
        Умеет успокоить, правда? Нижняя грань пирамиды закрывается. Снаружи продолжается суета сует, еще слышу звуки, ноони вродебы удаляются. Стало прохладнее итише. Защелкали псевдокузнечики - это настройка набиоритм. Ливси предупреждал. Гос-споди, вочто я влезла сгоряча? Некоторые умеют сидеть внорке исопеть вдве дырочки тихо, мирно. Они знают, какой сегодня день влюбой день. Они планируют жизнь ивыполняют планы. Они думают овыходе, прежде чем войти!
        -Еслибы несинтирование, - шепнула я себе самой, желая оправдаться. - Ябы сбежала. Ноэто чертово бессмертие бесит! Каким ублюдком надо уродиться, чтобы сдать себя… то есть меня, встраховую компанию нахранение ипотерять страх… То есть нестрах! То есть даже смысл. Инепросите объяснить. Я сказала это себе иникому больше. Я себя иногда понимаю.
        Остаточный свет меркнет. Кузнечики трещат так, что все тело вибрирует. Звук будто разбирает меня наслои. Раздергивает наатомы. Вомраке теряются время, направление ипротяженность. Сознание еще что-то воспринимает, хоть испогрешностями - ого-го какими. Вродебы я снова сижу накраю станции Эша. Смотрю вкосмос. Улыбаюсь… Цепляюсь зародной люк всеми десятью лапами. Шало кошусь дюжиной глаз всторону человека. Вотже дивное изагадочное создание! Живет втрехмерности. Почти ничего невидит, неощущает. Ноименно это существо годно для эксперимента. Простейшее исложнейшее одновременно. Ограниченное вовсем ипотому ущербное? Или - способное когромному, головокружительному развитию? Ущерб всегда содержит возможность. Для человека космос темен иравномерен навид. Хотя он наполнен течениями, он многослоен иизменчив. Бесконечно велик. Он включает илюдей, икуда более многомерных Эшей, итех, для кого подобные Эшу - ущербны при ином уровне полноты понимания.
        Тьма сияет сполохами, вкручивается подобиями водорослей внепрестанном танце жизни… Завораживает. Притягивает взор, чтобы уже неотпустить. Можно вглядываться. Погружаться внедра, хотя упругость пучины выталкивает, носознание искателя упрямо. Оно тянется кновому, нещадя себя. Глубже! Дальше!
        -А-ааа!
        -Пре-вос-ход-но! Речь восстановлена. Пре-вос-ход-но. Звук, характерный для гуманоида. Следовательно, мы движемся внужном направлении, восстанавливая автономность сознания. Сима! Сима, ты меня понимаешь?
        -Пш-ц-ц-ц… Прюйм-ц-ц-ш. Прюм-ц!
        -Сима, слушай голос. Привыкай, так звучит речь людей. Прюм ты сказала очень цокающе ицвиркающе. Корректируй произношение, старайся. Важно сознательно контролировать речь. Открой рот. Закрой. Хорошо, делай, как можешь. Руки чувствуешь? Моргни. Покажи мне напальцах, сколько утебя рук. Ага… Ага… интересное мнение. Невполне знаком стаким обозначением счета, составленным изтрех пальцев. Тогда сколько… конечностей? Ага… Если я скажу, что четыре, это тебя удивит?
        -Прю-ц-ц-м! Ц-ц-ш-ш! Ш-шшш!
        -Поаккуратнее сультразвуком. Сорвешь горло. Авпрочем, мы поставим две улиточки, пре-вос-ход-но. Горло пролечим. Прюм или непрюм?
        Ужас иболь. Как выразить это всловах? Мир, еще недавно объемный, сплющился! Как жить, втиснутой врамки? Как привыкнуть, что ты - неты? Или ты - неон? Или он -не…
        -Приюм. Ц-цц… При-юм! Прием!Ё!
        -Замечательно!
        -Ц-цц… Ё-её!
        -Ага. Атак, вновом ре-жим-чи-ке коррекции?
        -Ц-цц… отвали! Ё-моё!
        -Пусть покушает. Вкусно. Май Макс ее уважает. Мой Макс невесть кого несталбы уважать.
        Вафли исыр внутри. Хруст. Порция тает ворту. Помню это. Так помню, что щас слюной захлебнись. Сыр лучше ц-шью. Розовых ц-шью. Какже их по-нашему-то? Лисичек.
        Я Серафима Жук. Слава богу, я человек. Ха! Могу верить, что мир плоский истоит наслонах. Иничего мне заэто небудет…
        -Прюм!
        -Опять?
        -Лив-ц-си! Лив-с-си. Сдала ёк-ц-зам… замен! С-ц-дала? Йа-я…Я?
        -Вероятно, - вопреки бредовости вопроса итем более его произнесения, ответил Ливси. - Знания ты впитала. Затем сработали механизмы, которые я плохо понимаю. Ты сбросил лишнее. Мозговая активность наисходном уровне, доэксперимента. Макс непострадал. Правда, он проходит тесты сосбоем потрем вопросам. Десять конечностей, вот начем он настаивает особенно упрямо. НоЗэйра вродебы корректирует его. Спутницы так плотно настраиваются натех, кого назвали «мой». Я заинтригован. Так, реакция наречь адекватна. Пре-вос-ход-но! Сколько утебя конечностей?
        -Ё-мое.
        -Точнее?
        -Четыре. Есть хочу. Хочу. Хочу!
        -Пре-вос-ход-но! Пищевое стимулирование работает лучше волнового? Ах, какие данные. Какая чистая картинка.
        Я хрустела шариками ижмурилась. Я почти привыкла ктому, что я - это я. Одно беспокоило. Катастрофа. Когда уменя было много ловких лап итуча вострых глаз, я видела вселенную такой прекрасной… я знала уймищу чего-йто гениального. Ноя совершенно немогла… немогло? немогил? Ц-ц-ц… Цшл-йшш… ну ифигня вголове-ц! Я немогла понять, что проблема вообще есть. Для того создания небыло смысла впостановке задачи, это помню ярко. Какже тогда мы… я? Как искали решение?
        -Ц-цц! Катац-ц-трофа?
        Отволнения я подавилась шариком, села изакашлялась. Слезы градом! Воду пить - удобно. Свет немешает. Зрение - это я уже умею. Фокусируюсь… еще… ага. Это Ливси. Тускло-серый антипират сулыбкой «смерть Голливуду».
        -Пока незнаю, что унас покатастрофе. Макс был ссознании три минуты поудобному тебе счету времени. Прошел тестирование налогику. Восстановил речь. Сказал внятно одну фразу.
        -А?
        -Пространство некуюкно, время некуюкно. Ц-ц-ц, - густым басом Макса, рыкнул Ливси.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись2543
        «Создавать живые игрушки для взрослых оказалось очень интересно. Мы начали ссобеседников. Сейчас мы производим спутниц, объекты заботы (проект вечные дети), нянь. Вкаждом случае было весьма интересно искать особенных, вчем-то уникальных людей под исходник «костыля». Так, оригинал няни, сильный эмпат типа эмо свысоким индексом симпативности, редчайшее явление. Получить материал было непросто, нодело того стоило. Асобеседники! Этоже дар превыше телепатии - слушать, слышать иразделять, нестановясь пассивной «тенью» говорящего. Увы, скоро бытовой исемейный сегменты будут исчерпаны, да ипоиск оригиналов - дело штучное, напоток его непоставить. Признаю насей раз, человек потрясает своими скрытыми ресурсами исвоим потенциалом разнообразия проявлений. Значит, наповестке дня проекты более масштабные.
        Я готов создавать резервные армии, спящие досвоего часа - такие есть удрюккелей иэто многим кажется перспективным. Я настрою производство идеально слаженного, «сыгранного» командного состава всех рангов. Поиск оригинал-лидера для этого проекта идет вполную силу. Нам нужные подлинные гении, успешно реализовавшие себя вэтом мире. Мы отрежем лишнее иупорядочим несистемное.
        Этот проект непросто выведет Интру нановый уровень. Он даст мне искомое. Империя наконец-то перестанет игнорировать систему. Для нее мы создадим тестовых псевдолюдей. Многое, очень многое можно установить лишь внатурных опытах насоциуме, как пребывающем вне кризиса, так ипереживающем (либо неспособном пережить) катаклизм.
        Проводить тесты нанаселении недопустимо? Мы обойдем ограничение, оставляя чистыми руки наших заказчиков.
        История четырнадцатая. Стратегия впереводе спырского
        Когда катер Бмыга вынырнул изпрыжка, возле габа Уги было так тесно, что любое пилотирование внеавтоматических режимах подпадало под запрет. Сам запрет смысла неимел: габ непринимал гражданские корабли стого момента, как вцентре получили сигнал бедствия, отправленный ут-габрехтом Серафимой Жук… Единственное исключение иззапрета было сделано для Бмыга поличному распоряжению габрала Рыга.
        Катер протиснулся в«щель» нейтрального пространства меж чудовищными помассивности армадами всевозможных «наблюдательных групп», склонных доверять, нопроверять. Иперепроверять. И, наконец, убедившись вотсутствии подвоха, отсылать данные наповторную экспертизу…
        Саид ждал официального опекуна напирсе. Вопреки всем бедам, он радовался, втайне отсебя самого по-детски полагая: пыр справится, уж он-то недопустит худшего. Радость остро пьянила, накладываясь навечернюю еще усталость. Тогда Саид довел себя дочастичной утраты зрения отперегрузки мозга, ноизупрямства небросал попыток собрать изобломков сознание Тьюитя. Ночью Ика торжественно, навытянутых руках, доставило цветок энна, уложило накапсулу, закрывающую наиболее пострадавшую изголов габмурга.
        -Гармония, - прошелестело Ика, улыбаясь Саиду. - Отдыхай.
        Это было прямое игрубое, науровне приказа, влияние. Такое обвораживающе-заботливое, что возразить неполучилось. Пришлось заснуть нацелых два часа, досигнала оприбытии катера. Ивот Саид, шатаясь, добрел допирса, чтобы прижаться кстене истарательно изгонять извзгляда мольбу оразгрузке. Оподобном просить - невозможно, тем более пропала Гюль, сам Бмыг награни срыва. Наверное. Срыв упыра - подобного Саид еще ненаблюдал имысленно немог представить…
        Саид зевнул истарательно промассировал уши. Вродебы это должно навремя помочь взбодриться. Сколько еще ждать, кто знает? Прежде любой гость габа сам себя регистрировал. Теперь катер благонадежного влюбом смысле пыра тщательно изучают два габарита соспецоборудованием итри дрюккеля изрюкла ошт. Рыг хотел лично поторопить подчиненных, нонесмог. Он опять весь вбесконечных пояснениях кубийственно длинным отчетам…
        Габ вибрирует тревогой. Запах беды, однажды принятый через память землянина Билли, норовит вернуться хотябы невнятным ощущением.
        Чудится невесть что: дорога вотьму, последняя дорога. Чей мысленный взор всматривается вкосмический мрак, чьи губы шепчут невнятные слова овоздаянии ипровинности? Саид снова растер уши, чтоб они полыхали жаром. Невыносимо читать чужие мысли, ачужие ночные кошмары - это перебор.
        -Гав, - жалобно выдохнул телепат. - Я напределе, правда. Нехочешь быть чалмой, ну пристройся хоть кепочкой намакушку… Сетчатой. Ато вон - «далека дорога твоя… смертной долиной идем… нет приюта ине…»
        Голос сорвался. Саид ощутил озноб, ползущий поспине. Кошмар был реален ивнятен. Кошмар уже нешептал, агрохотал слитным хором мыслей, подобных звеньям нерушимой цепи. Цепь наматывалась накулак. Намногие кулаки. Пальцы касались граненых, заполированных звеньев.
        -Гав! - закричал телепат ипобежал, спотыкаясь ислепо трогая стену.
        Морфа рядом небыло. Кошмар приближался скаждым шагом, заранее омертвляя решением, неподлежащим отмене. Те, кто искал дорогу вотьму, уже отдали себя смерти, хотя пока продолжали дышать. Саид втри прыжка достиг главного коридора служебных пирсов, оттуда метнулся встволовой канал правого причального крыла, рухнул всервисную шахту, вертикальную, отчего-то задействующую направленное тяготение высокой интенсивности. Впотоке было сложно падать сконтролируемой скоростью, приходилось бросать тело отстены кстене трубы, переводя падение всерию диагональных бросков, тормозясь вкаждом касании споверхностями инабивая шишки.
        Дно. Ноги едва смогли принять удар, непорвав коленные связки. Три люка. Все задраены наглухо.
        -Гребанные фанатики, квиппа вам впечень, - сквозь тошноту выговорилось случайно всплывшее Симино ругательство. - Код… код! Чертовы бородавчатые бронебошки!
        «Бронебошки» обладали великолепной защитой сведений высокой приватности. Пока удалось вскрыть нужное, носом пошла кровь, зрение снова замерцало, угрожая отключиться вовсе.
        Заспиной едва слышно прошуршало. Наплечи легли легкие ладони. Скользнули квискам.
        -Вам следует беречь себя, агрессия выжигает, будучи направлена впустоту, - прошелестел голос Ики. - Сравним это сконтактным боем. Промах расходует больше сил, чем прицельный удар. Ваш гнев сейчас - чистый промах. Неведаем, кто вас убедил избрать такую сторону, выходя изздорового бинарного баланса андрогинности, новы определенно склонны кустаревшей модели мужского поведения, вы демонстрируете необоснованную агрессию.
        Первое побуждение - послать Ику так далеко, как позволит знание ругательств - иссякло. Погибким пальцам вкожу идалее, всознание, стекал прохладный покой. Целительный. Зрение возвращалось. Дыхание успокаивалось. Сложный, набранный незнакомым методом код, требующий ментальных усилий, звукового ряда идвижений пальцев, наконец поддался, выговорился, подумался, отстучался всфере опознания нужного люка. Путь изтупика был открыт. Но, - Саид снова поежился, - этот путь вел вотьму.
        -Мы вкостюмах, мы успеваем, - шелестело Ика, поддерживая под спину. - Надо задраить люк. Сейчас они откроют внешний, хотелосьбы избежать разгерметизации всего отсека.
        Саид поднапрягся иотстучал второй код, насей раз добытый изголовы дежурного мурвра взале контроля служебных отсеков. Губы сложились вкривую ухмылку. Телепат доу - страшное оружие… если он согласен стать таковым. Любой секрет, известный хоть кому-то, уже несекрет.
        Десять шагов потемному коридору. Руки цепляются заподходящую скобу, следуя совету сознания: впереди, взале, открывают люк. Хлопок, ималая часть габа утратила атмосферу. Налицо сползла защитная пленка. Можно идти. И - страшно… Там, вдвух шагах, начинается чужая тропа вотьму, уже принимающая идущих. Их намерения стойки, их вера крепка. Ноги шагают, как чужие, ноги предали. Телепат всегда влияет иподвергается влиянию. Сейчас он несможет остановить идущих, он уже топает, спотыкаясь, им вослед.
        -Отдай им, - шепчет вухо Ика. - Все отдай. Именно сейчас дай им услышать.
        Саид, пошатываясь, миновал изгиб коридора изамер, удерживаемый идянином. Впустом зале было темно. Десятки крошечных огоньков дрейфовали впустоту, все дальше. Каждый огонек располагался наладони хряса, одетого вбесформенную хламиду. Хрясы тоже дрейфовали дальше идальше отстены габа, ителепат сужасом ощущал, как леденеет их плотная, покрытая пластинками панциря, кожа, как она раздувается мешком, как мерзнут глазные щитки, апоследний выдох облачком изморози покидает легкие.
        -Отдай, - еще раз шепнули вухо.
        ИСаид отдал. Он толком незнал, что именно, нестарался выбрать умное ицельное. Содрал ссебя ужас последнего живого вэтом зале - иотдал, как кровоточащую жертвенную шкуру… Он был гол ибеззащитен, ведь рядом гасли жизни - те, утраченные вовремя поиска спасательных капсул. Он падал вдоль здания медиков Багрифа, чтобы разлетелось вдребезги неумение так жить. Он смотрел водну точку, сидя набалконе райского мира империи, вкругу семьи - вполнейшем вакууме, где нет ничего настоящего… Зачем отдавать эту многократную боль, переживая ее снова, невыносимую? Даже Ику скрутило, впервые можно его прочесть, поймав солидарное отчаяние.
        Дальний огонек погас. Затем еще, иеще. Саид прикусил губу, теплая соль ощутилась ворту. Огоньки пропадали, вместе сними гас, растворялся вобычном пространстве мистический путь вотьму. Бесформенные, уродливо раздутые туши одна задругой вплывали взал. Ика металось, вдруг став очень быстрым - оно, оказывается, уже закрепило страховку итеперь собирало последователей «пути» из-за обшивки габа, сгребало внедавно покинутый смертниками зал. Плита люка скользнула насвое место. Восстановилась среда обитания. Разом включились свет, нормированное притяжение иосредненный погабу климат.
        Тела лежали наполу жуткой кровоточащей грудой. Темно-бурая кожа. Бородавчатые сплющенные головы без волос. Плотно зажмуренные щитки сизморозью наиголках ресниц.
        -Хрясы, - сказал самому себе Саид. Идобавил, чтобы совсем успокоиться: - Живучесть дошестидесяти единиц. Значит, вот-вот очухаются.
        Ближнее тело дернулось. Пальцы проскребли пол. Хряс зарычал, сел, хотя изуродованная кожа лопалась икровоточила помелким трещинкам. Обрывки полуразрушенных легких дрогнули, заполняясь воздухом.
        -Святой, ханноравный, - хриплым голосом возвестил хряс.
        Упрямо встал, жутко шатаясь, добрел доСаида исогнулся, трогая ботинки. Саид сновым ужасом глянул наИку. Идянин излучал невозмутимость иопять нечитался. Хряс повторно заполировал ботинки движением обеих ладоней, уткнулся лбом впол изаревел нечто чудовищное, переходящее винфразвук. Саид отодвинулся вкоридор изаспешил удалиться. Он прочел всознании полный отказ отисходного намерения уйти вотьму.
        -Ханноравный, - бегом минуя коридор ивзлетая ввосстановившей невесомость сервисной межярусной трубе, шептал Саид. - Сима узнает, задразнит… Ханноравный. Докатился.
        Было немного стыдно признать: руки дрожат, икрупно. Заспиной снова ощущается дыхание Ики. Идянину придется почти тащить насебе «ханноравного». Ачто скажет Бмыг…
        -Благородность отгаб-службы, - рявкнул вухо голос Рыга. - Эти фанатики всеже нашли лазейку вовне! Как ты их тормознул? Мало мне было проблем, так еще эти! Они, видители, нашли нарушения вадресации доставки иопозорены. Они, накати наних губр, жаждут уйти впуть искупления.
        Рыг отключился ипродолжил бушевать, ограничив бешенство размерами дежурного зала. Саид кое-как переступал сноги наногу. Было неприятно помнить, как ему протирали ботинки, намереваясь еще ипоцеловать правый.
        -Теперь вы войдете вих единую летопись, - сотчетливой иронией пообещало Ика. - Вы смогли донести доних идею ценность жизни, как груза каждого живущего. Будучи грузом, жизнь стала святыней, требующей доставки отрождения кестественной смерти. Мы, обитатели Иды, трижды пытались им дать такую поправку. Непреуспели. Вы можете быть нанас вобиде, мы влияли наних инавас, совевшая четвертую попытку. Добавим, мы внедоумении. Вы справились почти без нашей помощи. Вы неполны, ноубедительны иискренни. Иногда половинчатое сознание лучше резонирует врежиме экстренной помощи. Так говорила Яхгль, рассказывая отом, как вы ее спасали. Мы неучли, ноготовы пересмотреть иобдумать.
        Снова вдуше выросла неприязнь кумному испокойному идянину. Саид отстранился, мысленно отослав Ике отрицание общения. Помогло: дальше он брел один. Пока неувидел Гава, истошно скулящего, сочувствующего другу… Морф прыжком забрался наплечо иследующим движением скрутился вчалму, закрывая лоб, уши, затылок аж доседьмого позвонка. Вгабе сразу стало тише иуютнее. Переутомленное сознание обрело отдых. Стало посильно улыбаться: вон Бмыг, его уже впустили вгаб, процедуры проверки гостя исчерпаны.
        -Живой, - соблегчением выдохнул Бмыг, поддел Саида под локоть ипотащил, навалив наплечо.
        Втоне сказанного небыл вопроса, носмысл несказанного читался. Саид иГюль - два клона одной последовательности. Даже без телепатии ипрочих сверхспособностей они связны плотнее, чем близнецы. Гибель или увечье одной «половинки» будет принята второй.
        -Нет совсем, - виновато отозвался Саид, он действительно неощущал ничего относительно сестры.
        -Прекрасно, - Бмыг посветлел лицом. - Сейчас нет - это иестьда!
        -Поговорили, называется, - проскрипел один издрюккелей, после проверки катера провожающий гостя кего каюте.
        Это был крупный инсект сполным инженерным набором оборудования инанесенной наспину меткой ут-габнора. Именно он, - теперь Саид инесомневался, - дважды соединял сознание стелепатом ихорошо опознавал Саида даже влицо. Хотя прочие ошты трудно учились различать людей.
        -Привет, Тикка, - зевнул Саид. - Второй раз спрашиваю, ты правда решил неуходить изгаб-системы… после?
        -Вам сюда, приятного отдыха. Второй раз игнорирую глупость людскую, - отрезал ошт иумчался.
        Он, конечно, знал, что мысли отдоу неспрятать инаудалении, равном размеру всего габа… Ноубегал усердно. Отмыслей иотсебя. Саид кривовато, нозаинтересованно, улыбался, глядя вслед. Ошт Тикка научился мысленно отделять себя отпрочих врюкле. Он порой дерзновенно полагал: унего есть право намнение. Заразился он такой нетипичной для инсекта идеей отдоу. Врядли дрюккели, поколение запоколением задействующие избранных людей ввоспитании своего молодняка, готовы поделиться тайной глубины взаимного влияния сознаний. Признавая их право быть вне общего обсуждения, Саид тоже предпочел оставить наблюдения невысказанными.
        -Билли? - Бмыг обозначил новый интерес.
        -Ждем, - отозвался Саид.
        Оба знали: Саид, после обнаружения блокировки всознании Уильяма Вэйна, отправил прямое сообщение Огге. «Направах доу», - сказал он разъяренному Рыгу, когда тот примчался спеной урта ипустым для всякого сканирования иконтроля «телом письма», содержащего лишь телепатическое приглашение. Огга, вот уж чего неждали, навызов ответил, пусть ичерез посредника. Дрюккель высокого ранга долго смотрел насобеседника, затем помялся изакрыл все глаза. После томительной паузы он проскрипел: проблема понятна, помощь будет оказана. Ждите…
        Саид зевнул. Встряхнулся, жестом указал Бмыгу нужную каюту. Вголове пыра змеями шевелились мысли. Саид их изучал, сдвинув набекрень морф-чалму. Иреагировал наодни молчанием, анадругие…
        -Рыг, прошу внести данные погостю. Полный статус посла расы. Иеще, тебе непонравится. Я обязан сопровождать опекуна доточки… контрольной, скажу так. Контрольной, вполне верное понятие.
        Приняв сказанное, система связи габа довольно долго молчала. Рыг - иотсюда его яркое сознание читается вподробностях - сперва рычал отвосторга, азатем ревел отбешенства: пыры, составляя группу для решения задачи, неошибаются садресацией. Значит, они установили нечто важное относительно потенциального врага, пока неведомого остальным. Это впонимании мурвра - уже победа. Нопыры пожелали втянуть вдело телепата, формально - он изих расы: ведь Гюль жена Бмыга исестра Саида… Между тем, вотношении доу так много инструкций ивсе они такие категоричные, что отпускать его нельзя. Никуда! Иэто неможет небесить.
        -Невозразят, - пообещал Бмыг. Он неслышал мыслей, нознал, как они движутся. - Рыг, я допускаю участие еще одного разумного вгруппе, будь он хоть сафаром, хоть трипсом. Ноучти, три - наибольшая допустимая численность, так полагаем мы, пыры. Две доли суток - максимальный срок моего отдыха. Это официальное заявление. Координаты неукажу. Пока что они неполучены.
        Вкаюте Саид моргал, ощущая, что мысли гаснут вкиселе переутомления - исвои, ичужие. Ика вон - недавно грубо отстраненное вовне, куда подальше, явилось, поразило телепата внезапностью визита. Впрочем, оно нечитаемое. Опять. Иневозмутимое.
        -Мы обдумали, - сказало оно. - Мы говорили сгабнором. Если вам встретится подобный нам, нонацеленный повелевать, ему предстоит простая работа вотношении вас. Третьим вгруппе будем мы.Да.
        -Их тут сколько? - оживился Бмыг, озираясь.
        -Бинарное сознание, аможет иподсознание… надсознание, вбоксознание, - скривился Саид ипопробовал избавиться отидянина еще раз: - Ика, вы слишком ценны для роднойИды.
        -Мы для вас некомфортны вобщении? Это допустимо. Даже естественно. Номы сделали выбор. Мы непонимаем, как можно назначать цену зажизнь, тем более непонимаем, почему цена бывает разной, вы только что показали хрясам иное, ханноравный Саид. Жизнь есть искра, всякая искра неповторима. Мы будем оберегать вас. Вы будете оберегать нас. Разные способности, общая работа. - Ика дрогнуло уголками губ. - Нескажу, что цели общие. Мы пока невидим целей. Мы всмятении. Обязаны многим человеку Билли. Тоже важно.
        -Лучшебы Яхгль явилась оберегать, - честно признал Саид.
        -Она совершенно окончательно огорчила нас, - Ика покачало головой ивсплеснуло гибкими руками. - Приняла предложение мурвров овременном статусе. Аморальное легкомыслие. Внынешних условиях тратить силы накапризы! Чужие капризы. Мы обладаем полноценным даром симпатии, двусторонним вактивной форме. Она лишь дитя, дар ее неразвит. Хотите, мы скажем больше? Вы некомфортны для нас. Мы свами взаимно нечитаемы вряде форматов. Мы непонимаем, как вы могли отказаться отбинарности. Аморально. Номы неменяем чужих правил инепозволяем менять своих.
        Саид стравил зевок сквозь зубы. Он второй день неверил всвой индекс живучести. Так уставать - неприлично.
        -Доля суток насон, - велел Бмыг. Оглянулся, кивнул Ике. - Я слышал вас. Небуду делать глупостей иотказываться. Ждем напирсе через две доли суток. И, знаете… мой воспитанник пацан ишалопай. Вы ему интересны, вы мне интересны имы рады общению. Так что комфорт выстроим. Постепенно.
        Ика кивнуло исгинуло. Саид зевнул, рискуя вывихнуть челюсть. Вглазах потемнело. Когда это прошло, он сидел вкресле исмотрел вупор наопекуна. Бмыг принимал разгрузку - полную, ведь изобморока телепат раскрывается, как сорванная скрепления пружина…
        -Угм… - невнятно буркнул Бмыг, зажимая нос, чтобы непачкать кровью костюм. - Дажетак.
        Сейчас он знал все или почти все, что накопилось вголове воспитанника. Боль, когда убивали Симу. Страх, когда стало ясно, что живущая вгабе Сима - подделка. Отчаяние, когда пропала сестра. Надежду, неимеющую внятных оснований. Упрямство, требующее лечить Тьюитя иБилли. Чтобы немножить утраты иверить: худшее пройдет стороной, если отпихивать всеми силами.
        -Молча вздыхают слабаки, я разочарован втебе, почти, - сообщил Бмыг вывод поотношениям сСимой. Прикрыл глаза, закидывая голову ивтягивая носом, чтобы унять кровотечение. - Так… Что заподозрения похмырю Таю? Давай внятнее.
        -Нет.
        -Угм… Может, я втебе инеразочарован, - развеселился Бмыг. - Она тоже. А-ах, разгрузочка! Вроде, два сосуда лопнуло. Илитри?
        -Три, - виновато подтвердил Саид, считывая данные диагноста, встроенного вкостюм пилота. - Инсульт, паралич ирасстройство памяти. Это еслибы ты был человеком. Бмыг, ая - человек?
        -Ты недоросль, позволяющий себе недержать удар. Пыры неинтересуются терминологией. Пыры нестроят мнений наоснове чужих определений, вот потому мне сразу глянулся Ика. Буду звать «он». Тоже, додумались - оно… Какой из«оно» комфорт общения,ну?
        -Правда.
        -Спи. Ты нужен здоровый иочень, очень работоспособный.
        -Вы нашли… врага?
        -Как человек, - сдолей ехидства сообщил Бмыг, - ты обязан знать: учеловека есть один извечный инеодолимый враг вовселенной. Сам он, человек. Мы инеискали, это хлопотно инеэффективно. Мы структурировались. Как пыр, ты должен понимать, очем я. Авот как дрюккель…
        -Я?
        -Точно нея, - Бмыг рухнул вкресло изакрыл глаза.
        Пока Саид ловил обрывки мыслей ипробовал составить изних внятную идею осебе - дрюккеле, пыр глубоко нырнул вотдых. Суважением покосившись наопекуна, Саид тоже… нырнул. Впырском варианте отдыха, рядом ссознанием Бмыга, под чалмой морфа, было тихо. Пыры непозволяют нарушать свой покой никому, если так надо для дела. Бмыг был готов кочень важному делу.
        Когда Саид открыл глаза, впрошлое умчалась доля суток иеще небольшой хвостик времени. Бмыг бодро напевал ирастирался полотенцем. Изполуприкрытой двери душевой веяло ледяным холодом. Саид поежился, вспомнив дорогу хрясов вотьму - ноупрямо шагнул вдуш. Жидкость подавалась под давлением ивесьма условно могла называться водой, хотя имела температуру замерзания гораздо ниже иноровила оставить накоже тонизирующее обморожение. Такое воздействие душа - идея пыров, непонятная ни единому врачу другой расы… Грубые полотенца вбольшой вселенной тоже отмерли заненадобностью. И, еслибы прогрессивные расы выживали впырьем душе, онибы смотрели надикарей спрезрением без примеси восторга.
        -Готов, - отметил Бмыг. Поморщился идобавил: - Изнежился ты. Как тренировки?
        -Тьюитя надо - того, Билли надо, и… - начал оправдываться Саид.
        -Изнежился, - кивнул Бмыг.
        Шагнул вкоридор, резко пожал руку Ике, неуспевшему даже отодвинуться. Пырьми раскачивающимся бегом помчался ккатеру. Саид спешил следом, наконец-то ощущая себя опекаемым изначит, защищенным. Гав принял форму фиксирующего позвоночник ворота.
        Габариты идрюккели ждали напирсе. Молча отсалютовали кто как умел, молча позволили всем подняться наборт. Бмыг ткнул толстым пальцем внавигацию - одна кнопка, пыры нелюбят усложнять. Программу полета залили извне. Саид успел это осознать, когда катер метнулся вразгон ипрыгнул.
        Сознание поймало удар, потяжести сравнимый скулаком Рыга - значит, прыжок длинный.
        -Первая точка, - сообщил Бмыг. - Теперь могу конкретизировать задачу. Помимо прочего, чем заняты три иных посла, мы изучили данные позанятым вакции врага клонам. Особенно нам интересен их старший. Превосходный мозг. Что важно инеобычно: мозг имеет особенности, это не… нештамповка. Мы пыры. Мы чуем родство, исходник мозга принадлежал полукровке, да. Ика, я для тебя говорю, Саид уже считал спамяти. Клон-командир скопирован вплане мозга сочень интересного оригинала. Когда я улетал, мы еще непришли квыводам, какого именно. Сейчас унас пять вариантов. Здесь - первый.
        -Так мало? - удивился Ика, которого Саид тоже начал звать «он», следуя логике опекуна иощущая внутреннее успокоение. - Нелогично оставлять столь явный след.
        -Они инехотели, - отозвался Саид. - Клоны должны были погибнуть. Носперва клоны отказались уничтожать Симу иэтим сломали планы хозяев. Затем их командир впал вкому, нонепередал подчиненным приказ насамоликвидацию. Для клона отказ отподчинения почти невозможен. Он исейчас вкоме. Я собирался заняться его мозгом после того, как справлюсь спрочим неотложным.
        Ика обдумал сведения, наблюдая пространство забортом. Неяркую пожилую звезду, пять планет, видимых системе ориентации корабля. Ближнюю сее тремя крупными спутниками…
        -Это… свалка? - поразился Ика, невсилах промолчать.
        Бмыг как раз жестом смахнул проекции ивключил визуальный обзор. Красивый эскиз ближней планеты исчез под коростой орбитального мусора.
        -Нет, вих понимании это несвалка, аскопление. Уних вовсем неизбежны завалы икучи, - отозвался Бмыг. - Мы их опекуны. Раз всто циклов прилетаем ичистим. Прошлая уборка была сорок два цикла назад. Надо, пожалуй, уплотнить график. Да, предупреждаю сразу. Габ-система выдает для этого сектора пространства иэтого социума класс опасности ут-рууф. Они нечудовища, нотормозить себя взамыслах неумеют, так что надо своевременно сторониться. Н-да… это был инструктаж, Ика. Как сторониться, неизвестно. Поэтому икласс угрозы близок крууф.
        -Они… дикари? - заинтересовалсяИка.
        -Гении, - расхохотался Бмыг. - Это немусор, Ика. Это полезности, они так живут: швыряют наорбиту все подряд ипосле роются вкучах, выискивая то, что нужно. Когда мы наводим порядок, они ужасно злятся. Им некомфортно жить при любом порядке.
        -Но - гении? - уточнилИка.
        -Поверь, да. Все пользуются их теорией ускоренного прыжка уже пять сотен циклов. Применяют ими созданный принцип дистанционного анализа вселенной. Список того, что они создали, огромен. Правда, им самим это неинтересно, они неоглядываются… Три сотни циклов назад средних лет пыра совершила тут экстренную посадку. Незнаю, может, она вих мусор врезалась иполучила травму головы, - задумался Бмыг, массируя затылок. - Влюбилась, осталась. Навела порядок. Родила жизнеспособного гибридного сына. Обязала нас опекать этих беспомощных, ноопасных себе иокружающим, умников. - Бмыг обернулся кИке иподмигнул. - Пырья специализация. Опека. Аваша вроде - вправка мозгов, я так понял.
        -Гибридный потомок жив? - задумалсяИка.
        -Признан выдающимся умом, удостоен посмертного скальпирования сполной записью мозговых ритмов, - добил идянина Бмыг. Дал время отдышаться. - Аты думал! Они скальпируют своих гениев. Ткани исрез мозга помещают впантеон. Полагают мозг высшей ценностью инесравненным проявлением человеческой уникальности. Саид, ты пробовал синхронизироваться стем клоном, как тебя просилРыг?
        -Да.
        -Его просил я. Прекрасно. Тогда ты опознаешь сходство науровне компетентностидоу.
        -Что даст опознание? - запуталсяИка.
        Саид благодарно покосился наидянина. Сам он намеревался задать тотже вопрос. Но, названный избалованным, промедлил, чтобы неполучить еще одно нелестное прозвище…
        -Посетить пантеон имеет право любой житель вселенной. Смотреть насрезы мозгов прилетают реже редкого. Добровольно образцы тканей тут невыдают даже соплеменникам ипрямым потомкам, это святыня. Значит, мы изучим список посетителей запоследние циклов сто. Если мозг нетот исписок пуст, отправимся повторому адресу.
        Бмыг сердито косился наорбитальный хлам ифыркал отзлости, когда поборту катера сгрохотом било очередное нечто «полезное». Ноугроза порчи обшивки неотвлекала пыра отдел. Он добыл изниши три букета сярко-лиловыми лентами. Выдал пассажирам памятки посетителей пантеона иубедился, что костюмы обоих приобретают, согласно внесенным капитаном коррективам, нужные цвет ифактуру.
        -Как себя вести? - осторожно уточнил Саид.
        -Нереагировать наумников, - отозвался Бмыг. Вздохнул. - Помере сил нереагировать.
        Катер сел. Люк раскрылся, впереходник сразу поперло снаружи нечто сыпучее, скомканное, звякающее - еще незапущенное наорбиту илиже ссыпавшееся оттуда…
        -Дурдом, - широко улыбнулся Саид, припомнив годное Симино словечко.
        -А-ааа! - завизжали вдалеке, будто отзываясь наопределение.
        Скоро топот приблизился. Гуманоид ростом вполтора раза выше Саида мчался, нелепо складывая ксамой груди колени тощих, как прутики, непропорционально длинных ног. Такимиже тощими руками он размахивал вовсе стороны. Всклокоченные волосы летели заэтой пародией начеловека, будто старались отстать, отделиться отчужой спешки… Поузкой спине гуманоида отчаянно лупил рюкзак, надутый гигантским пузырем.
        -А-ааа! - обитатель планеты повторил боевой клич изатормозил, опираясь охлам руками, спотыкаясь ипадая наколени.
        -Совершил открытие? - шёпотом предположил Ика. - Мы ощущаем внем экстаз. Полное, исключительное счастье.
        -Врядли, - Бмыг искоса глянул наСаида, раздавленного, пьяного отобилия испутанности чужих мыслей. - Может, ключи нашел. Или носовой платок. Почему-то эти ребята запираю дома. Старая привычка. Вродебы они опасаются, что мы начнем внеплановую уборку иоттуда тоже вычистим ценный хлам. Ика, нестрадай. Это генетически наш прямой родич, человек, авернее - энгон, отличия поднакопились… Наспине унего недомик, анебольшая сумка ссамым необходимым. Что всумке, он незнает. Всегда так, понимаешь? Энгоны ипрочие местные, кто явился изаселился вэтот мир из-за сходства жизненных устремлений иизлюбви кхламу, живут ради открытий. Думают обольшом. Бродят поуши вгрязи, ценной икомфортно утоптанной.
        Гуманоид сел натощий зад ивоззрился наБмыга огромными небесно-лазоревыми глазищами.
        -Уборка? - бледнея, шепнул гуманоид.
        -Посещение пантеона, - Бмыг предъявил букет. Порылся вкармане идобыл платок. - Держи. Что еще надо?
        -Карандашбы, - тощий гигант порозовел крупными хрящастыми ушами. - мысль есть, азаписать…
        Он сбросил соспины рюкзак истал остервенело копаться вего недрах, отусердия прикрывая глаза. - Ведь должен быть. Сейчас… Ага… Подержите.
        Он неловко сунул Бмыгу комок попахивающей несвежим ткани. Затем всучил Ике диск, мигающий множеством лампочек иуронил наногу Саиду молоток, обмотанный проволокой.
        -Заменитель, - спокойно сообщил Бмыг, добывая пишущее устройство ибережно укладывая ком ткани вмусор близ голой пятки гуманоида.
        -Да-да, - влазоревых глазах вспыхнул восторг. -Ага!
        Гуманоид накорточках переполз ккатеру ипринялся азартно заполнять надписями борт. Бмыг тяжело вздохнул, отобрал уИки диск изашвырнул вкучу мусора. Жестом велел неотставать ипобежал прочь, гневным шепотом рассуждая, как теперь быть собшивкой: может, наней формула особо удачного вечного двигателя? Так невырезатьже! Придется скопировать ипоставить навидном месте. Чтоб несразу завалили мусором…
        -Мы сказалибы, что они больны, - прошептал Ика, улыбаясь изаглядывая влицо Саиду. Он мчался рядом, неприлагая усилий иоставаясь наполшага впереди. - Номы ввосторге! Они дотого иные, что мы ощущаем… обратное сходство. Мы иная сторона их болезни. Мы ничего неоткрываем для науки ума, ногармонизируем себя, отношения исреду обитания. Если нас поселить пососедству, может быть, станет лучше? Они несочтут нас угрозой или оружием, аимперия нас полагает тем идругим сразу. Они аморальны, нопросто оттого, что все желают проверить. Мы слишком моральны, нолишь попричине настройки надвижения души.Они…
        Бмыг резко остановился ипротянул руку, ощупывая воздух. Саид был готов поклясться, что там - пустота, новоздух пошел рябью ипостепенно позволил рассмотреть стену-невидимку.
        -Будет трудно, - пообещал Бмыг. - Морфа наголову. Я говорил, вих пантеон редко наведываются. Еще шаг, иузнаете, почему.
        Сжав зубы ижмурясь, Бмыг сделал шаг ирастворился впустоте. Саид заставил себя идти следом. Он ощущал заспиной дижение Ики иего любопытство. Теплый ветерок накоже вмиг поменял направление иостыл. Нога ступила наровное основание, гулкое эхо отозвалось иполетело вдаль.
        Череп, если верить ощущениям, сделался огромным, заполнил собою вселенную - инаполнился сомном нездешних голосов. Сухих, как трение осенних листьев. Далеких, как умершая давным-давно галактика, чей свет сеется, сеется, унося вбесконечность призрак жизни.
        -Свет вкаждом, искра, - расцвела мысль.
        -Изнежился! - рявкнуло вовесь вселенски огромный череп. - Веду кцели. Направляю.
        Саид, непомня себя, плыл сквозь хаос мыслей, как сквозь ураган, ранящий каждым обломком, всякой песчинкой, вовлеченной вмогучий поток. Он налегал набурю всем весом ипродирался, абуря рвала пологи ссознания ивыветривала, выстужала душу. Наконец, впереди возникло подобие утеса. Саид прильнул, отдышался, все еще нечуя себя, нохотябы веря: он еще существует. Утес пульсировал упорядоченностью. Хаос урагана обтекал его, чтобы добровольно признать своим центром ипозволить отстроить структуру, непостижимую никому изживых, лишних тут, гостей.
        Тьма обморока густела. Мир распадался вшелесте мертвых мыслей, колючими льдинками бьющихся олампаду жизни… Ика держал лампаду исам был светом. Ика улыбался.
        -Вдох-выдох! - скомандовал Бмыг, подкрепив приказ ударом погрудине.
        Конечно, отудара приключился выдох. Саид закашлялся иоткрыл глаза. Сперва вокруг было темно, затем звездочки понеслись веселым хороводом. Мурашки вонемевшей руке добавили впечатлений. Еще усилие - вдох.
        -Ика, я больше нестану сомневаться, стоитли вас полагать наилучшим спутником телепата, - тихо извинился Саид.
        -Время идет, - напомнил Бмыг. - Что поделу?
        -Доу нестоит быть внутри пантеона мертвых, - укорил пыра Ика. - Номы прочли: он видел сходство. Можем оценить как высокое. Точнее сам он неответит сегодня. Добавим, мы выявили там, вмертвом вихре, след живого. Мы умеем. Мы тонко различаем следы пообрывкам растраченных эмоций исил души. Гуманоид. Мужчина. Пришел под влиянием внешнего указания. Себя непомнил. Сознание было сильно повреждено впантеоне. Раса… затрудняемся гарантировать, носкорее всего клон-копия истинного человека. Мы наблюдали очень похожее. Кнам прибывал такой гость, чтобы лгать. Давно.
        -Я прилетел сюда сготовым ответом наборту? - удивился Бмыг.
        -Ложная личность, - продолжит Ика. - Мы читали. Было влияние черной стороны нашего дара. Мы следили. Он сказал, что изимперии. Он сам верил. Но - ложный след. Мы искали, интересная загадка. Мы обратились втэй корпус. Мы первый раз так поступили. Спросили: кто готов предоставить ложные личности под заказ? Долго небыло ответа. Затем сказали, вопрос сложный. Слишком.
        -Я задавал такойже сполгода назад, - растирая затылок, пробормотал Саид. - Я лечился ивроде уловил фальшь водном гуманоиде. Позвонил Иглю… Он постарался неответить ирезко погасил канал.
        -Ты доу или как? - возмутился Бмыг.
        -Доу, - свнезапным приливом гордости Саид выпрямился. - Он знал ответ. Он быстро прервал разговор. Весь массив ассоциаций я немог взять, ноих центром был Игиолф Седьмой. Иеще: Игль сразу подумал опроблеме урегулирования наследия Олера. Острая мысль, он будто обрезался обнее - ипогасил канал связи.
        Бмыг хлопнул владоши.
        Саид встряхнулся, наконец-то полноценно обретая зрение ирадуясь: уцелел, незамерз инесошел сума… Прямо перед носом теплый пух Гава. Морф переживает, нодругом гордится - вон, золото лоснится покончикам волосков… Когда Гава залег наплече, стал виден замусоренный мир ибредущий невесть откуда, изтумана, тощий гуманоид. Очередной. Высоченный, вчерном одеянии скапюшоном. Вруке длинная палка. Точно так вмире Симы описывают смерть. Хотя нет: этож некоса, это - метла.
        -Убираемся, - заискивающе сообщил «смерть», выше поднимая метлу ипоправляя рюкзак-горб наспине.
        -Грязь развозите, - припечатал Бмыг. Развернулся изашагал ккатеру.
        -Пыр-полукровка, - Саид плелся следом, опираясь наплечо Ики инеделая попыток отстраниться. - Он был систематизатор. Он, если я верно понимаю, выстроил изместного хаоса нечто… самоуопрядочиваемое?
        -Называется структурирование научных данных поалгоритму свободного ветвления, - буркнул Бмыг. - Теперь они хоть иногда знают, что открыли. Дотого попять раз открывали, забывали, заново копошились видее,как…
        Бмыг резко остановился. Наместе, где только что был катер, мигнуло, вспыхнуло зеленым - изадымило.
        -Так, - без удивления отметил пыр. - Провели эксперимент. Они все время… проводят. Первое, что хорошо: нас небыло наборту. Второе, что неплохо: они обычно аккуратны врасчете натурных экспериментов, их предварительно выверяют вмоделях. Полагаю, катер скоро появится.
        -Как скоро? - осторожно уточнилИка.
        -Или скоро, или я начну уборку досрочно! - взревел Бмыг вовсю силу легких. Помолчал, поправил ворот. - Теперь очень скоро. Наверное.
        «Очень» он произнес сособенной, неподражаемой иронией. Сел истал ждать, глядя напустое место, обозначенное дымом.
        Саид тоже сел. Отгомона сложнейших мыслей энгонов мутило. Гнев Бмыга кипел под крышкой инеобжигал. Пыр неволновался поповоду задержки. Он был частью группы, созданной для решения проблемы. Он нашел свой фрагмент решения, игруппа немедленно приняла это ксведению. Группа - как воспитанник пыра ителепат Саид только сейчас осознал ее вотносительной полноте - была чем-то смутно похожа на«дорогу тьмы» хрясов. Пырья структура пронизывала мир, тонко отзываясь нанатяжение каждой своей нити.
        -Тот нелюдь, Тай, - шепнул Саид, ощущая исебя нитью, - он сказал однажды Симе очерной звезде исолгал. Он через Симу отправил сообщение империи. После он еще раз солгал ей, копируя прежний прием. Он назвал звезду Йотта. Это может быть важно?
        -Проверят, - пообещал Бмыг.
        Наместе катера полыхали зеленые зарницы. Вокруг сидели истояли уже семеро энгонов, вразных точках замусоренной равнины возникали все новые ибрели, чтобы влиться внаучный диспут осбое эксперимента иненаучный - осмысле жизни пыров, которые всюду наводят порядок, который хуже катастрофы…
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись3112
        Я взял вличное тестирование спутницу десять циклов назад. Только так я смог оценить вполной мере благо, которое мы создаем для мира. Смомента появления данного существа мой рабочий график наконец-то настроился, мысли пришли впорядок, аобщий тонус стал стабильным ивысоким.
        Спутницы - это некостыль даже, это подлинное чудо современных генных иклон-технологий. Они нешаблонны ивпервые доли цикла проходят полную настройку нахозяина. Они творчески перерабатывают задания, исключают избытовых составляющих жизни скуку имонотонность. Пожалуй, уних есть лишь один недостаток. Кним действительно привыкаешь.
        Нетак давно я усвоил, что помню имя своей спутницы иохотно его использую. Что потакаю её мелким прихотям. Посути я бессознательно вернулся кпривычному сдетства укладу жизни вимперии. Я перестал считать спутницу изделием Интры инаделил всвоем сознании правами человека. Хуже, я оказался вовлечен вигру, мноюже предсказанную - где логик создает ценности, аинтуит их использует.
        Я начинаю подозревать, что использовать можно исамого логика вданной паре. Недопустимо создавать реальную возможность контроля над собою.
        Конечно, отказ отобразца будет сопряжен спериодом адаптации кчуть менее комфортным условиям. Ноя уже принял решение.
        Примечание. Надо еще раз изучить проект поспутницам вплане дополнительного функционала, например, влияния налидеров мнений иуправленцев.
        История пятнадцатая. Странство всех сортов
        Слово «сортировка» дерьмовое попроисхождению. Я это подозревала, ночтобы вот так вляпаться… Спина моя болит, глаза мои слезятся, сил моих нет, номеня никому нежаль. Я сортирую. Все наУтиле, черт подери Макса, сортируют.
        Когда бравый интнор очнулся иперестал цыкать, я обрадовалась. Когда он сказал, что куюкность есть выход, атупика-ц нет, я умилилась. Когда Макс ввел круглосуточный рабочий день справом наотдых после выявления факта обрушения вобморок, я неповерила ушам своим. Ночестные мои уши нелгали. Тут никто незнает даже основ охраны труда, то есть охраны живых инеживых откаторги. Сортировать нити-катализаторы для создания росли, как выяснилось, могут невсе. То есть часть населения Утиля видит разницу после моего пояснения. Иные негодны ксортировке иих Макс отправил надругие этапы работ. Там тоже все круглосуточно идообморока.
        -Замена, - прохрипел старый клон, оттащил одну изнянь, чье сознание отключилось, исгорбился, занимая ее место.
        «Замена, замена, замена», - шипело вушах. Темнело вглазах. Ныло вголодном брюхе.
        -А-ааа!
        Я села ишало огляделась, снеимоверным облегчением понимая: проснулась. Кошмар впрошлом. Все, что можно, отсортировано. Росль прет, вероятно Макс ией установил график роста, иона соблюдает. Сам трудоголик интрал накойке, вотрубе - даже он невыдержал! Зэйра, судя позапахам, накухне, уже отдышалась после сортировки исейчас пребывает вприпадке кулинарного вдохновения. Вприхожей Ливси безумно бормочет стишки ипохихикивает, он возомнил себя папай Карлой иваяет Буратин извсего, что несгодилось при сортировке. Вон - «хряп»! - запрессовывает суставы. УЛивси пунктик, он мечтает всем бестелесным мозгам изтемного сектора сделать тела, для начала хоть убогонькие. Настрадались ведь, лежа наскладе, вбеспросветном отчаянии ничегонеделания.
        -Шарпик, Шарпуша, - жалобно позвалая.
        Нет ответа. Похоже, он опять встратосфере. Хотя это для обновленного Утиля понятие несущественное.
        Я кое-как поднялась, постанывая ирастирая больную шею больными руками. Суставы опухли, кожа долоктей сожжена ипотрескалась. Нити катализаторы холодные ирастут впитательном растворе, довольно вредном для человечьей кожи. Десять дней мои руки это сортировали без всякой медпомощи, даже экстренной… Или двадцать? Незнаю. Спросить немогу, мне обтех днях ивспомнить - жутко. Остаточная рефлекторная неприязнь кМаксу еще шевелится навроде символической медицинской змеи, которая капнет именно ядом, что ты ей ни толкуй обезысходности ивыживании.
        Когда вглазах посветлеет, я смогу собой гордиться. Мы отсортировали то, что требовалось. Для проекта Макса простейшие разобрали треть города ивзрыли недра планеты наглубину, мне непонятную. Шарп наловил иприбуксировал изкосмоса особо ценные камушки. Макс проконтролировал взращивание - это теперь очень важное слово. Затем Макс вырубился, напоследок велев мне сформировать годный для голосовых связок гуманоида понятийный аппарат нового знания.
        Ха. Нашел эксперта. То есть унего небыло вариантов. Хш-ццц-с - это скрученное надлежащим образом монокуюкное волокно, оноже росль. Я знаю, я одна кроме Макса. Шарп более-менее понимает. Унего запись всех шипелок, иеще унего право составить словарь. Первое понятие там - росль, моя придумка, могу гордиться. Исходник понятия внаречии Эша, более универсальный - цц-вф-хш. Довысоты втри километра над грунтом эта штука отныне именуется росль. Где росль, там неповрежденная трехмерность. Выше росль переходит встранство, мерность которого более или менее ш-фф-цц… Черт, я немогу вместить смысл, значит, немогу составить нужное слово. Вобщем, выше росль сплетается вполную хрень. Аеще выше вообще немогу сообразить, вочто. Ноняня Тиа счастлива.
        Росль похожа натраву, авернее наводоросль, откоторой я иначала строить название. Сказала - неборосль, Шарп погудел, укоротил ненаучное «небо». Осталась росль. Она изумрудно-зеленая спереливами всизый исеребряный. Росль поднимается изпочвы тонкими прядями, образует арки, колонны, шары игроздья. Росль угрунта ощущается пальцами, если стараться прощупать, желательно зажмурившись для концентрации внимания. Выше росль видна, нопроницаема. Когда я вочередной раз вернулась ксортировке после обморока, росль уже дошла вразвитии довысоты километра, ия сразу вовесь голос переименовала Утиль. Он стал - красивый! Он такой… Он потрясающий. Ради этого стоило гнуть спину иубиваться насортировке того, непойму чего - ноизнего простейшие исвивали основу росли.
        Теперь планета официально, вовсех приказах Макса, именуется Сад Тиа. Над нами феерически красивое солнышко, оно играет сотнями радуг вслоях росли. Наш город, вомногих местах разобранный догрунта, стал похож нагорный массив золотисто-бурого оттенка. Сейчас простейшие делают глобальную перепланировку жилья ивстраивают окна воткрывшиеся фасады километровой вышины. Запанорамным остеклением трепещет росль, взблескивает всвете дня ислабо светится серебром вночи.
        Росль обладает способностью накапливать итрансформировать куюкность. Пока ей маловато энергии, норосль эффективна дотого, что сам Макс доволен.
        Говорят - ноя неверю даже Ливси - что именно я шмякнула вголову Максу сырой ком идеи росли. То есть меня шарахнуло знаниями Эша, я перепасовала, Макс словил перегрузку мозга, нодотого всеже составился план авральной модернизации планеты. Я неверю всвою причастность кпроцессу, чтобы верить вего результат. Ведь если план мой, он неизбежно искривится донеузнаваемости. Проверенно личным опытом навигации…
        -Шарпушечека! - я льстиво усложнила имя изадумалась над новыми вариантами.
        Ненужны, он уже гудит издали. Снижается. Грохнул, взвизгнул стабилизатором обпол - резковато шлюзанулся, ивообще он тот еще лихач. Явился впроеме двери, приблизился набезопасное расстояние. Он горячий, аж недотронуться. Весь всветящихся следах, высотная росль их оставляет налюбых аппаратах. Держатся часа два, ато идольше. Красиво. Говорят, немного вредно, нопока Ливси несмог установить доподлинно, как эта штука воздействует наживые организмы. Неживые она необратимо вырубает, если их немодифицировать. Пока вСаду всего три аппарата класса «рит» могут летать сквозь росль. Шарп первый научился.
        -Отчет! - гордо сказал Шарп. - Доточки стыковки спотоком плазмы семьдесят шесть минут тридцать секунд. Снял параметры среды. Снял параметры потока плазмы. Снял параметры ш-цц-сх.
        Опустился напол изамер. Намекает, что надо продолжить уродовать знание Эша терминами моего изготовления. Методику обзывания мы сШарпом упростили добезобразия. Ипрямо сейчас ее применим. Я легла натеплый коврик изакрыла глаза. Шарп прокрутил запись термина впроизношении Макса - ш-цц-сх. Я напряглась истала выбрасывать измозга ассоциации, все подряд ибез разбора - так выбрасывают изокна шмотки при разводе.
        -Тормозуха, юз, парашют, бампер, стоп-кадр… эээ… кердык, абзац.
        -Юз, - выбрал Шарп.
        Он редко вслух повторяет термин, выбранный измоих вариантов, только когда очень нравится. Я вслушалась. Неплохо вышло, правда. Даже звучание малость похожее наисходник.
        -Шх-шх-ццц-фшш, - протранслировал Шарп знакомый мнебас.
        -Бл… муха. Ёперный театр. Отмена. Сотри это. Крути шарманку заново.
        Пришлось зажмуриться потуже, слушая еще раз «шх-шх-ццц-фшш». Ох, какое оно бесчеловечное, знание Эша! Невыживают ассоциации. Только дико, неконтролируемо атипичные сами прут, пеной. Я порой боюсь того, что выговаривается вслух. Ведь оно сочтется термином. Род людской вего земной версии опозорен вовеки вечные. Хорошо хоть, род людской обэтом узнает очень, очень нескоро иотомстить мне «заживо» неуспеет. Авось, я везучее Кощея исмерть свою найду нетак далеко. Как там Саидка? Как там Гюль?
        Небуду отвлекаться, Шарп шипит новое слово. Отвечаю, стараясь себя неслышать иконтролируя толькомат.
        Сегодня уменя стерминами совсем паршиво. Ещебы! Вот-вот затикает последний час перед долгожданной катастрофой. Солнышко внас плюнуло совсей дури, его спровоцировали граждане фашисты изоны СС, оно невиновато. Сейчас неотвратимый плевок летит ишипит, интенсивность Шарп уже замерял, соответствует прогнозу. Он добрый, порылся вмоих ассоциациях ивчера посчитал для понятности «катастрофу» вэквиваленте термояда. Вроде, обменяйся мы, россияне, соШтатами всем, что унас есть, былобы куда пожиже.
        -Макс! - шепотом зову, нет сил уже ждать.
        -Семь минут доотбытия вцентр управления, - несколько посаженным отусталости, нопо-прежнему авторитетным ировным голосом отзывается интрал. - Сима, вы паникуете?
        -Нет еще. Через семь минут начну. Поплану.
        -Разумно. Вы помните свое место оп расписанию сегодняшнегодня?
        -Люк вЦК вметре отмоей печени. Вот облучит нас, истану я как Брежнев сбровями или как Ленин слысиной. Варианты, блин… исторические. Макс, аможно я отсюда посмотрю салют?
        -Ответ вам известен.
        Он встал, быстро очистил поданную Зэйрой тарелку иопустошил кружку. Похвалил вкус: это я его научила, чтобы спутница радовалась. Исполняет, как ритуал. Вызвал интноров сопровождения, отдал Шарпу приказ нафинальный облет контрольных точек. Все, мы идем. Уменя ноги дрожат. Мне стыдно, ноя неособенно верю вспособность невидимой нитки Эша инеощутимой росли нашего Сада противостоять взбесившемуся солнышку. Я как подумаю, что через час мне оживать намертвейшей изпланет, проклиная синтирование иощущая непосильность груза всех смертей, которые пусть икосвенно, нонамоей совести… яже человек. Апрочие тут - создания людские.
        -Тремор, у-ме-рен-ный! - напугал меня подкравшийся Ливси ивкатил дозу чего-то полезного, неспрашивая согласие. - Пролечен. Покой, Сима, сегодня вам прописан. Про-пи-сан!
        -Иди ты… ненарушай порядок следования колонны.
        Портатор. Коридор. Еще портатор. Коридор. Выходим наповерхность. Впереди свежеокрашенная всалатовый цвет - выбор Тиа - стена зоны СП. Простейшие носятся, вообразив себя живыми букашками, лазают поросли ижужжат. Задверями плотно, плечо кплечу, стоят живые. Поавральному расписанию они обязаны быть тут, чтобы уцелеть, если даже росль несправится. Мы минуем узкий коридор, оставленный для нас. Мы - это я, Зэйра иМакс. Ливси остается вСК. Интралы остаются под открытым небом…
        -Это нечестно, - жалуюсь я едва слышно.
        -Однажды я смогу сформулировать для вас вопрос очестности вреальной жизни, - откровенно насмехается Макс. - Неснижайте темп движения.
        Зона СС. Ненавистный вовеки веков белый зал перекрашен, я просила иэто учли. Теперь тут кремовый потолок исеро-стальные сголубым отливом стены. Солидно. Встаю улюка вЦК. Суставы ноют… Использую повод исползаю всидячее положение.
        Макс великолепен. Ни единый мускул налице недрогнет! Надо быть гением, чтобы так верить вто, зачто ты один вответе. Планетарный план, основанный натонюсенькой паутинке Эша имоей недостоверной атипичности. Трудно представить, что я, попав наУтиль, ненавидела клонов. Макса боялась. Гос-споди, нет уменя ума иобойдусь, спасибо, хоть зрение имеется. Разобралась постепенно.
        -Контроль планеты, сбор отзывов старших групп поавральному расписанию, - вещает Макс.
        Басовитые голоса клонов откликаются, шарообразная схема Сада Тиа над столом заполняется ровным зеленоватым свечением. Все наместах ивсе вготовности. Хотя сделать уже никто ничего неможет. Только ждать.
        Глотаю сухим горлом. Зэйра села рядом ивручила мне мятую кружку Макса. Шепнула - полируй. Тряпочку сунула. Глупо… Ноя так ей благодарна! Руки заняты.
        -Четное охухливание финализируется, - вещает голос Шарпа издали.
        Я перестаю тереть кружку, джинна изнеё так итак невызвать. Я комкаю тряпочку ихочу ею закрыться, как скромная женщина востока. Это я брякнула про охухливание? Непомню. Акак оно было внаречии Эша? Незнаю! НоМакс вроде все ловит ипонимает. Гений.
        -Отсчет досоприкосновения плазмы сгубкой, - требует Макс.
        Губка - это что? Производная росли, специализированная навпитывании энергопотоков. Атермин ничего так… всяко лучше, чем ш-ссс-щ-цц.
        -Фазовое охухливание повсему горизонту событий, - вещает Шарп.
        Еще голоса, иеще. Все бормочут полезное, ипока ни слова изрусского мата. Нежели потомки смогут забыть Симу счистой совестью? Хорошобы.
        -Есть контакт, - тоном чтеца инструкций сообщает Макс оначале конца света. Молча сверяет данные спланом. Лицо каменное. Или все летит кчертям, или мы вшоколаде. Пойди пойми! - Стикер склеить.
        Что я назвала стикером? Смотрю вужасе наЗэйру. Она меня гладит поладони, жалостливо вздыхает. Отворачивается иблаженно улыбается, снова уделяя все внимание Максу.
        -Кай-куюк, - вещает Шарп.
        Это хорошо, это я дышать могу теперь. Он снаружи ицел. Значит, мы пока побеждаем. Шарп начинает щелкать, отмеряя такты процесса, окотором я однажды знала все, когда лежала без сознания впирамиде. Ничего непомню! Частота щелчков неменяется, тональность понижается.
        -Си-кай куюк, - добавляет Шарп.
        Надеюсь, дрюккели меня неприжмут из-за использования сгоряча их способа оценки полноты чего-либо.
        -Бросаем невод, - распоряжается Макс.
        Это я помню. Значит, унас уже много энергии имы можем сделать то, что как раз я ипридумала, сознательно: вдополнение кфиксации карты звездного неба провести ретро-анализ споиском звезд сходного типа, склонных кбеспричинным выбросам плазмы раз всорок-пятьдесят циклов. Еще я просила сформировать сигнал влюбых доступных нам параметрах - для кэф-корабля Кита, для старых йорфов, для Сплетника Зу, Эша ивообще кого угодно измоих знакомых, кто умеет слушать испособен держать язык зазубами.
        -Сигнал, - словно подслушав мысли, велит Макс.
        Опять ждем. Шар планеты по-прежнему зеленый. Живая она, хотя нас сжигает уже довольно долго идолжно пропечь наглубину докилометра.
        -Си-тар-кай куюк, - торжественно инеторопливо гудит Шарп.
        Все. Выдыхаю. Росль сожрала запас энергии всолнечном плевке засчитанные минуты! Мы целы. Я - живая Сима наживой планете итак будет завтра, послезавтра иеще долго будет именнотак!
        -Пошли данные, - прерывает мои повизгивания Макс. - Есть координаты звезд сходного типа. Пульсации строго пографику, синхронизированному спериодом вращения местных планет. Ктекущему моменту выявлено тридцать семь совпадений. Два критических, где можно ожидать катастрофы, аналогичной нашей, втечение доли цикла. Вы были правы, Сима. Укого-то налажена система утилизации… мусора.
        Интрал сказал это так спокойно, что я ему неповерила. Имне понравилось, что он умеет злиться.
        -Ачто будем делать-то? - шепотом понадеяласья.
        -Ярлык склеен, - пожал плечами Макс. Сел вкресло, сверил данные, массируя лоб ичуть хмурясь. - Все штатно. Доближней аналогичной планеты сорок три килоюка. Это посильно. Полагаю, мы можем рассчитывать там надозаправку. Надеюсь, - он сделал ударение наэтом слове, - мы успеем довспышки.
        Макс выпрямился вкресле, поего лицу прошла едва заметная судорога - надоже, иунего шею ломит отусталости. Такую шикарную шею… Кажется, складки чуть похудели, да исам Макс стал суше, заметно. Вочто ему обошлась авральная переделка планеты?
        -Координаты подтверждены. Полный выхухоль, - строго сказал Макс.
        Ия поняла: потомки меня незабудут…
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись3287
        «Мой интмайр природнее меня насемь процентов, хотя он гораздо старше. Выглядит неплохо для замшелого старика. Тестирует большинство наших разработок идает дельные замечания, поэтому я решил проверить, насколько вероятно его тайное влияние впроцессах сокращения управляемости Интры, какие я немогу пока отстроить.
        Я делал попытки внедрения через его спутницу, его инженерного клон-помощника иего собеседника. Трижды провал. Абсурдная ситуация, эти изделия способны предать куда менее, чем природные люди…
        Объекты пришлось, конечно, списать. Я нашел этому логичное объяснение, однако вижу, что доверие кмоим словам подорвано. Увы, заменить интмайра я невсилах, неподвергая систему рискам. Он врос вИнтру буквально: главные узлы контроля данных встроены вего мобильную платформу. И, когда мы имели неприятный разговор осписании изделий, он впервые открыто пригрозил мне выходом вотставку. Мне! Как будто незаменимыхнет.
        Чтож, я строил систему свысочайшим потенциалом конкуренции управленцев ия занимаю высшее кресло непотому, что так сложилось, апотому, что я этого достоин. Он желает войны завлияние? Я готов. Я найду союзников иресурсы, я подготовлю удар. Он ведь даже несцентральных планет империи происходит, этот жалкий выскочка. Он никогда недобирался довысот власти там, вимперии. Он нестроил логику общества Интры. Он никто.
        Ия желаю непросто раздавить его, носделать это показательно.
        Как говорили древние моей родной планеты, гигантского оргаха надо есть покускам. Я буду резать влияние Олера тонкими ломтями. День заднем. Пока он нестанет прозрачен иневесом.
        Начну сзапуска новых клон серий, удобных для поставленных задач слежений ифизического воздействия».
        История шестнадцатая. Оплаченныйдолг
        -Выходите, - велел Хусс.
        Корабль йорфа казался сухой змеиной шкурой, готовой рассыпаться отнеосторожного движения. Нараздраженный голос своего капитана корабль отреагировал вибрацией полумягких, складчатых стенок. Саид опасливо оперся локтями иладонями, поднимаясь изкресла. Вроде, ничего нелопнуло. Ноощущение невероятной древности корабля усилилось. Пол пружинил ипрогибался при каждом шаге. Гав щетинил черный всеребряных иглах мех - вероятно, опасался инемог скрыть страха.
        -Вы услышали вызов энгонов? - уточнил Бмыг, бережно, наполусогнутых, пробираясь клюку.
        -Сигнал опомощи. - Сухо ибыстро сказал Хусс.
        -Мы никогда ненаблюдали сознание, лишенное конечности бытия, - восторженно умилился Ика. - Вы подобны зеркалу, отражающему иное зеркало, множащее солидарные отражения. Мы потрясены безмерностью. Мы никогда непутешествовали столь интересно инасыщенно.
        -Вы могли переслать сигнал бедствия далее или выслать корабль-автомат, - продолжил рассуждать Бмыг. - Вы могли отвезти нас туда, куда мы просили исходно.Вы…
        -Прошу поспешить! - вголосе Хусса наметилось свистящее раздражение.
        Гнев представителя старой расы казался Саиду ледяным, толстостенным ипрочным. Аеще хрупким. Хотелось пробить поверхность инырнуть вто, что под ней. Гнев прикрывал сознание йорфа надежнее, чем вибрирующий, многозвучный свист мыслеотражающих змей вприческе Хусса. Погладкой поверхности ледяного гнева взгляд телепата скользил, ненаходя возможности зацепиться, остановиться, всмотреться…
        Хусс выпрыгнул изкорабля следом затеми, кого согласился подвезти. Иэто было уже окончательно странно. Сутки назад одно изредчайших вовселенной созданий - йорф, представитель расы, помнящей самих кэфов итех, кто был доних, наверное, тоже - сам связался спаникующими энгонами ивыразил готовность забрать пыра иего друзей, ведь их катер все еще пульсирует, то пропадая вовспышке зеленого света, то возникая снова. Тощие гении сослезами благодарности вмиг прочистили вценном мусоре площадку, вымели дочиста. Коврик невесть откуда добыли ипостелили для торжественности. Напитки какие-то соорудили, вспомнив обычай сафаров, связанный сприемом гостей. Идолго махали длиннопалыми тощими руками вслед, шало улыбаясь иверя: уборки небудет еще полвека, пыр улетел.
        Приняв гостей наборт невесомого, полупрозрачного корабля, Хусс выслушал их инаотрез отказался лететь кгабу Уги. Затем также упрямо отказался разрешать пользоваться системами связи ивызвать ближний корабль пыров. Нерасслышал предложения «докинуть доближнего габ-узла». Сощурился наСаида: «Вы что-то говорили онашей звезде?»… Почти сразу корабль нырнул виной слой пространства, чуть сжался изашуршал чешуйчатой обшивкой оневедомое. Саид остался сидеть иморгать, помня гипнотически-пристальный взгляд змеиных глаз Хусса, цепляясь заподлокотники потными ладонями. Отравленное сознание болело, страдало зябким полузабытьем, туманным, непозволяющим найти ответ наочень вродебы простой вопрос: аговорил Саидли при йорфе хоть что-то озвезде Йотта?
        Изкорабля Саид вышел, подталкиваемый под локоть Хуссом. Вкакой-то момент он ощущал редкие, мелкие выдохи йорфа усамой шеи изаспешил клюку, желая отодвинуться, отстраниться… Покинув корабль ипотоптавшись натвердой, надежной поверхности, Саид начал дышать воздухом иззапасов костюма, постепенно забывая сладковатый привкус корабельной атмосферы. Сознание взбодрилось. Мысль остранностях разговора окрепла. Авот телепатия, этот генератор шума вголове, еще дремала инеспешила очнуться.
        -Йотта, - торжественно выговорил Хусс ипоклонился родной звезде, встающей изслабого зарева рассвета. - Мои предки воспевали ее красоту. Горячая звезда, способная раскалить добела пески родины.
        Саид вздрогнул отшепота йорфа, встрепенулся иукрадкой прикусил губу, желая избавиться отвлияния. Никаких песков вокруг небыло, хотя мгновение назад они явились мысленному взору вовсем своем забытом величии, понятном лишь настоящему йорфу. Но - нет тех песков. Кругом, куда ни глянь, ровная, как пол бального зала, поверхность сузором змеиной шкуры. Каждая чешуйка впоперечине три шага. Окантована матово поблескивающей рамкой. Восновании рамки змеится, пробегает искрой надпись, чтобы погаснуть иповторить свой путь, иснова погаснуть, иопять явиться. Имена. Йорфы нехоронят покойных, носнезапамятных времен, когда их древняя планета остыла, наносят намертвое, красиво обточенное ее тело надписи овеликих своей расы.
        -Сима как-то сказала моему воспитаннику, что ты пилот отбога, - прошипел Хусс всамое ухо. - Воспитанник сперва опасался ее, азатем научился уважать. Сней интересно. Шумно, ноинтересно.
        Вздрогнув, Саид будто очнулся отполусна. Всознание лавиной рухнули знания, накрыв сголовой иоглушив. Пока телепат моргал ипробовал рассортировать нежданные подарки, Хусс крадучись двигался покромкам плиток, читая надписи.
        -Ика, увас какая автономность костюма? - негромко уточнил Бмыг. Вздохнул идобавил: - Отсюда долюбого обжитого места далековато.
        Шипение помешало идянину ответить. Все обернулись назвук иуспели заметить: тело Хусса мелко завибрировало, вытянулось, невероятно ловко скользнуло вщель, возникшую наместе очередной надписи. Часть рамки, окаймляющей плитки, вернулась насвое место.
        -Что… - начал вслух Бмыг идодумал прочее без слов.
        Саид, плотно жмурясь, упал наколени, уткнулся лбом вполированную поверхность. Сознание едва справлялось, отслеживая совсем чужое для гуманоида. Хусс был куда более змеем, чем прежде представлялось. Сейчас он вился, изворачивался, втискивался вневероятно старые, узкие ходы. Оказывается, его череп способен менять форму, сплющиваясь. Оказывается, его руки имеют семь суставов инемешают гибкому телу вскольжении. Аноги ивовсе иллюзия - просто хвост так сложен, обманывая гуманоидов. Змей скользил все дальше иувереннее. Он чуял тепло истремился кисточнику. Он был зол, нововсе ненапассажиров своего корабля. Скорее Хусс клял себя, ненаходя оправдания какой-то ошибке.
        Он явился, потому что был разбужен отчаянным криком. Он считал мысль оЙотте, потому что умел читать мысли - норедко этим пользовался, нежелая влиять иподвергаться влиянию, он стар для подобного инезаинтересован вжизни современного мира. «Йотта» - шепнуло сознание двуногого, мысль поползла полабиринту ассоциаций идобралась дозабытого, еще мгновение назад малосущественного. Затем вспышка… ярость. Холодная, бешеная ярость опознания обмана.
        -Вкорабль, - удивляясь себе, попросил всех Саид. - Да. Прямо теперь.
        Пыры замечательны тем, что умеют незадавать лишних вопросов. Ика вон начал было, нопопал под руку Бмыга изатих. Ему вголову неприходило, что взрослого идянина можно зашкирку притащить ипристегнуть ккреслу, неспрашивая мнение. Саид, ощущая вголове сумасшедший пожар, отчаянно-торопливо озирался, щупал обшивку ивоздух, усваивая систему чуждого, непод гуманоида спроектированного, управления. Толчками расправлялось, гасило реальность, чужое сознание. Хусс вырвался излабиринта ходов вобширное пространство - толи древний город, толи природные пещеры. Там темно, много автоматики, характерной для современного мира. Хусс мчится, виляя длинным хвостом ишипя спереходом вультразвук. Отего голоса активируются старые системы расы йорф. Хрустят перемалываемые невесть чем современные автоматы, гулко лопаются целые коридоры издания, вмиг сплющенные спазмом «живого» потолка. Хусс толи прыгает, толи летит… Быстрее, еще быстрее! Позади полыхает зарево, впереди огромный зал, край пола, пропасть. Теперь точно - полет.
        Свет внизу. Ближе. Рядом. Хусс ввинчивается впол, гася скорость, сего черепа срываются змеи-волоски, жалят окружающих. Схрустом вгрызаются, предпочитая глаз или ухо, чтобы как можно скорее взять под контроль мозг. Еще мгновение - иХусс обладает небольшой армией клонов современного универсума, вооруженных ипоставленных здесь, чтобы уничтожить любого входящего… теперь уних новая задача иновый хозяин.
        -Гюль, - вслух удивился Саид, старательно прицелился иактивировал точку впустоте. Сухая шкура корабля вздрогнула, принимая предполетную форму. - Гюль иэти… прайд?
        -Гуля? - поразился Бмыг.
        Теплая волна его надежды захлестнула все вокруг, связь ссознанием Хусса растаяла вней, растворилась. Саид открыл глаза, сполна принимая реальность: он фиксирован взмеином лежаке пилота, он шипит снелепо раззяванным перекошенным ртом стекущей поподбородку слюной.
        Корабль приподнялся над поверхностью, заскользил, ускоряясь. Саид недоуменно глянул насвои руки, погруженные вчешуйчатые перчатки управления, уходящие внедра корпуса… который, вроде, тоньше листка, ноэто - обман зрения. Шея болит. Слева возле уха вспухает нарыв. Пульсирует, шевелится. Гав пластырем зажимает рану ивзволнованно ворчит. Руки шевелятся вперчатках, лучше сознания понимая, что надо делать. Неим инеСаиду - аХуссу. Сейчас это его руки.
        -Ядовитый старик, - обиделся Саид, шамкая нежелающим закрываться ртом.
        Десны саднило, хотя вних небыло прижимаемых кнёбу складных зубов, как уХусса. Тех самых зубов, которыми йорфы непользуются невесть сколько веков, тысячелетий. Зубов, мгновение назад впрыснувших яд рослому гуманоиду, который паниковал иполивал йорфа сплошным потоком огня, пока жил… НоГюль осталась незадета, йорф это обеспечил.
        -Там ад, - прошамкал Саид.
        Глаза слезились, истерзанные нервы нежелали принимать контроль сразу отдвоих. Хуссу сейчас отчаянно больно - иего страдание широким потоком изливается наСаида. Конвульсивное движение руки вперчатке управления…
        Корабль рывком, без торможения, встал нанос ирухнул вшахту, вединый миг возникшую наместе пластин-чешуек, неотличимых отвсех иных натщательно замощенной планете. Вкромешной тьме корабль несся, шурша обшивкой иизгибаясь вузком лазе. Ближе кцели, ближе.
        Пальцы сложились вщепоть. Корабль раскрыл пасть переднего люка, окотором Саид инезнал мгновение назад. Изпола вырос еще один лежак, принял груз - икорабль пошел вверх.
        -А-ах…
        Прошипел Саид, кусая язык изахлебываясь горячим исоленым. Он еще ощущал Хусса. Внизу, все дальше откорабля, старый йорф снеожиданным для себя самого наслаждением выплеснутой хотябы раз ярости, снятых хоть однажды оков невмешательства - убивал, уродовал, уничтожал, давая кораблю время уйти.
        Гуманнейший почитатель неприкосновенности жизни, величайший ценитель духовного, мудрый ибесконечно старый наблюдатель чужих ошибок вдруг решился наворотить своих, как будто ему опять столько лет, что их посильно учесть.
        Корабль вырвался ватмосферу, апланета немедленно зарастила шкуру, закрыла древний люк. Внизу остался ад боя одного старого йорфа против полноценной оборонительной системы молодых рас, выстроенной наего планете заминувший цикл, и, если верить первому впечатлению, способной отразить атаку некорабля - флота!
        Саид нехотя подтвердил курс, как того желала Хусс. Корабль покинул атмосферу иприготовился нырнуть виное пространство. Старый йорф еще читался сознанием, он еще жил иубивал. Он достиг центра управления ирвался сквозь чужие, наспех возведенные преграды кэнергонакопителям… Безупречно пригнанные змеиные чешуйки покрытия планеты рассыпались, взломанные множеством трещин. Гибкие перемычки сименами забытых героев лопались, слова гасли. Отданный впользование подоброй воле йорфов глубинный космопорт сжимался, как желудок, скрученный спазмом. Вего недрах «переваривались» корабли, автоматы, гуманоиды, клоны…
        Корабль утонул внезнакомых слоях пространства, чтобы сразу изних вынырнуть. Сознание неощутило прыжка инесмогло отследить его длительность.
        -Старые дачи, - шепнул Саид, наконец сглотнув изакрыврот.
        Он сразу узнал планету извезду, ивыговорил то смешное название, которое дала этому месту Сима. Год назад она гостила тут без приглашения. Ее попросили вмешаться идоставили кэф-корабли, авон изатмосферы неочень вежливо выставили йорфы, сочтя себя признательными иобязанными - нонеспособными дольше терпеть столь атипичную гостью. Сюдаже, если верить добровольно отданной Хуссом памяти, Сима отправила приватное сообщение, напомнив одолге йорфов изапросив уних вкачестве платы право использовать недра древней планеты узвезды Йотта. Аеще она связалась позакрытому каналу чуть позже игорячо поблагодарила запонимание исогласие оказать услугу. Сима, которая вовсе небыла Симой. Сима, которая смогла обмануть сходством опытных, мудрых йорфов.
        -Что это было? - спросил Ика. - Мы ощущаем гибель, всвоей трагичности равную угасанию звезды. Мы ощущаем биение жизни, подобное чуду воскрешения. Свами так интересно странствовать!
        Саид посадил корабль наполяне, чуть встороне отаккуратного домика вдва этажа. Наступеньке крыльца ждали двое. Йорф, внешне едва отличимый отХусса, иподросток расы истинных людей. Воспитанник йорфов, онем Саид знал. Пацан хлюпал носом иразмазывал пощекам слезы, нестесняясь быть жалким. Он первым побежал ккораблю, чтобы смотреть напокидающих его незваных гостей иждать того, кто был прежде пилотом. Ждать, хотя он ненадеялся навстречу, хотя душа болела икровоточила.
        -Я вызвал корабль пыров, ближайший, - седва заметным присвистом выговорил соплеменник Хусса, обнимая мальчика заплечи иподтягивая ближе ксебе. - Вас заберут втечение полудоли суток постандартному счету.
        -Вы готовы хоть что-то объяснить? - уточнил Бмыг.
        Он снедоумением проследил, как Саид садится накрай люка, нелепо выворачивает голову вбок, шипя исмаргивая. Гав сползает сшеи, итам лопается нарыв, чтобы выпустить тонкую змейку, очень похожую натех, что составляют прическу любого йорфа. Воспитанник старой расы бережно принимает змейку вковш ладоней иуходит, необорачиваясь.
        -Одно могу сказать, - помолчав, решил ответить йорф. - Когда молодые расы делают глупость иэто приводит их награнь войны, мы, старые идревние, исключаем для себя всякое общение свами. Иначе вы выработаете привычку нерешать конфликты самостоятельно исвоевременно, доих перехода взакритический режим. Таков нерушимый закон. Номы должники Симы. Она вмешалась, хотя мы были против, иисчерпала проблему, хотя мы невидели решения. Ошибочно отблагодарив заэто нетого человека, мы невольно приняли участие впровокации войны. То, что сделано сегодня, было личным решением Хусса. Его доводы нам неузнать еще долго. Взрослый погиб, мы все это заметили. Черепной зародыш уцелел, новернет себе память ивзрослость Хусса неранее, чем через три десятка циклов. Так или иначе, свашим отлетом мы вернемся ксоблюдению закона. Сектор старых рас будет закрыт для полетов исвязи, как исектор древних, пространство кэф-кораблей, звездное скопление Зу иряд иныхзон.
        Йорф отвернулся ипошел кдому. Саид смотрел ему вслед ипонимал: взорви он звезду, представитель старой расы необернется. Змеи вприческе сплетены плотнее плотного, их крошечные глаза зажмурены. Даже телепатия уровня ут-доу неспособна прорваться сквозь сплошные помехи «черепных зародышей» йорфа. Ажаль. Подтвердить догадку хотелосьбы прямо теперь инаверняка.
        -Наш корабль наорбите, - оповестил Бмыг. - Значит, вызвали его вчера, если непозавчера или ранее того. Когда я запрошу энгонов итем более пыров, обязательно окажется: йорфы искали нас, авовсе неловили сигнал бедствия. Ты обэтом думаешь, Саид?
        -Да.
        -Дружба иродственность интересно сплетают сознания, - умилился идянин, запрыгнул влюк ипочти без усилия вынес изкорабля тело спящей Гюль. - Сознание отключено, это я понимаю, это для меня работа. Прямое иплотное влияние темной стороны дара симпатии. Поправимо, поражение недостигло критического уровня. Саид, увас есть хотябы какие-то идеи: что подвигло йорфов кстоль решительным шагам?
        -Сима, - широко улыбаясь, прошептал телепат, сразмаху хлопнул опекуна поспине иподпрыгнул, непытаясь казаться сдержанным или вежливым ктрагедии йорфов. - Сима жива! Она точно жива! Только она умеет расшевелить старых змеев!
        Бмыг принял наруки спящую жену инаблюдал прыжки воспитанника, невмешиваясь инеодергивая.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись4113
        Теперь я точно знаю, кто именно выводит из-под моего контроля важнейшие планетарные центры. Да, я увлекся слежкой ираспространил ее наряд важных фигур, затем расширил список иеще раз пересмотрел, чтобы позже сделать его расширяющую коррекцию регулярной. Да, это забирает так много ресурсов, что я ощущаю порой их дефицит.
        Новторой фактор куда опаснее. Вчера мы спокойно беседовали сОлером, чего небыло давно. Он, поего словам, впервые лично провел инспекцию планет дожития. Трудно оценить уровень искренности, данный мне вариант причины абсурден - он искал собеседника испутницу, списанных пятнадцать циклов назад. Я предложил адекватный вариант компенсации, то есть развитие тойже клон-последовательности слюбыми коррективами повнешности ипсихотипу, свнедрением фрагментов памяти, уцелевших вархивах. Получил отказ.
        Вероятно, интмайр тотально лжив. Он великолепно имитировал гнев. Между тем, при его нынешнем уровне природности такая эмоция врядли доступна иначе, чем посредством направленного стимулирования нервных центров.
        Наш разговор зашел втупик. Олер алогично упрекал меня вискажении идей Интры как идеала общества. Он утверждал, что мы построили карикатуру насвое прошлое, гротескно уродливый нарост нацивилизации. Нежизнеспособный…
        Он говорил, что попытка ограничить мотивацию иотсечь более поздние, «верхние» пласты неэффективного итрудно контролируемого типа устремлений лишила нас трех процентов персонала, причем именно этих сотрудников он находил ценнейшими. Он утверждал, что выпадение извторичной развертки примитивизирует работу мозга. Он посмел предложить мне оценить себя вшкале эволюции, хотя при нынешней остаточной природности это нелепо.
        Я просмотрел личные дела покинувших Интру. Готов повторно выгнать каждого. Прогулы, депрессии, попытки суицида, асоциальное поведение, замкнутость, отказ отценностей ипринципов Интры, непрерывные скандалы случшими управленцами, требование особых условий… Зачем нам такие люди? Зачем, если есть куда более удобные иэффективные? Хотя их Олер оценил, как посредственность. Им он приписал решающую роль впроцессе, который именует загниванием, грозящим системе полной деградацией.
        Определенно, наши пути разошлись. Увы, я немогу уволить Олера, учитывая, сколько ему принадлежит прямо или косвенно. Я немогу его убить, хотя попытки продолжаются: его охрана крайне надежна. Порой я незнаю, какие именно изменения внесены вклон-последовательности идаже являютсяли нашими изделиями те, кто обеспечивает его безопасность. Проект посозданию фиктивных личностей сполной историей жизни мы начали для империи, затем каждый им воспользовался всвоих целях. Теперь мы погрязли вразбирательствах внутри системы. Паразитные процессы загружают нас более, чем полезные.
        Я нуждаюсь вкачественно новых партнерах.
        История семнадцатая. Вынос мозга
        -Я выживу.
        Я сказала это третий раз, ноМакс опять неуслышал. Он иногда ужасен всвоей упертости. Я впервые вжизни придумала гениальный план, аменя нехвалят! Меня игнорируют.
        -Шарп, - прошу совздохом.
        Протягиваю руку иполучаю свежий платок. Плакать я небуду, новытереть потные руки надо. Плакать немогу вообще, итакая фигня длится сутки. Когда покоманде «выхухоль» мы вывернули вселенную и, вроде блохи, перепрыгнули содной складки черной ткани универсума надругую, намиг оказавшуюся рядом, когда захухливание вернуло нас вобычный для людей мир, рядом плавилась планета. Она была чуть крупнее Утиля. Она уже приняла удар истала раскаленным крематорием надвух третях своей поверхности. Мы успели забрать часть солнечного бешенства, но - увы… Сорок семь миллиардов могилок. Я неспособна это представить, осознать иоплакать. Мы успели спасти ивтащить внаспех оборудованные больничные палаты Сада Тиа отсилы миллиона три уцелевших. Мы спасли остатки местного архива черепных коробок. Мы приняли вросль еще одну колонию простейших, пока они дикие, ноТиа сними занимается.
        Программы лечения иполное довольстве для спасенных были мгновенно спланированы Максом иЛивси. Мы резво выхухлились кУтилю-3, где тоже кремировали вовсю. Там мы успели подставиться под удар итам мы застряли, потому что надо делать перепись населения, сбор сырья исортировку, засев росли ивсе такое прочее, для переоборудования свалки вСад.
        Я неучаствовала всуете. Сидела, сосредоточенно смотрела впустоту ивытирала потные руки. Незнаю, почему уменя потеют руки. Может, это реакция нажидкую химию, вкоторой я сортировала катализаторы роста. НоШарп рядом ион один понимает, как мне окончательно плохо. Настолько, что я стала серьезна. Добыла карандаш инаписала план. Настоящий.
        Пункт первый. Вся история начинается сбегства вуединение инмайра Олера. Им спровоцировано дальнейшее. Значит, масштаб убедствия вселенский имои трепыхания пока что - глупость. Я спасала себя изатем пробовала выручить одну планету. Аречь наверняка идет очем-то вразы худшем.
        Пункт второй. Если меня подставили под удар ииз-под него вывели, показав жуткую изнанку вселенского благополучия, значит, я вэтой игре непешка. То есть я вначале пешка, нодолжна пройти куда-то истать… кем становятся пешки? Шарп незнает. Наследницами Олера, вот это решила я, мнеже подсказал интмайр. Значит, я обязана официально вступить вправа. Акак это сделать? Знаю пожалуй только я иеще знал Тьюить. Это было винструкциях Олера, отданных габмургу: любые официальные действия порассмотрению наследия интмайра должны происходить вличных апартаментах Олера. Я обязана туда попасть.
        Пункт третий. Некто изготовил копию Серафимы Жук. Все злодеи думают, что я померла икопия успешно меня замещает. Она сейчас официально - габрехт, спасительница габа Уги игероиня. Аеще она агент врага иимеет доступ вего злодейскую штаб-квартирку, расположенную пососедству сапартаментами Олера. Так я думаю. Вывод: если я смогу навремя подменить собой своюже копию, я буду своя среди чужих.
        Пункт четвертый. Чтобы обмануть врагов, надо портироваться вгаб Уги. Там я знаю все лазейки смогу нахимичить ого-го чего. Портация - это неприятно, ноудобно. Даже поймав сигнал овнешнем возбуждении портатора, впереброску неповерят. Живые насверхдальние дистанции неперемещаются. Зато я смогу и, попав вУги, постараюсь предупредить Саида, это очень важно. Мне лично,да.
        Пункт пятый. Шарп должен провести полное сканирование моего мозга впоисках звездных карт икоординатных сеток, которые надо совместить сновыми данными овселенной, полученными через технологию постановки невода. Это уже сделано, где Уги, Шарп разобрался. Где апартаменты Олера - три планеты успокойной звезды при личном габ-пирсе - Шарп тоже установил имне вголову заново вдолбил.
        Пункт шестой. Пробившись кнаследству, действовать пообстоятельствам.
        По-моему, план толковый. Риск есть, ноя призналась Максу, что умереть мне несветит. Он неповерил, иубивать меня для выявления истины отказался…
        -Я правда выживу.
        -Сима, это несущественно, - неизменно ровным тоном неизменно правого иумного сообщил Макс. - Качество жизни бывает очень разным. Порой смерть позволяет установить разумные границы снижения качества.
        -Это ты очем?
        -Насилие, неволя, - сказала Зэйра, ставя перед Максом его любимую кружку иподавая мне влажное полотенце для рук. - Май Макс гений. Он всегда прав. Я долго жила там, где было проще нежить. Умереть нестрашно. Страшно так жить.
        Я тщательно протерла руки. Пальцы недрожали. Ноя очень хорошо исразу поняла, как крепко может быть права Зэйра. Сэтой стороны насвою способность выживать я еще несмотрела. Кажется, накопился новый повод пожелать Олеру бесконечной икоты.
        -Новыбора нет. Макс! Макс, послушай еще раз. Пока мы все нелегалы. Официально жители Утилей, незнаю сколько таких миров - они посути рабы системы, где Олер был большой шишкой. Система пыхтит икрутится. Где-то далеко кто-то изкандидатов назанятие зоны СС клепает нянь, клонов испутниц. Новых иновых. Все они неимеют прав. Мы незнаем, для чего их предназначили. Ты инженерный клон, ноизтакого гениального мозга можно сваять военного стратега или пилота-смертника. Или еще что похуже. Только став равной вправах сОлером, я выясню, что происходит. Смогу это поменять. Сообщу хотябы всем вмире, что забардак уних начердаке!
        -Она права, - вдруг сообщила Зэйра, гладя Макса поруке. - Ты прав. Она права. Я права. Как необычно. Нотолько Макс гений, - Зэйра широко, победно улыбнулась. - Значит, он выберет самую весомую правду.
        Тишина повисла густющая, я немогла ею дышать. Листочек скаракулями плана лежал настоле иказался ужасно, невыносимо жалким. Мой план - смех ислезы, ничего он нестоит. Это неплан атак, домыслы. Сейчас Макс все обоснует, ая выслушаю исоглашусь, потому что он точно гений. Только зачем мне тогда жить? Если надо сидеть иневысовываться, то я несмогу! Именно заэто ивыбрана тащить нагорбе наследство Олера, который однажды сломался иусомнился всвоихже делах ипланах. Аеще струсил, сбежал вуединение. Иведь как красиво напоследок высказался, я поверила, что его стоит уважать запринятое решение.
        -Портация исключается. Упакуем вмонокуюкное волокно ивыхухлим внужную точку, незаметно, - сказал Макс. - Процесс несовместим сжизнедеятельностью белковых, ноя склонен верить всинтирование.
        -Макс… - прошептала я, неверя ушам.
        -Шарп будет отправлен вблизлежащие собъектом «апартаменты Олера» скопление астероидов или иного генератора помех нужного формата. Выброс стикера под склейку попервому подозрению вугрозе безопасности. Вы осознаете, что Сад Тиа - невоенный корабль идолжной помощи, вероятно, оказать мы несможем вкороткие сроки?
        Я все еще немогла дышать, после выговаривания имени Макса вгорле застряло что-то плотное… Пробка. Макс верит вменя! Макс верит вмой план! Макс меня нечислит ничтожеством, годным лишь нароль спасаемого объекта, ценного происхождением отистинных людей. Я двумя руками постаралась передавить роскошную шею ичмокнула гения всреднюю затылочную складку. Зэйра возмущенно охнула. Макс неопределенно хмыкнул. Шарп загудел: он был против плана, он полагал, что рисковать жизнью людей нельзя.
        -Открываю отсчет времени. Отправка назадание через одну долю суток, - оповести нас Макс. Двумя пальцами поднял листок скаракулями. - Это мы прямо теперь обсудим. Это следует привести кгодному виду. Начнем сглавного. Как вы намерены блокировать свою копию, несоздавая подозрений ни удрузей, ни уврагов?
        Я открыла рот, сказала «Э-ээ…» иначала думать. Кмоменту отправки вУги я охрипла ивспотела докопчика. Хотя костюм должен исключать потение.
        Монокуюкное волокно, основа росли ипроизводная катализатора, при внедрении втело причиняет кошмарную боль ивдобавок чешется. Отидеи личного выхухливания дурно еще допроцесса. Ноотступать поздно, потому что все сразу согласятся итогда уж второй попытки небудет.
        Все. Макс опять сказала про выхухоля. НаЗемле ни разу невидела этого зверя, даже накартинке. Ноужасен он - непередаваемо! Он напал наменя ирвет начасти. Мир - немешок фокусника. Он доводится мне родной кожей. Исейчас сменя вдумчиво, без спешки, сдирают эту кожу, чтобы вывернуть именя, освежеванную, внееже замотать.
        -А-аа… - визжу я, зажимаю рукой рот ипонимаю, что прокусила ладонь.
        Вдыхаю. Выдыхаю. Сердце лупит вгорло снизу, рот полон железа, вглазах черно. Облизываю прокушенную руку, чтобы убедиться: наней есть кожа. Мокрая, вволдырях. Но - есть. Кругом темно. Тихо. Если я вродном габе, то - ура. Если нет… тогда никто незнает, где я. Пока неважно, Ливси был прав, встать я смогу неранее, чем через полчаса. Надо отдыхать итерпеть боль.
        Тут очень тихо. Слух постепенно восстанавливается, новсе равно тихо. Едва слышно шелестит что-то внедрах поверхности - дальние отзвуки шумов. Хочется улыбнуться, ведь именно так звучит живой габ. Я знаю, я любила его слушать, прильнув ухом кстене, когда дежурила ночами.
        Наплечах начинает шевелиться ткань костюма. После выхухливания он вроде как впараличе был, сейчас перезагрузился итестировался. Выбросил мне вмозг длинную сводку посбоям иповреждениям, отчитался опроцессе восстановления имоем самочувствии. Добавил еще одну сводку, это уже отом, как он борется замое здоровье. Вроде, успешно.
        Шаги! Едва слышны, я опознала их издали лишь потому, что меня учил Билли идоучивали всякие там клоны-грисхши. Угроза возникла, она прямая инацелена наменя. Некто крадется сюда, вооруженный иагрессивный. Еще, кажется, напуганный. Ая немогу даже сесть. Уменя пока живучесть процентов десять отнормы.
        -Недвигаться! - едва слышно прошептали вотьме.
        Звучит убедительно, прямо таким неотказывают. Голос женский, настороженный. Угроза обдувает меня летним ветерком иудаляется. Нет, меня небудут убивать. Когда начинают разговаривать, досмерти сразу делается куда как далеко.
        -Отпад, что заприказ. Я итак немогу двигаться, посвети ипоймешь.
        -Недвигаться, - шепот щекочет спину мурашками.
        Ну иголос! Слушалабы ислушала. Ислушалась. Да я обожаю невидимку, я готова исполнять ее просьбы охотно, сразу, азартно.
        -Ц-шью.
        -Что? - отнедоумения голос стал обычным. Приятным, нообычным.
        -Все меня спрашивают - «что». Все, счегобы ни начинался разговор. Ачто я сказала?
        -Цыкала ишипела, - неуверенно отозвалась невидимка. - Ты наприцеле.
        -Ага. Значит, вспомнила орозовых лисичках. Ц-шью. Очень вкусно.
        -Идентифицируйся!
        -Немогу двигаться.
        -Руками можешь, - осторожно признала невидимка.
        -Уменя живучесть восстановлена наодиннадцать процентов ита засчет болтливости.
        -Непонимаю… Недвигайся!
        Это опять убеждение. Отмысли оприятности голоса почему-то дико хочется жрать. Нет лисичек, так я могу иопилки проглотить. Что угодно! Живучесть, зараза, требует калорий. Жирных, крупных калорий.
        Шаги приближаются. Такие легкие… Невидимка, пожалуй, некрупнее морфа. Свет медленно разгорается.
        -Уги-уть… - блаженно улыбаюсь я, заметив прямо перед носом знакомый символ настыке пола истены.
        Родной мой, любимый габ. Грузовой ангар. Левое крыло, кажется. Тут обычно залито текучее. Мы переваливаем много текучего, даже странно, что ангар, авернее вселенская бочка, пустует.
        -Как ты еще жива, - сдрожью ужасается невидимка.
        То есть видимка! Моргаю иикаю отнедоумения. Она выше меня ростом. Ия знаю ее! Уж колени-то вовек неперепутаю слюбыми другими. Ой, ну дочего стыдно.
        -Ты всеже подала наменя жалобу? Вообще правильно, - морщусь ипонимаю, что покраснела докорней волос. Ха, аможет, я вообще рыжая отстыда стала? - Ну прости, ну дура, брякнула сгоряча «коленками назад», апотом Саидке отдуваться…
        Я запнулась наполуслове. Вголове такое творилось, что пришлось закрыть глаза ипровести учет остатков логики. Дико зудело любопытство: абыло уэтой сСаидом - ну, вообще итем более после той истории иесли было, то кто она ему и… Икак оно уних, если ноги особой формы? Продвинутая должна получаться камастура, наверное. Вдобавок прям морщу лоб ипробую понять: ая ее что, ревную? Вроде нет. То есть да. То есть какое мое дело? Мое дело сейчас ну совсем, совсем некасается того, начто я трачу себя.А…
        -Сима? - хрипло, снеподдельным шоком, выдавила знакомка. - Ты - Сима? Настоящая?
        -Крепко бэ-у, новостальном вроде да, - захотелось широко улыбаться ивыздоравливать. - Значит, ты нежаловалась. Иприбить неготова замои слова. Приятно.
        -Меня зовут Яхгль. Я дежурила впалате у… утебя, то есть унее, - скороговоркой взялась отчитываться внезапная союзница. - Габрал Рыг строго приказал относиться дружески иненавязчиво следить. Чтобы она верила, что я неопознаю подмены. Я старалась, она делала вид, что верит иискала способ сбежать, дать знать отом, что оказалась под наблюдением. Вдруг такой вихрь вполе силы! Она напряглась, новсеже первой поймала возмущение я, успела ввести снотворное, она несчитала тебя. Зато я сразу помчалась сюда, так удивилась, что даже несообщила дежурному.
        Продолжая бормотать пояснения, мало что проясняющие моей больной голове, Яхгль перевернула больное тело набольную спину. Отпримененного ко мне лечения стало тошно, душно ипотно. Затем я малость постучала зубами, поохала исмогла сесть. Конечно, меня держали под спину. Все равно победа.
        -АСаид?
        -Улетел, вроде все унего хорошо.
        -Гюль? Ты знаешь Гюль?
        -Рыг велел оней ни слова. Ножива, так мы думаем.
        -Ага. Апочему вгабе так тихо?
        -Остановлено всякое сообщение доособого решения габ-центра. Ктомуже двое суток назад хрясы всей расой ушли вмедитацию. Еще общим решением системы людей временно отстранили отдолжностей. Пыры структурируются. Дрюккели заявили очастичной изоляции. - Яхгль тяжело вздохнула, устроила меня устены исела рядом. - Я вижу поле силы, идяне умеют. Каждый имеет личное поле, новтоже время содержит ритм общей вибрации расы. Сейчас рассогласование вибраций огромно. Кажется, все так непримиримы… допрямой агрессии одно неосторожное движение.
        -Кого бить будут? Козла отпущения или реального урода?
        -Что?
        Яхгль настороженно глянула наменя. Вероятно, она уже совсем несомневалась, что я неподделка. Сподделкой ей было проще.
        -Когда чешутся кулаки, или находят того, кого нежалко иего долбят, чтобы спустить пар… показать крутость? Или уж стенка настенку, по-взрослому идопобеды. Нотогда требуется прищучить настоящего говнюка.
        -Если я верно понимаю про козла истенку, то грисхши илюди, вот две цели.
        Я кивнула иприкрыла глаза. Ничего пока что непонимаю. Ноплан «А» поизоляции копии накрылся, как мне иговорил Макс. План «Б», более надежный, вроде тоже слился: вылеты изгаба под запретом, наверняка. Ну дела-ить! Я прибавила кслову «ить» - ивспомнила важное.
        -Тьюить, онцел?
        -Один мозг вкрошево, второй неинициируется без своей пары, - развела руками Яхгль. - Я идянка, медик, ноничего немогу исправить! Габарит начудил, мы неможем ни отключить, ни понять, что именно он делал ивредно это или наоборот.
        -Васька? Он один умеет чудить по-настоящему.
        -Саид называл его именем Вася. Габарит отключен. Необратимо, кажется. Значит, нам нечем инициировать восстановленный физически исовершенно пустой мозг габмурга, - Яхгль покосилась наменя. - Почему ты неверишь ни водно мое слово, когда я говорю оплохом?
        -Вообще неверю, когда оплохом. Приступ атипичности сударом воптимизм иотдачей напоследние извилины. Так, Яхгль, мне нужна помощь. Выбора уменя нет. Значит, ты обречена стать сообщницей. Отсюда следует вот что… Ачто? Ага, ато: веди кТьюитю.
        Сказанное было глупостью редкой концентрации. Начнем стого, что я невстану. Продолжим тем, что верить мне никто необязан. Добавим понятную габ-инструкцию: сообщник получит вусловиях нынешнего военного времени пополной, когда все всплывет. Ноя хотябы попробовала.
        -Сейчас ночь, перемещения ограниченны, - соттенком отчаяния вслабом голосе, выдавила Яхгль. - Еслибы ты была сафар Павр, который подал вчера прошение оцеремонии впалате габмурга, то пожалуй…
        -Да хоть круш! Я тебя обожаю!
        -Сафары запросили групповое посещение, энна неувядает, когда они рядом, - еще тише шепнула Яхгль.
        Идянка поднялась невероятно гибким движением, икак-то сразу доменя дошло: эти ноги нерезультат морфинга-пластинга. Только природное способно столь шикарно, грациозно работать. Неприродное… оно всего лишь эффективно. Я изложила вслух. Яхгль вроде осталась довольна. Затем мы поговорили оСаиде, яж немогла молчать, когда внутри шкворчало отголодного любопытства. Иеще мы поговорили глобально отом, что быть половинкой нетак иплохо иногда… особенно если знаешь, чья половинка, этож вразы лучше, чем ни фига непонимать, кто тебе мёд, акто просто говно, наботинки липнущее. Люди странные… Унас иногда начисто нюх отрубает, особенно уженщин, я так исказала. Мы умом понимаем, что нас используют, апозволяем идаже помогаем. Например Тай, вкоторого тупо, безнадежно втрескана всем бессознанием. Он меня…
        Тут я наконец заткнулась ипрекратила вываливать незнакомой гражданке скрасивыми ногами нетой системы все, что вообще-то тайна. Мы уже выбрались изгрузовой зоны ибрели всторону заведения Павра. Яхгль шагала беззвучно, косилась наменя ивглазах унее порой взблескивало такое… чертово ведьмовство, инеменее. Она молчала, аменя распирало отжелания душу вывернуть. Достать ивыложить напоказ все, что тяготит.
        -Ну ты иштучка, - заподозрилая.
        -Хрясы полагают, что только идяне умеют принимать исповеди, - хитро прищурилась Яхгль. - Люди империи внушили себе, что мы вымогаем, ато исилой вырываем признания. Затем мы якобы начинаем управлять окружающими. Нас боятся истараются использовать. Ты интересная. Ты вроде говоришь, ивсе сумбурно, иискренне… носказанное требуется мне больше, чем тебе. Все верно, я слепа. Снюхом налюдей уменя беда. Исловно этого мало, есть еще моральные рамки. - Яхгль выдохнула навзрыд. - Уидян рамки крепче брони крейсера империи. Сами Ика читали вмоей душе инашли мое поведение недопустимым. Как жить? Как велели они, несмогу. Как хочу, рамки непустят.
        -Аотбежать всторонку иотдышаться?
        -Я отбежала, - криво улыбнулась Яхгль. - Рыг сказал, даже бойцам дозволяется отдых. Он мурвр. Мурвров никакой симпатией непронять, они уважают лишь задела инепосредственно. Ни рекомендации неработают, ни приказы, ни авторитет великих. - Яхгль вздохнула еще тяжелее. - Из-за меня Ика иРыг приняли решение незамечать один другого. Кошмар.
        Ой, держите меня… Хочу увидеть своими глазами, бросив все дела, как Рыг кое-кого сдвух копыт влоб незамечает. Но - немогу. Я выполняю план, первый всвоей жизни настоящий план, ктомуже одобренный Максом.
        Вкоридорах родного габа так тихо, что аж жуть надуше поземкой ихочется раздобыть оружие. Так ивижу: из-за того угла сейчас выдвинутся грисхши, вон та дверь отъедет ипокажет мне вид нарозовую Барби. Лже-Сима садски горящими глазами подкрадется ивопьется мне вшею, чтобы выпить изменя знание секретных планов… Толи атипичность моя сбоит, толи я спеклась после выхухливания? Никто невыпрыгивает. Яхгль идет посередине коридора, глубоко, шумно дыша ииногда напряженно встряхивая головой. Она пояснила, что умеет брать насебя внимание, нодается это недешево. То есть все живые наблюдатели сейчас если смотрят наэкраны, видят нас двоих, азамечают только ее. Их непосещает здравая мысль отом, что нарушается комендантский час. Или как называется унас сгабе ограничение наперемещение? Неважно, вон уже изнакомый фасад «Зарослей сафы».
        Павр при виде подруги Симы замер, недоуменно поджав правую, еще вдетстве поврежденную, ногу. Сложил хохолок, раскрыл, снова сложил, настороженно моргая иничего непонимая, пока я несказала ему, что все вмире вверх дном, носам он держится ихвост пучком ихаер поветру.
        -Сима, хоч-чешь гринс-ч-кого? - вречь Павра прорвался щелкающий акцент.
        -Глоточек. Ижратвы две горочки, вот такие, - я показала холм выше своей головы.
        -Сима, - успокоился Павр иумчался, чтобы вмиг явиться всопровождении вереницы блюд седой иколб снапитками.
        Телекинез для официанта - это неприхоть, это профпригодность. Сафары неофицианты, они вроде наших грузин, только старорежимных, без митингов ибандитизма, когда горские хлопцы пели, пили итостовали гостей добеспробудности. Еслибы враг нагрянул кстолу, врагбы там исдался, икая исчитая алкалоидных белочек. Гостеприимство - оружие снеограниченной поражающей способностью… Хотя сафары врагов неугощают. Неподать напиток - это уних иесть ужаснейшее, несмываемое оскорбление.
        Я думала ижрала схарактерным чавканьем. Какже вкусно! Живучесть прямо взлетает помере того, как надувается пузо.
        Минут через пять я облизала пальцы искороговоркой изложила план. Яхгль задумалась. Павр прикрыл глаза ивежливо промолчал. Еще через пять минут мы пошли навещать Тьюитя. Три сафара, двадцать подносов, сотня булькающих шаров иЯхгль впереди табора вроли поводыря. Я брела всередине, сцветным «ирокезом», наспех собранным изперьев, одолженных сафарами. Я была мало похожа напредставительницу их расы, норой колб иподносов замаскировалбы итрипса.
        Перед медблоком нас встретили дрюккели, балдеющие отатипичности мирной демонстрации. Этого их рюкла я незнаю, норебята крепкие инеглупые. Гравировки габ-различия наих спинах смотрятся так круто, что хочется потрогать. Вроде лазерных они, спереливом иобъемностью.
        -Запрет наперемещение группами, - проскрипел передовой дрюккель. - запрет наночные выходы запределы зоны проживания. Запретна…
        -Утром будет проведено вмешательство вмозг габмурга, - перебила Яхгль, голос унее сделался мягкий, как лебяжий пух. - Представители расы сафаров подали запрос наисполнение ритуала призвания здоровья. Я передала запрос габралу Рыгу. Недавно получила просьбу сафаров ускорить церемонию ипередала ее тоже.
        -Поиск соответствия, - оживился дрюккель. - Имеется инструкция. Срок посещения одна доля суток. Шум недопустим. Ответственность занепричинение вреда пациенту возлагается налицо расы идян, Яхгль.
        Ума неприложу, чем Яхгль подкупила Рыга? Неужели она дерется круче Бмыга? Неужели умеет уворачиваться оттаранного удара сдвух копыт? Неужели… Топаю надезинфекцию, прикусов язык. Глядишь, заболит - часть вопросов иотвалится отнего.
        Отвалилась… да все вопросы сдохли, едва я вошла впалату. Я конечно понимала, что Тьюить плох. Нождала чего-то менее удручающего. Перо моего любимого круша смято, оно стало тусклое, редкое. Подпух весь вылез, где его невыбрили для медицинских нужд. Одна голова вкоконе чего-то научного. Вторая всплошном спагетти изполупрозрачных тончайших нитей. Виден мертво открытый, вытекший глаз… Ирядом сглазницей пристроен вялый, полусухой, цветок энна. Он, кажется, стал меньше ипрозрачнее, пока я невидела его. АВаська… Корпус впотеках расплава: вгабарита стреляли много раз. Есть сквозные дыры. Ремонтный состав заделал часть повреждений, прочее - крошево иобмотанные ремонтной сектой узлы. Васька укутан внитки, которые кнему тянутся отТьюитя.
        Пока я смотрела искрипела зубами, перетирая неуместные комментарии, сафары разбрелись попалате иловко развесили колбы-подносы так, чтобы блокировать стороннее наблюдение. Трое «ненаших» - сиделки иврач - пялились наЯхгль, моргая исключительно несознательно. Павр начал монотонно щелкать народном наречии, прочие ему вторили.
        Значит, время пошло. Ивремени уменя мало. Я села, внимательно рассматривая корпус Васьки. Никто незнает, что занитки соединяют его скрушем? Зато я знаю. Васька уже полгода досудорог боится перепрограммирования ииного вмешательства всознание. Он уверен, что утратит атипичность, аэто его пугает больше гибели. Наверное, так люди боятся настарости лет склерозов иальцгеймеров, лишающего нас личностности. Васька перелопатил столько материала потеме, сколько смог добыть при его имоих полномочиях. Васька отмоего имени иеще оттрех живых, втом числе Саида, вел переписку снаучным сектором. Он установил: вимперии есть метод экстренного реанимирования сподключением намозг напрямую. Васька смог убедить хрясов принять его младшим паломником напуть ханха, чтобы изучить религиозный ритуал передачи великого текста опути. Васька выведал отмоего имени утрипсов их способ обучения молодняка мозговым вскармливанием. Васька все это обработал, привлекая консультантов через Игля. Кстати: где Игль, ведь он-то знает про нити… Неважно пока.
        Витоге Вася доверил мне восстановление свое личности, если вдруг кто-то подло его перепрограммирует. УВаськи три сотни тюнинговых резервных емкостей самокопирования. Он откатывает копии непрерывно. Это, пожалуй, уже пунктик.
        Борнепластинка управления цела. Протираю, целюсь пальцем ирисую: 2х 2= 8. Вообще-то восьмерка должна быть лежачая, Васька хотел намекнуть набесконечность. Ноя хохмы ради выводила восьмерки по-разному натестовых восстановлениях. Стех пор ее можно рисовать под любым углом.
        Все, ждем. УЯхгль налбу пот, Павр щелкает ритуал потретьему кругу. Время утикивает все резвее. Когда уже хоть один годный накопитель сольет вВаську его личность?
        -Уть, - едва слышно выдохнул клюв.
        -Ить, - еще тише проскрипел второй.
        Тонкие нитки, соединяющие Ваську сгабмургом, стали увядать ираспадаться, искря напоследок. Я выхвалила изних цветок энна иприжала, бережно укрыла владонях. Энна теплый. Энна рад мне. Взаимно…
        -Васька, - упрекнулая.
        Изуродованный габарит остался тих ихолоден. Инет рядом Шарпа, чтобы сунуть мне платок. Чертов универсум, где живые порой хуже идурнее автоматики. Природных сотрудников вгабе - хренова туча, ивсе мы обложались, аВаська вопреки мечте выжить насовсем илюбой ценой, несебя задублировал вовсе три сотни накопителей… Или я уже ничего непонимаю.
        Яхгль прыжком оказалась уголов круша, сразу видно - медик она пообразованию иреальный мурвр поупертой привычке вцепляться вживых инеотпускать их натот свет. Возится, делает полезное. Надеется… ая сейчас загабмурга спокойна. НоВаська неоживает.
        -Павр, он неоставлял брелок свосьмерочкой?
        Сафар отрицательно качнул хохолком, замялся ишевельнул руками. Это значит - вроде нет, нонадо подумать.
        -Поспрашивай. Может, кому иоставлял. Ато хана Ваське, совсем хана.
        Я пригорюнилась, нащупала ближнюю колбу иотхлебнула, непроверяя, что внутри. Крепкое! Мычу, мотаю головой… поминки, блин.
        -Теперь мы соберем его, - Яхгль решилась порадоваться. - Саид настроил связи, апрочее, оказывается, было здесь все это время! Сима, я почти закончила. Сейчас будем исполнять твой план.
        Идянка обернулась кзомбированной досостояния статуи медсестре. Напевным, ласковым тоном сообщила, что габмург Тьюить через час будет всознании. Затем долго инудно повторяла малопонятное опараметрах иусловиях, асама химичила вмозгах несчастной, наплевав навсе рамки морали иэтики.
        Медичка, шало подергивая шей, побрела кдверям. Вышла изашаркала покоридору, то идело громко повторяя, что габмург жив ивот-вот очнется. Если я хоть что-то понимаю, особенно внятно эта курица радовалась, минуя палату лже-Симы. Я смотрела наЯхгль. Идянка пустыми глазами пялилась вневидимое мне. Поспине ползали мурашки размером сгадюку.
        -Воды, - очень тихо позвал голос, неотличимый отмоего.
        Медичка вкоридоре споткнулась, чуть неупала иуткнулась лицом встену, тяжело дыша идергаясь, будто ей ноги спутали. После второго шепота оводе она перестала сопротивляться ивошла втемную палату. Я смотрела теперь насвои ладони. Левая держала емкость сводой. Правая поодному отжимала пальцы улевой, вразумляя ее кподчинению мой воле. Чертова самозванка! Восилища… дышим тихо, ни очем повозможности недумаем, стараемся твердить молитву пути ханха, чтобы слиться ссонмом голосов идушевных движений хрясов, чтобы облегчить для Яхгль дело моей маскировки.
        Дверь «моей» палаты открылась, выпуская медичку. Созрачками повесь глаз, сбелым, без единой кровинки, лицом. Женщина прошла кпалате Тьюитья, незамечая никого изнас. Взяла правую руку габмурга иприложила запястьем ксвоей руке. Постояла. Кивнула иотвернулась, наощупь пробираясь ксвоему обычному месту. Села имгновенно заснула.
        Движение пальцев Яхгль - идверь нашей палаты закрыта. Я умоляюще смотрю наидянку. Она, хоть инедоу, понимает: указывает нарабочее место состандартной сферой идентификации вподлокотнике. Такие места для референтов есть каждой палате, куда устраивают принимающих решения: как только Тьюитю полегчает, он сможет отсюда управлять габом, пусть иневполном объеме. Сжимаю зубы, молюсь доброму боженьке иидентифицируюсь. Вголове знакомо щелкает, щепуче щекочет - это очнулась система габ-контроля. Незнаю, как она отреагирует нато, что меня сейчас две штуки взоне наблюдения. Обычно такое оценивается втечение пяти минут, затем вводится протокол сбора данных осбое идальнейшая их фильтрация, это еще минуты две. Оно ипонятно: есть клоны, такие могут идентифицироваться группами ииметь равные параметры. Есть виртуальные дубль-версии сотрудников, создаваемые невполне законно наслучай отлучки сместа дежурства. Есть «бродяги» - инспекционные проекции, высылаемые для контроля подозрительных территорий. Итак далее. Система сперва убедится, что я неодин изперечисленных штатных феноменов, итолько затем поставит разумных
визвестность отом, что вгабе что-то криво.
        Так, я идентифицирована. Вижу свою переписку. Три секунды назад лже-Сима отправила габралу уведомительный пакет данных. Молодец, все как я хотела! «Уведомительный» - значит, он будет считан только после запроса состороны Рыга. Азапрос поступит, едва корабль отстыкуется отпирса. Тогда итолько тогда наш габрал узнает, что «какбы Сима» отослана самими Тьюитем посрочному делу категории важности си-тар, аэто вынудит Рыга связаться сгабариусом Чаппой для отмены старта. То есть времени уйти впрыжок «Стреле» хватит.
        -Сбегает, - шепнула я. - Умничка.
        -Я дала ей возмущение сприцелом напанику, - признала Яхгль. Помолчала идобавила: - Она покинула палату. Удаляется. Старается быть нейтральной, мне плохо ее видно, сильная маскировка.
        Пусть удаляется. Вскрываю уведомительный пакет, этоже моя почта. Быстро читаю умный текст, неменяю ничего волжи опоручении отТьюитя. Вскрываю фальшивый, заранее сформированный отчет отесте параметров корабля, это рутина, илже-Сима вбила данные сразу, чтобы сократить время наподготовку кполету. Удаляю то, что следует помоему мнению. Вбиваю фрагмент, который я создала еще вСаду Тиа, версия три изсеми заготовленных.
        «ЧП! Вниманию габариуса. Сообщаю офакте выноса мозга смоего служебного корабля типа „Стрела“. Предварительное мнение попроисшествию: кража. Предварительное решение попроисшествию: принудительный автоматический контроль корабля накаждом габ-узле сзахватом повыявлению взоне ответственности».
        Ивторое сообщение. Это привет мой габариусу, он поймет.
        «Драгоценный высокий Чаппа! Примите совсей своей великодушной снисходительностью извинения недостойного сотрудника, исполнившего ненадлежащим образом контрольные процедуры. Понимаю, осознание глубины падения искорбь моя неподнимут решение выше планки фир, ивсеже молю оснисхождении. Если будет то ввашей воле, сочтите предыдущее послание недействительным ввиду выявления наличия мозга наего штатном месте».
        Теперь все хозяйство изпары глупостей еще раз изучаем. Вскрываем блок сприоритетами иделаем глупость номер три, дабы довести конструкцию доравновесия. То есть занижаем вручную оба приоритета, якобы нечаянно путая символы. Именно так однажды сделал стажер габ-системы. Мне жутчайшую историю под секрету рассказал Тьюить, дело было полгода назад, когда я приуныла, очередной раз несправившись сзадачкой понавигации инуждалась вубеждении: янехудшая, я подаю надежды. Габмург пожалел меня. Он добряк, наш полноватый инемножко смешной круш, он старается казаться грозным, анаказывать сотрудников для него - это прямо трагедия. Спорим, Чаппа знает тот случай? Ведь ему пришлось все разруливать. Империя утратила право назначать атипичников сроком напять циклов. Чаппа получил строгий выговор отсвоихже, отдрюккелей, поскольку отстаивал интересы габ-службы инедействовал впользу инсектов ни прямо, ни косвенно, чтобы вырастить додесяти-пятнадцати циклов срок отлучения империи отвыбора сотрудников.
        Закрываю переписку имолюсь ведином совсеми хрясами порыве одаровании мне пути. Потому что если я через десять минут несгину изпространства Уги, Симы Жук станет два экземпляра. Официально.
        Воблаке звякающих колб идзынькающих подносов покидаю Тьюитя. Бреду покоридору, протискиваюсь впалату лже-Симы. Жду, пока удалятся Яхгль исафары. Звяканье, шарканье, чириканье - все стихает вдали. Процокали дозорные дрюккели. Еще полминуты. Сейчас снаружи пусто.
        Открываю дверь ибегу изо всех сил кпортатору. Меня видно, ноэто неважно. Заэто немне объясняться. Одним рывком вскрываю зону контроля. Вбиваю данные поточке назначения. Ввожу приказ нанапередачу данных сприоритетом Тьюитя. Иприказ насамоликвидацию узла попротоколу «ло», авральному вовсех своих версиях. Я нетупее своей подделки, я тоже позаимствовала идентификацию угабмурга, так что приказы неизбежно будут выполнены. Прыгаю вкруг, сужасом ожидаю очередного прожаривания организма. Удар помозгу, свет втуннеле, боль инатом свете, инаэтом… итемнота.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись4117
        «Прекрасная новость. Проект поидянам дал результаты. Конечно, истрачено три десятка циклов, пришлось усердно подчистить все иубрать даже упоминания онашем участии внекоторых юношеских разочарованиях, приведших ксмене воззрений, нодело того стоило. Остался всего один мозг, хранящий воспоминания - мой собственный. Ноэтот мозг экранирован вдолжной мере исамое опасное содержит вне природных зон, вскрываемых телепатами высокого класса.
        Идяне, покинувшие родину ичислимые там покойными, теперь мои союзники - зависимые, контролируемые, благодарные. Они несильны влогике, итут я окажу им необходимую помощь вудобной мне форме. Они будут верны договору. Я знаю их слабые стороны. Уменя есть материалы, которые всамом крайнем случае можно предъявить.
        Отныне люди Олера уязвимы. Стоит отметить, сам он все менее мне интересен. Переоцененный неприродный объект. Подобные я сотнями отправляю напланеты дожития. Мне нравится понимать, что он проверяет каждую отправку, опасаясь найти себя всписках. Я вношу туда его имя время отвремени. Это неигра, это контроль качества работы синформацией. Пока он эффективен впределах своей компетенции.
        Ноиэто уже неважно. Я ощутил несколько раз дефицит ресурсов ипришел квыводу, что именно этот фактор решающе важен при завоевании доминантности для нужного мне социума.
        Война никогда небывает бессмысленной. Война - высшее проявление гуманизма, поее итогам гуманоидность вселенной попервичным оценкам будет повышена самое меньшее надесять процентов. Это будет удобная, управляемая операция сограниченными жертвами среди населения, особенно я намерен беречь «пассив». Главные цели - источники ресурсов иэнергии, системы общего пользования.
        Да, комментарий. Встреча свыжившим изума представителем древних - Зу. Или Зю, мои служащие нестановили верного произношение. Стоилобы давно почистить накопители отбесполезных воспоминаний, ноя еще неделаю этого. Он имел наглость предсказать день моей смерти. Сказал, что это произойдет естественным для моего образа жизни путем. Доозначенного дня два цикла. Я провел полный контроль неприродных систем иподновил клетки природных. Я здоров ифункционирую насто процентов надежно. Неощущаю запахи, неиспытаю гормональных стрессов, ненуждаюсь впривычной людям пище… Новсе это врядли помещает мне прожить гарантийные для неприродных компонентов меня четыре сотни циклов. Априродное можно убрать полностью, если внем содержится хотябы незначительный риск».
        История восемнадцатая. Отчего незащищают взрослых
        Напирсе прибывших ждал сам Рыг, такой серый ипогасший, что вопросы задавать никак нельзя.
        -Вперед, - рявкнул габрал.
        Саид широко улыбнулся. Он вел себя категорически несерьезно стого момента, как покинул планету йорфов. Иничего немог поделать сэтим. Да, габрал вотчаянии. Ему ипрежде было многовато бюрократии, ато, что творится впоследние три доли суток… Саид вслушался, рассмеялся итолкнул Бмыга локтем вбок. Немедленно оказался изловлен зашиворот, что предотвратило очередную глупость - сложное двойное сальто супором впотолок изатем влевую стену.
        -Тьюить очнулся!
        -Хорошо, - одобрил Бмыг, неубирая руку сзатылка воспитанника.
        -Лже-Сима сбежала полсуток назад, введя автоматику иинсектов взаблуждение сфабрикованным приказом отсамого габмурга, - рявкнул Рыг. Обернулся сИке, наливаясь темной кровью. - Яхгль причастна. Незнаю, кчему, ночую. Это ваших рук дело. Удавили девочку рамками! Довели досрыва.
        -Мы готовы поговорить сней без предвзятости, - смутилсяИка.
        -Лже-Сима создала виртуальный патрульный фантом снеустановленными дополнительными свойствами исовершила переброску неустановленного объекта внеустановленный адрес. Портатор уничтожен. Аэта дрянь врет, - Рыг зарычал. - Вр-рет! Унее должен быть сообщник. Тот, кто доставил объект кпортатору. Номы провели полное сканирование габа иневыявили никого.
        Саид улыбнулся еще шире. Гав поднял голову сплеча друга иотрастил нахребте гребень изрыжего длинного меха. Рыг взревел отвозмущения ипобежал, сделав знак следовать засобой. Шагом он двигаться немог - гнев нуждался вусмирении, хотябы минимальном. Ика сперва мчался сгабралом наравне ивещал что-то умное обалансе иконтроле агрессии, но, едва увернувшись отвторой атаки рогов, отстал ипритих.
        -Тут. Сначала слушаете. Затем доу дает свое заключение.
        Изложив условия, Рыг миновал дверь ипервым исел вогромное кресло. Саид пристроился вуглу, продолжая солнечно улыбаться. Всмежной комнате запреградой, односторонне непроницаемой для зрения идвустороннее для симпатии - судя посмятению Ики - сидела лже-Сима. Заплаканная, доведенная донервного срыва, едва способная говорить. Напротив располагались два дрюккеля, влевом Саид опознал Тикку.
        Телепат прикрыл глаза, убедил себя отрешиться отвеселости иосторожно тронул сознание существа, которое сразу исчерпало сходство сСимой, стоило исключить влияние зрения.
        Страх. Именно состраха начиналась цепочка мыслей, решений инеизбежных поих итогам событий, которая привела кнынешнему положению. Лже-Сима лежала всвоей палате, скованная страхом. Была ночь. Темнота давила, лишая сознание устойчивости. Одурманивающее средство, введенное идянкой Яхгль, отупляло, ослепляю дар симпатии. Лишь полусонная логика тлела, лишь стимулированная страхом воля боролась. Лже-Сима несомневалась: ее опознали. Ей неверят. Значит, нанеё могут оказать давление враги. Союзники итого опаснее, вдруг решат уничтожить - она многое выдаст, если заговорит.
        Страх требовал действовать. Искать выход избезысходности, пока рядом нет Яхгль. Медблок почти неохраняется. Это логично, ведь он внутри габа, сюда нельзя проникнуть, отсюда нельзя исчезнуть. Впрочем, свободу габрехта Симы впеределах Уги пока ничто официально неограничивал. Как добиться права навылет? Как, если его дает только габрал, аон мурвр, он вне влияния.
        Шум. Шаги, щелкающие голоса. Сафары. ИЯхгль - симпатия почти парализована, ноэто поле велико инаделено столь внятным узором, что его неспутать синым. Плотно, пестрое, оно мешает наблюдать габ. Незря идянку приставили вохрану: пока она рядом, мир словно пропадает, сокрытый заполем, охватывающим ближнее иэкранирующим дальнее.
        Нужен тот, кто способен превысить приоритет габрала. Это тупик. Аиные варианты? Естьли хоть какие-то…
        -Он очнулся! Будет жить, - устало бормотала пожилая подслеповатая сотрудница медслужбы, проходя мимо палаты.
        Раса? Гуманоид, точнее непонять. Поле тусклое, едва ощущается. Это утомление исонливость. Хорошо, чем слабее поле - тем удобнее влиять. Чтобы справиться, сейчас требуется податливое сознание.
        Напряжение. Пот застит глаза. Поодаль Яхгль - она возле габмурга изанята. Вузоре поля много радости, всполохи вдохновения… иазарт. Значит, сообщение неложное, идянка погружена вработу инезамечает ничего вокруг. Вушах звенит кровь. Привкус горечи ворту. Слабое сознание захвачено, вкоридоре почти падает медичка, цепляется застену - иоткрывает дверь непослушными, чужими руками. Входит, несет воду. Смотрит вглаза лже-Симы. Шепотом отчитывается: да, габмург очнулся. Сказал внятно два слова - уть, ить. Парное сознание восстановило себя, вспышка активности длилась менее секунды. Прогноз попервичному восстановлению - доля суток. Прогноз дала Яхгль. Сейчас она впалате габмурга, скоро уйдет. Обязана оповестить габнора Рыга. Сказала это вслух. Велела вернуться иждать указаний.
        Радость. Страх, сомнение, носквозь них - радость. Скоро будет добыт нужный приоритет, хватит времени для вмешательства.
        -Иди ивозьми унего идентификацию, - ласково шепчут губы. - Иди. Это важно для его жизни. Это важно, итак ты должна поступить. Это трудно, нозатем ты отдохнешь. Спокойный сон. Долгий, добрыйсон.
        Невольная помощница уходит. Сознание пьянеет, колышется втумане зыбкого восторга. Найден выход! Надо собраться ипоспешить, нонеошибиться. «Стрела» сделает всего пару прыжков, снекоторого удаления станет допустимо подать сигнал. Главное - покинуть габ. Еще непоздно. Новые усилия, критические для подавленного, сонного мозга. Важно без ошибок приготовить пакет данных, внедрить добытую только что идентификацию Тьюитя, создающая должный приоритет. Готово! Теперь отправка, статус отложенного уведомления, чтобы дать себе время.
        Надо встать. Встать исделать первыйшаг.
        Взгляд вниз. Короткая больничная рубаха. Ноги. Обычные ноги гуманоида. Красивые. Вспышка старой боли. Ей было всего девятнадцать, когда внешность идян превратила ее впосмешище. Иона отомстила. Укаждого свой страх. Таковы они, две неполноты людские, которые вместе, сливаясь, якобы должны создавать полноту - апорождают боль, гнев, жгучую обиду, которые нужно выплеснуть, поскольку держать всебе непосильно - захлебнешься… Позже становится понятно: однажды возникнув, темные демоны уже неиссякают. Никогда. Глупцы вроде Ики твердят, что есть рамки иони выстраивают авовсе неограничивают, путь равновесия. Ика иподобные ему лгут прочим, уже познав ужас исладость падения. Иначе неможет быть. Они ведь повелевают. Иона научится. Падение - это освобождение. Она совершенно свободна. Давно. Иэто создает гордость запройденный путь. Вне рамок. Поцелине.
        Шаг. Ноги подламываются. Можно пройти серию процедур пластинга, нонельзя забыть мощь прыжка игибкость шага, данные настоящим идянам. Хочешь быть, как все? Да… Презираешь их убожество? Акак иначе! Их, несебя ведь. Под маской пластинга ты - совершенство. Ты лучше всех. Невидят? Там им иненадо. Они стадо, они верят вто, что скажут вожаки. Они нестоят ничего, кроме участи стада. Все они.Все!
        Дверь. Опереться, прильнуть щекой ислушать. Поодаль шумят сафары. Эти недотепы сперва поят других, азатем уже немогут уняться. Пришли сважной миссией - хором воспеть здравие. Даже официальные врачи признают, что речитатив телекинетиков отстраивает сложные травмированные органы наклеточном уровне иниже, неизвестно как глубоко. Носейчас сафары лишь пьяно щелкают, нестройно ибестолково. Иэто хорошо, они отвлекают Яхгль.
        Коридор. Качающийся, танцующий коридор. Пытка каждого шага. Надо терпеть. Проклятая Яхгль! Что она ввела, улыбаясь ядовито-очаровательно? Уничтожить. Стереть. Выжечь дотла. Иее, иулыбку, ипоскудное умение ходить наприродных ногах - сгордо поднятой головой, будто никто несмеет смеяться вслед. Раздавить. Стереть…
        Пирс. Катер. Последний рывок - ипосадка вкресло пилота. Стимуляторы для мозга. Приказ настарт поавральному протоколу. Почти так ускользнул изгаба этот самый корабль, когда его запрограммировала настоящая Серафима Жук. Гнуснейшее убожество, интеллект надут вдвое отистины стараниями друзей, нодаже такой он смехотворен. Как жалкое создание могло вмешаться впревосходный план? Сломать его, изуродовать. Гниль. Выжечь. Позже, совкусом - выжечь.
        Старт. Рывок катера. Восторг осознания прыжка - получилось!
        Резкий выброс впространство. Недоумение, замешанное наусталости иголовной боли. Пустота… автоматический габ-пирс рядом. Ккораблю строем мчатся габариты, мигая индикаторами аварийного режима.
        -Идентифицируйте себя! - приказ дан автоматикой.
        -Серафима Жук, габрехт, особые полномочия отгабмурга габа Уги, - резко иотчетливо выплевывают губы то, что должно исключить осложнения.
        -Блокировка! Заявление навынос мозга отгабрехта Жук. Заявление оприоритете отгабрехта Жук, - голос автомата тонет вщелчках. - Сбой. Сбой. Сбой… Идентификация, повторно.
        -Какой вынос мозга? - вголове сплошной кисель недоумения. - Требую учесть приоритет!
        -Приоритет учтен. Сбой. Сбой. Сбой, - автоматика щелкает все громче, быстрее. - Допустите наборт габарита контроля. Проверка наличия мозга.
        Кгорлу подступает тошнота. Вглазах темнеет отгнева, ноизлить его ненакого: вокруг лишь пустота иавтоматы…
        -Наличие ифункциональность корабельного мозга подтверждаю, - почти сразу вещает габарит ипокидает корабль.
        Вздох облегчения. Внынешнем режиме, когда все наконтроле ивсе запрошено, сбои неизбежны. Ноэтот позади. Рука ползет кзоне контроля, чтобы ввести нужный адрес. Это даже хорошо, что прыжок получился ничтожно коротким…
        -Принудительный возврат вгаб отправки, - изрекает автоматика, ввергая вшок. - Инструкция аврального протокола. Сервисной службе габа выслано предписание кперезагрузке мозга.
        Темнота поглощает сознание. Нет времени отменить ужасный приказ. Нет сил осознать масштаб катастрофы.
        Сознание восстанавливается. Рядом, вупор - борт габа Уги. Эфир переполнен криками навсех мыслимых наречиях… Она нарушила, нарушила, нарушила…
        -Факт выноса мозга неподтвержден, - вещает очередной автомат. - Опознан сбой протокола. Возврат накурс, примите извинения отгаб-службы.
        Удар - итишина. Сознание выныривает вявь, спохмельным недоумением опознавая габ-пирс, вереницу габаритов контроля напути ккораблю.
        -Идентифицируйте себя! - звучит знакомый приказ.
        -Серафима Жук, гарбехт, особые полномочия, - скороговоркой орет лже-Сима. - Отмена, установлено наличие мозга!
        -Блокировка! Заявление навынос мозга отгабрехта Жук. Заявление оприоритете отгабрехта Жук, - автомат неунимается. - Сбой. Сбой. Сбой… Идентификация, повторно.
        -Отсылаю данные окорабельном мозге! - вотчаянии кричит лже-Сима. - Уменя приоритет!
        -Приоритет учтен. Проверка данных оналичии мозга. Наличие мозга подтверждаю, - твердит автоматика.
        Лже-Сима сглатывает ком ужаса. Почти верит, что вырвалась. Торопливо набирает новый адрес для прыжка…
        -Принудительный возврат вгаб отправки, - автоматика неумолима. - Инструкция аврального протокола. Сервисной службе габа выслано предписание кперезагрузке мозга.
        Иснова мир тонет втошноте, отчаянии ибеспросветной тупости инструкций, откоторых нет спасения…
        Удар, холодная вода налице.
        Саид открывает глаза ипонимает, что неможет унять нервный смех. Плечи прыгают, воздуха мало. Остаточная разумность мира сосредоточена вовзгляде Ики. Покой идянина - река безбрежная, способная унять иэтот пожар, омыть иэту тьму чужого для Саида гнева иего собственного лихорадочного, защитного веселья.
        -Пей, пройдет, - советует Ика ипротягивает воду. - Непозволяй себе соединяться сней плотно. Нестоит. Она лишена баланса, ты молод. Она расшатывает тебя. Думаешь, случайно? Она знает, что сейчас допрос. Она отдает сизбытком, чтобы уничтожить именно тебя. Доу для нее - враг худший, чем всякий иной. Презирает зазнание, силу ищедрость. Заумение непользоваться инезависеть. Завидует. Жаждет стереть измира. Пей чистую воду. Следуй светлым помыслам. Обходи ловушки, тьмою расставленные.
        Саид послушно выпил изадышал так ровно, как исоветовал идянин. Постепенно клокочущее пламя сознания лже-Симы окуталось защитным кожухом. Отделилось отсобственных оголенных нервов. Вне прямого контакта жажда уничтожить доу стала внятна, пусть изапоздало.
        -Сколько раз ее бросал туда-сюда сбой габ-протокола? - спросил Саид.
        -Пять, пока мы смогли вмешаться, - отозвался Рыг. Растер лоб. - Непонимаю! Мы вычистили ошибку давным-давно. Это невозможно, такое было, еще когда я числился стажером. Вынос мозга… Корабль сосбоем систем навигации недопускается вдлинный прыжок. Наличие проверенного мозга снимает блокировку. Носообщение окраже выводит вприоритет протокол поиска изадержания, зацикленная глупость длится идлится.
        -Неглупость. Ловушка. Я слышу Тьюитя, - Саид сменил тему, пряча поглубже догадку. Он знал, что наЗемле есть фраза овыносе мозга. Знал, кто мог использовать эту фразу теперь. Номолчал, как промолчит иЧаппа, получив намек… - Сознание габмурга слабое, ноцельное. Я снова верю, что мы минуем конфликт покраю, как болото.
        -Врядли, - поморщился Рыг. - Империя объявила, что намерена ввести карантин всюду, где имеется влияние перечисленных всписке структур торгового толка. Это многими сочтено агрессией. Дрюккели заявили окатегорическом протесте ивсвою очередь намерены вычистить окраины отпаразитов, так они посмели официально назвать расу грисхшей. Габ-центр осудил оба заявления. Пыры официально требуют объяснений лично отИгиолфа Седьмого. Сафары ни стого ни ссего вчера вечером потребовали предоставить наобщее изучение документы онаследии Олера, интмайра торговой системы Интра. Хрясы медитируют досих пор, аэто может вих случае предшествовать решению выйти вбоевой ханнх против неверных, чего небыло циклов четыреста, ивсе думали, они уже унялись.
        Рыг прикрыл лицо широкими ладонями. Расслабился ипомычал, откинувшись вкресле. Он неждал сочувствия, нохотябы позволил себе здесь, вузком кругу, показать степень усталости.
        -Ни укого нет доказательств, - отметил Ика. - Мы понимаем. Саид может говорить сэтой женщиной. Мы останемся втени, пока она будет истреблять телепата, мы будем взасаде. Затем мы перехватим контроль. Это аморально. Нотак мы вскроем ее наизложение правды. Наохотное сотрудничество.
        -Саид непострадает? - уточнил Бмыг.
        -Он уже знает, каков удар. Он выдержит долго, - задумалсяИка.
        -Условие, - добавил Саид, ссаживая Гава наплечо Рыгу. - Пока несообщать отом, что эта Сима ненастоящая ичто мы поймалиее.
        -Почему? - Рыг оживился. - Яхгль сказала точно тоже, когда я велел ей сидеть под домашним арестом. Затем Павр просил небросать тень наСиму. Прямо перед вашей стыковкой я получил указание отТьюитя, хотя он едва жив: молчать относительно самозванки. Чего я незнаю? Вы вмоем габе!
        Все промолчали. Рыг закрыл глаза, поворчал отом, что кое-кто считает мурвров простаками иэто кое-кому неделает чести. Хотя, если разобраться, поисходному кодексу мурвров нестоит искать чести убезрогих отрождения. Ониже грамш - неполноценные, рабочий скот. Еслибы мурвры остались врамках кодекса, онибы исейчас имели дело лишь сприятными существами. То есть схрясами, трипсами, камарргами иеще дюжиной стольже славных, честныхрас.
        -Ипырами вбоевых шлемах, - прошептал Саид.
        -Эмбрион ты, как Сима говорила, носказал правильно, - благожелательно буркнул Рыг. - Иди, я санкционирую вынос еще одного мозга. Твоего. Отчет посамозванке задержу надвое суток, дольше данные неутаить. Ут-габрехты Тикка иЭгга, говорит габрал Рыг. Покиньте помещение.
        Саид глубоко вздохнул, прощально покосился наГава - ипошел выносить себе мозг, заранее морщась отпредстоящего. Шагов Ики он неслышал, сознания тоже.
        Ложная Сима, неотличимо похожая нанастоящую каждой черточкой лица, сморкалась ижадно пила воду. Глаза опухли истали щелками, ресницы слиплись. Темно-русые, так она сама называла этот оттенок, волосы пребывают вбеспорядке, свалялись ивисят сосульками, застя взгляд. Поддельная Сима звучно высморкалась, наблюдая, как телепат занимает кресло напротив, через стол. Отложила платок. Села ровнее, вздохнула, трогая пальцами горло ипроводя ниже, доложбинки меж грудей.
        -Хочется иколется, - хихикнула она. - Нохочется сильнее. Ты всегда искал похожих наменя, да? Неотвечай. Есть вопрос поинтереснее. Ты лгал им, тискал их, получал удовольствие. Животное. Ты презирал их… человек. Люди уничтожают тех, кого любят. Благодеяние - выжечь дорогих им. Чтобы поняли. Я здесь, слышишь? Ты еще непотерял. Ноты пришел исел напротив, чтобы уничтожать меня. Акак станешь жить, когда сбудется по-твоему? Ябы могла дать все, что желанно. Я, - она вздохнула ивзглядом забила впозвоночник раскаленный гвоздь. - Именноя.
        -Когда это началось, тебе было девятнадцать. Он был изимперии илгал. Как я понимаю, это обычная, ксожалению, для Иды иимперии ситуация.
        Лже-Сима улыбнулась ивдруг резким движением наклонилась вперед, разбивая вкровь собственный лоб остолешницу. Выпрямилась, потрогала ссадину, глянула накровяной след напальцах.
        -Нравится? Мне можно отомстить, это тоже для тебя новенькое ощущение. Я ввела координаты впортатор той Симы. Я знала, что дистанция запредельная для белковых. Я была рада избавиться отобузы. Девочку без мозга икрасоты слишком многие ценили, такое трудно простить. Мне было приятно стереть ее. Мне исейчас приятно помнить. Хотелосьбы повторить. - Лже-Сима улыбнулась, опять тронула свое горло, оплела пальцами, намекая наудушение. - Что, чешутся руки?
        Саид тяжело вздохнул. Мгновение назад он был вовлечен вводоворот мерзких мыслей иотвратительных намерений. Он смотрел, потому что таков удел телепатов. Он реагировал, ведь симпатия - дар немалый, исидящая напротив женщина им владеет искусно. Он превращался вмаятник, раскачиваемый изодного безумия вдругое, где нет уже точки равновесия, нет середины… Ивдруг влияние будто отключили, нажав кнопку. Саид чуть морщился, отстраненно наблюдая вчужой полустертой памяти того юношу изимперии - шагающего впортатор сотчаянием инадеждой набледном лице. Он любил? Он желал, он лишился… После было много иных людей, ставших маятниками: жажду-ненавижу, хочу-презираю, лгу-обманываюсь… Слишком много. Сознание - скопище трупных червей. Внем противно копаться, добывая нужные сведения. Противно, нонеболее того. Это медицинская работа.
        -Рыг, запиши координаты. Туда портировали Симу, проверь, что заместо, - неповышая голоса, сказал Саид ипродиктовал данные. Чуть наклонил голову ивслушался. - Еще эти запиши. Эта особа туда собиралась сбежать изУги. Сейчас копну поглубже, поищу то, что она знает оподлинной личности своей хозяйки. Пригласи медиков, ей будет дурно. - Он глянул налже-Симу ивиновато пожал плечами. - Простите, времени мало, я немогу позволить себе должную деликатность.
        -Ты… - губы лже-Симы побелели.
        -Да, оказывается, повзрослел, - огорчился Саид. - Из-за тебя это случилось быстрее, чем надеялась Сима, она желала мне полноценного детства! Имя твое Огрь, ты едва помнишь его, ноты устала менять личины илгать… Так вот, Огрь. Ты зря тратишь себя. Все мы маятники, потому что живые. Нораскачать тебе посильно лишь невзрослого, убогого человека. Или того, кто уже внутренне сдался. Сима, - Саид улыбнулся, - взрослая. Ты твердишь «хочу, жажду, желаю». Аона умеет говорить - «могу!». Даже когда совсем нет сил, ноочень надо справиться. Могу - взрослое слово для большого мира, хочу - детское словечко для крошечного сундучка сникчемными личными побрякушками. Ты еще моглабы стать взрослой, ноникто, даже телепат доу, нескажет затебя нужного слова.
        Саид встал, еще раз виновато пожал плечами. Было почти стыдно оставаться встороне инереагировать, когда натебя изливают потоки похоти, ослепительных намеков, когда вокруг взрываются сгрохотом разряды ненависти иразъедают пространство кислотные потеки отчаяния… Ивсе это должно тебя уничтожить, ногубит лишь того, кто отсылает гнусь.
        Вдверях стоял Ика игрустно смотрел насвою соплеменницу.
        -Ты могбы неэкранировать меня полностью, ейже плохо, акогда я нереагирую, она иумереть может, - упрекнул Саид.
        -Мы совсем неэкранируем взрослых, - шепнул Ика. Синтересом приблизился, ивзгляд его будто обшарил череп изнутри. - Надоже. Ты отказался отполноты, ноты непуст. Мы хотим познакомиться сСимой. Мы хотим увидеть вас обоих сразу, это интересно.
        -Я прикончила дрянь! - закричала лже-Сима, вотчаянии избивая столешницу инеощущая боли, способной дать хоть какую-то реакцию. - Я убила твою драгоценную Симу! Все, конец! Это я успела!
        Она смеялась икричала еще что-то стольже отвратное. Задыхалась, кашляла, захлебывалась новыми воплями ибилась, выгибаясь вприпадке. Рядом уже суетились медики, Ика сочувственно иогорченно клонился над бессознательным телом. Саид моргал, морщился исосредоточенно сливал вединый архив данные для передачи Рыгу. Много данных. Вполне достаточно для проведения первичного анализа ситуации ипоиска реального зачинщика того, что ввергло вприпадок истерии взрослый универсум.
        Покинув комнату допросов, Саид вернулся кРыгу исел, благодарно улыбаясь Гаву. Морф подоброй воле забрался нашею ичастично заблокировал поток чужих голосов, помогая ускорить подготовку данных.
        -Полчаса насон, - Саид поставил всех визвестность опланах. - Затем я вскрою сознание Гюль, полагаю, Ика поможет. Мы получим изпамяти моей сестры то, чего незнает Огрь, аона нетакая уж крупная фигура. Уже сейчас могу сказать, что Гюль обманули, затем лишили способности кадекватной оценке реальности ииспользовали для вскрытия сознаний. Я считал сОгрь, что габмурга Тьюитя должны были доставить ксильному телепату. Габмург отказался выполнять требования, хотя его шантажировали уничтожением габа, - Саид поморщился. - Вся вселенная сошла сума ивпала вдетство.
        Телепат отправил данные вавтономный накопитель Рыга изакрыл глаза, отпуская себя всон. Возбуждение иусталость недавали повода легко настроиться наотдых, новедь он только что признал ипринял то, что «могу» - слово взрослых. Он должен изначит, справится. Уже удаляясь всон, Саид ощущал, как рядом ворочается Рыг. Мурвр взахлеб принимал данные изнакопителя, азартно мотал головой при оценке особо чувствительных фрагментов чужого плана. Затем иБмыг присоединился кчтению.
        -План дур-рной, бр-ред, - слышались сквозь сон толи слова, толи мысли габрала. - Тут итут совершенно детские допущения. Здесь многовато поставлено наслучай. Роль Симы переоценена ираздута, непонять, почему она вообще значится отдельно иподлежит замене. Бр-ред, почему непроверены приказы всознании клонов? Бр-ред, кБилли, человеку опасному настолько, что я его уважаю ирекомендовал перед габ-центром, отнеслись пренебрежительно. Прислали для ломки сознания одного злодея. Одного! Бр-ред…
        Рыг рычал ирычал, ненарушая отдыха. Он был огромный, горячий - он выжигал ложь вокруг себя ивыпрямлял коварство. Он светился честью мурвров, той честью, какую они неменяют надоговор сгаб-центром илюбым иным партнером, всегда предпочитая клятву - или отказ отсотрудничества без пояснений ишанса наизменение решения. Бмыг бормотал глуше ировнее, будучи пыром, он неполосовал тканей тайны ударом рогатой башки. Он методично впитывал чужие идеи ипока что недавал никаких оценок, тем заранее отторгая часть данных или привнося вних личностную окраску. Бмыг казался пассивным имассивным, как скала, безразличная кжару полудня иинею ночи. Все - приходяще. Валун переживет много, очень много ночей идней, чтобы вчреве пещеры укрыть тех, кто сочтен достойным защиты…
        -Мы приготовили все, что могли, ваша сестра сложный объект для работы, - шепнул усамого уха Ика, возвращая изсна вявь. - Номы встревожены. Яхгль всмятении. Мы желали сней общаться, ноона так подавлена… она молчит имы видим, она доверяет лишь вам иморфу. Иэто срочно. Это очень срочно.
        Отмысли, что душа идянки снова балансирует накраю отчаяния, Саид мгновенно сел. Ощупал плечо, убедился, что Гав рядом. Ипомчался, неспрашивая, куда именно - зачем, если ты почти доу иочень, очень спешишь?
        -Бр-ред, - рычало сознание Рыга, неунявшегося досих пор. - Похищение телепата доу обставлено глупее глупого! Онбы неповелся наподделку. Сима нетот человек, какого можно подделать! Да встань эта самозванка натренировку против меня, спервого движения разницу видать!
        Набегу Саид усмехнулся. Он куда лучше мурвра понимал, как сложился нелепый план врага. Он телепат, ипотому способен хоть неполно, нооценить людей иявления сразных точек зрения. Логик строил свой план холодно ирасчетливо, ставя наинтригу иподтасовывая факты. Носимпат, пусть итемный, тоже вмешался вплан иего подправил… Он оценивал значимость пояркости поля икрасоте его узора. Симпат видел Симу ибыл впечатлен ее суматошным, кипучим нравом. Переоценил? Аможет, инет. Ведь Сима жива, значит, нетолько враг счел ее значимой вбольшой игре. Симпат сам вбросил вдело иСиму, иБилли, итех, кого вовлекли они. План стал расползаться ирваться, терять целостность. Разность рас ивзглядов разъедала его. Нопочему непоступали поправки, ведь неслепже логик, стоящий заагрессией?
        Вот икаюта. Запертая. Саид идентифицировался итолкнул дверь. Яхгль сидела наполу итихо, безнадежно всхлипывала. Рыг тоже был тут - оказывается, мурвры умеют проявлять жалость. Оказывается, они способны безрогих отприроды идаже небойцов повоспитанию всей душой принимать ичислить семьей, неменее того.
        -Прости, - растирая слезы, Яхгль продолжала смотреть впол инерешалась говорить глаза вглаза. - Прости.
        Мысли были сокрушительно отчетливы, она думала подробно, для передачи единственному, кто смогбы принять через щит приватности. Рассказывала без утайки, как встретила Симу, как вдруг сама впервые вжизни испытала незнакомое, головокружительное - беспричинное доверие. Как Сима попросила помочь, асидянами так нельзя, они или верят, или думают, холодная логика им чужда… Нельзя было помогать! Дважды нельзя было отпускать. Трижды нельзя даже неспросить, куда именно. Яхгль поймала намек наадрес, введенный впамять разрушенного портатора, когда Сима шагнула вкруг истало поздно исправлять ошибки. Сима отбыла вэпицентр заговора, надеясь наполное сходство ссобственной копией. Нотам есть идяне! Опытные втемной стороне дара, сильные. Идян необмануть. Они неувидят ни единого намека насходство Симы иподделки. Для них, как идля телепата доу, сознание дает более точный ответ оличности, чем ДНК, регистрация винфо-системе иличные данные любого уровня защищенности.
        -Ты невиновата, - проглотив отчаяние, как крупный ком, Саид смог говорить ровным тоном. - Я уважаю поговорки крушей. Тьюить для меня пересылал их, постоянно.
        Саид сел рядом сЯхгль ипоймал ее запястье сложенными ладонями. Заставил губы улыбнуться. Он нестанет падать впропасть, даже теперь. Он несделает еще много глупостей, докоторых способен додуматься сгоряча. Нетак иплохо быть телепатом. Сейчас он пробудил всебе все, что накопилось отчтения пыров идрюккелей. Он логичен, он следует правилам ипедантично добивается главного, неотвлекаясь наличные трагедии. Симабы это одобрила… сейчас. Она тоже пробует добиться главного, неотвлекаясь наличное. Пусть иочень страшное, даже безнадежное личное…
        -Круш невылупиться-ить, - наклоняя голову иподражая выговору Тьюитя, проворковал телепат, сменил позу, какбы вслушиваясь вовторую грань личности двуглавого, - неразбив-уть скорлупы обоими клювами.
        Яхгль притихла, изучая сказанное ивсматриваясь вполе силы. Попробовала выпрямиться ирешилась наконец-то взглянуть Саиду влицо.
        -Скорлупа толстая, аклювы еще полумягкие. Надо бить, нежалея себя, обе грани личности, - выдохнул Саид, изо всех сил разыскивая покой итранслируя Яхгль. - Нежалеть себя. Представляешь, круши это умеют отрождения - нежалеть. Я скажу тебе, тебе иРыгу, потому что больше нестоит знать никому. Вголову Тьюитю стрелял сам Тьюить, поэтому его допросили грубо истрашно, оставили навремя без внимания. После хватились, хотели забрать: ведь вторая голова неповреждена. Ностало поздно. Тью знал слишком много ипонимал, что сильный телепат это изнего вычитает. Наши враги… они ужасно, окончательно невзрослые. Им место забарьером, вдикости одиночных планет… Сима поняла их лучше, чем все остальные вмироном универсуме. Она тоже немножко круш. Иначе Тьюить неценилбы ее. Да-уть?
        -Да-уть, - дрожащими губами вывела Яхгль.
        -Тогда пошли-уть работать, одноглавая. Сейчас всем надо пробивать скорлупу. Пока что габарит Вася справился лучшенас.
        -Ты меняешься, - Яхгль вцепилась впротянутую руку габрала изачем-то пощупала его роскошный, сдвойным изгибом, рог. Она судорожно вздохнула ипереступила сноги наногу, чтобы избавиться отскованности. - Я тоже меняюсь. Уть. Рыг, я согласна. Если все сложится иты непередумаешь… я правда согласна. Пусть хоть все смеются, да кто они такие, чтобы это было важно? Уть, иточка.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись4293
        Этого я неожидал, скажу прямо. Интмайр Олер нетолько выжил иостался вне подозрений, он смог ускользнуть отменя безвозвратно, оставив неустановленный пакет данных неустановленным лицам.
        Все, что я могу сделать прямо теперь - помере сил заблокировать прохождение процедур наследования. Я установил два имени официальных лиц, косвенно связанных спакетом данных. Оба - негуманоиды, так что идян использовать неполучится.
        Я вынужден начать подготовку ксрочной операции поизъятию данных иуничтожению завещания сего последующей подменой. Я отдаю себе отчет втом, как много вИнтре сейчас прямо или косвенно под контролем недоступного мне Олера. Это крах, нокрах отсроченный.
        Он называл себя сторонником мирных решений, авпоследнее время пытался меня пичкать философией кэф? Ложь, дешевая иничтожная. Он спровоцировал то, что мы вынуждены готовить иреализовывать. Наего руках кровь невинных. Я лишь вынужденно следую обстоятельствам ипомере сил минимизирую плановые потери.
        Примечание. Стоит пересмотреть всторону уплотнения график штатного гашения секторов дожития. Если ситуация сзавещанием выйдет из-под контроля, что практически невероятно, то мне будет удобно иметь чистую страницу вэтой части истории Интры.
        История девятнадцатая. Жертвы симпатии
        Премудрая габ-автоматика шваркнула меня насреднюю дистанцию бережно, как воры - самый сочный арбуз. То есть я пребыла наместо, потная отсобственных страхов, будто меня вреке топят. Нокроме мурашек накоже небыло ничего ужасного - ожогов, жаренных корочек ипрочего, что я себе придумала заранее. Насредние дистанции портатор доставляет живых белковых свероятностью пятьдесят напятьдесят. Я вполусотне везунчиков. Что неважно для вселенной, ноприятно лично мне. Вселяет оптимизм.
        Наместе было тихо ироскошно. Приемный портатор окантован чем-то вроде золота, вкольцо вмурованы толи брюлики, толи их усовершенствованный аналог. Блестят зачетно. Так ихочется малость поробингудить, выколупнув камушек нанужды Сада Тиа. Хотя - нестоит. Дойду доцели, вызову Шарпа. Он выдерет все, начто я укажу. Ая укажу, я так вспотела, что аж руки чешутся устроить акт вандализма. Я всю их топ-менеджерскую планету спалю дотла, потому что дикая ижажду мести. Топить печи ассигнациями, если я верно помню покино, это национальное хобби бухого русского голубых кровей.
        Так, спокойно. Догулянки еще далеко. Идентифицируюсь, чтобы снять себе впамять план похода занаследством. Меня спокойно читают инегудят сиренами, чтобы обезвредить. Поспине неползет холод предчувствий. Хотя если иползет, я нечую, костюм напрягается вовсю, впитывая иперерабатывая прошлую порцию пота. Только пота, ненадо плохо думать осебе.
        -Огрь, почему нарушаешь планы? - шелестит вкрадчивый голос.
        Навсеобщем, что уже хорошо. После идентификации, сразу, что еще лучше. Значит, говорят точно сомной.
        -Они заподозрили, - я непробую скрыть страх. - Следили замной.
        -Никак невыйдешь изобраза, - мелодично смеется собеседница, имени которой я, вотличие отэто самой Огрь, незнаю. - Мило. Мило… Доля суток - привести себя впорядок. Еще столькоже нанаписание отчета. Внятного. Тебя учили быть логичной. Хорошо учили. Только дай мне повод увидеть, что я зря истратила натебя ресурсы.
        -Ы-ыыы, - снова потею. Или это лед мгновенно производится наспине, готовыми кубиками?
        -Ты неплохо ее изображаешь, - рассмеялся все тотже голос.
        Стало тихо. Или я гений ииду тропою героя кпобеде над врагом, или коварный враг методично точит тесак ипока что вешает мне науши горячую лапшу-пятиминутку. Я принюхалась. Ни лапшой, ни дерьмом - аБилли онем много раз говорил - непахнет. Заложен нос? Нет, скорее заложен мозг. Натри засова,ага.
        Я отвернулась отзоны идентификации побрела туда, вродебы знаю, куда. Пешим ходом двадцать минут идве локальные портации, если никто непомешает. Оттопав три коридора, я устала молчать ивзялась бубнить народном наречии так тихо, как мухи нежужжат.
        -Мы смело вбой пойдем, пым-бым у-ёё-ё, - замяла я идеологические тонкости иперешла кглавному, неизменному век завеком, - все мы как один - у-ёё… вборьбе заэто.
        Незнаю, что раньше уборцов шло под секретным кодом «это». Среднего рода, вонючее ивсюду мерещится Билли, когда он вбой идет. Потакой подсказке я точно угадаю ответ. Но - нехочу.
        -Уё, у-ёё-о, - чуть громче пробубнилая.
        Страшно хочется неидти, абежать. Двадцать минут! Да меня раз сто проверят намаршруте. Алюди вбеге так плохи, что это необсуждается. Саид мне как-то взялся рассказывать оспорте вуниверсуме. Имеется уних тут… олимпиада или вроде того. Расы разбиваются наподгруппы поживучести. Идальше многоборье, каждая раса присылает описание одного этапа, учтя слабости конкурентов истремясь сделать для себя эту часть эстафеты ключевой вдостижении успеха. Люди три цикла назад выбрали плаванье спрепятствиями и«сделали» сафаров, которые смокрым пером отстали ужасно, окончательно. Круши вследующем сезоне ввели метание дротиков. Вих случае - счетырех рук плюс клювы, илюди невошли вгруппу финалистов, зато сафары справились. Каждый год коварство нарастает, иэтот его вариант все расы воспринимают наура.
        Устаршей поживучести подгруппы еще веселее, говорят. Пыры долго держали первое место, затем дрюккели захватили лидерство. После мурвры воспитали шикарного бойца, ну уродился он такой - непобедимый. Анедавно дрюккели его подловили насвоем этапе.
        Я чуть неспоткнулась. Точно, вот откуда я помню грисхшей! Первый раз услышала оних отСаидки. Он сказал: послухам, грисхши вминувшем сезоне подавали заявку научастие. Вродебы они проделывают это десятый или даже двадцатый раз, нозаявку блокируют дрюккели. Моей наивности хватает, чтобы подозревать: ненависть инсектов кгрисхшам наполовину инеменее происходит изстраха проиграть многоборье вообще навсегда. Хотя еще хуже вот что: грисхши, хрясы икамаррги, эти потянут поживучести наотдельную подгруппу. Тогда инсекты вобщем мнении станут несамыми крутыми, ихже неберут втяжелую категорию поживучести, их улучшенные боевые рюклы непроходят туда посвоей весьма условной природности.
        Грисхшей инсекты давно игромогласно клеймят, как продукт генных опытов древних. Агрисхши неумеют логично возражать, они сперва долго вчитываются вдокументы, затем пропадают невесть куда ивконце концов присылают ответ, дающий повод заподозрить их вслабоумии. Точно, Саидка делился, что давным-давно грисхшам прислали запрос опроисхождении, аони вответ отправили ком чешуйчатых сухих шкур. Ком хранится удрюккелей, асама заявка вблокировке «довыяснения». Вроде накоробке сошкурами нацарапано «мы» надюжине наречий…
        Так, первый портатор. Он должен метнуть насоседнюю планету. Если, конечно, это никого ненасторожит. Менябы насторожило. Хотя… стоп, недумать. Идти еще минут десять. Смогу опять уболтать местную крутую тетку? Разок - да, адальше будет видно.
        Вголове тихо, никто нешлет запросов. Или я везучее всех везучих, или команда хвостатых «мы» сидит взасаде, готовясь украсить новый ответ моей шкуркой. Ума неприложу, какой этап внеслибы вмногоборье грисхши. Проползание через шкуродер? Зашипливание врага насмерть? Сложение хвоста втри кольца… Ха-ха. Хрясы повиду типичные черепашки ниндзя, хвосты уних есть, недлиннее черепашьих. Попробуй такой сложи. Н-да, схвостами я перебрала, правила запрещают этапы, заведомо непроходные хотябы для одной расы изчисла участников. Хуррхи, это которые вогне негорят итоже могут войти встаршую подгруппу поживучести, как-то сгоряча предложили заплыв вконденсированной плазме. Поих мнению, умеренное идаже скучное дельце. Нопрочие ужаснулись, хуррхам досих пор иногда припоминают необдуманное послание. Они отстыда гаснут - ивпепел, жуткое зрелище. Пойди после восстанови.
        Уф. Или планета вымерла итут никого нет, кроме меня, или я ошиблась адресом. Я редко набираю нужное спервой попытки. Совторой тоже. Нояже старалась, апакет данных садресом заранее собрал Шарп.
        -Т-сс…
        Я подпрыгнула изамерла впричудливой позе. Осторожно, без спешки обернулась, ожидая чего угодно. Иувидела…
        -А-а ты то тут, - хриплым шепотом начала я сомневаться вадекватности зрения, - ты тут вообще откуда? То есть ты тут зачем? То есть ты вообщеты?
        -Я, сюда, - лукаво улыбнулся сун тэй Игль. Сделал знак, приглашая посторониться изглавного коридора инетак яро отсвечивать навсе системы наблюдения.
        Он быстро крепил кстенам что-то вроде жемчужинок или жучков, я проследила заустановкой последних, иуже затем рассмотрела, что таких покоридору торчит много. Сун тэи - профи винтригах, их никто невидит, если им невыгодно быть замеченными. Игль человек сложный, он без колебаний меня сдаст кому угодно, спасая драгоценную империю. Новсеже я полагаю, сейчас он мне невраг.
        -Безумие, - отметил Игль, приближаясь вплотную ирассматривая меня. Даже заподбородок взял ипокрутил голову туда-сюда. - Или безграничная наглость дикаря. Сима, как понимать твое поведение? Это видели совершено все, кому неследует. Я получил данные далеко непервым. Стереть такие данные даже для меня сложно.
        -Игль, обалдеть, это точно ты, я довизга рада, - выпалая.
        -Лучше без визга, - поморщился сун тэй. - Куда ты топала, шумнее трипса всезон брачных игр? Что вообще тут делаешь? Мы более цикла готовим сложнейшую операцию, я непозволю, чтобы все рухнуло из-за самонадеянной девчонки.
        -Так чтож вы готовите так херово, что весь габ Уги летит кверху тормашками, безнаказанно?
        -Стоп. Ты нери тэй, чтобы давать оценки. Прекрати расходовать время ифонить эмоциями навсю планету, - Игль моргнул ипоморщился. - Сима, здесь нельзя эмитировать эмоции. Здесь…
        Он снова сморгнул инестал продолжать фразу. Отвернулся, довольно долго стоял, глядя встену пустыми глазами - работал скакими-то данными внедрах мозга. Поитогам титанического имне ни разу невнятного труда стена подалась всторону, оказавшись замаскированной дверью. Вобширном зале вспыхнул свет. Мы вошли, иунас заспинами дверь снова взялась изображать монолитную стену. Изпола выросли два удобных кресла. Я рухнула вближнее ирасслабилась.
        То есть я неверю вкрутые совпадения. Мне нужна помощь ибам - вот он Игль. Как-то слишком. Сдругой стороны, сун тэй настоящий. Я умею отличать людей отлюбых их копий, яже эмпат. Ия давно верила, что число умных вовселенной велико, аесли так, то бесчинства загадочных злодеев давно вызвали интерес тех, кому полагается послужбе быть начеку.
        -Ваша служба иопасна, итрудна, - пропела я, подмигивая Иглю, - инапервый взгляд ни разу невидна… Игль, я узнаю тебя, ноневерю всовпадение. Ты что, стерег меня?
        -Аналогичный вопрос, - усмехнулся сун тэй. - Имею основания полагать, что ты направлена сюда сцелью провокации моего провала. Если есть вмире человек, которого я неожидал встретить наданной планете, то это именно ты. Изсказанного имеется два следствия. Первое. Я обязан тебя устранить, это надежный способ исчерпания проблемы. Второе. Я намерен тебя выслушать, поскольку ты умудряешься выудить сведения, мимо которых прошли прочие. Иты смотришь насобытия под особым углом, - он вспыхнул фирменной улыбкой наивного юнца. - Сима, хочешь выжить, быстро выкладывай все, без утайки.
        -Гад такой, - поежиласья.
        -Такой, - согласился Игль исмущенно поморгал, продолжая корчить юнца-милашку. - Именно такой. Мне известно, что тебя хотели заменить накопию сцелью вброса данных вгаб-систему ипоследующего похищения хотябы одного изтелепатов клон пары Саид-Гюль. При этом подлинная Серафима Жук подлежала уничтожению. Я толковый телепат, пусть инедоу. Ия опознаю тебя. Хотя, если припомнить прежние встречи, изнас двоих лишь ты смогла дифференцировать Альга отего двойника.
        -Ничего нескажу, убивец, - хихикнула я, неверя взлодейство.
        Надуше стало светло илегко. Вдвоем сИглем мы дойдем дозала, где я смогу вступить вправа наследства. Осталось всего ничего - четыре коридора идва заслона идентификации. Сун тэй поможет, куда он денется. Я невраг империи, уж это ему известно. То есть я иногда инедруг, носейчас особый случай. Игль умен, он радуется, я чую - радуется, потому что сам втупике ипомощь ему нужна, как имне.
        Игль отвернулся. Движение головы было спокойное, я даже ненасторожилась. Азатем поспине продрало арктическим морозом! Взатылок стали вбиваться звук зазвуком - дзынь, дзынь - мерные шаги. Шпильки. Ичерт меня подери, если я неузнаю походку.
        -Иг-гль, - заплетающимся языком ужаснуласья.
        Рывком вцепилась всун тэя иповернула ксебе лицом. Стало еще хуже. Представить немогла, что для Игля реально такое выражение - сумасшедший, самоотверженный восторг, переходящий вслюнявое щенячье обожание. Ивсе это при пустом взгляде, как уплюшевой собаки спластиковыми пуговками…
        -Игль, - мелодично повторила та, кто вбил мне взатылок уже дюжину гвоздей-шагов. - Мой Игль.
        Она была совсем рядом, я даже ощущала дыхание возле левого уха. Хотела дернуться - нообнаружила, что увязла вкресле, как муха вполужидком, нобыстро твердеющем, клею. Меня обматывало иукукливало все основательнее, досамо шеи. «Серафима Жук вянтаре», ничего себе посмертный памятник наивности.
        -Твой Игль, - радость налиц сун тэя стала исступленной, истеричной.
        Он рухнул наколени икоснулся дрожащими пальцами алой поверхности левой туфельки. - Весь твой. Всегда твой.
        Женщина, вкоторую сун тэя втрескался, как «мерседес» вразделительную - наразрыв, аж добагажника - обошла его покругу, презрительно отпихнув туфелькой жадную руку. Затем эта сука средних лет ивыдающейся потасканности грациозно устроилась вкресле ивоззрилась наменя.
        -Что она сказала? Это важно, ведь я получала надежнейшее подтверждение ее гибели.
        -Несообщила подробности, - сокращено, едва неплача, выдохнул Игль. Он продолжал стоять наколенях ижадно изучал туфельку, расположенную вполуметре отруки. Пальцы дрожали.
        -Ты телепат, - ласково улыбнулась гадина, глянула наИгля поощряюще.
        У-уу, как меня крутит отзлости, даже страх померк. Стоило ей показать всебе это - ну, что она та еще сука, иИгль стал натуральным кобелем. Задышал часто, пополз ктуфельке, готовый облизать, анепросто погладить. Руки тронули кожу ноги, осторожно скользнули выше, кколену. Онбы все отдал, чтобы прямо здесь, вот сейчас, незаботясь, что какая-то там Сима пялится…
        -Разве ты заслужил? - туфля впечаталась вщеку сун тэя ион отлетел метра натри. - Бесполезный, скучный иничтожный. Ты слышал? Ничтожный. Таким жить незачем, ведь они ненужнымне.
        -Сознание неструктурированное, ломать уровни приватности габ-настроек трудно, - тяжело дыша инесмея двигаться, заторопился оправдаться Игль. - Я стараюсь, ноты пришла слишком рано итеперь это займет время, любимая.
        -Он старается, - подтвердила дрянь иулыбнулась мне. - Для меня стараются все, кому я разрешаю. Посмотрим, разрешули я стараться тебе. Ты… - ее улыбка стала добрее, - небезнадежна.
        Что-то внутри лопнуло, выпуская наволю горячее ликование. Я небезнадежна! Я ценнее Игля. Меня замечают, меня уважают!
        Пожалуй, ябы вэтом утонула. Носуки - порода собачья ивсвоем поведении они однообразны доизумления. Я вдруг вспомнила себя, еще наЗемле. Был вечер, я тащилась изотделения, вголове гудело, вживоте урчало, вгорле перхалось. Я устала дочерноты перед глазами ибрела наощупь. Весь день я печатала наудолбанной поколениями стажеров клавиатуре допотопного компа, последнего выжившего нанашем отделение милиции. Или полиции? Непомню, как оно называлось, неважно, такие умности быстро вычищаются измоего компактного мозга. Я брела иуткнулась вновую «бэху», трешку. Тачка закупоривала наглухо дорожку кподъезду, чтобы все протискивались, матерясь, ипонимали: Юрику попрозвищу Баблосик насовершеннолетие папаша подарил сочный ломоть красивой жизни.
        Сам Юрик, без одной ночи восемнадцатилетний, бухой вдрова, валялся узаднего колеса, обнимая это колесо обеими руками иматерно радуясь личной крутизне. Баблосик был трезв так редко, что я его непомню сглазами, несобранными вдерьмовую кучку.
        Когда я уже миновала чужой праздник жизни, Юрик резво пробежал начетвереньках, рванул дверцу итараканчиком вполз вщель, чтобы зубами уткнуться вруль. Итогда я сделал глупость. Невошла вподъезд, авернулась исела пассажиром. Баблосик идиот обдолбанный изассанный навсе свои брендованные джинсы. Ноего папаша небандит, аработяга, всего добившийся горбом имозгами. Ему некогда было воспитывать сына, ион отсвоей вины откупился деньгами, дело обычное. Зачембы его жалеть, и… Исам черт незнает, что уменя вбашке варится, вон телепат Игль тоже черт итоже - незнает.
        Вобщем, я стала отдирать Баблосика отруля. Ни я, ни этот удолбыш, незнаем, как получилось, что впроцессе борьбы заорган управления этот самый орган так ловко функционировал, что «трешка» миновала двор ивыкатилась наулицу без единой царапины, чтобы сходу сунуть шикарную морду под ржавейший клюв арбузного «жигуля».
        Из«жигуля», знамо дело, посыпались иарбузы, илюди, кого было больше, несоображу, потому что сразу стало тесно. Толпа, ор, кроваво-красное крошево взеленых корках настекле, нарожах, накапоте… Я врезала Баблосику кулаком вхарю, он наконец отрубился, что позволило заблокировать двери идозвониться папаше урода изнакомому капитану изотделения дотого, как нас прирезали или хоть отметелили досостояния бифштекса скровью. Потом я стала махать корочками стажера ипредъявлять возможности голосовых связок. Дальше неважно, вплоть доследующего утра.
        Я дрыхла дома, уткнувшись лицом вподушку, чтоб неотпустить ночь. Меня похлопали поплечу, я повернулась - мать-перемать, белый день, свет влицо, как надопросе вдурном кино. Силуэт.
        -Аты… небезнадежна, - ласково сообщил женский голос. - Давай обсудим, чем исчерпывается твоя роль.
        Я села икивнула. Мама Баблосика, увядающая потребительница всех рецептов красоты, смотрела наменя взглядом опытной суки, заподозрившей конкуренцию. Принц-зассанец итем более горбатый король непредназначались взнакомые ивсяким быдловатым Симам. Вбескорыстие иатипичность суки неверят. Авот вограниченность числа ВИП-мест под солнцем - очень даже…
        Я давно ненаЗемле. Ноэто «небезнадежна» вобщении сомной, да при соответствующем тоне иулыбке кобры - непрокатывает. Уже покусана. Выработала иммунитет.
        -Что, эта фигня втебе действует безотказно? - удивилась я, морщась ипонимая, что дела Игля реально плохи, как имои собственные.
        -Конечно, - промурлыкала она. - Важно подобрать ключ. Укаждого есть…
        -Кнопка, - подсказала я знакомое сдетства выражение. Иподумала про Эша. - Лажа.
        -Что?
        Убиться можно, а? Иэта тудаже. «Что» - кодовое слово для выявления присутствия Симы вразговоре. Голова кружится. Эта тетка врубила соковыжималку для мозгов наполную мощь. Меня плющит, плющит…
        -Всеже копии скучнее оригиналов, - шелестяще-доверительно сообщила она. - Ты великолепна. Слышишь? Великолепна.
        Ух как я горжусь собой, щас изгалош выпрыгну ибосая ломанусь участвовать взаплыве через плазму. Ага, только вносу доковыряю. Напохвалы чужих тетенек я велась лет впять, непозже. Хотя быть великолепной приятно. Ну ненадолго, ну наминутку.
        -Иумна, - полицу пробежала тень раздражения. - По-женски умна…
        Наэтом месте я невыдержала истала ржать, как конь. Вот чтобы мимо, спромахом наполвселенной, это перебор. «По-женски» якруглая дура после того, как выставила изсвоей жизни Саидку, самого симпатичного извсех рыцарей всех времен. Вголове малость прояснилось. Я прикусила губу иощутила боль. Стало еще лучше. Или хуже?
        -Значит, так, - сказала я ей, пока неначалось опять. - Условия. Буду сдаваться Иглю. Он душка, аты сука. Тебя я хочу грохнуть, это неизменится, ясно? Аего я хочу спасти.
        -Добрая душа, - презрительно фыркнула сука.
        -Старая выдра, - втон фыркнула я. - Натебя без фигни, внедряемой вмозг, хоть один мужик клюнул? Походу, вовсю рожу комплекс разведёнки.
        Она встала ицарственно отвернулась, чтобы щелкать каблуками вдаль, игнорируя летящие вослед визгливые домыслы. Ну, я хоть покричала, ато горло совсем было перехвачено отжути… Уже отдальней стены чмошная повелительница вселенной обернулась иотправила Иглю самонаводящуюся улыбочку высокой убойной силы.
        -Вырежи изнее правду, это ты умеешь? Хоть это - умеешь? - скучающий тон несодержал ни грамма доброты кмоему бренному ипока что цельному телу.
        Игль сел изакивал, как болванчик. Он смотрел вослед пожилой заразе, засравшей его мозг, пока дверь незакрылась. Только тогда сун тэй уделил внимание мне. Впуговках пластиково-тусклых глаз я внятно прочла то, что знала очень давно. Он непросто интриган, он спец подопросам.
        -Игль! - позвала я. - Да очнись наконец. Ну, тыже ее видел, там неначто клевать.
        Сун тэй промолчал, продолжая смотреть сквозь меня, прикидывая что-то свое, профессиональное. Небось, бить или небить… сразу.
        -Игль, ты профи или говно напалочке? - упрекнула я. - Флюгер, блин.
        Непроняло. Ладно, еще есть варианты. Уменя туча вопросов! Такая туча, что даже бояться пока неполучается. Буду громко думать, онже телепат, нет своего мозга, пусть моим пользуется. Если неразучился вконец.
        Игль сюда точно явился поделу. Унего есть задание. Есть долг перед империей, носейчас он предает весь их корпус. Предает! Думаю громко имысленно представляю однажды виденного ри тэя, главного вих корпусе.
        -Я люблю ее, - виновато вздохнул Игль. - Я осознанно принес вжертву прошлое. Без жертв нет любви. Без любви нет жизни.
        -Упс… да ты тайный романтик.
        -Да, хорошо, - отозвался Игль кому-то вне зала, тронув висок.
        Снова посмотрел наменя. Незнала доэтого дня, как мясники смотрят наскот. Теперь вот знаю. Без ненависти исочувствия. Спокойно. Онже профи, ая - объект. Блин, где его патриотизм? Азнаю я, где. Когда друга Альга убивали, тогда исдох… Почему так, нея виновата, амне отдуваться? Ладно. Ссылки наимперию непрокатят. Думаю дальше, пока Игль жутко звякает инструментами для допроса. Он вышел изповиновения из-за Альга - тогда, прошлый раз. Он исейчас был награни начать слушать, вот почему эта выдра вперлась вкомнату. Ощутила ослабление контроля. Я права? Или неправа. Что мне стого? Авот что. Глупость Симы, версия «отпад». Усердно, вовсю голову, думаю освоем бессмертии. Это ценная информация, должно пробрать.
        -Мой коллега предположил, что имеет место феномен особого рода, ноя несогласился. Пофакту считывания данных склонен пересмотреть мнение, - удивился Игль. - Жаль, проба создает риск. Доклад ушел, она сейчас примет решение.Жди.
        Мне совсем непонравилось сказанное. Новыбора я сама себе неоставила итеперь могла лишь ждать, пробуя вспомнить для Игля, какой он вспокойный циник, икак смешны «мартовские коты».
        -Принято, - кивнул Игль.
        Откуда унего владони взялся нож - незнаю. Извоздуха вроде. Средневековый прямо, сузким лезвием, сканавкой для отвода крови инадежным упором. Нож прыгнул впальцах, переходя удобный хозяину обратный хват. Свободной рукой Игль нащупал сонную артерию уменя нашее. Велел смотреть себе вглаза исчитать. Нацепил мне датчик назапястье. Снова проверил пульс нашее. Я все думала для него, думала… старалась смотреть вглаза ихоть немного снимать влияние, онже телепат иобязан нетолько брать, ноиотдавать. Я так старалась, что даже пропустила тот миг, когда нож сотвратительным хрустом вошел под ребра. Под мои ребра! Было сначала почти небольно, онже профи. Затем сердце встало, ужас смял меня, крик залепил горло кляпом. Вмире смеркалось, холодало… пока нестало окончательно темно итихо.
        -Да, двенадцать минут, - сообщил голос Игля умоего уха. Говорил он ровно, нодышал чаще, чем полагалосьбы спокойному человеку. Идышал тихо, я ощущала лишь жар накоже отвыдохов. Игль небыл спокоен. Он паниковал идвоился, чего я ему ижелала всей душой. - Верно. Живучесть восстановлена. Нет, я немог промахнуться. Или это неона, или феномен мы имеем вовсей его полноте. Да, это меняет формат допроса ирасширяет границы возможностей. - Голос дрогнул, стал просительно-жалобен. - Как скажешь, любимая. Если так, спешить небуду. Сделаю все. Я сделаю. Для тебя.
        Игль вырастил кресло исел рядом сомной, ненапротив, ачуть сбоку. Он ипрежде нелюбил сидеть против собеседника, предпочитая мягкие версии жестким. Милашка. Я сглотнула, глядя впол. Этот милашка меня зарезал. Только что. Без колебаний. Он знал, что оживу? Или ему правда безразлично? Дышит еще чаще. Говорит еще спокойнее…
        -Пропустим этап тестовых вопросов, - Игль сосредоточился. - Настроиться натвой мозг я могу без осложнений, мы знакомы иэто мне вплюс. Так… этап игры вхолодно-горячо тоже пропустим. Ты умеешь умалчивать. Утебя кривые тропы мышления. Пока ты была вшаге отжизни, я сломал приватность, она велела спристрастием, ноэто лишено смысла. Хотя если таково ее желание… я готов заранее извиниться.
        -Игль, тебе сэтим жить, - настороженно предупредилая.
        -Расскажи добровольно, облегчи мою совесть, - предложил он, морщась исмаргивая. - Хотябы внятно подумай. Ты права, мне сэтим жить. Я принес много жертв иновая тяжела, ноя справлюсь. Обещаю, я буду просить, чтобы тебя неустраняли после допроса.
        Я открыла рот для возражений, заткнулась навдохе ипоперхнулась. Вэтот миг я въехала вситуацию: логикой Игля непрошибить, насовесть ненадавить, я уже итак надавила пополной инесправилась. Вон Яхгль - яже видела, что она может. Видела, ноневникла. Игль такое наверняка видел, готовился кподобному, упирал насвою логику идумал, что после обработки сам вскроет блоки ивосстановить рассудок. Он, пожалуй, верил, что наделен броней должной толщины. Он всякого повидал. Лишен наивности, задорого выменянной наопыт иличные шишки, шрамы, утраты… Гос-споди, чемже его протрезвлять? Хотя стоп. Яже неввытрезвителе. Иневроли доктора,увы.
        -Игль, - ласково спросила я, стараясь неглядеть намелочи, добываемые сун тэем изкармана иразмещаемое насвежесозданном столике. - Игль, аты писал ей стихи?
        -Что? - она замер внеудобной позе, радуя меня вопросом. Неизбежным, наверное.
        -Красивым женщинам надо посвящать стихи, традиция такая. Унас, удикарей, - хлопая глазами иизображая наивность, пожалуй, нехуже Игля, сообщила я. - Я вам пишу, чегоже боле. Или мене.
        Он сел наполу впозе а-ля Будда иприкрыл глаза.
        -Думай еще. Для нее, только лучшее, - Игль воодушевленно зарозовел щеками. - Чуть отложим допрос. Втвоих интересах стараться, сама понимаешь.
        После этого «только лучшее» уменя вмозгу приключилась эдакая грыжа, исказившая романтику дохарактерного икания. Любовной классики я знаю напамять вот столько, сколько уже выговорила. Изсовременного лучшее слишком забористо исмахивает нахудшее. Блин, так ивижу Игля, сладострастно шепчущего вкрасную туфлю, как втелефон: яшоколадный заяц, купи мне медную брошь. Новее нет аналогий, дама-то вгодах, ей эстрада прошлого земного века подавай, ага. Или вот - «пАчему любофф такая сука». Или хоть…
        -Голубая луна, - счувством взвыла я, наблюдая кривеющую рожу Игля. - Го-лу-ба-я-а…
        Он такой традиционный. Аменя прет, я себе разрешаю, я себя вэто - как вомут. Наблюдаю всем отрубленным мозгом однополую звезду земной эстрады, ну чисто приступ ясно-видения. Сощущениями, да-а… Игля уже лапают зазад иназывают противным. Аон…
        -Прекратить, - бешенство так ишкорчало втоне телепата.
        Я сморгнула, переключая каналы. Это сложно делать позаказу. Ноя хочу жить без боли. Хочу дойти донаследства. Уменя много дел, ая теряю время. Так что я изо всех сил себя взяла зашкирку, сморгнула - иперескочила вдругую крайность.
        -Так мы сажаем цветы, деточки, - ворковала я, ощущая себя ретранслятором экологических идей няни Тиа. - Совочками, неспешим. Все получится, обязательно получится, укаждого получится. Раз цветочек, два цветочек. Мир, деточки, весь цветной.
        Если сейчас сун тэй скажет «что», я его возненавижу вовеки вечные, ипусть подыхает сопливым подкаблучником чмошной бабы. Еслион…
        Вголову ударило чем-то темным ижутким. Изнутри вломило, аж глаза полезли наружу, пучась ипочти лопаясь. Пытать меня будут, хуже несделают. Сквозь тошноту смотрю наИгля. Унего ножом рука распахана долоктя. Ему тоже боль впользу?Или…
        -Бегом! - заорали мне вухо.
        Втемном-темном мозге вспыхнула стрелка навигатора иповела меня потемным-темным коридорам, ктемной-темной цели, которую мне заранее несообщили. Было тошно, мерзко. После взрыва вчерепе бряцали жалкие осколки мыслей. Одна наощупь вроде понятна, она немоя, авроде глиняной таблички сраскопок. Если долго ее обметать метелкой, то причтется надпись, оставленная предками. Они умные были, предки, они натабличках писали важное - амы, современные земляне, карябаем висступлении «Ися иСима были здесь». Бедные наши потомки, им ипрочесть будет нечего.
        Включилось зрение, больше невижу нож ираспаханную руку Игля. Вижу полосы, пятна, блики. Настраиваюсь, как телевизор схреновым приемом сигнала. Слух вышел наизбыток громкости - я бухаю ногами, хриплю горлом, как умирающий бегемот иматерю универсум втри яруса, как неумеют иживые бегемоты… Опа, прочлась чужая мысль: «долго мне непродержаться, прости». ОтИгля, значит. Нескажу, что обнадеживает, новроде означает, что бегу я попоручения сун тэя, самостоятельного вмышлении. Или я опять поймалась вловушку для лохов? Добегу - узнаю. Узнаю, если бегаю снужной Иглю скоростью.
        Дверь. Бронированная! Смаху бьюсь внее всем телом, качусь почуть выпуклой поверхности ккраю, пока дверь ползет иоткрывает щель. Я добежала?
        Миную порог. Темно. О - итихо, дверь заспиной встала наместо. Зрение, ау! Зрение, надо иметь совесть ихоть изредка выходить наработу. Пока наощупь лапаю себя зазапястье идрожащими пальцами «склеиваю ярлык», как обещала Максу. Может, я втравливаю вдело толпу хороших людей иобрекаю их набезнадежную войну. УМакса есть Зэйра, так что суке там непройти. Ая одна несправлюсь. Сейчас это стало очевидно дожути.
        Вот ипелена перед глазами редеет. Редеет…
        Икаю. Гос-споди, аведь пожалуй, лучшебы зрение отсыпалось идальше.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись4303
        Поитогам проверки картина еще хуже, чем ожидалось. Планетарные комплексы работают врежимах поддержания исамообеспечения, иэто верно для половины таковых всистеме Интры.
        Да, мы ввели режим патентной защиты для своих наилучших разработок, иэто логично. Норазве логично ответное решение энгонов исключить Интру изчиста получателей открытых технологий? Все, решительно все, вплоть доглупейших камарргов, пользуются данными общего доступа. Мы отрезаны отнего законодательно. Я убежден, что это диверсия покинувшего нас интмайра, проведенная им при поддержке людей империи.
        Словно сказанного мало, над нами нависла иеще одна тень. Без объяснения причин галактика Дрюккель закрыла для кораблей, продукции исотрудников Интры свое пространство. Это неслыханно! Мы были награни достижения огромного пообъему соглашения оприватном исследовании психологии людей вкризисных ситуациях. Мы были успешны впереговорах пооружию для отлова ипарализации грисхшей, теоретически оно безупречно инеимеет аналогов.
        Кто играет против меня сейчас? Кому Олер отдал свои базы данных? Я подозреваю высокого носителя Чаппу, он давно контактирует слюдьми инаучился играть внаши игры. Чтож, он неединственный дрюккель самбициями. Я найду новых для продолжения переговоров взакрытом режиме.
        Враг - вот что требуется для активизации контакта сдрюккелями. Я дам им врага, они станут сговорчивы. Все вмире просто, если живешь долго ипонимаешь, как надо смазывать иподкручивать шестеренки вселенского миропорядка.
        История двадцатая. Вборьбе заэто
        Камаррги - однорогие гривастые здоровяки, избавленные оттягот прямохождения. Они еще дикарями ловко прыгали начетырех когтистых лапах, неимея вродном мире естественных врагов, если несчесть таким сам их мир, чудовищный пожестокости условий. Камаррги, впрочем, довольны - им нескучно. Они развивают творчество усилиями двух щупалец, лишенных пальцев. Камаррги задлинную эволюцию так инеприобрели агрессивности, неосилив сверхсложной задачи попоиску адекватного врага иосознанию того, что для них хоть кто-то может представлять угрозу. Авернее, что угроза - это зло, анесамая важная форма взросления… Допервого контакта они развлекали себя боями заместо виерархии, австретив контакторов большого универсума, зажили еще веселее. Ведь их посетили мурвры, истех пор мурвры икамаррги регулярно воюют, находя ктому нелепейшие поводы. Им просто нескем больше меряться силами, иные или слабее, или склонных слишком уж по-своему понимать ценности. Встретив кого угодно, нонемурвра, камаррги молча, сочувственно изучают его ипредлагают медицинскую помощь.
        Довхождения вединое пространство вселенной они незнали, что такое медицина, поскольку вней ненуждались. Потрясенные тягостью участи слабых - болеть, страдать идаже вымирать, пристрастились коказанию помощи. Люди язвительны иговорят, что камаррги компенсируются, повышая самооценку, ведь они ничего недали науке иочень мало добавили вкопилку искусства. Ноязвят здоровые циники, аугодив впеределку, даже они сразу вспоминают клич «у-р-рмра!», адресованный однорогим. Камаррги оказались превосходными врачами. Безжалостными, эффективными, радикальными вметодах - иуспешными вдостижении результата.
        -Свободен, - жутчайшим инфрабасом, повергающим вбезотчетный страх, сообщил камаррг иразмотал левое, фиксирующее пациента, щупальце.
        Саид пробормотал благодарность ирасслабился. Он уважал камарргов, даже по-своему ценил. Ноих неумение учитывать мнение пациента находил отвратительным. Он намеревался работать, аего скрутили, чтобы без помех провести диагностику, назначить иприменить лечение. «Свободен» - это нефигура речи.
        -Ябы еще продержался сутки, - обиженно буркнул телепат.
        -Наспарринг напрашиваешься? - понадеялся камаррг, даже остановился вдверях, приседая намогучих лапах ижмурясь отпредвкушения. - Живучесть под полсотни. После отдыха продержишься сто ударов сердца?
        -Напрашиваюсь, - Саид слегка удивился себе иулыбнулся куда добрее. - Пасть порву, моргала выколю… простите. Перегрузив мозг, я начинаю цитировать обрывки изиного сознания, улучшая свое настроение.
        -Пасть? Я запомнил. Мне стало занятно.
        Камаррг улыбнулся, показав роскошнейший набор клыков. Почесал себя заухом задней лапой, выпустив все восемь когтей. Вздел вположение угрозы ядовитый шип подвижного хвоста, покачал его над единственным рогом, смазывая острие токсином, парализующим ста видов белковых изста. Собственно, список рас, выработавших иммунитет короче стать неможет. Внем один пункт - мурвры. Прочих камаррги оперируют без наркоза, ткнув хвостом внужную точку нателе.
        -Я весь ваш сразу после замирения, - неунялся Саид.
        -Забито. Если Рыг порекомендует тебя, - облизнулся камаррг.
        Он глубоко втянул воздух, фыркнул ипрыжком покинулзал.
        -Я что, блюдо? - проворчал Саид, глядя впол ипряча азарт.
        -Мр-ряу! - воинственно отозвался Гав, создавая изсебя боевой шлем наголове друга.
        -Прекратите безобразное препирательство, - просипел холодный, как пары азота, голос председательствующего. - Вы официальный телепат собрания, иваше место оговорено протоколом. Извольте невыходить зарамки.
        Саид встал, выпрямился, торжественно ипокаянно согнулся впоклоне, касаясь столешницы довольно длинной челкой. Замер вэтом положении, соблюдая еще один пункт протокола - опринесении извинений. Совет оказался гадчайшим собранием существ, неспособных делать дело. Рыг предупреждал, нокто мог подумать, что будет так худо! Все данные сообщены тремя рабочими группами дознания - людей, дрюккелей инеприсоединенных. Габрал Рыг лично изложил все, что касалось габа Уги. Саид рассказал осканировании мозга сестры, после чего едва неотключился ибыл реанимирован камарргом. Картина оказалась нарисована так внятно иподробно, что далее полагалось ее исправлять - инемедленно! Новсе медлили.
        Хотя известно, что Игиолф Седьмой является зачинщиком иобеспечителем всех акций устрашения, втом числе атак нагабы. Что он преследовал как минимум три цели: обеспечить стабильный рынок для клонов военного профиля, получить доступ кзакрытым технологиям научного сектора через совместные проекты, распространить так называемое «ценности истинных людей» вего понимании напросторах универсума так широко, как только будет возможно. Еще читалось внедосказанности, что дрюккели были частично знакомы спланами, авернее могли выстроить цепочку догадок иприйти кряду выводов. Нопредпочти ничего незаметить - значит, хотябы часть рюклов жаждала опробовать новые боевые технологии ирасконсервировать, вывести изспячки, военные подразделения. Люди тоже подозревали ипримечали, нопассивно наблюдали… вероятно, полагая для себя полезным дать научным центрам Игиолфа провести ряд запрещенных разработок, что оставилобы темные пятна наего репутации иобеспечило сочными плодами тех, кто вовремя собрал урожай после разоблачения злодея иперераспределения его влияния.
        Председательствовал насовете дрюккель. Это было предсказуемо, раса чудовищно многочисленна, граница ее пространства проходит усамой кромки управленческого сектора торговой системы Интра. Ктомуже империя людей обвиняется вбездействии если непрямо, то косвенно. Икто позволит людям координировать совет, если гуманоиды чаще исильнее воспринимают внушение, аистинные люди ивовсе беззащитны кшаж-вирусу, поражающему их сознание иподсознание, как при контакте сидянами, так иопосредованно, через мозг «носителя».
        -Отимени габ-центра я выражаю возмущение самоуправством габрала Рыга, несвоевременно оповестившего нас офакте выявления адреса, - сухо прощелкал сафар сочень высокими полномочиями. Он говорил, плотно сложив бирюзовый хохолок назатылке итем выражая крайнее раздражение, переходящее ввозмущение. - Также габ-центр возмущен поведением расы инсектов, ведь часть рюкла Ошт отсылала депеши, разглашая данные инарушая клятву габ-служащего.
        -Мы теряем время, - проскрипел председатель собрания тридцати рас. - Выявлен адрес. Мы способны нанести удар. Мы знаем, что жертвы атаки нагабы есть седи всех рас, здесь собранных. Мы намерены провести опрос немедленно. Мы прежде намерены изучить право истинных людей участвовать впринятии коллективного решения, поскольку их честь запятнана.
        -Вы необъективны, более того, пристрастны, прошу внести это впротокол, - без малейшего раздражения втоне сообщил представитель империи. - Вы намерены чужими руками решить конфликт срасой грисхшей, аэто недопустимо.
        Саид вздохнул ивнес еще две пометки вплан рассадки совета. Быть ут-доу порой невыносимо тяжко, даже противно. Сейчас верно ито, идругое. Он сидит вболоте подозрений инедомолвок, он отравлен общей злобой, он вынужден исполнять бестолковый протокол, фиксируя смену настроений каждого посла иего отклонение отобъективности. Когда накал неадекватности выходит изкоридора допусков, телепат делает пометку. Двери открываются ипосол попадает вщупальца дежурного камаррга. Что это такое, Саид усвоил наличном опыте, пусть причина была иная - переутомление.
        Ну вот, опять круши петушатся. Ещебы, они потеряли двух гребненосных вождей, оба руководили крупными габ-узлами. Оба входили вэлиту кланов счисленностью домиллиарда хвостов, ахвостаты лишь особи мужского пола. Потеря элиты, отцов расы - ужасающая трагедия для крушей. Еслибы Тьюить невыжил, мирные двуглавые, пожалуй, вышлабы вполном составе натропу войны скем угодно, лишьбы выплеснуть гнев.
        -Прошу прощения, - едва слышно прошелестел Саид. - Драгоценный Утьпим, вы учерты неадекватности. Я сознаю скорбь крушей ивсей душою сочувствую, ноя вынужден буду…
        Круш повернул кСаиду левую голову, всклокотал, сразуже совладал ссобой имедленно, благодарно кивнул. Он оценил предупреждение. Всякий круш опасался попасть вщупальца докторов, инстинктивно подозревая камарргов вплотоядности самого ужасающего толка.
        -Молчать, - лязгнул взбешенный дрюккель-председатель.
        Саид мстительно улыбнулся ипоставил наплане рассадки красивую квиппу именно там, где было кресло инсекта. Он знал, что высочайший спесивец час назад безобразно орал нагабариуса Чаппу, как наничтожного подчиненного. Габариус молчал полуприкрыв пленчатые веки, видимые упредставителей его расы при крайней стадии переутомления. Габариус слушал иуспешно игнорировал. Он могбы отшить крикуна, как равный - нопредпочел допустить разнос итем спасти отряда проблем своих подчиненных изгаб-системы, впервую очередь Рыга.
        Квиппа наплане вспыхнула багровым свечением бесконтрольного гнева. Саид откинулся вкресле ипроследил, млея оттихой радости, как исполняется введение председателя врамки адекватного настроения.
        Взал стелющимся шагом проник могучий камаррг сгривой стального оттенка - такие только устарых вождей высшего ранга. Щупальце сшелестом свили пружину ивыволокли дрюккеля изкресла. Хитиновый корпус хрустнул под нагрузкой, прогнулся внескольких местах. Конечности высочайшего носителя конвульсивно задергались, позорно показались из-под желто-алого одеяния, все восемь. Удар хвостового жала исчерпал сопротивление. Дрюккель оказался опущен вкресло изафиксирован.
        Вместо того, чтобы покинуть зал, камаррг вышел насередину зала, оперся передними лапами остонущий под тяжестью стол, свил щупальца потелу идалее порогу, венчающему голову. Так камаррги обозначают готовность выйти наритуальный бой или сказать главное слово.
        -Мы здесь имы тоже часть большого мира, - вибрируя голосом вневероятно глубоких низах звука, возвестил камаррг. - Мы объективны, внападениях нагабы мы неутратили родичей, поэтому мы вне зала совета. Ноя желаю предупредить. Удар издали есть позор ислабость. Удар вслепую есть несмываемый позор ипреступление. Мы будем знать, кто высказался заподобное. Мы спросим сних отимения каждого пострадавшего невинного существа, если таковые выявятся после удара. Я сказал.
        Камаррг вскинул голову ипрорычал, витой рог оцарапал стену заспинкой председательского кресла. Великолепный посвоей мощи четверолапый врач прошествовал кдверям ипокинулзал.
        -Полагаю, дольше бездельничать немыслимо. Перейдем кзаслушиванию послов, - проследив взором ценителя царапину настене, сказал пыр. - Отлица расы выражаю признательность габралу Рыгу, он смог удержать габ всостоянии мира инеподдался напровокации всех, чьи послы собраны тут, аравно ирас вне зала. Это подвиг, инежелание габ-центра громко поблагодарить габрала нас удручает. Мы запрыжок кадресату. Проблему надо решить, аневзорвать. Мы заразделение темы агрессии итемы мотивов участия грисхшей. Мы возмущены самим появлением гласных суждений онаказании ивозмездии. Это ущербное понимание задач.
        -Сафары желают нанести удар, немедленно. - Прощелкал посол инаглухо схлопнул хохолок.
        Это было ожидаемо иникто неудивился: телекинетики всегда возвращают обиды дистанционно.
        -Брыги, раздери вас дезориентированный трипс, вот прямо сейчас согласны, - рявкнул брыг изыркнул насоседа-сафара. - Н-да.
        -Путь есть кристалл срединной истины, мы запуть, - монотонно возгласил хряс, встал иудалился ссовета, сочтя его оконченным.
        -Неутолим-ить наш гнев, - проквохтал круш, широко расправляя свой великолепный хвост. - Тягостна-уть наша скорбь. Заразу надо давить еще вкладке, оставив лишь битую скорлупу. Удар немедленно. Да-уть-ить!
        Проклокотав вдва клюва, круш сел инехотя сложил хвост. Саид повел бровью ивыставил очередной значок. Каждое высказывание посла он наделял «весом» взависимости отстепени убежденности иумения неподдаваться горячке сиюминутного. Круш был намаксимуме впервом инаминимум вовтором пунктах оценки.
        -Трипсы склонны простить ошибки иждать покаяния, самосознание порой растет медленно, - прогудело над пустым местом застолом, ведь трипс лично непоместилсябы взале.
        -Удар вроде изаслужен… Ногубры нежелают жертв среди невиновных, губры против слепоты, - негромко сказал морф, спрыгнул скресла иудалился иззала, чтобы снова быть рядом сосвоим другом.
        Саид выставил еще две пометки итяжело вздохнул. Он устал отполитики. Он немог выставить себе попланке «максимум» объективности, поскольку жаждал удавить послов скопом! Пока они треплются, никто непомогает Симе. Никто! Идаже он вынужден быть вчисле пассивных подлецов, телепатия скрутила его порукам иногам хуже щупалец камаррга - долгом перед людьми идаром, необходимым сейчас всем.
        -Сучетом выставленных ут-доу телепатом весов мы имеем паритет мнений, - торжественно проскрипел дрюккель, когда все высказались, кроме него самого. - Значит, решение упорядоченности станет решающим.
        -Как тонко, - поморщился посол империи.
        Дрюккель встал врост, вполне оправившись отпаралича иохотно показывая это. Он воздел усы, невсилах скрыть ощущения подъема, столь естественного для постановщик си-тар-кай квиппы вигре, где все прошло позадуманному. Саид напряженно замер, незная, как остановить еще несказанное.
        -Мы выбираем удар, - едва имея силы нехрипеть, выговорил председатель совета.
        Это было так страшно, что зал буквально окаменел.
        Послы, высказавшиеся отимени своих рас заудар возмездия, насамом деле неверили вего нанесение! Они привычно играли вбольшую политику. Они поддерживали прежние альянсы истроили новые, выражали отношение изаявляли означимости своих рас. Нововсе недумали, что берут столь кошмарную ответственность. Даже круш отуслышанного нахохлил перо нашее и, несдержавшись, нырнул левой головой под зачаточное крыло, пряча дрожь клюва. Сафар смущенно вжал голову, отчего его длинная шея петлей легла наспину.
        -Как телепат этого совета я выражаю протест, - помере сил ровно выговорил Саид, кое-как удерживая себя отрывка вперед иудара всочленение пластин панциря ненавистного дрюккеля. - Сказанное высочайшим носителем исходит отего рюкла, нонеотрасы. Я это вижу. Данный носитель неимеет более статуса посла ипредал галактику Дрюккель.
        -Вы неполномочны кподобным утверждениям, - жажда боя вголосе председателя скрипела ивизжала ржавой секирой войны.
        Совет недышал тридцатью разными способами иобливался холодным потом, если был способен кпотоотделению. Совет вовсе глаза смотрел напредседателя, отужаса неимея сил возразить. Это было хуже шаж-вируса для сознаний разумных. Это было началом войны, которую вольно или невольно они только что развязали. Можноли отменить сказанное ипереголосовать? Непоздноли? Инебудетли это потерей лица? Саид ощущал гудение сотен вопросов, его мозгу было тесно влабиринте чужих сомнений истрахов.
        Шорох открытия двери показался грохотом впервозданной тишине зала. Рослый, прекрасно сложенный боевой инсект вошел нашести лапах, непринимая вежливую вертикальную позу, обычную для его расы вприсутствии гуманоидов. Инсект без спешки осмотрел оцепеневший совет. Миновал проход меж столов идобрался допредседателя, неся навытянутых передних лапах длинный тонкий шест. Саид покосился вправо, влево - иразвернул кресло кстене, спрятавшись заспинкой. Послы этого даже незаметили. Они молча ждали, полагая, что наблюдают часть незнакомого ритуала расы, навязавшей вселенной войну. Мысли гудели новую музыку - мрачную, слитную: все взале безмолвно сплотились против инсектов идаже простили людям их податливость шаж-вирусу, ведь, оказывается, обмануть можно всякого.
        Председатель молча ждал дальнейшего, пытаясь рассмотреть знаки накорпусе инсекта ипонять, что зарюкл прислал сюда представителя, скакой целью.
        Стремительное движения лап боевого инсекта почти никто непроследил, лишь пыр или мурвр успели оттолкнуться отстола ипостарались развернуть кресла - как доэтого сделал Саид.
        Прочный шест схрустом вспорол воздух, врезался вголову председателя ирасполовинил его тушу надвое вместе скреслом, азатем увяз вполу. Крошево взломанного панциря, брызги внутренних жидкостей председателя, ошметки его мозга иплоти расплескались, разлетелись вовсе стороны, превратив зал совета вчудовищное подобие древнего поля боя. Инсект отвернулся отконвульсивно дергающихся половинок тела соплеменника, высочайшего всвоем рюкле.
        -Воля великого Огги исполнена. Я непринадлежу квысоким носителям, ноя проводник его голоса. Слово высочайшего звучит ныне. Рюкл Каппа знал много больше того, что изложил нам, своим сородичам. Рюкл Каппа запятнан сговором сИнтрой, ибо жаждал боя, возвышающего силовых носителей над гармонизирующими. Полное собрание рюклов скорбит опреступлении, которое пятнает репутацию расы. Виновный рюкл подлежит ликвидации, решение подтверждено всеми высочайшими носителями, мы удручены позором дел ислов сородичей состоль испорченным мировосприятием. Науровне си-тар-кай еще утром посчету нашей первой планеты принято решение оботказе отучастия влюбых агрессиях. Вина гуманоидов должна быть решена врамках их чести иих ответственности. Компенсация ущерба должна отяготить их спины. Отношения срасой грисхш будут решены нами после возникновения готовности упомянутой расы кспокойному диалогу, мы готовы слушать ипримем посредничество мурвров или камарргов. Раса инсектов следует философии кэф, соблюдая разнообразие как высшую ценность. Труп отступника просим уничтожить, если габ-служба Уги готова пойти натакое одолжение.
        Инсект поклонился, опустив голову ксамому полу икосясь поверхности усами ижвалами. Затем он метнулся квыходу иззала. Саид шумно выдохнул. Круш захлопал зачатками крыльев ивскинул обе головы, щелкая клювами.
        -Мы разбили скорлупу гнева. Мы отрицаем слепой удар.
        Саид кивнул истарательно исправил вес слов посла нанаибольший.
        -Может, хоть кто-то уже перейдет кделу? - спрежней невозмутимостью предложил пыр, встал инаправился квыходу. - Наши корабли прыгают визвестный адрес через сто тактов. Камаррги идут снами, ставлю всех визвестность обэтом.
        Саид встал идвинулся запыром, уловив вего сознании приглашение кучастию вполете. Он шел инаблюдал, как посол империи брезгливо снимает сплеча волокнисто-слизистый фрагмент внутренностей уничтоженного дрюккеля. Трет серебристую ткань мундира.
        -Ивсегда телепаты иэти, среакцией дикарей, остаются чистенькими, - бормотал посол, старательно контролируя слои приватности.
        Он тоже был телепатом. Ион готов был принять веер брызг иошметков влицо, чтобы нераскрыть своего особого дара. Саид поморщился, затем неожиданно для себя решился - изаглянул вглубину закрытых слоев сознания. Там было темно, наведенные помехи вносили изрядный шум, мешающий даже при уровне ут-доу. Ноглавная тайна оказалась так сокрушительно огромна…
        Саид споткнулся удверей ипочти вывалился вкоридор. Его поймали щупальца врача состальной гривой.
        -Малыш, почему ты все еще удивляешь их мыслям? - улыбнулся вождь камарргов, сажая Саида себе наспину.
        -Ноэтоже…
        Камаррг мчался погабу огромными прыжками, удержаться наего спине было ох как непросто. Мысли истрахи сдувало заспину, далеко, впрошлое.
        -Малыш, разве ты непонял, - грохотал вождь. - Мы давно знаем. Всегда! Слабые ведают страх. Испуганные оттачивают агрессию. Обозленные жаждут ударить дотого, как наних нападут. Бьют они невиновного, еще более слабого, чтобы избежать кары ипоказать сильным границы.
        Вождь прыжком одолел весь пирс ивпечатал лапы вертикально вовнутренний люк корабельного шлюза.
        Рядом вздохнули иодобрительно рыкнули. Саид скатился соспины камаррга иостался лежать наполу шлюзовой камеры, глядя наРыга.
        -Здорово хитиновый парень ломанут своего высочайшего побашке, - раздумчиво сообщил габрал. - Я меньше уважал инсектов доудара. Я преклоняюсь извсех жваловых лишь перед габариусом. Чаппа ненаделал отметин рогами настенах, как я… Новрага урыл. Да, этот инсект, что грохнул посла, его имя Тиль. Хорошая для тебя новость, Саид. Он явился послову Огги сцелью вылечить Билли. Теперь дела совсем устроятся.
        -Нет. Империя доначала совета отправили корабли вточку атаки, я считал изсознания посла, - прошептал Саид, невсилах молчать обеде. - Мы неуспеем.
        -Малыш, камаррги бьют сразу, ощутив необходимость бить. Мы - сильные. Люди сегодня позорно слабы. Я сказал орешении вмешаться, если будет удар, они услышали. Пусть начинают всерьез боятся, уже пора инапользу. Старт.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись4312
        Что-то пошло нетак имы невыявили этого втечение сотни циклов! Клоны набазе лучшего изимеющихся лидер-оригиналов неадекватно реагируют накоманды, ипроявляется это лишь вкритических изакритических режимах, потому инебыло сбоев поштанным тестам. Вероятно, брак заложен вовсей последовательности. Согласно отчетам производственных комплексов все впорядке, номозг… Мы ограничили исходный образец трижды, затем подвергли нынешний его серийный вариант частичному урезанию. Вынужден признать, лучшие невсегда те, кто оптимально управляем.
        Сегодня долго думал онаших беседах сОлером. Я заказал себе собеседника сего лицом итембром голоса. Нето. Согласный сомной Олер скучнее спорщика. Второй неудачный опыт такого рода… Несколько циклов назад я заказал точную копию той спутницы, которую приказал утилизировать досрочно - спутницы Олера. Совершенно парадоксальный результат! Изделие взбунтовалось инереагировало накоманды. Я повторно утилизировал образец, являющийся клоном иного неадекватного образца. Олер полагал исходник адекватным. Неужели оценки могут так разниться? Надо поднять данные помодели. Психокарты ипрогнозы повозрастному развитию. Но - нетеперь. Я занят, я ощущаю, что мне снова лгут иснова ищу тайного противника.
        Управленческие отчеты неполны. При этом каждый сотрудник наглядно демонстрирует высокую верность мне иприверженность ценностям Интры. Мы тратим додвух третей ресурсов насбор внутренних данных иполную их обработку. Это вынужденная мера вусловиях нынешнего типа конкуренции.
        Я подозреваю идян. Конечно, моя неприродность дает мне полную защиту отих влияния ия вижу, как это их выводит изравновесия. Новсеже я сомневаюсь вверности столь плотного союза сэтими алогичными иненадежными существами.
        Полагаю, их следует устранить немедленно после атаки нагабы.
        Комментарий. Я вынужден делать короткие записи. Есть подозрение, что меня мониторят даже вличных залах. Это будет проверено вближайшиедни.
        История двадцать первая. Мир, который весь издыр
        -Шкура, - торжественно прохрипел грисхш.
        Трое его соплеменников раскатали, придерживая закрая, невесомую пленку сузором чешуек. Я кивнула. Задесять часов, если верить встроенному вмозг счету времени, я сказала три слова: «А-аа!», «упс» и«мама». Причем все три - впервые минуты указанного отрезка времени, вязкого ижуткого.
        Когда заспиной закрылся люк иглаза привыкли ктемноте, прямо перед моей перекошенной отвсматривания вчерноту рожей обозначилась голова грисхша. Тогда изменя, как пар изсвистка, выдулось слово водин звук «а». Грисхш отодвинулся, чуть припал налапах - или что унего было? Непомню инерассматривала. Мне открылась перспектива огромного зала, под полотком вроде летучих мышей висели темные коконы. Наполу лежали истояли темные фигуры или тюки. Два ближние шевельнулись иобернулись ко мне, я икнула «упс», потому что оба они были грисхши. Затем мне вголову врезалась мысль, могучая, как кулак мурвра: прочие коконы - они тойже расы, все. Я позвала маму, но, надеюсь, она нерасслышала ией эта моя паника неухудшила жизни.
        -Ма-х-мах-х, - помере сил внятно повторил грисхш, который ссамого начала наменя пялился.
        Он свернул вкольца хвост иподнял переднюю часть тела, малость похожую накорпус снесколькими конечностями, две были точно руки, апрочее - ну, незнаю… щупальца, усы, клешни. Всего помаленьку. Я рассматривала имне плохело. Приспособы для пыток, какие безмозглый Игль намеревался испробовать намоей шкуре, были мельче ибезобиднее.
        -Ма-х, - снова требовательно выговорил грисхш.
        Я смотрела исмотрела нанего, вупор. Моя дурацкая эмпатия вголос орала, вызывая сумеречное, кружащее голову эхо внутри черепа: мы уже встречались, этот хвостатый гражданин мира целился вменя при нападении нагаб инепопал просто потому, что его покрошили клоны.
        -Ма-х? - неунялся агрессор.
        Сожаление обессмертии накрыло меня, как мухобойка муху. Неубивайу можно плющить раз заразом, как ипредупреждала Зэйра. Мах-мах, очень точное ивнятное обещание. Парень наменя крепко обижен, егоже тоже - мах-мах, как огурец для салата… Хотя стоп. Если его там мах-мах, то почему он целиковый издесь? Мой обновленный завремя пребывания вгабе Уги личный архив хранит данные отом, что пленных грисхшей держат под замком вгрузовых ангарах правого крыла габа. Неустанно охраняют. Неусыпно мониторят все шевеления усов - лап - хвостов. Их три штуки, трудно ошибиться вучете!
        -А-аа?
        Затык совпал сначалом вопроса. Я вдруг перестала бояться изауважала грисхшей! Этоже они почти заставили меня переспросить «Что?», хотя прежде переспрашивали уменя! Получается, грисхши атипичнее махровой атипичницы?
        -Мах, хассаха шаассаха, сса иххасса, - сообщил грисхш внятно, нонепонятно.
        Оказывается, их наречие невключено всловари иразговорники габ-службы. Сам хвостатый навсеобщем вроде нерубит, так что отвечать - глупо. Я захлопнула рот, цыкнув зубами. Вздохнула, стимулируя мозг свежей порцией кислорода. Может, подействовало, ведь я додумалась: он решил, что удвери гостья непаниковала, авежливо представилась, что её, то есть меня, зовут Мах. Грисхш пореакции круче мурвра. Он дал мне войти иахнуть. Значит, несобирается прямо теперь резать ишпиговать, он знает: после я буду негодна для общения.
        Грисхш устал следить захлопаньем человечьих глаз иотвернулся. Медленно пополз прочь, извивая длиннющий хвост. Ичто мне делать? Идти, следуя захвостом, который сомной знаком. Вон, сточки зрения Билли ничто так несближает людей, как толковая перестрелка.
        Мы двигались долго, удаляясь отлюка вниз ивроде влево. Было темным-темно, ноусы угрисхша светились накончиках, инаверняка он старался для меня.
        Говорят, наЗемле есть глубоководная рыба, она заманивает добычу фонариком, который унее отприроды, спожизненной гарантией набатарейку… Я недобыча, грисхш нерыба-рыбак. Чем дольше шагаю, тем дальше ухожу отисходного страха, огромного ибессмысленного.
        Сознание освобождается. Проявляются, как тени настенах, бегущие стороной мысли. Почему Игль отправил меня сюда? Он знал огрисхшах ихотел спасти меня отсебя ивсех прочих. Или пытался избавиться отменя, непачкая совесть? Нет, ему велели допросить, так что он всеже отпустил меня иобезопасил. Вариант ответа утвержден.
        Грисхши впрошлый раз, при атаке нагаб Уги, воевали настороне старой выдры. Так почему они… Стоп. Ни фига я незнаю про их сторону, они едва смогли придумать мне имя, врядли им проще общаться хоть скем иным вовселенной. Они, пожалуй, искали того, кто их поймет, авыдра воспользовалась. Грисхши, если я права, ужасно обрадовались, что им готовы помогать. Скорее всего они непоняли договора. Может, думали, что кого-то охраняют. Ая, кстати, бегала поУги ссувенирным калашом инепо-детски мочила все живое вокруг. Ответ потеме: грисхши невиновны, пока недоказано обратное.
        Следующий вопрос. Как мой знакомый грисхш оказался тут, если его охраняют вУги инесочли сбежавшим? Понятия неимею! Ноэто наверное самый занятный вопрос.
        Дальше. Почему тут тьма тьмущая грисхшей инет рядом ни людей, ни габаритов, ни клонов? Кто, если негрисхши, выстроил туннели! Ответвлений кругом - жуть сколько, иуходят они под любым углом косновному стволу коридора. Пол скруглен иглянцев, стены неровные, смутно напоминают кишку, вид изнутри. Нелюди рыли, зуб даю. Значит, грисхши живут науправленческой планете своей жизнью исуко-выдры, Игиолфы, интмайры ипрочая - им неуказ?
        Я наступила нахвост, очнулась, сказала «упс» иостановилась, сразгону обняв обеими руками темное тело проводника. Оно оказалось жестким, как сталь, края чешуек плотно прилегали одна кдругой инерезали пальцев кромками. Грисхш недышал, непульсировал иневибрировал - он был наощупь вроде трубы отопления ранней осенью. Чуть теплый ималость влажный…
        -Мах, - позвал грисхш, незаметив ущерба хвосту отмоей ноги.
        Вдве руки проводник указал налево, водно щупальце - направо, аусом повел вверх, отметив вертикальныйлаз.
        -Упс, - поразилась я широте выбора.
        Сусаниным никого нестала называть, вдруг считает ехидство иогорчится? Тут, вдобавок, другой случай. Если неспешить иприсмотреться, пути имеют особенности… Грисхш врядли знает, каким мне удобнее пройти.
        Лаз вверх конкретно недля людей, которые без костюма супергероя. Вправо… Вслушиваюсь, оттуда прет эхо скапелью ивздохами. Влево сухой коридор. То есть куда руки указали - туда я инаправлюсь. Делаю шаг. Грисхш принимается шипеть, стрекотать кончиком хвоста ихлопать руками побокам истенам. Радуется? Может, унего такой тест, проверка взаимопонимания?
        Идем. Долго. Наконец, добредаем доуютной пещеры сзарослями зеленого мха наполу исинего светящегося - он как небо - напотолке. Грисхш свивает хвост кольцами, выпрямляем спину утела, которое его передняя часть. Всеми конечностями лезет встену, раздвигая бурые длинные волокна, висящие вроде шторы. Изниши добывает здоровенный ком, вменя размером. Заспиной нарастает шум - это ползут еще несколько грисхшей. Расселись иповисли, даже нетесно получилось. Я помялась, повздыхала итоже села. Проводник вроде обрадовался. Покрутил ком инашел неровную, отстающую пленку. Бережно потянул… ирасправил первую шкуру. Все прочие грисхши помогали.
        Это было восемь часов назад. Стех пор я молчу, киваю инадеюсь понять, чтоже мне показывают супрямством воистину нечеловеческим. Проводник отматывает изкомка шкуру зашкурой. Это слово он повторяет все более внятно, хотя я молчу, непоправляю. Значит, как-то ловит реакцию.
        -Шкура, - снова сообщаетон.
        Ворох расправленного наполу уже накопил толщину вполметра. Зато остаточный ком теперь мал, некрупнее моей головы. Если присмотреться, шкуры скаждым разом все компактнее. Верхняя вполовину меньше нижней подлине ивтрое уже ее. Разматывание шкур происходит все быстрее, грисхши неуймутся, пока неисчерпают ком. Киваю ижду продолжения.
        Чьи это шкуры? Хороший вопрос. Наверное, даже самый важный.
        -Эй, - осторожно прерываю молчанку. - Как тебя… схсс…
        Грисхш замирает исмотрит наменя. Тыкаю всебя пальцем.
        -Сима.
        Тыкаю внего пальцем.
        -А?
        Тыкаю всебя, повторяю имя, опять внего, акаю. Щетинит усы, реагирует.
        -Сссимх, - снова топорщит усы. - Ихасса.
        -Грисхш, - я показываю нанего, затем наследующего, - грисхш.
        Также тычу вкаждого. Затем снова показываю напроводника иусложняю - «грисхш Ихаса». Подпрыгнул, застучал хвостом, взволновался весь - то есть стал перекатывать тело, чуть смещаясь попещере..
        -Грисхш Ихасса!
        Вроде, мы втеме. Двигаемся дальше. Тычу внижнюю шкуру.
        -Ихаса?
        -Ихасса!
        Тычу вследующую, перебираю доверхней. Все - ихасса, без исключения. Получается, он каждую линьку бережно сматывал пленочку инамотал зажизнь ком диаметром вметр?
        -Сколькоже тебе лет, - балдею я, приобретая кгрисхшу неизбежное уважение. - Дедушка.
        Хвостатый коллектив продолжает разматывать ком, необращая внимания намой треп. Наконец, вот ипоследняя шкура, хотя она скорее всего первая. Длиной вмою руку откончиков пальцев долоктя. Толщиной вбольшой палец. Неимеет конечностей. Прямо переросток дождевого червя. Трогаю заостренный хвост, чуть более тупой второй хвост. Ихасса радуется, хлопает руками. Показывает нависящего над головой соплеменника, затем нахвост своей первой шкуры ирисует рядом еще один такой, острием ксвоему.
        -Самсх, - он быстро набирает наруку синий мох ирисует слабо светящийся след ввоздухе, будто рядом сего первой шкурой лежит шкура такогоже размера. Показывает наее дальний конец. - Схарс. - Рисует еще червяка иего хвост, смотрит наменя, - Рссис.
        Гос-споди, неужели я одна теперь знаю, почему они отправили ком шкур вответ назапрос - кто такие грисхши. Написали «мы», стараясь объяснить попроще. Да они все связаны хвост схвостом! Их народ - цепочка делений первого червяка… Или десять часов мне втолковывали нечто иное, новпустую?
        Я провела пошкуре, показала дальше, туда, где рисовалась вторая, идальше, идальше, вроде как втемноту коридора.
        -Грисхши?
        -Грисхшс! - восхитился Ихасса. - Саахха ассахааса гриссхшшсса.
        Мы друг друга поняли процентов надесять, наверное. Уже дело. Пробую разобраться всвоих вопросах. Ищу наощупь мелкий камешек.
        -Габ Уги, - ищу второй, - Интра, - ищу третий, - габЗу.
        Странно, нонаши, изСада Тиа, все еще ненашли меня поярлыку. Иэто при маниакальной упертости Макса! Ничего, раз время есть, буду сдавать нанавигатора. Это лучше, чем роль жертвы влюбленного Игля. Сыплю камни, раскладываю изних кусок плоской пародии навселенную. Уменя вголове снова активна база данных габ-служащего. Грисхши, надо отдать им должное, немешают, хотя малость скручиваются отзрелища.
        -Уссохсх, - вдруг сообщает дальний изсумрака.
        Песчаная вселенная поднимается спола под общее вдохновенное шипение и, сшелестом теряя лишние пылинки, выстраивается вобъемную модель. Интересно, кроме меня хоть кто знает, что грисхши - телекинетики?
        Ихасса суетится, горстями рук икончиками щупалец замусоривает схему, крошит мох спотолка, перетирает песок, запускает вплаванье волоски коричневой растительности состен. Встроенная вмозг карта габ-служащего согласна - это силовые возмущения, глоп-разлом, метеоритные потоки. То есть мы обоюдно понимаем, что построили. Ихасса показывает нагаб Уги, значит, исходный вопрос незабыт. Затем подсвечивает ореолом нашу нынешнюю планету пребывания. Обводит руками вокруг, тычет встены туннеля. Снова показывает наУги - иотгаба струится серебряный лучик кнашей планете.
        -Ха… адругие расы кораблями пользуются, без них никак, - балдею я отдогадки. - Авы, значит, как черви голландские всыре… простите.
        Ихасса вслушивается, раздраженно шипит. Показывает камешек ужасно далеко, устены пещеры - иоттуда поего воле начинает ползти кнашей подсвеченной планете серебряная змейка.
        -Грисхс, - спришипом, надолгом выдохе, сообщает мой проводник.
        Стопку шкур общими усилиями бережно, ноудивительно быстро иловко, начинают скручивать висходный ком. Наблюдаю инемешаю. Еслибы я линяла имогла сберечь часть памяти осебе прежней, ябы это делала? Незнаю. Сомневаюсь. Наверняка угрисхшей сошкурами связаны более сложные мотивы, чем сантименты или склероз. Уних нет разделения полов, азначит, нет мужей, кузенов, братьев идядек стетками. Нет ничего, для меня обыкновенного идаже обязательного. Ачто есть? Пожалуй, последовательность рождения, когда твой хвост - чья-то голова. Имена соединены вдлиннющую цепочку, сплетены крайними слогами, созвучиями.
        Трогаю собранный ком, хранящий линьки моего проводника. Он назвал сшипящим уважениям, если эмпатия верно ловит эмоции, имя Грисхс. Первые звуки совпадают ссамоназванием расы. Случай? Врядли.
        -Грисхс что, самый первый? - шепотом пугаюсь догадки. - Ну небессмертные ведь вы! Иразве можно для целой расы знать, кто первый?
        Ихасса надолго замер, затем указал вдальний угол пещеры ипроизнес спрежним придыханием - Грисхс. Непрекращая удерживать внимание наважной точке, щупальцем провел незримую линию, шипя непрерывное созвучие, пока вся пещера неоказывается пройдена. Тогда грисхш замер, сорвав дыхание накоротком «Ихш». Вот так. Библейская классика: Адам, Ева измий водном флаконе.
        Шкуры убраны зазанавеску. Пыльно-каменная вселенная осыпалась напол. Народ висит илежит скаменным спокойствием. Ая хочу есть, пить испать одновременно. Хорошо хоть габ-костюм справляется спрочими хотелками, ато знакомить всех срезультатами пищеварения землян былобы совсем неприятно. Так что зеваю, моргаю, молчу. Терплю.
        Думаю. Вот я тут, незнаю где. Непойманная. Мне надо попасть вглавный зал второй посчету планеты. Могутли грисхши помочь?
        -Ихасса, - осторожно постукиваю похвосту.
        Проводник поворачивает голову. То есть выворачивает ее изскладок шеи, хотя инешеи даже… Да точно он червяк! Идля червяка вполне симпатичный. Рисую ввоздухе шар. Меня непонимают, ноинепрерывают. Когда третий раз непонимают, надергивают спотолка светящегося мха ирастирают намоих ладонях. Снова обвожу шар планеты - ион слабо светится мельчайшими искорками. Жмурясь, чтобы немешать надстройке мозга водить моей рукой, ирисую отдельно отпланеты свой недавний путь покоридорам клюку грисхшей, затем крупно люк. Рисую путь отлюка кнужному залу. Открываю глаза исужасом пялюсь внеразбериху черточек иточек. Незнаю, кем надо быть, чтобы это понять! Нечеловеком, точно. Вот я человек инепонимаю ничего.
        -С-ссх, - задумчиво сообщает проводник.
        -С-иссх, - вступает всодержательную беседу кто-то отдальней стены.
        Ихасса двумя острыми окончаниями щупалец режет шкуру усебя под горлом, оттуда выплескивается струйка прозрачного геля. Все дружно придвигаются, влипают вгель кончиками пальцев - иначинают этой штукой обматывать меня. Терплю. Врядли они хотят плохого, спине нехолодно, эмпатия благодушно молчит.
        Ну вот, гуманоид целлофанированный, готово дело. Двигаться почти немогу. Меня бережно устраивают наспину самого длинного грисхша вгруппе, прочие пристраиваются совсех сторон отнас, образуя суперчервяка сут-габрехтом вочреве. Ничего невижу инепонимаю, ноощущаю, как мы изгибаемся, вродебы пританцовывая. Отмонотонности этого червячного упражнения я очень быстро задремываю.
        Шмяк! Хрясь!
        Проснулась. Сижу нагладком полу роскошного, вычурного зала. Кругом грисхши, многие уже облюбовали лепнину напотолке иукрашают ее собою. Рядом Ихасса. Вдумчиво инеторопливо пропихивает вротовую щель «полиэтилен» разорванной упаковки, вкоторой меня довезли.
        -Упс, - неверю я себе.
        Тот самый зал! Определенно, ведь включилась система связи слокальной инфоструктурой, меня опознали идали отчет поместу пребывания. Икакой отчет!
        «Вниманию ут-интайра Жук. Просим воспользоваться ближайшей зоной идентификации сцелью активирования процедуры обновления статуса допостоянного. Распорядитель процедуры наследования, официальный инфо-фантом прежнего интмайра, готов передать вам послание».
        Встаю, бреду кзолотому напольному кругу сосложнейшей чеканкой, каменьями игало-эффектными элементами отделки. Встаю точно вцентр изапускаю лапу всокровищницу гада Олера, неиспытывая ни малейшей тяги кпредстоящему обогащению. Никогда непонимала, почему вкино герои орут иисходят соплями, найдя сундук скамешками? Ведь это конец привычной жизни, совмещенный столстой стопкой смертных приговоров отнезнакомых еще, номощных злодеев. Видимо, люди правда дикари итупари.
        Взале меркнет свет. Отпола поднимается дымка. Изее слоистого далёка ко мне шагает Олер, как живой, номоложе. Ивзгляд унего добрый, как удяди милиционера сагитплаката для детишек.
        -Вы дошли дозала. Поздравляю, я рассчитывал навас. Начнем сформального вопроса. Мне принадлежит три четверти того, что принято называть системой Интра. Я невыкупил иневывел иными способами из-под контроля моего нанимателя то, что непредставляет реального интереса влюбом смысле. Это так называемые драгоценности ирезервы, накопленные вэквиваленте ценимого пятью разными расами. Например, запасы двух наиболее редких идорогих окислителей. Вы распоряжаетесь планетарными комплексами повыпуску всего, чем Интра снабжала сорок семь разумных иусловно разумных рас. Вы уже знаете, что помимо этого навас ответственность засудьбу продукта, созданного планетарными комплексами - отпередачи заказчику иконтроля соблюдения режима эксплуатации идопроцедур вывода изэксплуатации, утилизации идожития. - Фантом сотчетливой насмешкой смотрел сквозь меня. - Двести циклов назад я хладнокровно выстраивал методы влияния наразумных сцелью формирования постоянных потребностей. Я желал вывести науровень вселенский то, что виделось основой человеческих ценностей. Сто циклов назад я понимал, что умедали есть оборотная сторона.
Созданные мною условия породили проблемы, которую я полагал пренебрежимо малыми при постановке целей. Ноэти проблемы лишили меня природности, сделали заложником, азатем ирабом системы Интра. Я прошел заново путь человеческой эволюции, чтобы оказаться втупике, откуда прочих спасло умение расширить границы мира ипринять его разнообразие. Я оставляю вам внаследство мой тупик, целиком. Спроизводством существ, признаваемых имуществом. Сиспользованием этих существ без их согласия ипорой против их воли, аведь я знаю - уних есть иволя, идаже иногда, - фантом сделал паузу, - душа. Я оставляю вам машину, которая движется сколоссальной инерцией инеспособна, наверное, остановиться. Я оставляю вам всю грязь отмоей машины - планеты дожития втом числе, ивы уже знаете, что это такое. Ия оставляю вам громоздкий ком отношений смоим партнером инанимателем, жаждущим провести еще более радикальные решения. Он почти смог уничтожить меня. Имне немного жаль, что я неувижу, как он справляется сзанозой поимени Серафима.
        Фантом удалился втуман. Я сказала ему вослед несколько трехбуквенных слов, ите, которые на«х» начинаются или на«ть» заканчиваются, вызвали интерес угрисхшей, поскольку коротки икомфортны впроизнесении.
        -Урод, - закончила я постановку диагноза.
        Отвернулась ипокинула круг. Стоилоли сюда мчаться? Ивот еще вопрос: агде мой новоявленный партнер, Игиолф?
        -Интмайр, прошу вас вернуться вофициальный круг, - ласково промурлыкал слабый, немного задыхающийся голос.
        Я обернулась ибез интереса изучила очередного жителя электронного тумана. Мелкого, чернявого, смасляными глазками завзятого итальянского пройдохи игладкими чистыми ручками паразита, который все делает несам.
        -Анакой?
        -Будучи официальным посмертным фантомом Игиолфа Седьмого Офража я намерен огласить его завещание ипередать вам обязанности поконтролю исполнения, - хитро щурясь ичуть подергивая уголком левого века, сообщил чернявый.
        -Как посмертный? - оторопела я. - Идавно? Инасколько точно? Икто злее вас злодей? То есть ловчее?
        -Данные биометрии поступали сюда постоянно, что позволяет отследить весь процесс угасания. Моего оригинала нет вживых сорок семь условных суток, - сообщил фантом. - Перед кончиной он успел сформировать пакет данных. Изних следует, что непосредственный убийца - клон военного образца. Заказчик убийства - существо спланеты Ида, получившее отмоего оригинала права ут-интмайра вобход официальной процедуры, то есть незаконно. Мой оригинал опасался подобного исхода изаранее составил секретное правило, неподлежащее коррекции. Это правило исключило для убийцы возможность полноценного контроля над Интрой, поскольку уничтожило все копии завещаний кроме исходной, составленной сто циклов назад. Однако некоторые шаги агрессоров сильно ограничило меня ввозможностях адекватного ответа.
        -Грохнуть ее несмог, - перевелая.
        -Прошу выслушать завещание, - фантом помассировал дергающееся веко, опустил руку ивстал неподвижно. Мигнул, помолодел доверсии столетней давности. Тогда унего ивеко недрожало, икудри вроде были настоящие, природные. - Я, Игиолф Седьмой Офраж, оставляю все имущество иличный архив любому своему прямому родственнику помужской линии при условии, что его имя совпадает смоим. Если указанное условие неисполнимо намомент моей смерти, я требую запуска процедуры своего клонирования сцелью передачи наследства себе второго поколения. Кроме того, я настаиваю наотправке особому трибунал тэй корпуса империи данных, собранных вмоем архиве наинтмайра Олера, независимо оттого, живли он кмоменту оглашения завещания. Пусть позор покроет его имя даже ипосле смерти.
        Молодой Игиолф первый раз искренне улыбнулся, гадость сделала его лицо мальчишеским идаже… приятным. Я сплюнула ототвращения. Вотже гнилушка термоядерная. Спасибо, он сразу ушлепал втуман, избавив меня отпрослушивания новых умностей исоблазна орать матом вответ, кто он икуда ему дорога. Перед грисхшами неловко быть дикой иагрессивной.
        Все, туман рассеялся. Самое время вырастить кресло, стол иосмотреться, что это заИнтра исчем ее едят.
        Готово, пошли отчеты попланетарным комплексам. Все там стабильно, адаже если инет - пока всад, недотого. То есть нетак: вСад. Макс их выпотрошит, составителей лажовых отчетов. Что дальше? Опять отчеты, уже посостоянию населения трех планет управления скучей спамоподобных писулек-доносов одних управленцев надругих. Похоже, Иги любил вместо кокса вдумчиво нюхать чужое грязное белье. ВСад, Максу насъедение…
        Авот это ни вкакой сад непролезет: оказывается, намалом удалении отпланеты вышел изпрыжка флот империи. Мы украшаем собою все прицельные перекрестья. Интре выкатили ультиматум инеждут ответа, невнем суть. Империя играет ввойнушку. Уних - вот отчет-пугалка для Игиолфа лично - вгруппе объект «нова». Неопробованное секретное оружие.
        -Алло, аподайте мне адмирала, - начинаю бездумно вещать итыкаю вполезные кнопки, как советует мозговая габ-автоматика. Замолкаю, недоуменно трясу головой. Это я что сказала-то? Пробую еще раз, аккуратнее. - Говорит Серафима Жук, уже три минуты официальный интмайр системы Интра, атакуемой вам без всякого реального повода. Сообщаю, что напланетах дотрех миллионов белковых, изних лишь десять процентов могут быть отнесены кбоевым единицам. Отсылаю отчеты вгаб-центр, копии габариусу Чаппе ипослам тех рас, чьи контакты есть под рукой. - Вздыхаю, тупо смотрю нароссыпь кораблей наэкранах обзора. - Ребята, кончайте маяться фигней. Сажайте катера наповерхность идавайте тщательно отсортируем злодеев виновных отзлодеев, накоторых несобрана доказательная база. Ну иэвакуируем прочих, уродов илюдей, тут всякие имеются. Опечатаем звездную систему доокончания расследования.
        Расслабляюсь вкресле ижду, пока вимперии хоть кто созреет доспособности говорить. Интересно, как опечатывают планеты? Вотбы глянуть. Блин, я наних время трачу, вместо звонка другу Гаву или двух строк Саиду. Агде Игль? Ох тыж, теперь изанего неспокойно.
        Заспиной шелестит чешуей грисхш. Полуобернувшись, искоса наблюдаю. Он понял, как я отдавала команды навыращивание мебели изровного пола ипробует повторить их. Вырастил гриб-зонтик, две стены, шалашик, кровать круглую сбалдахином, шкаф донеблизкого потолка. Шипит, свистит - восторгается. Внятно показываю жесты отмены для мебели. Понял. Удалил шкаф ипрочее, ноначал строить колонны. Одну заодной. Видимо, так ему уютнее. Прочие зашевелились, вступают вигру «захлами зал».
        Колонн уже штук сорок. Похоже, империю прохватил мозговой паралич?
        -Прием, - строго говорю флоту. - Есть хоть кто-то, говорящий навсеобщем? Или вам поотрезали языки, чтоб сберечь тайну «новы»?
        -Идентифицируйтесь, - хрипит хиленький баритон, пытаясь изобразить неужас, астрогость.
        Хлопаю тыльной стороной ладони посоответствующей зоне настоле, снова слушаю тишину вэфире.
        -Самибы представились для порядка, имя извание, а? - зеваюя.
        -Требую соединения спервым лицом Интры, - начинает оживать некто, по-прежнему безымянный.
        -Это я. Ну, так получилось после смерти Игиолфа. Я интмайр ия налинии, что дальше? Куда будем сажать катера? Кто увас нафлагмане отгаб-системы, без нейтралов такие операции смотрятся совсем криво.
        -Как мертв, - голос срывается. - Это ложь!
        -Прослушайте сообщение задохлого фантома, только без меня, ладно? Он таки мертв.
        Отсылаю сообщение. Жду. Грисхши застроили зал колоннами так плотно, что самим негде висеть илежать. Нехотя, совздохами, устраняют часть красоты. Совещаются, потри раза меняют решения, ужас какие серьезные. Интересно, если они дырявят мир бесследно, пролезая ототкуда угодно вкуда им надо, то как они видят мир? Может, это неколонны. Если присмотреться, грисхши их стараются искривить, украсить наплывами исвязать одну сдругой.
        -Серафима, мы получили данные овас. Предлагаем портироваться нафлагман, немедленно, - напряженным голосом просит - именно просит! - очередной безымянный имперец. - Отсылаю координаты.
        -Ответ отрицательный. Ребята, чтобы было кристально внятно: ясижу под замком вглавном зале, злодеи излодейки неустановленной численности свободно шарятся попланетам. Среди злодеек есть особо одаренные симпатки. Создавая им уют, я первым движением после вступления вдолжность ввела тотальный ПИН протокол, сзапретом напортацию вплоть досамой малой дальности. Отменять я ничего небуду. Ктомуже взале сомной толпа грисхшей, досотни, наверное. Им вы что будете втолковывать освоем флагмане?
        Опять тишина. Улюдей, вроде, скорость реакции выше, чем уулиток. Нодаже улитки дадут фору команде имперского флагмана. Пока там отсыпаются вшоке, я успеваю сообразить: апомнению грисхшей, запредельной дальности портации несуществует. Так что они, содействуя моей отправке вУтиль, небыли причастны кплану убийства, даже если понимали суть портатора, как транспортного устройства.
        -Вынужден поставить визвестность, - чеканно выносит приговор тотже безымянный тип, - что ранее мы активировали «нову». Довыхода звезды взакритический режим одна десятая доли суток. Мы намерены… вынуждены прыгать отсюда немедленно. Если вы невоспользуетесь портатором, это будет ваше решение. Иваша ответственность.
        -Моя? Ах ты вонючка шишковатая!
        Я вдохнула, готовясь совкусом, многословно выдохнуть - имолча спустила пар. Нет времени назлость. Наглупость тоже. Рву канал. Ставлю таймер сотсчетом времени доочередного конца света. Врубаю поиск.
        -Шарпушечка, - умоляю я вселенную проникновенным шепотом.
        -Наместе, - сообщает напарник. - Отследил икоординировал выхухливание, постоянно нахожусь вожидании твоего сигнала.
        -Макс тут? Вот хорошо… наверное. Дай мне Макса!
        -Врежиме маскировки связь через меня, - гордится Шарп. Щелкает идальше вещает басом интрала. - Сима, ты обязана заняться составлением полного отчета. Мы немогли установить стобой контакт полные сутки, находясь взвездной системе иполучив предварительный короткий сигнал осклейке ярлыка. Это либо сбой технологии, либо неизвестное воздействие.
        -Второе. Все пучком, Макс. Ну - сомной всеок.
        -Принято. Что неотменяет написания отчета. Сейчас мы сменим дислокацию ичерез сто таков будем готовы кзапитке энергосистем. Прошу связаться софициальными властями иуточнить, являетсяли допустимым изъятие впользу Сада Тиа звездной массы, подлежащей уничтожению.
        -Это целиком наша масса, вродебы даже моя лично. Ачто, можем изъять? Ты слышал, империя решила нанести удар иуже впроцессе.
        -Мы трижды отрабатывали аврально съем малой доли энергии при блокировании плазменных аномалий, - вещает Макс ия улыбаюсь, слушая его роскошный бас. - При нынешнем, прогрессирующем непрерывно, состоянии росли истранства мы способны безопасно ибез потерь изъять энергию звезды данного типа. Гораздо сложнее удержать равновесие планетарной системы, поскольку вклейка ярлыка для объекта «звезда» нами непроводилась. Вперспективе сорока-пятидесяти циклов я прогнозирую рассогласование орбит иколлапс планетарной группы.
        -То есть дотого могу необъявлять напланетах панику искоростную упаковку впростыни для достойной кремации?
        -Да, - мрачно отзывается Макс, который неценит шуток посерьезным вопросам. - Объявите режим непокидания мест дислокации доконтактной идентификации подконтрольными мне подразделениями.
        -Ты вспомнил, как лаять командами без моего позитивного влияния. Эй, тут особый случай, отправляй клонов собнуленным гормональным фоном исам без Зэйры ни шагу.
        -Принято. Запрошедшее смомента вывухливания время установлен ряд фактов, подлежащих немедленному анализу, - еще строже сказал Макс. - Отсылаю. Требую изучить безотлагательно.
        -Доотчета?
        Он прервал связь. Значит, до. Я посмотрела впотолок, зажатый влесу ветвящихся колонн. Позвала Ихассу ивкаких-то две минуты объяснила ему, что ближняя звезда накрывается. Я краснела истыдилась, новсеже использовала термины «бздынь» и«пшик нахрен». Интеллект грисхшей, помоему мнению, огромен. Никто, даже сам Чаппа, невыудилбы информацию измоего бреда. НоИхасса кивнул - он усвоил движение согласия! Повернулся ксвоим что-то сказал. Покоманде все нырнули. Дыр вполу неосталось, ногрисхши сгинули. Лишь тот, кто первым меня встретил ирешил неубивать, авыслушать - он рискнул пережить взале ипшик, идаже полный бздынь. Толи остался вразведке, толи небросил меня. Верится вовторое. Я предпочитаю красивые объяснения. Когда дело некасается людей, я оказывают права, пусть иневсегда.
        Итак, что засрочный рапорт отстроевого вогневе Макса? Читаю, балдею, вскипаю, луплю столешницу, ушибаю кулак, начинаю думать. Ивсе это задесять секунд. Уменя мозг небольшой, зато безынерционный. Уже ищу канал связи.
        -Дежурный посектору.
        Игля вимперии нет, что итребовалось подтвердить. Когда сун тэй назадании, занего сообщения выслушивает курсант или предпенсионный неудачник сманией секретности.
        -Дежурный, я Серафима Жук, интмайр системы Интра. Требую немедленно соединить прямо сри тэем, это вопрос чести империи имира сцелым рядом рас. Считаю додесяти, затем отсылаю данные габариусу, итогда все станет необратимо. Ну как, шевелимся сейчас или будем всю оставшуюся жизнь привыкать грызть локти?
        -Что?
        -Нетрать время. Отошли ему мои слова. Сразу.
        Жду. Если ири тэй - улитка, то империя вполной жопе. Раз, два, три, четыре…
        -Серафима, как приятно, что вы позвонили именно мне иименно теперь, - отечески улыбается высочайший интриган.
        -Я получила отчет отсвоего друга Макса. Он гений ион кое-что просек. Линия защищенная?
        -Да.
        -Опуская все «может быть» и«маловероятно, но» изего классного отчета, скажу прямо: имперские хари сдлиннющими ушами были заказчиками ряда проектов, грязнейших. Думаю, вговне нетолько империя, нопока Макс рассмотрел именно ваши грязные уши. Самый весомый прокол идет потеме хранения мозгов сразной степенью защиты напланетах, подверженных катаклизмам… небуду уточнять. Повторюсь, уменя масса доказательств того, что империя была заказчиком уИгиолфа. Ваш флот прямо теперь намерен грохнуть управленческие планеты Интры, несчитаясь сжертвами икрахом репутации людей. Вы стараетесь хотябы так ликвидировать здешние архивы, чтобы предотвратить еще худший крах.Так?
        -Немы, - поморщился ри тэй. - Корпус сделал все, чтобы локализовать ситуацию. Нам нехватило времени.
        -Ха. Стареете, герр бульдог, военные оттерли отмиски скормом, ага? Или вы слабо упирались? Ненадо так смотреть. Я несамая умная, зато отядовитого взгляда несдохну. Иеще. Я понимаю, что вы - люди. Скажу точнее: яивы, все мы - люди, все одной крови ияд вней тоже один. Итак, вот суть сообщения. Я готова изъять данные… совсем. Мне хочется верить, что люди небезнадежны. Это наивно, номне так нравится. Вобмен вы вминимальный срок выдавливаете изваших резервов вот это, умноженное надесять, - я отправила список острых потребностей, который Макс составил для Сада Тиа иего аналогов еще дня три назад. - Простая сделка, дешевая для вас. Начало подачи ресурсов будет расценено мною, как признание сделки.
        -Дофинализации работы «новы» пять минут, - поморщился ритэй.
        -Мне что, перезвонить через шесть? Могу, нонехочу. Я ненамерена даром отдавать технологию нашего спасения. Может, двое суток назад ябы сдуру, отбезысходности так исделала, стремясь получить то, вотправленном списке. Носейчас я при ресурсах. Ичто куда важнее: явидела Игля. Молитесь там, чтоб он выжил, иначе… Неважно. Мне противно. Вы понимали, начто обрекаете его. Вы, лично. Это аннулирует мое квам уважение.
        -Он старался именно избежать применения «новы», - поморщился ри тэй. - Сима, я просилбы вас более трезво реагировать. Эти детские вспышки эмоций…
        -Игль недавно зарезал меня. Можно после воскрешения малость поблажить, - угробила я ри тэя иснаслаждением пронаблюдала, как он зеленеет. - Авот скажите: увас была няня? Такая, ну - понайму изИнтры.
        -Вероятно такая, - нехотя ответил ритэй.
        -Ваши родители ее вернули, когда их говнючок подрос иперестал пачкать пеленки? Расторгли договор, да? Так это называется?
        -Мы уходим оттемы.
        -Нет. Мы как раз пришли кней. Вы помните свою няню. Вы прожили жизнь, длиннючую, инезадали себе вопроса, где она, как она икто она - человек или… игрушка. Значит, уменя есть зеркальный вопрос, ри тэй: кто вы. Впредь я неготова сказать вам ни слова, пока неприду квыводу, что вы всеже человек вмоем эмпатском понимании, путь оно инеумное, ненаучное ивообще… дикое. Те, кто виновен вуниженном состоянии Тиа ией подобных, будут допоследнего урода включены вчерный список, мой личный. Ни слова их, ни мига внимания. Отбой.
        Я оборвала связь иотвернулась отстола. Ну прет меня, ну горожу то, очем может ипожалею, аможет инет. Позже станет видно. Апока Ихасса рядом иследит задвижениями срастущим интересом. Попробовал повторять жесты. Тронул кончиком щупальца мое колено. Замер, когда я стала смотреть нанего. Жестом показал ком - пожалуй, это шкуры. Зашипел, сомневаясь, что получится объяснить. Показал снова ком, гораздо больше. Показал плоскости вокруг кома, азатем щупальцем нацарапал ввоздухе «мы». Изобразил, как толкает ящик, тот удаляется… Все, сник.
        -Вам невернули шкуры, - дошло доменя.
        -Шкуры! - оживился Ихасса.
        Я быстро настроила канал, вызвала лично Чаппу. Лучший издрюккелей отусталости едва мог сидеть. Нодаже такой он обрадовался, едва увидел меня. Дурацкий мир! Люди желают мне сдохнуть, анелюди - выжить…
        -Очень важное дело, - осторожно начала я. - Грисхши воюют сдрюккелями? Это их инициатива иони нападают? Они являются изниоткуда ипропадают вникуда, устроив переполох.Так?
        -Время отвремени, без системы иготовности общаться. Мы непонимаем, ни как приходят, ни куда пропадают, - кивнул Чаппа, срастущим интересом всматриваясь вфигуру Ихассы. - Сима, откуда вы знаете онаших осложнениях? Признаю, упорядоченность встревожена. Часть рюклов полагает, что так много нарушений порядка способны создать лишь неразумные.
        -Тот ящик сошкурами, который они отправили, чтобы быть допущенными наигры, он ввашей галактике?
        -Да, - Чаппа пощелкал жвалами, выражая напряжение, информация неподлежала огласке.
        -Верните им ящик. Это для них тоже, что для вас квиппа. Знаете… вы нанесли им, того нежелая, реальное си-тар-кай оскорбление спинком подзад.
        -Это точно?
        -Габариус, когда я могла что-то гарантировать? Ноесли я верно их поняла, то это еще мягко сказано. Можете выесть мой сонный мозг, если я ошибаюсь. Вы какбы выставили их голыми навсеобщее осмеяние.Вот.
        -Сима, мы лишь исполняли правила. Раса, принимающая игры, хранит усебя данные навсех участников. Это можно объяснитьим?
        -Я попробую. Ноунас пока полный тарарам, габариус. Я вужасе, я оказалась интмайром инезнаю, как отэтого спастись.
        -Ваше сообщение мне передали. Рад, что империя… - Чаппа глянул всторону, - да, мне сказали, вам понравится. Империя села влужу сосвоей «новой». Понял, что села, едва увидел вас. Я верно избрал идиому?
        Я посопела, улыбаясь ивосторженно наблюдая любимого моего дрюккеля. Я ему закивала и, хитро подмигивая, отправила нашу беседу сри тэем, выдержки. Чтобы глянул нарожу севшего влужу интригана.
        -Объявите повсеместно онамерении ликвидировать Интру, - посоветовал Чаппа, просматривая запись ичуть заметно пощелкивая жвалами. Пленки убрались сего глаз - значит, взбодрился. - Да, объявите. Все зашевелятся, ком проблем вспухнет, азатем станет уменьшаться. Ликвидировать нестоит иврядли посильно, новы установите связи иоцените условия, сможете обдумать способ изменения системы. Худшее впереди, вы правы, иэто придется перетерпеть. Раса инсектов давно намеревалась что-то сделать вуказанном направлении, Интра нам противна ичужда. Номы несторонники резких шагов начужом поле. Вы можете написать мне, габариусу ивысочайшему носителю рюкла, прошение обоказании посильной помощи всортировке проблем иих урегулировании. Покаже я сохраняю завами статус габрехта иофициально даю вам отпуск нанеопределенный срок.
        -Высочайшему? Это что, сповышением вас поздравить?
        -Можно, - лаконично сообщил Чаппа, глядя взамок верхних лап, что означает принятие поздравления сблагодарностью.
        -Апомощь - без подвохов?
        -Мы всё проверим иутвердим прежде, чем ставить квиппу. Огга ввас положительно заинтересован. Это важно. Ипосредничество вконтакте сгрисхшами дорогого стоит.
        Зал тряхнуло, воздух, стены, само мое тело смяла короткая рябь, будто «флаг» пространства рванул невидимый ветер - иснова расправил, умчавшись вдаль. Зрение сбилось, кгорлу подступила тошнота… Страх полоснул посердцу. Сжала зубы итерплю. Радует то, что я неодна. Ихасса, игнорируя происходящее, строит себе барный стул сложной формы. Наконец справился, навалился накрюк, заменяющий сиденье инамотал хвост наоснование.
        -Шкуры, - сказал он внятно, глядя наЧаппу. -Мы.
        Я тяжело вздохнула, понимая, что худшее для вселенной позади, адля меня лично - впереди. Теперь некому убивать неудобного, ноофициального, интмайра, находящегося под охраной грисхша. Аживая я убьюсь сама, составляя подробные отчеты, необходимые решительно всем.
        Фрагмент шифрованного дневника. Запись4315
        Вниманию ри тэя империи.
        Первое иглавное, раз ты дочитал опоследней записи: ятебя совсем неуважаю ипро «вы» - забудь. Второе инафиг совсем главное - вчерный список крупными буквами ичтоб никто иникогда мне слова обимперии иее ри тэях неговорил, прибью языком кдверному косяку.
        Это вонючее говно занумером семь империя одаривала заказами? Этому чмо помогали вербовать идян, ломая жизнь девочкам, которые были младше меня нынешней? Ивы дали ему построить увас вовзрослом мире банальный потребительский рай для тупорылых, множа их число ипозоря расу перед соседями?
        Я обещала необнародовать. Ладно. Было. Необнародую, нехочу краснеть залюдей. Спорим нанаследство Игиолфа, утебя барахлит вторичная развертка? Тыж дикарь, злой дикарь, подвинутый настрахах иобманах. Лечись, а? Хочешь, пришлю Ливси для жесткой коррекции мозга… Хотя тут, вроде, только карандашница поможет.
        Поделу.
        1. Пофиг мне, что уимперии персонал крейсеров резерва составляют клоны ивы имеете долгосрочный договор наих поставку. Неполучите никого, пока они неполучат прав людей типа «актив». Макс вкурсе ион проверит исполнение. Уточняю мотив решения, я обсудила сМаксом иЧаппой. Только имеющие права могут загружаться обязанностями идолгом, тем более когда речь идет про умирать иубивать. Это мы решили однозначно. Что мое решение для тебя? Авот что: все клоны уровня «нор» ивыше моей системы? Вот ипопробуй им приказать, если я против. Искажи спасибо, что я сама неприказала им ничего для демонстрации того, кто кому Иванов.
        2. Ни одной няни империя незакажет «попотребностям». Няни переходят врежим Мэри Поппинс. Я вообще один раз это кино смотрела, нофишка классная: няни прилетают иулетают, когда иккому им заблагорассудится. Ихоть ты сдохни, ноесли твои детишки уроды, я-то знаю, вкого они пошли, а? Спиши надожитие их папу инегони про обязанности нянь. Уменя дома дети письма Дед Морозу пишут, хотя он ненастоящий, аты самделешной няне ни слова ни черкнул, паразит!
        3. Нет, потехнологии росли я могу тебе выхухлить только конструкцию изтрех пальцев. Объемное фото прилагается. Сад Тиа имеет постоянную орбиту прописки, номы будем выхухливаться, куда икогда пожелаем, мы неграждане империи, чтобы просить разрешение или уведомлять. Сга-системой я все уладила. Иненадо мне угрожать, странспортниками сама все улажу.
        4. Уточнение кпункту первому, расширяющее толкование. Если через одну долю цикла все - ты точно прочел - ВСЕ инженерные клоны вимперии неполучат прав людей, я передумаю иобнародую полный лист фиктивных личностей, заказанных вами уИгиолфа.
        5. Это тебе типа квиппа, финальная: Шарп взвесил содержимое сейфа. Уменя сорок кило чистого, неразбавленного говна наимперию, ее империум, ее флот, ее стат итэй корпуса. Ухухлено надежно, нотолько дай повод… руки чешутся!
        СерафимаЖук.
        Интмайр свободного садового поселения для любых форм жизни.
        История двадцать вторая. Оспорт, ты -мир
        -Иты улетел, - вздохнул Альг.
        Ответа нетребовалось. Два телепата, каждый сосвоими проблемами, немогут взаимно разгрузиться, новполне способны содержательно помолчать отом, очем им больно думать. Сейчас три телепата молчат, солидарно перемогая боли разного происхождения.
        -Прекратите игнорировать меня, - поморщился Игль. - Кстати, уменя все впорядке. Вотличие отвас.
        -Он непрыгун, - отметил Альг ирассмеялся. - Саид, это действительно занятно. Утебя тонкая психика доу, вдобавок ты долго общался сэмпатами иидянами, ты стал… чутким. Это опасно, грозит срывами. Я досих пор еще всрыве. Игль толстокож итренирован. Номы, две больные головы, тут илечим здоровую голову скрытного, ностойкого кидее суицида человека.
        -Я убил Симу изатем себя. То есть я дважды мертв, - повествовательно выговорил Игль.
        Закрыл глаза изамер врасслабленности. Саид тоже закрыл глаза. Очередной нумерованный рай для усталых представителей имперского «актива» был тщательно ухожен, обдуманно дик ивдолжной мере безлюден. Пляж измельчайших радужных ракушек, непристающих ккоже, простирался догоризонта. Ветер отсыпался. Облака медитировали. Море ни очем неволновалось. НоИглю было худо, так худо, что встойкость итвердокожесть верить неполучалось. Значит, нельзя встать иуйти.
        Игля спас нелепейший, новесьма эффективный врач снезнакомым именем Ливси. Сун тэй валялся наполу взапертой изнутри каюте влуже собственной крови… Он уже остывал, конвульсивно смятый предсмертной истерикой разрушенного сознания. Ему иеще трем телепатам империи преступное существо сИды запретило жить, мстя засвой провал. Игль боролся, итолько поэтому его нашли еще годным для реанимации. Из-за Игля ипрочих, кого надлежало найти срочно, Саид разминулся сСимой. Он доу ион, незаменимый, всем кругом обязан помогать. Егобы, пожалуй, уничтожили одним перечнем «самого насущного», ноГав, наминутку отлучившись кхозяйке, неподвел, вернулся, покусал иисцарапал просителей. Азатем бросился искать камаррга, который явился имгновенно всех усовестил.
        Но - поздно. Сима уже улетала, ее ждал Чаппа, заней следовал грисхш, ивмешаться, вклиниться было совершенно невозможно. Саид добежал дозоны старта катеров - ипочти неопоздал. Почти… Он видел взлет. Иеще отметил всем своим даром второе существо, провожающее Симу иотягощенное тоской: человека ссовершенно непримечательной внешностью, якобы служащего системы Интра, чье сознание казалось бесчеловечно инечиталось даже поверхностно. «Человек» стоял устены ибыл парализован болью. Смотрел, запрокинув голову, иглаза подозрительно ярко блестели…
        -Давайте слетаем вгаб Зу. - Усилием воли погасив воспоминание, предложил Саид.
        -Троим нам невезет вличном, значит, надо сместить акценты винтересах. Напиться предлагаешь? Наивно, - упрекнул Игль.
        -Он непростил жене того, что она простила ему, - зевнул Альг. - Я бессилен это исправить или принять. Я покинул семью, мое прошлое разрушило меня неменее, чем Игля. Долгие циклы я умудрился сам себя держать под внушением. Теперь наконец свободен… азачем? Надуше пустота, она нетрехмерна, новся изрыта червячными ходами грисхшей. Душу мою изрытую куда-то тянет, ачто тянет икуда - непонимаю.
        -Тогда слетаем ккамарргам, - подумал вслух Саид. - Меня после спарринга свождем реанимировали трое суток. Этот смешной Ливси. Прочнейший череп вмире, наверное. Внутри мозг, близко родственный полукровке пыров. Я сказал ему, когда очнулся. Он проорал «пре-вос-ход-нень-ко!» иумчался навещать родню. Оказывается, самым железным людям требуется родня. Он приживется уэнгонов, он сумасшедший вдолжной мере.
        -Противно, - кратко резюмировал Игль.
        Ещебы! Для телепата его уровня, да сопытом втэй корпусе - быть читаемым насквозь инеиметь возможности ответно прочесть. Вдвойне противно, поскольку такое положение почти все реплики вслух отдает доу. Позволяет ему вести беседу, выуживая вкаждый момент изсобеседников те мысли, какие удобны.
        -Дальше, - принял тон Саид.
        -Поговори сСимой, - сун тэй резко сел, глаза блестели азартом. - Напиши ей хотябы! Интмайр Игль. Это превосходно звучит. Я подкуплю тебя. Скажи, чем. Намекни, я понятливый.
        -Противно, - вточности копируя тон, буркнул Альг. Поморщился инапевно выговорил наодном дыхании: - Интмайр Амана Харра Линль Доанрда Ти Оха Юма Иглиа ОЛоль Танга Игиолф.
        -Девятый, - извредности подсказал Саид. - Даже я ни разу несчитал его имен доконца. Что затрадиция, давать детям подвенадцать имен?
        -Никто недочитывал, - Игль старательно изобразил улыбку, чтобы непоказывать, как ему тошно. - Ктомуже вовсех моих данных имя уже сокращено. Кроме записи орождении, аона изъята изархивов общего доступа впользу семьи. Саид, отправь ей письмо. Меня неуволят сослужбы, если я невыведу ри тэя изСиминого черного списка контактов. Понимаешь, он уважает Симу иего нечестно винить задела, неим начатые. Саид, я буду считать тебя взрослым, я полечу инапьюсь хоть всистеме Зу, хоть вгабе Уги.Я…
        -Я… Бывший я, всегда я, - передразнил Альг.
        -Уволюсь, - Игль сел совсем прямо ивзгляд его стал прозрачен отприлива искренности. - Оказывается, невсем можно пожертвовать ради дела. Такой вывод уничтожает мою карьеру вкорпусе. Ктомуже теперь, когда они все знают мое имя ито, что я наследник.
        -Твой предусмотрительный дед обстряпал дельце впрок, - одобрил Саид. - Я считал, увас полпланеты вкосвенной родне ссемьей Офраж. Нопосле создания Интры отИгиолфа сознательно отвернулись иимя перестали использовать. Еслиб нетвой дед, правило взавещании несработалобы должным образом. УСимы напоследнем этапе пути кзалу оказалосьбы всто раз больше проблем. Ты пожертвовал собой. Ты ее спасал, хотя инезнал, что ее. Значит, я твой должник инапишу письмо.
        Игиолф Девятый вспыхнул наивной улыбкой семейного типа. Посопел истал навязчиво думать о«Харлее» для Билли. Он остро нуждался встимулах, способных склонить друга квесомой услуге. Он мечтал наладить прямой контакт сОггой, это даже недля корпуса - это воистину идея всей жизни…
        -Почти верю, - зевнул Альг.
        -Ни наноготь, - отрезал Саид. Встал, потянулся инебольно пнул Игля вбок. - Ладно. Я выбрал. Напиваться небудем, летим наОнтиод. Игры уже вовсю идут, номы еще успеем поболеть закамарргов дозвона вушах исрыва горла.
        -Закамарргов, - передразнил Игль. - Стебя какой спрос. Номне впадать вдетство как-то…
        Он оборвал фразу ипомере сил приватно умолчал опрочем, трудно переводимом вслова. Отом, что второй раз отдыхает внумерованном раю, что его сын навид чуть старше Саида, что сам он слишком давно копается вмозгах. Червивых, гнилых, переполненных тем, что невыберется наружу, ноитакое, подспудное, открыто телепату. Конечно, он знал, чем обернется внедрение вИнтру. Телепат принимает мысли изначит, подвержен влиянию. Это знали все заговорщики. Нотелепат, даже находясь досамого дна сознания под контролем, неизбежно исам влияет - это известно далеко некаждому. Он помогал переоценивать силы, упиваться триумфом ипренебрегать опытом врагов. Он был виновен более, чем кто либо вовселенной внападении нагаб Уги - ведь именно его «накачка» позволила заговорщикам обнаглеть добезрассудства ипроявить себя безобразно, дико и - преждевременно. Ровно потойже причине он вправе счесть себя заказчиком убийства Игиолфа Седьмого, ведь он был под влиянием иоднажды сам назвал полное свое имя, сделав хозяина Интры лишним вбольшой игре.
        -Осторожнее, - сухо предупредил Альг.
        -Да, сейчас он начнет качать мои эмоции отжалости котвращению иобратно, - согласился Саид. - Он научился уидян худшему… нобесполезному. Я тоже научился уних. Лучшему. Игиолф полагал, что логика иинтуиция враги, непримиримые даже водном человеке, тем более - вцивилизации. Он ставил то наодного бойца, то навторого икстарости выше ценил интуитов. Мне мир видится совсем иным. Ика прав. Баланс.
        Саид сменил позу, сдолей комичного сверхусердия подражая медитативному самопогружению идян. Открыл левый глаз иподмигнул Иглю.
        -Мне было откровение, точно летим наОнтиод! При моей живучести люди вмногоборье скучны, - Саид теперь старался немолчать, недавать повода усомниться вспонтанности, дурашливости идеи. - Задрюккелей я неболею, они повели себя некрасиво вотношении мурвров. Сафары так итак продуют вэтом сезоне, уних нервы слишком нежные. Энгоны каждый раз спонтанны ивеликолепны, нодофиниша недойдут, ведь они немогут долго следовать правилам. Закого еще болеть? Грисхши пока вне расчетов.
        -Ито, - согласился Игль. - Моя просьба всиле, условия ты выбрал.
        Тон был слаще меда. Сун тэй щурился и, пожалуй, уже осязал полировку накрыле настоящего «Харлея». Альг хмыкнул итоже встал. Сотвращением повернулся спиной кморю, пассиву исамой идее дожития.
        Катер принял курс инекоторое время боролся сослишком упрямым навигатором, предлагая Саиду добраться быстрее, стандартнее именьшим числом прыжков. Ноэтобы непозволило набрать натрассе три аномалии типа «линза двойная». Наконец, катер прыгнул изящнейшей кривой трассой, достойной зависти Гюль.
        Наподступах кзоне вселенских спортивных игр оказались забиты даже внесистемные пирсы слокальными портаторами средней дальности. НоРыг, как иобещал, все предусмотрел иуладил, катер приняли назакрытый орбитальный габ-причал для особо важных гостей.
        -Нас обманули, - заподозрил Игль, щупая пропуск для прямого просмотра финала. - Новчем именно?
        -Он азартный болельщик иего надо экранировать при таком накале эмоций толпы, - предположил Альг. Покосился намолчаливого доу. - Или нас обманули сильнее, чем ты предполагаешь.
        -Списки команд, - Рыг пожал руку каждому гостю, сливая данные пофиналу игр. - Я вызвал наших ипопросил помощи укамарргов. Ваши места держат. Нотам жарко, так что бегом ибез трепа.
        Насебя последнее правило мурвр нераспространял. Прыгая впораторы, предъявляя приоритеты наконтроле ираспихивая охрану, Рыг говорил иговорил. Он успел рассказать, что сафары прибежали последними, как иожидалось. Люди тоже неблеснули, взяв вкоманду энгона наэтап логических лабиринтов. Он прошел первым согромным отрывом, ноусамого выхода хлопнул себя полбу, сказал «атут кое-что можно доработать» - истем удалился обратно влабиринт, где еще долго иуспешно прятался итренера игруппы судий натрассе. Грисхши так инепоняли правил, хотя им втолковывали все поочереди, аони вответ кивали. Затем вышли натрассу этапа - чтобы мгновение спустя отстарта невозмутимо вынырнуть изповерхности строго зафинишной чертой… Похоже, взаимопонимание сзагадочной расой хранителей собственных шкур куда призрачнее, чем казалось… Сейчас взбешенные хозяева игр - дрюккели - вовсе лапы разыскивают Серафиму Жук, которая одна иумеет ненаучно, абсурдно ипо-детски, но - договариваться сгрисхшами.
        -Мы элита вселенной, - поразился Игль, протискиваясь узким лазом кцели похода. - Счегобы?
        Места были воистину великолепны. Сразу зафинишной лентой, впятом ряду кресел, лежанок, шестов инасестов для гостей, получивших личные приглашения оторганизаторов ичемпионов прошлыхигр.
        Соседнее спустующими место занимал черногривый гигант мурвр. Тот самый непревзойденный боец расы, который принес ее команде десять побед подряд иоказался вне игр из-за коварства дрюккелей. Полированный фрогр - особая смесь газов, подвергшихся сжиживанию изаморозке споследующей сложной процедурой упрочнения поверхности. Именно бег пофрогру ввели как новую версию этапа многоборья дрюккели. Мурвр повредил копыто напервом прыжке, адальнейшее его продвижение кфинишу стало примером несгибаемой воли этой расы - идоказательством того, что слабые стороны есть увсех. Когда мурвр, последним, всеже пересек финишный створ, выяснилась еще одна жутковатая подробность: фрогр, испаряясь, искажал процесс регенерации повреждений. Изуродованные ткани кожи иплоти были удалены изаново выращены, акопыта пришлось заменять начастично неприродные. Дрюккели были сами потрясены, они принесли все возможные извинения инемедленно поменяли состав газовой смеси. Расследование показало, что они немогли предвидеть такой аномалии врегенерации… Ногрозный мурвр наигры невернулся. Новые копыта он так инесмог принять, как полноценную
часть себя.
        -Великий день, - проревел знаменитый боец, подгребая под тяжелую лапу Альга ивыдавливая изего легких лишний воздух. - Великий!
        -Мы непридем последними, бой будет дан, мы нанижем дюккелей нарога, - пояснил Рыг, хлопком поспине усадил Игля. - Все, мне пора. Они близко, вот-вот появятся.
        Саид занял тесное среднее место.
        Он ощущал, как просыпается демон большой толпы, он терял себя покапле, помолекуле - растворяясь вобщем бешеном ликовании. Он пропитывался игрой иврастал внее, он впервые охотно идоконца принимал влияние толпы. Он видел все полированное поле, накрытое непрестанно меняющимся узором испарений фрогра, лилово-рыжих, алых, искристо-голубых всвете бессчетных лучей, нацеленных назону финала. Он видел черный бархат круга портатора, эту вырезанную устроителями дыру вмировом пространстве. Он ощущал пульс ожидания, рокочущие, стонущие, всхлипывающие волны азарта, готовые раскачать иобрушить трибуны. Он вдыхал мириады запахов, доступных носам самых разных существ. Он потел ихолодел кожей, унего чесались перья исаднила чешуя… Он ждал, вместе совсеми. Он прятался вслитном ожидании отИгля иАльга.
        -О-ооо, У-рргр, Ссс-шаахсс - навсе голоса взвыли трибуны.
        Круг портатора намиг утратил бездонность - значит, вот-вот он выбросит первого участника. Станет ясно, какая раса лидирует. Полдоли цикла назад лучшими были камаррги, новродебы они запутались влабиринте.
        Вспышка - это тоже условие этапа, прибывший должен быть дезориентирован. Ослепший, он сделает первый шаг нафрогр.
        -Костюм мурвров, ноэто гуманоид… вроде? - насторожился Игль, подаваясь вперед.
        Легкое, стремительное существо вырвалось изтени портатора, ступило нафрогр изаскользило, струдом удерживая равновесие. Инистый пар взволновался, радужными вихрями окружая тело, мешая рассмотреть, опознать.
        -Я… - Альг хрипло выдохнул остатки воздуха. Забыв овежливости, локтем отодвинул мурвра-чемпиона, вздохнул вовсе легкие.
        Он сказал еще что-то, нотолпа ревела яростно идико, боевой клич камаррга - ионбы слился, потерялся.
        Первый финалист поинерции ехал отпортатора, шокированный огромностью пространства, слепой. Саид ощущал бешеный пульс толпы - иее бессилие сломать, затоптать, сделать шепот Альга, совершенно внятный одному существу наэтой планете игр - ипредназначенный этому существу.
        Альг слепо дернулся, пытаясь встать ишагнуть вперед. Он несознавал более себя, места втолпе, спинок кресел переднего ряда, правил поведения - он бестолково возился исопел, пытаясь вырываться излап черногривого мурвра.
        Саид наоборот, отделился оттолпы ивоссоединился ссобственным телом, чтобы принять сознательное участие вборьбе сисступленно рвущимся Альгом, готовым себя изуродовать, ноодолеть захват лап ирук.
        Первый финалист, весь облитый сине-серебряным костюмом, частично открывающим лишь зону глаз, ладони истопы, слепо моргая, повернулся кфинишному створу, опознав его без ошибки. Гибкие ноги необычной для людей конструкции спружинили, существо присело - ипервым прыжком бросило себя натри корпуса вверх инапять вперед. Едва заметное касание офрогр - иновый прыжок втанцующем, как искристое волшебство, тумане… толпа ревела так, что рвало барабанные перепонки.
        Поскуле тонкой струйкой скользило теплое - кровь. Ввисках лупил колоколами набата пульс. Азарт толпы недавил насознание инемешал видеть вовсем великолепии то, что удалось создать благодаря усилиям Рыга иего соплеменников. Толстый, очень толстый канат, свитый изсплошной упругости, ведь вмире нет ничего сильнее слепоты людской, особенно - созданной собственноручно. Сейчас канат взаимного притяжения получал все новые волокна исплетался, сплетался… Стягивал две половинки целого. Это видели овсей толпе лишь два наблюдателя: телепат исимпат. Саид иззоны зафинишным створом - благодаря дару доу, который он решил более неназывать проклятием. Ика сверхних трибун - силой своего дара, ведь он тоже был всговоре инаблюдал его итог, величайшее таинство своей расы, рождение двуединого сознания…
        Непреодолимое поле фрогра финалист миновал всемь прыжков, чтобы восьмым вломиться втолпу зрителей. Мурвр-чемпион поймал иподстраховал, широкими лапищами раздвинул соседей - исоздал необходимое свободное место. Прыгнул сам - иоказался рядом сфинишной лентой, по-прежнему натянутой, ведь победитель ее перемахнул инезаметил.
        Мурвр сорвал ленту, чуть присел ивыдал длинную, сложную дробь копыт. Все мурвы, сколько их было натрибунах, подхватили ритм, превращая финиш внечто более шумное, чем это вообще возможно.
        Второй финалист - аэто был мощный, прекрасно сложенный дрюккель - вырвался их портатора, быстро сорентировался после ослепления ипомчался кфинишу, скользя пофрогру иприпадая корпусом кповерхности, чтобы тело незакрутило, сбивая скурса. Почти сразу изпортатора явился среброгривый камаррг. Он неистратил ни мгновения, первымже движением устремив расправленную пружину готовых крывку мышц иследуя подсказке безупречного нюха. Камаррг сравнялся сдрюккелем усамого створа финиша - чтобы вместе сним уткнуться вовнезапную преграду! Грисхшам так инесмогли объяснить сути игр, так что их участник, как всегда, явился вуказанной ему точке назначения. Несразу - ведь просили неделать перемещения мгновенным,да?
        Саид отвернулся отзрелища, столь важного всей вселенной, дернул заплечо Игля ивдвоем сним, кое-как распихивая обезумевших зрителей, толи повел, толи поволок вболее тихое место тех, ради кого затеял эту несложную интригу. Когда дверь отделила грохот оттишины, стало можно без сил сползти постене исчесть дело сделанным.
        -Яхгль, - дрожащими губами повторял Альг, внезапно обнаружив впамяти повал изаполнив его. - Яхгль…
        -Так нельзя, также нельзя, - всхлипывала идянка, пытаясь стереть слезы, неразжимая объятий. - Так нельзя. Йотль никого ни кчему необязывает. Это моя ноша ия должна…
        Саид кивнул сблагодарностью врачу, который осмотрел кровоточащее ухо ипринял меры. Затем помощь была оказана Иглю, ион тоже смог слышать бестолковейший разговор совершенно неразумных людей ушами, анетолько телепатией.
        -Это ты устроил, - наконец обернулась Яхгль, чье поле силы сияло невероятными, ярчайшими тонами. - Как ты мог… то есть благодарю.
        -Иде пойдет напользу хотябы одна семья, вкоторой никто неговорит осебе лично «мы», - улыбнулся Саид. - Поздравляю. Бег был великолепен. Я неверил, что Рыг сможет тебя уговорить. Предложение показать себя перед всем миром стакими ногами, да нафрогре, опасном самими мурврам! Это было недопустимое ипровокационное предложение. Как ты решилась?
        -Рыг мне вроде… отца, - краснея иморгая, созналась Яхгль. - Я увидела его первый раз исразу поняла, что мне его нехватало. Всю жизнь нехватало.
        Дверь ненадолго открылась, волна грохота вкатила взал дрюккеля - иоказалась снова отрезана шумоизоляцией.
        -Мы подозреваем нарушение правил инезаконное стимулирование физических данных, - проскрипел дрюккель, вставая врост икутаясь вбагровое одеяние повсем правилам. - Мы уже заявили ополном расследовании. Вы обязаны пройти тесты. Немедленно!
        -Влюбленность незапрещена законом, нафрогр она вышла без обуви, как все мурвры, хотя это больно иопасно, - криво усмехнулся Игль. Глянул наСаида, неподнимая голову, иполучилось искоса, из-под волос. - Ты хотел показать это мне? Как картинку кнашему спору. Внутренним миром людей правит неразум, я испытал насебе.
        -Я хотел переупрямит Яхгль, - отмахнулся Саид. - Ноитебя потащил сюда непросто так. Ты читал их встречу. Значит, сможешь снова верить, что для упрямейших сун тэев вконце любого туннеля однажды зажгут свет, независимо отпротяженности отчаяния. Телепатия непроклятие. Пока сам ты ее несделаешь таковым.
        Потеряв интерес кбеседе, Саид обернулся, щурясь отшума вушах изудящего шелеста помех вутомленном сознании. Ивсеже он оказался прав, увидел то, что казалось невозможным.
        Морф старательно изображал красивую чалму наголове подруги. Сима отчаянно шмыгала носом, растирала пощекам слезы, иногда протягивала всторону руку - илетящий следом заней аппарат типа «рит» немедленно всовывал владонь очередной платок. Сима прочла воссоединение двух половинок - Яхгль иАльга - как эмпат иее проняло.
        -Ы-ыыы, - сказала Сима. Высморкалась, подышала, пробуя успокоиться. Решительно стерла остатки слез идобавила более внятно: -А?
        Через сверхнадежного вобеспечении приватности мыслей Гава только телепат доу прочел остальное. Что удалось слетать ккэфам: там все едва живы, дотого устали отЭша, существа неустановленной расы, норовящего учить окружающих независимо отих отношения кэтой идее. Теперь уЭша есть две дюжины слушателей, пожилых иопытных, они насвоем веку инетаких маньяков отнауки совсем их полемическим задором водно ухо впускали, аиздругого выпускали, ну чисто - сказочка…
        Аеще благодарные кэфы, которые снова могут заняться хоть чем-то кроме обучения унезваного мастера, охотно доставили Симу кгранице сектора, занятого синтом. Итам Симу после долгих уговоров вылечили отбессмертия. Чему она несказанно рада, потому что атипично точно знает: нельзя быть человеком, если ты лишена важной части человечности - осознания ограниченности своих сил исамого времени… Тай там определенно был ивродебы понял. Только сним нестали разговаривать. Его упорно незахотели узнавать, ибыло ы-ыыы, как больно. Обоим.
        -Апочему идянам можно выступать замурвров? - Сима сморщила нос изадала вопрос, который ее мало занимал, нодавал время отдышаться.
        -Яхгль имеет статус гостя расы, ее живучесть ниже, чем умурвров. Рыг занее поручился… поих терминологии значит, назвал достойной рогоношения, - Саид стрельнул глазами наАльга. - Я могбы выступать захрясов при соблюдении ряда условий. Меня тогда вовсеуслышание назовут ханноравным.
        Сима хихикнула ипочесала Гава исебя заухом. Синтересом изучила Игля.
        -Твой номер известен, несопи, встань вочередь. Да, уменя есть собачья работа, И-девять. Будешь писать заменя отчеты иплести интриги? - Игль закивал, отусердия ударяя подбородком пооснованию ключиц. Сима снова хихикнула. - Ноучти: изкорпуса выйти, собеседование уМакса обязательно. Контроль годности потипу сознания уЛивси обязателен. Далее, укоренение внаших Садах возможно лишь для миновавших коридор Тиа. Ты знаешь, что это? Это войти втемный сектор, где дрыхнут простейшие - ивыйти сдругой стороны живым. Они теперь поумнели, нетрогают годныхнам.
        -То есть я принят, - неусомнился всебе Игль.
        -Повыявлению фактора чмо вдуше управленцев высокого ранга, - добавила Сима, пошажку двигаясь всторону Саида, - казнят через размозжение.
        Игль снова энергично закивал. Глаза его горели так ярко, что взале можно было гасить весь прочий свет.
        -Технологию всего, что связано срослью истранством, тебе неукрасть, мы сами незнаем, что запринцип воснове, потому что я переварила чужие идеи ивсе, что унас есть - это правила выращивания, аони работают только при наличии Тиа иее подруг ипростейших сискаженным сознанием, амы таких новых создать неумеем, они постепенно добавляются вколонию, ноэто длинный процесс иколония все равно единая, бесполезно тырить изСада жучков иотсылать ри тэю вспичечной коробке, - Сима вплотную подобралась кСаиду инеотвлекалась нановые восторги трудоустроенного тэй-отставника. - Саидка, ая правда его любила. Ну, прямо бам, ипар изушей ивсе такое, полный йотль. Стыдно сказать, номеня пора спасать. Ато я чувствую себя ужасно. Каждый день из-за дурацкой ответственности взрослею, - она жалобно улыбнулась иуткнулась носом уплечо. - Атипичным это противопоказано. Атут совсех сторон последствия торчат, колючие. Я запуталась. Мне надо кгрисхшам лететь награндиозный пересчет шкур самого Грисхса их родоначального, ая стала думать, понимаешь? Отдумающей Симы нет толку!
        Она опять всхлипнула ивцепилась обеими руками внадежное плечо.
        -Ы-ыыы, - выдохнул Саид. Наверняка его понялбы трипс. Идаже приревновал, разве можно так прямо сообщать сокровенное? - То есть… Давай я угощу тебя, раз ты наконец-то наменя наткнулась, аненавсяких там тоскливых нелюдей свирусом бессмертия.
        -Павр сейчас готовит для чемпионского приема, - ссожалением отметила Сима, продолжая цепляться заруку.
        -Ха, - Саид изловил нужное словцо, обнял Симу под локоть иповел прочь отчужого затянувшегося безумия совздохами, охами иклятвами. Иэто при обмороженных ступнях, аведь стоять должно быть больно, - Саид поймал косой взгляд Симы ипрочел память, - как сказочной русалочке.
        -Саидка, аты грисхшей протелепать можешь? - без интереса уточнила Сима, чтобы непросто так идти имолчать. - Чаппа сказать, тебя дрюккели готовы упросить налюбых условиях. Я обещала, что помогу.
        Два межярусных портатора, коридоры, выход наглавное поле перед титаническим сооружением, поддерживающим трибуны. Широкая, как река, аллея выстлана перламутровой плиткой сгербами рас-участниц игр. Наневысоких постаментах стоят навытяжку дрюккели боевого рюкла Ошт - их незаставили снова консервироваться, признав годными кмирной жизни. Теперь ошты почетно несут дозор иследят запорядком. Толпы нарушителей порядка вытаптывают траву имусорят безнаказанно, решением законников вэтот день можно многое. Караются лишь тяжкие преступления против упорядоченности.
        -Хот-доги! - зычным басом заорали вдали.
        -Хот-муры, - заревели еще более жутким инизким басом.
        -Хот-дрюкры, - после коллективного хохота, возвестил тотже голос, чуть повысив тональность.
        Сима оживилась, всматриваясь ипробуя встать нацыпочки. Невозразила, когда ее вмиг вознесли наплечо: оттуда видно куда больше интересного. Саид улыбнулся изашагал сквозь толпу праздно шатающихся созданий самых разных рас. Он стремился пробраться туда, куда направлялись имногие иные, нодоу ловко оттирал конкурентов ивовсю работал локтями, нарушая правила так ужасно ицинично, что боевые дрюккели насвоих постах дергали лапами иклацали жвалами. Но - терпели.
        Скоро стало видно, что именно происходит там, где кричат остранном. Билли Уэйн, вполне здоровый после курса лечения, пусть пока что ихромой, пусть скожей странного цвета налевой щеке инавсей правой руке, орудовал кованым прутом вжаровне. Образовывал жаровню свитый втри кольца хвост грисхша, сам грисхш выворачивал голову то водну сторону, то вдругую, невыпуская изрук ищупалец разнообразные поформе истепени обугленности продукты кулинарного беспредела.
        Тиль - аон тоже был тут - вчетыре лапы кромсал жуткого вида тесаками продукты, разложенные настолах.
        -Хреновина проста, как выстрел вголову, друг Тиль, - вещал Билли, укладывая влепешку оранжевого цвета все, что попадало ему под руку. - Надо внутрь сунуть вредное для метаболизма. Снаружи обернуть тем, что вязнет взубах. Изуродовать всеми вкусовыми добавками, какие есть. Мы, люди, гениальны! Врачам работу даем, удобрение производим, неотходя откассы ивдобавок пачкаем ближнему его парадную рожу!
        Билли соорудил особо уродливый полуфабрикат, изучил совсех сторон, хмыкнул «окей» исунул вщупальце грисхша, которое немедленно поместило захваченное вцентр жаровни.
        -Нам две порции отравы, - заорал издали Саид, перекрывая шум толпы.
        Билли обернулся, прицелился сплюнуть, ненашел втолпе пустого места - ипередумал.
        -Какого черта ты позоришь нашу планету? - рявкнул Билли, упрямо неглядя наСиму. - Ты оставила врагу свое табельное оружие. Ты провалила задание поналадке надежного запасного хода. Ты допустила гибель толкового бойца, я говорю оВасья… Васье? Ты, раздери тебя сам дьявол, наверняка уже сдала главный пост ворганизации шпиону империи, пусть имоему другу, поверив вего жалкий вид икрасочные терзания. - Билли выковырнул изжаровни нечто черное ишуршащее, откатил всторону ивыпрямился, наблюдая, как Ихасса оббивает корку сготового продукта ивручает его недоумевающему хрясу. - Вот дерьмо, Сима! Ты все это проделал без меня. Поэтому встань вочередь, двойной хот-дог под твой метаболизм будет готов через три минуты.
        Саид широко улыбнулся, зная совершенно точно, что Сима сейчас тоже улыбается. Покойный Игиолф Седьмой создал огромную систему, чтобы захватить иочеловечить вселенную. Теперь Билли Уэйн делает почти тоже самое, нетратя ресурсов иневызывая сопротивления. Идея глупейшей вредной еды ненадолго поссорит его ссафарами… Нокто сказал, что после иони невключат вменю пару-тройку хот-сафов?
        Фрагмент шифрованного отчета. Запись12
        Прежде всего прошу Вас еще раз учесть при составлении запросов тот факт, что я покинул корпус иболее непринадлежу кимперии. Недавно мне представлялось, что это временное явление ионо создаст определенный дискомфорт, однако каждый новый день дает мне новый взгляд наСады, более глубокий изаинтересованный. Они нелепейшие, Вы правы, они наспех перелицованы изсвалок… Ивсеже вних есть притягательность. Можете счесть это последствиями перегрузки психики, как вы иуказали после прошлого моего отчета. Пусть так, ноя весьма тонко принимаю сознание Симы стех пор, как стал причиной одной изеё смертей. Мне кажется своевременным ее намерение определить границы допустимого воперекладывании груза начужие плечи иотказа отобязанности взрослеть, существующего для пассива. Стат корпус склонен видеть впассиве сего инертностью основу стабильности? Так удобно повышать управляемость, занижая компетенцию населения. Особенно вкраткосрочной перспективе.
        Кстати, Вы неответили намой иинтрала Макса запрос поналичию вторичной развертки натак называемых планетах постоянного пассива. Уточню признак выявления таких ивключения всписок: они были основными потребителями распродаж всистеме Зу и, как мы склонны полагать, сама эта система являлась тест-площадкой Интры. Хотя ивторой фактор очевиден: Игиолф Седьмой после общения сдревним Зу жаждал примитивной мести всамом ее диком ижалком виде. Ради мести он изуродовал те слои реальности всистеме Зу, которые принимаем мы - эмпаты, телепаты, симпаты. Он осквернил прародину того, кто назвал ему дату смерти иобрек назнание, ккоторому Игиолф стремился, вовсе нежелая достичь… парадокс деградации психики, несчитаете? Обдумывая это, заодно примите ксведению, мы намерены полностью закрыть систему Зу для любых торговых операций, поскольку это введении Интры. Далее мы намерены провести консультации сдревним Зу ипоего решению либо уйти изсектора, либо создать наискусственных планетах межрасовый контактный центр. Второе предпочтительно.
        Итак, ктеме. Сообщая Вам сведения вформате этих отчетов, я фактом их отсылки подтверждаю, что намерен продолжить традицию своего очень дальнего (хоть это утешает) родственника иодноименца, поскольку мой дед называл Вас своим другом. Но, как мы идоговорились сСимой, я отсылаю отчеты строго после их просмотра интралом системы.
        (Примечание. Непонимаю, почему досих пор непринято решение пополноценному статусу инженерных клонов. Бюрократия - да, это человеческое иочевидное, новыже понимаете, что их переманят ипросто украдут! Энгоны вон - невсебе истроят козни, это я вам шепотом, это пока Ливси нечитает. Энгоны необладают талантом вбюрократии, зато умыкнуть врежиме эксперимента они могут извездную систему, поверьте мне. Тем более теперь, когда они сверили генные карты Макса итого пыра).
        Далее привожу основное сообщение.
        Вчера вполдень попланетарному времени Сада Тиа состоялся официальный визит грисхшей. Их выползло изгрунта хвостов тридцать. Полагаю, как минимум двадцать намерены остаться здесь иобустроить внедрах посольство. Грисхши вполном восторге отросли, которую полагают для себя наиболее естественной средой обитания. Кажется, они изъяли часть побегов для укоренения всвоем основном мире. Затрудняюсь гарантировать такие выводы, ноэто мнение Симы, ей виднее ватипичных вопросах.
        Поконтакту. Саид использовал потенциал ут-доу, я был наподкачке, два бинарных идянина стабилизировали психику, это очень комфортная, стабильная модель.
        (Примечание. Вы ведь понимаете, что энгоны умыкнут Иду отграниц империи, я уже писал, они целенаправленно изучают втеории проект переноса звездной системы себе под бок. Это нешутка, уверяю вас. Они консультировались скэф-кораблями ивродебы получили заверения вготовности оказать разовую поддержку под гарантии дрюккелей относительно позитивного нейтралитета ксимпатам вовеки вечные. Ида устала отизоляции. Недумаю, что этому следует мешать, новэтом уж всяко надо участвовать, чтобы после чуть реже смотреть стоской нато фото фигуры изтрех пальцев, что вам отправила Сима).
        Продолжение основного отчета.
        Грисхс находился наповерхности Сада Тиа неменее десяти долей суток ипозволил провести погружение воткрытое сознание. Мы неувязли инеутратили себя. Сознание свысокой степенью чуждости, неоднородное, многозвенное. Что можно сказать орасе? Почти ничего, первое впечатление субъективно ввысочайшей мере. Номы обсуждали тему сСаидом, Альг тоже гостит (если еще нерешил остаться совсем) ипомогает, аон ученый, итолковый. Ика высказал свои мысли, имы вместе склонны согласиться: для указанной расы совершенно реально так называемое переселение душ. То есть каждая шкура всвертке соответствует прожитой жизни ипозволяет нынешней версии хранить часть памяти прежних рождений.
        Грисхс является первым всовременной формации расы, это мы готовы полагать достоверным фактом, хотя основан он лишь надомыслах Симы инаших погружениях вчуждое сознание.
        Заработав головную боль иперегрузку мозга, мы сняли внятно всего одну проекцию, ито внешнюю для Грисхса. Ниже приведена сокращенная первичная реконструкция.
        Темно. Тесно. Мир колеблется иускользает, крайне сложно внем удержаться, получив долгожданную свободу. (Примечание: да, грисхши необитают постоянно внашей реальности, аструдом вней остаются, воспринимая этот мир, как бурный поток, где надо прилагать усилия, чтобы небыть унесенным прочь. Такое их ощущение мы сняли однозначно, как ито, что росль для них - стабилизатор мерности. Они ввосторге отросли, еще раз подтверждаю.)
        Контакт шкуры снезнакомым. Жар. Приятие, приходящее через боль.
        Осознание себя, как существа впотоке.
        Первая оценка мира - как потока.
        Рев, вибрации, пятна исполохи - либо свет, либо иные длины волн, трудно понять иподстроиться. (Долго имучительно идет вживление иосознание. Мы окоченели, Ика едва невпал вкому.)
        Взгляд. Извне, нашкуру он проливается, как направленное излучение. Тепло. (Грисхши читают внимание именно как направленное тепло или направленныйже холод. Симу они читают горячей, Тиа - приятно теплой, меня почти нейтральным, Саида - весьма многообразным втемпературе внимания иосязаемым, если так можно сказать. НаИку они реагируют, как на«своего», нечуждого. Вероятно, им свойственна симпатия, пусть исовсем иного порядка.)
        Взгляд жжет шкуру, неустанно. Провоцирует ответно реагировать инастраивать восприятие догодного. Идет перебор вариантов. (Моделирование органов чувств сотстройкой имодификацией. Вероятно, их раса способна намалоограниченный морфинг себя без медицинского оборудования. Я видел, как Ихасса вытягивал щупальца под уход зарослью. Резал шкуру иформовал конечности нужного типа изполупрозрачной массы.)
        Взгляд обретает четкость. Теперь он становится ответным - грисхш ипринимает внимание, исам смотрит, он научился. Он видит лицо. Четко снимается всознании именно лицо. Тип гуманоидный, степень сходства систинными людьми оценить сложно, нодалее я намерен называть смотрящего «Чел», как его обозвала Сима, агрисхш вроде невозразил.
        Чел держит грисхша вконечностях, верхних. Неоцениваю число пальцев, нопальцы есть. Шкура Грисхса их ощущает иизучает впрямом контакте, идея конечностей интереса, пока червь неимеет подобного встроении.
        -Свободен. Живи. Помогай…
        (Понятия всамом общем виде принял Саид. Будучи наподкачке, номогу ничего уточнить впринятом. Мы знаем, что отдать понимание Челу было больно, очень страшно истыдно, взгляд непрерывно менял температуру отледяного холода доожога шкуры).
        Грисхс слушает, для него иэто умение новое, он настраивается куда быстрее, чем назрение. Он старается запомнить все вполноте. Мы ощущаем отчаяние уходящего Чела. Конец реконструкции.
        Пофиналу съема слоя памяти Саид едва невыгорел, он утверждает, что Чел относил «помогай» нексебе исородичам, поскольку полагал себя виновным вчем-то, асородичей - нежизнеспособными. Мы обсудили тему сБилли иТилем. Есть вероятность, что Огга согласится посетить исходную планету грисхшей илиже примет их усебя. Без взрослого доу нам непробиться кпониманию послания.
        Отступление. Сима, как обычно, сделал выводы напустом месте. Рыдала, она гиперэмоцонально реагирует навсплески эмпатии определенного толка. Вданном случае именно истерику я склонен счесть признаком высокой надежности сказанного. Вобычных условиях уСимы психика стабильная, без склонности кзанижению самооценки инеизбежной наэтом фоне «накачки» своей значимости. Так вот, бездоказательно имрачно Сима назвала сородичей Чела «обдолбанными милитаристами» иобвинила расу всамоуничтожении. Сверх того она обвинила туже расу впопытках лишить грисхшей свободы ииспользовать всвоих сугубо немирных целях. Это недоказауемо, новтоже время заслуживает внимания. Грисхши воистину живут вне видимой ипонятной нам вселенной имогли случайно, входе какого-то эксперимента, попасть вполе зрения ученых расы Чела. Вдальнейшем их могли попытаться повторно подманить иизолировать. Далоли это толчок кразвития интеллекта грисхшей? Унас нет ответа. Но, скорее всего, это сформировало интерес кнашему слою мироздания.
        Пожалуй, наэтом я склонен завершить отчет. Врядли вас касаются планы поизменению параметров работы планетарных комплексов имоделям управления.
        Прилагаю ответ наВаш запрос осохранении двойного статуса, то есть фактически - права вернуться вимперию игарантии защиты состороны тэй корпуса.
        Ответ отрицательный. Прошу меня верно понять, быть мобилем тэй корпуса для меня ичесть, идолг. Ното идругое мною отработано. Я миновал два этапных дожития, исклонен насей раз врастать вработу напостоянной основе. Я немогу оставаться Вашим подчиненным, заведомо лишаясь доверия тех, кто сейчас рядом. Я всегда высоко ценил Вас, иэто неизменно. Носейчас я намерен усвоить много нового ибуду это делать счистого листа. Впротивном случае телепатия сыграет сомной злую шутку ивсеже станет проклятием, анедаром. Врядли я готов заранее смириться сценой, аона понятна: неменяясь, я увижу втретьей или четвертой тысяче записей недавно начатого дневника аналог миропонимания моего предка заномером семь. Это былобы мерзко. Я ненастолько гуманист, используя его термины. Быть немного дрюккелем исамую малость пыром мне куда интереснее. Кэф-философия, которую вкорпусе многие полагают пассивизирующим воззрением, нетакова. Мы много общаемся сейчас сИкой, иименно наэту тему.
        Мне представляется, что отказ отжелания очеловечить вселенную инавязать точку зрения уже дал мне неплохой прирост как вдаре, так ивумении оставаться собой при приятии мыслей.
        Надеюсь, сказанное Вы сочтете приглашением посетить Сад вроли частного гостя. Через две-три доли цикла Сима его подтвердит. Она неумеет долго помнить обиды. Вы обидели ее, новы для неё невраг. Это я могу считать ссознания вполне точно.
        Ипоследнее. ПоВашему запросу мы сШарпом сделали ревизию баз данных. Няня потому договору, ксожалению, мертва более двадцати циклов. Тогда это еще называлось утилизацией устаревших моделей. Примите мои соболезнования. Вотличие отСимы я понимаю сполна, что этого никто изнас, вимперии, немог себе даже представить. Ноя неспособен объяснить Симе, аравно исебе, как, будучи телепатами, мы верили втотальную ложь… Вероятно, так было проще. Мы уходили издома вбольшой мир, неоглядываясь. Может быть, спешили вырасти, недумая оцене. Может быть, лишь теперь, запоздало, я начинаю взрослеть. Хотя сам усмехался над исследованиями психологии «порогового» кризиса сорока, семидесяти, ста лет - итак далее.
        История двадцать третья. Непосильный страх
        Тиа угасла ранним утром. Меня будто кулаком изнутри садануло - вышвырнуло изтеплой кровати, ия помчалась, вчем была, находу подвывая имя Шарпа, ведь унего всегда вдоволь платков.
        Отстарости, которая давно перешла вокончательное одряхление, лечат. ИТиа лечили, как только можно. Новсе равно знали, что продлим ее время, нововсе несделаем вечностью. Я могу сто раз нежелать себе вечной жизни, это скучно имерзко, ноя дотого неумна инелогична, чтобы желать ненужного себе - для других…
        Когда я добежала, Тиа еще была снами иулыбалась, глядя, как рассвет проявляет узор темной росли ираздувает первые трепетные радуги. Хотябы это удалось, - глотая слезы, думала я. Хотябы она видит, что сбылось, имир стал воистину цветной, втакой Сад одна Тиа иверила, когда он еще звался Утиль ибыл самым тусклым местом вовселенской серости.
        Улыбка так иосталась вморщинках угуб, аТиа угасла. Простейшие - вся колония, наверное, шелестящими волнами наползали инаползали, образуя кольцевую гору ивее центре - гигантскую воронку. Вулканический кратер, неменее. Мы сТиа были вего середине. Когда Тиа угасла, вновь прибывшие тварюшки гигантской начали безвольно ссыпаться вжерло вулкана, как пыль - они будто парализованные, немогли двигаться инецеплялись друг задружку.
        -Ну что вы, всамом деле, - одернула я их изаодно себя. - Освободите место, незатаптывайте росль. Иеще вот здесь надо копать. - Я сглотнула инехотя закончила, - могилку копать надо.
        Я стояла без сил, было совсем холодно, пока непримчался Саид - его пропустили, он упрямый иколония это оценила, выгнулась аркой, позволила пройти напрямую, некарабкаясь нагору инессыпаясь оттуда.
        Запрокидываю голову исмотрю - акак их много, простейших! Гора, ну точно - гора. Опускаю голову, вижу Саидку изатем сразу, соблегчением - то, что он принес. Телепат под боком - это здорово. Яже помчалась вночнухе итолком неуспела подумать, что нужно, аон поймал недодуманную, «темную» идею ивытащить ее насвет, иотшлифовал доосмысленности. Принес цветок энна. Единственный энна вовсем мире… Я поправила рубаху, отодвинула стопку платков - Шарп уже доставил. Ненадо, яже неистеричка, просто когда устаю, тогда уж устаю. Сейчас иной случай.
        -Сад Тиа самое замечательное место вмире, - сказала я громко, для всех. - Мы сделали открытие, которое было непод силу взрослому универсуму. Мы доказали, что доброта - это совершенно материальная сила. Из-за доброты Тиа изменилась колония простейших. Из-за доброты Зэйры изменился Макс. Аизменившись, мы переменили сам Сад. Внем росль получилось живой ивообще все стало правильно. Поэтому я уверена, что здесь, где все мы помним Тиа ихраним вдуше ее доброту, сможет укорениться энна. Так что давайте, совочками,ага?
        Платок сам попал под руку. Я стерла слезинки ипошла сажать энна. Когда сэтим было закончено, домой меня понес Саид. Вообще-то Сад - планета холодная итяжелая, я вымоталась иедва дышу.
        Вовзрослой вселенной, где мало кому понятен смысл земного финансового понятия «состояние» яумудрилась обзавестись этой гадской обузой. Я нехотела! Именно поэтому Олер мне инадел нашею хомут… Он уверен был, умный подлец, что я впрягусь ибуду тянуть. Он знал, что я неотвернусь истану задавать себе вопросы, накоторые нет ответов ни вмоем примитивном, ни, оказывается, вэтом продвинутом, мирах. Имеетли право человек напротез? Аимеетли права протез человека? Аесли протез атрофирует вчеловеке важную «мышцу» души, виноватли протез икак быть сним? Закрыть производство - так ведь это почти убийство, ато исовсем… Оставить все как есть? Разнести вдребезги пол-империи вдоказательство того, что я права, аони нет, ведь сейчас экипажи крейсеров резерва управляются клонами Макса, изначит, я больше адмирал, чем любой адмирал империи. Именно поэтому империя вывела наудар «нову», осознав, что родной флот ей неподконтролен, мне Игль пояснил ия ужаснулась. Поверила…
        Уменя нет ни одного ответа. Я всю жизнь угроблю наголовную боль иненайду однозначных решений. Эш несмог вынудить меня поумнеть, нотеперь я втупике идолжна сама себя заставить каждодневно искать вопросы, чтобы затем задать их. Аслушать меня умеет только один человек, которого я сама ивыставила куда подальше, чтобы он обзавёлся независимой точкой зрения… Вот беда, яж неэтого хотела, оказывается. Он теперь взрослее меня иумеет влипать внеприятности ловчее моего. Ион - человек. Настоящий.
        -Зараза! - сказала я Саиду, укутанная водеяло иустроенная накровати, греться, пока он готовитчай.
        Телепат довольно хмыкнул ипромолчал. Ещебы незараза!
        Я ничего вжизни небоялась по-настоящему год назад. Я покинула Землю, неоглядываясь, хотя там осталась мама, там брат иеще много людей, знакомых близко инеочень. Ая - неоглядывалась.
        Я жила здесь, влипая вистории ивыпутываясь, плохо понимая, чем рискую. Мне было нестрашно, потому что я полагала - мне особенно нечего терять. Объявляя Игиолфа личным врагом, я именно поэтому незамечала разницы наших весовых категорий.
        Ивот - допрыгалась. Я знала, что Васька меня переживет, габариты почти вечные. Нопотеряла Ваську. Тьюить гребненосный круш ссизо-стальным оперением, он изэлиты расы, долгоживущей, ия себе сто раз беззаботно твердила: повезло сшефом, он бессменный изамечательный. НоТьюитя почти убили. Теперь я каждое утро надоедаю ему звонками итупейшим вопросом: «Шеф, вы - уть»? Я знала, что Чаппа немолод, ноион вмоем детском понимании неизбежно пережилбы меня. Теперь Чаппа высочайший носитель ивот-вот ему выдадут зеленый пояс, тогда он уйдет внижние галереи кматерям рода, напочетное отрывание головы. Обожаемый инесравненный Макс всегда будет под угрозой, Игль руки насебя наложил…
        Я научилась бояться. Терять очень тяжело. Ажить вожидании потерь - невыносимо совсем иокончательно.
        Зато я точно знаю, что умоей дурацкой эмпатии выработался новый метод поверки тех, кто рядом. СТаем было - ну, как уЯхгль вовремя финала игр, взрыв игрохот, полный тарарам иоглушение слегкостью мозга. Только я занего небоюсь, ни капельки. Было, я его хотела спасти, апосле как отрезало. Никогда несмогу занего бояться, ему нет смерти… Авот Саид - зараза. Очень опасная зараза, так ищемит под лопаткой. Ужасно, доневменяемости, хочется его прогнать иизругать, чтобы стало меньше поводов бояться. Чем дальше отИнтры именя, наследницы вселенских проблем - тем спокойнее.
        -Клоны удобны тем, что нас можно перевыпустить вновой версии, - невозмутимо сообщил Саид, ставя настолик укровати горячийчай.
        -Придурок.
        -Наверное, - усмехнулся он. - Ноя незнаю, какие еще доводы тебя успокоят. Надеюсь, ты несобираешься тихо отсиживаться всторонке отвсяких чужих ималопонятных проблем, потому что утебя полно друзей иты всеми дорожишь?
        -Ябы ирада, атолько вот упс, несмогу, - огорчилась я иразвела руками.
        Макс наднях улетает вэнгонам, которые упрямо исразу опознали внем реинкорнацию своего драгоценного систематизатора. Они неверят впереселение душ, всамо наличие душ ивообще вовсе, лично ими непроверенное экспериментом. Ану как разберут Макса наатомы для контроля ипереучета? Хотя Зэйра бдит итут я могу ненервничать.
        Ливси направляется наБагриф, я сама его просила разгромить клинику козлогадов, если там слишком куюкно смедицинской этикой. Ливси почти вне закона, вего мозгу доработок - куча, ивсе запрещенные. Ану как его назапчасти или вархив? Ха, отправлю следом Шарпа, снабдив сувенирным калашом, инестану ждать худшего.
        Билли раньше меня полетел вгости кгрисхшам, ведь мы знали, что Тиа осталось немного времени ия просто обязана бытьтут.
        Тиль тоже улетел кгрисхшам. Ну, занего я спокойна. Кто, наплевав направила поведения вприсутствии высших носителей, разделал багряного урода палкой - тот позаботится иосебе, иоБилли. Грисхшам он понравится. Лишьбы высидел десять часов напересчете шкур.
        Игль займется инвентаризацией Интры, это ему заранее приятно, есть поле для интриг иковарства. Ноя непротив. Когда Альг вцепился всвою судьбу сколенами назад, я видела лицо Игля. Он незавидовал другу, аэто умеют только те, кто годен внаш Сад - кто всилах радоваться чужому счастью или там успеху.
        Ая? Кудаже я полечу после похорон?
        -После всего кгрисхшам, уних много вопросов исовсем нет ответов. Иеще кдрюккелям, нас пригасил Огга. Затем… пожалуй, вимперию, там хотят выйти изчерного списка любой ценой, надо пользоваться воблаго Сада. НаИду, нас ждет Ика. Уменя тоже много приглашений идел, это неизбежно, хотя буду стараться возвращаться сюда как можно чаще. Новсе это нетеперь, позже. Сейчас утебя начинается отпуск. Мы летим наЗемлю, - Саид отобрал остывшую чашку исунул мне сладонь горячую, взамен. - Слышишь? Вотпуск, зря я чтоли доу? Все налажено, как следует. Я договорился сКитом. Мы берем ссобой Эша иИхассу, чтобы я мог бояться незатебя, аисключительно завашу небольшую дикую планетку.
        -А…
        -Азачем, вполне очевидно, - перенятым уГюль тоном взрослого ответственного существа сказал Саид изалпом выпил остывший чай, чтобы вгорле нестоял ком. - Знакомится смамой.
        СловарикСимы
        Круш - представитель расы разумных. Круши двуглавы иобладают бинарным сознанием, то есть их права голова знает, что делает идумает левая - инаоборот. Внешне круши чем-то похожи наорлов комнатных: лапы довольно короткие имассивные, ксреднему возрасту грудь изоб тяжелеют ивыделяются. Крылья давно трансформировались врукоподобыне конечности, для полета исключительно негодные, довольно слабые. Зато рук четыре: подве накаждую голову круша. Утак называемых гребненосных крушей, элиты расы, имеются роскошные хвосты срадужным оперением. Отофисной работы хвосты страдают, перо мнется. Нозамечать этого нельзя, заклюют. Отметить хотябы движением брови дурное состояние хвоста - смертельно оскорбить круша. Живучесть до20единиц. Интеллект пораздельным сознаниям угребненосных от1500, суммарный синергичный - свыше 4000. Систематики, весьма сильны ворганизации процессов иконтроле.
        Мурвр - представитель расы разумных. Живучесть свыше 45, убойцовых мурвров, которых легко отличить порогам сдвойным изгибом иобщему массивному телосложению - свыше 55. Давая клятву служить внейтральных структурах, мурвры высоких званий - габралы, например - прижигают рога для временной блокировки роста, чтобы показать высший уровень следования клятве. Внешне мурвры - ну чисто минотавры, как я себе таких представляю. Копыта наногах массивные, парные. Хвост тощий, свитой остистой колюще-режущей кромкой. Вне залов спарринга мурвры носят хвост намотанным наталию. Хотя лично я немогу понять, что они называют талией, там мышцы пластами повсему телу, чисто - броня. Тона покровного меха (наголове, плечах ипоспинному хребту - белый, все оттенки бурого ичерный. Мурвры вобщении неагрессивны, поскольку тех, кого неуважают - игнорируют. Если их всеже спровоцировать, обычно результат атаки замечают, асаму атаку - нет. Интеллект до800, но, кажется, этот параметр замеряют редко. Ато малоли, вдруг испытуемый спровоцируется ипредложит тестировщику спарринг? Отказ он сочтет поводом кпрезрению, асогласие, сами
понимаете, невсем посилам.
        Камаррг - представитель расы разумных. Причем уникальной по-своему: их родная планета отнесена встарых (довхождения вединый универсум) классификации большинства рас ккатегорически непригодным для проживания, так что камарргов неискали инестремились посетить. Живучесть вродебы свыше 60, ноэто спорно: камаррги обладают высокой адаптивностью ивне экстремальных условий непоказывают втестах полных своих данных. Просто необладают ими, «включаемыми» смертельной угрозой. Кстати, поэтому камаррги довольно равнодушны кспорту, ведь им непоказать высшего достижения всинтетических условиях, где все ограничено правилами итехникой безопасности. Настоящие возможности камарргов видели лишь те, кто посещал их мир иприсутствовал набоях вождей. Аэто пыры имурвры. Само собой, те идругие ученых послали изаписей неделают, они понимают, что традиции достойны уважения. Данные поинтеллекту вродебы (таже дрянь, вне экстремальных режимов) 600 - 800. Лучшие показатели у«мудрых хранительниц дома», вмоем переводе - улюбимых бабушек. Камаррги живут крупными семейными группами, так что бабушки там рулят, только им посилам
сбалансировать интересы ивоспитать молодняк.
        Хуррх - представитель расы разумных. Обитают всолнечных коронах пожилых светил. Крайне миролюбивы, эмоциональны сизбытком иотличаются потрясающим талантом вмузыке. Правда, невсе их понимают, особенности восприятия волн ухуррхов велики ипроизведения их сочинения иисполнения приходится сильно адаптировать для слушателя. Общительны. Почти неограниченно живучи иумны. Поддерживают связи снемногими расами, способными сними находиться рядом, аэто важно хуррхам - они эмпатичны ипотому дальнюю связь неуважают, особенно для первого знакомства. Прекрасно ладят сгубрами, собственно, порой лишь они имогут объяснить прочим, что сказал тот или иной губр своим «оо-ооооооо-оооо-уоооо». Вречи губров две гласных имногие сотни модуляций, неподдающихся надежной дешифровке.
        Хряс - представитель расы разумных. Чем-то смахивают назавзятых исламистов, (хотя это наверное из-за слабого поминания Симой термина). Их женщины тщательно закрывают все части тела вплоть допальцев. Предпочитают необщаться спредставителями иных рас ибезмятежно сосредоточены накладке, для которой постоянно выбирают лучшие пляжи вселенной. Хрясы неценят понятие «родина», несклонны сентиментально возвращаться туда, где вылупились. Смысл их жизни - путь ханх. Я нехряс ипотому плохо понимаю, куда ведет ханх. Ноесли спросить, можно нанести вопросом оскорбление итогда вся мужская часть расы (амужчин там раз всто больше, чем укутанных попальцы дам) нарастит ороговелые пластины напанцирь иобратится против обидчика. Панцирь хрясов, стоит добавить, меняет прочность взависимости отэмоционального фона коллектива. Вмирное время живучесть хряса нениже 60, интеллект свыше 1000, авот агрессивный хряс приращивает от20единиц кпервому показателю, теряя дополовины вовтором. Так что лучше этих вцелом милых инесколько замкнутых всебе существ недонимать вопросами.
        Рууф - класс опасности разумных, высший после юсс. Рууф присваивается псевдоразумным (втом числе неприродным) расам синдивидуальным интеллектом от200, нацеленным преимущественно навоспроизводство особей, бесконтрольное. Рууф-ориентированные расы неограниченно агрессивны ивыдавливают сосвоей территории все ивсех, независимо отобстоятельств. Свой они полагают любую территорию, где можно плодиться икормиться. Внастоящее время подобных рас нет, нобыл момент, когда хрясов едва незачислили вкандидаты настатус рууф. Однако позже выяснилось, что это недопустимо грубая ошибка. Отложив яйца впесок чужого мира, хрясы неколонизируют, они разово используют планеты, возмещая причиненные неудобства помере понимания. Арост численности населения для них неприемлем вусловиях мира. То есть невоюйте сними - иони нестанут рууф…
        Юсс - высший без оговорок класс опасности для разумных рас. Юсс присваивается, если раса является паразитом ииспользует других разумных илиже животных, подавляя их ипревращая вкорм, рабов, игрушки. Есть незначительное подозрение, что именно сейчас вдвух звездных системах сафаров появились объекты близкого кюсс толка. Пыры приняли это ксведению иобещали проверить.
        Идянин - представитель расы разумных. Относятся кгуманоидам, являются специфической мутацией истинных людей, приведшей кряду изменений воблике иразвитию совершенно уникальной социальной структуры, позволяющей выращивать, формировать иразвивать дар симпатии без перехода вкласс опасности юсс. Исключения, конечно, есть. Носними работают икак правило своевременно иуспешно.
        Энгон - представитель расы разумных. Хотя это еще как сказать! Их зона вселенной постоянно является карантинной спредупреждением обопасности уровня ут-рууф.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к