Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Эзотерика / Ананда Атма: " Личная Реальность Координация Проекта " - читать онлайн

Сохранить .
Личная реальность. Координация проекта Атма Ананда

        Это книга о Реальности, значит, она ориентирована на включение разума и благости. Если первый развивается в процессе самоисследования, который относится к философии в подлинном смысле, то вторая развивается в процессе духовной практики, которой ныне многие занимаются, или, по крайней мере, им так кажется. Именно разум помогает человеку выйти на уровень бытия-сознания-блаженства - последняя оболочка, снятие которой оставляет только полное Единство. Духовная практика - сверхразумная деятельность, а не витание в мистических облаках, как бы того многим не хотелось от собственной лени.

        Атма Ананда (М. В. Николаева)
        Личная реальность. Координация проекта

        Введение
        Исходная бессмысленность

        К обычной жизни, которая сводится к воспроизведению самой себя во все более сложных формах со все более качественным наполнением, относится не такой уж узкий спектр состояний. Современный «средний человек», как правило, хорошо развит на трех уровнях - физическом, энергетическом и ментальном. Материальные достижения очевидны, да и способности управлять энергией и создавать необыкновенные мыслительные конструкции тоже. Если жизнь по принципу «есть и спать» не может удовлетворить человека, то ведь и энергетические и ментальные процессы производятся сходным образом, только тоньше.
        В индуизме существует концепция панча-коша (пять тел), которая дает наглядное представление о бессмысленности существования на трех нижних уровнях без работы на двух высших, а ведь так живет подавляющее большинство людей, даже хорошо развитых на энергетическом уровне целителей или творящих чудеса на ментальном уровне ученых. Два высших уровня в переводе - разум и благость. Разум отличается от ума структурой рефлексии (самосознание, или мышление о мышлении) и объектом (не многое, а единое - различение истинного и ложного). Благость - это не счастье, а бытие-сознание-блаженство.
        Западный образованный человек может возмутиться предположением, что у него не развит разум, но в подавляющем большинстве случаев это действительно так. Человек может уметь думать, изощряясь в усложнении объекта и методологии до бесконечности, но здесь не включается собственно разум как способность различения истинного и ложного, или реального и нереального. Это удел исключительно философов, да и то только в верном смысле слова, а не получивших философское образование по принципу накопления знаний о том, что думали великие философы, но так и не начав думать о Бытии самостоятельно.
        Это книга о Реальности, значит, она ориентирована на включение разума и благости. Если первый развивается в процессе самоисследования, который относится к философии в подлинном смысле, то вторая развивается в процессе духовной практики, которой ныне многие занимаются, или, по крайней мере, им так кажется. Именно разум помогает человеку выйти на уровень бытия-сознания-блаженства - последняя оболочка, снятие которой оставляет только полное Единство. Духовная практика - сверхразумная деятельность, а не витание в мистических облаках, как бы того многим не хотелось от собственной лени.
        Здесь мы подробно рассмотрим сами понятия реальности, чтобы картографировать представления людей о реальном в их жизни. Уже в этом процессе депрессивное прозрение в бессмысленность своего существования заставит нас перейти к следующей части - теме самореализации, которую тоже мусолят ныне повсеместно, часто редуцируя к ценностям и целям все того же бессмысленного существования. Затем мы рассмотрим качественное отличие ситуации для женщины, у которой воистину «своя реальность» в силу исходной структуры. И в завершение обозначим самые общие черты перехода от жизни к практике.
        Это пособие для начинающих, однако оно насыщено терминами и примерами из сферы духовной практики, поэтому скорее будет понятнее и полезнее практикующим как дополнительный ракурс на свою деятельность. Для начинающего само чтение такого текста - вызов для их разума и благости, который должен заставить их включаться уже хотя бы для того, чтобы понять, о чем здесь идет речь. Многие ученики говорили мне, что им все ясно, пока я объясняю, но трудно удержать, оставшись одним. Во многом подобное чтение создает некое «инициированное состояние», когда становится понятным непонятное.
        Часть 1
        Реальность и реальное

        Реальность (без нереальности)

        «Бытие есть, а небытия и вовсе нет»
    Парменид

        «Быть или не быть - вот в чем вопрос»
    Шекспир

        Когда речь заходит о реальности, едва ли люди понимают друг друга, о чем именно они говорят. Сюда относятся не только философские определения реальности как таковой, но и обиходные слова «по-настоящему», «на самом деле», «в действительности», «подлинно», «фактически» и пр. Всегда присутствует подспудное чувство, что далеко не все «реально». Обнаружение «подделки» в окружающем мире становится одним из мощных стимулов духовного поиска. Всерьез этим занимаются веками и тысячелетиями, но очевидно главное: посторонние доказательства, принятые на веру, не дают уверенности без личного опыта.
        Самый простой пример «конфликта интерпретаций» реальности - материализм и спиритуализм. Один говорит: «Материя - это реальность, данная нам в ощущениях», - а другой уверяет: «Весь мир иллюзорен и преходящ, а Дух обладает вечной реальностью». Вот так они и спорят. И не только они - далее людям удалось выделить много аспектов и признаков реального в противоположность нереальному. Но каждому всегда хочется найти окончательную реальность, которой не противостоит ничто нереальное. Итак, появляется надежная «своя реальность» в результате процесса так называемой «само-реализации».
        Очевидно, реальность имеет некоторую культурную предопределенность. Оплот одной религии представляется химерическим миром другой религии. Все войны за веру, унесшие больше всего человеческих жизней, по сути, велись за право определять реальность по-своему. Это не шутка - ибо нереальное существование подобно смерти, если не хуже смерти, которая неподкупно реалистична. Быть «настоящим человеком», а не призраком среди призраков, - вот за что бьются личности и целые народы. И ведь быть настоящим - по своему, а не для кого-то другого. Никакое внешнее признание не утоляет щемящее чувство нерельности.
        Отсюда еще два ракурса - реальность в себе и для себя, независимо от признания, или объективная реальность, и признанная субъективная реальность, которая не считается с иными субъектами. Бог как абсолютный субъект - воплощение последнего варианта. Бог как безличное бытие - идеал первого предположения. «Быть или не быть» - это вопрос «человека ищущего» с позиций субъективности. Бытие как субстанция - объективный плацдарм для всего происходящего, сравнительно с ним - нереального. Своя реальность никогда не дана исходно - это голубая мечта человечества, ориентир человека ищущего.
        Здесь мы исследуем реальность. Исследование - это не поиск. Реальность всегда дана. Именно данную реальность можно исследовать. Туманную реальность можно только искать. Важно определить степень собственной реальности, а она может быть только предельной, ведь даже реальность на 99 % должна быть признана нереальной. Реальность не дозируется. Ты либо есть, либо нет - третьего не дано. Тем не менее, мир представляется невозможным смешением реального с нереальным, вплоть до их слияния и тождества. Это задает мучительнейший парадокс человеческого бытия - есть ли мы или только снимся.
        Первоначальный посыл задуматься о своей реальности или степени ее воплощения нуждается в дополнительных вехах: как мыслить чистое бытие? Не навязывая стереотипы, давайте посмотрим, как предлагают понимать реальность в разных традициях - хотя бы западной и восточной, или несколько более подробно. Принимать реальность как она есть - это надкультурный уровень, до которого непросто добраться. Человек рождается в среде предопеределенной реальности, ему приходится работать над социальной реализацией и далее. Отказаться не получится - как говорится, «жизнь заставит», но всегда есть выбор.
        Конкретизация самой реальности

        «Что же делать, и боги спускались на землю»
    Высоцкий

        «Давай брат отрешимся, давай брат воспарим»
    Окуджава

        Просто иметь дело с абстракциями: «бытие есть», но вот разобраться, что есть реального во всем многообразии мира - задача неподъемная для большинства смертных. Даже философ, решая вопрос, как бог творит мир, или как единое становится многим, вынужден ссылаться на непостижимую волю божью или спонтанный космический большой взрыв и пр. Если реальность - единое прочное основание, то единство в многообразии рассыпается прямо на глазах. «Все или ничего» - вот максима реалиста: все реально, а иначе ничего не реально, и куда тогда податься? Собственно, реалистов среди нас нет, и каждый тешится суррогатом.
        Пристально всматриваясь в реальность нереального, можно выделить структуры воплощения и одухотворения как два противоположных направления при переходах из реального в нереальное и обратно. Воплощение - реализация материалиста: есть голая идея, которую надо воплотить в жизнь, а без этого она остается утопическим замыслом, не обладает никакой реальностью. Одухотворение - реализация идеалиста: снять покровы материи, избавиться от зависимости перед фатально происходящими событиями, выйти из круговорота перевоплощений и управлять природой с недосягаемых для нее высот духа.
        Для человеческих существ есть выбор, а в действительности, или в вечности, все происходит одновременно. Вот и получается, что граница между реальным и нереальным оказывается совершенно неуловимой. Воплощение размывается одухотворением, и снова, одухотворение отягощается воплощением: «Что же делать, и боги спускались на землю». Одухотворение самой материи часто становилось задачей полной духовной реализации - многие традиции пытались найти баланс между реальным и нереальным, или сделать все нереальное реальным. Впрочем, многим было достаточно это увидеть и констатировать.
        Здесь возникает такой интересный религиозный феномен, как навязанная реальность (мистификация). Возникновение особого класса священников, который обладает тайным знанием подлинной реальности в отличие от профанов, которые должны признавать свое существование в неведении и нереальности, пока не получат подтверждение реальности свыше. Реакция на подобное положение дел порождала отшельников, искавших «свою реальность», основанную исключительно на собственной убежденности в личном опыте. Они тестировали нереальное на степень реальности напрямую, без всяких посредников.
        Подобное тестирование подчас проводит каждый из нас, когда в некой ситуации или при встрече вдруг с полной уверенностью неожиданно для себя произносит: «Вот это настоящее!». Интуитивное чувство повышенной концентрации присутствия подлинного бытия посреди не внушающего доверия существования прорывается само собой, и человек едва ли даже способен объяснить поначалу, почему он решил, что это «настоящий святой» или «настоящая любовь». То есть реальность конкретизирует сама себя - в проявлении реальности, которое нереально как нечто преходящее, присутствует сама реальность.
        В процессе конкретизации реальности повсюду выделялись две главных роли - свидетель и деятель. Здесь мы тоже сталкиваемся с изнурительной диалектикой сторон: посмотрим любую религию, и мы обнаружим, что Бог вне мира, он не затронут его игрой, а лишь созерцает происходящее, но также Бог - единственный деятель, все происходит лишь по его воле, весь мир - лишь пассивная марионетка в руках мастера. Перефразируем теперь исходную задачу: а как нереальный человек может конкретизировать реальность? Разве у нереального существа есть критерии распознавания реального в нереальном? (Пауза.)
        Традиционные пути самореализации

        «Да минует меня чаша сия!..
        Впрочем, не как я хочу, а как Ты»
    Библия

        Таинственное присутствие реальности под спудом нереального мира распространялось и на человека. Самореализация - личное становление реальным - более поздний подход к теме после богореализации - преображения человека в бога. На самом деле, разница в акцентах и терминологии, а по сути самореализация есть богореализация. В любом случае, наивысший идеал исходит из представления о несовершенстве первоначального состояния человека и необходимости его самосовершенствования. Даже апологеты исходной божественности человека как такового были вынуждены искать пути ее раскрытия в силу неочевидности.
        Вообще, нужно признать наличие разных идеалов «настоящего человека», а исходят они из пред-определения реальности. Все зависит от того, кто такой бог в данной религии. Определение бога решает все для человека - то есть задает высшую цель его стремлений в этой жизни. Все дальнейшее - нагромождение социальных, ритуальных, технических и прочих условностей для обеспечения взаимоотношений человека со своим богом, который постепенно ведут его к богореализации - или самореализации на продвинутой стадии. Кем пытаются стать христианин, буддист, индуист, мусульманин - тем же самым или разными?
        В профанном и сакральном пространствах подобные процессы приобретают разный характер. Мирской человек имеет только мечты о сверхчеловеке, и фэнтази никто не вправе ограничить. Это не означает, что оно не обладает властью над умами и душами. Многие «делают себя» не с богов, а с героев, которые стали равны богам. Такой сэконд-хэнд часто кажется ничуть не менее реальной задачей, достойной предельного приложения усилий. Здесь тоже есть культурные традиции и народные герои. Более жесткие консервативные рамки ставит канонизация святости - то есть некий институт признания богореализации.
        Традиционный путь самореализации всегда выносит «самость» в другую личность - учителя, мастера, священника. Существует целая иерархия, которая условно воспроизводит ступени близости к богу или степени совершенства. Человек в традиционном обществе, где существует только один путь, волен выбирать - идти или не идти, но другого пути просто нет. Не идти - значит жить обычной жизнью, до конца признавая право вышестоящих лучше тебя самого знать, что тебе делать. Идти - значит учиться у знающих и обретать их признание в собственной способности не хуже их понимать, что именно надлежит делать.
        Роковая черта в традиционном обществе - посвящение или признание. Когда мастер произносит заветные слова: «Теперь ты мастер», - появляется новый мастер, которому предначертано продолжать традицию. Самозванство в традиционном обществе неуместно. Только мастер решает, действительно ли его ученик освоил все познания и достиг высшего состояния. Ученик, заявивший самопроизвольно: «Теперь я мастер», - имеет шанс создать новую традицию, но он обречен на непризнание пророком в своем отечестве. Реальность определяется сверху вниз. Нереальному запрещено давать определения реальности - табу.
        Власть учителя над учеником в традиционном обществе ужасающа, вот почему не всякий вообще стремился к самореализации. Удел избранных. Постепенно самореализация в контексте смешения традиций становится все более вопросом личного выбора. Все более самореализация начинает приобретать смысл не только достижения Самости, но и своей собственной воли к ее достижению. Это было и в древности, но редко - Будда и Христос, но как многие сгинули в неведении, а могли бы дать человечеству поучительный негативный пример гибельности своеволия и самонадеянности. Самость реальна - а эгоизм нереален.
        Богореализация и/или боговоплощение

        Но вот очередной парадокс - бог без воплощения в человеческом теле тоже, оказывается, не чувствует себя реальным. Конечно, такова лишь людская трактовка - и все же… Всякий раз обнаруживая несовершенство сотворенного им мира, бог нисходит на землю в теле, дабы восстановить процесс воплощения своего исходного замысла. Хватает его успехов недолго в космических масштабах - проходит эпоха, и снова без бога на земле не обойтись. После десятка аватаров в индуизме появился Христос, дабы взять на себя грехи мира, - и заложил основание еще одного традиционного пути самореализации, а точнее, обожения.
        Просветленные люди и боговоплощения (аватары) осуществляют как бы единение человека и бога с обеих сторон. Человек силится стать богом, а богу приходится влезать в шкуру человека. Реальность, как всегда, где-то посредине. «Я есмь бог» - сбалансированное взаимопроникновение, которое в точном смысле вполне можно назвать «своя реальность». Свобода как отсутствие «внешнего» - предельная интериоризация (овнутрение) реальности в самореализации. Когда я есмь бог, мир со всей его нереальностью просто испаряется, ибо он служит лишь опосредованием бога с самим собой через человеческое самосознание.
        Аватар - не пример для подражания, а спаситель. Невозможно «сделать жизнь» с боговоплощения просто в силу его исходно данной реальности. Аватар - не мастер, ибо мастер просто прошел ранее тот же самый путь самосовершенствования, по которому он теперь может провести ученика хоть с завязанными глазами вплоть до просветления. Беда аватара в том, что ему неведомо несовершенство, он не приспособлен к нереальности. Вот откуда фантастические сюжеты злоключений аватаров на этой земле. Впрочем, человек «существо подражающее» - так ведь христиане ввели в практику «сораспятие Христу».
        Всегда нужно помнить о существовании «встречного движения», когда вы заняты самореализацией. Если человек сделает хоть шаг к богу, то тот сам сделает десять шагов ему навстречу. Этим невозможно манипулировать - человек не в состоянии провоцировать бога на проявление милости. В самореализации появляется неизвестный фактор - взаимность со стороны бога. Любовь бога к человеку неоспорима, но она выступает в двух модусах - потенциальном и актуальном. В первом бог больше всего терзает тех, кого любит, позволяя им добиться безупречного совершенства. Во втором «не я живу, а живет во мне Христос».
        Принципиальная нужда в компенсации односторонних усилий создала буддизм. Ведь изначально Будда не был аватаром, он был (подчеркнуто) человеком, достигшим просветления, причем своими силами, разочаровавшись во всех учителях. Ничто не было для него настоящим, пока он не нашел подлинную реальность, как она есть, - и это была… пустота. Единственное, на что можно по-настоящему опереться, пусто. Что же мы видим спустя пару тысяч лет? Целые народы почитают Будду как бога, а целые традиции ввели представление о том, что просветление невозможно без милости Будды. Как это принять?
        По словам одного ученого, если бы бога не было, то его стоило бы придумать. Не менее радикальное суждение можно вынести и по поводу боговоплощения. Для человека, занятого самореализацией, в нем есть некая нутряная необходимость. Человек, ставший богом, никогда не забудет состояния беспомощности в бытность свою человеком. То есть бог, которым он стал, обязан пережить человеческое ничтожество во всей нереальности. А иначе получится нестыковка. Человек не может стать богом, который никогда не бывал человеком. Все это люди придумали для облегчения принятия самой идеи самореализации.
        Итак, своя реальность выстраивается только в личных отношениях с богом, хотя ныне чаще пользуются иной терминологией, перекодируя бога во всеобщее, единое и т. п.
        «Свой путь» - личные отношения с Богом

        «Нет, мы пойдем другим путем!»

        Свой путь - это технический термин для обозначения переходного состояния от понятия «своей реальности» до полной «само-реализации». Здесь все приходится делать самому! Однако часто возникает недопонимание, о чем речь. Одни говорят: «Я нашел свой путь», - когда они сами выбрали один из известных традиционных путей, который им больше всего подходит в имеющихся обстоятельствах или по личной склонности. Другие говорят: «Я иду своим путем», - когда они не приемлют готовые духовные стереотипы, а конструируют совершенно новый тип взаимодействия и слияния с реальностью на свой страх и риск.
        Свой путь предполагает личные отношения с богом. Как человек дает определение, что для него реально, так он также сам решает, кого он признает богом. Это не обязательно вербальное описание, чаще интуитивное тяготение, которое по мере следования начинает приобретать все более отчетливые черты. Тем не менее, реальность всегда глобальнее любых человеческих представлений о ней. Свой путь - взаимодействие с неизвестным, которое отвечает неумолимо прямолинейно. Человеку постоянно приходится сталкиваться с тем, что своя реальность столь же далека от реальности, сколь он сам от самореализации.
        Можно сказать, что свой путь - это процесс присвоения реальности, или расширение сознания Я до всеобщего. В обиходе под своей реальностью понимают некоторый срез реальности, сделанный под индивидуальным углом зрения и неповторимый для другой индивидуальности. Однако в строгом смысле такая «своя реальность» оказывается просто нереальной, ибо она не обладает целостностью, оставаясь частным аспектом. Тем не менее, когда мы смотрим на святых, чья самореализация заслужила признание и канонизацию, они тоже слишком непохожи друг на друга. Это уже не срез, а вся реальность, но она личная.
        Отношения с богом как дело сугубо личное были акцентированы в христианстве. Конечно, они вырабатывались в такой форме прежде всего отцами-пустынниками, где кроме бога никого и не было. Тем не менее, даже после превращения христианства в одну из мировых религий, именно акцент на личных отношениях с богом делался в наиболее утонченно разработанной христианской философии. За два тысячелетия такое восприятие вошло в генотип западного человека, который «никому не позволит встать между собой и богом». Социальное свободомыслие - побочный продукт прямого доступа человека к богу.
        Личная ответственность за свои решения и действия распространяется в реальности уже на всю реальность - а не только свою. Человек может отказывать признавать нечто реальным, но всякая «чужая реальность» будет спрашивать с него по полной программе. Он обязан отвечать за свою реальность перед всеобщей реальностью. Вот почему свой путь еще называют «путь сердца» - человек верит своему зову, глубокому чувству, внутреннему удовлетворению, независимо от того, насколько благоприятствуют этому обстоятельства. Отсюда все мученики за веру - казалось бы все равно, какому богу молиться, ибо все едино.
        Итак, свой путь определяется степенью свободомыслия человека, и даже структурно (а не только содержательно) он может быть более или менее своим для самого человека. Степень удовлетворенности тем, насколько «свою жизнь» проживает человек, зависит от высоты его запросов. Было бы наивно полагать, что всем нужен свой путь. Многих это даже не заботит, а иных откровенно пугает. Для таких существует шаблонное принятие веры - человек принимает религию, следует ее предписаниям совершенно бессознательно, будучи уверен, что это и есть его путь. Как часто свой путь ведет в никуда, одному богу известно!
        «Я» - вечная предопределенность существования

        Наверное, призывы всерьез задуматься над вопросом «Кто Я?» изрядно надоели многим за последние несколько тысяч лет. Становится все труднее спрашивать, ибо слишком много ответов. Они начинают воспроизводиться чисто механически, почти бессознательно. Эти поиски подлинного основания для личного существования зафиксированы в многотомных фолиантах. Вся сложность в том, что они нуждаются в воспроизведении или опровержении личным опытом. Все прочее тщетно. «Я мыслю, следовательно, я существую» уже веками определяет менталитет и самосознание человека нового времени, но ведь никто не мыслит!
        В русскоязычной духовной литературе заметна изрядная путаница с употреблением слова «самость». Им обозначают «я» в смысле эго (ахамкара на санскрите) и «Я» в смысле Абсолютного Субъекта (Атман на санскрите). Отчасти различение производится просто при помощи различного написания со строчной или заглавной буквы, однако не всегда и не везде. В целом, эти два полюса задают границы «самоисследования» как одной из основных духовных практик во многих традициях. Весь процесс личной идентификации проходит от восприятия себя как индивидуальности до переживания себя как Абсолютного Субъекта.
        Нормальное существование человека состоит в парадоксальном совмещении в себе обоих значений «я» без сознательной рефлексии. Отсюда непонятная смесь жалкости и величия, смены которых удивляют в поведении большинства обычных людей. То человек юлит и ноет, а то вдруг громогласно изрекает непререкаемым тоном прописные истины - он может вести себя так в разных ситуациях, перед разными людьми, но все это скорее уже условия проявления того и иного состояния. Как бы незначителен ни был человек в глазах окружающих, он выказывает и болезненное самолюбие и чувство собственного величия.
        Человек как властелин своей реальности ничем не лучше: «Кто Я?» преобразовано в «Чья реальность?» Как уже известно из философских трактатов, любой частный ответ о принадлежности реальности является, наоборот, констатацией ее нереальности. Реальность несомненно реальна только после снятия двойственности между «своя» и «реальность», то есть когда Реальность есть Абсолютный Субъект, и человек выступает с данной позиции, которую часто обозначают как просветление. В конце концов, Своя Реальность - это тавтология, то есть выражение наподобие «масло масляное». Так в мире двойственности.
        Именно по той причине, что в своей реальности снимается разница между субъектом и объектом, ее часто называют, наоборот, объективной реальностью, или совершенно безличной субстанцией. Здесь происходит примерно такая же перестановка, как в случае достижения чистого бытия, которое на поверку оказывается чистым ничто. Так возникли веданта с ее полнотой бытия и буддизм с его пустотой небытия. Принципиально разницы никакой нет, коль скоро частное возведено во всеобщее. Вот почему даже у единого бога так много имен, и реакция на это - попытка их нивелировать: «Нет бога, кроме Аллаха!»
        Интересно проследить как своя реальность превращается в твою реальность. Это классический переход в индийской логике, где существует форма «вывод для другого», поскольку в отличие от западных мыслителей, занятых исключительно своей рефлексией, восточное знание всегда передавалось от учителя к ученику и часто имело повелительное наклонение. Даже предельная формула «Ахам Брахмасми» (Я есмь Бог) дублируется в иной форме как «Тат твам аси» (Ты есть То). На некоторой стадии человек сам обращается к себе на «ты» - это один из методов отрешенности от эгоизма при возведении себя в Самость.
        Как бы то ни было, все мы переживаем неуничтожимость самости - у нас нет обратного пути в небытие, каждому приходится разбираться, что делать с самим собой.
        Женщина как таковая безотносительно к мужчине

        «В чистом свете столь же мало видно, сколь и в чистой тьме»
    Гегель

        Двойственность мира задает пары противоположностей черное и белое, женское и мужское и пр. Функциональность дуальности очевидна. Мужчина реален - женщина нереальна. Так было в большинстве патриархальных традиций. В индуизме бог (он) реален, а майя (она) - лишь его иллюзия, обеспечивающая его проявление. Ее самой нет. Женщина без мужа - фикция или труп. Древний обряд сати (самосожжение жены на погребальном костре мужа) обретает кульминационный смысл. Женщина безжизненна в одиночестве. Смерть мужа, которого она почитает как бога, разваливает весь феноменальный мир - ее жизнь окончена.
        В духовной практике разных культур сохраняется двойственность, причем женщина тоже двоится в зависимости от культуры. Вы замечали, как странно до противоположности трактуется роль женщины в тантре и даосизме? В индийской традиции женщина как шакти - сила мужчины, энергия самого бога. В китайской традиции женщина как начало инь - основание для мужчины, покой всего космоса. В монашеском варианте, когда женщина отсекает внешнюю дополнительность к мужчине, она достраивает себя до целостности в отдельно взятой структуре. Как всякий человек, женщина включает в себя все - бога и мир.
        Если говорить о противоположности по отношению к целому, мужчина и женщина равны, как равны стороны любой чистой противоположности. Итак, вопрос о равенстве мужчины и женщина неактуален в принципе - он актуален методологически, ибо женщина без мужчины реализует целостность иначе, чем это делает мужчина без женщины. Речь идет об актуализации целостности, достраивании структуры, тогда как исходные данные задают лишь некий количественный перекос - исходное преобладание частного качества. Так женщина может заниматься самореализацией вне брака и семьи без ущерба для себя.
        Несовместимость и взаимодополнительность «своих реальностей» острее всего именно в случае первичной противоположности мужчины и женщины. Все остальные различия между людьми уже вторичны, тогда как это заложено в строении тела и психики. Сплошь и рядом мы видим семейный парадокс, когда муж или жена возмущаются, почему вторая половина «нелогична» или «бесчувственна». Собственно, взаимодополнительность требует наличия партнера, который «не такой, как вы». Если он такой же, семья распалась. Только высшая цель самореализации может сохранить брак самодостаточных супругов.
        Итак, одинокая женщина вовсе не одинока. У нее все есть - прежде всего, всеобщий потенциал, позволяющей сделать весь мир содержанием своей личной жизни. Мужчина является частью женщины, как всякий инь заключает в себе ян. Как она может подобно магниту притянуть противоположность в лице другого мужчины, так она может развить собственное мужское качество до внутреннего баланса и оттачивания сбалансированного внешнего проявления. Речь не идет об эманципации, когда возникает перекос в другую сторону: женщина становится мужчиной по преимуществу, что скорее уже паталогично.
        Эмансипация - это неспособность удержать равновесие, отчего маятник качается в другую сторону. Женщина не дополняет мужчину, женщина не восполняет мужчину в себе - она замещает мужчину или всеми силами пытается это сделать. Критерий «успеха» - ни один мужчина просто не способен находиться рядом, ибо ему нет места. Именно в таком случае нельзя говорить о безотносительности - это скорее негативное отношение, борьба за доминирование. В итоге, это просто мужские взаимоотношения. Женщина как таковая больше не при чем. Ее опять нет, она нереальна в качестве неосуществленной женщины.
        «Твоя половина меня» во взаимоотношениях

        Взаимоотношения мужчины и женщины в семье во многом построены на игре реальности и нереальности, коль скоро в пределе они являются воплощениями того и другого. Вот как это выглядит в повседневности: весь день жена готовит еду, возится с детьми, убирается в доме, непрерывно двигается, создавая впечатление бурной активности, а муж неподвижно сидит за столом и молча что-то записывает. Итоги дня: женщине придется начинать все сначала (все съедено и опять испачкано), а результаты труда мужчины уже зафиксированы и сохранены на бумаге или компьютере - потом это пойдет в печать и будет увековечено.
        Конечно, подобные отношения уходят в прошлое даже в традиционных семьях, и духовная реализация женщины компенсируется материальной нереальностью мужчины, который не хуже нее способен обед сготовить, если она задержалась на совещании или репитиции. Более того, при сознательном выстраивании совместной духовной практики структурная взаимодополнительность развивается до полной самореализации в браке, где, можно сказать, одна личность воплощается в двух телах. Вот почему вариант «свободной любви» для самореализации не подходит - смена партнеров не годится для целостности.
        Примеры святых и мастеров, самореализованных в семье, вовсе не обязательно предполагают наличие детей и даже сексуальные взаимоотношения вообще. Вспомним Рамакришну с супругой и Ауробиндо с сподвижницей. Однако многие ведические риши имели огромные семьи со множеством детей и внуков. Выбор формы целостности - это скорее технический вопрос, нежели принципиальный. Важен именно неразрывный вечный «брака на небесах», а техническая организация развития при поддержке или сопротивлении партнера (второй вариант тоже возможен) так же многомерна, как многолики сами святые.
        Позитивный вариант гораздо понятнее, здесь много современных примеров семей мастеров - вспомним даосов Мантэка и Мэникан Чиа с сыном и др. Но и ситуация негатива вовсе не безнадежна - многие просветлевали «благодаря» невыносимым сварливым и даже распутным женам, хотя никто не станет рекомендовать жениться на ведьме ради тренинга. Вот у Сократа была ужасная супруга, вот и современному тайскому мастеру випассаны ничего не оставалось при гулящей жене, как просветляться всеми силами. Таков крайний перекос женственности, когда «шакти» или «инь» зашкаливают в демоническое начало.
        Сама женщина часто склонна играть (подчеркивая свою иллюзорность) исконной «отрицательной полярностью» своих состояний. Перебирая с избытком иньской энергии, женщины погрязают в негативных эмоциях, провоцируя супруга на усиленные нежности, а перегибая со своей шактийной природой, женщина превращается в разъяренную фурию, делая из мужа непоколебимого равнодушного мудреца перед лицом разыгравшейся стихии. Как бы то ни было, граница сознательности проходит именно в той точке, когда женщина сама начинает контролировать подобные перекосы, не допуская нарочитого «зла во благо».
        Другое бедствие нашего времени - это непостоянство как мужчин, так и женщин, заходящее даже в духовную сферу под предлогом «непривязанности». Вот только часто забывают, что полный текст заповеди: «люби, но не привязывайся», отчего при акценте на непривязанности больше не считают нужным любить. Полный же контекст предполагает, что непривязанность необходима при неотвратимой потере супруга (смерть, война и пр.), но вовсе не предполагает намеренной замены одной жены на другую, как будто между ними нет никакой разницы. Разница именно в единстве, которое рвется при таких заменах.
        А что происходит при разводе? Кроме раздела имущества на физическом плане, ломается совместная тонкая структура, которую приходится всякий раз заново строить!
        Практика самодостаточности в целостности

        «Встретишь Будду - убей его!»
    Дзенская заповедь

        Варианты самореализации предполагают возможности аутсайдерства и социализации, но в обоих случаях речь идет о самодостаточности в смысле включения в свою самость всего мироздания благодаря тождеству с его создателем. Это в пределе, а проще говоря, человек может жить один, но вершить судьбы вселенной на тонком плане через медитацию, а может постоянно находиться среди толпы последователей или просто в семье и обществе, задавая алгоритмы путем личных контактов. В обоих случаях, он стремится к самодостаточности в смысле полной ответственности - нет ничего внешнего, это части его личной целостности.
        Независимость от внешних факторов и гармонизация окружающего мира - вот две стороны одной медали самодостаточности. Когда вся реальность своя, тогда закономерно происходит принятие личной ответственности за все происходящее вокруг. То есть, оно происходит буквально автоматически - пропадают границы между внутренним и внешним. Так все включается в сферу «личной жизни» вместо того, чтобы по-коммунистически не иметь никакой личной жизни. Снова подчеркнем, что это не значит тащить в дом и кормить всех голодных, и благотворительные центры здесь не помогут - они в сфере нереального.
        Здесь интересно использование негативных ситуаций для саморазвития, которое больше всего поражает воображение мирских людей при виде «безумного» поведения просветленных, например, активной помощи грабителям вынести из своего дома последнее добро. Во многом это символы перекодировки сознания, и без самореализации подобное поведение было действительно безумным, не более того. Два аспекта позитива в негативе - отработка кармы (исправление искаженной ранее собственной структуры путем обратных действий) и нарабатывание мастерства (простой вариант - обучение на своих ошибках).
        Самодостаточность не просто подтверждает целостность, неочевидную без отказа от внешних подспорий, но выступает ее актуальным аспектом - это целостность в действии, или проявление личности с позиций незаинтересованного всемогущества. Как говорили о мастерах-магах: обладая совершенной волей, они могли бы получить все, что пожелают, но поскольку у них не осталось желаний, значительную часть времени они вообще ничего не делали. Поступки производятся только по необходимости, исходящей от других существ, не обладающих самодостаточностью в актуализированной форме (потенциально она есть).
        Пока до самодостаточности как до звезды, можно и нужно говорить только лишь о практике самодостаточности, по аналогии с практикой пранаямы и т. п. Иными словами, это некий незавершенный процесс самоудовлетворения и поиск критериев его полноты. Конечно, здесь помогают любые техники на саморефлексию, очищение внутреннего пространства мышления и чувствования, тщательности усвоения полученного опыта вплоть до «безотходного производства», если такое хозяйственное выражение уместно. Впрочем, это именно крайне хозяйственное и даже собственническое отношение к жизни.
        Можно сравнить перспективы упрочения в таком состоянии с богом-властелином, который един в трех ипостасях - творца, хранителя и разрушителя. Стадия разрушения соответствует полному усвоению опыта, когда он полностью отрефлексирован и больше не сохраняет никакого материального остатка или осадка. Именно в этом смысле подлинная реальность всегда пуста, как выражаются буддисты, а пока остаются сомнения и иллюзии, или пока есть что-то фактическое, до реальности не добраться. Этот парадокс снимается только в последней фазе самодостаточности, а мучение над данным коаном есть практика.
        Методы и техники отстраивания структуры

        Здесь не будут приводиться те или иные техники на все случаи жизни как снадобья от всех недугов. Важнее определить место самой техники в реальности - неудивительно, ведь ныне «век техники», что отражается и на духовной практике. Техника - это тоже напластование иллюзии, наряду с игрой или искусством, когда вместо снятия природного слоя иллюзии и открытия подлинной реальности создается еще один слой - искусственные построения человека. Единственное отличие техники в контексте духовной практики - это тот второй шип, при помощи которого нам предлагается вытянуть глубоко засевший первый шип.
        Итак, у нас есть некая «своя реальность» в отличие от окружающей иной реальности, а также намечен некий путь само-реализации с целью присвоения всей реальности. Можно назвать исходное построение «проектом», где мы дали свое определение реальности, сами выбрали направление движения или перспективы распространения, создали или признали идеал самореализованной личности. Далее нам нужно техническое обеспечение того, каким образом мы будем осуществлять свой проект от начала до конца, по крайней мере до конца текущего воплощения. И эту деятельность можно обозначить как «координацию проекта».
        Кроме более или менее вразумительного ответа на вопрос «Кто Я?» нам придется произвести первоначальную ревизию своей реальности. Тогда у нас появится очевидный арсенал материальных средств, которые мы можем использовать для создания техник. Но техники строятся или выбираются только на основе принципов осуществления той самой деятельности, которая призвана завершить нашу самореализацию. Конкретные базовые техники по восстановлению и поддержанию целостности требуют развитой структуры. Не нужно обольщаться структурированием - это временная мера, потом структура снимается.
        Развитие личной практики на основе полученного опыта предполагает как доверие к самообучению, так и открытость к восприятию нового, поступающего в свою реальность из иной реальности. Без лишних мистификаций, под иной реальностью здесь понимается не инопланетное существование или астральные миры, а те способы и парадигмы внешнего мира, которые вами инстинктивно отвергаются. Поскольку только целостность обладает подлинной реальностью, все отбрасываемое за ненадобностью перекодирует вас самих как ненужных или избыточных в контексте всеобщего существования или общего хода вещей.
        Как бы вас ни бросало из стороны в сторону при спонтанном реагировании на внешние воздействия, важно сохранять четкость целей даже при смене ориентиров. Никто не говорит, что процесс самореализации не предполагает переоценки ценностей. Он весь по большому счету только в этом и заключается. Речь идет о сознательности как синониме реальности - чем больше у нас своей реальности, тем сознательнее управление собой в ней. В конечном счете, каждый алгоритм, предполагающий развилку за развилку, после вашего выбора раскручивания одной версии, не аннулирует другую версию, а хранит ее в Памяти.
        В полном объеме реальности - от материи до сознания - своя реальность тоже распределена по уровням бытия. Так, насколько реальна возня с бумагой и компьютерами? Когда появились социальные сети, было много скептицизма, что вот однажды мы откроем ФэйсБук и увидим там одну единственную надпись: «Все бессмысленно!» Но началась арабская весна, и социальные сети стали «сами собой» организованно свергать одного за другим правителей целых стран. Это довольно хороший пример «координации проекта» своей реальности на массовом уровне, а ведь общество - промежуточная личность «я - Я».
        * По поводу «своего» и «нашего» мною была проделано философское исследование «Понятие Мы и суждение Нашей воли: переход от субъективной к социальной логике».
        Часть 2
        Восточные традиции реализации

        Пути, ведущие «в никуда» или в вечность

        «Мол, коридоры кончаются стенкой,
        А тоннели выводят на свет…»

        Большинство людей не имеют дела с самой реальностью, а опираются на традиции. При этом исторически складывается так, что одни традиции обретают много последователей и выдерживают испытание временем на протяжении тысячелетий, а другие быстро сходят на нет или приемлемы только для узкого круга последователей. Для большинства именно длительность и массовость - два главных критерия реальности, которая ограничивается пространственно-временным континуумом. Немногие готовы умереть за веру посреди разъяренной толпы инакомыслящих, опираясь на непроявленные свидетельства истины.
        Тем не менее, даже мировых религий насчитывается шесть, и если не учитывать сравнительное религиоведение, сами они вовсе не считают все остальное правильным. Более того, некогда массовые верования целых империй ныне покоятся под руинами, по которым разгуливают святотатствующие туристы. Проще говоря, ни длительность, ни массовость вовсе не обеспечивают ни вечности, ни целостности. Количество в последний миг вдруг отказывается переходить в качество, все рассыпается в прах, который развеивает ветер в пустоте - коль скоро она одна обладает незыблемой вечностью и целостностью.
        Пути самореализации доставляют удовлетворение достигнутым состоянием лишь отдельным личностям, оставляя массы последователей в состоянии почти безнадежном, отчего многие начинают проверять на прочность камни фундамента или сразу менять веру. Здесь мы переходим к рассмотрению нескольких традиционных путей для примера, как строится переход от нереального к реальному - и кого он может удовлетворить и убедить. Самореализация буддиста - сатанизм для христианина и пр. Глобализация создает новый вид человека, который обозначает свою религиозную принадлежность как «духовность».
        Та категория людей, которая все разрастается в последнее время, называет себя «духовными, но не религиозными». Это сильная претензия, если они сами не слишком понимают, что именно они имеют в виду под «чистой духовностью» вне традиций. Тем не менее, с таким положением дел приходится считаться, поскольку в значительном числе случаев эти процессы идут вполне сознательно и отрефлектированно. Дело в том, что чистая духовная практика успела выработаться в большинстве традиционных религий, поэтому даже понятие о «чистой духовности», как правило, модулировано культурными истоками.
        Итак, прежде чем рассуждать о самореализации с позиций так называемой чистой духовности, посмотрим, откуда вообще взялось такое абстрагирование - и точно ли оно возникло из самой пустоты. Парадоксально, но понятие самореализации складывалось тоже постепенно, так что можно говорить о степени реализованности каждой традиции. Одни традиции развивали все более тонкое видение реальности и понимание бытия, а другие наращивали конгломерат химер, загромождая сознание целых народов утопиями о светлом будущем, которое почему-то заканчивалось войнами, разрухой и просто голодом.
        Прежде всего и как основную традицию мы возьмем веданту - одну из наиболее длительных, разработанных и сохранившихся. Более того, на примере ведической мысли очевиднее всего постоянное соотношение человека с реальностью. Именно здесь весь мир нереален, но на последней стадии становится ясно, что нереальность едина с реальностью. Человек окружен нереальностью, опираясь исключительно на свою реальность, поэтому его существование состоит в непрерывном подтверждении реальности. Это одна из тех немногих традиций, где вопрос «Кто Я?» выступает лейтмотивом в отношениях с Богом.
        Иллюзия бытия - между майей и пралайей

        Ведическая концепция реальности предполагает, что вообще все нереально, кроме самого Брахмана, а также того Атмана, который реализовал свое тождество Брахману. Все сущее в мире - только иллюзорные покровы, скрывающие подлинную реальность. Эта традиция лучше всего разработала градацию «степеней реальности» (оболочки тонких тел, система миров и пр.), а также способы развития буддхи (разума) как способности различения между реальным и нереальным. При этом предельное заключение тоже разворачивается и гласит, что нереальность мира или обман зрения есть на самом деле проявление самой реальности.
        Предельные состояния реальности и нереальности заданы циклом сотворения мира, где нет ничего нереального в состоянии пралайи (сна Брахмы), но зато сам Бог неактуален, а потом по мере развития очередного космоса реальность полностью скрыта нереальным, или покровами майи, но в ней везде и повсюду присутствует реальный Бог. Вот такая взаимообратимость реального и нереального в крайних состояниях майи и пралайи дана в ритуальной практике. Ритуал - это повторный цикл сотворения мира, и без ритуалов Бог ускользнет из мира, а сам мир рассыплется без скрепления его внутренней реальностью.
        Самореализация в ведической практике предполагает ускоренное наступление пралайи в личном времени и пространстве. Пока все человечество путается в покрывалах, одна единственная личность может осуществить полное снятие покровов с реальности и погрузиться в чистого Брахму, каков он бывает только сам по себе вне творения. На самом деле, это вопрос понимания и осуществления - поскольку существование Бога вечно, а не временно, нельзя говорить в строгом смысле о некой последовательности циклов. Брахма всегда присутствует как в пралайе, где ничего нет помимо Одного, так и во всякой майе.
        Вот почему кульминацией ведической реализации исходно был даршан - видение реальности как она есть, или личная встреча с Богом. Никаких иных достижений не нужно. Как известно, ведический мудрец после обретения окончательного прозрения в медитации мог просто-напросто сложить погребальный костер, взойти на него и поджечь, избавляясь от последней завязки и заякоривания посредством тела в частном аспекте обусловленного существования. Впрочем, многим иным мудрецам видение подлинной реальности скорее помогало продолжать существование, а пелена майи просто просвечивала и не мешала.
        В последнем варианте такой мудрец всегда оказывался в амбивалентном положении между реальностью непроявленной и реальностью проявленной. Проще говоря, к нему начинали приходить люди и спрашивать, как жить и что делать. Разумеется, без видения целого человек не в состоянии даже воспринимать наставления, исходящие из подобного видения. Попытки вывести кого-то в реальность приводили к дополнительным налетам путем искажения последователями. Так создавались многие учения, секты и пр. Тогда как самому мудрецу было, по сути, все равно - ведь майя уже совпадает для него с пралайей.
        На более меркантильном уровне вставал еще более простой вопрос: накормить голодных путем подаяния - или пусть от голода усиленнее постигают истину реальности? Вопрос тоже непростой, ибо на него всегда давали два противоположных ответа: человека нужно сначала накормить, а потом он сможет думать о главном, - либо если человека накормить, то он снова позабудет о главном. Кормить - или не кормить, спасать - или не спасать… Как бы то ни было, в контексте всеобщности проявленной реальности очевидно, что все одинаково достойны видения реальности, а методы - вопрос скорее технический.
        Далее мы конкретизируем «степени реальности» в процессе сотворения мира, а также его воспроизведения в структуре «тонких покровов» человеческого существа.
        Степени реальности в покровах нереального

        «Не странно ли, что я еще имею
        Подобие и облик человека,
        Что я живу?»
    Байрон

        Веданта относит полюс реального к бытию-сознанию-блаженству, а полюс нереального - к материи. Как бы ни было мистично творение майи после пралайи, в сотворенном мире можно говорить о степени реальности, а точнее, тонкости материальных покровов. В самом первом приближении можно выделить три уровня - сознание, энергию и плотную материю. Сознание прозрачно для реальности, но далее оно сгущается в энергию, которая выступает относительно тонким покровом, а энергия затвердевает в материи, которая практически непроницаема для видения реальности без специальных усилий или вербального познания.
        Гораздо насущнее для практикующего оказывается представление об устройстве его собственных покровов реальности. В веданте принято выделять пять тел (вроде матрешки), или панча-коша, причем каждое из них обозначается как своего рода майя, или иллюзия. Это будут анна-майя-коша (физическое тело), прана-майя-коша (энергетическое тело), джняна-майя-коша (мысленное тело, или тело ума), виджняна-майя-коша (рефлективное тело, или тело разума) и ананда-майя-коша (благостное тело). Жизнь среднего человека проходит в развитии и изнашивании преимущественно трех низших тел и редко всех пяти.
        Соответственно, адвайтическая медитация, известная еще со времен упанишад, которая заключается в простом вопрошании «Кто Я?» с тщательным самоисследованием в поисках реальности самого себя, начинается от самого плотного слоя иллюзии, который наиболее очевиден, и доводится до последнего слоя иллюзии, который сливается с самой реальностью. Тело наглядно ненадежно (болеет, стареет, умирает), энергия вечно движется (приливы и упадки сил, смены эмоций), мысли постоянно противоречат друг другу (данные чувственного опыта). Остается добраться до уровня рефлексии и обратиться к ананде.
        Это роковая черта - тело рефлексии создается способностью различения в принципе между реальным и нереальным. Вот почему оно расположено между фатально обманной сферой материи-энергии-мышления и сферой чистого бытия-сознания-блаженства в форме благостного тела. Тем не менее, сама эта способность оказывается не простым актом, а создает целое особое тело, или дополнительный покров. Он возникает у людей не просто мыслящих, а мыслящих о мышлении, причем не простого мышления, а мышления о боге или реальности. Таким телом обладают философы и подвижники, у прочих оно в зародыше.
        Если воплощение человека состоит в нагнетании иллюзорности его бытия, то его самореализация состоит в снятии покровов, а точнее, развитии проницательности разума, благодаря которой они оказываются воистину несуществующими. Вот почему человек может продолжать жить в тленном теле даже после самореализации, пока оно само не разложится на составляющие, следуя инерции материи. Здесь уместно вспомнить вопрос мудрецу: «Если между жизнью и смертью нет никакой разницы, то почему же ты не умираешь?» - На это последовал ясный ответ: «Именно потому, что нет никакой разницы».
        Итак, оценочность «реального» начинает обретать шкалу делений, по которой можно судить о более или менее реальном существовании. Тогда слова вроде «настоящий человек» следует воспринимать просто как высшую степень стремления к реальности своего бытия, не обязательно уже достигнутую. Это как бы вектор человечности, если не забывать о цели человеческого воплощения, которая традиционно обозначается как единение с богом. Сказать «настоящий человек» о святом неправомерно, ибо он уже больше не человек как таковой, который постоянно остается переходным существованием.
        Веданта и йога - теория и практика бытия

        Веданта как «венец познания» - это самоисследование, поиск Себя, тогда как йога как «единение» - это самореализация, отстройка Себя. Как традиция, веданта всегда задействует классическую йогу в качестве практической составляющей. Давайте немного вспомним историю, как все развивалось. «Йога-сутры» как первый систематический трактат, ставший базой для классической йоги, как одна из шести даршан (способов видения реальности), выкристаллизовался в сфере ведантической традиции, вобрав в себя знания из упанишад йоги. Основная цель йоги (самадхи, ведущее к мокше) полностью совпадает с ведантой.
        Если мы посмотрим на саму систему классической йоги, которая состоит из восьми ступеней (аштанга-йога), то мы увидим точно такое же продвижение от проработки самых плотных слоев иллюзии к все более тонким покровам реальности вплоть до слияния с нею, какое мы рассматривали выше, говоря об адвайтической медитации. Только там это было скорее отрешенное наблюдение и констатация фактов реальности, тогда как в йоге само человеческое существо проходит стадии преобразования, актуализуя видение реальности. Проще говоря, теория переводится в практику - мы не просто «знаем как», а «делаем так».
        Проследим по порядку восемь ступеней йоги. Первые две (яма и нияма) обычно считаются моральными запретами (чего не делать) и предписаниями (что делать), однако при более внимательном рассмотрении можно придти к выводу, что такое поведение отчищает прежде всего социальный уровень от избыточного наслоения иллюзии в виде лжи, тревоги, нечистоплотности и пр. Не случайно в Индии бытуют притчи вроде такой: практикующий йогу отшельник ничего не достиг и пошел в деревню, где добродетельная домохозяйка сразу прочитала его мысли, ибо ее видение реальности было незамутненным.
        Практика устойчивой позы (асаны) соответствует наблюдению за непостоянством бренного тела в веданте, только в йоге ему начинают придавать постоянство специальным тренингом. Это должна быть именно стабильная поза, тогда как в материальном мире все течет и изменяется. Далее, дыхательные практики (пранаяма) соответствуют ведантической рефлексии энергетического хаоса, только в йоге при помощи специальных техник этот хаос начинают упорядочивать, настраивая энергетические потоки и утончая течение энергии до ее полного успокоения - энергетический хаос прекращает свое нереальное существование.
        Наконец, обращение восприятия органов чувств вовнутрь (пратьяхара) снимает умственную деятельность по обработке данных органов чувств, ибо такие данные просто перестают поступать для обработки. Тем самым постепенно вовсе истощается мысленное блуждание, и весь следующий уровень, который констатируется в веданте как нереальный, - мышление - тоже прорабатывается и очищается. Вот почему последующий переход к фазе концентрации оказывается равносилен полному повороту, который делает рефлективный разум в веданте, обращаясь от нереального к реальному. Здесь начинается сосредоточение.
        Эта ступень неотделима от последних двух - медитации и поглощения, так что все три (дхарана, дхьяна, самадхи) одним блоком обозначаются как самьяма. Это постепенный процесс все более полного слияния с истинной реальностью после отвращения от мира. Именно окончательное слияние Своей реальности с Реальностью как таковой обозначается как освобождение (мокша или кайвалья), ибо здесь не остается ничего внешнего, что могло бы выступать в качестве ограничений. Это то же самое, что в веданте называется «Один без второго», а ведь именно двойственность порождает нереальность, и без нее все реально.
        Но не нужно забывать, что мы здесь «выплетаем» одну нить исторического развития традиции, тогда как она была сильно переплетена с тантрой, откуда возникла хатха-йога.
        Просветление материи в тантре и хатхе

        Тантра всем известна своей апологией тела и материи. Здесь все переворачивается с ног на голову, и нереальное становится реальным. Откуда это берется? Тантра сама по себе восходит к эпохе до-ведической, сохраняя ритуальную практику очищения и поддержания мира гораздо дольше, нежели веды перешли в веданту с овнутрением ритуалов в духовной практике. В тантре всякое взаимодействие с высшей реальностью производилось на сугубо материальных субстратах (включая физическое тело) вплоть до конца первого тысячелетия новой эры. Более того, именно материальная реализация вечности ставилась как ее цель.
        Йога как практика использовалась как ведантистами, как и тантристами, - только последних не удовлетворяла реальность как освобождение от нереальности. Их идеалом было преображение самого нереального в реальное. Отсюда идеи трансформации тела в некое нетленное бессмертное тело - звуковое, световое, алмазное и т. п. Проще говоря, восьми ступеней самореализации в йоге им было недостаточно, и они пытались внедрить состояние самадхи в саму материю, видоизменяя ее на уровне клеточного разума. Тогда такая физическая субстанция должна была стать еще более основательной реальностью.
        Как бы то ни было, к настоящему времени до нас дошли только легенды о великих бессмертных йогах, способных «разобрать» собственное тело в одной точке пространства и времени и «собрать» его в другом пункте назначения. Весь разработанный арсенал средств и методов трансформации материи в духовную и сознательную материю - но именно материю - ныне используется для укрепления здоровья обычного тела. Однако подспудно эта идея проскальзывает в массовом сознании в том банальном представлении, что в наше время «уход от мира» неактуален, а самореализация должна доставлять успех в социуме.
        В тантре «своя реальность» получила ясное и отчетливое оформление как личный «микрокосм», который опять-таки принципиально тождественен «макрокосму», что на поверку не сильно отличается от ведантического Ахам Брахмасми (Я есмь Бог), вот только тантрики понимали это тождество тоже чересчур буквально - как некую алхимическую лабораторию, где можно найти способ «упаковать» макрокосм в микрокосм самым что ни на есть материальным образом, а чисто духовная самореализация их мало вдохновляла. Работа в микрокосме (очередной парадокс) требовала изолировать его от внешнего мира.
        Мы не ставим здесь задачу углубляться в технические детали этого алхимического процесса - нам важно только создать четкое и ясное представление о том, как понимается здесь реальность - и как в принципе осуществляется самореализация. Чудесные сиддхи (сверхъестественные способности) подтверждали для практикующего возможность полной самореализации в теле, одухотворения самой материи. Не нереальное должно вернуться к своим реальным истокам (как в веданте), а реальное должно быть найдено в нереальном и закреплено в таком новом качестве реальности, которого ранее не было и сравнить не с чем.
        Тантра на поверку оказывается как древнее вед, так и прогрессивнее веданты. Но именно поэтому данная традиция поддерживается узким кругом последователей, сильно разветвившись на многообразные секты по своим методам работы и пр. Тем не менее, отдельные ее части сами по себе стали необыкновенно популярны и задают «внешний вид» современной реальности едва ли не по всему миру. Такова йога в смысле практики асан, которая выдрана из контекста и выполняется как самодостаточная дисциплина. Такова тантра в узком смысле как сексуальная практика трансформации с партнером по жизни.
        Позже мы подробнее рассмотрим, как такая самореализация в недрах нереального сказалась на женском преображении, которое не акцентируется в веданте и классике йоги.
        Альтернативная реальность в буддизме

        «Пусто - все пусто!»

        «Встретишь Будду - убей Будду!»

        Если для веданты «все полно», то для буддизма «все пусто». Мы подробно разбирали их соотношение в первой части как два контрастных примера видения Реальности как таковой. Здесь же сосредоточимся на традиционной буддийской самореализации. Прежде всего, именно видение подлинной реальности как пустоты приводит практикующего к озарению, что никакого Я нет. Таким образом, в буддизме сложно говорить как о своей реальности в предпосылке практики, так и о целевой самореализации, ведь реализовываться некому. Как реальность пуста, так и реализация опустошает душу - как ни святотатственно это звучит.
        Хуже того, в буддизме нет бога. То есть субстанциальный вакуум нельзя понимать как Личность. Значит, самореализация не может рассматриваться в аспекте богореализации (снова отсылаю к первой части). Итак, Я в Боге - это пустота в пустоте, или, как говорил Гегель про определяющую рефлексию, - движение от ничто к ничто. Дабы не запутать вас в абстракциях, мы рассмотрим здесь подробно, как мы сделали с системой йоги, практику випассаны, данную Буддой для просветления, акцентируя изменение видения реальности. Доопытный постулат «реальность пуста» в процессе практики вводит в великую пустоту.
        Важно сразу отметить, что Будда не считал самореализацию в классической йоге окончательным достижением просветления. Для него самадхи как полная концентрация, или достижение единства, было предпоследней ступенью перед випассаной как видением пустотности всего сущего. Но он использует самадхи (саматха на пали) для технической подготовки сознания к випассане. Здесь он делает прямо противоположный маневр по отношению к классической йоге, нежели тантристы. Если те вводили единство самадхи в материю, то он, наоборот, еще далее - в пустоту. Конечно, для него и материя тоже пуста.
        Итак, прорабатывая базовую реальность, Будда учил медитировать во всех четырех возможных положениях тела - при ходьбе, стоя, сидя и лежа. Он закономерно полагал, что состояние тела меняет восприятие сознания, поэтому достижения в сидячей медитации не сохранятся, стоит человеку встать и пойти. Едва ли это нуждается в доказательствах, если вы пробовали медитировать хоть один раз. При этом он использовал некий базовый объект для концентрации, обычно части тела (перемещение стоп или ощущение дыхания в носу), в качестве временной центрации вселенной и опоры для осознания всего происходящего.
        Данные Буддой объекты для наблюдения уже известны всем из веданты и йоги. Он точно так же предлагал отслеживать мысли, чувства, ощущения и внешние объекты. Только при опоре на базовый объект он предлагал делать это синхронно, а не по порядку, как производилось наблюдение в веданте. Как только возникала помеха любого уровня - мысленная или эмоциональная - внимание переводилось на нее полностью, но результат тоже был в констатации преходящего характера любого явления, поэтому внимание вновь возвращалось на базовый объект. Так прорабатывалась сразу вся нереальность до пустоты.
        Собственно випассана наступала, когда пропадала необходимость в базовом объекте для концентрации, а внимание становилось объемным, так что все происходящие процессы схватывались и растворялись без остатка, пока сознание не добиралось до субстанциальной пустоты, которую Будда называл нирваной. Вкратце он называл свой метод буквально так: видение реальности как она есть. А то, что реальность пуста, должно было стать итогом такого пристального рассмотрения. Просто нам итог уже известен, поэтому реальность Будды ничуть не является для нас своей реальностью - это именно Реальность как таковая.
        Реалии буддизма, или экспансия пустоты

        Буддийская реальность мало кому поначалу казалась подходящей для при-своения и даже трудноватой для у-своения. Видение истинной реальности как совершенно пустой и доселе часто трактуется как своего рода пессимизм. Немногие готовы смириться с отсутствием души и воспринимать себя как поток состояний со скользящим центром пересечения причинно-следственных связей в пространственно-временном континууме. Но как вообще такая интерпретация реальности могла бы выдержать испытание временем на протяжении 2500 лет, если бы она не опиралась на саму реальность, будучи ее истинной реализацией?
        Конечно, буддийская реальность все-таки пошла на компромиссы с окружающей нереальностью, так что исходные постулаты Будды претерпели изрядное превращение в разных школах буддизма. Начать с того, что «безбожника» Будду самого сделали… богом. Так стала возможна богореализация, а вслед за ней и самореализация (гуру-йога и пр.). В конце концов, мы имеем по большому счету три главных ветви - хинаяна, или тхеравада (исконный буддизм); махаяна (преимущественно чань-буддизм); ваджраяна, или тибетский буддизм (вобравший в себя многое от индуистского тантризма и китайского даосизма).
        Мы не будем много говорить о ваджнаяне, поскольку здесь нет никаких шансов на «свою реальность». Это четкая иерархическая структура, где по мере выполнения практик, данных ламой, буддист имеет некий шанс стать новым ламой. Видение пустоты абсолютно детерменировано вашим послушанием. Так, четвертая подготовительная практика в школе карма-кагью состоит в буквальном отождествлении со своим ламой. Конечно, отдельные техники (например, известный комплекс «5 тибетцев») становятся всеобщим достоянием, но в таком виде они уже абстрагированы и не работают на достижение буддийских целей.
        Мы не будем много говорить и о махаяне, ибо именно обожествление Будды стало тем краеугольным камнем, который превратил буддизм в религию из духовной практики. Это редкий случай обратного движения, ибо чаще, наоборот, духовная практика возникает на основании религии (как в ведической традиции и пр.). Буддизм приобрел ритуальную канву, целый пантеон, множество храмов и пр. Единственная духовная «надстройка» над этим массивным конгломератом, завладевшим Китаем и ближайшими странами, это дзэн-буддизм (японская версия), где медитативная практика возрождает суть випассаны.
        Как бы то ни было, технически дзэн строится совершенно иначе, и в нем большую роль в просветлении, если не решающую, играет мастер. Напомню, в исконном буддизме последователи Будды принимали как руководство к действию его собственную рефлексию: «Я нашел путь сам!» Впрочем, дзэн славится сходными изречениями: «Встретишь Будду - убей Будду!» Однако на практике именно мастер играет роковую роль, когда и как именно «ударить ученика палкой по голове» (классика сюжета просветления в дзэнских притчах). Тхеравадский мастер никогда не вмешивается - он просто объясняет и отходит в сторону.
        Немного географии. Тхеравада давно была вытеснена из Индии через Шри-Ланку по морскому пути в Индокитай, ныне сохранившись в Бирме, Таиланде, Лаосе и Камбодже. Махаяна перевалила через Гималаи и Тибет в Китай, откуда распространилась на Японию, Корею, Тайвань и Вьетнам. Ваджраяна исконно локализовалась в Тибете, захватывая малые страны Бутан и Непал. Разумеется, на местах возникло немало новых специфических школ буддизма, поэтому использование полного спектра буддийских возможностей уже само по себе превращается в процесс совмещения различных традиций с целью самореализации.
        В строгом смысле, можно говорить о духовной практике только в случае випассаны, которая не зависит от вероисповедания, так что ее может практиковать хоть мусульманин.
        Даосизм - путь персональной вечности

        Буддийская пустота пришла в Китае вовсе не на пустое место. Исконный китайскай путь самореализации выстоял тысячелетия, пережив даже коммунизм, будучи не столько религией, сколько именно практикой самосовершенствования. В этом плане он смыкается скорее с хатха-йогой в ее изначальном смысле, нежели с иными индийскими традициями. Даосы тоже не удовлетворялись духовными достижениями - для них было принципиально важно реализовать телесное бессмертие. Взращивание бессмертного зародыша внутри личной энергоструктуры должно было доводиться до дематериализации физического тела.
        Впрочем, субстанциальная реальность даоса была так же неописуема, как и во всех вышеназванных традициях: «Дао, которое можно выразить словами, не есть подлинное Дао». Приняв неопределенность высшего начала, даосы дальше обозначают первичную двойственность как пару чистых противоположностей Инь и Ян. Собственно, далее мы получаем скурпулезно разработанную развертку реальности, где можно проводить много аналогий с ведантическими и тантрическими изысками. Но для реализации Дао нужно было уравновесить Инь и Ян до полного снятия противоположности и обретения вечности.
        Как буддизм возник в конфронтации с ведантой в Индии, так он пришел в сходную конфронтацию с даосизмом в Китае. Между буддистами и даосами происходили очень похожие прения. Даосы говорили: «Что у вас за самореализация, если тело потом просто сгнивает», - а буддисты отвечали: «Вы так привязаны к этому пустейшему телу, что хотите его даже в вечность с собой утащить». Вот так они и спорили добрую тысячу лет - далеко не безрезультатно, ибо это служило как формированию особого вида чань-буддизма, так и эволюции методов в даосизме. Но нам здесь важна не китайская история, а своя реальность.
        В первом приближении даос представляется не свойским, а крайне эгоистичным. Замкнутость микрокосма для формирования индивидуального алхимического сосуда с целью достижения личного бессмертия, распространяющегося даже на смертное тело - все это сильно напоминает оригинальную хатха-йогу в тантризме. Дальнейший выход на уровень работы с макрокосмической орбитой предполагает для мира самое что ни на есть материальное поглощение, а вовсе не простое расширение личного сознания до всеобщего. Не эта ли воинственная завоевательность послужила к развитию даосских боевых искусств.
        Когда бессмертный даос приступает к завершению физической трансформации, он затворяет за собой дверь, а через три дня удивленные ученики обнаруживают в пещере только ногти и волосы любимого учителя. То есть бессмертие тела вовсе не означает его сохранение в неизменно стареющем виде. Да и говоря о вечности, мы едва ли можем допустить, что даос испарился в некую иную реальность. Ведь совершенно понятно, что пока он противопоставляет одно другому, ни о какой вечности не может быть и речь. Итак, остается Одно на материальном уровне - принизывание вселенной материей своего тела.
        Не нужно заходить далеко, чтобы найти улетевшего бессмертного даоса. Именно полное овладение материальным планом позволяет ему снова собрать тело в любой точке пространственно-временного континуума. Следовательно, у него имеется не только своя реальность, но и своя нереальность. Потенциально он присутствует повсюду физически, но поскольку его присутствие невидимо простым смертным, то разве оно чем-то отличается для них от духовного присутствия Бога в любом аспекте сотворенной им вселенной? То есть здесь снимается противоречие духовного и материального, реального и нереального.
        Даосизм поныне не утопия, а традиционная основа для развития многих практик современного самосовершенствования - таких как цигун и тайцзы. Это рабочая система.
        Оздоровление как мнимое бессмертие

        Поскольку даосизм в его подлинной форме ныне скорее нереален, чем реален, имеет смысл сосредоточиться на его порождениях, имеющих дело преимущественно с нереальностью, а не с реальностью. Впрочем, в них тоже сохранено главное: стремление сбалансировать все сферы (сознание - энергия - материя) и примирить противоположности (инь и ян) прямо в их динамическом взаимодействии. Оздоровление базируется на идее омоложения, которая, в свою очередь, опирается на стремление к физическому бессмертию. Это действительно часть даосского пути самореализации, а не домыслы больных людей, ищущих лекарства.
        Болезнь вообще очень интересная составляющая самореализации, и хотя ранее мы на этом пока не заостряли внимание, в ведической традиции болезнь понималась как тапас (самообуздание), то есть часть духовной практики, а многие жития святых изобилуют описаниями «спасительных болезней», который наставили их на путь истинный. Но вот даосам болеть не слишком нравилось именно в силу их установки на нерушимость тела. Китайская медицина во многом опирается на знания о строении энергоструктуры тонкого тела, развитые в процессе поисков эликсира бессмертия и экспериментов по омоложению.
        Болезнь в плане развития может действовать как разрушительно, так и созидательно. Даосы предпочитали использовать ее во втором качестве. Для обыкновенного человека болезнь просто мешает жить в соответствии со своими ограниченными представлениями о реальности, а именно эта ограниченность и выступает корнем всех паталогий души и тела. Стремление выздороветь у такого человека означает только желание вернуться к прежним иллюзиям. Неуемный гуманизм взял этот факт на вооружение и создал целую индустрию помощи страждущим, ибо человек гораздо счастливее в заблуждении, чем при прозрении.
        Даос в принципе признавал, что тело непрерывно болеет от рождения до смерти. Болезнь - это способ существования невечного тела, когда оно постепенно изнашивается. Здоровый человек - это бессмертный! То есть даос лечился радикально, а не между делом. Такой подход сохраняется и в современных оздоровительных системах, вроде цигуна, где профилактика доминирует. Человек регулярно делает оздоровительные упражнения на балансировку вовсе не потому, что он себя плохо чувствует. Разумеется, начинающий будет избавляться от запущенных болезней в их медицинском смысле - и возможно долго.
        Специфика даосского подхода к оздоровлению состоит в том, что прорабатывается все сразу. Нет такого выраженного деления на подготовку тела, энергии и мышления, как в индийских традициях. Одно из характерных изобретений - динамические медитации, где физическое движение делается не ради него самого, а для упорядочивания энергии, причем этот процесс сознательно понимается как ментальная концентрация. Создание сложных и длинных форм замысловатых движений отражало всю изощренную тонкость подходов практикующего даоса к своей реальности. Ныне этим славится в основном система тайцзы.
        Конечно, здоровый человек вовсе не обязательно должен заболеть, чтобы понять всю тщетность своего бытия. Он может просто поумнеть, уразумев тлетворность данного ему тела. Точно так же не обязательно идти по пути вслед за бессмертным даосом, решая проблему, что делать с таким телом. Буддийские и ведические стоики умирали от рака, не предпринимая никаких специальных действий для выздоровления. Впрочем, на поверку они понимали это разложение тела на составляющие примерно в том же ракурсе, в каком испарялся с земного горизонта бессмертный даос - погружение нереального в реальное.
        При всей увлеченности оздоровлением нужно понимать, что духовная практика не предназначена для ведения «здорового образа жизни» в смысле продления нереальности.
        Полный спектр путей самореализации

        «Никто не обнимет необъятное…»

        «Кто был Никем - тот станет Всем!»

        Как нет двух реальностей, так нельзя самореализоваться дважды. Даже в неполном спектре мировых традиций, где мы ограничились культурным пространством от Индии до Китая, совершенно очевидно, что каждый должен идти до конца - своей цели, если он выбрал свою реальность и путь самореализации. Тем не менее, даже в древности переходы из одной традиции в другую осуществлялись, хотя и гораздо драматичнее, нежели сейчас, когда пути сплетены в такой сплошной клубок, что проще катить весь клубок целиком. И переходы служили к развитию самих традиций - современная ситуация нагнеталась долго.
        Разумеется, даже клубков ныне уже слишком много - начавшаяся столетие назад эпоха синтезов духовных традиций дошла до новой критической точки, когда нужно искать не универсальный синтез, а скорее «свой синтез». Ведь различных интегральных учений стало уже так много, что каждое из них сохраняет свою особенность. А иначе вместо заветной вечности мы снова попадаем в дурную бесконечность, когда нам придется далее создавать «синтез синтезов», не говоря уже про нагромождения последующих порядков. Пытаясь найти ключ к всеобщему счастью, находят лишь все больше отмычек от сейфов.
        Продолжая первоначальное сравнение традиций с «духовными языками», можно сказать, что создателей синтезов постигает судьба фанатов эспиранто из числа полиглотов. Преодоление многоречивости состоит в выходе на уровень безмолвия, а вовсе не в шансе на усредненный язык. Нивелирование различий языков делает невозможной речь в принципе. Так и примирение духовных традиций неосуществимо в той же самой плоскости. Нужен объем - причем, именно объем, а не просто клубок. Возвращаясь к базовой детерминации, нужно не прививать культуру богореализацию, а принимать вызов на самореализацию.
        Индивидуация современного общества с его признанием «свободы совести» - акт совершенно революционный, выворачивающий реальность наизнанку. Если вся духовная практика создавалась как овнутрение самореализации, то сейчас происходит интенсивное овнешнение самой духовной практики. Чтобы заниматься духовной практикой, нужно занять очень четкую позицию в социуме, провозгласив свое определение реальности. Так, ты можешь быть кем угодно - христианином или буддистом - и это повсеместно должно приниматься как должное, но с тебя еще долго будут требовать соответствия самому себе.
        Насколько часто современный человек может хамелеонить, меняя одну религию на другую, не провоцируя окружающих на праведный гнев? Насколько это познавательно или одуряюще для него самого? Сколько других Будд надо убить на своем пути, чтобы стать Буддой? Мы уже отвечали на этот вопрос, но не столь отчетливо, когда говорили о языках. Напомню: два это уже много - необходимо и достаточно. В оптимальном случае оказаться в развилке между всего двумя традициями довольно для того, чтобы отрефлектировать и занять трансцендентную позицию, которая далее будет именоваться «своей реальностью».
        Дальнейшее расширение спектра тоже амбивалентно. Его можно рассматривать как привычку дурака постоянно наступать на одни и те же грабли, но оно может оказаться и вполне реальной деятельностью по конкретизации содержания всеобщего единого разума. Накопительство вредно для духовного здоровья, тогда как наполненная целостность и есть эталон здравого ума. Все зависит от способности сохранять видение леса за деревьями. Традиции - это тоже сфера нереального, хотя бы они и создавались с целью реализации. Но в перспективе совершенства каждая традиция обладает своей реальностью и достойна ее.
        Часть 3
        Нереальный человек (женщина)

        Реальнее всякой реальности

        «У войны не женское лицо…»

        Чтобы сразу же пресечь любые негативные домыслы в связи с обозначением женщины как человека нереального, напомню вам еще одно значение этого слова, когда оно начинает переходить в свою противоположность. Так, встретив нечто, превзошедшее все наши ожидания, мы восклицаем: «Это удивительно прекрасно! Просто нереально!» Вот в таком ракурсе мы будем рассматривать здесь женщину, которая как человек просто нереальна! Да, во всякой культуре это существо земное и даже приземленное, но его пародоксальность в том, что оно дает жизнь и взращивает все духовное - это точка поворота к самореализации.
        Здесь мы сосредоточимся на «своей реальности», которая определяется для себя как «женская реальность». И даже эта простая определенность сразу распадается для нас на многоликость женственности. Дело даже не только в вопросе: «Кто главный? Мужчина или женщина?» Глобальные решения способствовали созданию сообществ по принципам матриархата или патриархата, но речь никогда не шла об избыточности или ненужности «второй половины». О матриархате и говорить не приходится, но и в патриархальных обществах история переполнена примерами роковой женщины, вершащей судьбу народа.
        Женщина, принимающая свою роль положительно, не поддаваясь на провокации второсортности или эманципации, тоже оказывается не в однозначной ситуации выбора - кем быть? Даже в древних культурах при доминанте семейного очага у женщины были еще два пути - жрица (или монахиня) и гетера (или актриса). Правда, в те времена это был не личный выбор, а воля богов или власть царей, и просто поставив себе такую цель по собственной инициативе женщина не добилась бы ровным счетом ничего в конфликте с обществом. Но и обратное верно - павший на нее взор богов или царей вершил ее судьбу.
        На пути духовного развития у женщины оставался принципиальный выбор между созданием семьи и уходом в монастырь. В житиях святых мы находим оба варианта, но вот вариант артистический на этому уровне уже не проходит, разве как развратное прошлое, в котором пришлось раскаяться. Причем, выбор между семьей и монастырем не означает заведомо духовного прогресса - нам известны святые жены великих святых, равно как многие монахини просидели всю жизнь за монастырскими стенами как в богодельне, не занимаясь ничем, кроме вязания чулков и подметания дворов. То есть это уже вариации.
        Выбор есть не только по стериотипам, но и по качествам. Например, в индийской традиции женщина в духовном аспекте понимается как шакти - динамическая энергия, или сила бога. Тогда как в китайской традиции женщина по природе есть существо иньское - воплощение покоя и фундаментальности. В итоге, когда женщина принимает за истину некую свою реальность, это не просто вообще стандартная «женская реальность» или «реальность с женским лицом». Далее ей придется самоопределиться в своих личных склонностях и возможностях, чтобы выбрать свой - не просто женский, а свой - путь.
        Итак, здесь мы сосредоточимся на осознании чисто женских особенностей в духовном развитии, начиная со строения тела, которое наиболее очевидно и сильнее всего детерменирует женщину на начальном этапе практики. А затем покажем варианты путей, по которым может происходить дальнейшее преобразование всей специфической женской структуры. Подчеркнем, что никаких доказательств в пользу того или иного варианта, кроме чисто объективных преимуществ и недостатков, здесь приводится не будет. Дело не в том, чтобы убедить вас выбрать «самый лучший» путь - важно, чтобы вы поняли себя.
        Физиологическая неизбежность тела

        «Принимай судьбу отрадно - не ищи иных причин:
        Разделились беспощадно мы на женщин и мужчин».

        Конечно, в наше время и пол можно поменять, да и гомосексуализм вполне законен, но это все вторичные явления. Для человека все начинает определяться с момента определения пола новорожденного, причем он может даже не стать таковым, если пол определят еще до родов как неподходящий для семьи или общества. Аборты по половому признаку - бич современности, и чаще тест на пригодность не удается пройти именно женщинам, которые во многих ситуациях никому не нужны как лишняя обуза. А когда родилась девочка, все идет по заведомому сценарию, кульминацией которого становится свадьба и беременность.
        Строение тела, рассчитанное на вынашивание детей, подкрепленное гормональным и прочими побудителями, вынуждает многих забыть о духовных устремлениях молодости и идти по пути природы. Это предопределяет и качество энергии, которая опускается вниз, и характер размышлений, нутряных вместо мозговых, и духовные идеалы, вроде «матери мира». Женщина, готовая следовать своей природе, может прожить жизнь практически на автопилоте, даже не задумываясь, куда и зачем она летит. Более того, именно такая модель поведения возводится в принцип: «духовность - это и есть жизнь в гармонии с природой».
        Рассматривая понятие реальности в разных традициях, мы уже достаточно точно констатировали, что природа - это не дух. Напротив того, дух вовсе не должен следовать природе - она есть его творение и отражение, которое должно подчиняться его рефлексии. Вот только распределение природы и духа соответственно как сути женщины и мужчины не совсем правомерно. Можно говорить только о большей или меньшей проявленности. Точно так же на вторичном - энергетическом - уровне: в каждом человеческом теле есть инь и ян, просто у женщины преобладает иньская составляющая, а у мужчины - янская.
        Два бездумных варианта обращения с женским телом - пустить все на самотек, потакая физиологическим запросам, или делать все наперекор, игнорируя любые протесты организма. По первому пути идет женщина в традиционном обществе, которая следует принятому жизненному циклу, соотнося все с фазами менструации, беременности и пр. Вторым способом пользуется современная женщина, продолжающая гнуть социальную линию, не обращая внимания на месячные, а от беременности и вовсе предохраняясь при помощи внешних средств. То и другое - совершенно неразумно, равно как и бездуховно.
        Сознательное отношение к своему телу как индикатору предназначения позволяет выбрать как путь материнства, так и путь монашества. В обоих вариантах существуют парадигмы одухотворения естественного развития либо сублимации природных функций. Нам известно много примеров матерей и жен святых и добродетельных подвижников, которым они обязаны своим высоким духовным уровнем, ибо именно женщина являлась подлинным хранителем духа в семье. Точно так же отказ от семейной жизни может быть не отбрасыванием возможностей физиологии, а включением ее специфики в духовный путь.
        Здесь мы тоже видим два варианта. Так, практика йоги строится на специальных ограничениях для женщин на выполнение тех или иных техник в соответствующие циклы - при месячных и пр. Женщина практикует, но не насилует природу. Даосизм же возводит сами физиологические процессы на тонкий уровень - так процесс беременности в точности воспроизводится при взращивании бессмертного зародыша. И хотя физически женщина может не иметь детей, весь природный потенциал включается в работу, и его энергия способствует духовному развитию. В любом случае, это сознательное целеполагание.
        Цикл перевоплощений и женское чрево

        Если акцентировать женскую специфику в вопросе освобождения, то мужчина важно перестать перевоплощаться, тогда как женщине - прекратить перевоплощать. Это может показаться на первый взгляд каламбуром, но давайте посмотрим на кармическую цепь. Совершенно очевидно, что самореализация мужчины оказывает некое обратное влияние на породившую его женщину. Многие матери великих святых были признаны святыми - и это далеко не формальный канонический акт. Причем, сами роды никто не подвергал никакой критике - однако они оказывались последними не только для сына, но и для самой матери.
        Когда я жила в индийском ашраме, то периодически ходила на лекции одного свами, который очень любил обращаться к собравшимся (а там было немало молодых западных девушек) с призывом «стать йогической матерью», дабы воспитать настоящего йога. Это вполне ведическая идея, и индийская культура, запрещая женщинам практиковать йогу (в плане усиленной практики асан и сублимационных энергетических техник), создавала для них все возможности правильно воспитать высокодуховного сына. Конечно, сама женщина должна быть образованной - это были и священные тексты, и молитвы, и ритуалы, и пр.
        Другой вариант разрывания цепи - при отсутствии физического секса в супружеской паре, причем скорее «за ненадобностью», ибо слияние таких пар доводилось воистину до стадии «одна душа в двух телах». Детей у них могло и вовсе не быть, зато бывало много учеников, вплоть до создания всемирных организаций, где женщине доставалась уже роль Матери с большой буквы. Известные примеры - Рамакришна и Сарадеви, Ауробиндо и Мать. Однако дети тоже могли быть - например, Лахири Махасаи был семьянином с двумя сыновьями, которые стали главными распространителями новой традиции крийя-йоги.
        Если женщина не выбирает путь монашества, который «убивает двух зайцев» - пресекает способность перевоплощать (сразу избавляя от лишних кармических связей), а в идеале и прекращает личные перевоплощения (если ей удается добиться самореализации), - то такие варианты, как мать или жена духовного человека, выступают разумным этапом, или неким компромиссом между природой и духом, на пути одухотворения. Причем такая женщина часто испытывает изменения в организме даже на физиологическом уровне, но не насильственным, а вполне естественным путем. Тело начинает как бы «подстраиваться».
        Не будем рассуждать здесь про непорочное зачатие, благо христианство мы здесь почти не затрагиваем, да и там это из разряда таинств, необъяснимых до конца никакими богословами. Но вот один из самых распространенных критериев в йоге и даосизме для определения прогресса женского духовного развития - это прекращение менструации без каких-либо паталогий, а за счет обращения энергетических потоков и соответствующего преобразования физиологических жидкостей. И наоборот, можно найти немало описаний чудесных событий во время зачатия, беременности, родов - например, у матери Будды.
        И всегда есть обратная сторона медали - необходимость для мужчины в наличии адекватной женской физиологии. Вспомним диферамбы, слагавшиеся тантристами во славу менструальной крови как визуальному проявлению шакти, или той самой энергии, которая необходима ему для духовного развития. Точно так же для даоса была важна подготовленная супруга, без взаимодействия с которой ему было сложно, а подчас и невозможно завершить собственный алхимический процесс. Более того, сам мужчина воспроизводил цикл беременности в собственной энергоструктуре, подражая женщине.
        Главное, чтобы вы подходили к собственному телу осознанно или, по крайней мере, умели выбрать такого мужа, который сможет правильно распоряжаться обоими телами.
        Внешние явления и внешность женщины

        «Красота спасет мир».

        «Мужчину интересует не то, как женщина одевается, а совсем наоборот».

        Мужчина может себе позволить быть добродетельным уродом, а женщина всегда и везде ценится за красоту. Это совершенно субстанциальная вещь, ибо, будучи воплощением природного начала, женщина и есть «внешность духа» как его проявление вовне себя. Внешность женщины обладает такой же ценностью, как внутреннее достоинство мужчины - не случайно в семье женщина обычно занимает «внутреннее положение» как центр, сидя дома взаперти, тогда как мужчина бегает вокруг и все несет в дом. Современной женщине такое положение не всегда нравится - ей уже хочется бегать наперегонки с мужчиной.
        Тем не менее, затворнический характер женского существования компенсирует значимость ее внешности. Так, мусульманка тщательно подбирает роскошные наряды, но выходит из дома в сплошном черном одеянии поверх всего с одной щелью для глаз, да еще в сопровождении своего мужчины, к которому часто сводится вся ее реальность. Женщину берегут, за нее сражаются, ее обеспечивают - но в ее обязанности входит быть красивой. Духовная женщина не оставляет внимания к своей внешности - в отличие от мужской практики, здесь много связано с убранством, и даже его снятие - более значимый акт.
        Монахиня в черном по-западному или монахиня бритая по-восточному - это всегда более сильное впечатление, чем монах-мужчина в подобном обличие. Ибо для мужчины это вполне естественное духовное действие, тогда как для женщины - это совершенно противоестественное действие, а скорее и противодействие духу в его проявлении. Если мужчина может совмещать духовное и материальное развитие одновременно, то женщине это гораздо труднее сделать, а чаще это делается за ее счет - либо муж от нее уходит в монастырь, либо он перекладывает на нее слишком много общих материальных забот.
        Впрочем, если использовать позитивный аспект такого пристрастия, то женщине проще приступать к практике внешним образом. Сейчас, если вы заглянете в йога-зал, то там больше девушек, а если вы заглянете в медитационный центр, то там больше мужчин. Все просто: девушек беспокоит прежде всего фигура, но постепенно она может и начать заниматься более глубинными вещами, тогда как мужчине важно дойти до сути, а в чем дойти - это уже пусть жена заботится, костюмы отглаживает. Во взаимоотношениях внешнее и внутреннее постоянно мерцают, ибо женщина одна - совсем иная, чем не одна.
        Принципиально важно понимать, что природа как воплощение духа - это процесс овнешнения, тогда как духовная практика - это обратный процесс овнутрения. Именно процесс овнешнения в большей степени присущ женщине, однако женщина - тоже человек. Но и такие сугубо внутренние процессы, как вынашивание, производятся только ради появления на свет, нового овнешнения духа. Впрочем, каким бы сокровенным ни был сам процесс развития зародыша внутри, он наиболее очевидным образом бросается в глаза при взгляде на изменившуюся фигуру женщины. Это всегда самый ярко-выраженный процесс.
        Баланс между внутренним состоянием и внешним проявлением для женщины имеет гораздо большее значение в начале практики - ничуть не меньше, чем для мужчины, но в противоположном смысле. Обустройство места для занятий тоже влияет на женщину в большей мере, тогда как мужчине проще отрешиться от всего и уйти в себя. Надо понимать, что есть большая разница между «затворничеством в семье», где женщина вся вовне (в муже и детях), и затворничеством в келье, где она далеко не является центром внимания, как ранее привыкла, а снаружи - одни голые стены, которые не дают никакого отражения.
        Чувствительность плюс интуитивность

        Если посмотреть на взаимодополнительность энергоструктур мужчины и женщины, то у женщины исходно больше развиты нижние центры (то самое чрево), тогда как у мужчины - верхние. Вот почему у женщины гораздо проявленнее эмоциональность (грубые вибрации) при нивелировании мышления, которое сводится к интуитивному чувству. В этом плане вполне резонно сказать, что «мужчина выше женщины», хотя без «нижней половины» он просто потеряет землю под ногами и будет выбит из колеи - преимуществ у него немного. Либо у них есть взаимная достройка, либо каждый решает проблему достройки в одиночку.
        Было бы наивно полагать, что сам факт наличия мужа уже решает для женщины задачу достройки, что мы и наблюдаем в огромном количестве неблагополучных семей. Все-таки это слишком тонкая работа, ибо человеческая структура чрезвычайно сложна, поэтому исходное соответствие и фактическая достройка - вещи далеко не однозначные. В каком-то смысле (отсюда и монашество) любому человеку проще обрести целостность индивидуально, нежели решать это вопрос за двоих. Удвоение проблем при неадекватных отношениях может только отдалить заветную гармонию с самим собой в самореализации.
        В нормальных отношениях у каждой женщины есть ритм «приходов и уходов», ибо даже в браке муж как минимум ходит каждый день на работу. Так у нее есть время на занятие собой и мужем поочередно. Любые нарушения ритма ведут к эмоциональному сбою, ведь когда не успела принарядиться и убраться, а муж уже пришел, досадно, а если все готово, а он опаздывает, то придется разогревать холодную еду. Это лишь внешний пример гармонизации, но очевидно, что ее настроить сложнее, чем просто приготовить и съесть, где то и другое зависит только от тебя самого. Вот так развивается интуитивность.
        Неудивительно, что самореализация в браке оказывается более сложной задачей, несмотря на кажущуюся взаимную поддержку - уже хотя бы самим фактом существования. Тем не менее, современная женщина стремится «все успеть» - сделать карьеру не хуже мужчины, создать гармоничную семью, да еще и развиваться духовно. Эта поспешность еще больше затягивает ее под влияние самого временного фактора, так что в итоге она не успевает ничего. Остается делить проявление вечного единства на фазы, откладывая детей на окончание института, а занятие медитацией - до выхода на пенсию. Но это раздражает.
        Пожалуй, мы не можем назвать ни одну социально адаптированную женщину, которая достигла бы признанной самореализации, по крайней мере, по общим признакам. Можно ли сделать отсюда вывод, что «все сразу» - это вообще не путь? Скорее остановка. Может ли служить такая остановка, доведенная до полного ступора, точкой отсчета? Вполне, когда женщина начинает понимать, что ее коронное состояние не вечно. Но будучи самой временностью происходящего, она не может управлять временем. Нереальность женщины становится неотвратимой, когда она становится на духовный путь снизу вверх.
        Технически, например в даосизме, отмечается, что женщине все же лучше сначала проработать свою иньскую природу (куда относится и избавление от негативных эмоций), но впоследствии ей придется заниматься взращиванием янской энергии, поскольку само духовное развитие в любом случае требует «мужского качества». Однако не исключены варианты, когда женщина сразу переходит на мужские практики, не возвращаясь к темам семейной жизни. В итоге, в даосизме существуют разные школы - женщина даже в рамках одной традиции может выбирать, однако нужно помнить, что второй вариант необратим.
        Вам стоит относиться к собственной эмоциональности и частым предчувствиям как к совершенно функциональной части «женской реальности», что бы вы дальше ни делали.
        Поступать или не поступать «по-женски»?

        Это почти парафраз вопроса «Быть или не быть?» Ведь с позиций реальности, женщине почти все равно: если она поступает по-женски, то она соответствует своей нереальности, а если она не поступает по-женски, то она не является собой. В этом заключается женское коварство по отношению к самой реальности. Женщина нереальна, как бы реальность с ней ни обходилась. Главное, что раздражает и восхищает мужчину в женщине - отсутствие всякой логики в ее поступках, что не мешает получать блестящие результаты «из ничего». В буквальном смысле, она достает все из самой себя, по своему бесподобному наитию.
        Если каждый человек сам создает свою реальность своими поступками, согласно кармическим законам, то женщина сама воссоздает свою нереальность, тем более что карма действенна только в иллюзорном мире. Никак иначе она и не может поступать, отчего ходит по порочному кругу, который является прототипом колеса перевоплощений. У нее нет и не может быть мужской целенаправленности и последовательности. Как же ей выйти из круговращения? Только превратив его в целостный объем. Прототипом объемного восприятия и является женская интуиция, которая позволяет схватывать отблеск целого.
        Приступая к практике, женщине нужно учитывать свою склонность «начинать и бросать», так что лучше сразу заложить в программу приливы и отливы, смены настроя, а в целом - некий личный ритм хождения кругами, сразу выбрав наиболее удобный объем исходного цикла (суточный, недельный, лунный, месячный, сезонный). Однако не следует совершенно потакать склонности к перепадам, но постепенно настойчиво их выравнивать, учитывая качество изменений. Существует не так уж мало женщин, которые всегда готовы уйти в монастырь - но только в мужской. В этой шутке есть вполне изрядная доля шутки.
        Череда поступков, основанных на так называемой «женской логике», которую надо понимать как противоречие в терминах, приводит женщину всякий раз в исходную точку цикла. Или как в сказке про Золотую Рыбку повышение запросов зашкаливает до отброса к «разбитому корыту». Каждая женщина вынуждена лицезреть свое корыто в старости, глядя на отражение в зеркале, если максимум запросов относился к внешности (а так чаще всего и бывает). Про корыто не следует забывать никогда, ибо самый главный цикл - жизненный. Откладывая медитацию на пенсию, нужно помнить, что на пенсии придется чинить корыто.
        Суета и поглощенность сиюминутными ничтожными действиями - тоже чисто женское качество, порожденное принципиальной множественностью природы. Природе свойственно многообразие, она щедра и расточительна, и свести всю эту мультипликацию к простой исходной двойственности - главная ступень на пути к единству. Применением данного качества в практике может оказаться щепетильность в перебирании и подборе техник, доведенная до изощренного мастерства. Таков образ колдуньи-ведуньи, знающей несметное количество травок и заговоров на все случаи жизни - но это не самореализация.
        Женская реальность расходится вокруг женщины, как круги по воде. Она не может идти вперед, но ей удается волновать пространство вокруг себя, хотя первичной задачей духовной практики выступает именно успокоение «завихрений». Впрочем, глубинное спокойствие всегда присуще женщине даже на самом разлаженном эмоциональном фоне. Это застывший покой концентрированной энергии инь, создающий фундаментальное основание для бесконечной игры нереальности. Реальность никогда не играет - она вечна, и на игры у нее просто нет времени. Так мужчина любуется женщиной без желания любить.
        В строгом смысле, женщина даже не совершает поступков, ибо поступок по своему определению предполагает ответственность, а та строится на логике причин и следствий.
        Мать Мира - женский идеал самореализации

        Женщине удается возвести свои чаяния во всеобщее - и пределом ее мечтаний обычно является отождествление с самой Природой. Да, природа нереальна, но если женщина хочет именно самореализации в качестве женщины, то ее меньше всего привлекает уход в Реальность. Дарить жизнь всему живому, чтобы оно могла продолжать бесконечную игру круговращения - вот что женщина может противопоставить вечности. Создавать новые зеркала реальности, каждое из которых является своей реальностью, но никогда ни на миг не приближает реальность как таковую - искусство иллюзорности бытия, или женская суть.
        Идеал освобождения от природы - совершенно мужской по своей сути, а женщине пришлось бы избавляться от самой себя. Подтверждая реальность своей нереальности, она скорее склонна слиться с природой, нежели с пустотой. Переживание полноты слияния запечатлено в образе Матери Мира, где женщина склонна представлять себя матерью всего живого, а не только продолжать один из родов человеческих. Так, индийские святые женщины исповедуют только любовь: Анандамайи Ма просто обнимает всех посетителей от всей души. Здесь нет логических наставлений на пути - есть лишь погружение в чувство.
        Женская реализация - не окончательная самореализация, но она может признаваться как предпоследний этап перед полным освобождением, если понимать самую первичную дуальность как мужское и женское начала. Собрать всю природу воедино в собственном облике - это огромное достижение, ибо ее гораздо проще снять в целом, нежели иметь дело со всем природным по отдельности. Вот только сама женщина не может этого сделать, а точнее, не может захотеть вступать в конфликт с собой. Внешнего конфликта у нее тоже нет, ведь она не противостоит духу, а как раз является его проявлением, он растворен в ней.
        Кульминация этой роли заключается в признании женщины не просто матерью мира, что всегда останется абстракцией, а матерью бога живого. По этому пути решилось пойти христианство, провозгласив Деву Марию богоматерью. Только девственница могла стать богоматерью, поскольку жена человеческая сразу низводится на роль одной из женщин. Жена конкретного человека не может породить бога, который должен быть сыном бога. В нее должно быть заронено семя всеобщего. Впрочем, и без всяких мистерий это очень ясно выражено в чувстве каждой матери, что именно ее ребенок - «самый лучший» на свете.
        Женский эгоизм во благо использовался с глубокой древности, когда женщине предписывалось относиться к мужу, как к богу, независимо от его настоящих качеств. То есть женщина получала возможность для самореализации независимо от усилий мужчины. Более того, само это отношение как факт расставляло все на свои места, ибо у нереальности появлялся отец как сама реальность. В действительности, столь метафорический язык описания своей реальности и самореализации тоже в наибольшей мере соответствует женским качествам восприятия. Образное мышление - это функция женской интуиции.
        В наше время идеал Природы-Матери получает дополнительный позитивный посыл в контексте глобального кризиса взаимоотношения человечества и природы. Человек в прямом смысле замучал природу, как женщина замучалась в человеческом облике, который в большинстве культур представлен мужской ипостасью. «Спасать мир» в самом первом приближении предстоит скорее женщине, нежели мужчине как Спасителю всего рода человеческого. Мир нужно не столько порождать, сколько возрождать, поэтому идеалы женской духовности все более оказываются на векторе общечеловеческих ценностей.
        Женщина никогда не станет мужчиной, но она может обрести целостность обоих начал - мужского и женского - ничуть не хуже, чем этого способен добиться мужчина.
        Структурные элементы женской реализации

        Как бывают мужественные женщины и женственные мужчины, так нам снова будет трудно провести четкую границу между течением и структурой в природе. Метафорически женщина представляется и как вода, и как земля. Как укоренение входит в ее функции, так и размывание. Однако при разложении природы на пять базовых элементов вода и земля оказываются совсем рядом. По сути все элементарные функции природны, и называть элементы огня и эфира мужскими - значит, выделять мужскую составляющую в самой женщине. Так и в даосизме инь всегда содержит в себе потенциальный ян (и наоборот).
        Перечислим признаки женской структуры для ориентации в применении техник, разработанных в патриархальных традициях. Женщина все делает наоборот: мужчина прав, а женщина лукавит; мужчина движется по ходу солнца, а женщина - против часовой стрелки; мужчина поворачивает направо, а женщина - налево; мужчина стоит, а женщина лежит; мужчина расширяется, а женщина втягивает; мужчина согревает, а женщина студит; мужчина смеется, а женщина плачет; мужчина светит, а женщина оттеняет (или отражает свет наподобие луны); мужчина ведет, а женщина следует - всякий может продолжить сам.
        Слова великого философа Гегеля о том, что в ясном свете столь же мало видно, сколь и в полной тьме, обретают новый смысл в применении к мужчине и женщине. По большому счету, мы отметили принципиальную взаимодополнительность их достройки, а теперь уточним только аспекты техники достраивания. Женщине нужно исходить из себя, как она есть, а исходить из того, чем хотелось бы стать, просто нереально - хотя женщина и склонна погрязнуть в нереальности, это не путь самореализации. Основной выбор - это достройка до целостности вместе с мужчиной или без наличия оного. В первом случае она больше развивает женские качества для цельного брака, а во втором - мужские для себя.
        Мы уже отмели вариант смены партнеров как непригодный для духовного развития, но давайте посмотрим, что в таком случае происходит, чтобы была понятна мотивация. Женщина тратит время и силы на обретение целостности в браке, создавая конкретную взаимодополнительность с реальным мужчиной. Разрыв оказывается сущим разрушением всей проделанной работы над собой, и ей требуется время для восстановления себя и своей структуры. Смена мужчины может быть не столь катастрофичной, но она будет требовать перестройки, ибо мужчина - это не стандарт: с другим мужчиной нужна другая структура.
        При смене партнеров женщина слишком много времени и сил тратит на то, чтобы «ломать и строить», а в результате у нее не остается ни времени ни сил, чтобы построить по-настоящему качественное глубинное единство с одним мужчиной. Заметим, что времени на это надо много в объективном плане - святые супружеские пары проживали вместе всю свою жизнь, а в индийских традициях часто ссылаются на кармическую связь в течение многих совместных воплощений, называя такую женщину «вечной супругой» и т. п. В наше время смену партнеров оправдывают «накоплением опыта» или «непривязанностью».
        Здесь можно сказать только одно: при смене партнеров не накапливается самый главный опыт - постоянство в браке, равно как и непривязанность не дает развиваться настоящей любви, обрывая отношения еще до того, как люди действительно «срастутся» в одно целое. Будучи честной с самой собой, женщине не стоит вступать в отношения, не выверив собственную готовность прожить жизнь именно с этим человеком. Совсем другое дело вмешательство внешних сил, которые приводят к разлуке и служат скорее внешним испытанием на прочность - и самой женщины как структуры, и ее связи с избранником.
        А женщину в одиночестве (путь монашества) случайные связи только временно выбивают из колеи, а вовсе не дают никакого позитивного опыта или дополнительности.
        Пассивность и активизация женского начала

        Очередной женский парадокс - это активная пассивность. Мы уже отмечали, как резко различаются трактовки женщины в даосизме (пассивность) и тантризме (активность), но это только попытки разделить этот парадокс на его составляющие, а далее в обоих версиях наблюдается учитывание и задействования иной стороны. Вот почему важно определить, в каком именно смысле следует понимать женскую стабильность или энергичность. Давайте снова посмотрим на «обыкновенную женщину» как воплощение нереальности: мужчина активен, а женщина пассивна в целом, но в повседневности она суетится гораздо больше.
        В большинстве культур женщина не выбирает мужчину - она может максимум согласиться или отказать, а выбирает и добивается именно мужчина. Женщина же просто «сидит в светелке и вышивает», пока мужчина не начнет брать светелку приступом. Однако само вышивание вкупе с прочими изысками, когда женщина накапливает энергию, лелеет свою красоту, изощряется в кокетстве, но и упрочивается в добродетелях, - все это на самом деле вполне активная пассивность, позволяющая привлечь желанного мужчину, заставить его действовать с целью соединиться с ней и обустраивать далее семейную целостность.
        Не нужно забывать, что в философии под активным первоначалом понимается чаще движущая сила, а не само движение или нечто подвижное. Поэтому исходно все наоборот: природа как женское начало приводится в движение одним пристальным созерцанием бога как мужского начала. Он - только свидетель, тогда как свидетельствование заставляет ее производить все необходимые для наблюдения и рефлексии действия. Так и в быту мы слишком часто видим мужчину-трутня, который лежит на диване, тогда как жена с утра до ночи бегает по хозяйству. То есть всегда надо учитывать фазу и тип семейных отношений.
        При построении своей духовной практики женщине нужно серьезно учитывать всю парадоксальность перспектив своего развития. Пассивность на начальном этапе проще преодолевать либо при помощи мужчины, либо на групповых занятиях. Но и возбуждение активности, которая отвлекает от практики, снимается теми же самыми средствами. То есть внешние рамки, которые женщине может задавать мужчина или общество, действительно помогают. Есть женские монастыри, но мы немного найдем примеров отшельниц, тогда как мужчина органичнее справляется с духовной практикой в полном одиночестве изначально.
        Второй способ активизации для женщины - это следование внешним ритмам, пока не начнет включаться внутренний ритм. Женщине проще жить по часам, иначе она может начать «зависать» в меланхоличности или созерцательности. Другое дело, что она часто уже завинчена и даже взвинчена до предела множеством других внешних ритмов, поэтому сознательное замещение одних на другие тоже может потребовать значительный период. Причем, это способ активизации именно пассивности - умение следовать по сонастрою. Таким образом, женщина не рискует (и не может надеяться, если хочет) стать мужчиной.
        Самый негативный вариант - это истеричка, где пассивность и инертность сначала переведена в свое негативное качество, а затем взвинчена потребностью в его внешнем проявлении. Пассивность в аспекте застоя становится не накоплением силы и покоя (как потенциала активности), а угнетением природы, переживанием собственного ничтожества. Надо признать, что это момент истины - женщина действительно по сути является самим ничтожеством (нереальностью), однако ее непосредственное проявление в таком качестве через истерику не оставляет никакого просвета для проявления реальности за слогом «не».
        Когда у женщины нет партнера не только в браке, но и в духовной практике, имеет смысл набраться терпения и приготовиться к начальному периоду снятия противоречий.
        Ответственность перед богом и мужчиной

        «Лучше плохо свершать свою дхарму,
        чем в чужой преуспеть…»
    Кришна

        Если мы принимаем наличие «женской реальности», то вполне существенный вопрос, который даже предрешает самореализацию, - это существование «женской дхармы», или специфического женского долга. Вообще, у женщины при всей нереальности обычно нет ничего своего - она вся живет для других: для мужа, для детей… Когда мужчина исполняет свой долг, женщина должна просто его поддерживать, так что в долге как миссианстве ей вроде бы отказано. Однако материнство в качестве заботы возводится в ранг обязанности. Как «господин есть раб раба», так и долг мужчины оказывается переложен на женщину.
        Этот ракурс хорошо виден в истории буддизма. Если Будда преспокойно ушел в нирвану, завещав техники по ее достижению, то после него появился Авалокитешвара - такой реализованный будда, который отказался уходить в нирвану, пока последнее живое существо не спасется. Интересно, что при обожествлении этого образа он превратился в женщину: так в Тибете это многорукий бог, а в Китае и Вьетнаме он же известен как богиня милосердия. Итак, если женское начало выступает как природное проявление бога, то дхарма природы, или долг женщины, вернуть все живое в его исконную божественность.
        Получается, что женщина не сама должна самореализоваться, а ее женский долг состоит в том, чтобы создать условия для самореализации, как мы уже видели на примерах матерей Христа и Будды. Образы святых женщин помимо материнства - это супруги богов, но мы не найдем женской богореализации. Достичь же полной самореализации женщина может только после обретения целостности в самой себе, когда она по сути уже не является женщиной, хотя и не становится мужчиной. В этом смысле она идет по мужскому пути не в большей мере, чем мужчина идет по женскому пути, обретая целостность на основе себя.
        Доведя дело до абсурда, можно утверждать, что женщина не имеет никакого права уйти в монастырь и заняться самореализацией, оставив дома малых детей. Вспомним, что Будду доселе прославляют за высокую степень самоотречения оттого, что он ушел из дома, когда у него родился сын. Ребенок остался с матерью, и Будде никто не вменяет в вину столь аморальный поступок. Представим на минуту обратную ситуацию: женщина ушла из дома в монастырь, оставив новорожденного сына на попечение покинутого мужа. Никто не согласился бы признать ее духовные заслуги, да нам и не известно о достижении таковых.
        Детерминация не настолько критическая, если вспомнить раскаявшихся блудниц вроде Марии Магдалины, которые изменяли мужчинам, но ведь угодили богу. Впрочем, не стоит ударяться в разврат, имея в виду последующее покаяние: такие трюки не проходят. Не будем же удивляться, что так живут тысячи людей, для которых грешить всю неделю и каяться по воскресеньям - нормальный образ жизни. Женское коварство действенно по отношению к мужчине, но абсолютно бездействено перед богом, ибо именно он его создал. Вот почему чистота женщины - вопрос намного более острый, нежели чистота мужчины.
        В плане социального долга интересно, что уже в «Бхагавадгите» сохранение нравов в обществе возлагалось исключительно на женщину. «Когда женщины рода растлились, наступает всех варн смешение…» означает, что люди перестают исполнять собственный долг и начинают заниматься чем-то другим. Именно женская нравственность оказывается стержневой осью, на которой держится дхармичность всего миропорядка. Бог не отвечает за мир - он его просто творит и наблюдает, что там происходит. Отвечает за мир женщина, что нужно понимать как ответственность всего мира за самого себя перед своим творцом.
        Часть 4
        Жизнь и Практика: «Начни с Начала»

        Естественное и искусственное существование

        Вспомним снова про «кармический автопилот», на котором многие люди пролетают бессознательно через всю свою жизнь. Есть заложенные от рождения программы развития, созревание кармических семян создает нужные ситуации, человек реагирует в «новых условиях» согласно своему характеру и принципам, корректируя их по явным результатам, накапливается все более неподъемный багаж знаний и опыта, и наконец, все внезапно обрывается смертью. Человеку не приходится думать даже в сложной интеллектуальной и высоко технологической цивилизации нового времени - все происходит естественно.
        Искусственная среда человеческого существования создается именно естественно, как и деятельность мышления на самом деле происходит непосредственно. Сознательные усилия, которые могут не увенчаться успехом даже при огромных затратах, прикладывают к тому, чтобы хоть на минуту остановить этот «естественных ход вещей». Неорганические структуры растут, как грибы, паразитируя на органичном стремлении человека к комфорту. Давно уже подмечено, что человеку только кажется, что он думает, тогда как мышление просто использует его структуру для собственного распространения. Хорошо ли это?
        Духовная практика абсолютно не естественна! Более того, она даже не естественна в смысле искусственного усовершенствования природного существования. Это важно сразу понять. Духовная практика в ее подлинном виде ставит целью избавление от природы - выход из обусловленного человеческого существования, как бы это ни называлось в разных традициях: спасение, освобождение, самореализация и пр. То есть здесь предполагается переводить все естественные процессы в осознанные, направлять их в иное русло, придавая им новое качество. Все берется под контроль и начинает сильно трансформироваться.
        Один из самых известных каналов преобразования - это сублимация сексуальной энергии, которая используется вместо своего естественного предназначения на духовные цели или хотя бы интеллектуальные и творческие. На самом деле, сублимация - гораздо более всеобъемлющее понятие, и следует говорить об «утончении» жизни в целом, а не только базовой родовой энергии. Тем не менее, поскольку именно на сексуальном аспекте зиждется цикл перевоплощений, освобождение требует размыкания именно этого звена в первую и последнюю очередь. Но так далеко мы не заходим - пока начнем с Начала.
        Начинается все с общего чувства неудовлетворенности «кармическим автопилотом» даже без особого желания выключить заезженную пластинку, намереваясь просто сменить музыку. Это уже предполагает действие «из ряда вон выходящее», поскольку выводит человека из положения объекта проживания на позицию субъекта, а по большому счету в кармическом круговращении субъект есть только один - Самость. Так легкое недовольство жизнью способно спровоцировать человека на возжелание стать господином своей судьбы, а по сути (без чего это не достижимо) - властелином мира, или обрести богореализацию.
        Как бы то ни было, нужно делать что-то конкретное, иначе все будет продолжаться по прежнему с роковой неумолимостью. Точка исходной остановки мира, которую многие проскакивают во сне и наяву, нужна с единственной функцией - задать импульс разума переводить непроизвольные действия в осознанные. Откуда же тогда назидания мудрецов «следовать естественности»? Просто они имели в виду глобальные события: вся природа есть проявление бога - в конце концов все вернется восвояси. А духовная практика создана для сознательного завершения эволюции в пределах исходно взятого личного сознания.
        Духовная практика - наиболее рафинированная часть любой религиозной культуры, хотя вовсе не обязательно каждая религия поднимается до степени духовной практики.
        Переходный период и «трудные подростки»

        «Я в сотый раз опять начну сначала -
        Пока не меркнет свет, пока горит свеча!»

        Имеется в виду переходный период от жизни к практике, где далеко не у всех все проходит гладко, так что многие превращаются в «трудных подростков», которые больше не могут жить по-прежнему, но не в состоянии наладить сознательную трансформацию. Это особый феномен духовного развития, так что остановимся на нем подробнее, тем более что он ныне становится очень распространенным от переизбытка рекомендаций «как надо». Хорошо, когда он совпадает с возрастным переходным периодом, и человек начинает задаваться духовными вопросами одновременно с построением своей взрослой жизни в социуме.
        Сложнее разбираться с собой, когда уже все построено, но именно тогда становится понятно, что «ничего этого не нужно». Когда человеку за сорок лет, он зачастую вынужден признать, что вот теперь пора начинать «новую жизнь». Остановить грохочущую махину будней не так-то просто, поэтому ломки «переходного периода» в среднем возрасте часто бывают гораздо более чудовищными, нежели непослушание «трудных подростков». Порой человеку кажется, что невозможно ничего изменить, если не разрушить семью, не поменять работу, не уехать на ПМЖ в другую страну. Часто это совершенно неизбежно.
        Взрывной эффект часто создает подспудное накопление информации о духовной практике, которую совершенно невозможно внедрить в повседневную жизнь, видимая бессмысленность которой становится все очевиднее. Человек может и рад бы потихоньку со всем разобраться, но дело доходит до некой роковой черты, когда становится вдруг ясно: «все или ничего», «сейчас или никогда». Поступки такого порядка, как бегство от себя к Себе, могут создавать целый набор проблем, которые придется разгребать еще долго, когда человек вдруг бросает работу, а потом ему не удается обеспечить прожиточный минимум.
        В определенном смысле, это вопрос характера - рывок или плавное возвышение. Причем, как ни парадоксально, сам характер начала духовной практики отчасти обусловлен кармически. Наверное, здесь нет общих рекомендаций, ибо каждая ситуация слишком уникальна, чтобы можно было спроектировать общую схему, пригодную для перехода всех и каждого. Важно только обозначить, что переходный период должен быть сознательным, включая осознанность его самого: плавное изменение курса жизни (постепенное внедрение практики в прежний уклад) или резкая смена обстановки (принятие вызова Реальности).
        «Трудный подросток» появляется в том случае, когда человек вроде бы вдохновился и дернулся, но вот среда заела, поэтому он успел со всему разругаться, а противопоставить в позитивном аспекте ему пока нечего. Так он превращается во временного аутсайдера либо даже в паразита на своем окружении, которое он уже глубоко презирает как бездуховное, но оно его продолжает кормить из сострадания, чтобы он не помер с голоду за своими духовными занятиями. Худший вариант - когда недоучка, ухвативший пару светлых идей, начинает хулиганить и поучать всех вокруг, как именно нужно духовно просветляться.
        Оптимальное развитие состоит в том, чтобы использовать имеющуюся социальную и материальную базу для дальнейшего духовного развития. Значит, нужно искать такие варианты практики, которые не только не будут мешать профессиональному росту, но и станут создавать для него дальнейшие перспективы и т. п. Тогда и имеющееся социальное положение позволит постепенно делиться своими духовными знаниями с окружающими, если в личные задачи входит проповедывание (что не обязательно для самореализации). Все это длительный осознанный процесс на многие годы, а не чудное явление миссии.
        Кармический автопилот и запасной аэродром

        «А где-нибудь все ясно и светло,
        Там хорошо… Но мне туда не надо!»

        Мне вспоминается запись переговоров диспетчеров с экипажем самолета перед тем, как разбился на посадке самолет президента Польши, опубликованная под названием «Нельзя его здесь сажать!» Это была реплика диспетчера, получившего и передавшего все сводки о тумане, видимости и пр. Тем не менее, экипаж принял решение о посадке - и катастрофе. Хаотичность переговоров и перевес неформальных аргументов (экипаж ожидал указания самого президента вместо того, чтобы принимать решение по объективной ситуации) - наглядный пример, как предложение запасных аэродромов не заставило свернуть с курса.
        И вот финал, когда самолет совсем исчезает с радаров, а диспетчеры обмениваются последними репликами: «Да где ж он, бл…? - А х… его знает, где он!» Я не сторонник сильных выражений, но в данной драме они уместны. Напомнив, что сей сюжет служит нам метафорой целеустремленности по заданному кармическому сценарию, заключим же, что надо понимать серьезность своих намерений и уметь пользоваться запасным аэродромом, когда его предлагают. В каком-то смысле начало духовной практики сравнимо с тем, чтобы снять самолет с автопилота и начать спуск сознательно туда, где есть место для посадки.
        А серьезность ситуации не стоит недооценивать, ибо жизненные катастрофы из-за духовных амбиций - явление широко распространенное: сломанные семьи, незаконченное образование, испорченное здоровье и пр. «Благими намерениями дорога в ад вымощена» - это про начало духовной практики в значительном числе случаев. Слишком сурова эта стезя, если ступать на нее решительно и бесповоротно, во что поначалу не очень верится. Но конфронтация принципов, энергетическая зависимость, истощенное практикой тело - вот самые частые личные катастрофы, даже если удалось не покалечить своих близких.
        Нет ничего безалабернее «духовного эгоизма», когда человек начинает считать себя выше окружающих просто потому, что он только начал заниматься духовной практикой. Конечно, жизнь довольно быстро расставит всех по местам, но он ведь может счесть себя несправедливо обиженным. Лахири Махасаи всегда учил своих учеников считать себя «низшими из низших» - и это классическое поучение в духе христианства. Самое главное в начале - четко соразмерить цели самореализации и средства их достижения, ибо цели и средства здесь слишком сильно взаимосвязаны, чтобы цель могла оправдывать средства.
        Вообще, включение механизма осознанности часто происходит именно в тот миг, когда становится понятно, что если продолжать лететь на автопилоте, то катастрофа станет неизбежна. Но вот попытка вырулить вручную тоже чревата другой катастрофой при, как выражаются, «недостаточной квалификации» пилота - под чем понимается его неумение в принципе водить самолеты. А потому осознанное управление жизнью должно входить в задачи специального обучения, не дожидаясь экстремальных ситуаций, когда все вдруг ясно, но уже поздно - ничего не успеть сделать, как минимум, до следующей жизни…
        Смерть - не пугало, а критерий перехода. Причем, смерть актуальна всегда - и в жизни, и в практике. Обычному человеку все равно, когда умирать, ибо монотонный ход будней может продолжаться лишних двадцать-тридцать лет, не доставляя особо ценного жизненного опыта. Вот почему, когда тысячи людей смывает внезапным цунами, не стоит вопрос «За что?» Это не слишком важно даже для большинства из них самих в целостном контексте развития. Когда же человек пользуется всеми условиями воплощения для своего сознательного развития, ему тоже неважно, когда умирать, - но потому, что он готов!
        Семейные и партнерские программы развития

        Изолированное развитие практически невозможно, поэтому уже на стадии построения программы лучше учитывать свое семейное положение, ибо именно ближайшее окружение будет в наибольшей мере способствовать или мешать заниматься собой. Создание семьи само по себе может выступать частью такой программы, поскольку далеко не любая семья настроена на семейный подряд в духовной практике. Мы рассмотрим, что происходит при равнодушном отношении или противодействии со стороны родственников, а также как подбирать совместные и взаимодополнительные программы для параллельного развития.
        Представьте себе вполне банальную ситуацию: жена занялась йогой и медитацией, а муж ходит по барам и ресторанам, при этом они вполне согласны предоставить друг другу свободу в выборе «отдыха» (а начинающие относят практику скорее к категории отдыха от основной занятости), благо проводят много времени вместе на работе и дома. Но ведь у них общая структура, постоянно возобновляющаяся и укрепляющаяся через соединение при сексуальных контактах, а также интенсивный обмен энергией во всей совместной жизни. Вот и получается, что муж начинает в буквальном смысле «паразитировать» на жене.
        Жена чистится на йоге, а муж пачкается в баре, - потом они вместе возятся с детьми, смешивая на энергетическом уровне «золу с мукой», отчего жене становится хуже, а мужу - лучше. По силе происходит такая же раскладка: жена подкачивает мужа накопленной на йоге энергией, и тот чувствует мощный прилив сил для очередной пирушки с друзьями, а по возвращении домой удивленно находит жену с головной болью в крайнем раздражении. Даже если они не пытаются друг друга «убеждать» на совместные походы в зал или бар, структурный конфликт будет лишь нарастать или разрешится в пользу одной стороны.
        Разумеется, вода камень точит, и даже при полной индифферентности членов семьи к новым увлечениям одного из них, при настойчивости последнего общий семейный фон начнет выравниваться, что послужит наглядным доказательством полезности занятий, и другие тоже начнут вполне сознательно подключаться к практике. Вот только многим ли хватит запала и упрямства вытягивать целое семейство своими скромными усилиями? Чаще происходит обратное: либо человек бросает свое начинание как безнадежное, либо идет на конфликт с семьей и начинает изолироваться в отдельной комнате или съезжает.
        Вот почему семейная договоренность на прохождение неких духовных программ совместно - величайшее благо для всех по двум причинам. Во-первых, не нужно объяснять остальным, чем именно ты занимаешься, ибо они получили сходную информацию и опыт. Во-вторых, если практика продолжается в домашних условиях, то возникает как система поддержки в создании условий, так и возможность обмена опытом и коррекции занятий в позитивной творческой обстановке. Здесь не обязательно всем вместе ходить регулярно на одни и те же занятия, а достаточно хотя бы установочных ритритов с семейным уклоном.
        Другой вариант семейной практики - взаимодополнительность при ограниченности во времени и финансах, но достаточно широком кругозоре и серьезности исследований. Так, занимаясь йогой муж и жена могут специально посещать занятия разных учителей и обмениваться опытом дома, обобщая и удваивая свои наработки. Нередки варианты, когда семья умудряется гармонично существовать, даже если муж и жена делают акцент на разных традициях - китайских и индийских, например. Здесь включается в работу более мощный спектр взаимодействия самих традиций, находя новую оригинальную форму.
        Как бы то ни было, если вы начинаете практиковать в семье, любой опыт реакции - позитивный или негативный - даст вам очень много в плане понимания и себя, и практики.
        Индивидуальная программа для саморазвития

        «В конце концов, все приходится делать самому!»
    Народная мудрость

        При всей социальной адаптации важно не забывать, что самореализация - дело личное, и на то она и само-реализация, что получение ответа на вопрос «Кто Я?» от других в принципе невозможно. Даже при самых лучших партнерских и семейных раскладах, люди смертны, и родители покидают этот мир гораздо раньше вас самих, браки порой распадаются даже после десятков лет счастливой совместной жизни, дети вырастают и уезжают, ученики выучиваются и уходят, - практически нереально найти связь, которая сопровождала бы вас от рождения до смерти, и даже «вечный супруг» появляется в юности не сразу и умирает.
        Все это должно вызывать скорее оптимизм, нежели пессимизм, когда человек имеет прочное основание в Себе. Вот почему необходимо четко рефлексировать свои духовные цели и этапы их достижения. Это должна быть осознанная индивидуальная программа, где вы хорошо понимаете, что именно вам надо, как использовать имеющиеся условия, в каком направлении развиваться, что надлежит делать на повседневной основе. Конечно, исходная «личность» не тождественна Самости, и пройдет несколько лет, а то и месяцев при наших сумасшедших темпах ускорения, как вам придется поменять все - от цели до будней…
        Самое главное, что будет меняться цель - точнее, она будет конкретизироваться. Представления о Боге даже у самых набожных людей весьма смутные, а о Себе еще слабее. И здесь вам никто не поможет - это вопрос личной концентрации на высшей цели и работы по ее прояснению и достижению. Само понимание цели совпадает с ее приближением - это один и тот же процесс. Английское слово «реализация» хорошо передает двойной смысл, ибо переводится как «понимание» и «осуществление». То есть оно хорошо отражает суть самадхи - слияние субъекта с объектом медитации, что и есть акт достижения цели.
        Фундамент жизни должна составлять повседневная личная практика, начиная с самых простых техник при постепенном их наращивании. Обучение может идти сразу по нескольким каналам. Периодические занятия с учителем или в группе (допустим, два раза в неделю). Ритритные варианты - ежемесячные погружения на пару дней или раз в полгода выездные семинары на пару недель. То и другое оставляет время на отработку заданной программы - от занятия до занятия, от ритрита до ритрита. Здесь вся нагрузка ложится на повседневные занятия, иначе смысл занятий, когда вы пассивны в воле учителя, утрачен.
        Особый цикл задают посвящения разного уровня в разных традициях, либо разовое подключение к новым источникам знания или энергии. Будучи кратким, но сильным воздействием, они меняют качество занятий, переводят вас на новый уровень, то есть вы уже не возвращаетесь в прежнее состояние, если опять-таки продолжаете поддерживать себя повседневной практикой. К таким ключевым точкам в индивидуальной программе нужно подходить крайне ответственно в плане организации - по времени, месту, обществу. В конце концов, даже вопрос о том, нужны ли они вас сейчас и вообще, - дело личное.
        Индивидуальная практика, как и все на свете, имеет тенденцию превращаться в занудную рутину, когда ранее насыщенные и прогрессивные действия больше не дают никакого эффекта, совершаясь чисто механически. Это нормально, поскольку происходит привыкание энергоструктуры, усвоение идей, и возникает закономерный автоматизм. Такие факты надо вовремя отслеживать и менять программу, подключая более серьезные практики, задающие организму новый вызов для развития. «Почивание на лаврах» чревато духовным ревматизмом, то есть от застоя в практике можно вполне обычно заболеть.
        Падение с высоты - инструктаж по выживанию

        «Начни с Начала» актуально не только при переходе от жизни к практике, но и в случае падения с достигнутых высот, что бывает в опыте любого практикующего в той или иной мере. Начнем с простых наглядных вещей - откаты назад от казалось бы уже завоеванных рубежей: тело гнулось уже прекрасно, а сегодня поутру вообще не гнется; энергия текла прекрасно, а сегодня какой-то блок и вялость; медитация уже стала устойчивой, а сегодня сплошной беспросветный бардак в мыслях. Таких ситуация, особенно поначалу, бывает предостаточно, и здесь нет ничего особенного - корректируем практику и продолжаем.
        Более серьезный барьер - достижение потолка личных возможностей, например, в физическом аспекте. У каждого есть свой предел гибкости или силы, дойдя до которого можно «биться головой о стенку», силясь выйти на уровень международного чемпиона в асанах, а можно гибко задействовать ранее не актуальные аспекты либо вообще перевести внимание на другие уровни: сократить практику асан, оставив ее для поддержания формы, и делать акцент на пранаяму и т. п. В конечном счете, к закату жизни можно дойти до исчерпания своих возможностей в текущем воплощении - и с этим нужно смириться.
        Внешние препятствия часто отбрасывают назад с неожиданной силой, так что потом приходится собирать себя по частям. Так было с Айенгаром, когда он попадал в аварии и превращался из учителя йоги в инвалида, пока не восстанавливался. Еще суровее обошлась судьба со Шри Ауробиндо, который в молодости поначалу совмещал духовную практику с национально-освободительной борьбой, и его приговорили к смертной казни с отсрочкой на год в тюрьме. Едва ли нужно объяснять, что тюрьма - вовсе не прекрасная келья для уединенной медитации. Но тот медитировал - до прояснения многих вопросов бытия.
        Наконец, падения по собственной оплошности в случае непредвиденного срыва в негативный сценарий или просто мощной растраты духовной силы впустую. Самый частый случай - нарушение целомудрия и впадение в страсть, переходящее в безудержный секс. Другой вариант - всплеск бесконтрольного гнева, приводящий к убийству или серьезному стрессу другого человека, что отыгрывается как потерей энергии, так и кармой поступка. Под «падением» в христианстве обычно понимают именно данный сценарий, причем из житий нам известны примеры падения подвижников с очень больших духовных высот.
        Как наставляют в монашеском духовном делании, нет иного большего греха, чем отчаяние. Человек не может потерять ни Себя, ни Бога, - хотя в состоянии отчаяния и переживания своего полного ничтожества был бы рад самоуничтожению, что и приводит порой к суицидам. Однако «забыться» при уже включенном сознании уже не получится никакими средствами - здесь самая страшная пытка только начинается. Собственно, именно потому само падение тоже становится новый Началом, радикально меняя отношения человека к самому себе и личной практике, так что он никогда уже не станет прежним.
        Нужно помнить о том, что наработки в практике никуда не деваются, и даже после падения восстанавливаться всегда проще, чем начинать с нуля. Сохраняется главное - опыт самой практики, умение работать с собой, привычка к рефлексии, а также структурная память тонких тел и даже клеточная память физического тела. При воле к восстановлению система запускает все процессы заново, и утраченный энергетический уровень с чистотой сознания восстанавливаются. Известный феномен - быстрое продвижение в практике в следующей жизни при воспоминании забытых достижений своих прошлых воплощений.
        Хотя «за одного битого двух небитых дают», не нужно впадать во второе искушение Христа и бросаться в пропасть в надежде, что ангелы подхватят вас и понесут на крыльях!
        Самообман - систематическая пропаганда души

        Начинать с Начала также значит постоянно ловить себя на самообмане. Это внутренняя работа, слишком тонкая даже для самого практикующего, плохо контролируемая извне и трудно выразимая изнутри. Принимать желаемое за действительное в процессе практики склонен почти каждый, а при недостаточной строгости к себе это может зайти очень далеко - вплоть до уверенности в собственной самореализации при закоренелом эгоизме. Причем критериев для работы буддхи нет, кроме самого буддхи - на то она и рефлексия. То есть вы либо развиваете способность отличать истинное от ложного, либо она остается латентной.
        Конечно, все не настолько безнадежно, и отдельные зацепки для правильной самооценки имеются. Любая практика имеет описания предшественников, и результаты ее тоже описаны, кроме того можно пока что доверять оценке учителя или более опытного практикующего. Поэтому ближайшим симптомом недобросовестности в отношениях с собой может служить просто явная бездейственность практики или приведение к болезни вместо позитивных результатов. Симптом это сложный - ибо позитивный процесс тоже может потребовать пройти через болезнь для перестройки, и личный анализ все же нужен.
        Как строится самообман? Как правило, это подмена духовности душевностью. Уточним термины: духовность предполагает выход за пределы природного влияния, тогда как душевность составляет квинтэссенцию этих самых природных влияний в проявленной форме. Если учитывать, что сущность непроявленной природы есть дух, то грань между духовным и душевным оказывается сильно размытой. Вот почему подмены вообще легко происходят, охотно принимаются самим человеком, подпитываются обществом и пр. Принципиальный самообман: под видом «освобождения» занимаются «обогащением».
        Казалось бы, духовная практика направлена на отрешенность от мирских целей, но всегда (не только в наше смутное время) сами возможности человека духовного быть выше мира привлекали людей с целью получения власти, богатства, долголетия и пр. Как говорил один дзэнский учитель: «Все совсем просто - только один вопрос: чего ты на самом деле хочешь больше-больше всего?» Дальше накручиваются новые витки самообмана, уже на предмет наличия у него самого вполне конкретных качеств: так человек представляет себя продвинутым, почитаемым и пр., заставляя окружающих признавать его самозаслуги.
        Все это было бы пустым морализаторством, если не имело бы вполне технической составляющей для самой практики: самообман останавливает человека в развитии. Именно о нем говорится: «Что пользы человеку, если он весь мир покорит, а душе своей повредит?» В данной связи, всегда нужна точка остановки и четкой самооценки, после которой явно придется начинать все с Начала. Часто это внешние сигналы, причем не обязательно в форме назиданий, а просто что-то случается, так что «тайное становится явным», и человек сталкивается с проявлениями своих затаенных помыслов в их реализованном облике.
        Это не означает, что все внешние невзгоды или осуждение других людей следует сразу относить к «назиданию духа». Здесь тоже нужна самооценка, ибо все происходящее с ущербом для вас может относиться лишь к тем препятствиям и трудностям, которые надо преодолевать, как и всякие испытания на духовном пути. В общем, это необыкновенно тонкая работа, которая составляет часть самоисследования как самой главной практики - ответа на вопрос «Кто Я?» Так и устранение обнаруженных погрешностей в рефлексии и самоопределении происходит вместе с прогрессирующей констатацией: «Не то, не то…»
        Подчеркнем, что духовная практика отличается от психоанализа как душевной терапии, где человек наоборот погрязает в самокопании, отождествляясь со всем мусором.
        Пределы психологии перед духовной практикой

        «Он твердо решил, что начнет в понедельник
        Свою настоящую жизнь…»

        Как йогу приспосабливают для оздоровления, так и медитацию взялись использовать в психотерапевтических целях. В этом нет ничего плохого, просто нужно сразу понимать ограниченность таких занятий и их низкий потенциал для реальных изменений в жизни. Здесь мы продолжаем уточнять различие, сделанное выше, между душой и духом в точном смысле этих терминов. Психология - это наука о душе, а далеко не духовная практика. Хотя современная психология заимствует многое из восточных традиций, особенно медитацию, она приспосабливает эти техники для нормализации и развития психики - это узкая сфера.
        Мы можем использовать объектную медитацию для замены негативных сценариев на позитивные - и это будет хорошая психотерапия, но задача духовной практики состоит в том, чтобы избавиться от всех сценариев, одинаково негативных и позитивных. Для этого нужна безъобъектная стадия медитации, которая просто выводит человека за пределы души, а потому в психологии неприменима. Задача психотерапии, звучащая как «начать новую жизнь» означает задействование природного желания человека «жить лучше», то есть еще более и более погружаться в природу, оставляя на потом все перспективы ее растворения.
        Психологическая работа вполне приемлема в качестве подготовки к духовной практике, хотя разные подготовительные практики всегда наличествуют во всех духовных традициях. Сама необходимость адаптации при переходе от жизни к практике учитывается любым мастером или учителем, поэтому психологией как сферой можно пренебречь. Отдельные навыки концентрации на позитивных объектах, самоанализ как прелюдия к самоисследованию, эмоциональная стабильность и пр. - все это пойдет на пользу, если вам приходится в большей мере идти через социальные институты, чем прямо практиковать.
        Один из самых неприятных побочных эффектов психологической помощи - это признание собственной беспомощности. А это может стать настоящим поражением еще на подступах к духовной практике, построенной на основании в себе. Давно известен тот факт, что сеансы психоанализа превращаются для пациента в наркотическую зависимость от терапевта, и сам психоанализ становится очередной игрой, в которую можно играть хоть до конца воплощения. Самоанализ в психологическом ключе немногим лучше, поскольку он дробит внимание человека на множество ситуаций, отношений, мирских проблем и пр.
        Сознательное применение духовной практики с прикладными психологическими целями, такими как улучшить отношения или избавиться от страхов, должно включать в себя понимание, что механизмы воздействия на личность даже у отдельных техник, взятых из целостных систем самореализации, будут запускать гораздо более серьезные процессы трансформации, чем те, на которые вы исходно рассчитывали. Шутить с практикой едва ли получится. Человек может поделать что-то из интереса или от скуки, а потом сталкивается с тем, что начали происходить события, заставляющие его поменять всю жизнь в принципе.
        Примеров такого рода множество. Так, моя украинская ученица через год занятий йогой и рейки, не оставляя должности финансового директора, к своему удивлению вдруг обнаружила, что ее тошнит от мяса, хотя она не собиралась переходить на вегетарианство, а карьера, которую она с энтузиазмом строила с ранней молодости, достигнув больших успехов, начала восприниматься как тяжкое бремя. Ей пришлось поменять все - казалось бы невинный фитнес запустил перестройку всей энергоструктуры, так что несоответствие внутреннего с внешним вынудило ее начать материальные преобразования вокруг себя.
        Повелительное наклонение в призыве к Другому

        «Начинать - и бросать, и опять начинать - и опять бросать, и вечно бороться и метаться… А спокойствие - душевная подлость!»
    «Как закалялась сталь»

        «Начни с Начала!» даже по отношению к самому себе надо дозировать, чтобы не стать так называемым «вечным начинающим», который не способен довести ничего до конца. В какой мере справедливо приставать с подобными призывами к окружающим? Человек занят своим делом, а вы приходите и говорите: «Опомнись, как ты живешь? Разве же это настоящая жизнь? Ты должен…» Дальше возможны варианты, но правомерность подобной проповеди сама по себе весьма сомнительна. Миссионерство - занятие крайне опасное даже тогда, когда оно не самовольно, а направляется и поддерживается высшими силами.
        В духовной практике есть четкий критерий «целомудрия» учителя или советчика: он не должен учить, если его об этом не просят. Вот почему в буддизме существует даже специальный ритуал обращения к учителю за наставлением. Он и без того признанный учитель, все и без того собрались его послушать, но он не начнет говорить, пока к нему не обратятся со смиренной просьбой дать наставления. Только тогда он приступит к делу. Вы можете наблюдать подобное и в других культурах - это именно культура обучения. А так извольте предоставить остальных самим себе, если ваш личный пример их не вдохновляет.
        В этом плане довольно нейтральную позицию занимает обнародование познаний через тексты, которые доступны для многих, но не навязываются никому лично - человек сам может решить, читать ему это или не читать, тогда как гораздо более агрессивно ведет себя звуковая информация. Так можно делиться своими наработками со многими, не делая из этого завоевательной экспансии. Другое дело, что вообще обсуждение процессов личной практики до хотя бы ее промежуточного завершения на неком этапе разбалансируют саму практику, ибо будут провоцировать на то, чтобы советовать вам самим «начать сначала».
        Толерантность к окружающим всегда амбивалентна, и вопрос ненасилия, а тем более ненасилия в духовном плане, решается тысячелетиями - пока безуспешно. Пока Ганди проповедовал ненасилие, настала вторая мировая война, и Шри Ауробиндо в своих вечерних беседах высказался довольно резко: «Если фашисты придут в Индию, нам нужно браться за оружие!» А уповать на то, что неподобающее поведение останется локализовано в незатрагивающей вас сфере, особенно наивно в сфере духовной практике, где расширение самости доводится до масштабов всеобщности, и вообще все становится частью вас самих.
        Но именно в свете окончательной целостности надо понимать, что та личность, которая заключена в данное тело и находится через него в особых отношениях с немногими конкретными людьми, - тоже всего лишь часть вас самого как всеобщей Самости. Поэтому с самого начала возникает вполне определенная ситуация, когда вам приходится отделять себя от Себя именно в перспективе слияния себя с Собой. Занятие непростое, тем более что оценивать других как себя объективно вы поначалу не сможете - но это тоже реальная часть духовной практики: решать с позиции Самости взаимоотношения себя и других.
        В жизни все гораздо проще, когда в неудобной обстановке вам приходится решать дилемму «сражаться или бежать», а на самом деле нужно найти разумный компромис, который позволит вам реально включить всю ситуацию в целом в зону собственной личной ответственности - или наоборот исключить ее полностью, если вы работаете с практикой опустошения. Но выбор полноты или пустоты - это скорее вопрос техники, а на вопрос, кому именно придется начинать сначала, нужно давать конкретный ответ. Либо ваши ближние перестраиваются, либо вы «уходите в джунгли», либо вы любите друг друга.
        Когда все начавшееся, наконец, закончится…

        «Разрывы глушили биенье сердец, мое же негромко стучало,
        Что все же конец мой - еще не конец, конец - это чье-то начало».

        В мире двойственности все имеет начало и конец, так ж как и сам мир двойственности имеет начало и конец в Едином. Начинать с начала нужно ради того, чтобы закончить, - по крайней мере, очередной этап. Когда началу не видно конца, практика не способна ничуть преобразовать жизнь. Обратное внедрение практики в повседневность, предполагающее переведение всех действий, включая удовлетворение базовых потребностей человека, в осознанный режим. Многие традиции включают обычную работу непосредственно в курс медитативных ритритов, будь то в буддийских монастырях или индуистских ашрамах.
        Тем не менее для начинающего очень важно четко отделять периоды практики от выполнения повседневных обязанностей. Если вы выделяете всего один-два часа поутру для непрерывных занятий, то нужно позаботиться, чтобы до самого окончания практики вас никто не беспокоил, и вы могли бы закончить начатый цикл. В случае непреодолимых обстоятельств, когда практику приходится прервать посередине, все равно необходимо уделить несколько минут на фазу «закрытия». А если вы просто бросаете начатое и идете на базар, то ваша активизированная структура крайне уязвима для внешних воздействий!
        Только представим, что происходит в противном случае. Вы интровертировались и сосредоточились на внутренней работе, а значит при резком выходе на улицу без действий на внутреннее собирание по переводу внимания вовне, вы будете натыкаться на прохожих, если не попадете в аварию. Далее, у вас запущена интенсивная энергетическая работа, и если вы попадаете в круговорот событий в таком состоянии, то ваша структура начинает интенсивно затягивать и накапливать всякую грязь либо оказывается в резкой нестыковке с состоянием окружающих, что приводит к конфликтам, разрушающим вашу же структуру.
        Точно так же при начале определенного цикла практики его нужно закончить, даже если вам кажется, что вы нашли практику получше, или что процесс проходит не совсем так, как требуется. Разумеется, вы можете скорректировать ее по времени, чтобы не терпеть боль до появления травмы или нагнетать стресс до полной подавленности или срыва, но даже в смягченной или слегка измененной форме ее стоит довести до конца начатого цикла, иначе вы не получите главного - опыта завершенной практики. Это особенно важно при смене практик разных традиций, иначе у начинающего будет просто хаос в структуре.
        На стадии разучивания не стоит мешать много техник разных традиций, а выделять скорее отчетливые периоды для проработки каждой по отдельности. Тогда при рефлексии проделанной работы вы можете лучше отследить, как наработки от использования одной техники будут автоматически включаться в действие при подключении другой техники, но вы не перепутаете, что откуда взялось. Если вы не проработали техники по отдельности до ясного понимания их эффектов, а пытаетесь начинать сразу несколько направлений, шанс на продуктивное завершение снижается, хотя здесь все зависит от развития интеллекта.
        Наконец, практика тем и отличается от жизни, что жизнь не нуждается в смысле, как бы его ни искали. Жизнь - это естественный процесс, поэтому ответ на вопрос «Зачем?» не удается найти никому, если только он не переходит к духовной практике, которая выводит за пределы жизни в сферу сознания, где уже нет ничего непосредственного, а все имеет смысл. Многие традиции предусматривают обратную трансформацию природы после духовной самореализации, но здесь все зависит от выбора конечной цели, который вы делаете вначале. Бойтесь своих желаний - они сбываются, поэтому позаботьтесь о Конце.
        Заключение
        Осмысленное существование

        Повышение «качества жизни» прекрасно вписывается в дурную бесконечность жизни, или круговорот перевоплощений, но нам уже понятно, что осмысленное существование вовсе не направлено на заботу о благосостоянии, хотя оно тоже может повышаться как побочный эффект. Смысл жизни трансцендентен самой жизни, так что человеку самореализованному просто все равно - жить или умирать. Найти смысл жизни и сделать свое существование осмысленным означает позицию самодостаточности в Себе за пределами жизни и смерти. А жизнь как таковая была и останется бессмысленной, продолжаясь по заданной инерции.
        Культура предполагает оформление жизни на всем ее протяжении вплоть до выхода из тела. Духовная практика возвышается над культурами, делая оформленную жизнь уже готовым тренажером для развития духа. В мире множество культур, на базе которых за все время создано немало духовных практик. Реальность и самореализация обрели слишком много смыслов, чтобы их не нашлось на всякую бессмысленность. Любая жизнь содержит в себе потенциал духовной практики, и нет такого бессмысленного существования, которое не поддавалось бы переводу в осмысленное - все это вопрос техники и/или настойчивости.
        Поскольку важно не что делать, а как делать, мы ни слова не сказали о том, что же именно нужно делать. Это вопрос самоопределения, то есть само начало личной духовной практики. Мы говорили о формах самоопределения в исходной реальности и последующей самореализации. Нам было важно перевести внимание на самую тонкую ускользающую суть человеческого бытия, от которой в конце концов зависит, проживет ли он настоящую жизнь. Понастроенные виллы смоет ближайшим цунами времени, хотя никто не мешает вам заниматься духовной практикой на вилле, не опасаясь присущей ей недолговечности.
        Вывести в сознание свою реальность, наметить перспективы самореализации, задать или снять исходное качество (женское или мужское), приступить к превращению жизни в практику - вот такой порядок действий, чтобы разобраться в себе с собой и для себя. Это не идеология, а скорее методология заострения внимания на сущностных вопросах, которые умудряются проскакивать неосознанно даже опытные практикующие. Тем не менее, по ходу давалось много практических приемов и примеров, так что теория не остается здесь совсем отвлеченной, то есть реальность не сводится к реальности одной разумной жизни.
        Как-то великий философ Гегель возмущался досужим философствованием, когда каждый считает возможным высказываться по сущностным вопросам опираясь на мерило своего разума. Как профессионал он знал, что исходно данный разум находится у человека в столь зачаточном состоянии, что для получения от него верных суждений нужна долгая работа по развитию самого разума. Он приводил простой пример: было бы странно считать любого человека хорошим сапожником просто потому, что у него есть нога как мерило для обуви. Вот почему мы подчеркивали, что определение своей реальности будет уточняться.
        Духовная практика тоже не настолько простое занятие, чтобы можно было следовать «своему духу» в качестве советчика и мерила в развитии. Связь с Духом есть у каждого, но она тоже находится исходно в латентном виде или великом небрежении, поэтому наладить реальную связь с Духом нам удается только на протяжении длительного занятия духовной практикой. Исходно за веления Духа могут приниматься душевные влечения, мысленные построения и пр. То есть осмысленное существование - это стратегия осмысления бытия, а не просто готовый шаблон или система. Дай бог, чтобы оно стало снова непосредственным.
        Сведения об авторе

        Николаева Мария Владимировна (Шанти Натхини, Долма Джангкху, Атма Ананда, Маде Шри Нади) - Специалист по западной и восточной философии и личностной психологии, действительный член научной Ассоциации исследователей эзотеризма и мистицизма. Автор 30 научных и популярных книг по восточным культурам (общий тираж 115 000; 12 переизданий в США, Европе, Азии; миллионы скачиваний файлов) и более 100 статей в академических и периодических изданиях; внештатный корреспондент российских и зарубежных журналов, переводчик и редактор классических текстов. Более 20 лет посвятила синтезу духовных практик в разных традициях, из них первые 10 лет занималась западной культурой, начиная с христианства, также осваивая путь воина, оккультизм, экстрасенсорику, биоэнергетику.
        Пять лет провела в Индии, проживая в ашрамах, совершая паломничества к святым местам. Прошла тренинги в йога-центрах, обучаясь у более 30 индийских учителей; сертифицирована как инструктор по йоге, принята в Индийскую академию йоги; получила базовые посвящения в крийя-йоге, натха-сампрадае, буддизме ваджраяны (карма-кагью), степень мастера рейки. Приняла обеты карма-санньясы в Бихарской школе йоги (адвайта веданта). Затем два года проводила исследования по 10 странам Ю-В Азии: сидела долгие медитативные ритриты (випассана и дзэн), изучала даосизм, тайцзы и др. Создала авторскую методику "Стратегия самобытности" и третий год дает консультации на острове Бали (Индонезия).
        Все книги автора

        США

        • Atma Ananda. I&I Yoga: Inversion & Introversion. Charleston. - На английском.
        • Atma Ananda. Self-Being Strategy. Charleston. - На английском.
        • Atma Ananda. Out of Biography. Charleston, 2010. - На английском.
        • Atma Ananda. Kali-Bali. Time-Shift in Eternal Spirit. Charleston, 2010. - На английском.
        • Atma Ananda. Karma Mastery. Daily Reincarnation. Charleston, 2010. - На английском.
        • Shanti Nathini. Hatha Yoga Practice. Disciple against Wall. Charleston, 2007; 2008. - На английском.
        • Shanti Nathini. Taoist Female Practice. Period of Preparation. Charleston, 2008; 2009. - На английском.
        Европа

        • Shanti Nathini. Joogateraapia nagemise taastamiseks. Tallinn, 2009. - На эстонском.
        • Shanti Nathini. Moters Dao praktikos. Pasirengimo periodas. Vilnius, 2008. - На литовском.
        • Shanti Nathini. Sublimation Culture. Art of Self-Satisfaction. Vilnius, 2010. - На литовском (в печати).
        • Атма Ананда. Стратегiя самобутностi. Симферополь. - На украинском.
        • Dolma Jangkhu. Krauter fur Yoga. Berlin, 2010. - На немецком (в печати).
        Индонезия

        • Made Sri Nadi. Tembok Yoga. Denpasar. - На индонезийском.
        • Atma Ananda. Kali-Bali. Time-Shift in Eternal Spirit. Ubud, 2010. - На английском.
        Россия

        1. Николаева М. В. Понятие Мы и суждение Нашей воли. Москва, 2009. - Научная монография.
        2. Николаева М. В. Основные школы хатха-йоги. Петербург, 2007. - Научно-популярное издание.
        3. Николаева М. В. Власть кармы. История идеи. Москва, 2006. - Научно-популярное издание.
        4. Николаева М. В. Практика хатха-йоги. Ученик перед стеной. Москва, 2005.
        5. Николаева М. В. Практика хатха-йоги. Ученик среди учителей. Петербург, 2004.
        6. Атма Ананда. Избавление от жития. Автобиография Москва. - В печати.
        7. Атма Ананда. Практика хатха-йоги. Ученик без тела. Москва. - В печати.
        8. Атма Ананда. Полная пустота. Путь всемогущества. Петербург.
        9. Атма Ананда. Личная реальность. Координация проекта. Москва.
        10. Атма Ананда. Сакральная Азия. Традиции и сюжеты. Москва, 2010.
        11. Атма Ананда. Стратегия самобытности. Духовная практика..( Москва, 2009.
        12. Атма Ананда. Культура сублимации. Опыты самодостаточности. Москва, 2009.
        13. Атма Ананда. Рамана Махарши. Через три смерти. Москва, 2008 (Петербург, 2005).
        14. Шанти Натхини. Свами Вивекананда. Вибрации высокой частоты. Москва, 2007 (Петербург, 2005).
        15. Шанти Натхини. Йога-терапия для восстановления зрения. Петербург, 2009; 2008; 2006.
        16. Шанти Натхини. Женские даосские практики. Период подготовки. Петербург, 2006.
        17. Шанти Натхини. Власть над кармой. Современные методы. Петербург, 2007; 2004.
        18. Шанти Натхини. «Панчатантра» - стратегия преуспевания. Москва, 2010; 2009; 2007 (Петербург, 2005).
        19. Шанти Натхини. «Хитопадеша» - парадоксы взаимности. Москва, 2010; 2009; 2007.
        В соавторстве

        20. Долма Джангкху. Травы для йоги. Опыт адаптации к умеренной зоне. Москва, 2008; 2006.
        21. Долма Джангкху. Травы для аюрведы. Опыт адаптации к умеренной зоне. Москва, 2010. - В печати.
        22. Долма Джангкху. Экодизайн в индийской традиции. Москва, 2009; Петербург, 2004.
        23. Долма Джангкху. Экодизайн в китайской традиции. Москва, 2009.
        24. Долма Джангкху. Энергетика любви, территории и пространства. Москва, 2010, 2008; Петербург, 2004.
        25. Долма Джангкху. Энергетическая защита квартир и офисов. Москва, 2010, 2007; Петербург, 2005, 2004.
        26. Долма Джангкху. Энергетика бизнеса и деловых отношений. Москва, 2010, 2007; Петербург, 2004.
        27. Долма Джангкху. Фэн-шуй сверхвысоких технологий. Москва, 2009.
        Сборники

        28. Николаева М.В. Категория «привходящего». Философские труды. В 2-х тт. Т. 1. Москва.
        29. Николаева М.В. Категория "привходящего". Философские труды. В 2-х тт. Т. 2. Москва.
        30. Николаева М.В. Соляной столп. Лирические стихи. Москва.

        Обратная связь
        ://://(mariamaria(--(yogayoga(..(narodnarod(..(ruru(http://maria-yoga.narod.ru/)

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к