Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Зарубежные Авторы / Гуль Риза / Всевластие Уроборос: " №01 Владыка Чёрных Дней " - читать онлайн

Сохранить .
Владыка чёрных дней Риза Гуль
        Всевластие. Уроборос #1
        Умирает гуляка император-человек Арес Бетельгейзе, не оставив наследника. Собирается совет, на котором принимают решение назначить новым правителем Велиала (высшего демона, друга Ареса). Люди поначалу одобряют данное решение, но затем Велиал проявляет себя. Он издает закон «Горгон», который принижает людей и делает их практически рабами. Вторая ветвь семьи Бетельгейзе собирает людей в группы, образуются скрытые поселения. Мятежники ведут воину с новым императором. В семье Бетельгейзе рождается девочка, которую называют Обероной и дальше история будет о ней…

        
        Умирает гуляка император-человек Арес Бетельгейзе, не оставив наследника. Собирается совет, на котором принимают решение назначить новым правителем Велиала (высшего демона, друга Ареса). Люди поначалу одобряют данное решение, но затем Велиал проявляет себя. Он издает закон «Горгон», который принижает людей и делает их практически рабами. Вторая ветвь семьи Бетельгейзе собирает людей в группы, образуются скрытые поселения. Мятежники ведут воину с новым императором. В семье Бетельгейзе рождается девочка, которую называют Обероной и дальше история будет о ней…

        Пролог
        Глава 1. Лисья нора
        Глава 2. Подломленные цепи
        Глава 3. Князья земель. Узы и совет
        Глава 4. Поворот судьбы во спасение
        Заключение

        ПРОЛОГ

        
        Мир без веры и богов, стоящий на двух площадках над мрачной бездной, пошатнулся и рухнул под гнетом своим. Одна площадка принадлежала людям, другая демонам. Уже давно ни люди, ни демоны не молятся и живут ради собственных идей, целей, считая, что каждый из них сам вершит свою судьбу. Черта недопонимания повлияла на целостность: разделила его, заполнила ненавистью, пороками, самыми подлыми желаниями и страхами. Всего сто лет, после избрания нового императора этого мира, понадобилось, чтобы мрак, питавший две противоборствующие стороны, привел к бессмысленной войне.
        Нет силы в этом мире могущественнее и сильнее чем император, он — бог, властелин, закон и голова всему.
        Некогда люди сами решили отдать власть в руки демона, который на тот момент владел небольшим княжеством у самого края мира. Виною всему стал их последний император из числа людей. Владыку мира звали Аресом. Умирая, он не имел наследников и не понятно, по каким причинам, отказывался называть правопреемника. Свои пятнадцать лет правления, он омрачил безнравственным и жестоким поведением: убивал легко, без сожаления и для него не имело значения, кто в тот момент находился перед ним — ребенок, старик или женщина. Если император считал кого-то своим врагом или не угодным себе, то его судьба решалась на месте: без суда и следствия.
        Любовь к выпивке и женщинам, разгульная, аморальная жизнь не делали императора героем в глазах своих подданных. Арес был настолько бестолковым, что начал за гроши продавать или даже отдавать «за спасибо» демонам свободные земли, которые по факту являлись личными владениями императорской семьи. И все ради того, чтобы преувеличить богатства, заручиться поддержкой высших, человекоподобных демонов, и тем самым насытить свой неуемный аппетит… а то, что люди жили в полнейшей нищете, страдали — его совершенно не волновало.
        И вот в свои тридцать пять лет император Арес подхватил неизлечимую болезнь, сделавшую из него абсолютно беспомощного, прикованного к постели и не способного даже самостоятельно поесть и сходить по нужде, человека. Он умирал смертью не достойной императора, хотя многие, не секрет, были рады такому стечению обстоятельств и жаждали услышать о его скорейшей кончине.
        Император умер ровно через два месяца после установления диагноза…
        В мире всегда существовал имперский совет, состоящий из глав четырех княжеств, подчиняющихся человеку-императору: на севере от столицы империи властвует князь степных земель и могущественных телхинов — Аурум; на западе — князь земли лесов и водного мира — Поддон; на востоке — князь скалистых земель — Деймос; на юге — князь песчаных земель — Велиал.
        Отцом Ареса был Виктор — сильный и могущественный правитель своего времени, его власть продлилась не малых восемьдесят шесть лет. По стечению обстоятельств, ему пришлось занять свое законное место на престоле в двенадцать лет, и в первый же год своего правления он показал, на сколько стоек и непоколебим его характер.
        Виктор довел до конца начатые дела предков и объединил самые непокорные народы за девятнадцать лет, после чего последовали шестьдесят семь лет мира и спокойствия. К финалу правления, у него остался единственный сын — законный наследник его империи — Арес. Предыдущие его дети по непонятным причинам умирали в младенчестве. Всего за свою жизнь Виктор похоронил шестнадцать детей.
        Видя, каким бестолковым и беспутным человеком становится Арес, Виктор правил до последнего дня жизни. В девяностовосьмилетнем возрасте он уже плохо видел и слышал, но находился в здравом уме и твердой памяти, поэтому продолжал отказываться передавать престол сыну.
        Ничто не вечно. Силы покинули старого императора. На смертном ложе, он призвал к себе двадцати летнего Ареса и на последнем издыхании, с явным не желанием, скрипя сердцем, вручил ему свою власть, закрепив наставлением: «…одумайся, иначе ты разрушишь всё, во что я вложил душу, силу и за что не раз была пролита кровь на поле боя!». Но это не подействовало должным образом на Ареса. Он пропустил всё мимо ушей, как то было всегда, возрадовался тому, что место на троне освободилось и теперь полноправно принадлежит ему.
        В итоге, в последний день жизни императора Ареса, в последний раз, в прежнем составе, члены совета собрались в комнате заседания, чтобы решить дальнейшую судьбу этого мира. Именно на этом совете приняли решение: новую имперскую династию возглавит тот, кто будет избран народным голосованием и не зависимо от результата, все князья, беспрекословно, должны будут подчиниться новоизбранному императору.
        В народном голосовании, в качестве кандидатов на престолонаследование, участвовали главы четырех княжеств, как лица самые приближенные к императорскому двору.
        И тут людям предстояло сделать сложный и не однозначный выбор.
        Первым желанным кандидатом на троне у народа был Аурум. Он самый отстраненный, по собственной воле, князь в совете, самой загадочной части мира — степных земель. Многие считали его колдуном, многоликим существом, о котором толком ничего не известно. Иногда лишь поговаривали в народе, что он живет столько же, сколько сам мир и человечество. Слухи это, или истинная правда?  — Не известно.
        Аурума, якобы «бессменного» правителя, нельзя отнести ни к демонам, ни к людям. Такова сущность телхинов. Они внешне ничем не отличаются от людей. Очень темные, при этом умные существа, наделенные невероятной силой, тайны которой никому кроме самих телхинов не известны. Они не участвовали в крупномасштабных войнах, предпочитая оставаться сторонними наблюдателями, а также они безоговорочно преданны своему князю — Ауруму.
        Аурум, по натуре своей, старался не выдвигать предложений по урегулированию тех или иных мировых или лично императорских проблем в совете, не принимал решений последним, но всегда мог возразить, и уверено поставить на место других членов совета. В любой ситуации он выглядел спокойным и непринужденным.
        Второй кандидат — князь Поддон, который происходил из числа водных звероподобных демонов. Внешне эти демоны напоминают человекоподобных рыб, с длинными ногами и руками. У них худое тело, с жабрами на ребрах, большие рыбьи глаза, ушные раковины похожи на ласты с перепонками, отсутствует нос на лице, также перепонки расположены между пальцами, как на ногах, так и на руках, а тело покрыто плотной чешуёй.
        Морской князь не терпел сушу, как и людей. Его отличительными чертами были: вспыльчивость, цинизм. Он мог разозлиться без особой на то причины и наделать много шуму. Подчинялся императору лишь потому, что предыдущий правитель завоевал его земли и заставил прямо на эшафоте склонить голову на глазах у всего морского народа. Стыд сковал его тогда, а теперь как ни странно, он не видел смысла в свободе от гнета империи.
        Третий кандидат — Деймос, по происхождению своему — волкодлак, при упоминании имени которого, в людских сердцах поселялся ужас, хотя сам по себе он очень даже уравновешенный, улыбчивый и адекватно восприимчив. Никогда за семьсот восемьдесят восемь лет своего правления не перечил ни одному из существовавших императоров. Волкодлаки являлись первыми союзниками людей на пути создания великой единой империи. Возможно, страх людей обоснован именно долгой жизнью Деймоса, он пережил около шестнадцати человеческих императоров мира. Заметно состарился.
        И наконец, четвертый кандидат на престол — Велиал — высший демон…
        Именно Велиал в итоге стал избранным императором нового мира, и как оказалось позже — уже не людей. Во времена своего членства в совете, он являлся самым ярым его участником, если бы настолько же ярым был Аурум, то престол безоговорочно достался бы ему, но видимо не в этом есть счастье северного князя. Велиал много предлагал, много его идей реализовано, много земель он заполучил от Ареса, как в дар, так и за смешную цену. Он являлся самым приближенным ко двору императора и самым уважаемым в империи демоном, легко покоряющим всякие сердца. Как князь юга — он располагал верными союзниками: из числа высших демонов и знатных людей. К его мнению Арес прислушивался в первую очередь и чаще к нему обращался за помощью, больше даже, чем к проверенному временем союзнику человечества — Деймосу.
        Велиал хитер, умен, расчетлив, в меру жесток, не терпит врагов и устраняет их моментально. Его лик вызывал как восхищение, так и страх, перерастающий в уважения, что и по сей день действует: и на демонов, и на людей. По какой-то причине люди именно в нем увидели сильного правителя, поверили в то, что он сможет и дальше поддерживать единый мир. Они недоумевали, почему изначально Арес не назвал его своим правопреемником?
        В действительности: Арес видел в Велиале образ — как друга своего, так и самого опасного врага, зная о его срытой ненависти к людям, он предпочел умереть, взвалив груз ответственности за принятия решения о престолонаследии на своих подданных.
        Что касается демонов.
        Демоны по своей сущности делятся на три основных вида: растениеподобные, звероподобные и человекоподобные.
        Растениеподобные демоны считаются самыми низшими из демонов. Многие из них обитают в основном там, где нет цивилизации. Они намного отстают в развитии от звероподобных и человекоподобных демонов. Живут в небольших сообществах, где не обязательно, но вполне возможно, может присутствовать вождь. Полагаются они лишь на первобытные инстинкты. К ним относятся паразитирующие демоны, которые присасываются к живой плоти, заражают её различными смертельными болезнями и медленно поедают внутри и снаружи. При этом для них не имеет значения, чья это плоть: человека или демона.
        Звероподобными демонами является большая часть, примерно 60 %, демонов заселяющих империю. Они могут выглядеть как различные животные, включая помеси (не способны принимать другие облики) или же, как обычные люди (ликантропы), со способностью — по желанию в любое время дня и ночи принять облик животных, как например: волкодлаки — люди-волки, или багееры — люди-леопарды. Многие подвиды данного вида подчиняются непосредственно Велиалу, и составляют основную часть его войска.
        Человекоподобные демоны могут внешне ничем не отличаться от людей, как например: единственные в своем роде — телхины, а могут иметь незначительные, но достаточные, для отличия особенности, чтобы понять — что это совсем не человек, например: рога, хвосты, крылья, заостренные уши, острые зубы, яркий цветной цвет кожи, глаз, волос и т. д.
        Высшие демоны (подвид человекоподобных демонов) имеют четыре основные отличительные черты от людей: во-первых, заостренные уши; во-вторых, перистые большие крылья за спиной, которые могут исчезать при желании носителя; в-третьих, четыре клыка по два на каждой из сторон верхней части челюсти; в-четвертых, большие и завитые рога, располагающиеся чуть выше висков.
        По закону империи: деление демонов на виды — не дает преимущества ни одной из трех сторон над двумя другими.
        Как только имперская корона коснулась головы Велиала — все изменилось. Первым делом — не стало совета. Из всех князей больше всего правлением Велиала был не доволен Поддон. Его резкие высказывания и угрозы в адрес нового императора привели его к суду с последующей казнью. Все-таки его неуступчивый нрав загнал его на эшафот.
        Недолго за права людей боролся Деймос. Он покорно перешел на сторону Велиала, так как отчетливо осознавал: грядет новая эра и останется два выбора: пойти по стопам Поддона или продолжить спокойно править на своей земле.
        Что касается Аурума, то его Велиал склонить и не пытался. Он прекрасно понимал, что Аурум не уступит и воевать с ним, пока его не трогают или по чьей-либо просьбе о помощи, он никогда и ни за какие блага, не станет.
        В итоге, на смену совету пришел союз множественных представителей разных городов, селений, которым поручено решать проблемы на земле, где им предстояло главенствовать. А отчитываются они и подчиняются, помимо императора, новоназначенным князьям.
        На земле степей князем остался — Аурум, на земле скал — Деймос, а вот на землю «водного мира» пришел править Фобос, по происхождению своему — вампал.
        Вампалы относятся к звероподобным демонам, выглядят, в обращении из человеческого образа, как огромные лохматые чудовища. Их тело полностью покрыто густой шерстью, на макушке торчат острые длиннющие уши, на лбу расположены белые изогнутые рожки, морда немного приплюснута, пасть полна острых зубов, лапы напоминают медвежьи с острыми когтями, на спине вдоль позвонка устрашающе торчат костяные шипы, хвост очень маленький и пушистый. Большую часть своего времени они проводят в образе человека, как и волкодлаки. Вампалов, в людском облике, от людей отличают следующие внешние признаки: маленькие заостренные уши, на нижней и верхней челюсти по три длинных клыка (один другого меньше по мере углубления), глазные радужки без зрачков, а также острые длинные костяные ногти на руках.
        Свою песчаную землю Велиал доверил высшему демону — Ониксу, по прозвищу «белый рыцарь», прозванный так за светло-пшеничные волосы и белые крылья на спине.
        Князьями четырех сторон света императору помогает руководить советник, имеющий полномочия его заместителя. Советник в своем деле руководствуется положениями закона — «Горгон», которые составлял лично император.
        Основными положениями, особо выделяемыми в законе, являются:
        Нет власти — сильнее власти императора. Император судья, а советник — оружие его вердикта. Имперский советник вправе с разрешения императора нести слово и принимать решение, но при этом, он не вправе считать себя превыше императора. Демоны основной вид мироустройства. Не в зависимости от положения и должности, демоны равны между собой и соответственно несут в равной степени наказание в преступлениях совершенных против империи и императора. Демоны вправе иметь столько договоров с лоа, сколько они способны вынести. Человек — вид последний в значимости империи. За споры человека с демоном, человек несет наказание — смерть. Человеку не запрещено в суде оспаривать свои права и защищать себя. Последнее решение выносит демон — хозяин человека: прощать или не прощать.
        Под каждым из этих положений имеется большое количество пунктов и подпунктов. Горгон — закон, объемом в 666 страниц.
        Таким образом, людям пришлось потесниться в своем мире. После коронации Велиала, они потеряли преимущественное положение и власть над демонами. Демоны, как прописано в законе: стали основным, главным, могущественным видом в этом мире. Велиал своего добился.
        В итоге…
        Последней каплей терпения стал момент, когда император добавил в закон то, что люди лишаются права избираться в представители своих поселений и назначил, как теперь полагалось, им представителя из числа демонов.
        До этого Велиал лишил их многих других прав, таких как: обучаться совместно с демонами; жить там, где изначально жили демоны совместно с людьми, если же нет разрешения представителя городской или сельской земли; начинать разговор первыми с высшими демонами; напрямую обращаться с вопросами и проблемами к императору. У многих людей появились демоны-хозяева. Люди лишились свободы слова и воли. Все это настолько усложнило жизнь человечества, что число людей резко начало сокращаться.
        Люди, по собственной воле, принялись уходить в леса, горы, самые тяжело доступные места и создавать втайне от империи мелкие государства. В последующем, между этими незаконными государствами образовалась связь. Ими был избран единый председатель именуемый «старостой». Ему доверили решать «острые» проблемы связанные с демонами, а также заниматься вопросами о подготовке к войне…
        Старостой людских деревень избрали не просто человека, а одного из носителей фамилии «Бетельгейзе». Данная фамилия принадлежала «старому» роду императоров.
        Староста приходился дальним родственником Ареса и частью той родословной линии семьи, которая по определенным причинам, в своё время, лишилась права престолонаследия. Антон Бетельгейзе родился уже за пределами дворца, на двадцать седьмом году правления Велиала. Его отец — Виталий, (ему исполнилось едва восемь лет, когда умирал император — Виктор), считался троюродным братом Ареса.
        На тот момент, когда Антон занял пост старосты, ему уже было шестьдесят три года. У него есть семья, состоящая: из родного сына — Ильи, который женат на Марии, внучка — Оберона. О матери Ильи ничего неизвестно, Антон никогда не говорил о ней, а на вопросы сына, отвечал жестко: «Мне нечего тебе о ней рассказать!»… Антон ценил, любил и возлагал большие надежды на Илью.
        Жесткий человек по натуре и строгий отец, не терпел не соблюдения установленных им правил в семье. С рождения воспитывая Илью один, Антон делал из него человека подобного себе, по крайне мере, старался.
        Илья вырос умным, дисциплинированным, а еще обладает талантом стратегии, замечательной логикой и умением доброжелательно располагать к себе людей — таким его воспринимает окружение. Его избранницей стала обычная девушка из семьи среднего достатка. Мария среднего роста, у нее: голубые глаза, пшеничные волосы до плеч, худощавое, неодаренное яркими чертами, но обонятельное лицо, длинная шея и красивая, стройная фигура. На тот момент, когда они сыграли свадьбу, ей только исполнилось девятнадцать лет, а ему уже было двадцать пять. Примерно через год, после этого события, у них родилась дочь.
        Странности этой девочки начались с рождения. При рождении она не издала ни звука, ее глаза сразу были открыты, а взгляд такой… словно она прожила сотню жизней, и уже знает все о мире, в котором только появилась на свет. Когда Оберону передали на руки матери, она заулыбалась и смехом отреагировала на голос отца. Тогда Мария произнесла: «В моих руках не просто чудо, а самая настоящая принцесса!». Это предвещало события…
        Оберона, в два года могла уже четко говорить. Не по годам своим была умна. Никогда не интересовалась игрой с другими детьми. На протяжении всего взросления старалась всякими способами больше времени проводить с отцом, и с интересом наблюдала за его работой, в разработке планов тактик и стратегий ведения войны с империей.
        Девочка выделялась на фоне других деревенских детей своей неординарной внешностью. Внешне, как ни странно, она не похожа ни на светловолосую, голубоглазую свою мать, ни на отца и деда — обладателей смуглой кожи, черных, как смоль волос и карих глаз. У Обероны огненно-рыжие волосы; с серебрено-серой радужкой, яркие, большие бездонные глаза; густые, ровные, черные брови; круглое конопатое личико; худое тельце с тоненькими косточками. Ко всему прочему, природа одарила Оберону хорошей, безграничной памятью. Она знает каждого жителя деревни поименно и запоминает все моментально, что когда-либо могла услышать или увидеть.
        Не секрет, люди, знающие её, восхищаются ей. Рождение такого необычного ребёнка, в семье Бетельгейзе, еще раз уверило многих в том, что на сей раз, они не ошиблись в выборе своего предводителя, в лице Антона.
        ГЛАВА 1. ЛИСЬЯ НОРА

        
        В эту ночь на небе святила полная луна, и практически не было видно звезд. По каменистой дороге, проходящей вдоль густого, глухого, старого леса неслась, подгоняемая кучером, карета, запряженная четырьмя черными короткогривыми лошадьми, а их глаза в ночи святились красными огнями. Стук копыт раздавался далеко вперед, тревожа ворон, которые каркая, взлетали, с сухих веток деревьев, высоко в небо. От шума просыпались самые темные сущности леса.
        Черную карету, по бокам, укрощали золотые щиты с имперским гербом, в виде двух одинаковых серебреных существ смотрящих друг на друга. У существ: собачьи тела и орлиные, с красными длинными ушами головы, скрученные хвосты, а между ними расположен меч, на лезвии которого изображен черный бараний череп с массивными завитыми рогами, а над ним, символично, повисла золотая корона. По краям, гербы украшены темным орнаментом в виде колючек и извилистых веток с цветами.
        Ободы, спицы и ступицы у колес кареты медные и покрыты золотым напылением, впрочем, как и дверные ручки, в виде изогнутого рога. Весь внешний вид кареты говорит о привилегированности владельца, которому она принадлежит. А принадлежит данная карета несменному советнику императора — Ваалбериту.
        Ваалберит с Велиалом с самого его рождения, не малых двести двадцать лет. До этого он являлся советником его отца, и деда. Ему свыше двух миллионов лет. Он признан самым старым демоном, хотя кто знает, сколько лет Ауруму?
        Ваалберит относится к числу человекоподобных, не высших демонов. Скрученный, с горбатой спиной и горбатым длиннущим носом, свернутыми в трубочку острыми ушами, маленькими черными рожками на лбу, морщинистый старик, со злобным, противным выражением лица, уже не мог ходить, не опираясь на свою костяную, укрощенную золотом и драгоценными камнями, трость. В нарядах он предпочитает только темные ткани. Находясь при исполнении, ходит в бархатном темно-коричневом халате, с вышитыми золотыми узорами на подоле и на широких рукавах, в дополнение, по своему вкусу, носит туфли из кожи с подкрученными носками — это придает ему некоторую легкую комичность. Также Ваалберит не забывает пристегивать на грудь брошь с гербом империи, положенную советнику императора.
        Несмотря на внешний вид, комиком или шутом — Ваалберита назвать сложно. Жесткий по натуре, ворчливый, требовательный, хитрый, даже жестокий, Ваалберит своим появлением, наводил ужас на представителей земель и даже на князей, что уж там говорить о простом народе. Он любил появляться нежданно, в самым неожиданных местах, ловить на горячем недобросовестных правителей, выдвигать обвинения, казнить, иногда даже распускал слухи, чтобы достичь определенных государственным и своих личных целей. Преданный своему делу, империи, Велиалу, он готов выполнять самые грязные поручения — это ему даже нравилось.
        Вместе с ним в карете по дороге, ведущей к главному дворцу империи, в этот день, находился его помощник — Владислав. Он из числа людей, и ему совсем недавно исполнилось человеческих семнадцать лет, хотя выглядит он моложе своих лет. Худощавый, высокий, светло-русый, кареглазый парнишка обладает очень хорошей смекалкой и умом. Ему не нужно повторять все дважды, он с полуслова улавливает мысль, и шустро выполняет даже самые сложные задания. Знает много и многое еще хочет успеть узнать.
        Владислав в гардеробе отдает предпочтение строгим нарядам. Сегодня на нем темно-синий костюм, состоящий из сюртука и прямых брюк, вокруг шеи, поверх ворота черной рубашки, обмотан шелковый платок, цвета чуть светлее самого костюма. Из обуви он предпочел классические черные кожаные туфли. При себе всегда имеет рюкзак, в котором хранит, как свои документы, так и документы Ваалберита. На всякий случай, Владислав не забыл взять в дорогу зонт-трость и теплый плащ.
        Владислав чисто случайно попал на должность помощника советника, вопреки закону Велиала. Ваалберит стал для него учителем и наставником, не смотря на его несносный характер, Владислав смог подстроится и уже знал, как себя вести, если у того вдруг плохое настроение. Родился он и вырос в закрытом поселении людей у границ Астарота, в простой фермерской семье, которая занималась выращиванием и продажей кур, яиц. Из-за отсутствия возможностей обучатся в школе, его на дому учила родная мать, при помощи своих собственных знаний, а также книг, которые ей достались в наследство после смерти её ученого отца.
        Владислав постоянно читал: когда просыпался, даже умудрялся читать, когда выполнял работу по дому. В свободное время читал рассказы другим детям, многие из которых были не образованные. Они с интересом слушали его. Читал перед сном и ночью, читал, когда мучила бессонница. Любовь к чтению и познанию привилась к нему намертво. Сейчас же на любимое занятие не хватает времени.
        Когда ему исполнилось двенадцать лет, в селение впервые приехала карета имперского советника, с одной целью — отобрать людей, для работы во дворце. И мальчик понял для себя: это его шанс выбраться из пропасти, как он считал — низменной и никчемной жизни. Он во что бы то ни стало, желал привлечь к себе внимание. Тогда еще Владислав не подозревал, насколько сильное он произведет впечатление на Ваалберита, лишь своим упрямством и настойчивостью.
        Другие люди боялись и сторонились Ваалберита. Тогда никто добровольно не желал ехать в служение Велиалу. Ваалбериту, подолгу службы, требовалось набрать десять людей мужского пола, в возрасте от двадцати лет, крепких, главное здоровых, сильных и выносливых, пригодных для строительства оранжереи на башне дворца, а двенадцати летний парнишка, в силу своего возраста, не мог подходить под эту группу.
        Выяснив, что к чему, Владислав просто начал приводить аргументы в свою пользу: что если не физически, то умственно он сильнее любого в данной деревне, разработать и реализовать план нового, даже самого сложного по структуре архитектурного строения, для него не проблема, как и организовать саму работу. Ваалберит практически не слушал болтовню Владислава. Он уже понял все о нем, когда тот только появился на его глазах, и принял насчет него твердое решение, так как собственные внутренние ощущения Ваалберита, за его долгую жизнь, еще ни раз не подводили. Он не сомневался.
        В тот же день, Владислав стал одиннадцатым человеком, привезенным во дворец. Перед Велиалом, Ваалберитом, он был представлен как личный помощник советника. Предела счастью Владислава не было, но не прошло и полугода, как он стал сожалеть о «своем» выборе. Иногда его посещают мысли о том, что лучше выращивать кур и торговать ими, чем вечные упреки и тяжелые, нелегко выполнимые требования гнусного старика. Время и безысходное положение заставили Владислава свыкнуться. Иного пути в жизни у него нет.
        — Императору не понравится новость, которую я ему преподнесу, но выхода нет, медлить нельзя…  — Зашепелявил Ваалберит своим обычным полуголосом и его тусклый взгляд уставился на Владислава.  — Ты! По приезду отправишься к Шайле, скажешь ей, что у меня закончилось зелье. Я скоро совсем не смогу ходить, и меня это не радует… не забудь спросить у нее, что она еще может предложить, пусть покопается в своих тайных книгах и записях, может есть лекарство более действенное, нежели это? По оплате — без вопросов, пусть просит, сколько пожелает, расплачусь по услугам!
        — Хорошо, все исполню!  — Владислав старался всегда отвечать четко, без лишних слов, когда в этом не было нужды.
        — А императору я все сообщу сам,  — скривив при этом злостное лицо, Ваалберит добавил,  — потом будет все плохо, очень плохо. По моим делам долго не ходи, вдруг нужно будет снова выезжать в дорогу!
        Сказанное, Владиславу не понравилась, разочаровало его, но он старался не подавать виду, чтобы избежать вопросов и упреков. Ему не хотелось снова отправляться в путь, после двух с половиной недель, утомительной дороги к дворцу. Ко всему прочему, они отсутствовали дома свыше двух месяцев, вели сложные переговоры с Фобосом. Владислав мечтал отпроситься, по приезду, на два дня, и за пять лет впервые навестить своих родителей. Он осознает что, если их снова куда-нибудь командируют, то как предполагается — это затянется надолго. Данную проблему, о которой собирается сообщить Ваалберит императору, и годом усиленных работ не разрешить.
        Тем временем, в деревне старосты шумно и весело, Обероне, в этот день — 2 июля 100 года правления Велиала, исполнилось семь лет. В связи с данным событием все жители поселения были приглашены на торжество.
        Данная деревня является столицей всех тайных поселений империи. Названия у нее нет, как впрочем, у всех остальных тайных поселений. Состоит она из трех широких улиц: две в десять и одна в пятнадцать деревянных, двухэтажных и трехэтажных, домов. Располагается столичная деревня на «землях скал», среди леса, около крутой, как стена, скалы, а слева протекает тихая река, в пятнадцать — шестнадцать метров шириной. Через реку, чтобы попасть на другой берег, где в гуще леса имеется луг, проходит широкий деревянный мост. Данный луг используется как пастбище для домашнего скота.
        Родители Обероны устроили настоящий пир, поставили в центре улицы, напротив своего дома, пять больших круглых столов, накрыли их белыми кружевными скатертями, а сверху наставили разнообразные блюда: мясные, мучные, салаты, свежие фрукты, овощи и т. д. Вино лилось рекой. Улицу осветили кострами и факелами. Заборы, деревья украсили мишурой и красочными украшениями в виде птиц, зверей, цветов, необычных узоров. Мария с Ильей постарались на славу, чтобы порадовать соседей и, конечно же, свою любимую дочь. Праздник начался вовремя, как планировалось: после захода солнца, в восемь часов вечера.
        После того, как Оберона задула все свечи на большом торте, началось самое веселье. Люди, в процессе празднования, по очереди, подходили и поздравляли маленькую Оберону. Желали ей всего самого лучшего, вручая, приятные для ребенка, подарки. Но для Обероны — любые игрушки или сладости — казались бессмысленными. Не желая никого обидеть, как учили ее родители, с уважением принимала все дарения. Самым дорогим и по-настоящему ценным подарком для нее стала — старинная толстенная тетрадь, подаренная ей её дедом Антоном. На твердой кожаной обложке тетради золотыми и серебреными красками нарисовано дерево, а листья сделаны из вставленных настоящих изумрудов.
        — В этой тетради много заметок и выводов о семье предыдущего императора и о настоящем императоре; о союзниках и врагах людей. Здесь есть записи о землях, об их назначении и чем они ценны; записи о демонах, о их образах, способностях, даже есть некоторые секреты и тайны, которые еще предстоит раскрыть; содержатся сведенья о важных колдунах, наемниках; имеется план имперского дворца: со всеми его входами и выходами, потаенными местами, ну и многое другое. Я передаю её тебе. Ты найдешь здесь ответы на некоторые свои вопросы. Оберона, ты можешь сама её дополнять и переписывать. Ты теперь хозяйка этого кладезя знаний,  — Антон поведал Обероне тайну тетради предков и, вручив её ей, крепко обнял своими костлявыми руками.
        Длинная седая борода неприятно кололась, поэтому Оберона слегка оттолкнулась от своего дедушки.
        — Дедушка, но почему именно сейчас ты мне вручил тетрадь, вдруг она тебе понадобится?!  — поинтересовалась Оберона, не скрывая своей искренней радости.
        — Зачем она мне понадобиться?  — улыбнулся Антон.  — Я её содержание знаю наизусть, так как многое после своего отца, предыдущего владельца данной вещи, дополнял сам. Теперь же, всё услышанное, я стараюсь хранить в своей голове. Сейчас настанут сложные времена и нужно будет быть осторожнее. Не все мысли достойны бумаги,  — окончив речь, Антон медленно поднялся с лавки, располагавшейся на крыльце дома родителей Обероны. Погладив внучку по голове, он вышел со двора и продолжил со всеми отмечать торжество.
        Для Обероны дедушка много значил, она его любила, также как своих родителей и даже может быть немного больше. Он являлся ее основным учителем и наставником, много рассказывал о мире, о его устройстве, в том числе и грамоте и чтению именно он обучил её. От дедушки Оберона узнала о силах, которыми управляют демоны при помощи договоров, что дает им огромное преимущество над обычными людьми.
        Договор, есть связь демона с более глубокими, древними сущностями вселенной, сокрытыми во всем живом и не живом, благодаря своим тонким чувствам демоны знают, где их искать. Найдя в камне, в дереве или в каком-нибудь в звере — скрытую высшую силу именуемую духами или лоа, демон устанавливает с ним или сними непосредственную связь, так как в одном живом или не живом существе может быть не более семи духов, но в основном, все же, прикрепляется только один дух к одному объекту. После успешной установки связи, демон выясняет настоящее имя духа. Как только имя становится известно — заключается договор. Договор обязует духа выполнять приказы демона до тех пор, пока демоном не будут нарушены диктуемые духом условия. Условия дух составляет исходя из тайных, самых настоящих, скрытых в глубине души желаний, демона. Демон может в любое время отказаться от услуг духа. Ни та, ни другая сторона не страдает, если договор прекращает действовать по какой-либо причине. Очень сложно возобновить утерянную связь, так как духи не всегда идут на контакт дважды.
        Обероне было всегда интересно знать: что собой представляют эти высшие силы? Каким образом демоны устанавливают свою связь с ними? Как происходит процесс заключения договора и как вообще демоны могут чувствовать духов? Но на эти вопросы Антону нечего было ответить, так как людям не присуща данная способность и они не знают всех тонкостей.
        Оберона осталась сидеть на крыльце одна. Рассматривая врученную тетрадь, ей хотелось поскорее прочесть её полностью и узнать всё, что она скрывает. Чернила на первых тридцати страницах от времени заметно выцвели, но это не мешало прочтению текста. Почерк, который видимо, принадлежал отцу Антона, был весьма аккуратным и четким. Она успела мельком прочесть первый абзац, как ей показалось: он не содержал никакой важной информации. Оберону окликнула мать:
        — Оберона, что ты там сидишь? Иди скорее к нам. Мы же твои именины отмечаем. Быстро!
        — Хорошо-о-о!!!  — в ответ, недовольно, крикнула во все горло Оберона и закрыла тетрадь.
        Она слезла с лавки, спустилась с крыльца и замерла, пристально уставившись в небо. Огромная луна, опутанная ночными облаками, светила высоко в небе, но взор её больше привлекли кружащие птицы, слетевшиеся сюда на запах еды.
        Оберона уже давно заметила за собой: что чувствует всё живое и не живое в округе, так хорошо, словно они рядом с нею и её рука касается их душ. Будь это тихий таракан за печкой, или спящая мышь в подвале, не слыша их, не видя их, она точно знает, что они там есть, и никогда не ошибается. То же самое касается домашних вещей и уличных предметов. Всё что теряется в доме или на улице её родителями, соседями или ею самой — ей не предстоит труда найти, из-за чего Мария ласково прозвала Оберону «маленьким следопытом», а Илья «чутким носом».
        Обероне не хочется, чтобы кто-то узнал, что происходит в её голове и что творится с её внутренним миром в момент, когда чувства обостряются рядом с душами, поэтому никогда и ни с кем не говорила об этом. Ей хочется самостоятельно разобраться в себе. Есть опасение рассказывать правду, ведь ей могут не поверить и посчитать заигравшимся ребенком. Ко всему прочему Оберона поставила перед собой цель — помочь отцу и деду в их общем деле. Ей ничто и никто не должен помещать в осуществлении задуманного.
        В селении продолжалось веселие до трех часов ночи, после чего все разошлись по домам. Остатки хорошей еды — гости разобрали между собой, а отбросы — ушли на корм животным и птицам, наконец-то, дождавшимся своей очереди пировать. Антон, попрощавшись, и поздравив еще раз любимую внучку, ушел к себе домой. Он жил один в самом конце деревни, но ему некогда было скучать — из-за огромного количества возложенных на него обязанностей старосты.
        В обычное время, гостиная дома Антона всегда полна людей: как из числа местных жителей, так и из числа приезжих с соседних и дальних тайных поселений. Все нуждались в помощи, в разрешении различных вопросов и проблем. Ежедневно поток людей к старосте активно увеличивался. Грели в империи перемены.
        К 12 часам ночи карета советника императора прибыла в столицу империи в г. Астарот. Астарот расположен в центре мира и не относится ни к одной из земель князей. Большой город, по периметру, окружён высоченной стеной, на возвышенности которой, круглосуточно следят за порядком: в пределах города и за ним, сотни звероподобных демонов-стражников. Стражники чем-то напоминают медведей и львов, именно из таких существ состоит 80 % имперского войска, так как сила у них звериная.
        Въезд и выезд из города один, за исключением многочисленных тайных ходов расположенных вблизи дворца, ключи, к дверям которых только у императора и управляющего двора. Большие золотые врата, украшенные снаружи гербами империи, охраняются усилено четырьмя войнами, открываются свободно лишь перед теми, кто имеет пропуск жителя Астарота или личное разрешение Велиала на посещение города.
        В основном Астарот застроен одноэтажными и двухэтажными постройками, но встречаются в городе многоэтажные жилые и общественные дома. Столица не лишена зеленых насаждений, улицы укрощают кустарники, цветы и деревья, а еще есть четыре парка в разных направлениях города для прогулок и отдыха. От самых ворот, вдоль главной улицы ведущей прямиком ко дворцу, который возвышается над всем городом и башни которого виднеются еще далеко до въезда в сам город, расположены исключительно двухэтажные торговые дома,  — эта не извилистая, длинная улица носит название Мерке. Неподалеку от улицы Мерке находится главная площадь Астарота, на которой проводятся различной направленности мероприятия: праздники, ярмарки, выступления приезжих артистов, а также публичные казни.
        Ранее, до того как Велиал пришел к власти, город именовался Орионом, но новый император, как только занял престол, пожелал переименовать столицу в честь предыдущего великого князя песчаных земель и высших демонов, своего отца — Астарота. Князь Астарот славился своей способностью приумножать богатства. Он был тем, кто передал потомкам способы уговаривать лоа на заключение договоров, благодаря чему высшие демоны именуются — высшими. Для демонов лоа — это средство, помимо своих врожденных способностей, заполучить по договору дополнительные магические силы, в том числе продлить свою жизнь. Велиал перенял от отца любовь к власти и к своему виду.
        Дворец императора, в пределах города, окружает стена, сделанная из тонких, высоких, пикообразных, железных и золотых прутьев, благодаря чему столичные жители и гости могут видеть весь образ дворца с улиц города. Ворота придворцовой территории, как ворота самого Астарота, открываются не всем. Посередине ограды, окруженный цветами, расположен большой изящный фонтан, облицованный мозаикой из разноцветных драгоценных камней. Вода плещет высоко вверх в разные стороны, а в центре фонтана уместили высокую золотую статую человеческой девушки с повязанными глазами, в одной руке у которой высоко приподняты весы, а в другой опушенный к ногам меч, имя ей — Фемида, богиня правосудия. Данный фонтан установлен очень давно, еще предками Ареса.
        Большая часть лицевой территории дворца выложена каменной серой плиткой, украшена множеством беседок, скамейками для отдыха, усажена разнообразными цветами, деревьями, кустарниками, и все это выглядит: роскошно, аккуратно и со вкусом оформлено, без излишеств. С другой стороны дворца, куда уже не заглянуть жителям города, расположено просторное, богатое охотничье угодье, выходящее за пределы стены города. Велиал частенько там отдыхает от имперских дел, организовывает охоту на диких зверей и рыбалку на широкой реке носящей старое название города — Орион. Эта ветвистая река берет свое начало с подземных вод, образовавших озеро в песчаных землях, и уходит глубоко в земли лесов, вливаясь в один единственный величественный океан этого мира — Амрит.
        Многовековой дворец Астарота огромен, он некогда, еще в давние времена — правления семьи Бетельгейзе, практически весь, кроме основной башни, сделан из темного мерцающего камня, который имеет свойства при свете солнца или под лунный свет переливаться из светло-голубых тонов в темно-синие тона. У дворца по разным сторонам имеется десять величественных остроконечных башен возвышающихся над Астаротом, три из которых уходят высь под самые облака.
        К главному входу дворца ведет прямая, широкая лестница с высокими ступенями. Терраса, перед входом, украшена двумя сидящими на корточках статуями, в виде громадных каменных горгулий, поддерживающих своими распахнутыми вверх крыльями навес, а их когти передних и задних лап, словно впиваются в черную мраморную плитку террасы. Навес террасы, помимо горгулий, удерживают десять округлых, широких колон.
        Парадный, главный вход во дворец украшен двумя золотыми широкими и высокими дверями с выпуклым изображением герба посередине, при их открытии герб делится на две равные половины.
        Главная башня дворца выглядит как четырехугольная постройка матово-черного цвета, состоит из тридцати трех этажей,  — это самая маленькая постройка дворца, в которой проходят все важные мероприятия: встречи, переговоры, приемы граждан и господ, баллы, а также на последнем этаже находятся покои Велиала. Окна на фасаде башни все до одного огромные и с резными стальными решетками снаружи. Боковыми стенами башня примыкает к другим постройкам дворца.
        Как только кто-либо попадает в главную башню, перед ним открывается необычайно величественный вид главного холла, именуемого — тронным залом. Тронный зал превосходно освещается днем, благодаря большим окнам, а ночью факелами, развешанными на стенах между портретами предыдущих императоров и членов их семей, которые Велиал пожелал оставить во имя истории. Вдоль широкого трапа, ведущего к трону императора, установлены колонны, поддерживающие высокий потолок. В глаза сразу же бросается огромная хрустальная люстра, свисающая с потолка. Её украшают разноцветные драгоценные камни на тонких золотых нитях и тысяча магических свеч. Данные свечи самостоятельно загораются с наступлением сумерек. Ответственные слуги, как полагается, утром и вечером проверяют на сохранность и на работоспособность свечи, а также факелы, при необходимости заменяя их новыми.
        Пол в тронном зале покрыт серыми и черными плитами, выложенными в шахматном порядке. На трапе от самых дверей до трона проложена темно-бордовая ковровая дорожка. По краям ковер вышит цветами из золотых и серебреных нитей.
        Трон возвышается над полом, чтобы на него сесть — необходимо подняться по лестнице из восьми ступеней. Высечен он из того же камня, что и сам дворец, весь покрыт золотом, серебром, драгоценными камнями, уложен мягкими бархатными пуховыми подушками. Спинка трона выполнена в виде распахнутых крыльев летучей мыши, а за ней, на стене, повешен огромный герб империи. Под ногами, у императора, всегда лежит небольшой пуфик.
        Во дворце предусмотрено все необходимое, в первую очередь, для удобства жизни императора, а также для дворцовых господ и важных гостей — от кухонь до кузнец, от гостиных комнат до тайных, от подземных тюрем до подземных эвакуационных ходов. Дворец обслуживают более семьсот тысяч слуг, большая часть из которых составляют люди, так пожелал император Велиал.
        Велиал, помешанный на чистоте, установил свои порядки во дворце. Генеральная уборка всей дворцовой площади проводится раз в месяц, пыль протирают раз в неделю, за порядком в самых посещаемых комнатах дворца: в тронной, в главной библиотеке, на кухне, в имперской гостиной, в комнате отдыха императора, за всеми террасами, за покоями господ, следят каждый день с утра до вечера, для этой цели к каждой комнате представлена группа составом от двух до пяти слуг. Двор, сад, все многочисленные скамейки, беседки, качели, водопады, заборы, лужайки, игровые площадки чистятся в конце каждой недели, территория должна быть идеально чистой всегда. За малейшую неуместную грязь, за поломку, разрушения и пропажу казенных вещей, за беспорядок как внутри, так и за пределами дворца головой своей отвечает лицо носящее должность — управляющий двора.
        Ваалберит пыхтя, с усилиями, опираясь одной рукой на молодого Владислава, другой на свою трость, достиг террасы в конце главной лестницы дворца. Оттолкнув от себя своего помощника, он медленно, прихрамывая, направился к входной двери.
        — Давай иди куда велено!  — притормозив, приказным тоном обратился он к Владиславу.
        Владислав молчаливо откланялся, развернулся и торопливо спустился вниз.
        Двери по волшебству распахнулись перед советником, весь секрет заключается в особом заклятии наложенным на них. В день, когда к власти пришел Велиал. Ранее громоздкие двери приходилось открывать шести людским стражникам. Заклятие распахивает двери, как только перед ними появляется мирный гость или доверенное лицо, если же появляется недоброжелатель или чужак, то они остаются неподвижными.
        У подножия трона неподвижно и терпеливо стоял император, он пристально, с насмешливой улыбкой, смотрел на медленно приближающегося Ваалберита.
        С внешностью двадцати восьми летнего парня, красивый, высокий, статный, широкоплечий — именно так можно описать Велиала. У него: белая мраморная кожа, правильный овал лица, черные большие, пронзительные глаза, в уголку правого глаза виднеется небольшая родинка, а черные густые волосы хаотично уложены на бок, и плавными волнами опускаются до плеч. В левом ухе блестит маленькая золотая сережка с рубином. Ко всему прочему, ему присущи все четыре признака высшего демона, описанные ранее. Рога украшают золотые кольца с драгоценными камнями, на острия рогов надеты золотые наконечники с узорчатым орнаментом.
        Сегодня Велиал встречал советника в черной мантии с широкими в три четверти рукавами, сверху донизу украшенной драгоценными камнями, с воротом и плечами выполненными из комбинации коротких и длинных перьев черной птица. Под мантией видна шелковая фиолетовая рубашка с воротом стойкой. Пуговицы на рубашке выполнены из золота, со вставками из рубинов. Образ дополняют кожаные штаны и кожаные сапоги с железными, как чешуя, вставками на коленях и на закругленных носках. В обычный день император предпочитает более простую и удобную одежду, не лишенную шика. В особенности любит накидывать поверх основной одежды черно-белую мантию с изображением пламени огня на рукавах и подоле — символ его песчаной земли.
        Ваалберит остановился в паре шагов от Велиала.
        — Ваше превосходительство!  — обратился Ваалберит к императору, склонив голову и положив свою костлявую правую руку на сердце.  — У меня плохое известие от Фобоса!  — он явно пытался выглядеть огорченным.
        Велиал широко улыбнулся.
        — Фобос не идет на примирение с Ониксом и решил объявить ему войну из-за карточного долга?  — спокойно, непринужденно предположил Велиал.
        — Если бы! Насчет войны вы угадали, но война не между двумя этими непутевыми князями,  — Ваалберит всегда откровенно высказывался и допускал, порой, жесткие критикующие высказывания в адрес господ,  — лесные люди требуют прав и хотят предпринять меры по вашему свержению! Мы недолжны этого допустить!!! Быть войне!!!  — его глаза на миг сверкнули.  — Фобосу об этом сообщил один из его шпионов, который все это время наблюдал за людьми из обнаруженной год назад тайной деревни, расположившейся среди степных скал. После этого деревня была уничтожена и три человека взяты в плен, их пытали, но они не выдали всех тайн, только подтвердили намерения — свержению быть,  — аккуратно закончил говорить Ваалберит.
        Велиал демонстративно развернулся спиною к Ваалбериту, поднялся по ступеням к трону, столь же демонстративно уселся на него, сложив ногу на ногу, а руки на ручки трона и ухмыльнулся.
        — Пусть будет! Что они могут, без оружия и сил? У нас — демонов огромные преимущества, ко всему прочему — все четыре князя меня поддерживают. Люди только себе жизнь усложнят, лучше бы шли на меня работать, во дворце мало прислуги, всех приму,  — по непринужденному виду императора было тяжело определить шутит он или нет.  — И все же, нужно выяснить: кто среди них затейник? И, как следует, наказать…
        Дослушав императора, Ваалберит приподнял осторожно голову, попытавшись выпрямить свою горбатую спину.
        — Вы правы, несомненно, но быть нужно осторожнее, если они на это решились, то у них есть план, в котором они должны быть уверенны. Люди все-таки понимают кто демоны, а кто они, поэтому будут хитрить. Не как иначе! Я выясню все, что вы мне прикажите, отправлюсь в дорогу прямо сейчас же!!!  — Ваалберит твердо взмахнул сжатой в кулак левой рукой.
        — Не нужно «прямо сейчас же», я поеду с недельным визитом к Ониксу, а ты останешься здесь, последишь за делами!  — отдал приказ Велиал и жестом руки освободил Ваалберита от дальнейшего разговора.
        Либо Велиал слишком самоуверен, либо его эта новость не удивила и план по предотвращению свержения уже на этапе готовности. Одно известно точно: не в его характере — не до оценивать врага.
        Ваалберит беспрекословно подчинился, сделал уважительный поклон головой и, опираясь на трость, поковылял в сторону выхода из дворца.
        Дорога до Шейлы у Владислава не заняла много времени. Её дом, и в то же время магазин, находится на главной улице города, через три торговых дома от ворот дворца.
        На фасаде двухэтажного дома Шейлы висит вывеска: «Скупаю! Продаю!». В своё время, когда открывала магазинчик, она не особо заморачивалась с выбором названия. На первом этаже Шейла расположила оборудованную всем необходимым торговую площадь и кладовку для хранения продукции, в том числе собственного производила. На втором этаже у нее имеется скромная лаборатория и две комнаты личного пользования: спальня и кухня. Торгует Шейла амулетами, снадобьями: как лечебными, так и калечащими; скупает заклинания и вещи несущие определенные силы необходимые ей в работе. Также занимается перепродажей лишнего, ненужного или не выкупленного по заказу.
        Выглядит Шейла, как пухленькая пятнадцатилетняя девчонка, хотя по правде ей свыше ста лет. У неё серебристая кожа, круглые, как бусинки, ярко-зеленые глаза, прямые желтые до плеч волосы, круглое доброе лицо, аккуратненький курносый нос, тонкие губы, которые всегда улыбаются, заостренные длинные уши, рост примерно составлял 160 см, за спиной четыре маленьких полупрозрачных крыла. Шейла относится к числу недоброжелательных (как принято считать) южных фейри (с территории песчаных земель), обитающих в темных, полумертвых лесах. Абсолютно безобидная внешность скрывает жестокий нрав и жажду наживы. Когда она продает свои снадобья, она не задается вопросом: для каких целей они будут использованы? И готова сварить всё что угодно и для кого угодно, но только за деньги или в обмен на нужные ей вещи.
        Владислав открыл дверь магазина и тут же зазвенел посетительский колокольчик, привязанный к потолку у дверей.
        — Шейла, привет!  — громко поприветствовал хозяйку Владислав.
        Из своей кладовки выбежала Шейла. Увидев постоянного клиента, она поприветствовала его в ответ по имени, быстренько подошла к стойке и из-под прилавка достала три бутылочки с лечебным зельем, примерно по сто миллилитров каждая. Она точно знала: зачем её посетил помощник советника.
        — Вот!  — Шейла пододвину бутылки вперед по стойке.  — Держи, передай своему хозяину!  — на лице её сеяла доброжелательная улыбка.
        — Хорошо, вот плата,  — Владислав достал из внутреннего кармана кошелёк, отсчитал сто золотых монет и положил их перед Шейлой.  — Ваалбериту необходимо более действенное зелье, ты сможешь его изготовить?
        Шейла тяжело вздохнула и сморщила нос.
        — Я, конечно, постараюсь, но и это зелье было тяжело приготовить,  — она скривила рот и нерешительно произнесла.  — По правде… твой хозяин уже слишком стар, пора умирать, я…
        Владислав усмехнулся и перебил её:
        — Ну, ты об этой ему скажи. Он предлагает любую плату, какую пожелаешь!
        — Знаю, знаю, насколько он щедр. Мне не хотелось бы потерять такого дорогого клиента. Что-нибудь придумаю, только это заимеет определенное время.
        — Нет, так не пойдет, Шейла ты же знаешь, Ваалберит любит конкретность, сколько времени?
        Шейле не понравилось давление.
        — Хорошо! От недели до месяца.
        — Конкретнее!  — откровенно продолжал требовать Владислав.
        — Шестнадцать дней, пять часов, восемь минут, шесть секунд!  — не сдержалась Шейла.  — Владислав, как бы я не хотела, но я не могу дать точной даты! От недели до месяца, в зависимости от моих поставщиков, на них давить я не могу, они тоже от кого-то зависят, у нас торговая цепочка.
        — Я так и передам ему,  — спокойно произнес Владислав и, по очереди, сложил бутылочки в сумку.  — Постараюсь объяснить. Меня просто уже достали его крики,  — откровенно добавил он.
        Шейла в улыбке оголила свои серебреные зубки. Не отходя от стойки, уселась на стул и скрестила руки перед собой.
        — Как ты вообще его терпишь? Мне хватило его двух разового посещения моего магазина… за семьдесят лет. Первый раз, он был здесь на открытии, разузнавал всё обо мне: кто я и откуда, чем занимаюсь, что могу? Ворчал много, а второй раз, был пять лет назад, когда тебя привел, тоже много ворчал, ходил тут трепал мои нервы,  — она нервозно передернулась и фыркнула.
        — Ничего не поделаешь, мне придется ему служить до конца своих дней, и походу я умру раньше него, однозначно,  — тяжело вздохнул Владислав,  — а Ваалберит точно еще миллион лет проживет. Он так долго живет, даже не помнит дня своего рождения, поэтому и не празднует его.
        В этот момент Шейла ахнула, вспомнив о чем-то очень важном.
        — Подожди минутку!  — крикнула она Владиславу и понеслась в свою кладовку.
        Владислав улыбнулся, он явно подозревал, что её так взбудоражило.
        Не прошло и минуты, как Шейла выбралась из кладовки и, обойдя стойку, подошла к Владиславу, протянула ему маленькую черную коробочку, со словами:
        — Держи подарок! Если бы ты не заговорил о дне рождения, то я бы наверное и не вспомнила про твой. Он же был у тебя вчера, второго июля?  — то был риторический вопрос Шейлы.  — Поздравляю!
        Владислав с благодарностью принял подарок.
        — Спасибо! Только ты меня каждый год и поздравляешь!
        Шейла его дружески обняла и поспешно вернулась на своё место.
        — О, а как же твои родители?  — поинтересовалась она.
        — У них нет возможности это сделать,  — в глазах Владислава появилась грусть,  — как у меня, нет возможности их навещать. Я каждый год пытаюсь это сделать, и каждый год по какой-либо причине у меня это не выходит. И письма мои походу не доходят, на них нет ответа, а может, они на меня обижены?  — задался он вопросом.
        — Ну не грусти!  — посочувствовала Шейла.  — Когда ты станешь советником, ты сможешь делать всё что пожелаешь.
        Владислава это рассмешило.
        — Советником! Не шути!
        Шейла опрокинулась всем телом на стойку, приблизившись к Владиславу и зашептала:
        — Я могу тебе помочь освободиться от Ваалберита…
        — Даже не думай об этом!  — Владислава напугало это неожиданное предложение, он сделал шаг назад.  — Я не желаю ему смерти! Нет Шейла, пусть живет, а я буду терпеть все его выходки.
        Верил ли он сам своим словам?
        — Ладно, ладно,  — Шейла взмахнула руками и перевела тему разговора.  — В коробочке лежит особый амулет — камень, который успокаивает нервы и помогает сосредоточиться. Нужно его только потереть пару секунд в руках. Еще он защищает от негатива.
        — Мне такой пригодится… пора идти, Ваалберит ждет свои лекарства. Еще увидмся,  — Владислав помахал ей рукой и направился к выходу.
        — До встречи!  — попрощалась с ним Шейла.
        Для Владислава Шейла являлась единственным другом в этом городе, хотя секретами он с ней предпочитал не делиться, зная ее натуру и жажду наживы. Шейла не упустит шанс за деньги слить стоящую информацию и неважно от кого она будет получена, и что будет грозить тому, кто её предоставил.
        С первыми лучами солнца Оберона открыла глаза. После вчерашнего затянувшегося торжества она не выспалась, но заставила себя подняться с кровати без разминок и долгих потягиваний. Такой дисциплинированности, с самого раннего детства, учил её отец: ложиться спать в десять вечера, просыпаться в шесть утра, сразу чистить зубы, умываться и идти завтракать, никогда не опаздывать на обед и ужин. Также Оберона не уклонялась от помощи маме убираться по дому, от работы в огороде и саде. В семь утра она самостоятельно уводила двух имеющихся, в их семейном хозяйстве, коров на пастбище, потом уже, если нет других домашних дел, занималась своими делами. Друзей у неё не было, да и она не желала их заводить. В свободное время занималась чтением умных книг или сидела у деда, слушая как он и её отец ведут переговоры с людьми. Очень редко ходила на прогулки.
        В комнату Обероны вошла Мария.
        — Доченька сегодня вечером, примерно на неделю, отец с дедом уедут по делам в Оливьер.
        Оливьер — это один из крупных городов земель Деймоса, представителем которого является тот, чье имя носит данный город. Город самый одоленный в княжестве и с юга примыкает к границам песчаных земель. Чтобы попасть из тайной деревни в г. Оливьер необходимо преодолеть густую чащу леса, болото и пройти через пещеру в скале. На лошадях (с повозкой), с короткими остановками на отдых, дорога занимает, если выехать рано утром: один день, одну ночь, плюс два-три часа следующего дня.
        — Во сколько?  — спросила маму Оберона.
        Мария присела на кровать и легким движением руки подозвала к себе Оберону, которая только что умылась и протирала мокрое лицо полотенцем.
        — В четыре часа дня. Если будешь занята своими делами, не забудь прийти попрощаться.
        — Хорошо мама.
        — Идем завтракать.
        — А папа дома?
        — Нет, с ночи у твоего дедушки. Как торжество закончилось, ушел к нему и, видимо, там остался ночевать.
        — О чем они говорили?!
        Марию рассмешила эмоциональность вопроса Обероны.
        — Знать не могу,  — она поднялась с кровати и подошла к открытой двери спальной комнаты Обероны.
        Комната Обероны находилась на втором этаже дома.
        — Давай шустрее, не забудь — тебе еще коров на пастбище вести.
        Мария ушла, а Оберона немного задержалась. В её голове происходило движение мыслей.
        Мария, сидя за накрытым столом на кухне, пристально смотрела в окно. За окном совсем уже рассвело, дул легкий ветерок. Люди просыпались, на улице начиналось движение.
        В кухню забежала Оберона.
        — Мама, я куда-то дела свой плащ!
        — Он здесь, у меня,  — с улыбкой на лице сообщила Мария и протянула ей коричневый, легкий, шерстяной плащ.  — Ты видимо вчера очень устала и бросила его в доме на лестнице.
        Оберона тут же накинула его на себя и принялась спешно завтракать.
        — Не спеши, все успеешь,  — легкая улыбка не переставала освещать лицо Марии.  — Коровы без тебя не уйдут.
        — Я могу потом пойти к дедушке?  — спросила она маму.
        — Лучше не стоит… Не забудь прийти к четырем часам дня домой, а лучше даже к трем, вдруг они раньше соберутся ехать.
        — А собой они меня возьмут?!
        Мария ласково погладила дочь по голове.
        — Нет, не сегодня. Почему ты не играешь с другими детьми, что интересного для тебя в болтовне взрослых?
        — Я учусь!
        — Игры тоже учат.
        — Чему?!  — широко раскрыла глаза Оберона.
        — Общению с разными людьми, думать, делать правильный выбор, решать сложные задачи, даже правильно выражать свои эмоции, прощать ошибки других, не совершать лишний раз свои и многому другому. Я могу тебя познакомить с новыми нашими соседями, у них сын твоего возраста. Ты их вчера, наверное, видела на празднике.
        Оберона не могла не обратить внимание на новых жителей поселения. Слова матери, в очередной раз, были практически не услышаны. Оберона конечно же приняла информацию, но не стала зацикливаться на ней. Доев свою кашу, быстро допив чай, она помахала матери рукой и выбежала во двор.
        Оберона взяла у крыльца палку для подгонки скота, подошла к стайке, с легкостью открыла её деревянные двери, припертые доской, и повела двух коров постись на пастбище.
        На деревьях и заборах продолжала висеть мишура, напоминая о прошедшем торжестве. Дул легкий ветерок, но весьма холодный. Оберона повязала плащ ремешком. Коровы шли сами привычным медленным шагом по наизусть выученной дороге. Гавкали дворовые собаки. Деревянный мост под ногами и копытами тихо заскрипел. Осталось пройти еще совсем немного.
        Всю дорогу Оберона думала лишь о том: зачем в город едет ее отец и дед? Последний их разговор, который она подслушала позавчера вечером, был о тайных поселениях и подготовке к свержению императора. В тот день в доме деда находилось как минимум двадцать приезжих человек. Они много спорили между собой, но не ругались. Антон сидел за столом переговоров в гостиной комнате и задумчиво, пристально вглядывался в разложенную карту. Илья ходил вокруг стола и, тыкая пальцем в разные места карты, говорил о каких-то перемещениях тайных поселений. Другие люди внимательно его слушали, тоже разглядывали карту и выдвигали свои предложения. Как поняла Оберона: они решали задачи по улучшению обороны тайных поселений и по их укрытию, а еще люди переживали за какое-то западное, на днях уничтоженное, поселение. Переговоры длились примерно пять часов: с пяти вечера до десяти, затем половина дружески разошлись, половина остались на ночь в доме деда. Оберону отец увел домой.
        Дойдя до места, Оберона передала коров пастуху, заплатила ему небольшую плату за работу и пошла обратно по той же тропинке что и пришла.
        Владислав, как только вернулся (в пятом часу утра), передал Ваалбериту его лечебное зелье и ответ Шейлы по поводу улучшения формулы зелья, после чего тот много ворчал, ругался и в завершении громко хлопнул дверью перед самым носом Владислава, скрывшись в своих покоях. Ничего о новых поездках и каких-либо дальнейших действиях Ваалберит ему не сообщил, поэтому Владислав пошел к себе в комнату, которая находилась в этом же левом крыле дворца, в двух десятках комнат от покоев Ваалберита.
        Еле живой от усталости Владислав дошел до кровати, скинув с себя сумку и плащ, упал на неё прямо в одежде, закрыл глаза и моментально уснул.
        — А ну, пошла вон отсюда!!!  — закричал пастух на корову, которая подкралась к его корзине с едой.
        Оберона обернулась, её рассмешило как пастух, отгоняя наглую корову, запнулся об корень дерева, под тенью которого сидел и упал на колени. В этот момент за спиною раздался глухой треск, словно где-то глубоко в лесу повалилось дерево — это её заинтересовало. Оберона решила пойти и посмотреть, что там происходит. Она прекрасно знала всю лесную местность вокруг деревни, так как исследовала её на протяжении четырех лет. Туда куда она направлялась — нет болот, и не растут высокие непроходимые кустарники, поэтому шла она легко и быстро… И снова, тот самый же звук раздался уже где-то совсем близко.
        — Идти нужно к оврагу,  — подумала она вслух.
        Чем ближе она приближалась к заветному месту, тем отчетливее становился слышен грохот падающей воды. У подножья оврага находилась озерная река. Оберона подошла к самому краю, приблизительно в тридцати метрах от неё виднелся широкий водопад. Гладкие скалы, омытые водой, блестели от солнечных лучей, из середины водопада торчало громадное с широким стволом и с пышной кроной — «дерево-зари», всё в розовых цветах. Внизу у водопада светила радуга. Вокруг озера росли различные полевые цветы, кусты, а деревья и земля вокруг покрылась мхом.
        На другом берегу озера стояла огромная лиса и пристально смотрела вверх, на Оберону. Она казалась такой мирной и в тоже время устрашающей. Яркая, густая, рыжая шерсть лисы блестела, только её глаза потускнели от старости.
        — Я тебя ждала,  — прозвучал чужой голос в голове Обероны.  — Жди, сейчас поднимусь.
        Лиса побежала вдоль берега, прыгая по водным камням, преодолела реку, зацепилась за камни крутого оврага и одним резким толчком, что аж камни и земля посыпались воду, вскарабкалась наверх и оказалась в нескольких шагах от девочки. Страха в душе Обероны не было, ей казалось, что она знает эту лису, хотя видела её в первый раз, чувства угрозы также отсутствовало. Лиса медленно приблизилась к ней. Вблизи зверь оказался еще больше, выше, её рост точно превышал два метра.
        — Лисы не умеют говорить, тем более вторгаться в головы людей,  — сказала ей Оберона.
        — Откуда ты взяла, что я лиса?  — задала вопрос, своим громогласным голосом, лиса.
        — Ты — ни волк, ни заяц точно!
        — Лисой вы именуете это создание, а я…
        — А ты дух,  — Оберона это поняла, когда только увидела лису, она не знала сама как, но почувствовала внутри лисы иную жизнь.
        Лиса зарычала.
        — Да, ты девочка знаешь, кто я! А знаешь ли ты себя?!
        — Знаю, я человек!
        На морде лисы появилась улыбка, оголив её острые, серые зубы.
        — Ты — человеческое дитя ровно настолько же, насколько я — лесная лиса. Девочка, ты не задумывалась о том, что ты видишь и слышишь, чего другие люди не могут?! О том, что твой чувства в сотню раз лучше обострены, чем у обычного человека, а то, что вызывает у других страх, у тебя вызывает смех?! Ты сейчас смело стоишь передо мной, словно перед тобой мелкая мышь, и смотришь на меня, говоришь со мной, улыбаешься …
        — Хватит!  — Оберона вытянула вперед правую руку с широко раздвинутыми пальцами.  — Говоришь лишнее! Мне всё равно, я — человек, потому что мой родители — люди. И это не я перед тобой стою, а ты передо мной, чего ты хочешь?!
        Оберона гордо выпрямилась, скрестила руки перед собой, показав всем своим видом серьезный настрой.
        — Ты права, твои родители — люди! Тебе сейчас все равно, а потом ты будешь желать узнать себя!  — лиса явно не довольна, как Оберона с ней разговаривает.  — Я за тобою слежу с рождения, ты…
        Оберона снова перебила её речь:
        — Ты за мной следишь? Зачем?! Давай отвечай, отвечай немедленно, что ты от меня хочешь?!  — в приказном тоне спрашивала она.
        Лиса недовольно зарычала.
        — А ты очень даже смелая, не боишься, что я тебя проглочу?
        — Глотай, да не подавись!  — Оберона топнула ногой.
        Лиса ухмыльнулась.
        — Я тебе отвечу на твои вопросы, но сначала, мне нужен договор с тобой…
        — Договор?!  — Оберона улыбнулась и расслабилась.  — Дух сам предлагает договор, как это странно, я думала, что всё должно быть наоборот.
        — Должно, но не в моем и не в твоем случае. Я вижу выгоду! Предлагай мне условия!
        Оберона задумалась, отведя глаза и демонстративно поглаживая указательным пальцем свой подбородок.
        — Я не могу сейчас с тобой заключить договор, я пока не знаю, чего именно желаю. Тебе придется ждать!
        Лиса снова недовольно зарычала.
        — Ты меня заставляешь ждать?! А не думаешь ли о том, что я могу передумать?!
        — Хорошо, это твои проблемы!  — рявкнула Оберона, развернулась и пошла по направлению к лугу.
        Лиса прыгнула перед ней, преградив путь, и носом практически уткнулась в лицо Обероне.
        — Ладно, я подожду. Как только ты придумаешь свои условия, приходи сюда, только знай: времени у меня мало, эта лиса умирает и те силы, что есть в ней, тоже умрут, кто знает: в кого я переселюсь? Тебе могут достаться никчемные способности.
        Лиса выпрямилась во весь рост.
        — Меня это не волнует, если ты хочешь договора со мной, ты будешь держать жизнь в ней до последнего,  — заявила Оберона.  — А теперь уйди с дороги!
        Лиса послушно отошла в сторону.
        — Другие лоа так с тобой разговаривать не будут. Ты должна заполучить мои силы, чтобы защитить себя!  — вслед посоветовала ей лиса и спрыгнула с оврага в озеро.
        — Я постараюсь,  — в движении сказала тихо Оберона.
        Раздался громкий стук. Владислав медленно открыл глаза, через пару минут в дверь снова постучали.
        — Господин Владислав, вас срочно вызывает господин Ваалберит, он сейчас в главной библиотеке дворца!  — из-за двери к нему обратился дворцовый слуга.
        Владислав медленно поднялся, присел. Он продолжал чувствовать усталость во всем теле, словно и не спал. Протерев глаза рукой, Владислав посмотрел на часы, что стояли на его тумбочке у кровати, стрелки их показывали десять минут одиннадцатого.
        «Утро или вечер? Точно утро…,  — по своим внутренним ощущениям решил Владислав.  — Ну вот, даже поспать не дают!».
        Плотные оконные занавески не пропускали в комнату свет, хотя действительно за окном утро.
        — Прошу передать, что я уже иду!  — крикнул он слуге.
        За дверью послышались тихие удаляющиеся шаги. Владислав потёр лоб и принялся быстро собираться на встречу советником. Ему необходимо умыться и сменить вещи, в которых он уснул.
        Перед Ваалберитом Владислав предстал с заспанным, усталым видом, хоть и старался выглядеть бодро.
        — Ты пришел,  — тихо, шепелявя, обратился Ваалберит к вошедшему в библиотеку Владиславу и положил на стол, рядом с книгой, лупу.  — Представляешь, тут написано, что люди создатели всего! Что они самая первая цивилизация, которая появилась в этом мире! А ты согласен с этим?! Что думаешь?  — Ваалберит пристально смотрел в глаза Владислава и с нетерпением ждал его мнения.
        Владислав напряжено сглотнул слюну. Он не был уверен, что нужно ответить.
        — С историей не поспоришь,  — наконец-то он выдавил ответ из себя.
        Ваалберит противно засмеялся, затем захлопнул книгу.
        — Да, ты наверно доволен словами с этой книги, но…  — Ваалберит, обойдя стол, вплотную подошел к Владиславу,  — теперь люди ничего не решают, их времена правления канули в бездну, всему когда-то приходит конец. Даже я прожив свою долгую жизнь понимаю, скоро и мне придется уйти, только вот я этого не хочу и продлю свою жизнь на столько на сколько это возможно. Повезет, переживу Велиала!  — и он не шутил.
        Ваалберит снова засмеялся, но смех прервал больной кашель.
        — По приезду, я сразу же сообщил новость от Фобоса императору, на что тот сухо отреагировал. Но я знаю, что Велиал не глуп, совсем не глуп, он знает, нужно опасаться предстоящей войны. Теперь он активнее, без страха, начнет сжигать тайные поселения и людей вместе с ними. Тебе я хочу поручить особое задание, ты — верный пес,  — он одобрительно похлопал Владислава по плечу и вернулся за стол.  — Ты только и ждешь, когда я умру, чтобы занять мое место!  — к слову добавил Ваалберит, он любил менять темы в неподходящий момент.
        — Это не так…  — хотел возразить Владислав, но Ваалберит жестом руки приказал ему молчать, пришлось подчиниться.
        — Поедешь в земли Деймоса, будешь работать там, нужно выяснить, где столица всех тайных поселений — поручаю это тебе! Император осведомлен и не против. Когда будешь необходим здесь, вызову тебя обратно! Твоими обязанностями пока займется Геката.
        Владиславу, конечно же, это не особо понравилось.
        Геката — придворная колдунья, предсказательница, а также ещё одна помощница Ваалберита, которая рядом с ним в делах задолго до появления Владислава. Владислав не терпел её по двум основным причинам: во-первых, слишком самоуверенная, наглая, подлиза; во-вторых, он её опасался, так как у неё больше шансов стать следующим советником, хотя последние четыре года, с появлением Владислава, Ваалберит перестал прибегать к её помощи. Владислав подозревал, что, не смотря на лебезящее поведение Гекаты перед Ваалберитом, тот её не очень-то любил, скорее всего потому, что она не испытывала внутреннего страха перед советником, как Владислав.
        — Ступай, собирайся, сегодня вечером отправляешься в путь. И выспись! Смотреть на тебя противно,  — приказал Ваалберит.
        Владислав вышел из библиотеки и, не останавливаясь, в полуголос язвительно произнес в адрес советника:
        — Конечно, мне не сравниться с вашим обаянием!
        Оберона стояла на деревянном мосту и кидала в воду цветочки. В голове крутились мысли о встрече с лисой, хоть она и не показала ей свою заинтересованность, все далеко наоборот. Почему лоа сам предложил ей договор? Это не укладывалось в её голове. Ни в одной из книг, которые она читала о демонах, не говорилось о том, что духи приходят сами и предлагают им диктовать свои условия. А еще этот таинственный вопрос лисы к Обероне: «… а знаешь ли ты себя?!» — что он мог значить? Лиса подтвердила, что родители Обероны родные ей. Оберона иногда сама сомневалась в этом, особенно когда смотрела, как сильно внешне она отличается от отца, матери и деда. Только то, что дед замечал сходство Обероны с «неизвестной» бабушкой, это её успокаивало.
        — Хорошо, спрошу лису при следующей встречи, кто я? Посмотрим, что она ответит,  — Оберона кинула в воду последний желтый цветок.
        Кто-то неожиданно тихонько толкнул её в плечо и, обежав вокруг, с другой стороны, захихикал.
        — Привет!  — поприветствовал её мальчик, как оказалось сын новых соседей.  — Что ты тут делаешь? Меня зовут — Бранн, мне восемь лет, а ты же Оберона?
        Бранн выше её примерно на голову, худой и смуглый, приятной внешности мальчишка. Глаза у него карие, брови темно-коричневые густые, волосы светло-русые, губы тонкие. Одет он во всё зеленое: светло-зеленую рубашку, темно-зеленый жилет ниже пояса и темно-зеленые штаны. На ногах обуты черные кожаные сапоги до колен, украшенные ремешком на запястье. При этом он казался чересчур чистым, ни единого пятнышка на его одежде и даже сапогах не наблюдалось, а волосы на голове расчесаны и аккуратно приглажены.
        — Я не разговариваю с демонами!  — заявила она.
        Игривость мальчика пропала, он сделал удивленное лицо, наклонился к ней и шепотом спросил:
        — Ты как поняла?!
        Оберона посмотрела ему в глаза и улыбнулась.
        — Твой отец — демон, а мать — человек. Когда вы были на празднике, у меня появилось странное чувство: непонятного присутствия и, когда я увидела тебя с твоим отцом, я все сразу же поняла! Почему вы здесь, вы — шпионы?
        — Нет!  — вскрикнул Бранн.  — Твой дед все знает! Он нас позвал, потому что мой отец варлок. Ты знаешь кто такие варлоки?!
        — Конечно, знаю, я всё знаю о мире!  — хвастливо ответила она и задрала нос вверх.  — Варлоки — колдуны, ваша сила передается по мужской линии.
        — Мой отец — колдун-лекарь!  — сказал Бранн и снова обошел Оберону.  — Как ты почувствовала? Ты наверно как-то увидела мои заостренные уши?!  — поинтересовался он и убрал волосы с висков за уши, открыв их внешний вид.
        Оберона повернулась к нему лицом, тыкнула указательным пальцем ему в лоб и ответила:
        — А вот и нет, я тебя вообще не разглядывала. Свой секрет ни за что и никогда тебе не выдам!
        Она направилась к деревне. Бранн потер лоб, пошел следом за ней.
        — Я все равно узнаю твой секрет!  — решительно заявил он.
        — Как ты его узнаешь, если я сама его не знаю?  — усмехнулась Оберона.
        Бранн, недоумевая, на секунду остановился.
        — Как так?!  — его еще больше заинтересовала Оберона, ему хотелось узнать о ней всё.
        — Не спрашивай меня ни о чем, я тебе не собираюсь отвечать!  — на сей раз грубо ответила Оберона, прибавив шаг.
        Он погнался за ней, обогнал её и преградил собой путь. Оберона не мешкая обошла его и продолжила движение.
        — Ты не умеешь общаться с людьми,  — заметил Бранн.
        Такое заявление Оберону возмутило, но она осталась спокойной, решив не поддаваться его провокациям.
        — Ладно, так уж и быть, я буду тебя каждый день доставать, пока не выясню о тебе всё!  — сказал он ей, засмеялся и побежал вперед, видимо к себе домой.
        — Приставала!  — почти вскрикнула она.
        Дома Оберона никого из родителей не застала. Мария куда-то ушла, а Илья походу так и не появлялся дома. На кухонном столе стоял кувшин молока утренней дойки и лежал прикрытый полотенцем свежеиспеченный, еще горячий, хлеб. Оберона отломила ломтик у хлеба, зажевала и пошла наверх к себе в комнату. Время шло к обеду.
        Её комната отличалась особым порядком, за которым Оберона лично следила. Она не терпела излишества мебели: кровать, тумбочка у кровати, шифоньер с зеркалом, и один деревянный стул со спинкой, две полки на стене — вот и всё что имелось в спальной комнате. Мелкие вещи лежали по шкатулочкам. Половина одежды в шифоньере сложена, половина выглажена и развешена по цветам. На тумбочке стояли часы, стакан и графин с питьевой водой. Каждая игрушка имела своё место на полке.
        Оберона взяла ту самую тетрадь с комода, подаренную ей дедом на день рождение, взяла стул, поставила его у окна, и присела. Окно её комнаты выходило прямо на небольшой грушевый сад соседского дома — теперь принадлежащего семье Бранна. В это время на деревьях уже висели незрелые плоды. В саду стояла круглая деревянная беседка. Вокруг беседки бегал Бранн, играя с другим соседским парнишкой. Они зачем-то ловили кузнечиков и пихали их в стеклянную банку. Оберона никогда не понимала: зачем заниматься тем, что не приносит никакую пользу? Детские игры — для неё являлись просто бессмысленными. Чтение книг, самостоятельное изучение окружающей среды, слушанье рассказов и дельных разговоров взрослых — вот, что она считала хорошим проведением времени.
        Оберона очень мало говорила, особенно о себе, в основном по делу, старалась не спорить, даже если правда была на её стороне, всегда исполняла просьбы отца, деда и матери. Чем старше она становилась, тем больше понимала — она другая, что люди вокруг неё не такие как она. Желание знать себя — являлось основным и, когда лиса ей предложила открыть тайну, что-то внутри Обероны с огромной силой стало сопротивляться. Больше всего она боялось услышать о том, что её родители ей не родные, но лиса не потвердела худшие её предположения. Теперь Оберона ждала новой встречи. Нужно срочно обдумать условия договора. Она не переставала спрашивать себя:
        — Чего я хочу… чего я хочу… чего я хочу?..
        Но вместо ответа в голове нагнетала тишина. «Лучше бы лиса сама предложила мне свои условия,  — думала она,  — обошлись бы без проблем!».
        Еще разговоры взрослых о предстоящей войне с империей не давали ей покоя, хотя, по сути: какое её дело? Она всего лишь ребёнок. Беспокойства за родных, желание чем-нибудь помочь, предчувствия беды. Оберона желала быстрее повзрослеть, стать выше и сильнее, чтобы быть убедительнее, чтобы её воспринимали всерьез и наконец, чтобы взять в руки оружие, стоять на предстоящем поле битвы рядом с отцом и дедом. Договор с лисой — вот где выход из той беспомощности, в которой сейчас находится Оберона, остается лишь понять: как правильно озвучить условия?
        Лиса сама предложила диктовать ей условия и свои силы. Должно быть просто — взять своё безвозмездно. И тут Оберона прозрела. Нет, это рушит все стереотипы о лоа. Духи должны давать силы и предлагать свои условия договора, с которыми вторая сторона имеет право согласиться или не согласиться, а ещё две стороны могут торговаться, в этом и есть весь смысл. Значит, лиса предложив Обероне самой диктовать условия, что-то замыслила, исходя из этого следует: нужно ей предложить, что-то выгодное, а именно те условия, которые она не посмеет оспорить. И вот, после двух часовых раздумий у окна, у Обероны готов план по заключению договора. Она решила выждать три дня, чтобы лиса не возомнила себе: что Оберона только и ждала встречи с ней, хотя,  — это чистая правда. Нетерпение заставляло чаще биться сердце.
        — Оберона ты дома!  — прозвучал с холла первого этажа голос Марии.
        — Да мама!  — сразу же ответила Оберона и выбежала к лестнице.
        — Иди обедать,  — с улыбкой на лице сказала ей Мария, скрывшись на кухне.
        — Папа, он так и не приходил?  — поинтересовалась Оберона, еще спускаясь по лестнице.
        Загремела посуда.
        — Он у дедушки и будет там до отъезда, но позже домой зайдет.
        Оберона села за стол и взяв, поставленный перед ней стакан с молоком отпила глоток.
        — Откуда приехала семья Бранна?  — поинтересовалась она.
        — Семья Бранна?!  — удивилась Мария.  — Я точно знаю, что они переехали сюда из одного скрытого поселения на юге, но откуда именно, к сожалению, не могу знать. А вот Птицыны,  — неожиданно заговорила она о прежних соседях,  — перебрались в нашу соседнюю деревню, они занялись разведением коз и разных видов птиц, так как там более обширные поля, лучшие места и условия для этого дела.
        — Они странные,  — сказала тихо Оберона, хлебая суп.
        — Птицыны?!
        — Нет, семья Бранна!
        — У них фамилия Агро, отца звать — Аенгус, а маму Бранна зовут — Яной.
        — Необычная фамилия для людей… и у отца его необычное имя…
        — Ты права, Аенгус —, как мне известно, от твоего отца,  — варлок.  — Мария думала, что Оберона не знает.
        «Значит, он правду сказал. И их семью сюда все-таки вызвал мой дедушка»,  — подумала Оберона.
        — А я и не знала!  — обманула Оберона.
        — Откуда бы ты знала! я сама не знала, пока мне не сообщили. По сути, варлоки — не совсем демоны, они не умеют заключать договоры с лоа.
        — Мама это правда, что только демоны слышат голоса лоа?
        — Конечно, Только они! Иначе бы люди не уступали бы им в силах.
        — Если мы слабее демонов, то, как дед и отец планируют победить империю?!
        Марию такой вопрос дочери озадачил, она отклонилась на спинку своего стула и сделала серьезное лицо.
        — Мы победим, не сомневайся! Твой дед самый сильный и умный человек в империи, а твой отец достойный его сын! Вместе они справятся с самыми сложными задачами! Скоро у трона будет стоять другой правитель, тот, кто не допустит геноцид одного вида над другим. Когда правили люди, демоны не принижались, над ними не издевались, они жили в своих семьях, свободно перемещались в империи, их права равнялись нашим и как ты знаешь, все четыре князя, впрочем, как и сейчас, были из числа демонов! Хоть я и не застала то время, но это чистая правда!
        Обероне очень хотелось верить в это, но в данный момент она не могла согласиться с матерью в части её ярой уверенности в победе над империей. Демоны по сравнению с людьми владеют: стихиями; скрытыми, тайными знаниями мироустройства; тонкими чувствами; большей выносливостью. Договоры с лоа, помимо силы, дают демонам вечность. Демоны стареют с той скоростью, какой их обеспечивают условия заключаемых договоров с лоа. Если договор демоном заключается в детстве, то он вправе — желать остаться в этом юном возрасте и расти, взрослея, медленно. Ребёнком он может пробыть тысячу и более сотни тысяч лет. Также демон может выбрать взросление в соответствии с человеческим отсчетом времени и в любой момент перейти на новое — демоническое время жизни, например с двадцати своих лет. При рождении и люди и демоны равны, т. е. демон, не заключивший договор с лоа, живет столько, сколько ему отведено судьбой.
        В этом мире множество болезней, которые овладевают даже самыми могущественными демонами, убивают их, есть и такая напасть, которая лишает демона способности слышать лоа, если эту болезнь демон подхватит в детстве (до того как сможет заключит хоть один договор с лоа), то проживет он лишь человеческий срок. Такая судьба постигла первого сына Астарота, старшего брата Велиала — Агриэля, который умер стариком в свои девяносто человеческих лет. Он родился без способности договариваться с лоа, попросту не мог их услышать и увидеть, но при этом был нечеловечески силен, как любой демон. Агриэля боялись и уважали, а отец до последнего надеялся на его выздоровление, но от этой болезни, по сей день, нет лекарства.
        Без лоа возможно у людей больше шансов победить, но уничтожить всех лоа никто не в силах, как не в силах третьему лицу разорвать договор двух сторон, по крайней мере, еще ни у кого из людей и демонов это не получалось. За все время существования данного мира люди пытались найти способ заговорить с духами, но они им не отвечают, словно люди действительно — лишний вид. И все же, несколько миллионов лет удалось продержаться людям у власти, не имея преимущества перед демонами — указывает на то, как сильны они духом. В них есть какая-то необъяснимая, скрытая глубоко внутри каждого, сила, что волнует демонов. Они всеми способами пытаются истребить людей.
        Во входную дверь, дома семьи Обероны, кто-то тихонько постучал.
        — Кто там?  — спросила Мария и приподнялась из-за кухонного стола, за которым они с Обероной продолжали обедать.  — Не стесняйтесь, входите!
        Дверь дома заскрипела, послышались легкие шаги, и у порога кухни, не уверено, появился Бранн.
        — Здравствуйте! Меня отправил отец за какой-то синей папкой, сказал, что она понадобилась господину Антону,  — тихим, не смелым голосом сообщил он.
        — Хорошо.
        Мария подошла к кухонному шкафчику напротив печи, привстала на цыпочки, пошарила над ним и достала ту самую синюю папку, о которой шла речь, из неё торчали грязно-желтые листы бумаги, затем она передала её мальчишке. Всё это время Оберона молча наблюдала за ними.
        — Ну, неси, раз просят,  — сказала она с доброй улыбкой на лице.
        Бранн улыбнулся в ответ, поблагодарил её, попрощался с ней и с Обероной и шустро выскочил на улицу, не забыв прикрыть за собою дверь дома.
        — Какой милый мальчик,  — заметила Мария и повернулась к Обероне.
        Ответ не последовал. Оберона собрала последнюю посуду со стола и отнесла её в раковину.
        — Ты меня спрашивала о его семье, значит, ты уже с ним познакомилась,  — снова обратилась Мария к дочери.
        — Да, мы сегодня столкнулись с ним на мосту, тогда-то он мне и представился,  — кратко рассказала Оберона.
        — И тебе, как думаю, не интересно стало с ним общаться,  — в голосе Марии послышались нотки расстройства.
        — Мама, мне просто не о чем с ним говорить,  — в своё оправдание заявила Оберона.  — К тому же они с Маратом бегали сегодня по саду и ловили кузнечиков… зачем их толкать в стеклянную банку?! Что они потом с ними делать будут, суп варить?!
        Мария засмеялась и, подойдя к Обероне, поцеловала её в макушку.
        — Так спроси! Может тебе ответ понравиться, и ты тоже начнешь ловить несчастных кузнечиков вместе с ними, толкая при этом их в банку,  — предложила ей Мария.
        Оберона нахмурилась.
        — Вот когда мозгов лишусь, тогда не только кузнечиков ловить начну, но и лягушек на болотах надувать!  — язвительно заявила Оберона.
        Мария снова засмеялась.
        — В этом случае, в моих глазах, ты станешь обычным ребенком,  — с добротой в голосе сказала Мария.  — Оберона ты совсем другая, знай, я в тебе это бескрайне ценю и люблю тебя любую. У тебя есть какое-то предназначение в этом мире, я это почувствовала, когда ты еще была у меня в животе, а когда ты родилось, глядя в твои умные глазки, я в этом убедилась.
        — Мама, а я — человек?  — не побоялась задать опрометчивый вопрос Оберона.
        Мария удивилась, расширив глаза, затем улыбнулась и ответила:
        — Очень странный вопрос! Конечно, ты человек, мы с твоим отцом — люди, кем тебе еще быть?
        Оберона понимала, что ей не следовало задавать такой вопрос матери. Её мама очень открытая, ничего и никогда не скрывала, не умела врать и сплетничать, а вот отец и дед, как считала Оберона, скрываликакую-то тайну, особенно дед. Следовало бы Антону, напрямую в лоб, задать этот вопрос намного раньше, но она никогда не решалась, как решилась спросить в этот день у своей матери.
        Снова скрипя, открылась входная дверь, и мимо кухонного дверного проема мелькнул знакомый силуэт Ильи.
        — Мария, мы с отцом выезжаем сейчас!  — сказал Илья, быстро поднимаясь по лестнице наверх.
        — Куда это вы так спешите?!  — заинтересовалась Оберона и побежала вдогонку за ним.
        Мария неспешно пошла следом.
        — Много дел,  — не уточняя, ответил ей Илья, находясь в их с Марией спальной комнате.
        Он взял, стоящий у кровати собранный женою в дорогу, небольшой кожаный чемодан и подошёл к стоящей в дверях и ожидающей его Обероне. В этот момент Мария уже находилась позади неё.
        — Я не отойду, пока ты мне ясно не ответишь на мой вопрос!  — заявила Оберона, чем рассмешила отца.
        Илья наклонился, взял её легонько за плечи и отодвинул в сторону.
        — Когда я вернусь с города, всё тебе расскажу, а в следующий раз возьму тебя с собой,  — пообещал он ей.
        — Ты не обманываешь?  — спросила Оберона, прищурив при этом глаза.
        — Я человек слова,  — убедил он её.  — К тому же, тебе уже пора увидеть город и его обителей в живую.
        Подойдя к Марии, Илья нежно поцеловал её в губы.
        — Одна неделя и я снова дома,  — сообщил он ей.
        Уже у выхода из дома, Мария вспомнила о собранной ему и Антону в дорогу еде. Она достала из-под кухонного стола корзину и передала её мужу. Илья помахал Обероне рукой, еще раз поцеловал Марию, попросил их не провожать на улице, и выскочил из дома.
        Оберона подбежала к кухонному окну, к ней присоединилась Мария, с целью подглядеть: кто ещё едет в город? За калиткой виднелись три лошади, за поводья их держали Антон и здоровый, широкоплечий, черноволосый мужик, с редкой щетиной на лице, лет сорока, которым являлся Агро Аенгус, а за третьей лошадью приглядывал его сын — Бранн. Илья взял поводья у Бранна, затем Аенгус, о чем-то быстро поговорил с сыном и тот весело, вприпрыжку, побежал домой. Они ещё несколько минут постояли у калитки дома, обсуждая что-то, а затем каждый забрался на свою лошадь, и лошади помчали их по направлению к городу.
        — Ну что, теперь целую неделю мы будем вдвоем,  — сказала Мария после того, как мужчины скрылись из виду, поцеловала дочь в макушку и пошла делать свои домашние дела.
        Оберона мельком посмотрела на уходящую мать, затем снова обратила задумчивый взгляд в окно. Мимо дома пробежала рыжая собака, напомнившая ей своим видом лису.
        «А какими интересно силами обладает этот лоа? Может я смогу читать чужие мысли, или видеть в темноте, или управлять стихиями, а вдруг у меня вырастут рога или появится третий глаз?! О нет, лишь бы только без внешних изменений, иначе родители не так меня поймут, да и вообще посчитают демоном!»,  — размышляла она, чертя пальцем на подоконнике знак бесконечности.  — «Впервые лоа со мною заговорил на понятном мне языке, а камни в реке просто шепчут, как беззубые и безумные! Если я заполучу договор с лисой, то начну учиться понимать лоа!»,  — задалась целью Оберона.
        Прошло два дня. Владислав ещё и полпути не проехал к столице княжества Деймоса — городу Игнис, оставалась примерно неделя утомительной езды.
        Город Игнис славится своей единственной достопримечательностью — высоким, до самых небес, золотым столбом на главной площади в центре города. В яркий солнечный день он пылает красным огнем, а при лунном свете приобретает холодно-голубое свечение. Его по периметру окружают клумбы с яркими радужными цветами. Столб называют «Золотой Луч». Он воздвигнут ещё давным-давно, в самом начале строительства города. Что именно он значит, никто не знает, ни в одном рукописном источнике не описывается его предназначение.
        В городе не возведено ни единой деревянной постройки, все дома каменные, окрашены в разноцветные цвета. На открытых балконах жители выращивают цветы. Также Игнис богат и другими насаждениями, как деревьями, так и кустарниками. Город находится на каменистой поверхности, вокруг с восточной стороны его окружают горы и скалы, на юге растет не густой лес, впрочем, вся восточная территория империи («скалистые земли») именно этим отличаются от других территорий.
        С высоты птичьего полета город Игнис напоминает полумесяц.
        Резиденция Деймоса, в десять этажей, своим фасадом выходит, отдаленно на Золотой Луч. Вместе с князем, живут две его дочери от разных женщин: старшая — Анна и младшая — Титания. Своих матерей они не знают, так как женщины родившие девочек не были женами Деймоса и, по законам волкодлаков, лишины прав воспитывать своих детей.
        Анна, характером, является полной противоположностью отца. Она не любит людей. Любит поспорить, поругаться, когда как Деймос предпочитает избегать таких ситуаций. Главным в правлении она считает: твердость, решительность, не уступчивость, жесткость. Иногда отец ей кажется слишком мягким, особенно по отношению к людям. Внешность у неё весьма привлекательная — двадцати трех летней девушки (в соответствии с человеческим годами — двести пятьдесят три года). Анна очень худая, ростом около двух метров, голубоглазая, светловолосая, кожа смуглая. Она имеет способность обращаться в человекоподобного волка с шерстью пшеничного цвета.
        Титания же напротив — и внешне, и по характеру напоминает Деймоса, такая же добрая к тем, кто не несет угрозы; игривая, веселая, любит проводить шумные вечера. У Титании много друзей и знакомых, она постоянно в центре внимания. Ничуть не уступает Анне в привлекательности. На вид ей лет восемнадцать, а по сути — сто девяносто восемь лет. Отличается от Анны более плотным телосложением, ростом с отца — на голову ниже сестры. У Титании милое личико с пухлыми щечками, голубые глаза, волосы цвета темного шоколада, кожа светлая, бархатная. Обращается в человекоподобного волка с коричневой шкурой, как и Деймос.
        По каменистой дороге ехать весьма неприятно, карету трясло, колеса стучали, лошади шли медленно, от чего приходилось делать часто остановки. У Владислава практически не переставая болела голова от жары, пыли и скукоты. В дороге Владислава сопровождали: кучер похожий на большого горбатого барана и два стражника похожих на ящеров. Они постоянно молчали, на вопросы Владислава отвечали бегло, не охотно, казалось, что эти демоны недолюбливают людей, хотя так и есть. Всю дорогу Владислав смотрел в окошко и крутил в ладони подаренный Шейлой камень, что действительно помогало немного успокоиться.
        Владислав в должности помощника, находясь в дороге сам с собой, путешествовал раз шесть. Как он заметил для себя — тишина утомляла сильнее нескончаемого ворчания Ваалберита. С Ваалберитом всегда есть о чем поговорить, он много рассказывает интересных, а порою и скучных истории о своей жизни, скорее всего, потому что других ушей для слушания у него уже совсем не осталось. Практически на все вопросы Ваалберит знал ответы и чаще с удовольствием на них отвечает. Владислав выслушивал и запоминал, жажда знаний постоянно испытывала его молодую душу.
        Гостиница с таверной, в которой на сей раз остановился Владислав на ночь, находилась в небольшом городке под названием Восточный Ундин. Такое название город получил благодаря своему основателю, некогда, еще во времена правления предков Поддона, приехавшего из города Ундина — столица «земли лесов». Он возвел город на береге одного из крупных истоков реки Орион.
        Восточный Ундин обеспечивает г. Игнис в песке, щебне, камне для различного строительства и обустройства города. Строительный материал, добываемый в горах Восточного Ундина, ценятся своим качеством по всей империи. Часть имперского дворца возведена и облицована из местных горных парод.
        Владиславу, на втором этаже гостиницы, выделили самую лучшую комнату, специально предназначенную для знатных гостей. Лучшая она в том плане, что стены, полы и потолки чистые, выбеленные и выкрашенные, везде убрано, вымыто, приятно пахнет, посередине комнаты у окна расположена широкая мягкая кровать, рядом трехъярусная небольшая тумбочка, с другой стороны стоит шифоньер и письменный стол, еще из удобств имелись: туалет и отдельная душевая комната. Лошадей отвели в стойло, напоили, накормила, а кучера и стражников разместили в специальных комнатах для прислуг гостящих господ.
        К двенадцати часам ночи Владислав спустился на первый этаж в таверну, чтобы поужинать, так как пропустил время ужина находясь в дороге, голодный желудок дал о себе знать. Официант оказался по сущности — человеком, усадил Владислава за один из свободных столиков у стены. Народу в таверне было не много. Владислав попросил принести ему горячего чая без сахара, пока он рассматривает меню и определяется с заказом.
        Вся прислуга в гостинице относилась к Владиславу уважительно. Должность помощника советника императора дает ему преимущества: на сегодняшний день он единственный человек с правами демона. Хоть перед ним и лебезят, но иногда он чувствует какое-то странное негативное отношение к себе: за своей спиной неприятные разговоры, ощущает на себе косые взгляды со стороны демонов, но больше, все-таки, со стороны подобных ему, т. е. людей. Владислав убеждал себя, что это только его выдумки и по правде — никто зла ему не желает.
        — Вы готовы сделать заказ?  — обратился к нему официант, поставив на стол перед ним блюдце с чашкой горячего чая.
        — Да, мне, пожалуйста, овощной салат, без добавок,  — ответил Владислав и передал меню официанту.
        — Хорошо! Подождите, пожалуйста, пять минут.
        Официант улыбнулся и быстро ушёл за заказом.
        Напротив столика, за которым сидел Владислав, стоял большой аквариум во всю стену, в нём плавало, как он насчитал, всего пять рыб: две большие — красные, одна средняя — жёлтая и одна маленькая — белая. Водоросли голубого цвета, закрученные, дно засыпано песком и разноцветными камушками. Вид производил успокаивающее воздействие.
        — Здравствуйте!  — прозвучал знакомый женский голос рядом с ним.
        Владислав поднял глаза и увидел девушку-демона, не очень высокого роста, с лохматыми большими ушами на макушке. «Титания!»,  — в мыслях произнес он её имя. Она загадочно улыбалась, глядя на него. Он не растерялся, тут же поднялся с места и, как принято: сделал уважительный поклон головой.
        — Здравствуйте!  — поздоровался Владислав в ответ.  — Что вас сюда привело?  — поинтересовался он.
        — Дорога,  — вздохнув, ответила она.  — Можно мне посидеть с вами?
        — Конечно, присаживайтесь!  — Владислав отодвинул свободный стул за своим столиком.
        Титания присела.
        — Спасибо!  — поблагодарила она его.
        — И куда вы держите путь?  — поинтересовался он.
        — Я еду в гости к Реи, мы договорились с ней съездить отдохнуть на западные лечебные источники. Они там просто потрясающие, находятся у самых северных берегов Амрита!  — восторженно ответила Титания.
        Официант принес заказ Владиславу и поддал меню Титании, но та от него отказалась, только попросила принести ей апельсиновый сок.
        — Я не видел, чтобы на улице у гостиницы стояла карета с гербом,  — заметил Владислав.  — На чем вы приехали и где ваше сопровождение?
        — Зачем мне сопровождение? Мне ничего не угрожает, я могу сама за себя постоять! Я еду одна верхом на лошади, она сейчас в стойле,  — с уверенностью в газах ответила Титания.
        Владислав заулыбался.
        — А ваша сестра?
        — Она меня бесит… наверно сидит дома,  — не желая говорить об Анне, ответила Титания.  — Мне кажется, у неё кроме желания власти — нет других.
        — Вам лучше знать свою сестру.
        Титания усмехнулась.
        — А вы, с какой целью едете на восток?  — сменила она быстро, тему разговора.
        — У меня поручение от императора, я еду к вашему отцу.
        — А где этот противный, старикашка,  — Ваалберит?!  — поинтересовалась она, сделав акцент на слове «старикашка».
        — Он остался во дворце,  — ответил Владислав ей.  — Сейчас сложные времена.
        Титания заинтересовалась.
        — Сложные, в чем дело?!
        — Думаю, вам все расскажут на западе. Дорога у вас долгая и тяжелая.
        Титания прикусила нижнюю губу и демонстративно откинулась на спинку стула.
        — Хорошо, можете не говорить, мне никогда ничего не говорят!
        — Зачем вам знать то, что возможно помешает вашему счастливому путешествию?!
        — Я хочу знать!  — твердо сказала она, передвинула свой стул ближе к Владиславу и тихо добавила,  — я думаю, это связано непосредственно с политикой, ни как иначе. Вы же политический деятель?
        Владислав тяжело вздохнул, улыбнулся и наклонился к Титании.
        — Раз хотите, то ладно, расскажу… люди, готовят бунт,  — тихо, вкратце, сообщил он ей.
        Титания ахнула и рассмеялась.
        — Шутите, наверное?!  — она явно не поверила.
        — Совсем не шучу,  — убедительно ответил Владислав.
        — Ужас! Что теперь делать?!  — недовольно произнесла она, выпрямилась, скрестила на столе руки.  — Точно!  — Титания эмоционально хлопнула ладонями обеих рук по столу, так что гости таверны за соседним столом обернулись посмотреть, что там происходит.
        Титания наклонилась ближе к Владиславу и полушепотом заговорила:
        — Ты же человек, может, вступишь в диалог с тайным предводителем или главарем, не знаю, кто у них там начальник, и убедишь их не воевать с нами?!
        Владислав ухмыльнулся от таких опрометчивых слов.
        — Ты думаешь, меня они будут слушать — человека работающего на империю, когда они всей душою ненавидят нашего императора? Что я им могу предложить кроме того, что у них уже есть. Велиал никогда не даст прав людям!  — Владислав тоже полушепотом, откровенно ответил ей.
        На лице Титании появилась легкая грусть.
        — Ты прав… Может когда-нибудь император изменит своё отношение к людям? Он раньше состоял в совете, когда правили Бетельгейзе и не был так жесток. Я думаю всё дело во власти! А как ты думаешь?
        Владислав растерялся от такого вроде бы обычного вопроса.
        — Ну, наверное, точнее, скорее всего в этом дело и есть,  — он собрался с мыслями.  — Но, я не против нашего императора, он хороший, умелый правитель, со своим четким виденьем мира! Хотя да, власть, безусловно, меняет каждого.
        Владислав не желал показаться противником правления Велиала и вызвать в свой адрес какие-либо подозрения.
        — Успокойтесь!  — улыбнулась Титания, заметив: каким напряженным стал Владислав.  — Мне всё равно, я за мир во всем мире!  — добавила она.  — Можете передать моему отцу, что я надолго задержусь в Ундине? Насколько — уточнять не стану,  — попросила Титания.
        — Конечно!  — согласился Владислав.
        Они просидели в разговоре ещё около часа, а затем каждый разошёлся по своим гностичным номерам.
        В пять часов вечера Оберона из дому направилась к водопаду, чтобы встретиться с лисой. Чем ближе она приближалась к заветному месту, тем сильнее билось сердце в предвкушении предстоящих переговоров. Заключить договор в этот день — основная её цель, неважно как, не важно, что лиса потребует взамен, ей нужен этот договор. Помочь отцу она сможет только с демоническими силами, даже если они будут незначительными.
        Оттого что Оберона шла быстро, в том числе и от жары, у неё закружилась голова. Прислонившись к дереву спиной, она посмотрела по сторонам, чтобы убедиться в том, что за ней никто не идет, в особенности Бранн, с которым она столкнулась, выходя из дома и от которого кое-как отвязалась. Немного отдохнув, Оберона продолжила дорогу и уже минут через пять стояла на берегу озерной реки на том самом месте, где в прошлый раз, со склона оврага, видела лису. Стоя на месте Оберона вертелась, осматривая местность. Пока лисы поблизости не наблюдалось.
        Вдали, послышались крики и порхание крыльев ворон. Оберона пристально вглядывалась в темную вглубь леса, ожидая чьего-то появления. Возможно, другой человек на её месте начал бы беспокоиться и возможно даже поспешил бы уйти, спрятаться, но сердце Обероны билось в своём привычном ритме, ни страха, ни угрозы в душе своей она не испытывала. Внезапно, за спиной раздался всплеск воды, она быстро обернулась и увидела, как из воды высунула голову, затем змеевидное тело, большая, более трех метров длиной, зеленная рыба с красными плавниками и гребнем вдоль спины. Она подплыла близко к берегу, повернулась боком к Обероне, видимо, чтобы лучше её видеть своими раскосыми глазами. С каждой стороны её головы располагались по три голубых глаза, один меньше другого. Рыба приоткрыла свою пасть и отчетливо, членораздельно заговорила на понятном Обероне языке:
        — Я лоа, хочу с тобою договор!
        Оберона не удивилась тому, что рыба заговорила с ней, но это не тот лоа, что был в лисе.
        — Зачем тебе со мною договор?!  — поинтересовалась Оберона и подошла ближе к воде.  — Ты второй лоа, который предлагает мне это!
        — Я дам тебе больше, чем он!  — заявила рыба.  — Лоа, что в лисе, хочет забрать твою жизнь, он обманет тебя и проглотит! Не доверяй ему!
        Резко, из темноты леса, выскочила лиса и злобно рыча, запрыгнула в воду, оказавшись покалено в ней, перед самой рыбой.
        — Убирайся, вон!!!  — закричала лиса рыбе и приняла угрожающую позу, оскалив острые зубы.
        Рыба долго думать не стала, она взмахнула хвостом, перевернулась один раз и покорно скрылась в глубинах озера. Оберона и лиса промокли от брызг воды.
        — Что творишь?!  — Оберона была недовольна, она отошла подальше от воды.
        Лиса выбралась на берег и встряхнула с себя воду.
        — Ты не должна слушать других лоа!  — рыча заявила ей лиса.
        — Почему это?  — удивилась Оберона.  — Может меня интересуют все предложения. Демоны за свою жизнь заключают договоры не с одним лоа, как мне известно.
        — Да, но ты не демон, тебе неизвестно, что известно мне!  — загадочно ответила ей лиса.
        — Так поведай мне, в чем секрет?
        — У этой лисы осталось меньше двух часов жизни. Ты успела вовремя прибыть на место, теперь успевай заключить договор!
        Лиса расслаблено села на задние лапы и пристально уставилась на Оберону.
        — Ладно, мне уже можно начать высказывать условия?
        — Да!  — рявкнула лиса.
        — Хорошо! Самое первое и главное моё условие договора — ты расскажешь мне, что меня отличает от других людей. Почему я другая? Второе условие — ты дашь мне право неограниченного использования твоих сил. Третье условие — я не хочу оставаться такой маленькой слишком долго, поэтому сроки старения, согласно демоническому времени, начнут отчет через одиннадцать человеческих лет, когда мне исполнится полных восемнадцать лет. Прошу двести лет жизни, больше мне не нужно. Четвертое условие — я исполню одно твоё любое желание. Пятое условие — если ты пожелаешь расторгнуть договор, так тому и быть, но только не менее, как через двадцать лет, начиная с минуты, когда договор нами будет подписан. Шестое условие — ты имеешь право прямо сейчас или позже, в любое время дописать два своих условия в договор,  — такие условия Обероны посчитала допустимыми.
        Лиса поднялась на все четыре лапы и рассмеялась.
        — Ты даешь мне право желать и выдвигать свои условия?! Какая ты самоуверенная и бесстрашная! Я ведь могу пожелать то, о чем говорила тебе рыба, она же просила тебя мне не доверять.
        Оберона нагло улыбнулась и поинтересовалась:
        — Что ты лиса делишь с другими лоа?
        — Ничего, просто я другая среди них, как ты другая среди людей, нас это связывает и не только это,  — снова загадочно заговорила лиса.  — Ты тогда упустила свой шанс узнать о себе правду, теперь я тебе ничего не расскажу, у тебя есть выбор либо ты убираешь своё первое условие из договора, либо я разворачиваюсь и ухожу!
        Оберону разозлило это заявление.
        — Ты первая ко мне подошла с просьбой заключить с тобой договор и выдвинуть тебе свои условия, а теперь ты хочешь уйти?! Знаешь, я могу заключить договор с рыбой, что здесь была недавно!
        Лиса широко улыбнулась.
        — Ты думаешь, лоа хотят с тобою договор? Какая наивность! Им нужна твоя жизнь…
        — А тебе?!
        — Я открою тебе одну тайну, я не совсем лоа и вообще я не ожидала, что когда-либо стану одной из них.
        — Не ожидала стать лоа, что это значит?! Разве лоа не берутся из неоткуда и не представляют из себя ничто?!  — это Оберона вычитала из книг.
        — Всё ложь! Придумано хитрыми демонами… Ты скоро всё узнаешь, но не сейчас и не от меня,  — ответила ей лиса.  — Если ты уберешь первое условие из договора, ты вскоре узнаешь к кому обратиться за ответами.
        — Хорошо,  — согласилась Оберона,  — нет — первому условию.
        — Я приду к тебе, за исполнением своего желания, примерно через два с половиной года. Не забудь! Это первое моё условие. Второе моё условие — ты любыми способами на протяжении всего своего жизненного пути будешь достигать свои цели, ни в коем случае и ни из-за кого-либо, ни из-за чего-либо не отказывайся от них. На это ты согласна?  — просила лиса.
        Оберона, молча, пару секунд, обдумывала условия продиктованные лисой, вроде всё в них её устраивало. Никаких сложностей на этот момент и подозрений условия не вызывали, но в чем-то обязательно должен быть подвох — так считала Оберона.
        — Я согласна!  — ответила лисе Оберона.
        В этот же момент, из ниоткуда, появились перед Обероной и зависли в воздухе: договор и письменное перо. Оберона взяла договор в руки. На светло-коричневом листе, черными чернилами, на понятном ей языке, были написаны все ранее продиктованные условия как с её стороны, так со стороны лисы. Содержание договора простое и понятное, без всяких сложных толкований, двусмысленных слов и начинался он со следующего:
        «Сторона, диктующая свои условия договора лоа и сторона, принимающая следующие условия договора лоа — заключают данный договор по обоюдному согласию, в соответствии с единственным положением закона лоа: «Выше и значимее договора нет, чем договора души!» и, обязуются друг перед другом соблюдать и исполнять следующий, принятый и обговоренный, утвержденный, здесь и сейчас, обеими сторонами данного договора, перечень условий…  — затем условия, не выделяясь где и чьи, перечислялись по пунктам.  — … Данным договором, на обе стоны, возлагаются обязанности друг перед другом, в соответствии с вышеперечисленными условиями, пока договор по тем или иным причинам не утратит свою силу. Лоа в соответствии с договором: передает второй стороне — силы, имеющиеся у него, и власть над собой. Лоа не имеет права заключить договор с другим демоном, пока не будет расторгнут данный договор. Вторая сторона договора по своему усмотрению и желанию имеет полное право продолжать заключать договора с другими согласными на это лоа». Под основным текстом, напротив имен сторон договора, следовало расписаться пером, что появилось
вместе с договором. Таким образом, Оберона узнала настоящее имя лоа лисы — Иштар. Подпись лоа уже стояла. Не раздумывая, Оберона расписалась и в тот же миг — договор и перо исчезли.
        — Теперь я могу идти,  — вздохнув облегчено, сказала лиса и медленно направилась в глубь леса.
        — Стой! А какие демонические способности теперь у меня, в договоре они не значились?  — поинтересовалась Оберона.
        Лиса повернула голову в её сторону и, усмехнувшись, ответила:
        — Посмотри на себя,  — затем она несколькими большими прыжками исчезла из видимости.
        Оберона озадачилась вопросом. Она подняла к своим глазам руки и глаза её тут же, от увиденного, расширились. Это не её детские руки, а рыжие собачьи лапы, с большими острыми когтями.
        — Как так!!!  — испугано закричала она.
        Судорожно вертясь и метаясь по берегу, Оберона пыталась разглядеть себя всю. Длинная, густая, чёрная шесть на туловище, рыжие передние и задние лапы, рыжий пышный длинный хвост, желтое пузо. Она посмотрела на своё отражение в воде и увидела чёрную собачью морду, с длинными, рыжими, заостренными на концах ушами. Встав на задние лапы, схватившись передними за голову, Оберона опрокинулась на спину и укатилась по траве в воду.
        — Что мне делать?! Я такой останусь?! Теперь я собака?!! В этом мои демонические силы?!! Да не может этого быть!!! Я — человек!!! Я — человек!!! И буду человеком!!!  — задавалась она вопросами и убеждала себя в обратном очевидному.
        Оберона резко подскочила на все четыре лапы, раздался всплеск воды, и кинулась в лес, следом за лисой.
        — Иштар!!! Иштар!!!  — кричала она, во все горло, зовя лоа лисы по имени.
        Лиса не отзывалась.
        Новый её голос — совсем не детский, громогласный и грубый, теперь она могла рычать и лаять. Все чувства обострились. Нос чувствовал те запахи, которые раньше не мог уловить, глаза видели всё детально четко и дальше, уши слышали самые тихие звуки в лесу, ноги не уставая, неслись со скоростью ранее не известной ей. Оберона шла по следу лисы, с каждым шагом запах её усиливался и вот, она завернула за большой старый дуб и в дупле, у корней, увидела бездыханное тело лисы. Лоа уже в нём отсутствовало.
        — Иштар!!! Иштар!!! Иштар…  — кричала беспрерывно Оберона, прыгая у теле из стороны в сторону.
        Лоа продолжал не отвечать на её призывы.
        — Пожалуйста, скажи мне, как мне принять облик человека?!!  — взмолилась Оберона и от безысходности свалилась на землю.  — … Возможно ли это вообще?  — с грустью в голосе, тихо произнесла она.
        И тут, откуда-то сверху, незнакомый голос ей ответил.
        — Возможно.
        Оберона соскочила, навострила уши и бегло начала осматривать кроны деревьев, в ожидании увидеть хоть кого-нибудь. Но ни зверей, ни людей, ни демонов, ни одной живой души видно не было.
        — Иштар это ты?!  — с дрожью в голосе спросила Оберона.
        — Да, это я!  — ответил ей голос.
        Послышалось порхание крыльев, позади Обероны подул сильный ветер. Кто-то приземлился. Она быстро обернулась и увидела большого, серого, одноглазого ворона.
        Оберона от злости зарычала.
        — Ты, просто ушла, не объяснив мне, что делать!!!  — заявила Оберона и впилась когтями в землю.
        — Просто я не успела, тело умирало, следовало его отпустить и найти новое. Что я и сделала,  — спокойно ответил ей ворон.
        — И что мне теперь делать?! Я — собака!  — продолжала она нервничать и злится.
        Ворон истошно закаркал. Шерсть на спине вдоль позвонка у Обероны вздыбилась.
        — Что ты каркаешь, ответь мне!!!  — потребовала Оберона.
        — И не только собака. Твои силы заключаются в способности к ликантропии. Ты можешь принимать любой образ живого существа, только вот по массе тела оно будет весить столько, сколько ты весишь сама. Растешь ты — растет зверь в тебе,  — пояснил ворон.
        — Как мне пользоваться этими силами?!  — взбудоражено поинтересовалась она.
        — Нужно только сосредоточиться и ты снова станешь человеком, подумай об этом спокойной головой. Подумаешь о другом животном, по собственному желанию, примешь его образ, а образ этой собаки будет твоим основным, так как он первый.
        — Ты не обманываешь меня?  — уже более спокойным голосом спросила Оберона ворона.
        — Сама поймешь, когда станешь человеком,  — ответил ей ворон и взлетел на ветку дерева.
        Уже сверху он ей крикнул:
        — Мне пора, увидимся через два с половиной года, как прописано в нашем договоре!
        Ворон взмахнул крыльями, взмыл ввысь и улетел. Оберона легла на землю скрестив лапы под своей мордой, закрыла глаза, пытаясь ровно дышать и расслабиться.
        — Нужно успокоиться!  — приказала себе Оберона.  — Я — человек, человек…  — твердила она несколько раз.
        Не прошло и пяти минут, как ощущения себя поменялось. Оберона присела на колени и вновь посмотрела на свои руки, они наконец-то превратились в человеческие. Вздохнув с облегчением, она поднялась с земли, дрожь охватила её тело. Вся мокрая, в грязи и пыли, с мелкими ветками в волосах, Оберона направилась в сторону деревни, домой.
        — А по нему теперь и не скажешь, что оно жёлтое,  — имела в виду Мария платье, что в этот день было надето Обероной.  — Где ты так умудрилась замараться?!
        Мария стояла на крыльце дома, сложив руки на бока, на её лице виднелось явное недовольство. Оберона же довольно улыбалась.
        — Я поскользнулась, упала, и скатилась в воду,  — ответила Оберона матери.
        Мария рассмеялась и ещё долго не могла остановиться. Оберона сделала обиженное лицо, опустив глаза и надув губы.
        — Ну ладно!  — сказала ласково Мария.  — Иди умываться, переодеваться и спускайся, будем ужинать.
        Мария вошла в дом.
        — Нужно было искупнуться в реке,  — подумала Оберона.
        После водных процедур, она поднялась наверх. Оберона неспешно вошла в комнату, захлопнула за собою плотно дверь и подошла к шифоньеру посмотрелась, для начала, в зеркало. Оттуда на неё глядела измотанная девочка. Достав чистую одежду, Оберона переоделась.
        Договор заключен — это успокаивало душу Обероны. На её лице светилась довольная улыбка, сердце на сей раз билось от радости. Лоа не обманул и дал демонические силы, с которыми она теперь планирует помочь своему отцу в предстоящей войне. Ликантропия присуща только звероподобным демонам, а теперь и ей — человеку, но Оберона ни на минуту не расставалась с мыслью: «А обычный ли я человек!». За время нахождения в образе собаки, она ощущала весь мир по-другому, более тонко, чутко, чем сейчас. Звуки, запахи, цвета — всё совсем иное. Ей снова хотелось это ощутить, а также ей с нетерпением хотелось испробовать другие, всевозможные, образы животных, узнать: на что она ещё способна? Какие возможности перед ней откроются?
        «Что значит стать лоа?! Я считала, что лоа — это верховные существа — забытые боги… Может всё написанное о них в древних книгах — это ложь хитрых демонов (как утверждала лиса)?! И кто вообще они такие — эти «боги»?!»,  — вопросы волновали, крутились в голове Обероны. Отсутствие в округе разъясняющих ответов — тревожит её душу.
        ГЛАВА 2. ПОДЛОМЛЕННЫЕ ЦЕПИ

        
        Ливневый дождь подошёл к концу. Небо озарили лучи солнца, которое только что выглянуло из-за туч. Мрачные грозовые облака начали расходиться. Защебетали вокруг ранее притихшие птицы, закаркали вороны. Мокрые вершины деревьев, трава и кусты засверкали от света. В небе образовалась огромная радуга. По грязной, размытой дороге карета с Владиславом въезжала на территорию Игниса. Когда карета затормозила, Владислав, проснувшись, медленно открыл глаза и услышал разговор кучера с кем-то ещё, затем послышались шаги и у окошка кареты появился облик стражника Игниса. Увидев Владислава, он сделал приветственный поклон головой, затем отдал команду кучеру — ехать дальше. Карета тронулась с места, лошади заржали, колеса застучали об каменную плитку дороги.
        Владислав, не поднимаясь с мягкого сиденья, потянулся, размял руками шею и плечи, привел себя в порядок, расчесав волосы, и начал разглядывать вид из окна. Улицы Игниса полны демонов различных видов, не смотря на то, что князь востока — волкодлак. Многие из них, на первый взгляд, казались людьми, но стоило присмотреться, как у кого-то виднелись маленькие рожки, у кого-то острые уши, неестественно длинные руки, лошадиные ноги или козлиные копыта. Людей на улицах, в этот день, Владислав совсем не увидел. В отличие от готичного Астарота, столица «скалистых земель» выглядит ярко и радует глаз своими красочными домами. Владислав любит посещать этот город и сейчас, после того, как путешествие подошло к концу, он даже рад, что ему придется прожить здесь определенное время, о работе и предстоящих сложностях он старался не думать.
        На главной площади, как только карета въехала в её пределы, в глаза бросился «Золотой луч». Высокий, красивый, ярко сияющий на солнце — он производил особое впечатление на Владислава, в нём не утихало любопытство: для чего он здесь стоит, что он в себе скрывает? Но никто и ничто, как никому, так и ему — не даст ответа, по крайней мере, сегодня.
        Карета без проблем въехала на дворцовую территорию и остановилась у крыльца, к ней сразу подбежали двое слуг. Кучер что-то им сказал, указав на карету, слуги расцепили крепления позади кареты, сняли два чемодана и унесли вовнутрь дворца. Один из стражников, приехавших с Владиславом, открыл для него дверь кареты.
        Через пару секунд на лестнице появился Деймос, лично встречающий помощника советника. Внешне выглядит он как человек. Его рост примерно составляет 180 сантиметров. Несмотря на то, что ему уже не малых 810 лет, выглядит он на 40 -45 лет. Деймос плотного телосложения, за талией он никогда не следил, на лице небольшая борода и усы, широкие густые брови, узкие глаза, а также у него широкие плечи и прямая спина. На макушке, присущий признак всем волкодлаком, большие лохматые уши. Одет он в этот день: в широкий, длинный, серый кафтан без ворота, по обеим сторонам которого имелись разрезы, на талии, поверх белой рубашки, повязан бордовый широкий пояс. Обут он в черные, прессованные, кожаные ботфорты. На шее висела толстая золотая цепь с кулоном в виде герба востока, на котором изображена голова волкодлака с широко раскрытой пастью.
        Деймос в ожидании стоял, держа руки за спиной. Владислав подошёл к нему, поприветствовал, одновременно сделал поклон головой, после чего Деймос сделал тоже самое и пригласил Владислава пройти внутрь дворца. Стражники Владислава проследовали за ними.
        Они вошли в просторный холл восточного дворца, но он намного меньше, чем тронный зал императора. Потолок высокий в два этажа, посреди висит огромная хрустальная люстра. Сразу из холла наверх ведет широкая лестница. Перила лестницы и балкона второго этажа выкрашены золотой и серебреной краской. Ступени лестницы и весь балкон застелены темно-бордовыми дорожками. Стены холла покрашены в нежно-бежевые тонна и завешаны картинами, факелами. Холл хорошо освещается днём благодаря широким окнам.
        — Я рад вас видеть у себя в гостях,  — начал разговор Деймос.  — Меня заранее оповестили о вашем приезде, и мы успели подготовиться. Сейчас вас прислуга проводит в выделенные, специально для вас, покои и принесет вам всё необходимое, включая еду и напитки, можете спокойно отдохнуть. Вечером, в честь вашего прибытия, мы устроим пир.
        Владислава это ничуть не удивило, Деймос всегда очень гостеприимно встречает. Каждый раз, когда они заезжают с Ваалберитом к нему по делу или просто находятся здесь проездом, не в зависимости от того, сколько времени им приходится проводить во дворце Игниса, Деймос встречает и провожает их почетным застольем.
        — Спасибо вам большое!  — искренне поблагодарил Владислав.  — Честно признаться, я и в правду устал от дальней дороги.
        — Да, люди быстро устают, слабы!  — заметил Деймос и рассмеялся.
        Смех Деймоса отличался своей громогласностью и прерывностью, даже немного раздражал.
        Владиславу пришлось выдавить с себя улыбку, чтобы не обидеть князя.
        Демос подозвал к себе одну из прислуг, которые стояли в ожидании, у подножья лестницы холла, и приказал ей отвести гостя в его покои. Эта молодая девушка, старше Владислава лет на восемь, была первым человеком, которого он увидел за сегодня. Телхинкой она быть ни как не могла по причине того, что телхины все живут отстранено, только на своей земле в империи и не едут работать прислугой в другие земли. Деймос попрощался с Владиславом до вечера и неспешно отправился куда-то по своим делам. Владислав повернулся к своим стражникам и приказал им быть свободными, пока не будет следующих указаний с его стороны. Стражники поклонились и покорно ушли.
        Девушка-служанка представилась Татьяной. Владислав отправился следом за ней. Они поднялись на второй этаж, повернули налево, прошлись немного по балкону, снова повернули, но уже на право, попали в длинный коридор, в конце которого появилась винтовая лестница. Винтовая лестница привела их в один из залов третьего этажа, совершено пустой, с тремя широкими дверными проемами без дверей. Через левый проем, они оказались в другом коридоре, дошли до середины и остановились у закрытой на ключ деревянной двери. Татьяна из кармана своего фартука достала железный ключ и со словами,  — Пожалуйста, возьмите! Здесь ваши покои,  — передала его Владиславу.
        — Что вы желаете из еды к обеду?  — с натянутой улыбкой поинтересовалась Татьяна.
        Она пыталась казаться дружелюбной, но глаза выдавали её. Они выражали явную не приязнь, хотя к таким взглядам на себя, Владислав уже привык. Люди его недолюбливали.
        — На ваш вкус, я не придирчив,  — ответил он ей и повернул ключ в двери.
        — Хорошо! Я могу идти?
        — Да, конечно.
        Девушка ушла, а Владислав зашёл в свою комнату и закрыл за собою дверь на предусмотренную щеколду. Спальная комната показалась ему огромной, посередине стояла широкая заправленная кровать с множеством подушек, а также имелась вся необходимая мебель: огромный шифоньер, комод с зеркалом, стол, стулья, диван у окна, на полу лежали теплые ковры. Два больших окна были завешаны плотными красными шторами. Комната очень светлая. У шифоньера уже стояли его чемоданы.
        Владислав подошёл к одному из окон, что не было заставлено диваном и у которого были открыты занавесы. Оба окна выходили видом на сад. В саду ходили стражники и слуги, а также он увидел Анну, сидящую в беседке за столиком и поедающую с чащи фрукты и ягоды. Она выглядела расслабленной и очень гордой. Ничего особенного. Владислав задернул шторы, снял свой плащ, повещал его на вешалку в шифоньере. Из привезенных собой чемоданов он достал спальную рубашку, переоделся и, накрывшись теплым одеялом, прилег поспать на пару часов. Кровать оказалась очень мягкой, удобной, а от постельного белья приятно пахло цветами, сразу чувствовался иной, роскошный, дорогой комфорт, нежели в гостиничных номерах.
        Ближе к часу дня Владиславу принесли сытный обед, состоящий из жареного мяса, пареных овощей, свежих фруктов, красного и белого вина, яблочного сока. Он попросил принести ему какую-нибудь новую книгу (ему был не важен жанр), пока он обедал, Татьяна выполнила его просьбу. После сытного обеда Владислав уселся на диван у окна, немного сдвинул шторы, чтобы впустить в комнату солнечный свет, и приступил к чтению.
        Мария развешивала постиранное белье на веревку в саду, а Илья сидел на стуле на крыльце и задумчиво разбирал какие-то бумажки. Оберона напоила скотину, после того как вернулась от пастуха и наконец-то освободилась от домашних дел. Она поднялась на крыльцо, подошла к отцу. Увлеченный своими делами, он не обращал на неё никого внимания. Оберона обратила внимание на раскрытую книгу, что лежала на столике подле него и заинтересовано спросила отца:
        — О чем эта книга?
        Илья посмотрел на дочь, улыбнулся, положил свои бумаги на стол, взял книгу в руки и ответил:
        — Этот рассказ о подводных фейри…
        — Которые живут на дне Амрита?  — закончила за него предложение Оберона.
        — У одинокого безымянного острова,  — продолжил Илья.  — Тут сказано, что лубры знают много тайн, очень опасны, с ними нелегко договориться.
        — Со всеми можно договориться!  — уверенно сказала Оберона.
        Илья рассмеялся.
        — Ну, ты точно с любым сможешь договориться!  — с иронией сказал Илья.
        — Да, я и убедить могу и уговорить!  — серьезно сказала Оберона.  — Когда дочитаешь эту книгу, дашь её мне?  — попросила Оберона.
        — Конечно!  — ответил он ей и погладил по голове.
        Обероне очень нравится, когда её гладят по голове, а ещё когда мама расчесывает её волосы на ночь.
        После ужина Илья ушёл к отцу. Тогда из Оливьера по какой-то неизвестной причине вернулся только отец Обероны, а Антон и Аенгус прибыли буквально дня два назад. Сегодня должно состояться важное собрание в доме Антона среди мужской части населения деревни.
        Практически за две недели, после дня заключения договора Обероны с лоа, Оберона многому научилась, по крайне мере она уже знала, как быстро принимать форму собаки и трансформироваться обратно, насчет других звериных обликов и форм — на это приходилось затрачивать определенное время. К тому же, она догадалась, почему меняется цвет шерсти у неё на животе в облике собаки — это связано с тем, что в этот день на ней одето, если вещи красные, то шерсть на животе красная, если она в разноцветном, то шерсть на животе, само собой, разноцветная. С другими обликами происходило то же самое, когда она превращалась в ворону, то её ворона — чёрная, с рыжим хвостом, перья на брюхе меняли свой цвет в зависимости от наряда. Такой не естественный окрас мог выдать её, как ликантропа. В выборе того или иного облика нужно быть осторожнее. Больше всего для трансформации подходили те звери, которые не имели определенного четкого окраса в этом мире, а именно: собаки, крупные лесные кошки, практически все птицы кроме ворон (которые в основном серые), волки, змей, рыбы. Ещё нужно учитывать массу своего тела, в мелких
животных Оберона не могла обращаться, точнее могла, только вот тридцати килограммовый суслик смотрелся бы не уместно и смешно, сразу бы стало ясно, что это ликантроп. К чему такая не безопасная маскировка?
        Оберона предупредила маму, что пошла с ночевкой к дедушке, Мария её без проблем отпустила. У калитки её дома стоял Бранн и через забор за чем-то разглядывал клумбу с цветами. Оберона подошла к нему. В руках Бранн держал стеклянную банку, в которой тревожно барахтались три маленькие красные бабочки.
        — Что ты делаешь?  — спросила подозрительно его Оберона.
        — Ловлю бабочек, мне нужно пять красных,  — ответил Бранн.
        — А что ты выглядываешь у нас во дворе?
        — Как раз одна такая залетела к вам вон на ту клубу,  — клумба, на которую указал Бранн, находилась в метре от забора.
        — С какой целью ты вообще ловишь насекомых?  — продолжила интересоваться Оберона, скрестив перед собой руки.
        — Я готовлю всякие штучки, типа лекарств и волшебства,  — ответил он ей с гордостью за себя.
        Оберона удивленно приподняла одну бровь, тут же вспомнив, что Бранн — варлок и ей стало интересно узнать о нём больше.
        — И давно ты этим занимаешься?
        — Сколько себя помню. Учитывая то, что мне сейчас восемь, наверно, тогда с рождения. Мой папа меня учит всему, говорит, у меня хорошие способности, что я достоин его смены и даже однажды превзойду его,  — Бранн явно гордился собой и не скрывал этого, а еще ему понравилась, что Оберона наконец-то обратила на него внимание.
        — А с бабочек, что получиться?  — продолжала спрашивать Оберона.
        — Если хочешь знать, тогда помоги мне словить ещё две,  — ответил Бранн.
        Как ни странно, но Обероне захотелось ему помочь, забыв напрочь о собрании в доме Антона. Они вместе вошли к ней во двор и принялись шарить по клумбам с цветами, разыскивая красненьких бабочек. Не прошло и получаса, как в банке Бранна уже летало пять штук. Затем Бранн повел Оберону к себе домой, точнее, в лабораторию своего отца, которая находится в сарае, пристроенном к дому.
        Лаборатория Агро Аенгуса оказалась совсем небольшой, в одну комнату, с одним узким, но длинным окном у самого потолка. Полы деревянные, с крупными щелями. Посередине лаборатории стоит широкий, низкий, деревянный стол на половину заставленный пустыми, чистыми склянками, банками, пробирками, деревянными коробочками с различными рабочими принадлежностями и подсвечниками со свечами, а также на нём расположилась специальная для нагрева маленькая, железная печка (плитка). Под столом Оберона заметила предметы похожие на кухонные кастрюли, сковороды, тарелки и т. д. Над столом, прикрепленная к потолку веревками, подвешена полка, с банками, заполненными какой-то жидкостью или твердыми веществами. Рядом со столом, на полу видна дверца, которая, скорее всего, вход в погреб.
        Все стены лаборатории заставлены открытыми, с заполненными полками, шкафами. На некоторых полках лежат какие-то непонятные инструменты, на других — книги и бумаги, а где-то готовые, подписанные образцы лекарств или субстанций непонятной, обычному гостю, принадлежности. На глаза Обероне бросился небольшой железный сейф, размещенный прямо под окном. Рядом с сейфом стоял еще один стол, но уже узкий и длинный, на нём находилось лишь три подсвечника с горящими свечами. В лаборатории имелось несколько табуреток. Пахло странно, не противно, но и не вкусно, хотя нос у Обероны быстро привык, а для Бранна эти ароматы привычные и родные.
        — Так, где же разделочная доска?  — задался вопросом Бранн и принялся шарить под столом.
        Оберона стояла неподвижно, лишь вертела головой, продолжая с интересом осматривать лабораторию. Лаборатория, на её удивление, оказалась очень чистой: ни пылинки, ни соринки, ни паутинки вокруг не наблюдалось, а старые полы чуть ли не блестели.
        — А, точно!  — вспомнив, вскликнул Бранн.
        Бранн схватил табуретку, подошёл к одному из шкафов, что расположен в самом тёмном углу лаборатории, поставил табуретку рядом с ним, поднялся и, дотянувшись до предпоследней полки, достал две разделочные доски.
        — Это специальные доски, они сделаны с твердого сорта дерева, которое обладает способностью не впитывать в себя воду и запахи. Как не странно, но это дерево совсем не пьет воду, ещё оно растет только на свету, а в темноте чахнет. Изделия, сделанные с его древесины наоборот, если будут долго лежать на свету, то начнут разваливаться, а в темноте хорошо сохраняются, поэтому папа их прячет в этом шкафу,  — сказал Бранн и положил доски на стол, одну перед Обероной, другую перед собой.
        — Это дерево называется заккум, растет оно в песчаных землях, его плоды лучше не есть людям, они смертельны, а вот демоны их обожают и даже используют в целебных целях,  — поведала Оберона о своих знаниях.
        Бранн выпучил глаза.
        — Ух ты! А ты много знаешь!  — восхитился он.
        Оберона довольно улыбнулась.
        — Мы с отцом плоды заккума частенько используем в работе, если их правильно сварить, то они теряют ядовитость и становятся полезными даже для людей. У нас в саду, когда мы жили в песчаных землях, росло одно такое дерево,  — Бранн взял в руки со стола банку с бабочками.  — Можешь мне поддать вон тот голубой флакон с распылителем,  — он указал на шкаф, что за Обероной.
        Оберона подошла к тому шкафу, на его полках стояли одинаковые флаконы, но разных цветов, только три флакона были ярко-голубого цвета.
        — Любой?  — спросила Оберона.
        — Да,  — ответил Бранн.
        Как только флакон оказался в руках Бранна, он открыл банку и пока бабочки не разлетелись, три раза пшикнул внутрь. Сразу же бабочки перестали порхать и посыпались на дно.
        — Ты их убил?  — спокойно спросила Оберона.
        — Пока нет, они спят,  — ответил Бранн и вытряхнул сонных бабочек на разделочную доску.
        Бранн пододвинул к себе склянку, стоящую на этом же столе, наполненную короткими, тонкими иголками, затем разложил бабочек по доске и этими иголками приколол крылышки каждой, чтобы те, по-видимому, не разлетелись, если вдруг проснутся. Из деревянной коробочки он достал шприц, с длинной очень тонкой иглой. Оберона за всем внимательно и молча наблюдала. Бранн проколол толстое брюшко маленькой бабочки иглой и потянул поршень шприца на себя. Так он поступил со всеми пятью бабочками, при этом ни одна из них не проснулась и не шелохнулась. Красной жидкости в шприце набралось примерно на полтора миллилитра.
        — И это еще не всё,  — сообщил Бранн, положив шприц рядом с доской,  — сейчас предстоит аккуратно, чтобы краска с крыльев не стерлась, отделить крылья от тел.
        Бранн поменял местами свою доску с доской Обероны, он хотел, чтобы это сделала она.
        — И чем мне это сделать?  — поинтересовалась Оберона.
        Бранн пододвинул к ней другую деревянную коробочку, открыл её, в ней лежал пинцет и тонкий ножик. Оберона тут же взяла приборы в руки и осторожно, пинцетом, зацепила крыло бабочки, затем ножиком прошлась по краю крыла и таким образом отделила крыло от туловища. Она всё сделала очень быстро и четко, крылья лежали отдельно, туловища отдельно.
        Бранн осмотрел крылышки под лупой, они вполне целые, хотя кое-где были немного потерты.
        — Очень хорошо!  — похвалил он Оберону и добавил,  — Начнем самое интересное: будем готовить зелье от простуды.
        Он передвинул плиту ближе к краю стола, достал из зелёной банки маленький зелёный шарик, кинул его в круглую дырочку под конфоркой, и тут же плита стала накаляться. На таком топливе работали практически все кухонные плиты в этом мире, а кто-то пользовался обычной печкой на угле и дровах. Как правило, маленького горючего шарика, изготовленного из «огненной» травы, которая растет в болотах, хватало на два-три часа.
        Бранн поставил круглую чашу из алюминия на плиту и налил туда немного воды.
        — Подождем, когда закипит,  — сказал он и присел на табуретку.
        — Основной ингредиент — это бабочки?  — поинтересовалась Оберона.
        — Да, эти бабочки помогают справиться с простудой, а еще с простудными болячками на коже.
        — Ты хочешь стать лекарем, когда вырастишь?  — подметила Оберона.
        — Да,  — ответил Бранн.  — Это моя мечта, хочу помогать всем и людям и демонам…
        — Демонам?!  — воскликнула недовольно Оберона.  — Они не заслужили быть излеченными, они самые мерзкие и злостные суще…  — Оберона ахнула, и прикрыла руками свой губы, вспомнив, что Бранн тоже демон. Она не хотела его обидеть и тут же извинилась, на что Бранн лишь рассмеялся.
        — Мне всё равно, я — варлок, мы считаем себя демонами лишь потому, что таковыми нас считают люди. С лоа договоров мы заключать не умеем и живем в соответствии с человеческим временем. Мой отец пожелал помогать людям, и всё же, ещё много варлоков остаются служить демонам, возможно, поэтому о нас ходит дурная слава среди людей,  — с печалью в голосе сказал Бранн.
        — Возможно это так, но ещё не забывай о своих ушах, таких у людей не бывает,  — сказала ему Оберона.
        Бранн снова рассмеялся.
        — Точно, я их прячу за волосами, чтобы все думали, что я — человек, особенно те, кто не знает мою семью. Иногда нужно иметь тайны, чтобы не было горько…
        Оберона покачала головой в знак согласия.
        — У тебя тоже есть тайна? Мне иногда кажется, что ты не человек, но это абсурдно, так как твои родители совершенно нормальные люди и твой дед тоже.
        Вода закипела, пошли пузырьки.
        — Нужно скинуть тельца,  — сказал Бранн, подскочил со стула, взял доску с расчлененными бабочками, приблизил её к чаше и пинцетом, по очереди, спустил туда все тельца.
        — А крылышки?  — спросила Оберона.
        — Их нужно будет спалить, а пепел добавить в готовое зелье,  — ответил Бранн.
        — Но сколько там пепла будет?! Совсем ничего!  — удивилась Оберона.
        — Так положено: пять бабочек — на пятнадцатидневный курс лечения, пепел из крыльев важен, иначе лекарство не будет эффективным,  — постарался объяснить Бранн.
        — И этого должно хватить на пятнадцать дней?!  — заглянув в кастрюлю, удивление Обероны нарастало.
        Бранн щипцами снял горячую чашу с плиты и поставил её на стол, затем выдавил туда содержимое шприца и хорошо помешал воду ложкой.
        — Да, принимать нужно по капле, добавляя в воду,  — разъяснил Бранн Обероне и из-под стола достал плоский железный блин.
        — Понятно,  — сказала Оберона и скосила губы.
        Бранн положил блин на плитку и аккуратно пинцетом скидал на него крылышки, они моментально испепелились. Он подхватил блин теми же щипцами, что ранее чашу и положил блин рядом с кастрюлей. Сверху кастрюлю он накрыл крышкой, а пепел перевернутой банкой, видимо, чтобы тот не разлетелся.
        — Пусть настоится, потом посыплю пеплом,  — сказал Бранн и снова присел на табуретку.
        — И сколько ждать?  — спросила Оберона.
        — Нужно пять часов минимум, но будет настаиваться всю ночь, завтра утром я всё доделаю,  — ответил Бранн.
        — А хранится такое лекарство сколько месяцев?
        — Около трех лет, если плотно закрыть и убрать в темное прохладное место. Я его приготовил на запас, потому что у нас почти закончилось это лекарство, мама недавно болела, а вчера ещё приходил Марат за порцией для своего отца.
        — Как мне известно, Вы — варлоки используете в своей работе не только органические вещества, но и не органические и ко всему прочему ещё заклинания, насчет заклинаний, пишите их сами?
        — И да и нет, в основном используем имеющиеся, написанные нашими предками,  — ответил Бранн.  — Они все зашифрованы, этот язык знаем только мы — демоны-колдуны и никогда не учим ему посторонних, это под строгим запретом.
        — А кто за это наказывает?  — хитро спросила Оберона.
        — Старейшины рода из подвидов демонов-колдунов: варлоков, ламий и бокоров.
        — А как они узнают?
        — Если вдруг это сплывет, а это обязательно всплывет, они выяснят у человека его знания или у демона всё чему он обучил человека и всю семью беспечного колдуна и самого его, в лучшем случае, казнят. Либо колдуна запрут на дне Амрита, там его будут медленно поедать водные черви — это ужаснее всего. Человека обрекут на стирание памяти, либо тоже казнят,  — ответил тревожным голосом Бранн.
        — Печально,  — невозмутимо сказала Оберона.  — Я бы хотела знать этот язык. Может, я сама ему обучусь?!
        Бранн засмеялся.
        — Не получиться, ни у кого из демонов и людей ранее не получилось и у тебя не выйдет!  — твердо, уверенно ответил он ей.
        — Бранн!  — послышался голос матери Бранна за стенами лаборатории.
        Дверь открылась и вошла Агро Яна, а следом за ней мама Обероны.
        Яна женщина смуглая, худая и светло-русая. Они с Бранном очень похожи. По возрасту Яна соответствует своему мужу, ей около сорока лет.
        — Да, точно, они здесь!  — с иронией сказала Яна, повернув голову к Марии.
        — Оберона!  — недовольно, но сдержано, обратилась к дочери Мария.  — Я тебя обыскалась, приходил домой твой отец, от него я узнала, что ты не появлялась у дедушки! Почему ты меня не предупредила?!
        Оберона подошла к Марии и, обхватив её за талию, извинилась. Это растрогало материнское сердце. Оберона знала, каким способом можно успокоить маму.
        — Ладно!  — спокойно сказала Мария поглаживая дочь по голове. -
        Я рада, что ты нашла друга, даже удивленна, а то говорила…
        — Я поняла, осознала!  — не дала договорить маме Оберона, не желая слышать замечания.
        Мария с Яной попрощались, и Мария повела Оберону домой. Яна посмотрела с улыбкой на Бранна.
        На торжественный вечер, в честь приезда помощника советника, в Игнис была приглашена вся знать скалистой земли. По известным причинам, отсутствовала младшая дочь Деймоса — Титания. Народ желал увидеть редкого гостя с имперского двора и не мог пропустить такую возможность, многие демоны даже отменили свои дела и встречи, примчались с самых далеких уголков этой земли.
        Владислав знал практически каждого прибывшего демона лично, а кого не знал, то когда-либо видел, но ещё не предстояло случая пообщаться с ним. Должность Владислава снова удостоила его немалого внимания со стороны демонов. С Владиславом всё уважительно здоровались, подходили, кланялись, каждый стремился поинтересоваться о его здоровье и делах, не забывали спросить об императоре. Подхалимов было повсюду предостаточно.
        Возможно, многие ненавидели человека, который рядом с императором, получил за непонятные свои заслуги такую должность, имеет возможность беспрепятственно входить и расхаживать по имперскому дворцу, знает тайны и секреты, которые даже в самом страшном сне не снились демонам, но, конечно же, никто не посмеет об этом в открытую говорить в присутствии Владислава. Владислав улыбался всем в ответ, он хотел показаться доброжелательным и довольным такому дружественному отношению к его особе, но в глубине души видеть вокруг себя лишь демонов он не желал. Его раздражало то, что где бы он ни был, везде демоны, а где люди?! Люди — заперты в закрытых селах, под строгим наблюдением, изгнаны, уничтожены морально, живут в голоде и грязи или рабски прислуживают демонам, у них нет прав, у них нет свободы.
        «Нужно держать себя в руках!»,  — твердил Владислав себе постоянно. Он пожимал руки, копыта, клещи или щупальцы демонам, смеялся в ответ на их тупые шутки и истории, смотрел им в глаза. Не то чтобы Владислав, таким образом, мучил свою душу или считал себя униженным, просто неприятно думать о том, что если бы не Ваалберит, сейчас бы он торговал курами на рынке или, в лучшем случае, был бы продан какому-нибудь демону и батрачил на него всю жизнь. Грело душу Владиславу то, что каждый здесь и даже князь ниже его по рангу.
        Через Ваалберита Владислав может при желании спокойно обратиться к императору, в этом случае ему не нужно ожидать своей очереди, только вот ещё не приходилось воспользоваться данной привилегией, просьб пока не возникало. Что касается остальных, исключая князей и членов их семей, то им для аудиенции с императором, нужен резкий повод или прождать в ожидании неопределенное количество времени, а в основном все вопросы решаются через придворных дворца: советника, его помощника, управляющего, лекаря, Гекату и т. д.
        К Владиславу и Деймосу подошла Анна, держа в руке бокал красного вина, в тон цвета её откровенного с открытыми плечами, длинного платья в пол. Она широко, загадочно улыбалась. Деймос легонько приобнял дочь.
        — Я рада вас видеть у нас!  — дружелюбно обратилась она к Владиславу.
        Уж её точно Владислав терпеть не мог, но не позволял себе показывать своё истинного отношения к ней.
        — Мне приятно это слышать,  — томным голосом ответил Владислав Анне.  — Вы прекрасно выглядите!
        — Спасибо!  — поблагодарила Анна его за комплимент.
        — У меня две замечательные, умные, красивые дочери!  — похвастался Деймос и поцеловал Анну в щеку.
        Улыбка Анны то пропадала, то снова появлялась на лице. Её ядовитый взгляд прожигал Владислава.
        Тут Владислав вспомнил о своём обещании Титании.
        — Насчет Титании, я встретил её по дороге, когда остановился в гостинице города Восточный Ундин, она меня попросила передать вам Деймос, что надолго задержится в гостях у Рей,  — сообщил Владислав.
        Анна тяжело, словно чем-то недовольная, вздохнула и презрительно отвела взгляд в сторону.
        — Ну что теперь поделаешь,  — сказал Деймос, пожав плечами,  — раз она так решила, то пусть гостит там сколько душе её угодно. Главное то, что она у Рей, а не у этих гадких двух братцев!
        Анна хихикнула. Владислав понял о ком сейчас идёт речь.
        — Они вполне нормальные!  — шутливо возразила отцу Анна.
        — Нормальные?! Ну, может быть Пак еще да, а вот Калибан…  — возмущенный Демос сделал небольшую паузу, смешливо скорчив лицо, завершил свою речь,  — …Калибан, как любой баггейн, туповат и мерзок!
        — Ну, это не только к баггейнам относиться!  — язвительно сказала Анна, закатив глаза, и тут же рассмеялась.
        Деймос почему-то напрягся. Владислав лишь улыбнулся, он понял тонкий намёк Анны, так как знал её отношение к людям, а к её колкостям давно привык и ожидал их.
        Двух братьев, сыновей Оливьера, знает каждый в империи демон и человек. Братья относятся к числу звероподобных демонов, называемых баггейнами. У баггейнов большие заостренные лохматые уши, ноги подобны лошадиным, длинные руки, поросячьи носы. Они не очень приятные существа, злобные и не способны к ликантропии.
        Пак — младший сын Оливьера. По демоническому возрасту соответствует возрасту Титании, хотя по человеческим годам выглядит на двадцать шесть лет. На внешность он не очень привлекательный: полный, не высокого роста, с зелёнными волосами по всему телу, с пухлым лицом, нос свиной и сплющенный, глаза маленькие.
        Калибан — старший сын Оливьера, старше Анны на сто лет, выглядит на человеческих тридцать пять лет. Он чуть выше брата, похудее, волосы цвета пожухлой травы, тоже не привлекателен, т. е. внешне они оба пошли в отца.
        Калибан не уступает по жестокости и тупости Оливьеру, даже шутит также мерзко, может с легкостью убить неповинного, ни за что, слугу или раба, просто ради утехи. Пак — не настоль кровожаден как Калибан и их отец, хотя добрячком его назвать тоже сложно. Он хитер, любит делать все из-под тишка, если ему нужно кого-либо лишить жизни, то предпочитает подговорить на это брата или отца. В крови свои руки предпочитает не пачкать.
        У двух братьев общая мать, которая является женою Оливьера, её зовут Мавис. Мавис приходится дочерью родного брата отца Деймоса, а ему приходится двоюродной сестрой. Она совсем на немного младше Деймоса. По происхождению своему Мавис — чистокровный волкодлак. Её брак с Оливьером произошел по их обоюдному согласию, без всяких политических намерений, что редкость в этом мире. Кто бы знал, что её привлекло в ужасном, противном как внешне, так и внутренне, Оливьере…
        — А что ты думаешь насчет Пака и Калибана?  — обратилась Анна с вопросом к Владиславу.
        — Мне кажется, они достойные своего отца сыновья,  — не замешкав, ответил Владислав.
        Анна усмехнулась, а Деймос в знак согласия один раз кивнул головой.
        — Как вообще моя доченька смогла с ними связаться? И вообще, как моя сестра согласилась выйти замуж за их отца?! Если и Титания решит выйти замуж за одного из этих братьев, то я лучше снесу ей голову, чем дальше буду родниться с баггейнами! Не допущу того, чтобы однажды баггейны стали властвовать моими землями!  — сгоряча громко и возмущенно воскликнул Деймос, после чего раскашлялся. Он достал из кармана платок и обтер им губы.
        Владислав заметил, что Деймос часто кашляет, но не придавал этому значения.
        — Тише!  — шёпотом попросила Анна отца, оглянувшись по сторонам.  — Не забывай, что они где-то рядом. И вообще, отец, это её дело. Титания не пропадет, голова у неё разумная, на плечах есть, ей лишь бы веселиться,  — договорила Анна и ласково погладила отца по плечу.
        — Анна права, Титания умна и не допустит, чтобы ей одурманили разум плохими идеями и делами,  — согласился Владислав в защиту Титании.
        — Да, точно, за Титанию нечего беспокоиться,  — согласился Деймос и протянул свой бокал с вином к Владиславу, чтобы чокнуться.  — Лучше человека, подобного тебе, в мужья Титании и милой Аннушке, чем злобного и туповатого баггейна!  — произнес он своеобразный тост.
        Владислав немного смутился.
        Раздался звон бокалов. Анна тоже в этом приняла участие, но внутри у неё кипела кровь от злости, хоть и слова её отца больше сказаны в шутку, нежели серьезно, она не представляла возможным, чтобы человек когда-либо стал её мужем или мужем её сестры, тем более, если бы одним из них оказался Владислав.
        Анне достаточно, для того чтобы прийти в ярость, лишь упоминания о том, что Владислав — помощник советника и не смотря на его человеческое происхождение допущен к имперскому двору. Она старалась улыбаться и выглядеть доброжелательно настроенной, когда край её бокала со звоном столкнулся с бокалом Владислава. Деймос прекрасно знал настроение своей дочери и внимательно наблюдал за каждым её действием. Ему не хотелось допустить казусную ситуацию, которая плохо бы сказалась на его взаимоотношениях с императором. Хоть Деймос кажется расслабленным и весёлым на этом торжестве, но по правде, он весьма напряжен и при каждой возможности посылал Анне намеки, чтобы она прекратила язвить и ни в коем случае не грубила помощнику советника.
        — Кстати, насчет замужества,  — продолжил разговор Деймос,  — вы в курсе, что моя Анна скоро выходит замуж?  — радостно сообщил он новость.
        Выражение лица Анны резко изменилось: побледнело, с губ сползла ехидная ухмылка, глаза перестали блестеть и взгляд устремился вниз. Руки задрожали, она, как можно ниже опустила бокал, придерживая свободной рукой свой локоть. Анна, с глухой ненавистью, посмотрела на отца. Владислав видел, что для Анны её предстоящая свадьба не совсем в радость.
        — И кто счастливый жених?  — спросил Владислав, теперь он ехидно улыбался.
        — Очень хороший кандидат, недели две назад была помолвка, всё прошло удачно, мы обо всём с его отцом договорились. Ты наверно знаком или наслышан о сыне Небироса?
        Владислав кивнул головой.
        — Да, я так понимаю, вы имеете ввиду — Кернунноса. Как мне известно, у Небироса ещё есть три дочери. А почему Кернуннос не присутствует сегодня?!  — поинтересовался Владислав, посмотрев по сторонам, думая, что возможно просто напросто упустил его из виду, из-за большого количества народа.
        — Его, к сожалению, здесь нет. Он, с отцом, поспешил домой. Все-таки Небирос советник Фобоса, а его сын готовится стать главнокомандующим западного войска. На днях получит эту должность, а через два месяца ожидается наша долгожданная свадьба!  — Деймос не скрывая, открыто радовался за предстоящий выгодный брак для своей старшей дочери. Он хотел приобнять Анну, но та не желая этого, сделала шаг в сторону. Анна, очевидно, нервничала, но умело контролировала свой гнев.
        — Тебе сейчас не нравится эта идея, но потом ты поймешь, что лучше кандидатуры чем в лице — Кернунноса, могучего вампала, по своему происхождению, быть не может!  — строго обратился Деймос к Анне.
        Анна продолжала молчать, она просто не хотела ссориться с отцом при многочисленных гостях, еле сдерживала себя в руках, чтобы эмоционально не сорваться. Показать свою слабость Владиславу — она считала ещё более унизительным. Владислав стоял и улыбался, без страха глядя ей прямо в глаза, ему нравилось, что Анна находится в безвыходной ситуации, радовался её очевидному горю.
        Прихрамывая, опираясь на трость, Ваалберит медленно подошёл к дверям своего рабочего кабинета и достал из кармана халата связку с ключами. Перебирая, он отыскал нужный ему ключ и вставил его в замочную скважину, затем повернул, раздался щелчок, и дверь со скрипом приоткрылась. Он вошёл внутрь. Темно. Окна в кабинете отсутствуют.
        Ваалберит одним щелчком пальцев воспламенил факелы, что развешаны по стенам, и свечи в подсвечниках расставленные по краям деревянного, широкого стола с толстыми ножками. Помещение наполнилось теплым жёлтым светом. Кабинет больше похож на библиотеку с высоченными, до самого потолка, книжными шкафами с книгами и с папками под документы. У двери расположился небольшой, удобный диван для гостей, а рядом с ним стоял низкий, стеклянный столик.
        Ваалберит, кряхтя, уселся на своё кресло. На столе были лишь беспорядочно разбросаны бумаги, и стояла чернильница с пером. Он снова принялся перебирать связку с ключами. Под столом, справа, стоял маленький железный сейф, а слева, тумбочка. Найдя нужный ключ, Ваалберит достал из сейфа серую папку, бросил её на стол. Закрыв сейф, ключи Ваалберит положил в верхний ящик стола. Он развязал вязки на папке, взял в руки лупу и начал изучать документы.
        Раздался стук в дверь. Хриплым голосом, Ваалберит дал разрешение войти и тут же его одолел кашель.
        Дверь заскрипела, в его кабинете появилась Геката — женщина внешне тридцати пяти лет (ей чуть свыше двухсот пятидесяти лет). В данный момент лицо Гекаты выражало злобу. Она очень худая, высокая с белыми от природы, длинными волосами, которые неаккуратно прибраны в хвост, у неё узкие глаза с фиолетовой радужкой без зрачка, большие лохматые заостренные уши, волосатые руки, с длинными чёрными когтями, а вместо ног — длинный змеиный хвост. Геката предпочитала носить — закрытое, серое, длинное в пол платье с повязанным вокруг талии чёрным широким поясом, а на плечи накидывала чёрную мантию с капюшоном, застегивая её на одну пуговицу у шеи.
        Относилась Геката к звероподобным демонам-ведьмам — ламии. В отличие от варлоков, у ламий на оборот, их сила передавалась по женской линии. Не в зависимости от того, с кем зачат ребёнок: с демоном или человеком, рождалась всегда девочка и всегда, по образу и подобию своему, похожая на мать. Ламии, в редких случаях, продолжают отношения с отцами своих детей, но в основном предпочитают оставаться одиночками, хотя умело «крутят» любовь.
        — Разболелся?!  — ехидно спросила Геката.
        Ваалберит прокашлялся и обтер свои сухие губы платком.
        — А ты, безусловно, рада этому. Ждешь, не дождешься, когда я умру!  — недовольно ответил Ваалберит.  — Ну, жди! Я проживу ещё триста лет, как минимум!  — Ваалберит противно засмеялся, а Геката лишь усмехнулась и скривила губы.  — Давай уже говори, что тебя привело ко мне?!
        — Я по делу. Разговаривала с императором, он попросил меня посмотреть: что нас ждет, если люди начнут действовать против империи…
        — Колдунья ты — хорошая, но предсказательница ты — никудышная!  — язвительно подметил Ваалберит.
        Геката промолчала. Она бесшумно проползла и присела на стул напротив его стола, опрокинувшись к спинке стула и задрав подбородок. Своими длиннющими ногтями, Геката принялась стучать по столу, зная, что это раздражает Ваалберита. Ваалберит снова раскашлялся, он схватил платок и приложил его к своим губам.
        — Походу не проживешь ты 300 лет,  — улыбаясь, съязвила Геката.
        Ваалберит, от возмущения, приподнялся и наклонился всем телом к столу
        — И что?! Ты всё равно ни с чем останешься, как предсказательница ты должна знать свою судьбу,  — затем он довольно развалился в кресле.
        Геката перестала стучать ногтями.
        — Ты думаешь, Владислав займет твоё место?! Однажды он тебя предаст,  — заявила она с недоброй улыбкой на лице, чем ещё больше разъярила Ваалберита.
        — Он не посмеет! Я его воспитал!!! Если бы он хотел меня предать, то сделал бы это еще давно!!!
        — Может, не было подходящего случая?  — продолжила она настаивать на своём, но уже спокойным голосом.
        — Я знаю, о чём он думает, я знаю о каждом его шаге! Исполнителен, послушен, легко обучаем, не жаден и не властолюбивый — вот какой он. Если выбирать между тобой химерой и Владиславом, то лучше смотреться на должности советника будет он.
        Геката фыркнула и усмехнулась.
        — Пока смейся,  — спокойно добавил Ваалберит.
        — Ты считаешь его умным? Да, он умен, потому что боится тебя и поэтому покорен тебе, как только ты сляжешь, или дашь слабину, ты вспомнишь мои слова. Конечно, я тебе благодарна, как своему учителю и если бы не ты, не попасть мне во дворец, но знай, я тебе на помощь не приду, даже если ты сам меня об этом попросишь!
        Такое смелое заявление Гекаты возмутило Ваалберита.
        — Я тебя «попрошу»?!  — на лице Ваалберита появилось удивление.  — Такого никогда не будет, а теперь уйди с моих глаз!!! Видеть тебя не желаю!  — он снова привстал и указал ей на выход из кабинета.
        Геката засмеялась, поднялась со стула, бесшумно переместилась к двери и повернулась к Ваалбериту лицом.
        — Давай, давай! Однажды, лежа в своей крови и хрипя от боли, в последние мгновения своей жизни, ты будешь думать обо мне, о том, что я тебя предупреждала, но будет слишком поздно…
        Геката хлопнула за собою дверью, так и не поговорив с Ваалберитом об имперских делах. В последнее время, у них не получалось нормально поговорить, разговор практически всегда заканчивался руганью, либо вовсе не успевал начаться, как в данном случае.
        Геката ревновала Ваалберита к Владиславу, так как не могла смириться с тем, что теперь обычный человек — помощник советника, а она — демон, обладающий могущественными силами присущими ламиям (предвиденье, гадание, составление заклинаний различной направленности), стала обычной дворцовой колдуньей. Раньше, на протяжении двухсот непрерывных лет, она ездила с Ваалберитом по империи и вела наравне с ним переговоры с князями, представителями городов. Её узнавали в лицо, уважали, ей преподносили подарки и делали нескончаемые комплименты, а теперь, спустя четыре с лишних года, про неё забыли. Геката опечалена тем, что у неё нет рабочих выездов, она практически не выходит за пределы дворца, никто не приезжает навестить её, как делали это раньше. Возможно потому, что утеряв своё постоянное место подле Ваалберита, она стала обычной, у Гекаты нет выдающихся способностей, которые бы делали её уникальной в своем роде, а Ламий и других демонов-колдунов везде полно.
        В этом мире, как отмечалось ранее, три вида демонов-колдунов, которые между собой связанны общим языком по написанию заклинай и законом — не выдавать тайну своей магии. Варлоков и бокор связывает их сходство с людьми, только бокоры изредка скрещиваются с другими видами, так как в их случае они двух полые.
        Бокоры — самые сильные из трёх видов колдунов, используют исключительно чёрную магию. Они имеют больше спроса на свои силы среди демонов, чем ламии и варлоки. Живут в землях телхинов на границе с землями скал. Жилища бокор располагаются в горах, чаще под землей. По численности их очень мало, практически вымирающий вид. Предпочитают не слазить со своих гор, поэтому тот, кто жаждет воспользоваться их услугами должен сам к ним явиться. Отличаются бокоры от людей — низким ростом, не превышающим одного метра, у них кожа коричнево-жёлтого цвета и такого же цвета волосы; ни рогов, ни хвостов, ни копыт, ни заостренных ушей не имеют. Носят исключительно льняные кофтаны, платья и мантии.
        Навстречу разозленной Гекате по коридору шёл управляющий двора — Ксафан. По происхождению своему он — человекоподобный демон — доппельгангер. Отличительными чертами данных демонов являются: длинные, тонкие, заостренные уши со свисающими мочками, а также у них острые, все до единого, зубы. Ксафан обладатель вытянутой формы лица с невзрачными чертами. У него светло-серые, редкие, короткие волосы на голове, высокий рост, не спортивное, плотное телосложение, крупные ладони рук.
        Перемещается Ксафан всегда быстро для того, чтобы больше выполнить дворцовых дел. Способность создавать своего двойника, присущая доппельгангерам с рождения, Ксафану помогает в его работе. Он может выполнять два дела одновременно на протяжении шести часов в день — это самое максимальное время жизни двойника доппельгангеров, затем двойник превращается в серый дым и растворяется в воздухе.
        Ксафан остановился, когда Геката практически прошла мимо него.
        — Здравствуйте уважаемая Геката!  — поприветствовал Ксафан Гекату, сделав низкий поклон головой.
        Поначалу, Геката даже не заметила его, злость притупила её чувства. Голос Ксафана вернул её в реальность, она развернулась к нему лицом.
        — Здравствуйте Ксафан!  — поприветствовала она в ответ с натянутой улыбкой на лице.
        — Вы чем-то обеспокоены?  — поинтересовался он.
        — Абсолютно нет,  — вздохнув, ответила Геката, стараясь не выдавать злость.  — Вы идете куда-то по делам?  — тут же поинтересовалась она.
        — Да, мне нужно к уважаемому Ваалбериту,  — ответил Ксафан и улыбнулся.
        Геката усмехнулась.
        — Он в прекрасном настроении!  — с иронией сказала Геката и, развернувшись, продолжила свой путь.
        Ксафан тоже не стал медлить и быстро пошел по направлению к кабинету Ваалберита.
        Оберона сидела на кровати в своей комнате и задумчиво смотрела в окно. За окном с самого раннего утра непрерывно лил дождь. Коров Оберона из-за дождя не водила на пастбище, накормила соломой и напоила водой. Ей очень хотелось снова сходить в гости к Бранну и поговорить о том, о чём они не успели поговорить вчера вечером. Сегодня её отец находился дома и занимался ремонтом, чинил шкаф в зале, у которого на днях под тяжестью книг обвалились полки. Мария, как обычно, занималась своими делами на кухне.
        «Когда это прекратиться!»,  — подумала Оберона. Её взгляд переместился на комод, на котором лежала тетрадь, подаренная, на седьмой её день рождение, дедом. Она поднялась со стула, взяла тетрадь в руки и легла на кровать вниз животом. Пролистала до нужной ей страницы, оставалось совсем немного до конца, всего страниц сто двадцать. В данный момент Оберона изучала строения имперского дворца, включая все его тайные проходы, которых весьма немало. Они находились как под дворцом, так и в его стенах. В виде чертежей и схем, в тетради указывалась каждая мелочь, вплоть до туалетных комнат и кладовых. Прочитанное изложение запоминалось легко. У Обероны также хорошо развита зрительная память.
        С первого этажа, приглушено, послышался Обероне голос Антона. Она захлопнула тетрадь, оставила её на кровати. Подойдя к двери комнаты, тихонько приоткрыла её. К ним в гости и вправду, не смотря на ливневый дождь, зашёл её дедушка. Значит дело важное.
        Оберона подошла к краю лестницы. У входной двери стоял Антон, он отряхивался от дождя, а Мария поддавала ему полотенце. Рядом с ними стоял Илья, держа в руках рабочие инструменты.
        — Привет дедушка!  — закричала радостно Оберана и быстро спустилась вниз.
        — Привет, привет!  — ответил ей радостно Антон и приобняв одной рукой, погладил по голове.
        — На улице дождь, как ты шёл?!  — обеспокоено спросила Антона Оберона.
        — Вот, пришёл весь мокрый,  — ответил он ей.
        — Хватит стоять в дверях, проходи в зал,  — пригласила Антона Мария.
        Входная дверь в зал располагалась прямо напротив кухонной двери. Илья зашёл в зал первым, а следом Антон и все остальные. Антон присел на диван, рядом с ним присела Оберона, а Мария и Илья присели друг напротив друга в кресла.
        — Что случилась?  — спросил Илья.
        — Ничего особенного, просто пришёл сообщить тебе, что на выходных нужно будет тебе срочно с Аегусом съездить в город, купить кое-что и зайти кое-куда,  — Антон говорил так, словно не желал выдавать какие-то секреты.
        Оберону заинтересовалась.
        — А мне можно с ними? Пожалуйста! Я хочу хоть раз побывать в Оливьере, тем более мне отец обещал,  — сказала она, жалобно посмотрев в глаза отцу.
        На морщинистом лице Антона появилась легкая улыбка.
        — Илья ты можешь взять с собой дочь,  — с разрешением обратился к сыну Антон.
        — А не опасно?  — осторожно поинтересовался Илья.
        — Опасно?!  — испуганно вскрикнула Мария.  — Нет, не поедешь Оберона!
        — Я ничего не боюсь!  — возмутилась Оберона и поднялась с дивана.
        — Ничего опасного,  — наконец-то смог ответить Антон.  — Я гарантирую!
        — Тогда и я еду,  — твердо сказала Мария.  — Без меня ни куда!
        — Ты мне не доверяешь?  — с улыбкой на улице поинтересовался Илья.
        — Доверяю, просто вы будете там ходить, дела свои решать, а дочь у нас, сам знаешь какая, улизнет, не заметишь! А я буду тут сидеть, переживать!  — ответила Мария со строгим выражением лица.
        — Пусть едет!  — сказала Оберона, посмотрев на Антона.
        Это всех рассмешило.
        — Ну, раз царь разрешил, тогда можно,  — с иронией в голосе разрешил Антон.  — Так уж и быть поедете вчетвером, меньше будет вопросов у городской стражи. Скажешь, что везешь жену и дочь к родственникам, да город посмотреть.
        — И сколько времени мы там будем гостить?  — поинтересовалась Оберона.
        — Два дня, одну ночь,  — ответил ей Антон.
        — Будет интересно,  — сказала себе под нос Оберона и мельком посмотрела в окно, за которым уже практически прекратился лить дождь.
        — Зайди к Аенгусу, он тебе всё объяснит,  — попросил Антон Илью и поднялся с дивана.
        — Ты уже уходишь?  — расстроено спросила Оберона.  — Я хотела поспрашивать тебя насчет чертежей дворца из той тетради!
        — О! Докуда это ты уже досчитала!  — удивился Антон.
        — Какая еще тетрадь?  — поинтересовался Илья.
        — Мне её дедушка подарил на день рождение, с изображением дерева на обложке,  — ответила Оберона.
        Антон уже надел сапоги.
        — Ясно, ясно,  — понял Илья, о какой тетради идет речь. Ему самому приходилось читать её и изучать для дела.
        — Оберона, потом я с тобой поговорю о чертежах, как только будет свободное время,  — ответил Антон, попрощался со всеми и вышел из дома.
        «Уже не будет»,  — подумала Оберона о времени и снова посмотрела в окно. Дождь прекратился, по окну стекали каплями.
        — Папа, ты сейчас пойдешь к Аенгусу?  — спросила она отца.
        — Да, минут через пять, приберусь только,  — ответил ей Илья, указав на разобранный шкаф в углу зала.
        — Можно я пойду с тобой? Мне к Бранну,  — попросилась Оберона.
        Илья удивлено посмотрел на жену.
        — У нашей дочери появился друг?!  — шутливо спросил он.
        — Она недавно с ним познакомилась. Представляешь, они даже вместе букашек ловили!  — подколола дочь Мария, вспомнив их предыдущий разговор о кузнечиках.
        — Я же не знала, что он использует букашек в работе, готовит с них лекарства,  — пробормотала Оберона и надула губы.
        Мария засмеялась, а Илья улыбнулся.
        — Ладно, пойдешь со мной,  — согласился Илья, поднявшись с кресла, он подошёл к разобранному шкафу и начал собирать лишний мусор.
        На лице Обероны появилась довольная ухмылка.
        Торжество во дворце Игнис походило к концу. Гости начали медленно расходиться. Владислав, до безумия уставший, еле держался на ногах. Он присел в одно из кресел стоящих вокруг круглого, небольшого стола, что в конце комнаты. К нему продолжали подходить, все кому было не лень, и прощаться напоследок. Только где-то часа через два народу стало значительно меньше. Владислав сидел, опрокинувшись спиной к спинке мягкого кресла, и думал о планах на завтрашний день. К нему подошёл Оливьер. Он уже не раз подходил к Владиславу за этот вечер, о чем-то пытался с ним поговорить, но его постоянно кто-нибудь да перебивал или опережал. Желающих пообщаться с помощником советника было бесконечно много. Видимо Оливьер посчитал, что сейчас самое подходящее время и место.
        — Мне так и не удалось с вами нормально поговорить,  — заговорил Оливьер.
        При разговоре у Оливьера вверх-вниз двигался его поросячий нос и порою привлекал внимание, но Владислав старался не отвлекаться и каждый раз сдерживал смех.
        — Да,  — вздохнув, сказал Владислав и улыбнулся.
        — Так вот,  — начал разговор Оливьер и присел в кресло, что ближе к Владиславу.  — Вы приехали сюда с определенной целью, я так думаю, иначе быть не может. Вас сюда Ваалберит направил?  — Оливьер говорил с осторожностью, желая в будущем услышать как можно больше ответов на свои вопросы, добиться заполучить полезную ему информацию.
        Владислав знал Оливьера: ему есть дело до всего, даже до того, что ему знать не положено. Оливьер постоянно что-то рыскает и узнает, мимо него не пройдет ни одна новость в империи.
        — Нет, император Велиал,  — ответил спокойно Владислав.
        К ним подошёл слуга с подносом, на котором стоял графин с водой и два стакана. Он молча разлил воду по стаканам и раздал их собеседникам, затем поинтересовался: нужно ли еще что-нибудь? Услышав в ответ отрицание, удалился. Владислав с удовольствием сделал глоток свежей, прохладной воды и вернул стакан на стол.
        — Сам император Велиал!  — воскликнул Оливьер, заподозрив что-то более важное, чем он думал, в визите помощника советника.  — Можете мне ответить, а какие именно дела вас здесь ждут, если это, конечно же, не государственная тайна?
        — Нужно выяснить, есть ли на землях скал тайные поселения людей,  — ответил Владислав, у него не было цели — скрыть правду, но и выдать то, что не следует Оливьеру, тоже не собирался.
        — «Тайные поселения» значит,  — тихо повторил слова Владислава Оливьер.  — За сто лет правления императора Велиала на этих землях уничтожено пять тайных поселений, думаете, они ещё здесь остались?
        — Мне ничего пока не известно и я просто думать не могу. Нужно достоверное, письменное подтверждение или опровержение их присутствия на востоке,  — не мешкая, ответил Владислав.
        — Смешно слышать от человека, что он ищет других людей, чтобы уничтожить их,  — с иронией сказал Оливьер и тут же, противно прихрюкивая, засмеялся.
        — Я — помощник советника, в моих полномочиях лишь вести переговоры, уничтожать задача других. Я знаю ваше отношение к людям, даже на меня вы смотрите свысока,  — язвительно сказал Владислав.
        Оливьер в этот момент пил воду, от услышанного замечания, он поперхнулся.
        — Да вы что!  — в голосе Оливьера звучал нервоз.  — Да никогда! Я?!! Я вас уважаю, и господина Ваалберита, и императора Велиала! Те люди, только, несомненно, не вы, с которыми я имею дело, все настроены против настоящей империи и положений Горгона! Они не подчиняются и поэтому строго наказываются!!!
        Владислав оставался невозмутимым, ему было интересно наблюдать за стараниями Оливьера, оправдаться.
        — Я вам друг и могу быть полезен,  — добавил Оливьер, но уже более спокойным голосом, желая заполучить полное доверие со стороны Владислава.
        — Не сомневаюсь. Мне придется в скором времени посетить и ваш город. Как проживает господин Абигор?  — поинтересовался Владислав.
        Оливьер заметно побледнел, глаза забегали, затем он выпрямился. «Он точно что-то скрывает»,  — прозвучали мысли в голове у Владислава.
        — У него всё чудесно. Живет, на самом краю моего города. Он со дня нашей с Мавис счастливой свадьбы не приходить гостить в мой дом. Не интересуется жизнью своей дочери — моей жены и жизнью своих внуков,  — недовольно скосив губы, ответил Оливьер.
        Абигор приходится тем самым родным дядей Деймосу и отцом Мавис. Он уже давно живёт не при дворе Игнис. Живёт уединено, после смерти своей любимой и единственной жены — матери Мавис, практически за пределами города Оливьера, в шикарных собственных апартаментах. Он редко выбирается в центр города. Так получилось, что отношения с родственниками, кроме Деймоса, у него не сложились. Но и племянника своего, особенно в последнее время, он тоже редко радует своими визитами.
        Абигор старше Деймоса всего на шесть человеческих лет. С детства они стали хорошими друзьями, до сих пор их дружеские отношения друг к другу не изменились — в это верит Деймос. Что касается Мавис, то её отношения с отцом после замужества резко обострились. Абигор не особо возражал против того, чтобы она вышла замуж за Оливьера, просто он позволил Мавис самой решить свою судьбу, но как он ей тогда сказал: «от твоего решения зависит наша дальнейшая связь и родство». В результате, Абигор даже не явился на рождения своих внуков. Ему стала абсолютно безразлична жизнь Мавис и жизнь её детей, не смотря на то, что жену свою — Мавеллу, он безумно любил.
        Мавелла умерла от серьезного заболевания крови. Ни один из демонов-колдунов ничем ей помочь не смогли, лишь продлили жизнь Мавеллы на двести с лишним лет. Демоны тоже смертны. С тех самых пор, как считает Деймос, Абигор в себе замкнулся. До последних своих дней, Мавелла в отличие от Деймоса навещала свою дочь и помогала ей во всем, любила нянчить своих внуков. Мавелла и Мавис внешне очень похожи: у них пшеничные волосы, смуглая кожа и голубые глаза, они обе стройные, изящны и высокие. Вот только, Мавис характером явно вышла не в мать и не в отца. Характер у неё ближе к дядиному, т. е. отца Деймоса, такая же жесткая, упрямая, хитрая.
        — У вас с моим тестем есть общие дела?  — поинтересовался Оливьер.
        — Весьма важные,  — ответил Владислав, не желая больше говорить о своих делах.  — Когда приеду с визитом в Оливьер, там всё узнаете, мне в принципе скрывать нечего, но и пока не вижу необходимости продолжать этот разговор.
        Оливьер улыбнулся и поднялся с кресла.
        — Я вам благодарен за разговор. Надеюсь скоро свидимся,  — это последнее, что за сегодня сказал Оливьер. Откланявшись, он поспешил удалиться из дворца Игнис.
        Владислав неподвижно посидел ещё пару секунд, затем поднялся и направился в свои покои. В его голове продолжали крутиться мысли о завтрашнем дне. Для начала необходимо всерьез поговорить с Деймосом, проинформировать его о готовящемся масштабном расследовании на земле скал. В душе Владислав искренне надеялся, что его расследование ни к чему не приведет и тайные поселения людей останутся так и не раскрытыми, но при этом, во благо себе и своим родным, он не мог себе позволить работать плохо, иначе это будет концом.
        На улице очень жарко, светило яркое солнце. Оберона сидела на траве под мостом у речки и смотрела, как плюхаются в воде соседские гуси и утки.
        Вчера она с отцом все-таки ходила в гости к семье Агро, точнее она навещала Агро Бранна. Они вместе подслушивали разговор их отцов. Аенгус и Илья разговаривали о том, что необходимо успеть сделать за два дня в городе. Для начала, как поняла Оберона из их разговора, они собрались посетить какую-то таверну, где им предстоял разговор с каким-то демоном по имени — Ксипе Тотек. Ещё им необходимо будет осуществить мелкие закупки. Оберону и Марию Илья планировал завести к своему другу и оставить там, чтобы тот их занял, пока он отсутствует. Услышанное не обрадовало Оберону, ей хотелось походить с отцом и Аенгусом по их делам. Перед отъездом из Оливьера их отцы собираются заехать к некому господину, который должен будет им предоставить полезную информацию касательно их последующих действий против империи.
        Вчерашним вечером Оберона и Бранн договорились сегодня встретиться, именно на этом месте, где она сейчас сидит. У Обероны есть план.
        С моста Бранн увидел Оберону и громко закричал:
        — Привет Оберона!!!
        Оберона подняла голову, поприветствовала его в ответ, и помахала ему рукой, чтобы тот спустился к ней.
        — Повезло тебе, ты скоро едешь с моим отцом и со своим в Оливьер!  — грустно сказал Бранн, присев на траву рядом.
        — Очень повезло,  — согласилась довольная Оберона.  — У меня к тебе важный разговор.
        — С чем связан?  — поинтересовался Бранн.
        — Помнишь ты говорил про колдовской язык, которому учат только демонов-колдунов?
        — Конечно… Только не проси меня тебя ему обучить, я на такой риск не пойду!  — решительно ответил Бранн и согнув ноги, обнял колени.
        — Ты мне не доверяешь?!  — возмутилась Оберона.
        — Доверяю!  — ответил Бранн и вскочил, чтобы выглядеть уверенней.
        Оберона тоже поднялась и встала прямо перед ним.
        — Тогда обучи! Мне очень нужно знать этот язык. Никто и никогда не узнает о том, что я знаю этот язык, я буду молчать! Даю тебе честное слово!  — настойчиво уверяла Бранна Оберона.
        Но Бранн был непреклонен.
        — Ты думаешь всё так просто? Когда-нибудь это всплывет, тогда погибнут все кто мне дорог и я сам тоже,  — с тревогой в голосе говорил Бранн.
        Оберона изобразила обиженный вид, конечно же, это всего лишь часть её хитроумного плана.
        — Ты не можешь на меня обижаться. Это не я придумал, а старейшины трех родов колдунов,  — пытался оправдаться Бранн.
        — У меня есть цель, защитить людей в предстоящей войне,  — гордо сказала Оберона, подойдя к краю берега реки.
        — Мы ничем не сможем помочь взрослым, потому что мы — дети!
        Бранн подошел к Обероне. Оберона улыбаясь и, посмотрела ему в глаза.
        — Ты да, а я смогу! Осталось лишь мне изучить запретный язык.
        — И как ты поможешь людям, если будешь знать язык колдунов, к тому же тебе всего семь?!  — усмехнувшись, спросил Бранн.
        - Если ты согласишься обучить меня языку, я непременно поведаю тебе свою тайну. Предлагаю сделку!  — хитро улыбаясь, ответила ему Оберона.
        Бранн озадачился. Его заинтересовало предложение Обероны. Сердце билось сильно, мысль о том, что кто-то может узнать о том, что он обучил обычного человека колдовскому языку, вызывала ужас в его душе, но в то же время, почему-то, Оберона вызывала у него доверие.
        — Твою тайну? Это ты о том, как можешь чувствовать: кто есть демон, а кто есть человек?  — спросил он.
        Для Обероны такой вопрос Бранна стал спасением или шансом избежать надобности раскрыть передним свою способность к ликантропии.
        — Да,  — не мешкая, ответила она.  — Я расскажу тебе о себе, а ты научишь меня языку.
        Бранн задумался, он закатил глаза и начал тереть рукой свой подбородок. Потом он повернулся к Обероне спиной и отошел чуть-чуть подальше. И вроде даже, как показалось Обероне, принялся сам с собой разговаривать.
        — Не беспокойся, я не выдам никому тебя, я понимаю свою ответственность,  — в процессе мучительных раздумий Бранна, утешала его Оберона.
        Спустя минут пять Бранн вернулся к ней. Он встал совсем близко, схватил Оберону за плечи, что её немного смутило, и начал тихо говорить:
        — Ты уверена, что хочешь учить этот язык? Хорошо, я тебя ему научу, но как только я тебя начну учить, дороги назад не будет! Помни, меня и мою семью могут казнить!
        — Не казнят!  — заявила Оберона и скинула его руки со своих плеч.  — Для этого не будет повода, я тебе гарантирую! Пожмём друг другу руки, в знак сделки,  — Оберона протянула ему свою руку.
        Бранн, без промедления, пожал ей руку.
        — Рассказывай, как ты определяешь демонов и людей?! Но если это окажется не равнозначным обменом, я с тобой никаких сделок не заключал!  — откровенно заявил Бранн.
        — В таком случае, ты можешь меня просто обмануть! Я тебе раскрою свою тайну, а ты просто назовешь её ерундой!  — возмутилась Оберона.
        — Тогда, о каком доверии идет речь?  — с доброй улыбкой на лице и со спокойным голосом спросил он её.
        Это заставило задуматься Оберону. Она повернулась к нему боком и стала смотреть в реку.
        — Ты прав!  — согласилась Оберона.  — Я — человек, родители мне родные и тоже люди. Все в нашем роду люди. Мы выходцы из предыдущей имперской династии — Бетельгейзе…  — Оберона словно напоминала в первую очередь себе, кто она такая, затем выдохнув, быстро произнесла,  — Я слышу лоа и могу с ними общаться.
        Бранн, от удивления, раскрыл рот, он не мог просто в это поверить. Оберона повернулась к нему лицом, чтобы увидеть его реакцию.
        — Ты шутишь?! Как ты можешь слышать лоа?!  — начал Бранн допрос, не заметив, как громко при этом он говорит.
        — Тише!  — попросила его Оберона, приставив указательный палец к своим губам.  — Хочешь огласки?! У нас договоренность!
        — Ты шутишь?!  — настойчиво повторил Бранн свой вопрос, но уже почти шёпотом.
        — Нет!  — твердо ответила Оберона, выпрямив спину.  — Я тебе это могу с легкостью доказать. Стоит лишь мне увидеть лоа и, при тебе я с ним поговорю. Благодаря такой способности я и распознаю, кто есть кто! И если демон под видом человека решить проникнуть в деревню, я его непременно разоблачу, как тебя, когда ты скрывал свой заостренные уши.
        — Тогда и договоры ты можешь с ними заключать?!
        — Нет.  — Оберона решила, что Бранну знать о её договоре с лоа не следует.  — Я пробовала, но это пока для меня тяжело, возможно, когда я подрасту, я этому научусь.
        Оберона старалась говорить убедительно, при этом, непрерывно, смотря Бранну в глаза.
        — И ты мне, правда, покажешь, как с ними общаешься?
        — У нас же с тобой сделка! Конечно, только терпение.
        — Хорошо, когда хочешь начать учить язык?
        На лице Обероны появилась довольная улыбка, глаза заблестели от счастья. Ей все-таки удалось уговорить Бранна.
        Это утро у Владислава началось с тяжелого пробуждения, он долго ворочался в постели, не желая просыпаться. После вчерашнего затянувшегося торжества, в честь его приезда, до самой поздней ночи у него болела голова, шумело в ушах, гудели ноги, что не давало уснуть. Дела не терпели отлагательства — это он прекрасно понимал. Еле продрав глаза, Владислав «сполз» с теплой постели и медленно направился в ванную комнату. Повернув кран, ванна быстро наполнилась водой, Владислав кинуть под ванну, в специальное отверстие, зажигательную смесь на подобии той, что использовал в своей лаборатории Бранн. Спустя некоторое время Владислав, уже расслабленный, лежал в горячей ванне и смотрел на горящие свечи, которые освещали это помещение. Он пытался не спешить, но мысли о предстоящих важных делах не давали покоя голове. Нельзя подвести Ваалберита, тем более императора.
        — Смогу ли я выполнить поставленную передо мной задачу?  — задался он вопросом вслух и, сморщив лоб, закрыл глаза.  — Конечно, смогу!  — тут же твердо ответил он себе. Владислав всегда, очень даже хорошо, справляется со своей работой, иначе бы Ваалберит не держал его в своих помощниках и не одобрил бы его кандидатуру на выполнение этой миссии.
        Владислав переживал о том, что ему придется искать тайные поселения, где проживают такие же люди как он сам. В душе сидела злость за то, что он не в силах будет спасти людей, если их сам же найдет и раскроет. Они все будут, непременно, казнены или уведены в рабство, и за это в ответе, будет лишь он один. Ради своего будущего, ради места под солнцем, где сейчас есть место только демонам, Владислав пытался всеми силами убить в себе чувства, такие как: жалость, добродетель, любовь, справедливость, сочувствие. Кажущийся бесстрашным, пугающим на столько, на сколько это возможно для человека, душа у Владислава продолжала быть светлой. Он — эгоистичен, труслив, не способен убить в себе совесть. Сердце болело за униженных и обиженных, при этом Владислав не мог в открытую поддать им руку помощи.
        В империи не осталось ни одного человека, который бы уважал его — так думал Владислав и был прав. Покоя ему не давали безответные письма к родителям. Он искренне надеялся на то, что они его не ненавидят и продолжают любить. Смотря в глаза людей, он чувствовал отрицательные эмоции по отношению к себе, а порой и открытое желание его убийства, но, несмотря на это, Владислав продолжал искать в толпе демонов именно человеческие глаза. Даже служанка Татьяна, что в первый день его проводила к покоям, улыбалась ему, при этом таила в душе ненависть.
        Четыре года назад, он отправился в первую свою рабочую поездку с Ваалберитом, именно из-за произошедшего случая с ним в той поездке, Владислав осознал, что теперь он — враг для людей. Всё начиналось хорошо. Они отправились в западные земли Фобоса, дорога была просто прекрасной, несколько остановок в разных городах, знаменательные, в плане познаний, встречи и разговоры с местными жителями добавляли энтузиазма в работу Владислава. За всё время в пути он прочёл много новых книг, услышал много интересных и захватывающих историй о старой и новой империи, ранее не известных ему. Ему казалось, что так будет всегда.
        Прибытие в Ундин, в столицу запада, ознаменовалось его знакомством с дочерью Фобоса и госпожи Барбелы — прекрасной Реей. Она произвела на него яркое, хорошее впечатление: веселая, улыбчивая, необычайно добрая для демона, тем более для зловещего, по образу своему, вампала. По детски наивна, беззаботна, застенчива, доверчива при этом имеет вторую сторону своего характера: сильна, решительна, настойчива. Рея в образе человека очень милая и невообразимо красивая. У неё: короткие до плеч, бордовые густые, объемные волосы, красный цвет у больших глаз, белая кожа, алые губы, ровный овал лица, длинная и изящная шея, аккуратно заостренные маленькие ушки, красивая фигура. Очень тонкие кости делали её внешне хрупкой, а ростом Рея, на тот момент была выше Владислава на голову. Внешность Рее досталась от Барбелы.
        Что касается Барбелы, то характер у неё жесткий, она требовательна, всегда ходит с высоко поднятой головой, горда, но способна проявлять снисходительность, особенно по отношению к дочери. На тринадцати летнего Владислава Барбела произвела пугающее впечатление, он её опасался и всякий раз при её появлении замолкал и не мог выдавить из себя ни слова, но так было тогда — при первой его встрече с ней. Став старше и мудрее, на три с лишним человеческих года, теперь он может спокойно с ней общаться на равных. Страх прошёл.
        Рея всегда выглядит хорошо, следит за своим внешним видом и гардеробом. У неё прекрасный вкус. Любит обувь исключительно на небольшом каблучке и нежные платья. Украшает прическу, шею, запястья рук и тонкие пальчики своих рук украшениями из драгоценных металлов с драгоценными камнями. В соответствии с демоническим возрастом ей примерно лет сто, а выглядит от силы на человеческих семнадцать — восемнадцать лет.
        Смотря на Рею, порою, Владислав забывал о том, что она демон. Они сразу нашли общий язык. За всё время пребывания в Ундине, Рея много болтала, шутила, смеялась, пыталась всюду увязаться за Владиславом, казалось, что ей не хватает внимания. Она единственная от кого он тогда не устал.
        В последний день, перед отъездом Ваалберита и Владислава, в город завезли пленённых людей из уничтоженного тайного поселения. Людей в цепях на ногах и руках, связанных между собой, раненых, голодных, словно скот, завезли во двор дворца Ундина и демонстративно выставили в линейку, склонив на колени. Это было сделано специально, чтобы ублажить взор советника, показать ему, как работа по поимке противников настоящей империи непрерывно продолжается. Ваалберит взял с собой Владислава, и они пошли осматривать рабов. Прогуливаясь мимо униженных людей, Фобос и Ваалберит жестко разговаривали о безрадостной дальней судьбе этих несчастных. Тогда Владислав медленно шёл за ними. Он ещё никогда не видел такого ужаса: грязь, кровь на рванных одеждах людей, витавший в воздухе запах смерти — эта картина пугала его. Среди людей имелись и дети, и женщины, и старики, в общей сложности он насчитал тридцать плененных человек. Люди поднимали головы и удивленно, даже с интересом, рассматривали мальчишку идущего позади демонов. Они не понимали: почему по абсолютному виду своему человек одет богато, как знатная личность, а
на его шей весит герб империи? Почему демоны уважительно к нему обращаются и интересуются его мнением? Люди начали переглядываться. И тут кто-то, освободив руку из оков, крепко схватил Владислава за ногу, от неожиданности, он напугался и замер на месте. За ногу, как оказалось, держала его, своей костлявой рукой, пожилая женщина, лет восьмидесяти. Она немощно смотрела ему прямо в глаза. В её глазах Владислав одновременно видел: боль, ненависть, злость и печаль. Старуха дрожащими губами задала ему вопрос: «Ты человек?». Владислав, оглядев всех пленников, ответил, что так и есть, он — человек. Тогда старуха задала следующий свой вопрос, но уже с надеждой в голосе: «Ты нас спасешь?». Этот вопрос Владислава озадачил. Он не знал что ответить. Он смотрел в её жалостные, потухшие глаза и не мог обмануть, не мог обнадежить, не мог соврать, не решался сказать: «Нет!». Чувство вины охватило его душу. Подошёл Фобос и, безжалостно, пнул по животу эту старуху. Скорчившись от боли, она повалилась лицом на землю, её рука ослабла на ноге Владислава. От ужаса у Владислава расширились глаза. В тот момент он ощутил на
себе — всю её боль, ему хотелось закричать и ударить в ответ князя лесных земель, но сделай это, он мог оказаться среди этих несчастных людей.
        Страх не позволил Владиславу совершить неисправимую ошибку. Женщины и дети заплакали. Все, без исключения, люди начали проклинать Владислава, обзывать его — поддонком, мразью и другими гадкими словами. Их зловещие взгляды пронзали его душу, как копья с ядом. Фобос и Ваалберит смеялись и словами утешали Владислава, хотя для него эти утешения звучали ещё более ядовито.
        В тот день Владислав словно умер. Он не заметил, как ушёл со двора и оказался внутри дворца. Владислав, прикрыв ладонями обеих рук свои губы, сидел на лестнице в холле, прислонившись головой к перилу. Всё тело дрожало. Он пытался собраться с мыслями. Неожиданное появление в холле Реи привело его в чувства. Она просто присела рядом, молча, словно чувствуя то же самое, что и он. Владислав принял решение быть сильным и твердо стоять на ногах, умело преодолевать все трудности. Возможно когда-нибудь, когда он добьется небывалых успехов и станет старше, он сможет защитить других людей. Этот день забыть себе он не позволит никогда!
        Сквозь стены ванной комнаты послышался глухой стук, кто-то стучал в дверь покоев Владислава.
        — Кто там?!  — как можно громче спросил Владислав, не желая пока вылезать из ванны.
        — Господин Владислав, вы пропустили обед, князь приказал принести его вам сюда!  — в ответ, также громко, раздался женский голос.
        Все-таки пришлось заставить себя подняться с ванны, взять полотенце, обтереться, надеть теплый байковый халат и впустить служанку. Татьяна вошла в покои, вкатив вперед себя тележку с обедом для Владислава. Она поставила её у кровати, подняла крышки с блюд, налила в стакан воды, а в бокал вино.
        — Вам ещё нужно будет что-нибудь?  — поинтересовалась она.
        — Нет, можешь идти,  — ответил Владислав и с любопытством подошёл к тележке с обедом.
        Татьяна поспешила покинуть комнату, плотно прикрыв за собою дверь.
        На обед у Владислава сегодня: большой, сочный, мягкий кусок мяса, два вида салатов — овощной и фруктовый, тарелка со сладостями, соусы и напитки. Все блюда красиво украшены зеленью и цветами, приготовлены со специями. Что касается мяса — оно у волкодлаков на первом месте в пище, они его едят сырым и любят запивать кровью, но специально для Владислава, как человека, это мясо поддано прожаренным.
        Часы показывали три часа дня. За окном святило яркое солнце. Владислав спустился в холл дворца. К нему вышел слуга-демон того же происхождения, что его кучер, т. е. звероподобный, похожий на барана.
        — Господин Владислав вы кого-то ищете?  — поинтересовался слуга.
        Владислав уже собирался ответить, как за его спиной раздался разъяренный голос Анны.
        — Мне ни капельки не жаль, пусть отрубят ему голову!!!  — Анна говорила это стражнику, с которым вошла в холл из соседней комнаты.
        — Как прикажите,  — ответил ей стражник, поклонился и направился к выходу из дворца.
        На лице Анны появилась довольная ухмылка. Она повернулась и, увидев Владислава, на миг замерла на месте, ухмылка сползла с её лица, походу она совсем забыла о том, что он гостит у них.
        — Здравствуйте!  — поздоровалась с ним Анна, улыбаясь дружелюбно.
        — Здравствуйте Анна!  — поздоровался в ответ с ней Владислав.
        Она поспешила приблизиться к нему. Её немного раздраженное и важное выражение лица выдавало её не добрые мысли.
        — Я приказала стражнику, казнить человеческого мальчишку-слугу укравшего хлеб из дворцовой кухни,  — самодовольно сообщила Анна, пытаясь задеть чувства Владислава.
        Чувства Владислава были задеты, но радости Анне своим упадком настроения доставить он не желал. Его лицо не выражало эмоций.
        — Вы всё правильно сделали, незачем идти на уступки ворам, а то почувствуют безнаказанность и продолжат своё гнилое дело,  — заявил он ей в ответ.
        Уже три года, столько Анна знает его, она пытается вывести Владислава из себя, но у неё ничего не выходит. Какие бы мерзости она ему не говорила, он — словно не слышит. Реакция всегда одна — спокойствие и терпение.
        — Замечательно!  — задрав высоко голову, сказала Анна.  — Вы не испытываете жалости к своим соплеменникам?
        — Я не знаю этого мальчишку, зачем мне его жалеть? А если бы даже знал, то за такое дело, сам бы наказал, возможно, не так жестоко как вы…
        — Вы считаете меня жестокой?!
        — Анна, как вы можете быть жестокой? Жестоки те, кто исполняют ваши приказы, а вы сама справедливость.
        - Умеете вы заговаривать зубы!
        — В мыслях такого нет. Я говорю то, что думаю.
        — Тогда, расскажите мне, что вы думаете о моем отце? Всегда хотела знать, какой он в глазах людей?
        Владислав широко улыбнулся. Словное спасение, в холл вошёл Деймос.
        — Анна, не донимай помощника советника!  — в приказном тоне сказал дочери Деймос и подошёл к ним.  — Что здесь происходит?  — поинтересовался он, обратившись к Владиславу.
        Видимо Деймос боялся подпускать свою дочь к Владиславу, из-за её не сдержанного характера.
        — Ничего особенного…  — ответил Владислав.  — Анна просто беспокоится о сестре,  — язвительно сказал он.
        — Странно!  — не без повода удивился Деймос, так как Анна ранее никогда не интересовалась жизнью Титании.  — Анна, можешь идти, у меня важный разговор с помощником советника.
        — Может, я могу в нём поучаствовать?  — спросила Анна приобняв отца.
        — Нет!  — строго ответил Деймос
        Анна зло хмыкнула и быстро вернулась в ту комнату, откуда недавно вышла с охранником.
        — Пожалуйста, не обращайте на неё внимания и не обижайтесь,  — попросил Деймос Владислава.  — У неё большие, просто огромные, тараканы в голове!  — он даже руками попытался показать, каких размеров.
        — Я всё понимаю. Она не единственная кто считает меня не достойным этой должности. Все-таки, я же не из числа демонов.
        — Нет! Что вы! Я знал много достойных людей во времена правления династии Бетельгейзе. Мне жаль, что у нашего императора — жесткая политика против людей и люди…  — не договорил Деймос.
        Узкие глаза Деймоса, неосознанно, расширились. Он осознал сказанное собой. Как он знал из сообщения Ваалберита, помимо поисков тайных поселений, Владислав приехал сюда разоблачать союзников врагов империи и Деймос не желал быть заподозренным в измене.
        — … О, я не имел в виду ничего плохого, я полностью доволен политикой императора,  — это всё что смог Деймос добавить в своё оправдание.
        Владислав елё сдерживал улыбку, Деймос выглядел весьма нелепо и даже испугано.
        — Не беспокойтесь, в вас я даже не сомневаюсь,  — убедительно сказал Владислав.  — Я думаю, нам следует продолжить разговор в другом месте.
        — Да, пройдемте в мой кабинет,  — согласился Деймос и повёл за собой Владислава.
        Кабинет Деймоса оказался очень просторным, светлым. Там всего один книжный шкаф, один шкаф с алфавитными и цифровыми (по годам) ячейками для дел, один шкаф под различные документы и широкий, оборудованный всем необходимым для работы, письменный стол у дальней стены. Посередине стояли два кожаных дивана разделенные продолговатым столиком, на котором были разбросаны какие-то бумаги. Все стены укрощают картины и факелы. Одно единственное широкое окно выходит видом на «Золотой луч».
        Деймос присел за стол, в своё кресло с высокой спинкой. Владислав разместился на кресле, с другой стороны стола.
        — И какая ваша основная задача на моих землях?  — поинтересовался Деймос.
        — Мне необходимо, для начала, исследовать ваши земли, изучить территорию, для этого мне нужно нанять воинов и слуг. В вашем городе это возможно сделать?
        — Конечно! Я позабочусь о найме воинов и слуг, а вы в это время займетесь более важными делами,  — заботливо предложил Деймос.
        — У меня все дела здесь важные.
        — Не сомневаюсь…  — Деймос достал из деревянной коробки сигару.  — Вы не против?  — спросил он Владислава и, услышав положительный ответ, закурил.
        Предлагать Владиславу сигару он не стал, так как прекрасно знал, что помощник советника не курит. По кабинету начал разлетаться дым со специфическим запахом, весьма приятным и совсем не едким.
        — Сколько слуг и воинов вам необходимо?  — поинтересовался Деймос.
        — Примерно 10 слуг и 25 воинов,  — ответил Владислав.
        — Хорошо! Я сделаю проще, выделю вам кого нужно из числа своих подданных.
        — Это будет ещё лучше.
        — Я прикажу предоставить вам подробную карту земель скал. Только вот, я думаю, вы вряд ли обнаружите на моих землях тайные поселения. Последняя деревня людей раскрыта и уничтожена лет пятнадцать назад.
        — Не поверите, но я буду рад, если ваши слова окажутся верными. Мне не особо хочется быть виновным в геноциде. Люди никогда не станут воевать с империей в открытую, они будут нападать скрытно, из-под тишка и наводить хаос в мире. Скорее всего, начнут с правителей и их семей, затем медленно подберутся к императору Велиалу, чтобы окончательно свергнуть его и взять власть в свои руки.
        Деймос потушил сигару об пепельницу и, немного наклонившись к столу, опёршись подбородком на руку, поинтересовался:
        — Вы считаете, что у людей есть союзники среди демонов?
        — Среди демонов и не просто демонов, а тех, кто занимает непосредственно высокие должности в империи.
        Такой ответ Владислава заставил Деймоса напрячься.
        — Вы уже кого-то подозреваете?  — осторожно спросил Деймос.
        Владислав, выглядя очень расслабленным и уверенным, пристально смотрел в глаза Деймосу, на его лице появилась легкая ухмылка.
        — Нет!  — твердо ответил Владислав.  — Но скоро императору будут известны имена этих демонов-предателей, так как я планирую работать во всю свою силу и не отступлю не перед какими трудностями. Все ради нашего великого и могучего императора Велиала.
        У Деймоса начался непрерывный, хриплый кашель, с тяжелыми вдохами, он достал из нагрудного кармана пиджака платок и приложил его к своим губам. Что-то, в этот момент, в нём Владиславу напомнило о Ваалберите.
        Глядя на Деймоса, казалось, что он что-то скрывает, но зная князя, Владислав мог предположить, что это странное его поведение обусловлено эмоциями, в особенности обычным волнением и большим желанием помочь в деле.
        — Я надеюсь, что буду полезен,  — сказал Деймос прокашлявшись.
        — Вы больны?  — поинтересовался Владислав.
        — Да вы что, я вполне здоров, у меня во дворце имеется один из лучших варлоков империи — Ярослав! Ему, кстати, примерно столько же, сколько вам лет, хотя, наверно, он будет вас постарше. Сколько вам сейчас полных лет, если не секрет?
        — Семнадцать. Он отсутствовал вчера на вечере,  — заметил Владислав, так как знал Ярослава.
        — Он отпросился по каким-то своим неотложным, важным делам и уехал в Оливьер.  — этот ответ вызвал некоторые подозрения у Владислава,  — Все-таки Ярослав старше вас на два года.  — Вспомнил Деймос,  — Вам всего семнадцать, а у вас уже такие полномочия! Такими темпами, вам до должности советника, знаете ли, не далеко осталось. Как, поживает Ваалберит?
        — Очень хорошо, горит желанием жить и работать!  — широко улыбаясь, ответил Владислав.  — В моих планах, нет замысла стать имперским советником.
        Деймос от удивления выпучил глаза, он считает, что Владислав своими стараниями добивается именно этой должности.
        — А на что вы тогда рассчитываете?!
        — Возможно, вы правы и когда-нибудь я стану советником, но более я надеюсь — на счастливую старость и безбедное существование, а ещё желаю, чтобы меня помнили за мою работу.
        Хоть и Владислав не преследовал цели стать однажды советником, но он не отрицал такой, в полнее вероятной, возможности.
        Рассвело. Наступил тот самый день, которого так ждала Оберона: наконец-то, она собственными глазами увидит город Оливьер. Мария собрала в дорогу все необходимое, включая: еду, салфетки, сменную одежду для себя, мужа и дочери, всё это она надежно упаковала в небольшой кожаный чемодан, а также отнесла в повозку теплые пледы, так как придется провести одну ночь в холодном лесу. За калиткой их уже ожидала повозка с откидным верхом, запряженная двумя лошадьми.
        За поводьями сидел Илья, а в самой повозке Аенгус. Своего мужа пришла провожать Яна. Оберона посмотрела по сторонам, но Бранна нигде видно не было.
        Мария приподняла Оберону, Аенгус её подхватил, и она оказалась на повозке, затем Мария закинула чемодан и залезла сама.
        — Всё взяли? Ничего и никого не забыли?  — повернувшись к жене, поинтересовался Илья.
        — Да!  — взглянув мельком на чемодан и Оберону, радостно ответила Мария.
        — Аенгус не забудь передать это письмо, кому следует!  — наказала Яна мужу, передавая ему белый свернутый листок, обмотанный черной нитью.
        — Хорошо!  — ответил ей Аенгус и, наклонившись с повозки, на прощание, поцеловал жену в губы.
        — Едем!  — сказал Илья и дернул за поводья. Повозка тронулась с места.
        — А где Бранн?  — повернувшись к Аенгусу, поинтересовалась Оберона.
        — Он приболел,  — ответил Аенгус с улыбкой на лице.
        — Приболел?!  — удивилась Оберона и вспомнила, что они вчера, играя, плескались в речке.  — Это из-за того, что он вчера промок?
        — Да, у него слабое здоровье и в жару он запросто может подхватить простуду,  — ответил Аенгус.
        Для Обероны это стало неожиданностью.
        Геката вошла в тронный зал и быстро осмотрела его по сторонам: абсолютно пустой, ни единой живой души. Она не стала задерживаться, и пошла обратно, откуда пришла. Навстречу ей, по коридору, шла служанка, неся в руках поднос с фруктами.
        — Стой!  — приказывающим тоном обратилась к ней Геката, когда они практически поравнялись друг с другом.
        Служанка незамедлительно остановилась и приготовилась слушать Гекату.
        — Ты знаешь, где сейчас император?
        — Да, он сейчас в казарме с Путом Сатанакием.
        — Зачем он там?
        — Мне неизвестно, госпожа.
        — Конечно, ты же обычная служанка!  — Геката махнула рукой, чтобы та шла дальше.
        Гекате необходимо было переговорить с императором, поэтому она решительно направилась в сторону казармы.
        Казарма, где жила основная часть многочисленной стражи имперского дворца, находилась во внутренних пределах дворцовой территории за главной башней. Там же располагалась огромная тренировочная площадка, где стражники могли, тренируясь, сражаться друг с другом или с крупными животными, изучать новые приемы борьбы, испытывать оружия, разминаться, играть в развлекательные игры, например: в футбол, или в шахматы и карты. В казарме имелись раздельные кухни и столовые комнаты — для простых воинов и их командиров, а также оружейные комнаты, спальные комнаты, комнаты для теоретического обучения. Также в казарме есть зал переговоров с длинным столом и досками по обе стороны комнаты необходимые для зарисовок и разработки военных стратегий.
        Пут Сатанакий — верховный главнокомандующий войском Велиала, стал им относительно недавно, лет восемьдесят назад, по рекомендации Оникса. За свою жизнь успел немного послужить отцу Велиала, после его смерти был долго советником Оникса. Велиал зная его воинственную натуру, без раздумий и возражения был рад передать ему управление своим войском.
        Пут относится к числу звероподобных демонов и выгладит очень устрашающе, как большой человекоподобный ящер с твердой темно-зеленой чешуей по телу, словно броня. На его больших ногах и руках расположены твёрдые чёрные когти, между пальцами перепонки. Пут ростом в два с половиной метра. Носит кожаные одеяния и доспехи, а также плащ с приоткрытым правым плечом, при нём всегда имеется меч и несколько ножей, с которыми он мастерски обращается. Характер у него не сладкий, он очень жесток, убивает без раздумий и жалости. Никто из воинов не желает с ним сойтись в схватке, так как в возбужденном состоянии, даже на тренировке, он может запросто лишить жизни побежденного. Он никогда ещё не проигрывал. Слуги дворца перед ним покорны и готовы исполнять его любые указания, конечно если они не противоречат указаниям Велиала. Велиалу Пут беспрекословно предан. Для Пута приказы императора на первом месте и он очень доволен тем, что должность — верховного главнокомандующего войска империи — досталась именно ему.
        Геката остановилась за углом, услышав разговор императора с Путом. Они сидели за столом, под навесом, у тренировочной площадки. Не смотря на шум в округе, от звона соприкасающегося оружия и многочисленных голосов воинов, Геката смогла различить голос императора. Она пожелала пока остаться не замеченной, чтобы услышать как можно больше.
        Велиал разговаривал с Путом о землях скал и о возможном там нахождении тайных поселений. Несколько раз прозвучало имя Владислава, император возлагал на него большие надежды, что не очень радовало Гекату. При каждом упоминании помощника советника лицо Гекаты становилась всё злее и злее, кровь закипала от ярой ненависти к нему. Из слов императора: Владислав должен, по заданию, изучить до мелочей земли скал, обследовать их при помощи воинов и слуг, затем отчитаться перед ним и ждать следующих указаний.
        Если тайные поселения имеют места быть, то туда Велиал намеривается отправить своё войско. Ему нужно захватить как можно больше пленных, которые смогут говорить. Убитые и немые — не к чему! Даже если тайных поселений не имеется на землях скал, поиски продолжатся на других землях, не исключая земли телхинов, до тех пор, пока не будут обнаружены все до единого поселения. Также Велиал предположил, что в империи завелись предатели среди демонов, кто-то желает свергнуть его и даже возможно занять место на троне. На первом месте по подозрению у императора — Деймос, так как он, по мнению императора, относится слишком уважительно к людям, на втором — Фобос, который первый выяснил и доложил о возможных диверсиях со стороны людей, что вызвало подозрения у императора. Велиал считает, что один из предателей скрывается в знатных кругах демонического общества и имеет значительные привилегии и власть. Пут со всеми высказываниями, предположениями и предложениями Велиала соглашался. По нему было видно, что он готов в любой момент взять в руки оружие и нанести смертельный удар врагу империи. Он жаждет сражений и
крови.
        Гекату взволновали предположения императора о предателях в числе знатных демонов. Её уже давно не посещали видения, хотя раньше они возникали всякий раз, когда императору угрожала косвенная или непосредственная опасность. За последние два года она не один раз виделась с Деймосом, Фобосом, Ониксом и многими другими уважаемыми личностями этого мира, кроме Аурума. Никто у неё не вызвал подозрений. Они все, на тот момент, казались ей довольными своими жизнями, покорными императору и чтящими положения Горгона. Геката не могла позволить себе упустить негатив к императору с их стороны. Мысль о том, что силы её не настолько могущественны, как она считает, не давала ей покоя, злила и раздражала.
        После ухода императора Геката не заставила себя долго ждать и со славами приветствия, выползла на встречу Путу, который, при её виде, поднялся из-за стола.
        — Приветствую! Что тебя сюда привело?  — Пут приобнял Гекату за талию.
        Геката не сопротивлялась, нежно взяла его за плечи. Как ни странно, но между этими двумя уже давно очень теплые, любовные отношения. Она потянулась к нему, и их губы соприкоснулись и слились в недолгом поцелуе.
        — Я заметила уходящего императора, он приходил к тебе?  — решила схитрить Геката.
        — Да,  — ответил он.
        — И что он хотел?
        — Ну, это не секрет, у императора есть некоторые опасения касательно князей земель. А ты разве не в курсе?!  — удивился он и, с улыбкой на лице, добавил,  — Ты же предсказательница?
        Гекату такое замечание разозлило, но она не подала виду. Она обогнула Пута со спины и приобняв его, положила ему на плечо свою голову. При ответе, старалась быть как можно более милой:
        — Дорогой мой Пут, я ничего не могу пока сказать насчет этого. Скоро я дам императору ответы, на интересующие его вопросы и это произойдет быстрее, чем это сделает гадкий человечишка — Владислав!
        Пут усмехнулся, потянул за руку Гекату и присев на стул, посадил её на свои колени.
        — Я так думаю, ты подслушивала наш разговор с императором?
        — Да ты что!  — возмутилась Геката.  — Я никогда не подслушиваю чужих разговоров!
        Пута рассмешила неискренность в голосе Гекаты.
        — Ты хитрая змея. Ладно, пусть будет так!  — он решил с ней не спорить.
        — У меня небольшая просьба к тебе,  — Геката нежно начала гладить его по шее и строить ему глазки.  — Ты можешь мне рассказывать о планах императора, которыми он будет делиться с тобой?
        - Посмотрим!  — твердо ответил Пут.  — Если это не будет секретной информацией, которая должна быть известна только мне и императору, то, так уж и быть, я буду осведомлять тебя.
        Геката нежно улыбнулась. В голове её крутились мысль о том, что она всё рано, любым способом, добьется от Пута необходимых ей сведений. У неё есть свой женский способ влияние на него.
        В ночном небе светили яркие звезды. Скрипели колеса у повозки. Укутавшись в теплый плед, Мария с дочерью сидели в обнимку и смотрели вдаль.
        — А у кого вы нас планируете отставить?  — Мария обратилась к рядом сидящему Аенгусу.
        — Мы завезем вас к Маммону,  — ответил Аенгус.
        — А кто он?  — спросила Мария.
        Оказывается, Мария тоже ничего не знает о друзьях Ильи в городе.
        — Он друг,  — ответил Аенгус.  — Уже очень давно помогает людям с тайных деревень.
        — И он — демон?  — Мария хотела узнать как можно больше о том, с кем ей с дочерью придется провести немало время в городе.
        — Да, но вам не о чем беспокоиться,  — успокаивал Аенгус.
        — Папа, а все-таки может быть мне можно походить с тобой и дядей Аенгусом по городу?  — попробовала попросить отца Оберона.
        Илья улыбнулся и мельком повернул голову в сторону жены и дочери.
        — Нет Оберона, тебе лучше и интереснее будет с мамой,  — ответил он ей.
        Оберона тяжело вздохнула. Она считает иначе: ей намного интереснее будет провести своё время в городе с отцом.
        К обеду следующего дня их повозка уже подъезжала к городу Оливьер. Оберона впервые увидела демонов-стражников, которые их остановили у самой границы города. Внешне похожие на облезлых зайцев и собак — они показались Обероне смешными, она еле сдерживала смех. Илья достал из своего портфеля какие-то документы и показал им, стражники их внимательно изучили, затем дали им разрешение заехать в город. Документы, которые Илья показал стражникам — это именные пропуска, ранее выписанные ему и членам его семьи, а также Аенгусу кем-то знатным в данном городе.
        Город Оберона представляла себе иначе, по крайней мере, более чистым и ухоженным, но везде валялся мусор, каменные дороги биты и давно не ремонтировались, много высохших и поломанных деревьев, клумбы с цветами практически опустели, явно, что до города никому не было дела.
        По оживленным улицам ходили одни демоны. Проезжая рыночную площадь, Оберона заметила несколько измученных людей, которые тащились позади своих хозяев с цепями на шее и на руках. Мария крепко держала дочь, она боялась за её психику, так как Оберона впервые в столь оживленном и чужом месте. Всё в округе у Обероны вызывало лишь интерес, никаких страхов и душевных переживаний.
        Илья завернул лошадей с повозкой в пустой переулок, проехав ещё немного, они остановились у крыльца каменного дома в два этажа. Дом выглядел дорого. Это был первый остановочный пункт в городе.
        — Здесь живет Маммон,  — сказал Илья, провожая жену и дочь к дверям этого дома.
        Из дома вышла молодая девушка-служанка, её демоническую принадлежность выдавали маленькие рожки на лбу и копыта на ногах.
        — Здравствуйте!  — доброжелательно улыбаясь, поздоровалась она со всеми.  — Господин вас уже ждет!
        — Хорошо, я заходить не буду, нет времени, я думаю, он не обидеться, а вы идите,  — сказал Илья смотря в глаза Марии.
        Мария и Илья поцеловались на прощание. Только после того, как Мария с Обероной вошли в дом Маммона, повозка с Ильей и Аенгусом тронулась с места.
        Марию с Обероной служанка проводила в гостиную комнату, там их встречал хозяин дома. Он сидел в широком кресле, сложив руки на своем большом животе, но при их виде поднялся и поспешил к ним подойти. Его внешний вид говорил о его принадлежности к числу высших демонов. На лице Маммона росла большая, густая, седая борода, на вид ему человеческих лет пятьдесят, но демонических лет гораздо больше.
        — Здравствуете семейство Бетельгейзе! Рад вас видеть у себя в гостях! Обращайтесь ко мне просто по имени — Маммон,  — доброжелательно он их поприветствовал, пожал руку Марии и наклонился к Обероне.
        Оберона ощутила сильную энергию демона. Хоть Маммон и выглядел добродушным стариком, но по сути, его душа черна и он не настолько прост, как кажется.
        — Ты Оберона?  — спросил он.
        — Да,  — вцепившись в юбку матери, скромно ответила Оберона.
        Ей нужно показать, на всякий случай, свой страх перед ним, которого у неё нет. Маммон выпрямился.
        — Вы наверно голодны, пройдемте в трапезную, там всё готово к обеду,  — пригласил он их отобедать и указал, куда нужно идти.
        В специально выделенной Владиславу Деймосом для работы комнате, он развернул и разложил карту на столе. Карта земель скал явно была составлена недавно, краска выглядит свежей, ещё не успела выцвести, изгибов не было, не было и лишних отметок, которые говорили бы о том, что картой кто-то мог пользоваться до Владислава.
        Он присел на высокий стул, наклонился ближе к карте и начал внимательно её разглядывать. Владислава больше интересовали скалистые местности, места вблизи воды и оврагов, а также местности окруженные лесами, в особенности те места, которые сочетали в себе большую часть этих признаков. Он долго разглядывал территорию вокруг города Оливьера и территорию около океана Амрита до самого города Игниса. Он словно чувствовал, что именно в этих местах земель скал что-то скрыто. В его планах, на этой неделе, посетить город Оливьер и заодно исследовать окружающий его лес и скалы. Владислав открыл блокнот и стал делать заметки, он записывал наименования городов, вплоть до мелких поселений. На карте Владислав обвел территории, которые, в первую очередь, подлежат детальному изучению на местности, и пронумеровал их по важности.
        За дверью послышались тихие, приближающиеся шаги. В дверь постучались.
        — Входите!  — не отрываясь от работы, ответил Владислав.
        Дверь заскрипела и в комнату вошла служанка — Татьяна.
        — Здравствуйте господин Владислав!  — Татьяна сделала уважительный поклон головой.  — Вас просит к себе госпожа Анна. Она просила передать, что у неё к вам важный разговор.
        Владислав выпрямился и недовольно сказал:
        — Если госпоже Анне так уж нужно со мной поболтать, то пусть соизволит прийти сюда сама! У меня много работы — передайте ей…  — он сделал паузу, затем добавил,  — пожалуйста!
        Татьяна вышла из комнаты. Владислав продолжил изучать карту.
        Не прошло и пяти минут, как без стука в комнату влетела Анна. Дверь широко распахнулось, и ударилась об стену. Всем своим видом и действиями она показывала Владиславу своё недовольство. Владислав же остался спокойным и непринужденным. Анна подошла близко к столу, оперлась на него обеими руками и грубым голосом заговорила:
        — Уважаемый Владислав, я вас попросила прийти ко мне на разговор, а вы посмели отказать?!
        Владислав поднял глаза и посмотрел на нее. На лице Анны, помимо недовольства, выражалось чистое недоумение.
        — Ну почему же отказал? Попросил вас прийти на разговор ко мне, что вы и сделали,  — он пытался быть вежливым.
        Анна недовольно фыркнула и сложила руки на груди. Стояла, задрав подбородок, напряжено и злилась.
        — О чем вы хотели со мной поговорить?  — спросил он и резко обвел на карте ещё один город.
        Анна мельком взглянула на карту.
        — Попрошу вас отложить в сторону карандаш!  — нахально попросила она.
        Владислав тяжело вздохнул и, подчинившись, конечно же, по собственной воле, положил карандаш на стол, затем выпрямился и пристально уставился на неё. Анна взяла стул, пододвинула его к столу, и присела прямо напротив него.
        — Насколько серьезно император Велиал подозревает моего отца в измене?!
        Владислав усмехнулся.
        — Вы беспокойтесь за своего отца или за себя?  — вопросом на вопрос ответил Владислав.
        Это Анну ещё больше возбудило, она сквозь зубы проговорила:
        — О чём вы вообще?! Конечно же, за отца.
        — Вы можете не беспокоиться, если же, конечно, ваш отец — не предатель. К тому же, у вас сейчас более важные заботы, необходимо как следует подготовиться к свадьбе с Кернунносом,  — смело съязвил Владислав.
        Анна крепко сжала зубы, её злила насмешка Владислава. «Кто ты вообще такой?!! Жалкий раб!!!  — в уме твердила себе Анна.  — Ну, подожди, дождешься ты у меня! Однажды я спущу тебя с небес!!!».
        — На землях скал нет предателей среди демонов. Вам Владислав нужно быть осторожнее в своих словах, вы понимаете, кто перед вами сейчас сидит?!  — она решила не нагнетать обстановку вокруг больной для себя темы свадьбы, но Владислава это всё равно позабавило.
        — Да, вы — дочь князя этих земель. Вы вправе делать всё чего пожелаете и принимать решения по жизни самостоятельно, а я, всего лишь, помощник советника императора.
        Анну такой ответ задел ещё больше. Злость продолжала в ней крепчать. Она не хотела лишний раз слышать о том, что Владислав — свободная личность, приближенный императора и имеет статус в империи практический равный статусу Ваалберита. Хотя Анне наплевать, кто он есть, и опасаться его, как многие, она не намеревалась.
        — Еще недавно вы, уважаемый Владислав, готовились стать рабом…  — речь Анны поспешно, не желая дальше слушать гадости в свой адрес, перебил Владислав:
        — Вам пора идти! Вы мешаете мне работать, думаю, не специально?!
        — Нет,  — двусмысленно, удивительно спокойно ответила Анна и, встав, направилась к выходу. Она была довольна, тем, что Владислав её услышал.
        Владислав внимательно провожал её взглядом, он не мог понять, что происходит в её «больной» голове. Анна резко развернулась с ухмылкой на лице, сделала поклон и ушла прочь, громко хлопнув за собою дверью. После её ухода Владислав облегчено вздохнул и, закрыв глаза, начал мыслями себя успокаивать: «Я — помощник советника, у меня в руках есть власть! Я умею за себя постоять!».
        Оберона вышла на крыльцо, на улице практически никого не было, но каждый, редко проходящий стремился на неё обернуться. Видимо человеческое дитя не в цепях и в чистой одежде вызывало у них интерес. Оберона с таким же интересом рассматривала их. Через пару минут на крыльцо вышла её мама, а следом за ней демон-слуга, у которого кожа напоминает кару дерева, на лбу четыре черных глаза без радужной оболочки, голова покрыта мхом, а руки похожи на ветки. Он относится к числу растениеподобных демонов.
        — Куда пойдем?  — спросила Мария Оберону.
        — За папой,  — в надежде ответила Оберона.
        Мария засмеялась и ответила:
        — Не получиться, а вот по магазинам пройтись можно.
        Мысль о прогулке по магазинам не приносила никакого удовольствия, но Оберона предпочла подчиниться матери, чтобы, хотя бы увидеть город, мельком изучить его и попробовать вечером незаметно улизнуть.
        Первый магазин, в который Оберона с Марией, под наблюдением Олана (так звали демона-дерева), зашли, находился на следующей улице от дома Маммона. Там торговали различными безделушками: бусами, браслетами, амулетами, часами, статуэтками и т. п., т. е. именно тем, что подойдет для подарков. Мария с интересом начала всё рассматривать и активно общаться с продавцом, который хоть и демон, но весьма дружелюбно отвечал на любые её вопросы. Оберона стояла у окна и смотрела на улицу. «Что интересно делает папа?  — мысленно спрашивала она себя.  — Как мне охота быть там, где он сейчас находится…».
        Илья вместе с Аенгусом зашли в таверну наполненную демонами. Демоны, не покидая своих мест, внимательно принялись их рассматривать и о чем-то перешептываться между собой. К ним навстречу по лестнице, ведущей на второй этаж, спустился высокого роста, крупного телосложения демон, с небольшой щетиной на лице, по происхождению своему он — волкодлак. Демон порадовался встрече с ними.
        — Приветствую вас!  — демон дружески обнял и похлопал по плечу Илью, а затем Аенгуса.
        Илья и Аенгус поприветствовали его в ответ.
        — Ксипе нужно поговорить,  — обратился по имени к демону Илья.
        Тут же, демон предложил гостям подняться наверх, в его кабинет, подальше от лишних ушей. Ему принадлежала данная таверна.
        Демона звали — Ксипе Тотеком, он является давним другом семьи Бетельгейзе, в своё время был знаком с отцом Ареса, с ним самим и теперь поддерживает семью Антона в их стремлении отвоевать империю.
        Они вошли в кабинет, после чего Ксипе закрыл дверь на щеколду, чтобы никто не помешал им во время беседы. Илья и Аенгус присели на стулья вокруг рабочего стола.
        — Может, желаете чего-нибудь выпить?  — предложил Ксипе.
        Илья и Аенгус согласились только на обычную воду.
        Ксипе достал два граненных стакана из шкафа, подошел кграфину с чистой водой на подоконнике, разлил по стаканам воду, подал гостям и присел на стул у своего рабочего стола.
        — Что-то произошло?  — поинтересовался Ксипе.
        Илья сделал глоток освежающей воды и ответил:
        — Мы больше ждать не можем и начинаем действовать.
        — И с чего или с кого вы планируете начать?  — спокойным голосом спросил Ксипе.
        — Мы начнем с песчаных земель. Неподалеку от столицы, города Одрадека, расположен небольшой военный лагерь, непосредственно починяющийся императору. Аенгус отправиться на днях в одну из тайных деревень той земли и совместно с людьми, при помощи усыпляющего снадобья, из под тишка нападет на лагерь. Таким образом, мы покажем императору серьезность наших намерений,  — поведал Илья.
        — Мне поможет мой друг, он тоже варлок, изготовить сильнодействующее усыпляющее снадобье,  — добавил Аенгус.
        — Вы не опасаетесь того, что не все войны уснуть?!  — тревожно спросил Ксипе.
        — У нас есть средство, которое вызывает галлюцинации и обездвиживает врагов, оно точно подействует на каждого,  — ответил Аенгус.
        — Ко всему прочему мы надеемся на поддержку с твоей стороны,  — добавил Илья.
        Ксипе Тотек улыбнулся и, поднявшись со стула, подошел к шкафу, достал ещё один граненый стакан для себя, теперь ему захотелось смочить горло.
        — Конечно, я вам помогу, у меня есть парочка наемников, которые за деньги согласятся на любую работу. Им наплевать на судьбу империи,  — ответил Ксипе, наливая себе стакан воды.  — Они как раз сидят внизу, в таверне, спустимся и договоримся с ними.
        Следующий магазин, который посетили Мария с Обероной, находился чуть дальше от первого, там торговали лекарственным зельем. Оберона без спроса у матери вышла на улицу. Мария не заметила отсутствия дочери и спокойно продолжала беседовать с лекарем, рассматривать предлагаемый ей товар, в это время Олан стоял подле Марии и не смотрел по сторонам.
        Оберона шла вдоль улицы, рассматривала дома, заглядывала в тёмные переулки. Незаметно для себя, она всё дальше и дальше уходила от магазина, где оставалась её мама с их охранником. Всё вокруг казалось интересным, и прохожие демоны её тоже интересовали, ровно столько же, сколько она интересовала их. Неожиданно, кто-то схватил за капюшон её плаща и дернул в сторону. Оберона обернулась и, увидев не знакомого ей демона, попыталась освободиться.
        — Что ты здесь делаешь человечик, совсем одна?!  — ухмыляясь, грубо спросил держащий её демон с зеленой кожей.
        Оберона заметила второго демона. Они оба чем-то напоминали лягушек, с плоскими лицами, черными круглыми глазами на висках и с маленькими дырочками вместо ушных раковин.
        — Не твоё дело!!!  — сгрубила Оберона и, расстегнув пуговицу на плаще у шеи, освободилась.
        Зеленый демон швырнул плащ Обероны в сторону.
        — Куда?!! Теперь будешь служить нам!!!  — закричал второй демон с серой кожей и тут же он схватил Оберону за руку выше локтя.
        Оба демона громко и противно засмеялись. Оберона дергала рукой и упиралась, продолжая попытки вырваться и убежать, но демон держал её крепко. Они потащили Оберону за собой.
        — Отпусти меня безмозглая тварь!!!  — закричала громко Оберона.
        Демоны среагировали на оскорбления и остановились. Серый демон, что её держал, с криком: «Человеческая дрянь!»,  — замахнул руку, чтобы ударить её, Оберона испугалась и закрыла глаза. Удара не последовало. За руку серого демона схватил совсем другой демон, появившийся внезапно.
        — Ты кто такой?!  — разъярено спросил серый демон незнакомца и оттолкнул Оберону.
        Она упала на землю и, открыв глаза, посмотрела на того, кто спас её от удара. Своим внешним видом незнакомец удивил Оберону. В стороне, рядом с противной лягушкой, стоял необычайно красивый молодой парень, лет двадцати. Прекрасный незнакомец оказался очень высоким, поджарого телосложения. Его белые как снег, волнистые волосы изящно ниспадали по его тонкой длинной шее отдельными прядями до самых плеч, а объемная чёлка немного приподнята и хаотично уложена на бок. У незнакомца: тонкие черты овального лица, чёрные густые ресницы и брови, большие миндалевидные глаза с ярко желтой радужкой и с кошачьими зрачкам, кожа очень светлая и бархатистая. Тонкие губы незнакомца в этот момент застыли в обворожительной улыбке, образовав милые, маленькие ямочки на худощавых щеках, при этом обнажились белоснежные зубы. Виднелись четыре клыка на верхней челюсти. Кончики его небольших, заостренных ушей вылезали из-под густых волос. Тонкие пальцы рук с темно-синими, длинными, заостренными ногтями крепко держали обнаженный меч в одной руке и приподнятую руку серого демона-лягушки в другой.
        На незнакомце был надет приталенный светло-серый кафтан, длиною чуть ниже пояса, с длинными рукавами и украшенный эполетами в шипах и цепях. Из-под кафтана выглядывала черная рубашка с широким воротником-хомутом, который с боку застегнут на три пуговицы. Чёрные кожаные штаны заправлены в темно-серые ботфорты с железными носками и с маленьким, широким, квадратным каблучком с тонкой железной вставкой у основания пятки. Оберона также заметила, что всё вещи на нём пошиты из дорогих материалов и очень чистые.
        Ответа так и не прозвучало со стороны беловолосого парня.
        Зеленый демон в порыве гнева обнажил свой меч, тая при этом плохие мысли в своей голове. Он мельком, злобно, взглянув на Оберону, приподнял свои глаза выше, но тут же его выражения лица изменилось. Он чего-то или кого-то позади неё испугался. Оберона заметила появившуюся тень на земле и, не понимаясь, обернулась. Рядом с ней, за её спиной, стоял другой незнакомец, не менее обворожительный первого. Он был одет: в чёрный, длинный, практически в пол кафтан без рукавов, в темно-синюю рубашку на пуговицах и с рукавами длиной в три четверти, на руках были надеты чёрные, кожаные, длинные до локтей перчатки с открытыми пальцами, а чёрные, кожаные штаны заправлены в темно-синие, замшевые сапоги. Из-под кафтана, на уровне талии, зловеще торчала рукоять меча.
        На первый взгляд, второй незнакомец внешне, абсолютно, похож на человека, но его демоническую сущность выдали его полностью чёрные, большие глаза, без радужной оболочки и зрачков. Смуглокожый незнакомец обладал очень миловидной внешностью, по виду он того же возраста, что и беловолосый парень, ростом чуть ниже. У него блестящие, чёрные, короткие волосы на голове с удлиненной челкой, черные густые брови, немного пухлые губы, тонкий аккуратный нос, тонкие длинные пальцы рук. Его лицо в этот момент выражало серьезность и спокойствие.
        Беловолосый парень грубо оттолкнул серого демона. Зеленый демон громко воскликнул, обращаясь к черноволосому парню по имени:
        — Господин Шакс!!!  — это было сделано для того, чтобы предупредить своего товарища.
        Оба демона-лягушки поспешили ему поклониться, они явно его знали.
        Беловолосый парень убрал свой меч в ножны. Оберона наконец-то поднялась с земли и принялась оттряхивать с себя пыль.
        — Что здесь происходит?!!  — недовольно спросил демонов-лягушек смуглый незнакомец по имени — Шакс.
        — Господин Шакс!!! Мы заметили человеческого ребёнка и посчитали, что он ничейный,  — дрожащим голосом пытался оправдать их совместные с серым демоном действия зелёный демон.
        Шакс усмехался. Он перевел свой взгляд на своего товарища, который в этот момент тоже посмотрел на него, но без особого энтузиазма в глазах, словно ему уже всё равно. Беловолосый парень уже настроил себя на несостоявшийся бой.
        Шакс нахмурил брови и возмущено спросил:
        — Что значит «ничейный»?! Как вообще ребёнок может быть «ничейным»?! Вы его, точнее, её спросили?! Посмотрите, девочка прилично одета, очевидно — она просто заблудилась!
        — Ты потерялась?  — спокойным голосом спросил Оберону беловолосый демон и, подойдя к ней, присел подле неё на корточки.
        — Не знаю,  — смущено ответила Оберона.
        Ей очень сильно понравился этот незнакомец, хотя в её душе присутствовала капля недоверия почему-то именно к нему, нежели к демону по имени Шакс. Очарованная Оберона, по-детски, влюбилась в беловолосого демона, сама того не осознавая.
        — Меня зовут Стикс!  — он представился и задал ещё один вопрос Обероне,  — Откуда ты пришла?
        В это время его друг продолжал разбираться с демонами-лягушками и читать им марали.
        — С магазина…  — Оберона, смотря в его пронзительно жёлтые глаза, не могла сосредоточиться и собраться с мыслями.
        Стикс еле заметно улыбнулся.
        — С какого? Если ты не помнишь, то пойдем, поищем твоих родителей. Тебе лучше не гулять по этому городу одной,  — его голос звучал очень нежно.
        — Идемте!  — обратился к ним Шакс.
        Демонов-лягушек видно уже не было. Шакс их прогнал, освободив от ответственности, без серьезного наказания.
        Стикс поднялся и выпрямился, он подал руку Обероне. Оберона, не отводя от него взгляда, схватилась за его руку.
        — Где твои родители?  — спросил её Шакс.
        У Шакса голос звучал более грубо, чем у Стикса.
        Придя в чувства, Оберона, не выпуская из своей руки руку Стикса, покрутилась на месте, внимательно осмотревшись по сторонам.
        — Идемте туда!  — ответила она, указывая пальцем свободной руки в сторону, откуда, точно знала, что пришла.
        Они втроём пошли по дороге в ту самую сторону.
        — Поторопимся!  — обратился Шакс к Стиксу.  — Нас уже наверно заждался Абигор.
        Оберона услышала знакомое ей имя и задалась вопросом: «Что может связывать этих двоих с Абигором?».
        — Ничего страшного, подождет ещё немного. Если бы не твоя настойчивость, я бы вообще не явился в этот мерзкий город,  — язвительно сказал Стикс с ухмылкой на лице.
        Изначально Стик показался ей очень загадочным, нечто необъяснимое и сложное скрывалось за его обворожительной улыбкой. Глядя на него, Оберона не могла определить его характер, толи он добрый простачек, то ли злобный гений. Что касается Шакса, то он для неё, напротив, открыт. Проанализировав при помощи своих способностей, Оберона смогла с легкостью определить его сущность: прирожденный лидер, который умеет разруливать любые, даже самые сложные ситуации, не конфликтен, холоден, вежлив, добр, ответственен. Оберона была уверенна, что этих двух связывают крепкие узы дружбы.
        Шакс опустил глаза и посмотрел на Оберону, которая, в этот момент, пристально их разглядывала.
        — Ты — стрига!  — открыто заявила Оберона, глядя в глаза Шаксу.  — А ты — дини-ши!  — обратилась она к Стиксу.
        Стрига — это один из видов человекоподобных демонов-вампиров, которые родом из пустынь «песчаных земель» империи, от чего их кожа очень смуглая. Питаются стриги — исключительно кровью и сырым мясом, не важно какого существа, их желудки с легкостью переваривают даже кровь пропитанную ядом. Обладают проницательным умом, очень догадливы и наблюдательны, из них выходят хорошие стратеги и следаки. У стриг есть способность к гипнозу: взглянув в глаза своей жертве, они обездвиживают её, вводят в транс и могут отдать кратковременный приказ на осуществление какого-либо действия. Под таким гипнозом жертва находиться не более одного часа, затем, по необходимости, стрига может повторить над жертвой данную манипуляцию.
        Что касается дини-ши, то эти демоны — вымирающий вид в империи. Они относятся к числу фейри, ранее проживавших на территории степных земель телхинов, сейчас там не осталось ни одного их поселения. Никому дополнено неизвестно, сколько вообще по свету разбросано представителей этого вида демонов? Как, собственно, не известна сама причина их вымирания.
        Дини-ши отличаются своей красотой, они подобно ангелам излучают невидимый, теплый свет и на первый взгляд кажутся безобидными, наивными, невинными, но это лишь маска. Воинственность у них в крови. Как полагается, за спиной у дини-ши должны быть белоснежные, перистые крылья, но у Стикса их нет. Оберону это немного озадачило.
        Оберона, поначалу, не была уверена в том, что перед ней дини-ши, но её способность определять сущность демонов — никогда ранее её не подводила, поэтому, называя Стикса дини-ши, она доверилась своим ощущениям.
        Шакс от удивления расширил глаза, замер на месте. Стикс также сильно удивился и, отпустив руку Обероны, остановился. Ей тоже пришлось остановиться. Парни, недоумевая, с изумлением смотрели на неё, а Оберона переводила взгляд то на Шакса, то на Стикса.
        — Откуда ты знаешь?  — спросил её Шакс, прищурив глаза.
        Оберона прикусила нижнюю губу, она сама не понимала: зачем она им это сказала? Только ещё проблем себе создала!
        — Оберона!!!  — совсем рядом послышался тревожный голос Марии.
        Оберона не успела отреагировать на голос матери, как Мария уже её развернула и крепко прижала к себе. Мария вся дрожала, хлюпала носом, по щекам текли слезы. Неожиданное появление матери — спасло Оберону от объяснения своим спутникам необдуманных своих слов.
        — Зачем ты ушла?! Мы вместе с Оланом тебя везде искали, бегая по городу, как сумасшедшие!!!  — Мария мельком взглянула на Олана, который стоял за её спиной.
        Оберона впервые видела настолько расстроенную и испуганную маму. От жалости глаза Обероны наполнились слезами, она еле сдерживала себя, чтобы не расплакаться в ответ. Ей хотелось успокоить маму.
        — Извините,  — тихо прозвучал голос Шакса.
        Мария и Олан осознали, что помимо них и Обероны, здесь ещё кто-то присутствует. Посмотрев на парней, Мария поднялась с колен, крепко сжала руку Обероны и поклонилась им. Олан тоже сделал уважительный поклон головой. Шакс и Стик не поленились поклониться им в ответ.
        — Простите, уважаемый Шакс!  — Олан, как демоны-лягушки, знал Шакса.
        — Я так понимаю, вы мать этого ребёнка?  — спросил Шакс.
        — Да,  — вытерев свои слезы, спокойно ответила Мария.
        — Следите внимательнее за ребёнком, этот город опасен для людей, как впрочем, любой другой в наше время!  — предупредил Стикс.
        — Вы наверно провожали Оберону? Спасибо большое!  — Мария была очень благодарна им.
        — Не за что,  — ответил Шакс.  — Мы спешим. До свидания!
        — До свидания!  — также попрощался с ними Стикс, а посмотрев на Оберону, добавил улыбку и помахал ей рукой.
        Шакс и Стик продолжили свой путь.
        Мария, Олан и Оберона попрощались с ними в ответ, а затем пошли домой. Оберона постоянно оборачивалась, смотря в след спасших её демонов, пока те не скрылись из виду. Её немного расстраивала мысль о том, что она больше никогда не увидит их, в особенности беловолосого парня. А еще ей было очень интересно знать: кто они такие и почему демоны знают только Шакса?
        — Олан, кто такой Шакс?  — поинтересовалась Оберона у Олана.
        — Он главный советник Оникса и главнокомандующий его войском,  — ответил Олан.
        Оберона очень удивилась тому, что может командир южной земли делать на восточной земле?
        — А ты знаешь, кто такой Стикс?  — спросила она Олана.
        — Стикс?!  — Олан явно не знал о ком идет речь.
        — Это беловолосый демон, что был со Шаксом,  — уточнила Оберона.
        — Нет, не знаю, кто он, в первый раз вижу,  — ответил Олан.
        Такой ответ расстроил Оберону, больше её интересовала личность Стикса, возможно ещё потому, что он — дини-ши. Как она сможет его хотя бы ещё раз увидеть, если она не будет знать кто он такой? Это не давало ей покоя.
        Мария заметила беспокойство дочери.
        — Что случилось? Тебя кто-то обидел?!  — взволновано обратилась Мария к дочери.
        — Нет, мама!  — ответила Оберона.  — Не мешай мне думать!
        На лице Марии появилась улыбка от того, насколько серьезно выглядит Оберона.
        Переговоры с наемниками прошли удачно. Ксипе Тотек не подвел. Аенгус и Илья остались довольны. Было обещано, что к назначенному дню, на территории песчаных земель у лагеря имперских войск соберется, как минимум, двадцать разных видов демонов. Все расходы пообещал на себя взял Ксипе Тотек. После переговоров Илья и Аенгус поехали к поставщику за товаром, для осуществления работы Аенгуса по приготовлению зелий и снадобий. Завтра в их планах предстоял ещё одни переговоры с очень важным демоном-союзником, который сам лично их пригласил в свой дом.
        Тем временем, во дворце Игнис.
        Анна широко раскрыла окно в своей комнате. В комнату влетела зеленоперая птица размером с голубя, но при этом с длинными, толстыми, серыми лапами. В когтях она крепко держала маленькую, розовую, обмотанную тонкой веревкой, коробочку из плотного картона. Глаза у птицы похожи на глаза мухи, на голове небольшой серый хохолок, на спине располагаются четыре крыла, два из которых, что ближе к голове, меньше на пять сантиметров других двух. Предназначением данных птиц является доставка почты весом не более двух килограммов. Они очень быстро летают и преодолевают огромные расстояния за считанные часы. Одна птица летит только в одну сторону, так как в пути затрачивает очень много энергии и, чтобы вернуть себе силы, ей необходимо, минимум, двадцать четыре часа полноценного отдыха. Обладают хорошей памятью и понимают языки демонов и людей, но сами не умеют говорить и вообще издавать какие-либо звуки. Стоит им только произнести имя получателя и адрес, как они сразу мчатся к нему.
        Анна закрыла окно и подошла к столу, на который присела птица-почтальон. Забрав посылочку, Анна взяла птицу в руки, подошла к двери, ведущей из её покоев, открыла её, подозвала служанку, передала ей птицу и плотно прикрыла за собой дверь. Внутри коробочки находился маленький свиток, на котором красивым мужским почерком выведен следующего содержания текст: «Госпожа, как вы того желали всё исполнено! Ожидайте в скором времени печальные известия. Прошу оплатить в срок, в денежном эквиваленте, в полном объеме, оставшуюся часть моих услуг, как было договорено ранее!». В письме не указывалось имен, и отсутствовала подпись отправителя.
        После прочтения тайного сообщения, Анна довольно закрыла глаза, облегчено вздохнула и тут же, запрыгав на месте как ребёнок, радостно завизжала. Её лицо озаряла счастливая улыбка, глаза блестели. Ноги понесли кружиться по комнате. Сообщение содержало в себе особый зашифрованный смысл, понятный лишь ей одной. Ещё немного порадовавшись, она поспешно сожгла тайное письмо, настежь распахнула окно, высунула наружу руку и стряхнула с пепельницы пепел.
        Анна с удовольствием наблюдала за тем, как ветер уносит тайну обращенную в пепел. При этом она покачивалась всем телом, словно в этот момент в её голове звучала прекрасная мелодия. Глаза невольно посмотрели на землю, внизу под её окном верхом на коне сидел Деймос, он, недоумевая, смотрел на неё и словно спрашивал: «Что тебя развеселило?». Анна изобразила гордость и, закрыв окно, плотно задернула шторы. Делиться с кем-то своим внезапным счастьем, по известной только ей причине, она явно не собиралась.
        Весь вчерашний вечер Маммон, Илья и Аенгус сидели в гостиной и о чем-то своем разговаривали, громко при этом смеясь. Не смотря на то, как её отец с ним общается — по-дружески, на равных, Оберона не могла привыкнуть к Маммону и продолжала тревожиться. Ко всему прочему, она не смогла вечером, как собиралась, выбраться из дома Маммона и исследовать город самостоятельно. Все окна в доме зарешечённые.
        Сегодня, ещё на рассвете, Илья и Аенгус поспешно уехали по своим делам. Перед отъездом Илья отчитал Оберону за вчерашнюю её выходку на прогулке и не разрешил больше выходить из дому до его с Аенгусом возвращения. Оберона с матерью снова остались в гостях у Маммона. Она решила не тратить время зря и пока находится в этом доме, хотя бы изучить книги, которые она видела в зале в книжном шкафу, но, конечно же, не без разрешения хозяина дома.
        Маммон после утреннего завтрака, как раз сидел в зале за рабочим столом и что-то записывал в большую тетрадь. Оберона тихо подошла к порогу зала и пристально уставилась на Маммона. Для неё никогда не представляло труда что-либо спросить даже у незнакомца или заговорить с ним первой, но почему-то именно с Маммоном всё иначе. Впервые, когда Оберона его увидела, он вызывал у неё некоторые подозрения и они как-то связанны с его сущностью высшего демона. Оберона не могла разобраться в своих ощущениях потому, что она не до конца понимала, как работает эта её странная способность — разбираться в сущностях. Практики маловато.
        Наконец Маммон заметил Оберону, находящуюся в дверях зала. Когда его глаза посмотрели на неё, Оберона уже собиралась уходить, так и не решившись с ним заговорить первой.
        — Чего скромничаешь?  — спросил Маммон её, при этом широко улыбаясь.  — Проходи, не стесняйся!
        Оберона смело вошла и приблизилась к столу, за которым сидел Маммон, остановившись в одном шаге от него.
        — Думаю, вы работаете, просто не хотела вас отвлекать от важных дел,  — оправдалась Оберона.
        Маммон отложил тетрадь в сторону и сцепил пальцы, положив руки на стол.
        — Ничего страшного,  — сказал Маммон,  — мне всегда было интересно посмотреть на семью Антона. Илью я знаю с его детства и за это время мы хорошо с ним подружились, а вот тебя и Марию впервые вижу. Мне хотелось бы о тебе узнать больше, говорят, что ты — маленький гений. Это правда?  — поинтересовался он.
        Оберона не знала, что ответить. Гением её в деревне называют часто, но никогда над этим она не задумывалась.
        — Твой отец мне рассказывал, что ты любишь много читать и изучать. Моментально запоминаешь всё, что когда-либо услышала или увидела.  — добавил Маммон.
        — Да, я люблю читать,  — ответила Оберона.  — И хотела одолжить у вас книжки,  — она указала на шкаф с книгами за его спиной.
        — Конечно, бери, какие пожелаешь! Даже могу подарить любую на выбор, — ответил Маммон и, поднявшись, открыл стеклянные дверцы шкафа.
        В зал вошла Мария.
        — Оберона, что ты делаешь?  — строго обратилась к ней мама.
        — Она собралась изучать книги,  — ответил вперед Обероны Маммон и, выйдя из-за стола, подошёл к Марии.  — Пусть изучает. Пойдемте, мне с вами нужно поговорить,  — он увел Марию в соседнюю комнату, чтобы не мешать Обероне.
        Довольная Оберона развернула стул Маммона и залезла на него, так она смогла дотянуться до всех книг. Перед ней открылся большой выбор, глаза разбегались. Много книг было из цикла «о демонах», их природных силах и способностях, но такие её не интересовали, так как она уже давным-давно подобные прочла. На самой верхней полке стояло четыре книги разных цветов: красная, голубая, зелёная и коричневая. Они содержали в себе сведенья о землях империи: красная — песчаные земли (юг), голубая — степные земли (север), зелёная — лесные земли (запад), коричневая — скалистые земли (восток). Оберона кое-как дотянулась и, по очереди, вытянула их все.
        Она удивилась, когда прочла на обложке книг имя единого автора. «Маммон! Значит он — писатель»,  — сделала она очевидный вывод и аккуратно положила книги на стол. Затем Оберона вернулась к поискам. И тут одна из книг притянула её взгляд и вызвала большой интерес своим названием: «Энциклопедия самых опасных убийц, наемников и разбойников империи. Внимание розыск!». Энциклопедия оказалась не такой уж громоздкой и тяжелой, всего в двести двадцать страниц. Пять книг она посчитала достаточным, тем более у неё не так уж много времени, через часов пять должны вернутся отец и Аенгус.
        Оберона уже решила, какую книгу попросить у Маммона в подарок.
        В главном холле дворца Игнис. Слуги ответили Владиславу, что Деймос ушёл к себе в кабинет. Владислав незамедлительно направился к кабинету Деймоса. Придя на место, он постучал в дверь, но ответа не последовало. Владислав слегка толкнул дверь, но она оказалась закрытой на ключ. Тогда Владислав решил дойти до кабинета советника Деймоса. Сорок с лишним лет, советником Деймоса является Геба, она не относится к волкодлакам, а принадлежит к числу западных водных фейри — броллаханам. Эти фейри родом из скал, у берегов океана Амрита, что на востоке граничат с лесными землями. Броллаханамы с легкостью приспосабливаются к любой местности: будь-то это жизнь под водой, под землей или на поверхности земли.
        Броллаханы демоны ни на кого не похожие, из толпы их отличить проще всего благодаря их полупрозрачной, блестящей при ярких солнечных лучах коже. У них длинное изогнутое тело, длинная шея, большая голова без лица (отсутствуют глаза, рот и нос). Длинные руки без пальцев больше напоминают щупальцы, а вместо ног у броллахан два отростка похожих на хвосты. И вообще их тело лишено каких-либо выступов, выпуклостей, впуклостей и растительности. Они словно густая, однородная, заключенная в плотную гладкую оболочку, светло-серая масса, если это женский пол и темно-серая, если это мужской пол. Эти существа очень плавные и неторопливые, при этом бесконфликтны, малоэмоциональны, но безоговорочно преданны тому, кого уважают и считают своим господином.
        — Да куда все делись?!  — разозлился Владислав, когда не обнаружил Гебу в её кабинете.
        Он посмотрел по сторонам в пустом коридоре и только сейчас осознал, что пока шёл до кабинета Деймоса и от его кабинета до кабинета Гебы — ему на пути не попались: ни один страж, ни одна прислуга. На мгновение показалось, что дворец опустел, но стоило только ему об этом подумать, как из-за поворота вышла Геба вместе с Анной.
        — Я думаю, всё будет хорошо, скоро вернется Ярослав и тогда…  — говорила Анна Гебе, но при виде Владислава, в ту же секунду, замолчала.
        — Здравствуйте!  — поздоровался с ними Владислав и поклонился.
        Геба поздоровалась с ним и неторопливо поклонилась ему в ответ. А вот Анна, презрительно посмотрев на Владислава, попрощалась с Гебой и гордо, высоко задрав голову, скрылась за поворотом. Такое непристойное поведение старшей дочери князя только развеселило помощника советника. Владислав еле заметно улыбнулся.
        — Вы о чём-то желаете со мною переговорить?  — спросила его Геба, плавно приблизившись, словно призрак.
        — Если честно, я шёл к вам узнать, где сейчас князь? Мне в холле сообщили, что он у себя в кабинете, но там его не оказалось,  — ответил Владислав.
        Геба развернулась к двери своего кабинета и легким прикосновением заставила замок, без ключа, открыться. Затем она вошла в кабинет и пригласила следом за собой пройти Владислава. Её кабинет ничем не отличался от других, хотя на рабочем столе и вокруг него царил абсолютный беспорядок, всё было завалено горами бумаг и свитками.
        — Князь Деймос сейчас беседует с Амаймоном. К сожалению, этот разговор продлится не один час,  — сообщила Геба и принялась медленно собирать упавшие со стола свитки.
        Амаймон является главнокомандующим войска Деймоса. Он принадлежит к числу катаханов — это звероподобный вид демнов-вампиров, живущих на территории скалистых земель. В отличие от песчаных стриг, они из облика человека могут принимать облик громадной летучей мыши с собачей мордой. В облике человека катаханы имеют от светлого до темного тона коричневую кожу (у Амаймона кожа имеет темно-коричневый оттенок). У них длинные заостренные уши с изогнутыми костяными крючками на концах, длинные толстые клыки, выпирающие из-за рта и спускающиеся до конца нижней губы. По характеру, в основном, очень злобны и властолюбивы, всегда ищут выгоду в любых делах. Амаймон ничем не отличается от своих сородичей. Он создал себе репутацию жестокого, но справедливого к своим воинам, военноначальника.
        — У вас что-то срочное к князю?  — поинтересовалась Геба, положив последний свиток на самый верх кучи свитков на столе.
        — Вы могли бы передать, что я…  — Владислав посмотрел на часы,  — уезжаю в Оливьер? Через час мне уже нужно выезжать, поэтому мне пора. До свидания!  — он попрощался с Гебой, поклонился ей и вышел из кабинета.
        От легкого хлопка дверью куча свитков посыпалась со стола на пол, но медлительная Геба успела парочку поймать. Свалив их обратно на стол, она присела на кресло и, вздыхая, вслух произнесла: «Не забыть занести князю лекарства на вечер. Поскорее бы господин Ярослав вернулся».
        Илья и Аенгус ожидали своего собеседника сидя на мягких кожаных диванах. Прислуга принесла им чай и печенье. Они находились в богато оформленной гостиной комнате. Все стены изрисованы сетчатым, покрытым золотой краской орнаментом. Мебель в гостиной сделана из красного дерева, с резными ножками, ручками, а с потолка свисает большая хрустальная люстра, заставленная темно-коричневыми свечами.
        Долго ждать себя хозяин не заставил. В гостиную вошёл высокий, худощавый, пожилой демон респектабельного внешнего вида, по происхождению своему волкодлак. Лицо его укрощала седая, шелковистая, длинная борода, спускающаяся ниже живота. На вид ему можно дать человеческих лет семьдесят.
        Илья и Аенгус, как только демон вошел в помещение, незамедлительно поднялись с дивана и поклонились ему, поприветствовав демона по имени — Абигор.
        — Здравствуйте!  — вежливо поздоровался Абигор с ними, слегка вниз наклонив голову.  — Присаживайтесь! У меня с вами значимый разговор.
        Абигор присел на диван стоящий напротив дивана, где сидят Илья и Аенгус. Поведение Абигора говорило о его высоком происхождении: гордый, уверенный в себе демон с хорошими манерами.
        В гостиную вошла прислуга и принесла еще одну кружку чая для хозяина, передав её ему прямо в руки. Абигор смочил горло перед разговором и неспешно поставил кружку с чаем на столик.
        — Аенгус, вы уже виделись со своим сыном?  — поинтересовался Абигор.
        — Нет, но он сегодня должен ждать меня в доме Маммона,  — ответил Аенгус.
        — Хорошо. Я вчера с ним разговаривал. Он подтвердил новость о том, что в Игнисе гостит помощник советника,  — сообщил Абигор.
        — Без самого советника?  — поинтересовался Илья.
        — Да. Старый Ваалберит остался в Абигоре. Велиал отправил на важное дело его помощника,  — усмехнулся Абигор.  — Заданием Владислава является раскрыть тайные поселения на этих землях. Мне кажется странным, что именно отсюда император решил начать, ведь о намерениях его свержения сообщил Фобос, почему бы не рыть на западе?!  — недовольно, но как можно спокойнее, ответил Абигор.  — Я опасаюсь за главное поселение. Не хотите ли вы переместить его ближе к северу, к землям телхинов?
        Илья и Аенгус переглянулись.
        — Нет,  — твердо ответил Илья.  — Пока опасаться нечего, вы думаете, что этот предатель людей сможет обнаружить надежно защищенное поселение моего отца?! Вряд ли! Мы уже переместили пять поселений, на песчаных и лесных землях.
        — Это ваше дело. Но не забывайте у нас договор, что если кого-то поймают, тот умолчит о своих союзниках,  — напомнил им Абигор.
        — Конечно!  — подтвердил Илья, а Аенгус в знак согласия кивнул головой.
        — У меня для вас есть хорошая идея. Она касается помощника советника. У нас есть прекрасная возможность избавиться от него.
        Аенгус напрягся, ему не понравилась эта «хорошая» идея.
        — Зачем?! Рядом с главной деревней! Он имперский слуга высокой должности, если с ним что случиться, начнется страшное…  — возмущено говорил Аенгус, но Илья жестом руки попросил его воздержаться.
        — Какие положительные стороны вы видите в этом?  — заинтересовался Илья.
        — Ты что, «за»?!  — недовольно обратился Аенгус к Илье.
        — Мы должны быть решительными в своих действиях! Нам предстоит свергнуть Велиала, а для этого необходимо убрать с нашего пути всех его союзников и верных слуг, сломать цепи, что сковывают нас,  — ответил Илья.
        — Одно дело действовать вдали от главной деревни! Если мы убьем Владислава на землях скал — это лишь только подтвердит догадки императора и всё имперское войско прибудет сюда по нашу душу! Тогда «цепи» станут ещё крепче,  — взволновано говорил Аенгус.
        — Можно обойтись без убийства Владислава,  — предложил Абигор.  — Захватите его в плен и попытайтесь заставить перейти на нашу сторону. Вдруг у него в душе осталось переживание за судьбу людского народа. К тому же, он — обычный человек и если на него не подействуют уговоры и пытки, то можно воспользоваться магическими силами, заставляющими убеждать. С помощью их влияния Владислав будет искренне верить, что сам решил принять нашу сторону, а по сути, будет марионеткой ведомой кукловодом!  — такое предложение Абигора понравилась и Илье и Аенгусу. Они воспряли духом.
        Оберона читала одну из выбранных ею книг, когда услышала чьи-то тихие шаги. Подняв глаза, в дверях зала, она увидела высокого молодого парня, поджарого телосложения, со светло-русыми волосами на голове и маленькими темными усами над губой, а одет он был в темно-зеленый кафтан. Оберона заметила, как ухожено и слишком чистым он выглядит: ни единой соринки, ни пылинки на его одежде и даже на его обуви нет, словно он не пришёл, а прилетел в этот дом. За его спиной крыльев не виднелось. Этот парень показался ей очень знакомым, хотя она никогда раньше его не видела. Парень посмотрел на неё и доброжелательно улыбнулся.
        — Здравствуй!  — поздоровался он с ней.
        — Здравствуйте! А вы кто?  — подозрительно спросила Оберона его, зная, что он — демонам.
        — Меня зовут Ярослав, я старший сын Агро Аенгуса,  — ответил он и, подойдя к столу, взял в руки одну из книг, которые лежали перед Обероной.  — Что читаешь?  — спросил он, раскрыв книгу.
        — Так вот почему ты мне показался знакомым! Вы с Бранном очень похожи,  — заметила Оберона.
        Ярослав рассмеялся, а Оберона лишь улыбнулась.
        — Бранн не говорил мне о том, что у него есть старший брат!
        — Обо мне принято мало говорить,  — с грустью в глазах сказал Ярослав.
        - Почему?
        Ярослав не успел ответить на её вопрос, в зал вошли: его отец и Илья в сопровождении Маммона.
        — Ярослав идём!  — сходу, строго, обратился к сыну Аенгус.
        К столу подошёл Илья и поздоровался с Ярославом. Они пожали друг другу руки.
        — Потом, когда-нибудь ещё свидимся,  — улыбаясь, сказал Ярослав Обероне и вышел из зала вместе со своим отцом.
        За ними последовал Маммон, а Илья решил остаться с дочерью. Он поднял Оберону на руки и поинтересовался: чем она таким интересным и увлекательным сейчас занимается?
        Ярослав с Бранном не только внешне похожи. Их отношение к жизни и вкусы в одежде тоже соответствуют. Ярослав очень открыт и добр, как Бранн и этим он понравился Обероне. Оберона ещё раз убедилась в том, что варлоки — дружелюбные существа, как впрочем, сказано во многих книгах. Их помощь людям просто необходима. Но ей показалось странным то, что она раньше ничего не слышала о Ярославе и то, что Бранн умалчивал о своем старшем брате. Недолго поразмыслив, Оберона, благодаря своей смекалке, сообразила, что это напрямую может быть связано с работой Ярослава. Теперь предстояло выяснить: где и кем он работает? Почему не живет вместе со своей семьей? Она уже знала: у кого можно выпытать ответы на эти вопросы.
        Владислав забрался в свою имперскую карету и поудобнее уселся, прислонившись головой к стенке. В дороге его сопровождать будут те же личности, что прибыли с ним из Астарота. С собою Владислав прихватил свои заметки, а ещё, для того чтобы разогнать тоску, пару интересных книг из художественной литературы. Предстояла долгая дорога до города Оливьера.
        «Как странно, Деймос так и не появился, чтобы проводить меня в дорогу,  — размышлял Владислав.  — Мне было приказано подозревать всех, но почему-то Деймоса мне хочется подозревать меньше всего. Если он в чем-то лжет и обманывает меня, то я буду расстроен!».
        ГЛАВА 3. КНЯЗЬЯ ЗЕМЕЛЬ. УЗЫ И СОВЕТ

        
        Серый, хмурый день. Птицы в городе не пели, лесные звери попрятались по норам. Солнце скрылось за облаками, беспощадно подул сильный и холодный ветер, затрещали кусты и кроны у деревьев, вдали послышались раскаты грома, с неба покапали мелкие крупинки дождя. Не прошло и пары минут, как начался ливневый дождь.
        Всё вокруг нагоняло тоску. Рея повязала вокруг своей головы черный платок, который скрыл её необычно красивые бордовые волосы. Вся в чёрном одеянии она стояла у окна, её большие глаза наблюдали за каплями дождя, быстро стекающими по стеклу. В дали из окна виднелся бушующий океан, на волнах которого покачивались корабли и лодки пришвартованные к берегу. Чуть приоткрывая губы, Рея медленно вдыхала воздух и выдыхала его уже через нос. Рея пыталась собраться с мыслями и настроиться на проходящее во дворце города Ундина: тяжелое, трагическое событие, по поводу которого собралось очень много народу в этот день.
        В небольшую комнату, которая располагалось на втором этажа дворца, где в данный момент находилась Рея, сквозь стены просачивались приглушенные голоса и тихие шаги всех присутствующих во дворце.
        В дверь постучали, Рея резко обернулась, тут же дверь открылась. Вмести с Титанией, пока она входила в комнату, прорвались уже громкие звуки, доносившиеся снизу из холла. Рея облегчено вздохнула, закрыла глаза и присела на диван.
        — Ты почему здесь одна?  — поинтересовалась Титания и, взяв Рею за руку, присела рядом.
        — Ты же знаешь, что я не люблю шумные собрания, даже если они связаны с похоронами!  — тихо, не решительно ответила Рея.
        Титания улыбнулась.
        — Ничего не поделаешь!  — Титания грустно посмотрела в окно.  — Хоть успели до начала дождя, а то бы сейчас стояли на кладбище и мокли!
        — Как ты думаешь, разве он мог так нелепо погибнуть?!  — сомневаясь, спросила Рея.
        Этот вопрос подтолкнул Титанию на размышления, она закатила глаза вверх, смешно скривив при этом губы.
        — Думаю-ю-ю, нет! Кернуннос был очень воинственным по натуре, знал как обращаться с оружием. Думаю, смертельную стрелу в себя он пустил, конечно же, не сам.
        — На охоте всякое может быть,  — задумалась Рея.  — Но я просто представить не могу, как он так нелепо мог погибнуть? Не вообразить, просто от лихой стрелы?!
        — Что случилось, то не изменить.
        — Как мне жаль бедную Анушку!  — расстроено сказала Рея.
        Не сдержав себя, Титания громко рассмеялась. Рея удивлено посмотрела на неё.
        — В чем дело?!  — спросила Рея с тревожной интонацией в голосе.
        — Ну, зря ты Анну жалеешь, ей это только в радость. Она не собиралась замуж за Кернунноса. Не удивлюсь, если это она из-за кустов в него стрелу пустила,  — шутливо ответила Титания.
        — Тише! Еще услышит…
        — Не беспокойся, не услышит, она внизу в холле с отцом.
        — У вас такие странные отношения с сестрой. Я в семье одна, но мне всегда хотела иметь братиков или сестёр. Мама говорит, что чем меньше детей, тем меньше распрей в семье, наверно она права,  — сказала Рея и тяжело вздохнула.
        — Госпожа Барбела умная женщина и знает что говорит,  — высказала своё мнение Титания насчет матери Рей.
        — Мне жаль Небироса, а ещё Керридуэн, Лету и Негу, какие они все бедные, несчастные, остались без сына и брата!  — грустно, не переставая вздыхать, говорила Рея, смотря куда-то в сторону.
        Старшим ребёнком в семье Небироса являлась Лета, затем шли Кернуннос, Керридуэн и самая младшая Нега. Промежуток в годах рождения детей Небироса небольшой, Лета старше Керридуэн и Кернунноса на десять человеческих лет, а Негу на тринадцать лет.
        Когда сестры узнали о гибели брата, то тут же от горя попадали в обморок, а на похоронах не переставая ревели, что касается самого Небироса, то он на похоронах не произнес ни слова, погрузившись в себя. Таким жалким и поникшим, обычно сильного и могущественного советника запада, ещё ни кто и никогда не видел. Когда, два года назад умерла его жена и мать его четверых детей, от тяжелой демонической болезни, он выглядел таким, словно ничего и не произошло. Он мог и улыбаться, и смеяться, стойко стоял на ногах, хотя сказать, что совсем не переживал — неправильно. Он глубоко внутри страдал душой.
        Особенно тяжело пришлось Керридуэн, они с Кернунносом являлись двойняшками и именно она в тот день, когда он уезжал на охоту сильно переживала, предупреждала его о грозящей опасности и не находя себе покоя металась по дому в ожидании его возвращения. Керридуэн обладала даром предвиденья, от которого она мучилась. Ей часто снились сны о том, что ждёт её в будущем, но иногда они были запутанными и тяжело толкуемыми. Перед трагическим днем ей приснилась дождливая беззвучная ночь, и она стоящая под чёрным зонтом перед маленькой ямой, в которой лежала дохлая белая крыса. В этом сне Керридуэн разобралась сразу после пробуждения, но просто не знала с какой стороны ей ждать беды.
        Нега, придя в себя после обморока, поначалу просто не могла поверить в случившееся и вела себя весь последующий день как обычно: дочитывала книгу, слушала музыку, гуляла в парке. Но уже на похоронах сорвалась так, что её пришлось срочно в слезах и истерике увести домой. Сейчас Нега находится дома в окружении слуг и стражников, а также под наблюдением лекаря. На прощальный ужин, проходящий во дворце, обеспокоенный Небирос ей не разрешил появиться. Нега, как Керридуэн имеет свою способность видеть чужие болячки, но лечить их не умеет. То, что её брат ушёл из жизни, будучи здоровым и крепким — не укладывалось в её голове.
        Лета, как старшая сестра, взяла на себя обязанность утешать сестёр, и старалась держать себя в руках, подавая им пример. У неё тоже имеется своя особенная способность, она может при мощи своих рук и слов успокаивать тревожащихся, словно заставляя их забыть о печали. Действовала её магия на клиента не долго, всего несколько часов.
        — А ещё мне жаль близкого друга Кернунноса. Не смотря на то, что он представитель города Ао, он лил такие слёзы у надгробья! Хотя положение в обществе, не говорит об эмоциональном состоянии души.
        — Перестань Рея,  — попросила её Титания.  — Ты всех жалеешь! Хватит, давай лучше поговорим о чем-нибудь другом.
        — О чем?
        — Ну-у-у, например… о помощнике советника?!  — улыбаясь предположила Титания.
        Рея смутилась, покраснела, но её глаза загорелись, на лице засеяла счастливая улыбка.
        — Что именно ты хочешь услышать?  — застенчиво спросила Рея.
        — О том, как сильно ты его любишь,  — чуть игриво произнесла Титания и засмеялась.
        — Я… и не отрицаю… Зачем ты мне вечно об этом напоминаешь?!\ У меня и так душа болит,  — Рея печально опустила глаза вниз.
        — Да, тяжело. Он ведь человек, скоро состариться и помрет.
        Рея возмущено открыла рот, словно задыхаясь.
        — Титания! Какая ты злая! Не нужно так говорить… я… не переживу.
        — Я же в шутку!  — сказала Титания и посмеялась.  — Если ты хочешь быть с ним, то скажи ему об этом.
        — Я то скажу, не сомневайся, а вот если он услышит… пфу-пфу, мой отец сразу же решит выдать меня замуж за какого-нибудь остолопа, как твой отец твою сестру Анну!
        Титания засмеялась так, что смехом своим заразила Рею.
        — Да, но видишь, как для Анны всё удачно сложилось? Теперь у неё есть шанс связать свою жизнь с тем, кого любит. Учись на её ошибках, она скрывала свои шуры-муры с Амаймоном и не подозревала, что отец договаривается о её замужестве, а когда они решили рассказать о своей связи, уже было поздно!
        — Но мне такого счастья не видать, Владислав — человек и это всё объясняет.
        Рея снова загрустила.
        — Он — не просто человек, а помощник советника, второе лицо во дворце после Ваалберита!  — подметила Титания, указательным пальцем указывая на потолок.
        — Да, он… он — человек,  — продолжала твердить Рея.
        Титания изобразила невозмутимое лицо.
        — Подождем и посмотрим! Время всё покажет, что тебя и меня ждет, надеюсь только хорошее… А теперь пойдем вниз, нужно показать свое уважение к покойному.
        Рея согласилась с Титанией. Они поднялись с дивана и, держась за руки, направились в холл дворца. Балкон второго этажа был заполнен гостями. Попрощаться с Кернунносом приехало много народу, со всех сторон света. Не исключением стал и сам император, он не присутствовал на самих похоронах, так как в это время был в дороге к городу Ундину и прибыл в то время, когда Рея ещё болтала с Титанией.
        Рея шла следом за подругой, крепко сжимая её руку. Все вокруг одеты в чёрные ничем не примечательные, однотонные наряды. Она посмотрела вниз в холл, где рядом с её отцом стоял Деймос, Оникс и Велиал в чёрном спущенном с одного плеча плаще, который до самого низа украшали вышитые золотые узоры, что собственно и привлекло её внимание.
        Велиал, всем своим величественным образом, выделялся из мрачной толпы. Князья с императором о чем-то разговаривали, их лица то были серьезными, то расплывались в улыбке. Не хватало данной компании ещё Аурума, впрочем, он никогда не появлялся ни на каких сборищах, кроме как на совете князей, который за сто лет правления Велиала прошёл всего один раз.
        Титания резко остановилась, от неожиданности Рея врезалась в её спину. Восторженная Титания резко развернулась и схватила растерянную Рею за плечи, чем её немного напугала.
        — Впереди, смотри, впереди!  — сквозь зубы произносила Титания, глаза её сверкали от счастья.
        Рея немного в сторону нагнула голову, выглядывая из-за неё. Сразу же ей на глаза попался Шакс. Он стоял в пяти шагах от них, в полусогнутом состоянии, оперевшись обеими руками на перила балкона. Шакс медленно сделал глоток вина с бокала, устремляя томный взгляд куда-то вниз. Рея проследила, куда он смотрит: прямо на императора, по крайней мере, ей так показалось.
        — Рея, а вот тот, от кого я без ума!  — с восхищением продолжала говорить Титания.
        — Шакс?!!  — удивилась Рея с озадаченным выражением лица.
        Титания оторопела, она опустила руки с плеч Реи и выпрямилась.
        — С ума сошла?! Меня смазливые — не привлекают. Рядом с ним кто стоит?!  — выпучив глаза, махая руками, возмущалась Титания. Она смешно выглядела.
        Рея ещё раз внимательно посмотрела в сторону Шакса, поначалу она даже и не заметила за его спиной Асмодея. Асмодей являлся помощником Шакса. Выглядел очень мужественно: высокий, мускулистый демон со светло-коричневой кожей, темно-коричневыми волосами и карими глазами. Принадлежит Асмодей к числу катаханов и является младшим, двоюродным братом Амаймона.
        От неловкости Рея легонько тонкими пальцами одной руки прикрыла губы, но всё же не сдержалась и рассмеялась до слез. Титания засмеялась в ответ. Окружающие демоны, недоумевая, начали странно на них поглядывать и перешёптываться между собой. Шакс и Асмодей тоже обратили на весёлых подруг внимание. От пристального взгляда Асмодея Титания резко покраснела, растерялась и, схватив Рею за руку, помчалась в противоположную от них сторону. Рея, продолжая истерично смеяться, пыталась притормозить, но Титания крепко её держала и упорно тянула за собой. В результате они оказались в саду дворца. И там упав на мокрую траву, продолжили громко смеяться и трепетно обсуждать своих любимых. Разгоряченные подруги не чувствовали дующего со всех сторон легкого и холодного ветра, а также мелких капель дождя стекающих с крон деревьев прямо на их головы и одежду.
        — «Лярва — преступник первого класса из числа наемников…» — прочла вслух Оберона из энциклопедии, которую ей подарил Маммон. Её взгляд быстро бегал по тексту, отбирая самоё интересное.
        — Лярва, значит «Маска»,  — пояснил Бранн.
        Они оба читали эту книгу, лежа на полу в зале дома Обероны.
        — Не умничай, я знаю!  — Оберона утомленно посмотрела на Бранна.
        — Что дальше в книге?
        — Здесь сказано, что: «… личность Лярвы до сих пор неизвестна, никто точно не знает, как он выглядит и где его искать… Хитер, предприимчив, не берется за мелкие задания, не приносящие большую прибыль… Принимает заказы на осуществление преступной деятельности только через посредников… Ещё никому не удалось выйти на его след. Взятые под стражу посредники, либо не выдают его тайны, даже под самыми жестокими пытками, либо каким-то образом «обводят вокруг пальца» следаков… Работает чисто, не оставляя за собой следов. Основное оружие, применяемое Лярвой в своей незаконной, профессиональной работе: арбалет, а стрелы, используемые им, изготовлены чистой платины…». Интересно, где он набирает посредников, которые «даже под самыми жестокими пытками» не проговариваются?  — Оберона задумалась.
        Бранн пристально уставился на неё, ему не терпелось узнать больше информации об этом наемнике.
        — Ну же! Как он выглядет?!
        — «Образ Лярвы из слов очевидцев: чёрное одеяние, белая маска с красными линиями»,  — прочла Оберона и добавила от себя,  — походу очевидцы от страха так удирали, что не успевали разглядеть преступника. Здесь больше ничего о нём толкового не сказано.
        — Жаль!  — расстроено сказал Бранн.
        — Думаю на сегодня достаточно, мы уже изучили с тобой пятерых разбойников и двух наемников… Давай лучше ты продолжишь учить меня языку!
        Бранн тяжело вздохнул.
        — Ты уже знаешь алфавит…
        — И что?! Этого не достаточно, я могу только читать! Хочу уметь: составлять полноценные предложения из слов и говорить на вашем языке так, как на родном!  — настаивала Оберона.
        — Тише!  — испугано попросил её Бранн, так как ему показалось, что Оберона говорит слишком громко.
        — Извини,  — тихо извинилась перед ним Оберона.  — Давай пойдем в наше тайное место.
        Оберона поднялась с пола, положила энциклопедию на журнальный столик, схватила Бранна за руку и потащила за собой на улицу.
        Тайное место этих двоих находилось у водопада, где Оберона впервые встретила лоа по имени Иштар (лиса). Там в дупле одного из деревьев они запрятали книги на языке демонов-колдунов, а ещё для ведения записей: тетради и карандаши.
        Поначалу Оберона думала, что ей будет тяжело изучать чужой язык, но всё оказалось проще простого, благодаря её хорошей памяти и быстрому соображению. За месяц, Оберона с легкостью выучила алфавит, счёт, а ещё изучила очень много отдельных слов. Бранн поражался её способностям, так как он изучает этот язык с двух лет и честно признаться, до сих пор не знает его в совершенстве. Такими темпами Обероне хватило бы года занятий, до полного познания языка колдунов, с хорошим учителем, такими как, например: Агро Аенгус или Агро Ярослав.
        На второй день после своего приезда в город Оливьер Владислав отправился в гости к Абигору. Абигор встретил его весьма гостеприимно, хотя раньше они лично знакомы не были. Владислав слышал и знал о дяде Деймоса только из слов других, включая слов Ваалберита — это связано всё с тем же, что со дня смерти своей жены Абигор ведет практически затворническую жизнь.
        Исходя из того, как любит выражаться Ваалберит в некоторых ситуациях: «Мне никогда не быть глухим идиотом, как Абигору!», у Владислава сложилось весьма неправильное мнение и представление об Абигоре. Владислав представлял себе поникшего, измотанного, обросшего с ног до головы волосяной растительностью демона, потерявшего смысл и всякий интерес к жизни. Но вся эта чушь в его голове, в день их встречи мигом развеялась. Хотя длина бороды Абигора совпала с той длинной, которую внушил себе Владислав, но она оказалась ухоженной и без единой соринки в её седых волосинках.
        Как только Владислав заговорил о тайных поселениях, о необходимости своевременно, до возникновения реальной угрозы, раскрыть преступников среди людей и уничтожить их всех, как желает того великий и могучий император, Абигор громко рассмеялся и этим смехом вызвал у Владислава легкое недопонимание. Поначалу он даже не понял, что такого мог сказать, что вызвало у Абигора такой эмоциональный выплеск. Оказалось Абигора развеселило то, что он не ожидал услышать столь громких и зловещих слов от человека. Он был уверен в том, что люди готовы друг за друга постоять до последнего и никогда по собственной воле не подчинятся демонам. Абигор представлял себе Владислава марионеткой, но теперь он ясно видел, что Владислав в какой-то мере и кукловод. Они оба ошибались друг в друге.
        Владислав ожидал, что переговоры будут сложными. Много времени ушло на бессмысленный, даже маразматический разговор. Абигор практически не давал ему вставить своё слово, говорил много и сам, иногда совсем не по теме, например: о пасмурной погоде за окном, о птицах гнездящихся у него в саду, о том, что в песчаных землях живут стрекозы размером с его голову и по ночам они пьют кровь с мертвых, ещё неостывших, тел. На вопросы отвечал увилисто и многозначно, при этом держась уверено и непринужденно. Ему сложно возразить, перебить его речь, а тем более поставить его на место. Но Владислав не растерялся и постепенно приспособился к манере общения Абигора, что, конечно же, не понравилось Абигору. На сказанное Владиславом: «Меня устраивает моё нынешнее положение…», Абигор откровенно заговорил о том, как его не устраивает правление Велиала, в том числе используя дерзкие слова в отношение к императору: жалок, глуп, не далек. Он уверенно держался в речах, ничего не боялся и твердил:
        — Нужно просто сжечь Горгон, уничтожить сложившуюся систему за последних сто лет, при возможности вернуть власть людям!
        Абигор не страшился и не осторожничал. Иногда ухмылялся, надсмехался, даже умудрялся переводить всё в шутку. Владиславу с каждой минутой общения с ним становилось всё страшнее и страшнее. Он уже не мог возражать, словно в речах Абигора он слышал собственный голос. Со многим сказанным, Владислав сам того не осознавая глубоко в себе соглашался. Он злился и нервничал, но старался не показывать виду, быть сильным и сдержанным. Владислав так и не смог раскрыть внутреннюю сущность Абигора, излишняя откровенность делала его неуязвимым. Сразу и не поймешь: то ли он предатель, то ли просто напросто сумасшедший старик, каким его считает Оливьер.
        Вернулся Владислав от Абигора в дом Оливьера изнеможенный, уставший и весь в раздумьях. Он не знал, что написать Ваалбериту в отчете, ведь он так и не услышал ответа от Абигора на главный свой вопрос: слышал ли тот, о тайных поселениях на территории востока или вообще на территории империи в целом? Владислав решил воздержаться от подготовки отчета, пока не добьется от Абигора серьезного разговора.
        Что касается остального, за время пребывания в Оливьере Владислав ничего толкового и важного для себя не узнал. Наемные стражники и слуги из числа войска Деймоса продолжали обшаривать земли скал, но никаких положительных вестей касательно месторасположения тайных поселений не доставляли. Словно какие-то невидимые силы охраняют людей. Это и радовало Владислава и расстраивало. Радовало в том плане, что пока на нем нет греха за убийства и разрушения, а расстраивало, потому что Ваалберит практически каждый день, находясь даже вдали от него, не переставая давил и требовал результатов. Птицы-почтальоны только и успевали доставлять из дворца ему почту, а Владислав отписываться и оправдываться.
        Тихонько войдя в дом своего дедушки Оберона села на лестницу и сквозь перила принялась наблюдать за гостями в его доме, одним из них был её отец. Главной её задачей было быть незаметной и не мешать серьезному разговору, чтобы послушать всё до конца и не быть отправленной домой к маме. Она пропустила начало, но застала самое главное. Илья, Аенгус и Антон объясняли другим людям, каким образом и когда они планируют взять в плен Владислава. Они планируют напасть на его карету, когда тот будет покидать город Оливьер, а когда именно это произойдет, им сообщит Абигор, либо Ксипе.
        Оберона ни разу не видела Владислава, не знала, какой он по характеру человек, только лишь читала в какой-то книге его краткую биографию, портрета там, конечно же, не имелось. В биографии сухо говорилось о том, что он выходец из закрытого поселения людей, располагающегося рядом с границами Астарота, даже не указывалось какого он года рождения и сколько ему лет, но как слышала Оберона, на сегодняшний день ему, то ли шестнадцать, то ли семнадцать лет. В основном в биографии говорилось о его должности, полномочиях, работе с Ваалберитом и перечислялись его не многочисленные заслуги.
        Послушав разговор людей в доме Антона, Оберона решила для себя, что перед тем как люди начнут свою операцию по захвату Владислава, ей необходимо начать действовать первой. Для начала Оберона захотела увидеть его собственными глазами, затем она планировала установить с ним контакт, попробовать переговорить, выяснит о нём как можно больше, а потом уже решит, что делать дальше. Она надеялась на то, что сможет запугать и надавить на помощника советника, перетянуть его на сторону людей, впрочем, этой же идеей горят её отец и дедушка. Иначе Владиславу просто не жить.
        Прощальная с Кернунносом церемония продлилась пять дней, так полагается прощаться с важными личностями в империи. На пятый день все кто желал, посетили могилу покойного, и возложил на неё цветы, после чего все разъехались по своим домам. Император и Оникс уехали ещё раньше, на второй день после своего приезда. Анна пожелала остаться гостить вместе с Титанией. Она обещала отцу не задерживаться, и вернутся домой вместе с сестрой. Очевидно, Анна не горела желанием встречаться с Владиславом, к тому же на земле скал временно, по делам, остается Амаймон.
        Небирос, Амаймон, и Асмодей (вместо Шакса), как военноначальники трех княжеств, должны провести между собой переговоры касательно уничтожения тайных поселений, затем документально отчитаться в принятом решении и предоставить план дальнейших действий Путу Сатанакию, таковым был приказ императора.
        По горящим глазам Анны можно сказать, насколько она счастлива такому трагичному (уж точно не для неё) стечению обстоятельств. Теперь есть шанс стать женой Амаймону. Она уверена в том, что её отец возражать не будет, ведь когда она заявила, что не желает выходить замуж за Кернунноса, так как безумно любит Амаймона, Деймос лишь ответил: «Зачем ты мне сейчас об этом говоришь? Поздно, уже всё решено!». Сколько слез было пролито с её стороны до помолвки и сколько после, сколько потеряно нервов, теперь Анна не могла позволить снова кому-то управлять своей судьбой. Она решить сама, как и с кем ей жить дальше.
        Даже находясь в городе Ундине рядом с отцом своего покойного жениха, она не скрывала и не стеснялась своих чувств к Амаймону. Анна поджидала его каждый раз у зала совещаний, крепко его обнимала и нежно целовала. Небирос видя это — оставался равнодушным, ему откровенно было всё равно, как ведет себя несостоявшаяся его невестка, он больше переживал за то, что потерял единственного сына. Что касается Амаймона, то он, скорее всего, тоже радовался тому, что теперь у Анны нет жениха, но старался особо не показывать этих чувств, чтобы не навредить своей репутацией. Когда довольная Анна подлетала к нему на «крыльях любви» при других, он просил её вести себя скромнее. Но оставаясь наедине, влюбленные много говорили о своих чувствах, признавались друг другу в любви, страстно любили друг друга и мечтали о счастливом общем будущем.
        Рея и Титания решили отвлечь дочерей Небироса от их горя и увести к берегам Амрита, отдохнуть и развеется. Титания даже ради этого отказалась от ежедневных встреч с Асмодеем, которые могли бы её с ним сблизить. Это её и отличало от сестры, которая в основном думала только о своих чувствах. Титания умеет сопереживать и сочувствовать другим, любит помогать, хоть иногда и могла показаться грубой.
        На берегу Амрита они развернули небольшой палаточный лагерь. Взяли с собой необходимое количество слуг, много вкусной еды, сладких и горячительных напитков, т. е. всё самое необходимое для обеспечения себе беззаботного и легкого отдыха. Три сестры поначалу выглядели уныло и мало говорили, но двум хохотушкам, в лице Реи и Титании, к концу второго дня на природе удалось их расшатать и развеселить. Они впятером, на протяжении остальных пяти дней непрерывного отдыха, практически не вылизали из воды. У них для этого имелся плывучий плот обустроенный лежаком и столиком посередине. Всю неделю, пока они находились на берегу Амрита, погода радовала их своими солнечными днями и теплыми вечерами, звездными ночами, а вода в океане была безмятежной и теплой.
        Мрачный лес. Сквозь крону деревьев кое-где проскальзывали тонкие лунные лучи. Абсолютная тишина, словно всё в округе умерло, пугала. Что-то влекло Владислава там, в дали и чем дальше он уходил от изначальной точки своего прибытия в это жуткое местечко, тем темнее становилось в округе. Под ногами зашуршала сухая листва, хрустели ветки. Он не осознавал куда идет, ноги сами его вели туда, глаза стремительно смотрели вперед. Постепенно он вошёл во мглу, и снова вернулась тишина, земля под ногами затвердела и стала каменной. Но во мгле он всеми фибрами души ощущал чье-то невидимое присутствие. Нечто пряталось. Что-то зашевелилось во мгле, дрожь пронеслась по телу. Раздался зловещий, похожий на волчий, рык. В кромешной темноте заблестели два красных глаза, они угрожающе смотрели прямо на Владислава. Тварь начала медленно приближаться к беспомощному Владиславу скребя когтями. У Владислава от страха перепёрло дыхание, он, медленно пятясь назад, не отводил от красных глаз взгляда, боясь упустить их из виду.
        — Что тебе нужно от меня?!!  — тревожно закричал неведомой твари Владислав.
        В мгновение тварь подпрыгнула и, набросившись на Владислава, опрокинула его на спину. Каменный пол, что ещё был секунду назад, растворился, под собой он почувствовал мягкую землю усыпанную сухими листьями. Владислав открыл глаза и мгла рассеялась. Вокруг снова росли деревья. Над собою Владислав увидел морду черной собаки, которая оскалив зубы, нахально улыбалась, а над ними в ночном небе висела огромная красная луна. Собака смотрела ему прямо в глаза, и с каждой минутой её облик становился ужасней. Страх сковал тело Владислава, словно смерть подошла слишком близко и её коса в виде собачьих когтей медленно впивалась в его глотку.
        — Ты!  — громогласно ответила собака и широко разинув пасть, крепко сжала в зубах голову Владислава.
        От боли и страха Владислав соскочил с кровати, запутался ногой в одеяле и упал на пол подле неё. Лежа на холодном полу, приводя дыхание и разум в порядок, он измучено смотрел по сторонам и медленно осознавал, что это был лишь кошмарный сон, но такой реальный, как никогда ранее ему не снилось. Владислав сел на кровать, стер рукой пот со лба и погрузился в раздумья. У него осталось чувство чьего-то присутствия, но в выделенной для него небольшой комнате в доме Оливьера, кроме него самого, в данный момент никого быть не может. «Черная собака… к чему она может сниться?  — размышлял Владислав.  — Может к врагам? По приезду нужно будет узнать у Шейлы». Шейла частенько толковала для него сны и весьма точно, хотя это никак не относилось к её основному роду деятельности. Торговать именно этими своими способностями почему-то она не желала.
        Надев халат, Владислав вышел на балкон своей комнаты и оперся обеими руками на перила. На улице начинало светлеть. Он наблюдать за неспешным передвижением слуг и стражников во дворе. У закрытых ворот стояла карета, по обоим бокам которой прикреплен герб востока. Карета явно прибыла из Игниса. Скорее всего, у Оливьера с самого раннего утра гости. Владиславу захотелось знать: кто это может быт? Он уже собрался уходить с балкона, как откуда не возьмись, сбив его с ног взмахами своих крыльев, огромная птица нагло влетела прямо к нему в комнату через открытую балконную дверь.
        Оторопевший Владислав сидел на полу балкона и смотрел, как птица метается по его комнате. Долго она себя ждать не заставила и важно вышла на балкон. Владислав продолжал сидеть на том же самом месте и поначалу, даже не рисковал делать резких движений, так как не подозревал чего именно ожидать от хищной птицы. О том, что птица хищная говорил её огромный, похожий на орлиный, клюв и мощные лапы с острыми когтями. Чёрную птицу укрощали рыжие перья на хвосте, а также рыжие перья у ушей на голове и синие перья на груди.
        Повернув голову немного на бок, птица пристально уставилась на Владислава.
        — Да что это такое?! Спокойно Владислав. Лучше бы это тоже был сон. Это точно сон,  — говорил себе Владислав и, набравшись мужества, медленно начал подниматься на ноги при этом нерешительными взмахами рук отгоняя птицу.
        Птица, подпрыгнув, залетела на перила балкона и, открыв свой огромный клюв, разборчиво заговорила, очевидно, обращаясь к Владиславу:
        — Это не сон и ты от меня никуда не денешься!  — при этом птица словно улыбалась, и голос её звучал громогласно.
        Затем, одним взмахам крыльев, она взлетела и скрылась за навесом над его балконом.
        Как только птица улетала, Владислав забежал в комнату, закрыл на крючок балконную дверь и задернул занавески. Он находился в шоковом состоянии, недоумевал от того, кто сейчас перед ним был: птица-пересмешник или демон-ликантроп. Ему хотелось верить в первое, хотя во втором убеждался больше.
        — Как ужасно началось утро! Что эта птица хочет от меня?! Что может значит это её «никуда не денешься»?!  — тихо сам с собой разговаривал Владислав.
        Первый пункт Оберона успешно выполнила. Она взглянула в глаза противника, или друга, как время покажет.
        В окно раздался стук, Владислав от неожиданности вздрогнул. Он медленно приоткрыл занавеску. За окном по балкону прыгала птица-почтальон с привязанным к ноге письмом.
        Это письмо от Деймоса, в котором он сообщал о своем возвращении с похорон Кернунноса в Игнис. Теперь можно спокойно уезжать из Оливьера, только вот от Абигора Владислав так и не добился ясного ответа на свои вопросы.
        После первого их разговора, два раза Абигор отказывал ему во встречи, под предлогами: болен, на охоте. Только вчера, с третьей попытки, всё же ещё одна встреча удалась, но когда Владислав заговорил о тайных поселениях, Абигор ответил:
        — Я ничего не знаю, и знать об этом не желаю! Никого отношение к тайным поселениям не имею и иметь не собираюсь… Меня устраивает моя одинокая, счастливая, безбедная жизнь. Хоть я и не поклонник правления Велиала, но не вижу смысла портить с императором отношения!  — на этом их разговор был прекращен, больше ни слова Абигор не произнес, только лишь попрощался, поспешно вышел из гостиной комнаты и сев в карету, ожидавшую его во дворе, уехал.
        Как заметил Владислав на сей раз Абигор выглядел обеспокоенно, взволновано и постоянно поглядывал на часы, скорее всего, у него были какие-то срочные, важные дела, которые заставили его покинуть свой обитель.
        Абигор после недолгого разговора с Владиславом отправился к Ксипе Тотеку. Не зря он выглядел взволнованным, его интересовал результат операции по уничтожению имперского военного лагеря на территории песчаных земель. От Антона должен был с минуту на минуту прилететь ответ к Ксипе. Главное, чтобы не было плохих вестей, иначе сорвется план в целом и придется начинать всё сначала, снова придумывать, как действовать ради свержения императора Велиала. Если лагерь будет удачно уничтожен, то следующее действие по плану — захват в плен помощника советника.
        Надежды оправдались. В письме было сказано: «По сообщению Аенгуса: лагерь уничтожен, в плен взято пять воинов-демонов. Они перемешены в тайное поселение у границ с западом. Мы готовы к следующим действиям по перехвату. Не забудьте сообщить, когда помощник советника будет выезжать из города!».
        Абигор и Ксипе ликовали. Они не знали, да в принципе знать им особо не хотелось, каких усилий людям стоило захватить лагерь, что среди людей в тот день были понесены потери. Те зелья, о которых ранее говорили Илья и Аенгус (усыпляющее и галлюциногенное), подействовали, но среди демонов нашлись такие, которых ничего не взяло. Погиб друг Аенгуса, враг застал его врасплох, в тот момент, когда он с другими варлоками как можно незаметнее распыляли зелья у лагеря. Аенгус ничего не мог поделать, он не успел его спасти, но убил убийцу, беспощадно снеся его рогатую голову с плеч. На всё про всё у людей ушло десять часов ожидания, мучений и боли. Идя на это, они готовы были к смерти, но верили только в свою победу…
        Птица, которая сегодня напугала Владислава, она же Оберона, села на крышу таверны Ксипе. Она ожидала момента, когда кто-нибудь назовет Ксипе по имени, так как ей хотелось знать, как выглядит демон-друг её отца. Домашний адрес Ксипе Оберона незаметно подсмотрела в записной книжке Ильи, когда тот оставил её на столе в зале их дома. Оберона не зря выбрала данный образ, так как эта птица также как птица-почтальон могла преодолевать огромные расстояния за короткое время, а благодаря хищным инстинктам — обладала острым зрением, прекрасным слухом, сильными лапами способными поднять в воздух до пятидесяти килограммов и с когтями с легкостью пронзающими даже металл. К тому же этот вид пернатых не имел одно конкретного раскраска, одна птица на себе могла сочетать пять различных цветов перьев. Поэтому заподозрить в ней ликантропа очень сложно, следует лишь молчать и не выдавать себя.
        Оберона дождалась. К таверне подъехала карета, сразу же ей на встречу вышел господин в чёрной шляпе. Кучер, открывая дверь кареты, поздоровался с ним: «Здравствуйте, господин Ксипе!». Теперь осталось разглядеть его лицо. Оберона взлетела и нагло опустилась на крышу кареты. Ксипе Тотек приподнял голову и недовольно посмотрел на птицу. За доли секунды, до того как кучер палкой хотел её согнать, Оберона успела увидеть и запомнить его лицо, а затем взмыть в небо.
        — На сегодня всё!  — подумала довольная собой Оберона и полетела в сторону своего дома.
        Ей оказалось достаточным просто посмотреть и чуть-чуть припугнуть Владислава для того, чтобы решить для себя, что делать дальше. Она почувствовало в нём некую неопределенность, его душа находится в смятении, что ей на руку. Есть шанс перетянуть Владислава на свою сторону. По дороге Оберона представляла себе более грубой, мускулистой внешности молодого человека, но очень удивилась, увидев худощавого телосложения, смазливого на мордашку парнишку. В тот момент, когда он сидел на полу балкона разинув рот, в её голове не укладывалось: как вообще, такой как он человек, может быть помощником советника?! Если он может, в свои то года, занимать такую высокую должность, то и ей должно быть по силу добиться целей. Оберона никогда не страдала низкой самооценкой, а видя, как слабые люди добиваются больших результатов в жизни, стимулировало её и вдохновляло.
        Обнаженная Анна лежала в постели, под одним одеялом, с Амаймоном и нежно водила рукой по его твердой, накаченной груди. Она смотрела на него горящими, счастливыми глазами и улыбалась. Анне хотелось в этот момент услышать: как он её любит, что кроме неё ему никто не нужен, то есть слова о чувствах, которые он к ней, как она считает, испытывает. Но неожиданно Амаймон начал свой разговор о другом:
        — Кернуннос убит, не случайной стрелой…
        Анна тяжело вздохнула и, перевернувшись на живот, приподнялась на локти. Она не могла представить себе, что этот сладкий вечер будет им испорчен упоминаниями о покойном её женихе.
        — Зачем ты говоришь о нем?  — ехидно спросила его Анна.  — Мне не интересно, как он умер, главное теперь есть шанс нам быть вместе.
        — Да,  — он нежно прикоснулся своей грубой рукой к лицу Анны и слегка поцеловал её в губы,  — но это серьезно! Изначально показалось странным, что умелый охотник, среди болота был пронзен прямо в сердце стрелой. Небирос показал нам, на одном из собраний военноначальников, ту самую стрелу. Обычная стрела, одна из тех, что собой взял каждый из воинов, поехавших на охоту вместе с его сыном. Воин, что выпустил эту стрелу, сам не понимает, как так произошло, ведь он, как утверждает, стрелял чуть в сторону, в зверя, что стоял в паре метрах от Кернунносом. Промахнулся! На стреле посередине имеется маленькая засечка, словно пока стрела летела, по ней что-то ударилось, что очевидно и отклонило её курс. Небирос сам выдвинул данное предположение.
        Услышав это, Анна заволновалось, словно причастная к смерти Кернунноса. С её лица, на миг, сползла улыбка, но она смогла снова её натянуть, чтобы не выдать своих настоящих чувств в этот момент.
        — Пусть Небирос сам разберется в смерти своего сына,  — ласково сказала она и плавно положила свою голову на плечо Амаймона.
        — Он обязательно разберется, не сомневайся. И мы узнаем правду,  — воодушевлено сказал Амаймон и игриво приобнял Анну за талию.
        Анна засмеялась, но напряженно.
        Ваалберит вошёл в тронный зал, где в данный момент император разговаривал с Гекатой. Геката выглядела обеспокоенно. К ней сегодня ночью пришло тревожное видение, и она сейчас предупреждала о чем-то Велиала. Ваалберит успел подслушать часть разговора, пока Геката его не заметила и не замолчала. Геката дрожащим голосом настойчиво говорила: «…этот зверь был настолько огромен, страшен и реален, что у меня перехватило дыхание… Грядет беда!».
        — Беда?! Она и так пришла!  — приблизившись к ним, усмехаясь, сказал Ваалберит.
        — Подслушивать чужие разговоры, плохой тон!  — недовольно сказала Геката и, поклонившись императору, ушла.
        Ваалберит, недовольно прищурив глаза, проводил её взглядом.
        — У меня известия от Владислава,  — широко улыбаясь и хрипя, сказал Ваалберит.  — Владислав сообщает, что переговорил с Абигором, но безрезультатно. В городе Оливьере остаются по его усмотрению шпионы, они будут следить за каждым шагом Абигора. Что касается семьи Оливьера, то они никаких подозрений не вызывают, но на всякий случай и за ними будут следить. Пока создается такое впечатление, что земли скал чисты… Мне кажется, у людей есть какие-то силы, охраняющие их поселения, скорее всего, здесь замещена магия…  — Ваалберит противно кашлянул и протер губы платком.  — Я отдал указание проверить всех варлоков, давно известно, что среди них немало предателей. И на сей раз, варлоки помогли людям захватить один из наших лагерей на песчаных землях!
        Велиал явно был недоволен, его лицо неумело скрывало злость.
        — Это единственный и последний раз, когда людям удалось провести меня. На что они надеялись при захвате лагеря?! Моему терпению пришёл конец. Хотят войны? Получат сполна!  — Велиал гневался.
        — А, о чём, если не секрет, поведала вам Геката?  — осторожно поинтересовался Ваалберит.
        — Ей приснился огромный черный волк напавший на Астарот… Поздно! Я думаю, она просто впечатлилась вестью с песчаных земель! Оникс разберется со всем. Возможно, мы не там ищем. Прикажи Владиславу возвращаться. На восток и запад я пошлю следователей, из числа стриг. Они идеальные сыщики. А для Владислава найдется работа здесь, под твоим руководством.
        — Владислав в силе справиться с этим заданием…
        — Я не сомневаюсь! Но твой слуга всего-навсего человек! Демоны его не настолько боятся, чтобы быть с ним откровенными! Нужно было тебя отправить вместо него. С бумагами каждый справится.
        Когда только Велиалу от Оникаса пришли печальные известия с песчаных земель, в ярости он чуть не разнес свой кабинет, злоба переполняла его изнутри, но он собрался, привел себя в чувства. Нужно держаться стойко, не показывать своих тревог, чтобы особо не радовать врага. Письмо, написанное очевидно в спешке нервным почерком, имело следующее содержание:
        «Великий император Велиал! Сегодня, двадцать пятого октября сотого года вашего правления, произошло ужаснейшее событие, которое мы и предвидеть не могли. Люди при взаимодействии с варлоками, то, что варлоки участвовали в этом, указано в окровавленном сообщении, прибывшем мне лично с поля битвы, решительно начали действовать. Уничтожен один из трех на песчаных землях лагерей имперских войск. Варлоки воспользовавшись снадобьями и зельями, одурманили и усыпили целое войско, действовали нагло и подло, после чего отрубили спящим головы и демонстративно насадили их на пики, а тела скидали в одну кучу и подожгли. В ходе этих событий людьми в плен взято несколько демонов. Ни одного человеческого тела или тела варлока на территории уничтоженного лагеря людьми не оставлено. Пока нам неизвестно в какой стороне они скрылись, но будьте уверены, что я в скором времени выясню! Какими будут ваши указания великий император? Приказывайте, все будет исполнено! С уважением, князь востока Оникс!»,  — на данное письмо Велиал в этот же вечер написал быстрый краткий ответ:
        «Найти виновных и по возможности пленить! Сам лично расправлюсь с глупцами!!!».
        Император не сомневался в Ониксе, так как знал его с детства и доверял ему как самому себе. Оникс рос в «песчаном» дворце города Одрадека воспитываемый отцом Велиала, так как очень в раннем возрасте остался без родителей. По-сути является настолько дальним родственником Велиалу, что сейчас и не разберешься, кем они друг другу по кровным узам приходятся. Несмотря ни на что они считают себя братьями.
        Велиал считает людей трусами, за сто лет его правления это первый их протест. Протест, который вызвал у него бурю отрицательных эмоции. Теперь ему хочется мести, жестко ответить людям на их преступление против демонов, ведь как гласит Горгон: «Демоны основной вид мироустройства. Люди не имеют права посягать на их жизни». Велиал требовал беспрекословного подчинения этим правилам. За неподчинение — смерть. Он и представить не мог, что в этот самый момент, когда он читает письмо от Оникса, люди готовят следующий план действий по уничтожению сразу трех военных имперских лагерей: одного на территории княжества скалистых земель и двух на территории лесных земель.
        Во двор дворца Ундина, покрытого темно-серой каменой плиткой, заехала карета, запряженная четырьмя светло-серыми лошадьми. По бокам у кареты были прикреплены два одинаковых герба песчаных земель. На гербе изображена черная крылатая собака — курша, стоящая на задних лапах, а над её головой повис такой же бараний череп, как на гербе империи.
        Курши водятся исключительно в пустынных местностях на территории юга, выглядят как обычные собаки, но только с орлиными крыльями на спине.
        Узнав от Реи о том, что прямо сейчас Асмодей собирается уезжать в Одрадек, Титания выскочила из дворца. Она просто не могла не попрощаться с ним. Рея, смеясь, побежала следом за подругой и догнала её, застывшую, на террасе.
        На небе светило яркое солнце и дул легкий ветер. В этот момент дверь «песчаной» кареты открылась и на встречу Асмодею из кареты вылезла прекрасная девушка: стройная, высокая, с белоснежными словно снег, длинными и волнистыми волосами ниже пояса, которые были заплетены в объемную косу и украшены голубыми цветами с розовыми лентами. На её милом личике блестели большие глаза с ярко-желтой радужкой и кошачьими зрачками. Девушка обладательница аккуратно оформленных, густых, черных бровей, тонких алых губ и маленького курносого носика. Мочки изящных, заостренных ушей украшают длинные серьги с рубинами и изумрудами. За спиной сложены два белоснежных, перистых крыла. Одета она в голубое платье в пол с закрытым верхом, без рукавов, которое идеально сидит на её точеной фигуре, а тонкую талию подчеркивает широкий, темно-голубой, кожаный пояс, повязанный на спине бантом. Тонкие запястья, на обеих руках, девушка украсила массивными, золотыми браслетами. Весь её ухоженный, притягательный и дорогой внешний вид говорит о её принадлежности к знатным демонам.
        Асмодей, не замешкав, подошёл к девушке и поцеловал ей руку. Она сладким голоском поприветствовала его в ответ, а на её лице сияла очаровательная улыбка. Подняв свои глаза, она столкнулась взглядом с Титанией и Реей. У Титании при виде прекрасной незнакомки сильно забилось сердце. Её что-то расстроило. Она немного злилась и занервничала. Сама того не осознавая — ревность охватила её целиком. Титания просто не знала, как себя вести, что делать, ведь эту девушку она видит впервые. Первое, что ей пришло в голову — она невеста Асмодея. Рея же стояла спокойно и с любопытством рассматривала красавицу. Заметив, как напряглась и от злости покраснела Титания, Рея хихикнула.
        — Не ревнуй!  — ласково обратилась Рея к Титании попытавшись взять её за руку, но Титания нервно дернулась, и сложила руки на груди.
        При этом Рее стало ещё смешнее, она хотела было что-то сказать Титании, но её опередила белокурая девушка. Рея и не заметила, как она оказалась уже подле них.
        — Здравствуйте!  — девушка обратилась к Титании и Рее, одновременно сделав легкий поклон головой каждой.
        — Здравствуй!  — весело поздоровалась с ней Рея.  — Как твои дела, здоровье?
        Рея разговаривает с девушкой так, словно знает её. Титания удивленно посмотрела на подругу. Рея широко улыбаясь, в ответ, посмотрела на неё.
        — Знакомься Титания, это Калипсо, она жена Шакса!  — незамедлительно, Рея представила девушку Титании, затем посмотрев на Калипсо представила Титанию ей.  — А это Титания — младшая дочь Деймоса!
        Услышав, что Калипсо «жена Шакса», Титания облегчено вздохнула, в душе потеплело. Ненависть к красавице бесследно исчезла. От счастья у неё закружилась голова.
        — Очень приятно!  — радостно воскликнула Титания и обеими руками пожала нежную руку Калипсо.
        — Мне тоже очень приятно!  — в ответ сказала Калипсо, Титания ей сразу же понравилась.
        К ним подошел Асмодей и обратился к Калипсо:
        — Госпожа Калипсо нам пора в дорогу.
        — Хорошо! Едем…  — она улыбаясь с добротой в глазах, посмотрела на девушек и, попрощавшись, помахала им рукой.
        Когда карета уже выехала за пределы дворцовых ворот, Титания ахнула, вздрогнула и быстро сделала несколько шагов вперед, словно желая догнать их карету. Затем она повернулась лицом к Рее, грустно посмотрела ей в глаза, надула губы и жалостливым голосом произнесла:
        — А как же Асмодей? Я забыла с ним попрощаться!
        Рея секунду пыталась сдержать смех, но под конец все же рассмеялась. Титания не стала обижаться и тоже, признав свою глупость, засмеялась. Асмодей даже не знает об истинных чувствах Титании к нему. Уже долгое время, всякий раз, когда она хочет ему признаться, что-то в тот самый момент происходит: то он просто напросто уходит, то её отвлекают, то она как бы решившись, не решается признаться.
        Владислав получил радостное для себя известие от Ваалберита. В послании было сказано: «Езжай в Игнис, перед этим отдай указания наемным воинам по поискам. Возвращайся в Астарот, таков приказ великого императора Велиала!». Он даже думать не желал о том, по каким причинам его могут вызвать обратно в столицу империи. Только на днях Владислав узнал, что на территории песчаных земель людьми уничтожен имперский военный лагерь. Эту весть принес Ярослав, заехавший в гости к Оливьеру. Он то и был, тем самым гостем, чья карета стояла у ворот поместья Оливьера в тот день, когда Владислава в образе птицы посетила Оберона. Ярославу ещё надолго пришлось задержаться в этом городе, по тайной просьбе Абигора, которая заключалась в обычном наблюдении за Оливьером. Иногда Абигор просил Ярослава узнавать о ситуации на сегодняшний день в доме его зятя, так как сам, по известной на то причине, не желал навещать своих родных. Еще одной более важной миссия Ярослава — слежка за Владиславом, в связи с готовящимся на него нападением.
        Тревожное чувство преследовало Владислава по пути в Игнис. Что-то не давало ему покоя с самого утра. Ему пришлось два раза вернуться в свои покои за забытыми вещами, потом он нечаянно, надевая плащ, сбил рукавом вазу, стоявшую на тумбе у выхода из дома. Упав, она со звоном разбилась вдребезги. Калибан странно пошутил:
        — Надеюсь, сегодня черни сыты в лесу, а то такой важный гость от нас уезжает!
        «Как вообще можно связать мой отъезд с сытыми или голодными чернями?!» — звучал раздраженный голос в голове Владислава. В суеверия он старался не верить, но сердце ему подсказывало — повернуть карету обратно и продолжить путь завтра. Чем дальше они отъезжали от Оливьера, тем больше ныла душа. Ещё в голове не переставая, крутились мысли о сне с участием чёрной собаки и о встрече в реальности с говорящей птицей. Если птица-пересмешник, кто мог её к нему послать с такой угрозой? А если нет, то кто она такая? Чёрная собака во сне была такой реальной, он не сразу осознал, что это всего-навсего кошмар. Чувство её присутствие преследовало Владислава весь оставшийся день, вечер и исчезло только при пробуждении утром следующего дня. Владислав не понимал, что с ним происходит. Занимая эту должности запросто можно свихнуться. Перегруженность нескончаемой работой, тяжелые переговоры, тупиковые моменты, стрессы — безусловно, давят на нервы, вызывают бессонницу и мучают его совесть. Владислав некогда сам сделал такой выбор, и теперь жаловаться на свою жизнь не имело смысла.
        Раздался тихий свист, карета начала резко тормозить, лошади тревожно заржали, что-то свалилось на землю и карета наехала колесами на что-то твердое. Владислав успел обеими руками ухватиться за сиденье, чтобы не повалиться на пол. Он услышал, как один из охранников громко закричав: «Вон они!!!», спрыгнул с кареты. Снова раздался свист, но более отчетливо и ближе, следом другой и что-то попадало на землю. Всё это произошло в считанные секунды, даже не осталось времени на соображения. Затем послышался быстрый топот нескольких ног. Владислав уже собрался отодвинуть шторки, чтобы посмотреть, что там такое происходит, но кто-то с другой стороны открыл дверь. От неожиданности Владислав замер. Он не успел ничего сказать и сделать, как его схватили за ворот кафтана и насильно вытянули на улицу. От грубого толчка в спину Владислав упал вниз лицом на пыльную землю. В этот момент он подумал о том, что на него и на его охрану напали разбойники, но совсем не понимал, что ими движет, ведь на карете висит имперский герб.
        Не медля Владислав приподнялся на колени и судорожно крутя головой принялся рассматривать обстановку вокруг себя. Под колесами кареты в луже своей крови лежал мертвый кучер, из шей которого торчала стрела, рядом с каретой лежали убитые, сопровождающие его, воины, также пронзенные стрелами. Одному из них, добивая, мечем, распороли живот. Владислава окружили десять человек, которые хорошо вооружены: луками, мечами, ножами и даже оружиями работающими на порохе. Они откровенно смеялись и радовались победе. Эти люди долго готовились к данной миссии и теперь, осуществив задуманное, не могли сдерживать бурю эмоций. Их лица выражали довольство собой, глаза полны презрения и горели от ярости, казалось, что они вот-вот набросятся на Владислава и безжалостно одновременно пронзят его тело своими острыми мечами. Это первый раз, когда он попал в такую безвыходную, как он думает, ситуацию. В душе Владислава: злость и страх за свою жизнь, чувство тревоги; тяжесть в ногах; мысли в тумане. Он попытался встать, но тут же получил по голове рукоятью меча. Голова закружилась, Владислав снова упал лицом на землю и начал
терять сознания.
        Очнулся Владислав сидя на полу, привязанный толстой веревкой к столбу, в каком-то огромном помещении всего с одним длинным, узким, не застекленным окном у потолка, под которым аккуратно были сложены двора. Повсюду валялась солома, щепки, пахло ужасно: навозом, сыростью, летала пыль, от чего дышать очень тяжело. Это место напомнило ему амбар, на подобие того, что имеется в деревни у его родителей. Голова у Владислава ужасно болела и кружилась, но он не мог до неё дотянуться, чтобы проверить, цела ли она, так как руки за столбом прочно скованы железной цепью. В горле пересохло, в глазах то мутнело, то темнело.
        Послышались шаги и незнакомые голоса. Большие двери напротив Владислава распахнулись. В амбар вошли два человека, но из-за тумана в глазах он их рассмотреть никак не мог, как не пытался: и прищуривался, и широко раскрывал. Он знать не мог, что один из этих двоих — Аенгус, а другой — Антон.
        — Здравствуйте господин советник!  — обратился к нему Аенгус присев подле него на корточки.
        — Я — не советник, я — помощник советника!  — вздохнув, ответил Владислав.
        — Нам нет разницы!  — зло сказал Антон.  — Ты хоть понимаешь, в какой ситуации находишься?!
        — В очень интересной,  — с иронией ответил Владислав.
        Аенгус усмехнулся и со всей силы, кулаком, ударил Владислава в живот. Со рта хлынула кровь. От жгучей, ноющей боли Владислав скрючился, как мог. Антон приблизился к Аенгусу и прикоснулся к его плечу, дав понять, что так делать больше не следует.
        — Мы всего лишь хотим предложить тебе выгодную сделку,  — обратился к Владиславу Антон.
        Владислав, сглотнув кровь со слюной, приподнял на них глаза и, набравшись сил, сказал:
        — Вы, не представились…  — от боли ему очень тяжело говорить.
        — Да, ты прав, нам следовало представиться с самого начала. Меня зовут Антон Бетельгейзе, я — глава тайных поселений. А варлок, что рядом со мной — Агро Аенгус.
        Владислава, от услышанного, передернуло, он даже забыл про боль в животе, да и про все остальные свои болячки. Не ожидая такого поворота событий, прекрасно зная, кто такие члены семьи Бетельгейзе и кто такие члены семьи Агро, он удивился, занервничал, у него сильно забилось сердце. Бетельгейзе — фамилия предыдущих императоров, а Агро — фамилия известных варлоков-лекарей и их объединило одно желание вернуть власть людям? Теперь известно, кто стоит за развязыванием воины против императора. У Владислава в голове промелькнула мысль: «Ваалбериту бы это, несомненно, понравилось. Но я точно живым отсюда не выберусь!».
        — Итак, господин Владислав, у вас есть два варианта: первый, вы соглашаетесь присоединиться к нашему движению против власти Велиала и мы вас освобождаем; второе, вы отказываетесь и тогда мы вас убиваем, так как вам известны наши имена и вы пожелаете, во имя мести, поведать эту тайну своим хозяевам,  — Антон пояснил, для чего он выдал имена.
        В это время у закрытых дверей амбара, с другой стороны, стояла Оберона в образе собаки и внимательно подслушивала их разговор, стараясь не пропустить ни единого слова. Но заметив приближающихся к амбару двух мужчин, задачей которых является охранять пленника, она, не желая быть замеченной, поспешно убежала.
        — У тебя есть три дня на обдумывания!  — Аенгус выглядел очень угрожающе.
        Владислав хотел было ответить, что не желает помогать людям. В нем не угасал страх перед императором. И всё же жить хочется тоже, от таких мыслей стало грустно, внутри все сжалось, и язык не поворачивался об этом их просить. Попросить о быстрой, не мучительной смерти.
        Антон грубо сказал Владиславу:
        — Сиди и размышляй!  — после чего он и Аенгус ушли.
        Измученный Владислав остался в одиночестве.
        Оберона тихо вошла в свой дом и перед тем, как подняться к себе в комнату незаметно заглянула на кухню, чтобы посмотреть, что делает ее мама. Мария складывала в плетеную корзину хлеб, молоко, отваренные и почищенные яйца, а сверху положила два чистых полотенца.
        В своей комнате Оберона достала энциклопедию о преступниках и энциклопедию о животных мира. Ей нужно срочно решить, как выручить Владислава, тем самым, как она считает, она сможет перетянуть его на сторону людей и заручиться его поддержкой в предстоящей воине.
        Наступила ночь. Весь вечер на скалистых землях лил дождь, поэтому дороги были мокрыми и в грязи. В одном из имперских военных лагерей, что ближе всех к океану Амриту, воины готовились ко сну. Дежурные снова разожгли потухшие костры по периметру, проверили целостность деревянного забора, для надежности обтянутого стальной колючей проволокой, вокруг лагеря. Они обошли казарменные домик. На кухне повара домыли посуду и вынесли остатки еды сторожевым собакам. Казалось, что все идет как обычно — спокойно. Но за узким руслом реки Ориона в засаде засели их враги, в количестве сорока человек, восьми варлоков и одиннадцати демонов-наемников работающих на Ксипе Тотека.
        Люди, на протяжении недели, решительно готовились к дню схватки и оставались незамеченными благодаря той же магии, что окружала тайные поселения и делала их практически невидимыми для врагов и демонов. Жили в хорошо замаскированных землянках, вели наблюдение из окопов. У них имелось с собой все необходимое для сражения: мечи, ножи, луки, арбалеты, огнестрельные оружия, а также веревки и цепи, если вдруг будут пленные.
        В военном лагере люди насчитали: двадцать три звероподобных демона (трое из них повара), пять человекоподобных и одного демона из числа высших, он же там военноначальник. Итого вышло — двадцать девять демонов.
        Еще утром, на рассвете, варлоки схитрили и разлили в русло реки там, где обычно повара набирают воду, сильно действующее усыпляющее снадобье (именно такое же использовалось людьми при атаке лагеря на песчаных землях). К трем часам ночи все должны погрузиться в крепкий, беспробудный сон. Этого терпеливо выжидали люди и их демоны-союзники. Они готовились незаметно напасть на лагерь и тихо расправиться сначала с теми, кто по какой-либо причине не уснет.
        Как ожидалось, к обозначенному времени демоны начали медленно засыпать, особенно те, кто уже лежал в своих койках, укутавшись в теплые одеяла. Дежурные, звероподобные демоны, на постах пытались с собой справиться, но сон их, практически одновременно, повалил с ног. Военноначальник тем временем находился в своих покоях, заполнял какие-то документы и не мог видеть, что происходит снаружи с его воинами.
        Мятежники стремительно переплыли русло реки и приблизились к ограждению лагеря. Их заметили сторожевые собаки: громко залаяли, начали рваться с цепей. Очевидно, на них не подействовало зелье варлоков, не смотря на то, что сегодня они пили ту же самую воду, что и демоны. Трех собак сразу же застрелили из лука, так как огнестрельное оружие сильно шумное. Выломав пару досок, предварительно срезав колючую проволоку, люди прорвались на территорию лагеря. В это время из одной из казарм выбежало двое не уснувших человекоподобных демонов. Один из них громко закричал:
        — Люди! На нас напали!!!  — и кинулся в бой вместе с товарищем.
        Люди запустили в них стрелы, но безуспешно, демоны с легкостью, взмахами своих мечей их отбили. Поломанные стрелы разлетелись по сторонам, как щепки попадав на землю. Тогда один из варлоков вступил в бой с одним из демонов. Другого демона атаковало сразу пять человек, двоих он моментально обезглавил. Тут же на помощь людям подбежал другой варлок. Остальные люди и демоны-наемники принялись обезглавливать уснувших демонов и резать собак, а также поджигать постройки. Повсюду лилась кровь, пахло копотью и дымом.
        Услышав шум и схватив огромный позолоченный клинок на длинной рукояти, из своих покоев выбежал военноначальник и на ходу зарубил одного человека, одного варлока и одного демона-наемника, которые хотели его остановить, при этом зло прокричав:
        — Безмозглые твари! Сволочи!!!  — и незаметно приблизившись со спины, он вырвал клинком позвоночник варлоку, с которым уже сражался один из его воинов. Он незамедлительно отдал приказ демону,  — быстро отправляй почтовую птицу!  — одновременно нанеся смертельный удар в сердце, подбежавшего и попытавшегося его атаковать, наемнику.
        Военноначальник кинул демону свернутый листок бумаги, в котором имелось краткое сообщение о случившемся, которое он успел написать за миг до того, как выскочил на поле битвы. Демон быстро побежал к клетке с почтовыми птицами.
        Со вторым демоном-воином люди, приложив немало усилий, сумели справиться. В военноначальника со всех сторон полетели стрелы, пули, но он виртуозно от них уклонялся, словно находясь в другом временном пространстве, начал с неистовой жестокостью рубить людей, как давить букашек, на своем пути.
        Демон добежал до клетки, открыл её, дрожащими окровавленными руками привязал записку к ноге птицы. Назвав ей адрес назначения, он подбросил птицу в воздух, когда птица уже взлетела, в шею демона впилась стрела. Брызнула кровь, он схватился за шею и начал захлебываться в своей крови, к нему подбежал человек и резким движением меча пронзил его сердце. Убивать птицу никто не собирался, так как людям нужно, чтобы император обо всем узнал и наконец-то осознал: насколько люди серьезно намерены отвоевать своё места под солнцем в этой жесткой к ним империи.
        Военноначальник, тем временем, продолжал кровавую резню, на его счету уже насчитывалось четырнадцать умерщвленных человек, два варлока и три демона-наемника. Видя, насколько яростно сражается этот демон, как молниеносны его удары и четки его движения, люди быстро сообразили план. Один из самых смелых людей вызвался осуществить этот план, он пожелал пожертвовать своей жизнью ради своих товарищей и ради человечества в целом. Пока другие отвлекали военноначальника, он приблизился к нему как можно ближе и распылил перед его грозным лицом какой-то желтый порошок, со специфическим, ядовитым запахом. Демон завопил от боли. У него ужасно зажгло в глазах, не переставая принялся чихать, потерял ориентацию в пространстве. Ноги подкашивались, руки переставали слушаться. В него тут же прилетело десять стрел: в руки, в ноги, в спину. Люди не растерявшись, принялись пронзать его плоть мечами. Военноначальник оказался очень крепким и выносливым демоном. Он вертелся, пытаясь продолжать сражаться. В таком полуживом состоянии демон сумел серьезно ранить двоих человек и одного смертельно, насквозь, пронзить своим
клинком. На этом всё и закончилось. Военноначальнику отрубили голову.
        В этот же день, другими отрядами людей, были уничтожены еще два лагеря на лесной земле: один рядом с границей земель телхинов (численностью семнадцать демонов), другой ближе к Астароту (численностью двадцать шесть демонов). В плен взят лишь один демон. Среди людей участвующих в мятеже понесены серьезные потери: убито четверо варлоков, двадцать девять человек и пять демонов-наемников. Они были готовы на такие жертвы ради осуществления своей цели и воцарения справедливости в мире.
        В образе собаки Оберона провела три часа «крутясь» рядом с амбаром, где сидел пленный Владислав. Она не могла туда пробраться, пока ее мама и один из стражников находились там. Мария добродушно вызвалась кормить Владислава, заодно промыла и перевязала ему раны, напоила лекарствами. Как ей посоветовал делать Илья: она не отвечала на вопросы Владислава, не обращалась к нему со своими, и вообще не разговаривала с ним, только лишь поздоровалась при входе. Выполнив свою работу, попрощавшись, Мария ушла. Немного времени она провела у амбара вместе с двумя стражниками, передала им обед, перекинулась с ними парой слов, а потом отправилась домой. Пришло время Обероны.
        Оберона дождалась, когда люди охраняющие пленника примутся за обед и, обратившись в большую кошку, вскарабкалась на дерево напротив окна нужного ей амбара. Она прицелилась, одним резким рывком оттолкнулась от толстой ветки, на которой сидела и влетела, проскользнув, через окно в амбар. Глухо приземлившись на лапы, она притаилась и навострила уши, выясняя: услышали её стражники или нет?
        Владислав от неожиданности вздрогнул, напрягся и уставился на огромную дикую кошку, смотрящую прямо ему в глаза. У него никак не укладывалось в голове, что здесь мог забыть житель лесных степей. Теперь ожидать можно чего угодно.
        Оберона выпрямила лапы и медленно последовала в сторону Владислава. Владислав уже собрался позвать на помощь, как кошка, полушепотом, заговорила человеческим голосом:
        — Тише! Они ни в коем случае не должны знать, что я здесь.
        — Я схожу сума?!  — сам себе задал вопрос шокированный Владислав.
        — Я пришла тебя спасти.
        — Ты ликантроп?
        Оберона задумалась.
        — Скорее да, чем нет… У меня нет одного конкретного образа,  — Оберона немного юлила, стараясь остаться неизвестной.  — Кстати, я была той самой птицей, что ты видел у себя на балконе.
        — Ты меня преследуешь?!  — повысив голос, возмутился Владислав.
        Оберона недовольно зашипела.
        — Тише! Тише!  — быстро произнесла она.  — Ты хочешь выбраться отсюда живым?  — этот вопрос вернул его в реальность.
        — И как ты меня спасешь?  — поинтересовался он.
        Оберона, на глазах Владислава, моментально сменила образ кошки на образ курши. Владислав удивлено ахнул.
        — Несомненно, ты та собака из моего кошмара!  — заметил он сходство.
        — С какого-такого кошмара ещё?!  — возмутилась Оберона, не понимая о чем он говорит.
        — Не важно…
        — А ты мне представлялся более мужественным, а оказался хлюпким слабаком!  — сказала Оберона оценивающе осмотрев его.
        — Ах, ну извините, не оправдал ваших надежд!
        — Ничего страшного. Переживу,  — язвительно сказала Оберона.  — Я перегрызу веревки и цепь, зубы этого зверя способны разгрызть любой металл. Так ты освободишься.
        — Что тебе нужно от меня?  — спросил Владислав и сопоставил, что именно так звучал его вопрос к собаке в кошмарном сне. Стало немного жутко.
        — Спасти тебя!
        — Спасти?!  — облегчено вздохнул Владислав, так как ответ прозвучал иначе, чем во сне.
        — Глухой что ли?! Да, спасти!
        — Спасти?!  — снова, облегченно, повторил Владислав.
        — Ты меня достал человечишка. Выбирай: смерть или спасение?!  — разозлилась Оберона.
        — Мне стоит тебе доверять?
        — Завтра тебе отрубят голову, ты этого хочешь?
        — Нет.
        — Тогда решай, не медля!
        Владислав чувствовал, что это спасение ему дорого обойдется, но умирать таким молодым — он не желал.
        — Пожалуйста, спаси меня!  — выдавил он из себя.
        Оберона довольно ухмыльнулась.
        — Сегодня ночью я приду и освобожу тебя. Готовься бежать,  — с такими словами она снова обратилась в кошку и, медленно поднявшись по дровам, выскользнула через окно.
        Двоякое чувство наполняло душу Владислава. Ему хотелось бежать и выжить и в тоже время, он боялся выжить. Наверно, проще согласиться помогать людям, но при всем желании он не может этого сделать, так как император, рано или поздно, распознает в нём предателя и тогда и ему и его семье придется туго. Хуже всего увидеть страдания и жестокую смерть родных.
        Это непонятное, странное существо, что от него ожидать? Что оно хочет? Что оно потребует в замет его жизни? Не важно! Нужно спастись. Владислав решил для себя, что каким бы не было желание зверя, он найдет способ избежать его исполнения. Будет действовать смело, хитро, решительно.
        Наступила глубокая ночь. Один из стражников крепко спал, а другой, сидя у костра, кимарил. Владислав не мог уснуть, весь на нервах с нетерпением ожидал появления спасителя. Оберона таким же способом, в образе кошки пробралась в амбар и снова обратилась в куршу. Зайдя за столб, к которому привязан Владислав, она аккуратно схватила цепь зубами, жала её как можно сильнее и раскусила. Раздался тихий щелчок, но стражники ничего не услышали. Затем она перегрызла веревки. Владислав почувствовал, что его руки свободны и, скинув с себя веревку, смог подняться на ноги. Голова закружилась, так как он практически три дня просидел без движения, только освобождали по надобности, в туалет. Ноги подкосились, Владислав пошатнулся, Оберона успела мордой его подхватить, чтобы он не свалился.
        — Теперь за мной, только тихо,  — шепотом сказала она и подошла к дровам под окном.  — Залазь мне на спину, я взлечу, ты переберешься на дрова, а после прыгай в окно. Думаю, пролезешь…
        Они так и поступили. Уже вне амбара Оберона приняла облик обычной собаки и попросила Владислава быстро следовать за ней. Как хорошо, что деревня маленькая, люди все уже дано в ней спят и по улицам в такое время никто не гуляет. Оберона повела его в обход домов, чтобы не разбудить дворовых собак, чтобы те в свою очередь своим лаем не разбудили хозяев. Они выбрались к реке.
        — Пойдем по реке. Не нужно оставлять следы,  — сказала Оберона и зашла в воду.
        Владислав беспрекословно последовал за ней. Они шли быстро, и не останавливаясь.
        — И долго нам идти?  — поинтересовался Владислав.
        — Дня четыре, пока не достигнем Оливьера.
        — Значит мы рядом с этим городом,  — задумался Владислав.  — Как мне к тебе можно обращаться?  — он захотел знать её имя.
        — Меня зову — Обра,  — ответила Оберона, именно так её имя читается на языке колдунов, который она достаточно хорошо изучила.
        — Ну кто я — это ты в курсе. Скажи мне, что ты попросишь в замен на моё спасение?  — смело поинтересовался он.
        — Что ты чувствуешь к демонам, когда они на твоих глазах убивают невиновных людей, унижают, издеваются над ними, мучают, играют как с куклами, при этом смеются и радуются своему преступлению?!  — на вопрос вопросом ответила Оберона продолжая двигаться вперед.
        От такого вопроса у Владислава в жилах застыла кровь.
        — Ненависть,  — сумел он себе признаться.
        — И я… и не только ненависть. Мне нужна месть!
        — А ты разве не демон?!  — удивленно спросил Владислав.
        Оберона остановилась, повернулась к нему мордой и недовольно ответила:
        — Нет!
        — Тогда кто?
        — Никто! Тебе незачем знать кто я такая… Продолжаем путь,  — она демонстративно развернулось и пошла еще быстрее,  — если будем тормозить, нас догонят и поймают. К утру нужно достичь скалу.
        — Все же ответь мне, что ты от меня хочешь?  — продолжал настаивать на своем Владислав.
        — Ты!  — вот он, тот самый ответ, после которого во сне голову Владислава сжали зубы чёрной собаки. Он словно и добивался этого.  — Если ты и вправду ненавидишь демонов, то ты поможешь мне свергнуть Велиала! И тогда люди будут свободны!  — добавила Оберона.
        У Владислава на голове «зашевелились волосы», он оторопел и замер на месте.
        — Ты мне предлагаешь то же, что и люди в деревне? Но я от этого бегу! С чего ты взяла, что тебе я помогу?
        — Если бы ты остался в деревне и согласился бы помочь людям, по возвращению в Астарот тебе бы Велиал снес твою тупую башку с плеч. Император не глуп и по одному твоему виду сообразит — в чем дело. А со мной у тебя есть шанс — стать «серым кардиналом».
        — Как это?
        — Я тебе так все сразу не выложу, но скажу лишь, что ты останешься в империи при своей должности и будет выполнять свою работу как обычно, но с одним но: ты будешь сам решать, как поступать в той или иной ситуации и никто тебе не указ. Что касается Ваалберита, то ты с моей помощью научишься на него влиять. Я тебе гарантирую — безопасность и свою поддержку. В конце концов, с головы Велиала полетит корона, а следом его рогатая голова.
        Слова Обероны звучали убедительно и Владислав им поверил. Он больше не обманывал себя, именно свободы людям он все время желал, работая на империю. Но опасения остались.
        — А если меня раскроют?  — настороженно спросил он.
        Оберона подозревала, что он может задать подобный вопрос. Она довольно оскалила зубы, но так как Владислав шёл позади, он не видел этого. Приятное чувство, что он начал сомневаться, и что он вот-вот согласиться на её предложение, грело ей душу.
        — Каждый, кто тебя заподозрит лишиться жизни! Не сомневайся! В этой битве ты не одинокий участник.
        — Тогда я согласен!  — решительно ответил Владислав, отказавшись от изначальной идеи: хитрить и не выполнять обещаний.
        Владислав ждал этого дня, когда появится возможность освободиться от оков императора.
        — Когда прибудешь в Оливьер, скажешь, что на тебя напали люди, но ты смог убежать и всё это время бродил по лесу. Веди себя как обычно, не выдавай себя. Исполняй приказы Ваалберита и императора. Не говори людям, что ты на их стороне, если прикажут убить человека не задумываясь — убивай. Никого не жалей! Научись быть жестоким! Даже не думай о том, что ты действуешь против империи, думай, что во благо. Твои мысли должны быть для всех секретом! Я буду всегда рядом, в любых звериных обличиях,  — Оберона давала Владиславу первые наставления, совсем не соответствующие её возрасту.
        Владислав внимательно её слушал, по телу пробегали мурашки. Пытался запомнить — от этого зависит его жизнь, ведь после того, как он прибудет в Оливьер, его отправят в Астарот, где наверняка с ним лично пожелает говорить император. От этих мыслей Владислава одолела холодная дрожь.
        — Я тебя провожу до скалы, дальше некоторое время ты продолжишь путь сам, а к вечеру, я тебя догоню. У меня есть другие, немало важные, дела,  — сказала ему Оберона.
        Обероне необходимо незаметно вернуться домой к рассвету, иначе родители заметят её отсутствие, забеспокоятся и поднимут панику. К тому же перед ней стоит важная задача: каким-либо образом отвлечь внимание людей и направить их по другому, ложному следу, чтобы они не догнали Владислава. Хоть она и чувствует, что Владислав воодушевлен ее идеей, но есть угроза — он может передумать. Когда Владислав доберется до Оливьера, станет ясно: на чьей он стороне?
        Раним утром. Антон вместе с Ильей пришли к амбару попроведать пленника, и узнать о его решении, на обдумывание которого, ранее, дано было три дня. Стражники уже до острия наточили топор, чтобы при необходимости обезглавить Владислава. Они ожидали отрицательного ответа. Так сильно ненавидели Владислава.
        Антон попросил открыть дверь, но когда они толпою проникли в амбар, то обнаружили отсутствие пленника. Это разгневало Антона и Илью. Антон сдержано с достоинством приказали собрать людей и немедля начать поиски. Илья, недоумевая, принялся обыскивать амбар, ища хоть какие-нибудь следы, которые бы могли подсказать ему — каким образом Владислав смог освободиться и выбраться из амбара? И первое, на что он обратил внимание — это перегрызенные цепи, на них отчетливо виднелись отпечатки острых зубов. «Кому они могут принадлежать? Значит, кто-то пришел его спасти и скорее всего — это ликантроп,  — размышлял Илья.  — Этот демон выследил и нашел Владислава. Проник в защищенную деревню… У нас могут быть серьезные проблемы». Теперь Владислав представляет угрозу их деревни, так как знает о её существование и местонахождение. В деревне началась легкая паника. Мужчины взяли оружия, охотничьих собак, разделились на группы и разбежались по разным сторонам в поисках сбежавшего пленника.
        Еще до того, как обнаружили пропажу, Оберона вернулась домой раним утром, влетев птицей в открытое окно своей комнаты, которое оставила таковым с вечера того дня. Она не успела поспать, только лишь переоделась в чистые вещи и умылась холодной водой. Как раз, когда Оберона отводила коров на пастбище, начались поиски. Все в деревни выглядели встревожено, нервно, много кричали, туда-сюда носились.
        Управившись со своими делами, она побежала в лес, обратилась в птицу и, кружа по небу, принялась следить за людьми. Обероне необходимо отвлечь лишь ту группу, которая возьмет правильный след. Такая группа нашлась. Пять неслабо вооруженных человек с собаками двигались вдоль реки, именно в ту сторону, куда она ночью вела Владислава. Их собаки что-то почувствовали в лесу через реку, кинулись её переплывать вместе с людьми. Течение в реке очень слабое, к тому же брод не глубокий, поэтому люди перебрались быстро и побежали следом за собаками вглубь леса. Оберона улыбалась в душе, её хитроумный план идеально сработал. Ночью, по дороге домой, в той степи, куда побежали эти глупцы, она раскидала лоскутки от разорванного плаща Владислава, который она любезно попросила его ей отдать для дела.
        Тревожные известия, практически одновременно, долетели до императора. Еще три военных имперских лагеря уничтожены, сожжены, а демоны-воины жестко убиты людьми. Кровь кипела в жилах императора, злость и ненависть бурлила, разливаясь по телу гневным ядом. Велиал приказал Ваалбериту немедля собрать совет из четырех князей и повторил слово «ЧЕТЫРЕХ» аж два раза, дав понять, что присутствие князя Аурума на предстоящем совете — обязательно, как никогда!
        Ваалберит поспешил исполнить приказ, в таком состоянии императору лучше не давать советов, иначе можно вмиг лишиться головы. Еще и Владислав не выходит на связь, никто не знает: куда он пропал? Выехал из города Оливьера, как сообщил сам Оливьер, чуть больше недели назад и тишина! Такого никогда ранее еще не было, поэтому Ваалберит мог предполагать все что угодно, вплоть до того, что Владислава по дороге убили мятежные люди. Надеялся, конечно же, на лучшее.
        В итоге, поиски не дали результатов. Люди собрали по лесу лишь кучу лоскутков плаща. Оберона ликовала. Владислава при всем желании уже не догнать, так как Оберана вела его другими, неизвестными, людьми в деревне, тропами. Скоро он доберется до города Оливьера.
        Анна забежала в кабинет отца и сходу начала допрос. Ее интересовали подробности происшествий. Деймос выглядел поникшим, сидя за своим рабочим столом с пустым взглядом смотрел на свою эмоциональную дочь. Он не желал отвечать на ее вопросы. Вообще ему хотелось закрыться одному в кабинете и все хорошенько обдумать. Из Астарота от Ваалберита прилетела почтовая птица с двумя тревожными новостями: первая, о недовольстве императора об уничтоженных лагерях, один из которых находился на землях скал, которого он ожидал и вторая, о загадочном исчезновении советника, которая ему известна и волнует не менее. Теперь предстояло найти способ безболезненно для себя — оправдаться перед императором за военные потери (за которые он по закону не несет ответственности, т. к. в таких лагерях воины подчиняются только императору) и за пропавшего помощника советника (тут у него есть ответственность, т. к. он обязан был обеспечить ему защиту), особенно если тот в ближайшее время не даст о себе знать.
        — Так что?!  — нервно спросила Анна.
        — Анна, будь добра сходи, позови Гебу,  — спокойно попросил ее Деймос.
        — Только когда ты ответишь на мои вопросы! Что тебе известно о Владиславе?!
        — Ничего Анна!  — выйдя из себя, вскрикнул Деймос и кулаком ударил по столу.
        Тут же Анна замолчала, ей так редко приходилось видеть своего отца в таком нервном состоянии.
        — Ладно, я позову Гебу,  — недовольно сказала Анна и, задрав нос, вышла из кабинета. Хлопнула дверью.
        Деймос поднялся с кресла и начал беспорядочно передвигаться по кабинету, иногда останавливаясь то у шкафа, то у окна, то у стола.
        Оберона, в образе собаки, выпрыгнула из-за кустов, напугав Владислава, который в это время спокойно отдыхал под деревом. В зубах она держала узел с едой, который собрала дома, пока её мама была отвлечена беспокойной беседой с Яной.
        — Вот ешь!  — передала она в руки Владислава узел.  — Если будешь двигаться всю ночь, то завтра к утру, ты еже будешь в городе.
        — Откуда ты постоянно берешь еду?  — поинтересовался Владислав, откусив кусок хлеба и запив его молоком.
        — Тебе какая разница?! Где надо там беру!
        — Такое чувство, что ты, собака, меня дуришь,  — заподозрил Владислав.  — Постоянно куда-то исчезаешь, появляешься днем, либо вечером. Я так думаю, ты вместе с жителями тайного поселения провели меня вокруг пальца. Разработали хитроумный план, как заставить меня вам помогать!
        Оберона засмеялась.
        — Люди в деревне считают, что тебя освободил неизвестный ликантроп и теперь деревне угрожает опасность. Глава поселений готовит план перемещение данной деревни. Меня это не устраивает! Я живу на том самом месте с рождения, всё так привычно, так любимо, но я готова пожертвовать этим — ради осуществления задуманного… Спрашивает у меня — всё что тебя интересует. По возможности я отвечу. Мы должны друг другу доверять.
        — Почему ты помогаешь людям? Что тебя с ними объединяет?
        — Потому что я рождена человеком, в человеческой семье.
        От услышанного ответа Владислав поперхнулся.
        — Как такое возможно? Ты же — ликантроп?
        — Это сейчас я ликантроп, а до этого была обычным человеком!
        Владислав нервно усмехнулся.
        — Ликантропия не зараза, ее нельзя подхватить от другого ликантропа — это миф и чушь.
        — А я разве сказала, что заразилась ею от кого-либо?!  — возмутилась Оберона.  — Таков мой договор с лоа!
        Владислав задумался.
        — Люди не могут слышать и видеть лоа.
        — А я могу.
        — Может тебя удочерили? Даже имя у тебя странное для человека — Обра! И вообще, сколько тебе лет?
        — Мне сотни лет,  — обманула его Оберона.  — И имя у меня не странное, оно так звучит на колдовском языке.
        — Ты знаешь колдовской язык?! Значит ты — ведьма? Возможно ты — бокор? Они обладают самой сильной, темной магией.
        Оберона отрицательно покачала головой и присела по-собачьи на задние лапы.
        — Тогда прими облик человека,  — предложил он ей.
        — Нет,  — ответила ему Оберона.  — Хоть как себя веди, но ты не узнаешь мой истинный облик до того времени пока с плеч Велиала не слетит голова. А она слетит, не сомневайся!
        Наступила минута молчания. Владислав тяжело вздохнул, набрался мужества и задал провокационный вопрос:
        — Что ты сделаешь, если предам тебя, по прибытию в город?  — он явно был смел, как никогда.
        Оберона поднялась и медленно, вплотную, приблизилась к Владиславу так, что её пасть с острыми зубами оказалась на уровне его лица. Владислав напряженно сглотнул слюну.
        — Я решу на месте,  — спокойно ответила она и растянула пасть в зловещей улыбке, оголив острые зубы.
        — Убедительно,  — сказал тихо Владислав и отодвинулся немного в сторону.
        Оберона развернулась, посмотрела на постепенно потемневшее небо и предположила, что сейчас уже восьмой час вечера.
        — Мне пора! А ты давай поднимайся и продолжай путь, я тебя к трем часам ночи догоню!  — в приказном тоне она обратилась к Владиславу и, обратившись в птицу, взмыла в небо.
        — Конечно госпожа Обра!  — недовольно пролепетал Владислав, поднялся, отряхнул с одежды сухую траву и пошел по намеченному пути.
        Геба плавно вошла в свой кабинет, в котором продолжал царить тот же беспорядок. Она только что вернулась от князя. Он спросил у нее совета: как следует вести себя на совете перед императором и что при этом говорить? Очень нервничал и беспокоился. На что Геба посоветовала обычные, но толковые правила поведения: говорить все как есть, не лгать и не утаивать правду, вести себя естественно, отвечать на все вопросы. И это походу Деймоса не устроило, он её выгнал. С каждой минутой напряжение возрастало. Он, не переставая, думал о пропавшем советнике, не мог толком собраться с мыслями и взять себя в руки. От плохих мыслей пот по телу лился «ручьем», руки дрожали, голова болела. Успокаивающие капли, которые ему изготовил Ярослав, уже не помогали. Еще бы немного и Деймос, по своим ощущениям, сошел бы сума, но вовремя из Оливьера прилетели счастливые вести. Деймос поспешно прочел послание, упал на диван в своем кабинете и изнеможенный, уставший от проблем, пролежал без движений, молча, почти полчаса.
        — … Владислав в Оливьере… нападение… сбежал,  — Деймос вслух из письма прочел, еще раз, отдельные ключевые слова. Поднявшись, поправил свой наряд и вышел из кабинета.
        Титания радовалась хорошей новости, а вот Анна скосила губы, недовольно хмыкнула и вышла куда-то из дворца, очевидно по своим делам. Она даже и не пыталась скрыть того, как неистово желала, чтобы помощника советника никогда не нашли.
        Совет состоялся в назначенный срок. Трех князей в Астарот доставил Гаап, который обладает способностью к телепортации, очень редким даров в этом мире. К помощи Гаапа прибегают лишь в особых, редких случаях из-за того, что эта способность значительно сокращает жизнь её обладателя.
        Гаап союзник Амаймона и один из подчиненных Деймоса, занимает должность секретаря, т. е. следит за сохранностью документов земель скал и ведет исторически важные записи, а так же, как уже сказано, изредка занимается быстрой доставкой демонов по пунктам назначения.
        Выглядит Гаап как прямоходящая крыса с длинным серым полосатым хвостом и большими задними лапами, коленки у которых вывернуты в обратную сторону, как у кузнечика. Относиться к числу звероподобных демонов.
        Аурума доставить на совет у Гаапа не вышло, вместо себя тот отправил своего военноначальника — Фенрира, по той причине, что у самого не отлагаемые дела, а его советник в данный момент находился в командировке — собирает налоги на степной территории.
        Фенрир по сущности — телхин, но в жилах его течет кровь бокор. Внешний вид у него весьма устрашающий, он выше двух метров в высоту, широкоплечий, накаченный, мускулистый, волосатый, совсем не похож на человечных телхинов, ни на низкорослых бокор. Поверх одежды он носит стальные доспехи, с собой в ножнах имеет огромный меч, на лезвии которого изображена позолоченная кобра с крыльями за спиной и высечена надпись на языке колдунов: «Друн гри тоно э бого», что означает: «Никто богу врагом не рождается». Как ни было то странно, но слово «бог» в этом мире есть, хотя его значение трактуется иначе — «вера в себя», поэтому слова высеченные на мече можно трактовать как: «ты сам себе врагом быть не можешь, ведь ты сам принимаешь те решения, которые на тебя, так или иначе, влияют». Можно и поспорить, только малая часть демонов знает: кто они и кто такие люди? В их интересах сохранить эту тайну.
        Фенрира лучше не злить, иначе можно оказаться в его черном списке, никто еще из этого списка живым не выбирался, хотя чтобы вывести его из себя — нужно приложить немало усилий. В основном Фенрир сдержан и не раздражителен.
        Велиал конечно же остался не доволен тем, что Аурум не соизволил явиться на совет сам лично, но при всем желании повлиять на него не мог. Высшие демоны уступают телхинам в силе и познаниях. Если между этими двумя видами разразится война и если даже на сторону высших демонов перейдут все остальные демоны, телхины все рано победят. Вряд ли кто-либо когда-либо вообще согласится ссориться с телхина.
        Совет начался. За стол переговоров сели: Велиал, Ваалберит, Пут Сатанакий, Оникс, Деймос, Фобос и Фенрир. Император спокойно озвучил, на сегодняшний момент, «больную» тему для разговора. Он первым излагал свои мыли касательно людей и их «наглых, дерзких» поступков. «Теперь,  — как выразился он,  — людям следует ожидать жесткий ответ со стороны демонов!!! Каждый человек в империи вне закона, особенно те, кто не имеют хозяев. Таких людей необходимо — изловить, допросить и если он не имеет никакого отношения к мятежникам, то отправить его на работы во благо империи, либо убить — если он слаб, немощен…».
        Князья и помощники внимательно слушали своего императора, кто-то даже делал заметки. Затем Деймос, с позволения Велиала, сообщил новость о том, что Владислав жив и здоров, но пока еще неизвестно: кто мог совершить нападение на его картеж по дороге в Игнис? Это, конечно же, меньше всего интересовало Велиала. По поводу военного лагеря Деймос пояснил, что был занят оказанием помощи помощнику советника и виноват в том, что упустил возможность направить в лагерь военную силу. Велиал лишь ухмыльнулся. Он тут же пожелал услышать от Оникса и от Фобоса их оправдания касательно уничтоженных имперских военных лагерей на их землях. Оникс начал первым, он говорил спокойно, не принужденно, вел себя естественно, не боясь за сказанные собой слова:
        — … таким образом, люди действовали хитро, быстро, не дали шансов воинам спастись. Если бы им не оказали помощь варлоки, то вряд ли бы они справились с этой задачей. Я предлагаю наказывать не только людей, но и каждого из варлоков!»,  — в конце речи Оникс выдвинул спорное предложение, на которое сразу же отреагировал Деймос, сказав:
        — Варлоки — демоны, если мы начнем поголовно их наказывать, то нарушим основные положения Горгона…
        — И что вы предлагаете, простить им предательство?!!  — возмутился Оникс.
        — Я согласен с Деймосом, но и с вами — Оникс тоже,  — вмешался в спор Фобос.  — Прощать предателей ни в коем случае не стоит. Иначе они совсем обнаглеют. Нужно аккуратно, без лишнего шума, найти среди варлоков виновных и наказать только их!
        — Это правильно!  — согласился с Фобосом Велиал.  — Варлоки хорошие колдуны и лекари, мы не можем себе позволить истребить этот вид! Они ценны для нас — демонов. Еще лучше — нужно настроить, тех варлоков, которые работают на империю, против людей, пока люди окончательно не переманили их на свою сторону.
        — Зачем нам печься о судьбе варлоков, если есть еще ламии и бокоры?! Бокоры вообще могут во всем их заменить, так давайте будем пользоваться чаще их услугами — с ухмылкой на лице предложил Оникс.
        — Бокоры? Их мало и они хорошо прячутся. Чтобы попросить у них помощи нужно немало сил потратить на их поиски,  — усмехаясь, ответил Фенрир, мельком осмотрев взглядом каждого сидящего за столом.
        — А у ламии получается лишь хорошо составлять «сухие» заклинания, они не умеют готовить необходимые лекарства, так как это умело делают многие из варлоков,  — прошепелявил Ваалберит и противно кашлянул.
        Деймос тоже покашлял, так как долго терпел.
        — Эта тема закрыта! Мы ни в коем случае не будем целенаправленно избавляться от варлоков!  — в приказном тоне сказал Велиал.
        Все замолчали, «повесив» носы.
        — А вот, что касается людей, то им своего заслуженного наказания не избежать!  — продолжил Велиал.  — Каждый из вас здесь присутствующих обязан предпринять меры по защите своих территорий от людей… И вообще, они же не на другой планете живут, как вы до сих пор не можете обнаружить тайные поселения?!!  — злостно возмутился он.
        — Я думаю, люди используют магию варлоков для защиты своих поселений,  — предположил Фобос.
        — Тогда нужно выяснить, какая это магия? Развеять ее! Эта задача для каждого. Найти решение!  — приказал Велиал, недовольным взглядом осмотрев каждого.
        — Я могу выяснить у Агро Ярослава, какая это может быть магия,  — тихо сказал Деймос.
        — Давно следовало так поступить!  — настоял Велиал.
        — Семейство Агро очень известно в империи, хотя Агро Аенгуса мало кто видел… Где сейчас он?  — поинтересовался Фобос.
        — Я слышал, что он больше не работает, ездит по империи, путешествует,  — ответил Деймос.  — По крайней мере, так говорил мне Ярослав.
        — Следует найти Аенгуса и поговорить с ним, может он что-то знает о тех варлоках, что предали империю?!  — сказал Велиал, дав понять Деймосу, указ предназначен ему.
        Деймос кивнул головой.
        Совет продолжался пять часов, без перерывов. В конце Велиал повторил все свои наказы и приказал каждому в течении трех дней подумать и разработать стратегию ведения воины против людей, включая планы по поиску тайных поселении и в конце третьего дня предоставить эти разработки ему лично на одобрения. Гаапу пришлось переместить каждого из гостей обратно на их земли.
        Владислав проснулся в холодном поту, задыхаясь. С тех самых пор, как он вернулся с плена в город Оливьер, каждый раз, при погружении в сон, ему снился один и тот же кошмар, в той же последовательности действий, привыкнуть к чему он не мог.
        Ему снится собака (Оберона), от которой он в страхе убегает, но она все равно его догоняет, прыгает ему на спину, когтями впивается в плечи и начинает клыками грызть его голову, затем обращается в птицу и выклевывает ему, еще живому, глаза. На протяжении всего сна Владислава одолевает чувство фантомной боли по всему телу.
        После пробуждения он судорожно размышляет на тему предательства. Владиславу никогда не хотелось быть врагом людям, а врагом демонов — тем более. Лишившись людского уважения, он теперь может и лишиться уважения со стороны демонов. Предать — значит, стать изгоем в этом мире, исчезнуть, раствориться в собственной крови. Если Велиал узнает о его сговоре с вражеской собакой, то представить страшно те муки, которые ему предстоит пережить.
        Владислав боялся перемен, боялся императора, боялся Ваалберита, боялся собаки и косых взглядов в свою сторону. Ему хочется довериться собаке, ее сладким словам и обещаниям, стать одним из спасителей человечества. Но сейчас у него есть все, о чем он мог когда-либо мечтать: высокая должность в империи, деньги, дорогие украшения, одеяния, собственные комнаты в стенах любого из дворцов империи, его уважают и боятся многие из демонов, перед ним лебезят и приклоняются.
        В его руках немного власти, но этого вполне достаточно, чтобы быть на высоте. Распрощаться с настоящим тяжело, а вдруг ничего не выйдет? Вдруг люди напрасно бьются за власть? От этих раздумий начинала кружиться голова. Владислав не мог решиться, не мог поверить в то, что совсем недавно согласился помочь непонятному зверю осуществить безумное. Как все исправит и не умереть захлебываясь собственной кровью?
        Рея подбежала к отцу, тревожно поинтересовалось о том, что известно о судьбе Владислава? Фобос замечал странное поведение своей дочери с того самого дня, когда стало известно, что помощник советника бесследно исчез и возможно мертв. Тогда узнав об этом, она моментально побледнела, весь день молчала, каждый раз, когда прилетали почтовые птицы, спрашивала отца о принесенных новостях, как выясняла, что о Владиславе по-прежнему ничего неизвестно, уходила и закрывалась в своей комнате. Оставаясь наедине с собой, и со своими мыслями она не сдерживала слез. Только и успевала писать жалобные письма Титании.
        Сегодня Фобос принес ей радостные вести. Рея услышав, что Владислав вне опасности и находится под присмотром Оливьера от перенапряжения и усталости свалилась в обморок прямо на руки отцу. Фобос ранее догадывался, но теперь он не сомневался, что его дочь питает глубокие любовные чувства к помощнику советника. И что теперь делать?
        Оберона подлетела и села на парило балкона комнаты Владислава. Владислав сразу же ей на встречу открыл балконную дверь. Оберона приняв облик собаки, немедля забежала в комнату. Владислав тяжело вздохнул и на всякий случай оставил балконную дверь нараспашку.
        — Мне сейчас некогда с тобою разговаривать,  — сказал ей Владислав.
        Оберона ухмыльнулась.
        — Неуч-то передумал мне помогать?  — язвительно спросила она.
        — … Нет,  — после минутного молчания ответил Владислав, опустив глаза.
        Обероне не понравилось такое странное его поведение. Заподозрив неладное, она прищурила глаза.
        — Давай, встретимся завтра, вечером, в городском парке и там поговорим,  — неуверенно предложил ей Владислав.
        — Хорошо!  — бодро ответила Оберона.  — Завтра, так завтра.
        Оберона мигам обратилась в птицу и вылетела из комнаты.
        Владислав задумчиво остался стоять на месте, его явно беспокоило то, во что он ввязывается.
        Фобос сидел на кресле в гостиной, пристально, задумчиво смотрел в одну точку на стене и медленно, кругами, водил средним пальцем у себя над переносицей. Он погрузился в размышления о дочери. Он не мог себе даже представить, что его Рея может влюбиться в человека. У Фобоса уже есть два претендента в зятья. Фобос всегда мечтал о том, чтобы Рея вышла замуж за сильного, известного, занимающего высокий должностной пост в империи, могущественного, доблестного, умелого демона или демона-воина — под это описание подходят: Асмодей (из Одрадека) и Орф. Орф являлся лучшим другом Кернунноса и является представителем города Ао, который расположен среди трех скал на границе с землями скал по ту сторону Амрита. Именно в тех скалах находится дом броллаханов. Данный город выполняет функцию порта, его корабли занимаются перевозкой демонов, людей, различных грузов с одного берега океана на другой, к тому же, между скалами имеется достаточно широкий, но извилистый проход, по которому в спокойную, хорошую погоду можно попасть на территорию скалистых земель. Путь от г. Ундина до г. Игниса через океан и через скалы
занимает гораздо меньше времени, чем путь через всю империю, но им очень редко пользуются, чтобы не тревожить демонов подводного мира.
        Орф из числа чистокровных вампалов, поэтому Фобос больше заинтересован в его кандидатуре, а Асмодей — лишь запасной вариант.
        Красавцем Орфа назвать сложно: он крупного, накаченного телосложения, высокий, у него каштановые волосы по всему телу, грубые черты лица: маленькие квадратные глаза с ярко-синей радужкой, тяжелая нижняя челюсть, а один нижний клык выпирает и налегает на верхнюю губу. Он обращается в огромного, мощного вампала с грубой, густой каштановой шерстью на теле. Орф родился и вырос в Ундине, за сорок лет до рождения Реи. Своего отца он не знал, так как за день до его рождения корабль, на котором его отец возвращался в Ундин, затонул в глубинах Амрита, попав в сильный шторм. Ему лишь известно, что его отец являлся главным кузнецом в оружейной кузнице Фобоса и не принадлежал к числу знатных семей, впрочем, мать Орфа тоже из простых поданных. Она некогда работала дворцовой служанкой. Когда Орф занял пост представителя города Ао, она переехала туда вместе с ним и до сих пор проживает в его имении.
        Рея ничего не подозревала о планах отца — выдать ее замуж.
        В гостиную комнату вошла Барбела и, подойдя сбоку кресла, где сидел Фобос, нежно провела рукой по его плечу, затем обошла кресло и слегка поцеловала мужа в губы. Она присела на кресло напротив него. Теплым взглядом она смотрела на мужа и чуть заметно улыбалась.
        — В чем дело?  — поинтересовалась Барбела, видя беспокойность Фобоса.
        — Ты знала, что Рея влюблена в человека?!  — нервно в ответ спросил он.
        Барбела очень сильно удивилась услышанному:
        — О чем ты?! Кто этот человек?!
        Фобос по выражению лица жены понял, что она ничего не знает и не пытается скрыть от него правду.
        — Это Владислав…  — тихо ответил он и замолчал.
        — Ах!  — Барбела прикрыла губы ладонью руки, очевидно, ее тоже не устраивал такой расклад.  — Рея тебе сама об этом сказала?!
        — Нет! Но ты видела как она себя вела с того самого момента, когда узнала, что Владислав исчез и возможно убит?! Она вся извелась: ни ела, ни пила, ни говорила, закрылась в себе. Еще бегала за почтовыми птицами, прилетающими во дворец, как кошка за мышами, постоянно интересовалась: «Есть ли сегодня вести с Игниса о помощнике советника?!»,  — попытался он в речах изобразить дочь.  — И как тут не заметить, что она неравнодушно дышит к этому человеку?!  — Фобос хлопнул обеими руками по ручкам кресла.
        — Что нам теперь делать? Он же, че-ло-век!  — Барбела нервно закусала ногти.
        — Я поговорю с дочерью. С другой стороны, Владислав не просто человек — он помощник советника!  — задумался Фобос.
        — Что ты этим хочешь сказать?!  — возмутилась Барбела.  — Если бы он был демоном, то другое дело! Но он, как не крути, чистокровный человек, пусть даже занимает высокую должность в империи!!!
        — Нужно узнать, что он к ней чувствует…
        — У него?! И ты решишься сам лично подойди к нему, и задать ему такой вопрос?
        — А что еще мне остается?!! Если он тоже любит нашу дочь, то у нас не будет иного выхода, как выдать ее замуж за человека!
        — С ума сошел?!!  — разозлилась Барбела и, поднявшись с кресла, подошла к окну, за которым уже совсем стемнело.  — Выдадим ее замуж за Орфа… как ты того хотел. Завтра на рассвете, немедля, пошлем ему письмо с предложением.
        — А если Владислав попросит Ваалберита, еще хуже — самого нашего императора, помочь ему в женитьбе на нашей дочери?!
        — Будет поздно! Сейчас помощнику советника не до свадьбы дело, а когда решится на то, наша Рея уже будет законной женой Орфа. Орф точно не откажется стать мужем Реи.
        — Но…  — Фобос резко замолчал и задумчиво опустил глаза, он колебался.
        Барбела возмущенно посмотрела на мужа.
        — Неуч-то ты хочешь, чтобы наша дочь стала женой человека?!  — не сдерживая гнев, спросила она Фобоса.
        — Он — помощник советника. Этот союз может приблизить нас к императору…
        — Дорогой мой!  — Барбела подошла к мужу и взяла его за руку.  — Не думай так, Владислав сегодня помощник советника, а завтра может стать никем. Ты думаешь, что после смерти Ваалберита он может занять его пост?! Чушь!!! Великий Велиал не любит людей, он никогда не даст ему таких прав! Как только Ваалберита не станет, Владислав вылетит с имперского дворца!!! И все про него забудут. Ты хочешь такой судьбы нашей дочери?!
        Слова Барбелы прозвучали убедительно.
        — Конечно же, нет!  — утвердительно, но опечаленно ответил Фобос.
        Оберона подбежала к дедушке и крепко обняла его за талию. Антон улыбнувшись, погладил внучку по голове. Следом за Обероной в его дом вошли Илья и Мария. Мария принесла с собой небольшую корзинку, из которой вкусно пахло чем-то мучным и свежеиспечённым.
        — Проходите в гостиную. Стол накрыт, будем ужинать!
        Сегодняшний вечер семейство Бетельгейзе решили провести у главы семейства.
        — Я принесла пирожков с капустой и творогом!  — улыбаясь, сказала Мария.
        — Ой, как хорошо,  — обрадовался Антон,  — люблю твою стряпню!
        Каждый занял своё место за столом. Мария выложила пирожки на блюдо и выставила их в центр стола, чтобы каждый смог дотянуться.
        Сегодня строго наказано — не начинать разговоры на тему воины и побед. Предстояло обсуждение семейных дел, жизненных, добрых рассказов. Оберона рассчитывала поговорить с дедом именно о воине, но раз решено молчать об этом, то тому так и быть. За столом в основном говорили Мария и Илья, а Антон лишь внимательно их слушал, где-то смеялся, где-то даже возражал, где-то дополнял и задавал уточняющие вопросы. Оберона крутила ложку в каше и думала о своем.
        — А ты не будешь скучать?  — обратился Антон к Обероне.
        Оберона подняла глаза и увидела, что все на нее смотрят.
        — Скучать?!  — удивилась Оберона,  — Почему я должна скучать?
        — Бранн ведь единственный твой друг, вы в последнее время очень много времени проводите вместе,  — сказала Мария.
        Оберона пропустила мимо ушей весь разговор, поэтому не понимала о чем вообще сейчас идет речь.
        — Причем тут Бранн?!  — недоумевая поинтересовалась она.
        Мария и Илья переглянулись.
        — Семья Агро переезжают жить в северные земли. Мы об этом только что разговаривали,  — пояснила Мария.
        Такая новость словно «снег на голову», Оберона от неожиданности приоткрыла рот и наступила минутное молчание.
        — Когда?!  — тревожно спросила она.
        — В ближайшие дни,  — ответил Илья.
        — Но почему они решили уехать отсюда?!  — возмутилась Оберона.
        — Так надо,  — ответил Антон,  — Это связано с тем, о чем мы решили сегодня за ужином не разговаривать.
        — Значит, я больше никогда не увижу Бранна?  — шепотом спросила она, опустив грустные глаза.
        Мария поднялась с места, обошла стол и присев рядом с дочерью приобняла её и нежно поцеловала в лоб.
        — Не грусти,  — попросила Мария Оберону.  — Когда-нибудь обязательно вы еще встретитесь.
        Оберона задумчиво посмотрела в окно, по которому тихо застучали капли только что начавшегося дождя.
        На часах восемь вечера. В это время года рано темнело, поэтому на улице уже зажгли тусклые фонари. В пустом парке очень сыро, повсюду лужи, грязь. Совсем недавно закончился дождь, который лил не преставая со вчерашнего вечера. Очень холодно.
        Владислав не мог спокойно сидеть или стоять на месте, он крутился вокруг парковой лавки и нервно кусал ногти на пальцах рук. Ему послышалось какое-то движение в ближайших кустах, он схватил факел, что прикрепил к скамейке и направил в ту сторону, откуда прозвучал хруст. Там никого не было. За спиной послышалось рычание. Владислав испугано обернулся и в свету, от огня факела, увидел знакомую ему собаку.
        — Убери огонь,  — прищурившись, недовольно пробурчала Оберона.
        Владислав прикрепил факел обратно к скамейке.
        — Ну, давай, начнем говорить,  — язвительно сказала Оберона и по-собачьи встряхнула с шерсти капли дождя.
        Владислав, сморщив лицо, прикрылся рукой, так как брызги с ее шерсти летели в разные стороны.
        — Наверно ты мне хочешь сообщить о том, что передумал помогать мне и людям?  — спросила она.  — Об этом говорить твое нервное поведение,  — она улыбнулась, оголив острые зубы.
        Владислав сглотнул слюну и мельком посмотрел куда-то в сторону.
        — Нет, я не передумал… Я хочу помочь людям в осуществление их задумок,  — тихо ответил он.
        — Так, почему ты так нервничаешь? Ты не был столь нервно-обеспокоен даже когда находился в плену, когда бежал и по пути до города.
        — Просто я осознал, на что иду.
        — Вон оно что,  — Оберона ухмыльнулась.  — Да, это риск. Чего именно ты боишься?
        Владислав напрягся и снова, мельком, посмотрел куда-то в сторону. Оберона заметила эту еще одну странность в его сегодняшнем поведении.
        — Я, ничего не боюсь! Обра, скажи, мне просто интересно, где находиться главное тайное поселение людей?
        Вопрос Владислава прозвучал подозрительно и неуместно. По коже Обероны пробежала холодная, неприятная дрожь. Она почувствовала надвигающуюся угрозу. Прижав уши и хвост, оглядевшись по сторонам, Оберона зарычала и медленно попятилась назад. Сердце забилось быстрее и казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Из самых темных углов, из-за кустов и деревьев повсюду начали появляться демоны-воины, их очень много, они постепенно окружали её. Владислав оставался стоять на том же месте и тут, Оберона осознала, что это его рук дело.
        — Ах ты!!!  — злобно зарычала она и широко раскрыв пасть, кинулась на него, желая разодрать, но угодила прямиком в сети.
        Как не пыталась Оберона вырваться, у нее не получалось. Она не могла себе позволить обратиться в другого зверя, перед демонами. Воины накинули поверх еще одну сеть из тонких, гибких, стальных прутьев, а сверху поставили невысокую, узкую клетку, тем самым сковав ее движения.
        — Предал меня?! Вот как! Я до тебя доберусь!!!  — гневно кричала она Владиславу, не имея возможности свободно двигаться.
        Владислав сжал в кулаки дрожащие руки. Чувства переполняли его, он ощущал себя неправым, грызла совесть. Страх перед императором сильнее, чем страх перед собакой. Лишиться своей должности и семьи — ради обреченных на смерть людей, он себе позволить не мог.
        — Что вы с ней собираетесь делать?  — спросил Владислав подошедшего Оливьера.
        — Для начала выясним, какой это демон, так как я по своим ощущениям пока определиться не могу. Заставим признаться в измене империи, выбьем сведенья о мятежниках, а потом убьем,  — ухмыляясь, ответил Оливьер.
        Владислав посмотрел в разъяренные глаза Обероны и в голове, словно что-то щелкнуло. Смерти ей он не желает.
        Чувство обиды, гнев, ярость, желание мести бурлило в душе Обероны. Она смотрела в виновные глаза Владислава и не могла просто так его простить. Оберона представляла, как выбирается из западни и перегрызает глупцу горло. Чем больше проходило времени, тем меньше она думала о Владиславе, но своего наказание за проступок, конечно же, ему не избежать.
        Через четыре часа наступит рассвет. Ей хотелось выбраться живой, увидеть своих родителей. Мысль о том, что её мама скоро зайдет к ней в комнату и не увидит её в постели, а при этом окно открыто настежь, перепугается, заволнуется и поднимет панику, не давала Обероне покоя. Она металась по клетке, сделанной из стальных, толстых прутьев и внимательно наблюдала за десятью стражниками оставленными следить за ней. Они, как им приказано, не приближались к клетке, не кормили, не поили её и не отвечали на её вопросы, не задавили ей вопросов.
        «Нужно что-то предпринять,  — подумала Оберона». Из-за эмоции она не могла сосредоточиться и придумать моментальный план. Злость и гнев душили её изнутри.
        Владислав долго не мог уснуть. Он бездвижно сидел на кровати и, размышляя, смотрел на развивающийся огонек свечи. Еще по возвращению в город Оливьер он для себя принял тяжкое решение, что не будет, точнее не может себя позволить помочь людям. Тяжелее далось решение — предать собаку, спасшую его от смертной казни, пусть даже это хитроумный план людей, ему было сложно. Когда Оливьер задал вопрос: «Как произошло нападение, как ты смог спастись?» — Владиславу пришлось придумать ложь. Он поведал Оливьеру, что на его картеж напали в лесу, но пока воины сражались, он успел убежать в лес и там спрятался. Долго блуждал, пока не нашел дорогу к городу. Это звучало убедительно и вопросов бы иных не возникло, но…
        Сегодня после удачного захвата собаки он написал краткое послание Ваалбериту. За шесть дней до этого, Владислав сделал тревожный для себя выбор, он рассказал Ваалбериту о собаке спасшей его из плена и смерти, добавив, что ранее не мог о ней рассказать, так как она за ним наблюдала, и он боялся умереть прежде, чем раскроет правду; выжидал подходящего момента. В письме Владислав умолчал о том, что несколько дней находился в плену в главном деревне всех тайных поселений и о том, что узнал имя главаря мятежников. Ему не хотелось более смертей.
        Один из стражников услышал, как собака заскулила, и с любопытством посмотрел в сторону клетки. Собака, покачиваясь, свалилась на бок и начала судорожно трясти ногами.
        — Что это с ней?  — недовольно обратился он к своему товарищу, и они вмести подошли к клетке, чтобы проверить.
        Собака валялась вытянувшись всем телом с выпученными глазами, разинув пасть и вывалив язык. Им показалось, что она даже не дышит.
        — Мертва!  — крикнул стражник и судорожно начал перебирать ключи, пытаясь открыть и войти в клетку. За это они могли лишиться головы.
        Все остальные стражники начали переглядываться, шептаться и медленно подходить, чтобы посмотреть на мертвого пленника, за которым должны были следить до утра.
        — Вот нам всем достанется!  — сказал кто-то из толпы.
        Стражник с ключами вошел в клетку и, подбежав к собаке, хотел было проверить ее пульс, как Оберона соскочила, обратилась в куршу и впилась зубами ему в лицо. Теперь ей было не до тайн своих способностей. Стражники с криками хватались за свое оружие. Они были напуганы тем, что собака, за секунды, приняла столь зловещий облик.
        Геката ото сна резко открыла глаза, сердце билось сильно, предчувствие надвигающейся опасности разбудило её. Налив воды в стакан с графина, она жадно опустошила его. Этой ночью ей ничего тревожного не снилось, но это странное, ниоткуда взявшееся чувство — не давало покоя. Как растолковать то, что она сама не понимает? О Чем предупредить императора? Нужно ли вообще обращать на это состояние внимание? «Пока не следует трубить в трубы. Дождусь утра. Может тогда все проясниться,  — размышляла она». Глаза медленно закрылись, и Геката погрузилась снова в сон.
        Что-то влажное капнуло на лицо Владиславу и потекло по щеке, затем это повторилось. Сквозь сон, он недовольно протер щеку, жидкость оказалась слизкой и быстро густела. Он начал медленно просыпаться, ощутил чье-то холодное дыхание у себя на лице. Мерзкий, сладковатый запах наполнял комнату. Кто-то в темноте повис над ним, прижав одеялом к кровати. Страх сковал тело. Владислав медленно, не с нежеланием, открывал глаза. В кромешной темноте, светящиеся глаза смотрели на него. Раздалось тихое рычание. Капли не понятной жидкости, скорее всего, стекающие с этого существа, продолжали падать на него.
        — Кто ты?!  — тревожно спросил Владислав и посмотрел в сторону, окно открыто, это он его, по глупости, забыл закрыть, перед тем как лег спать.
        — Давай зажги свет!  — язвительно сказало существо.
        Владислав узнал этот голос, голос черно-рыжей собаки. Он с трудом достал руки из-под одеяла, одной дрожащей рукой, потянулся за свечой и спичками, боясь отвести взгляд от горящих в темноте глаз. Наконец тусклый свет от свечного огня осветил комнату. Передним предстала нелицеприятная картина, которая повергла его в шок. Он смотрел на собаку, шерсть и зубы которой выглядели красными, она насквозь пропитана кровью. Именно эта жидкость стекала с нее, прямо ему на лицо. Ужаснувшись, Владислав посмотрел на свои руки не в своей крови, широко раскрыл глаза, дыхание переперло. Кричать — смысла нет.
        — Нравиться?  — продолжала язвить Оберона.  — Ты этого желал? Желал, чтобы я тебе показала, что я готова убивать ради цели?!
        — Нет…  — сглотнув слюну, тихо ответил Владислав.  — Прости меня! Я только сейчас, нет, сразу же после того как сдал тебя, осознал свою…
        — Заткнись!!!  — гневно зарычала она.  — Иначе перегрызу тебе глотку, как сделала это тем несчастным воинам, в чьей крови я сейчас стою перед тобой!
        Владислав подчинился и стиснул зубы.
        — Ты меня предал. Я к такому готова не была. Раньше меня никто не предавал. Наверно я должна поблагодарить тебя, ты меня проучил! Теперь я буду знать, что доверять нужно с осторожностью…  — Оберона ухмыльнулась.  — Я пришла наказать тебя! Но не бойся, я прямо сейчас тебя — не убью. Для начала я найду твою семью!  — после угрожающих слов, Оберона спрыгнула с кровати и подбежала к открытому окну.
        — Стой!!!  — в панике закричал Владислав и соскочил с кровати.
        Оберона замерла на месте, она ожидала, что он попытается её остановить. Медленно развернувшись к нему, она гордо подняла голову.
        — Что-то хочешь мне сказать?  — ехидно спросила она.
        — Да!  — у Владислава дрожал голос.  — Ты не должна, вот таким образом, мне мстить. Моя семья здесь не причем!
        — Но ведь ты именно ее от императора спасал, предавая меня?
        — Обра, ты совершенно права! Я тебя предал, я — глупец!!! Только я заслуживаю твоего наказания. Можешь убить меня, как пожелаешь.
        Оберона рассмеялась.
        — Такое чувство, что я ждала твоего разрешения! Поверь, ты будешь мучиться. Ты заставил меня — убивать, и теперь я буду — убивать!
        От безысходности Владислав упал на колени и закрыл лицо руками. Тогда Оберона решила больше его не мучить и раскрыть то, зачем пришла. Но делала это она не из-за жалости…
        — Теперь ты осознаешь, что со мной лучше не играть? Меня запросто в клетке не запрешь, потому что я — не демон и я — не человек, я — нечто иное то, что тебе не под силу понять.
        — Я все осознал,  — тяжело дыша, ощущая безысходность, тихо ответил Владислав,
        — Так уж и быть, я сжалюсь и дам тебе второй шанс,  — сказала Оберона, приблизившись к нему,  — для этого ты должен присягнуть мне в верности. После чего ты начнешь беспрекословно исполнять мой любые приказы, подчиняться! Ты меня понял?!
        Владислав с надеждой посмотрел в ее глаза.
        — Конечно! Я клянусь тебе подчиняться, быть твоим верным слугой и помочь людям захватить власть в империи!  — торопливо говорил он, стараясь, чтобы его слова звучали как можно убедительней.
        Оберона ухмыльнулась.
        — Дам тебе совет: если решишь снова меня предать, то сделай это обдумано так, чтобы я не смогла к тебе и к твоей семье явиться со смертью под руку.
        Оберона выскочила через окно и скрылась в ночи. Владислав, сидя на том же месте, смотрел на свои руки, запачканные в чужой крови. «Кто она такая?!  — с ужасом думал он.  — Что теперь будет!».
        Фобос вызвал Рею к себе в кабинет, с ним её ожидала Барбела. По дороге к кабинету Рея чувствовала себя прекрасно, окрылено и счастливо, но когда увидела серьезные выражения лиц своих родителей, смутилась и занервничала.
        — Что случилось?!  — заподозрив неладное, спросила Рея, при этом поглядывая то на мать, то на отца.
        Барбела заулыбалась и, подойдя к дочери, приобняла ее за плечи.
        — Ничего страшного!  — довольно ответила Барбела и, подведя Рею к столу, усадила ее в кресло.  — Мы с отцом хотим тебе сообщить радостную новость!
        — И какую?  — осторожно спросила Рея.
        — Тебе уже пора выйти замуж, а нам следует позаботиться о продолжении рода и на всякий случай обзавестись приемником, так как ты у нас девушка и не можешь править. Должен быть обязательно князь, так гласит Горгон! Поэтому отец нашел тебе достойного жениха…
        — И кто это?!  — поднявшись с кресла и подальше отойдя от матери и отца, возмущенно спросила Рея.
        — Им будет Орф!  — строго ответил Фобос.  — Я ему сегодня на рассвете отправил предложение, как только получим ответ, по обычаю: мы вас друг другу представим и начнем готовиться к свадьбе.
        Жадно глотая воздух через приоткрывшийся рот, Рея смотрела на родителей и недоумевала: почему именно сейчас? А как же Владислав? Она хотела быть только с ним.
        — Нет! Я не согласна!  — закричала Рея.
        — А чего ты хочешь?  — спокойно спросил Фобос.
        — Я хочу замуж за Владислава1 — она уже не видела смысла скрывать свои чувства.
        — Что?!  — Барберала возмущено фыркнула.  — Никогда такому не быть. Рея, доченька, он — человек, ты это понимаешь?  — умерив пыл, спросила Барбелала и попыталась приблизиться к Рее, но та от нее отскочила.
        — Пусть он — человек, но он еще и помощник советника, живет в имперском дворце, имеет власть и привилегии, успешен, известен, умен. Орф с ним и не сравниться! И к тому же, он красив!  — Рея в спешке принялась перечислять достоинства и преимущества Владислава перед Орфом, а ее глаза бегали взглядом по полу.
        Барбела нервно засмеялась и посмотрела на серьезного мужа.
        — Человек и этим все сказано!  — Фобос хлопнул кулаком по столу.
        Стало мучительно больно, сердце у Реи сжалось. Бесполезно настаивать на своем, уговаривать отца и мать послушать ее — отказаться от этой затеи. Но выйти замуж за такого как Орф, который не внешне, не по характеру ее не устраивал, она не могла смириться. Развернувшись, молча, Рея вышла из кабинета, притворившись, что не слышит просьб матери — вернуться и дослушать их с отцом до конца. Забежав в слезах в свою комнату и заперев дверь на ключ, она взяла перо, чистый лист бумаги, присела за стол и в спешке принялась писать письмо Титании, ей нужно было с кем-то поделиться своими чувствами:
        «Дорогая Титания! У меня беда. Нет больше радости и счастья в моем сердце — оно разбито вдребезги. Я уничтожена своими родителями. Никогда не думала, даже представить себе не могла, что меня когда-нибудь может постичь печальная судьба твоей сестры — Анны. Но Анне повезло, теперь я ее понимаю… Мне тяжело говорить об этом, но я хочу, ХОЧУ!!! Чтобы и мой нареченный жених, не любимый и не желанный мною, однажды, желательно до свадьбы, сгинул, исчез раз и навсегда!
        Анне удивительно повезло. Кернунноса пронзила стрела и теперь, она свободна, может любить и быть любимой тем, кто ей нужен, кем она желанна, кто ей принесет истинное счастье…» — Рея испытывая стыд и призрение к себе самой, за написанные жестокие слова, хотела было уже зачеркнуть последнее предложение, но передумала и продолжила,  — «Подруга ты должна знать, что я сейчас испытываю, какую душевную боль, поэтому я буду откровенна с тобой, как всегда. Мне не все равно, что ты после этого будешь думать обо мне, но я напишу тебе все как есть. Мне, несомненно, стыдно о том, что я желаю смерти Орфу. Да! Орф по решению моих родителей — мой будущий муж! Не знаю, помнишь ли ты его? Знаешь ли, как знаю его я? Но будь уверена, он не тот, кто мне нужен! Один его внешний вид ввергает меня в ужас, тоску…
        Как иначе мне спастись от несчастливого своего будущего?! Сможешь ли ты — любимая, лучшая подружка, дать мне на этот вопрос спасительный ответ? Я в печали… Я люблю Владислава… Люблю его так сильно, что не вижу смысла жить без него! Жить и создавать семью с Орфом? Никогда этому не бывать! Почему мой родители не могут понять, что милый Владислав однажды станет советникам?! Ты, конечно, можешь сейчас смеяться Титания, но я это знаю точно: он будет советником! Мне недавно приснился сон: Владислав стоит у подножья трона, облаченный в шкуру черного волка, в одной руке он держит трость Ваалберита, а в другой крепко сжимает меч, а взгляд его устремлен на императора, на коленях которого лежит Горгон. Иначе это виденье, я толковать не могу! Владислав обязательно, в скором времени, заимеет должность советника империи!
        Когда я в первый раз увидела этого парнишку, еще совсем ребенком, такого умного, доброго — он сразу же произвел на меня впечатление. Тогда я его еще не любила, мне он просто был интересен: как по сущности своей человек, как подручный Ваалберита. Но год за годом шел и вот, когда я вновь увидела Владислава в позапрошлом году на ежегодном празднике, посвященном давней коронации императора, его взгляд пронзил мне душу. Я потеряла себя! Подруга, знаю, ты уже не впервые слышишь эту историю от меня. Но от воспоминаний мне становится теплее и легче. И, Титания, помнишь наш тот разговор в день похорон Кернунноса? Так вот, я оказывается была права, хоть и верила больше в твои слова, он — всего лишь человек и не важно, что еще и помощник советника. Даже если бы я с самого начала призналась отцу, что люблю Владислава — это бы ничего не изменило! Теперь я и не вижу смысла признаваться в любви Владиславу! Интересно испытывает ли он ко мне какие-либо чувства? Надеюсь, ты меня поймешь?».  — Рея писала на эмоциях, но стараясь оставаться адекватной. Она прикрепила письмо к лапке почтовой птицы и послала ее к
Титании.
        По дороге в деревню, Оберона искупалась в реке, смыв с себя всю чужую кровь и прилипшую грязь. Распутала слипшиеся волосы и привела в порядок свою одежду. Во рту остался сладковатый, противный привкус крови, хоть она и зажевала, немало, лесной мятной травы. Перед глазами стояла картина: как она насмерть загрызает одного за другим стражников, как кровь льется рекой, как кишки вылезают с их теплых, ещё неостывших тел, как некоторые из них медленно умирая, не желая принимать настигшую их смерть, молят о пощаде и помощи. Словно все чувства в ней умерли в эту ночь: не осталось ни страха, ни жалости, ни обиды, ни вины… Но это ее не расстраивало. Зло поселилось в ее душе, оно не переставая твердило, как правильно и смело она поступила во благо людей…
        «Нужно спешить, скоро рассвет!» — напомнила себе Оберона, посмотрев на восток. Из-за горизонта уже появлялись первые солнечные лучи. С каждой минутой становилось все светлее и светлее. «Новый день,  — сказала она громко вслух,  — встречай новую меня!».
        Карета с гербом земель скал, на котором изображена голова вампала с цепью в зубах, въехала в Астарот и остановилась у дворца.
        У дверей дворца Владислава встретил Ксафан и проводил к Ваалбериту, который в данный момент одиноко прогуливался в саду и размышлял над полученным еще вчера вечером отчетом от Оливьера. В письме Оливьер рассказал весь ужас, который он якобы испытал, когда пришел на место, где содержалась под стражей захваченная в плен собака: «Повсюду в лужах собственной крови лежали разорванные тела воинов, у некоторых из них прямо на землю из тел вываливались кишки, у некоторых отгрызены конечности. Когда мы прибыли на место, собаки уже не было, живых свидетелей, конечно же, не осталось, но по кровавым следам лап оставленных ею повсюду, в том числе и на телах своих жертв, я смог определить, что следы принадлежат курше. Как всем известно, курши обитают только на песчаных землях империи. Тогда я сделал вывод, что собака никак иначе — сильный ликантроп! Она, каким-то образом, сменила один облик на другой…».  — Еще Оливьер настойчиво убеждал Ваалберита передать императору, что обязательно найдет эту тварь и живой притащит в Астарот.
        Ваалберит уже заждался своего помощника. Он жаждал услышать лично от Владислава подробности его приключений, включая то, каким образом удалось сбежать собаке.
        — И что теперь прикажешь мне говорить императору, когда он меня вызовет к себе?!  — недовольно прошипел Ваалберит и раскашлялся.
        — Мне очень жаль!  — Владислав машинально отвел глаза.  — Собака оказалась не простой, скорее всего, она — ликантроп,  — Владиславстарался выглядеть опечаленным и покорным.
        Ваалберит злобно хмыкнул.
        — Твои щенячьи глаза не изменят тот факт, что ты упустил зверя, который вполне возможно — играет немало важную роль в противостоянии людей и демонов!
        — Я виноват! Прикажите мне, и я немедля начну поиски этой твари.
        — Начнешь, несомненно!  — гаркнул Ваалберит.  — После того как я поговорю с императором. Скоро Велиал освободится от дел, и вызовет меня! Я, постараюсь, уговорить его тебя простить! Неуч-то у этого тупорылого Оливьера не было цепей покрепче?!!  — он плюнул в сторону.  — Да и не один из демонов не способен принять облик из зверя в другого зверя! Оливьер трус! Навыдумывал немыслимого. Высшая ликантропия — миф! У него даже свидетелей нет по этому поводу!
        Ваалберит согнулся, стал задыхаться и громко закашлял.
        — Что с вами?!  — проявил беспокойство Владислав, придерживая его за спину.
        — Топай отсюда!!!  — недовольно в ответ сказал Ваалберит и оттолкнул Владислава.
        Владислав устроило это предложение, лучше уйти и не злить своего господина.
        — И не смей сейчас покидать дворец!!!  — вдогонку Владиславу выкрикнул Ваалберит.
        Через пару часов встреча состоялась, но Велиал пожелала видеть только Владислава, и не пригласил присутствовать на этом разговоре Ваалберита. Конечно, Ваалберит удивился и возмутился, но приказ — есть приказ, остается смиренно ожидать известий за дверью. Ворча и бурча себе под нос, он медленно передвигался из стороны в сторону, стуча об каменный пол тростью и, изредка поглядывал то на закрытую дверь тронного зала, то на стражников, следящих за тем, чтобы беседу императора с Владиславом никто не побеспокоил.
        Перед тем как войти в тронный зал, Владислав убедился в том, что в кармане его кафтана лежит камень подаренный Шейлой. Он незаметно его подержал в потной от нервов ладони, закрыл глаза, сделал пару успокоительных вдохов и выдохов, а затем открыл дверь. Подходя к подножью трона, на котором гордо восседал Велиал, у Владислава замирало сердце. Он боялся и опасался тех вопросов, которые может задать император, ему казалось, что он будет раскрыт. Напрасно. Представ перед императором, смело заглянув в его величественные глаза, страх тут же отступил. Владислав старался держаться уверенно, быть убедительнее. Он смог поверить в свою ложь так, что забыл о том, кто перед ним, кто его слушает, кому сейчас в глаза он смотрит. В итоге, император услышал все то же самое, что слышал ранее от Ваалберита. Но императора больше интересовала история с собакой.
        — Собака, несомненно, заодно с людьми! Она помогла мне скрыться от погони в лесу, после чего яростно начала уговаривать меня перейти на сторону людей, предать империю и свергнуть вас, мой император! Я воспользовался хитростью и обманул собаку, искренне не желая того, согласился на ее предложение. Тогда она привела меня в Оливьер. Поначалу я боялся, ведь я — обычный, трусливый человек, но понимал, что срочно нужно что-то предпринять, иначе, этот зверь, совсем обнаглеет! Я рассказал все как есть уважаемому Оливьеру и мы вместе с ним разработали план по ее захвату. В результате, мы ее поймали, но она в ту же ночь жестко расправившись с десятью умелыми воинами, сбежала. Думаю, что рано или поздно она мне явится вновь, чтобы отомстить, но ждать этого не следует, необходимо немедля изловить этого ликантропа!!! Да, я считаю, что собака — ликантроп, демон и возможно, под обликом зверя скрывает свою принадлежность к знатному обществу,  — Владислав говорил эмоционально и выразительно.
        Наступило минутное молчание, напряжение витало в воздухе. Велиал ухмыльнулся и сказал:
        — Ну что ж! Ты не посмел бы мне врать. Я чувствую скрытый, глубоко в твоей душе, страх передо мной и меня это устраивает! Вы с Оливьером — глупцы, нелепо упустили такую добычу. По-другому быть и не могло. Ты — архивная крыса, умеешь только целыми днями капаться в бумажках, чертить и писать, никакой практики! Вылитый Ваалберит. Скоро отрастишь себе такой же горб на спине. А Оливьер — тупой кабан, бестолковый правитель, только и умеет удовлетворять свои низменные потребности и никакого умелого руководства. Следовало мне самому взяться за это дело! Но теперь что уж говорить? Скажи, тебе что-то известно про её способности к ликантропии?  — спросил Велиал и пристально уставился на Владислава.
        От этого взгляда по телу Владислава пробежали мурашки.
        — Нет,  — осторожно ответил он,  — при мне собака оставалась собакой, никого другого образа она не принимала,  — Владислав не отводя глаз, смотрел в глаза императора, при этом помня, как собака становилась и птицей, и кошкой, и той же куршой.
        Велиал опрокинулся спиной на спинку трона и задумчиво сузил глаза при этом, не отведя взгляда от Владислава. Это напряжение угнетало и казалось вечным. В конце концов, Велиал отвел взгляд в сторону и махнул рукой, дав знак, чтобы Владислав уходил.
        Владислав низко поклонился и быстро направился к двери, за которой его все это время нетерпеливо ожидал Ваалберит. Не успел Владислав выйти, как Ваалберит накинулся на него с допросом. Пришлось еще отвечать на его вопросы, рассказать: что интересовало императора, что именно императору он говорил, в каком настроении остался император. Хотя по Велиалу трудно определить его настроение: он может выглядеть гневно, а на деле быть довольным или же наоборот. Опасения Ваалберита ушли, и он расслабился, но ненадолго, теперь император решил говорить с ним и немедля приказал ему войти в тронный зал.
        Шейла прибиралась на полках с товаром: протирала пыль и чистила некоторые склянки, как раздался звон посетительского колокольчика. Она обернулась и, увидев Владислава широко улыбнулась.
        — Здравствуй! Давно не виделись,  — обратилась она к нему.
        — Привет,  — уныло поприветствовал он ее.
        Владислав чувствовал себя не очень хорошо: измотанным, уставшим после недолгого, но напряженного разговора с императором. Хотя он уверял себя, что все прошло хорошо и опасаться нечего. Он медленно подошел к прилавку и присев на табурет уперся локтями обеих рук на прилавок.
        — Какие у тебя темные круги под глазами!  — заметила Шейла.
        — Я не помню, когда в последний раз нормально спал и подолгу не могу уснуть.
        — И в чем причина твоей бессонницы?
        — Я как раз пришел рассказать тебе об этом. Помоги мне растолковать странный сон! Мне приснилось как я.…  — Владислав поведал ей о первом своем кошмаре с участием черной собаки, рассказал все до мельчайших подробностей и упомянул о других снах с участием этой же собаки, но не решился рассказать о черно-рыжей собаке, с которой встретился в реальной жизни.
        Шейла внимательно выслушала и доброжелательно улыбнулась.
        — Не беспокойся!  — удивила она его.  — Собака не волк и снится к друзьям, а если она реально так сильно тебя напугала и покусала во сне — это означает, что она тебе поможет, о чем-то пытается тебя предупредить. Тебе не следует воспринимать это враждебно. Когда приснится в следующий раз, постарайся осознать, что это лишь сон и поговорить с ней. Может тайна станет явью, и ты спасешься от беды. Не хочу тебя расстраивать, но мне кажется, что скоро с тобой что-то произойдет и не очень хорошее.
        Владислав опустил голову и истерично рассмеялся. Шейла недоумевала.
        — Уже произошло?  — наклонив ближе к нему голову, тихо с осторожностью спросила она.
        Владислав нервно хлопнул ладонью по прилавку и, поднявшись с табурета, отошел немного в сторону.
        — Нет!  — неубедительно ответил он.
        — Не хочешь говорить? Твое дело, только в следующий раз попроси толковать твои сны кого-нибудь другого!  — Шейла хмыкнула и сделала обиженное лицо.
        Она уже собиралась уходить в кладовую, как Владислав, собравшись с мыслями, окликнул ее и поспешно вернулся на свое место у прилавка. И тогда он рассказал ей, как на него напали люди в лесу, как собака спасла и довела его до города Оливьера и все остальное. Он не стал придумывать что-то нового, но и главную правду утаил. Владислав просто повторил ту же самую выдуманную историю, что рассказывал всем остальным в империи. Шейлу рассказ поразил, особенно ее заинтересовала собака, впрочем, всех остальных также волновала только собака, а не то, что Владислав был на грани жизни и смерти. Его жизнь для демонов ничего не стоит, осознавать — это весьма обидно.
        После разговора Шейла продала Владиславу пару склянок со снотворным, и он ушел обратно во дворец. Она догадалась, что Владислав что-то недоговаривает, но не стала настаивать, требовать от него правды.
        «Интересно, очень интересно! Кем может быть эта собака? Мне бы добыть ее волосинку… Нужно будет связаться кое с кем»,  — подумала Шейла, смотря в окно и провожая взглядом отъезжающую карету с Владиславом.
        ГЛАВА 4. ПОВОРОТ СУДЬБЫ ВО СПАСЕНИЕ

        
        То, что происходило в течение последующих полтора года, заставило сильно напрячься и содрогнуться демонов. Люди, словно одержимые и лишенные всяких страхов с неистовой силой принялись одолевать один за другим военные имперские лагеря. Демоны почувствовали реальную угрозу и признали, что люди достойный враг, которого следует остерегаться и воспринимать всерьез.
        Еще после самых первых случаев уничтожения военных имперских лагерей, по приказу Велиала — незамедлительно начались работы по их укреплению и расширению. Демоны завезли в лагеря больше смертельного и самого нового оружия. Вокруг лагерей были установлены ловушки и предупредительные сооружения. Но откуда было знать императору, что люди намного ближе, чем кажется. Они уже давно, из-под тишка, за всем наблюдают. Как только где-то размещался лагерь с демонами, тут же вблизи него, размещался лагерь с небольшой группой людей, основными задачами которых являются: слежка и передача важной информации главе всех тайных поселении. Оставаться людям незаметными помогала та же магия варлоков, что и обволакивала куполом невидимости тайные поселения. Такая работа требует терпеливости и выдержки, люди практически не передвигаются, могут месяцами сидеть и спать на одном месте, выходят из окопов по очереди, изредка, только по естественным нуждам и за едой, которая поставляется им раз в месяц.
        Когда началось укрепление лагеря демонов, люди оповестили своих, тем самым, это подтолкнуло людей активизироваться и действовать незамедлительно. Антон и Илья за неделю разработали и подготовили единый план очередных военных операций. Иначе быть не могло, отступать сейчас, даже перед усилившейся угрозой, не в их интересах.
        Люди уничтожили еще шесть лагерей: один на землях лесов — численностью в тридцать пять демонов, три на степных землях — общей численностью около двухсот тридцати демонов и два на землях скал — общей численностью около семидесяти демонов. На все про все людям потребовалось не более шести месяцев. Люди и варлоки тоже понесли значительные потери. Никто не жалел своих жизней идя в бой, не думал о смерти. Люди понимали, что если они не начнут отстаивать свою свободу, в скором времени из-за царящей несправедливости их вид напросто вымрет.
        Перед вышеизложенными событиями, благодаря разведке Абигора, стало известно о том, что демоны собираются напасть на одно раскрытое тайное поселение людей, которое расположилось на песчаных землях, вбили границ с землями лесов. Словно львы, заботящиеся о сохранности своего прайда, люди решили не ждать и атаковать первыми.
        В дождливый день, на склонах крутых скал, притаившись среди камней и кустов, люди выждали, когда войско под предводительством Амаймона приблизится к границе скрытой деревни и с вершин завалили демонов огромными булыжниками. Тем самым отрезав им путь к тайному поселению и к отступлению. Демоны оказались в ловушке. Не обошлось и без спасительной помощи варлоков, которые при помощи своей магии остановили дождь, затем нагнали густой туман и буквально превратили почву под ногами врага в болото. Войны погрязли в нем по пояс и не могли передвигаться. С неба посыпался град с огненных стрел. Живыми удалось выбраться лишь паре шустрых демонов и их командиру. Амаймон немедля приказал отступать. После этого случая люди еще более уверились в своих силах, воспряли духом, и их уже было не остановить. Как в самый урожайный год полетели головы с плеч демонов подобно клубням картофеля в мешки.
        Среди демонов и людей в городах и деревнях начались волнения. Невольные люди самовольно принялись покидать логова демонов и присоединяться к повстанцам. Демоны в свою очередь по приказу императора вылавливали и безжалостно убивали тех людей, кто стремился к свободе. Применяя жестокие пытки и издевательства, демоны пытались выбить из несчастных людей информацию о мятежниках, их в основном интересовало: где скрываются мятежники? Кто их предводитель? Какими будут следующие действия с их стороны? Чаще всего на пытках оказывались те люди, которые никак не причастны к войне и не связанны с мятежниками, те, кто в силу своего возраста или из-за отсутствия возможности спастись бегством оставались у своих хозяев. Хитрые, наглые, беспринципные демоны в это смутное время, таким образом, творя зло, хотели выглядеть в глазах императора как храбрые борцы за благо империи, показать свою вечную преданность императору, исполнительность и решительность. Велиал не пресекал такие низменные меры.
        Семья Бетельгейзе, дни и ночи напролет, не покладая рук, работала над планами ведения войны. Главное, продумать каждую деталь: сколько необходимо будет задействовать участников в той или иной военной операции? Сколько и какое оружие необходимо будет взять с собой? В какое время необходимо лучше всего начинать и сколько времени на это будет уходить? В любой военной операции следовало действовать быстро и точно по плану. Одна ошибка могла обойтись в не одну тысячу жизней людей.
        Главное тайное поселение после побега с плена помощника советника, несмотря на возможную угрозу, не было перемещено. Несомненно, это огромный риск, но люди на всеобщем голосовании приняли именно такое решение. Многие из семей прожили на этом месте более семидесяти лет и не готовы разом покинуть свои дома и плодородные, кормящие их семьи, земли.
        Варлоки, при помощи нового заклинания, усилили невидимость поселения и по периметру установили скрытые предупредительные сигналы, которые при появлении демонов вблизи поселения должны передавать не ощутимые для врага импульсы, на специальные приборы, установленные в охранном пункте, в котором всегда кто-нибудь дежурит. Но за все это время демоны так и не объявились. Антон посчитал, что шокированный и напуганный Владислав так быстро бежал, что забыл запоминать дорогу. Оберона единственная кто знала правду. Ей порою очень сильно хотелось поведать отцу и деду, что Владислав теперь не враг, хотелось рассказать о своих способностях, а после сотрудничать и работать ради спасения человечества рука об руку с ними. Но осознавая, что не все так просто, Оберона молчала и действовала согласно своему плану. Хотя четким и продуманным ее план назвать пока сложно. Иногда Оберона сомневалась: что ей нужно и как действовать дальше?
        Агро Аенгус, проживающий теперь вместе со своей семьей на севере империи, благодаря старшему сыну связался с одним из представителей бокор. Этого бокора звать — Ио, он живет в столице севера — в городе Фейяне. Ио не является союзником людей, также как не является союзником демонов. Ярослав познакомился с ним года три назад, когда целенаправленно поехал на север к бокорам за дополнительными для себя знаниями, но все бокоры отказались с ним даже разговаривать и только Ио откликнулся.
        Когда Ярослав увидел немного чудного, старого, с полусогнутой спиной, с длинной, практически до пола, рыжей бородой и ростом, не превышающим восьмидесяти сантиметров бокора, он в тот момент и подумать не мог насколько Ио мудр и какие тайные знания скрывает в своей голове. Как выяснил для себя Ярослав — ранее Ио являлся старейшиной в поселении бокор, но потом по собственной воле покинул свой дом и поселился в Фейяне. Сейчас он работает магом при дворе Аурума.
        Говорит Ио не много и всегда по делу. Ярослав старался задавать больше вопросов, на которые Ио отвечал увилисто, хитро, остроумно, но без лжи и обмана. Когда Ярослав спросил:
        — Что известно о мире бокорам, чего не знают другие демоны и люди?
        Ио с улыбкой на лице ответил:
        — Бокоры ничего не скрывают, нам известно все то же самое! А вот мне известно чуточку больше!».
        — Что именно «известно чуточку больше!
        — Пока рано об этом говорить, когда я найду себе достойную замену, своего правопреемника, я завещаю ему на закате моей жизни поведать всему миру обо мне и моих работах.
        Тогда Ярослав поставил перед собой цель — любыми способами стать его правопреемником.
        Ярослав смело, доверяя, поведал Ио о том, что люди намерены свергнуть Велиала и главное — он с ними заодно. Ио пообещал не выдавать Ярослава, никому не рассказывать эту тайну, так он и поступал, даже Аурум остался в неведенье. Конечно, никаких интересов в этом деле Ио не преследует. Он не отказал Ярославу при возможности давать свои советы. С позволения Ио Ярослав познакомил своего отца с ним. Именно Ио своим ироничным намеком: «Я бы вокруг деревни побольше дохлых мышей раскидал. Когда демоны приблизятся к деревни, их лошади от противного, мерзкого запаха начнут фыркать, тогда люди услышав их, успеют сбежать и спрятаться в лесах. Так спасутся!»,  — подтолкнул Аенгуса придумать оповестительные сигналы. Это был бесценный и толковый совет.
        Оберона частенько навещала Владислава с интригующими предложениями, которые каждый раз пугали Владислава. Он уже и не знал, чего ожидать и с каким очередным сумасшедшим заданием явится к нему собака? Но как оказалось, он был готов их исполнять.
        Как-то раз Оберона пришла к нему попросив выяснить, где Ксафан и император хранят ключи от тайных ходов дворца. Владислав с трудом, но выяснил, ему пришлось задействовать в этом Ваалберита. Якобы для дела Владислав попросил у него план охранных постов дворца, отчеты последних обходов дворцовых территорий, затем пошел к Ксафану и недовольно, размахивая перед его лицом этими документами, потребовал немедленно обойти с проверкой тайные ходы, так как выяснил, что уже давно никто этим не занимался.
        Владислав решил подсмотреть, куда Ксафан полезет за ключами, оказалось, что они всегда при нем. Он обматывает их плотной тканью, чтобы не гремели и кладет в кожаную ключницу, привязанную сбоку к ремню его штанов. Владислав узнал, что в связке всего три ключа. Что касается ключей Велиала, то Владислав вспомнил, однажды Ваалберит сказал: «Император хранит все свое в своих покоях…». Но выяснять, где именно там император может хранить свои ключи, Владислав все же не осмелился. После выполненного задания, он с опасением думал о том, что собака прикажет ему выкрасть ключи, но напрасно, Обероне этого оказалось достаточным. По необходимости выкрасть ключи она планировала самостоятельно.
        В следующий раз собака принесла Владиславу вырванные откуда-то листы бумаги с практически выцветшим изображением плана тайных ходов дворца, Владислав очень удивился: откуда собака могла это взять? Эти листы из той самой тетради, что Обероне на семилетие подарил ее дедушка. Оберона попросила Владислава сделать копию плана на большом листе. Ранее Владиславу не приходилось видеть план тайных ходов дворца, так как этот план надежно хранит Ксафан. Отдавая план Владиславу, Оберона сказала: «Тебе обязательно понадобится!». На его вопрос: «Зачем?»,  — она лишь улыбнулась и, вылетев птицей через окно, оставила вопрос безответным.
        Раз в две недели, а порой и чаще, прилетала Оберона к Владиславу и за информацией. Ее интересовали ответы на одни и те же вопросы: что известно демонам? Как император реагирует на атаки людей? Какие дальнейшие меры император и его приспешники решают предпринять? Без утайки Владислав отвечал, сообщая всё что знает. Он искренне радовался унижению демонов, что люди всерьез решили бороться с правлением Велиала. Вот только очень сильно волновался за своих родных живущих в закрытом поселении. В это неспокойное время ожидать от разозленных демонов можно чего угодно. На все вопросы Ваалберит лишь ворчал и кратко отвечал, что с семьей Владислава ничего плохого произойти не может. Ваалберит требовал от Владислава исполнительности и не думать ни о чем, кроме как о работе. Но душа болела, поддержки ждать не откуда, только если от собаки.
        Неспроста во дворце Астарота все выглядели раздражительными, работа кипела, каждый был в чем-то задействован. От разъяренного императора доставалось всем, даже Ваалбериту. Ваалберит крутился «как белка в колесе», а вместе с ним и Владислав. Геката злорадствовала и при любой возможности напоминала Ваалбериту о своем сне с участием черного волка напавшего на Астарот, о своих нехороших предчувствиях будивших ее по ночам. Без устали твердила о том, что сон был пророческим. Но это мало волновало Ваалберита, он в ответ махал рукой и этим порою злил ее. Геката старалась меньше нервничать, ведь она готовится стать матерью. Не секрет для всех, отцом ее будущего ребенка является Пут Сатанакий.
        На землях скал после уничтожения имперских военных лагерей Деймос совсем приуныл. А также его всерьез начало беспокоить здоровье, которое ухудшалось с каждым днем. И никто из лекарей ему помочь не мог. У Ярослава по этому вопросу есть возможность посоветоваться с мудрецом Ио, но по приказу Антона он этого не делает и вообще не пытается излечить болезнь своего «хозяина». А таблетки и снадобья, что он прописывает Деймосу не эффективны, действуют лишь как витамины и обезболивающие. Проблемы со здоровьем у Деймоса начались несколько лет назад, когда один из договоров с лоа был прекращен по желанию лоа. Но он старался держаться и не показывал, что жизнь медленно покидает его тело.
        В то время, когда Анна ликовала по поводу угнетения людей демонами в городах, Титания в тайне помогла паре людских семей покинуть Игнис. Титания серьезно рисковала, боялась быть раскрытой, но не могла смотреть на то, как гибнут невинные. Еще Анна грезила о своей свадьбе с Амаймоном и постоянно напоминала об этом Деймосу. Она не замечала переживаний своего отца. Когда Деймос отвечал Анне, что свадьба состоится только в мирное время — она злилась, ее это не устраивало. Хотя Амаймон ей говорил то же самое и успокаивал, гарантируя, что обязательно женится на ней, как только сражений в империи поуменьшиться.
        Обезумевший Фобос, сразу после уничтожения еще одно военного лагеря на территории его земли, в гневе приказал выловить сотню разных возрастов людей в Ундине и привести их на главную городскую площадь, где провел показательную казнь. Он лично, приняв облик вампала, с особой жестокостью и ненавистью в глазах отрывал головы каждому из несчастных. Таким образом, он хотел запугать всех людей в империи и призвать их во благо себе — выдавать мятежников. Рея пыталась образумить, отговорить от этой затей отца, но напрасно, он ее не слушал, а Барбела во всем соглашалась с мужем. Рея не присутствовала на казнях, но испытала настоящий ужас, от истошных криков, доносившихся до дворца. Она чувствовала себе так, словно собственными руками убила этих людей. Даже радостное известие об отлаженной на время ее с Орфом свадьбе — не воодушевляло ее. Она не могла видеть страдания людей, ее доброе сердце разрывалось от таких преступлений.
        Что касается Оникса, то он в помощь Велиалу задействовал стриг, которые занялись расследованием и поиском мятежников по всей империи. Шаксу и Асмодею Оникс поручил исследовать песчаные земли вдоль да поперек.
        Из всех князей спокойным оставался лишь Аурум. Он себя ни в чем не винил и не собирался «рвать на голове волосы» в поисках врагов. Теперь на степных землях не осталось ни одного имперского военного лагеря. Земля словно освободилась от империи, хотя Велиал уже послал ему сообщение, что в скором времени на его земли зашлет в два раза больше своего войска. Аурум кратко и непринужденно ответил, что ждет.
        Безусловно, тяжелые времена настали для демонов и людей. Но в то время, когда демоны не желая того получали удары, люди смело шли на смерть. Велиал возводя свою империю, рассчитывал на то, что люди будут всегда его бояться и подчиняться Горгону. Но даже страх вечным быть не может!
        Время приближалось к трем ночи. Шейла внимательно посмотрев по сторонам, быстро вошла в таверну под названием «Волчья голова». В этой таверне всегда полно народу. Популярностью она пользуется среди не законопослушного контингента жителей города Астарота и приезжих бандитов, желающих хорошо подзаработать. Здесь собираются различные наемники, мошенники, воры, убийцы (исключительно демоны) для обсуждения своих зловещих дел между собой, а также свободно принимают заказы. Имперские стражники практически не заглядывают в эту таверну, так как их здесь не особо жалуют.
        Изнутри таверна выглядит чисто и уютно, но воздух ее насквозь пропитан спиртом, сигаретным дымом, потом и другими неприятными запахами. Стояла духота, но разгоряченным и веселым посетителям ничего не мешало хорошо проводить время. Шейла сморщив нос, обойдя множество столов и развеселенных демонов, пробралось к нужному ей месту. Она присела за столик под лестницей, ведущей на второй этаж, за которым в это время сидел демон очень похожий на зайца: серо-белый, с длинными ушами, раздвоенной верхней губой, с полным ртом заостренных зубов и красными глазами. Заяц на один правый глаз, под которым на щеке имелся косой розовый шрам, слеп. С виду безобидный демон вооружен до зубов. Под его плащом спрятана куча различного смертельного оружия: ножи, маленькие топорики, пистолеты, острые метательные лезвия и многое другое. В стол он воткнул костяной нож, который являлся своеобразным знаком угрозы, выражающим не желание гостя сидящего за столиком с кем-либо общаться. Заяц в полном одиночестве, до появления Шейлы, тихонько попивал темное пиво из большой кружки.
        — Итак, мне нужна очередная ваша услуга,  — обратилась к нему Шейла.
        Заяц противно отхаркнул в сторону, выдернул нож из стола и убрал его себе за спину.
        — И какая?  — поинтересовался он.
        — Есть одна собака, о которой все говорят в империи. Так вот, мне необходимо, чтобы ты достал ее клок шерсти.
        — Значит, всем нужна ее голова — на сальтисон, а тебе ее шерсть, так понимаю, на компот?  — с иронией в голосе спросил он.
        Шейла усмехнулась.
        — Для чего именно мне необходима та или иная вещь, как ты знаешь, я никогда не говорю своим поставщикам. Ты сможешь достать?
        — Смотря, сколько ты мне заплатишь?
        — Шестьсот золотых.
        — Не смеши! За этой псиной гоняется вся империя. За ее голову предлагают пять миллионов золотых…
        — Так заодно ты и получишь своих пять миллионов. Поймаешь, если сможешь то убьешь собаку, голову отдашь императору, а мне клок шерсти!
        — Я смогу ее убить!!!  — злобно сказал заяц и, для убедительности, стукнул кулаком по столу, при этом нервно скривив губы.  — Хорошо, одна тысяча золотых и в течение этого месяца ты получишь свою махню.
        — Восемьсот,  — начала торговаться Шейла.
        — Девятьсот или давай вали отсюда!!!
        — Хо-ро-шо!  — Шейла недовольно зашипела.  — Восемьсот пятьдесят золотых или найду более опытного наемника!
        — Опытнее меня никого нет в империи! Ладно, восемьсот пятьдесят, но предоплата шестьсот и прямо сейчас!!!
        Шейла довольно улыбнулась и, достав мешочек из плаща, кинула его перед ним на стол. Там как раз шестьсот золотых, изначально она рассчитывала обойтись именно такой суммой за заказ.
        Асмодей достал меч из ножен и направил его к шее связанного по рукам и ногам, стоящего перед ним на коленях, дрожащего человека. На лице Асмодея читалось явное удовольствие. Они находились на главной городской площади Одрадека, где сегодня проходила показательная казнь подобно той, что провел у себя Фобос. В воздухе витала смерть, повсюду на эшафоте валялись тела прежде казненных людей, кровь с нее стекала на сухую землю и превращала ее в липкую грязь. Вокруг собрались безжалостные наблюдатели. Демоны веселились и радовались, словно с этой сцены им показывают комедию. Асмодей взмахнул мечем и голова слетела с плеч последнего узника, скатившись с эшафота прямо в толпу. Кто-то в толпе поднял голову и закинул ее обратно, голову поймал стражник и сразу же насадил ее на пику. Асмодей с гордостью поклонился народу, в ответ демоны ему зааплодировали. Неуважительно протоптавшись по мертвым телам, он спрыгнул со сцены и залез в карету, в которой его ожидал Шакс. Шакс презрительно посмотрел на окровавленные сапоги Асмодея, которые он даже не удосужился протереть, влезая в карету с чистыми и белыми
половиками.
        — Тебе никогда не понять, какое это удовольствия видеть мучения этого скота!  — восторженно сказал Асмодей Шаксу.
        Шакс вздохнул, улыбнулся и еще раз, мельком, взглянув на грязные сапоги Асмодея, сказал:
        — А тебе никогда не понять, что значит быть мною.
        Асмодей недовольно фыркнул. Карета тронулось с места.
        По приезду во дворец Одрадека Шакс направился с отчетом к Ониксу. Оникс в это время находился в своем кабинете и что-то обсуждал с Эребом. Эреб уже более десяти лет работает главным магом во дворце. Ему примерно сто двадцать человеческих лет, живет долго благодаря своим зельям. Выглядит как худощавый старец с заплетенной в тонкую косу длиной седой бородой на сморщенном лице. Он является варлоком и некогда был изгнан из совета старейшин рода колдунов империи за свои немыслимые проделки. Эреб расточительно использовал в своих личных целях запретную часть черной магии. Создавал гомункул из частей тел мертвых животных, людей, демонов. Для оживления полученной твари использовал отвары из различных растений, солей, металлов, камней, при этом зачитывал самолично составленные заклинания. В этом мрачном деле Эребу по сей день равных нет. Оникс взамен на его услуги обеспечил его жильем, достойной заработной платой и гарантировал свою защиту от угроз со стороны других колдунов, так как Эреба многие из них презирают и ненавидят. С того самого момента по сегодняшний день Эреб не занимается созданием
искусственных тварей, по крайней мере за ним это не наблюдается в пределах Одрадека.
        — Я пришел сообщить, что семьдесят ранее плененных и содержавшихся в подземельях дворца Одрадека человек по вашему указанию на главной площади успешно казнены,  — сообщил Шакс, сохраняя спокойное выражение лица.
        — Прекрасно!  — довольно сказал Оникс хлопнув в ладоши.  — Может хоть это как-то повлияет на людей протестующих против власти Велиала.
        Эреб в знак согласия медленно покивал головой.
        — Но на них никаким образом не повлияло то, что сотворил Фобос,  — напомнил Шакс.
        Оникс усмехнулся.
        — Ты очень странный Шакс, неуч-то тебе жалко людей?!
        — Он просто не осознает, что люди — это лишние шурупы в этом мире. На них ничего не держится, даже если их выкрутить, ничего не изменится,  — усмехаясь, сказал Эреб.
        Шакс пронзительно посмотрел на старика и еле заметно улыбнувшись, ответил:
        — Ни на ком из нас этот мир не держится… Умру я или вы, тоже ничего не изменится.
        — Глупо!  — злобно пробормотал Эреб.
        — Ну, хватит!  — вмешался Оникс,  — шурупы или гайки, но люди заслуживают такого отношения. Они беспринципно нападают на демонов, не подчиняются Горгону и императору, теперь им одна дорога — дорога смерти!
        — Какими будут ваши следующие указания?  — поинтересовался Шакс.
        — Ступай, когда будут, позову,  — ответил Оникс, махнув рукой.
        Шакс развернулся и вышел из кабинета. Он еще пару секунд в раздумьях постоял в коридоре у дверей кабинета Оникса. На его лице выражалось недовольство и злость. Шакс никогда не был сторонником таких жестоких мер. Он считал, что казни достойны только те, чья вина безоговорочно доказана. Казнить людей только за то, что они люди — низменно, бессмысленно и не приведет к тем результатам, которых добивается император. Шакс понимал, что люди никогда не сдадутся только из-за собственного чувства страха.
        На небе светило яркое солнце. Калипсо сидела на покрывале, постеленном на траву в саду дворца, в окружении клумб и кустарников с цветами и кормила подбегающих к ней совсем ручных белок. Легкий ветерок обдувал её волосы, на лице ее сияла обворожительная, белоснежная улыбка. Скучать ей не приходилось. Шакс медленно подошел к ней, присел рядом, приобнял и нежно поцеловал в румяную щечку.
        — И сколько голов ты снес?  — непринужденно спросила она, смотря прямо ему в глаза.
        — Ты вся в брата!  — язвительно сказал Шакс, опрокинувшись на спину, вытянул ноги и сложил руки на животе.
        Калипсо засмеялась и прилегла рядом на бок, придерживая свою голову рукой.
        — Я знаю, что эту грязную работу за тебя с превеликим удовольствием выполнил Асмодей… Ты не опасаешься, что однажды он может сместить тебя с должности? Оникс подобно Велиалу обожает грубых, мерзких, злобных, жестоких, а порою глуповатых демонов работающих на него.
        Шакс широко улыбнувшись, посмотрел на Калипсо.
        — А ты разве не замечаешь, что я именно такой?
        — Нет, ты себя обманываешь, ты добр, даже я не такая! Шакс, все-таки, я серьезно, подумай над тем, что я тебе говорю, Асмодей целенаправленно действует против тебя, он в сговоре с Эребом. Я как-то подслушала, что рассказывал Эреб про тебя Ониксу, он буквально сказал: «Шакс не тот, кто должен возглавлять ваше войско!»,  — Калипсо попыталась убедительно изобразить голос Эреба.
        Шакс усмехнулся и приподнялся на локти.
        — Эреб стар, варлоки живут ровно столько же, сколько люди, скоро он помрет, смысл мне его опасаться?!  — с иронией сказал Шакс.  — Оникс не станет отказываться от моих услуг, под моим предводительством находятся тысячи стриг. Если уйду я — его войско лишится первоклассных следаков. Думаешь это ему выгодно?
        Калипсо задумалась.
        — И все-таки, я бы убила Асмодея!
        Шакс на миг оторопел, затем усмехнулся.
        — Вот значит, к чему ты клонишь!
        — Предположим, ты этого не слышал,  — тихо сказала она, слегка поцеловала его в губы и засмеялась.
        Ангельская внешность Калипсо таит в себе силу истинного, могущественного демона — дини-ши. Она непредсказуема, иногда беззаботна словно ребенок, задумчива, игрива, покорна и застенчива, однако быстро, при необходимости, может проявить свои волевые качества, властность, силу духа, показать свою серьезность и гордость. Вспыльчивость и жестокость ей не присущи. В отличие от справедливого, терпеливого Шакса, не выносящего кровавых бойней, при этом готового беспрекословно исполнять приказы своего князя, Калипсо предпочитает приспосабливаться, выбирает стиль своего поведения, словом она — многолика. Но с Шаксом она всегда такая, какая есть, без иллюзий и обмана. Калипсо не любит казаться слабой и беспомощной, способна открыто перед каждым и не важно, кто перед ней в этот момент — князья или сам император, выражать свои самые опрометчивые мысли. То есть она иногда говорить, прежде чем подумает, но не расстраивается поспешным своим решениям и с легкостью может перевести серьезный разговор в шутливый, не принужденный. Шакс безмерно, искренне любит Калипсо и никоим образом не стремится ее изменить, никогда
не осуждает ее, порой глупые, действия.
        Владислав вошел в свои покои и, достав из внутреннего кармана кафтана свернутый листок бумаги, развернул его, быстро пробежался глазами по тексту, затем закинул записку в пылающий камин. В окно раздался звонкий стук. Он, недовольно пробурчав, подошел к окну и резко одним движением раздвинул занавески в разные стороны. За окном сидела черно-рыжая птица. Ему пришлось ее впустить внутрь. Птица тут же переменила свой облик на собачий.
        — Дверь закрыл на ключ?  — спросила Оберона его.
        — Да,  — тихо ответил Владислав.
        — Хорошо, если меня увидят с тобой, то тебе не поздоровится.
        — Я прекрасно это знаю!
        Оберона по-собачьи рыкнула.
        — Тебе нужно кое-что сделать для нашего общего дела. Во-первых, принеси мне с имперской библиотеки книгу заклинаний на языке колдунов. Предварительно поинтересуйся у Гекаты: какая из книг имеет большую силу? Во-вторых, уговори Ваалберита командировать тебя в песчаные земли Оникса.
        Владислав выпучил глаза.
        — Зачем это мне ехать в южные земли?!
        — Ты должен изучить подчиненных Оникса, мне нужны союзники. Более всего меня интересует его военноначальник.
        — Шакс?! Он тебе явно не союзник,  — усмехнулся Владислав.  — Он предан как пес своему хозяину!
        Оберона засмеялась.
        — Что сказать, ты тоже некогда был псом Ваалберита, а теперь имеешь дело со мной!
        Слова собаки раздражили Владислава.
        — Да, да!!! Но я человек, в моих интересах тебе помогать, по крайней мере, ради своего будущего, а какие интересы могут быть у демонов в воине против своих?!
        — Ты так думаешь, потому что не до конца понимаешь смысла слова «свобода». Под правлением Велиала никто не свободен, он создал иллюзию всевластия демонов, введя свод законов Горгон, а людей вовсе обрек на смерть. По моему мнению, он поступает глупо, неосмотрительно! При правлении людей, во владении демонов имелись собственные земли, они могли ими распоряжаться как того желали. За это право они лишь раз в год платили дань в казну императора. Одни демоны отвоевывали земли у других, выкупали их, продавали их, дарили друг другу, а также между городами существовали свободные торговые взаимоотношения, им было, куда девать свою демоническую энергию, а что теперь: все принадлежит одному демону, он распорядитель всего, он же судья для каждого! А дань уплачивается по сезонам — четыре раза в год. Еще люди не ограничивали демонов в их действиях. Император мог постоять за один вид демонов, предоставив ему для обороны свое войско и пойти войной против другого. Теперь все демоны равны и словно скованы по рукам и ногам невидимыми цепями мнимой свободы. Если один вид демонов имеет претензии к другому, император
вмешивается и приходится идти на компромисс. Компромисс — это всегда для кого-то позор, слабость, а не похвальный выход. Воевать нельзя! Такая свобода душит и однажды, когда нервы сдадут, приведет к масштабной трагедии. Такими темпами это произойдет совсем скоро. Люди вымрут, тогда не на кого будет выплескивать свой негатив. И что ты думаешь, демонов устроит такое будущее?!  — непогодам разумно рассуждала Оберона.
        Владислав всерьез задумался. Возможно, собака права, что такая свобода никому не нужна, ведь демоны воинственный вид, а сидение на одном месте либо развивает лень, либо не слабо злит. Но также демоны горды, горды за то, что взяли власть в свои руки. Они словно мстят людям за неведомую древнюю обиду.
        — Демоны, которые согласятся предать императора, все равно будут преследовать свои интересы, а не интересы людей,  — полушепотом ответил Владислав.
        — Несомненно! Мне нужны лишь пешки! В конце каждый из них получит по заслугам. На игровой площадке останутся только самые преданные мне воины.
        Владислав нервно сглотнул слюну.
        — Обра, ты такая жестокая…
        Оберона закатила глаза и оскалила зубы.
        — Давай без этого! Скажешь Ваалбериту, что желаешь помочь в поиске тайных поселений и тебе нужно переговорить со стригами. Будь убедительнее!  — Оберона вмиг обратилась в птицу и, подлетев к открытому окну, села на подоконник.  — И не забудь про книгу! Жди меня в скором времени!  — добавила она к сказанному и упорхнула, скрывшись в ночи.
        Владислав закрыл окно, подошел к камину и принялся задумчиво вглядываться в огонь.
        Стояла жаркая солнечная погода. Иногда поддувал теплый легкий ветерок, чуть покачивая верхушки деревьев и раздувая в разные стороны высокую траву. Человеческие дети оживленно бегали по цветочному полю, ловили кузнечиков и бабочек. Своей безобидной игрой они беспокоили птиц гнездящихся в траве, которые с криком взмывали в небо. Тем временем из-за теней деревьев за ними незаметно наблюдали две неизвестные личности. Их полностью черные глаза выдавали их принадлежность к демонам, а именно к стригам. Демоны довольно переглянулись. Один из них при этом другому сказал:
        — Нашли!
        Ночью этого же дня на тайную деревню с севера от Астарота, откуда родом эти дети, демоны совершили набег. Никто из жителей не выжил, демоны, как обычно, никого не щадили. Залили землю кровью, сожгли дотла деревянные постройки, а то, что не подалось огню, разрушили и сравняли с землей. Тела убитых закапывать, собою брать и просто так оставлять валяться по округе демоны не стали, они соорудили виселицы и развешали трупы по периметру деревни как тряпичные куклы. Тех, у кого отрублена голова подвешивали за руки, ноги, туловище, а головы насадили на пики и в разброс расставили под телами. Даже домашних животных не пощадили, их живьем сожгли загнав в стайки и дома. Отчаянные, мучительные, болезненные крики, стоны, вопли разносились по воздуху и в глубине леса раздавались эхом.
        Не успело еще наступить утро, как об этой трагедий узнал Антон. Из уничтоженной деревни к нему в дом прилетела почтовая птица, перышки которой были покрыты толстым слоем копоти сажи. Ее успел отправить один из жителей, перед тем как умер в мучениях. Пытаясь остановить птицу, демоны в нее стреляли, но она сумела скрыться в густом дыме. Человек за отведенное ему короткое время успел написать лишь слова: «Мы убиты». Но этого вполне достаточно для того чтобы понять — что произошло. Расстроенный Антон медленно присел за стол в гостиной и нервно начал стучать пальцами по столу.
        — Мы все переживем,  — тяжело вздохнув, сказал он себе,  — главное не отчаиваться!
        Раним утром, Антон собрал у себя дома всех мужчин деревни и сообщил им о ночном трагичном происшествии. На что все отреагировали молчанием, безусловно, каждого эта новость задела. Каждый из присутствующих сочувствовал. Из-за отдаленности тайных поселений друг от друга нет возможности прийти на помощь в беде. От чего душа болела еще больше.
        — У нас нет времени на траур, оплакивать наших погибших друзей, братьев, сестер будем, но когда выиграем эту войну,  — сказал Антон.
        — Если мы ее выиграем,  — тихо сказал кто-то из присутствующих.
        Это возмутило Антона.
        — Мне не важно, кто это сказал! Но я хочу знать, кто еще так думает?!  — с вопросом обратился он ко всем сразу.
        Люди молча, стыдливо переглянулись.
        — Нам будет сложно сражаться с демонами,  — ответил тот же голос и человек вышел из толпы.
        Антон, тяжело вздохнув, обошел стол и, подойдя к этому человеку слегка похлопывая ему по плечу, сказал, обращаем к нему по имени:
        — Игорь, ты в чем-то прав, но мы уже сражаемся с демонами,  — затем Антон обошел стол и, повысив тон голоса, обратился уже ко всем.  — Конечно же, среди нас — людей, больше потерь, демоны сильнее. У них преимущества, они, владея не малыми силами при рождении, еще и на протяжении всей своей жизни заключают договоры с лоа! Но нельзя сомневаться в нашей победе, иначе, зачем нужно было все это начитать? Теперь остается идти к цели, отстаивать свои права! Я никого не заставляю следовать за собой, если кто-то боится, сомневается, то можете уходить, но нигде вы для себя тихого места не найдете, так как демоны повсюду. Они всегда будут беспричинно ненавидеть людей. Эта ненависть их и погубит!
        Люди воспряли духом и согласительно закивали головами, даже Игорь почувствовал себя увереннее.
        Оберона вошла в свой дом и, войдя в кухню, замерла на месте. За кухонным столом сидел ее отец и Агро Аенгус, а в сторонке, у окна, стояла ее мама. По началу, она даже не узнала Аегуса, так как он отрастил густую бороду, которая наполовину закрыла его лицо. Мария при виде дочери улыбнулась и, подойдя к ней, погладила по голове, при этом поцеловав в макушку.
        — Уже отвела коров? Как быстро. Как видишь, у нас гости,  — радостно сообщила Мария
        Оберона пристально смотрела Аенгуса.
        — Удивленна, что здесь делает Аенгус?  — спросил Илья дочь.
        — А Бранн приехал с вами?  — спросила Оберона, проигнорировав отца.
        — Нет, они на землях телхинов,  — широко улыбаясь, ответил Аенгус,  — там намного безопаснее. Вот предлагаю твоему отцу отправить тебя и твою маму в это неспокойное время туда же.
        — Нет!  — не задумываясь, ответила Оберона.
        Сейчас ехать в другую часть империи ей просто нельзя. Переезд заимеет много времени, а у Обероны каждая минута на счету. Итак, она не может покидать дом по необходимости, приходится выбирать подходящие моменты, например: когда ее родители спят, или когда они у кого-либо в гостях, еще можно отпроситься как бы поиграть, погулять по лесу. При этом существуют большие риски. Оберона пока не знает, что будет делать, если ее родители вдруг узнают ее тайну, увидят, как она обращается.
        — Почему ты не хочешь?  — удивился Илья.  — Там же Бранн, разве ты не хочешь его увидеть? Будете играть целыми днями…
        — Мне не важно! Я останусь здесь с тобой и дедушкой!  — настойчиво отвечала Оберона.
        — Оберона, придется,  — вмешалась в разговор Мария.
        Оберона недовольно посмотрела на маму.
        — Хорошо, я поеду, но если того пожелает дедушка!!!  — выдвинула она условие.
        Илья, загадочно улыбаясь, посмотрел на жену. Мария грустно пожала плечами. Родителям Обероны с каждым последующим годом все сложнее и сложнее справляться с ее сильным, стойким характером. Они чувствуют, как дочь перестает им подчиняться, хотя сама Оберона за собой этого не замечает, ей кажется, что она всегда была именно такой. Она забыла о том, что раньше на предложения матери помочь — всегда с удовольствием оставалась ей помогать, теперь же находила любой предлог, чтобы уйти из дома по своим делам. И практически перестала общаться со своими родителями и даже дедушкой.
        Оберона прибежала к дедушке и попросила его с ней переговорить. Антон обеспокоился, видя встревоженность внучки и не смотря на свою занятость, решил ее выслушать. Они вышли в другую комнату, оставив Илью, Аенгуса и других гостей в холле.
        Причина, по которой Оберона хотела переговорить с дедушкой — это ее не желание уезжать из этой деревни и жить на территории степных земель. Она настаивала на своем, утверждая, что это передвижение бессмысленно, так как война идет везде и если смерть придет, то никто от нее не скроется. Антон внимательно выслушал ее и рассмеялся, но Обероне совсем было не до смеха. Не особо сопротивляясь и настаивая, Антон сдался, ему тоже не хотелось, чтобы семья его сына уезжала. Он понимал, что Оберона права. Сейчас нет смысла бежать. В дороге намного опаснее. Об этом он поведал Илье, и Илья не споря, согласился с отцом.
        Необходимо выполнить порученные собакой задания. Владислав полдня провел в главной дворцовой библиотеке, отыскивая книги по магии на языке колдунов, оказалось их там не так уж и много и они почему-то нелогично разбросаны по полкам. По его просьбе явилась Геката, у которой уже отчетливо заметен живот. Она неспешно проползла к столу и присела подле него на стул.
        — Зачем желал видеть?  — спросила она.
        — Мне нужна твоя помощь, лучше тебя никто в этом не разберется.
        Геката довольно улыбнулась и не упустила шанс съязвить:
        — Помощнику великого советника понадобилась моя помощь? Какая прекрасная редкость!
        Владислав пододвинул к ней стопку с пяти книг и спокойно спросил:
        — Среди этих книг есть особенные?
        Геката разложила книги, быстро их рассмотрела и удивилась.
        — Они все по магии, зачем тебе книги, которые ты не сможешь прочесть?!
        — Мне их незачем читать. Нужны для дела.
        Геката подозрительно хмыкнула.
        — Тебе лучше быть откровенным со мной, если хочешь чтобы я тебе хорошо помогла.
        — Книга понадобилась Шейле взамен на информацию о разыскиваемой собаке,  — Владислав с легкостью ее обманул, так как заранее подготовил легенду.
        — Шейле?!  — Геката усмехнулась.  — Бестолковая фейри, торгашка! Ладно…  — внимательнее рассмотрев книги, она поддала книгу в белой кожаной обложке.  — Вот эта книга магически самая сильная из всех представленных.
        Владислав не стал ее расспрашивать об этой книге, чтобы не вызывать излишних подозрений и не нарываться на нежелательные вопросы. Поблагодарив Гекату, он приказал слугам расставить остальные книги по полкам и поспешно ушел из библиотеки. Геката осталась сидеть в размышлениях, она не поверила Владиславу, что эта книга предназначается Шейле, хотя выдумка Владислава не замысловата, проста и убедительна. Просто такие книги, написанные варлоками добыть очень легко, необходимо быть колдуном или торгашом. Торгаши всегда знают где, что можно подешевле купить и подороже продать. Вряд ли у Шейлы среди книг в ее библиотеки такой книги не имеется. Но Геката, в ущерб себе, на всякий случай, не стала подставлять Владислава, книга в белой обложке содержит строки из магии бокор, чего нет в остальных четырех книгах.
        Владислав направился к Ваалбериту, теперь предстояло выполнить следующее задание собаки. Меньше всего Владиславу хотелось именно этого. Ваалберит удивленно отреагировал на желание Владислава поехать на песчаные земли ради поиска тайных поселений. Владислав не мог знать, что накануне император отдал приказ Ваалбериту отправляться туда с миссией. Император желал щедро вознаградить Шакса за эффективную его работу и работу его стриг. Иногда необходимо проявлять такое внимание, а порой заботу к своим подданным, чтобы они вечно оставались преданными своему императору. Ваалбериту только в радость отправить вместо себя своего помощника, так как ему уже тяжело переносить долгие поездки из-за болезни, но еще тяжелее признавать свою старость.
        — Хорошо, поедешь,  — ответил Ваалберит Владиславу.  — Я скажу об этом императору, а пока ступай!
        Владислав поклонился и направился к себе в покои. Ему нужно сообщить обо всем собаке. Изредка он связывался с ней при помощи только одной почтовой птицы, которой называл адрес: «Красный путь!». После чего эта птица летела по известной только ей дороге. Оберона сама принесла Владиславу данную пташку. Именно таких птиц люди из тайных поселений используют для доставки почты. Они обучены находить тайные поселения, летая высоко над облаками так, чтобы их не выслеживали.
        Примерно к пяти часам дня, карета с гербом Ундина въехала на территорию дворца Игниса. На крыльцо выбежала Титания. Из кареты вышла Рея. Они радостно поприветствовали друг друга и, не успев пройти во дворец, сразу же о чем-то заговорили, иногда прерывая свой разговор громким смехом. Из окна своей комнаты за ними с интересом наблюдала Анна. Лицо ее выражало непринужденность. У нее никогда не было друзей, и она не понимала надобность таких отношений.
        Титания завела Рею в свои покои и закрыла дверь на ключ, чтобы никто их не отвлекал от девичьих дел.
        — Давай рассказывай все как есть?  — просила ее Титания, повалившись на кровать.
        Рея легла рядом на спину, свесив ноги с кровати.
        — Он мне не ответил,  — грустно ответила она.
        — Ответит еще, время не так много прошло… Не спеши!
        — Толку от этого! Моя свадьба с Орфом рано или поздно состоится.
        — У тебя есть прекрасный шанс, если Владиславу ты тоже нравишься, то он может попросить Ваалберита оказать содействие. Я не перестану тебе это твердить!
        — Если я ему нравлюсь,  — грустно вздыхая произнесла Рея.
        - Только давай без этого! Ты такая славная, вряд ли он не мог на тебя обратить свое внимание.
        — Я милая пока в этом облике, но стоит мне снять маску и я, в представлении людей, ужасный зверь!
        — Есть случаи, когда люди и демоны вместе, любят друг друга.
        — Но ни одного случая счастливого брака. Это игра!
        — Рея, вот когда не надо, ты такая пессимистка!
        Рея засмеялась и повернулась лицом к Титании.
        — В душе я надеюсь и верю в лучшее, всегда! Если Владислав любит меня, то я сделаю все, чтобы моя с Орфом свадьба расстроилась.
        — И как ты это собираешься осуществить?
        — Для этого мне нужно поговорить с твоей сестрой.
        — О чем?  — сильно удивилась Титания.  — Причем тут Анна?
        — Ты думаешь, что гибель Кернунноса случайна?
        Титания возмущено хмыкнула.
        — На что ты намекаешь?! Думаешь, Анна его убила?
        — Титания, Керридуэн мне сказала, что стрела, что пронзила ее брата, была отклонена и не ветром, а при помощи постороннего предмета прилетевшего по ней. На такое способен только умелый стрелок, скорее всего, им был наемник. Расследование уже началось. Но никому не говори, это тайна!
        Титания напряженно приподнялась и задумчиво ушла в себя. Рея, молча, смотрела на нее в ожидании хоть какой-нибудь реакции.
        — Но почему ты считаешь, что к этому может быть причастна Анна?!  — спустя некоторое время спросила Титания.
        — Несмотря на его работу, у него не было врагов, все его боялись и уважали. Если бы это было дело рук людей, то он был бы не единственным убитым из высокопоставленных демонов империи. Его смерть вообще ни к чему, только трагедия для его семьи… А Анна… она поимела от этого выгоду, по крайней мере, для себя!
        — Рея, если честно я тоже подозревала ее, потому что, когда ей эту новость сообщал отец, я там присутствовала и видела, как Анна отреагировала. Она даже не пыталась играть свое горе убедительно, словно обо всем уже знала, даже раз, еле заметно, улыбнулась. Не знаю, заметил ли это отец, но он попросил ее вести себя прилично на похоронах,  — полушепотом рассказала Титания.  — Как ты вообще намереваешься задать ей этот вопрос? И что, ты тоже таким способом решила избавиться от Орфа?!
        — Анна должна меня понять…  — Рея искала в глазах подруги одобрение.  — Я ни за что не стану его женой! Пусть меня казнят после этого, но в этом случае — лучше смерть!
        — Дура! Тебя не казнят за такую мелкую сошку, но как ты себя будешь чувствовать, лишив, из-за своей прихоти, кого-то жизни?!
        — Ужасно! Титания, я просто очень надеюсь на то, что Владислав если любит меня, то решит эту проблему сам и мне не придется идти на крайние меры. Почему же он — не демон?
        — Потому что ты сумасшедшая. Нашла в кого влюбляться…
        Они обе засмеялись.
        Тем временем их разговор подслушивали. На балконе комнаты Титании сидела большая черно-рыжая птица. Оберона ни слова не упустила, слышимость очень даже прекрасная из-за того, что балконная дверь настежь открыта. «Нужно выяснить, правда ли все то, что я услышала?  — задалась целью Оберона и, взмахнув крыльями, взлетела в небо».
        Рея и Титания услышали громко раздавшееся порхание крыльев и, приподняв головы, посмотрели в сторону окна.
        — Что это?  — тревожно спросила Рея.
        — Обычная птица, либо Анна учится летать,  — иронично ответила Титания и они еще пуще засмеялись.
        Несколько раз в год император проводит приемные дни, в такие дни ворота столицы открываются для всех демонов. И сегодня именно один из таких дней, во дворце Астарота собралось много народу. Знатные и не особо знатные демоны приехали просить своего императора помочь им в решении возникших у них проблем. Демоны подходили к подножью трона Велиала и кратко излагали ему то, для чего собственно явились, затем Велиал принимал решение. Многие из гостей перед изложением цели визита щедро одаривали императора, чтобы император прибывал в хорошем настроении. Но подарки не влияли на настроения Велиала, он принимал их как должное и если кто-то провинился или требует слишком много, то рассчитывать на снисхождение все равно не приходилось.
        Владислав вошел в тронный зал и оказался в толпе. Ему предстояло пробраться к трону императора. Он стоял на месте и разглядывал гостей, гости в свою очередь разглядывали его. Затем они принялись расступаться, пропуская помощника советника вперед. На всем пути гости приветствовали и пытались о чем-то переговорить с ним, но Владислав просил каждого пока повременить с разговором, так как очень спешит. Император заметил Владислава, когда тот приблизился к подножью трона и в приказном тоне попросил демона, который в этот момент настойчиво просил его о чем-то о своем, замолчать. Демон поклонился и отошел в сторонку, а Велиал движением руки подозвал Владислава ближе к себе. Владислав поднялся по ступеням и предстал перед восседающем на троне императором.
        — Значит, сам лично пожелал ехать на песчаные земли,  — ухмыляясь, сказал Велиал.  — Весьма похвально! Начал проявлять заинтересованность в своей работе… И с чем это может быть связано?
        — Великий император, именно с моей работой связано мое желание быть полезным вам,  — не задумываясь, ответил Владислав.
        Все присутствующие гости в тронном зале стояли молча, боясь сделать лишних движении и тем самым помещать разговору между императором и помощником советника. Императора лучше не злить.
        — Это хорошо!  — широко улыбнувшись, сказал Велиал.  — Тебе Ваалберит объяснил задание?
        — Да, мне нужно поехать на юг для того, чтобы вознаградить господина Шакса и его подданных за их усердную работу.
        Велиал посмотрел на стражника, что стоял подле него и подал незримый знак. Стражник мигом куда-то убежал. Минуты не прошло, как в тронный зал этот же стражник внес сундук, держа его за боковые ручки обеими руками словно перинку, на первый взгляд сундук мог даже показаться пустым. Следом вошла служанка, держа в руках обшитую темно-синим бархатом плоскую коробочку. Сундук поставили перед ногами Владислава и открыли. Он оказался до предела наполненным золотом и драгоценными камнями. Затем служанка передала коробочку императору.
        — Другое золото уже погружено тебе в карету, оно для стриг. Этот сундук предназначается Шаксу, передашь ему его лично. А вот это…  — император открыл коробочку,  — предназначается его жене.
        В бархатной коробочке лежало слитое с белого золота в форме бабочки, инкрустированное множеством прозрачных голубых и красных драгоценных камней, ослепительное ожерелье.
        — Это прекрасное ожерелье сделано специально для нее из самых дорогих и чистых камней. Но оно не сравнится с ее красотой. Ты видел хоть раз Калипсо?
        — Я только слышал о ней, но мне, к сожалению, не приходилось ещё её встречать.
        — И вправду, к сожалению,  — усмехнулся Велиал и, закрыв коробочку, передал ее Владиславу.  — Если бы я знал о ее существовании раньше, то она бы была моей женой!
        Владислав смутился и не представлял, что ответить на такое заявления императора, но к счастью император продолжил говорить:
        — Не забудь пригласить их от моего имени на ежегодно проводимое торжество в Астароте! Хоть это и формальность… Можешь теперь идти.
        Стражник поднял сундук и пошел следом за Владиславом по трапу, к выходу из дворца, а император продолжил выслушивать демона, с которым ранее прервал разговор.
        Оберона получила послание от Владислава и очень обрадовалась тому, что пока ее задумки удачно осуществляются. На песчаных землях у нее немало задач: во-первых, ее очень сильно интересовал Шакс; во-вторых, ее интересовал Стикс, о котором вообще никто ничего не знает, он словно не существует, неведомый призрак этого мира; в-третьих, необходимо узнать слабые стороны Асмодея, чтобы сразить его. Она чувствовала к нему неприязнь, так как он не раз являлся участником уничтожения тайных поселений людей и подходил к этому с особой жестокостью, хотя он не единственный в империи такой демон. Но с кого-то свое кровавое дело начать нужно.
        — Абигор лично желает встретиться с разыскиваемой империей собакой,  — сообщил Илья Антону.
        Оберона в этот момент сидела на лестничной клетке в доме своего дедушки. Услышав сказанное отцом она быстро убрала послание от Владислава в карман платья и навострила уши.
        Антон ухмыльнулся.
        — Собака! Почему демоны вообще считают, что она с нами заодно, если бы это было так, то она бы пришла ко мне, как главному мятежнику!
        — Я тут кое над чем поразмыслил… В амбаре, где содержался помощник советника после его исчезновения осталось на половицах много следов когтей. Абигор говорил, Владислав сообщил о собаке спасшей его. Возможно, это правда и у нас в амбаре побывала эта тварь!  — выдвинул свое предположение Илья.
        При слове «тварь» Оберона громко недовольно хмыкнула и этим привлекла к себе внимание отца и деда.
        — Оберона!  — подозвал ее дед.
        Обероне пришлось подняться и подойти к ним.
        — Что?  — непринужденно спросила она.
        — Тебе домой случайно не пора, на часах десять вечера?  — спросил ее отец.
        — Хотите ребенка одного отправить по темноте?!  — изобразила она возмущение.
        — Тебе не привыкать, да и кого здесь бояться, все свои в деревне,  — улыбаясь, сказал Илья.
        — А вдруг меня поймает эта ваша собака?!  — продолжала вредничать Оберона.
        — Вряд ли ты для нее представляешь интерес,  — ответил Илья и погладил Оберону по голове.
        — Хорошо, я пойду домой…  — Оберона переступила порог гостиной и резко развернулась к ним лицом.  — А когда Абигор планирует встретиться с собакой?
        Илья удивлено выпучил глаза, Антон усмехнулся.
        — В любое время,  — улыбаясь, ответил Антон.
        — Прекрасно!  — чуть слышно, сквозь зубы, произнесла Оберона и вышла из дома.
        Так как ее заинтересовала неизвестная причина, по которой Абигор пожелал с ней встречи, Оберона решила не медлить и посетить его дом сегодня ночью. Она терпеливо дождалась прихода своего отца и момента когда они с матерью уснут. Обратившись в птицу, Оберона вылетела через окно своей комнаты, предварительно убедившись в том, что никого на улице нет, и у окон своих домов допоздна никто не засиделся.
        Через полчаса она уже сидела на крыше дома Абигора. Зная, что он союзник людей она не боялась его, но небольшой риск есть всегда. Вдруг Абигор решит поймать ее, чтобы представить людям, на сей раз будет сложнее сбежать. Убивать своих союзников — не лучшая идея.
        Оберона в облике птицы прыгая, перемещалась по краю крыши и наблюдала за окружающей обстановкой во дворе, не желая случайно столкнуться со стражниками и слугами. Спустя некоторое время на один из балконов вышел худощавый демон.
        — Абигор,  — подумала Оберона.
        Он закурил сигарету и, медленно поглаживая свою бороду, задумчиво устремил взор на полумесяц в ночном небе. Она приняла облик собаки и неслышно приблизившись к краю крыши над ним, один рывком спрыгнула вниз, приземлившись на лапы прямиком на балкон. Абигор от неожиданности отскочил в сторону, уронив сигару, и хотел было потянуться за мечем, как вспомнил, что одет в ночной халат и в данный момент не имеет при себе никакого оружия. Оберона напряжено зарычала, оскалив зубы.
        — Здравствуйте, уважаемый Абигор! Я слышала, вы меня ждете,  — обратилась она к нему.
        — Да, все верно,  — ответил Абигор и принялся ее внимательно разглядывать.  — Что ты?  — тут же он задал ей странный вопрос.
        В глазах Абигора читалось удивление.
        — «Что» я?! В каком смысле?  — недоумевая в ответ, спросила она.
        — Ты — не демон… Я не чувствую в тебе демонического начала, от тебя пахнет человеком, но ты не можешь быть человеком. Неуч-то ты гомункул?!
        — Гомункул!  — Оберона ухмыльнулась.  — Наверно! С какой целью ты меня разыскивал?
        Абигор подозрительно еще раз оглядел ее и, сложив руки за спиной, повернулся лицом к полумесяцу.
        — Что связывает тебя и помощника советника? Он обманул империю и даже императора по твоему указанию?
        — Он меня предал, сдал Оливьеру. Теперь меня ничего с ним не связывает!!! И мне не известна та причина, по которой он врет!
        Абигор ухмыльнулся.
        — Ты собака тоже врешь… На чьей ты стороне? Кто твой создатель?
        — Мне врать не зачем, я на стороне людей. Мой создатель — я сама.
        — Зачем тебе быть на стороне людей? Какая тебе от этого выгода?
        — Мне нет выгоды от правления Велиала. Он мой враг, а с людьми пока ссор не имею.
        — А как же Владислав?  — язвительно спросил Абигор, посмотрев ей в глаза.
        — Он ближе к демонам, его человеком сложно назвать.
        — Как сказал мне один мудрец: в каждом человеке — живет демон, но не в каждом демоне — живет человек! Знаешь, почему так?
        — У меня нет времени на философию! Назови мне Абигор, цель моего визита? В конце концов, не ради же твоих вопросов и пустой болтовни я сюда явилась?
        — Ты права! Я хотел узнать, способна ли ты навредить людям, в том числе и мне? Стоит ли мне избавиться от тебя? Теперь я не сомневаюсь, ты конечно создание неизвестное мне, но ты — не угроза.
        — Это радует!
        — Если вдруг, я окажусь не прав, то ты поплатишься за свою глупость. У меня есть надежное оружие против тебя! В случае чего, он тебя найдет и снимет с тебя шкуру!  — угрожающе сказал Абигор.
        Оберона засмеялась и, обратившись птицу села перед ним на перила.
        — Не стоит угрожать! Я знаю, что делаю и делаю это ради блага людей!
        Она взлетела верх и скрылась за крышей соседнего дома. Абигор откровенно не ожидал, что собака обратится в птицу, теперь он точно знал, что Оливьер не придумал в страхе, способность собаки принимать другие облики. Хотя многие в империи, в это до сих пор не верят.
        Оберона пролетая над городом, рассматривала его. На улицах практически никого живого, изредка кто-то проходил, пробегал или проползал, людей же совсем не наблюдалось. На ее глаза попалась карета с гербом земель скал, принадлежащая дому Оливьера. Она стояла среди других карет у таверны Ксипе Тотека. Из таверны доносились веселящие звуки. Постоянно кто-то входил и кто-то выходил. Возможно, там что-то праздновали или отмечали. Обероне стало интересно, и она опустилась на крышу дома напротив, решив выждать того, кто мог приехать на карете Оливьера. Долго ждать не пришлось, из таверны вышел опьяненный Калибан с двумя хорошенькими девушками-демоницами, а следом Пак и тоже в окружении двух спутниц. Они громко смеялись, несли какую-то чушь, вели себя не пристойно: лапали и целовали своих девиц, медленно приближаясь к карете.
        — Какие они мерзкие!  — заметила Оберона, от отвращения высунув язык из клюва.
        Взлетев, она со свистом рванула в сторону братьев. Пак не настоль пьяный как Калибан, услышал порхание крыльев где-то неподалеку, оглянувшись, он увидел, как в их сторону когтями вперед и низко над землей летит огромная птица. Толкнув девиц в разные стороны, Пак успел уклониться от ее когтей, но от ветра от ее крыльев ноги пошатнулись и он свалился на сырую от недавно прошедшего дождя землю вниз лицом. А вот Калибану досталось. Пролетев мимо сообразительного Пака, Оберона не растерялась и схватила когтями за шиворот Калибана. Его девицы с визгом разбежались в стороны. Сама не ожидая такого от своих сил, Оберона проволокла его около двух метров и с разворота закинула в грязную лужу. Затем она скрылась в ночном небе.
        Разъяренный Калибан соскочил, он не до конца понял, что произошло. Еле держась на ногах, обнажив свой меч, он принялся вертеться по сторонам, ища взглядом наглеца посмевшего затащить его в лужу. Пак медленно присел на колени и громко рассмеялся. А девушки принялись отряхивать с его одежды пыль. Калибан подскочил к брату и, схватив его за ворот, поднял на ноги.
        — К-кого ты-ты в-видел?!  — заикаясь, гневно спросил Калибан.
        Пак оттолкнул руку брата и попридержал его за плечо, чтобы тот не свалился.
        — Это была просто хищная птица!  — усмехаясь, ответил Пак.
        — И, ч-что, он-на пос-счит-тала м-м-ме-ня ягн-н-н-ненком?!  — язык Калибана от алкоголя в крови заплетался.
        Демоны в округе еле сдерживались, чтобы не рассмеяться и тем самым не разозлить сына представителя их города.
        На сей раз в дороге Владислава сопровождало десять всадников в лице одних из самых сильнейших демонов-воинов империи и воин-кучер, так распорядился Ваалберит. Время сейчас не спокойное.
        Карета ехала быстро, не смотря на сильный стук колес, Владислав услышал порхание крыльев. Выглянув в окно, он сначала заметил тень птицы на земле, затем посмотрел в небо и увидел знакомую ему по окрасу птицу.
        — Остановите!  — немедля приказал Владислав кучеру.
        Карета тут же остановилась. Владислав взял книгу, обернутую белой тканью, спрятал ее себе под кафтан и вышел на воздух. Приказав себя ждать, он направился в сторону леса. С ним хотел идти один из воинов, но Владислав приказал всем оставаться на местах и не следовать за ним. Воины подчинились. Он быстро вошел в лес, пройдя немного, убедился в том, что никто из нежелательных персон за ним не следит, остановился. Из-за кустов показалась собака. Она медленно подошла к Владиславу и, повертев головой по сторонам, заговорила:
        — Молодец, ты все же сумел убедить Ваалберита отправить тебя на юг.
        — А ты сомневалась?
        — Нет, конечно же!  — собака ухмыльнулась.  — Итак, где моя книга?
        Владислав достал сверток из-под кафтана и положил ее перед ногами собаки.
        — Я тут кое-что слышала касательно тебя,  — загадочно сказала собака.
        Владислав напрягся, он не мог знать, о чем сейчас пойдет речь.
        — Что именно ты слышала?  — заинтересовался он.
        — Ты еще не ответил на откровение Реи?
        Это вопрос шокировал Владислава.
        — Откуда ты узнала?!
        — Неважно! Так ты ей ответил?
        — Нет, и не собираюсь!  — ответил Владислав.
        — Почему? Она ждет твоего ответа.
        — Мне все равно! Рея — демон, а я… как осознал совсем недавно… всей душой ненавижу — демонов!
        Оберона рассмеялась. Владислав удивленно посмотрел на нее.
        — Что тебя смешит собака?
        — Ты! Тогда Рея питает несбыточные надежды и это мне на пользу.
        — Какая у тебя может быть от этого польза?
        — Ты же знаешь, что я ищу себе союзников… Несчастная Рея любя тебя…  — от сказанного собакой смутился Владислав,  — вынуждена выйти замуж за Орфа. Но у меня есть идея как ей этого избежать, точнее это ее идея, просто я могу помочь ей ее реализовать.
        — И в чем заключается эта «идея»?
        — Тебе пока рано знать,  — Оберона обратилась в птицу, взяла в когти сверток с книгой, и хотела было уже улетать, как Владислав ее окликнул:
        — Обра, ты сможешь выполнить мою просьбу?
        — Говори.
        — Мне ничего не известно о своих родных, ты сможешь проникнуть в закрытое поселение близи Астарота и выяснить их судьбу?  — с надеждой просил Владислав.
        — Я это сделаю в благодарность за твои услуги,  — ответила Оберона.  — Это все?
        — Нет, у меня два вопроса,  — ответил Владислав,  — я заметил, что ты растешь, с каждым годом ты становишься крупнее и крупнее, с чем это связанно? И почему твои перья или твоя шерсть на животе меняют цвет?  — уже давно заметил он, но решился спросить только сейчас.
        Оберона хмыкнула.
        — Все дело в ликантропии, пока тебе рано знать обо мне правду. До встречи!  — Она не могла ему рассказать, что по человеческим меркам ей идет десятый год. Растет она — растут и ее звериные обличия.
        Перед тем как проинформировать семейство Бетельгейзе о состоявшейся встрече с собакой, Абигор решил, не горя желанием, навестить своего зятя. Оливьер удивился такому столь редкому гостю в своем доме, но еще больше удивилась Мавис. Она радостно встретила отца, обняв его за шею. Абигор холодно поцеловал дочь в щеку, даже не поинтересовавшись ее жизнью, затем слегка оттолкнул от себя. Мавис прекрасно понимала настроение своего отца и догадывалась, что если он сюда явился, то только вынужденно, по какому-то очень важному делу к ее мужу.
        Абигор попросил Оливьера пойти в более тихое место, где им никто не помешает говорить. Они прошли в кабинет Оливьера. Там Абигор заговорил о собаке, его интересовали подробности встречи с ней Владислава. В ответ он получил все туже самую выдуманную историю, которая с каждым разом не меняясь и не дополняясь звучала убедительнее и убедительнее. Абигор посчитал, что между Владиславом и собакой после кровавого события той ночи вполне возможно связь могла прерваться. Также Оливьер рассказал о том, что оставила после себя собака, сбегая с плена и насколько она, по его мнению, опасность. Когда Оливьер заговорил о том, что собака, возможно, принимает другие облики зверей, более сильные и устрашающие, Абигор рассмеялся. Он сделал все возможное, чтобы переубедить зятя в его предположениях, скрыть от него истину его слов. И это ему удалось, Оливьер засомневался в своих домыслах, и не только из-за отрицательных слов Абигора, а потому что об этом ему безустанно твердят все самые острые умы империи, например, Ваалберит написал в своем ответе на его письмо: «Нет в нашей империи ни единого существа обладающего
столь могущественной ликантропией…», а Деймос сказал следующее: «Чушь! Ни один лоа не способен предоставит таких сил, только разве в ущерб себе. Давая нам силы духи оставляют немного себе, чтобы питаться нашей энергией и продлевать свое существование. Договор на такую ликантропию несомненно убьет лоа. И даже если нашелся такой лоа, договор заключился и лоа погиб, тогда от кого получать силу демону? Всем нам известно, со смертью лоа договор разрывается! Это вообще бессмыслица какая-то…». Разговор продлился не долго, Абигор уехал довольным, хотя не нашел в этом доме ответов на два главных своих вопроса: кем может быть собака? Демон ли вообще она?
        Рея попрощалась с Титанией. Отец попросил срочно ее возвращаться домой. Она подозревала, с чем может быть связанна эта срочность и сильно из-за этого переживала. Сердце стонало от мысли, что близится конец ее беззаботной жизни, скоро она станет женою Орфа. А ответа от Владислава так и нет. Она надеялась на то, что он, прочтя ее послание, соизволит хоть пару сухих строк ей написать в ответ. Такое молчание угнетало, наводило тоску, заставляло мучиться, стыдиться себя, бояться будущего.
        Карета выехала за пределы города Игнис и стремительно двигалась в сторону песчаных земель. Кони, подгоняемые кучером, быстро мчались по каменистой дороге. Следом за каретой ехали четверо всадников, которые также прибыли вместе с ней в качестве ее личной охраны и сопровождения с города Ундина. Раздался непонятный свист, кучера, намертво, пронзила прямо в сердце стрела. Кони заржали и карета резко затормозила. Рея не успев среагировать, повалилась на пол, не слабо ударившись головой о соседнюю скамейку.
        — Госпожа Рея, пожалуйста, не покидайте карету!  — закричал один из воинов.
        Рея не понимала, что там происходит, но боялась даже подняться и выглянуть из окна для того, чтобы это выяснить.
        Из леса вышли девять человек, вооруженные огнестрельными оружиями и мечами. Но они были не одни, среди крон и стволов деревьев скрывались их собратья. Все четверо воинов Реи принадлежащих к числу вампалов при виде противников изменили свои облик на звериный. Сразу же откуда-то из леса в них полетели стальные стрелы, а девять человек воинственно крича, одновременно принялись палить с оружия свинцовыми пулями. Вампалы злобно рыча, отбили стрелы. Уклоняясь от пуль, они мчались в сторону людей. Один из вампалов высоко подпрыгнув, приземлился позади людей, застав их врасплох. Он впился зубами одному из них в плечо и откинул далеко в сторону. Другие вампалы принялись окружать людей. Люди отбивались, как могли, продолжая стрелять с огнестрелов и размахивать мечами. Из леса стрельба прекратилась, так как стрелки, в сложившейся заварухе, могли попасть в своих товарищей. Немедля они направились в помощь.
        У Реи дрожало все тело, она не могла сдвинуться с места, забыв о том, что она тоже вампал и вполне может постоять за себя. Тут дверь за ее спиной открылась. Рея отпрыгнула к другой двери кареты, открыв ее одним резким толчком, но не стала выбегать, а повернувшись лицом к врагу, злобно зарычала. В карету проникла черно-рыжая собака.
        — Идем, я тебя спасу!  — обратилась она к Реи.
        При виде собаки Рея поняла, что эта та самая собака, которую ищет империя. Доверия к ней никакого, но нужно спастись. Ей то, как посчитала Рея, она отпор точно дать сможет. Рея выскочила следом за собакой и не оглядываясь, побежала за ней прямо в самую глубь леса.
        Что-то тяжелое вылетело из леса, упав у ног одного из вампалов. Вампал хотел было поднять этот стальной мяч и откинуть его в сторону, как из него повалил темно-синий дым и вмиг окутал все в округе. Головы у демонов закружились, дыхание переперло и трое из них усыпленные этим дымом, повалились на землю, высунув языки и хрипя. Одному из демонов удалось вовремя выскочить из зоны поражения. На людей это вещество никак не действовало. Они мечами добили лежащих без движения демонов. Сидя на ветке дерева сквозь дым вампал разглядел, что двери кареты настежь открыты, а в карете нет его госпожи. Он попытался почувствовать ее запах, чтобы взять след, но из-за дыма, который он успел немного вдохнуть, запахи не различались. Неожиданно пуля прилетела ему в предплечье, следом пара стрел в грудь, от боли он злобно зарычал и, не удержавшись, свалился на землю. Люди подбежали к нему. Демон из последних сил резко подскочил и одной лапой снес голову одному из людей, а другой рукой другому рассек грудную клетку. В этот момент прямо в лоб ему прилетела стрела. Демон замертво скатился в овраг позади себя. В этот
момент, один из людей подбежав к карете, оглядел ее со всех сторон и закричал своим товарищам:
        — Она сбежала! Нужно поймать!  — Люди, быстро разделившись по группам, побежали в лес, искать Рею.
        Рея продолжала бежать за собакой. К тому времени как люди заметили ее исчезновение, прошло много времени и они с собакой уже далеко умчались от места сражения. Хотя у людей еще есть шанс их догнать.
        Собака с Реией резко затормозили перед обрывом, внизу которого бурлила река с быстрым, неспокойным течением.
        — Прыгай!  — в приказном тоне сказала собака.  — Тебе все равно ничего не будет, лишь промокнешь.
        — Там снизу камни из реки торчат, а если я об них разобьюсь?!  — возмутилась Рея.
        — Так не прыгай на них!  — недовольно закричала собака и толкнула с обрыва не ожидавшую того Рею.
        Рея с визгом полетела вниз и глубоко погрузилась в воду. Она смогла без проблем выбраться на поверхность, но течение ее понесло дальше по руслу реки. Оберона незаметно следила за ней в облике птицы, летая за кронами деревьев. Люди их так и не догнали. Добежав до обрыва, они остановились, не представляя, куда идти дальше?
        Вся мокрая, растрепанная, изнеможенная от борьбы с быстрым течением Рея выбралась на берег. Она упала на теплую траву вниз животом и жадно принялась глотать воздух.
        — Жива, и ладно!  — прозвучал голос рядом с ней.
        Рея, вздрогнув, приподняла голову, перед ней стояла спасшая ее собака.
        — Тебя ищет империя?  — присев, спросила ее Рея.
        — Несомненно, меня.
        — Ты спасла дорогого Владислава, а теперь спасла меня. Добрым, ложным жестом ты хотела переманить его на свою сторону, тебе тоже самое нужно от меня?
        — Нет смысла выдумывать байки. Да, я хочу, чтобы ты мне помогла в…
        — Не бывать этому!  — с рыком закричала Рея.
        — Ты не желаешь Орфа, но желаешь Владислава, и кто тебе может в этом помочь?
        Рея в душе запаниковала.
        — Не понимаю, о чем ты?
        — Понимаешь,  — ухмыльнулась собака.  — Я могу сделать так, чтобы ты не вышла замуж за Орфа и возможно, если ты мне хорошо поможешь, однажды, ты станешь женою помощника советника.
        — Я не буду с тобой заключать никаких сделок!  — ответила Рея.
        В душе она неистово желала того, о чем говорит собака, но не могла себе позволить пойти на ее уговоры, пойти против империи, императора и своей семьи.
        — Ну, это твое дело, я настаивать не стану. Если у тебя есть другие варианты, как остаться счастливой, то действуй. Но знай, если что-то у тебя пойдет не так, я могу прийти тебе на помощь и решить все твои проблемы. Никто и никогда тебя в плохом не заподозрит. Взамен я попрошу немного, но будь готова предавать себе подобных! Найти меня легко, стоит лишь спросить того, кто тебе дорог о «красном пути» и я к тебе явлюсь.
        — Можешь не ждать, я никогда не предам империю!
        Собака оскалила зубы в улыбке и, развернувшись, умчалась в лес.
        Рея поднялась на ноги и, принюхиваясь, оглядываясь по сторонам, принялась искать путь, по которому можно выбраться к какому-нибудь населенному пункту.
        «Здравствуйте, уважаемый Антон! На днях меня посетила всеми обсуждаемая собака! Эта тварь, да именно «тварь», иначе как я ее назвать не могу, так как не смог за столь короткую встречу определить ее сущность и происхождение, поведала о том, что помощник советника ее предал. Она неохотно отвечала на мой вопросы, но я уверился в том, что именно она спасла его из вашего плена. Тварь появилась в облике собаки, а покинула меня в облике птицы — она ликантроп и очень сильный, скорее всего это не единственные ее облики. С нею нужно быть осторожнее, хоть она и утверждает, что делает свое дело «ради блага людей»! Если вы ее встретите на своем пути, сразу не стреляйте, по крайней мере, я бы хотел взять ее живой, чтобы разобраться в ее происхождении. Пока делюсь с вами своим предположением, что тварь — гомункул, но не уверен!» — такое письмо пришло от Абигора на рассвете Антону, а чуть позже пришла новость о том, что княжна лесных земель скрылась в неизвестном направлении. Люди намеревались убить дочь Фобоса, таким образом, они хотели наказать князя за его жестокие показательные казни. Оберона узнав о
готовящемся покушении, решила обернуть это в свою пользу.
        Прекрасный город Одрадек располагается среди песков, неподалеку от протекающего главного русла реки Орион и ее извилистого истока. Высокие, красные, глиняные дома без балконов, с плоскими крышами, узкими длинными окошками и узкими дверями — напоминают спичечные коробки. Во многих дворах возведены фонтаны, колодцы с питьевой водой. Дороги узких переулков и широких главных городских улиц выложены серой каменистой плиткой и слегка присыпаны золотым песком, который намел в город ветер из-за пределов его территории. Вдоль домов растут деревья на подобии пальм, а также деревья — заккумы. Зеленые заккумы внешне похожи на высокие кактусы с мягкими темно-красными иголками на стволах и полупрозрачными листьями на кроне. Шарообразные цветы заккума имеют легкий розоватый оттенок, внутри которых формируется плод. Некоторые из них уже отцвели и с верхушки их крон, не дотягиваясь до земли, на тонких лианах свисают красные плоды по форме напоминающие красные розы.
        Главная площадь Одрадека прилегает одной своей стороной к высокому ограждению дворцовой территории. Она ничем не примечательна, посередине площади выложена каменная сцена, предназначенная для церемонии различной направленности. Въездные ворота во дворец Оникса находятся чуть в стороне от площади.
        Перед приездом Владислава, Оникс предупредил Шакса о том, что император пожелал вознаградить его и всех стриг в его подчинении. Владиславу лишь оставалось войти в главный зал дворца, где его уже все ожидали и торжественно вручить подарки. Двери зала открылись, вдоль трапа стояли стриги одетые в военные формы имперского войска. Военные формы состояли из: стальных кольчуг без рукавов, одетых поверх рубах сшитых с плотной ткани и кожанами рукавами, широких стальных поясов, кожаных ботфортов со стальными наколенниками и носками, плотных свободных штанов, а на головах одеты шлемы на повязках с изображением герба того княжества, где служат воины. Войны по стандарту: вооружены мечами с изображением на рукояти главного герба империи, но дополнительное оружие — каждый вправе выбирать себе сам.
        В конце трапа практически у стены стоял Оникс, подле него стояли Шакс со своей женой. Беловолосая красавица сразу же привлекла взор Владислава, очаровала, теперь он понимает, о чем говорил тогда император. Для начала, Владислав, как положено, поприветствовал князя, Шакса, Калипсо, затем повернулся лицом к воинам и громко заговорил:
        — От лица нашего великого императора Велиала выражаю вам глубокую благодарность за вашу работу, преданность, смелость, отвагу и умения! Империя верит в вас и ваше дело! Без ваших усилий и способностей мы бы никогда не справились с поисковыми задачами, в том числе и по поиску тайных поселений вражеских нам людей! Примите эти дары в знак искренней признательности!
        Владислав распорядился, чтобы воины, что прибыли с ним, раздали сокровища, привезенные с Астарота, собравшимся в этом зале стригам, а сам, повернувшись к Шаксу, продолжил благодарить лично его:
        — Вы как командир стриг и военоначальник песчаного войска достойны огромного уважения и всеобщего признания ваших заслуг, поэтому император пожелал щедро вознаградить вас!
        Перед ногами Шакса поставили тот самый сундук с драгоценностями и демонстративно открыли. Шакс, лишь мельком взглянув, улыбнулся и ответил:
        — Передайте императору мою признательность! Я рад ему служить!
        — А вот этот подарок,  — Владислав открыл бархатную коробочку с ожерельем,  — предназначается вам госпожа Калипсо!
        Калипсо ахнула и нежно улыбнулась.
        — Спасибо! Поблагодарите великого, могучего императора Велиала за его щедрость!  — сластно заговорила она.  — Желаю примерить эту прелесть прямо сейчас! Ты не против?  — обратилась она к мужу.
        Владислав немного смутился от ее красоты, нежности ее голоса и плавных, изящных ее движений тела. Шакс не возразил, хотя ему показалось поведение Калипсо на странность вызывающим, даже смешным. Раньше она вела себя более сдержано. К чему эта игривость? Калипсо медленно повернулась спиной к Владиславу, перекинула свою косу через плечо и Владислав застегнул на ее тонкой шее массивное ожерелье.
        — Очень красивое!  — слегка прикоснувшись к ожерелью у себя на шее, восторженно сказала Калипсо.
        Когда все в зале стриги получили свои награды, они все вместе направились в соседний зал, где слуги накрыли торжественный стол.
        Шакс незаметно, пока Владислав беседовал с Ониксом, подозвал к себе Калипсо и шутливо ее спросил:
        — Ты решила соблазнить помощника советника?
        — Да, надоело быть женой простого вояки,  — шутливо ответила она и засмеялась.
        Шакс нахмурил брови.
        — А если честно, что задумала?
        Калипсо улыбнулась, нежно посмотрев ему в глаза.
        — Хочу понять его. Думаешь, он может быть в сговоре с людьми?
        Шакс легонько схватил ее за руку и отвел в сторону.
        — Нет, не может!  — полушепотом ответил он ей.  — Давай не будем говорить на эту тему здесь.
        — Тебе нечего бояться… Я же дурочка!  — усмехаясь, сказала Калипсо.
        — Ну конечно! Оникс тебя как облупленную знает. Лучше не шути!
        — Ладно!  — недовольно сказала она сквозь зубы.  — И все же, я уверена, что он обвел империю вокруг пальца, касательно собаки!  — тихо добавила она.
        — Собака вообще не имеет отношения к людям.
        От удивления Калипсо выпучила свои большие глаза.
        — А тебе-то, откуда знать?!
        — От беловолосого верблюда,  — стиснув зубы, ответил Шакс.
        Калипсо нервно засмеялась, явно поняв, кого он имеет в виду.
        — Вы уже наверно слышали о совершенном людьми покушении на дочь Фобоса?  — поинтересовался Оникс у Владислава.
        От услышанного Владислав поперхнулся вином.
        — Что?! Нет, не слышал… Она жива?!  — тревожно спросил Владислав.
        — Да, жива и здорова. Успела убежать и скрыться в лесу, пока люди сражались с ее воинами. Бродила по лесу около двух дней, дошла до небольшого восточного города, там сразу же представитель оказал ей помощь и переправил домой на запад к отцу. Фобос в ярости!
        — Представляю…  — задумчиво сказал Владислав.  — Это все что известно?
        — А вас что-то конкретное интересует? — подозрительно спросил Оникс.
        — Нет. Немного странно, что люди ее упустили и очень хорошо, что она выжила,  — ответил Владислав.
        Двери медленно со скрипом открылись, Оберона практически на цыпочках вошла в дом своего дедушки и быстро села на лестничную клетку. Ее заметил Илья и улыбнулся. Сегодня в доме Антона проходило очередное собрание. Антон рассказывал о следующих действиях людей. Оберона успела практически к началу, прослушав лишь недовольные высказывания Антона касательно провалившейся операции по убийству княжны Реи.
        — Абигор убедил меня, что пока, разыскиваемой собаки, будем назвать ее — гомункулус, опасаться не стоит…  — сказал Антон.
        «Что?! «гомункулус»?!  — нахмурившись, возмутилась Оберона, не издав ни звуку.
        — Поэтому зацикливаться на ней не будем! Я хочу сообщить всем, что мы с сыном решили написать Велиалу краткое послание. Конечно же, мы понимаем, что договориться с ним бессмысленно, он не послушает, но не с этой целью мы с ним свяжемся. Нам пора перестать прятаться. Я намерен заявить о себе, показать ему, что не боюсь его. Он должен узнать фамилию, которая дала ему отпор, которая объединила людей. Пусть знает, что род Бетельгейзе жив и будет жить, сражаясь с его хаосом! Мы поставим «великого» Велиала на колени, обрубим ему крылья!  — продолжал говорить Антон.
        По коже Обероны пробежали мурашки, но не от страха или гордости, а от возмущения. Сердце бешено забилось. Это рисковая идея, опасная для осуществления ее замыслов и вообще для ее семьи.
        — Нет!  — недовольно вскрикнула она и вбежала в гостиную.  — Дедушка этого не следует делать! Если Велиалу станет известно, что людьми руководит родственник предыдущего императора, он свяжет все нити воедино и выйдет на нас! Он не глуп! Сразу же подключаться все маги и колдуны империи, они с легкостью вычислят наше местонахождение!
        — Может ваша внучка права?  — спросил Антона один из присутствующих мужчин.
        — Этому не бывать,  — спокойно ответил Илья и, подойдя к Обероне, хотел погладить ее по голове, но она отскочила в сторону.
        — Как вы не можете понять, кроме магии варлоков, существуют более сильные магии! Не забывайте про Гекату. Она знаменита тем, что предсказала раннюю смерть Ареса, восхождение Велиала на мировой престол, а до рождения Велиала в раннем своем возрасте, предсказала Астароту — рождение у него ребенка с великим будущим! Вдруг, она увидит наши лица, узнав о причастности, к сей войне семьи Бетельгейзе. Для блага человечества нам следует оставаться в масках!  — Оберона сильно нервничала.
        — Довольно!  — крикнул Антон.  — Ты еще ребенок чтобы вмешиваться во взрослые дела! Что ты можешь понимать в войне? Лучше иди домой и помогай матери по хозяйству!
        Оберона собиралась возразить, но на руки ее поднял отец. Она попыталась сопротивляться, но все равно оказалась на улице за двором. Илья поставил ее на землю и, указав в сторону их дома, сказал:
        — Оберона хватить, ступай домой! Зачем вообще я тебе разрешал слушать наши разговоры? Тебе еще рано. Больше ни шагу в дом дедушки, когда там проходят такие собрания. Это будет тебе уроком!
        Илья развернулся и ушел обратно в дом, закрыв дверь на щеколду, чтобы Оберона не пожелала вернуться. Но Оберона слишком разозлилась, чтобы возвращаться. На дворе уже темнело, не смотря на это, она словно в знак протеста убежала в лес и, обратившись в птицу, полетела решать свои дела.
        Ясное с утра небо ближе к вечеру затянуло серыми тучами и по еще влажной земле, не успевшей высохнуть от предыдущего ливня, забарабанил мелкий дождь. Рея сидела у окна в своих покоях во дворце города Ундина и лила горькие слезы отчаянья. Сегодня в обед ей отец сообщил печальную новость о том, что примерно через три с половиной месяца состоится ее свадьба и слуги уже получили его распоряжение начинать подготовку к торжеству. А еще молчание Владислава безжалостно разрывало ей сердце. Надежда на то, что Владислав все-таки ответит и ответит положительно, признается ей в любви, с каждым днем тихо угасала. Она уже не верила в счастливое завершение этой истории. Хотелось закричать, соскочить и убежать далеко, туда где ее не найдут, где о ней со временем все забудут. Перед глазами стояла довольная рожа Орфа, который на недавно прошедшей помолвке откровенно не скрывал своей радости. Он всюду преследовал ее, не выпускал из виду, даже пытался преставать. Рее приходилось весь вечер прятаться от него, или сидеть рядом с матерью, или отцом, чтобы хоть как-то избавиться от его навязчивости. И что теперь делать?
В голову лезли жестокие, не правильные мысли, вспоминалась собака. Рея пыталась заставить себя не думать о ее словах, но они так сильно совпадали с ее желаниями! Сопротивляться соблазнительному предложению тяжело, но это нужно, следует выстоять, а вдруг, все само собой, в последний момент, разрешится?
        Калипсо медленным шагом прогуливалась по мокрой траве в ночном саду, разглядывая светящихся разноцветными цветами мелких жуков. Они кружили вокруг цветов, собирая пыльцу и сладкие капли недавно прекратившегося дождя. Она с удовольствием вдыхала чистый, свежий воздух пропитанный озоном. Приподняв голову, ей на глаза попалась большая черно-рыжая птица, сидящая на перилах одного из балконов второго этажа дворца. Через мгновение на этот балкон вышел Владислав, Калипсо быстро спряталась за деревьями, чтобы остаться не замеченной. Посмотрев по сторонам, Владислав впустил птицу к себе. Недоумевающая Калипсо решила подождать, когда птица вылетит, и задумала еще кое-что.
        — Одни проблемы!  — недовольно пробурчала Оберона, кружась по комнате в образе собаки.
        — Что тебя волнует?
        — Люди, безмозглые твари!!!
        Владислав хмыкнул.
        — Мне казалось, что ты таковыми считаешь только демонов.
        — И они тоже!  — рявкнула она.  — Ты представить себе не можешь, что задумал глава Бетельгейзе! Он собирается раскрыть себя Велиалу!  — возмущено сказала она и подпрыгнула на месте.
        — Будь тише,  — прошептал ей Владислав.  — Останови его!
        — В том то и дело, что я бессильна! Они не станут меня слушать ни в этом, ни в ином другом образе!
        — Ты же им помогаешь?!
        — Да, но кто я перед тобой, не я перед ними!
        Владислав задумчиво свел брови.
        — Я не понял, в смысле: кто ты передо мной?
        — Перед тобой я — собака, перед ними я…  — Оберона резко замолчала.  — Какая разница? Факт, они меня слушать не станут! Даже если я прибегу к ним в этом образе, они мне пинка дадут! Нужно срочно что-то придумать.
        — Как именно о себе планирует заявить Антон Бетельгейзе?
        Оберона посмотрела в глаза Владиславу.
        — Посланием…
        — Тогда тебе следует перехватить его, пока об этом узнает Антон, пройдет достаточно времени, чтобы придумать дальнейшие действия.
        — Да,  — задумчиво сказала Оберона.  — Перехватить письмо… есть шанс его упустить. Придется следить за деду…  — она чуть не проговорилась, но вовремя одумалась, смешно вытянув при этом уши, договорила,  — нужно внимательнее будет следить за действиями Бетельгейзе. Но не только, мне нужен сильный союзник. Что насчет Шакса?
        — Мне кажется бесполезно. Они с Ониксом в хороших отношениях, а Оникс друг нашего императора!
        — Во-первых, Велиал мне точно не император; во-вторых, я чувствую, что Шакс что-то скрывает; в-третьих, если кажется — у тебя иллюзии, а иллюзии необходимо развеивать. Пока рано что-то решать. Найди способ поговорить с ним, выясни его слабые стороны. И еще, запомни имя Стикс, узнай как можно больше у Шакса про беловолосого парня, вполне возможно этот парень — дини-ши. Не забудь спросить, что их связывает.
        — Стикс?! При дворе юга такого демона, да еще и дини-ши точно нет…  — перед глазами Владислава почему-то предстал образ Калипсо.
        — В чем дело?
        — Да так, ни в чем,  — он решил промолчать о своих домыслах.
        — Я полечу,  — сказала Оберона, подойдя к балконным дверям.
        Владислав открыл ей дверь, вышел на балкон вперед нее, проверил обстановку в округе, затем вышла собака и только потом обратилась в птицу.
        — И как скоро мне тебя ждать?
        — Не переживай, скоро,  — ехидно сказала Оберона.
        Владислав ухмыльнулся и, войдя в покой, закрыл балконную дверь, задернул занавески. Оберона уже собиралась взлетать, как почувствовала на себе чей-то взгляд, внизу под балконом стояла Калипсо, она смотрела на Оберону и хитро улыбалась. Но больше Оберону поразило не то, что ее кто-то заметил, а сама девушка, она очень сильно напоминала ей Стикса, только за спиной у нее имелись белоснежные крылья. Девушка помахала Обероне рукой зазывая идти за ней, и направилась в чащу сада. Оберона насторожилась, но, не ощущая угрозы, решила податься ей. В глубине сада, среди деревьев и платно посаженных кустов девушка наконец-то остановилась, оглядевшись по сторонам. Оберона на всякий случай предпочла остаться повыше, на ветке дерева.
        — Так ты — та самая собака?  — спросила Калипсо.  — Значит, все-таки тебе удалось переманить на свою сторону Владислава.
        — Ты не боишься того, что стала свидетелем?!  — угрожающе спросила Оберона.
        Калипсо хихикнула.
        — А я еще и подслушала ваш разговор с помощником советника. Наверно мне уже не жить?  — игриво изобразила она расстройство.
        Оберона сжала клюв, Калипсо вызывала у нее раздражение своей не серьезностью.
        — Я слышала все! Шакс тебе не союзник.
        — С чего ты взяла?
        — Я его жена. Я его знаю лучше, чем кто-либо.
        — Жена?!  — удивилась Оберона.  — Ты — дини-ши?
        — Да,  — ответила Калипсо и засмеялась.  — Мне кажется, я настраиваю тебя против себя, но поверь мне этого не нужно!
        — А что тебе нужно?
        — Напротив, хочу быть тебе другом. Моего мужа ты никогда не уговоришь последовать за собой, а вот я готова посодействовать,  — ответила Калипсо.
        Сомнения, в правдивости слов хитрой барышни, терзали Оберону, но она не могла себе позволить — не выслушать ее до конца.
        — Говори!  — в приказном тоне сказала ей Оберона.
        Калипсо сделала пару медленных шагов вперед, приблизившись к ветке на которой сидит Оберона в образе птицы.
        — Как я поняла, тебе нужен союзник. У меня есть одна личность, которая тебе с превеликим удовольствием поможет свергнуть великого…  — она закатила глаза,  — Велиала!
        Оберона недоверчиво хмыкнула.
        — Тебе-то это зачем? Ты живешь при дворе, при муже, ты — демон. Для чего свергать тебе своего императора?
        — Я тебе расскажу одну историю. Давным-давно, когда правили Бетельгейзе, на территории земель телхинов жил не тужил, умеренно, спокойно, небольшой клан очень могущественных демонов — дини-ши. Могущественными они были, потому что ничем не уступали по силе своей высшим демонам, даже превосходили — умели управлять не одной стихией, обладали тайными знаниями и учениями. Дини-ши в тайных хранилищах своего клана хранили одну необычайно сильную и темную реликвию, именуемую нами «Книгой Власти», при помощи которой глава дини-ши изведал самые скрытые уголки нашего мира. Он открыл портал всевластия и нашел в нем духов, которые назвались ему «лоа»…
        — Не может быть того! Есть документы, подтверждающие то, что высшие демоны открыли существование духов, а Астарот прославил свой род способами легкого уговора лоа на договоры,  — возразила Оберона своими знаниями.
        — Не нужно со мной спорить. Лучше дослушай до конца, а потом сделаешь свои выводы… Лоа поведали клану дини-ши о договорах. Наивные дини-ши поделились этой тайной с другими демонами. Высшие демоны им позавидовали и началась вражда. Война за войной преследовала два этих вида. Глава дини-ши поплатился сполна за владение знаниями. Глава высших демонов, прадед Велиала, каким-то образом настроил императора Бетельгейзе против клана дини-ши. Спустя века нас осталось мало, а точнее из дини-ши остались только я и мой брат и мы правнуки того главы диши-ши, постигшего знания лоа. После многолетнего преследования, прекратившегося лишь при отце Ареса, дини-ши практически вымерли. А потом и природа доделала свое, дини-ши, скрещиваясь с другими видами, значительно попортили свою кровь и в итоге исчезли. Я же и Стикс — чистокровные диши-ши, мы с ним двойняшки, наши родители умерли шестьдесят три года назад, а хорошо знакомая нам семья Шакса, добродушно приютила нас — шестилетних детей. Теперь я жена Шакса, мой дети будут на половину не дини-ши, их дети еще на меньшую, в конце концов моя кровь уйдет из моего рода,
такая же судьба постигнет род Стикса. Мы обречены! Остается лишь месть… по крайней мере, я так считаю. Я готова мстить Велиалу за трагичную судьбу своего клана! Нас это объединяет с тобой. Знай, мне не важно, кто будет сидеть на троне, главное — не высший демон!
        — А как же Бетельгейзе, соучастники сего деяния?
        — Слабые люди пали жертвой своей глупости! Клану Бетельгейзе досталось сполна за их ошибку. В свое время они поверили не тем демонам. А теперь подобно дини-ши — вымирают. Им ни в коем случае не стоит проиграть эту войну! Если погибнет сын и внучка Антона, не будет продолжения роду этой имперской семьи.
        «Откуда она знает про мою семью?!» — мысленно удивилась Оберона.
        — Ты не представилась,  — сказала Оберона, сильно заинтересовавшись ее персоной.
        — Извините! Я — Калипсо!  — Калипсо сделала уважительный поклон головой.
        — Калипсо… где сейчас твой брат? Он и есть твоя «одна личность»?
        Калипсо резко переменилась, ее глаза наполнились грустью.
        — Нет… Стикс тебе тоже не союзник… Мне больно об этом говорить, но он тяжело болен… и редко появляется в обществе. Тот о ком я говорю не член моей семьи, а наемник, работает на меня… ищет кое-что для меня и еще у него личная не приязнь к Велиалу. Правда он не говорит, какая именно.
        — Стикс болен?! Что с ним?
        — У него нет крыльев, он их… по глупости своей… лишился, влез в неравную драку, а без крыльев дини-ши сложно… существовать. В них часть нашей силы. Ему приходится тяжело. В этой войне он не участник и не борец, как бы сам того не желал.
        Оберона вспомнила, что у Стикса и вправду, тогда, при встрече, не было за спиной крыльев.
        — Я назову имя наемника и свяжу его с тобой. Таким образом, в войне ты обзаведешься еще двумя союзниками. Но у меня есть условие, точнее обязательная, для выполнения, просьба,  — сказала Калипсо.
        — Называй!
        — Наемника зовут — Лярва. Так вот, ты поможешь ему для меня найти потерянную моими предками, бесценную не только для дини-ши, реликвию — «Книгу Власти» или «Всевластие» — это единственное, ну помимо, конечно, смерти Велиала, мое желание.
        Оберона щелкнула клювом и, взмахнув крыльями, приземлилась подле Калипсо.
        — Хорошо! Я тебе поверю! Со мной будешь связываться через Владислава.
        — А если у меня к тебе тайные намеренья?
        — Владислав мои уши и глаза в империи, все тайны через него.
        — Ты так смело доверяешь этому человечишке?
        — У него нет выбора, он предал своего хозяина. Либо за меня, либо смерть.
        Калипсо засмеялась и тихо, шутливо сказала:
        — А я предаю своего мужа, общаясь с тобой.
        — Предашь меня и твой род, прекратит свое существование раньше, чем ты думаешь!
        Калипсо ухмыльнулась, сложила руки за спиной и, сделав пару шагов в сторону дворца, сказала:
        — Мне не зачем тебя предавать. Ты просто представить себе не можешь — насколько сильно мне нужно «Всевластие»! Ради него я готова на любые жертвы!
        Под покровом ночи Оберона в образе птицы проникла в закрытое поселение, где ранее жил Владислав, с целью найти его семью. Поселение по периметру окружено высоким забором с колючей проволокой, а также хорошо охраняется демонами. Внешне, со стороны, напоминает колонию заключенных, но с внутри все вполне обычно: жилые деревянные дома, сараи с домашним скотом, кладовые, сады и улицы засажены деревьями и клумбами с цветами, днем кипит жизнь, рабочая атмосфера, т. е. практически абсолютное сходство со «свободными» поселениями людей. Предстояло выяснить, где живет семья Владислава. Обероне только известно, что его фамилия — Несо.
        Она бегала по деревне в облике собаки, заглядывала в окна домов, ища не спящих людей в эту ночь, которые бы смогли ей чем-нибудь помочь. В одном из окон одного дома, что в самом конце деревни, светила свеча. Тихонько, незаметно, она подкралась к этому дому, так как, не осторожничая, можно и на демонов нарваться, которые, безустанно, ходят по деревне и проверяют обстановку.
        Приподнявшись на задние лапы и заглянув в окно, Оберона увидела пожилую женщину, сидящую за кухонным столом и что-то записывающую на листок бумаги. Не мешкая, из облика собаки Оберона приняла свои настоящий, человеческий облик. Оглядываясь по сторонам, она подошла к входной двери и тихонько постучала. Бабушка, не ожидавшая гостей в столь поздний час, напугалась и вздрогнула. Она медленно поднялась и, подойдя к двери, тихо спросила:
        — Кто там?
        — Мне нужна ваша помощь, пожалуйста, откройте дверь!  — быстро проговорила Оберона, ведь в любой момент могли появиться демоны.
        Услышав за дверью детский голосок, бабушка открыла дверь и, увидев маленькую девочку, впустила ее в дом.
        — Ты кто такая?! впервые тебя рыжеволосую такую вижу!
        — Меня отправили сюда, из другого поселения, жить к семье Несо. Демоны оставили меня посреди улицы и сказали, чтобы я сама нашла их дом,  — говорила Оберона, хлюпая носом и изображая отчаяние,  — но я не знаю, как они выглядят!
        — Совсем озверели!  — возмутилась бабушка.  — Идем я тебя чаем напою!
        — Нет! Мне нужно знать, где они живут?  — у Обероны совсем не было время на чаепитие.
        — Девочка, они уже давно здесь не живут. Как уехал их подлый сын, пфу!  — бабушка явно негативно относилась к Владиславу.  — Их сразу же переселили в другое поселение, некоторые, здешние, люди поговаривают, что их даже убили!  — она схватилась обеими руками за голову.  — Ой, дура — я, зачем тебе-то это говорю! Демоны наверно перепутали их с другой семьей или не туда тебя привезли, вот и бросили одну!
        Узнав то, что нужно Оберона не видела смысла больше здесь находиться и терять попусту драгоценное время.
        — Извините! Мне пора,  — сказала Оберона и, предварительно выглянув в окно, выбежала на улицу.
        Обеспокоенная бабушка пыталась остановить незнакомую девочку, уговаривала остаться у нее до выяснения обстоятельств, но Оберона поблагодарив ее за помощь, скрылась за домами. Там она обратилась в птицу и полетела в свое поселение.
        — Когда сообщу об этом Владиславу, интересно, что он предпримет?  — размышляла Оберона, порхая крыльями.  — Жива ли его семья?
        Часы показывали половину третьего дня, через полчаса Владиславу предстояло встретиться с Шаксом, по договоренности. Он спустился в холл и уже собирался выйти во двор, как нежный женский голосок его окликнул — это Калипсо. Она стояла в пяти шагах от него, одетая в нежно розовое платье, превосходно сочетающееся с ее белоснежными крыльями, а ее волосы, прибранные как обычно в косу, укрощались розовыми лентами и мелкими заколками в виде цветов. От ее образа исходил свет и тепло.
        — Мне нужно срочно с вами поговорить!  — сказала Калипсо, широко улыбаясь.
        — Я бы с радостью, но у меня через пару минут встреча с вашим мужем. Я не могу задержаться, поэтому, извините!  — ответил ей Владислав и, развернувшись, собирался уже уходить, как она снова его более настойчиво остановила.
        — Не преследуйте идею переманить на свою сторону Шакса! Ваша госпожа уже в курсе дела,  — Калипсо подошла к оторопевшему Владиславу и сквозь широкий рукав своего платья протянула белый свернутый листок бумаги.  — Это нужно незамедлительно отправить ей. Иначе сорвется первая встреча с Лярвой!
        Теперь Владиславу Калипсо не казалась столь наивной и легкомысленной, как при первом впечатлении. Сейчас ее взгляд выражал серьезность, голос звучал твердо, она словно иголка пронзающая душу.
        — Вы меня понимаете?!  — Калипсо не дождавшись ответа, взяла его руку и сама вложила в нее записку.  — Если не понимаете, то спросите госпожу.
        Калипсо посмотрела за спину Владислава и снова заулыбалась, ее настроение резко сменилось из-за того, что в холл со двора вошел Шакс.
        — Что-то случилось?  — спросил Шакс подойдя к ней и нежно приобняв за талию.
        Владислав быстро спрятал записку во внутренний карман кафтана, хотя не до конца осознавал, что происходит.
        — Ничего, просто поздоровалась с помощником советника,  — радостно ответила она.
        — Владислав, я вас ждал во дворе, вы не забыли о нашем разговоре?
        — Нет, как раз шел к вам,  — ответил Владислав, наконец-то, отведя недоумевающий свой взгляд от Калипсо.
        — А можно мне послушать, о чем вы будете говорить?  — попросила она Шакса.
        — Зачем? Мы будет говорить о тайных поселениях. Иди лучше напиши своему брату, а то что-то давно на связь не выходит,  — ответил Шакс и обратился к Владиславу,  — Идемте ко мне в кабинет, я вам на карте все покажу.
        Калипсо не стала сопротивляться и подчинилась мужу. Владислав последовал за Шаксом.
        Нужно срочно что-то решать. Время шло. Рея наблюдала, как все в округе суетятся, все такие счастливые, довольные. Свадьба, несомненно, великий праздник, особенно свадьба дочери князя, но лично Рее не до веселья. С Астарота приглашенный портной снял первые мерки с ее фигуры и вместе с Барбелой выбрал ткань для свадебного платья и фаты. Фобос и Орф уже ведут совместные дела и активно подбирают кандидата на должность представителя города Ао, так как Орф после свадьбы автоматически перейдет в ряды наследников лесного княжества. С каждым днем сердце ноет все сильнее и сильнее, мысли теряются, Рея уже не знает другого выхода, как согласиться на предложение собаки. Это заставляет злиться на себя, но больше она злится на молчащего Владислава. Поступая так равнодушно с ней, он подталкивает ее на преступление.
        С того самого дня, когда Владислав получил любовное письмо от Реи, он не раз хотел написать ей ответ, но каждый раз, когда он его дописывал и перечитывал — тут же разрывал. Владиславу нравилась Рея — ее бордовые волосы, большие сияющие глаза, изумительная улыбка, но она — демон и он не мог об этом не думать. Как не пытался в своих письмах он ее не обидеть, все рано написанные слова звучали грубо, скупо и холодно. Общаться с ней приятно, смотреть на нее в образе человека двойне приятно, ровно также как и с Титанией и даже Шейлой. Связать свою жизнь с демоном, пусть даже столь милым и добрым Владислав и представить не мог — как это? Мысли об этом вызывали отвращение, но расстраивать княжну он искренне не желал, поэтому-то письмо еще и не готово. Владислав понимал, что Рея ждет и ждет положительного ответа, который он не мог ей дать.
        На разложенной, на рабочем столе, карте песчаных земель Шакс показывал Владиславу предположительные места расположения тайных поселений людей, а также новые места, где можно расположить военные имперские лагеря. Он открыто рассказывал о том, что обнаружили и что исследовали в империи его стриги и какие военные операции готовятся в ближайшее время. Владислав узнал, что на юге и на западе стриги вышли на след двух групп мятежников, которые скрываются на территориях демонических городов.
        Раздался стук в дверь, Шакс пригласил войти гостя. В кабинет вошел слуга и, поклонившись, обратился к Владиславу:
        — Господин Владислав вам прибыло письмо с лесной земли.
        Владислав сразу же подумал о Рее. Слуга передал письмо и еще раз поклонившись, вышел из кабинета. Владислав не ошибся, письмо от Реи, так как сверху подписано, что весьма не осмотрительно с ее стороны. Убирая письмо во внутренний карман кафтана, Владислав, нащупав там записку Калипсо, вспомнил о том, что срочно следует сделать.
        — Вы даже не прочтете? А вдруг там что-то срочное?!  — удивился Шакс.
        — Не так уж важно,  — задумчиво ответил Владислав.  — У меня к вам один вопрос, который может показаться вам странным.
        — Слушаю.
        — Как вы считаете, оправдывает ли желание людей — быть свободными, живыми, иметь счастливое, спокойное будущее — развязанную ими войну против империи и императора?
        — Нет!  — твердо, не задумываясь, ответил Шакс.
        Этим все было сказано, Владислав сделал свой вывод насчет Шакса, теперь предстояло объяснить это собаке.
        Закрывшись в своих покоях, Владислав подошел к окну, развернул письмо и принялся шепотом читать: «Здравствуйте Владислав! Вы молчите на первое мое к вам письмо, игнорируете мен? Я верила, что у вас есть ко мне чувства, но я ошибалась. Теперь не важно, совсем не важно! Скоро моя свадьба с Орфом. Не могу об этом думать, так как мне отвратительно будет считать его своим мужем! В этом письме я не буду вам снова признаваться в любви, у него другое предназначение.
        Дорогой Владислав вы, несомненно, слышали о том, что со мной произошло в пределах земель скал. Открою вам тайну, я смогла спастись благодаря одному непонятному мне существу, так как демона в нем я не почувствовала, а с человеком сравнить его сложно. Черно-рыжая собака мне сказала, чтобы я поговорила с тем, кто мне дорог, если я решусь на преступление и ни о ком другом, как только о вас я подумать не могу. Если вам известен «Красный путь», то напишите также знакомой вам собаке, что я согласна предать империю ради спасения себя, пусть даже это звучит эгоистично с моей стороны. Если же вы не понимаете, о чем я говорю, то я готова к суду великого императора Велиала, лишь бы только не быть женою Орфу!».  — Владислав не удивился, он предполагал, что в ее спасении может быть замешана собака. «Какое такое «преступление»?  — подумал Владислав и поджег письмо. Затем он достал записку Калипсо и еще долго не решался ее прочесть. Медленно развернув листок бумаги, он быстро пробежался взглядом по тексту. Оставаясь не эмоциональным, немедля Владислав присел за письменный стол и принялся составлять послание
собаке:
        «Обра! Я смотрю, ты активно обзаводишься союзниками в империи, как это вообще у тебя получается?! Ладно, можешь не отвечать на этот вопрос. Мне написала Рея и она согласна на какое-то «преступление». Думаю, ты в отличии от меня все прекрасно понимаешь. Насчет Шакса, хотел тебе поведать, что бесполезно его переманивать на свою сторону, но, не сдержавшись, и прочтя записку Калипсо, мне стало ясно, что ты и так в курсе, поэтому прикладываю эту записку к письму. Дополнительно сообщаю, что стриги Шакса умело работают. Я сделаю копию его карты песчаных земель до следующей нашей встречи и подробно объясню тебе его планы. Думаю, тебе это интересно»,  — поставив точку, Владислав подошел к клетке с почтовой птицей, достал ее, привязал к ее лапке оба письма и пустил ее по «Красному пути».
        Оберона сидела под деревом-зари, наподобие того, что растет из-под водопада и изучала книгу, что ей добыл Владислав. Благодаря Бранну на сегодняшний день она прекрасно знает язык колдунов и понимает все, что там написано. Но для нее по-прежнему остаются загадкой заклинания и зельеварения, так как стихии ей не подчиняются. Хотя не это ее основная цель в исследованиях, ей хотелось знать больше о лоа, но ни в одной книге не говорилось об их происхождении. Что они из себя представляют? Как они меняют тела?
        Оберона размышляла об очередной предстоящей, запланированной, ее встрече с лоа. Ждала этого дня с нетерпением. До этого момента осталось совсем немного ждать — около двух месяцев. А пока задавалась вопросом: «Какое желание Иштар потребует осуществить?». Она ведь его тогда не озвучила.
        Рядом с Обероной на траве лежала энциклопедия о наемниках и подаренная ей дедушкой тетрадь. Энциклопедию Оберона раскрыла на странице о Лярве, а тетрадь лежала раскрытой на странице, где когда-то была сделана пометка Антоном о «Белой маске». Белая маска и Лярва — это одно и то же лицо, он — демон, наемник, о нем ничего толком не известно и как выяснилось теперь — он работает на Калипсо. Этой встречи она также жаждала.
        В тронный зал, по призыву, вошел Пут Сатанакий, он поприветствовал и низко поклонился императору. Велиал сидел на троне, держа в руках помятый лист бумаги. В данный момент, по выражению его лица, сложно определить его чувства.
        — Это письмо пришло мне от людей,  — недолго помолчав, заговорил Велиал.  — В нем сказано, кто затейник этой воины, кто решил пойти против меня… Семья Бетельгейзе! Я всегда считал, что с ними покончено. Оказывается у этого рода есть продолжение.  — Велиал усмехнулся и бросил письмо в сторону Пута.  — Прочти!
        Пут поймал письмо и принялся громко читать вслух:
        «Именуемый демонами — император Велиал! Пишу вам это письмо от лица всех людей империи. Буду предельно краток. Этой воины никогда бы не было, если бы не ваш «Горгон». Этот закон принижает людей, а ваши демоны, злоупотребляя его положениями, беспощадно истребляют нас. Но мы стремимся к мирному сосуществованию, готовы признать вас как нашего императора, если вы согласитесь на нашу сделку. Вы будете обязаны гарантировать людям свободу, отменить «Горгон» и совместно со мной — сыном Виталия Бетельгейзе, отец которого являлся двоюродным братом бывшего императора Виктора Бетельгейзе, Антоном Бетельгейзе составить новый закон. Закон, который будет справедлив ко всем видам в империи! Большего нам не нужно! Если же вы против таких мирных мер, то мы — люди продолжим с вами войну и однажды вы публично будете опозорены, лишитесь трона и будете казнены так как того заслуживаете! За ответом через три дня после того как вами письмо будет прочтено приедет мой ганец. Другой способ связи для нас рискован. Мы наемся на ваше мудрое решение. С уважением, Антон Бетельгейзе!».
        Дочитав до конца Пут ухмыльнулся и сказал:
        — «С уважением», как глупо звучит! На что они рассчитывают?!
        — Может согласиться?  — задумчиво сказал Велиал и рассмеялся.
        — Лучше выслать им венки… Бетельгейзе значит, он смел!
        — Он глуп!  — злобно сказал Велиал и, спустившись вниз, встал перед Путом.  — Но он хитер. Это письмо,  — Велиал взял письмо в руки,  — чем-то пропитано, у него абсолютно нет запаха и оно словно писалось не в этой вселенной, отследить откуда оно пришло, будет сложно, даже не возможно. Птица что принесла письмо, сразу сдохла! А еще ганец, который приедет за ответом, пытать его будет бесполезно. Он явно будет не человеком и не даст проследить за собой!  — Велиал ухмыльнулся и смял письмо.  — Думает, это все?! Теперь я знаю его имя, как бы он не скрывался, я до него доберусь!
        Велиал приказал Путу срочно связаться с военноначальниками и рассказать о том, что стало известно имя врага, а также дать им указание выяснить о судьбе второй линии семьи Бетельгейзе, т. е. куда они переехали жить после восхождения на престол нового императора-демона и сколько на тот момент было членов в их семье. Велиал помнил Виталия Бетельгейзе и знал с малых его лет. Во дворце императора Виталии практически не бывал, только по приглашению. Эта линия семьи Бетельгейзе при отце Ареса была лишена прав престолонаследия, так как отца Виталия обвинили в измене, выяснили и доказали, что он готовил переворот, в итоге публично казнили, а членов его семьи: жену и Виталия пощадили и сослали на земли телхинов. Почему-то именно о них Велиал позабыл и не думал, что снова когда-либо услышит об этой фамилии.
        За два последующих дня новость о семье Бетельгейзе разлетелась по империи. Велиал приказал Ваалбериту порыться в архивах и внимательно изучить родословную предыдущего императора, ему хотелось знать: сколько вообще может быть на этом свете людей имперского рода? Где именно на степных землях жила сосланная семья? Гекате Велиал дал особое указание по изучению архива, а именно: выяснить имена всех тех, кто работал, жил и служил при дворе Бетельгейзе, особенно имена варлоков. Также поступили князья на территориях. Исключением, как обычно, стал Аурум, он лишь не в приказном тоне, а более дружески попросил Фенрира: следовать за военноначальниками других земель, под этим он имел в виду — проявлять интерес к событиям и последующим новостям, не отказывать им в помощи, если она вдруг понадобится. На территориях степных земель уже давно имперскими делами занимались войска Астарота. Телхинам такое соседство не мешало, так как все их поселения скучковались вокруг столицы — Фейян. Большая часть земель телхинов заселена другими видами демонов и людьми, с которыми они практически не контактируют. Чтобы попасть в
города и поселения телхинов, если же вы — не императором, нужно иметь разрешение Аурума или иметь резкую причину визита.
        Оникс, Деймос и Фобос приказали своим военноначальникам проинформировать воинов, а также всех жителей городов и сел, выяснить известно ли кому-то что-либо о семье Бетельгейзе. Не может быть такого, чтобы никто не знал о жизни столь известной четы до того, как они скрылись, ушли в тень!
        На третий день, как было написано в письме, приехал ганец за ответом от императора. Ганец оказался варлоком. Велиал поступил, так как посчитал нужным, он не стал его пытать и мучить пустыми допросами. Не дослушав до конца, он казнил ганца прямо в тронном зале. Для этого императору даже меч не понадобился, он, сидя на троне, одним горизонтальным движением руки заставил его голову слететь с плеч, хотя чаще всего Велиал предпочитал пользоваться оружием и очень редко демонстрировал свои демонические силы. Это он сделал специально, чтобы до ушей людей, как следует, дошел его ответ и чтобы они перестали питать иллюзии о мирном сосуществовании. Демон — хозяин человека, иначе быть не может!
        Очень холодно. Над рекою сгустился утренний туман. С первыми лучами солнца из нор повылазили лесные звери. Люди повели домашний скот на пастбища, принялись за домашние дела. В новый день жизнь бурлила и текла в привычном ритме. На первый взгляд всех все устраивало и казалось, большего никому ничего не нужно. Но стоило лишь прислушаться — все люди в округе твердили о том, как хорошо станет, когда с трона на коленях сползет Велиал, когда сожгут Горгон, когда на трон сядет император-человек. Оберона медленно шла позади шепчущихся об этом двух женщин, которые тоже вели своих коров на пастбище и ненароком их подслушивала. Ничего нового и особенного они не говорили, повторяли то, что им рассказывали мужья по возвращению домой с собраний, проходящих в доме старосты. Но Оберона интересовалась тем, какое мнение имеют простые люди по поводу всего происходящего. Еще никто и никогда не осуждал ее дедушку и ее отца — это сильно радовало Оберону.
        Нужно спешить, сегодня тот самый день — день встречи Обероны с Белой маской. Об этой встрече она много думала. Не один раз прокрутив в своей голове все сказанное Калипсо, Оберона перестала ей не доверять. Если бы Калипсо желала ее смерти, то давно бы слила всю информации о членах семьи Бетельгейзе императору. Остается выяснить: откуда она знает всех членов семьи? Как хорошо, что она не в курсе, что в образе птицы перед ней в тот день была внучка Антона.
        К десяти часам утра, на час раньше, Оберона прилетела к месту встречи, в хмурый, темный, густой лес на территории песчаных земель вблизи одного из ранее уничтоженных военных имперских лагерей, что ближе всех к границе земель скал. Она сразу же приняла облик собаки, поднялась на вершину холма, с которой прекрасно виднелся сожженный, уничтоженный до основания лагерь и начала взглядом изучать обстановку в округе. За спиной что-то громко хрустнуло, Оберона резко обернулась, при этом навострив уши и оскалив зубы. В десяти шагах от нее стоял тот, кого по одеянию она приняла за Лярву. Он явно специально наступил на сухую ветку, чтобы предупредить ее о своем приходе.
        Незнакомец в своем одеянии выглядел весьма специфично, с ног до головы одетый и обутый так, чтобы не выдавать свою личность. Под темно-серой мантией с накинутым на голову широким капюшоном, на лице Лярвы поверх тканевой, черной маски, скрывающей его волосы и шею, одета белая маска. Белая маска напоминает фарфор, но, слита с более крепкого, не столь хрупкого материала, имеет овальную форму и приоткрывает лоб в форме буквы «V». На гладкой, ровной, без выступов ее поверхности над вырезами для глаз, где должны быть брови и вдоль переносицы до начала подбородка, нарисованы две плавные красные линии. Одет он в черные кожаные штаны и черную атласную рубаху с воротом стойкой. Поверх рубахи одета черная кожаная жилетка длиною чуть ниже пояса с темно-красным широким поясом. Руки скрывают темно-красные перчатки длиною до локтей. На шее висит серебряная подвеска с изображением двух распахнутых крыльев. На ногах обуты ботфорты с серебряными, железными, ромбовидными наколенниками и заостренными железными носками. Вооружен он весьма скромно: за спиной арбалет, причем у Лярвы при себе нет футляра со стрелами, а
из-за пояса торчит серебряная рукоять ножа в виде волчьей головы с оскаленными зубами. Другого оружия при себе он не имеет. Оберона обратила внимание и на то, что на костюме Лярвы очень мало железа. Возможно, Лярва слишком самоуверен лишая себя защиты от ранений и считая себя неуязвимым, но такой костюм точно не утяжеляет тело и не стесняет его движения в бою.
        Оберона внимательно рассмотрела незнакомца и приняла более доброжелательную позу. Как нестранно, но она не смогла определить его принадлежность к тому или иному виду, даже не поняла: демон он или человек?
        — Здравствуйте! Калипсо меня отправила к вам. Я — Лярва.
        — Хм, здравствуйте! Я ждала этой встречи. Калипсо сказала, что вы «с превеликим удовольствием» поможете мне в борьбе с империей.
        — Не с таким уж превеликим… Моя основная цель — Велиал. Я сам лично должен убит его… Это мое условие вам.  — Лярва говорил спокойным, плавным голосом, словно он лишен всяких эмоции.
        — Да, пожалуйста! Убивай. Мне главное спасти человеческий вид. Если ты мне в этом поможешь, я буду вечно в твоем долгу,  — резко перешла на «ты» Оберона.
        Он медленно подошел к краю холма, приблизившись к ней.
        — Моя работа щедро оплачивается Калипсо, поэтому у вас никаких долгов ко мне быть не может. Как мне к вам обращаться?  — спросил он.
        Оберона задумалась, ее сильно волновало то, что она не может определить его видовую принадлежность.
        — Обра,  — назвалась она, понадеявшись на то, что он не знает колдовского языка.
        - Госпожа Обра! Калипсо мне сообщила, что вы уже знаете о «Всевластие». Если вам станет известно ее местонахождение, то немедля сообщите об этом мне или ей.
        — Конечно! Меня не интересует эта реликвия, но я буду проверять по ней информацию.
        — Какими будут первые указания?  — поинтересовался Лярва.
        — Нужно избавиться от Орфа из Ао.
        — Хорошо.
        Оберона удивилась, все так просто.
        — Ты даже не поинтересуешься, с какой целью?!
        — Я — наемник. Мне дают задания, я его исполняю. И мне не важно, кто моя цель.
        — Почему ты тогда просто не убьешь Велиала?!
        Наступила непонятная минута молчания. Обстановка нагнетала. Из-за маски на лице Лярвы нельзя разглядеть его эмоции в этот момент, но Обероне по ощущениям казалось, что он зол и недоволен. Вокруг него нарастал незримый негатив.
        — Не так просто это сделать. У меня есть только один шанс, другого не дано и если я промахнусь, не достану цель — умру я. Меня это не устраивает. Лучше дождусь подходящего момента,  — наконец-то, все тем же спокойным голосом, ответил Лярва.
        — Как скоро ты избавишься от Орфа?
        — В течение полумесяца. Но если вам нужно быстрее, то я сокращу сроки.
        — Полмесяца, нормально. Со мною также можешь связываться через Владислава.
        — Хорошо.
        Оберона еще раз оглядела его с ног до головы.
        — Ты — демон?
        — Не важно-о-о,  — протяжно ответил Лярва, дав понять, что не желает говорить на эту тему.
        Вскоре они расстались. У Обероны осталось двоякое впечатление от этого наемника. С одной стороны он не показался ей особо подозрительным, с дрогой стороны своим спокойствием раздражал. Но в любом случае он вызвал у нее интерес к своей личности. Осталось проверить его на исполнительность.
        Титания задумчиво шла по коридору, завернула за угол и увидела Анну с Амаймоном. Они стояли в обнимку и страстно целовались. Титания специально громко топнула ногой. Анна недовольно посмотрела в сторону сестры. Амаймон медленно отпустив Анну, что-то прошептал ей на ушко, отчего она захихикала. Проходя мимо Титании, он ее поприветствовал с поклоном и пошел дальше.
        — В чем дело?  — спросила Анна, подойдя к Титании.
        — И скоро ваша свадьба?  — язвительно спросила Титания.
        Анна ухмыльнулась.
        — Сегодня я говорила с отцом. Поздравь меня сестричка, моя с Амаймоном свадьба состоится через пять месяцев!  — довольно ответила Анна.  — И плевать на обстановку в мире!  — грубо добавила она и направилась в сторону, куда ушел Амаймон.
        Титания изменилась в лице, она не думала, что Анна так быстро уговорит на это отца. Она считает, что если Анна станет княгиней, а Амаймон князем, то этот дуэт будет, несомненно, самым зловещим в империи. Они оба любители танцев на «костях». Не будет добра и света в их совместном правлении. И Титании достанется, Анна обязательно распорядится ее судьбой по своему усмотрению, скорее всего, вышлет из дворца куда подальше.
        Давеча Титания осмелилась поговорить с Анной о ее предыдущем женихе. Она не могла забыть слова Рей и часто размышляла на эту тему. Конечно же, Титания не обвиняла сестру, просто спросила: считает ли Анна смерть Кернунноса — убийством? Анна в ответ громко рассмеялась, и смело заявила: «Даже если убийство, я рада, моему счастью нет предела! Он меня освободил от себя! Спасибо… не ему!». Разговора так и не получилось, Анна поспешно ушла, оставив недоумевающую Титанию наедине со своими мыслями. Тогда кому спасибо? Случаю? Или кому-то конкретному? Теперь Титания не сомневалась, Рея права! Либо Анна сошла сума и с какой-то необъяснимой целью пытается взять вину на себя.
        Мария сидела за кухонным столом и чистила картошку, как забежала взъерошенная Оберона.
        — Мама, почему ты меня не разбудила?! Уже практически обед!
        — Ты в последнее время постоянно просыпаешься уставшая, смотри какие у тебя темные круги под глазами! Оберона ты словно по ночам совсем не спишь! Нервная. И вообще следует обратиться к варлокам, узнать может ты заболе…
        — Я не болею! Мама у меня нет времени спать!  — Оберона задумалась о сказанном собой.
        Мария недоумевая, посмотрела на дочь и, поднявшись со стула, подошла к ней. Она погладила дочь по голове и нежно сказала:
        — Ты наверно беспокоишься об отце и дедушке? Не нужно! Скоро война закончится.
        — Надеюсь в нашу пользу!!!  — грубо сказала Оберона и, выбежав на улицу, столкнулась с отцом.
        — Куда летишь?  — улыбаясь, спросил дочь Илья.
        — Написали письмо императору? И как вас устраивает его ответ?! Отрубленная голова гонца на пике посреди Астарота… Красота! Чего более желать?! Скоро и наши головы в ряд там повещают!!!  — закричала в ответ Оберона и, оттолкнув оторопевшего отца, побежала дальше.
        Услышав возгласы дочери, на крыльцо вышла обеспокоенная Мария. Она попыталась остановить дочь, подзывая к себе, но Оберона даже не оглянулась. Илья удивленно посмотрел на жену.
        — Что с ней происходит? Откуда она знает о том, что ганец убит?!  — поинтересовался он.
        Но Мария не могла знать ответа. Она лишь пожала плечами.
        Все дело в том, что Оберона намного раньше, чем ее дед или ее отец узнала о том, как с гонцом поступил Велиал. Она в тот день находилась в Астароте и видела собственными глазами, как на пику надевали отрубленную голову с надписью на табличке: «Получайте свой мир!». Это на нее произвело неизгладимое впечатление. Ее дед пошел на большой риск, за который они в ближайшее время могут поплатиться все.
        Ваалберит принес Велиалу интересные документы, в которых говорилось о семье Бетельгейзе. Внезапно выяснилось, в чем именно заключалось предательство отца Виталия Бетельгейзе. Он не просто пожелал присвоить власть, но и непосредственно причастен к смерти шестнадцати детей Виктора, которых при помощи своих союзников-демонов травил в младенчестве. Таким зловещим образом он пытался оставить империю без наследников. Как не странно, но Велиал не знал всех подробностей. Виктор посчитал данные преступные деяния одного из членов своей семьи — постыдными, позорными и скрыл правду от своих подданных.
        Благодаря одному из представителей дини-ши измена и преступление были раскрыты. Этим дини-ши являлся отец Калипсо и Стикса — Паваро. Паваро при дворе императора служил советником, правда, совсем не долго — семьдесят три года. Когда императором стал Арес, он под влиянием Велиала уволил советника и сослал его вместе с женой на песчаные земли. И уже там, у Паваро родились двое прекрасных детей.
        В других Ваалберитом представленных документах императору написано, где на момент правления Ареса жил Виталий с матерью — на землях телхинов, у самых границ города Ориона (Астарота), в городе Эя. Информации о дальнейшей их судьбе после смерти Ареса — нет. Велиал, внимательно выслушав своего советника, приказал ему немедленно отправить в город Эя самых ответственных слуг, чтобы выяснить у жителей, что они знают и помнят о Виталии Бетельгейзе. Приказ Ваалберит исполнил в этот же день.
        Солнце спряталось за серыми облаками. Пасмурная погода нагнетала тоску. А еще и нежелательный приезд Орфа безумно раздражал Рею. Она заперлась у себя в комнате под предлогом недомогания, лишь бы только не видеть его довольного выражения лица и не сталкиваться с ним взглядом. А служанка приносила ей все что понадобится. Но к вечеру пришлось согласиться на требовательные уговоры матери и сесть вмести со всем за стол на ужин. Как назло, ее посадили напротив него. Глядя на Орфа, сердце у Реи начинало ныть, а душа кричать и она весь вечер думала о том, как бы хорошо было, если бы этот кошмар оказался обычным сном.
        Немного опоздал Небирос, который на этот ужин приглашен Фобосом. И тема свадьбы мгновенно переменилась на тему войны. Но даже это не успокоило Рею, так как свадьба состоится в намеченный день и теперь она уповала лишь на обещание собаки. Оберона ответила Реи практически сразу после того, как переговорила с Лярвой, предупредила ее, что заказ уже не отменить, но в мерах предосторожности не указала имени исполнителя.
        После беседы на тему преступлений, которые совершают люди против империи и упомянутой Орфом смерти Кернунноса, в которой он также обвиняет людей, хотя и безосновательно, Небирос сообщил срочную новость: «В столице запада буквально полчаса назад пойманы двое людских повстанцев, которые уже доставлены во дворец и подвержены пыткам».
        Пытки у демонов применялись с использованием магии, так как ее применение более эффективно и не умертвляет пытаемого раньше времени. Чаще всего людям внушали страшные галлюцинации и при их помощи выведывали тайны, но иногда применялось и некоторое оружие, которым заключенному отрубали конечности, выкалывали глаза, а также прижигали части тела раскаленным металлом, либо обливали жидким, быстро застывающим металлом. Если же второй вид пыток калечил тело, то первый разрушал разум. Издевательства могли продолжаться неделями.
        Защититься от воздействия магии применяемой в пытках людям помогает специально для этого изготовленное зелье варлоков, которое они употребляют внутрь ежедневно, пока находятся на задании. Это зелье блокирует желание выдать тайну, иначе говоря — заставляет людей молчать, даже испытывая самую ужасную, невыносимую боль. Долгодействующего противоядия от воздействия этого зелья демоны еще не нашли. Порой у демонов, после примененного ими противоядия, лишь пара минут для того чтобы заставить говорить человека. Еще дело в том, что на людей, по своей природе не обладающих сверхъестественными силами, сложно воздействовать магией так, как на демонов. Человеческий разум, испытывая сильные муки от различной магии порой способен ей самостоятельно сопротивляться. Видя галлюцинации человек с сильной волей в один прекрасный момент может осознать не реальность всего происходящего и тогда уже все зависит от того насколько человек ответственен и предан своим товарищам. Если он боится смерти, боли, то он, проявив слабость, может выдать секреты, но таких людей не отправляют на важные миссии.
        Перед тем как отправить человека на миссию другие, более опытные в этом деле люди его обучают. Он проходит тщательную подготовку и проверку на выносливость. Конечно, существуют прецеденты, когда люди под пытками «раскалывались», из-за таких слабых людей некогда уничтожено два тайных поселения. Еще совсем недавно, пару месяцев назад, демонам стал известен секрет скрытости поселений, а именно какая магия делает деревни людей невидимыми для взора демонов. Спасло ситуацию то, что пытаемый человек не знал состав заклинания и способы снятия защиты с поселений. Он рассказал демонам, что варлоки два раза в день, на рассвете и перед заходом солнца, читают одно и то же заклинание — такое действие они совершают один раз в год, в основном перед началом нового года. В конце ритуала, вечером, вокруг поселения они разбрызгивают особо приготовленную воду, после чего поселение накрывает невидимый купол и тогда уже демонам, не обладающим специальными знаниями, тяжело разглядеть среди лесов и скал: дома, животных и людей там скрывающихся. Это добавило вопросов к Ярославу. Деймос, в очередной раз, по велению
императора пытался выведать у него подробности о магии варлоков скрывающей тайные поселения, но как прежде, Ярослав ссылался на то, что он только лекарь и ему не известны другие виды магии варлоков. В прочем, как ни странно, такая отговорка его пока спасает.
        Один из пытаемых людей поведал демонам о способе общения людей между собой, находящихся на дальних расстояниях, т. е. рассказал об обученных птицах-почтальонах, но утечка этой информации не так уж страшна как первая.
        В этот же вечер, после ужина, из уст князя прозвучала еще одна новость. Фобос поведал Орфу, что с песчаных земель прибыл весьма опытный в своем деле стрига, с целью разведки. Орфу, как будущему зятю, князь поручил сопровождать стригу по всей территории запада, куда тот бы не пожелал ехать, а также оказывать ему любую помощь. Получить такое задание Орфу только в радость. Он понимает, что сейчас следует выстраивать хорошие отношения с Фобосом, ведь однажды он может занять его место.
        С того самого дня, когда Оберону выгнали из дома дедушки, она больше не приходила к нему, но продолжала подслушивать разговоры сидя у трубы на крыше в облике птицы. Сегодня она впервые решилась навестить его, ей необходимы некоторые сведения, которые может знать Антон. Нерешительной и скромной Оберону назвать сложно. Она поднялась на крыльцо и без стука, как обычно, залетела в дом Антона. В это время Антон управлялся на кухне. Услышав посторонние шаги в своем доме, он улыбнулся, так как знал, кто это такой, бесцеремонный, пришел его навестить.
        Оберона забежала в кухню и, подлетев к дедушке, крепко обняла его, обхватив за талию. Антон обомлев, широко улыбнулся и погладил ее по голове. Хитрость сработала.
        — Дедушка, ты еще на меня злишься?  — спросила она.
        — Совсем нет,  — ответил Антон.
        Они присели за стол. Антон пододвинул к внучке тарелку с только что приготовленным овощным салатом и подал вилку. Оберона сделала вид что кушает.
        — У меня к тебе вопрос… необычный,  — сказала Оберона.
        — Я так и думал. Ты часто задаешь необычные вопросы.
        — Где-нибудь в тайных поселениях проживает семья под фамилией — Несо? Или может быть, ты слышал об этой семье людей что-нибудь?
        Антон отвел глаза в сторону, немного подумав, он удивленно посмотрел на внучку.
        — Несо?! Владислав Несо? Почему тебя интересует его семья?
        Оберона на мгновение растерялась.
        — Меня просто интересует его семья. Я сейчас изучаю жизнь помощника советника.
        — Не понимаю, зачем тебе это? Нет, я ничего не знаю о судьбе его семьи.
        — А кто может знать?
        Антон подозрительно сузил глаза.
        — Я тебе могу сказать, кто может знать, но ты мне прямо сейчас расскажешь правду, зачем тебе это нужно?
        — Когда Владислав сбежал из плена, все в округе шептались, что пора бежать, пока не пришли имперские войска, но в итоге этого не произошло. Вы предполагаете, что все дело в собаке, которая якобы заставила его обмануть демонов. Дело в том, что он продолжает работать на империю. Меня интересует, почему собака по сей день от него не избавилась, он же ее предал! Может это как то связанно с его семьей?
        Выдуманные Обероной выводы заставили задуматься Антона.
        — Ты очень умная,  — похвалил ее Антон.  — Абигор точно должен знать, где сейчас семья Владислава. Когда будет время, я у него спрошу.
        — Да, спроси,  — согласилась Оберона, хотя она намеревается выяснить это у Абигора сама.
        В кухню вошел Илья, они не слышали, как он входил в дом. Еще с порога он заговорил, обращаясь к отцу и словно не видя свою дочь:
        — Срочно нужно собрать людей! Касается императора!
        — Хорошо!  — сказал Антон и поднялся.
        — Оберона, а ты домой шуруй,  — потребовал Илья.
        Оберона недовольно что-то пролепетала, но подчинилась.
        К девяти часам вечера, этого же дня, в доме Антона собрались мужчины деревни. И начались обсуждения. Илья яростно настаивал на том, что необходимо разобраться с Велиалом как можно быстрее, иначе у этой войны нет конца. С ним соглашался Антон и многие другие, но некоторые люди отрицательно относились к данной затее, предлагая подождать еще год. Однозначно, люди осознавали, одними уничтожениями военных имперских лагерей не обойтись, нужно рисковать в полную силу, чтобы добиться результатов и приблизиться к логичному завершению. Только вот страх перед таким могущественным демоном как Велиал сковывал их души. Люди не знали способа как приблизиться к нему и убить. Тогда Илья поспешил поведать радостную новость. Аенгус и Ярослав разработали одно заклинание в сочетании с зельем, которые создают барьер на некоторое время и блокируют силы демонов. Оно уже удачно испробовано, на пленниках. Демон без своей магии становится беспомощным как человек, тогда есть все шансы с легкостью его одолеть обычным мечем. Но есть одно «но», чтобы эта магия варлоков подействовала, необходимо ввести зелье под кожу демону,
недостаточно просто напоить зельем цель — оно не проявит своих свойств. Илья предложил дождаться, когда Велиал выберется из дворца в Астароте с визитом к князям земель или в военные имперские лагеря и тогда-то следует его атаковать. Такое ответственное дело осуществить готов сам — Илья и это одобрил Аенгус, но необходимы добровольцы и чем больше их будет, тем лучше.
        Сидя на своем месте, на крыше дома Антона у трубы, Оберона не могла спокойно слушать разговор, ее возмущало то, какие следующие шаги решили предпринять люди. Убийство императора! Она прекрасно понимала, чем это грозить, если вдруг план «провалится». Никому из людей участвующих в такой миссии не миновать смерти. Нужно что-то предпринять, придумать им запасной план или способ отговорить, хотя кто ее будет слушать? Возможно, послушают собаку, но появляться в этом обличии перед родными ей не хотелось, она опасалась того, что ее раскроют. Если ее решат взять в плен, она не сможет в полную силу сопротивляться людям, тогда, чтобы не погибнуть придется сдаться и раскрыть свою тайну.
        Дослушивать их разговор — более не имело смысла. Оберона полетела к Абигору и по дороге размышляла над очередной, как она считает, глупой идеей людей. Хотя, когда-нибудь, все равно бы пришлось напасть на императора, чтобы убить его. Иначе быть не может. Сам по-хорошему, по собственной воле или ради своей жизни Велиал никогда не уступит свое место, не откажется от права на власть и на империю, о чем говорит его грубый ответ с отрубленной головой гонца на посланное ему Антоном письмо. Обероне нужно время, с которым конечно люди не считаются. Если все пойдет в соответствии с ее планом, то у Велиала не останется шансов выжить, она самолично готова перегрызть ему глотку. Остается понять, как это донести до Антона и Ильи?
        Посещение Абигора не дало желаемых результатов. Оберона настаивала, чтобы он попытался уговорить людей не рисковать столь поспешно, но Абигор сам горел этой идеей. Он не мог позволить ей не осуществиться, ведь если все пройдет удачно, по плану, Велиал умрет и тогда империя освободится от Горгона. Люди сбросят оковы и будут свободны. О том, что будет, если люди проиграют этот бой, он не желал думать и слышать. Гнев, который Оберона испытывала, не помещал ей поинтересоваться судьбой семьи Владислава. Ответ Абигора ее шокировал. Но даже из такой ситуации, несомненно, можно извлечь пользу. Оберона почувствовала приближение реализации своей первой задачи.
        Ночью Владислав из города Слуа возвращался в Одрадек. Он ездил туда по важному делу. Неделю назад в этом городе стригами захвачен человек, который якобы из числа мятежников. Именно об этом плане захвата, помимо всего иного, некогда упоминал Шакс, показывая карту песчаных земель Владиславу. Владислав уведомил об этом, в своем письме, Оберону, но она приказала ему действовать так, как он считает нужным.
        Не прошло и полдня после новости захвата мятежника, как от Ваалберита пришло письмо, чтобы Владислав немедля отправлялся туда и принял участие в допросе. В письме буквально, корявым почерком, советник написал: «Учись быть жестоким, иначе тебе сожрут в этом мире…».
        Владислав впервые видел, как мучается пытуемый человек под воздействием магии. Он не пожелал входить в камеру и приближаться к корчащемуся и извивающемуся в припадках человеку. Тело пытуемого человека сильно затрясло, из ушей, глаз и носа у него полилась кровь, суставы пальцев рук и ног неестественно скрутило, а дыхание его становилось все прерывистей и прерывистей. Испытывая такую боль, он оставался немногословным, лишь яростно ругал демонов, но не отвечал на их вопросы. Демоны так и не узнали ответов на три главных вопроса: где живет Антон Бетельгейзе? Сколько всего тайных поселений в империи? Сколько их осталось на песчаных землях? Наравне с отвращением и тошнотой Владислав, от неприятного зрелища и запаха, испытывал жалость и слабость. Не в его силах остановить это злодеяние. Владислав осознавал, что на месте этого несчастного запросто может оказаться он сам, если собака его вдруг предаст или не добьется желаемого.
        Владислав вылез из кареты, и уже находясь на крыльце дворца Одрадека, заметил два светящихся глаза в кустах. В этой темноте он еле разглядел черную собачью морду. Во дворе, ворота охраняли четыре стражника, двое прогуливались в стороне, еще двое стояли прямо передним на крыльце, Владислав не мог свернуть и не войти во дворец, иначе мог вызвать подозрение, поэтому он проигнорировал Оберону, зная, что она навестит его наверху в его покоях. В холле он встретил Калипсо. Они приблизились и поприветствовали друг друга.
        — Куда-то спешите?  — поинтересовалась Калипсо, хитро улыбаясь.
        — Я думаю, вы уже в курсе куда.
        - Да,  — Калипсо наклонилось к Владиславу, и тихо спросила,  — а вам известно кем является эта собака. Демоном?
        Владислав удивленно посмотрел на Калипсо и также тихо, полушепотом ей ответил:
        — Конечно демоном, как иначе? Человеком она быть точно не может, а третьего вида нет… лоа исключаются!
        — Мне просто стало интересно. Я не ощущаю в ней демонического начала, поэтому осторожно поговорила с Эребом о гомункулах. Он утверждает, что все его искусственные существа давно убиты и саженны, а если даже кто-то и сбежал, то долго бы не прожил, так как он не успел добиться совершенства. Созданные им гомункулы не умели говорить и питаться самостоятельно… У меня есть еще одно предположение, кем может быть собака, но нет гарантии что оно верно. Я пока воздержусь и озвучу его, когда сама удостоверюсь.
        — Мне все равно, кем бы она не оказалась, я не откажусь от дела!  — заявил Владислав и поспешил к себе в покои.
        Закрыв за собой дверь на ключ, он подошел к окну, отдернул шторы и вышел на балкон. Владислав не ожидал увидеть у себя под балконом неспешно прогуливающихся Оникса, Шакса и Асмодея. Они остановились, услышав шум, подняли головы. От пристальных взглядов по коже у Владислава промчались мурашки. Тут же Владислав сделал поклон головой. Как полагается, они поклонились ему в ответ.
        — Не прошло и двух недель, а вы уже вернулись,  — сказал Оникс.
        — Пленник не сознался и умер быстро, от первых же пыток,  — поведал Владислав, нервно за спиной сжав руки в кулаки.
        — Тяжело наверно смотреть на смерть подобного себе?  — ухмыляясь, спросил Асмодей.
        Это задело Владислава, но собравшись силами и гордо посмотрев на Асмодея, он смело ответил:
        — Почему? Совсем нет. Они подобны мне по человеческой сущности, но не по статусу. По воле великого и могучего нашего императора — Велиала, я решаю их судьбы!
        Оникс засмеялся, Шакс улыбнулся, а вот Асмодей разозлился, но он не имел права возразить помощнику советника, от чего просто взбесился и пошел вперед.
        — Спокойной ночи!  — улыбаясь, пожелал Оникс Владиславу и они с Шаксом продолжили свои обсуждения на ночной прогулке.
        Владислав поблагодарил князя, но остался на балконе в ожидании появления важного гостя. Как только сад опустел, сверху на перила присела птица, немного напугав Владислава. Она обратилась в собаку и забежала к нему в покои. Владислав прошел следом.
        — У меня для тебя новость…  — сообщила собака.
        Владислав немного встревожился.
        — Пару дней назад я кое-что выяснила о твоих родных,  — продолжила говорить она.  — Семь лет назад по приказу Ваалберита твою семью переселили в другое закрытое поселение. Мне не удалось выяснить, в какое именно,  — Оберона опустила глаза изобразив печаль.
        Намеренно она скрыла от Владислава кое-какую правду, которую ей поведал Абигор.
        Владислав побледнел, голова закружилась, ноги подкосились, и он присел на край кровати.
        — Они живы?  — настороженно спросил он.
        — Да…  — неуверенно ответила Оберона,  — живы. Нужно только найти их новый адрес проживания.
        — Ваалберит!  — Владислав разозлился.  — Поэтому мои письма до них не доходили! Старикашка специально скрывал это от меня! Я потребую от него правды!!!
        — Стой! Не следует этого пока делать. Он тебе правду не скажет. Ты наведи справки самостоятельно, но и я тебе, конечно, продолжу помогать.
        — Ты права! Ему нет смысла признаваться. Я не должен вызывать у него подозрений, чтобы остаться его помощником.
        Оберона хитро улыбнулась и сказала:
        — В скором времени тебе предстоит совершить подвиг.
        — Какой?!  — удивился Владислав.
        — Ничего особенного. Завтра в Одрадек прибудут двое пленников. Их схватили пять дней назад в лесах. Потребуешь от князя, чтобы он позволил тебе их допросить.
        — Что?! И о чем я их буду спрашивать?!
        — Хм, требуй тайн и обещай свободу! Узнаешь о тайных поселениях? Спросишь, где в Одрадеке находится штаб мятежников? Тебе пора доказать Велиалу свою преданность, ты должен подняться в его глазах.
        — Это бесполезно! Люди будут молчать!
        — Заранее не вещай нос! Если будет необходимо, применишь имеющееся оружие пыток. Смотри, чтобы они не проболтали лишнего!
        Спустя некоторое время собака ушла, а Владислав остался сидеть на кровати, в его глазах читался ужас. Он и представить себе не мог, что однажды ему придется самостоятельно пытать людей. Да и вообще он многое, что с ним сейчас происходит, не мог себе представить. Вся жизнь его превратилась в кошмар, но, не смотря на панику и сомнения в душе, Владислав довольно представлял себе новую империю без Велиала.
        Наступил следующий день. Ближе к обеду привезли тех самых пленных, о которых говорила собака. Их тайно завели в тюремные подземелья дворца, т. е. их прибытие не оглашалось среди слуг и стражи, привезли в обычной карете, а не в клетке, вывели во двор не в кандалах и не в цепях, а в темных плащах.
        Неохотно, но Владислав все же пошел к Ониксу попросить у него разрешения самолично их допросить. Оникс удивился, впрочем, как и Шакс, который как раз за минуту до появления Владислава получил такой приказ. Возражать князь не стал и попросил Шакса сопровождать Владислава и следить, чтобы в ходе допроса не возникла угроза жизни и здоровья советника.
        Они спустились в тюремное подземелье, находящееся под двором дворца. Подземелье насквозь было пропитано противным запахом крови, испражнений и сырости. Владислав, проходя по длинному коридору с пошарканными каменными стенами, прикрыл нос платком. К горлу медленно поступала тошнота, но нужно держать себя в руках не показывать слабость, поэтому он старался думать о хорошем — о встречи со своей семьей. Из-за закрытых деревянных дверей камер доносились еле слышные стоны, скрежет цепей и непонятные стуки. Многие из камер в данный момент пустуют. Связанно это с тем, что практически все заключенные, а именно люди, по приказу Оникса ранее были казнены на площади Одрадека.
        — Мы на месте,  — сказал Шакс и широкую деревянную дверь перед ними открыл стражник.
        Посередине темной камере без окон, освещенной лишь парой факелов, на стуле сидел связанный человек. Он выглядел не очень хорошо, над ним уже успели поглумиться демоны. Раны перевязали грязными тряпками для того, чтобы он не умер раньше времени от потери крови. Из-за того, что в углу топилась печь, и над нею в котле плавился металл, в пыточной камере намного жарче, чем в холодном коридоре. В камере присутствовала легкая дымка и пахло жженной плотью. За стулом с пленником у стены валялось испепеленное тело, видимо это все что осталось от первого пытуемого. У печи в пропитанных кровью фартуках стояли двое огромных, рогатых демонов с торчащими из пастей клыками. Владислав обратил внимание, что все стены сверху донизу завещаны оружием для пыток: крюками, веревка, стальными прутьями, мечами, шипами, пиками и т. д., а в другом углу, напротив печи, стоит шкаф, заполненный склянками с какими-то веществами, у которых тоже самое предназначение, что и у всего остального в пыточной.
        — Неуч-то… это помощ-ник совет-ника!  — ехидно, через силу, сказал пленник.
        «Что мне делать?! Псина безмозглая!» — мысленно ругался Владислав, желая покинуть это зловонное место.
        — Господин Владислав!  — обратился к нему Шакс.
        — Это первый из пленников,  — Владислав указал на останки у стены.
        — Да, его раньше допросили, но безрезультатно,  — ответил Шакс.
        — Я не буду сам браться за оружие, поэтому вы,  — Владислав уверенно обратился к двум демонам у печи,  — будете исполнять мой приказы. Будете подготавливать требуемое оружие и применять…
        — А вот и я!  — в пыточную вошел Эреб, намотав свою бороду себе на руку.
        — Он будет использовать магию,  — уточнил Шакс.
        Владиславу не понравилось, что его речь перебили, так как он весь путь до этого места ее готовил и собирался с мыслями, что ее придется произнести.
        — Хорошо,  — сказал Владислав,  — но до магии дело не дойдет!
        — Без нее никак,  — сказал Эреб.
        «С меня Ваалберит снимет шкуру, если я опозорюсь»,  — подумал Владислав, посмотрев на Эреба и Шакса.
        — Вам понятно, что нужно делать?  — спросил Владислав у двух огромных демонов.
        В ответ они ему покивали головой.
        — Итак, у меня к тебе два вопроса,  — обратился Владислав к пленнику.
        — Можешь сразу разворачиваться и проваливать!  — злостно ответил пленник.
        — Не получиться! Поведай мне, где в империи расположены тайные поселения?  — спросил Владислав.
        — Наверно… где-то в империи.
        — Тебе лучше отвечать!  — вмешался Эреб.
        Владислав жестом руки попросил его не вмешиваться и приблизился к пленному.
        — Если ты будешь говорить, я гарантирую тебе свободу, у меня есть такое право.
        — Ну конечно, еще никто из плененных людей не возвращался, даже те, кто раскрыли секреты. У меня один выход отсюда, через смерть, поэтому я умру достойно — не предав человечество! Не то, что ты!!!
        — Я?! Я никого не предавал! Это моя работа.
        — Работа во благо демонов! Ты просто боишься оказаться на моем месте, трус!
        — Зачем мне быть на твоем низменном месте, если я могу быть на равных с правящим видом?! Хватит этой болтовни, лучше назови места расположения тайных поселений людей!!!
        — Не дождешься!  — грубо ответил пленник и плюнул в лицо Владиславу.
        Владислав был к такому готов, он протер лицо платком, что держал в руке и, посмотрев на демонов у печи, сказал:
        — Начинайте с плавленого металла, облейте ему ноги, незачем его щадить!!!
        Пленник побледнел, от ужаса у него расширились глаза, он жадно начал глотать воздух. Демоны голыми руками сняли с печи котел с плавленым, пылающим металлом и поднесли к пленнику.
        — Стой!  — панически закричал пленник, смотря на Владислава.  — Ты же человек! Освободи меня!
        — Я предлагал тебе реальную свободу. Ответив на мой вопрос, ты бы смог выбраться отсюда живым, но это твое право! Медленно, в муках, умирай в этом грязном подземелье,  — жестко ответил Владислав.
        Демоны поднесли котел к цели. Пленник, корчась, активно пытался выбраться из оков, подняться со стула, но не мог, пот лил с него градом, а котел начал медленно переворачиваться. Ужас, страх охватили его душу, он думал о своем товарище, чье сожженное тело лежало за его спиной. Капля металла капнула ему на вверх ступни, от чего он взревел:
        — Я отвечу!!!
        Владислав приказал демонам пока отойти в сторону.
        — Говори!
        — На лесных землях, между Амритом и Игнисом, в пяти километрах от океана, есть одно тайное поселение. Более я не знаю ни о каких поселениях, так как родился и вырос в Одрадеке. С недавних пор, после последних событий, работаю на людей. Отпустите меня!
        — Ты и по сей день живешь в данном городе?  — поинтересовался Владислав.
        — Да,  — истошно ответил пленник.
        — Отвечай тогда, где в Одрадеке место сбора мятежников?!
        Пленник поднял глаза и дрожащим голосом подозвал к себе Владислава. За всем пристально удивленно наблюдали Эреб и Шакс. Шакс не верил тому, что пленник так быстро сдался, хотя такие случаи имели место быть.
        — Вы точно меня отпустите?!  — тихо спросил пленник, жалостно смотря в глаза Владиславу.
        У Владислава билось сердце от того, что это его обещание — чистая ложь. Ему самому противно слышать себя.
        — Конечно! Как только ты ответишь на этот последний вопрос, я прикажу тебя освободить.
        — Улица Абаасы… шестьдесят шестой дом,  — ответил пленник и склонил голову.
        Владислав подошел к Шаксу и Эребу.
        — Он разговорчив, с него можно еще добыть информацию,  — сказал Эреб.
        — Нет!  — твердо ответил Владислав, ему только что в голову пришло, что неспроста все так просто вышло, по любому в этом деле замещена собака, нельзя допустить того, чтобы человек, под пытками, заговорил о ней.
        — Мы его освободим и проследим, куда он пойдет,  — добавил Владислав в надежде, что когда человек выбриться из подземелья его спасет собака.
        — Это рискованно!  — возразил Эреб.
        — Он всего лишь человек. Даже если он не пойдет к своим, мы его снова с легкостью схватим,  — согласился с идеей Владислава Шакс.
        — Я сообщу господину Ониксу,  — смиренно сказал Эреб и вышел из комнаты.
        Шакс поклонился Владиславу и пошел следом за Эребом.
        — Ты свободен!  — сообщил пленнику Владислав и приказал демонам-стражникам его освободить. Но это точна не та свобода, которую он обещал.
        Пленник от счастья благодарил Владислава. Оковы спали с его рук и ног, огромный демон в фартуке придерживая, передал его стражнику стоявшему за дверями пыточной камеры, но Владислав пожелал сам вывести изнеможенного пленника на поверхность, приказав стражнику и демонам не следовать за ними.
        Они двигались по холодному коридору, медленно приближаясь к спасительной лестнице. Владислав ожидал, что пленник заговорит первым, но он молчал. И только когда они оказались на поверхности, освещенные лучами солнца, пленник тихо спросил Владислава:
        — Люди точно не пострадают? Мне обещала собака.
        Владислав хотел было ответить, но увидев, что к ним приближается Шакс, решил промолчать.
        — Господин Владислав, пожалуйста, следуйте за мной с пленником,  — попросил Шакс.
        Втроем они подошли к террасе дворца, на котором их ожидали Оникс, Асмодей и двое стражников. При виде их Владислав засомневался, что пленника отпустят.
        — Пусть идет!  — сказал Оникс, хитро улыбаясь.
        Пленник развернулся и медленно, самостоятельно поковылял в сторону ворот.
        Владислав поднялся на крыльцо и подошел к подозвавшему его князю.
        — Он не должен уйти живым,  — сказал Оникс.  — Вы это понимаете?
        — Да,  — ответил Владислав и один из стражников протянул ему лук и стрелы отчего Владислав возмутился,  — вы мне предлагаете его убить?!
        — Император будет не счастлив от того, что вы пожелали освободить пленника. Мне известно, что вы тренировались стрелять из лука и раз участвовали в охоте, где удачно подстрелили зайца. Стреляйте!
        Владислав сглотнул слюну, лоб вспотел, он посмотрел на удаляющегося пленника и взял в руки лук, натянув тетиву, он увидел как на крышу соседнего здания села знакомая ему птица. Птица удовлетворительно кивнула головой, Владислав не мог поверить в то, что она желает смерти этого несчастного человека.
        — Чего вы ждете?!  — недовольно спросил Оникс.
        Шакс напряженно наблюдал за Владиславом, а Асмодей ехидно улыбался.
        Стрела вылетела и через мгновение пронзила спину пленника. Пленник, еще оставаясь живым, обернулся и, посмотрев с ненавистью прямо в глаза Владиславу, указал на него пальцем, что-то при этом хотел сказать, но лишь прохрипел и замертво упал боком на дворовую плитку.
        Оникс захлопал в ладоши. От этого раздражающего звука Владислав вздрогнул и, кинув лук на крыльцо, без объяснений вошел во дворец, направившись прямиком к себе в покои. Владислав был в не себе от злости, его вынули совершить преступление дважды. Он желал объяснений от собаки.
        Пленение этих двух несчастных началось с того, что из главного тайного поселения от Антона в штаб мятежников города Одрадека поступило распоряжение. Требовалось съездить в город Слуа и выяснить, что стало известно демонам от ранее плененного ими человека. Отправили на эту миссию двух новичков, которые совсем недавно еще просили милостыню на площади города. Командир штаба, безрукий человек, приняв решение вручить миссию в руки не обученных, толком не подготовленных людей и допустил непоправимую ошибку, посчитав, что с таким заданием даже идиот справится.
        Шпионы выяснили, что человек, на допросе которого присутствовал Владислав, унес тайны собой в могилу и незамедлительно отправили послание Антону. Но по неопытности своей и по глупости они не пожелали сразу возвращаться в столицу песчаных земель, решили заодно добыть какую-нибудь полезную информацию, тем самым всем людям в штабе показать свою смелость. В тот день, когда Владислав отбыл со Слуа, люди отправились в лес понаблюдать за тренировками служивых демонов. Оберона, с перерывами на полет домой, следила за ними с того самого дня, когда в штаб Одрадека поступило письмо от Антона.
        Почувствовав людской запах демоны обнаруживали и стали преследовали двух глупцов, под конец загнав их по пояс в болото. Они не имея возможности самостоятельно выбраться стали погружаться в грязь, а топот копыт лошадей демонов с каждой минутой приближался все ближе и ближе. Но вперед демонов в облике собаки до них добралась Оберона и провела с ними небольшую беседу. Она, давя на безвыходность ситуации, в которую они попали, обещала им свободу в случае, если они сделают все так, как она их попросит. Люди выслушали ее, но один из них яростно начал сопротивляться, он не желал ей помогать, а второй молча о чем-то размышлял. Впоследствии от страха перед смертью сомнения покинули этого человека, и он рассказал Владиславу все то, о чем попросила собака.
        Наступил вечер, и Владислав впустил в свои покои собаку. Кроме него Оберону ожидала Калипсо, она настойчиво просила его разрешить ей присутствовать на встрече. Он сдался.
        — Человек мертв! Я его убил! Таков твой план?!  — разъяренно кричал Владислав.
        Калипсо прошипела, попросив быть тише. Владиславу в данный момент тяжело контролировать свои эмоции, все тело трясло.
        — Теперь ты игрок!  — широко улыбаясь, прорычала собака.
        — Игрок?!  — недоумевая, более тихим голосом переспросил Владислав.
        — Все очень просто, я желаю сделать тебя советником. Велиал оценит твои старания,  — ответила собака.
        — Советник обладает большими привилегиями, нежели его помощник,  — задумчиво сказала Калипсо.  — Но каков твой план? Как ты собираешься победить императора?
        — У Велиала мало врагов среди демонов, но каждого из них я ценю и каждого из них Велиал должен принять как друга,  — ответила собак.
        — Как я стану советником при жизни Ваалберита?!
        — В этом вопросе скрыт ответ,  — загадочно ответила Оберона.
        Владислав понял смысл ее слов и схватился за голову.
        - О, нет! Ты хочешь от него избавиться?!
        — Почему — нет? Разве ты того не желаешь?!  — удивленно спросила его собака.
        — Конечно, нет! Я, несомненно, зол на него, но он мой наставник!
        — Пока ты только зол,  — улыбнувшись, сквозь зубы сказала собака.
        — А что касается людей? Ради чего эти двое сегодня пожертвовали жизнями?  — спросила собаку Калипсо.
        — Люди из поселения и штаба будут спасены? Или ты их предашь так же как этих двух?  — язвительно поинтересовался Владислав.
        Оберона недовольно прорычала:
        — Тайное поселение подставное, демоны ничего не обнаружат на землях лесов, а вот из штаба, людям придется смериться и пожертвовать своими жизнями ради общего блага человечества.
        Возмущению Владислава не было предела. Он смотрел на собаку и видел в ней зло — она готова на любые жертвы лишь бы осуществить задуманное и с легкостью подставляет тех, за кого якобы сражается.
        — Как ты так можешь?! Они же тебе не враги!  — голос от ярости у Владислава дрожал.
        — Хватить жалеть!  — злобно прорычала Оберона и навострила уши.  — Ты любым способом обязан занять пост советника, и эти люди станут фундаментом твоего восхождения! И лучше тебе желать этого, как того желаю я!
        — Она права,  — согласилась Калипсо, посмотрев в глаза Владиславу.  — Сейчас, по сути, ты — никто, пешка своего хозяина, но как только ты станешь советником, ты сможешь управлять войском на равнее с Путом, сможет самостоятельно принимать решения, не отчитываясь перед Ваалберитом.
        — Зато буду отчитываться перед императором, а ему сложнее угодить!
        — Дурак, Велиал будет слушать тебя!  — грубо сказала Оберона.  — Возможно, поначалу он не будет прислушиваться к твоим советам так, как прислушивался к советам Ваалберита, но потом, я тебе это гарантирую, он тебе поверит так, что будет зависеть от твоего мнения!
        — Сказочно!  — усмехнулся Владислав.
        — В полнее реально,  — продолжала соглашаться Калипсо.  — Ты же не сомневался в том, что достоин быть помощником советника, и в итоге ты им стал, отбрось и эти сомнения!
        Владислав задумался.
        — В штаб людей отправишься с войском Оникса, следи, чтобы никто не попал в плен. Они все должны умереть, иначе может произойти не желательная утечка информации,  — заявила собака, что снова не порадовало Владислава.
        — Я тебе немного помогу, настойчиво посоветую мужу никого не оставлять в живых,  — обратилась Калипсо к Владиславу.
        — Ты же говорила Шакс мне не союзник?!  — удивилась собака.
        — Зато мне он союзник,  — ответила Калипсо с хитростью в глазах.
        — Ты понял?  — спросила собака Владислава.
        — Да,  — недовольно в полуголос ответил Владислав.
        — Мне пора!  — сказала собака.
        Выскочив на балкон, собака обратилась в птицу и взмыла в небо. Калипсо ушла сразу же после ухода Обероны. Владислав еще долго метался по комнате в раздумьях. В глубине души он желал быть советником. Он ощущал, как меняет его собака, она делает его жестоким и алчным, но Владислав не хотел себе в этом признаваться.
        3.11
        Как и говорила Калипсо, она попросила Шакса сделать все для того, чтобы люди из штаба мятежников не выжили. Обосновала она все тем, что не желает слышать об их пытках. Шакс согласился исполнить волю жены.
        Весь последующий день за штабом демоны вели наблюдение. Информация оказалось достоверной. Демоны насчитали пять постоянно присутствующих людей и выяснили, что к вечеру этого дня в штабе соберутся около десяти человек. Наступил вечер и войско Оникса под предводительством Шакса и при присутствии Владислава атаковали штаб мятежников. Люди не ожидали, что на них нападут, так как ничего не знали о плене своих новобранцев, думая, что они дезертировали. Шесть человек убили сразу, четверо давали отпор демонам еще минут пятнадцать, но как только Шакс пронзил грудь однорукому человеку — их командиру, трое попытались сдаться, но по ранее данному указанию Шаксом, один из воинов застрелил людей из огнестрела, оправдавшись перед другими демонами тем, что якобы видел, как они достают оружия. Владислав все это время находился на улице рядом со штабом с двумя стражниками, следящими за тем, чтобы никто не сбежал.
        Во дворце Оникс написал письмо Деймосу о тайном поселении, которое может находиться, как ранее сказал убитый пленный, между океаном и столицей лесных земель. Как только письмо достигло дворца Игниса, Деймос сразу же отдал приказ Амаймону отобрать демонов из числа лучших воинов-поисковиков для разведки.
        Прошло три недели с момента последних событий. Люди от своих шпионов узнали, что Велиал собирается проехаться по территории империи: заехать в военные имперские лагеря, навестить князей, поэтому активно принялись готовиться к решающей битве. На сегодняшний день перед ними стояла задача выждать подходящий момент, подобраться ближе к императору и убить его. Малейшая ошибка грозит гибелью. Варлоки уже подготовили необходимое количество зелий, снадобий и заклинаний для нейтрализации демонической силы, а Аенгус доставил все это в поселение Антона. Оберона наблюдала за суетой и очень беспокоилась. План ее отца и деда по захвату власти в империи кардинально отличался от ее плана. Они, по ее мнению, вечно куда-то спешат, стремятся получить все и сразу. Оберона же напротив терпеливо выжидает, ищет наиболее выгодные пути достижения цели. Но она также как они хватается за любую возможность, чтобы продвинуться вперед.
        Особенно сильно Оберона заволновалась, когда узнала от дедушки, кто будет сопровождать в поездке императора — Пут Сатанакий, а позже должен присоединиться Оникс. Теперь она не реагировала так резко на слова родителей, иначе снова могла оказаться прогнанной. Оберона промолчала, выплеснув эмоции наедине сама с собой в лесу. Она ходила вокруг дерева, где умерла лиса — громко кричала, ругала родных и всех людей, а также известных ей демонов, особенно сильно проклинала Абигора, который своим желанием, скорейшего завершения этой битвы, подталкивал людей на смерть.
        Узнав о том, что император после посещения песчаных земель собирается поехать на земли лесов, Фобос заранее отправил Орфа встретить императора и сопроводить его до города Ундина. Орф обрадовался, что ему поручают такое важное задание, тем более скоро у него свадьба с Реей, которую он не так сильно любит как власть и привилегии. А если он произведет хорошее впечатление на императора при личном с ним знакомстве — это даст ему шанс войти в ряды императорской свиты. Он все ближе и ближе приближался к осуществлению своей мечты.
        Орф отправился в путь не в одиночку, а с десятью опытными войнами, которые не раз участвовали в миссиях по уничтожению тайных поселений людей. Карету и лишний груз он брать не стал, предпочтя ехать вместе с его сопровождающими верхом на лошадях. Тогда Орф еще и знать не мог, кто его выжидает у дороги в лесу неподалеку от одного из истоков ветвистой реки Орион.
        Не смотря на то, что подгоняемые всадниками лошади мчались быстро, несколько выпушенных стрел подряд из арбалета попали прямо в цель, пробив у каждой из лошадей суставы обеих передних ног. Лошади от боли заржали и на ходу попадали на землю. Демоны слетели со своих седел кто куда: кто врезался в дерево, кто залетел в кусты, кто упал на дорогу. Досталось всем. Орф перелетев через своего коня пару метров схватился обеими руками за ветку дерева и приземлился на ноги у колючих кустов. Он, молча, наблюдал за всем этим безобразием: лошади пытаясь подняться, мучаясь и корчась от боли, истошно ржали. Некоторые демоны, выбравшись из неудобных положений, достали свои мечи и принялись избавлять животных от мучений.
        — Всем быть внимательнее!  — как только приказал Орф двое демонов замертво упали на землю охваченные еле заметной черной дымкой. Остальные запаниковали, Орф достал свой меч и громко, разъяренно закричал, оглядываясь по сторонам.  — Подлец, трус, лучше выходи по-хорошему!!!
        Что-то промелькнуло за его спиной и из-за колючих кустов тонкими нитями, извивающимися как змеи, просалился черный дым. Орф отскочил в стону и на месте, где он только что стоял, из собравшегося сгустка дыма, появился незнакомец в бело-красной маске — Лярва. В руках он крепко сжимал длинный тонкий меч с волнистым лезвием, а на конце его рукояти светился огромный красный рубин. Орф внимательно оглядел своего противника.
        — Так ты и есть преступник по прозвищу — Лярва?!  — с ненавистью спросил Орф.  — Это ты убийца Керннуноса?!!  — с еще пущей яростью задал очередной вопрос он.
        Лярва промолчав, поднял оружие и, направив его на Орфа, одним резких движением рванул с места, оставляя позади себя черный дым. Безжалостно убивая воинов на своем пути — он все ближе приближался к основной цели своего визита. И вот меч Орфа со звоном столкнулся с мечем Лярвы. Они начали сражаться. Искры от соприкасающихся лезвий летели в разные стороны. Звон раздавался эхом в лесу. Орф оказался достойным противником, он умело отбивал удары Лярвы и держался стойко. Монотонное сражение продолжалось минут десять. Орф продолжал требовать от противника ответа на главный интересующий его вопрос, но Лярва игнорировал его, чем раздражал. Лярва чуть не одержал победу, глубоко порезав плечо Орфа, он хотел было применить следующий маневр — пронзить мечем его сердце, но Орф успел в последний момент увернуться. Подпрыгнув вверх, Орф применил магическое действие — заставив разом повалиться несколько деревьев, тем самым пытаясь раздавить врага. Несколькими молниеносными прыжками в сторону, Лярва уклонился от ветвистых деревьев и на ходу запустил с арбалета пару стрел, которые со свистом промчались мимо
уклоняющегося от них Орфа. Одна из стрел все же попала ему в бок. Орф гневно закричал, приземлился на землю и, не удержавшись на ногах, повалился на спину, тут же к нему подоспел Лярва собираясь пронзить мечем. Земля под воздействием сил Орфа вздрогнула, подбросив Лярву вверх. На лету он ухватился за ветку, развернувшись, оттолкнулся ногами, сломав ее, и снова кинулся атаковать Орфа. Орф резко выдернул стрелу и, из бока хлынула кровь, не обращая внимания на острую боль, в ярости он соскочил на ноги и, обратившись в вампала, огромными лапами со стальными когтями удачно прикрылся от меча Лярвы. С каждой минутой силы покидали Орфа, но он не желал сдаваться и умирать. Схитрив в тот момент, когда Орф применил очередную стихийную магию — огонь, Лярва плотно окутал его магическим черным дымом и рукоятью меча пробил его звериный позвоночник. Обездвиженный, уже проигравший сражение Орф упал животом на прожженную его жарким огнем траву и что есть сил яростно зарычал в адрес Лярвы:
        — Однажды ты будешь повержен!!!
        Лярва проигнорировав сказанное, отсек вампалу голову. Орф так и не узнал правду о смерти Кернунноса, хотя верно подозревал непосредственную причастность Лярвы.
        В день, когда в Ундин прибежал один из выживших воинов Орфа, но серьезно раненный в бою и сообщил новость о нападении на них наемника, Фобос помчался на подмогу зятю. Но было уже слишком поздно, все что он обнаружил — это кучу сломанных деревьев, расковерканую землю, сожженные кусты и выжженную траву, а также кучу трупов своих воинов и мертвое, обращенное в вампала, тело Орфа с валяющейся рядом его отрубленной головой. Рея узнала все от отца сразу по его возвращению. Она закрылась в своих покоях, чтобы не выдавать родным своих истинных эмоции. Конечно же, она переживала, чувствовала свою вину, но ничего не могла поделать с чувствами радости, освобождения. Теперь есть время подготовить оборону. Если ее отец снова решит выдать замуж то, как решила Рея, следующим, единственным кандидатом в женихи обязательно должен стать Владислав, и она сделает все для того, чтобы это свершилось.
        Вскоре Оберона получила два письма — от Лярвы и Реи, которые переправил ей Владислав. Лярва отчитался за проделанную работу, а Рея выражая благодарность просила Оберону не раскрывать никому эту тайну, в замен она предлагала свои услуги, но только те, которые она способна выполнить. В письме Рея не забыла упомянуть о том, что Оберона ей некогда намекала об ее возможности когда-либо «стать женою помощника советника», написав: «… Надеюсь на совместное мое с ним счастливое будущее».
        Владислав готовился к встрече с императором, который с минуту на минуту должен прибыть во дворец Одрадека. Он надел свою форму помощника советника и вышел на крыльцо вместе с Шаксом, Калипсо и Асмодеем. До этого Велиал вместе с Ониксом посещали уничтоженные военные лагеря, а также место, где происходило строительство нового военного городка, именно такие города, в будущем, должны заменить лагеря.
        Военные города займутся производством оружия и совершенствованием магии и магических принадлежностей, а также у них останется прежняя функция военных имперских лагерей — наблюдение за территорией. Как планируется, за десять лет будет построенного четыре, по одному на каждой из сторон света, больших таких города со всей инфраструктурой, включающей в себя: жилые дома, учебные и рабочие корпуса, складские помещения, лаборатории, кузницы и даже магазины. Проживать в военных городах будут исключительно служивые демоны, если кто-либо пожелает посетить такой город, то должен будет заполучить пропуск подписанный императором или его советником.
        Императорская карета въехала во двор дворца. К Владиславу пошел один из ранее прибывших вместе с ним из Астарота воинов и молча, передал какую-то записку. Владислав, не прочтя, спрятал записку во внутренний карман пиджака и заметно занервничал, что заметил Шакс. В этой записке должна содержаться информация о его семье. Владислав не спросив разрешения, тем самым «перепрыгнув» через Ваалберита, дал указание одному из воинов отправить запрос в главное закрытое поселение, где он родился, и выяснить о судьбе семьи Несо. Теперь он узнает правду, которую от него скрывает Ваалберит.
        По прибытию Велиал пожал руку Владиславу, отметив его недавние заслуги перед империей. Владислав в ответ поблагодарил за такое внимание императора. Затем все прошли во дворец праздновать приезд столь важного и значимого гостя. Веселиться Владислав не мог, весь вечер его мысли были заняты раздумьями о том, какая новость его ожидает в записке? Он искренне надеялся на лучшее.
        В лесной чаще, на том же самом месте первой встречи, состоялась очередная встреча Обероны с Лярвой. Она в облике собаки прибыла на место, когда Лярва ее уже там ожидал. После приветствий завязался разговор.
        — Что тебе даст смерть обычного представителя города?  — спокойным голосом поинтересовался Лярва.
        — Еще одного игрока, который однажды внесет свою лепту в мою победу.
        Лярва, молча, смотрел на нее сквозь маску и очевидно о чем-то задумался.
        — Скажи, помимо убийств, на что ты еще способен? Например, сможешь добыть полезную мне информацию?
        — Да. Что тебе нужно?
        — Мне нужно больше информации о брате Калипсо — Стиксе.
        — Зачем тебе о нем знать?
        — Мне он интересен.
        — Ты его знаешь.
        — Видела однажды.
        — Где?
        Оберона пару минут поразмыслила над тем, стоит ли ему правдиво отвечать на этот вопрос? Так как он является слугой Калипсо, есть угроза раскрыть себя.
        — Не важно.
        — Я не выполняю работу, за которую мне не платят. Калипсо мне никогда не заплатит за своего брата.
        Оберона недовольно хмыкнула.
        — У тебя есть новые сведения о «Всевластие»?  — поинтересовался Лярва.
        — Нет,  — ответила Оберона, прекрасно осознавая, что пока не уделяла времени на ее поиск.  — Но я постараюсь в ближайшее время о ней что-нибудь разузнать. А ты, раз не можешь мне поведать о жизни Стикса, можешь быть свободен до следующих моих указаний.
        Лярва откланялся и вмиг исчез, оставив на месте, где он стоял след еле заметной черной дымки. Оберона поразилось такой магии. Раньше ей ничего подобно видеть не приходилось. Обычная телепортация не оставляет после себя следов.
        Шелестящие звуки раздались из-за кустов сбоку от Оберона. Оберона напряглась. Принюхиваясь и прислушиваясь, она, медленно передвигая лапами, пошагала в их сторону. Явно кто-то сидел в кустах и скорее всего, наглым образом, подслушивал ее разговор с Лярвой. «Это демон!» — только подумала Оберона, как из-за кустов кто-то выпрыгнул. От неожиданности Оберона попятилась назад, поскользнулась и кубарем полетела вниз с холма горы. Все же она смогла поднять на ноги, напрягла все мускулы и когтями стала тормозить. Обратившись в птицу, она взлетела вверх, и в этот момент кто-то в воздухе схватил ее за крыло и с разворота камнем бросил вниз. Оберона крутясь в воздухе, обратилась в куршу и с грохотом приземлилась на все четыре лапы. Показался первый ее противник. Оскалив для устрашения зубы и злобно зарычав, она приняла позу для нападения. В пару шагах от нее стоял заяц, тот самый которого наняла Шейла. В скорее появилась и та, кто атаковал Оберону в воздухе. Вторым противником оказалась девушка-демон невысокого роста с разноцветными кучерявыми волосами до плеч и четырьмя полупрозрачными, красочными крыльями
за спиной, а на лбу у нее торчали две длинные тонкие антенки. Своим внешним видом она напоминала бабочку. Сразу же Оберона узнала этих двоих, по портретам в энциклопедии Мамона: заяц по кличке — «Мутный» и его извечная напарница — демоница по кличке «Пуля». Словом — Наемники.
        — Чего вы от меня хотите?!  — прорычала Оберона.
        — Славы и денег!  — язвительно ответила бабочка противным тонким голоском.
        Заяц харкнул себе под ноги и, ухмыляясь, сказал:
        — Все что нужно мы уже от тебя получили!
        — Информацию? Мерзкие создания, вы подслушали мой разговор с Лярвой?!  — прорычала Оберона.
        — На-фиг, на-до!  — покачивая головой из стороны в сторону ответил заяц и снова противно плюнул в сторону.  — Свободна!!!  — закричал он ей.
        — Да, я свободна, а вот вам придется здесь остаться, точнее вашим костям!!!  — злобно зарычала в ответ Оберона и рванула в их сторону с целью разодрать, убить обоих.
        Но бабочка в мгновение взлетела вверх, что оправдывало ее прозвище, а заяц, крутанувшись, ушел под землю, словно провалившись под нее. Оберона замешкалась, сразу не определившись, за кем ей следовать первым. Обратившись из курши в огромного крота, она хотела было просочиться в заячью нору, но тут назло земля задрожала как при землетрясении и нора начала закрываться от сдвигающихся плит, след зайца потерялся. Тогда Оберона обратилась в птицу, надеясь еще успеть догнать бабочку, но она уже давно скрылась из поля зрения. Даже запах в воздухе не остался, чтобы проследить за ней. Эти двое наемников применили эффективную магию для побега. Как она не пыталась своим орлиным зрением найти их путь отступления, все оказалось напрасным, враги удачно «смылись». Что им было нужно? Весьма непонятное, не однозначное и очень странное происшествие. Оберону беспокоило то, что они могли услышать. Как вообще они ее выследили, а может они следили за Лярвой? Предстояло срочно разобраться в этой ситуации.
        Обратившись в человека под мостом в своей деревне, Оберона поспешила на семейный ужин, который должен проходит сегодня в доме Антона. Все ее уже ждали. Когда в дом вбежала Оберона, Мария вышла ей на встречу и громко залепетала:
        — Оберона! Где ты была?! Мы же беспокоились!
        — Хватить там ругаться, идите сюда!  — раздался голос Ильи из гостиной.
        Как только все уселись за накрытый стол, заговорил Илья, обращаясь к дочери:
        — Куда ты вечно пропадаешь? Ты уже долгое время ведешь себя очень странно. Сегодня у меня возникло такое впечатления, что тебя вообще не было в деревне. Ища тебя, я обошел все дома и даже дошел до водопада. Звал тебя, но ты так и не откликнулась. Не стал поднимать панику и только сейчас говорю об этом всем, так как ты пришла практически вовремя на ужин.
        — Я так и знала, что что-то не так!  — обеспокоенно сказала Мария, смотря на Оберону.
        — И где ты была?  — повторил вопрос Илья.
        Все смотрели на Оберону в ожидании объясняющего ответа. Эти взгляды вызывали у нее дискомфорт.
        — Я ходила по лесу… ела ягоды,  — ответила Оберона, надеясь, что их устроит такой ответ.
        — А почему ты не отозвалась тогда?  — возмутилась Мария.
        — Я не слышала!  — судорожно ответила Оберона.
        — Ладно,  — вмешался Антон,  — прекратите! Главное ты вернулась,  — обратился он к внучке,  — но в следующий раз предупреждай родителей куда идешь, чтобы в случае необходимости тебя быстро отыскать.
        «Сегодня ночью я лечу в Одрадек»,  — скорчив недовольное лицо, подумала Оберона.
        — Хорошо,  — уже вслух тихо ответила она родным.
        После ужина, перед тем как отправиться вместе с мамой и папой домой Оберона решила поговорить с дедушкой, позвав его в отдельную комнату. Она не хотела, чтобы их разговор подслушивали другие.
        — Ну, спрашивай, что хотела?  — улыбаясь, спросил Антон.
        — Что ты знаешь о «Всевластие»?
        — Это значит править всем…
        — Нет,  — перебила она его,  — я имела виду материальную ее форму!
        — Не понимаю о чем ты?
        — Я о «Книге власти» говорю. Ты слышал о ней?
        Антон задумчиво посмотрел в окно, «копаясь» в своей памяти.
        — Слышал. Она — миф. Не может в нашем мире существовать столь могущественная вещь.
        Оберона возмущенно хмыкнула.
        — А в другом мире?!
        Антон, улыбаясь, посмотрел в серьезные глаза внучки.
        — Зачем тебе знать о ней?
        — О ней… не зачем, а вот о возможном ее месте нахождения надобно.
        — Ты собралась ее разыскать?  — в шутку спросил Антон, не подозревая о серьезных намереньях внучки.  — По одной легенде она спрятана в тайных ходах дворца города Ориона, ну теперь города Астарота. По другой, в подземельях дворца Одрадека, где проживал ранее Велиал. По третьей, в глубинах океана Амрита.
        — Если «Всевластие» есть во дворцах, то почему ею не воспользовался Велиал.
        — По легенде говорится, что ее не каждый может прочесть, да и открыть. Она сама выбирает себе хозяина и всегда из числа дини-ши. Но дини-ши уже вымерли.
        — Осталось двое,  — необдуманно сказала Оберона.
        — Откуда такие подробности?!  — удивился Антон.
        — Из волшебного ларца,  — ответила Оберона и рассмеялась.
        Антон улыбаясь, поцеловал внучку в макушку.
        — Я просто где-то об этом прочла,  — более серьезно ответила она.
        — Ладно! Найдешь книгу, не забудь показать ее мне,  — снова в шутку сказал Антон.
        «Не выйдет дедушка! Она не мне нужна»,  — подумала Оберона, при этом на ее лице засияла хитрая улыбка.
        Подойдя к двери, Оберона уже собралась выйти к родителям, как Антон, вспомнив, сообщил ей новость, о которой она уже и так знала:
        — Кстати! О семье Несо. Я узнал от Абигора. Они мертвы. Интересно знает ли об этом помощник советника?
        Оберона посмотрела на дедушку и, поблагодарив его за исполненную просьбу, вышла из комнаты.
        Владислав нервно разорвал в клочья записку, переданную ему воином, кинул ее в пепельницу и дрожащими руками поджег в ней огонь. Бумага запылала и быстро обуглилась. На глазах, полных ненависти, наворачивались слезы, но Владислав держал себя достойно, медленно убивая в себе эмоции. Ему хотелось мести, теперь он искренне ненавидел Ваалберита и более не считал его своим наставником.
        Лежа на кровати и смотря в потолок, на котором играли тени от горящей свечи, Владислав вспоминал своих родителей, думал о том, как мало он провел с ними времени. Он вспоминал своего работягу отца, который целые дни проводил на земле, занимаясь ее обработкой и выращиванием овощей; вспоминал мать, которая любила заниматься разведением кур разных видов, а в перерывах от работы много читала и учила его. Время летело, а спать не хотелось. Размышления прервал громкий стук в окно. Владислав не видя гостя, наперед знал кем он может быть. Медленно поднявшись с кровати и накинув халат, он отодвинул занавески и впустил в свои покои собаку.
        Оберона, посмотрев на Владислава, догадалась, что он обо всем узнал.
        — У тебя проблемы?  — осторожно поинтересовалась она.
        — Ты… некогда предлагала мне избавиться от Ваалберита,  — тихо с тяжестью в голосе сказал Владислав и отчаянно посмотрел в глаза собаки.
        — Хочешь стать советником?
        — Это не имеет значение! Я желаю, смерти этому подлому, ничтожному демону!  — с ненавистью ответил Владислав и отвернулся, чтобы собака не видела его полных слез глаза.
        — Запросто! Я ждала когда ты согласишься… Но, что тебя подвигло на это?  — спросила Оберона сделав вид что ничего не знает.
        — Он приказал убить моих родителей, сразу после моего отъезда из закрытого поселения… Я все эти года находился в неведенье! Я даже подумать не мог, что так будет! Это я виноват,  — Владислав схватился за голову.
        — Мне жаль,  — посочувствовала Оберона,  — в этом нет твоей вины. Демоны слишком жестоки. Скорее всего, Ваалберит сделал так, чтобы тебе некуда было возвращаться. Ты должен ему отомстить! И занять его место.  — Оберона решила «подловить» момент пока чувства туманят ему разум, и нацелить его на заполучение столь высокой должности.
        Книги на Книгоед.нет
        — Ты мне поможешь?
        — Конечно! В скором времени Ваалберит покинет этот мир.
        — Зачем ты сегодня явилась?  — спросил Владислав, вытерев слезы и посмотрев на собаку.
        — Рассказать о том, что я намереваюсь обшарить подземелья дворцов Астарота и Одрадека.
        — Для чего?!  — удивленно спросил Владислав.
        — Услуга за услугу, я ищу то, что нужно Калипсо… Мне необходимо выяснить, кто хранит ключи от подземелья в этом дворце?
        — Проще спросить у самой Калипсо. Я это сделаю.
        — Хорошо, а я стащу ключи у Ксафана,  — сказала Оберона.
        — Что-то еще нужно?
        — Да. Ты знает что-нибудь о Мутном зайце и его напарнице Пуле?
        — Нет. И кто они такие?
        — Наемники. Они подслушали мой разговор с Лярвой. Возможно, их нанял кто-то из дворцов или же…  — Оберона задумчиво замолчала.  — Поспрашивай, у кого сможешь,  — добавила она.
        — Это не опасно?  — настороженно спросил Владислав.
        — Переживем,  — ехидно ответила Оберона и попросила открыть ей балконную дверь.
        Они попрощались, и Оберона улетела, приняв облик птицы. Через пару часов она прибыла в Оливьер. До рассвета оставалось два часа, этого времени Оберона посчитала достаточным, чтобы добиться ответов от Абигора на некоторые вопросы.
        Абигор впустил собаку в свой кабинет через балконную дверь и присев в кресло за столом, закурил сигару. Выдыхая дым через ноздри, он медленно поглаживал свою бороду.
        — Разбудила меня раньше времени. В чем дело?  — спросил он ее спокойным голосом.
        — Как ты смеешь подталкивать людей на смерть?!  — злобно прорычала собака, нервно передвигаясь из стороны в сторону по кабинету.
        — В смысле? Люди сами хотят этого.
        — Но ты мог их отговорить!!! Они уже собрали оружие, а Велиал уже в пути и осталось совсем немного времени до дня, когда люди отправятся следом за ним!
        — Это их шанс наконец-то завершить эту долгую войну.
        — С такими силами, как у людей ты думаешь, в чью пользу будет завершена война?! Даже я — не такой специалист в этом деле понимаю, что если они нападут на Велиала, то не выживут!
        — Скажи, ты о людях печешься или о себе?
        Оберона разозлилась, и с разбегу запрыгнув ему на стол, злобно оскалила зубы. Из-за бороды улыбки на лице Абигора практически видно не было, но его настроение выдавали его глаза.
        — Наверно, все-таки, о людях,  — тихо ответил он сам на свой вопрос.
        — И о себе,  — добавила Оберона.  — Это ты нанял Мутного зайца следить за мной?!
        — Наемника?!  — удивился Абигор.  — Нет, не я. Ты меня совсем не жалуешь.
        — А кто тогда? Мне кроме тебя никто в голову не приходит!
        — У тебя мало врагов?
        — Мало тех, кто меня знает, и кто мог меня видеть в живую!
        — Мутный заяц часто работает на одну фейри из Астарота, по имени Шейла.
        Оберона довольно хмыкнула, спрыгнула со стола и вышла на балкон. Обратившись в птицу она улетела, не обращая внимание на Абигора, который ей в след прокричал вопрос:
        — Как ты связана с Шейлой?
        После обеденного времени Владислава на разговор позвал Велиал и сообщил ему, что придется возвращаться в Астарот, так как Ваалберит едет по срочному делу к князю телхинов. Перед Владиславом поставлена задача приглядывать за дворцом в Астароте и следить за делами в империи. Немножко удивленный Владислав, не боящийся трудностей, обрадовался — император явно доверяет ему. Теперь предстояло осведомить об этом собаку.
        Поговорив с императором, Владислав отдал указание своим слугам немедля собрать его вещи и отнести их в карету, а также готовиться к отъезду в столицу империи, после чего он отправился прогуляться в сад. В саду Владислав встретил Асмодея и Шакса. Шакс за что-то отчитывал своего помощника, но при виде помощника советника резко замолчал и махнул рукой: дал понять Асмодею — уходить. Асмодей с глухой ненавистью в глазах поклонился им обоим и ушел прочь.
        — У вас проблемы с помощником?  — поинтересовался Владислав.
        — Хм, нет. Просто наши взгляды в ведении военных дел расходятся,  — ответил Шакс.
        — Тогда почему бы его не заменить?
        Шакс пристально посмотрел в глаза Владиславу и, улыбнувшись, ответил:
        — Наверно, скоро заменят меня.
        — Что вы имеете в виду?!  — недоумевая, спросил Владислав.
        Откуда не возьмись появилась Калипсо и не вовремя вмешалась в их разговор, приобняв за руку Шакса:
        — Любимый, тебя ищет наш князь.
        Шакс попрощался с Владиславом, пригласил с собой жену, но она тут же отказалась, сказав, что у нее есть пара вопросов к помощнику советника, ответы на которые ей необходимо получить до его отъезда. Шакс ушел, и Владислав остался наедине с Калипсо.
        — Какие у вас ко мне вопросы?  — спросил Владислав.
        Калипсо нежно, загадочно улыбнулась.
        — Ну, я это мужу специально сказала, чтобы он не потянул меня за собой. Там где Оникс, там и император.
        Владислав задумался о том, что в последнее время, с тех самых пор, как во дворец прибыл Велиал, он редко видел ее, а точнее только на торжестве в честь прибытия императора.
        — Вы избегаете императора?
        Калипсо мило скривила губы и нахмурила брови.
        — Да-а-а,  — тихо протяжно ответила она,  — я не желаю видеть его не только как императора, но и вообще, видеть.
        — От чего такая неприязнь?
        — Разве вам собака не рассказывала?!  — удивилась Калипсо.
        — Нет,  — ответил Владислав и вспомнил кое о чем важном,  — Калипсо вы случайно не знаете, где хранятся ключи от подземелий Одрадека?
        — Конечно, знаю,  — ответила Калипсо и широко улыбнулась,  — у меня!
        — У вас?!  — недоумевал Владислав.
        — Вы думаете, я так здесь без дела слоняюсь?! Я временно исполняю обязанности управляющего двора, но на днях меня примут на постоянную должность. Так получилось, что предыдущего управляющего, полгода назад, убили в городе люди,  — Калипсо наклонилась ближе к Владиславу и тихо добавила,  — у него было пристрастие шляться по борделям, вот и получил свое. Зачем вам наши подземелья?
        — Собака хочет обыскать их ради вас,  — ответил Владислав.
        — Понятно,  — задумчиво сказала Калипсо, затем поразмыслив, рассмеялась.
        — Над чем вы смеетесь?
        — Передайте ей, что она может забыть про подземелья дворца Одрадека. Я их уже обыскала, там нет того, что мне нужно.
        — А что вам нужно?  — поинтересовался Владислав, и тогда Калипсо поведала ему о «Всевластие» и о судьбе ее вида.
        Владислав слушал ее с удовольствием. Рассказ Калипсо произвел на него яркое впечатление. Как оказалось книги врут, многое в ее истории отличалось от того, что ранее читал Владислав, но почему-то он верил именно ее словам. Ко всему прочему книга «Всевластие», которую он считал мифом, может оказаться — реальной. Те тайны, которые она хранит в себе, обеспечат ее владельца неограниченной магической силой и, конечно же, властью. Владиславу захотелось собственными глазами увидеть эту бесценную реликвию. Напоследок, на всякий случай, он поинтересовался у нее о подземельях столичного дворца империи, Калипсо отчего-то резко побледнела и ответила, что ей не известны там хранимые тайны. Так они и разошлись.
        В последний раз, войдя в свои покои дворца Одрадека, Владислав внимательно осмотрел их, чтобы ничего не забыть, затем он вышел на балкон. Откуда не возьмись, появилась огромная птица, и резко обратившись в собаку, пригнула на него, опрокинула его на спину и уперевшись своими мощными лапами ему в грудь, выпустила когти.
        — Это ты Шейлу попросил проследить за мной?!  — разъяренно зарычала она ему в лицо.
        Шокированный Владислав пару минут соображал: что происходит, а затем возмущенно ответил:
        — Нет!
        — Тогда как ее подельник меня нашел?!
        — Кто именно?
        — Мутный заяц!!!
        Владислав чувствовал, что собака разъярена.
        — Обра, я знать не мог что он ее «подельник»… Может он следил за Лярвой? Он же тоже наемник.
        По напуганным глазам Владислава Оберона поняла, что он ей не врет и слезла с него. Обратившись в птицу, она улетела без объяснений, так же как поступила с Абигором. Недовольно проворчав Владислав поднялся, отряхнулся и отправился к своей карете при этом он продолжал прибывать в легком шоке и недоумении.
        Прошла бурная неделя. То, о чем узнала Оберона, ее сильно встревожило, в тот миг покой покинул ее душу. Велиал огласил на всю империю свое желание переговорить с людьми о мире и по возможности заключить с главой тайных поселений примирительный договор, который якобы должен со временем обеспечить людям безопасное проживание в империи. До Антона такая весть долетела очень быстро. Люди принялись размышлять и взвешивать все за и против. Они прекрасно понимали, что в этом есть подвох, так как император ярый ненавистник людей и явно замыслил неладное. Многие запротестовали, не желая подаваться хитрой уловке императора, но среди людей тайных поселений нашлись и те, кто питал надежду, что мир возможен без войны. Споры разделили людей на два фронта, а практически все варлоки терпеливо ожидали решения Антона
        Антон три дня обсуждал этот вопрос наедине с сыном и Аенгусом. Илья выступал за переговоры с императором, предлагая провести их на открытой территории, где негде будет спрятаться имперским войнам и атаковать людей исподтишка. Аенгус занял противоположную позицию, твердя о том, что Велиал хитер и не явится на встречу в одиночку, обязательно прихватит с собой самых сильных, воинственных представителей империи. Ему достаточно будет: Пута Сатанакия, Оникса, Шакса и Асмодея, чтобы убить сотню вооруженных до «зубов» людей и варлоков. Антон не мог сразу определиться с выбором. Рискнуть и явиться на встречу с императором, возможно Велиал одумался и понял, что империя должна быть единой и для людей и для демонов, что люди тоже имеют значение для этого мира. Но если Велиал затеял это ради того, чтобы выманить главу поселения и по средствам взятия его в плен или даже убийства снизить боевой дух мятежников, то тогда придется туго.
        Антон понимал, что если идти на переговоры, то только с войском, только вот как его скрыть, чтобы не нервировать демонов? К концу третьего дня Антон принял сложное для себя решение: рискнуть и удовлетворить пожелание Велиала. Он пожелал самолично встретиться с императором и обсудить, по возможности, разрешить все конфликтные вопросы. Илья выступал против того, чтобы на встречу ехал Антон, так как хоть и был за переговоры, осознавал опасность предстоящего дела. Поразмыслив, Аенгус, прекрасно понимая что этих двоих уже не отговорить от принятого рискованного решения, выдвинул идею, как спрятать две и даже три сотни людей на открытой местности, а именно при помощи того же средства, что скрывает скрытые поселения, только вот необходимо заранее для этого подготовить местность. В результате они пришли к единогласному решению о том, что переговоры состоятся лишь в том случае, если Велиал согласится провести их на территории, которую выберут люди. Теперь предстояло огласить решение главы скрытых поселений народу и после голосования, его приведут в исполнение, либо напросто откажутся от этой затеи.
        Оберона, на протяжении трех дней, пока шли переговоры в доме Антона, не покидала его пределов. По утрам она сидела на лестничной клетке в доме, а ночи просиживала у трубы на крыше. Она боялась того решения, что в результате принял Антон. Отговорить их, как обычно, она была бессильна. В такие моменты Обероне хотелось быть старше, чтобы в семье иметь право своего голоса. Она терпеливо молчала, в душе трепетала последняя надежда на то, что большинство людей в тайных поселениях проголосуют против проведения переговоров с императором.
        Голосование прошло за два дня и со всех тайных поселений в поселение Антона слетелись почтовые птицы с подчитанными голосами и подведенными итогами. И снова надежды Обероны не оправдались. Большинство захотело пойти на риск и изъявило желание быть в числе тех, кто отправится на встречу с императором. Оберона гневалась, возмущалась и мысленно называла их всех глупцами, включая своих довольных отца и деда, считая, что они бездумно идут на смерть. Хотелось плакать, она злилась на них и опасалась за их жизнь, но ничего поделать не могла.
        Вскоре Велиал получил ответ написанный рукой Антона. Письмо доставил доброволец из числа мятежников. В письме с положительным ответом, помимо всего написанного, указывалось место на песчаных землях, где люди желают встретиться с Велиалом, а также то, что он должен будет явиться на переговоры без военноначальников, без князей и советников, ему разрешено взять с собой войско не более чем в тридцать демонов. Еще одно условие выдвинутое людьми императору: Велиал будет разговаривать с представителем тайных поселений — Ильей. Велиалу не было известно, что Илья сын Антона Бетельгейзе и Антон осторожничая, не стал этого выдавать. Но как бы то ни было, со своим ответом Велиал не промедлил, передал его тому же добровольцу что принес ответ Антона. Словесный и простой имперский ответ звучал как: «Я на все согласен! Через полмесяца, отчет начат с сегодняшнего дня, в среду, встреча должна состояться».
        Еще до того, как люди получили ответ от императора, Аенгус со своими варлоками отправились на то самое место, где должна состояться встреча и принялись за его подготовку: возводили невидимую оборону, изучали местность, искали лучшие позиции для атаки и на всякий случай, ходы для отступления. Они понимали, что Велиал — могущественный демон и никому не известно точное количество договоров, которое он заключил с лоа за свою долгую жизнь, а это означает, что он может оказать невообразимо сильное сопротивление, губительное для людей и варлоков.
        Забросив все свои дела, Оберона наблюдала за всем процессом подготовки к переговорам, даже следила за императором, который, как не странно, вел себя совершенно обычно. Он толи чувствовал, что за ним возможна слежка, толи реально решил пойти на примирение с людьми. Он не собирал войско, не готовил хитроумных планов, быстро определился с теми, кто с ним поедет на переговоры: совершенно ничем не примечательных ровно тридцать звероподобных воинов из имперского войска. В последнее верилось с трудом. Не слабо поразило Оберону то, что Велиал отдал указ князям совместно разработать примирительный договор и выделил на это им около недели. Она «запуталась», но не позволяла себе податься наивной вере в лучшее. Оберона отказывалась верить в будущее мирное сосуществование людей и демонов.
        Пару раз Оберона посетила Абигора, но попусту, он не желал слушать собаку и настаивал на том, что это дело людей — правое. С каждым последующим днем Оберона все меньше доверяла ему. Хоть в Абигоре она не видела врага человечеству, что-то в нем ей не нравилось. Парою Обероне казалось, что Абигор преследует какие-то личные цели и даже подозревала его в том, что он желает занять имперский трон после того, как людьми будет свергнут Велиал. Оберона решила для себя, что не допустит этого и будет следить за каждым его шагом.
        Сотня людей и полста варлоков под предводительством Ильи выдвинулись к песчаным землям. Он посчитал такое количество воинов достаточным для того, чтобы справиться с тридцатью демонами и одним императором. Аенгус с двумя сотнями воинов отправился на восток земель скал к строительству нового военного городка империи, куда, как им стало известно, с рабочей поездкой отправились Пут Сатанакий, Оникс и Асмодей. Аенгус преследовал цель, в случае если Велиал схитрит и нападет на войско людей Ильи, убить главного военноначальника империи и всех тех, кто с ним. В свою очередь, на территории земель телхинов Ваалберита тоже поджидали мятежники с той же кровавой целью. Антон остался в деревне, в ожидании новостей.
        Эмоционально не выдержав, Оберона сорвалась и, приняв облик птицы, отправилась следом за отцом, намереваясь остановить его. Выждав первого захода солнца в пути людского войска, она в облике собаки преградила им путь и потребовала разговора с Ильей. Сердце бешено билось, казалось, что оно вот-вот выскочит из груди, все четыре лапы немели, мурашки проносились по коже, шерсть поднималась дыбом, но она решилась встретиться лицом к лицу с отцом, в надежде, что он в ней не признает дочь.
        Некоторые из людей попытались отговорить своего предводителя от общения с собакой, в один голос твердя о том, что она не вызывает доверия. Недолго поразмыслив, Илья согласился переговорить с собакой, она его заинтересовала. Они отошли в сторону, куда намерено, подальше от чужих ушей и глаз, отвела его Оберона. Разговор длился около часу, но желаемых Обероной результатов не дал. Илья решительно настроен на встречу с императором. Какими только способами Оберона не пыталась повлиять на решение отца: и поведала о своем плане, который поразил его, но столько времени, сколько понадобится ей на его реализацию Илья ждать не намеревался, и запугивала его силой, которой обладает император, и даже угрожала сдать его семью императору, в случае, если Илья проиграет битву. Но только Оберона не решилась признаться отцу — кто она есть, кто в данный момент в облике черно-рыжей собаки стоит перед ним. Войско стремительно продолжило свой путь.
        Упрямство отца вывело Оберону из себя, она «плюнула» и полетела домой поддержать свою маму, которая очень сильно переживала за мужа и в последнее время много плакала и плохо ела. Оберона беспокоилась за нее также как и за отца и не могла себе позволить ее оставить в такое сложное время одну дома наедине со своими безумными мыслями. Сердца у обоих болели, скоро все свершится. Мысли о том, что их отец и муж в одном лице не вернется с переговоров с императором — пугали Оберону и Марию, безжалостно терзали их души.
        Две последующие недели пролетели в мучительном ожидании новостей от Ильи и Аенгуса. Оберона не покидала пределов деревни, страх сковал ее в действиях. Она боялась за пределами своей безопасной зоны услышать или увидеть то, чего не желает ее сердце. Последнюю неделю перед днем переговоров нескончаемо лил дождь, размывая в округе дороги и затапливая погреба домов, отчего людям в деревне прибавилось работы. Оберона помогала маме вытаскивать из погреба и просушить продукты. Иногда она посещала дом дедушки в надежде услышать от него последние новости, но последнее сообщение, которое поступило к нему четыре дня назад от Ильи: «Мы прибыли на место встречи…».
        Пустое поле, огромные просторы без видимого горизонта. Черная, потрескавшаяся от сухости, пыльная земля под ногами внезапно задрожала, и из-под нее одновременно полезли тысячи белых, деревянных, безликих кукол издавая при этом противные скрипящие звуки. Подобно мертвым, выбирающимся из своих могил, они жаждали свободы, стремились оказаться на поверхности. Выстроившись в ровные ряды, куклы образовали идеальной формы квадрат. Словно по команде невидимого командира они одновременно высоко подняли головы, вглядываясь в затянутое мрачными тучами небо. Полил дождь, небо загремело, раздались звуки электрического разряда и тут же в разные стороны, беспорядочно полетели молнии, извиваясь как змеи. Земля засверкала, и через мгновение куклы загорелись, неподвижно оставаясь каждая на своем месте. В воздухе залетала древесная сажа, но пахло кровью и горелым мясом. В дыму и пламени куклы, также одновременно, склонились на колени и завизжали. И в этот жуткий момент Оберона открыла глаза, вернувшись из сна в реальность, но визг продолжал эхом звучать в ее ушах.
        Не поднимая головы с подушки, Оберона медленно повернула голову к окну, из-за занавесок просвечивался дневной свет. «Сколько сейчас времени?» — подумала Оберона и потянулась за часами стоящими на тумбочке у кровати. В этот момент в комнату без стука вошла Мария. Сердце словно замерло, Оберона испугалась. На бледном лице матери глаза опухли от слез. Она подошла к дочери и присев на кровать медленно наклонилась к ней, крепко обняла, прижав к себе.
        — Оберона… твой отец попал в засаду… Его схватили демоны и увезли… в Астарот!  — тихо, дрожащим голосом сообщила Мария.
        После этих слов Оберона словно упала в пропасть, но при этом оставаясь в сознании. Она не могла поверить в услышанное, эмоции исчезли, странное ощущение пустоты овладело ее душой и разумом.
        ЗАКЛЮЧЕНИЕ

        
        Оберона.
        Я всегда себя ощущала иной. Люди в округе были обычными, они не слышали песен цветов и шепот камней, а я не могла рассказать о том, как необычен, прекрасен этот мир. Меня бы не поняли и стали бы, возможно, бояться. Я иногда сама боялась в ночи услышать разговоры птиц.
        Мне суждено было встретить Иштар, заключить с ней договор и обратиться в Черную Собаку.
        Мне не дано быть человеком, и не дано быть демоном. Я хочу быть собой. Я движусь только вперед, следую судьбе.
        Скажи мне время, на моей ли ты стороне? Почему так безжалостно ты губишь мой планы?
        Люди ведут борьбу за жизнь, за место под солнцем, за будущее для своих детей. Неуч-то это бесполезное дело? Разве демоны — это действительно высший вид, ради которого существует этот мир. Они основа всего? Тогда зачем рождены мы?
        Я обязательно найду ответы на эти бесконечные вопросы, пронизывающие мое сознание…
        Я всего лишь хочу спасти человечество, спасти свою семью. Я не могу себе позволить остаться без них. Они мой смысл жизни. Моя душа несет свет благодаря им. Если не станет их, то и добро уйдет. Не заставляй меня ненавидеть тебя еще сильнее! Время, дай мне шанс спасти родных и себя!

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к