Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / AUАБВГ / Георгиев Андрей / Шесть Раз Уйти Один Вернуться: " №01 Шесть Раз Уйти Один Вернуться " - читать онлайн

Сохранить .
Шесть раз уйти, один вернуться. Часть 1 Андрей Владимирович Георгиев
        Шесть раз уйти, один вернуться #1
        Познай себя и весь мир будет у твоих ног. Как выжить в чужом и суровом мире? Магия тебе в помощь и верный меч! И куда же без своих верных друзей?

        Первая часть книги.

        Андрей Георгиев
        Шесть раз уйти, один вернуться
        Часть 1

        Глава 1

        Я бежал. Нет, не так…
        Я бежал! Я убегал от стражников, петляя по городу, уже полчаса. Скоро закончится действие «ночного глаза» и тогда будет беда. Я просто-напросто, ослепну. То, что со мной сделает стража, когда поймает, я прекрасно понимал — люди рассказывали страшные вещи. Именно страх и добавлял мне силы. Выбежав с улицы Пекарей на Приморский бульвар, я остановился. Решение пришло быстро — центральный водосток. Достав из заплечной сумки нож я поддел решетку, закрывающую сам желоб водостока. Она легко подалась, но..! В нос ударил такой запах нечистот, что мой план спрятаться в желобе сошел на нет. Я бы элементарно задохнулся. Тогда что?
        Долго думать времени нет, топот сапог и ругань стражников все ближе и ближе. Я лихорадочно соображал, как быть. Стоп! А что если…Перебежав улицу, я оказался у стены трехэтажного дома. Забраться на балкон второго этажа — проблем нет. Уже на балконе, вжавшись в темный угол, перевел дыхание. Только бы сработал план!
        Через несколько минут из-за угла появилась пятерка стражей порядка.
        — Погоди, сержант, дай дыхание перевести!  — услышал я чей-то хриплый голос.  — Никуда шельмец не денется. Одна дорога ему теперь — в Нижний город. Нам на встречу уже бегут стражники из Нижнего, так что поимка вора — дело времени…
        — А это что?  — услышал я.  — Смотрите, сержант. Решетка сдвинута. Вот змей, решил через водосток уйти.
        — И как, у него это получится?  — раздался голос более молодого мужчины, видимо сержанта.
        — Со всех улиц вода по желобам поступает в этот, общий. Поэтому, куда он захочет, туда и попадет. Вот же хитрый вор нынче пошел. С его комплекцией — точно уйдет по желобам!
        Я сидел еле живой, через раз дышал и молил Святого Тарилия, покровителя воровского ремесла, только об одном — чтобы сержант принял правильное решение и побыстрей.
        — Ладно, делать нечего Возвращаемся! Тех, из Нижнего города, я остановлю через амулет связи. Пошли, чего расселись?
        Непроизвольно, мой рот растянулся в идиотской усмешке. Сработал мой план, сработал! Когда шаги стражников затихли, я расслабился и сделал глубокий вдох. Такого провального дела, со множеством нелепых накладок, у меня еще не было. Все было рассчитано, все перепроверено и на тебе — ошибка! Только где она закралась? Ладно, главное, что я цел и невредим и свою работу выполнил. Ваза, которую я умыкнул из дома герцога Витторо, находилась в заплечной сумке. Но тяжеленная, словно сделана из цельного куска камня. Странно, что в ней такого ценного, из-за чего стояла такая мощная защита? Ваза, как ваза. Впрочем, времени на ее осмотр у меня и не было. Тихо скрипнула дверь балкона и я услышал:
        — Привет, вор! Да не дергайся так. Хотел бы сдать тебя — давно бы так и сделал. Разговор есть.
        В голосе мужчины чувствовались властные нотки. Такой человек привык отдавать команды.
        — Давай руку, вор. После «ночного глаза» ты ничего не видишь. Ведь так? Да не дрожи ты так, я тебя в комнату проведу и мы мирно поговорим. А потом ты уйдешь, если захочешь, когда восстановится зрение.
        Последняя фраза окончательно сбила меня с толка, я сделал вдох-выдох и подал руку мужчине.
        А что мне оставалось?

        Глава 2

        Когда ранним утром я вошёл в лавку Лорнса, где работал больше десяти лет, на меня уставились две пары глаз: выжидательно смотрел сам Лорнс и его дочь Сарли. Она вздохнула и шепотом произнесла на выдохе:
        — Слава Богам, живой!
        — А каким вы меня ожидали увидеть? Четвертованным, колесованным, или повешенным?  — спросил я улыбаясь.
        — Дурак ты, Анней, и шутки у тебя примерно соответствуют твоему развитию!
        — Ого, как мы злиться умеем! Неужели переживала и скучала? Иди ко мне, моя хорошая, я тебя обниму и успокою!
        Лорнс тихо посмеевался в усы, слушая нашу перепалку. Зная его много лет, я с уверенностью могу сказать — Лорнс весь на нервах. Показное спокойствие и улыбка — результат выдержки и силы воли.
        — Когда ты уже повзрослеешь, Анней?
        Мы с отцом места себе не находим, а ты заявляешься с шуточками, как будто ничего не произошло. И где ты пропадал всю ночь, скажи на милость?
        — Сарли, да все хорошо, успокойся!  — отмахнулся я.  — Правда, вчера моя работа, так сказать, прошла не очень хорошо и гладко, но все же обошлось!
        Девушка прищурила глаза и внимательно стала меня рассматривать.
        Встав из-за стола, она несколько раз обошла вокруг меня и наконец, произнесла:
        — Голова на месте, рогов нет. Да и хвост не появился. Странно..
        — Э..э..э. Это ты к чему, Сарли?  — спросил я.
        — А к тому, мой хороший, что у тебя нет рогов и хвоста, а ведешь ты себя, как самая настоящая… ну ты понял, да?
        Лорнс уж еле сдерживал смех.
        — Лихо она тебя уела, Анней! Молодец, дочка! Так ему, так ему!
        — Кто бы сомневался, отчитала, как мальчишку. Хорошее воспитание, хороший учитель!  — бурчал я, усаживаясь за свой стол.
        Сняв сумку с плеча, я ее небрежным жестом, чуть ли не броском, отправил на полку шкафа. Раздался тяжелый вздох. Папа и дочка сделали это в унисон. Хе-хе… Один-один.
        Я привычно разложил свои инструменты на столе и достал очередной артефакт для ремонта. Собственно, самим ремонтом занималась Сарли, я же подготавливал эти изделия для ремонта: аккуратно очищал от грязи, ржавчины, копоти и так далее. После очистки, артефакты находились два — три часа в специальном растворе, где происходила алхимическая доочистка.
        Сарли, маг-артефактор шестой ступени, забирала у меня эти изделия и начинала колдовать, если можно так выразиться.
        Отремонтированный артефакт проверялся неоднократно Лорнсом, оценивался и отправлялся на прилавок. Вот так и проходили наши будни, за такой вот работой. Не скажу, что моя работа меня особо радовала, но доход был стабильный, поэтому пришлось свыкнуться и с работой и судьбой. Почему с судьбой? Все очень просто — если человек не имеет Дара, или не имеет возможности управлять им в полном объеме, то он обречен выполнять другую, более грязную и низкооплачиваемую работу. Судьба, одним словом…
        Нет, с Даром у меня порядок и он присутствовал, но только по второму варианту. Я видел и линии силы и рисунки всевозможных плетений, но, увы, воздействовать на них в как положено, я не мог. После нескольких испорченных мною артефактов и одного очень большого «бабах», Лорнс запретил мне самостоятельно создавать плетения, печати и наполнять их энергией. В свое время он водил меня ко всем специалистам — знаменитостям, но все только разводили руками.
        Завидовал ли я Сарли и ее отцу? Еще как, но что — то исправить был не в состоянии.
        Зазвенел звоночек входной двери и к нам пожаловали двое старателей. Это были наши старые клиенты — Лысач и Ржач. Если первый был стройным, молодым человеком лет двадцати пяти с живыми голубыми глазами и прямым, словно точеным, носом, то его напарник, Ржач, представлял собой прямую противоположность: кряжистый, судя по-всему, очень сильный человек, которому далеко за сорок лет. Простые черты лица деревенского человека, нос картошкой, густая борода и маленькие, бегающие глазки. Если Лысач имел такую кличку за отсутствие волос на голове, то Ржач — за своеобразный смех, похожий на ржание лошади. По их довольным лицам было понятно, что поход в Мертвые степи был удачным.
        После приветствия, старатели подошли к оценочному столику и начали выгружать из своих сумок трофеи. Лорнс каждый предмет брал в руки и истинным зрением осматривал предметы. Когда осмотр артефактов подошел к концу, мастер сделал предложение:
        — Так, уважаемые! Вот эти два артефакта для нагрева воды я возьму у вас по четыре серебряных. Вот этот и этот — не приму, у них разрушены все плетения и нет камней силы. Что это за штучки — теперь и не узнаешь. А вот эта раковина для меня интересная и я думаю, что куплю ее за один золотой. Идет?
        По лицам старателей было понятно, что сегодня — самый счастливый день в их жизни. Они согласились. Еще бы! На один только золотой, они могли безбедно прожить пол года.
        Когда дверь за старателями закрылась, Лорнс бросил через плечо:
        — Анней, дверь на замок и с Сарли ко мне в кабинет. Быстро!
        Я вопросительно посмотрел на Сарли, та пожала плечами.
        — Так! Похоже, степи нам начали открываться даже раньше, чем я рассчитывал. С одной стороны, это хорошо для нашей работы, но с другой — не известно, какие сюрпризы они, эти степи, нам преподнесут. Вы, я уверен, даже не догадались, что это за раковина?
        Я пожал плечами — раковина по форме похожа на морскую, только в несколько раз больше. Словно морской моллюск — гигант сбросил свою дорогую, но очень красивую одежду — крепость. Да и материал раковины странный: камень с зеленоватым отливом и разноцветными вкраплениями. Несоответствие размера раковины и ее веса — вот на что я обратил внимание. Слишком уж она тяжёлая.
        Сарли крутила раковину и рассматривала ее под разным углом.
        — Я ничего не вижу!  — с возмущением воскликнула она.  — Ни плетений, ни знаков. Ни-че-го!
        — Когда у тебя будет второй уровень, как у меня, дочка, ты научишься видеть то, что сейчас для тебя пока закрыто. Нужен опыт и знания, не более того. Это раковина Гирсминда. Это артефакт, которым Ушедшие восстанавливали, практически все, разорванные линии силы внутри человеческого тела. И соответственно что? Правильно, они таким образом лечили людей от любых, я повторяю, от любых болезней! Существует легенда, что владелец такого артефакта обретал бессмертие.
        В кабинете повисло молчание, но потом я тихо произнес:
        — Тогда это не просто артефакт, а беда!
        — Именно так, Анней, именно так!  — произнес Лорнс.

        Глава 3

        Магистр Арнинг, он же ректор Академии Сил и Знаний, находился в своем кабинете, на третьем этаже гавного корпуса и занимался бумажной работой. Не сказать, что работа отнимала много сил, но терпение уже было на исходе. Сколько же бумаг! И всё нужно внимательно просмотреть, рассортировать и на каждой поставить свою резолюцию. Бред какой-то! Столько зря потраченного времени, но куда без этой бумажной волокиты? Две трети документов касались хозяйственной части заведения: счета на приобретение инвентаря для обучения, алхимичечские реактивы, оплату всякой ерунды — мелочевки, отчеты строителей о возведении оранжереи для выращивания овощей и так далее и тому подобное. Магистр откинулся в кресле, заложил руки в замок за головой и с тоской посмотрел в окно.
        А за окном, в большом мире, жизнь кипела и бурлила. Кто-то родился, влюбился, кто — то женился, кого — то смерть прибрала к своим рукам. Законы природы не отменишь, как не старайся, сколько сил не прилагай.
        Поднявшись с кресла, Арнинг подошел к окну. Ранняя весна в этом году, очень ранняя. Хоть небо и затянуто тучами, но сам воздух пропитан особой атмосферой — атмосферой жизни и любви. Оживали деревья после зимних холодов, птицы по-особому пели свои песни, радуясь теплу и весне. Эх, хорошо — то как! Но надо, Темный их задери, закончить все дела с бумагами.
        Третья папка, которую магистр пододвинул к себе, отличалась не только малой толщиной, но и цветом. Содержимое этой папки, ярко красного цвета, доступно только ему, магистру, и начальнику службы безопасности Академии Эрону Фаррону. Должность Эрона была только хорошим прикрытием, не более того.
        На самом деле, Фаррон возглавлял отдел по розыску и контролю над передвижением артефактов по территории Империи. Особое внимание уделялось артефактам эпохи Ушедших. Цивилизация аануров отличалась особо развитой в плане создания, как медицинских, бытовых, так и артефактов разрушительного действия.
        Ушедшие оперировали таким количеством энергии, что страшно себе представить.
        Всего за полгода, магистр и Фаррон создали целую службу по розыску, оценки использования артефактов, наладили учет и хранение особо опасных.
        Разведка этой службы раскинула свою сеть по всей Империи и далеко за ее пределами. Сами агенты разведки состояли, практически все, из бывших выпускников Академии, что намного упрощало работу по оценке безопасности каждого артефакта, непосредственно, на месте.
        Десять лет тому назад, великолепный город Лируш, который располагался на юге Империи, исчез с лица земли. Какой — то бездарь — недоучка активировал один из найденных в Мертвой степи артефакт, в результате — на месте города образовалась воронка около пятнадцати километров в окружности и глубиной около десяти метров. Именно после этого случая, было принято решение Большим советом Империи о создании службы, под руководством Арнинга.
        Раз в декаду, магистр получал папку красного цвета с эмблемой Службы безопасности Академии. Вот и сейчас, проведя рукой над папкой, он разрушил печать Фаррона и открыл ее. Несколько отчетов о найденных старателями вещей и артефактов Ушедших. Это неинтересно! А вот это уже что-то!
        Так. украдена ваза — артефакт из дома герцога Витторо. Вор обезвредил двенадцать из двенадцати защитных плетений, но сигнальную не заметил?! Странно…Защитные плетения — намного сложней и рассмотреть и обезвредить, чем сигнальные. Это о чем говорит — о том, что вор очень талантливый, но чрезмерно амбициозный человек. Решил обезвредить охранные плетения, но времени на сигнальное плетение не хватило? Бывает и такое. Но хорош вор, хорош и талантлив. Стоп! А может быть, он просто хотел привлечь внимание к дому герцога? Точнее, к хранимым в этом доме артефактам? Так-с, а что там с ними не так? Это вопрос к Фаррону. Судя по отчету, все плетения устанавливал маг — мастер четвертой категории. Не меньше. Все интересней и интересней!
        Кто же ты, вор — одиночка? И какой у тебя уровень мастерства? За несколько минут такое провернуть!?
        Арнинг достал амулет связи и после активации произнес:
        — Эрон, здравствуй! Ты сейчас в Академии? Очень хорошо, зайди ко мне. Жду. Зажёгся шар — артефакт связи. Аргинг активировал его и увидел лицо своего старого друга — Тирра Лорнса.
        — Вот это сюрприз! Привет, дружище! Как сам, как Сарли?
        — И тебе не болеть, Ситар! У нас все просто замечательно. Тебе привет от дочери! Надо срочно встретиться, магистр. Обрати внимание на слово «срочно»!
        — Ого, даже так? Хорошо, жди мою повозку через полчаса. Адрес твой я помню. Один будешь?
        — Нет, Ситар, нас будет трое. Тебе обязательно нужно пообщаться с моим работником! Обязательно! Я долго откладывал вашу встречу, но пришло время вам познакомиться!
        — Замечательно, Тирр! До встречи!
        Что-то подсказывало магистру, что спокойное время закончилось. Странное ограбление герцога, просьба друга о срочной встрече — все это навевало на мысль о взаимосвязи этих двух событий. Арнинг с удовольствием потянулся и с улыбкой произнес:
        — А жизнь-то налаживается!

        Глава 4

        Лысач и Ржач вышли из лавки артефактора слегка ошарашенными. Такой быстрой сделки с Лорнсом никогда не было. Обычно идет торговля до хрипоты, буквально, за каждый медяк. А тут сразу — один золотой и восемь серебряных.
        — Слышь, Ржач, нас, похоже, крупно поимели. Тебе не кажется?
        — Гы-гы,  — как всегда ответил своим фирменным смехом старатель.  — Не парься, Лысач! Все нормально. Денег не мерено, так что-живем!
        — Да причем это, Ржач?! Я хочу знать настоящую стоимость той раковины. Тебе это не интересно? Если найдем похожий артефакт, то и денег срубим намного больше. Усек?
        Судя по роже Ржача, он ничего не понял, да и вникать не собирался. Деньги есть в кармане, значит жизнь хороша. Денег не будет — значит надо идти в степи на заработки.
        — Ладно, ущербный, пошли трескать.
        Лысач дернул друга за рукав и они пошли в сторону ближайшего трактира. Друзья шли и болтали обо всем подряд и никто из них не заметил крадущегося за ними, от самой лавки артефактчика, низкорослого человека в надвинутой на глаза, шляпе.
        Трактир «В пасти у дракона» всегда был в почете у старателей, наемников и лиц с криминальным родом занятий, а попроще сказать — у воров. Кого здесь не любили и не обслуживали, так это убийц и насильников. Неоднократно из-за этого возникали откровенные споры, драки и поножовщина. Это происходило до тех пор, пока хозяином трактира не стал Секира.
        Секира — розовощекий детина, роста выше среднего, но ширина плеч превышала, а именно такое создавалось впечатление, его рост. О силе Секиры слагали легенды, но то, что он отвадил от трактира убийц и насильников — это факт неоспоримый. Как он это сделал — неизвестно, но поговаривают, что на сходке криминальных типов, где решалась судьба трактира и управляющего трактиром, был вызван Секира. Он за пару секунд свернул шею пяти главарям банд. Остальные — принесли извинения трактирщику с заверением отсутствия претензий к нему и к заведению в целом.
        Когда Ржач и Лысач были практически у входной двери, та неожиданно распахнулась. Через двери на улицу вылетел, в буквальном смысле, человек в поношенном солдатском мундире, без опознавательных знаков различия.
        Скорость полета человека была до того большой, что он перелетел почти всю неширокую улицу и оказался под ногами жеребца, проезжающего в это время мимо трактира. Угольно-черный жеребец, естественно, взвился на дыбы и сбросил наездника, который вылетел из седла, упал на мостовую.
        — И что это было?  — задал риторический вопрос Лысач.
        — Что-то рано сегодня драки начались!  — добавил Ржач.
        — Поберегись!  — прогремел голос Секиры, который бросился к упавшему всаднику.
        Всадник оказался не всадником, а всадницей — довольно миловидной женщиной, примерно, двадцати-двадцати трех лет от роду. Секира аккуратно поднял её с мостовой и занес в трактир, не забыв пнуть, вылетевшего из трактира человека, со словами: «И воровать не умеешь и летать не умеешь, гнида».
        Немного придя в себя от увиденной картины, Лысач и Ржач зашли в трактир. Возле стойки находился Секира, который с невозмутимым видом полировал поверхность столешницы. Пострадавшая всадница пришла в себя и уже самостоятельно сидела за ближайшим столиком, приложив к затылку что-то, завернутое в полотенце.
        — Привет, Секира!  — в унисон поздоровались старатели.  — Чего тот летун натворил?  — спросил Лысач.
        — Ты не поверишь! Он! У меня! Подрезал! Кошелёк! И это в моем трактире!
        Первые несколько минут друзья стояли огорошенными, переваривая информацию, затем раздался дикий хохот. Спустя некоторое время к старателям присоединился и сам Секира.
        — Ой, не могу!  — смеялся Лысач.  — Кошелек! В собственном трактире! Кому расскажу — не поверят.
        Ржач только растягивал губы и выпускал воздух — для смеха сил не было.
        — Ладно, хорош ржать! Идите за свой любимый столик. Лия принесет вам еду. Вам как всегда?
        — Не-а. Давай нам самое лучшее вино, Секира, а не тот шмурдяк, которым ты нас травишь. Мы сегодня в отрыве!  — с важным видом произнес Ржач.
        — Не вопрос! Я вам всегда рад, а если вы решили пошиковать сегодня, то я вам вдвойне рад!
        Через полчаса, в трактир зашёл низкорослый мужчина в надвинутой на глаза, шляпе. Шляпу он, естественно, снял. На голове оказалась копна рыжих волос. Лицо человека выглядело слегка странно — глубоко посаженные и бегающие голубые глаза выдавали в нем человека не обеременённым моралью и совестью. В глаза бросался шрам, который шел от левого виска до края скулы. Оглядев посетителей в трактире, человек подошел к девушке и что — то тихо ей сказал. Рыжеволосый присел за столик, продолжая что — то рассказывать.
        Девушка постоянно кивала ему и, Лысач мог поклясться, внимательно посмотрела на Ржача и потом на него, Лысача.
        Старатель внимательно рассмотрел девушку: волосы, цвета спелой пшеницы, чуть ниже плеч, зелёные глаза, аккуратный нос и красивые, чувственные губы.
        Чуть погодя, Лия, дочь Секиры, принесла еду друзьям и кувшин «Черной лозы» — самого дорогого вина в этом заведении. Зная стоимость этого напитка, посетители трактира шумно вздохнули. Шикуют старатели!
        После второго кубка, мир для Лысача принял радужные оттенки, тело, испытав в последнее время сильные перегрузки, наконец-то расслабилось. Почувствовав на себе чей-то взгляд, Лысач оторвался от еды и поднял голову. Девушка, которая сидела в одиночестве, уже полностью пришла в себя, и откровенно скучала. Ее рыжий собеседник уже ушел. Секира, который чувствовал вину в произошедшем, лично обслуживал эту красивую девушку, пытался ее чем-то развлечь. Поймав взгляд Лысача, незнакомка улыбнулась. Сердце молодого человека дрогнуло и зачастило.
        — Ты чего, дружочек?  — задал вопрос, порядком захмелевший, Ржач.  — Светишься весь. Потом Ржач повернул голову в сторону девушки и изрек:
        — Даже и не думай! Тебе ничего там не светит! Гы-гы..
        — Забьем, Ржач, на десять серебряных? Я подойду и приглашу её к нам за столик и девушка согласится. Забьем?
        — А давай, Лысач! Десять серебряных на дороге не валяются и мне не помешают. Двигай к ней!
        Под недоуменным взглядом Ржача, Лысач поправил воротник рубашки, пятерней — кипу не существующих волос на голове и, слегка пошатываясь, направился к столику девушки. Когда старатель наклонился к девушке и что-то ей начал говорить, шум в зале трактира затих. Когда же девушка кивнула, подала парню руку и встала — в трактире стало так тихо, что каждый слышал ругань кухарок на кухне. Челюсть Ржача с громким щелчком встала на место, когда шикарная дама присела за столик друзей.
        — Меня зовут Нарина!  — представилась она.  — А вас?
        Ржач что-то невразумительно промычал, ему на помощь пришел друг.
        — Я — Лысач, а это мычащее создание — Ржач!
        Девушка засмеялась.
        — Это же ваши клички, а я о именах спросила?!
        — У старателей нет имен!  — у Ржача прорезалось красноречие.
        Это было произнесено с таким пафосом, что Нарина опять засмеялась.
        — Кстати, а где ваш прекрасный конь? Его поймали?
        — О..о! О нем не беспокойтесь. Он уже в конюшне гостиницы «Золотой гусь». Знаете такую?
        Друзья одновременно присвистнули и покачали головой. Как не знать — самая дорогая гостиница в городе, да и во всей Империи.
        — А чем на жизнь зарабатываете, Нарина?  — спросил Лысач.
        — Я как и вы — старатель. Точнее, хочу им стать. И я хочу вас нанять в роли проводников, учителей для похода в Мертвые степи,  — огорошила девушка.  — Вот так вот — честно и откровенно. Не скрываю, что много собрала о вас информации, сплетен. Меня очень заинтересовала ваша последняя находка. Хотелось бы попасть в то место, где вы нашли раковину. Сработаемся, или вам нужно время на подумать?
        Лысач согласно кивнул, спросил согласия Нарины и наполнил ей кубок вином, который своевременно принесла Лия.
        — Ну, тогда думайте, мальчики. Где я живу — вы знаете. Через два дня жду ваш ответ.
        Девушка сделала глоток вина, поблагодарил Лысача за вино и привстала из-за стола, жестом остановив дернувшихся встать, старателей.
        — Меня проводят до гостиницы, не беспокойтесь. До встречи!
        Возле двери маячил рыжеволосый мужчина.
        — Ржач, вот хоть убей меня, но мне кажется, что нас опять поимели. Кстати, Ржач, с тебя должок.
        — Гы…  — ответил его друг и потянулся к кувшины с вином.  — Забей, Лысач, жизнь хороша!

        Глава 5

        После разговора с магистром, Лорнс откинулся в кресле, посмотрел на нас рассеянным взглядом и произнес:
        — Ну вот, первый шаг сделан, теперь дело за Арнингом. Ты еще здесь, Сарли?
        — А где мне быть, папа?
        — Я думал, тебе полчаса как раз хватит на то, чтобы собраться.
        Сарли побежала в свою комнату переодеваться.
        — Ну, теперь рассказывый о своих ночных приключениях, Анней. Лорнс понизил голос и продолжил:
        — Прежде всего, хочу тебе сразу сказать — пока ты «работал», дочь места себе не находила, переживала. Будь помягче с ней, Анней. Хорошо?
        Я начал свой рассказ.
        Лорнс внимательно слушал, понимающе кивал головой и в нужных местах — цокал языком. Когда я дошел в своем рассказе до сцены на балконе и внутри квартиры, Лорнс вскочил с места и нервно стал кружить по комнате.
        — Что, он так и представился? С ума сойти, сам начальник Тайной полиции. Но как он все твои комбинации просчитал? А если бы ты полез по водостоку, невзирая на вонь и смрад? А дальше, дальше что было?
        — А дальше он попросил передать вам и магистру Арнингу, что очень сильно активизировались разведки королевств Султаната. За хребтом Невезения, восточные государства проводят мобилизацию всего дееспособного населения. Выводы, как он сказал, мы сделаем правильные. Да, он произнес одну интересную фразу — «семеро придут, что бы стать единым».
        — Ну и дела!
        Таким нервным я давно Лорнса не видел. А точнее — никогда.
        — Меня больше всего донимают три вопроса, Анней! Первый — как ты снял охранные плетения? Второй — кто вместе с тобой находился в комнате с артефактами, ведь, как ты утверждаешь, заходил через парадную дверь и окна были закрыты наглухо. Так? Так!
        И третий вопрос: почему тебе дали уйти с вазой и как они собираются вазу вернуть себе. И кто они вообще, но это уже четвё…
        — Где ваза, Анней?!  — просил Лорнс.
        — На полке шкафа…  — у меня внутри все похолодело.
        Мы с Лорнсом сорвались с места и спустились на первый этаж, в нашу рабочую комнату. На столе сиротливо лежала моя сумка. Вазы там не было…
        — Все пропало!  — в сердцах закричал Лорнс.  — Была ваза и нету, теперь ищи по белу свету!
        Ого! Даже стихами начал шпарить. Дело плохо! Я подошел ко входной двери — полный порядок. Замок закрыт, а сигнализация включается автоматически. Тогда грабитель здесь. Похоже, к такому выводу мы пришли одновременно и кинулись к лестнице, ведущей на второй этаж.
        — Сарли, у тебя все хорошо?  — закричал на ходу Лорнс.
        Тишина.
        Когда мы ворвались в комнату девушки, то увидели: Сарли неподвижно сидит на кровати, рядом лежит ваза, которую окутывает голубоватое сияние.
        — Ан, ткань дракка, живо!
        Я понял мастера с полуслова и побежал в кладовую за материалом. Не прошло и тридцати секунд, как я укутал вазу в специальную ткань, задерживающую любые виды излучений. Сарли словно очнулась, удивленно посмотрела на нас и произнесла:
        — А что вы, собственно, делаете в моей комнате?
        — Ты совсем не помнишь, как спустилась вниз и достала вазу из моей сумки?  — спросил я.
        Сарли отрицательно покачала головой.
        — Вот это да.а. а…  — протянул Лорнс.  — Ваза пыталась подчинить тебя, дочка. Ещё немного и боюсь, что прежнюю Сарли мы бы не увидели. Стирховы артефакты! Никогда не знаешь, чего от них ожидать!
        Лорнс покачал головой.
        В это время раздался звонок в дверь. Я аккуратно положил вазу и раковину в свою сумку и мы вышли на улицу. Возле входной двери стояли два молодых человека, лет двадцати, в синих мантиях Академии.
        — Мы за вами, господин Лорнс по распоряжению магистра.  — сказал один из…
        — Святые Небеса, у меня в глазах двоится?  — изумленно спросил я.
        Перед нами стояли два совершенно одинаковых человека. Оба высокие, стройные и голубоглазые, с одинаковой прической.
        — Нет, думаю у вас со зрением все нормально!  — засмеялся один из магов.  — Я- Дарс, а он Тарс, мой брат близнец. Если вы Сарли и Анней, то попрошу садиться в повозку, хотя правильно ее называть движителем.
        Когда мы благополучно разместились в движители — повозке, у меня созрел своевременный вопрос — как этот агрегат нас повезет без конной тяги? Ответ проследовал незамедлительный — магические силы создают большой крутящий момент на переднюю ось и она начинает вращаться. Только кто управлял повозкой, а кто находился с нами внутри и отвечал на вопросы, так и осталось загадкой. Может Дарс, а может Тарс. Удивительно мягкий и бесшумный ход — вот что отличало эту повозку от обычных, рессорных.

        Глава 6

        Словно угадав мой следующий вопрос, Тарс-Дарс ответил:
        — Почему так тихо и ход мягкий? Ну…как бы вам объяснить… в общем, мы двигаемся отдельно — тележка с колесами сами по-себе, повозка, где мы находимся, левитирует. Чтобы две части составляли одно целое — есть несколько способов привязки одного объекта к другому. Как- то так..
        Мы «мчались» по улицам нашего любимого города Аллейд уже больше двадцати минут. По улицам бродило множество людей разного сословия и достатка. Магазины выставляли различных зазывал, которые заглушая друг друга, приглашали прохожих зайти в магазин и попробывать — примерить — оценить тот, или иной товар. Прямо у тротуаров шла бойкая торговля хлебобулочными изделиями, конфетами. Люди, судя по габаритам баулов с покупками — сметали с прилавков все подряд. Скоро, через декаду, праздник окончания сезона холодов. Как же можно обойтись без нового платья, шляпы, костюма, новых, и таких красивых, сапожек?! Везде царила праздничная атмосфера, люди улыбались и радовались жизни.
        Мой наметанный глаз успевал фиксировать множество лиц из сословия воров, к которому я некогда относил и себя. Вот парень, лет пятнадцати, прилично одетый, прогуливаясь по тротуару, подвернул ногу и скривился от боли. Сердобольный дядечка поспешил на помощь. Как же не помочь человеку в беде?
        Эх, дядя-дядя. плакали твои кровные золотые — серебряные — медные накопления. Парень поблагодарил за помощь и прихрамывая, продолжил путь. Но, о чудо!
        За углом, куда парень свернул — исчезла хромота и он припустился бежать. Ну надо же! Чудеса существуют!
        Эту картину я наблюдал из повозки, потому что мы еле — еле плелись. Неупраляемый поток людей мигрировал с одной стороны улицы на другую. Тихо переругивались извозчики, не в силах что — то изменить.
        Я отметил на улицах города много семейных пар, родителей с детьми. Каждый второй ребенок держал леденец на палочке и счастливо улыбался.
        Тут мне и стало не по себе.
        Что я помню о своем детстве? Вечно голодный, грязный. Мусорные баки и вечные побои со стороны шпаны старшего возраста. Помню, как пытался подрезать кошелек у высокого дядечки. Но бог — покровитель Тарилий занимался в этот момент какими — то важными делами. Хорошо одетый мужчина схватил меня за руку. Он повел меня за собой, крепко держа за руку куда — то в сторону жилых кварталов.
        Крис, так звали этого мужчину, привел меня в богато обставленный дом, отмыл, накормил и предложил мне остаться жить в его квартире. Крис жил отшельником, два раза в день приходила служанка, которая готовила еду, кормила нас, делала уборку в доме и так далее.
        Через декаду после нашего знакомства, когда я вошел во вкус вольготной и сытной жизни, Крис позвал меня в кабинет на серьезный разговор.
        — Анней, тебе уже почти семь лет и пора научиться какому — нибудь ремеслу. Я открою тебе один большой секрет, ты сам сделаешь выбор, оставаться со мной жить и пройти обучение, или податься опять в трущобы. Я, Анней, возглавляю гильдию воров. Да, я вор, мальчик, и хочу научить тебя всему, что знаю и умею. Выбор за тобой…
        У меня выбора не было. Назад, на задворки жизни? Нет уж, увольте! Вот так и началось мое обучение ремеслу вора. Физические упражнения на гибкость и выносливость, владение холодным оружием. Я за три месяца изучил все типы замков и их секреты. Воровство кошельков — детская забава. Крис готовил меня к более важным делам. Спустя пять месяцев я обучился многому, даже тому, на что мастер — вор и не надеялся.
        Первое задание, которое я получил от Криса — ограбление банка братьев Лурье. То ли братья сэкономили на магической сигнализации и качестве замков дверей банка и сейфа, но мы — я и мой напарник — маг Зарье, провели операцию по освобождению банка от золота и серебра просто великолепно.
        Именно в первом своем деле я и выяснил, что владею Даром. Я обратил внимание, что вижу все разноцветные линии, петельки, завитушки плетений сигнализации. Видел, как эти линии рвались и исчезали после воздействия на них мага. Естественно, я рассказал Крису о моем Даре и к моему обучению подключился Зарье. Распознавание типа артефактов и использование их — вот основная цель моего обучения. Информацию я впитывал очень жадно, чем радовал моего учителя.
        Так и проходила моя жизнь с семи до девяти лет — ночью работа, короткий сон, обучение. Два дня на отдых от работы, но с усиленными тренировками и занятиями. Теперь я с гордостью мог сказать, что стал обеспеченным человеком, ведь после каждого удачного дела, Крис не жалел денег и по одной — две золотых монеты перепадали мне. Их скопилось такое количество, что на мое имя был открыт счет в банке «Золотой Империал».
        На день Рождения, Крис сделал мне шикарный подарок — набор метательных ножей, изготовленных в одной из стран на востоке. Эти ножи — произведение искусства, не иначе. Тонкое, обоюдоострое лезвие и точеная рукоять. Казалось вот и все достоинства, но нет! Точно выверенная балансировка ножей и прочная, но, одновременно с этим, гибкая сталь, делали ножи просто изумительными.
        А через три дня после моего дня Рождения, Криса и Зарье не стало, как не стало и двадцати человек, которые сопровождали главу гильдии на пути в город Тареб. Что за дела были у Криса там, я не знаю. Но до города живыми они не добрались. Я пытался узнать всю правду о гибели людей, но правду мне никто не сказал. Все отводили глаза и пожимали плечами.
        Вот так я и остался без покровителя и учителей.
        Сразу же после похорон, ко мне, а точнее — в квартиру Криса, пришел его друг Коллар, который популярно объяснил, что меня ждет после смерти моего покровителя. Выбранный, вместо Криса, новый глава гильдии, оказался ненавистником, приближенных к моему бывшему учителю, людей. Ожидалась большая чистка в рядах гильдии и мне срочно нужно исчезнуть из города раз и навсегда. Второй раз мне объяснять необходимости не было, поэтому на следующий день я с небольшим багажом, был уже на берегу морского порта в ожидании Коллара. Тот появился через полчаса и повел меня к пирсу, к которому был пришвартован какой — то торговый корабль. Возле сходен нас ждал хороший знакомый Коллара, капитан судна.
        Вот таким образом я и попал после недельного морского путешествия, в столицу нашей Империи, город Аллейд. А сразу же после того, как сошел на берег, я узнал страшную новость. В результате неаккуратного использования артефакта Ушедших, моего любимого города на карте мира не стало. На его месте образовалась одна огромная, глубокая воронка. Города Лируш больше не существовало, как и моего криминального прошлого.
        Из моих воспоминаний меня вернула Сарли, точнее, ее острый локоток.
        — Ну ты чего это дерешься?  — разозлился я, потирая правый, ушибленный бок.
        — А как по-другому? Ты меня не слышишь и сидишь, как в ступоре! Мы уже подъезжаем, Ан!
        Я осмотрелся по сторонам. Мы катили по широкому проспекту Трех Королей, который заканчивался огромной Ратушной площадью.
        Здесь находились основные здания города: сама Ратушь, или городской магистрат, Академия Силы и Знаний, Императорский дворец, Храм Всех Святых.
        Когда мы были еще на подъезде к площади, я заметил, что помимо самого, примерно, двадцатиэтажного здания Академии, за ним находится множество зданий. Все они располагались как бы полукругом и защищали тыл главного корпуса. Причем, все они отличались друг от друга, как архитектурой, этажностью, так и цветом. Зачем? Не знаю, но думаю узнаю, это дело времени.
        На верхней ступени стояли двое мужчин. Контраст между ними был разительный: мужчина в красной мантии с эмблемой Академии, как я понял сам магистр, был ростом под два метра, волосы темно русые, сзади забраны в хвост. Привлекательная внешность, живые и умные темные глаза. Второй, намного младше магистра, мужчина был облачен в обычную, повседневную одежду городского жителя: брюки свободного покроя, светлая рубашка и кожаная куртка коричневого цвета. На вид, мужчина тридцати — тридцати пяти лет, плотного телосложения, короткие, смоляного оттенка, волосы. Живой и пытливый ум этого человека выдавали его оценивающие глаза.
        Когда мы поднялись по ступеням, ведущим ко входу в здание, первым делом магистр приобнял Сарли со словами:
        — Нет, ну надо же, какая красавица стала! Это сколько же тебе лет? Дай посчитаю… девятнадцать. Точно! Пора замуж выходить, Сарли, или не нашла еще рыцаря своего сердца?
        В конец смутившуюся девушку, выручил Лорнс:
        — Что, старый хрыч, на свадьбе хочешь погулять? Что-то ты своего Торна никак не женишь!
        — Да уж, современная молодежь нынче разборчивая пошла, никакой романтики, один расчет. Ну да ладно. Разрешите представить вам моего начальника службы безопасности Академии Эрона Фаррона. Эрон, это господин Лорнс, его дочь Сарли, а это, как я понимаю..
        — Меня зовут Анней,  — представился я.
        Магитр и Фаррон кивнули мне и магистр пригласил нас во внутрь Академии.
        Пропустив всех вперед, я робко сделал шаг в сторону входной двери. Щаз. з…
        Меня резко что-то отбросило назад и самое интересное, спеленало по рукам — ногам. Послышался тихий гул, исходящий от арки двери. Я удивленно захлопал глазами. Что за Стирх его задери?
        Из здания выскочили удивленные магистр и Фаррон.
        — Какой-то артефакт?  — спросил Эрон.
        — Да и не один.
        Магистр подошел к арке двери и приложил к ней кулон синего цвета, который достал из кармана мантии. Кулон мигнул.
        — Мог бы и догадаться, дурак старый.  — бубнил при этом Арнинг.  — Давай свою сумку. С моим кулоном силовое поле меня не остановит.
        Сдавливающие меня силы исчезли и я попробовал опять пройти в дверь.
        Щаз. з…
        Меня опять спеленало невидимое поле. На этот раз еще сильнее.
        — Что-то еще?  — удивленно спросил Фаррон.
        Я задумался — кроме ножа, который я прятал за сапог, у меня ничего не было.
        Магистр повторил процедуру с синим кулоном и подошел ко мне.
        — Доставай!
        Я нагнулся и достал нож. Магистр и Фаррон отшатнулись от меня.
        — Ты с ума сошел это проносить в Академию?  — воскликнул Арнинг.
        — Что — это?  — я повторил интонацию магистра. Это обычный метательный нож. Подарок моего знакомого.
        — Это, юноша, нож, который впитывает в себя определенный вид магии. По другому — убийца магов. Видишь, в рукоять вставлен камень черного цвета. Это означает смерть для мага, практикующего Чёрную магию. Я больше чем уверен, у тебя есть еще шесть ножей, так?
        — Так,  — согласился я.  — И все ножи имеют камни разного цвета.
        — Все верно. Огонь, вода, земля, воздух, жизнь, смерть и хаос. Да, юноша, думаю есть смысл нам обстоятельно поговорить по поводу этих ножей. Бросай его в сумку.
        Вышедшие на улицу Лорнс и Сарли, слышали наш разговор и теперь удивленно смотрели на меня.
        — Ладно, пошли ко мне в кабинет. Не стоит внимание привлекать.  — произнес магистр и первым сделал шаг во внутрь здания.
        — Сюрпризов больше не будет, Анней?  — строго спросил Лорнс.
        Я неопределенно пожал плечами.
        Сюрприз был, да еще какой! Едва я переступил порог Академии, как включилась звуковая и световая сигнализации. Звук, точнее — какая-то мелодия, пропал, но арка переливалась всеми цветами радуги.
        — Это что?  — удивленно спросил Лорнс.  — Еще один запрещенный артефакт?
        Магистр вышел из ступора и удивленно произнес:
        — Хм..м. Я тридцать пять лет изучал здание Академии, вносил изменения в систему охраны, но о такой реакции на человека аркой-артефактом я и не слышал. Кто ты, Анней?! Хотя, есть кой — какие мысли. За мной и не отставайте!
        — Ты что здесь устроил, Анней?  — дернула меня за рукав Сарли.
        — Я то причем?  — прошипел я.  — Я о ноже даже и не догадывался, что так выйдет. Для меня это был обычный нож.
        Фаррон и Лорнс шли по коридору вестибюля и о чем-то оживленно разговаривали.
        Магистр Арнинг, поднимаясь по ступенькам мраморной лестницы, ведущей на верхние этажи, остановился и поторопил нас:
        — Быстрее поднимайтесь, скоро перерыв в занятиях. Нас могут затоптать студиозы и не заметить.
        Как можно торопиться, если находишься там, где всегда мечтал побывать. Похоже, Сарли со мной была согласна и так же отчаянно крутила головой по сторонам, рассматривая вестибюль.
        На третьем этаже, куда мы поднялись по широкой лестнице из серого мрамора, как я понял, находилась вся администрация Академии. На одной из многих дверей, мы увидели дверь с табличкой «Приемная», куда зашел магистр.
        В приемной стоял огромный стол с кучей папок на нем, ряд стульев вдоль одной из стен. Два огромных окна с видом на городскую площадь, противоположная от окон стена была заставлена шкафами с огромным количеством литературы и папок. За столом сидела девушка в синей мантии, на которой был вышит волнистый знак и цифра «4». Симпатичная девушка, отметил я. Длинные черные волосы, интересная прическа, но темно — голубые глаза выражали тоску и обреченность. Глядя на папки, которые она перебирала, я понял её настроение и даже посочувствовал. Поздоровавшись с ней, ответа мы не услышали. Во дела! Такого я не ожидал!
        — Народ, чай пьем?  — обратился к нам Арнинг.  — Кстати, собственного производства.
        Кто же откажется от такой роскоши?! Мы согласились.
        — Зариночка, душечка, помоги мне напоить наших гостей этим чудо — напитком. Хорошо? Да еще вот что: сделай одолжение и поздоровайся с гостями. Немедленно!
        Девушка покраснела, и наконец-то соизволила с нами поздороваться.

        Глава 7

        — Совсем ты студентов замордовал,  — произнес Лорнс, когда мы вошли в кабинет магистра и закрыли дверь.  — Бедная девушка даже рот боится открыть лишний раз.
        — Издеваешься, Тирр? Кто кого еще замордовал. Просто Зарина умудрилась три дня из четырех, опоздать на дежурство в приемной. Представляешь? Я в свое время был еще тем разгильдяем, но себе такого не мог позволить. Вот и высказал ей неудовольствие и предупредил, что она будет вечной дежурной.
        Я осмотрелся в кабинете магистра и поразился простоте обстановке: большой и светлый, с тремя окнами, стены отделаны каким — то материалом, похожим на светлое дерево. Пол — паркет с красивым орнаментом. Ни ковров, ни гобеленов здесь не было. Я посмотрел на потолок и ахнул — настоящая картина очень светлых тонов, изображающая чистое весеннее небо с легкими облачками. Но! По небу летели самые настоящие птицы, в прямом смысле этого слова. Магия, одним словом! У противоположной от двери стены, стоял чудовищных размеров стол на резных ножках и к нему, под прямым углом, приставлен еще один стол — близнец.
        — Проходите, присаживайтесь,  — пригласил магистр.  — Я так думаю, разговор у нас будет долгий.
        Арнинг протянул мне мою заплечную сумку и кивнул, мол — открывай.
        Первой я достал вазу из дома герцога Витторо, предварительно освободив её от ткани дракка. Магистр хмыкнул и кивнул головой, словно соглашался сам с собой.
        Затем я достал и положил на стол раковину, после чего в кабинете повисло долгое молчание. Лицо магистра и Эрона выражали одновременно, удивление, испуг, восторг. В общем, не пойми что.
        Первым пришел в себя Арнинг:
        — И с этим всем вы так просто ехали сюда? Вот я старый осел! Да надо было вам с охраной сюда ехать, причем с магической защитой. Хорошо, что все хорошо заканчивается, короче говоря! О вазе я предполагал, что она у вас, дорогие мои, но откуда у вас чаша-ракови! Эрон, нужно активизировать защитные щиты по максимуму.
        Когда Фаррон вышел из кабинета, магистр присел в кресло и о чем-то задумался, иногда бросая косые взгляды на меня и Сарли.
        — В общем так, Сарли и Анней! За Лорнса я могу поручиться, что он глупостей не наделает, но вас предупреждаю сразу — то, что в этом кабинете будет сказано, здесь должно и остаться. Договорились? Кстати, Тирр, правильно сделали, что вы все приехали и дома никто не остался. Я думаю, что в вашем доме уже кто — то побывал, или побывает из тех, кому известно о раковине. Кому — то из вас там оставаться было бы небезопасно. Собственно, я о Сарли говорю. С этим молодым человеком нам судьба встречу уготовила не зря. И случай в вестибюле — тому подтверждение. Сарли, ты всегда такая молчунья?  — резко изменил тему разговора Арнинг.
        — Она тебя боится,  — засмеялся Лорнс.
        — И ничего я не боюсь… ну, может чуть-чуть,  — сказала Сарли и рассмеялась. Мы поддержали ее смех.
        — Так, Анней, заверни вазу в ткань и вместе с раковиной, от греха подальше, давай отнесем их в мой сейф. От них фон стоит такой, что голова начала болеть.
        Сейф находился в одном из шкафов, за прикрытыми дверцами. Положив туда артефакты, мы сели на свои места и через минуту зашли Эрон и Зарина, которая несла большой поднос с чайными принадлежностями, Фаррон нес большой заварочный чайник. Поблагодарив девушку, магистр предупредил её, что ни для кого его нет. Зарина вышла из кабинета, плотно прикрыв дверь.
        Арнинг достал из ящика стола артефакт в виде куба и приложил к нему руку. Куб засветился оранжевым светом и тихо загудел.
        — Теперь нас никто не услышит. Эрон, все сделал?
        — Да, магистр. Все в порядке,  — Фаррон сделал гримасу.  — Многие оказались очень любопытными. Я о преподавателях.
        — Любопытство не порок,  — заметил Арнинг.  — Меньше будут знать, дольше будут жить. Так, наливайте чай, мне еще нужно кое-что сделать.
        Он активировал шар — амулет, и когда тот засветился голубым светом, произнес:
        — Господин Аразур, захватите, будьте добры, инструменты для взятии пробы крови, ее анализа и поднимитесь ко мне. Жду!
        — Ну что, как чай? Друиды четыре года мучились, пока вывели этот сорт. Анней, ты чего это побледнел так? Не бойся, дорогой, ты должен мне довериться. Это же для твоего блага. Я больше чем уверен, ты и сам не против узнать о себе всё и во всем разобраться. Эрон, плесни — ка и мне чайку.
        — Зачем вам кровь Аннея?  — вдруг выпалила Сарли и покраснела.  — А его мнение и согласие никого не интересует? Ан, ты чего, одеревенел что ли?
        — Ситар, а не хочешь ли ты и правда, все нам объяснить?  — поддержал дочь Лорнс.  — А ты чего молчишь, Ан?
        Я покраснел и опустил взгляд. Зная столько лет этих людей, хранить свой секрет было очень непросто. То ли страх потерять их доверие и, по — настоящему, родственное отношение, я не знаю. Я даже был рад тому, что предложил сделать Арнинг. Все откроется здесь и сейчас.
        — Зарина, подойдет господин Аразур, пусть войдет. Уже? Да, пусть зайдет.  — через шар отдал распоряжение магистр.
        В кабинет зашел человек в белом халате и с сумкой в руках. Невысоко роста, с огромными залысинами на голове. То, что когда то было когда — то волосами, превратилось в белые жалкие клочья. Тем не менее, он привлекал мое внимание. Чем? Сам не знаю! Может огромными зелеными глазами? Аразур поздоровался с нами и вопросительно посмотрел на Арнинга.
        — Ион, я тебя знаю много — много лет, но мне нужна гарантия в том, что информация, которую ты здесь узнаешь, никому не будет известна, кроме присутствующих людей. Ты меня понял? Очень хорошо! А теперь, Ион, действуй.
        Аразур открыл свою сумку и выложил на стол белую тряпку, на нее шприц, жгут, два флакона с бесцветной жидкостью, медальон в форме трилистника, лист бумаги розового цвета и плоскую стеклянную чашечку. Сняв куртку, я закатал рукав рубашки и отвернулся — не переношу вид крови. Аразур перетянул руку жгутом, ввел иглу в вену, ослабил жгут и потянул поршень шприца вверх. Процесс стандартный, но я переживал, что руки у пожилого человека задрожат. Но нет, все обошлось. Артефакт — трилистник, поднесенный к моей руке, остановил кровотечение и след от укола исчез.
        Аразур в стеклянную плоскую чашечку налил жидкости из двух флаконов, тщательно размешал и вылил часть содержимого на бумаг. Прошло минуты две — три и бумага поменяла цвет на ярко золотистый. Аразур взглянул на Арнинга, тот прикрыл глаза, кивнул. Первые пять — шесть капель крови, которые упали на бумагу, собрались в центре. Удивительно, но эта капля должна была растечься, но нет, такого не произошло. А больше вообще ничего не произошло!
        — Неужели я ошибся?  — спросил магистр.
        — Думаю, нужно подождать, господин магистр. Такой анализ проводился очень давно. Возможно, реактивы слабоваты,  — высказал свое мнение Аразур.
        Через минуты две, капля крови заискрилась и начала впитываться в бумагу. Ещё через минуту, от одного края бумаги к другому, прошла рябь и постепенно стал проявляться рисунок. На фоне заснеженных гор, раскинув крылья, гордо парил орел. Практически весь черного цвета, с белоснежной шеей и хвостом.
        В кабинете повисла долгая тишина. Арнинг щелкнул пальцами и пробормотал:
        — Примерно так я и думал. Можете гордиться собой, господа. Вы первые, кто за многовековую историю Империи, встретился с потомком легендарной цивилизации аануров, или Ушедших. Кому как будет удобней. У кого какие мысли? У меня, лично, один большой туман в голове и огромное желание чего — нибудь выпить, но покрепче чая.
        — Я не против,  — произнес Лорнс.  — Не каждый день с таким, то есть с такими, то есть… в общеvб давай за это выпьем.
        — Кстати, Тирр, ты знаешь, что из-за чаши — раковины, которая находится у меня в сейфе, в мире произошло три войны и погибло около миллиона человек?
        Я допивал свой остывший чай, но услышав это — поперхнулся.
        — Когда были эти войны?  — спросила Сарли.
        Арнинг указал на Аразура и произнес:
        — Вот тот человек, точнее не совсем человек, а друид, который очень долго живёт, может нас просветить.
        Ого, представитель легендарного народа. Для меня это было, как сказка — увидеть друида в живую.
        — Около двухсот лет тому назад. Я помню эти войны,  — скромно сказал Аразур.  — Войну развязывали короли, а гибли обычные люди. Закон жизни, никуда не денешься. Но самое интересное, что бессмертным никто из королей не стал, а чаша периодически исчезала и появлялась, чтобы опять развязалась очередная война.
        — Вы намекаете на то, что мы накануне новой войны?  — спросил Лорнс.
        — Похоже на это,  — ответил Аразур и пожал плечами.  — Хотя ситуация сейчас несколько иная. В прошлом, чаша находилась в руках одного из семи королей, чем тот обязательно хвастался и выносил чашу на общее обозрение. Кому из королей не хотелось ею завладеть? Поэтому гремели войны и текла кровь. Кто, кроме вас знает о раковине-чаше? Если ее нашли старатели, то знает пол Империи. Через два — три дня о этой находке будет знать вся Империя и остальные страны.
        До сих пор молчавший Фаррон сказал:
        — Мне известно из доклада моего осведомителя, что информацию о раковине — кто её нашел и кому продали, перекупила у одного из стражей Северных ворот некая молодая особа по имени Наира. Я навёл кое — какие справочки о ней, так вот: она уроженка города Аль-Барух, столице Султанате. Окончила Академию Искусств на отлично, специализация — артефакторика. Параллельно девушка обучалась на факультете боевых искусств, маг огня, уровень пять. Прибыла в Империю за три дня до находки старателями этой раковины. Совпадение? Не думаю. За этой дамой я организовал слежку. Это пока все. Да, забыл, она поселилась в гостинице «Золотой гусь».
        — Ого, богатенькая дамочка,  — задумчиво протянул Арнинг.  — Ты, Эрон, думаешь о том же, о чем и я? Агент Султаната?
        — Уверен на все сто! Думаю, есть смысл связаться с…  — Эрон поднял глаза вверх.
        Все проследили за взглядом Фаррона и застыли с изумленным видом: на фоне голубого неба гордо парил черный орел с белой шеей и белым хвостом.
        — Все, я пошел за выпивкой!  — буркнул Арнинг.
        Как по волшебству — на столе оказался графин с вином и шесть красивых фужеров.
        Разливая вино, магистр обратился ко мне:
        — Может все — таки покажешь?
        Сарли вздохнула, Лорнс хмыкнул, Фаррон и Аразур выжидательно уставились на меня.
        Я встал со стула и начал снимать рубашку. На моем левом плече все увидели такое же изображение, как и на листе бумаги. Один в один.
        — Вот и не верь в чудеса,  — протянул Лорнс.
        — Да уж…  — подхватил Арнинг.  — Слишком много совпадений для разных событий, не находите? Когда это появилось у тебя?
        — Ровно тогда, когда мне исполнилось восемнадцать лет. День в день.  — ответил я.
        — И ты все это время от нас это скрывал?  — бросила Сарли.
        — Ну и что бы он нам сказал? Смотрите, какая красивая картинка у меня! Как появилась не знаю, почему — тоже.  — вмешался Лорнс.
        — И в этом твой отец прав, Сарли.  — произнес Фаррон.  — Поставь себя на место Аннея.
        — Но это еще не все сюрпризы нашего юноши,  — брякнул Лорнс.
        Фаррон поперхнулся вином и закашлялся, магистр застыл неподвижно с открытым ртом.
        — Что еще, юноша?  — выдавил из себя Арнинг.  — Какую страшную тайну мы узнаем сейчас!?
        Я отпил из фужера вино и начал свой длинный рассказ о том, как ограбил дом герцога Витторо, о всех неурядицах, которые сопровождали меня при ограблении, о погоне, о том, как обманул стражу и закончил разговором с начальником Тайной полиции Империи.
        — Одна неувязочка,  — вклинился Фаррон.  — Я уверен, что ты разговаривал не с Пиккаро, не с начальником Тайной полиции. Я знаю, что он где — то далеко на востоке по поручению самого Императора. Опиши подробнее того человека. Ты же хорошо его рассмотрел?
        Я подробно обрисовал человека, который вел со мной беседу в доме. Потом хлопнул рукой по лбу и выпалил:
        — У него глаза разного цвета, один зеленый, другой карий. Это точно, у меня привычка все подмечать.
        — Если это так, то это точно Пиккаро. Но как он мог все… стоп-стоп… у нас Пиккаро, в узком кругу, известен как человек с даром провидца. Так? Так! Как же я мог о этом забыть. И второе, я сегодня утром почувствовал всплеск энергии, но не придал этому значение, а надо было. Ведь у него, как важного государственного человека, есть персональный телепорт. Вот и объяснение всего. Так, теперь по — порядку. Пиккаро, будучи в стране где- то на востоке, узнал, уж не знаю как, о том, что все крупные государства, точнее их разведки, очень сильно стали проявлять внимание к делам Империи, а именно к магической составляющей, то есть к артефактам.
        Не исключаю, что именно в командировке, он получает видение о ограблении Витторо Аннеем, как будут развиваться события и где можно поговорить с человеком, укравшим вазу. Кстати, Анней, готовься рассказать о своем таланте вора и о том, как ты плетения разрушил и так далее.
        Арнинг откинулся в кресле, исследуя бокал с вином. Пауза затянулась.
        — Да, о чем я!? Пиккаро предугадал, что Лорнс со мной свяжется и предложит встречу.
        Все будет мне известно и о разведке и о… А ну — ка, повтори фразу о семи!
        Я повторил.
        — А что, если в той фразе «единый» будет с большой буквы?  — ввернул удачно я.  — Я, когда разбирался в библиотеке и искал что — нибудь о изображении на моем плече, нашёл случайно книгу о жизни Ушедших. Так вот, так у них назывался единый бог. Единый.
        — Точно, есть такой Бог.  — согласился со мной Аразур.  — Я тоже о нем слышал.
        — Это что получается, когда семь артефактов соберутся вместе, то создадут силу, равную по силе их Бога, Единого?  — в задумчивости произнес Лорнс.
        — Да уж, одни загадки.  — протянул Арнинг.  — И где взаимосвязь между всеми артефактами, да и как их использовать для создания чего — то там сверхмощного. Ведь конечный результат неизвестен. Большой силой можно создавать, но при неправильном использовании можно и все разрушить. Для нас опыта Лируша хватит за глаза.
        Я вздрогнул. Это заметил Фаррон, который сидел напротив меня.
        — Что-то хочешь сказать, Анней?
        — Да особо нечего, если не учесть того, что я там жил и надеюсь, родился. Я из этого города уехал за три дня до катастрофы.
        — А родителей своих помнишь?  — спросил Эрон.
        Я отрицательно покачал головой.
        — Воспоминания у меня как — то резко начинаются. Вот меня не было в этой жизни, потом резкий всплеск и память вернулась — мне уже шесть лет и я беспризорник, которого учат воровать еду, кошельки, залезать в дома и красть всякую ерунду. Но я где — то слышал, что человек начинает вспоминать все примерно с четырех лет. Куда мои два года делись — без понятия. Снится мне один и тот же сон: я, ещё совсем маленький мальчик, стою на берегу моря, держась за руку очень высокого и сильного мужчины. Скорей всего отца. Он улыбается мне и показывает на море, что-то мне объясняет. Звука нет, поэтому все происходит в тишине. Этот сон я вижу редко, но все происходит так реально, что я чувствую даже привкус соленого воздуха на губах. Многое я отдал бы за возможность услышать голос моего отца, может быть хоть что-то, да прояснилось бы.
        — Это мы можем устроить. Точнее, попытаться,  — сказал мне Аразур.  — У друидов есть возможность воздействия на мозг человека.
        — Да — да, вам только дай волю.  — хмыкнул Арнинг.  — Людей на опыты пустить для вас — как воды напиться. А останется после таких опытов человек человеком, или превратится в овощ — для вас это не суть важно. Ведь так?
        — Вы нам всю жизнь будете неудачный опыт с Гюйсом вспоминать? Ну да, ошибки есть, всегда будут, но прошло уже больше десяти лет и мы в причине неудачи разобрались.
        — Ну — ну, расскажи нам о этой причине. Может я жене Гюйса расскажу и она мне все простит и забудет? Да я ей до сих пор в глаза смотреть не могу.
        — Эх…  — проскрипел Аразур.  — Жестокий вы человек, господин магистр.  — Причина была одна — Гюйс принимал запрещенный в Империи препарат — Тарильскую пыль. Своеобразный наркотик. В малых дозах — стимулирует нервную систему. Он особенно популярен у ученых, к которым Гюйс себя относил. Знай мы раньше о его пристрастии, он был бы сейчас здоров, как бык. А то, что я предлагаю — совершенно другой способ воздействия. Погружение человека в глубокий сон и воздействие на мозг с помощью артефактов. После того, как человек просыпается, он многое вспоминает и понимает. Вот и все. Такие опыты мы проводим практически каждый день. Все живы — здоровы.
        — Над собой, маньяки, ставьте опыты хоть каждый день.  — пробурчал Арнинг.  — Хотя — выбор за Аннеем.
        То, что выбор будет за мной, я не сомневался. С одной стороны хочется вспомнить и понять хоть что — то из своего детства, с другой стороны — смогу ли я спокойно жить, зная то, что мне знать не обязательно. Думаю, все-таки, остановлюсь на первом варианте.
        — Так, мальчики и девочки, давайте сделаем небольшой перерыв и чуть — чуть отдохнем. Эрон, слежка за домом Лорнса ведется? Молодец, догадливый. Приятно с тобой работать.
        — Известий нет?  — Арнинг потянулся всем телом.  — Будут, Эрон. Я уверен в этом. Своди ка ты наших гостей в малый зал столовой, поваров я предупрежу. Вы не против перекусить? Я так и знал. А я тем временем поговорю кое с кем. Магистр, копирую жест Фаррона, поднял голову к потолку. Там так же парил орел, красиво и величаво.

        Глава 8

        — За обедом, который оказался очень вкусным, Эрон заметил, что все овощи и фрукты выращиваются здесь же, на территории Академии.
        — У нас очень сильная кафедра жизни,  — заметил он.  — Любят эксперименты. Вчера в меню были помидоры с ярко — синей мякотью. Все задумались — есть, или не есть. Но потом, ничего, распробовали. Или как вам морковь фиолетового цвета? Должен сказать — зрелище не очень приятное, но опять же — все вкусно и безопасно.
        Когда мы встали из-за стола, подошла женщина и передала Эрону пакет с едой для Арнинга.
        — Передай магистру, Эрон,  — сказала она.  — На этот раз донеси.
        Эрон заметно смутился. Когда вышли из столовой, Фаррон объяснил нам:
        — Неделю тому назад, магистр не смог на обед прийти, попросил меня пирожки на обратном пути захватить. Пирожки я взял, но не донес — меня перехватил мой сотрудник с кипой документов на подпись. Я завернул в свой кабинет и там, пока подписи ставил, пирожки мы с сотрудником и приголубили. Теперь повара, при случаи, мне это вспоминают.
        В приемной опять скучала Зарина, теперь от отсутствия папок с бумагами. Бедолага! Эрон заглянул к Арнингу, спросил разрешения, кивнул нам, приглашая войти.
        — Где мои пирожки, Эрон?  — с ходу рявкнул Арлинг. Но увидев пакет у Фаррона, заулыбался.
        — В общем, поговорил я с…кое-кем. Анней прав — Пиккаро был в Империи. Но ситуация еще хуже, Эрон, чем мы предполагали. Завтра вечером будет заседание Большого совета. Там я все узнаю поподробнее, Император Киллайд тоже будет присутствовать там. А что касается наших артефактов, я предлагаю поместить их в стазис от греха подальше.
        Я прислушался к своим ощущениям и задал вопрос Арнингу — куда делась ваза из кабинета.
        — Во дела! Ты чувствуешь эти артефакты?  — удивился Арнинг.  — Какие ощущения?
        — Ощущение беспокойства, печали. Такое впечатление, что артефакты — живые существа.
        — То, что в тебе появляется что — то такое, чего ты не можешь объяснить и понять, не надо отвергать и игнорировать. Поверь своим ощущениям и доверься им, Анней. Так будет лучше для всех.
        А вазу скоро вернут, ее забрал друид и опустил в специальный раствор, чтобы грязь отошла. А, чего я вам это объясняю, вы этот процесс лучше меня знаете.
        В дверь постучали и заглянул Аразур, Арнинг махнул рукой — заходи. В одной руке у друида была ваза, в другой рукой он держал увесистую книгу. Ваза выглядела просто шикарно: после очистки от грязи и налета, она сверкала в лучах заходящего солнца, которые освещали кабинет магистра.
        — Я узнал, что это за артефакт!  — не без гордости сказал друид. Он открыл книгу на первой же странице.  — Вот смотрите, это лечебный трактат, который остался от аануров. Я плохо знаю их язык, но очень давно, я перевел несколько фраз этой книги. Предложение звучит так: только знания и усердие станут главным ключом к успеху. Очень часто, для экономии времени, многие предложения заменялись одним специальным знаком, или символом. Теперь смотрите на этот рисунок, который дублирует предложение.
        Перевернув страницу, он ткнул пальцем:
        — Вот как это предложение выглядит на рисунке.
        На рисунке были изображены — раскрытая книга, ваза и яблоня, которая по самую макушку была облеплена яблоками.
        — Книга — символ знания и усердия, яблоня — плодородие, успех, большой урожай, а ваза — однозначно — ключ. Я даже помню, как ключ звучит на аанурском — вейзу. Со временем, люди начали произносить это слово проще — вейза, а сейчас ваза.
        В глазах у друида горел огонь, руки подрагивали.
        — Ион, ты случайно не того..? Не хватанул Тарильской пыли?  — с улыбкой спросил Арнинг.
        Все засмеялись.
        Аразур на мгновенье застыл на месте, затем отмахнулся и продолжил:
        — Когда я вынимал вазу из раствора, то поднес её к яркой лампе. Верх вазы сделан из камня силагур, который, после смачивания определенной кислотой, размягчается и легко обрабатывается. Из — за зеленоватого оттенка со множеством разноцветных вкраплений, этот камень очень ценился у аануров. Как я сказал, камень легко обрабатывается, но есть еще одно его качество — он широко применялся Ушедшими при изготовлении артефактов.
        — Да, этот камень хорошо сохраняет магический заряд и не подвержен старению,  — произнес Лорнс.  — В артефакторике он незаменим.
        — Вот — вот!  — продолжал Аразур.  — При хорошем освещении я заметил, что основание вазы из другого камня. Оно черного цвета.
        — Это значит, что ваза из двух частей. Так?  — Арнинг взял в руки вазу и внимательно стал ее рассматривать.  — А что это за узор — орнамент на основании такой? На самой вазе только узоры без изображений. Так-с, похоже здесь рисунки животных. Смотрите — вот изображен волк, это лиса, вот это конь, буйвол, тигр. И что дальше? О, да здесь и грифон с единорогом изображены. А вот это что за чудище — без понятия. То ли Стирх, то ли сам Дьявол.
        Сарли, внимательно наблюдая за изображениями животных, которые менялись при вращении вазы магистром, неуверенно сказала:
        — Смотрите, ни одно животное не повторяется, кроме вот этого, самого непонятного.
        Аразур, до этого стоящий в стороне, что бы не мешать нам рассматривать вазу, подошел поближе, всмотрелся в изображение зверя и произнес:
        — Да это же сказочный персонаж вейзул, чего здесь непонятного.
        — Повтори название животного без последней буквы, Ион!  — сказал магистр.
        — Вейзу. ох, Святой Лес! Точно! Вейзу, у него же два смысла! Это животное — проводник в царство мертвых, другими словами — ключ Врат.
        — Так, Тирр, ты будешь держать верхнюю часть вазы, Анней, ты придерживай нижнюю.
        Я надавливаю на знак с моей стороны, а ты, Эрон, по моей команде — с другой. Готовы? Жми!  — подал команду Арнинг.
        Он и Эрон нажали на знаки одновременно и все затаили дыхание. Ничего!
        — Что за чудеса. У меня кровь на пальце. У тебя тоже, Эрон?
        — Да, как будто кто — то иглой уколол!
        — Точно!  — магистр посмотрел на палец.  — Не больно, но неприятно.
        Мне на глаза попался лист бумаги с изображением парящего орла. Я на секунду задумался и сказал:
        — Я думаю, у меня получится.
        — Точно!  — магистр оживился.  — Нужна твоя кровь. Тирр, держи верх, Эрон — основание, Анней — жми!
        Я нащупал знаки левой и правой рукой и одновременно на них нажал. Ничего!
        — Ждем,  — Аразур поднял вверх указательный палец.  — Идет анализ крови. Ну — у, этому хочется верить.
        Потихоньку, кровь из пальцев остановилась. Боли, действительно не было.
        В кабинете стояла оглушительная тишина и в ней прозвучало тихое «треень». Звук был явно металлический. Лорнс аккуратно приподнял верх вазы и поставил на стол.
        Все увидели на дне нижней части вазы, в углублении, круглую пластину из желтого металла, явно из золота.
        Первым заговорил Лорнс:
        — Да чтоб меня…
        — И меня тоже,  — подхватил Арнинг, улыбаясь.  — А ведь получилось, Стирх меня задери. Сейчас мы проверим пластину на сюрпризы.
        Из сейфа он извлек небольшой жезл с белым камнем в навершии. Подойдя к столу, магистр начал водить жезлом над основанием вазы. Шар цвет не поменял и тогда, отложив жезл в сторону, он перевернул дно вазы и вытряхнул пластину на ладонь.
        — Ну вот, похоже о всех пяти недостающих артефактах мы теперь знаем.
        Присмотревшись к пластине, он хмыкнул и подошел к шкафу, где на полке стояла одинокая папка. Передав пластину мне, магистр стал аккуратно перебирать, вложенные в папку, листы бумаги.
        На пластине, довольно увесистой для своего размера, был нанесен рисунок шести предметов: тонкая игла, которая имела рукоять, затем была нарисована раковина Гирсминда, браслет, или наруч, какой — то обруч, жезл, накидка. Рисунки были до того мелкие, что детали разобрать невозможно. Я передал пластину Сарли и Лорнсу, к ним присоединился Фаррон. Они увлеченно рассматривали пластину, что-то обсуждая.
        Когда пластина вернулась ко мне, я обратил внимание на ее обратную сторону: прямо по центру был заметен небольшой, но очень острый выступ. Попробовав выступом поцарапать ноготь — убедился, что он очень острый. Опять для анализа крови?
        Аразур стал помогать Арнингу перебирать листы из папки. Лорнс, скрестив руки на груди, стоял у окна и любовался последними лучами солнца, которое уже садилось за горизонт. Фаррон, что-то сказав Арнингу, вышел из кабинета. Сарли, задрав голову в потолок, наблюдала за полетом орла.
        — Сарли, смотри,  — я показал пластину, точнее на выступ.  — Как думаешь, для чего? Для крови? Сарли пожала плечами.
        Лорнс удивленно оглянулся на нас. Так же, внимательно смотрели на нас Арнинг и Аразур.
        — Какой крови? Вы о чем, ребята?  — поинтересовался Лорнс. Я ему объяснил и показал на пластину.
        — Ну и чего ты ждешь, Анней? Кровушки жалко?  — засмеялся магистр.  — Пробуй.
        — Нет, нет, подождите!  — предупредил друид.  — Надо хоть элементарную санитарию соблюсти. Ваза после раствора была, кто эту пластину в руках держал — не известно. Я не о нас, конечно. Эх, далековато в лабораторию идти..
        — Возьми вон в том шкафчике, Ион.  — Понял намек Арнинг.  — Чистейший «огненный вал» производства подземных мастеров.
        — Гномов?  — уточнил я.
        Магистр согласно кивнул головой.
        — Лет пять тому назад, я помог им кое в чем. В знак благодарности, они около двадцати бутылок с этим жидким огнем прислали. Если есть желание попробовать и при этом постараться не умереть — милости прошу. Тирр, нет желания? Анней, ты нам нужен живым, тебе не предлагаю.  — засмеялся Арнинг.
        — Ну спасибо, Ситар, меня, значит, уже не жалко?  — Лорнс сделал вид, что обиделся.
        Аразур достал из шкафа бутылку с прозрачной и вонючей жидкостью, намочил какую-то тряпочку и протер мне большой палец и острый выступ — иглу.
        — Теперь можно,  — разрешил он.
        Я выдохнул воздух и с силой надавил пальцем на острие. Больно, Стирх!
        — Клади пластину в углубление донышка вазы, Анней!  — сказал Лорнс.
        Я так и сделал. Минуты две ничего не происходило, но потом от пластины, вверх, ударил луч желтого света и появилось изображение шести предметов. На расстоянии метра от стола по кругу медленно вращались увеличенные предметы, нарисованные на пластине. Но мало этого, они вращались и вокруг своей оси, таким образом показывая себя с разных сторон. Потом изображения ожили: игла вошла в какое-то отверстие в раковине, та открылась и оттуда появился браслет. Браслет, корона — обруч, жезл и накидка — мантия одновременно испустили яркий свет и изображение исчезло.
        — Понятно,  — протянул Арнинг.  — Обучение малолетних детей, которыми нас считала раса аануров. Стало даже немного обидно, не находите? Конечно, спасибо им за подсказку с иглой, но остальное…
        — Ситар, Ушедшие просто обратили внимание, что артефакты один без другого не работают. Вот и все. К чему обиды?
        — Лучше бы они подсказку дали, где искать остальные артефакты.  — буркнул Арнинг.  — Весь белый свет можно исколесить и не найти.
        Аразур прокашлялся и неуверенно произнес:
        — Думаю, у нас есть подсказка. И она находится сейчас с нами, в этом кабинете.
        Все уставились на меня.
        — Чего это вы?  — оторопел я.  — Какая я вам подсказка?
        — Самая, что ни на есть — живая!  — ответил за всех друид.
        — О, узнаю Иона,  — засмеялся Арнинг.  — В глазах лихорадочный блеск и нетерпение влезть тебе в голову, Анней. Теперь от него, от маньяка, похоже не отвертеться. Я так думаю, на сегодня хватит информации. Голова кругом идет. Согласны?
        Мы, естественно, согласились. Единственным, кто с этим не согласился был Аразур. Блеск глаз исчез, во взгляде появилась тоска.
        — Я предлагаю вам, троим, переночевать сегодня в Академии. А завтра мы сделаем так, чтобы многие узнали, что раковина передана в Академию и пусть попробуют всякие — разные ее у нас отобрать. Согласны? Чудесно! Аразур, у вас в медицинском отделении найдется пустая палата для наших гостей? Вот и хорошо! И покорми, не забудь, людей!
        В это время вернулся Эрон, который кивнул магистру, нам же объяснил, что за нашим домом кто — то наблюдает, но внутри посторонних нет.
        В общем, предложение магистра переночевать в Академии — очень правильное.
        — Ну вот и ладненько. Вы идите с Ионом, а мы с Эроном еще задержимся — надо набросать план выступления перед Большим советом. Отдыхайте и до завтра.  — сказал Арнинг прощаясь.
        Выйдя из кабинета и следуя за друидом, я понял, как же я вымотался и устал за двое суток.
        Бедная Сарли еле переставляла ноги, Лорнс шел по коридору, напряженно о чем-то размышляя.

        Глава 9

        Медицинское отделение находилось на девятом этаже Академии, поэтому Аразур повел нас к телепортам. Видя на моем и Сарли лицах явный испуг, друид заверил, что телепорт самое безопасное средство передвижения, которое он знает.
        Потом добавил ложку дегтя, как говорится:
        — Были, правда, случаи, когда люди не попадали на нужный этаж, точнее — совсем пропадали, но это было так давно, что все эти случаи и допущенные ошибки далеко в прошлом. Теперь вариант быть расщепленным на атомы, примерно один к миллиону. Лорнсон хмыкнул, но ничего не сказал.
        Для перемещения по этажам надо было нажать нужную кнопку этажа и стать на металлическую пластину. Таких пластин на каждом этаже по четыре штуки, есть ещё грузовой телепорт и медицинский. Пластины красного цвета — подъем, синий — для тех, кто опускается.
        — Я первым, вы по очереди за мной.
        Аразур, нажав на кнопку с цифрой девять, стал на красную пластину и исчез. Я повторил действия друида и…ничего не почувствовал. Друид стоял в стороне от пластины и ждал нас. Через несколько секунд появилась Сарли, с закрытыми глазами. Я взял ее за руку и отвел в сторону. Затем появился Лорнс. Аразур постучал девушку по плечу и та открыла глаза.
        — Все, приехали. Теперь за мной.  — сказал он и направился к выходу из комнаты.
        — На этаже находятся десять палат, одну из которых вы и займете. Есть, правда, одноместная палата, может девочке в ней будет удобней?
        — Конечно,  — ответил Лорнс.  — Палаты, надеюсь находятся рядом?
        Аразур утвердительно кивнул и мы зашли в первую. Никаких излишеств — две койки, две тумбочки у изголовья, у окна небольшой столик и два стула. Справа от двери — небольшой платяной шкаф. У Сарли палата выглядела также, как и у нас — обстановка очень простая.
        — Ну, а теперь прошу ко мне в кабинет, попьем чай и будете отдыхать. Или кто-нибудь голодный? Нет? Хорошо!
        Кабинет Аразура так же богатой обстановкой не отличался: стол, кресло за ним, у стена четыре стула, шкаф для книг. Аскет наш друид, одним словом.
        — Я сейчас приду, распоряжусь нас чаем напоить.
        Я присел на стул и понял — засну от усталости и нервного напряжения. Пришлось встать и походить по кабинету. Зашел друид, в руках он нес три небольших пузырька.
        — Выпейте, это поможет вам расслабиться,  — предложил он.  — Напряжение сегодняшнего дня уйдет. Я думаю, вам это не помешает.
        Hа вкус жидкость слегка отдавала корицей, но совсем чуть — чуть.
        — У вас всегда так тихо и пусто?  — спросила Сарли.
        — Да ну!  — замахал руками друид.  — Скоро студенты выйдут на полевые занятия, только и успевай принимать с травмами и лечить. Неаккуратный народ современные студенты. Только к пятому курсу жизнь начинают ценить. Вот скажите на милость, какое удовольствие калечить друг — друга и при этом ещё этим и гордиться. Сам слышал сотни раз: «нет, ну ты видел, как я ему сосулькой голову разбил», или вот это — «я его уделал так, что он ровно ходить не сумеет». Я понимаю, что без поединков настоящим мастером никогда не станешь, но всегда должен быть какой то другой подход к тренировкам, что-ли? Я неоднократно поднимал этот вопрос на Совете Академии, но все без толку.
        В кабинет Аразура вошла медсестра, с подносом. Чашки, заварочный чайник, на тарелочке — печенье. Когда Аразур разливал чай, я украдкой рассмотрел медсестру, которая открыла шкаф, доставала конфеты и сахар. Совсем еще молодая с виду девушка, но глаза… тут до меня дошло, что меня удивило при встрече с Аразуром. Глаза у друида и медсестры не имели таких зрачков, как у людей.
        — Да, Анней, Лира тоже друид. Но нас не нужно бояться,  — засмеялся Аразур.  — Наш народ, на самом деле, очень заинтересован жить в мире с людьми. Так было во времена расцвета аануров, так есть и так будет продолжаться дальше.
        Как вам чай?
        — Спасибо, всё просто замечательно,  — сказал Лорнс.  — K нам дошли лишь отрывки о жизни аануров. Почему так мало книг сохранилось? Или это была закрытая раса? Если это не так, то где книги? То, что иногда попадается — только краткие обзоры и умозаключения. Да и то, что целый народ исчез с нашего континента практически за неделю — как, зачем, куда они ушли? Вопросов — уйма, но кроме вас, тех, кто жил бок о бок с ними — ответ никто не даст. Вы же этими знаниями поделиться не торопитесь. Как так, Ион?
        — Боюсь, что на все вопросы, ответы вам никто не даст. Есть даже среди нас отдельная группа, я бы сказал, каста, которая знает о аанурах очень многое, но они живут очень далеко — на острове О-Ра. Слышали о таком? Живут они, как затворники и с нами, увы, не общаются. Мы же, живущие в вашем обществе, посвящаем свою жизнь медицине, сохранению природы. Если вы хотите знать, то только процентов десять — пятнадцать от всего количества друидов, живут в городах и селах, остальные же — проживают общинами в лесах. Что знаю я о той расе — они были очень общительными с друидами и с вами, людьми. Знания они вам передали в том объёме, который вы смогли усвоить, слишком большой объём мог бы только навредить, поверьте мне. Вы никогда не задумывались, откуда у вас в обиходе столько непривычных слов? Да хотя бы те же единицы измерения, названия времени суток, понятия о географии, астрономии, способов производства стали и всевозможных сплавов. Но самое главное я не упомянул — они дали вам магию, точнее возможность управлять энергией, как внутренней, так и энергией мира. Учителя они были отменные, только ученики
были… хм.м..
        — Ну, ладно-ладно, хватит нас ругать, Ион! Ты лучше расскажи, почему они исчезли?
        — Опять же, здесь не все понятно. Многие считают, что в городах аануров разыгралась нешуточная эпидемия, я, лично, в это не верю. Это с таким — то уровнем культуры и медицины? Второе мнение — они отбыли к себе на родину, передав вашей цивилизации необходимый уровень знаний для дальнейшего развития. Это самый правдивый вариант.
        — Ты хочешь сказать, что они появляются в мирах, где зародилась жизнь и помогают существам в их развитии?
        — Примерно так.  — согласился Аразур.  — Есть такое мнение, что они когда — нибудь вернутся. Ведь не зря каждый год, в одно и то же время, Мертвая степь снимает защитный купол и становятся видными города, здания и сооружения аануров. Они кого-то, или чего-то ждут. Жаль, что зайти туда невозможно. Сколько бы открытий сделали люди — и Святому Лесу неизвестно. Может аануры оставили все из — за того, что люди, в конце — концов достигнут такого уровня развития, когда сами поймут, как отключить защиту и воспользоваться знаниями и технологиями Ушедших. И ещё есть одно у меня предположение, но о нем пока рано говорить. Лорнс, твоя девочка уже засыпает.
        — Да, конечно. Пора отдыхать.
        Я проснулся резко, ничего не понимая, потряс головой. Осознание того, где я нахожусь, пришло не сразу. Такое впечатление, что проспал сутки. Тело и голова были свежими и готовыми к работе. За окном ночь, звёзды. Лорнс тихо постанывал во сне, это и понятно — день полный сюрпризов. Устали все. Я попробовал уснуть — сна ни в одном глазу.
        Сразу появились какие — то идиотские мысли о моем одиночестве во всем мире, о том, что я один на один со своими проблемами. Были бы рядом отец или мама, можно было бы получить совет, как жить в этом суровом мире. Хорошо, что есть Лорнс и Сарли, единственные, почти родные мне люди. Сарли мне очень нравится, как человек, ещё больше — как красивая девушка. Именно из — за этого, я и веду себя, как идиот. Пробовал изменить своё отношение к ней и думать о девушке, как о сестре, но все летело к Стирху, когда Сарли была рядом.
        Потихоньку одевшись, я выскользнул в коридор. Где находился туалет — я примерно знал и повернул налево по коридору. Проходя мимо кабинета друида, увидел свет из-под двери. То ли он не спал совсем, то ли уже проснулся. Дверь приоткрылась и вышел Аразур.
        — Не спится, или ты по делу?  — улыбнулся он.
        — И то, и то,  — ответил я.  — А вы давно на ногах?
        — Я, молодой человек, уже давно не сплю. В прямом смысле этого слова. Лет так, пятьдесят. На обратном пути заходи, поговорим.
        Когда я зашел в кабинет друида, то почувствовал необычный запах, но очень приятный.
        — Кофе когда — нибудь пробовал?
        — Да нет, и даже не слышал. Что это?
        — Сам попробуй и скажешь мне, что это. Как по мне, так это напиток Богов. Запах стоял просто одуряющий. Когда я сделал небольшой глоток этого напитка, с друидом я согласился — просто великолепный вкус.
        — Этот напиток пьют только в восточных странах. Называется кофе. Если хочешь ещё, я его сварю. Я согласился — когда ещё я такой напиток попробую.
        Вернулся друид через десять минут. За это время я пытался понять, что это за книги на полке, шкафа, но ни одного названия не перевел.
        Наливая мне кофе, друид спросил:
        — Так ты своих родителей совсем не помнишь? Ясно. В общем слушай меня внимательно, Анней. Когда я тебя встретил в кабинете Арнинга, то увидел, что от твоей ауры отходят три эмоциональных линии — связи. Это линии связи с твоим родственниками. Не перебивай меня, юноша! Так вот, у тебя две линии красного цвета, одна ярко синяя. Родительские линии всегда красного цвета, синяя, в основном, говорит о связях с братом, в редких случаях — с сестрой. Такая особенность видеть линии родства только у друидов. Это особый наш дар и мы его тщательно скрываем. Почему — сам когда-нибудь поймешь.
        Так вот, я на твои линии повесил, так называемые, маркеры, с помощью которых можно определить примерное месторасположение людей на другом конце линий. Когда вы отправились спать, я вышел в астрал, надеюсь ты знаешь, что это такое, и увидел знаешь что?
        Я весь сжался, дыхание перехватило.
        — Так вот — ничего я не увидел. Связи, такое впечатление, уходят в бесконечность. Верить мне, или нет — твоё дело, Анней, но то, что ты сейчас узнал пусть останется нашей тайной. Для твоего же блага. Как и то, кстати, что в тебе течет кровь аауров.
        — Никогда не слышал о линиях связи,  — задумчиво произнес я.
        — Но зато много раз слышал, я уверен, что мать, допустим, всегда чувствует состояние здоровья своих детей, начинает переживать. Родственники всегда чувствуют смерть своих близких. Слышал о таком? Я так и думал. Когда линия связи становится тонкой — человек заболел, когда рвется — значит кого-то нет в живых.
        — Но где же они тогда, мои родственники? И почему они бросили меня одного в этом мире?
        — Ответа у меня нет. Я первый раз в своей жизни с таким встретился.
        — Вопрос можно?  — я выжидающе посмотрел на друида.
        — Хоть десять. Если смогу — отвечу.
        — Вы же должны помнить, как выглядели эти аануры, их города, поселки, что они из себя вообще представляли?
        — Я не настолько стар, юноша. Мне двести девяносто лет. Чего ты улыбаешься? Друиды доживают и до пятисот лет. Аануры исчезли лет триста пятьдесят назад. Города Ушедших я видел лишь издали, когда был в Мёртвой степи. Когда ты их увидишь, а в этом я не сомневаюсь, тебе эти города запомнятся на всю жизнь. Вот увидишь! Необыкновенно красивые дома, какие — то сооружения и всё, такое впечатление — парит над землёй. Прямые и широкие улицы, которые уходят в глубь городов, очень много деревьев и цветов. Ты не ослышался, есть и деревья и цветы, кустарники аккуратно подстрижены. Такое впечатление, что город о себе сам заботится. Всего в степи пять городов и каждый чем — то друг от друга отличается. Похожих нет, это точно. А те развалины, в которых рыщут старатели — разрушенные здания, напоминающие наши трактиры, или гостиницы. Самое ценное — в городах. Обещай мне, когда отправишься в Мёртвую степь, взять с собою.
        Друид очень серьёзно смотрел на меня, даже очень.
        — Кому города и откроют свой барьер, то только тебе. Я так думаю, а я редко ошибаюсь, мой мальчик.
        — Ну и кто меня пропустит через Северные ворота. В степь без разрешения магистрата не пропускают, вы же в курсе?
        — Конечно, но теперь у тебя есть мощный покровитель: магистр Арнинг.
        Аразур подмигнул мне. Забавно… Старый друид ведет свою, только ему известную, игру. Почему бы его не спросить об этом напрямую? Нет, спешить не буду. Время покажет, кому можно довериться, а кому нет. Надо ограничиться общим вопросами. То, что друид раскрыл мне свою тайну — ни о чем ещё не говорит. Нужно время, чтобы во всем разобраться. Я задумался о своих родителях, о брате. Как так получилось, что судьба — злодейка нас разлучила? Исходя из слов друида, аануры умеют передвигаться по мирам. Тогда почему меня никто не навестил до сих пор?
        — Как передвигаются аануры по мирам?  — задал я вопрос.
        — Здесь тайны никакой нет, Анней. Уже привычная, даже нам, телепортация. Тебя грамоте, как я понял, Лорнс обучал? Что ты знаешь о географии нашего мира, о истории Империи, как она возникла, как располагаются города Ушедших, по какому принципу? Аразур подошёл к шкафу и в нижнем отделе, закрытом дверьми, нашёл большую карту.
        Расстелив её на столе, он начал объяснять.
        — Когда то, на нашей планете Сораста, как называли ее твои сородичи, было три огромных материка. Самый большой материк, на котором мы сейчас проживаем, называется Пирсель. На языке аануров это значит цветущий. Наш материк богат на полезные ископаемые, большая часть земли очень плодородная и благодаря сравнительно мягкому климату позволяет выращивать огромное количество овощей и фруктов, сочные пастбища кормят наших животных.
        Ты когда-нибудь слышал о массовом голоде? Нет, вот видишь? Так вот, смотри на карту: раньше, на месте Империи было семь королевств. Пять из них занимали южное побережье Спокойного моря, два королевства располагались на севере. Центральную часть, а это огромная площадь, принадлежала аанурам. Наши королевства соединял когда — то огромный тракт, по которому беспошлинно могли передвигаться торговые караваны. В случаи возникновения каких — то военных действий между королевствами, а их было огромное количество, Ушедшие тракт перекрывали и войскам приходилось совершать обходной маневр — двигаться по дороге вдоль всего хребта Невезения. Эта дорога занимала около шести месяцев и война, порой не начавшись, прекращалась. Здесь политика аануров была неизменна — меньше воин, больше торговли.
        С запада с Мёртвой степью и с нами граничат два государства: Султанат, Абу-Арн, а ещё западнее, вплоть до Радужного океана — Дикие степи. В Султанате очень развита наука, много учебных заведений, два из них проводят обучение людей с Даром. Другое вероисповедание делает жизнь людей отличной от жизни в Империи. Там строгие законы, которые касаются правопорядка, другой семейный уклад. В общем отличий много, но все они коренным образом отличаются от жизни в Абу-Арне. Я бывал и там и там, и могу сказать одно — в Султанате люди живут и радуются жизни, образно говоря, в Абу-Арне эту жизнь проклинают. Деспотичная и жадная династия короля довела людей до нищеты. О образовании речи нет. Вот чего не занять у этого государства — наличие огромного и обученного войска. Союз двух государств, в случае возникновения конфликта с Империей, может стать для нас фатальным.
        В Диких степях, в основном, проживают орки и тарусы. Если орки занимаются животноводством и разведением огромного количества лошадей, то тарусов можно назвать одним словом — падальщики. Ни к какому ремеслу не приучены, орки их используют в качестве рабочей и бесплатной силы. Рост у тарусов — около полутора метров, голова маленькая и уродливая. В общем — мерзкие типы.
        Друид замолчал, давая возможность мне осмыслить услышанное.
        — Не устал от моей лекции?
        — Да нет, мне это все интересно. А что с двумя материками стало?  — спросил я.
        — Из-за воин, которые развязали маги двух островов, те благополучно опустились под воду. Идиотство чистой воды. Большая часть населения спаслась и добравшись до побережья нашего континента, организовали два государства: Хинь-У и За-У. Культура и образование у них в зачаточном состоянии, но войны происходят с периодичностью раз в три года. Только хребет Невезения отделяет нас от этих варваров. Благодаря этим войнам, у них сильно развито кузнечное ремесло. Это и понятно — войска огромные, большая потребность в оружии. Торговлю эти государства ведут, в основном по морю, переход через хребет очень сложный. Самое отвратительное — это их стремление заграбастать часть земель Империи с полезными ископаемыми и землей. Сам я не был за хребтом, но рассказывают, что земля там очень скудная. Я вот, что думаю. Двум нашим соседям нужны наши артефакты из Мертвой степи, государствам, которые находятся за хребтом — наша земля. Если пошло какое — то нехорошее шевеление и там и там, то жди неприятности.
        Я встал со стула, решив размяться. До рассвета оставались считанные минуты. Горизонт окрасился в бледно — розовый цвет. На пороге стоял новый день. Какие сюрпризы он нам приготовил? Надеюсь, только приятные.

        Глава 10

        — Ты знаешь, расположение городов совпадает с линиями, через которые проходят основные силовые линии нашего материка.  — Аразур достал из шкафа, свернутую в трубочку, прозрачную бумагу, развернул её и положил на географическую карту. Совместив изображение материка на карте и бумаге, он продолжил:
        — Вот смотри, в том месте, где основные линии силы пересекаются, там располагаются четыре города. Если соединить эти города — получится идеальный квадрат. В месте пересечения диагоналей — находится самый большой город. Вот такие дела. Если человек и попадёт в город Ушедших, то это произойдет очень и очень не скоро. Знание самой природы силы, возможность управлять энергией по своему выбору — разве это не мечта для человека? Помнишь, как отреагировал Лорнс на мои слова о плохих учениках? Это так, Анней. Когда была возможность чему — то научиться у старшей расы, люди предпочитали воевать друг с другом, когда учителя ушли — схватились за голову. Людей, которые действительно одаренные и которые продолжают своё развитие, я могу пересчитать по пальцам. Первый — это архимаг Торенс, который возглавляет Совет девяти, вторым бы я поставил нашего магистра. Но Арнинга засосала трясина под названием текучка. Возглавлять Академию это почетно, слов нет, но его развитие остановилось лет десять назад. Четверо лучших магов находятся в разных частях Империи — возглавляют оборонительные рубежи с Абу-Арном и
Султанатом. А остальные одаренные, достигнув уровня мастера, или старшего мастера больше ни к чему не стремятся. Лень, скорее всего.
        Вот ты например — имеешь небывалый потенциал, очень развитые силовые линии, очень и очень большой, на уровне магистра, источник силы. Почему ты не проходишь обучение у нас? Нет желания?
        Я тяжело вздохнул и рассказал всю правду о своём Даре. О всех попытках его применения.
        — Если всё так плохо, как ты говоришь, то как же ты вазу умыкнул? Эрон мне рассказал о двенадцати плетениях уровня четвертого или даже третьего. Чтобы так быстро с ними разобраться, у тебя уровень мастерства должен быть, как минимум — второй.
        Я рассказал всё как было друиду, после чего возникла пауза. Аразур долго молчал, потом выдал:
        — Вот это, молодой человек, то, к чему должны стремиться все одаренные — прямому воздействию на энергию стихий. Это уровень аануров. Нет необходимости заучивать рисунок плетений. Невероятно! Только подумал, и вот ты уже плетение разрушил, захотел — создал. Магистр от зависти лопнет. И не только он. Только нужно разобраться, почему ты дозировать энергию не можешь. Есть у меня один знакомый маг — разумник, который нам поможет. Но на это должно быть разрешение магистра. Такие опыты, по идеи, у нас запрещены. Но для того и существуют запреты, чтобы их обходить. Сегодня, перед Советом девяти, магистру не до нас будет, но потом разговор все — равно состоится. Не верю я в безразличие Арнинга, не такой он человек.
        Осторожно постучали в двери и зашли Лорнс с дочерью.
        Поздоровавшись с нами, Лорнс спросил у меня — почему и как долго я не сплю. С ответом нашелся друид:
        — Да пару часов, как общаемся. Вот смотрите — в географию ударились, изучаем наш материк, расположение городов ушедших. А вам как спалось? Сарли, девочка, как отдохнула?
        — Спасибо, выспалась. А чем это у вас так приятно пахнет?  — Сарли улыбнлась и посмотрела на друида.
        — Да ничем особенным, мы пили кофе. Могу и вас угостить. Анней, ты тоже не откажешься. Так? Друид забрал грязные чашки и вышел за дверь.
        После того, как кофе было выпито, мы отправились к Арнингу.
        В приёмной ректора никого не было, впрочем, как и в его кабинете.
        — Во дела. Обычно магистр в это время уже на месте. Было бы просто чудесно, если бы вовремя пришла Зарина. Словно услышав слова Аразура, она зашла в приёмную. Поздоровавшись с нами, поинтересовалась, почему мы не заходим. Узнав причину — рассмеялась.
        — Слава Богам, теперь я вечным дежурным не буду. Раньше ректора сегодня пришла.
        Я невольно рассмеялся, представив растерянного магистра. За что получил ощутимый толчок в бок от Сарли. Магистр находился в двух метрах от нас и все слышал.
        — Я не уверен, но кажется назревает заговор.  — сказал Арнинг улыбаясь.  — Заходите в кабинет, уважаемые. Чай пьём?
        Мы дружно отказались, сославшись на выпитый кофе.
        — Ион, что-то я не припомню, чтобы ты меня кофе угощал. Надеюсь, твои запасы не сильно оскуднели? Со мною поделишься, иначе ни одной заграничной командировки тебе. Зарина, ты хочешь попробовать кофе? Я так и думал. Аразур, надо делиться всем с друзьями. Ладно, это всё шутки, заходите. Времени мало, Совет на десять часов утра перенесли. У нас три часа для наших дел.
        На столе, за которым мы разместились, лежал лист бумаги, на котором была изображена игла — артефактт.
        — Кое — какое упоминание о игле я нашёл у себя в архиве. Фаррон связался с агентами в Султанате, которые подтвердили, что похожий предмет находится у шейха Абу- аль — Сина в специальном хранилище. На всеобщее обозрение артефакты шейх выставляет два раз в неделю — во дворце и два дня — в Академии Искусств. Но защитные и охранные плетения очень и очень хитрые. Они завязаны между собой в одну цепочку. Тронь одно — разрушаются все и сработает сигнализация. Но и этого мало — в помещениях моментально закрываются двери, которые может разблокировать амулетом только архимаг. Так что… все наши старания могут пропасть даром. Подкупить кого-то, чтобы ограбить шейха не вариант. У кого какие предложения? О, я вижу привычный огонёк в глазах друида. Или я ошибаюсь, Ион?
        — Есть одна мыслишка, вы правы. Каждый год в Султанат отправляется делегация от нашей Академии на различные соревнования. Отъезд делегации намечен через две декады. Я не ошибаюсь?
        Магистр согласно кивнул головой.
        — Если вы задним числом примете Аннея в число студентов какого — нибудь факультета и включите его и меня в состав делегации, я подчеркиваю — и меня, то у нас всё должно получиться.
        — Это как? Анней не справится с этим. Ладно замки, но защитные плетения такого уровня — это ему не под силу.
        — Господин магистр, нет желания спуститься на нижние этаж, где наш малый полигон?
        — Ты, Ион — одна большая загадка. Думаю, надо соглашаться. Двигаем. Сарли, если есть желание остаться и поболтать с Зариной — я буду только рад этому. Все эксперименты с магией всегда опасны.
        Через систему телепортов мы попали на минус десятый этаж.
        — Хороший выбор,  — заметил друид.  — Ниже пятого этажа, студентов телепорты не опустят. Да и защита здесь на порядок выше. Мы подошли к двери в полигон, я перешёл на истинное зрение. Мы одновременно с Лорнсом присвистнули. Каких только плетений не было на двери и стенах. Словно паутина. Я удивился самой конструкции заклинаний, в основном из стихий воды и воздуха.
        — А как вы хотели?  — обернулся к нам магистр.  — Это помещение для испытаний плетений выше третей категории.
        Само помещение — прямоугольное, отделанное каким — то черным камнем.
        — Ого! Торийский камень. Он же на вес золота.  — удивленно сказал Лорнс. Потом добавил для меня.  — В случаи большого выброса неконтролируемой энергии, камень ее поглощает. Только куда потом эта энергия направляется, Ситар?
        — Ещё ниже, в хранилище энергии, точнее — в кристаллы — накопители. Итак, Ион, мы тебя слушаем.
        Аразур посмотрел на меня, я кивнул.
        — Я предлагаю вам, магистр, создать какое — нибудь плетение ну. допустим, пока пятого уровня. Тот же огнешар и бросить его в дальнюю стену.
        Арнинг хмыкнул, но я увидел, что на уровне его головы, в воздухе, очень быстро создавался рисунок плетения. Все элементы были из стихии огня — красного цвета. Время для меня замедлилось и я стал любоваться работой настоящего специалиста. Из одинаковых элементов возникла целая цепочка. Когда она сформировалась, то самый первый и последний элемент соединились в окружность. Таким образом появилось восемь замкнутых элементов, которые потом объединились в шар, не напитанного энергией, с двумя общими центрами. Как энергия потекла от руки магистра к будущему огнешару — отдельная история. Красиво, слов нет. Потом шар, весь напитанный энергией, начал двигаться. Немного подумав, куда направить свою энергию для разрушения, я увидел небольшую золотистую искру, которая уже двигалась к шару. Как и что произошло дальше — без понятия. Мысленное усилие — больше ничего. Искра достигла шара и тот просто распался на отдельные звенья, которые исчезли. Время пришло в привычный темп и первое, что я услышал — ругань магистра и упоминание Стирха, а также речь о необходимости возобновления тренировок.
        Друид хитро мне подмигнул.
        — Попробую ещё раз,  — сказал Арнинг.
        Я знал, что будет дальше, поэтому находился в реальном времени. Через долю секунды раздался лёгкий хлопок и ругань Арнинга. Лорнс догадался в чём дело и тихонько посмеивался. Арнинг, словно что-то сообразив, резко повернулся ко мне.
        — Твои проделки? Но как? Заклинания получаются мгновенно, я на этом собаку съел…вот же! Это же уровень аарунов! С ума сойти! Вот это да! Давай посложней заклинание попробуем. Молнию, например.
        Я опять перешел в замедленный темп и стал изучать рисунок плетения. Теперь все элементы чередовались по цвету: красные соединялись со светло — голубыми и выстраивались в длинную цепочку. Параллельно, магистр создавал ещё три таких цепочки, которые, в конце концов, соединились между собой в виде толстого жгута. Красота! Я залюбовался картиной и чуть не прозевал момент, когда магистр стал вливать энергию. Опять — мысленный посыл и от меня в сторону жгута летит рой искр. На глазах жгут распался на три части, потом на шесть и исчез.
        Магистр отчаянно тряс рукой и клял «всяких умников, свалившихся к нему на голову» В воздухе явно пахло свежестью, как после дождя. Лорнс откровенно веселился, друид отвернулся в сторону, плечи его подрагивали от смеха.
        — Хорошо, что студентов рядом нет!  — сказал магистр.  — Так, господин хороший, рассказывай. Как, что, почему и так далее. С вазой теперь все понятно.
        И я все рассказал. Уточнил, что легко копирую любые плетения, которые вижу.
        Реакция магистра была предсказуемой.
        — Создай первое моё плетение, попробуй немного добавить энергии для стабилизации и мысленно задай направление шару для его движенияк дальней стене.
        Я закрыл глаза и создал плетение, копируя плетение магистра. Теперь очередь за самым сложным — влить малое колличество энергии. Если энергия Арнинга была серебристого цвета, то моя — ярко золотистого. Добавив чуть — чуть энергии в плетение, я направил шар, величиной с кулак, к стене.
        Когда я пришел в себя, первым, кого увидел — был друид, который стоял на четвереньках и тряс головой. Магистр и Лорнс уже начали подниматься с пола. В ушах стоял звон, который постепенно исчез.
        — Да уж! Это сколько ты энергии туда вбухал?  — магистр поковырял пальцами в ушах.  — Наверное всю?
        — Да нет, магистр, сосуд у него полный.  — удивлению протянул друид.
        — У меня усы от энергии трещат и волосы.  — пожаловался Лорнс.
        — Тирр, о своей шевелюре я вообще молчу.  — Арнинг ощупал свою голову.  — Шишка знатная на лбу будет. Красивый же я буду на Совете. Архимаг теперь счастливый будет. Две недели тому назад, он здесь же такой смерч закрутил, что мы спинами все стены пообтирали. Я то вроде бы ничего, а у него фингал на пол лица был. Посмеялся я знатно тогда. Ладно, на сегодня хватит. Пошли наверх, нужно что — то холодное приложить.
        — Я помогу. Схожу за артефактом и к вам присоединюсь.  — сказал друид и встал на пластину телепорта.
        Надо было видеть Зарину и Сарли, точнее их глаза, когда мы вошли в приемную. Волосы у всех трещат, усы Лорнса — это не усы, а какое — то живое создание — все в движении. На лбу у Арнинга — шишка с кулак.
        — Так, девочки, услышу «хи-хи» — в лягушек превращу.
        Еле сдерживающие себя девушки, услышав это — засмеялись. Мы тоже.
        В приёмную Арнинга, когда мы закончили смеяться, вошел Аразур с артефактом в форме снежинки. Интересно, у амулетов друидов всегда такие неожиданные формы? То трилистник, то теперь снежинка.
        — Давайте на сегодня закончим наши дела, но через несколько дней к ним вернемся. А теперь, когда мы выйдем из Академии, нужно сделать вот что,  — сказал магистр, приложив лечебный артефакт к шишке.  — Сразу оговорюсь — ничему не удивляйтесь и подыграйте мне.
        На площади, перед зданием Академии, буквой «П» выстроились студенты, преподавательский состав находился на верхних ступенях. От такого буйства красок, которое придавали разноцветные мантии студентов, у меня зарябило в глазах.
        Я посмотрел на Сарли, она — на Лорнса, который в свою очередь, промолчал.
        — Уважаемые коллеги, уважаемые студенты. Хочу представить вам человека, который всю свою жизнь посвятил изучению артефактов, их устройству и назначению. Вот этот человек — маг-артефатор второй ступени, господин Лорнс.
        Лорнс вышел чуть вперед и поклонился.
        — Благодаря ему и его помощникам, в строй вернулись очень многие артефакты, в том числе и артефакты Ушедших.  — продолжал Арнинг.  — На протяжении многих лет господин Лорнс передал в хранилище нашей Академии большое количество редчайших артефактов. Вот и вчера, к нам попал удивительная вещь — раковина Гирсминда. Этот удивительный артефакт цивилизации аануров будет передан кафедре артефакторики для изучения. Учитывая огромный вклад в развитие и изучение магической науки о артефактах, разрешите вручить господину Лорнсу грамоту и объявить его Почётным гостем Академии Знаний и Силы.
        Под аплодисменты студентов и преподавателей магистр вручил Лорнсу красивую грамоту. Усиленный артефактами голос Арнинга разносился далеко за пределами Академии. Люди, находившиеся на Ратушной площади, с удивлением останавливались и слушали Арнинга. Короткая ответная речь Лорнса и на этом всё закончилось.
        Когда мы остались одни, к нам подошёл Фаррон и показал большой палец.
        — В вас умирает талант лицедеев!  — улыбаясь, сказал он.  — Но дело сделано, в течении дня весь город будет обсуждать новость Академии.
        За проходной нас ждал знакомый экипаж с братьям-близнецами.
        Магистр и Фаррон тепло с нами попрощались, друид хитро мене подмигнул и махнул рукой на прощание.

        Глава 11

        Hа обратном пути я опять рассматривал город. По улицам также бродили люди, только их стало ещё больше, на мой взгляд. Рядом с базаром, на площади Согласия, устанавливали огромный шатер для цирковой труппы. Каждый год, я и Сарли, не смотря на погоду, покупали билеты и с удовольствием посещали представление. Вот уж не знаю, как все будет в этом году — слишком многое произошло за последние дни.
        Тарс-Дарс что-то рассказывал Сарли, та смеялась, Лорнс, как и я — о чём — то размышлял, рассеянно посматривая по сторонам. Повозка остановилась возле нашего дома и мы, попрощавшись с братьями, зашли во внутрь.
        Лорнс поднялся по лестнице в свой кабинет, Сарли сказала, что переоденется и пойдёт к подружкам. Как же — целый день ни с кем не общалась. Я вздохнул и уселся за свой стол заниматься работой, которую прервал визит Лысача и Ржача.
        Минут через двадцать пришла наша домработница — Лорель, которая сразу же с порога заявила:
        — Два дня без меня, а дом не узнаешь! Самое интересное, что такой разговор повторялся каждую неделю. Без нее, без бедной Лорель, мы бы давно заросли грязью по уши.
        Когда домработница попросила меня сходить на рынок за продуктами — я только обрадовался. Поднявшись в кабинет к Лорнсу, застал того за чтением книги.
        — Я на рынок, мастер. Что-то для вас нужно купить?
        — Да нет, пока ничего не нужно. Сарли внизу?
        — Собирается к подругам. Лорель будет уборкой заниматься, так что дежурить будет некому.
        Лорнс протянул мне кошелёк на общие расходы.
        Когда я получал последние указания от домработницы, послышался цокот каблучков Сарли. Нет, ну красавица, слов нет. Высокая, стройная, пепельные волосы чуть ниже плеч и глаза — те которые сводят меня с ума. Как шутит Лорнс — глаза зелёные, как у ведьм, или колдуньи. O таких девушках говорят — ладная и желанная. Не поспоришь.
        Уже в дверях, Сарли обернувшись спросила:
        — В цирк билеты возьмёшь?
        — Конечно. Традиция есть традиция.
        — Только традиция? Ах, так? Тогда на меня не бери. Я схожу с близнецам и без всяких традиций. Просто так.
        Хлопнула входная дверь, колокольчики жалобно звякнули.
        — Какой ты ещё глупенький мальчик,  — Лорель смотрела на меня с укором.  — Сарли любому только ручкой помашет…да что я тебе это рассказываю. Иди уже, недоразумение ты наше.
        Что-то прошипев невразумительное, я выскочил из лавки. Все только и делают, что меня воспитывают. Надоело, если честно. Пригласили близнецы — иди, но зачем акцентировать внимание на слове «традиция»? А то, что я дурак — так это мне давно известно. С такими мыслями я подошёл к рынку. Цены на продукты подняли почти в два раза — сказывалось приближение праздника Весны. Забив до отказа корзину продуктами и зеленью, я начал, в буквальном смысле, пробираться сквозь толпу.
        Уже у самого выхода из рынка, обратил внимание на оружейный ряд. Магазины, торгующие оружием, находились в отдалении от торговых лавок. Людей занимало сейчас не приобретение оружия, а скупка продовольствия, поэтому продавцы со скучающим видом стояли возле дверей магазинов в ожидании чуда. Таким чудом, неожиданно даже для себя, стал я.
        Заметив одного из продавцов — кузнеца Гримма, я приветливо махнул ему рукой. Гримм жестом указал на дверь, мол, заждался я тебя, заходи.
        В самом магазине я подошёл к прилавку и осмотрел оружие, выставленное на продажу. Луки, арбалеты, мечи, щиты, кольчуги — глаза разбегались от такого изобилия и разнообразия. Гримм, как всегда, с улыбкой смотрел на моё восхищение увиденным. И только после того, как я смог оценить весь арсенал, сказал:
        — Привет, юный мечник! Давно ты ко мне заходил, Анней, очень давно. Как поживают мастер и его дочь?
        — Все хорошо, Гримм, как твоя торговля?
        — Да какая торговля? Это не торговля, а сплошной убыток. Спрос на оружие упал, цены тоже. Хоть магазин закрывай, честное слово. Ты как всегда, поглазеть, или как?
        — Здесь дело такое,  — начал я.  — Через полгода посвящение в мечники, мастер Тилл дал задание подобрать каждому свой, именно своей, меч.
        Гримм понимающе кивнул.
        — А ты сколько лет тренируешься у Тилла, что он готов тебя в мечники посвятить? Ранг то очень высокий.
        — Около восьми лет. А в общей сложности оружием интересуюсь с семи лет.
        — Что же, стаж солидный. Сколько таких, как ты в группе?
        — Из тридцати человек — пятеро. Ты, говорят, тоже был учеником у Тилла?
        — Да, конечно,  — ответил Гримм.  — Только я двенадцать лет был учеником. Хвалить себя не буду, но…получалось, одним словом. Благодаря своему учителю я стал гораздо больше разбираться в кузнечном деле. Когда рождается настоящий клинок — всегда старого Тилла вспоминаю. Его школу. Если ты за отличным мечом зашёл — тебе повезло. Не смейся! На прошлой неделе я закончил один меч. Принести?
        — Конечно!
        Когда Гримм ушёл, я осмотрелся ещё раз в магазине. Что — то мне подсказывало, что самое главное я и не увидел. Но вот что?
        Мой взгляд упал на кучу какого — то хлама, сваленного в углу. Ржавый круглый щит, перевязь с двумя мечами. Всё до того грязное, что казалось все эти вещи кто-то специально бросил в грязь и долго оттуда не доставал.
        — Не туда смотришь, Анней. Смотри на это чудо.
        От удивления я остолбенел — в руках у Гримма меч выглядел просто бесподобно: прямой, около метра длиной, обоюдоострый. Гарда — полукруглая. Меч выглядел, как бы это сказать… хищно. Вот подходящее слово.
        Гримм протянул мне меч со словами:
        — Не знаю, сколько по времени гномы выковывают свои мечи, у меня на этот ушло ровно полгода. Если понравитесь друг другу — забирай и владей. Для тебя сделаю очень большую скидку.
        Меч действительно, был мечом с большой буквы. Узкое длинное лезвие с рисунком, чем — то напоминающий рисунок на моих ножах. Проверять балансировку нет смысла — кровно обижу Гримма. Рукоять обтянута какой — то черной, шершавой тканью.
        — Это кожа летучих мышей, которые живут и гнездятся в районе хребта Невезения. Рука не скользит и не потеет. Ну, как тебе меч?
        Я поцокал языком.
        — Если купишь меч, ножны и перевязь в подарок.
        — И тот хлам тоже. Хорошо?  — с надеждой спросил я.
        — Чудак — человек. Забирай, конечно.
        — Спасибо, Гримм. Сколько с меня?
        — Знаешь, мы торговаться не будем. Ученику Тилла я продам меч за три золотых. Цена такому красавцу — десять золотых, поверь мне.
        Через полчаса я, нагруженный как вол, подходил к дому. Не успел я открыть дверь, как та открылась и вышла очень красивая девушка лет двадцати, может чуть больше. Волосы цвета спелой пшеницы, выразительные красивые зелёные глаза и стройная фигурка. Увидев меня, она улыбнулась, как старому знакомому и прошла мимо, обдала запахом духов. Приятный запах и очень знакомый. Откуда?
        В лавке, за своим столом, сидел Лорнс и крутил в руках какой — то артефакт.
        — Это девушка принесла?  — спросил я.
        — Да. Занятная вещица. Пытаюсь разобраться, что к чему. А твой поход удачный? О, да! Я вижу, что ты с пользой сходил на рынок и не только. А ну — ка, покажи, что купил.
        Я отнес корзину с продуктами на кухню и вернулся к мастеру.
        — С каких это пор ты ржавое железо стал собирать? Это — меч, а вот это — даже не знаю, как назвать. Хлам, скорее всего. Меч, кстати, хорош. Я не знаток в оружии, но и я увидел руку настоящего мастера. Гримм?
        — Он самый. А с этой грудой железа придется разобраться. Вот притягивает оно меня, хоть убей.
        — Чем же?
        — Сам не пойму. Надо всё от грязи отмыть для начала.
        — Господин Лорнс, Анней, обед готов.  — донеслось из кухни.
        Как Лорель все так быстро делает — приготовила еду, сделала уборку, постирала грязные вещи. Хорошо последних мало — основную работу делали артефакты.
        — Вы идите, мастер, я хочу этот кусок грязи в раствор бросить. Вы не против?
        — Да сколько угодно. Раствора не жалко, дерзай.
        Собрав весь хлам в охапку, я вышел на задний двор в поисках подходящего для замачивания предмета. Старый, огромный медный таз — то, что нужно. Попробовал достать мечи из ножен — бесполезно. Пришлось в таз сложить всё вместе, включая и щит, который в аккурат поместился на дне таза. Залив вещи алхимическим раствором и тщательно помыв руки, я отправился обедать.
        После обеда у мастера была привычка ложиться отдыхать, поэтому теперь очередь дежурить внизу — моя. На рабочем столе Лорнса я увидел артефакт, который продала девушка со светлыми волосами. Стоп, Стирх с ним, с этим артефактом. Я понял, что это за запах духов — такой запах я почувствовал в доме герцога Витторо. Ого! Это что получается? Девушка задолго до меня побывала в доме герцога? Исключено, герцог с семьей уже неделю, как в отъезде. Кроме них кто мог пропустить её в комнату артефактов? Такое право только у управляющего домом Витторо. Он проведет экскурсию по дому за деньги. Не согласится за деньги — согласится за очень большие деньги. Так-с, дверь на замок, Сарли если придет — артефакт её распознает и пропустит. Закутав в двойную ткань дракка артефакт незнакомки, я поднялся на второй этаж и постучался в дверь спальни Лорнса. Через пять минут я и мастер сидели за нашими столами на первом этаже и рассматривали артефакт. Как ни старался Лорнс — так и не смог разобраться о его назначении.
        — Просто удивительно — нет следов привычных рабочих плетений, одни печати и знаки. Это не бытовой артефакт. Ты правильно сообразил, Ан, что завернул его в ткань. Так, давай эту вещь закутаем опять и поместим в наш сейф. С Арнингом сейчас не свяжешься — Совет заседает как минимум, десять часов. Нужно ждать вечера, там видно будет. Дверь держи пока на замке и побудь пока внизу. Если что-позовешь.
        Я хотел спросить — что значит «если что» в понимании мастера, но не успел — входная дверь открылась и вошла Сарли.
        — Вы что, решили отдохнуть от работы и клиентов раз дверь на замке держите?
        — Можно подумать возле двери собралась огромная толпа людей — буркнул я.  — После обеда люди предпочитают отдых.
        Лорнс кратко объяснил дочери ситуацию.
        — Та девушка, судя по описанию, живёт..
        — В «Золотом гусе.» — закончил за Сарли я.  — Мы об этом сами догадались. Ты то откуда это узнала?
        — Калли, моя подруга, живет в двух домах от гостиницы. Я как раз проходила мимо и увидела эту дамочку. У нее на отвороте куртки красивая заколка прикреплена — что — то похожее на цветок лилии.
        — На это похоже?  — спросил Лорнс, доставая из сейфа артефакт.  — Только два слова — да, или нет.
        Сарли удивлению посмотрела на отца.
        — Да.
        Лорнс опять замотал артефакт в ткань и отнес в сейф.
        — Ну и наглость!  — с возмущением произнес мастер.  — Эта…хм..м..дамочка продала мне подслушивающий артефакт. Дорогая штучка, очень. Лежал бы он где — нибудь на столе, или в столе, и передавал все наши разговоры. Умно, слов нет. Жалко, что без своей пары он бесполезен, можно было бы Фаррону отдать. Ладно, ждём вечера, а пока занимаемся своими делами, если такие есть. Я буду отдыхать, чего и вам желаю. Сарли последовала совету отца, я же пошёл проверить очистку оружия и щита.
        Раствор в тазу, буквально, бурлил. Реакция шла полным ходом, не надо ей мешать. Прелесть такого очищающего раствора в том, что грязь растворялась в нем и исчезала. Раствор же, через некоторое время, будет готов опять к применению. Так, процесс идёт, чем мне заняться?
        Попробую создать плетение магистра. Шар, не напитанный энергией, появился мгновенно. Без энергии он провисел некоторое время и распался. Так, а теперь молнию. Получилось что — то ужасное — не аккуратный, как у Арнинга, жгут, а толстая коса. Как у многих женщин на голове. Когда плетение разрушилось, я перешел на замедленное время и начал опять создавать плетение. То, что я увидел, повергло меня в шок. Магистр сплетал жгут из четырёх цепочек, я же плёл жгут из сорока, если не больше. Как так? Загадка. очередная и мне малопонятная.
        Мысленно представив плетение — молнию, состоящее из трех звеньев — я ничего не увидел. Плетения не было. А из двух? Нормально, только это какое — то жалкое подобие. Так, теперь четыре звена — отлично, пять — опять мимо. Ясно, стабильное плетение получается с чётным количеством звеньев. Я начал вспоминать уроки своего первого учителя магии. Закон парности, вспомнил. Закон сохранения и стабильного состояния энергии в плетении с парными элементами. Как-то так! Время жизни плетений, точнее отдельных элементов, зависит от их количества, но не зависит от длинны этих элементов. Проверим!
        Создав два одинаковых жгута из четырех звеньев, я попробовал их соединить. Не-а…распались одно за другим. А что там говорил магистр о стабилизации плетений? Правильно, нужна энергия. С этим у меня проблема. Или рискнуть? Нет, потренируюсь как — нибудь на полигоне, если разрешит магистр. Мне ещё жить в этом доме. Так, а теперь с огненными шарами. Если создать не четыре, а восемь замкнутых звеньев? Получилось, и причём, сразу. Мало того, я заметил по цвету созданного плетения, точнее по оттенку, шар сам начал тянуть энергию из пространства. Перейдя на нормальное зрение, я замер в изумлении: шар возник из ниоткуда, резко и сейчас светился бледным алым цветом, с каждой секундой становился всё ярче и ярче. «И что теперь?» — я растерялся. Раздался хлопок и шар исчез. Слава Богам. Я неосознанно, скорее всего, послал импульс на разрушение плетения, так? Выходит, что так.
        А теперь все повторим, только время замедлим. Как я и думал, после того, как шар образовался и стал напитываться энергией, от моей правой руки сорвались восемь золотистых искр и устремились к шару. Лёгкий хлопок — и шара нет. М-да-а, не всё так сложно, а очень сложно. Недаром люди по пять лет грызут гранит науки и усиленно тренируются. Как они в Академии называют тренировки — полевые занятия? Вроде того. Эх, как бы я хотел освоить все премудрости магической науки. Кто бы знал?! Разобраться бы с управлением энергии, а там, гляди, можно попробовать сдать вступительные экзамены в Академию.
        Эх, мечты, мечты!

        Глава 12

        Алхимический раствор сработал на отлично. Реакция закончилась и теперь оставалось только достать этот, как Лорнс сказал, хлам из таза. Хорошей чертой Лорель было то, что все ненужные старые вещи не выбрасывались. Зайдя в кладовую, я быстро нашёл ткань большого размера. Расстелив ткань перед тазом, я аккуратно достал мечи в ножнах на перевязи и щит.
        Щит, чуть меньше метра в окружности, сделан из какого — то светлого, с желтоватым оттенком, металла. Умбон же — сделан из блестящего металла и в средней его части вставлен камень, очень знакомого, зеленоватого цвета с разноцветными вкраплениями. Весь щит разделен на множество секторов: от умбона расходились тонкие линии, причём, каждый сектор имел свой оттенок. Красота!
        Присмотревшись к камню, я увидел истинным взглядом, нанесенную печать. Я знал, что настоящие мастера — артефакторы в один знак могли поместить до пяти различных плетений, а в печать два — три знака. Вот и думай — гадай, что там, в этой печати. Я сомневаюсь, что даже Лорнс мне в этом поможет. Протерев «насухо» щит, приступил к самому интересному.
        Ножны крепились к перевязи с помощью колец и незамысловатой застежки — пружины. Ножны сделаны из кожи, скорей всего, проваренной в масле. Очень и очень скромные по виду. Ни рисунка, ни украшений — всё просто и практично. Такая же простая и перевязь — без излишеств. Один меч явно больше своего собрата. Я аккуратно взялся за рукоять и потянул меч из ножен. Он как будто этого и ждал — с лёгкостью выскользнул и оказался в моей руке.
        Да уж, интересно, что мне скажет Гримм, когда увидит это чудо!? Классический меч — ничего лишнего: прямой, с двойной заточкой. Дол, а самая слабая часть меча — конец имел ребра жесткости. Полукруглая гарда из того же материала, что и умбон на щите. Рукоять, на три пальца больше ширины моей ладони, обернута кожей. Навершие, которое служило и ограничением рукояти и балансиром копировало по своей форме гарду. Как я и ожидал — в него был вставлен камень силагур. Я поднял меч и проверил балансировку — изумительно. Второй меч, который также легко вышел из ножен, повторял форму брата — близнеца. Единственное отличие — он был на четыре моих пальца короче. Короче говоря — классика.
        Наш учитель, Тилл, вложил в нашу голову одну простую истину — не важен внешний вид оружия, важно умение им владеть. Страшным оружием может стать и простой лист бумаги, если знать, как с ним обращаться.
        С потом и кровью мы постигали науку, точнее, искусство боя с мечами, ножами и простыми палками.
        Первые два — три года синяки и ссадины были моими привычными украшениями и поводом усмешек соседей и конечно — Сарли. Лорнс тоже неодобрительно относился к моему увлечению, но та любовь к оружию, которую я впитал ещё в Лируш — дала мне уверенность в правильном выборе. Основной упор наш учитель Тилл делал на то, чтобы мы познали себя, дисциплину и могли контролировать себя во всех жизненных ситуациях.
        На втором году обучения, Тилл обратил внимание на мою координацию движения и самое главное, на умение делать любые упражнения как левой, так и правой рукой. Ножи, во всяком случае, я бросал с двух рук одинаково. Спасибо, конечно, Крису за хорошую науку. Двумя палками, которые нам заменяли настоящее оружие, мне фехтовать одновременно нравилось, но свое предпочтение я все — таки отдавал бою с одним мечом и щитом. Может быть так и продолжалась моя учеба у Тилла, если бы не вернулся домой, в отпуск, его сын — Пирс. Пирс в своё время закончил обучение в военном училище и получив звание лейтенанта, убыл для несения службы в гарнизон в районе хребта Невезения.
        Вылазки вооруженных отрядов из — за хребта были привычным делом для гарнизонов Империи. В одном из сражений молодой, уже капитан, Пирс получил ранение в ногу из арбалета. Долгое лечение ничего не дало — хромота осталась на всю жизнь. Приняв предложение своего руководства, Пирс перешел на службу в интендантскую роту.
        А сейчас, когда можно было спокойно расслабиться в отпуске, Пирс предпочитал активный образ жизни, всегда присоединялся к нашим тренировкам. Вот на одной из таких тренировок я и увидел бой настоящих мастеров — сына и отца. Старший Тилл с мечом и щитом, младший — с двумя мечами. Если бы меня кто — нибудь попросил описать этот бой, я, пожалуй, отказался бы. Это был не бой, нет. Это был ураган из опасной смеси мастерства, любви к оружию, страсти.
        Пирс владел искусством боя двумя мечами в совершенстве, но преимущества у него не было. Его атаки жестко пресекались старым мастером, точно так же, как и меч Тилла всегда натыкался на блок со стороны Пирса. Через пару минут я совсем перестал понимать и видеть рисунок боя. Мечники так взвинтили темп боя, что я различал лишь их смутные силуэты. Только на несколько секунд сын и отец расходились в стороны, чтобы вновь закружиться в этом красивом танце с мечами. Мастер, не знаю почему, отбросил щит и бой продолжился с новой силой. Наконец он закончился вежливым поклоном обоих мастеров. У Тилла старшего сочилась кровь в районе левого плеча. Теперь стало понятно, почему он избавился от щита — с такой раной рука моментально немеет и щит становится обузой. У Пирса было легкое ранение в районе правого бедра и он ещё сильнее стал хромать.
        Именно после этого боя я стал обращать внимание на разминочные упражнения Пирса, на все связки и движения с двумя мечами. Сказать, что это повторять было трудно-ни о чем не сказать. Очень трудно! Другая техника, другой стиль боя. Мои попытки повторять движениия Пирса были замечены мастером. Для обучения приёмам боя с двумя мечами, он предложил увеличить количество занятий: три раза — в общей группе и два дня занятий дополнительно по индивидуальной программе. Я согласился, даже не раздумывая. С этого момента моя жизнь превратилась в ад, если будет дозволено такое сравнение.
        Ранние подъёмы, зарядка, отработка всех приёмов с мечом и щитом, с парными мечами, целый день — работа у Лорнса, а по вечерам — тренировки. Тяжело — да! Интересно — не то слово!
        Когда прошло три полных года от начала моих тренировок, Тилл рассказал и объяснил принцип «замедленного» времени, которым пользовались мечники. Такой принцип вхождения в особый ритм времени называется боевой транс. Техника сложная, но, опять спасибо Крису, основы вхождения в такое состояние мне были известны. Время, в котором находятся бойцы во время транса, становится тягучим, как кисель. В нормальном времени, их движения выглядят, как размазанные, другого сравнения нет. Даже то немногое, что я успел выучить за всё время моих занятий — было заслугой именно этой техники. С каждым месяцем, годом я сам стал замечать реальные сподвижки в моей учёбе.
        Из одногруппников, я сошёлся близко, можно сказать, что подружился, с двумя людьми: с низкорослым, коренастым Таром и высоким, но очень гибким Гийомом. Оба парня, примерно моего возраста, давно занимались у Тилла и достигли хороших результатов. Мастер уделял нам «особое» внимание в плане увеличения нагрузок и повышенном требовании к ведению боя. Но, как говорится, всё что делается, делается к лучшему. Результатом таких тренировок стал закономерный итог. Я, Тар, Гийом и еще двое человек стали претендентами на получение ранга мастера меча. Но до этого, как говорится, еще дожить нужно. Особенно учитывая то, что произошло за последние дни.
        Повесив для окончательной просушки, перевязь и ножны в кладовой, я перелил раствор в бутыли. Дело сделано, можно отдохнуть.
        С мечами и щитом я поднялся к себе в комнату и присел на кровать. Что — то не давало мне покоя, но что — не понять. Выкинув все ненужные мысли из головы, я взял в руки книгу, подаренную мне мастером Тиллом. «Правила ведения боя с двумя мечами. Основные позиции и приёмы». Хорошая книга, написана грамотно. Чувствуется, что автор — человек, который знает все нюансы работы с мечами. Перечитывал я эту книгу сотни раз, находил всегда что — то новое.
        В дверь аккуратно постучали:
        — Анней, ты не сильно занят?  — голос Лорнса.
        — Нет, заходите, мастер!
        Дверь приоткрылась, заглянул Лорнс.
        — Ну, что у тебя с очисткой, получилось?
        Я протянул ему мечи и щит. Пусть оценит этот «хлам».
        — Умеешь ты удивлять, умеешь! Пойдем в мой кабинет, рассмотрим — у тебя в комнате темновато.
        Лорнс положил мечи на стол, пододвинул поближе настольную лампу, включив её. После тщательного осмотра мечей, пришла очередь щита. Лорнс подошёл к шкафу с книгами и достал одну из них.
        — Ты знаешь, я нашёл описание этого оружия. Вот смотри, здесь даже рисунки есть. На этой странице — точное описание твоих мечей, а на этой — щита. Похожи?
        Я убедился в словах мастера — рисунки и описание совпадали с моими предметами.
        Это, исходя из описания, работа подгорных мастеров и им, по грубым подсчетам около трехсот лет. Камень в умбоне играет роль накопителя энергии для питания, как щита, так и мечей. Плетения, которые находились в печати — смягчали удары по нему, отводили их в сторону. Камни в на вершии — имели плетения, поддерживающие заточку лезвий и их сохранность. Теперь стало понятно отсутствие вмятин и зазубрин и на щите и на мечах.
        — Такой секрет изготовления оружия уже забыт, Анней.  — сказал Лорнс.  — Так что твоё приобретение стоит целое состояние. Гримм, ну очень расстроится, узнав о этом. Одно плохо — печать не рассмотреть. Сохранились в ней плетения, или нет — самому Богу не известно. Ну да ладно, всё равно удачное приобретение.
        — Мастер, магистр Арнинг с вами не связывался?
        — Да нет, думаю разговор с ним будет, в лучшем случаи, только завтра. Да и то не факт. Ладно, давай отдыхать, завтра нужно работать с артефактами. Спокойной ночи!
        Пожелав спокойного отдыха Лорнсу, я отправился в свою комнату.

        глава 13

        Дверь трактира «В пасти у дракона» открылась и на улицу вышли два человека. Заметно пошатываясь, они сделали несколько неуверенных шагов и остановились.
        — Ржач, вот какого ты эту драку затеял? Чего тебе не хватало? Выпивки — море, еды — полно. Сиди и отдыхай, да куда там! Нам кулаками захотелось помахать. Короче говоря, за разбитую посуду будешь сам платить.
        — Но ты же сам видел, как толстый Джум пытался меня обмануть, когда мы в кости играли.
        — Видел, конечно, но не в этом дело, Ржач. Мог бы того мерзавца на улицу вывести и набить морду. Ты же знаешь, Секира терпеть не может пьяных драк внутри трактира.
        Этот разговор внимательно слушал человек, который находился в тени здания, напротив трактира. Когда старатели отошли на значительное расстояние, мужчина достал артефакт связи и произнёс:
        — Так, ребята, они пошли в вашу сторону. Работаем быстро и без шума. Готовы? Тогда вперёд.
        Когда Ржач и Лысач подошли к очередному фонарю, они заметили фигуру мужчины, который опирался о столб фонаря.
        — Ребятишки, не одолжите несколько медяшек на кружечку пива?
        Человек сделал несколько неуверенных шагов к старателям.
        — Не пробовал сам зарабатывать, папаша?  — спросил Ржач.  — Не ходил бы и не просил деньги. Не стыдно?
        — Значит не дадите? Плохо! Жадные долго не живут, вы знаете об этом?
        — Ты нас пугаешь, нищеброд?  — это влез Лысач.
        Мужчина, уже близко подошедший к друзьям, сделал неуловимые движения двумя руками одновременно. Ржач и Лысач схватились за шею и начали медленно оседать на землю. Из переулка выкатила, запряженная парой лошадей, карета. Из неё выскочили два человек и начали грузить старателей в карету.
        — Смотрите мне, сильно не бейте их, они хозяйке нужны живыми и невредимыми.  — произнес мужчина.  — А теперь двигайте осторожно. Я буду позже.
        Когда карета скрылась из вида, мужчина двинулся в сторону трактира. Из тени, навстречу ему вышел человек невысоко роста, в надвинутой на глаза шляпе.
        — Как все прошло, Дик?
        — Как на тренировке, босс. Хозяйка будет довольна!
        — Чудесно, Дик, чудесно! Пойдём в трактир, попробуем местное вино. Не против? Ну, тогда — двинули.

* * *

        Сказать, что Нарина была в ярости — ни о чём не сказать. Мало того, что артефакт — раковина находился на территории Академии, куда, в принципе, невозможно попасть. Так еще и мастер Лорнс сумел распознать и изолировать подслушивающий артефакт. Весь план насмарку. Что теперь докладывать в Султанат — Нарина не знала. Ладно, на связь ей выходить через два дня, может всё ещё образумится.
        Девушка подошла к окну и отдернув занавеску, внимательно осмотрела улицу.
        Широкие и чистые улицы Аллейда, обустроенные тротуары и водостоки. Всё это говорило о большой любви Императора и обычных горожан к столице государства. Вообще, такое сложилось мнение, люди в Империи жили вольготно и сытно. Большие войны давно закончились, живи, работай в своё удовольствие. Конечно, внутренних проблем и здесь хватает, но отсутствие границ с Дикой степью снимало ту проблему, которая была у неё на родине — в Султанате. Шейх Абу-аль-Сина вынужден содержать огромное войско для защиты западных рубежей от набегов орков. Зеленорожие ублюдки очень активизировались в последнее время.
        Да и южный сосед — государство Абу — Арн, тоже преподносит сюрприз за сюрпризом. На протяжении пяти лет там сплошные неурожаи, народ недоволен. Их королю ничего не остаётся, как негласно, одобрять набеги войск на мелкие города Султаната.
        Бездействие шейха Султаната давно стало темой для жарких споров в Высшем совете, но в одном все сходились мнении безоговорочно — после начала войны с южным соседом, незамедлительно последует вторжение орков с запада. Вести войну и с теми и с теми — невозможно. Нужна огромная мощь со стороны боевых магов, которых, в последнее время, усиленно готовила Академия.
        Около года тому назад, в архивах библиотеки Академии, были найдены упоминания о шести артефактах, которые могли дать магам Султаната необыкновенную мощь для ведения любой войны с любым государством. Один артефакт находился в дворце шейха или в Академии, о вазе стало известно около двух месяцев тому назад. В той книге, где описывались артефакты, была указана и чаша — раковина Гирсминда. Но где она — никто не знал. И только по чистой случайности, удалось узнать о ней у стражника, заплатив ему большие деньги, за любую информацию о найденных артефактах из Мёртвой степи. О остальных артефактах остаётся только догадываться, что они из себя представляют.
        Нарина вспомнила и то, как готовила ограбление герцога Витгора, как подкупила дворецкого для того, чтобы проникнуть в комнату с артефактами, снять магическую защиту с одного окна и открыть защелку на нём. И опять сыграла злую роль судьба-злодейка.
        Воспользовавшись артефактом невидимости, Нарина через окно попала в комнату артефактов в тот момент, когда вазу в сумку прятал молодой парень. Почему он не отключил сигналку — до сих пор загадка. Услышав свисток стражников, бегущих к дому Витторо, Нарина растерялась и первая выпрыгнула из окна и уже на ходу поняла, что парень последовал её примеру. Находчивый какой! Она преследовала парня на расстоянии трехсот шагов до того места, где он свернул за угол и выбежал на Морской бульвар. И опять чудо — он исчез из поля зрения. Злой рок какой — то.
        Какое же самообладание она, Нарина проявила, когда столкнулась с этим симпатичным парнем у лавки Лорнса! Как всё переплелось, однако!
        Её помощник — рыжеволосый Зариб — агент разведки Султаната, зря времени не терял и искал возможность, как проникнуть в хранилище Академии. Нарина знала, что и ваза и раковина Гирсминда, представляют большую ценность и для Империи, поэтому охрана этих артефактов будет беспрецедентной.
        Остаётся одно — затаиться и ждать, хотя вряд ли что — то могло поменяться само, без их, с Зарибом, вмешательства.
        И ещё одна мысль постоянно терзала Нарину: что делать, если операция будет полностью провалена? То, что у Зариба были особые инструкции на этот случай — девушка не сомневалась. Ее жизнь — жалкая разменная монета в той игре, которую затеял Султанат. Умирать в двадцать два — нет уж, она к этому не готова.
        Зариб начал потихоньку «подчищать» следы и первым делом было решено убрать стражника, который снабжал Нарину информацией о артефактах. Никто так и не понял, почему тридцатилетний человек умер во сне. Хорошая смерть, как сказал Зариб. Золотые кругляши, смоченные раствором сонной травы стражник пересчитал прямо при девушке. Яд попал на руки и подействовал не сразу, а в тот момент, когда человек ночью переходит в фазу глубокого сна.
        Вторым должен стать дворецкий Витторо, но Зариб не спешил. Риск оставлять живого свидетеля, конечно был, но вся жизнь — сплошной риск в игре со смертью.
        Девушка села в кресло, поближе к горящему камину, наполнила бокал вином и продолжила размышлять над извечным вопросом — как жить и как действовать дальше.
        Через час вошёл Зариб, который огорошил Нарину — дворецкого Витторо арестовала полиция. По какой причине был произведен арест — никто не знал. У такого человека, как дворецкий, могла быть куча поводов для совершения и других преступлений. Поэтому решили пока не торопить события и оставить всё, как есть.
        Ситуацию разрядил вызов по артефакту одного из информаторов Зариба — по городу поползли слухи, что дворецкий и его жена приторговывали вещами герцога и именно из — за этого произошел арест. Хорошо, если так, а если нет? В любом случаи нужно съезжать из гостиницы — слишком долгое проживание в дорогущем номере могло вызвать ненужные подозрения.
        То, что Нарина переедет жить в арендованный дом — никого не должно волновать.
        — Зариб, а что теперь будем делать со старателями? Если нет смысла сейчас ехать в Мёртвую степь, может отпустишь их?
        — Думаю, день — другой подержать их под замком, потом видно будет. Если расскажут, где нашли раковину — отпущу. Но пока они молчат.
        — Они тебя видели в лицо, Зариб?  — спросила девушка.
        — Да ну…за кого ты меня принимаешь? Нет конечно. Кстати, прямого вопроса о их последней находке мы им так и не задали. Общие вопросы — где были в Мертвой степи, где чаще всего находят артефакты. Пусть думают, что их похищение — дело рук конкурентов. Нужную информацию у них можно и купить, в конце концов. Посмотрим… Ладно, девочка, уже поздно, ложись отдыхай, я ещё по городу погуляю, может новости появятся.
        Пожелав спокойной ночи девушке, Зариб вышел из номера.
        «Интересно, когда Зариб будет ее убивать, у него будет такое же спокойное и одухотворенное лицо?» — подумала девушка засыпая.

* * *

        Первым пришёл в сознание Лысач. Голова не просто болела, она раскалывалась, тело было ватным. Такое впечатление, что ныли все части тела. С трудом открыв глаза, Лысач осмотрелся. В нескольких метрах от него, привязанный, как и он к стулу, находился его дружочек. Рысач был без сознания, голова свесилась на грудь, из носа виден след засохшей крови. Их что, били? В голове один туман. Ничего не вспомнив, Лысач позвал друга:
        — Ржач, очнись! Очнись, дружище!
        Некоторое время ничего не происходило и Лысач начал подозревать самое худшее, но нет, Ржач начал подавать признаки жизни: помотав из стороны в сторону головой, он открыл глаза.
        — Куда мы на этот раз влипли, Лысач?
        — Да кто его знает? Я только что в сознание пришёл.
        — Не загоняй, Лысач, мы здесь уже вторые сутки и я сам слышал, как ты мило общался с каким — то мужиком.
        — Брешешь?!
        — А мне это нужно? Ты ещё скажи, что не помнишь, как нас кормили и в туалет по очереди выводили.
        — Не помню… меня так сильно избили, что мозги отключились?
        — Да нет, не очень. Просто нам постоянно что — то вкалывают в район шеи и мы отключаемся. Я одного из этих… головой ударил, вот он меня и отметелил. Знатно так…
        — Что они вообще от нас хотят, Ржач? Что я им здесь наплёл?
        — Да не парься ты так!  — в своей манере ответил тот.  — Приносили два раза карту степи, ты им крестики ставил, где мы с тобой были. Какую тайну мы можем открыть, если мы ни одной не знаем. гы-гы…
        — Так ты говоришь, что мы здесь вторые сутки? Не вижу ни одного окна. Сейчас день, или ночь?
        — Думаю, уже скоро утро. Жрать охота — сил не!
        — Интересно, почему уколы только на меня так подействовали?
        — Да ты же щупленький у нас, вот и сносит тебе башку, Лысач. Доза лошадиная, да ещё с такой кормежкой… Я чё думаю, дружбан, надо ноги делать отсюда, пока не загнулись.
        — Хорошая идея, Ржач, только не уверен, что ногами и руками двигать смогу. Они занемели, суставы выворачивает.
        — На крепко связал, да ещё сидим постоянно на стуле — вот тебе и результат. Лысач, надо пробовать. Что так подыхать, что так. Уверен, что мы им живыми не очень и нужны.
        — Ржач, ты так смело и громко говоришь! А если услышат?
        — Не, когда кто-то идёт — открывается сначала одна дверь, наружняя, потом эта.
        Ржач мотнул головой в сторону двери.
        — А ну-ка тихо, Ржач! Ничего не слышишь?
        Где — то далеко слышался непонятный шум — то ли дрался кто — то, то ли шло целое сражение.
        — Вот это да!  — Ржач присвистнул.  — Куда же мы попали и за что? Ладно, давай подождём немного.
        А за дверью действительно разыгралось настоящее сражение — слышался лязг оружия, отрывистые команды. Через некоторое время наступила тишина, а ещё через несколько минут — звук отпираемых дверей.
        Когда старателей, аккуратно придерживая, вывели на улицу, самый старший из присутствующих здесь воинов, повернувшись к друзьям, сказал:
        — Всё, ребята, мы свою работу сделали. Домой, думаю, вы доберетесь сами.
        — Да, конечно, большое вам спасибо. Мы сами справимся. Вы, как я понимаю, наемники?
        — Угадал!  — ответил старший.  — Только не спрашивай, кто наш наниматель.
        — Это почему?  — задал вопрос Лысач.
        — Есть определённые правила найма, мы их придерживаемся.
        Ржач и Лысач еще раз поблагодарили своих спасителей и прихрамывая, направились в сторону дома, где снимали квартиру.
        Старший наемников достал разговорный амулет и тихо произнес:
        — Господин Фаррон? Всё прошло, если можно так сказать, гладко. Ребята в порядке.
        Здесь нужно срочно уборку сделать, пока нет полиции. Всё, конец связи.

        Глава 14

        Этим утром я проснулся очень рано. Энергия внутри меня бурлила и искала себе выход. На улице было темно — хоть глаза выколи, лишь где-то в далеком — далеком небе, на меня смотрели звезды. По — быстрому одевшись, взял с собой два меча, я опустился вниз и вышел на задний двор дома. Сарли всегда мне говорила, что нормальные люди в это время еще спят, на что я отвечал — нормальные люди ложатся рано, а не засиживаются за книгами. Они встают рано, чтобы сделать что-то полезное. В чём польза от моих утренних разминок, девушке, я думаю, объяснять бесполезно. Не из того теста они сделаны, чтобы вставать ни свет ни заря ради того, чтобы час — другой побегать, попрыгать, помахать железками. Но, как говорится, каждому свое.
        Выбрав для себя привычной комплекс разминочных упражнений, я начал потихоньку разогревать свои мышцы, увеличивая нагрузку. Не забывал я и о беге, пожалуй, самым любимым видом упражнений. Теперь подошла очередь упражнение на растяжку мышц. Как говорил мой тренер, в мечном бое главное не наличие груды мышц, а их гибкость и эластичность. Неоднократно я видел, как человек с большой мышечной массой проигрывал бой совершенно невзрачному, с виду, человеку. В чём секрет? В подвижности человека и скорости нанесения удара.
        Почувствовав, что разогрелся достаточно хорошо, я взял мечи в руки и потихоньку вращая ими, дал возможность своему телу привыкнуть к клинкам. Создавалось такое впечатление, что я всю жизнь общался только с этим оружием. Как сказал мастер, для каждого человека подойдет не любой меч, а только тот, который создан под его руку. С уверенностью могу сказать, что эти мечи — мои.
        Проделав несколько разминочных упражнений, созданных для работы с мечами, я попробовал более сложные упражнения. Начал я с упражнения «кольцо». Оно создано для того, чтобы менять хват меча — с прямого на обратный и наоборот. Ну что же, вроде всё нормально, упражнение получается очень легко и непринуждённо. Пришла очередь традиционной восьмерки. Это упражнение не сказать, что сложное, но требовало отменной координации движения, как левой, так и правой рукой. Я усмехнулся, вспомнив сколько шишек и синяков набил себе, прежде чем освоил её.
        Начал упражнение в медленном темпе, постепенно увеличивая амплитуду движений.
        Так, теперь попробуем «девятку». Тоже неплохо. Разворот на левой пятке вокруг оси, правая рука бьёт сверху вниз по воображемому щиту. Очень хорошо. Левый доделал работу правого в районе шеи противника. Теперь ещё увеличим темп и перейдем в транс. О, да! Ничего не сравнится с этим пьянящим чувством, когда оружие становится твоим продолжением.
        — Ты уже не задумываешься, как сделать замах, отскок, как сделать ту, или иную связку.
        — Ты — само оружие, которое может разить врага.
        — Ты — судья и палач в одном лице.
        — Ты вершишь свою судьбу и решаешь судьбу другого человека — жить ему, или умереть.
        Даже находясь в боевом трансе, я почувствовал, что темп боя непривычен даже для меня. Как это выглядит со стороны — я не знал. Но я, как бы со стороны, наблюдал за танцем смерти правого и левого.
        «В. жж. у у» — басовито пел свою песню правый.
        «В.з. ань» — вторил ему левый.
        Я стал свидетелем, когда мечи сами, без моей подсказки начали плести совершенно новые, для меня незнакомые, смертельные кружева. Готов поклясться, что услышал от правого:
        — Дай крови напиться, брат!
        — Мы долго ждали тебя, тацин! Не бросай больше нас! Ты хороший воин, тацин, но помнишь ли ты наш последний бой?  — услышал я от левого.  — Ведь мы тебя предупреждали, что долг превыше дружбы. Когда тебя предали и твой друг нанёс удар в спину, ты, уже мертвый, продолжал верить в дружбу. Твоё перерождение длилось очень долго, воин, но мы дождались тебя — того, с кем опять пойдём в бой. Тому, кому опять доверим свою судьбу.
        У меня появилось желание остановить этот смерч, ураган, в середине которого был я. Мне стало страшно. Только благодаря силе воли, я взял контроль над телом и разумом в свои руки.
        Правый и левый возмущенно прошептали:
        — Нам нужна кровь, тацин. И тогда ты опять станешь тем, кем был.
        Я обессиленно опустился на колени и выронил мечи. Дрожали руки, ноги. Из головы не выходили слова о крови.
        Взяв в руку правый, я особо не надавливая, сделал надрез на левой ладони. Кровь попала на лезвие меча и мгновенно впиталась. Несколько капель крови достались и левому. Такая же история — кровь впиталась без остатка. В навершие мечей камни издавали еле заметное свечение.
        — Закончил своё светопреставление, Анней? Ничего не хочешь нам объяснить, что произошло?  — голос Сарли.
        — Мальчик мой, ты что вытворяешь?  — подхватила Лорель. А она то с какого перепуга в такую рань пришла?
        Я удивлённо оглянулся на них. Лорнс с прищуром смотрел на меня, теребя свой ус.
        — И вам всем доброе утро! Ничего необычного не произошло. Обычная тренировка. Что не так?
        — Ты уже два часа здесь развлекаешься. Свист такой стоял, что соседи переполошились.  — Сарли это выговаривала с непонятной злостью. Я невольно отшатнулся.  — Но это еще пол беды. Ты посмотри на окна!
        На задний двор выходили четыре окна: из кабинета Лорнса, кухни-столовой, спальной комнаты Сарли и окно из моей комнаты. Окна, как окна.
        Ох, Святые небеса! Да ни в одном из них не было стёкол. Рядом со входом в здание я вчера оставил бутыли с алхимическим раствором. Огромная лужа и осколки стекла — то, что я увидел на их месте.
        — Лорель займется домашними делами, а мы, втроём, займемся уборкой. Ничего страшного не произошло. Осколки стёкол высыпались наружу, никто не пострадал.  — Лорнс посмотрел на меня.  — Ты сам в порядке?
        — Да, я уже пришел в себя.
        — Я не собираюсь за этим недоделанным мечником убираться.  — выпалила Сарли.  — Натворил здесь дел — пусть сам и делает уборку. Ах, да! Я же совсем забыла! Может теперь, после Академии нужно обращаться к этому сверхчеловеку, бывшему вору, не иначе, как господин Анней. Ну как же, прямой потомок…
        Договорить Сарли не успела. Лорнс отвесил ей звонкую оплеуху.
        — Марш домой! Немедленно!  — очень спокойно произнес он.
        Девушка побледнела и прошептала:
        — Ты…меня…из-за этого… ударил?
        Сильно хлопнув дверью, Сарли забежала во внутрь дома.
        Лорель что-то сказала мало вразумительное и последовала примеру девушки.
        Я стоял и не знал, что мне делать и что сказать Лорнсу. Я одно знал — здесь я больше жить не смогу.
        — Я схожу сейчас в мастерскую Свония и закажу доставку и замену стекол. О деньгах не беспокойтесь, мастер.  — Я не мог смотреть в глаза Лорнсу.  — Извините меня за все.
        — Не извиняйся, Анней. Это я должен извиняться за поведение дочери. Не обращай на её слова внимание.
        Я, естественно, кивнул головой, но решение уйти отсюда и начать жить самостоятельно — уже принял.
        Быстро умывшись, я поднялся к себе в комнату. Положив мечи на стол, рядом с щитом, опустился на кровать. Что произошло на тренировке, что это за мечи, кто такой, или такие, тацины? Ответ мог дать только один человек — старый мастер Тилл. И еще: чем быстрее я встречусь со знакомым Аразура магом — разумником, тем будет лучше. Это будет чуть позже, а пока нужно заняться насущными проблемами.
        Через десять минут я уже заходил в мастерскую Свония. Сделав заказ по замене стёкл и уборке битого, я расплатился со стекольщиком и вышел на улицу. Вспомнив, где находится небольшая контора по оказанию услуг в найме и сдаче жилья, я сделал два шага по тротуару и столкнулся со своим другом Гийомом.
        — Ты куда в такую рань, Ан? Да ещё весь взъерошенный?!
        — Привет. Решил жильё себе найти. Не знаю только точно, где контора находится. Не подскажешь?
        — И подскажу и даже провожу. Я как раз туда и направляюсь. Мне хозяйка квартирки, где я два года живу, уже проходу не даёт. То поздно пришёл, то кого-то привел. Вчера вообще выдала. Я, оказывается, много воды трачу на себя. Два серебряных в месяц мало, давай ещё один. Да и далековато от работы моё жильё.
        Мы не спеша шли и разговаривали о жизни. Гийом сбавил тон.
        — Ан, за нами кто-то следит. Тебе не кажется?
        — Думал, мне одному показалось.
        На противоположной стороне улицы, чуть позади нас, шел непреметный мужчина. В то время, когда Гийом останавливался и усердно жестикулируя, что-то мне рассказывал, мужчина тоже замедлял движение.
        — Так ты того мужчину давно заметил?  — спросил я.
        — От самой мастерской, из которой ты вышел.
        — Ладно, пошли Гийом. Нам он ничего не сделает. Может показалось?
        Друг пожал плечами и мы пошли дальше.
        В конторе нас встретил уже дряхленький дедушка. Тщедушный мужичок, но сколько апломба!
        — Мы хотели…  — начал я.
        — Один серебряный за любую информацию, молодые люди.  — перебил дедушка.  — Нужна квартира на двоих, которая подешевле. Я угадал?
        — Нет, уважаемый господин.  — начал объяснять Гийом.  — Нам нужны две квартиры. Мне нужна квартира с двумя комнатами, чтобы был отдельный вход. Моему товарище — однокомнатная.
        — Есть у меня в списке одноэтажный домик. Два отдельных входа. В одной половине дома две комнаты, в другой — три. Сдается дом на пять лет, поэтому хозяин установил оплату на уровне с двух и однокомнатными квартирами. Мебель вся в наличие, все условия комфортного проживания тоже. Дом недалеко отсюда, по Заречной улице. Вот вам адрес. Сходите, осмотритесь. Ключ возьмете у соседки.
        Дедуля протянул бумагу с адресом.
        — Если все устроит — вернётесь ко мне, оформим документы.
        Дом оказался именно таким, каким я себе представлял. Небольшой дворик, аккуратный цветник и дорожка, посыпанная мелким ракушечником. В соседнем доме молодая женщина на улице вешала бельё. Увидев нас у калитки, она поинтересовалась.
        — Вы новые жильцы?
        — Пока не уверены, женщина.  — ответил я.  — Не у вас, случайно, ключи от дверей?
        Женщина подошла поближе и попросила показать бумагу из конторы.
        — Проходите во двор, осмотритесь. Я скоро.
        Открыв калитку, мы попали в очень ухоженный двор. Везде чисто, убрано. Два входа, задний двор. Все, как рассказал старичок.
        Подошла соседка, держа в руках два ключа.
        После осмотра дома изнутри, мы отдали ключи женщине и отправились в контору оформлять документы. Меня, лично, такой найм устраивал. Судя по всему — Гийома тоже. Собственно, вещей у меня было не так уж и много. Остановив извозчика, я договорился с ним о стоимости проезда до дома Лорнса и обратно. Пообещал добавить ещё пол серебряного, если возчик окажет помощь с погрузкой — разгрузкой. Гийом последовал моему примеру и мы с ним расстались.
        Уже на подъезде к дому Лорнса, я заметил грузовую повозку из мастерской стекольщика. Оперативно! Дома хозяйничала Лорель. Мастер, после какого — то звонка, срочно уехал. Сарли — тоже куда-то умотала. Эту информацию Лорель мне выпалила, буквально, за пять секунд. Не женщина, а огонь. Мне её будет не хватать.
        — А ты, Лорель, почему так рано на работу пришла?
        — Я подрабатывала помимо этого дома еще у купца Брекфильда. Поэтому и разрывалась на части. Утром, до десяти — у купца, у вас — до пяти вечера. После пяти — опять у купца. В общем, все ничего, но Брекфильд уезжает куда-то с семьей на пять лет. Дом сдаёт для проживания.
        — Не на Заречной, случайно?
        — Да, откуда ты…? Ты что, решил съехать отсюда, Анней?
        — Да. Не хотtл, но…
        — Знаешь, я бы на твоем месте так же поступила. Любой нормальный мужчина после слов Сарли не задержался бы здесь. Так ты за вещами? Я помогу тебе собраться.
        Лорель продолжала щебетать даже тогда, когда собирала мои вещи. Вещи и постельное белье уместилось в одну огромную сумку, которую домохозяйка использовала, когда пользовалась услугами прачечной.
        Свое оружие я сложил в сумку, специально пошитую для таких целей. Вот и все сборы. Не прошло и полчаса, как вещи были загружены в повозку.
        Я договорился с Лорель, что она три раза в неделю будет приходить ко мне готовить еду, убирать и так далее. Делать тайну из адреса, куда я переехал жить, я не собирался. Во всяком случае, мастер такого отношения к себе не заслужил.
        Попрощавшись с женщиной, я сел в повозку и мы поехали в сторону моего нового дома.

        Глава 15

        Совет Девяти начался как всегда — секретарь зачитал повестку, докладчиков и отведенное каждому из них время на выступление.
        Архимаг Торенс сделал небольшую поправку в регламент собрания.
        — Уважаемые господа, доброе утро!
        Сегодня, как вы уже знаете, на нашем Совете будет присутствовать Император Киллайд. Он задерживается по вполне объяснимым причинам — ждет возвращения из командировки господина Пиккаро, начальника Тайной полиции. Я не знаю, как изменится повестка нашего Совета, но думаю, что кардинально. Я предлагаю первым заслушать председателя Гильдии купцов, господина Волатаро. Возражений нет?
        К небольшой трибуне подошел мужчина лет сорока — сорока пяти. Невысокого роста, слегка чуть полноватый, он производил впечатление человека, который занимается вопросами торговли не выходя из кабинета. Но это не так. Волатар вел очень активный образ жизни, большое количество времени проводя в поездках, как по территории Империи, так и за рубежом.
        — Уважаемые господа, я очень рад нашей встречи. К сожалению, Совет Девяти собирается раз в месяц, а это, я считаю, очень мало. Кто не касается торговли и не знает всех нюансов может сказать, что торговля идет как и прежде.
        Могу сказать одно: за последние три — четыре месяца оборот ввозимых товаров на территорию Империи сократился на тридцать процентов. Ввоз оружия из стран Востока прекращен. Так же негласно введен запрет на продажу Империи продуктов бытового предназначения со стороны Абу — Арна и Султаната.
        Две декады тому назад, караван торговых судов был встречен военной эскадрой Абу — Арна. Корабли были вынуждены лечь на обратный курс. Торговые наземные караваны подвергаются нападению и разграблению на территории Султаната. Это только верхушка громадной пирамиды всех проблем. Не удивлюсь, если присутствующий здесь министр финансов скоро поднимет вопрос о сокращении денежных поступлений в казну Империи от налогов на торговую деятельность. Очень плохо, что Император сейчас здесь не присутствует.
        Как вы знаете, я не кабинетный работник. При общении с торговыми представителями здесь, у нас и в других странах, я слышу примерно одно и то же. Везде подняли пошлину на ввозимые товары в Империю. Все, в один голос заявляют, что торговля с нами становится убыточной. По моим подсчётам, только за последний месяц мы недополучили прибыли от торговли в районе двухсот тысяч золотых.
        Вот это я хотел довести до вас, уважаемые члены Совета. Волатар повернулся к архимагу Торенсу.
        — Я закончил, господин Председатель.
        — Хорошо, присаживайтесь.
        В зал вошли Император Киллайд и начальник Тайной полиции Пиккаро.
        — Извините за опоздание, господа.
        Арининг усмехнулся — слишком большое различие между этими людьми.
        Киллайд — высокий, подтянутый мужчина с аккуратной прической. Небольшая бородка, усы придавали лицу Имперотору вид благообразный и интеллигентный.
        Другое дело Пиккаро — невысокого роста, всегда гладко выбрит. То, что называется прической — отсутствовала, как таковая. Воронье гнездо — самое подходящее сравнение. Мимо такого человека пройдёшь и не обратишь внимание.
        Пиккаро, как постоянный член Совета Девяти, занял своё привычное место за круглым столом. Киллайд подошёл к трибуне.
        — Забыл поздороваться со всеми. Доброе утро! Кто уже выступал? Понятно! Да, господа, ситуация очень серьезная. Если не критическая, то на грани с этим. Блокируются все наши торговые караваны, поставки к нам необходимых товаров. Начальник Тайной полиции побывал в странах за Хребтом Невезения. Точнее, хотел побывать в государствах Хинь-У и 3а-У. На месте двух постоянно враждующих стран сейчас находится одно. Это теперь Империя Хунак.
        По оценке Пиккаро, правит Империей очень сильный, умный человек. Вам — Го, так его зовут. В народе он получил прозвище Справедливый. Правдой, или неправдой, но он сумел соединить два государства в одно и прекратить войны. Не буду скрывать, да это для вас и не тайна, но мы всячески старались десятилетиями поддерживать конфликты за Хребтом.
        Теперь время изменилось, хотим мы этого, или нет. Очень сильно поменялись законы в Империи Хунак, ведется безжалостная война с преступностью, идет реорганизация всех ветвей власти. Особую роль новый Император отводит приведению армии в новое состояние. Закупается только лучшее оружие у подгорных мастеров, идут поставки оружия из Абу — Арна.
        Через два — три года, я не побоюсь этого сказать, армия этого государства станет самой лучшей у нас на континенте. Как оказалось, большое количество Одаренных проходят обучение в Академии Искусств Султаната, причем, упор делается на специализацию боевого применения магии и артефактов.
        Нет, в ближайшие два года ждать неприятностей от Хунак не стоит, но скажу откровенно — если будет сговор с Абу-Арном и, не дай Боги, с Султанатом, то нас раздавят, как клопов и займут наши земли, а нас превратят в рабов.
        Император сделал паузу. Налив воды в стакан из стоящего на трибуне графина, он не спеша напился, тем самым давая осмыслить присутствующим свои слова.
        Затем он продолжил.
        — Всем нужны наши земли, богатые на урожай и подземные ископаемые. Как вы знаете, в Абу-Арне несколько засушливых лет подряд, без дождей и, естественно без урожая. Король Абу — Арна нет, чтобы увеличить оборот товаров с нами, или Султанатом — толкает своих людей, при поддержке армии, совершать набеги на города и поселения Султаната. Я не знаю, почему шейх Абу-аль-Сина с этим мирится, но ситуация может выйти из-под контроля. Тогда начнётся война, в которую могут быть втянуты все государства без исключения.
        В общем, ситуация скверная. Султанат содержит просто огромное войско на юге страны. Этим воспользовались всякие отщепенцы, сколоченные в банды. Именно из-за них и страдают наши караваны в приграничных районах Султаната. Все взаимосвязано. Вот то, что я хотел вкратце вам рассказать.
        В течении одной, максимум, двух декад мы должны разработать доктрину об усилением нашей боеготовности, как сухопутных войск, так и флота. Необходимо также, это вопрос к Торенсу и Арнингу, усилить подготовку и выпуск боевых магов в Академии, отрабатывать их взаимодействие с различными родами войск, не дожидаясь окончания Академии. Вместо летних каникул нужно отправлять студентов в действующие подразделения. Я даже знаю, что проработкой этого вопроса магистр Арнинг давно занимается. Тянуть нельзя, запускайте новую программу обучения уже с этого года. Мой секретарь готовит письмо от моего имени шейху Султаната с предложением о встрече и переговоров по всем насущным проблемам. У меня все. Ко мне есть вопросы?
        — Да, у меня есть дополнение к вашему докладу.  — подал голос архимаг.
        Торенс подошел к трибуне. Магистр покачал головой. Совсем сдал архимаг. Старость дает о себе знать, будь ты трижды магом. Куда делась гордая осанка этого человека? Сейчас перед трибуной стоял обрюзгший мужчина. Даже мантия не скрывала его огромный живот. Глаза, некогда живые и с задором смотрящие на мир, превратились в глаза смертельно уставшего от долгой жизни человека.
        — Уважаемые господа, хочу обратить ваше внимание на одну проблему, которая может сыграть с нами злую шутку в случаи наступления военных действий. Мы с магистром кое-что подготовили.
        Торенс кивнул Арнингу. Магистр провел ладонью над столом и в воздухе появилась объемная карта.
        — Как вы видите,  — продолжил архимаг.  — Исторически сложилось так, что у нас надёжно защищены границы с Абу-Арном и Султанатом. Надежная стена, больше тридцати укрепрайонов. Помимо военных, там присутствует порядка ста пятидесяти боевых магов.
        Если проследить с юга на север, то увидим громадную брешь. Эта брешь — наша Мёртвая степь. Границы, как таковой нет. На расстоянии около ста километров друг от друга расположены пограничные заставы.
        Мёртвая степь снимает свой защитный купол раз в год, примерно, на три недели. Граница с Султанатом становится открытой, что очень беспокоит в свете последних событий. Через бреши в сто километров можно за сутки провести сотни тысяч человек. Это целая армия. А ведь граница Мертвой степи — тысяча восемьсот километров. Я стараюсь гнать из головы мысли о наступлении армии Султаната, но ведь есть еще и Дикая степь, где обитает многомиллионный народ орков — прекрасных животноводов, но и отменных воинов.
        За прошедшие века, численность орков значительно выросла при неизменной площади степи. Господин Пиккаро может это подтвердить, так как около трех месяцев тому назад, он там побывал. Переизбыток населения может также привести к войне. Совместно с армией Абу-Арна, оркам уничтожить войска Султаната — дело нескольких месяцев. Дальше — очередь нашей Империи. Как будут развиваться события, только Богам известно. Решение Императора о важной встрече с шейхом Султаната считаю просто необходимой. Договор о союзничестве, подписанный более двухсот лет назад, нужно пересмотреть, изменить, дополнить. Я немного отвлекся, извините.
        Между пограничными заставами необходимо установить мощные укрепрайоны. Для строительства стены между ними у нас нет времени. Но у нас есть большое количество магов, управляющих стихией Земли. Обустроить капитальный ров с отвесными стенами — дело затратное, но возможное.
        По нашим прикидкам, полгода будет достаточно. Чтобы не было недоразумений со стороны шейха, как раз и нужна встреча с ним. Абу- аль-Сина — человек умный, поймёт что к чему. Он, я уверен, рассмотрел все варианты и последствия от начала военных действии с Абу — Арном, поэтому медлит пресечь грабежи и насилие со стороны их южного соседа. Это будет война с Абу — Арном и орками одновременно. Без мощнейшей магической поддержки, армия Султаната обречена. Из-за этого, шейх активизировал службу разведки для поиска артефактов Ушедших.
        Только по чистой случайности эти артефакты не попали в руки агентов Султаната. За ними ведется слежка и наблюдение, но кто знает, на какие шаги пойдут агенты, чтобы раздобыть артефакты. И я их хоть и не защищаю, но понимаю. Без усиления магической мощи, их государство обречено. Я думаю, господин Пиккаро что — то еще скажет и добавит о ситуации за границей нашего государства. Прошу, господин Пиккаро, уступаю вам трибуну.
        Начальник Тайной полиции еще раз бросил взгляд на карту и направился к трибуне.
        — Уважаемые господа! Наш Император и господин архимаг очень точно охарактеризовали ситуацию вокруг Империи. Очень точно, но есть еще одна немаловажная проблема — проблема недовольства людей, занятых, как в торговле, так и в нашей армии. Все задают вопрос — почему мы не принимаем меры в отношении к флоту Абу — Арна, почему нет защиты у наших торговых караванов и так далее. На армии других стран наши генералы смотрят с высока и пренебрежительно. Я думаю сегодня мы выслушаем присутствующего здесь генерала Замаско, главнокомандующего нашей Армией. Я не скрою, что вовсю работают разведки Империи Хунак, Абу — Арна. Мы как можем, пресекаем их деятельность, иногда прибегая к самым радикальным методам.
        Не знаю, объединятся эти государства между собой в наступлении на Султанат, или на нас, но что-то определенно назревает. Я не могу, вы уж извините, рассказать подробно о том, что мне стало известно в поездке по странам, но господам магам могу заявить точно — в Империи Хунак очень сильно стала практиковаться Чёрная магия, которая у нас под запретом. Как я понимаю, у нас противодействия некромантии нет, как таковой. Я прав?
        Торенс и Арнинг согласились.
        — По рассказам очевидцев, то есть моих агентов, в Империи чуть ли не треть магов практикуют магию Крови.  — Пиккало сделал паузу, словно что-то обдумывая. Затем продолжил:
        — Не хочу никого запугивать, сгущать краски, но Империя Хунак готовится к большой войне. Около двух тысяч вольнонаёмных из Абу-Арна трудятся на побережье Спокойного моря, обустраивая всё новые и новые верфи. Опытные специалисты морского дела из Абу — Арна проводят обучение персонала будущих кораблей. На существующих верфях, в данный момент времени, строятся одновременно сорок судов. В голову Императора Вам — Го не влезешь, но выводы напрашиваются сами собой. У меня все. Вопросы ко мне, господа?
        Из-за стола поднялся грузный человек, далеко за шестьдесят лет, невысокого роста, с большими залысинами. Генерал Замаско.
        — Господин Пиккаро, попрошу дать объяснение вашим словам о недовольстве в Армии. И вообще, кто вам…
        Генерала перебил Киллайд.
        — Уважаемый, вы когда в последний раз выезжали с инспекцией в действующие подразделения, когда производилась последний раз мобилизация населения?
        Генерал сильно покраснел, на лбу выступил пот.
        — А я специально поднял документы. Пять лет тому назад.  — продолжил Император.  — И это в то время, когда наши потенциальные враги усиливают свою мощь. Вина в этом и моя, не спорю — доверился вашим красивым отчётам.
        Сделайте себе зарубку на носу — я такого больше не потерплю. Ровно через три декады, после поездки в Султанат, я лично проведу осмотр всех войск и подразделений. И не на побережье, на которое вы так любите выезжать со своим штабом, а начну с самых дальних гарнизонов, на особо опасных направлениях.
        Киллайд немного успокоившись, продолжил:
        — Хочу, чтобы все поняли — на кону наша жизнь и судьба всей Империи!

        Глава 16

        Великий город просыпался.
        На центральной площади, в самом центре Торлейда, города-гиганта, возвышалась огромная колонна. На самой верхушке колонны, находилось непонятное сооружение в форме закрытого бутона неведомого цветка. В какое-то мгновенье по бутону прошла легкая дрожь и лепестки золотистого цвета начали открываться. Лепестки скрывали огромный кристалл в форме пирамиды небесно-голубого цвета с ярго-красными прожилками.
        Солнечный свет ласково коснулся граней кристалла и он заискрился мириадами солнечных бликов, которые разбежались во все стороны от пирамиды.
        Спустя некоторое время, от кристалла разошлось сияние, которое было видно за многие сотни километров.
        Город ожил, город принялся за уборку улиц, зданий. Но он не мог понять, почему пробуждение произошло так рано. На деревьях только-только проклюнулись почки, цветы и кустарники ещё находились в зимней спячке. Не понятно!
        В таких случая, согласно инструкций, оставленных тацинами, необходимо поставить в известность архимага Аннора, точнее разум архимага, заключенный в такой же гигантский кристалл. Пусть архимаг принимает решение, делает выводы, а ему, городу, нужно управлять многими тысячами машин всех пяти городов.
        Разум Аннора дремал, когда появился какой-то раздражающий фактор. Сигнал тревоги исходил от кристалла, установленного в самой высокой точки города — на Колонне Победителей.
        Архимаг понял — сигнал на пробуждение пришел на месяц раньше, чем обычно. Неужели люди, проживающие на континенте развязали войну? Возможно, все возможно. Чем раса людей отличалась от них, тацинов, так это безрассудством своего поведения. Единому только известно, сколько раз приходилось спасать людей от самоуничтожения.
        Архимаг послал импульс управляющему кристаллу и когда тот отозвался, дал задание накрыть энергетическими лучами поселения людей.
        Ну вот, так и знал. Явно доносятся гнилые эманации — люди занимаются запрещенной магией. Некромантия. Что может быть опаснее? В прошлое своё пробуждение, отголоски некроманти еле-еле доносились из-за Хребта Невезения, как его называют люди. Теперь же — заклинания чёрной магии просто накатывали одной большой, мерзко пахнущей волной. С этим разберемся чуть позже.
        Теперь самое главное — отследить местоположение маленького тацина, непонятно как попавшего в общество людей.
        Девятнадцать лет тому назад, Аннор был экстренно разбужен системой оповещения города. Где-то очень далеко, на юге континента, произошел мощный всплеск энергии после использования телепортации. Спустя десяти минут такой же всплеск повторился. Архимагу удалось найти человека с аурой, очень похожей на ауру тацина. Да нет, это и был сородич, но откуда он появился? Вопросов больше, чем ответов.
        Почему маленький тацин так далеко от родных городов? Ответ очевиден — для снятия защитного купола нужно, как минимум, трое суток. Только после этого можно было попасть в Великий город. За это время с малышом могло произойти что угодно.
        Каждый год, после своего пробуждения, Архимаг находил знакомую ауру, проверял по ней состояние здоровья мальчика, вносил кое-какие изменения. Около десяти лет тому назад, знакомая аура оказалась очень близко от Великого города — в столице людей, городе Аллейде. Это примерно в пятнадцати километрах. От судьбы не уйдешь, как говорится. Каждый год мальчик не переставал удивлять Архимага своими, не по годам, развитыми энергоканалами.
        Могло произойти очень страшное — мальчик начнёт на практике применять заклинания, которые, по людским понятиям, невозможны в этом возрасте и без должного обучения. Какие наивные. Возможно всё в этом мире. Ещё при рождении, тацины получали колоссальный запас знаний в области магии. С семи лет дети начинали соответствующее обучение и в семнадцать — восемнадцать лет достигали мастерства, сравнимого, по человеческими мерками, с мастерством магистра. Другие сородичи — аануры тоже достигали определенного уровня мастерства управления энергией, но дальше, чем мастер — они не поднимались. Чтобы мальчик не выдал себя раньше времени, Аннор поставил ему ментальные блоки в часть мозга, отвечающего за управления энергетическими потоками.
        Так, а вот и он. Мальчиком назвать взрослого мужчину у Аннора язык не повернулся. Вполне сформировавшаяся личность. Здоровый и крепкий физически мужчина. О, да он и магией потихонечку балуется? Как, интересно?
        Два из шести ментальных блоков — как не бывало. О чем это говорит? О том, что юноша прошёл большой путь самосознания и самосовершенствования. Конечно, в этом главную роль сыграли специальные физические упражнения, направленные на развитие внутренней энергосистемы.
        Есть выражение — познаешь тело, познаешь дух. Ну что же, юноша, пора тебе всерьёз заняться развитием своей энергетической структуры. Два блока — долой. По ауре прошли болезненные всплохи. Понятное дело! Ничего, сейчас всё придет в норму. Нужно потерпеть, делов то! Не забыть бы снять остальные два блока, иначе будет перекос в энергосистеме. Но снять их нужно через три — четыре дня. Не раньше.
        Опять накатила одуряющая волна от заклинаний некромантов. Нужно что-то делать и срочно! Друг Аннора, Архимаг Гирсминд, оставил подарок для людей, именно для такой ситуации. Шесть предметов с различными секретами. Потомок тацинов есть, нужно немного помочь ему встретиться с этими предметами. Это дело нужное — раз живёт его сородич в коллективе людей, нужно его и народ защитить от чернокнижников.
        Архимаг заметил двух человек, копающих землю недалеко от границы защитного барьера. Отметив для себя местоположение чаши Гирсминда, Аннор покопался в ауре человека. Теперь этим человеком можно управлять, как марионеткой и направить его прямо к чаше.
        Ну надо же, радуются находке, как дети! А теперь самое сложное — нужно сделать так, чтобы чаша попала в руки юноши. Но это, как говорится, дело времени и мастерства. Его, разумеется, Архимага Аннора.

* * *

        — Здравствуй, Тирр!
        — Приветствую, Ситар! Что-то серьёзное случилось?
        — Слава Богам — нет. Вчера, как ты знаешь, состоялся Совет Девяти. Ситуация, скажем так, очень напряженная. Я, извини, всего рассказать не могу, да это тебе будет и неинтересно, но основные моменты заседания я тебе озвучу.
        Два старых друга, Лорнс и Арнин, находились в кабинете магистра. Разговор продолжался уже полчаса. Без стука открылась дверь и в кабинет «вплыла» грузная фигура архимага Торенса. Поздоровавшись с мужчинами, Торенс сел за стол и сделал отмашку Арнингу — продолжай.
        — Поэтому и возникает необходимость в усилении наших границ с Султанатом. Без применения магии, Тирр, здесь не обойдешься.
        — Извини, но я то чем могу помочь, Ситар? Я всего навсего мастер по ремонту артефактов.
        — Разреши мне все объяснить?  — обратился к магистру архимаг.
        — Видишь ли, Тирр, те задачи, которые поставил перед нами Киллайд, очень нужны Империи. Обустройство границы, не спорю, очень нужное дело, но на меня и на Ситара помимо этого возложены многие, немаловажные задачи. Если ты заметил, от меня сейчас отдача будет небольшая. Я потихонечку буду отходить от своих дел, нагрузка на нашего магистра будет все больше и больше. Ему рядом нужны люди, которым Ситар готов доверить свои проблемы, которые никогда его не предадут. Твоя кандидатура для этого просто идеальная.
        Архимаг налил в стакан воды из графина, сделал большой глоток.
        — Нужен человек, который помог бы в управлении всем учебным процессом в Академии, вникал во все проблемы и их решал. На год — два о Арнинге можно будет забыть. Нет, он естественно никуда от решения проблем Академии не денется, но сил на все, увы, у него не хватит.
        Архимаг внимательно посмотрел на Лорнса.
        — Я понимаю, ты привык к размеренной жизни в своей мастерской. И уверен, спросишь — почему ты, если в Академии полно своих людей, неплохих специалистов? И ты будешь прав. Всегда есть треклятое «но». В течении трех — четырех месяцев, всему педагогическому составу будет просто некогда. Необходимо перестроить систему обучения, практических занятий и так далее.
        — Вам нужен хороший завхоз. Я прав?
        — И да и нет.  — ответил за архимага Арнинг.  — В первую очередь ты мне нужен, как друг. Будет первое время тяжело, не скрою. Но эта работа нужная.
        — Сколько я тебя знаю, Ситар? Практически — всю жизнь. И никогда не переставал тебе удивляться, честное слово!  — ответил Лорнс.
        Арниг хохотнул, откинувшись на спинку стула.
        — Видишь, как хорошо! Каждый раз — новая встреча с новым человеком. А если серьёзно, то среди преподавателей нет взаимопонимания, идут какие-то дрязги, склоки. Нужен человек со стороны, так сказать, нейтральных взглядов. Сколько тебе времени нужно на обдумывание?
        Лорнс перевел взгляд на Торенса. Сколько ему лет? Сто пятьдесят, кажется. Человек умирал и это было видно по глазам: взгляд человека, которому безразлична жизнь. Не будет архимага, Ситару будет тяжело, очень.
        — А сколько у меня есть времени?  — задал вопрос Лорнс.
        — Пока будет утверждаться план действий, согласование — думаю две декады.  — проговорил Торенс.  — Но лучше, если бы ты, Тирр, через декаду уже приступил к своим обязанностям. Тебе и дочери будет выделен жилой дом для преподавательского состава на территории Академии.
        — С нами еще…
        — Знаю и о нем. Хотел бы с этим юношей встретиться,  — перебил архимаг.  — Случай уникальный, парня нужно держать на виду и оберегать от опасностей. Я так себе мыслю, что он человек взрослый и в состоянии прожить самостоятельно.
        Кто он, вообще такой и как он появился у тебя в доме? Я просто не могу представить, что мы могли упустить такой самородок из поля зрения. Ведь у него не просто талант, а талантище! Расскажи хотя бы кратко, Тирр, о мальчике.
        Лорнс некоторое время посидел в молчании, словно не зная, с чего начать рассказ.
        — Наша встреча и знакомство произошло совершенно случайно и при довольно трагических обстоятельствах. Анней прибыл в Аллейд из города Лируш. Все мы знаем печальную судьбу этого города. Там, семилетний мальчик, попал в компанию таких же как он, нищих и вечно голодных беспризорников. Неизвестно, как сложилась бы его судьба, но подобрал накормил, обогрел и научил воровском ремеслу мальчишку мастер — вор по имени Крис.
        Буквально за год он научил Аннея воровскому искусству. Можно так сказать, он сделал из мальчика элитного вора. Мало того, что Ан мог вскрыть любой замок, любой системы, он научился в совершенстве пользоваться всевозможными артефактами и амулетами для нейтрализации систем безопасности банков и домов зажиточных граждан. Этому его обучил его знакомый маг. В возрасте семи лет, мальчик заметил за собой странную способность видеть все линии плетений. Со временем, он научился ими управлять. В общем, не было ни одного заведения, ни одной системы охраны, которую Анней не смог бы нейтрализовать. Такая жизнь у него продолжалась в течение двух лет. После гибели своих учителей, девятилетний мальчик был вынужден бежать из родного города. В Аллейде своим бывшим ремеслом он не хотел заниматься. На работу его никто не брал из-за возраста, кое-какие накопления у него были, на них он и существовал. Другими словами, прожить он мог и без работы.
        Волею случая, Ан забрел в район моего дома. Моя дочь возвращалась от подружки, которая жила, буквально, в четырёх домах от нас. Но надо было случиться такому, что она наткнулась на обыкновенных гопников. Те ей начали выкручивать руки, обыскивать. Что они хотели найти у такой маленькой девочки, я ума не могу приложить. Но произошло то, что произошло. Кто бы мог подумать, что девятилетний мальчишка за неё заступиться. Я сам не был свидетелем той драки, но дочь позже рассказала, что били его безбожно. Избить мальчугана до полусмерти оказалась для гопников мало, один из них ударил Аннея ножом в район сердца. Когда я его принес домой еле живым, я честное слово, думал, что он не выживет. Такого же мнения был и маг — лекарь, которого я вызвал. Но нет, мальчишка выкарабкался. Со временем он прижился в нашей семье. И после его рассказа о своей жизни, я не мог его отпустить на улицу. Вот в принципе и вся история. Ситар, я хочу, чтобы ты знал, что те артефакты, которые я тебе передавал для хранения, в основном добывал он, Анней. Когда я ему предложил пробраться в дом герцога Виттора и выкрасть артефакт —
вазу, у нас с ним произошел скандал, причём — очередной. Никак он не хотел возвращаться к тому, от чего ушел и постарался забыть. Ну вот и всё.
        — Да, печальная история. Наш мир суровый, слов нет. Я хочу, чтобы ты знал одно, Тирр. Если Анней поступит в Академию, ему будет предоставлено место для проживания в общежитии. Проблем быть не должно. Думай, Тирр, мое пожелание ты услышал. Кстати, Император твоё назначение заочно одобрил. Ладно, мальчики, мне к друиду пора на приём, вы уж извините. Обсудите все проблемы сразу, чтобы потом не было недоразумений.
        За архимагом закрылась дверь, в кабинете воцарилась тишина.
        — Сколько ему осталось, Ситар?
        — Аразур говорит, что три-четыре месяца. Ты прости, но о Аннее я обязан был ему доложить, как и Императору.
        — Да, конечно. Шила в мешка не утаить. Этот юноша каждый день сюрпризы преподносит.
        Арнинг оживился.
        — Ну-ка, ну-ка! Рассказывай, что на этот раз.
        Когда Лорнс закончил свой рассказ о утренней разминки и о ссоре Аннея с Сарли, магистр улыбнулся.
        — Эх, любовь-любовь. Завидую я им, Тирр! Ты с дочкой осторожней, такой возраст опасный.
        — Если это проявление любви со стороны Сарли, то я её женихам не завидую. Я не понимаю, откуда у неё столько злости? Иногда диву даёшься — в кого она такая? У Мирты, покойной, сам знаешь, какой спокойный характер был. Да и я не из буйных. После слов дочери я теряюсь в догадках, как себя Ан поведёт.
        — Какой у него характер, Тирр?  — спросил магистр.
        — Сдержан всегда, но взрывоопасен. Если считает, что прав — никогда не отступит. Очень напорист и расчетлив — это заслуга мастера Тилла, он его таким воспитал. Знаешь такого?
        — Да, знаю. Точнее знал. Хороший был мечник, многие прошли его школу.
        — Ты ничего не путаешь, Ситар? Он жив и здоров!
        — Увы, Тирр, увы! Вчера вечером за Аразуром прибежала супруга Тилла, умоляла помочь мужу. По её словам — он полез по приставной лестнице на чердак зачем-то, подгнившая ступенька обломилась, ну и… Как Аразур сказал — мгновенная смерть. Вот такая наша жизнь, никогда не знаешь, где смерть свою найдешь.
        — Ну и новость. Тяжелый удар для Аннея. Он через полгода собирался сдавать экзамен Тиллу на ранг мечника.
        — Да, конечно. А Сарли с Аннеем, я думаю поладят.
        — Ситар, я, пожалуй, домой поеду.
        — Как скажешь. Я тебя провожу до проходной. Движитель, как его называют близнецы, должен там дожидаться.

        Глава 17

        Расплатившись с извозчиком, я оставил нехитрый скарб у двери и направился к соседке за ключом. Постучался в дверь — тишина. Значит — никого нет дома. Я собрался уже уходить, как дверь приоткрылось. На пороге стояло маленькое чудо — девчушка лет пяти, не больше. Длинные, до пояса, белоснежные волосы и голубые, огромные глаза делали девочку похожей на ангелочка.
        — Давай знакомиться?  — я присел на корточки.  — Меня зовут Ан, а тебя?
        — Каиса…  — ответила моя будущая соседка.
        — А где мама, Каиса?
        — Я не Каиса, а Каиса. Понятно?  — девочка зыркнула на меня глазами.  — Тама.
        И показала пальчиком на задний двор.
        — Двава коит.
        Я рассмеялся. Девочка насупилась.
        На заднем дворе я увидел неприглядную картину. Молодая женщина, лет двадцати восьми — тридцати, занималась чисто мужской работой. Она обернулась, вытерла тыльной стороной ладони пот и улыбнулась.
        — Непривычная картина для столицы Империи? А что поделать? Артефакты поломались, денег на ремонт нет. Так и живём — я и моя дочурка.
        Сбросив куртку, я протянул руку к топору.
        — А ты себе ничего случайно не оттяпаешь?  — засмеялась женщина.  — Да и расплатиться с тобой нечем.
        Я махнул рукой — сочтемся.
        Через полчаса с дровами было покончено. Я сложил их в поленницу и подошел ко входной двери, из которой вышла соседка.
        — Мы так и не познакомились. Меня зовут Тация, дочь — Кариса.
        — Меня — Анней, можно Ан, моего друга — Гийом.  — ответил я.
        — Зайди в дом, Ан. Умойся, я солью воду.
        С удовольствием смыв пот, обтерся полотенцем.
        — Сильное тело у тебя, сосед,  — заметила Тация.  — Ты где его так натренировал? А что это у тебя за изображение на плече?
        — Мечным боем занимаюсь. У мастера Тилла, может слышала о таком? А на плече — так, баловство.
        — Ой, батюшки мои. Это тот который умер вчера? О нём все разговоры на рынке. С самого утра. Ой, Ан, ты чего белый весь? Так ты не знал?
        Я стоял перед Тацией и не знал, что ответить. В голове билась отчаянная мысль — может ошибка, может люди что-то перепутали?
        — Тация, помоги мне, пожалуйста. Занеси, если не трудно, мои вещи. Дверь не закрывай на замок, я поздно приду. Хорошо?
        — Да-да, всё сделалю. Беги, конечно.
        — Гийом с вещами подъедет, скажи ему о Тилле. Мы вместе с ним занимались.
        Я шел к дому мастера Тилла, ноги были ватные. Неужели это правда? Неужели это возможно? Как же так?
        Не доходя до дома Тилла два дома, я понял — чуда не будет. Учителя больше нет. Ребята из моей группы стояли возле калитки, тихо переговаривались.
        Я подошёл к ним поздоровался.
        — Мы к тебе домой два раза людей посылали.  — сказал кто-то. Я кивнул и пошел к калитке.
        Сначала к горлу подкатила тошнота, голова закружилось и пришла боль. Голова как будто разрывалась на тысячу мелких осколков. Такое впечатление, что прямо в мозг вгоняют сотни раскаленных гвоздей. Я закричал от боли и понял, что ещё чуть-чуть и я умру.
        Сознанье медленно, словно нехотя, возвращалось ко мне. Где-то рядом раздавалось мерное «бу-бу». Говорил мужчина, но слов я не смог разобрать. Попробовал открыть глаза и зашипел от боли: такое впечатление, что в глаза насыпали песок. Попробовал ещё раз — получилось. Смутно стал проявляться силуэт мужчины. Да это же Аразур. Как он здесь оказался? А может это я где-то оказался? А где я, собственно говоря?
        — Пить,  — попросил я.
        Ко рту кто-то поднес чашку с водой. Сделав пару глотков, я с отвращением отвернулся. Гадость какая!
        — Ты меня слышишь, Анней?  — голос Аразура. Я утвердительно кивнул.
        — Что со мной?
        Зрение пришло в норму, я огляделся. Ну точно, я в медицинском отделении Академии. Но как, как я сюда попал? Тело занемело так, что захотелось встать и размяться.
        Я попробовал приподняться.
        — Нет, ты только посмотри на него. Еще утром был при смерти, а сейчас готов встать с постели и совершать подвиги.
        — Да мне бы только приподняться. Тело занемело.
        — Надо думать. За неделю и не такое могло произойти. Сейчас мы тебя посадим. Лира, неси ещё подушку.
        — Какую неделю?  — тут меня проняло.  — Я что, неделю без сознания был?
        — Да. И только чудом, уж не знаю как, но выжил.
        Меня кое-как усадили на кровати, под спину Лира подложила подушки.
        — Как ты себя чувствуешь? Что-то болит?  — спросил Аразур.  — Ну и шуму ты наделал. Никогда здесь архимага Торенса не видел. Но дождался и увидел. Спасибо тебе, Анней.
        — А что со мной? Я, если честно, ничего не помню.
        — Здесь дело такое. Тебя принёс на себе в Академию твой друг Гийом. Говорит, что ты, когда без сознания был, два слова шептал — Аразур, Академия. Ты уж извини, я вызвал для консультации мага, о котором тебе рассказывал. О маге — разумнике. Вспомнил? Что я тебе могу сказать? Надо было к нему хотя бы на день раньше обратиться. Этот маг сумел увидеть следы ментальных блоков. Именно из-за них у тебя были проблемы с энергией. Кто тебе их поставил и, самое главное, кто снял — вопрос открытый. Но то, что у тебя теперь нет ограничений в занятии магией — это будь уверен. Архимаг и магистр даже глаза прикрыли рукой, когда увидели твою ауру. Скоро ты всех будешь учить искусству магии. Кхе-кхе-кхе.
        Это кудахтанье, как я понял, означало смех Аразура.
        — Поесть что-нибудь можно?  — спросил я.
        — Ого, вот это хороший признак. Сейчас Лира принесёт. И зеркало. Ты теперь у нас такой красавчик! Кхе-кхе.
        Я провел рукой по волосам — вроде бы на месте. Что за намёки?
        Минуты через две пришла Лира с чашкой горячего бульона.
        — Извини, но пока только так. Только жиденькое.
        Обжигающий бульон был бесподобен. И главное — питательный. Угадав мои мысли, Лира объяснила:
        — Этот суп из волчьих грибов. Вы, люди, их как огня боитесь. Этой чашки хватит человеку на целый день.
        — Я теперь буду есть суп только из волчьих грибов!  — пошутил я.
        Друиды засмеялись.
        — А когда я домой попаду? Да и на могилу к Учителю нужно попасть.
        — Ну, не знаю, думаю — через день — два. Если ничего не случится. Хотя — самое страшное уже позади. Сейчас полдень, попробуй лечь и заснуть. Природа придумала самое мощное лекарство от всех болезней — сон.
        Лира помогла мне удобно улечься на кровать, я блаженно закрыл глаза. Слава Богам — выжил. Стоп, а зеркало?
        — А зеркало можно?  — спросил я.
        Лира укоризненно посмотрела на Аразура и достала из кармана халата зеркальце.
        На меня смотрело совершенно чужое лицо. Нос — мой, губы — мои. А вот глаза — точно чужие. Цвета морской волны, только цвет более насыщенный. Но больше всего поразили меня волосы — светлого янтарного цвета. Ближе к цвету спелой пшеницы.
        Я отдал зеркало Лире и закрыл глаза. Теперь нужно отдохнуть.

        Глава 18

        Шейх Абу-аль-Сина находился с утра в очень скверном настроении. Информация о продолжающихся набегах со стороны Абу — Арна поступала всё чаще и чаще.
        Ах, если бы был жив его отец! Вдвоём можно было принять какое-то решение.
        Но отец уже три года, как находится в Райских садах, оставив на сына многие нерешенные дела и проблемы.
        То, что народ недоволен им, шейхом великого государства, он знал. Но что можно сделать в этой ситуации? Три раза дипломаты Султаната предпринимали попытки вступить в переговоры с орками из Дикой степи. И результат? Обратно, в Султанат, возвращались отрезанные головы послов.
        Вёл лично переговоры с Королём Абу — Арна и он, Абу-аль-Сина. Король Мидрос сделал круглые глаза, когда услышал о бесчинстве своих людей на территории Султаната. Каков наглец! Секретарь подготовил письмо в Абу — Арн, где чётко была изложена позиция шейха по всем вопросам. В конце послания, шейх дописал одну фразу: «Оставляю за собой право принятия решений по задержанным поданным Абу — Арна на территории Султаната».
        Шейх терпеливо ждал ответа на письмо, но когда дождался — пришёл в ярость. В письме очень мягко просили не принимать никаких действий с задержанными, а если такие объявятся, в чём лично Король Мидрос сомневается, немедленно их конвоировать до границ с Абу — Арном. В конце была приписочка: «Король надеется на благоразумие шейха, который воздержится от необдуманных действий, которые могут привести к обострению отношений между государствами». Думай, что хочешь.
        Развязать сейчас войну — вырыть себе могилу. А точнее — всему Султанату. Зеленорожие давно облизываются, глядя на земли соседа. Расплодились так, что степь с трудом их кормит. Молодая трава съедается табунами скота за считанные дни, дикие животные практически исчезли. Чувствует сердце шейха, что спокойной жизни осталось на год, может два. Это в лучшем случае.
        Сосед на Востоке, Киллайд занял выжидательную позицию. Разведка доносит, что в Империи не на должном уровне находятся войска, повсюду процветает взятничество, народ ропчет. Хотя в этом и его, шейха, есть вина. Ослабла власть на востоке Султаната и повылезали, как грибы после дождя, всякие твари. Грабят караваны из Империи, грабят свои же города. Люди с востока страны бегут в центральную часть страны, где находят непонимание и неодобрение со стороны местных жителей. В общем — караул кричи, но никто не поможет.
        — О, Великий, разрешите войти с докладом?
        Абу-аль-Сина поморщился. Какая дикость сидит в людях Султаната. Обращаются к шейху так, как обращались ещё в древности. Имперские, когда слышат такое обращение — делают вид, что не слышат, или тихонечко улыбаются. Традиции, Тарзук их побери.
        — Что у тебя, Тарик? Если опять с плохими новостями пришёл — готовь шею. Наш палач давно без работы.  — пошутил шейх.
        Тарик, его личный секретарь, ещё ниже наклонил голову. Было заметно, как дрожат его руки.
        — Нет, о Великий! Новости очень хорошие. Император Киллайд нижайше просит Ваше соизволение о встрече.
        Абу-аль-Сина так громко засмеялся, что Тарик попятился.
        — Да ты с ума сошёл, уважаемый! Слышал бы твою речь Киллайд! Ой, не могу! Он, Император такого великого государства просит что-то! Когда ты уже по — другому изьясняться начнёшь?
        — Виноват, но так нас всех воспитал ваш отец, Великий шейх Абу-аль-Сун.
        — Ладно, давай ближе к делу.
        Тарик отдал в руки лист бумаги, где был написан текст переговоров, который состоялся по магической связи между Тариком и секретарём Киллайда.
        Прочитав текст, шейх задумался. А ведь прав Киллайд, предлагая встречу. Проблем общих, действительно очень много. Та же торговля. Ведь раньше товарооборот был в разы больше, но политика Императора Ханук изменила приоритет в торговле. Цена, по которой скупались товары в Султанате была на двадцать пять процентов выше, чем в Империи. Торгаши распустили слух, что товары, ввозимые в Империю облагаются дополнительным налогом. О этом тоже сказано в послании Киллайда.
        Как же это всё надоело. Слухи уже вышли на такой уровень, что подлежат переговорам на высшем уровне. Да никто не запрещал торговать с Империей, никто не увеличивал налоги. Эти мерзкие шакалы — торгаши сами решили куда, что и сколько продавать. Чувствуется третья, заинтересованная сторона. Ну конечно — Империя Ханук, будь она неладна.
        Тарик стоял ни живой, ни мертвый. Если шейх на долго задумался — жди беды.
        Что — то ему подсказывало, что грядут великие перемены. А от любых перемен нужно ждать одно из двух. Или — или, как говорится. Третьего не дано.
        — Вот что сделаем, уважаемый Тарик. Я прекрасно знаю, какими делами занимается твой братец. Да не бледней ты так. Захотел бы повесить его — давно бы это сделал. Так вот, слушай меня внимательно. Ты обратишься к Зафару от моего имени. В день приезда Императора в Султанат, он должен иметь у себя в подчинении, по крайней мере двести воинов. Особо отметь — воины должны быть хорошо обучены. Когда я дам отмашку, он должен имитировать нападение на город. Сильно пусть не зверствуют, но впечатление должны провести самое сильное. Это понятно, да? И самое главное, так ему и передай, чтобы ограничился минимальным количеством жертв. О его кровожадности я наслышан. Тебе всё понятно?
        — Да, мой повелитель, мне всё понятно и всё будет выполнено. Осмелюсь Вам напомнить, что ровно через десять дней должны прибыть студенты из Академии Империи. Если время не самое подходящее для проведения этих соревнований, то может быть есть смысл их отменить?
        — Нет — нет, уважаемый, ничего отменять мы не будем. Свяжись с секретарем императора, предложи ему провести соревнования в присутствии первых лиц государств. Как тебе такая идея?
        — О, Великий! Вы всегда поступаете очень мудро! Как сказал ваш отец, ничто не сближает людей, как их общая беда. Это будет живой пример Императору и его окружению, что ждет Империю в недалеком будущем. Ваш план просто гениальный. Отец вами бы гордился.
        — Спасибо! Совсем ты меня захвалишь скоро. Ты же знаешь, что я этого не люблю. Ладно, иди работай.
        — Разрешите еще один вопрос, мой повелитель? Что отвечать секретарю императора, если будет предложение по встрече не у нас, а на территории Империи.
        — Откажешься, конечно. Сошлись на то, что я не могу покинуть страну в столь тяжелое время.
        Настроение шейка взлетело до заоблачных высот. План действительно был хороший, но требовал детальной проработки. Необходимо подключить начальника тайной полиции. Никаких накладок здесь быть не должно. Слишком многое поставлено на карту.
        — Да, вот еще что, Тарик! Пусть придет ко мне новенькая из гарема. Её зовут, если мне не изменяет память, Мадина. Организуй самое лучшее вино, фрукты, сладости!
        — Всё будет сделано.
        Тарик шел по коридорам дворца, раздумывая над словами шейха о его родном брате. Как это стало известно первому лицу государства? И самое главное — почему шейх о этом молчал. Ладно, всему свое время. Все тайное когда — нибудь становится явью. Но поговорить с глазу на глаз с братом он обязан. Не исключено, что кто — то из близкого окружения брата работает на Тайную полицию.

        Глава 19

        Что-то меня в последнее время на «поспать» тянет.
        Проспал с обеда до…а который сейчас час? На улице темно, однозначно — ночь. На прикроватной тумбочке стоял светильник и кружка с какой-то жидкостью. Понюхав содержимое кружки и убедившись, что это вода — сделал большой глоток. Жаль сплюнуть некуда. Аразур опять что-то нахимичил.
        Лампа издавала приглушенное свечение, создавая атмосферу уюта в больничной палате. И чем прикажете заниматься? Лежать и любоваться потолком? Тоже занятие, но ненадолго. Не спорю, в здании Академии все красивое. И стены и двери. Потолок украшен лепниной, люстра — в окружении аккуратной разеточки. Что ещё? Да пожалуй и всё. Встать и походить по палате — прям навязчивая мысль. А что мешает? Отсутствие одежды, как таковой.
        На башне Ратуши часы пробили четыре раза. До рассвета ещё два часа. Я попробовал приподняться с кровати. Получилось с первого раза и причем очень легко.
        Сделал два шага, остановился и прислушался к своим ощущениям. Великолепно. Даже чересчур. Тело полно энергии, а энергии нужен выход. B шкафу, который я открыл, нашлась моя одежда. Встав по центру комнаты, я изобразил что — то похожее на разминочный комплекс. Сейчас бы умыться и был бы полный порядок. От еды тоже не отказался бы. От двойной, нет, от тройной порции. Прям, обжорством заболел.
        Улёгшись на кровать, опять уставился в потолок. Тихо приоткрылась дверь и показалась голова Аразура.
        — Проснулся, смотрю? Друид присел на стул.
        — Как себя чувствуешь?
        — Если честно — не знаю, куда себя деть. Хочется на волю.  — ответил я.  — Когда я домой попаду?
        — Два дня потерпишь. После такого стресса организму отдых нужен. Какие-нибудь изменения в себе почувствовал?
        Я утвердительно кивнул головой.
        — Есть очень хочу. Кабана бы целого съел. От супа не отказался бы тоже.  — засмеялся я.
        — Это не вопрос, сейчас Лира принесет тебе суп. Что-то ещё?
        — А кофе можно?
        — С этим пока повременим. Кофе давление повышает, тебе это пока противопоказано.
        Аразур вышел из палаты, я удобно разместился на кровати. Не прошло и пяти минут, как я с удовольствием пил бульон.
        — На больного ты, Анней, явно не похож.  — улыбнулась Лира.  — На добавку не рассчитывай. Переедать — тоже не хорошо.
        Я согласно кивнул и сытно откинулся на подушку.
        — Попробуй уснуть, может получится.  — сказала Лира и вышла из комнаты.
        Да какай там сон!? Ни в одном глазу. Я вспомнил вопрос друида о самочувствии, прислушался к себе. Нет, я и раньше ощущал движение энергии по телу, но сейчас кажется — отдай я какую-нибудь ей команду и она будет выполнена. Сейчас энергия ощущалась, как нечто родное, без чего я не смогу дальше жить.
        Я грустно улыбнулся, вспомнив свою первую книжку, которую прочитал. В той книге могучие волшебники двигали горы только одной силой мысли.
        Уставившись на прикроватную тумбочку, я напрягся и представил, что она двигается. Фиг вам, называется. Такое только в сказках бывает. Ну ладно, я с тумбочкой перегнул. Закрыв глаза, представил маленький, величиной с горошину, светящийся шарик. Без всяких плетений, без вливания энергии. Открыл глаза и ахнул: на расстоянии метра от моей головы прямо в воздухе висел небольшой шар ярко-золотистого цвета.
        — Ты что вытворяешь?  — голос Аразура.
        Шарик с лёгким хлопком исчез.
        — Да ничего я не вытворяю. Мысленно представил себе шар, он появился. Сам не пойму как. Только почему золотистый цвет, не знаю. Я красный представлял.
        — Здесь все просто. Ты же без плетений обошёлся? Вот видишь? Твоя энергосистема и отреагировала должным образом. Этот шар, Ан, был из чистейшей энергии.
        Предугадывая твой вопрос, скажу: по силе воздействия такой маленький шарик равен нескольким огромным шарам Арнинга. Так, что будь осторожнее. Не устал от своих опытов, голова не разболелась?
        — Да нет. Наоборот, даже легче стало. Хочется еще попробовать.
        — Попробуй, но только что-нибудь попроще. Я знаю, что первокурсники в первую очередь учатся свечку зажигать. В тумбочке должна быть.
        Аразур открыл дверь тумбочки и достал свечу. Поставив её передо мной, сказал:
        — Пробуй. Только осторожно, пожалуйста. Я закрыл глаза и представил огонёк на кончике свечи.
        — Ух, ты!  — услышал я.
        Я вспомнил, как магистр Арнинг назвал друида. Маньяк, если мне не изменяет память. Тут, похоже, магистр попал в точку. Аразур бегал со свечой от одного угла комнаты к другому. Дело дошло до того, что он открыл дверь в палату и уже оттуда мною командовал.
        Когда друид был в моём поле видимости, свеча загоралась моментально. Так бы и продолжались наши эксперименты, если бы не вмешалась Лира.
        — Тебе не стыдно, Ион? Мальчику отдых нужен, а ты его заставляешь заниматься неизвестно чем.
        Друид попытался что-то возразить, но потом махнул рукой. Когда дверь за Лирой закрылась, Аразур попросил меня рассказать, что я испытываю, когда зажигаю свечу. Что можно объяснить, если ощущений никаких не испытываешь.
        — Просто поразительно! Даже в голове не укладывается. Представляешь, какие перед тобой перспективы открываются?
        И сам себе ответил:
        — Нет, мой мальчик, ты не представляешь!
        Я пожал плечами — тут не поспоришь. Я на секунду задумался. Как мне обращаться к друиду? Господин — звучит вроде не хорошо, Ион — тоже вроде как-то не так. Ладно, попытка не пытка, если обращусь неправильно, я думаю, он меня поправит.
        — Господин Аразур, можно задать вам один вопрос?
        — Ты сам сейчас понял, что сказал?  — улыбнулся друид.  — На моей памяти, ко мне так никто не обращался. Зови меня просто по имени, хорошо?
        Я кивнул соглашаясь.
        — Я у вас хотел спросить про изменению моей внешности. Волосы были каштановые, стали непонятно какого цвета. Глаза были карие, стали цвета морской волны. Что за чудеса такие?
        — Ты знаешь, я такое вижу первый раз в жизни. Но, судя по записям в одной из моих книг, так выглядели существа, которые управляли людьми, друидами и аанурами.
        — Их случайно мне тацинами называли?  — перебил я Аразура. Друид выпучил глаза.
        — Ну ладно я это из книги узнал, но ты — то откуда?
        Пришлось мне рассказать всю историю, связанную с приобретением мечей, о том, что произошло во время тренировки.
        — Тогда понятно. Я уже грешным делом подумал, что ты мои мысли читаешь.

        Глава 20

        Мы долго сидели с друидом и разговаривали на разные темы. Он, что знал, рассказал о жизни тацинов. Чем больше я его слушал, тем больше не понимал уклад их жизни.
        Не иметь собственного и постоянного дома, путешествовать неизвестно где, всем помогать в их развитии — это конечно благородно. Но я, честно говоря, на такое не способен. Моя мечта — обзавестись своим домом, где будет уютно и легко жить, семьей. Осуждал ли я своих сородичей — однозначно нет. У каждого свой путь, своя судьба.
        — Когда студенты уезжают в Султанат?  — поинтересовался я.
        — Я не знаю, по какой причине, но соревнования отложили на двадцать дней. Тебе, как ни прискорбно, попасть в Султанат не светит. Помнишь, я тебе рассказывал о твоей ауре. Завтра, точнее уже сегодня, подойдет тот маг — разумник, который тебя осматривал. Он попробует тебя научить, как скрыть свою ауру. И не рассчитывай, что это у тебя получится очень быстро. Многие маги только к концу своей жизни постигают эту науку. Единственная надежда на то, что ты не совсем человек. Непривычно звучит, не правда ли? Веришь, когда я первый раз попал в общество людей, то года два или три чувствовал себя не в своей тарелке. Но потом ничего. Как видишь, обжился и прижился.
        Сегодня к тебе придут людей. Все желают тебе только хорошего и быстрого выздоровления. Я очень редко вижу магистра в расстроенных чувствах. Когда он узнал, что произошло с тобой, расстроился очень и очень сильно. Но сейчас отошел и опять с улыбкой идет по жизни. Такой вот он человек.
        Я выглянул в окно — наше светило давно поднялось над горизонтом. Как незаметно проходит время, когда общаешься с интересным… друидом. Аразур тоже засмотрелся на восход Солнца и вдруг резко взвился в верх. Из его стенаний я понял приблизительно следующее: «у меня полно работы, а ты меня отвлекаешь разговорами». Как и кто его отвлекает — непонятно.
        Когда дверь за друидом закрылась, я рассмеялся. Своеобразная личность.
        Через полчаса в палату зашла Лира.
        — Заболтал тебя, скорее всего, старый дурак. Любит он поговорить, это у него не отнять. Вот, выпей отвар, он тебе поможет быстрее восстановить силы.
        На этот раз вкус отвара превзошел все мои ожидания. Я не знаю, какие травы входили в состав, но вкус у него был просто Божественный.
        А еще через час ко мне в гости пожаловали магистр и Лорнс. Арнинг, как всегда, сыпал шуточками. Мастер наоборот — был непривычно серьезен. На мой вопрос «что случилось», он неопределённо пожал плечами. Магистр ответил за него:
        — Пока ты был без сознания, произошли события, которые требуют твоего участия, Ан. О том, что поездка в Султанат отложена на двадцать дней, ты уже знаешь, я думаю, от друида. Тебе очень сильно нужно постараться, чтобы попасть в эту делегацию. Мы на тебя надеемся. Я тебя сильно утомлять не собираюсь, но хочу сказать, что ситуацию вокруг Империи, прямо скажем, не очень хорошая.
        Поэтому мы должны правдой и неправдой, но заполучить артефакт, чего бы это не стоило. Я буду вынужден на неопределенное время отойти от дел Академии и заниматься вопросами безопасности нашего государства. Угадай, кто будет моим преемником?
        Я посмотрел на мастера.
        — Угадал,  — сказал магистр и похлопал Лорнса по плечу.  — Но ничего, Тирр — очень сильная личность и он справится с такой мелочью, как управление деятельностью Академии. Для него это — раз плюнуть. К тебе сегодня придет маг — разумник, постарайся себя вести с ним хорошо и не вздумай смеяться над его внешностью. Он не посмотрит на то, что ты больной. Без зубов можешь остаться однозначно.
        Я хмыкнул, но промолчал. Что же это за чудище ко мне придет?
        — По какой причине маг к тебе придет, я думаю ты знаешь. Когда я и архимаг увидели твою ауру, нам стало дурно. Обычные люди, которые имеют задатки магических способностей, учатся всю жизнь, развиваются, но немногие дотягивает до уровня мастера, или старшего мастера. Твоя аура, в настоящий момент, превосходит по размерам мою, примерно, в четыре раза. Ты себе это можешь представить? Даже у архимага она во много раз меньше. Если ты научишься прятать свою ауру — вопрос о поездке в Султанат будет решен положительно. Ты уж постарайся.
        Да, забыл тебе сказать. Если состоится твоя поездка, то ты будешь учеником друида, который будет сопровождать наших студентов и оказывать им первую помощь, в случае получение ими травм. Это твоя легенда, как говорят разведчики. Для того, чтобы ты привык к коллективу, он — к тебе, с завтрашнего дня друид и ты будете находиться на тренировках тех групп, которые отобраны для поездки. Тебя такой вариант устроит? Вот и хорошо! Лежи, отдыхай, набирайся сил. Тирр, нам пора.
        Когда мужчины вышли за дверь, я задумался. Как бы сильно не был занят мастер, но поговорить один на один со мной — он был обязан. Не я был виной в том, что произошло. И он об этом прекрасно знает и понимает. Спрашивать о его дочери я не собирался.
        Да, я был вором. Но разве был у меня выбор? Я просто выживал в этом суровом мире, который мне, собственно говоря, выбора и не оставил. Ну, извините меня, вспоминать прошлое человека, который старается забыть об этом, я считаю по крайней мере — неприлично. То, что Сарли мне обязана жизнью, это отошло на задний план. Во всяком случае, такой вывод я сделал. Нехорошо, конечно, вспоминать тот день, когда я заступился за дочку мастера и получил ножевое ранение, но мне стало по — настоящему обидно. Ведь тогда, я действовал без всякого расчёта.
        Казалось бы жизнь меня крепко потрепала и я ко всему готов, но эмоции почему-то преобладали. Ладно, Бог им судья. Надо о себе думать в первую очередь, как дальше жить. На Сарли свет клином не сошелся. Хорошо то, что я узнала её, как личность и как человека.
        По коридору шёл друид и с кем-то разговаривал. Дверь открылась и на пороге появился… Святые небеса, да это же самый настоящий гном. Теперь понятно о предупреждении магистра. Ну, очень колоритная фигура. Невысокого роста, это и понятно, на голове шляпа — котелок, длинный до пят кожаный плащ необъятных размеров. Сказать, что гном был толстый, это мягко сказать.
        Когда он поздоровался, стекла в больничной палате задребезжали.
        — Здравствуй, Анней! Меня зовут Дром. Ты знаешь кто я и зачем к тебе пришёл. Ведь так? Наша с тобой цель — за очень короткое время научить тебя управлять своей энергетической системой и по возможности, скрывать по первому требованию ауру. Это очень полезное умение, поверь мне. Уповать на чудо мы не будем. Нам помогут только твоё желания, мой опыт и знания. Ты согласен?
        Я кивнул головой.
        — Давай сразу договоримся, что во время занятий, когда я говорю — ты молчишь. Когда я задаю вопрос — ты отвечаешь. Если есть вопросы, задавай, не стесняйся.
        — Вы преподаватель в Академии? Если не секрет, какой предмет?
        — Я, юноша, заведующий кафедрой факультета управления стихией Земли. Как нас все называют — земляные. К моему большому сожалению, только гномы в совершенстве овладели искусством управление элементалями Земли, только нам легко даются все заклинания, связанные со стихией Земли. Весь накопленный опыт и знания, я стараюсь передать своим ученикам. Но, к сожалению, чисто из — за физиологических особенностей, люди очень тяжело осваивают эту науку. За всю историю своего преподавания в Академии, я могу по пальцам посчитать настоящих магов Земли. Их не больше сорока. Стоп, куда-то меня не туда понесло. Ах, да! Ментальная магия для меня небольшое увлечение, но кое-какие знания у меня имеются.
        Гном засмеялся. Лучше бы он этого не делал. Как я понимаю, стекла в окнах держались на честном слове. Надо друида попросить хорошенько их закрепить.
        — Итак, молодой человек, хотелось бы услышать от вас, что вы знаете о энергетической системе человека.
        Я как мог объяснил ему. Оказалось, что я не так уж и много знаю, что такое энергетика. Так, вершки. Где — то услышал, где — то прочитал, где — то сам домыслил.
        — Ну что же, неплохо — неплохо. Хоть какие — то понятие, но вы имеете. Вы, насколько я знаю, очень серьезно занимаетесь мечным боем. Умении входить в транс — вам определенно поможет. То состояние, в которое я научу вас входить, называется медитацией. В первую очередь, вам необходимо встать с кровати и одеться. Я на пять минут выйду к друиду. К моему возвращению вы должны сидеть вот за этим столом и готовым к занятиям.

        Глава 21

        Быстро одевшись, я вышел в коридор и направился в сторону туалетной комнаты. Проходя мимо кабинета друида, я услышал громкий смех гнома, потянул запах кофе. Приведи себя в порядок, я вернулся в палату. Ну вот, сейчас начнется то, о чем я мечтал долгие годы. А мечтал я лишь об одном — поскорее разобраться с вывертами своего организма.
        Через десять минут в палату зашел гном. Он сел на стул, которые жалобно затрещал. Пожалуй, такие ажурные легкие стулья не к месту. Здесь нужен огромный, сколоченный из твердых сортов дерева, табурет.
        — Ну что, приступим? Сейчас я изложу вам свою, личную точку зрения на то, чем организм обычного человека отличается от организма человека, наделенного природой магическими способностями. У обычного человека существует некий эфемерный сосуд, который наполнен жизненной энергией. Самой обычной энергией, необходимой человеку для выполнения всевозможных действий. При приеме пищи выделяется огромное количество энергии, часть которой расходуется человеком, а точнее, его мышечной массой. Часть энергии превращается в жировые отложения, часть идет на пополнение запасов в том самом, энергетическом сосуде. Среди магов он получил название — «обычник». Это понятно, да?
        Теперь мы подошли к самому главному. У людей с магическими способностями, находится еще один, так называемый, стихиальный сосуд. На самом деле, это центр, узел, где находится бессчетное количество нервных окончаний. Между собой они переплетенные так, что со стороны кажется, что это огромный клубок, похожий на клубок ниток. Он способен собирать и сохранять определенное количество энергии. У человека, который только встал на пути развития своих магических способностей, этот клубок очень мал. Буквально, с ноготь большого пальца руки. Маг, который постоянно занимается развитием своей энергосистемы, увеличивает этот клубок. С каждым годом, он становится все больше и больше, пока не достигнет своей своего критического размера. По мере того, как увеличивается энергетический сосуд, увеличиваются в размерах, так называемые, энергетические каналы. Энергия находится в постоянном движении в организме человека. Она поступает из энергетического центра по каналам к голове и обратно. Этот циклы замкнутый. Если маг энергию не использует, она в полном объеме возвращается в сосуд. Если он активно занимается
созданием плетений, энергия возвращается в сосуд не в полном объеме. Его запасы не безграничны и требуют постоянной подпитки. Но как это сделать?
        Постоянные тренировки позволяют растянуть, в кавычках, этот сосуд. Чем больше сосуд, тем больше энергетические каналы. Это естественно не так ли? Большое количество энергии, проходя по этим каналам, создаёт определенное свечение, которое мы называем аурой. Вы давно были в церкви, молодой человек? Если вы обратили внимание, то там изображены наши Боги, вокруг головы которых обозначено свечение. Люди называют его нимб. Другими словами — наши Боги обладали очень развитой энергетической системой, которая позволяла им совершать чудеса. Это лично моя точка зрения. У каждого она будет своя.
        Но увидеть свечение каналов доступно не всем. Не всем дано увидеть и свой энергетический сосуд. Существует определённая методика развития, так называемого, внутреннего зрения. Оно сродни тому состоянию, в котором пребывает воин в состояние боевого транса. Он полностью контролирует расход энергии, при необходимости — увеличивает расход и поступление к мышцам тела. Вам мне это объяснять нет необходимости. Воин регулирует поступление энергии к мышцам, маг — к коре головного мозга. Вот и вся разница. Расскажите мне, юноша, что вы ощущаете в боевом трансе, как контролируйте расход энергии и где она у вас располагается. Как это всё происходит?
        Я ненадолго задумался. Энергетический сосуд я явно не вижу, но ощущаю его приятное тепло в районе солнечного сплетения. Может чуть — чуть ниже. Когда сосуд полный, я нахожусь в спокойном, и умиротворенном состоянием, если происходит большой расход энергии, то я ощущаю какой-то недовольство. Как происходит восполнения энергия? Этот процесс я не контролирую, он происходит сам собой.
        Об этом я рассказал Дрому.
        — Очень хорошо, очень! Это я и хотел услышать от вас. Вы ощущаете приятное тепло, но никогда не задумывались, откуда оно исходит. Вы, на уровне подсознания, отдаете мысленный приказ своему энергетическому центру, происходит усиленная циркуляция энергии, которая поступает к мышцам вашего тела. Вы находитесь в этот момент, как бы во внутреннем, в своём мире, не слышите посторонние звуки, можете видеть себя со стороны. Вот именно в такое состояние сейчас вам и нужно перейти. Я со своей стороны, понаблюдаю за этим процессом. Вы будете слышать мой голос, я вам буду подсказывать, как пользоваться внутренним взглядом. В конце концов, вы должны увидеть свой собственный, энергетический сосуд. Приступаем.
        Переход в такое состояние, состояние боевого транса, происходило у меня мгновенно. Мне не нужно было закрывать глаза, как я это делал раньше — когда только овладевал этим искусством.
        — Я уже готов,  — сказал я гному.  — Энергию, как вы сказали, я могу разогнать в любой момент.
        — А вот этого, как раз, и не нужно делать. Попробуйте управлять своим внутренним «я» и определить, откуда исходит тепло.
        Я последовал совету мага и начал потихонечку «прощупывать» своё тело и внутренние органы. Я чувствовал, как бьется ритмично моё сердце, как выдыхают и вдыхают воздух мои легкие. Кровь буквально бурлила в моих венах. Ещё больше сконцентрировавшись, я с удивлением обнаружил скопление большого количества нервных окончаний в районе солнечного сплетения. Но этот клубок, как его назвал гном, был совсем небольшой. Это по видимому и есть жизненный сосуд. Всё, похоже, мои силы подошли к концу. Я устал.
        В изнеможении откинувшись на спинку стула, вытер ладонью пот, выступивший на лбу.
        — Тяжело?  — спросил участливо гном.  — Не переживайте, для первого раза — это очень хороший результат. Как я понял, вы до основного энергетического центра не дошли. Но это и не беда, не всё сразу. Для первого урока достаточно. Я принес и отдал друиду кое-какие травы, которые помогут вам восстановить силы для самостоятельной работы, если это можно так назвать. Никто вас в шею не гонит, позанимались немного — отдохните. Через полчаса опять позанимайтесь. И так до самого вечера. Не забудьте, а это очень важно, повторить свои тренировки перед сном. Мозг человека устроена таким образом, что ночью он проводит анализ действий человека, находит ошибки и к утру у вас появится новый подход к решению проблемы. На этом сегодня закончим наше первое занятие, я остался очень доволен. Не знаю, как вы.
        После ухода гнома, посидев некоторое время за столом, я лег в кровать. Если такое простое упражнение, как медитация, дается мне с таким трудом, что будет дальше? Судя по всему, студенты, проходивший обучение в Академии, заслуживают уважения с моей стороны. Не зря говорят, что если человек окончил Академию, то он достоин уважения всего государства.
        Я почувствовал, что силы вернулись ко мне. Закрыв глаза, я попытался сосредоточиться. Начал, как и при первом упражнении, с «осмотра» работы моего сердца, опустился чуть ниже и дошел опять до сосуда, который гном назвал «обычником». Теперь попробуем всё — таки найти стихиальный сосуд. Нет, ничего не получается. Чувствую, что тепло идет и сосуд где — то рядом, но увы — разглядеть его так и не получилось. Здесь, пожалуй, никто и ничто мне в этом вопросе не поможет, придется рассчитывать только на себя. Ну ничего, когда я проходил обучение у старого Тилла, я испытывал нечто похожее.
        Почти год упорных тренировок, но стабильного входа в состояние боевого транса, у меня так и не было. Если получилось быстро войти в транс, то неожиданно, даже для себя, из этого состояния я «вываливался» в самый неподходящий момент. Учитель как мог меня поддерживал, успокаивал, давал советы. После очередного неудачной попытки стабилизировать состояние транса, Учитель позвал меня в сторону, подальше от группы, посадил меня на лавочку и начал заново, буквально по буквам, объяснять правило вхождения в боевой транс.
        — Ты должен для себя уяснить одно: без боевого транса противник может оказаться быстрее тебя и тогда тебе грозит неминуемая смерть. Ты должен приучить свой организм, свою нервную систему мгновенно перестраиваться по твоему требованию и переходить в это состояние. Иначе для тебя это будет конец. А если ещё проще сказать, Анней, ты должен испытать страх. Да — да, не удивляйся — самый настоящий страх перед смертью. Только дураки не боятся смерти. Здесь, на тренировках, испытать чувство страха тебе не позволит сама обстановка. Твой мозг воспринимает тренировки, как необходимые упражнения, не более того. Давай попробуем заменить чувство возможной смерти — болью. Откажемся от палок, возьмем в руки затупленные мечи и попробуем, что из этого получится. Согласен?
        Мы так и сделали. Удары палок по незащищенным местам — ничто по сравнению с тем, что я испытал в этом бою. Меч мастера был беспощаден ко мне. Я чувствовал, что моё тело покрывается синяками. Тилл наносил удары, как я понимал, в пол силы, но и этого было достаточно, чтобы я осознал своей беззащитное положение. Нужно было выровнять скорости, другого варианта не было.
        Такие бои, другими словами — моё избиение, продолжались на протяжении почти трёх месяцев. С каждым боем мастер наносил удары всё с большей и большей силой. Особенно мне запомнился бой, где я вошел в боевой транс, увеличил скорость движения, и уже вместо блоков, перешел в атаку и стал наносить удары. С удивлением я понял, что из этого состояния я не выпал.
        Когда мы закончили бой, мастер меня поздравил и сказал:
        — Твой организм наконец — то понял, что получать синяки и ссадины не очень то и хорошо. Теперь раз за разом вхождение в боевой транс, стабильное состояние в нём, у тебя будет получаться все лучше и лучше. Но ты перед любым боем должен себя настраивать на самое худшее, даже если будешь знать, что твой противник гораздо слабее тебя. Ты тогда сможешь контролировать тело, и не отвлекаться на контроль за состоянием транса. Твой разум сделает всю работу за тебя.
        Если здраво рассудить, то вхождение в боевой транс для мечника, тоже самое, что обращение мага к своему источнику. После того, как восстановятся силы, попробую во время медитации вспомнить все болезненные ощущения, которые я получал во время боя с мастером. Вдруг сработает?
        Дверь приоткрылась и показалась всклокоченная голова друида.
        — Скоро обед, Ан. Как твои успехи в занятиях? По секрету тебе скажу, что тебе очень повезло с таким мастером своего дела, как Дром. После обеда постарайся отдохнуть. Постепенно увеличивай нагрузки.
        Лира принесла очередную порции супа. Во время моего обеда, она рассказала последние новости. На проходную приходила молодая женщина, очень интересовалась моим здоровьем. Сердце ёкнуло — неужели Сарли? Да нет, такого не может быть. Уж кто — кто, а магистр выписывал бы ей пропуск. Тогда кто остается? Неужели Тация? А что, вполне возможно. Приятно! Особенно приятно, что заботу проявляет малознакомый человек.
        Лира заставила выпить отвар из трав, которые принёс мой новый учитель. Очень неплохо. Сильно отдавало мятой. Она, насколько я помню, воздействует очень хорошо на нервную систему. Вот теперь можно и отдыхать. Незаметно для себя, я погрузился в сон.

        Глава 22

        Столица Империи Хунак ликовала. Все улицы были праздно украшены и подметались особенно тщательно. Зан-ань, столица Империи, ждала возвращения своего хозяина. Все прекрасно знали, как Император относится к порядку в самом главном городе Империи. Суров он, очень суров. За непослушание, или невыполнения своих обязанностей моментально следовало наказание. Это касалось, в первую очередь, всех чиновников города.
        Наконец-то, около полудня, перед городскими воротами раздался оглушительный рев рога. По улице, вымощенной булыжником, началось движение конных воинов. Впереди, на белом жеребце, ехал сам Император. В запыленной дорожной одежде, Вам — Го больше напоминал какого-то крупного военачальника, но никак не Императора Хунак. Вот именно за это его и любили в народе, любят в Армии. Никакой помпезности, никаких дорогих украшений. Всё чинно, но со вкусом. Одежда настоящего воина такой и должна быть.
        Процессия двигалась в сторону центра города по дороге без всякого оцепления. Это давало возможность народу почувствовать близость к своему Императору. Вдоль обочины стояли горожане, радостно приветствовавшие Вам — Го. Не доезжая до дворца на расстояние двух кварталов, Император спешился. Он не стал дожидаться, когда за ним последуют его охранники и быстрым шагом направился в сторону дворца. Закон, не позволяющий приближаться к дворцу на лошадях на расстояние двух кварталов, пришёлся по душе всему городу. Здесь располагались шикарные парки для отдыха людей, здесь не место конскому навозу и давке.
        Император прошёл через парк и вышел на при дворцовую площадь. Миновав работающий фонтан, он подошел к ступеням, ведущим во дворец. На самой верхней ступени стояли и ждали отец и мать. Пожав руку отцу, ласково обнял женщину. Отойдя на пол шага назад, Император всмотрелся в лицо матери.
        — Что, совсем я старая стала?  — улыбаясь, спросила она.
        — Ну, что ты такое говоришь, мама? Ты выглядишь просто великолепно!
        — Не льсти мне, сынок. Время безжалостно над людьми, как это не печально. Тебя не было дома почти год. В следующий раз, уехав на такое большой срок, ты рискуешь кого-то из нас не увидеть.
        Император низко склонил голову.
        — Извините меня, родители, но вы всегда мне говорили, что долг перед Родиной превыше всего.
        — Нет необходимости извиняться, сын, ты всё делаешь правильно.  — произнес отец Императора.  — Давайте продолжим нашу беседу за обедом. Тебе нужно привести себя в порядок?
        — Да, конечно. Но я вас долго ждать не заставлю.
        В Малом зале дворца был накрыт праздничный стол. Никаких ковров, гобеленов и танцующих девушек, как это было при прежнем правителе. Большой стол на шесть человек, был сервирован обычной посудой. Нечего лишнего. Это уже заслуга матери.
        Когда семья пообедала, мать Императора задала вопрос:
        — Когда ты уже остепенишься и наконец-то женишься? Вокруг полно замечательных, красивых девушек. Честно говоря, хочется понянчить внуков. Я понимаю, что дела Империя превыше всего, но о личной жизнь тоже нельзя забывать. Я ещё раз тебе напомню, что мы люди уже преклонного возраста. Вот только не надо говорить, что вот-вот и я женюсь. Я так думаю, что пора управление этим вопросом брать в свои руки.
        Отец улыбнулся.
        — А ведь мать права, сынок. Пора задуматься и о наследниках. Не успеешь оглянуться, а жизнь пройдет.
        — Ладно — ладно, обещаю заняться этим вопросом очень серьёзно. Только не надо мне подбирать никого из дворцовой свиты. Этих напыщенных фурий я на дух не переношу. Давайте сменим тему. Расскажите как, во время моего отсутствия, вы управляли городом, какие проблемы были, они решены? Или есть проблемы, которые вы оставили мне?
        — Я думаю, сынок, ты останешься доволен. Они были, куда же без них. Но на то они и проблемы, чтобы их решать.  — сказал отец.  — Сегодня отдыхай. Завтра займёмся всеми вопросами, не ограничиваясь проблемами только столицы. Завтра, если ты забыл, во дворце приемный день. Так что день будет очень тяжелым, тебе необходимо хорошо отдохнуть.
        Мать улыбнулась.
        — Ты посмотри на него, отец! Как лихо перевел он разговор с одной темы на другую. Прямо мастер стал. И где только научился?
        Вам — Го низко поклонился своим родителям и вышел из Малого зала.
        Утром Император проснулся бодрым и готовым к своей обычный работе. Быстро позавтракав, зашел в свой рабочий кабинет. На столе аккуратной стопкой лежали папки с документами. Открыв верхнюю, Император прочитал первый документ. Разведка на территории Империи Киллайна работал безупречно. Она докладывала, что имперцы продолжают жить своей спокойной и размеренной в жизнью. Понятное дело, с перенаселением проблем нет, с территорией тоже. Живи в свое удовольствие.
        Вот где справедливость, спрашивается? Территория Империи Киллайда почти в десять раз превышает территорию Империи Ханук. А по населению — в пять раз меньше. Нет, Киллайда он не ругал, это полностью вина предков.
        Из-за алчности и жадности, они уничтожили два прекрасных материка. Не задумываясь о будущем, просто — напросто разрушили два прекрасных государства. Причём, развитых государства. Вот что им, скажите пожалуйста, помешало остановить эти треклятые войны и сесть за стол переговоров. Всему виной жадность. Жадность, неискоренимое зло человечества. Теперь ему, в тридцать пять лет, приходится решать проблемы, которые давно назрели. Чего только стоило остановить постоянно продолжающиеся войны и объединить два разрозненных государства в одно. Очень много крови пролилась, очень! Но Император рассчитывал на то, что потомки правильно оценят всё то, что сделано им, Императором.
        Больше часа ушло у Императора на то, чтобы рассмотреть все бумаги. Всего три ходатайства о помиловании, но зато более двухсот — жалобы и доносы. Совсем люди с ума посходили, что ли? Неужели это он довёл людей до такого состояния? Сын жалуется на отца, отец на сына. Что вообще происходит? О каком едином народе тогда может идти речь? На счет этого нужно поговорить с отцом. Он чаще общается с обычными людьми, должен знать, что к чему.
        Вам — Го встал из-за стола и подошел к окну. Заложив руки за спину, он стоял и любовался видом города. Мужчина побывал во многих городах, но такой красоты нигде не видел. Ни одного здания одинаковой архитектуры, подвесные цветущие сады, переходные мостики из дома в дом. Крыши домов — целый калейдоскоп красок. Всё это создавало впечатление вечного праздника. Но портило всё впечатление — фальшь жителей города, их напускная бравада. Фальшивое благополучие, фальшивые улыбки. А может это у него паранойя разыгралась? Не рано? Кто его знает? Время покажет.
        В кабинет зашел отец.
        — Доброе утро, сынок, как спалось?
        — Спасибо, отец. Давно не чувствовал себя таким отдохнувшим.
        — Вот и славно. О чем задумался?
        — Да вот, прочитал эти папки с документами и тошно стало. Не спокойно у меня на душе, отец. Если такой разлад в семьях, то о завоевании всего мира можно забыть. Ты так не думаешь?
        — Пока тебя не было, я о многом передумал, многое переосмыслил. Я не уверен, что у нас с тобой правильные планы на будущее: воевать с таким сильным государством, как Империи Киллайда — не будет ли это нашей фатальной ошибкой? В любом даже самым гениальном плане найдётся хоть небольшой, но изъян. И ты опять прав — нет ещё единения у нас в народе. Нет в сердцах людей уверенности, что всё, что сейчас делается — делается во благо народа.
        — Почему же ты об этом мне раньше не сказал, отец. Ради чего тогда была пролита кровь? Если хотят люди жить, а точнее, ютиться на этой территории, тогда может быть есть смысл всё оставить так, как есть?
        — Ты знаешь, такие мысли и мне приходили в голову. Но я знаю одно — если у нас появятся новые плодородные земли, земли богатые полезными ископаемыми, то будущее нашему народу обеспечено. Поэтому, дорогой сын, выбор делать тебе. Я чем могу — помогу. В основном, конечно, добрым советом. Ты стал взрослым и самостоятельным человеком, способным принимать ответственные и серьезные решения. Хочется знать твое мнение: когда наша Империя будет готова к ведению боевых действий.
        — Этот вопрос очень серьезный, отец. Сейчас наша армия насчитывает более двухсот тысяч хорошо вооруженных и обученных солдат. Как ты знаешь, через Хребет Невезения с таким войском не пройдёшь. Единственно возможный путь — на кораблях по Спокойному морю. Я, собственно говоря, из — за этого так долго и задержался. После инспекции своего войска, я предпринял морское путешествие в Абу — Арн. Это, отец, великая морская держава. Не знаю, прав я, или неправ, но за флотом — наше будущее.
        Почти полгода я провел в этом государстве, изучая особенности строительства кораблей, обучение персонала и так далее. Тяжело начинать с чистого листа, но я пошел на этот шаг. Нанял на работу почти две тысячи человек. Почти половина из них — специалисты по обустройству верфей и самому строительству кораблей. Часть людей, нанятых мной — что называется, морские волки. Они гораздо увереннее чувствуют себя на море, чем на суше. Остальные люди — строители. Я отбирал самых лучших — тех, кто понимает в строительстве оборонительных рубежей и укрепительных районов.
        Через год, максимум, наш берег превратится в неприступную цитадель. Как развернутся события в Империи — никто не может предугадать, но мы ко всему должен быть готовыми. И меня в этом никто не переубедит. Даже ты, отец, хоть перед твоей мудростью я и склоняю голову. Отвечаю на твой вопрос о готовности войск к боевым действиям — два года. Мы должны предусмотреть всевозможное развитие событий.
        — Ну что же, я вижу, что ты провел не один час, не одну ночь над своими размышлениями. Я этому очень рад. Но есть ещё один вопрос, сын, который я не могу обойти стороной.
        — Черная магия?  — спросил Император, поморщившись.
        — Именно. Ведь благодаря этому отродью, мы потеряли свою настоящую Родину, именно благодаря им, два материка погрузились в пучину Великого океана. Не хотелось бы повторять ошибок наших предков.
        Вам — Го на некоторое время замолчал, словно о чём — то усиленно раздумывая.
        — Мне очень тяжело далось решения по легализации на территории нашей Империи черной магии. Я провел очень много бессонных ночей, думая над этим вопросом. Опять же, отец, у нас нет другого выбора. Ты прекрасно знаешь, какая магическая поддержка в Султанате и в Империи Киллайда. Да, черная магия в этих государствах под запретом. Именно на это я и сделал ставку. Против черной магии никакой мощный магический заслон не выдержит. Я неоднократно встречался и беседовал с нашим архимагом, прежде чем принять это решение. Для того, чтобы понять каким арсеналом владеют маги этих двух государств, я «выбил» разрешение у шейха Султаната на обучение наших одарённых в Академии Искусств. Если исходить из их доклада, то магия этих государств однотипна и шаблонна.
        После того, как закончится военная компания, я думаю искоренить представителей черной магии раз и навсегда. Отец, я понимаю прекрасно, что это не тот путь, по которому мы должны идти. Но еще раз повторюсь — другого выхода я не вижу.
        Теперь уже надолго задумался отец Императора. Он какое — то время очень долго изучал историю предков и знал, что такое могущество черной магии. В те далекие времена, когда его народ жил на отдельном материке, первоначально никто не обратил внимания на отдельное ответвление от классической магии. Но когда Император острова обратил на это внимания — было уже поздно. Практически вся власть государства, была в руках у чернокнижников. Именно с их помощью и пострадал сам Император, его семья и многие приближенные к дворцу. Именно чернокнижники развязали войну с другим государством, на другом материке.
        — Я надеюсь на твою мудрость, сын. Ты не хуже меня знаешь историю нашего государства. Смотри не повтори ошибку Императора Тон-Го, если ты понимаешь, о чём я говорю.
        — Да, я прекрасно всё понимаю. Но риск присутствует всегда и везде. Всё в руках Богов.
        Кто-то робко постучал в закрытую дверь. Императора сказал: «Входите».
        Дверь открылась и на пороге появился секретарь Императора — Сан-Шо.
        — Извините, мой Император, но я осмелюсь Вам напомнить, что сейчас начнётся традиционный прием в Главном Тронном зале.
        — Да, всё верно. Заболтались мы с тобой, сын. Я очень рад, что беседа вышла такая откровенная. Я тобой горжусь!
        — Спасибо, отец! Таких замечательных родителей, как ты и мама, ни у кого нет! Я вами тоже горжусь.

        Глава 23

        Входить в состояние медитации у меня получилось очень легко, но обнаружить стихиальный сосуд так и не удалось. То, о чём я подумал перед дневным отдыхом — как таковых результатов не принесло. То ли прошло достаточно времени, чтобы болевые ощущения забылись, то ли сама обстановка в палате не позволяла мне полностью перейти на «внутренний» взгляд.
        Расстроился ли я? Да нет, не очень. Ведь не зря гном сказал, что не всем дано увидеть свой энергетический сосуд. Люди всю жизнь занимаются своим обучением, а я захотел за полдня сделать невозможное.
        К вечеру я был выжат до предела. Сил даже не было встать и пройтись по палате. Не помогали мне и чудо — настойки из трав, который принес Дром. Во время упражнений казалось вот — вот, ещё чуть — чуть, и я достигну цели. Но чем больше я прикладывал усилий, тем быстрее меня «выбрасывало» из состояния медитации. Как я понял, организм включал защитную функцию.
        Ради развлечения, я принялся опять зажигать свечу. В скором времени у меня получалось её зажигать даже без мысленного усилия. Стоило посмотреть на фитиль, как появлялся огонёк. Так, а что я могу еще сделать с огоньком свечи? Интересно, потушить я её сумею? Как оказалось — очень легко. Так я игрался: зажег свечу — погасил, зажег — погасил. Надоело! Чтобы еще придумать такое интересное? И куда это друид запропастился? Поболтать даже не с кем. Форменное безобразие! В голову пришла интересная мысль — а получится у меня оторвать огонечек от фитиля? Что в этом случае я должен себе представить? Летающий по палате огонь? Может и так. Надо пробовать.
        На середину комнаты я поставил стул, на него блюдце со свечой. Такс, приступим. Свеча, как я и думал, зажглась с первой попытки. Хоть это радует! Напрягшись, я представил, что огонь медленно отделяется от фитиля. Хлоп, и огонёк исчез. Почему? Попробуем еще. Таких «попробуем еще» было раз двадцать, пока до меня не дошло, что горение — специальный процесс. Нет горючего материала — нет огня.
        А если во время отрыва пламени от фитиля, потихонечку подпитать огонь своей энергией. Опасно, ведь дозировать энергию я до сих пор не научился. Ну ничего, дай Боги, всё получится. Я сосредоточился, и в тот момент, когда пламя немного дрогнуло, я протянул тоненькую нить от воображаемого источника к свечке. Мне так показалось, или это было на самом деле, пламя дрогнуло, как бы не решаясь — то ли погаснуть, то ли продолжить свое существование. Последнее, по всей видимости, пересилило. Пламя, буквально в сантиметре от свечи, продолжало устойчиво гореть. Вот это да! Пусть это небольшая, но моя победа.
        Попробовал чуть приподнять пламя — ничего себе так, горит. А теперь самое интересное — попробовать двигать пламя. Зрелище впечатляло! Пламя, управляемое мною, двигалось по всей комнате плавно. Я попробовал провести пламя вдоль одной стены, вдоль другой, под потолком. Не ограничиваясь этим, я увеличил скорость передвижения.
        Получилось, правда самого пламени не видно, а видна только искра, которая носилась по всей комнате. Я добавил чуть — чуть энергии. Теперь огонь был примерно пять сантиметров. Я подвигал пламенем и убедился, что чем меньше оно, тем легче им управлять.
        Одну минуточку! Если у меня получается управлять энергией из самого источника, то что мне мешает его отследить во время горения пламени? В принципе — ничего.
        Я не стал рисковать, добавил энергию от источника в пламя, которое горело на фитиле. Так, а теперь медленно, входим в состояние медитации. Источник нашелся сразу. Я не прилагал к этому никаких усилий. Мой «внутренний взгляд» сразу же оказался там, где я и ожидал.
        Это мягко сказано — клубок нервов. Мой сосуд больше смахивал на какого-то матерого, упитанного паука. Этот паук разбросал все свои лапы по моему организму.
        Мне даже жаль стало себя — носить такого уродца в себе. Я хихикнул. Видел бы это сейчас гном. Или друид. Картина конечно еще та: сидит молодой хихикающий парень на кровати, на столе горит свеча. Да уж, больничка плачет по мне.
        Вспомни Стирха, он и появится, как говорится. Возле двери стоял друид и с интересом меня рассматривал.
        — Что тебя так развеселило, Ан? Может поделишься со мной?
        — Так, вспомнил один смешной случай. Не обращайте внимание.
        — Ну, а с медитацией как? Что-нибудь получилось?
        — Да, только что. Только я пошел окольным путем, не тем, который предложил мне гном.
        Я рассказал Аразуру о моих опытах. Естественно, друид захотел все увидеть своими глазами.
        — А что, очень даже ничего. Тебе теперь можно смело идти в цирк работать. Аншлаг будет полный.
        — Думаете?
        — Уверен на все сто. Я даже вижу афишу.
        Друид встал в театральную позу и произнес:
        — Дамы и господа! Только у нас и только сейчас! Аттракцион — блуждающий огонёк!
        Я зааплодировал.
        — А ты не задумывался, на какое расстояние ты можешь передавать свою энергию? Это первый вопрос. А второй — это тебе что, нужно будет всегда зажигать пламя для вхождения в состояние медитации? Как-то неудобно, согласись. Ты не стесняйся, завтра все вопросы задай гному.
        Если есть желание — завтра, когда мы будем на полигоне, ты можешь попробовать свои новые способности. Там ты точно рисковать ничем не будешь. Я у тебя завтра побуду ассистентом.
        Я согласно кинул головой.
        — Ион, мне не совсем понятно моё расписание с завтрашнего дня. В какое время будут проходить занятия с магом, в какое — занятия студентов.
        — Здесь все просто. У Дрома свободное время только с утра до обеда. Студенты же свои занятия проводят далеко за полдень. Ориентируйся, что мы должны быть на полигоне в районе четырёх часов.
        Завтра познакомишься ещё с одним преподавателем Академии. С деканом факультета Огня. Тоже очень интересный человек. Если будут к нему вопросы — смело задавай. Этому человеку магистр Арнинг всецело доверяет, и я больше чем уверен, что он о тебе уже всё знает. Тем более, что скрывать — то у тебя нечего. Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы увидеть твою ауру. Магистр Тоссель очень любит эксперименты. Больше чем уверен, что вы друг другу понравитесь. Если сам в состоянии передвигаться — пойдем со мной, я тебе покажу, где находится кухонный блок. Там мы принимаем пищу.

        Глава 24

        Ночью, впервые за долгое время, я увидела опять тот же сон. Мы с отцом стоим на берегу то ли моря, то ли океана. Но ясно одно — вода соленая, потому что на губах ощущается вкус соли. Отец что-то мне рассказывает, я смеюсь, задаю какие-то вопросы. Мои сны безмолвные. Я даже во сне делаю усилие, чтобы хоть что-то понять из объяснений моего отца. Но тщетно.
        Неожиданно мой сон получает продолжение. Отец резко оборачивается и смотрит нам за спину. Когда я повернулся, увидел людей, которые с оружием бегут к нам. Во сне я чувствую страх, но отец гладит меня по голове, успокаивая. Отец берёт меня на руки, сильно прижимает к себе и касается кольца, которое надет на его указательный палец. Происходит вспышка света, мы куда-то летим.
        Я резко вынырнул из сна, сел в кровати. Что сейчас было? Что за люди бежали к нам с оружием, почему отец вынужден убегать от них. Примерно такую же вспышку света я видел во время телепортации в здании Академии. Одни загадки. Хочется верить в то, что когда — нибудь я найду ответы на все вопросы.
        Я попытался вспомнить мелкие детали из моего сна, всё то, на что я обратил внимание там, во сне. Первое, что пришло на ум — это необычные небо, точнее цвет неба. Он он был не голубым, а насыщенного синего цвета. Но это полдела. На небе я увидел две планеты. Одна ярко-красного цвета, вторая — бледно-розового. Вывод напрашивался сам собой — мы с отцом были на какой — то другой планете, возможно в другом мире. Я начал анализировать сон, пытаясь выхватить ещё какие — то детали. Но нет, на чём — то конкретном остановить внимания не мог. Земля — светло-коричневого цвета, трава — зеленого. Так, а что это за обруч был на голове у отца? Я закрыл глаза, пытаясь вспомнить детали. Нет, мой сон стал размытым, ничего не получится. Непонятно, если отец занимал какой — то ответственный пост, или был большим начальником, то почему мы были с ним вдвоём и без охраны.
        Сделав несколько глубоких вздохов, я успокоился. Это всего лишь сон. За окном уже серело, вот-вот наступит утро.
        После небольшой разминки, я оделся и пошёл приводить себя в порядок. Вернувшись в комнату, я сел на край кровати и попробовал войти в состояние медитации. Мысленно добавил циркуляцию энергии в организме. Присмотревшись внутренним «я» к своему организму изнутри, с удивлением отметил, что различаю свои внутренние органы по слабому свечению. Я теперь видел движение крови, в буквальном смысле этого слова. Неприятная картина, если честно. Как будто находишься на операционном столе в больнице. А вот и основной сосуд — паук. Я сумел приблизить свой взгляд к стихиальному сосуду и внимательно его осмотреть. Он находился в постоянном движении, словно живое и самостоятельное создание. Пророчество друида не сбылось. Без всякого воображаемого пламени я сумел войти состояние медитации. А вот это уже действительно победа. В первую очередь победа над собой.
        Остается только догадываться, что способствовало прогрессу в моем обучении. Моё личное мнение — это пережитый стресс во время сна. Хорошо, что если это так. Значит сон принял свою пользу. Я подошел к окну и засмотрелся на восход Солнышка. Красиво, слова нет. Интересно, а на той планете, где мы были с отцом, также красиво? Судя по всему — да. Я так засмотрелся на восход солнца, что не заметил, как в палату зашел друид.
        — Любуешься?  — Спросил друид, положив мне руку на плечо.
        — Да, конечно. Есть на что посмотреть.  — ответил я.  — Всё хочу у вас спросить, да не решаюсь. Вы мне однажды сказали, что можете обходиться без сна. Как так? Ведь любому организму требуется отдых.
        Друид засмеялся.
        — Видишь ли, Анней, наш организм имеет некоторые отличие от вашего. У нас наиболее чувствительная нервная система, по — другому располагается энергетическая система. Мы имеем возможность поглощать энергию, разлитую в пространстве без всяких специальных упражнений и обучения.
        Это заложено в нас природой. После долгих тренировок я, например, могу организовать подпитку своего организма энергией в постоянном режиме. Поэтому моя жизненная энергия находится примерно на одном уровне в течении суток.
        Поэтому, собственно говоря, мне отдых и не нужен. Если голова устает от какой-то умственной работы, то достаточно направить увеличенное количество энергии к мозгу и происходит его стимуляция. Усталость быстро проходит.
        Ладно, мой мальчик, ты надеюсь уже умылся? Тогда пойдём позавтракаем и ты будешь ожидать Дрома, а я займусь своей работой. Вчера уже поздно вечером к нам доставили двух студентов с сильными ожогами. Ты с правилами Академии незнаком, поэтому я тебе объясню ситуацию. Проверка всех плетений, заклинаний происходит только в присутствии преподавателя в специально отведенном для этого месте — полигоне. Эти два субчика, не знаю чего они не поделили, устроили целое сражения в коридоре общежития. Оба студента — огневики и как результат — у одного грудь в ожогах, у другого — правое плечо, шея и зацепило немного голову. Вот такие дела, невеселые.
        — Какое наказание они получат?
        — Даже не знаю. Раньше за такое нарушение было немедленное отчисление из Академии. Ситуация сейчас немного другая, поэтому решать будет магистр Арнинг. Возможно, что ограничатся какой — нибудь грязной общественной работой. Например — уборкой туалетов сроком на полгода. На моей памяти было и такое.
        За завтраком я спросил за друида, где можно взять предметы для уборки палаты. Сколько в ней нахожусь, ни разу не видел чтобы ее убирали. Я опять развеселил Аразура.
        — Ну ты даешь! Ты где находишься? Правильно, ты находишься в Академии Знаний и Силы. И тем более, ты долго работал с артефактами и должен понимать, что уборка человеком совершенно необязательна. Работу по уборке здания выполняет само здание, которое и есть артефакт.
        Стирх, забыл! С кем не бывает?
        — Как твои успехи в обучении?
        Своим ответом я явно обрадовал друида.
        — Значит, мои самые наилучшие прогнозы сбылись. Ну что же, я рад за тебя. От всей души. Ты, я думаю, от кофе не откажешься? Ну тогда иди в мой кабинет, я скоро приду.
        — А мне разве можно пить кофе?
        — Судя по состоянию твоего организма — да.
        Минут через десять друид зашёл в кабинет, неся на небольшом подносе две кружки с кофе. Божественный аромат. Да и вкус хороший. Сделав несколько глотков этого обжигающего напитка, я задал вопрос Аразуру о утройстве нашего мира.
        — Я помню всё то, что вы мне рассказали о нашем материке, о тех материках, которые ушли под воду. Неужели на нашей планете больше нет обитаемых материков?
        Друид надолго задумался.
        — Честно говоря, я даже не помню, чтобы кто-то поднимал этот вопрос в научных кругах. Люди ещё не совершенны в техническом плане для проведения разведки все планеты. Если бы мы имели такую возможность побывать на острове О-Ра, мы бы получили ответы на все вопросы. Но увы, мои сородичи живут в своем маленьком мире, в котором нет места для посторонних.
        — Если я, действительно, потомок Ушедших, то может быть есть смысл дать им знать об этом?
        — Конечно есть смысл! Но только, как это сделать технический? Я например, не представляю. Не надо гнать лошадей, всё само собой проясниться. Время ещё не пришло.
        Так бы мы и сидели, разговаривали, но пришёл мой новый учитель. Сразу создалось впечатление, что нам троим в кабинете друида очень и очень тесно. Аразур сослался на работу и вышел из кабинета.

        Глава 25

        Дочь Императора Киллайда, двадцатилетняя Силиция, сидела на скамейке дворцового парка в ужасном настроении. Причина этому — очередная ссора с родителями. Отношения с ними давно были испорчены, ещё во время поступления в Академию.
        Само поступление прошло на общих основаниях, без всяких поблажек, чему девушка была очень рада. Сдав успешно вступительные экзамены, Силиция была зачислена на факультет управления стихией Воздуха. Всё бы хорошо, но когда вопрос встал о выделения студентке первого курса места для проживания в общежитии, тут все резко вспомнили, что она — дочь того, о ком принято разговаривать в пол голоса.
        К первому, к кому Силиция пошла жаловаться, был ректор Академии Арнинг. Мужчина очень внимательно выслушал девушку, но сказал, что ничем помочь не может. Есть определённые директивы относительно членов семьи Императора. Вторым человеком, к кому пошла жаловаться девушка, был архимаг Торенс, который очень часто бывал во Дворце на всевозможных приемах, обедах. Да и лично архимаг знал Силицию, очень часто общался с ней. Когда девочка была еще маленькой — показывал всевозможные фокусы, угощал конфетами.
        Но и здесь ждало полное разочарование. Архимаг ответил девушке словами магистра. Как же, охрана членов семьи Императора — священный долг любого гражданина. Ересь какая-то! Тысячу раз права пословица — дети родителей не выбирают. Похоже, с этим придется смириться. Именно тогда, за ужином, в день поступления в Академию, у Силиции и произошла размолвка с родителями. Девушка пыталась объяснить родителям, что у неё есть огромное желание быть наравне со всеми, ничем не выделяться в своей группе, на факультете. Но всё тщетно. Глухая стена непонимания.
        За три года обучения у девушки не появилось ни одной подруги. На перерывах между занятиями, она оставалась всегда одна. Разве это жизнь студента?
        В то время, когда девушки из группы собирались стайками и обсуждали всевозможные приключения, понравившихся парней, походы в городские кафе, она оставалась одна и жадно вслушивалась в разговоры одногруппниц.
        Вот это жизнь! Настоящая студенческая жизнь! Всевозможные баллы, которые регулярно проводились во дворце не доставляли Силиции никакого удовольствия. Если её и приглашали молодые люди на танец, то всегда к ней обращались не иначе, как Ваше Высочество. Создавалось такое впечатление, что никто не замечал обычную, симпатичную девушку. Обидно? Ещё как! Сколько слез было пролито в подушку — кто бы знал!
        Уже будучи студенткой второго курса, она далеко обогнала своих одногруппников в плане магического развития. Обучение проходило для неё очень легко, Силиция даже самое трудное задание решала первой в группе. Это не прошло незамеченным для преподавателей и декана факультета Воздуха — магистра Дайлера.
        Дайлер поставил задачу перед преподавательским составом уделить особое внимание этой талантливой студентке. Теперь Силиция получала индивидуальные, более сложные задания. Надо отметить тот факт, что все преподаватели никак не выделяли девушку среди других, спрос с неё был такой же, как со всех студентов.
        Два раза в год проводились соревнования между факультетами Академии. Со всех курсов отбирались только лучшие студенты, из которых создавались, так называемые, пятёрки. В одну из них и попала девушка, чем была очень рада. Дополнительные занятия во внеурочное время доставляли ей огромную радость. А как иначе? Ведь появилась дополнительная возможность в общении со сверстниками и любимыми преподавателями.
        На соревнования, которые проводились в Султанате, отправлялись студенты с третьего по пятые курсы. Мечтой любого студента было попасть на эти соревнования. Сколько интересного рассказывали люди, которые возвращались из Султаната. Соревнование это одно дело, второе, и самое интересное — экскурсии по Аль — Барух, посещение магазинов, всевозможных музеев, магических лавок. Но пожалуй самое главное в таких поездках, это то, что появлялась возможность познакомиться с людьми, с укладом их жизни. Да что там говорить, это государство коренным образом отличалась от Империи.
        В этом году Силиция могла рассчитывать на поездку в Султанат и готовилась к этому усиленно. Но как оказалось, решение о её кандидатуре принимали не преподаватели, а её родители. Об этом ей прямо заявил декан факультета, опуская при этом глаза. Ведь он знал, что девушка одна из лучших на факультете, но ничего поделать не мог.
        Мама Силиции, Императрица Валенсия, открытым текстом сегодня за ужином сказала дочери, что никуда её за пределы Империи не отпустит. Скажите на милость, как в этой ситуации должна себя вести девушка? Естественно, она очень сильно поругалась с родителями. Короче говоря, история повторяется. Глухая стена непонимания, по — другому это никак не назовешь. Где выход? Не дождавшись окончания ужина, Силиция вышла в Дворцовый парк, где сидела в одиночестве на скамейке, возле небольшого работающего фонтана. Шум воды немного успокаивал, отвлекал от невеселых мыслей.
        Киллайд подошёл к дочери, присел на скамейку и стал наблюдать за журчащим фонтаном. С чего начать разговор со взрослой дочерью! А Стирх его знает! Был бы сейчас рядом его старший сын, он бы подсказал, как найти ключик к дочери, как её разговорить. Вот же ситуация — хуже некуда. Ещё супруга, как всегда, ни в чём не разобравшись, вставила своё слово.
        — Силь, давай поговорим спокойно? Ради чего ты устроила этот скандал?
        — А ты разве, папа, не понимаешь? Я уже, если ты не заметил, давно вышла из детского возраста и могу принимать самостоятельные решения. Мне моя приставка «Ваше Высочество» в печенках сидит. В чём я перед Богами провинилась, что они меня так наказывают? Объясни, пожалуйста, папочка.
        — Кто тебе сказал, что ты в чём-то виновата? Может быть здесь и есть вина матери, но когда ты будешь иметь своих детей, я больше чем уверен, что ты будешь поступать точно так же. Ты подумай хорошенько, доченька, и поймешь, что мы в чём-то правы с мамой. Наш сын живет самостоятельно, но он, во-первых, мужчина, во-вторых, он гораздо старше тебя. Даже не смотря на это, мы очень за него переживаем. Когда он долго не появляется во Дворце, мама сходит с ума. Не драматизируй ситуацию, я тебя очень прошу. Всё образумится.
        — Ты всё правильно говоришь, папа, но ты поставь себя на моё место. Как я буду спокойной и не буду устраивать, как ты говоришь скандалы, когда в моей жизни постоянно я наталкиваюсь на сплошные запреты и мне постоянно напоминают о своде правила поведения в обществе. Туда не ходи, с тем не вздумай общаться, тот мальчик понравился — нет, он тебе не подходит. Не из того сословия. Папа, а какое наше сословие? Нам что, теперь всю жизнь общаться только с богатыми и напыщенными индюками?
        Император захохотал.
        — Ты как всегда в своем репертуаре. Эх, доченька, как я тебя понимаю! Верь, не верь, но в таком же положении был и я. Может быть, даже в худшем. Ведь меня с малого возраста воспитывали, как будущего Императора. Меня постоянно преследовали слова: держи осанку, скрывай эмоции, ты не так держишь столовые приборы, туда тебе нельзя ходить, больше вникай в политику и так далее. Меня тоже, когда я был молодым, разбирало от злости. Я с завистью смотрел на сверстников в Военной Академии, заглядывался на красивых девочек. Но я всегда понимал, что моё будущее предрешено. Такова судьба всех первых лиц государства. Да и сейчас, ты думаешь я не хочу вместе с семьей уединиться где-нибудь в лесу, или позагорать на песочке возле моря? Хочу, ещё как хочу! Но я знаю, что из этого получится. Если мы отправимся в лес, то на каждом дереве мы обнаружим по десятку лучников, или арбалетчиков. Такая же ситуация будет и с отдыхом на море. Или ты думаешь, что мне доставляет удовольствие балы, которые проводятся у нас в Дворце?
        Ноя терплю, куда деваться? Да и на маму ты зря обижаешься — срабатывает элементарный материнский инстинкт. Природу не обманешь.
        — Я вас не осуждаю, я вас понимаю, папа. Но у меня судьба, согласись, будет немного другой, нежели у моего брата. Я не собираюсь становиться Императрицей, я не собираюсь руководить государством. Мне нужна жизнь обычного человека. Я хочу остаться человеком, в конце концов. Папа, я что, уродливая и некрасивая?
        — Что за глупости ты говоришь, дочка? Ты очень и очень красивая, стройная, умная. Могу перечислять до бесконечности все твои достоинства. Что за мысли у тебя в голове?
        — Никакие не глупости. Если ты не знаешь, то я тебе скажу — в Академии ни один парень не смеет ко мне приблизиться на расстоянии ближе двух метров. Это ты считаешь нормально? Или то, что у меня нет настоящей подруги — это тоже норма? Возьми ту же поездку в Султанат, разве я её не заслужила? Что со мной там может произойти? Меня возьмут в заложники? Сомневаюсь. Меня похитят с целью выкупа? Возможно, но тогда похищали бы всех студентов из знатных родов. Разве не так?
        Император приобнял дочь за плечи, погладил волосы.
        — Успокойся, милая. Ты поедешь в Султанат. Мама ещё не знает, что и мне предстоит поездка туда же. Кстати, шейх султаната, Абу-аль-Син, предложил провести соревнования в присутствии первых лиц. Совместить, так сказать, полезное и приятное. У нас с ним очень много вопросов, которые нужно обсудить. В свободное от переговоров время, мы с удовольствием посмотрим соревнования. Я очень рад, что у меня появится возможность посмотреть на успехи моей дочери в этих поединках. Ты же меня не подведёшь?
        У Силиции из глаз брызнули слезы. Она еще сильнее прижалась к отцу. Только он понимал её, только он её всегда поддерживал.
        — Мы будем добираться на лошадях?  — спросила девушка.
        — Как ты себе это представляешь? Нет, конечно. Воспользуемся телепортом, который находится в Академии. Немногие знают о нём, но он существует, находится в рабочем состоянии. В Султанате, в Академии Искусств, есть такой же телепорт. Так что, грех не воспользоваться таким удобным способом передвижения.
        А теперь пойдём домой — на улице становится прохладно.

        Глава 26

        Третий час продолжалось наше занятие с Дромом. Он как мог, объяснял мне причину, по которой я не мог воздействовать на энергетические каналы. Стихиальный сосуд увидеть — оказалось пол дела. Самое главное научиться им управлять, управлять энергетикой. Дело дошло даже до ругани.
        — Анней, давай ещё раз повторим всё с начала. Ты свой сосуд видишь? Видишь! Видишь, как от него отходят четыре толстых канала? Тоже видишь! Сосредоточься и попробуй мысленно воздействовать на один из них. Представь, что у тебя в руках простая бельевая прищепка. Представил? Попробуй ею передавить любой канал.
        Не бойся, ты себе ничего плохого не сделаешь.
        Я ничего не боялся. Ну, не получается у меня остановить движение энергии по каналам, хоть тресни. Я уже всё перепробовал. И узлы пробовал вязать на сосудах, как советовал гном, и мысленно их передавливал. Не выходит. Вот теперь дело до прищепок дошло. Цирк по нам просто плачет.
        Я сосредоточился, скользнул вниз собственным «я». С каждым разом это мне удавалось все лучше и лучше. Мой «паук» себя прекрасно чувствовал, жил себе спокойно, никого не трогал. Но нет, появились умники со своими экспериментами. Ладно, лирику в сторону. Я приблизился к главному сосуду, как можно ближе. Словно почувствовав что-то, он зашевелился. Правильно, поприветствуй хозяина. А вот и его лапы-каналы. Два уходят вверх, в сторону головы, два — вниз.
        Я попробовал приблизиться к верхнему. Напрягся, как мог, и попробовал сжать его. Какое-то движение все-таки было, сосуд дернулся. Или мне показалось?
        — Вот так, молодец. На долю секунды свечение пропало. Пробуй ещё.  — услышал я Дрома.
        Я ещё больше приложил силы к каналу и зафиксировал это состояние.
        — Держи! Вот так! Эро а тук дор зирра! Кулан потеро.  — почти кричал гном.
        Это он меня так костерит, что ли? Надо запомнить это выражение, вдруг пригодится?
        Пот заливал мне глаза, но я держался.
        — А теперь запомни то состояние, которое ты сейчас испытываешь при очень малой циркуляции энергии.
        Я действительно испытывал какой-то дискомфорт. Ощущение голода — самое точное определение. Надо в голове это зафиксировать, запомнить.
        — Всё, Анней, заканчивай.
        Я перешёл в нормальное состояние и вопросительно посмотрел на гнома.
        — Ты сейчас сам понял, что сделал? Ты сейчас почти отсек верхнюю часть тела и голову от притока энергии. Ты должен был почувствовать какое-то раздражение.
        Согласно кивнув головой, я ответил:
        — Я голод почувствовал и дискомфорт.
        — Слава Богам! Получилось! Ну и вымотал ты меня, мальчик.
        Меня чуть смех не разобрал. Кто кого ешщё вымотал? Но я вовремя вспомнил предупреждение Арнинга о выбитых зубах.
        — Отдыхаем пять минут и опять пробуем.
        Подхватив полотенце, я бегом кинулся умываться.
        Однако — однако, с такими занятиями и похудеть можно. Лира опять кричать будет, что меня загоняют скоро. Я представил, как друидка воспитывает необъятного гнома и засмеялся.
        — Давай, Ан, соберись. Последний раз попробуем и хватит на сегодня. Главное — четко держи в голове то состояние, которое испытаешь опять. Организм от такой твоей проделки должен испугаться и сам, по твоему требованию, уменьшать циркуляцию энергии по основным каналам. Чтобы ты ему совсем не прекратил доступ к стихиальному сосуду.
        — Как он, организм, это сделает?
        — У многих появляются дополнительные циркуляционные контуры, только в разы меньшего сечения, чем основные. Для тела и головы достаточно энергии, для большого свечения — нет. То, что нам нужно. Можешь сам потом поэкспериментировать, может что-то новое изобретешь. Если ты отдохнул — вперед!
        Вперед, так вперед. Я «нырнул» в состояние медитации и почти сразу оказался в нужном месте. Текс, трогать того бедолагу не буду, он и так натерпелся. Попробую «придушить» другой канал. Что за дела? Я только мысленно приблизился к одному из них, левому нижнему, как пошло шевеление. Боишься? Это хорошо! Направил энергию на канал, немного надавил и сразу почувствовал раздражение. Получилось, Стирх меня задери! Почему Дром молчит? Ну и пусть помолчит, так даже лучше. А я, пожалуй, попробую ещё один канал передавить. Иди ко мне, мой хороший. Теперь добавлю еще энергии, готово. Два канала отсечены от основного сосуда. И какой, интересно, результат?
        — Есть. Молодец, Анней! Хватит на сегодня!
        Я вернулся в нормальное состояние. Гном сиял от счастья. Как мало, оказывается, ему нужно для этого. Везёт!
        — Если бы все мои студенты проявляли инициативу, как это сделал ты сейчас, я бы был ещё толще и добрее.
        Гном засмеялся. Я совсем забыл о том, чтобы попросить друида закрепить стёкла понадёжнее.
        — Можно вам задать вопрос, учитель?
        — Конечно, задавай.
        — Мне сегодня нужно вместе с друидом идти на тренировку студентов, которые поедут в Султанат. Если моя аура такая огромная, не будет это выглядеть слишком подозрительно?
        Дром на мгновенье задумался.
        — Насколько я знаю, руководить делегацией студентов будет магистр Тоссель. Я так думаю, он в курсе всех дел. А среди студентов вряд ли кто-то рассмотрит твою ауру. Так что — не переживай. Ты не забывай повторять упражнения вечером. Еще раз напомню тебе о пользе тренировок перед сном. Механизм работы мозга во сне я тебе уже объяснял. Ну всё, юноша, мне пора на занятия. До завтра!
        Я попрощался с гномом и направился в сторону столовой.
        К своему удивлению, там я увидел двух студентов, которые с удовольствием обедали. Как я понял, это были именно те студенты, которые устроили поединок в общежитие. Не повезло ребятам. Теперь что их ждет — неизвестно.
        Я взял поднос и подошел к Лире. Та улыбнулась мне, спросила о здоровье. Бросив ей привычное «нормально», я взял из её рук тарелки с едой, поставил их на поднос и направился к столику. До него оставалось не более метра, когда я в последний момент увидел ногу светловолосого студента, который перегородил проход. Чудом сохранив равновесие я подошел к столу и поставил на него поднос с едой.
        — Что вы творите, молодые люди?  — удивлённо спросила Лира.  — Вот уж не ожидала от вас такого!
        — А тебе какое дело, друидка?  — спросил светловолосый.  — Тебя это не должно волновать.
        Лира задохнулась от возмущения, я тоже немножко опешил от такого хамского поведения студентов. Подойдя к столу, за которым они обедали, я обратился к светловолосому парню:
        — Ты всегда так с женщинами по — хамски себя ведешь? Я думаю тебе нужно извиниться перед ней.
        Друг светловолосого, парень с большими залысинами, поперхнулся компотом, потом откашлявшись, сказал:
        — Шел бы ты отсюда, щенок. И пасть закрой, тебе никто слово не давал. Когда барон Тирук, или я, барон Шазар разрешим тебе что-нибудь сказать, тогда и будешь говорить.
        Такой тип людей я прекрасно знал. С ними у меня всегда был один разговор. Выдернув стул из-под светловолосого парня, я припечатал парня с залысинами головой об стол. Я так думаю, что в ближайшие пять минут он не боец. Тирук, или как его там, уже поднимался с пола. Я придавил ногой его тело к полу и глядя в глаза, опять спросил:
        — Так что насчёт извинений? Мы их услышим сегодня?
        Светловолосый с ненавистью посмотрел на меня и процедил:
        — Извините.
        Я посмотрел на Лиру, так кивнула мне головой, мол всё нормально. Я сел за свой столик и начал обедать. Но эти придурки, как я понял, просто так сдаваться не захотели. Ну как же! Целых двух баронов обидел неизвестно кто! Я услышал предупредительный вскрик Лиры:
        — Анней, осторожней!
        Когда я поднял голову и посмотрел на студентов, заметил, что светловолосый делает пассы руками! Ну надо быть таким дебилом?! Нет, за себя я не переживал, я переживал за друидку.
        Чисто рефлекторно, я схватил правой рукой рядом стоящий стул и запустил его в светловолосого. Тот падая, схватился за рукав своего друга и оба рухнули на пол. Я вскочил со стула, подбежал к Лире и закрыл её спиной.
        Огненные шары, размером с кулак, сорвались с рук студентов почти одновременно. Хорошая подготовка! Не долетая до меня метра полтора, шары с легким хлопком исчезли. Тут я совершил то, чего сам не понимал. Я повернул ладонь правой руки в сторону студентов и сделал отталкивающий жест. Я сам почувствовал, как от ладони оторвалась упругая воздушная волна. Студентов отбросило в сторону. Они упали на пол и больше не поднялись.
        — Ох, ёёё!  — услышал я.
        В дверях стояли Аразур и магистр Арнинг.
        — Хотел бы я узнать, что здесь происходит!  — спросила магистр.  — Аразур, посмотри тех двоих.
        Бароны пришли в себя и кряхтя, стали подниматься.
        — Так что всё — таки произошло? Я так понимаю, что будет несколько вариантов ответа. Начну я с вас, господа студенты. Я внимательно слушаю.
        — Да мы сами не знаем, господин магистр. Вот этот человек зашел в столовую и, не знаю почему, набросился на нас. Мы были вынуждены защищаться.
        — Хороший ответ. Другого я не ожидал. Теперь послушаем другую сторону.
        Я не успел ответить. Лира всё сделала за меня.
        — Это правда, господа студенты? Или мне сейчас же вызвать мага — дознавателя? Если я его вызову, простым выговором и отчислением из Академии вы не отделаетесь. Это я вам гарантирую.
        — А Вы не боитесь свою работу потерять? Вы хотя бы подумали, с кем разговариваете?
        — Это что, угроза?  — прищурившись, спросил Арнинг.  — Еще раз попрошу повторить тоже самое, только чётче. Я включил записывающий артефакт. Ну, я жду! Кто из вас самый смелый? Чего уж там, возьмите и в меня пульните огненными шарами. Какие проблемы? Какими нужно быть идиотами, чтобы после трёх лет обучения в Академии, использовать свои знания против гражданских, обычных людей! Кто вам давал такое право? Или вы забыли принесённую Императору клятву? Могу вам её напомнить.
        Студенты, взрослые с виду люди, покраснели и опустили голову.
        — В общем так. Или вы сейчас же просите прощение у Лиры и этого молодого человека, или я вызываю мага — дознавателя. Вы будете извиняться?
        Бароны одновременно отрицательно покачали головами. Ну как же, задета честь целого барона!
        — Ладно, не хочу полностью портить вам жизнь, господа бывшие студенты, обойдёмся без уголовного расследования! Да — да, вы не ослышались. Властью, данной мне Императором, я исключаю вас из списка студентов Академии Знания и Силы. Все те знания, которые вы получили за время обучения, будут удалены из вашей памяти, ваши магические способности будут заблокированы на неопределённый срок. Марш в канцелярию за обходными листами. Совершенно забыл вам сказать, что во время несанкционированного использование заклинаний любого уровня вне стен специальных помещений, здание Академии автоматический включает записывающее устройство. Вам всё понятно? Тогда свободны!
        Я смотрел на Арнинга совершенно другими глазами. Оказывается, и такие веселые люди могут быть жесткими и принципиальным.

        Глава 27

        Идти на на полигон мне не хотелось. Во всяком случае — сегодня. После событий в столовой, настроение испортилось. Я улегся на кровать, закинул руки за голову. Вот тебе и магия, точнее, самое негативное ее проявление. Как я понимаю, мы с Лирой сегодня могли элементарно погибнуть, если бы не…
        Это «если бы не» плотно засело мне в голову, не давало покоя. Хуже всего делать что-то, не понимая самого процесса. Я сейчас, как слепой котёнок — куда-то иду, а вот куда — непонятно. Откуда взялась эта упругая волна воздуха? А Стирх его знает. Это самый лучший ответ для самоуспокоения.
        Постучавшись в дверь, зашла Лира.
        — Я тебя так и не поблагодарила, Анней. Спасибо за помощь.
        — Да бросьте вы, в самом деле, Лира. Вы с Аразуром вытащили меня с того света. Вот за это нужно благодарить. Если честно, мне за себя стыдно. Мастер Тилл вдолбил нам в голову одну заповедь. Только плохой воин ищет повод подраться, хороший воин ищет способ, как эту драку избежать.
        — Да, мудрый был у тебя учитель. Жалко его, очень. А насчет тех двоих — даже и не переживай. Ты все правильно сделал. Тебя Аразур ждет в кабинете.
        Друид стоял у окна, рассматривая небо. Что он там такого интересного нашел? Я подошел к окну, задрал голову вверх, пытаясь что-то рассмотреть в небе. Небо, как небо. Обычное весеннее небо.
        Друид, словно очнувшись, вздрогнул.
        — Как ты тихо ходишь, Ан! Я, со своим слухом и не услышал. Готов к занятиям? Надо поспешить, студенты уже потянулись на полигон.
        — Вкратце объясните мне мои обязанности. Я вроде как ваш ученик.
        — Сиди, да смотри за тренировкой. Если, не дай Боги, кто-то получит травму — поможешь человека погрузить на носилки и доставить сюда. Если я начну лечение прямо там, на полигоне — не мешай мне. Я возьму сумку с артефактами, ты бери носилки.
        Аразур пальцем показал на носилки, которые стояли в углу кабинета. Они оказались намного легче, чем первоначально показались.
        — Смотри, Ан. Если повернуть вот эту рукоять, то носилки начнут левитировать на высоте около полуметра.
        Друид повернул рукоять, они, действительно, приподнялись над полом.
        — Теперь мы их расправим и все готово. Веса человека ты не почувствуешь. Здорово, не правда? Когда подойдём к телепортам, я покажу тебе комнату с медицинским, специальным подъемником — телепортом.
        Мы опустились на первый этаж и Аразур повел меня к выходу на обратную, тыловую часть здания Академии. От увиденного, у меня дух захватило. Я увидел огромный фонтан, вокруг которого установлены скамейки. Вся площадь за зданием Академии выложена разноцветной плиткой. Рисунка не разобрать, но этого и не нужно. Красиво и так!
        Все скамейки оказались заняты. Кто-то читал, кто-то просто сидел и любовался фонтаном, или беседовал с другом, подругой. Другими словам — отдых шел полным ходом. Над площадью пронеслось дружное «ух». Струи воды, поднимающиеся на высоту примерно десяти метров, стали менять свой цвет. Красный, синий, зелёный..
        — Не отставай!  — дернул меня за рукав друид.  — Еще насмотришься.
        Мы обогнули фонтан и пошли по аллеи в сторону многоэтажных, разноцветных строений. Как я понимаю — общежития для студентов. Аллея имела ответвление влево. На этом перекрестке я заметил табличку — «Жилой комплекс».
        — Там все преподаватели живут, в основном с семьями.  — пояснил Аразур.  — Одноэтажные домики, думаю, их штук пятьдесят. Студенты живут там.
        Друид махнул рукой на разноцветные здания.
        — 3а общежитиям — хозяйственный блок, теплицы и куча всяких построек, смысл которых даже Арнинг не знает. Сейчас будет поворот налево, на полигон.
        Через пять минут мы подходили к грандиозному сооружению. Сам полигон представлял собой огромный котлован глубиной метров двадцать, если не больше. Туда, на самый низ, вели широкие ступени. Дно котлована и стены замощены огромными каменными плитами, идеально подогнанными друг к другу. По середине, котлован разделен на отдельные сектора. Один — с земляным покрытием, другой — с травой. Четыре сектора, как я заметил, были отсыпаны простым песком. Справа от ступеней — небольшое одноэтажное здание. Вокруг секторов установлены ряды скамеек.
        — Там, в здании, студенты и преподаватели переодеваются, если в этом есть необходимость, есть пункт первой медицинской помощи. Там же располагается охрана полигона.
        Действительно, стоило нам подойти к зданию, как дверь открылась и нам навстречу вышел человек в обычной одежде, с красной повязкой на рукаве.
        — Привет, Ион! Кого ты с собой привел?
        — Привет, Слим. Познакомься, это мой ученик Анней. У вас должен быть приказ на него за подписью Арнинга.
        — Есть такое дело! Это твой первый ученик за двадцать лет моей работы здесь.
        — Все меняется, Слим. Где Тоссель и студенты?
        — Внутри здания. Инструктаж получают. Ты же знаешь, порядки у нас строгие.
        — Знаю и порядок этот поддерживаю. На какой сектор сегодня заявка от магистра?
        — Трава и песок. На три часа.
        — Здесь дело такое, Слим! Мы после занятий студентов немного задержимся. Надо кое — что на практике проверить. Арнинг в курсе дела.
        — Нет вопросов, проводите свои эксперименты.
        Друид повел меня к одному из секторов полигона. Вблизи, сектор с земляным покрытием, оказался еще больше, чем показался мне сразу.
        — Стандартная площадка. Сто двадцать на восемьдесят метров. В Султанате такой же стандарт.
        Мы подошли к скамейкам, присели. Я еще раз огляделся. Мда… Боковые плиты покрыты печатями. C ума сойти, сколько их здесь. Печать на печати.
        — Впечетлены, молодой человек?
        Я обернулся, встал со скамейки. Передо мной стоял высокий, худощавый мужчина лет так. пятьдесяти. Жёсткий, открытый взгляд, лицо словно вытесано из камня. Светло серые глаза, орлиный нос. На мужчине надета мантия красного цвета с эмблемой Академии.
        — Декан факультета Огня, магистр Тоссель. А вы, как я понимаю, и есть тот самый самородок Анней.
        — Да, а еще он мой ученик.  — добавил Аразур.
        — Я в курсе, Ион, сказка хорошая.  — улыбнулся Тоссель.  — Вы всегда будьте у меня за спиной, молодой человек. Иногда такие плюхи от студентов прилетают — будь здоров.
        — Я, пока студиозы переодеваются, введу вас в курс дела. Поедут в Султанат двадцать человек. Три пятерки основные, одна резервная. Ведущий во всех группах — студент пятого курса, двое человек — с четвертого, двое с третьего курса. Это особый, международный формат.
        — Ведущие — все с моего факультета, в основном с пятого курса. Двое — водяные, один — воздушник и по одному в каждой пятёрке — по земляному. Располагаются они произвольно, как кто сработался. Мои сокращения названия факультетов для вас понятны? Сейчас, на полигоне, хорошо будет видно по мантиям, кто есть кто. Для поединков в Султанате мы подготовили специальную одежду одного цвета. В правилах нигде не обозначено, что студенты должны быть в разноцветных мантиях.
        Магистр засмеялся.
        — Пусть противники затылки почешут. Пока сообразят, перестроятся — мы заработаем лишние два — три очка. Как тебе такая задумка, Ион? И знаешь, кто это придумал? Во-о-н та девчонка, воздушник с третьего курса.
        Я посмотрел на идущих к нам студентов, отыскав взглядом девушку в мантии светло — голубого цвета.
        Красивая, очень. Каштановые, слегка вьющиеся волосы до плеч, ярко — синие огромные глаза. У меня даже сердце сделало перебой в работе.
        — Да вы с ума сошли. Это же…
        — А мне как-то всё равно, кто она. Или дочь кухарки, или дочь Императора, как в данном случае. Если у девочки есть талант и бойцовский дух — пусть сражается на равных со всеми. Я никому поблажек не делаю.
        — Да я не это имел ввиду, Никос.  — сказал друид.  — Я о безопасности в Султанате говорю.
        — Думаю, охраны там будет предостаточно. Мы же вместе с Императором туда отправляемся. О, по твоему лицу я вижу, что это для тебя сюрприз.
        Тоссель встал со скамейки и направился к студентам, которые разбились по пять человек, изображали что — то наподобие строя.
        Что им говорил магистр я не слышал, но две пятерки отправились на травяной сектор, две на сектор с песком, резервная — отправилась на скамейки. Ну что же, будем ждать великолепные магические поединки. Я устроился поудобнее в предвкушении интересного зрелища.

        Глава 28

        Магистр подошел к нам и сел на скамейку.
        — Молодой человек, если хотите что-нибудь увидеть и разобраться в рисунке боя, рекомендую сосредоточиться на какой — то одой паре. За двумя одновременно не уследишь. Вы же не умеете распаривать своё сознание?
        Я неопределённо пожал плечами. Знать бы, что это такое. Я посмотрел на Аразура, который шепнул:
        — Потом.
        Я выбрал пятерки, которые начали тренировку на траве. По команде Тосселя о начале поединка, и та и другая пятерки закрылись щитами. Я перешел на магическое зрение. Щит пятерки слева — из воздуха, справа — из воды. Неожиданно, воздушный щит пропал, парень — воздушник сложил руки в вместе, пальцы в замок. Губы его зашевелились и я даже рот открыл от удивления — щит из воды задрожал, по нему пошла волна белого цвета, щит в одно мгновенье превратился в лед и рассыпался.
        Моментально в пятерку, не защищенную щитом, ударила ветвистая молния. Высокий, светловолосый парень «сыпал» ими с двух рук. Двоих из правой пятерки унесло в сторону.
        — Не дергайся, Ан, эти мантии из специального материала. Он большую часть энергии поглощает. Травм нет, я бы давно остановил поединок. Главное, чтобы студенты капюшоны мантий не откидывали. В противном случаи — ожоги гарантированы.
        Дальше поединок стал еще интересней. Полная пятерка слева, против тройки справа. Ведущий проигрывающей пятерки крикнул своим:
        — Строй! Держать строй! Я держу щит, Элиза, ты на подпитке. Лар, как будешь готов — дай знать.
        Светловолосая девушка подбежала к огневику и положила ему руку на плечо. Как я понял — передавала пятикурснику дополнительную энергию. Очередная новость для меня.
        Щит дрожал, прогибался но выдерживал летящие в него всевозможные плетения. Чего я только не насмотрелся! Щит отражал огненные шары, ледяные сосульки, камни размером с кулак.
        — Я готов, можно открываться!  — прокричал парень в светло — желтой мантии.
        Тоссель, повернувшись к нам сказал:
        — Это Ларик, любимец нашего уважаемого гнома. Сейчас, скорее всего, наступит развязка.
        От левой пятерки отделились две фигуры в голубой и синей мантиях. Они разделились и начали обходить тройку магов. Я так понял — решили их добить.
        — Вы куда сорвались, олухи? Строй держать! Назад! Вы же угол для атаки уменьшаете.  — кричал светловолосый парень — пятикурсник.
        Магистр засмеялся, потирая руки в предвкушении. Защитный экран правой, уже тройки, на мгновенье дрогнул, в это время Ларик поднял руки вверх и резко направил их в сторону атакующей пятерки. Правой ногой он слегка притопнул.
        — Ну, вот и финал!  — сказал магистр.
        Земля под атакующей пятеркой пошла волной и все пятеро опустились в грунт по самые плечи. На поверхности остались лишь головы, удивленно смотрящие по сторонам.
        — Конец боя.  — сказал магистр.  — Ларик, отпусти пятерку.
        Со стороны остальных студентов раздались аплодисменты. Вот это да! Не ожидал я такого. Вот это мастерство! Как закончился другой бой, я так и не понял.
        Тоссель всем начал объяснять допущенные ошибки.
        — Вы двое специально подставились под молнии?
        Двое ребят улыбаясь, кивнули.
        — Не плохая тактика, молодцы, но попадать под молнии такого замечательного мастера, как Маркус, в следующий раз не советую. Скажите спасибо, что он процентов двадцать энергии всего влил. Ларик, всегда держи на готове все заклинания. Это не дело — искушать так судьбу. А если бы щит не выдержал? Теперь, что касается вас двоих. Какого Стирха вы поперлись в обход? Была же четкая команда — «строй держать». Почему ослушались? Где дисциплина? В настоящем бою вы бы погибли сами и товарищей погубили бы. Пирон, этих двоих — в резерв, оттуда подберёшь себе замену.
        Светловолосый огневик кивнул головой.
        — Эта десятка свободна, отдыхайте. Теперь разберем ошибки двух других пятерок. Ребята, поближе подойдите.
        Когда десять студентов подошли к Тосселю, он начал им делать замечания. Мне трудно было сориентироваться, что к чему. Боя я не видел. Получается, что магистр одновременно наблюдал за двумя поединками? Вот теперь понято, что он имел ввиду под понятием раздвоенного сознания.
        Я отвлекся на размышления и застал уже окончание разговора.
        — Вывод один. Не пользуйтесь вы так шаблонами Из этого ничего хорошего не выйдет. Уяснили? Теперь о основных ошибках. Силь, ты с какого перепуга воздушным кулаком в своего запустила? Хорошо, что огневика чуть-чуть задело. Но это, как говорится — беда поправимая. Ты также, как и Ларик не держишь заклинания в голове готовыми. Тебя попросила Кайма, ваша водяная, воздушную горку сделать. Ты пока ее готовила, время ушло. Ты, я знаю, в состоянии держать одновременно до пяти плетений. Ну, так и держи самые ходовые в голове.
        Водяные сегодня что, отдыхают? Кайма, Джетар, где ваши знаменитые водные купола? Накрывайте ими противника. Себе хоть какую — то передышку устроите, да в добавок, водой противника обольете с головы до ног, все же польза будет.
        Студенты дружно рассмеялись.
        Последовало ещё два красивых боя. Но особенно красочным получился последний на сегодняшний день бой. На травяном секторе сошлись пятерка, которой командовал парень из самого первого, увиденного много боя и пятерка, в которую входила Силь, как её все называли.
        Солнце было уже в стадии завершения своего трудового дня, свет был приглушен, поэтому бой оказался самым красочным и ярким. Традиция такая у пятерок, что ли? Бой начался с того, что они закрылись щитами. И с одной стороны, и с другой были водяные щиты. Такое противостояние продолжалось минуты две, не меньше.
        Огневик из пятерки Силь, Дейкап, кивнул парню в светло — желтой мантии и тот сразу же сплел такое дикое по своей сложности заклинание из стихии Земли, что даже Тоссель в восхищении присвистнул.
        — Я думал, что только магистр Дром на такое способен. Значит я ошибся.
        По команде Дейкапа, Джейтар и Кайма сбросили щит. Дейкап стал атаковать пятёрку, где находился Ларик, шарами, молниями. Пришло время работы стихии Земли. Возле самого щита, который держала пятерка, земля начала «закипать». В воздух поднялась пыль, в щит ударялись камни, песок. Минуты через две, видимость стала очень плохой.
        — Силь, давай!  — закричал Дейкап.
        Девушка запустила в воздух ярко — белый шар, который какое — то мгновение застыл неподвижно наверху и потом резко пошел вниз. До поверхности земли осталось около двух метров, когда шар превратился в большую сеть, которая накрыла пятерых студентов. Они моментально были спеленаты, как дети.
        — Стоп! Конец боя.  — магистр стоял и аплодировал. Аплодировал даже Аразур.  — Слов нет. Нет шаблонов, есть победа.
        Вот вам и пример, уважаемые студенты, того что магия стихии Земли очень и очень сильный аргумент. Молодцы, ребята, я давно такого наслаждения не испытывал. Все сегодня молодцы. Переодевайтесь и по домам.
        Мы с друидом, под удивленными взглядами студентов и магистра, остались сидеть на скамейке.
        — Вы здесь собрались ждать появление первой звезды?  — спросил улыбаясь Тоссель.
        Аразур вопросительно посмотрел на меня, я пожал плечами. А почему бы и нет? Друид кратко рассказал магистру о том, чем мы хотели заняться.
        — Если вы попытались что-то скрыть в здании Академии, то я вас должен огорчить. Когда арка среагировал на вас, молодой человек, рядом с ней стояли два дежурных студента. В это время я находился в преподавательской и узнал об этом случае ровно через пять минут. Шило в мешке не утаить, господа хорошие. Знает один — не знает никто, знают двое — знают все. Другое дело, молодой человек, что вас в лицо никто не знает. Давайте время не терять и приступим. Что вы хотели для себя выяснить, молодой человек?
        — Сегодня, когда я наблюдал за этими поединками, я практически все заклинания выучил наизусть. Хотел убедиться, что моя память работает хорошо.
        — А вот это уже очень и очень интересно. Я прочитал уйму книг о магии, но о таком феномене я нигде не встречал. Давайте поступим так, юноша. Я вам буду давать задания, а вы их — выполнять. Я больше чем уверен, что для вашей практики это будет намного лучше. Ну что же, прошу в сектор.
        Я проследовал за магистром в сектор, который был отсыпан песком. Здесь еще чувствовался запах сражения, эманации так и кружили голову.
        — Изобразите мне, молодой человек, щит из стихи Вода.
        Он появился мгновенно. Я перешел на магический взгляд с интересом стал рассматривать рисунок. Вспомнив в какие точки щита студенты пытались попасть для его разрушения, я с удивлением увидел, что в этих местах встречаются какие-то белые звенья, но они держались как-то неуверенно, что ли? Одним словом — портили всю красоту.
        Щит из воды был создан из двух стихий. Звенья тёмно — синего цвета, как я понял, это стихия воды, а белого? Свой вопрос я адресовал магистру.
        — Это просто соединительные точки — звенья для каждой цепочки звеньев. Они абсолютно нейтральные и подходят для всех стихий. Для того, чтобы заклинание не распалась и было как можно прочнее, эти точки и используются. Чем их больше, тем крепче и надежнее заклинания. Но это не значит, что их можно ставить через каждое звено определённой стихии. Во всём должно соблюдаться равновесие. Я понятно объясняю?
        — Да, очень доходчиво.  — ответил я.  — Но я заметил, что все атакующие заклинания нацелены именно на эти точки. Это, как я понимаю, самое слабое звено в любом заклинании. А их переставлять можно по своему усмотрению?
        Брови у магистра встали домиком.
        — Это как понять, переставлять по своему усмотрению? Существуют определённая каноны, которые никто не может нарушить. Если что — то изменить в рисунке заклинания, то оно просто не получится. Хотите попробовать?
        — Почему бы и нет? Если это не очень опасно.
        Только я подумал о разрушении щита, как в воздухе появились четыре золотистые точки. Когда они достигли белых точек щита, защитное заклинание распалось.
        А вот теперь нужно подумать. Все щиты, как я заметил, имели прямоугольную форму. Каждый угол щита начинался с белого, соединительного звена. Это как основа основ. К ним и присоединялись звенья стихий. Будь то вода, воздух, огонь. Кстати, а почему я не видел ни одного щита из стихии Земля? Это будет мой следующий вопрос. Через двадцать звеньев опять появлялась белое соединительное звено. Такой рисунок повторялся по всему щиту.
        Я представил в голове новый рисунок заклинания. Через каждые пять звеньев синего цвета я попробовал вставить белые. А что? Должно сработать. Я ведь основной принцип построения заклинания сильно не нарушил. Но не думаю, что до такого построение никто раньше не додумался. Хотя всё возможно, ведь магистр только что сказал, что существует определенные каноны.
        Только кто их создал и с какой целью?
        Тоссель всё время, пока я создавал новый щит, внимательно следил за мной прищуренным взглядом. Когда новое заклинание было готово, он присвистнул.
        — А зачем вы столько белых звеньев сюда влепили. Хотите сделать щит более прочным?
        Я согласно кивнул головой.
        — Ну что же, неплохо. Давайте попробуем ваше произведения. Отойдите от меня шагов на сорок. С такого расстояния я точно не промахнусь, не переживайте.
        Я отсчитал ровно сорок шагов, остановился и повернуться лицом к магистру. Рисунок защитного плетения в голове у меня был готов. Щит появился мгновенно. Первым в щит прилетел огненный шар размером с мой кулак. Я этого, честно говоря, даже не заметил. Шар ударился о щит и распался. Следующий огненный шар был уже размером с мою голову. Эффект такой же. Первое время было страшновато, но потом я привык. Через некоторое время я уже перестал закрывать глаза перед летящими в меня шарами.
        Как я заметил, магистр бил именно по белым соединительные звенья. Было видно, что щит немного деформировался, но в целом — результат был отличный. За шарами последовали молнии, за ними с рук магистра сорвалось какое-то заклинания, которого я никогда не видел. Больше всего оно напоминала мне смерч — дико закрученную спираль.
        Что-то мне азарт магистра перестал нравиться и я уже начал переживать за свою драгоценную тушку. Но нет, всё обошлось. Я подошел к магистру и вопросительно посмотрел на него. Он показал большой палец правой руки.
        — Единственный вопрос к тебе, Анней, какой расход энергии ты почувствовал когда держал этот щит?
        — Мне трудно что-то ответить на ваш вопрос, господин Тоссель. Я ведь раньше никогда таких плитений не создавал.
        — Ну хорошо, сейчас время уже позднее, завтра, когда мы встретимся, ты мне медленно покажешь свое произведение. Не возражаешь?
        — Нет, конечно. Если такой щит поможет студентам на соревнованиях в Султанате, я буду только рад.
        — Да ну, выучить такое сложное плетение даже студент пятого курса сумеет только за неделю, вторую. Это ведь, как я сказал, нарушение всех канонов. Нужно перестроить, в первую очередь, свою психику. Ведь создаёшь что-то новое. Ты никогда не задумывался о поступлении к нам сюда, в Академию? Из тебя, а я очень редко ошибаюсь, получится отличный специалист своего дела. Ну да ладно, это дело будущего. До него еще дожить нужно. Ну что, по домам?
        К нам подошел Аразур.
        — Ан, ты ничего не забыл? Ведь мы остались испытать то, о чём говорили в здании Академии.
        — Нет, я ничего не забыл, только отойдите от меня подальше.
        Магистр непонимающе посмотрел на меня, но всё-таки сделал шаг в сторону скамейки. Тут у меня появился вопрос — а куда мне направить свой огненный шар? Плиты хоть и надежные с виду, но кто его знает, лучше я спрошу об этом у магистра. Тот ответил, что плиты для того и находится здесь, чтобы выдерживать заклинания любого уровня.
        Я повернулся в сторону стены, до которой было примерно метров двести — двести пятьдесят. Шар из восьми замкнутых звеньев появился мгновенно. Я чисто случайно заметил, что соединительные белые звенья отсутствуют. Это получается, что я неправильно собирал это заклинание? Выходит что так. Собранный вновь шар отвечал, как сказал магистр, всем канонам. Пять звеньев красного цвета, одно белое. И так далее.
        Я сосредоточился и отправил в полет этот шар. Не успев моргнуть, я услышал громкое «та-дах». Это как же я буду вливать энергию на ходу, с такой то скоростью шара? На ходу я этого сделать не смогу. А что если при создании шара, его сразу соединить тонкой нитью с моим стихиальным сосудом? И вообще, к какой точке шара его подсоединить? Все звенья шара соединяются в двух точках. Скорее всего, к одной из них. Всё получилось, как ни странно. Теперь дело за малым — успеть напитать шар до того, как он коснется плиты.
        Я задал направление движения шара и одновременно с этим начал вливать потихонечку энергию. Я ещё успел заметить его движение, а потом раздался, не побоюсь этого сравнения, звук грома. От испуга я присел на корточки. Опять я переборщил с энергией.
        Спустя долю секунды, я услышал громкий звук со стороны плит. Одна из них раскалилась и стала темно — вишневого цвета. Теперь она шипела, издавала неприятные звуки. Ну что же, эксперимент прошел удачно. Друид будет очень довольный.
        Я повернулся к магистру и Аразуру, увидел занимательную картину. Двое взрослых мужчин с испугом смотрели на меня, причём друид — как будто в первый раз меня увидел. Кому и нужно было бояться эксперимента, так это мне.
        Магистр сделал жест, который делает человек, когда он от чего — то оглох. Он открывал и закрывал рот, как рыба которая попала на сушу. Друид уже отошел от испуга и с улыбкой смотрел на меня.
        — Всё, дорогие мои, на сегодня экспериментов достаточно. Не хотел бы я тебя видеть, Анней, своим врагом. Чтобы разрушить всю Академия до основания, достаточно с десяток таких шаров. Это я вам авторитетно заявляю.
        Забирайте свои вещи и пойдемте по домам. Завтра, если будет желание, после занятий со студентами, продолжим наши эксперименты.
        Через пять минут мы с друидом уже подходили к площади с фонтаном, а ещё через десять минут, я с удовольствием поглощал огромное количество пищи. Всё — таки замечательно готовит Лира, очень вкусно.

        Глава 29

        Ресторан «Перевал» находился в очень живописном месте. Сидя на террасе, посетители могли любоваться прекрасным видом заснеженных, непроходимых гор.
        Непонятно, почему люди назвали эти горы хребтом? Ну ладно, хоть название «Невезение» — очень точно передавало всю историю освоения этих гор, неудачи, которые преследовали смельчаков, когда они самостоятельно, через перевалы, пытались миновать горы и оказаться в других странах.
        Для чего это им нужно? Конечно, для торговли. Был альтернативный путь доставки грузов в нынешнюю Империю Хунак — через Спокойное море. Но фрахт торгового судна стоил огромных денег. Да и риск, особенно в последнее время, стал просто огромным.
        Хозяин ресторана, гном Гирд, стоял возле открытого окна в своем кабинете и наслаждался чистым воздухом, шумом небольшой реки и весенним гомоном птиц. Сколько времени прошло с тех пор, как он вынужден был уйти из своего клана? Скоро будет двенадцать лет. Огромный срок, даже по меркам гномов.
        А виной всему — любовь к девушке из клана Красный камень, с которым, по исторически сложившимся традициям, у его родного клана Железная рука, была вражда. Нет бы все ограничивалось здоровой конкуренцией, так нет — дело доходило до разбоев, убийств. И именно тогда, на самом пике обострения ситуации, молодой Гирд встретил и полюбил свою Талли.
        Встреча произошла на небольшом рынке, где шла торговля гномов и людей. Талли элементарно забивали камнями гномы из его родного клана. Гирд заступился за девушку и они были вынуждены бежать. Через пять дней скитаний, молодая пара оказалась в небольшом городке Венллейд. Здесь проживали в основном офицеры — пограничники с семьями. Город очень хорошо встретил молодых, очень даже дружелюбно.
        Гирд устроился на работу в кузню к мастеру Гайду, Талли — в старый ресторан «Пик счастья» поваром. Жизнь потихонечку налаживалась. Денег, естественно, не хватало, но молодые чувствовали себя счастливыми и без денег. Любовь — она такая! В семье ожидалось пополнение, жене стало очень тяжело ходить на работу. Тогда то и задумался гном — где найти высокооплачиваемую работу. Была у Гирда мечта — основать своё кузнечное дело.
        В жизнь молодых вмешалась, Его Величество, судьба. Как узнала мать Гирда о его жизне — до сих пор загадка, но однажды, вернувшись из кузни домой, Гирд увидел пожилую женщину, мирно беседующую с Талли.
        Есть пословица — в любом горе к тебе всегда придет на помощь твоя мать. Матишь, мать Гирда, привезла с собой огромное количество драгоценных камней, золотых монет. Всё, естественно, без согласования с мужем. Но сердце матери всегда подскажет, какой поступок будет правильным. Все — для счастья своего единственного сына.
        Визит матери и определил дальнейшую судьбу молодой семьи гномов. Со временем, Гирд построил замечательную кузнечную мастерскую, открыл свои представительства во многих городах Империи. Мастерская не справлялась с заказами, назрела необходимость в расширении производства. Мастер Гайд с удовольствием принял предложение гнома о размещении части заказов у себя в мастерской. И дело пошло! За оружием приезжали покупатели даже из — за Хребта Невезения. Причем цену они давали почти в два раза большую, чем имперские. Как рассказали купцы Империи Хунак, с приходом к власти Вам — Го, жизнь изменилась в лучшую сторону. Создается новая армия, поэтому спрос на оружие очень большой.
        Буквально через полгода, купцы Империи Хунак стали основными покупателями. Заказы стали еще больше, только успевай поворачиваться. Неужели разведка Императора Киллайда не видит, что происходит? Или это чистой воды саботаж? Снабжать оружием своих будущих врагов? Кто нормальный на это пойдёт?
        Ему, Гирду, нужно содержать свою семью, думать о своих работниках. Отказать купцам Империи Хунак? A основание? Нет такого. Неожиданно, как снег на голову, поступило очень выгодное предложение по приобретению полуразрушенного ресторана, где раньше работала жена. Семьи военных с удовольствием посещали бы хоть какое — то увеселительное заведение. Главное — его наличие.
        Вмешалась жена Гирда, и вопрос был решён — Талли стала хозяйкой ресторана «Перевал». Деньги, просто громадные, ушли на ремонт здания, обновление интерьера, мебели и так далее. Гирд не вмешивался в дела жены, но иногда ей что-нибудь и подсказывал, советовал.
        Дочке Гирда уже исполнилось пять лет, когда гномы решились обзавестись еще одним ребенком. После рождения мальчика, Талли с головой погрузилась в семейные дела, руководство рестораном, само собой, перешло к Гирду.
        Гном улыбнулся. Никогда бы не подумал, что станет владельцем ресторана. Для натуры гномов — это нонсенс. Но куда теперь деваться? Если бы кто-нибудь сказал, что у гнома может завязаться настоящая дружба с человеком, он бы рассмеялся тому в лицо. А ведь это так и произошло три года тому назад.
        В ресторан нет — нет, да заглядывал молодой капитан интендантской службы Пирс. Высокий, отлично сложенный, всегда гладко выбрит. Взгляд слегка прищурен, словно оценивает обстановку, очень вежливый, всегда аккуратно одетый. Одним словом — настоящий военный. Один недостаток — хромает Пирс.
        Как-то раз, гном подсел за столик к молодому мужчине, завязался интересный разговор. Каждый рассказал историю своей жизни. Когда Пирс дошёл до момента своего ранения, лицо его омрачилось. Оно и понятно — боль останется на всю жизнь, как и хромота. От судьбы не уйдешь. Ходил Пирс с тростью, одна беда — помогала она ему только на нормальной, ровной поверхности. Чуть наледь, или небольшой подъем — трость уже никак не могла помочь. Гном, когда пришел домой, после всех домашних дел, достал лист бумаги, карандаш и набросал эскиз не сложного, но очень полезного механизма.
        Гном самолично изготовил все детали механизма, и вставив его в красивую трость, вышел на улицу для испытаний. При нажатии на небольшую кнопку, из опорной части трости выскакивал заострённый штырь сантиметра на три. Он легко входил в землю и за лёд зацепиться можно. Получилось то, что нужно.
        Подарок Пирсу пришелся по душе. Ещё бы! С такой тростью станет гораздо легче передвигаться. После очередного отпуска, молодой военный привез из столицы Империи столько подарков восьмилетней Тиль и трехгодовалому Заку, что радость у детей осталась на долго. Незаметно, простое общение переросло в дружбу между гномом и человеком. Сейчас Пирс тоже был в Аллейде, правда причина была невеселая — умер его отец, мастер мечного боя. Мужчина, который воспитал такого достойного сына, сам достоин уважения.
        Воспоминания Гирда прервал стук в дверь.
        На пороге стоял мужчина средних лет, высоко роста с густой черной шевелюрой. Назвать это причёской язык не поворачивался. Что-то сразу не понравилось гному в мужчине. Вот только что? Глаза! Ну конечно же глаза! У нормального и честного человека не могут так бегать глаза из стороны в сторону. В них, как будто застыли холодные льдинки.
        — Что вы хотели, мужчина?
        — Извините, господин Гирд, я долго не буду вас отвлекать. Я всего лишь пришел передать вам привет от вашей матери, госпожи Матишь. Я правильно, что делаю ударение на букве «и»?
        У гнома ёкнуло сердце.
        — Что с ней? Где вы могли ее видеть? Она должна сейчас находиться дома.
        — Здесь такое дело, уважаемый гном, ваша мама решила повидаться с внуками и уже на полпути, попала в неприятную ситуацию. Скажем так, её удерживают нехорошие люди под замком.
        Гном перепрыгнул стол, взялся за отворот куртки и приподнял мужчину над полом.
        — Ты мне сейчас всё расскажешь, мразь. И где она, и кто её похитил. Ну, я жду ответ.
        — Неужели вы думаете, что рукоприкладство сейчас вам поможет? Отпустите мою куртку и поговорим спокойно.
        Гном еще какое-то время удерживал человека на весу, потом усадил его в рядом стоящее кресло.
        — Я так и думал, что вы разумный чел…гном.
        — Вам нужен выкуп? Что — то еще?
        — Ну что вы, что вы! Тех людей совершенно не интересуют деньги. Им нужна ваша память и знание подземных, а точнее, подгорных подземелий. А еще точнее — ход, который может нас вывести на ту сторону хребта и обратно. Ход, который гномами не охраняется. Только вашему клану, клану Железная рука, известно его расположение. Вас клан отверг, проклял. Неужели у вас нет чувства обиды и не хочется мести?
        Вот оно что. Похитители все знают о нем. И о ходе знают. Но как они узнали? Из поколения в поколение эта тайна передавалась только после принесённой клятвы. Кт-то в клане предатель, кого — то купили. Если это всплывёт на поверхность, то на кого подумают в первую очередь? На гнома, который сбежал из клана. То есть на него, на Гирда. Ну и ситуация.
        — А ещё у вас такие очаровательные детки, такие хорошень…
        Удар в челюсть надолго заставил замолчать мерзавца. Гном сам не заметил, как сделал это. Сработали рефлексы. Гирд опять сел в кресло, массируя руку. Удар хорош, слов нет. Куда теперь семью прятать?
        Не так давно, начальник городской стражи передал Гирду артефакт связи для вызова в ресторан стражников. Мало какие ситуации могут возникнуть с подвыпившими людьми. Похоже, пришло время им воспользоваться.
        Закончив разговор, гном налил в стакан воды и вылил её в лицо незнакомца. Тот помотав головой, уставился мутными глазами на Гирда.
        — За что?  — хриплом голосом спросил мужчина.
        — Еще раз о моих детях вспомнишь — я тебе сломаю шею. Понятно?
        — А сами шею не боитесь сломать, господин гном?
        — Опять угрозы?  — гном приподнялся в кресле.  — Слушай меня внимательно, тварь. Я покажу вам вход в потайной ход при условии, что я увижу мать целой и здоровой. Я думаю, что это понятно?
        — Вот видите, как просто с вами договориться, господин гном. Зачем же вы мне в лицо ударили?
        — Пошел вон отсюда…  — гном еле сдерживал себя.
        Послышался сигнал вызова артефакта связи. Гирд молча выслушал начальника полиции, бросив короткое «спасибо».
        В кабинете он был уже один. Гирд открыл дверцу тумбы стола, достал бутылку «огненного вала». Налив пол стакана этой ядреной жидкости и выпив ее, гном подошел к окну. Уже давно стемнело, пора идти домой. В ресторане без него управятся. Положив в сумку начатую бутылку гномьей водки, он вышел из кабинета и пошёл домой.
        Дом, который купила семья гномов был в двух кварталах от ресторана. Пройдя один из них и повернув на право, к своему дому, гном почувствовал удар под колени, затем — в челюсть. На какое — то мгновенье он потерял сознание.
        Пришёл в сознание Гирд не сразу. Кто — то наступил на его горло. Гном открыл глаза, осмотрелся. Три силуэта чуть в стороне, один человек надавил сапогом на горло, ждал реакции гнома. Гирд дернулся, пытаясь сделать глоток воздуха.
        — Очнулся, коротышка?
        Гирд узнал голос недавнего посетителя.
        — Думал я умоюсь слезами и прощу твой удар в кабинете? Был бы ты человеком — может быть так и было бы. Но ты — гном. Мы таких, как ты у себя дома отлавливаем и медленно убиваем. Теперь слушай, коротышка. Если через три дня ты не будешь у расщелины Трёх камней, мы тебе привезем ухо твоей матери. Через шесть дней — еще одно. Вздумаешь бежать с семьей — твою мамашу убьют. И зря ты стражников…
        Раздался один удар, второй, третий. Четвертый был с особой оттяжкой. Когда гном встал на ноги, он с удивлением произнес:
        — Пирс? Ты то каким ветром здесь? И чем ты этих така нозу отделал?
        — Не ругайся, не люблю,  — засмеялся Пирс.  — Сегодня приехал, в гости к тебе шёл. А вырубил я этих друзей твоим подарком.
        Пирс громко свистнул, из — за поворота вынырнула повозка Тайной полиции.
        — Это теперь их дело, Гирд. В такой одежде мы задерживали людей на перевалах. Это люди не наши. Они из — за хребта. Понял, чем это попахивает?
        — У меня голова плохо соображает, друг. Потом объяснишь все. Скажи одно — как ты все узнал?
        — Во время твоего разговора с начальника стражи, я как раз зашёл к нему в гости. Чисто случайно. Ладно, здесь без нас управятся. Пошли к тебе домой, там поговорим.

        Глава 30

        Нарина сидела в кафе «Три лебедя», и с интересом рассматривала посетителей. Вот зашла семья, явно зажиточная. Папа, мама, две дочки. Набрали еды столько, сколько нормальной семье хватит на целый день, а то и два. Все упитанные, розовощекие. Явно люди не голодают. А вот эти типы совсем интересные — у них на лице написано: то, что кто — то плохо положил и спрятал, теперь наше. Интересно, куда смотрит охранка? В её родном городе этих типов не то что в кафе, в город не пустили бы.
        Девушка сделала жест разносчику, тот немедленно появился у её стола.
        — Мне ещё, пожалуйста, чай и какое — нибудь пирожное на ваше усмотрение.
        — Одну минуточку, госпожа.
        В кафе зашел темноволосый мужчина, лет тридцати пяти — сорока, осмотрел посетителей и направился прямиком к её столику.
        «Вот это сюрприз. На искателя приключений, вроде как, не похож, но идет ко мне явно с какой — то целью» — подумала девушка.
        — Госпожа Нарина не будет возражать, если не молодой, но очень хорошо воспитанный мужчина, составит ей компанию?
        Не дожидаясь ответа девушки, мужчина присел за столик. От такого хамского поведения у Нарины пропал дар речи.
        — Извините, но разве мы с вами знакомы?
        — Вы меня может быть и не знаете, но за вами я давно наблюдаю. И вот какой любопытный вывод я сделал и что о вас узнал. Умная, красивая, получила высшее образование в Академии Искусств Султаната. Свободно разговаривает на трёх языках, не замужем, постоянно общается с агентом внешней разведки Султаната по имени Зариб. Проявляет постоянный интерес к найденным в Мертвой степи артефактам. Подозревается в предумышленном убийстве одного из стражников Северных ворот города Аллейд. Этот факт доказать не удалось, поэтому оставим всё как предположение. Мне продолжать, девушка?
        — Если вы себя считаете очень воспитанным, то может быть для начала вы представитесь?  — ответила Нарина.
        — Ох, как же я мог забыть об этом! Меня зовут Эрон Фаррон. Я начальник службы безопасности Академии Знаний и Силы Империи. Если вы сейчас с облегчением вздохнули, то это сделали зря. Ладно, отойдем от угроз и приступим к дальнейшей беседе. Для угроз и запугивания у нас существует мощная организация — Тайная полиция. Прежде чем вы там окажетесь, я решил с вами побеседовать с глазу на глаз. Вы не возражаете, если я вам буду задавать вопросы, а вы мне будете давать правдивые ответы?
        Нарина пожала плечами. Пусть этот мужчина догадается, что означает этот жест.
        — Итак, приступим. Какая же ваша цель пребывания в Империи? Если вы скажите мне, что представляете какой — то благотворительный фонд, я рассмеюсь, хотя делаю это нечасто.
        — Разве простое посещение Империи это уже преступление?
        — Нет, ну что вы! Подкуп дворецкого герцога Витторо, это да, преступление. Кража имущества — тоже преступление. Похищение людей и удержания их в неволе — ещё какое преступление!
        Подошел официант, поставил на стол заказ Нарины.
        — Господин что — нибудь желает?
        — Господин желает, чтобы нас с девушкой никто не тревожил. Этот заказ выполним?
        — Да, конечно. Извините.
        — Какой утончённый у вас выбор! А как же фигура? Ах, ну да! Кушайте, пока есть возможность. В застенках Тайной полиции такого не подают.
        Нарина закашлялась. Мужчина рассмеялся.
        — Не воспринимайте мои слова близко к сердцу, я вас умоляю! Я просто констатирую факт, что ваши передвижения по Империи в скором времени станут очень ограниченными.
        — Эрон, вы очень весёлый человек. Или только при общении со мной вас распирает от счастья и чувства собственного превосходства?
        — Если честно, то я по жизни человека очень и очень серьезный. Как же мне быть веселым, когда по Империи ходят и бегают такие вот, как вы.
        — Какие?
        — Которые не дают спокойно жить нормальным жителям нашего государства.
        — То, что вы мне перечисляли в течение нескольких минут, просто констатация фактов. А еще точнее — бессмысленный перечень каких — то предположений. Да, я нахожусь в Империи с частным визитом, моё незамужество это не преступление, никакого Зариба не знаю, никого не похищала. О дворецком какого — то герцога первый раз слышу. Поинтересоваться артефактами, может любой человек.
        — Эх, Нарина, умная вы девушка! Вы хотя бы поинтересовались, где сейчас находится уважаемые Зариб. Его нет уже с вами три дня. Я вам с уверенностью скажу, что он лишён возможности питаться пирожными и пить сладкий чай. Догадались? И самое интересное, все думали, что агенты Султаната намного лучше подготовлены. Оказалось, что ошибались. Ваш напарник трезво рассудил, что смертная казнь никак не входит в его планы. Могу предоставить кристалл памяти, где записано его признание. Извините, сделаю поправочку. Часть разговора, где указана конкретная цель вашего пребывания на территории Империи. Вы получили магическое образование, поэтому активировать кристалл для вас не составит никакого труда.
        Мужчина вложил в руку девушки кристалл памяти. Она сжала его пальцами и закрыла глаза. С каждой минутой лицо ее принимало все более и более расстроенное выражение. Она очень сильно побледнела и откинулась на спинку стула. Спустя некоторое время, открыла глаза и спросила у Фаррона.
        — Что вы от меня хотели бы услышать?
        — Меня, как сотрудника Академии, очень интересует один артефакт, который находится в Султанате. Да, опять забыл предупредить, что наш разговор записывается. Если вы посмотрите влево, то увидите за столиком трёх крепко сбитых парней. Резкие движения вам сегодня противопоказаны. Так вот, на чём это я остановился? Да, меня интересует артефакт в форме иглы. Вы видели такой?
        Нарина кивнула головой.
        — Хотелось бы услышать подробности о системе сигнализации во дворце, есть ли возможность её обойти.
        Девушка, не раздумывая, сразу ответила.
        — Сигнализацию лично устанавливал архимаг Таре-аль-Фаррух. Если вам это имя что-нибудь напоминает, то можете сами представить, какой сложности там охранные и сигнальные сигнализации. Я отвечу на следующий ваш вопрос: нет, такую систему взломать невозможно. Туда заложена даже такая система сигнализации, которая у вас, в Империи, еще не применяется. Голос архимага записан на специальный кристалл, для установки или снятия сигнализации и охранной системы, он проговаривает определенный набор слов. Кристалл сверяет голосовые данные архимага с записанными раннее. Если кристалл не распознает хотя бы одно слово, то система сама входит в рабочее состояние. Для того, чтобы её разблокировать, в подвальном помещении Академии находится, так называемый, эталонный кристалл с голосом архимага. Он создан для того, чтобы управлять системой в случае болезни архимага, или его отсутствия.
        Эрон присвистнул.
        — Архимаг часто болеет? Ведь я знаю, что ему минуло уже двести двадцать лет.
        — Я хочу вас заверить, что архимаг переживет и нас с вами.
        — Это плохо! Нет, это конечно хорошо, когда человек не болеет и долго живёт, я в другом смысле этого слова.
        Нарина пожала плечами, потом обратилась к Фаррону.
        — Если я ответила на все ваши вопросы, ответьте на мои, пожалуйста. Что теперь меня ждет?
        — Долгая и счастливая жизнь, что же ещё? Только про возвращении в Султанат вам придется забыть навсегда. Вы там заочно осуждены и вам уже вынесен смертный приговор. Не верите?
        Фаррон достал из бокового кармана куртки небольшую бумагу и протянул её девушке.
        Нарина осторожно развернула бумагу, прочитала и вздрогнула. Там черным по белому было написано: «Н. убрать, подчистить следы. Срочно возвращаться домой. Х.»
        Нарина до крови прикусила губу, первый раз за долгое время ей захотелось расплакаться. Она узнала почерк своего непосредственного руководителя из отдела разведки Халифа Мустафу. Как же эти подлецы быстро решили её судьбу, а ведь вопрос провала операции был заранее оговорен. Сколько выслушала Нарина заверений в том, что даже если операция зайдет в тупик, то по возвращению в Султанат, никаких действий против них предпринято не будет. Это называется — поигрались с дорогой игрушкой и выбросили. Ну что же, вариантов немного. Самый лучший из них, это принять подданство Империи и жить в ней. Если, конечно, её оставят в покое. Другой вариант — согласиться на сотрудничество, выждать время, втереться в доверие и сбежать. Только кто бы сказал ей — куда!? Нет, пожалуй второй вариант нужно отвергнуть.
        Фаррон внимательно смотрел на девушку. Боги, сколько же эмоций пробежало по её лицу. Ей не позавидуешь. Очень красиво звучит выражение — «каждый выбирает свою судьбу». Чушь это всё! Когда вербовали эту девушку в разведку, скорее всего, большого выбора ей не оставили. Шантаж судьбой родственников — самый верный вариант.

        Глава 31

        — Значит ты, Пирс, всё-таки решил оставить военную службу? Как ты пошел на такой шаг? Стать обычным гражданским человеком, отслужив в пограничных войсках такое количество лет. Не понимаю!
        — Для этого много причин, Гирд. Основная причина это моя мама. После смерти отца она себе места не находит, каждые пять минут вспоминает о нём. Вторая причина, это та школа, о которой я тебе рассказывал. Организовать обучение молодых мечников искусству боя — дорогого стоит. В память об отце, я просто обязан возглавить эту школу. Традиции рушить нельзя. Ну и последняя причина — это то, что я вроде как нахожусь на службе, но не имею к ней прямого отношения. Я понимаю, что заниматься делами обеспечения войск продовольствием, одеждой и тому подобное, это тоже часть службы, но поверь, отец воспитал во мне дух бойца. Бумажная работа, который я занимался последние два года, не по мне.
        — Да, я прекрасно тебя понимаю. Но всё-таки тяжело срываться с одного места и переезжать на другое. Хотя, для военных это не представляет проблем. Как говорится, это у вас в крови.
        Гном и человек уже в течение часа сидели за столом в доме гирда. Малышня, обрадованная подарками Пирса, с особым усердием пытались в них разобраться.
        Талли периодически появлялась на кухне, чтобы добавить в тарелки мужчинам еды. Вот и сейчас она зашла на кухню, обперлась о косяках дверей, слушая разговор мужчин.
        — И когда ты собираешься возвращаться в столицу?
        — Думаю через неделю. Если получится раньше, то так тому и быть. Уволиться со службы это полдела. Главное никого не забыть из своих знакомых по службе, их нужно накормить, напоить. Ну, ты прекрасно знаешь, что такое отвальная.
        — Пирс, а что ты нам посоветуешь делать в этой ситуации?  — задала вопрос женщина- гном.
        — Талли, я уже предложил твоему мужу вариант перебраться в столицу нашей Империи, город Аллейд. Это, я считаю, самый лучший вариант из всех, которые приходят мне в голову. Переезжать с места на место и прятаться от агентов Хунак, это, согласись, самое худшее, что может произойти. В этом городе вам оставаться нельзя. В столице, как ни говори, очень развита сеть агентов Тайной полиции, там вы себя будете чувствовать в относительной безопасности. Да и те знания, которыми обладает твой муж, я имею в виду подземный ход на ту сторону хребта, нужно очень сильно оберегать. Это дело уже государства. Император Вам — Го никогда не успокоится и не упустит возможности провести свое войско на территорию нашей Империи. Для этого ему нужен план подземных сооружений.
        — Да,  — невесело улыбнулся гном.  — Организовать такое дело и устраниться от него это очень тяжело. Ведь многие связи налажены, у меня есть постоянная клиентура, ресторан процветает. Ну вот как можно с этим всем смириться?
        — Здесь придется что-то выбирать. Или ваша безопасность и безопасность ваших детей, или процветающее дело. Дело конечно ваше, но я не раздумывал бы ни минуты. Кузнечное дело ты, Гирд, можешь смело поручить мастеру, забыл как его зовут.
        — Мастер Гайд.  — напомнил гном.
        — Вот-вот, если ты ему доверяешь, то делай его управляющим твоей компании. Договориться о процентах с продаж, я думаю, ты сумеешь. Филиал банка «Золотой Империал» в Венллейде есть, поступление денег на твой личный счёт — ты всегда сможешь проверить из любого отделения этого банка в столице. С рестораном, а точнее с его продажей, после того, как вы грамотно поставили это дело, у вас проблем не будет. Желающие найдутся, как только о продаже станет известно в городе.
        Гном налил «огненный вал» в рюмки, произнёс тост:
        — Я так понимаю, что и у тебя и у нас наступает новый период в жизни. Давай, друг, выпьем за то, чтобы дальнейшая наша жизнь была такой же яркой, но чуть — чуть спокойней.
        Когда они выпили гномью водку, Гирд немного подумав, сказал:
        — Твой план хорош, я не спорю. Жене в столице хватит семейный дел. Но какое занятия для себя найду я? Я не такой по своей натуре, чтобы сидеть без занятия.
        — Здесь вот какое дело, друг. В столице очень много мастеров кузнечного дела, но все они работают порознь. Не знаю, по каким причинам, но в торговую гильдию они не входят. Другими словами, каждый работает на себя. Это с одной стороны очень хорошо, а с другой стороны — они испытывают постоянное давление со стороны гильдии. Торгаши постоянно сбивают им цены, отговаривают покупателей. После похорон отца, я разговорился с одним из самых лучших мастеров этого дела, кузнецом Гриммом. Он-то об этом мне и рассказал. Этот кузнец — здравомыслящий человек и он прекрасно понимает, что пришла пора столичным кузнецам объединиться. Только так они выживут. Твоя кандидатура, как глава нового объединения, будет самая лучшая. Это с твоим то опытом и не наладить дела должным образом? Меня многие знают в столице, поэтому моё мнение будет главенствовать. Это я тебе гарантирую. В общем так, мои дорогие, решать конечно вам, но сделайте это, пожалуйста, в течение одного-двух дней. Где и как меня найти — вы знаете. Да я и сам к вам через пару дней наведаюсь. Стражники всегда будут контролировать ваш дом, а люди из Тайной
полиции — ваше передвижение. С этим я завтра с самого утра договорюсь. Уже поздно, мне пора домой.
        Не успел Пирс подняться со стула, как входная дверь открылась и вошла пожилая женщина.
        — Значит есть Боги! Мама, с тобой всё нормально?  — бросился к женщине Гирд.

* * *

        Нарина вторые сутки находилось в здании Тайной полиции. Никто за эти двое суток не удосужился зайти к ней в камеру. Два раза в день открывалось небольшое окно раздачи пищи, куда девушка ставила грязную посуду. Еда, конечно, не из ресторана, или кафе, к которым она привыкла, но терпимая. Если честно, Нарина готовилась к худшему. Санитарный узел, если его можно было так назвать, находился здесь же, в камере за ширмой. Всё бы ничего, но раздражало то, что Фаррон надел на её шею колье из серебристого металла, который ограничивал её магические способности. Нет, девушка не собиралась никуда сбегать после того, как прочитала бумагу с инструкцией по ее ликвидации. Но порядок, есть порядок, теперь девушка будет неизвестно какое время находиться с этим украшением.
        Ну да Боги с ним, ещё больше раздражало отсутствие внимания к ней. Это, как предполагала девушка, вид психологического воздействия на человека. Посидит, одумается и выложит всю — всю правду. Хотя, что ей скрывать? Имперские ищейки узнали о ней практически всё. В этом Нарина была уверена на все сто процентов. Принципы работы в подобных заведениях, где находилась девушка, одинаковые во всех странах мира.
        Как интересно поживает её младшая сестра Далия? Скорее всего, её тоже вызывают постоянно на допросы, хотя младшая сестра была не в курсе, чем занимается она, Нарина. Бедная девочка!
        Девушка с тоской посмотрел на зарешетчатое окно. Было заметно, что день подходит концу. Солнечные лучи отбрасывали красноватая блики по стенам и полу камеры. Скоро заход солнца и опять одиночество.
        Нарина вздрогнула от шума отпираемого замка двери.
        Зашел молодой парень, одетый в простую, гражданскую одежду. Он молча кивнул головой на выход. Пройдя по длинному, плохо освещеному коридору, охранник остановил девушку около массивный двери. Открыв её, он так же молча кивнул головой, мол заходи, тебя ждут.
        Комната, примерно четыре на четыре метра. Возле окна стоял громадный стол, за который находился худощавый мужчина лет пятидесяти. Сочетание стола и телосложения этого человека делали ситуацию просто комичной. Уж больно был человек невзрачный, худенький, прическа просто вызывала смех. Нарина еле сдержала себя, чтобы не рассмеяться.
        Мужчина не обратил на вошедшую девушку никакого внимания, продолжая что-то быстро записывать на бумаге. Это продолжалось в течение пяти минут. Затем мужчина сложил все исписанные листы бумаги в одном ровную стопку, устало откинулся на спинку стула и соизволил поздороваться.
        — Какое милое создание! И как же вас, девушка, угораздило вляпаться в такую историю? Проходите, присаживайтесь. Разговор будет долгим, так что располагайтесь поудобнее. Вам налить воды?
        Нарина благодарно кивнула головой, подошла к стулу и присела.
        — Меня зовут Пиккаро, я начальник Тайной полиции Империи. Вас, как я полагаю, зовут Нарина. Я прочитал внимательно ваше дело, и скажу откровенно, дела ваши не очень хорошие. Одно то, что вы являетесь агентом тайной разведки Султаната, дает основание властям упрятать вас за решётку на очень длительное время, или отправить вас на каменные рудники. Выбор, собственно говоря, не очень большой. Суд однозначно состоится, но вот какое наказание вы заслужите — всё зависит от ваших показаний и желания сотрудничать с нами. Если вы согласитесь сотрудничать — мы обеспечим вам комфортные условия проживания. Если нет — то к обвинению, которое вы услышали ранее, добавится еще куча всего — всего. Я так думаю, вы прекрасно меня понимаете.
        — Господин Пиккаро, извините меня, но своё желания сотрудничать с вами, я уже продемонстрировала в кафе «Три лебедя». Я вас очень прошу перейти от угроз к делу. Я достаточно хорошо знаю все законы Империи, нас этому хорошо обучили.

        Глава 32

        Я проснулся от запаха дыма и гари. Я задыхался. Вскочив резко с кровати, чуть не закричал от боли. Спина горела так, как будто кто-то развёл на ней костер и ждал, когда мясо приготовится. Я начал метаться по комнате, не понимая, что со мной происходит. Увидев тлеющую простынь, схватил её в охапку и ринулся к двери. Я с криком бежал по коридору в сторону ванной комнаты. За мной бежали Лира и Аразур. По коридору стелился плотный шлейф вонючего дыма.
        Забежав в ванную комнату, я открыл кран с водой и бросил в раковину то, что осталось от простыни. Стирх, чуть заживо не сгорел. Надо заканчивать с этим ночными тренировками. Я закрыл воду и удивлённо посмотрел на простыню. Одни лохмотья, ужас!
        — Что случилось?  — задал вопрос Аразур.
        Я резко повернулся к нему, хотел что-то ответить, но обратил внимание на Лиру. Она отвернулась к стене и на меня не смотрела. Чего это с ней? И тут до меня дошло! Ох, ёёё! Я же совершенно голый! С ещё большей скоростью я побежал в сторону палаты. Теперь за мной бежал один друид. Потом до него дошла комичность ситуации, он остановился и зашелся в истерике. Все бы им смеяться надо мной!
        В палату, вытирая слезы от смеха, зашел Аразур. Я натянул штаны и посмотрел на кровать. Матрас был целый, но на всякий случай я его хорошенько осмотрел. Нет, всё нормально. Присев на кровать, я задумался. Что же мне такое ночью приснилась, если от моего тела загорелась простыня? Единственное, что я вспомнил, засыпая, дал задание организму на перестроения своих энергетических каналов.
        Это задание носило скорее шуточный характер, но видишь, как все получилось. Такими темпами, мне придётся с собой носить ведро с водой и с ним же спать в обнимку. Аразур подошёл ко мне и занялся осмотром моей спины.
        — Ну и что там, сильный ожог?
        — Да нет, ерунда. Через час будешь, как новенький. Рубашку не надевай и двигай за мной.
        Друид привел меня в какую-то комнату, заполненную кроватями.
        — Ложись на эту.  — показал он пальцем на ближайшую кровать.
        Я лег на живот, приготовился к чему-то неприятному. Но нет, друид начал наносить на тело какую-то мазь. Ну и вонь!
        — В этой банке что-то сдохло?
        — Лежал бы ты уже молча, умник! Это самая лучшая мазь от ожогов, которую я знаю.
        Закончив наносить мазь, Аразур достал какой-то артефакт и начал водить им вдоль спины. Я почувствовал легкий холодок и приятное покалывание.
        — Ну вот, другое дело. Постарайся не делать резких движений хотя бы час. Хотя я тебя немного изучил, моё предупреждения для тебя пустое место.
        Я пожал плечами. Хорошего же мнения обо мне друид. Я попытался привстать с кровати, но услышал:
        — Не вставай, полежи еще так минут десять. Так ты всё-таки объяснишь, что с тобой произошло? А то только бегал и тряс своими причиндалами. Хорошо хоть никого из студентов не было. Разговоров было бы на целый семестр. Хотя, если бы были в добавок и студентки, разговоров было бы на несколько лет. Ты сам представь эту картину? По коридору бегает голый мужчина с тлеющей простынёй. А за ним двое друидов. Вот что может подумать нормальный человек? Просто феерическая картина.
        — Может хватит издеваться? Человек чуть заживо не сгорел, а вам бы всё посмеяться.
        — Ладно, ладно, не буду. Я тебя слушаю.
        — Да что объяснять? Проснулся — горю. Вот и все объяснение. Кто бы мне что-то объяснил!
        — Я думаю, что Дром попробует во всём разобраться. Кстати, он скоро придет.
        — А почему так рано?
        — Не рано. Просто кто-то сегодня проспал почти до семи часов.
        — А ведь точно, когда я вскочил с кровати было уже светло.
        — Вот — вот. Ты явно вчера перезанимался вечером.  — сказал друид.  — Когда я лечил твою спину, я заметил какие — то изменение в твоём организме. Ты ничего не чувствуешь?
        — Нет.  — буркнул я.  — Кроме голода, причём дикого, я ничего не чувствую. Просто удивительно, такими темпами я скоро превращусь в обжору. Вы не знаете из-за чего у меня такой аппетит?
        — Точно не знаю, но догадываюсь. Это всё происходит из-за того, что меняется твоя энергетика, а это дело очень затратное. Когда перестройка твоего организма прекратится, я думаю все придёт в норму. А если не придет — подлечим, не переживай. Можем тебе даже часть желудка удалить, если обжорство не прекратится.
        Аразур опять закудахтал. Если человек оригинальный, то и смех у него соответствующий.
        Я зашел в палату, взял полотенце и пошел приводить себя в порядок. После этого — в столовую. Лире я старался не смотреть в глаза, как — то неудобно. Хотя чего стесняться? Они каждый день всякое видят. Ерунда это всё.
        Я еще не закончил завтракать, как услышал шаги гнома. Он зашел в столовую, поздоровался и задал Лире вопрос.
        — Почему у вас на этаже жареным мясом пахнет? С каких пор друиды начали употреблять в пищу мясо и давать его больным?
        Что за день сегодня? Я что, решил сегодня клоуном подработать? Надо с этим заканчивать. А то поползут еще слухи по Академии. Я фыркнул. Лира не смеялась, нет. Она давилась от смеха. Дром удивлённо пожал плечами, повернулся ко мне и сказал:
        — Закончишь завтракать — зайди в кабинет Аразура, я буду там.
        Зайдя в кабинет друида, я застал интересную картину. Друид и гном о чём-то спорили, тыча пальцем в рисунок, где был нарисован человек. Только как-то он странно был нарисован. Такую картину я наблюдал, когда погружался в состояние медитации. Я подошёл поближе и рассмотрел рисунок. Как оказалось, это была схема, где показывались основные энергетические участки человеческого организма. Понятно, меня обсуждают. Моё присутствие наконец-то было замечено. Дром прищурился и начал внимательно меня осматривать.
        — Ты что натворил? Какое я тебе давал задания? Приручить организм по твоему требованию сужать энергетические каналы. Так? Зачем ты его перестроил под себя?
        Вот что можно ответить взрослому человеку? Сказать, что я не хотел, или сделать вид, что смущен? Кстати, у меня сегодня так и не нашлось времени, чтобы войти в состояние медитации и осмотреть свой организм. Я скользнул взглядом во внутрь тела и от удивления присвистнул. Нет, все мои органы были на месте, также как и два моих сосуда. Единственные изменения произошли с отростками моего паука. Между толстыми энергетическими каналами, с какого-то перепугу, образовались перемычки. И что мне с ними прикажете делать? Какую роль они выполняют?
        — Дром, а ты знаешь, не всё так плохо.  — сказал друид.  — Этими новыми каналами он сумеет регулировать подачу энергии в верхнюю, или нижнюю части тела.
        Гном на несколько секунд задумался.
        — Ты хочешь сказать, что пережимая эти новые каналы, он будет давать возможность свободной, нормальной циркуляция энергии? Ну — ка, ну — ка, как интересно! А если новые каналы будут полностью открыты, то зачем энергии идти по пути большего сопротивления, если можно сразу же вернуться в стихиальный сосуд? Гениально! Ты это сам придумал, мой мальчик?
        Надоело! Пора заканчивать с этим концертом. Я кивнул головой, мол да, это я. Если бы я отказался, дискуссия между гномом и друидом продолжалось бы до бесконечности.
        — Ты, как я понял, свои новые способности еще не испытывал? Хорошо, как должен работать этот механизм, ты понял. Пробуй!
        Я присел на стул, сосредоточился и моё внутреннее «я» отправилось в путешествие по моему организму. Сейчас новые каналы были почти полностью пережаты. Это моё нормальное состояние, если я правильно всё понимаю. Организм подпитывает энергией все участки моего тела и я себя чувствую комфортно. Теперь я попробую эти каналы немного разжать, увеличивая их пропускную способность. Примерно прикинул, что сейчас половина энергия уходит, как и уходила раньше, половина циркулирует по малому кольцу.
        — Попробуй полностью открыть эти перемычки.  — услышал я голос гнома.
        Было бы сказано. Теперь и для меня было заметно, что вся энергия циркулирует по замкнутым контурам. Только малая часть энергии движется по старому маршруту.
        — Теперь тебе, Анней, нужно научиться делать эти не хитрые операцией в автоматическом режиме. Опять же нужны ночные тренировки.
        Ну уж нет! Теперь я буду давать возможность организму по ночам отдыхать. Дневных и вечерних занятий, я думаю, хватит.
        Дром уже собрался уходить, когда я вспомнил о простыне и последующем кошмаре. Вздохнув, я рассказал о утреннем происшествии, спросил, как мне теперь контролировать себя во время сна. Гном на удивление спокойно отреагировал на мой вопрос.
        — Ты думаешь, что зря раз в год дети подлежат обязательному осмотру специалистов из Академии? Каждое лето, на время практики, студенты третьего и четвёртого курса объезжают практически все небольшие города и посёлки в поисках «одаренных».
        В первую очередь осматривают детей от пяти лет и старше. Ты, скорее всего, слышал такое выражение — сгорел, маг перегорел.
        — Да, слышал. Это как то связано с энергией?
        Дром и Аразур одновременно кивнули головой.
        — Энергии в организме человека постоянно нужен выход, иначе организм сам начинает его искать. Люди, бывает и такое, в буквальном смысле этого слова сгорают, взрываются. Поступление энергии из пространства идёт постоянно, а вот расход — не всегда.
        — Разве нельзя ограничить доступ избыточной энергии в организм?
        — Можно, но тогда, когда тебе захочется её больше потянуть из пространства — получится пшик. Каналы подстроятся под малое количество энергии, уменьшатся в размерах. Обратного пути уже не будет.
        — Получилось так, что после моего пожелания организму на ночь перестроить каналы, организм отсёк сразу от стихиального сосуда все каналы и занялся строительством новых. Так?
        — Примерно так. У нас, в Академии, все занятия со студентами происходят в специальных медитативных классах и под наблюдением опытных специалистов. Заметь, Анней, только в дневное время. Если преподаватель заметит, что развитие энергетики студента отклонилось в худшую сторону, или идёт слишком быстро — он всегда имеет возможность остановить этот процесс, или вообще его запретить. Вот как бы так.
        Попрощавшись с нами, гном направился к двери, затем остановился.
        — Забыл вам передать слова Тосселя, что сегодня занятия студентов на полигоне начнутся с часу дня. Сразу скажу — это связано с нашим Солнцем. Там будет испытываться какое — то новое защитное плетение. Как вам вчера мои студенты, понравились? То — то же! Теперь огневики нос задирать не будут.
        Дром засмеялся. Аразур помощился, я тоже.

        Глава 33

        Когда дверь за гномом «мягко» закрылась, Аразур вздохнул с облегчением.
        — Шумные создания эти гномы. Не знаю как у тебя, а у меня начинает голова болеть от такого общения. Особенно, от его смеха.
        — Это точно! Как я понимаю, у меня с ним занятия окончены?
        — И не мечтай. Дня два будет приходить, осматривать тебя. Академии очень повезло, что гном у нас работает. Я даже слышал историю, как его пытались купить архимаг Султаната и ректор их Академии. Не знаю, правда это, или нет.
        — Я вот, что думаю. Сегодня занятия раньше закончатся. У меня будет возможность домой попасть, переночевать. А завтра к семи утра я вернусь. Не возражаете?
        — Еще как возражаю! Тебе сегодняшнего пожара мало? Я даже не берусь предсказать очередной фортель твоего организма. Если тебе нужно за вещами съездить — нет проблем. Но только туда и обратно. Я, в некотором роде, несу за тебя ответственность.
        Я повздыхал, но понимал, что друид прав.
        — А выходить мне из главного корпуса можно? Хотя бы к фонтану?!
        — Не можно, а нужно. Чем больше будешь на улице, тем быстрее окрепнешь от пережитого шока. Иди, любуйся природой. Можешь даже с кем — нибудь познакомиться. К обеду возвращайся. Да, Ан, постарайся сегодня без мордобоя обойтись.
        Опустившись на первый этаж, я вышел из комнаты телепортов, огляделся. Возле арки, которая странным образом отреагировала на меня, стояли двое студентов и тихо о чём — то переговаривались. На меня никто из них не обратил никакого внимания. Это хорошо, значит воспринимают за своего.
        Я вышел через знакомую дверь на площадь фонтана, как я его назвал для себя. Фонтан, как и вчера, выбрасывал в верх разноцветные струи воды. Все скамейки были пусты, занимай какую хочешь. Я выбрал скамейку, на которую попадали лучи солнца. Как хорошо! Весеннее солнце тем и отличалась от летнего, что давало приятный мягкий свет и тепло. Пройдет пара месяцев, и от этого «ласкового» солнышка люди будут прятаться в тени и поглощать неимоверное количество жидкости. Я блаженно закрыл глаза, подставил лицо солнышку. Так и заснуть недолго. До того расслабляла это обстановка, что я на какое — то мгновения задремал.
        Услышав легкие шаги и открыл глаза. Какая — то девушка прошла мимо меня и присела на соседнюю скамейку. Да это же Силь! Чего это она вздумала прогуливать занятия? А может и не прогуливает. В Академии своя жизнь, своё расписание.
        Поймав мой удивленный взгляд, девушка улыбнулась мне и помахала рукой, как старому знакомому. Ты посмотри, запомнила меня. Ну да, как не запомнить такого «красавца» с удивительным окрасом волос. А о своих глазах я вообще молчу.
        — У вас сегодня нет занятий?  — спросил я.
        — Ну почему же, есть. Между парами образовалось свободное окно, я решила выйти на улицу, подышать свежим воздухом. А вы сегодня опять будете у нас на тренировках?
        — Обязательно!
        — У всего нашего курса, не знаю как о других, одни разговоры о ученике нашего друида. Все голову сломали — откуда он появился. Это очень редкое явление, когда друиды берут в ученики людей. Поэтому к вам будет повышенное внимание.
        — Пусть обсуждают, это их право. Мне как — то всё равно. Сегодняшние занятия перенесли на час дня, вы в курсе?
        Девушка согласно кивнула головой.
        — Да, конечно. Сегодня будем испытывать защитный экран — изобретение моего декана Дайлера. Вы с ним не знакомы? Очень занимательный дядечка, уверяю вас. Будет возможность — обязательно с ним пообщайтесь, он знает массу интересных историй, очень хорошо разбирается в теории и практике магических наук.
        — В чём особенность вашего защитного плетения? Разве его обязательно испытывать в то время, когда солнце высоко? Если не возражаете, я подсяду к вам поближе?
        Мне показалось, что в глазах девушки промелькнуло удивление. По всей видимости, она не привыкла к такому общению. Силь согласившись, сказала:
        — Конечно, так будет лучше. Разговор никогда не получится на большом расстоянии. Нужно видеть глаза собеседника, чтобы понять — интересен ему разговор, или нет.
        Я присел на скамейку рядом с девушкой и голова пошла кругом от запаха ее духов. Я давно заметил, что многие женщины пользуются одними и теми же духами, но эффект всегда разный.
        — Вас зовут Силь? Я правильно вчера понял? Или это только для близких друзей? Меня, кстати, зовут Анней.
        — Очень приятно, Анней. Где вы вчера видели близких друзей? Нет, это моё сокращённое имя от Силиция. Мои родители оригинальные люди. Моего старшего брата они назвали Торенций, представляете? Мы его все, конечно, зовем сокращённо Тором, но когда он слышит свое полное имя — недовольная морщится. Когда мы были маленькими детьми я всегда, чтобы его разозлить, называла полным именем. Ох, и скандалы были!
        Девушка от всей души рассмеялась.
        — Честно говоря, у меня близких друзей нет. Вы же догадываетесь, чья я дочь?
        — Да мне, собственно говоря, всё равно.  — ответил я.  — Главное — душа человека, а не положение, которое он занимает в обществе. А если я неправ, поправьте меня. И вообще, я очень не люблю «выкать». Может быть перейдем на «ты»?
        Силиция недоверчиво посмотрела на меня, потом опять рассмеялась.
        — Ты даже себе не представляешь, сколько раз я о таком мечтала. Все меня называют Ваше Высочество, мило улыбаются, уступают дорогу, боятся лишнего сказать. Как же, пожалуется целому Императору и тогда не сносить головы! Вот с этим я и живу. Я очень рада нашему знакомству. Но твоё имя тоже непривычное и длинное. Как тебя друзья называют?
        — Ан. И ты меня называй также.
        — Договорились, Ан.
        Откуда-то сбоку Академии появились магистр Арнинг и Лорнс. Они шли по аллее и о чём-то оживлённо разговаривали. Магистр, увидев меня, приветственный помахал мне рукой. Его движение повторил Лорнс. Я проследил взглядом за ними. Мужчины, прошли мимо зданий общежитий, повернули в сторону хозяйственных построек, как их назвал Аразур.
        — Ты что, их хорошо знаешь?
        — Да, немного знаком. А что?
        — Стоп, стоп, стоп! Уж не тот ли ты человек, о котором магистр говорил моему отцу?
        — И что ты такого необычного услышала обо мне?
        — Ничего особенного, но как я поняла, магистр очень доволен, что познакомился с тобой. Как я поняла, ты обладаешь уникальной энергосистемой и тебя обязательно нужно держать на контроле, потому что ты ещё плохо управляешь своим Даром. Я так же слышала о случае в вестибюле. Это же ты был? Когда арка зазвенела и зажглась разноцветными огнями?
        Прав магистр Тоссель, шило в мешке не утаишь. Да и скрывать это от дочери Императора — даже смешно. Если она захочет, то узнает обо всём. Вот тебе и великая тайна.
        — Знаешь, Силь, не надо об этом распространяться, хорошо? Пусть я буду для всех учеником друида.
        — Можешь даже не переживать насчет этого. Нас воспитали с братом так, что даже если мы услышали важную государственную тайну, она дальше дворцовых стен никуда не расходилась. Теперь мне понятно, почему ты задал вопрос о эксперименте с новым защитным плетением. Ты, я думаю, хорошо разбираешься в основах магии. Я права?
        — Ну что ты!  — я отмахнулся рукой.  — Вчера я видел все ваши плетения, одно повторил в присутствии магистра Тосселя. У меня странным образом устроен мозг. Достаточно мне один раз что — нибудь увидеть, это остается в моей голове на всю жизнь.
        Не знаю почему, но моё чутьё мне подсказывало, что этой девушке можно доверять.
        — Ты так и не ответила на мой вопрос. Что такого необычного в вашем новом плетении?
        — Ты наверное обращал внимания, что если посмотреть на озеро, или лужу под разными углами, то можно увидеть, что в одном случаи вода прозрачная, в другом — отражает весь солнечный свет. Наш декан долго работал над разработкой этого проекта. Ему и его помощнику с кафедры Воды, удалось соединить плетения стихии воздуха и воды. Это плетение имеет форму многогранного шара, как хочешь так его и называй. Они добились того, что в любом положении, защитный щит будет отражать солнечный свет. Мы используем этот эффект для ослепления противника. Только ты смотри, раньше времени никому. Хорошо?
        — Конечно, можешь быть спокойной. Я умею хранить секреты, поверь мне.
        — Я бы рада с тобой ещё поболтать о чём нибудь, но мне нужно идти на занятия. Пока, до встречи на полигоне.
        Я проводила взглядом удаляющуюся фигуру девушки, вздохнул и подумал о том, что кому — то в этой жизни с ней повезёт.

        Глава 34

        После того как девушка ушла, я ещё посидел некоторое время в одиночестве. Потихонечку скамейки начали заполнять студентами, я поднялся и пошел в сторону здания.
        — Ну ты посмотри, какой красавчик!  — услышал я женский голос.  — Хотела бы я с ним познакомиться.
        — Кто тебе мешает это сделать?  — ответила черноволосой девушке её рыжеволосая подружка.  — Он, я так думаю, совсем не против будет это сделать. Да, молодой человек?
        Я улыбнулся и зашёл в здание. Проходя мимо кабинета друида, остановился в нерешительности. Некоторые вопросы не давали мне спокойно жить. Всё-таки я решился на этот шаг и постучал в дверь. Из-за двери послышалось вежливое «да- да», я вошел в кабинет.
        Перед Аразуром на столе лежала целая кипа каких-то бумаг.
        — Я не сильно отвлекаю?
        — Нет, всё нормально. Проходи, садись. Ты как всегда с какими-то вопросами? Слушаю тебя.
        — Вы помните, что предложили покопаться у меня в голове, чтобы я узнал что-то в своем сне.
        — Конечно помню. Когда ты был без сознания, магистр Дром, как я тебе сказал, увидел, что у тебя были установлены шесть ментальных блоков. По каким причинам они разрушились, боюсь, что мы никогда не узнаем. Да и докапываться до истины — я не вижу смысла, были и были. Но я тебе, юноша, не всё сказал. Как бы это выразиться? В общем, у тебя остались следы от этих блоков, их фундамент. Их, увы, сможет удалить только тот, кто ставил эти блоки. Наш, современный уровень, этого сделать не позволяет. В наглую выламывать их — неизвестно чем всё закончится. По — моему, я достаточно подробно ответил на твой вопрос. Ещё что-то?
        — Конечно!  — я улыбнулся.  — Хотелось бы знать ваше мнение о дальнейшей судьбе артефактов. Добудем мы иглу — артефакт, или нет, будущее покажет.
        Но что дальше!?
        Откроем мы раковину, достанем оттуда браслет. А дальше-то что? Где искать всё остальное? Жезл, накидку, обруч? И кто скажет, какое истинное предназначение этих артефактов? Они способны предотвратить войну, или наоборот, сумеют помочь уничтожить всё живое на нашем материке? Может быть нет смысла заниматься их поиском? Ведь находились же эти артефакты отдельно друг от друга несколько сотен лет? Ничего, жизнь не остановилась.
        — Я с тобой во многом согласен. Но появились обстоятельства, из-за которых мы просто обязаны найти эти артефакты. Ты знаешь, что очень и очень давно, сильно была развита, так называемая, Чёрная магия. Людей сотнями, тысячами отправляли на заклание черным магам. Ты спросишь ради чего? Естественно, ради обладания сверх мощи над всеми смертными. Существующие в наше время магия, это так, детский лепет. И если одновременно произойдет использование Черной магии и магии крови, то всему живому на этой планете придет конец. Вспомни мою недавно лекцию о двух континентах, которые ушли под воду. Вспомнил? Так теперь представь, какая это сокрушительная мощь. Но это ещё не всё!
        Мало того, что погибнут сотни тысяч человек, ещё большее количество людей просто на просто лишатся рассудка. Одни люди сойдут с ума от потери близких, другие продадут свою жизнь ради того, чтобы в их семьях появились хоть какие — то деньги. История знает множество примеров, когда черные маги просто — напросто покупали жизни людей. Какой отец или мать откажется отдать свою жизнь за спокойную жизнь своих детей? Ну и последнее. Наши мастера магического боя по сравнению с заурядным чёрным магом будут выглядеть, как младенец перед взрослым мужчиной. Я не знаю, какая тебе в этом отведена роль, но если с твоей помощью получилось кое-что уже сделать, то значит ты будешь играть и во всём остальном — главную роль. Это чисто моё мнение, если хочешь можешь поспорить со мной, но навряд ли ты меня переубедишь.
        Нам всем, Анней, остается только догадываться, что произойдет дальше.
        Я прокручиваю в голове все возможные варианты. Самый правдоподобный выглядит так: мы с тобой в составе делегации попадаем в Султанат. Пока студенты заниматься своими делами, ты каким-то чудом должен попасть во дворец шейха, обезвредить все сигнальные и охранные системы. Такое возможно? Да, но только если кто-то будет тебе в этом помогать. Я имею в виду — кто-то из местных. Допустим, что ты украл эту иглу и попал целым и невредимым на территорию Империи. Здесь мы открываем раковину и достаем браслет. А вот здесь начинается самое интересное — или с помощью браслета мы находим остальные артефакты, или на этом всё заканчивается. Наш магистр прячет всю коллекцию в стазис и мы о ней забываем. Такой вариант, конечно, никого не устраивает. Я знаю прекрасно Арнинга, этот человек пойдет до конца и не успокоится, пока все артефакты не окажутся в Академии. Он уже однажды обмолвился, если ты вспомнишь, что эти артефакты нужно добыть любой ценой, даже ценой собственной жизни. Вот такие вот дела!
        Пока ты был на улице, ко мне заходил Фаррон. Тайная полиция и он провели блестящую операцию по задержанию агентов Султаната. Они находится в Тайной полиции, где дают показания. Девушка, которая подкупила стражника Северных ворот, для нас является ценным кадром. Эрон приходил ко мне, с поручением от магистра, подготовить комнату для проживания этой особы. У нас есть, если ты помнишь, одноместная палата, пусть она её и занимает. Как я понимаю, эта девушка сумеет каким — то образом вывести нас на знающих систему охраны в Султанате людей. Кто — то из очень близких к ней людей, имеет доступ к комнате, где хранятся артефакты. Подробности я не знаю, но хочу верить, что всё это так. Так что нам, молодой человек, остаётся только ждать развития всех событий. Один начальник Тайной полиции в состояние нам помочь, но когда у него произойдёт следующее видение, никто не знает. А теперь давай обедать и собираться на полигон.
        Уже за обедом друид продолжал развивать свою мысль.
        — Если ты хочешь знать мое мнение о тебе, а это опять только моё личное мнение, раз ты попал в этот мир, в окружение людей, ты просто обязан сохранить этот мир до возвращения твоих родственников сюда. Они бы не стали оставлять города в неприкосновенности. Они вернутся, будь уверен. Да дело не только в этом! Разве люди не заслужили свое право жизни в этом мире? В семье, как говорится, не без урода. Если Империя Хунак поведет себя очень агрессивно и попытается с помощью Черной магии завоевать весь континент, то мы и должны быть к этому готовыми. Для тебя главное разобраться в своих способностях и сделать это как можно скорее. Пообедал? Тогда пошли к студентам, о носилках не забудь. Зря мы их вчера в здании полигона не оставили.
        — Да мне их не тяжело носить. Я готов, пойдёмте.
        Фонтан, как и вчера, оккупировали стайки студентов. На одной из скамеек я увидел рыжеволосую девчонку, которая подмигнула мне.
        — Ты времени, оказывается, зря не теряешь!  — засмеялся друид.  — Удивительная способность находить что-то в кратчайшее время.
        — Даже и в мыслях не было. Я и имени этой девочки не знаю.
        — Ну — ну!  — хмыкнул Аразур.  — Все так говорят. А потом смотришь и дети каким — то чудом появляются на свет.
        Мы опустились по ступеням в котлован полигона, как раз в тот момент, когда переодетые студенты уже подходили к секторам. Рядом с магистром Тосселем я заметил какого — то невысокого, худощавого мужчину в мантии Академии.
        — Магистр Дайлер собственной персоной,  — пояснил мне друид.
        — Да, я догадался. Мне настойчиво рекомендовали с ним познакомиться и побеседовать.
        — Это кто же дал такие рекомендации, если не секрет?
        — Да так, познакомился чисто случайно с одной девушкой с факультета воздуха. Она его очень сильно хвалила. Сказала, что он очень интересный собеседник.
        — И правильно сделала. Этот человек очень талантливый, в чём ты сегодня убедишься.
        Мы подошли к сектору с травяным покрытием, поздоровались с мужчинами. Тоссель опять напомнил мне, чтобы я держался за его спиной. Огневики во всю резвились, запуская в небо огненные шары. Сразу было заметно, что людям некуда девать энергию. Я этому очень удивился, ведь впереди несколько магических поединков.
        Пятерка, куда входила Силь, что-то усиленно обсуждала. В нескольких метрах от них, огневик Пирон также что-то объяснял своим товарищам. Это по видимому готовилось первое сражение. Три огневика продолжали откровенно красоваться, запуская шар за шаром в небо. Я ещё раз рассмотрел и оценил фигуру моей новой знакомой. Хорошенькая, слов нет. Словно почувствовав мой взгляд, она повернулась ко мне лицом, помахала мне ручкой и мило улыбнулась.
        — Да у тебя, как я посмотрю, кобелиная сущность. И когда только успел с ней познакомиться?  — засмеялся друид.
        Впереди сидящий магистр повернулся к нам, показал большой палец руки и сказал:
        — Очень симпатичная девчонка. Эх, был бы я помоложе…
        Что он хотел дальше сказать, мы не услышали. У одного из огневиков, не знаю как его зовут, огненный шар взорвался буквально в нескольких метрах от рук. Пятёрку, куда входила Силь, разбросало по сектору. Мы все одновременно вскочили со скамейки и побежали к студентам. Первой, к кому я побежал, была Силиция. Она покачала головой, мол всё нормально и показала взглядом на черноволосую девушку, которая лежала в нескольких метрах от неё. Я вспомнил имя этой девушки — Кайма. Первое, что бросилось мне в глаза — кровь, которая обильно лилась из её носа. Кайма попыталась встать, но я придержал её рукой.
        — Лежи спокойно, тебе нельзя вставать. Запрокинь немного назад голову. Так быстрее остановится кровь.
        Посмотрев по сторонам, я заметил, что друид троих уже осмотрел и двигается к нам.
        Он встал на колени и заглянул девушке в глаза.
        — Всё понятно. Сотрясение мозга. Тошнит?
        Кайма утвердительная покачала головой.
        — Анней, иди за носилками, девушку придётся доставить к нам в отделение.
        — Придётся, милая, суток двое — трое полежать в палате. Случай не смертельный, но тебе нужен покой и отдых.
        Я принес носилки, повернул ручку и они поднялись над землей. Аккуратно приподняв девушку, я положил её на носилки. Друид достал из сумки какой-то артефакт и вложил его в руки Каймы.
        — Потерпи, дорогая. Если сможешь, сожми покрепче этот артефакт. Он уже сейчас принялся за лечение. Магистр, извините, но тренировку на сегодня придется отменить. Проведите дополнительный инструктаж со своими обалдуями. Ведь я собственными ушами слышал вашу команду о прекращении разминки. Так какого Стирха здесь произошло?
        Тоссель согласно кивнул головой. После такого стресса проводить тренировку нельзя.
        Вес носилок я действительно не чувствовал. Они казались легкие, как пух. Интересно, как мы будем удерживать девушку на носилках, когда будем подниматься по ступенькам? Всё оказалось гораздо проще, чем я думал. Носилки, казалось, ступени не замечали — как были в горизонтальном положении, так и остались. Я обратил внимание на студентку. По щекам беспрерывно текли слёзы. Ясное дело, больно не больно, но очень обидно. До поездки в Султанат осталось не так уж много времени, не известно чем всё это закончится и разрешат ли девушке участвовать в соревнованиях. Второй раз за два дня встречаюсь с негативным проявлением магии. А точнее — отсутствие ума у тех, кто ею занимаются. Ещё одна зарубка на моём носу. Магия только для трезво мыслящих людей. Если бы не мантия из специального материала — огневик был бы сейчас без рук.

        Глава 35

        Как не хотел отпускать меня Аразур домой, а пришлось. Магистр Арнинг пришел в медицинское отделение узнать о состоянии студентки, заодно проведать меня.
        В это время я занимался очень важным делом. Я думал. Лежа на кровати и вперив взгляд в потолок, я усиленно занимался мыслительным процессом. В голову лезла всякая ерунда. Начиная с момента, когда мы вернулись с полигона, мысль попасть домой посещала меня раз десять. Ещё бы! Там осталось моё любимое оружие, без которого я был уже больше недели. Но в первую очередь — нужно попасть на могилу Тилла. Иначе буду чувствовать себя неблагодарной свиньёй.
        За этими мыслями и застал меня магистр.
        — Как твои успехи, Анней? Судя по тому, что я увидел возле фонтана, дела у тебя просто великолепно.
        Он засмеялся.
        — Да не красней ты так! Все нормально. Но будь с той девушкой поаккуратней. Договорились?
        — Мы с ней разговаривали и обсуждали новое плетение, которое сегодня должны были испытать студенты.
        — Ну и на здоровье! Разговаривал я с магистром Дромом, он сказал, что у тебя прогресс с твоим обучением и тебя можно включить в состав делегации. Не передумал ехать в Султанат? Дело то опасное. Абу- аль-Сина очень быстр на расправу. Если что, тебя даже Император не сумеет защитить.
        — Нет, не передумал. Аразур сказал, что скоро здесь поселится девушка из Султаната. Может быть она чем — то поможет?
        — Может быть. Она уже подписала бумаги о сотрудничестве, о помощи и так далее. Ты за ней здесь присмотри по случаю. Хорошо?
        — Другого места разве не нашли для её проживания?
        — Академия — самое надежное место. У неё на шее висит колье, которое блокирует её дар. Но это лишь часть функций. После того, как она пересечёт границу Академии, самостоятельно выбраться не сумеет.
        Как сказал Фаррон, она оказалась очень даже адекватная. Некоторую информацию уже предоставила. Но это мы обсудим послезавтра. И не здесь, естественно.
        Магистр внимательно посмотрел на меня, цокнул языком.
        — У тебя сейчас аура, как у обычного человека, ну может быть чуть-чуть больше. Не тяжело удерживать такой режим работы энергосистемы?
        — Если бы вы сейчас не напомнили о этом, я бы и не вспомнил.
        — Здорово! А сейчас сможешь полностью открыться?
        Я открылся. Ариинг закрыл глаза рукой.
        — Стирх, так и ослепнуть можно.
        — Можно вопрос?
        — Валяй. Ты как не родной!
        Я объяснил ситуацию Арнингу.
        — Какие проблемы? Я предупрежу ребят на проходной. Когда подойдешь к Акдемии с вещами, они тебя пропустят.
        — Мечи, которые мне нужны для тренировки — очень мощные артефакты.
        — Вот как? Ну и ничего страшного. Я встречу тебя на входе. Только смотри, сегодня вернись обязательно! Я завтра буду очень занят на Совете Девяти, не до этого будет. Здесь я с друидом согласен. Ты нам нужен целым и невредимым, а не полу обгорелым.
        Я опять сильно покраснел. Всё все знают.
        Магистр опять рассмеялся, похлопал меня по плечу и вышел из палаты.
        Я вышел на Ратушную площадь, осмотрелся в поисках экипажа.
        Нет ни одного. Странно! Проходивший мимо меня мужчина остановился и поинтересовался, что я потерял, или ищу. Когда узнал причину моей растерянности, засмеялся:
        — Правило, по которому я запретил приближаться к площади на лошадях ближе одного квартала действует уже больше года.
        Я запретил? Да это же мэр Аллейда, граф Плоттар!
        Я отошел на шаг назад, сделал полупоклон.
        — Извините, господин граф. Я вас не узнал.
        — Да бросьте вы, молодой человек. Я иду как раз в сторону остановки, где стоят экипажи.
        Путь занял буквально пять минут. За это время я узнал, что правило о запрещении передвижения конного транспорта по площади, перенял даже Император Вам — Го. Так что есть, чем гордиться.
        Я выбрал знакомый мне экипаж, на котором я перевозил вещи из дома Лорнса на Заречную. Извозчик мне обрадовался, как старому знакомому.
        — Куда поедем, господин?
        Я поморщился.
        — Какой я вам господин?
        — Ну как же, с самим господином мэром шли, разговаривали. Даже за ручку попрощались.
        С юмором извозчик, однозначно. Хотелось ему подыграть и сказать «да, я такой», но врождённая скромность мне этого сделать не позволила.
        — В первую очередь нужно за цветами заехать, потом на кладбище.
        — Вы кого-то потеряли?
        — Да, там похоронили моего учителя, старого Тилла. Слышали о таком?
        — Конечно, весь город о нем долго говорил. Нелепая смерть. Людей тогда, на похоронах, было очень много, таких как я всех наняли. Я даже знаю, где его могила. Эх, судьба… А цветы вы купите прямо на площади у кладбища.
        Ехать оказалось недалеко, извозчик правил экипажем мастерски, объезжая все скопления людей. Минут через пятнадцать, я уже стоял у могилы моего учителя. Непрошеная слеза предательски скользнула по щеке. Вот почему так мир несправедлив? Тиллу бы жить еще и жить, внуков дожидаться, нас наставлять на путь истинный.
        Попрощавшись мысленно с мастером, я сел в экипаж.
        — Теперь на Заречную, но нужно кое-что купить для моих знакомых. Нужна лавка, где детские игрушки продают и магазин, где можно купить подарок взрослой женщине.
        Через минут сорок, я уже стоял у дверей Тации. Дверь сразу же открылась, появился светловолосый маленький ангелочек. Узнав меня — улыбнулась. Как она меня узнала в немного обновленном облике — не понятно. Ребенка не обманешь.
        — Привет, Кариса! Мама дома?
        Девочка кивнула головой.
        — Папка пиходил, тепель у мамы говова боит.
        — Пойдем твою маму проведаем.
        Тация лежала на кровати, отвернувшись к стене. Плечи её мелко подрагивали. Я нашел глазами стул, присел. Один из свертков я отдал девочке.
        — Это тебе подарок. Разворачивай.
        С замиранием сердца, девочка потянула за кончик бантика, аккуратно развернула бумагу и ахнула, когда увидела настоящую куклу.
        Тация присев на кровати, с интересом за нами наблюдала.
        — Привет, что за слезы?
        — Привет. Да так!
        Когда я внимательно всмотрелся в её лицо — еле удержался от ругани. Вся правая сторона лица была сплошным кровоподтеком.
        — Муж?
        — Да какой он мне муж? Бросил нас больше года тому назад. Теперь приходит только за деньгами. То, что нам с Карисой тоже нужно что-то есть, одеваться — это не его дело. Вот так вот это и получается.
        Молодая женщина показала на правую сторону лица.
        — Часто заходит?
        — Да как деньги на выпивку нужны, так ко мне и топает. Сегодня приходил, теперь через неделю, может две заявится.
        — А он вообще работает?
        — Служит в городской страже десятником.
        — Папка косалёк забыл.  — вставила Кариса.
        Тация побледнела.
        — Ан, уходи, я тебя прошу!
        Поздно. Дверь от удара ноги открылась, петли жалобно заскрипели.
        В комнату ворвался очень высокий мужчина, лет сорока.
        — Я так и знал! Я за порог, твой хахаль сюда? При живом муже? Стерва! Да я вас двоих сейчас закопаю!
        Кариса подбежала ко мне, обняла за колени.
        — Тебе понравилась кукла?
        — Да.  — девочка испугано смотрела на меня.
        Я протянул сверток Тации.
        — Это тебе за беспокойство обо мне.
        Я, сидя на стуле, осмотрел снизу до самого верха фигуру мужчины, отметив, что он одет в гражданскую одежду. Уже легче.
        — А поздороваться и представиться разве не нужно?
        Мужчина от моей выходки впал в ступор. Лицо его побледнело, потом стало малинового оттенка. Так и до сердечного приступа не далеко.
        — Я — муж этой… а ты кто такой?
        — Неправду говорите, уважаемый. Мужья содержат семьи и заботятся о детях. Какой ты муж?
        Я сознательно перешел на «ты». В мгновенье ока в руке этого дебила появился нож.
        Кариса заплакала. Тация смотрела на меня, как на покойника. Рано меня ещё хоронить, очень рано.
        — Вот не надо сцен мордобоя и поножовщины устраивать при ребенке. Хорошо?  — спросил я.
        — Иди за мной, сопляк! Смотри в штаны не нагадь.
        — Он убьет тебя, Ан! Не ходи!
        Когда я вышел на улицу и воочию увидел рост и размер плечей этого верзилы, я присвистнул. Кулак — кувалда просвистел буквально в сантиметре от лица. Время привычно замедлилось. Сделав упор на правую ногу, ладонь правой руки я подвел под правое плечо мужчины, левой рукой схватил эту же руку, чуть выше запястья. Сделав полуоборот на пятке правой ноги, я послал этого идиота в полёт.
        Раздался глухой удар головы о стену дома. Слышно было, как в окнах звякнули стекла. Муж Тации лежал неподвижно. Я нагнулся над ним, приложил пальцы к шее. Пульс отчётливо прощупывался. Жить будет. Голова поболит дня три-четыре. Не беда.
        — Он живой?  — Тация стояла на пороге дома.
        — Живой. Воды принеси.
        Женщина юркнула в дом и вынесла ковш с водой, протягивая его мне. Я засмеялся и кивнул в сторону мужчины.
        Спустя некоторое время, тот зашевелился и сел, опёрся о стену. Помотав головой, он сказал:
        — Из дома теперь можешь не выходить. За тобой будут охотиться все стражники этого города.
        — Не страшно, не в первой. Я люблю бегать, меня не догонишь.
        Пошатываясь, муж Тации пошел в сторону калитки. На жену он не смотрел.
        — Из-за двери выглянула Кариса. Она крепко прижимала куклу к груди.
        — Как ты куклу назовешь?
        Девочка пожала плечами и посмотрела на мать.
        — Спасибо, Ан, за то, что заступился. Ты, похоже первый, кто Стерша отделал. Он всегда первые места занимал в соревнования городских стражников по рукопашному бою. Да, и за подарки — спасибо!
        Часы на Ратушной площади пробили один длинный и один короткий сигнал. Шесть часов. Пора собираться и ехать в Академию.
        — Тация, меня не будет какое-то время, поживите у меня дома, хорошо? Твой муж туда не сунется. Когда буду жить здесь постоянно — тогда что-нибудь придумаем.
        Женщина согласилась со мной.
        У меня задрожали руки. Отходняк. Я мысленно прижал мои энергетические каналы, увеличивая приток энергии к мозгу. Так, во всяком случаи, поступает Аразур.
        Кариса вскрикнула и закрыла глаза рукой. Вот это новость! Одаренная!
        — Тация, нужно срочно показать малышку специалистам Академии. У неё Дар. Смотри — не забудь! Возьми ключ от моего дома. Я заберу кое — какие вещи и уеду.
        Примерно через полчаса, я уже ехал обратно в Академию. Был я зол на себя страшно! Опять влип в историю! И опять у меня не было выхода. Ну что ты будешь делать!? Прям наваждение какое — то! Или злой рок, не понять!?
        Как и обещал магистр, через проходную меня пропустили сразу. Я поднялся по ступенькам ко входу академии и немного подождал, пока Арнинг опустился вниз.
        — Как съездил? Все свои вопросы решил?
        — Да, пришлось решать вопросы, о которых я даже и не догадывался.
        — Ну и хорошо. Давай свою сумку с артефактами.
        Магистр достал из кармана кристалл синего цвета и шагнул через дверь. Я последовал за ним.
        Когда Арнинг проходил через арку — артефакт, она издала мелодичный звон. Студенты с удивлением посмотрели на магистра и на меня.
        — Спокойная ребята, это охотник за головами наших поваров. Вы ведь постоянно жалуетесь, что они нас плохо кормят. Вот и решили мы их припугнуть. Только об этом — никому, хорошо? В этой сумке очень страшное оружие.
        У дежурных студентов отвисли челюсти.
        Я заметил, что магистр нажал кнопку телепорта с номером девять. Уже наверху, в медицинском отделении, Арнинг признался:
        — С детства у меня любовь к холодному оружию. Если бы не мой Дар, обязательно стал бы военным. Пойдём в кабинет к друиду, там похвастаешься своими мечами и заодно узнаем о девушке. Надо же, как ей не повезло!
        В кабинете Аразура не оказалось. Скорее всего, он находился в той палате, куда мы положили Кайму.
        — Вроде бы без хозяина здесь находиться как — то неприлично. Как ты думаешь?
        Я согласился.
        — Давайте подождем, пока он придет.
        В кабинет заглянула Лира. Она объяснила, что друид скоро освободится. Поступил какой-то студент третьего курса с сильным кишечным расстройством.
        — Ну ты посмотри! На проходной я просто пошутил, оказывается, как в воду глядел. Нам ещё дизентерии не хватало! Ладно, дождемся друида, он откроет нам эту страшную тайну.
        Через некоторое время в кабинет зашел друид. Он просто был в ярости. Увидел магистра, набросился на него с упреками.
        — Вот скажите мне на милость, уважаемый магистр! Почему вы, люди, так не цените свою жизнь?
        — Ты выражаешься как-то туманно. Объяснись!
        — А что тут объяснять? Привели под ручки студента целого третьего курса с симптомами отравления. Я в первую очередь, грешным делом, подумал на наших поваров и качество пищи. Оказалось что? Этот парень с факультета Жизни, отделения Природа. Сегодня провел полдня в наших теплицах. Они там что-то опять мутят то ли с овощами, то ли с фруктами. Работай в перчатках, так нет — им привычно копаться в земле голыми руками. Хорошо, допускаю, что это даже полезно. Но кто после занятий будет соблюдать правила элементарной гигиены? Когда я посмотрел на его руки, мне дурно стало. Под ногтями такой слой чернозема, что можно какую-то культуру выращивать. Я спросил у него, когда он последний раз подстригал ногти? И что вы думаете я услышал? Зачем их подстригать, если можно их погрызть?!! Этот обалдуй сегодня так и сделал, в результате чего — кишечное расстройство. Не пора ли на каждом факультете ввести дополнительные занятия по этому аспекту. Ну, допустим это будет называться так: элементарная культура поведения и гигиена.
        — Ну вот, значит наши повара будут жить?  — усмехнулся магистр.  — А я уже надеялся… Ладно, то что ты предложил — очень дельно, нужно будет подумать.
        Потом он повернулся ко мне и сказал:
        — Чего ты ждешь? Открывай, показывай.
        Я открыл сумку и достал из неё мечи.
        Магистр взял в руки меч и тут же с криком его выронил.
        — Это что значит?
        Он показал мне и друиду ожог. Аразур вздохнул и полез в шкаф за лечебным артефактом. Я пожал плечами. Мечи легли в мои руки, издав отчётливое «мурр». Никакого ожога, никаких неприятностей.
        — Они привязаны к тебе кровью?  — спросил Арнинг.
        — Да, пришлось их напоить своей кровью.
        — Что же ты мне раньше об этом не сказал!? Такие артефакты служат только хозяевам. Это, так называемый, защитный механизм. А сами мечи — хороши!
        Магистр поддержал пять минут лечебный артефакт и отдал его друиду.
        — Хорошая штучка. Ожога, как ни бывало. Ладно, Ион, как там дела с девушкой?
        — Осложнений пока нет. Лира ей дала успокоительное, она сейчас спит. Я думаю, что всё будет нормально.
        — Ну и хорошо! Ладно, пора домой. Всем спокойной ночи!

        Глава 36

        Шейх Абу-аль-Сина проснулся сегодня с дурным предчувствием.
        Набросив на себя халат, он нагнулся и поцеловал в щечку Мадину. От девушки шёл запах утренней свежести и какого-то особого, домашнего уюта и тепла. Шейх еще какое-то время полюбовался красотой женского тела, которое манило и влекло к себе. Тяжело вздохнув, мужчина подумал:
        «Жениться мне нужно и как можно скорее. Слишком доступны для меня женщины, нет той романтики, которая должна присутствовать, когда мужчина добивается расположения женщины. Все стало обыденно. Стало неинтересно жить, нет никакого разнообразия».
        Шейх вышел из своих покоев и пройдя по длинному коридору, вышел на громадную террасу. Это было излюбленное место для постоянного утреннего священодействия — приёма обжигающего и вкусного кофе. Как в других странах не употребляют этот божественный напиток, шейх не понимал.
        К столику, за который присел Абу-аль-Сина, подбежала молоденькая служанка, налила в небольшую чашку кофе и встала в отдалении, в ожидании новых распоряжений своего господина. Как удавалось слугам сохранять кофе горячим на протяжении длительного времени — шейх не знал. Не иначе, без магии здесь не обходится.
        Шейх пододвинул к себе папку, тисненую золотым орнаментом, открыл. Сегодня папка была красного цвета, значит с особо важными документами. Мужчина прочитал первый лист донесения, лицо его исказила гримаса недовольства. Имперская служба безопасности арестовала практически всю группу, отправленную на поиски артефактов Ушедших. Неужели предчувствие и сегодня его не обмануло? Это была самая плохая новость на сегодня? Столь важное для Султаната задание, было провалено. Ах, как же ему нужны эти артефакты, ведь они могли изменить всю историю взаимоотношений между государствами. Сколько раз шейх представлял себя в роли непобедимого воина, перед которым преклоняют головы все без исключения. Императоры, Короли, жители всего континента. И что теперь остаётся? Ждать, какое решение примет судьба в отношении его, Абу-аль-Сины. Ладно, этот провал агентов можно обсудить и позже, с начальником разведки.
        Шейх взял в руки второй документ. Глаза его и без того не очень маленькие, стали просто огромными. Император Хунак, Вам Го выражал своё неудовлетворение столь малыми отношениями между двумя государствами. Есть целый ряд проблем, которые нужно решить руководителям государств при личной встречи.
        Это и понятно, встретиться и познакомиться — обязательно нужно. Да и любопытно посмотреть на Императора новой страны, заглянуть в его глаза. Только глаза человека могут рассказать всю правду о нем. Абу-аль-Сина поставил резолюцию в верхнем углу документа: «Обсудить возможность встречи по дипломатическим каналам и доложить в кратчайшие сроки!»
        Следующий документ был продолжением предыдущего. На красивом листе бумаги, золотистого цвета, стоял герб Академии Магии Империи Хунак. Сам текст, точнее его шрифт, сразу обращал на себя внимание. Все буквы выведены каллиграфическим почерком, завитушка на завитушке. Видно, что люди очень старались.
        В тексте сообщалось, что из числа студентов, проходящих сейчас обучение в Султанате, есть возможность собрать достойную команду на предстоящих соревнованиях в Султанате. Дальше шла приписка — для усиления своей команды, Академия готова прислать лучших студентов из Академии Хунак. Далее — обычные слова. Присутствие и участие студентов позволит усилить взаимопонимание и так далее и тому подобное.
        Шейх надолго задумался. Какая истинная цель всего, что он узнал из этих документов? Ясное дело — политика. То, что Вам-Го спит и видит себя Императором Объединенной Империи — и дураку понятно. Что он готовится к большой войне — очевидно. То, что Вам — Го очень часто бывает в Абу — Арне, это лишь маленький шаг к этой войне. Он оснащает свою армию новейшим оружием и строит громадный флот — вот это уже огромный шаг. Абу-аль-Сина сложил два и два.
        Король Мидрос мнит себя великим, из-за дружбы с Вам-Го. Какой глупец! Императору нужна его земля, а не его дружба. Сожрет он этого королька вместе с его войском и не подавится. Потом — очередь Империи и Султаната. А может и наоборот. В голову шейха пришла мысль, от которой он отмахнулся и постарался забыть.
        Кофе остыл, шейх сделал знак служанке, та поставила чистую чашку и наполнила её кофе. Абу-аль-Сина вслушался в звуки просыпающегося Аль-Баруха. Весеннее небо радовало своим светло-голубым цветом, солнце уже вовсю принялось за привычную работу. Сегодняшний день пройдёт в заботах и делах, а на завтра назначена Большая охота, первая в этом году. Шейх отпил кофе, посмотрел вверх и о чем-то сильно задумался. Шальная мысль, пришедшая ранее, как назойливая муха не давала ему покоя.
        А что если в один день решить многие проблемы? Письмо Академии Хунак само подталкивало его на этот шаг. Если хотят они, чтобы их студенты принимали участие в соревнованиях — так тому и быть. Нужно послать официальную бумагу и пригласить Вам — Го на эти соревнования. Причина приглашения — визит Киллайда, просьба самого Императора Хунак о встрече. Так, а что из-за этого всего может произойти и какие выгоды от этого будут для Султаната?
        Ну, во-первых, произойдёт личная встреча руководителей всех великих государств. Но это так, мелочи.
        Во-вторых, у шейха появится возможность увидеть отношение одного императора к другому. Это важно, очень!
        У Абу-аль-Сина появится возможность избавить мир от одного из них и тогда политика во всем мире сразу изменится.
        Не станет Киллайда, Вам — Го незамедлительно, с помощью флота Абу- Арна, начнет переброску своих войск к границе Империи, а возможно и сразу приступит к боевым действиям, на побережье. По идеи, Султанат обязан будет вступить в войну на стороне Империи. Но кто сказал, что он это сделает? Политика, как настроение женщины — зависит от многих факторов.
        Так, интересно! Пока вместо Киллайда на трон вступит его сын, пока произойдет мобилизация войск, это с таким — то состоянием армии, войска Вам — Го будут уже осаждать стены Аллейда. А дальше будет развязка. Абу-аль-Сина присягает на верность Вам — Го. К этому времени король Абу-Арна будет уже мертв. Его уберут или свои, или агенты из Хунак. Да и Султанат может приложить здесь руку. Под шумок, так сказать.
        Останутся на большей части континента два правителя. Он и Вам-Го. Можно будет совместные войска направить и в Дикие степи, для уменьшения поголовья орков. План хорош и осуществим, но кто даст гарантию в том, что он, шейх, будет нужен тогда уже Великому Императору? Никто! Это плохо! Тогда нужно рассмотреть другой вариант развития событий, когда не станет в живых Вам — Го.
        Империя Хунак обезглавлена, в ней моментально начинаются войны за передел власти. Народ бунтует, в Армии раздрай и так далее. Реакция Киллайда на это? А никакой реакции у него не будет. Будет дальше жить, как и жил. Один дурачок, Король Абу-Арна, может пойти войной на Хунак. Сломает он там голову, или нет — вопрос десятый. Но у Султаната появится возможность навести порядок в Абу-Арне и установить свою власть в нём.
        Дикая степь? Да, это проблема. Придется просить на время боевых действий с Абу-Арном, помощь у Киллайда. Итог: вместо Империи Хунак — жалкое подобие войска, государство разорено. Власть в двух государствах принадлежит ему, Абу-аль-Сине. Появится возможность усилить границу с орками. Одни плюсы, но как всегда есть одно «но»!
        Нет гарантии, что Киллайд окажет помощь ему, шейху. Какая выгода Императору от всего этого? Да никакой! Зачем ему усиливать границу Султаната? Ведь он озлобит орков и те, через год, когда Мёртвая степь в очередной раз снимет барьер, транзитом, минуя все заслоны из войск, нападут на Империю.
        Был ещё один план в голове у шейха, но он вздрогнул, когда представил все его последствия для мира на континенте. Гибель двух лидеров государств может внести хаос, буквально во всём.
        Мда… Нужно решиться на какой то вариант. На каком остановиться?
        Надо хорошенько всё обдумать. Время еще есть. Архимаг очень умный человек, надо с ним посоветоваться.

* * *

        Ржач и Лысач уже вторую неделю безвылазно сидели дома. За это время они выпили литры вина, сыграли несчётное количество партий в игры.
        — Слышь, Лысач, когда мы пойдем в Мертвую степь? Если честно, у меня уже бока болят от кровати. Давай хотя бы в трактир сходим. Может новости какие-то узнаем. Уверен, что за десять дней их набралось большое количество.
        — Мы с тобой, дружбан, не попадем в очередную переделку? Я заметил, что ты спокойно прожить и дня не можешь. То тебя подраться тянет, то за девками начинаешь ухлестывать так, что они в шоке разбегаются. Чего молчишь? Мне иногда хочется тебе по балде так треснуть, что аж руки чешутся. Я, конечно, не против, давай сходим. Может кого из старателей встретим. Степь давно открылась. Насколько я знаю, в этом году лицензии получили только четыре группы.
        — Неа, не четыре, а три. Хромой развалил свою группу. Поговаривают, что он в такой дикий запой ушел, что от него ребята отказались. Ты знаешь, я слышал, что в этом году собирались держать Северные ворота закрытыми. Я не знаю, с чем это связано, но краем уха слышал вчера в магазине, что кого-то поймали. То ли каких — то разведчиков, то ли каких — то диверсантов из Султаната. Слухи они такие, ты же знаешь! Что-то кто-то не допонял, кто-то всё переврал. В результате чего и получается Стирх знает что.
        Лысач заразительно засмеялся. Он знал массу подобных историй, поэтому то, что рассказал его друг, могло оказаться правдой.
        — Собирайся, Ржач, пойдем прогуляемся. Действительно, мы что-то засиделись дома. Не знаю как тебя, но меня до сих пор занимает мысль о том, нашем похищение. Как-то странно всё это выглядело. Какую-то дрянь кололи, тебе чуть-чуть по башке досталось. В результате пришли добрые дяденьки и мы оказались на свободе. Чудес не бывает! Вполне возможно, то, что ты слышал в магазине, вполне может сойти за правду.
        — Я тоже в это поверил. Но для этого у меня есть веские основания.
        — Тебя не поймешь, дружбан, говоришь одними загадками. Колись!
        — Тогда, когда нас держали в подвале, тебе в очередной раз вкололи гадость в шею, ты открыл глаза, посмотрел по сторонам и я клянусь тебе, ты меня не узнал. А точнее не — увидел. К тебе подошел мужик, на голове у него была надета вязаная шапочка. Я увидел, как из под шапочки торчал локон рыжих волос. Ты помнишь ту дамочку в трактире? Тогда вспомнишь и её собеседника с рыжими волосами.
        — Значит я был прав! Я тебе еще тогда сказал, что у нас поимели. Значит это она руководила нашим похищением. Ну, стерва, попадись мне только на глаза! Ладно, Ржач, что было, то было! А что будет — всплывёт! Может быть это их арестовали? В трактире, я больше чем уверен, мы все узнаем. Ну что, двинули?

* * *

        Великий город продолжал жить в своём привычном и размеренном ритме.
        Всё также машины — артефакты продолжали свою работу по уборке Города, все здания, которые претерпели изменения за прошедший год — отремонтированы. Особое внимание в этом году Город обратил на подземные коммуникации. Большой вред наносили всевозможные грызуны. Какое-то время, борьба с ними даже доставляла удовольствие городу, ведь заниматься повседневной и рутинной работой — занятие скучное и однообразное. Каждые сутки кристалл, установленный на колонне, посылал отчет о проделанной работе архимагу.
        От того иногда приходили особые указания, пожелания. Вот и сейчас пришло одно из таких указаний — усилить контроль за приграничной к барьеру территорией. Люди подходили к защитному барьеру на непозволительно близкое расстояние, тыча пальцами в силовое поле. Город знал, что особого вреда это не принесет, и он с умилением, наблюдал за действиями людей, которые прилагали всевозможные усилия, чтобы пробраться на территорию Великого города. Как же эти люди отличаются от жителей города! Насколько же они отстали в своем развитии от тацинов.
        Когда пройдет декада, кристалл пошлет отчет о всей проделанной работе архимагу, тот откорректирует его, добавит кое-что от себя и даст задания ему, кристаллу, отослать этот отчёт хозяевам. Так было и так будет до тех пор, пока тацины не вернутся на эту планету.
        Архимаг Аннор продолжал наблюдать за жизнью и развитием юноши — тацина. Тот эволюционировал прямо на глазах. Совсем недавно, этот юноша перестроил свой организм таким образом, что получил возможность регулировать показатель своей ауры. Зачем он это сделал, для архимага было совершенно непонятно. Но раз он это сделал, значит были веские причины и основание.
        Аннор всмотрелся в ауру молодого тацина и не мог понять, что ему не позволяло открыть все свои способности? Если бы у архимага сейчас было физическое тело, он бы обязательно ударил себя по лбу. Как он мог забыть подчистить следы, оставленные ментальными блоками?! В этом — то и была вся причина. Пугало ли архимага то, что теперь юноша будет выделяться среди людей? Нет, он не переживал насчёт этого, всё было сделано своевременно. Черная магия набирала все большие и большие обороты. До архимага доносились волны человеческой боли оттуда, из-за Хребта Невезения. Если суждено тацину жить в обществе людей, в этом суровом мире, он должен уметь за себя постоять.

        Глава 37

        Вам-Го уже два часа находился в Главном Тронном зале дворца. Шел обычный прием посетителей. Люди к нему шли со всей Империи, как к защитнику. Многие понимали, что только он сумеет им помочь, заступится.
        По своей привычке, во время приемов, меч Императора без ножен находился всегда рядом с ним. Такую манеру проводить разговор с людьми, он перенял у своего деда, в последствии, у отца. Нет, он не запугивал людей. Честному человеку нечего бояться и скрывать что-то от него. Но человек, который вел не нормальный образ жизни, у которого была запятнана репутация, который был замечен в денежных махинациях, воровстве, в Императоре видел того, кто мог свершить суд прямо на месте. Такая нервная обстановка помогала Императору разобраться в человеке, понять его истинную сущность.
        Вот и сейчас, в течение уже получаса, Император выслушивал доклады людей, ответственных за строительство верфей на побережье Спокойного моря. Это строительство давно выбилось из графика и теперь ему, Императору, приходилось разбираться в причинах, из-за которых графики строительства были нарушены.
        Первым, кого он выслушал, был мастер, которого он пригласил из Абу — Арна. Простой и трудолюбивый человек, обычный трудяга, как таких называли в народе, смотрел в глаза Императору прямо, не отводил их в сторону. Скрывать что-то, мастеру Фатташу было нечего. Он жаловался на то, что поставляемая к ним на верфи древесина была самого низкого качества и долго, по вполне объяснимым причинам, прослужить не могла.
        — Уважаемый, мы с вами договорились о том, что если возникают проблемы, вы лично мне сообщайте о них, минуя все инстанции. Для вас двери дворца всегда открыты, ведь от вашей работы зависит будущее государства. Вы, я уверен в этом, на эту тему говорили кому — то из моих подданных, ведь так?
        — Да, мой господин, причем неоднократно! Я ведь понимаю, что такие сооружения должны служить человеку не одну сотню лет. С той древесиной, которую нам поставляет уважаемый господин Пвон-По, верфи простоят не больше десяти лет. Какая же память обо мне останется у вас и во всем государстве? Мне стыдно будет посмотреть людям в глаза.
        Император скрипнул зубами. Вся семья этого Пвон-По всю жизнь занималась какими-то махинациями и непонятными делами. И не побоялся же мерзавец провернуть очередную темную сделку с лесозаготовителями. По документам, которые Император лично проверял, древесина поставлялась только высшего качества.
        — А вы что мне скажете, господин хороший?  — обратился Вам-Го к присутствующему здесь же Пвом-По.  — Почему вы нарушали лично мною изданный Указ. В нём четко было сказано, что для строительства верфей и кораблей применять древесину только высшего, отменного качества. Вы нарушили мой указ по непонятным причинам. Что-то есть сказать такое, о чём я не знаю? Может быть мастер меня вводит в заблуждение?
        Пвон-По вышел на середину зала, поклонился Императору.
        — Мой господин, вы как всегда правы! Этот несчастный человек вводит вас в заблуждение. Я лично проверяю каждую партию леса, которая поступает от лесозаготовителей. В каждом приемочном акте есть моя подпись, за качество древесины я отвечаю головой.
        — Ну что же, ваши слова я принял к сведению. Позовите мне остальных людей, которые приехали с уважаемым мастером Фатташем.
        В зал вошли пять человек, которых Император также лично нанимал на работу. Двое из них занесли в зал огромный пакет из плотной бумаги. Мастера низко поклонились Императору, подошли поближе к трону и аккуратно положили пакет на пол.
        — Что вы принесли? Открывайте и показывайте.  — приказал Вам — Го.
        — Это образцы самой лучшей древесины, которую завезли к нам.  — ответил пожилой человек.
        Двое мужчин развернули бумагу и отошли в сторону.
        Император поднялся с трона, опустился вниз по ступенькам и подошел к образцам дерева.
        — Вы видите, господин Император, вся древесина заражена жучком — древоедом.
        После того, как он проделывает ходы в древесине, она теряет все свои качества. Становится мягкой и малопрочной. Такой лес непригоден даже для строительства домов! Чего уже говорить о таких постройках, которыми мы занимаемся?
        Императора накрыла волна гнева, глаза его грозно засверкали. Он повернулся к Пвон-По.
        — Так ты говоришь, мерзавец, что головой отвечаешь за древесину? Ну что же, так тому и быть!
        Раздался свист, издаваемый мечом и голова Пвон — По отделилась от шеи. Туловище еще какое — то мгновение было неподвижным, словно раздумывая, падать ему или нет. Как показалось людям, тело в последний раз преклонило колени перед Императором и завалилось на бок.
        Мастеровые стояли с бледными лицами, ожидая, что скажет им Император.
        — Я хочу, чтобы вы донесли всем, кого вы знаете, о том, что только что увидели. Пусть это будет наглядным примером того, как я обращаюсь с теми, которые не оправдали моего доверия, или плохо выполняют свою работу. Еще раз напомню, теперь уже всем вам. В случае обнаружения некачественного материала, проблемы с инструментом и так далее, в срочном порядке докладывать мне. Вам всё понятно? Тогда свободны.
        Император Вам — Го быстрым шагом вышел из Тронного зала.
        В приемной Императора, его ожидали архимаг Сань-Чо, ректор академии Мон-Го и еще один неприятный тип в черной мантии. Жирные, слипшиеся волосы, бесцветные водянистые глаза. Вам — Го поморщился. Создавалось такое впечатление, что от людей, которые практиковали черную магию, всегда отдавало каким-то мерзкий запахом. Он быстрым шагом подошел к окну и открыл его нараспашку.
        — Какие-то срочные бумаги есть?  — спросил Император у своего секретаря.
        — Только что закончил разговор с секретарем шейха Абу-аль-Сина. Вот разговор с ним, который я записал на бумагу.
        Вам-Го быстро прочитал текст и удивлённо посмотрел на секретаря.
        — Быстро же они нам прислали ответ. Хорошо, что как раз здесь присутствует наш уважаемый архимаг. Господина архимага я попрошу проследовать за мной, остальных приглашу позже.
        Император и архимаг Сань-Чо зашли в рабочий кабинет.
        — Ну и зачем, спрашивается, вы привели ко мне этого…?  — задал с ходу вопрос Император.  — От него же гнилью несет за десять шагов.
        — Не горячитесь, юноша. Всему есть объяснение. То, что поведал мне этот чёрный монах, касается и вас и всю нашу Империю.
        — Вот как? Хорошо, я его выслушаю. Но позже, а пока прочитайте вот это.  — Император протянул лист бумаги.
        Спустя некоторое время, архимаг поднял глаза на Императора. С ответом он не спешил. Потом пожал плечами и сказал:
        — Не вижу проблем, почему бы вам не посетить Султанат. Тем более, в живую увидите Императора Киллайда. Очень интересный человек! Я прекрасно знал его отца, очень сильная личность была. Волевой, целеустремленный, полный решимости. Энергия в нём так и бурлила. Если бы не тот несчастный случай на охоте, ему бы ещё жить и жить. Сын перенял у отца все хорошие качества.
        — А вот с этим можно и поспорить!  — возразил Вам — Го.  — Как он мог довести до такого состояния свою армию и флот!? По данным моей разведки, чтобы отразить нападение врага и мобилизовать все силы, по самым скромным подсчетам, у него уйдет больше месяца.
        Вы же знаете, что купцы соседних государств уже длительное время не завозят товар в Империю, а проложили дорожку к нам. Я уверен, что Киллайд всё это знает. Но почему он не принимает никаких мер? Нет, это нам конечно на руку, но всё равно Император не должен себя так вести!
        — Разве ваши подчиненные все безгрешные и выполняет все свою работу только на отлично? Вы скажете, что нет и будете в этом правы! Я больше чем уверен, что Киллайд уже наслышан о том, что происходит у нас дома. Если вы задумали идти с войной на такое великое государство, как Империя, то вам нужно выступать прямо сейчас, немедленно. Через полгода будет уже поздно. Зная деятельную натуру Киллайда, я думаю, что в ближайшее время он разворошит осиное гнездо, выкурит всех ос — трутней.
        И самое главное, вы не должены забывать, что имперская Академия продолжает выпускать первоклассных специалистов. Для магов Империи не нужны громоздкие обозы и тонны оружия. Передвигаться по государству они могут очень быстро, через систему телепортов. А они, маги, извините меня, могут отразить любую атаку, дав этим возможность подтянуть к линиям обороны свои регулярные войска. Не хочу вас расстраивать, но я хочу, чтобы ваше радужное настроение испарилось. Даже в таком расхлябанном состояние Империя нам не по зубам.
        — Вы такое наговорите, что поверишь в то, что Империя непобедима. Я вам докажу обратное!
        — Хорошо, хорошо! Но окончательный вывод вы сделаете, когда услышите, о чём поведает чёрный монах. Пригласить его?
        — Ну что же, давайте выслушаем его. Только я сейчас все окна открою нараспашку. Больно тяжелый запах от него исходит.
        В кабинет зашли магистр Академии и человек в черной мантии. Император пристально всмотрелся в его лицо. Если бы этот человек был в гражданской одежде, можно было пройти мимо него и через минуту уже не вспомнить. Одним словом — безликая личность. Когда монах начал свою речь, Император удивился его низкому, грудному голосу.
        — Господин Император, мы со своими братьями постоянно отслеживаем ситуацию в Империи относительно всех событий, связанных с магией. За последний, очень короткий срок, там появилось что-то, или кто-то. Непонятное для нас явление.
        — Проще изъясняйтесь, пожалуйста.  — перебил монаха Император.  — Что за манера распатякивать?
        — Хорошо, скажу кратко. Скорее всего, в Империи появился человек с такими магическими данными, какие были только у людей, которых мы называем Ушедшие. Я вам скажу сразу — если человек будет на стороне Киллайда, нам там, с черной магией и некромантией, делать будет нечего. Он один будет в состоянии сдерживать всех магов нашего государства. Может быть это и преувеличено, но мы подняли старые записи, где описывается вся та мощь, которой располагали древние маги.
        — С чего такая уверенность, что это представитель древнего народа? Ведь, насколько я знаю, Ушедших нет на этой планете более трёхсот лет.
        — Вы же знаете, что на территории Мертвой и степи располагаются пять городов Ушедших. Нам и ученым из нашей Академии Магии, удалось отследить прямую связь между одним из городов и этим человеком.
        Император выругался.
        — Нам еще этого не хватало! И какой из этого выход? Убить этого человека, или купить за большие деньги?
        — И ни то и ни другое не поможет,  — произнес магистр Мон-Го.  — Если имперские маги распознают в том человеке потомка Ушедших, они его будут охранять очень и очень сильно. У меня много знакомых в Академии Знаний и Силы, я с уверенностью могу сказать, что там работают очень умные и грамотные люди. Какой-то секрет выведать у них не получится, потому что все они дали клятву на крови о неразглашении тайны.
        — Ну, хорошо. Вы пришли ко мне поставить проблему передо мной, или с каким-то предложением?
        — Да, такое предложение есть.  — ответил за всех архимаг.  — Я уже вам сказал, что перед тем, как вступить в войну с Империей Киллайда, нужно много раз взвесить за и против.
        Лицо императора Вам — Го посерело, его мозг лихорадочно работал. Внутри у него всё клокотало.
        — Спасибо вам за столь важную информацию. Я всё принял к сведению. Не смею больше вас задерживать. По соревнованиям, которые будут проводиться в Султанате, принимайте сами решение. Всего доброго, господа маги!

        Глава 38

        Всё утро я бродил по территории Академии, подбирая себе место для тренировки. Не будешь же каждый раз брать разрешение у магистра, чтобы провести тренировку на полигоне. Все более или менее подходящие места находились в непосредственной близости от зданий. Памятуя о том, что произошло со стеклами в доме мастера Лорнса, начинать тренировки ближе чем двадцать шагов от зданий, я не собирался.
        Я даже побывал в районе хозяйственных построек. Ничем не примечательные здания непонятного назначения. Проходя мимо одного из таких зданий, я услышал интересные звуки. Внутри здания, как будто жило огромное чудовище, которое периодический то громко чавкало, то вздыхало.
        Я подошел поближе к окну и попытался заглянуть вовнутрь здания. Через мутное стекло рассмотрел интересную конструкцию. Вертикальный цилиндр метров шести высотой и в диаметре, как показалось мне, около трёх метров. Сделан он из матового стекла, а внутри, то в верх то вниз, двигался огромный поршень. От самого поршня в верх уходила длинная штанга, на конце которой был шарнир. В этот шарнир вставлен рычаг, который периодические опускался и поднимался, тем самым заставляя ходить поршень вверх — вниз. Что его заставляло совершать такие движения, мне было не видно. Что-то это мне всё напоминало. Да это же элементарный водяной насос!
        — Интересуетесь, молодой человек?  — услышал я мужской голос.
        Я отскочил от окна на несколько метров, ещё в воздухе развернулся лицом к говорившему.
        Приземлился я очень неудачно. Под правую ногу попал камень, нога подвернулась с громким «ох» я опустился на землю.
        — Ну что же вы, право-мило, так резво прыгаете? Также можно и голову свернуть!
        Солнце еще не взошло, было серое предрассветное утро. Но даже этого скудного света мне хватило, чтобы рассмотреть говорившего.
        Чисто мужское лицо, огромные глаза, аккуратный нос, даже усы присутствовали. Всё как у человека, но рост этого мужчины был, по моим прикидкам, чуть больше метра. Ну, может быть, метр двадцать. Святые небеса! Да это же карлик! Всякие байки ходили о этих созданиях. Одни говорили, что их не существуют, другие твердили, что карлики это самая древний народ, который поселился на этом материке.
        — Ну что вы, право-мило, так на меня смотрите? Мне, это самое, право-мило, даже неудобно!
        — Извините, я просто испугался вашего голоса. Неожиданно всё произошло.
        — Как ваша нога? Право-мило, теперь вы ходить сможете?
        Я попробовал наступить на правую ногу и понял, что теперь мне придётся хромать не один день. Правда, есть друид со своими чудесными артефактами. Может быть он мне поможет? Но до него ещё нужно дойти. Увидел на моём лице гримасу боли, карлик сказал:
        — Потерпите минуточку, я скоро вернусь, право-мило.
        Вернулся карлик действительно очень быстро. В одной руке он нес складной стульчик, в другой держал магический фонарь. Он жестом пригласил меня присесть.
        — Сапог снимайте, право-мило. Лечить вашу ногу будем. Вы уж извините меня, мил человек, я бы пригласил вас вовнутрь, но там, право-мило, очень уж шумно. Вы сняли сапог? Вижу, что сняли, молодец вы, мил человек. Право-мило, это болячка пустяковая. Сейчас мы вашу ножку, право-мило, намажем особой мазью и через пятнадцать — двадцать минут вы будете не то, что ходить, бегать будете, честное слово!
        Карлик достал из кармана своей куртки небольшой стеклянный флакон с притертой пробкой. Выбив из флакона на ладонь немного мази, он начал втирать её в лодыжку моей ноги. Мазь по запаху напоминала мяту, с более резким, насыщенным оттенком.
        — Что это за мазь, можно у вас спросить?
        — Ну конечно можно, право-мило, почему же нельзя? Это мазь специально создана нашим народом. Очень и очень давно, наш народ жил в горах. А там, прово-мило, без растяжений и ушибов ни один день не обходился. Та трава, которая входит в этот состав, уже давно не растет. Право-мило, не знаю даже почему она перестала расти. Как боль, меньше стала?
        — Да, спасибо! Боль на глазах становится все меньше и меньше. А почему вы сказали, что раньше жили в горах? Почему оттуда ушли?
        — Эк, какой вы любопытный юноша! Долгая история. Вы, скорее всего, право-мило, о моём народе и не слышали? А если слышали, то не верили. Нас оттуда выжили гномы, чтобы они всю жизнь только пустую породу добывали, кирку им в глотку. Когда появились тацины, они за собой привели этот паршивый народ. Право-мило, можно сапог уже надевать.
        Я действительно боли никакой не чувствовал. Попрыгав на месте, я в этом убедился.
        — Спасибо большое! Значит их привели сюда тацины? А откуда?
        — Вы хотите сказать, мил человек, что знаете, кто такие тацины?
        Я утвердительно кивнул головой, продолжая слушать рассказ карлика.
        — Право — мило, я бы вам всё рассказал, но мое дежурство подходит к концу, а Мильда, которая меня меняет, может и в глаз дать, если грязь где — то найдёт. Огонь — баба, одним словом! Если появится желание и время пообщаться, то я, мил человек, живу вон в том доме.
        Карлик показал рукой на двухэтажное серое здание, которое находилось в метрах в двухстах от нас.
        — Там нас много живет, не удивляйтесь. Меня зовут Кирк, а вас, молодой человек?
        Я представился.
        — Ну и хорошо, вот и познакомились, право-мило. Приходите в гости, я познакомлю вас со своей семьей, поговорим. Мне даже стало интересно, право-мило, откуда вы знаете о тех вещах, которые обычные люди не знают.
        — Можно вам задать еще пару вопросов?
        Кирк утвердительно кивнул головой.
        — Это здание, как я понимаю, перекачивает куда-то воду. Откуда она берется и куда вы её качайте? А остальные здания, там что?
        — Вы, действительно, очень любопытный молодой человек, даже интересно, право-мило! Вы никогда не задумывались, откуда в домах, в Академии, да и во всём городе вода? Отсюда, мил человек, отсюда. А поднимаем мы эту воду с очень большой глубины, вот этим приспособлением.
        Есть здание, право-мило, в котором стоит механизм, который откачивает все городские нечистоты. Эти механизмы изготовил наш народ. Ну ладно, мне пора. До свидания, Анней! Да, забыл спросить! А что вы делали возле этого здания, чего искали?
        — Место, где можно тренироваться с мечами. Ничего подходящего я так не нашёл. Может быть вы что-то подскажите?
        — Ну почему же не подсказать хорошему человеку? Видите вот-те теплицы? За ними находится отличная небольшая полянка, права-мило. Там можете резвиться от души, сколько вам влезет, так сказать. Только я одного не пойму, чем вас гимнастический зал в этой академии не устраивает?
        Я шел всю дорогу к зданию главного корпуса и ругал себя последними словами. Надо же быть таким ослом, чтобы не догадаться спросить о спортивном зале у того же друида, или магистра. В таких заведениях, как Академия, должны же проводится где-то спортивные занятия?! Не могут студенты нормально себя чувствовать без активных движений, иначе из-за активной учебы они превратятся в Стирх знает кого.
        Я прошел мимо фонтана, зашел во внутрь здания и подошел к дежурившим у арки студентам. Они поняли, чего я хочу и объяснили, как пройти в спортивный зал. Он, оказывается, открыт почти сутки напролёт. Закрывается на один час на профилактические работы, то есть на уборку. Один из студентов заметил, что у меня через плечо перекинута сумка, специально пошитая для ношения мечей. Он-то мне и объяснил, что в Академии многие занимаются мечным боем, в том числе и ректор Академии, магистр Арнинг.
        Моё настроение воспарило до заоблачных высот. Хоть в этом я не буду выглядеть белой вороной. Хотя, даже будет интересно узнать мнение людей о том, что ученик друида имеет тягу к оружию. В принципе, кому какое дело? Живу себе спокойно, никого не трогаю. Ну, почти не трогаю.
        Единственная загвоздка состояла в том, что зал, выделенный для занятий с мечами, открывается в определенное время. Опять же, чтобы в него попасть нужно вступить в специальную организацию. Это дело, я думаю поправимое. Сегодня Арнинг будет целый день занят на каком-то Совете, а вот завтра — я постараюсь его поймать и всё расспрошу.
        Без спарринга проводить тренировки очень не интересно и непродуктивно. Хочется по — настоящему тренироваться с напарником, как это я всегда делал у покойного мастера Тилла. Сегодня проводить разминку уже поздно, начну с завтрашнего дня. Даже то, что я провел длительное время на свежем воздухе — и то хорошо. Тем более, что сегодняшнее утро приготовило для меня очередной сюрприз в лице карлика Кирка. Занятный, маленький человечек. А как по — другому его назвать, если не человек?
        Эти мысли мне пришли в голову, когда я шел по коридору медицинского отделения. Сегодняшнее утро оказалось богатым на сюрпризы. Не доходя до своей палаты, я нос к носу столкнулся с девушкой из Султаната. Огромные зелёные глаза стали еще больше. Она отпрыгнула от меня, как от приведения. Я улыбнулся ей, помахал ручкой и зашел в палату.

        Глава 39

        В столовой медицинского отделения я увидел одного Аразура, лениво ковыряющегося в тарелке. Что-то его настроение и вид мне не понравились. Поздоровавшись с ним, я подошел к раздаче, поставил на поднос тарелку с салатом, кружку с чаем и присел за столик к друиду.
        — Тренировался?  — без всяких эмоций поинтересовался он.
        — Нет, пока место подходящее искал, время ушло. Вы же не подсказали о зале. Надо с магистром поговорить о постоянных тренировках.
        — Да-да, точно. Есть специальный зал. Ты прав. Но ничего, наверстаешь упущенное. Какие твои годы!
        — Вы сегодня не в настроении? А где Лира?
        — Кайму кормит. Здесь такое дело! Проспал сегодня почти всю ночь! Сижу в раздумьях, к чему бы это? Видно совсем старым стал, если организму отдых потребовался. Раньше усталость и не замечал, мог сутки на пролёт бегать, прыгать. Видел ту мадам с глазами, как у кошки?
        — Видел. Если вы сравнили её глаза с кошачьими по цвету, то это не правильно. В доме у Лорнса одно время жил кот с ярко — голубыми глазами. Всегда, когда голодный был, как посмотрит этими брызгами — сразу жалко его становилось.
        — Ну, может и так.  — вздохнул Аразур.  — Да мне и без разницы. Фаррон попросил за ней присмотреть. Только, как это на практике сделать, ума не приложу. Что посоветуешь?
        — Давайте её, для начала, с собой возьмём, на полигон.
        — Давай! И ей развлечение и нам спокойнее. Если ты не тренировался, где всё утро пропадал?
        — Знакомился с маленькими человечками.
        — Это как понимать?
        — Я о карлике говорил.  — это я сказал, как можно равнодушнее.
        — Да иди ты!  — удивился друид.  — Шутишь опять?
        — Какие шутки? Даже в гости меня пригласили.
        — Они с одним человеком из Академии общаются — с Арнингом. Да и то — если есть в этом необходимость. То ли времена изменились, то ли в тебе дело? И как ты умудрился увидеть одного из них?
        — Ну, как обычно! Глазами, не напрягаясь даже.
        — Да я не об этом, экий ты злыдень! Карлики — единственный народ, который умеет глаза отводить. Будет такой человечек рядом с тобой стоять, ты и знать не будешь. Ты байки не слышал тех, кто торгует на рынке? Нет? Люди часто продуктов не могут досчитаться, но всегда деньги находят и записочку «взял то-то, по такой цене». Все всегда по — честному. Стоит продавец, торгует, а тут такое у него под носом происходит!
        — Как интересно! А что вы ещё о них знаете?
        Зашла Лира, поздоровалась со мной.
        — Ион, не знаю, что с девочкой делать?! Есть не хочет, слезы ручьем. Так и до нервного срыва недалеко.
        — Можно мне с ней поговорить?  — спросил я.
        Друид кивнул головой.
        — Конечно, поговори! Скажи ей, что если не перестанет плакать и не начнет есть — о Султанате может забыть.
        — Так вы ей не запретите тренировки?
        — Да с какой стати-то? Легкое сотрясение, не более того. Иди, успокой. Тем более, у тебя с женщинами общаться получается очень хорошо.
        Аразур закудахтал. Ну и хорошо, значит настроение улучшилось.
        — Потом поговорим о карликах. Лира, ты можешь себе представить, что Ан…
        Я не дослушал друида, вышел в коридор.
        Постучав в дверь палаты, где находилась Кайма, я зашёл во внутрь. Девушка лежала на кровати, что-то изучала на потолке.
        — Привет! Красивая лепнина, тебе нравится?
        — Привет. Очень красиво!
        — Кайма, кто тебя обидел? Слёзы не высыхают.
        — Не обращай внимание, Анней. Силь сказала, что тебя так зовут, правильно? Слёзы пройдут скоро. Обидно, что своих подвела. Всю пятёрку. Мы за зиму так хорошо сработались, а теперь…
        — A теперь все зависит от твоего настроения и желания поехать в Султанат. Это тебе говорит самый Главный ученик Главного медика Академии. Начнешь нормально есть и больше улыбаться, ваша пятёрка всех порвёт на соревнованиях.
        — Шутишь?
        Кайма улыбнулась. Красивая у неё улыбка.
        — Нет, я тебе передал слова Аразура. Всё зависит от тебя. Ты присядь на кровати и поешь. Хорошо?
        — Спасибо тебе, Анней! С тобой легко общаться. Не даром ты Силь понравился.
        — Ага, я такой!  — засмеялся я на пути из палаты.
        Не услышать Дрома мог только глухой. Когда я зашел к Аразуру в кабинет, гном и друид потягивали кофе из чашек и что-то горячо обсуждали. Я поздоровался с Дромом и, присев на стул, стал рассматривать картину на стене, которую раньше не заметил. Или её здесь не было?
        Хорошая картина, душевная. Шторм на море, на заднем плане тонущий парусник, а в шлюпке, которая взлетела на гребень громадной волны, спасающиеся люди. У всех в безмолвном крике открыты рты. Особенно выделялся мальчик лет десяти — двенадцати. Он, на моё удивление, не поддался панике и тревожно всматривался куда-то в даль. Побелевшее лицо застыло в надежде, что громадная волна пощадит людей, дав им шанс на спасение.
        — Это реальная история из жизни нашего Императора.  — услышал я голос гнома.  — Киллайд возвращался со своей семьей из Абу-Арна, когда эта трагедия произошла. Тогда он и потерял свою маму и младшую сестру. Печально, но факт. Ладно, молодой человек, я буквально на несколько минут заскочил на вас полюбоваться. Расслабьтесь, дайте возможность вас осмотреть.
        Прошло некоторое время, затем последовал вердикт.
        — Ну, что же! Система у вас стала еще стабильнее, аура сейчас, как у обычного человека. Все вроде, как всё хорошо. Но что-то не дает мне покоя, вот только что?
        — Ты проверь его ментальные блоки, точнее — остатки,  — посоветовал друид.
        — Да чтоб меня!  — почти закричал Дром.  — Да от них ничего не осталось! Ты ничего необычного не чувствуешь?
        — Чувствую,  — со знанием дела ответил я.  — Есть меньше стал и проснулся на целой простыне, без огня и дыма.
        Гном засмеялся. В порыве смеха, он взмахнул рукой и смахнул чашку с кофе со стола. Я это заметил и попытался поймать её в полёте. Поздно, Стирх! Чашка застыла в воздухе, не долетев до пола несколько сантиметров. Я сделал мысленное усилие и поставил её на стол. Вытер со лба пот. Однако, тяжело!
        — И как это так…вот…это всё?  — чуть ли не заикаясь, спросил гном.
        Зря я что-то такое сотворил. Маниакальный блеск зажегся в глазах, как друида, так и гнома. Я пожал плечами — оно само.
        — Наглядный пример левитации в чистом виде. Архимаг Торенс завидовать будет. Только у него, что-то очень отдаленное от этого, получается. Эх, жаль времени нет на эксперименты! Но ничего, я завтра ещё приду!  — все это проговорил Дром, надевая свой любимый плащ.
        — Бедные студенты! Чему ты их в таком состоянии научишь?  — подначивал друид гнома.  — У тебя в голове теперь будет одна мысль — как бы в голове у Аннея покопаться!
        — Это точно! Но нужно идти!  — гном не сдавался.  — Ой, а сам ты не такой? Не зря тебя Арнинг маньяком называет. Ладно, всем пока. До завтра!
        — Опять ты ничего не контролировал?  — спросил Аразур.  — Это до добра не доведет. Надо тебе учиться в Академии, ох, как надо!
        — Да кто же против? Я давно об этом мечтаю.
        — Ну, ничего! Полгода как нибудь перебьешься, а там видно будет! Осенью вступительные экзамены, потом — здравствуй студент Анней. Только как это всё будет происходить? Я о твоих экзаменах.
        Я тоже о этом думал и не раз.
        — Вы обещали о карликах рассказать.
        — Давай вечером поговорим, хорошо? Сразу после ужина. Мне нужно посидеть, покумекать, составить план лекций по гигиене. Дело новое, нужно всё обмозговать. Сам предложил эту тему Арнингу, теперь он с меня живым не слезет.
        На улице первое, что бросилось в глаза — отсутствие солнца. Небо затянуто тучками, птицы летали над самой землей. Удивительно, какая изменчивая погода. Два дня, но такая разница. Интересно, как дождь повлияет на тренировки? А на соревнования в Султанате? Не думаю, что такое грандиозное мероприятие будут переносить из — за непогоды. Скорее всего, маги — погодники постараются и тучи разгонят. Родной брат Лорнса, после окончания Академии, этим занимается. Мастер рассказывал, что деньги лопатой гребёт. Это утрировано, конечно, но маг — погодник специальность очень редкая, поэтому и высокооплачиваемая. Нужно крестьянину, чтобы дождь шёл каждую декаду — нет проблем. Только деньги плати. То, что я слышал о голоде там, вообще ситуация непонятная. Король мог купить с десяток — другой магов — погодников в Султанате, или в Империи. Не покупает, значит ему это не нужно. Зачем заботиться о своём народе? Глупости какие!
        Аразур рассказывал, что Король Абу — Арна содержит огромную армию. Точнее, вынужден это делать. Своим одаренным возможность в обучении магии не дает, по-видимому, боится магов, как огня. Нет боевых магов — раздута армия, увеличены расходы на её содержание. Страдает народ. Как всегда!
        Такие мысли лезли мне в голову во время моего ничего не делания, когда я сидел на скамейке у фонтана. Люди все при деле, чем бы мне заняться? Моя дурацкая натура мне не позволяла валять дурака. Хотя это тоже очень серьёзное занятие. Видишь, сколько мне в голову всяких умных мыслей пришло! Надо же! Все меня убеждали, что я дурачок, а оказалось — целый гигант мысли!
        В разрывах туч выглянуло ласковое весеннее солнышко. Мир моментально преобразился. Фонтан, словно обрадовался появлению солнца, с удвоенной силой выбросил струи воды в воздух. Голуби с важным видом прохаживались по площади вокруг фонтана, в поисках хлебных крошек. Я прикрыл глаза, приятная истома охватила всё тело.
        Послышался щебет девичьих голосов. Я, приоткрыв глаза, увидел Силь и ещё двух девушек, направляющихся в сторону двери. Силь приветливо мне улыбнулась и пальчиком указала вверх. Ясно, идут проведать Кайму. В руках у них цветочки. Молодцы!
        — Кхе-кхе!  — услышал я рядом с собою.  — Право — мило, любопытные образцы женской красоты, не правда, молодой человек? Одна из девушек вам очень симпатизирует. Право — мило, очень красивый организм.
        Я посмотрел налево, направо, оглянулся назад — ни кого!
        — Право — мило, я здесь, рядом с вами. Не крутите так головой! А то придётся ещё и шею вам лечить, честное слово!
        — Как вы это делаете, Кирк?
        — Чуть — чуть магии и всё, право — мило. Я принёс вам то, что вы забыли у насосной.
        На скамейке, рядом со мною, появился мой нож. Точно, я снимал сапог для лечения ноги. Вот растяпа! Нож всегда так плотно и удобно находился за голенищем сапога, что я его просто не замечаю.
        — Спасибо большое!
        — Пожалуйста! Какой вы, право — мило, воспитанный человек. Ладно, я пойду. О моём приглашении, право — мило, не забывайте.
        Карлика, как я не напрягал глаза, я не увидел. Только голуби, словно чего-то испугавшись, с шумом разлетелись в разные стороны.
        Скорее бы пойти на полигон, что ли!? Если мне придётся всё это время жить в Академии, то нужно себе найти занятие, в противном случае, я опять по своей натуре попаду в какую-то историю. Может быть, попросить у кого-то из магистров книгу по магии и самостоятельно, потихонечку, изучать какую-то науку? С одной стороны это хорошо, хоть какой-то будет движение вперёд, с другой стороны — не наделаю ли я каких-то ошибок? Ведь не зря в Академии держат целый штат преподавателей. Казалось бы, намного проще было бы выдать студентам книги и потом, через полгода, принимать у них экзамены. Но нет, ничто не заменит живого общения. Я представил себя одним из таких студентов и меня разобрал смех. Я не я буду, если не попробую, допустим, какое-то новое плетение самостоятельно. Нет, если взять какую-то книгу, то только по теории магии. Из здания Академии вышли девушки, две из них прошли мимо фонтана и направились в сторону общежитий. Ко мне на скамейку присела Силиция.
        — Скучаешь?  — спросила она.
        — Да, есть такое. Скорее бы ваши занятия начались. Слушай, а вы какие-нибудь конспекты ведете на лекциях? Ну, по теории магии, по правилам составления плетений? Это так, я для примера сказал.
        — Конечно, без конспектов не допускают к экзаменам. Я тебе, конечно, дам конспекты, но не уверена, что ты в них что — нибудь разберешь. Там сплошные сокращения, да и почерк у меня не очень. В нашей библиотеке тебе тоже никто не выдаст книг, пока ты не станешь студентом. Во Дворце есть целая библиотека, которую начали собирать ещё мои прапрапрапрадедушки. Я тебе не обещаю, что сегодня что-то получится подобрать для тебя, но я постараюсь в ближайшие дни, что-нибудь найти интересное. Там есть даже книги на непонятном языке. Я спрашивала у придворных магов, что это за язык. Как оказалось — это книги Ушедших. Видно, что это книги именно о магии, но как их прочитать? У меня, кстати, с собой есть книжечка, которую я принесла своему декану. У него есть примерный перевод слова Ушедших на наш язык, который составил твой наставник — друид Аразур.
        — А зачем твоему декану эта книга? Разве таких нет в библиотеке Академии?
        — Он говорит, что есть книги, которые ни он, ни друид прочитать не смогли. Попросил что-нибудь попроще принести. Ты только никому не говори, пожалуйста, но когда у меня есть время, я тоже потихонечку изучаю их письменность. Очень сложно, очень! Ты представляешь, какие возможности у нас появится, если мы сумеем прочесть их книги? Ведь Ушедшие — это сплошная тайна, загадка на загадке!
        — Мы же с тобой вчера договорились, что будем хранить тайны? Или я что-то не понял?
        — Да нет, всё так! Если хочешь, вот она, посмотри.
        Силиция достала из в своей сумочки тоненькую книжку, похожую скорее на тетрадь и протянула мне.
        Я взял книгу в руки и меня разобрал настоящий истерический хохот.
        — Ты чего там такого смешного увидел?  — сердито спросила Силиция.  — Что там такого смешного?
        — Нет, ты эту книгу никому не показывай. Она называется «Бесплодие у женщин и методы лечения».
        Девушка очень сильно покраснела, забрала книгу из моих рук и положила обратно, в сумочку.
        — Всё тебе шутить! Только шутка неудачная.
        — Потом не говори, что я тебя не предупредил.
        Меня пробрал такое озноб, что я даже вздрогнул. Стирх, я только что прочел название книги на языке Ушедших. Так, надо об этом помалкивать, иначе меня запрут в лабораторию и будут изучать, как подопытную крысу. Надо молчать об этом, пока я во всём в себе не разберусь. Особенно, о моей новой способности нельзя сообщать друиду. Это следствие того, как сказал гном, что у меня в голове не осталось даже следов от ментальных блоков. Это моё мнение.
        — Да, неудачно я пошутил, извини.
        — Вот — вот. Спишем всё на весну.  — засмеялась Силиция.  — Ну всё, пока, я побежала. Увидимся на полигоне.

        Глава 40

        — Ты чего здесь так задержался? Пора обедать и собираться на полигон!  — услышал я голос друида, который подошел ко мне и присел на скамейку.
        Я молча показал пальцем на небо и пожал плечами.
        — Вчера, я так понимаю, что перенесли тренировки на час дня из-за того, что хотели попробовать новое плетение. А сегодня из-за чего? Вот-вот пойдет дождь.
        — Пойдёт, или не пойдёт — самим Богам неизвестно. Пообедаем и тогда будем спокойными. А вдруг кто-нибудь прибежит и скажет, что тренировка на час дня?  — спросил Аразур.
        — Я в этом сильно сомневаюсь! Если бы что-нибудь изменилось в расписании, Силиция мне об этом рассказала бы.
        — Ладно, умник, всё равно пойдем обедать, а там видно будет.
        Только друид произнес эту фразу, как пошел дождь. Причём капли были до того огромные, что я, добежав до дверей, очень сильно вымок.
        — Вот теперь точно на полигоне не будет занятий. Придется идти на зимний.
        — Это на подземном этаже?
        — Да, четвёртый уровень. Там такого раздолья для студентов не будет, особенно для земляных. Считай, что тренировки в полном объеме не будет. Так, будут в себя пулять неизвестно чем. Одно баловство!
        За обедом друид задал неожиданный вопрос:
        — Когда твой день Рождения?
        — В первый день лета, а что?
        — Да так, вспомнил, что он у нашего магистра через восемь дней. Причём — юбилей. Надо бы какой-то подарок ему сделать, а какой — мы с Лирой всю голову сломали. Если ты ему сделаешь подарок, будет очень замечательно, он к тебе очень хорошо относится. Придумай что-нибудь!
        Мне и думать не нужно было. Я знал, что подарить Арнингу. Меч, который я купил у кузнеца Гримма лежал у меня сейчас в палате. Меч хороший, слов нет, но мои братья для меня стали родными. Без них я точно теперь никуда. Единственное, надо подобрать пару к мечу — какой-нибудь кинжал. Отдельно мечи не дарили.
        — Это ему пятьдесят пять лет?
        Друид кивнул головой соглашаясь.
        — Я знаю здесь одну книжную лавку, которая специализируется на литературе о оружии, тактике боя и тому подобное. А еще лучше будет, если я вам отдам на время одну книгу покойного мастера Тилла. В ней расписаны особенности ведения боя как с двумя мечами одновременно, так и с одним.
        — Думаешь это будет ему интересно? Да и дарить такую книгу, хоть она и хороша, вроде бы несерьезно.
        — Ну почему же? Если вы закажите ей богатый переплет и красивые рисунки к тексту, то подарок будет просто великолепным. На днях мне магистр обмолвился, что питает с детства любовь к оружию. Поэтому подарок придется очень даже кстати.
        — Ну что же, спасибо за совет.
        — Если мы в Султанате попадем в сезон дождей? Соревнования где будут проходить, тоже где — то в подземелье?
        — Да ну, глупости! У них такой полигон, до которого нашему очень далеко. Размером они примерно одинаковые, но ты представь картину: никакого углубления в землю, прямая ровная площадка, поделенная на сектора. Есть также трава, земля, песок — как и у нас.
        По кругу вертикально расположены огромные колонны, метров по тридцать, если не больше. Колонны сделаны из белоснежного мрамора. Они украшены всевозможными орнаментами, какой-то вязью и письменами. В общем, это нужно видеть.
        Так вот, на вершине каждой колонны установлены огромные кристаллы. Когда архимаг активирует всю защитную систему, видно, как кристаллы начинают между собой объединяться лучами света и образуют один огромный защитный купол. Он выполняет сразу две функции: удерживает плетения, излишки моментально впитываются в него, также купол защищает от осадков. Когда капли попадают на купол — зрелище просто завораживает своей красотой. Представь — каждая капля, попадая на него, имеет свой цвет и оттенок, а все вместе они образуют просто волшебный ансамбль, буйство красок!
        — Да, наверное красиво!
        — Очень! Ты оценишь всё по достоинству.
        В столовую зашли, о чем то тихо переговариваясь, Кайма и девушка из Султаната. Я вспомнил её имя- Нарина. Я сделал удивленное лицо, друид пожал плечами. Когда они успели познакомиться — загадка.
        — Эту девушку мы с собой возьмём на зимний полигон?
        — Да нет, какой смысл? Здесь мы будем рядом, если что-то и произойдет, то очень быстро узнаем о этом. Хотя я вообще сомневаюсь, что она решится на какие-то действия с таким-то украшением на шее. Что-то никто не спешит нас предупредить о начале тренировки. Скорее всего, всё пройдёт по старому графику. Так что можешь отдыхать, что-нибудь почитать.
        — Можно я у вас какую-нибудь книгу возьму? Очень хочется посмотреть на книгу Ушедших.
        — Да на здоровье! Могу тебе дать в довесок и краткий словарь перевода слов. Там, правда, процентов тридцать, не больше, от всего количества слов в книге, но если тебе хватит терпения — может быть что-то и поймешь. Если честно, я ничего в них не понимаю. Так, догадываюсь, в основном — по картинкам.
        Мы отнесли грязную посуду, поблагодарили Лиру за вкусный обед зашли в кабинет к друиду. Он указал на полку с книгами.
        — Выбирай!
        Я бегло осмотрел все корешки книг. Как оказалось — все они были по медицине. Взяв наугад первую попавшуюся, я пошёл к себе в палату. Книга называлась «О особенностях строения человеческого организма. Основные отличия от организма тацинов». Это что получается, что мои родственники не считали себя людьми? Бред какой-то! Лично я себя никаким особенным не чувствовал. Те же руки, ноги, голова и всё остальное. Ответ на этот вопрос я нашёл буквально на первой странице. Как оказалось — вся разница была в том, и что у людей меньше развита энергетическая система. Ну и что? Ради этого нужно писать книги? Я отложил талмуд в сторону, не зная, чем себя занять. Достав из сумки свои мечи, тряпочку и специальную полировальную мазь, я начал приводить своё оружия в порядок.
        Через полчаса моё оружие было очищено и отполировано так, что его можно было использовать вместо зеркала. Чем я и воспользовался. Волосы сильно отросли и их можно было забирать сзади в хвост. Интересно сочетались мой новый цвет волос с очень темными бородой и усами. Это, конечно громко сказано, так себе. Небольшая бородка и усики.
        В дверь тихо постучали. На друида и Лиру это не похоже. Я открыл дверь. Нарина! Интересно, что ей от меня нужно?
        — Здравствуйте, ещё раз! Извините, но мне сказали, что мне можно посетить занятия студентов с вами.
        — Вы о тренировках? Да, если вам это интересно, то присоединяйтесь к нам.
        — Конечно интересно! Я от безделья с ума схожу, не знаю чем себя занять!
        Бедолага, привыкла находиться в центре внимания, а тут на тебе — почти полная изоляция. Отступив на шаг в комнату, пригласил её войти. Я же чувствовал, что она не за этим пришла.
        — Проходите, пожалуйста. Обстановка бедная, апартаментов роскошных нет, развлекать здесь вас некому. Вы же к другому привыкли?
        — Извините, почему вы сделали такие выводы?
        — Ну как же, после «Золотого Гуся» и попасть в такую обстановку…
        — Эта, как вы говорите, обстановка не самая худшая из тех, которые мне довелось увидеть за последнюю неделю. Вы же прекрасно знаете, где я провела несколько дней!
        — Да, знаю. Сказать, что мне вас жалко, я не могу. Вы же сами во всем виноваты!
        — А что вы знаете о моей жизни, чтобы прийти к таким умозаключениям? То, что я работала на одну тайную организацию, ещё ни о чём не говорит. Вам не приходила в голову мысль, что человек делает не всегда то, что он хочет, или на что способен?
        — Приходила и много раз. Но у человека всегда есть право выбора — делать ему какую-то работу, или отказаться от неё.
        Девушка смутилась. Было видно по ее выражению лица, что она готова на более откровенный разговор, но зачем торопить события?
        — Может быть вы и правы, не мне судить. Когда будет известно время тренировки студентов, я вам дам знать. Договорились? Вы посещение этих тренировок с друидом согласовали?
        — Да, только что. Он сказал, что очень сильно загружен и я должна с вами определиться, ходить на них мне, или нет.
        Какой же он хитрец, этот Аразур! Ну, ладно! Как-нибудь это я ему припомню!
        Взгляд Нарины остановился на мечах, которые я не успел убрать в сумку. В её глазах я прочитал удивление и восторг.
        — Откуда у вас такая красота?  — спросила она.
        — Да так, купил по случаю. А что, вы разбираетесь в оружии?
        — Может быть,  — уклончиво ответила Нарина.  — Оружие, подобное этому, я видела во дворце шейха Султаната. Оно, как и многие артефакты, находится под охраной очень сложной системы. Не чета той, которую мы с вами встретили в доме герцога Витторо.
        Я сделал вид, что не заметил слово «нам».
        — Его можно взять в руки?  — спросила девушка.
        — Не советую. Недавно один человек схватился за рукоятку меча и медику пришлось лечить руку от ожога.
        — Понятно, они привязаны к вам по крови. Да?
        — Точно. Если вам нравится оружие, вы можете посмотреть вон тот меч.
        Я показал глазами на меч, купленный у кузнеца Гримма.
        Нарина взяла меч, внимательно его осмотрела. Потом вытянула горизонтально руку с мечом.
        — Изумительно! Я в Султанате знаю только пару человек, которые способны создать такое чудо. Балансировка просто великолепная, сталь, похожую на эту, изготавливают только мастера гномы. Точнее, изготавливали. Мне сказали, что секрет изготовления давно утерян. А жаль!
        Девушка осторожно, чтобы не задеть мебель в комнате, сделала несколько круговых движений мечом.
        И надо же было именно в этот момент зайти в комнату Аразуру. Нижняя челюсть у него моментально отвисла и никак не хотела возвращаться на место. Я поднял руку в успокаивающем жесте.
        Друид еще некоторое время удивлённо смотрел на нас, потом махнул рукой.
        — Через полчаса мы должны быть на полигоне. Так что, готовьтесь!
        За разговором с Нариной я не заметил, как закончился дождь и на небе весело сияло солнце. Это значило одно-мы идём на основной полигон.

        Глава 41

        Прежде, чем выйти на улицу, я обратился к Аразуру с просьбой найти какую-нибудь записную книжку и карандаш.
        — Надо же знать по именам всех студентов. Знаю только одну пятёрку полностью, несколько человек из других групп.
        — Если честно, я тоже никак не могу их запомнить. Ты имена записывай, я потом их выучу.  — сказал друид, протягивая мне небольшой блокнотик. К нам подошла Нарина. Девушка оделась в дорожный костюм светло зеленого цвета, на ногах — коричневые полусапожки. Костюм выгодно подчеркивал её отличную фигуру. Особенно в тех местах, на которые обращают внимание мужчины. Я взял носилки из кабинета и направился в сторону комнаты с телепортами. Нарина шла со мною рядом. Аразур же задержался, сказав нам, чтобы мы его подождали у фонтана.
        Когда мы остановились у фонтана, я спросил у девушки мнение о нём.
        — Красиво, конечно! Но когда вы попадете в Султанат, в Академию Искусств, то увидите шедевр работы магов. Там есть фонтан, по размерам примерно такой же, как и этот. Вода, которая поднимается вверх, движется по спирали и постепенно превращается в лед. Образуется много лепестков каких — то цветков. Они имеют различные цвета и оттенки. Вся эта конструкция застывает на несколько секунд неподвижно, а потом на самой верхушке появляется живая вода, которая начинает движение сверху вниз. Создается такое впечатление, что вода растворяет все лепестки. Они исчезают, чтобы появится, но другой формы и цвета. Ночью очень красиво смотреть на него, зрелище захватывающее.
        — Прямо сказка какая-то,  — вздохнул я.  — Друид рассказал о вашем необыкновенном полигоне, вы — о сказочном фонтане.
        — И не говорите! Теперь мне будет, что вспомнить!
        — Ну зачем же так печально?
        Говорю так, как есть. После всего, что со мной произошло — о возвращение домой нужно забыть.
        — Да, вам не позавидуешь! Родственники в Султанате остались?
        — Младшая сестра, Далия. Что теперь ей делать без меня — ума не приложу! Придётся за меня отдуваться. Наши родители давно погибли, так что надеяться на защиту и помощь не приходится. Далии теперь о учебе придётся забыть. Старшая сестра не смогла о ней позаботиться.
        — Так это всё из-за денег на учебу, все ваши приключения?
        — Ну да, только из-за этого!
        Друид что-то долго задерживается. Сходить и посмотреть, что ли? Но нет, наконец-то вышел. Мы втроём, под удивленными взглядами студентов, пошли в сторону полигона. Друид шёл в приподнятом настроении, что-то тихо напевая. Первый раз его вижу в таком состоянии.
        Показался поворот в сторону жилого комплекса, где проживали преподаватели. Метрах в сорока, может быть чуть больше, я заметил две знакомые фигуры. Лорнс, увидев меня, приветливо помахал рукой. Сарли сделала вид, что нас не заметила. Аразур скосил на меня глаза, ожидая моей реакции.
        На полигоне вовсю разминались студенты. Магистр Тоссель тепло с нами поздоровался и сделал удивленное лицо, кивнув в сторону Нарины.
        — Это ещё один ученик друида?  — спросил улыбаясь магистр.  — Ион, не много ли у тебя учеников?
        Аразур развел руками.
        — Хороших учеников много не бывает.
        — В тебе, как всегда, говорит мудрость.
        — Закончили разминку!  — сказал магистр студентам.  — План проведения боёв мы менять не будем. Пирон, твоя пятерка против пятёрки Морро. Резервная группа пока отдыхает. Дейкап, ты со своими против пятёрки Форка. Я сегодня хочу увидеть настоящую работу всех водяных. Причём, хорошую и красивую работу. Если готовы — начали!
        Магистр Тоссель присел на скамейку, повернулся ко мне.
        — Вы сегодня чем-нибудь меня удивите, молодой человек?
        Я пожал плечами. Со мной останется друид, а значит и Нарина. В принципе, какая разница? Днем раньше, днем позже — всё равно узнает.
        — Господин Тоссель, вы позавчера называли Пирона почему-то Маркусом. Я так и не понял, как его настоящее имя?
        — И то и это — его настоящие имена. Имя так и звучит Пирон Маркус. Это у них что-то семейное. Только не называйте его сразу полным именем — разозлится.
        Магистр увидел в моей руке блокнот и карандаш, улыбнулся.
        — Понятно, хотите узнать все имена студентов?
        — Конечно! Как без этого?
        — Ясно, тогда записывайте. Пирон — огневик, Элаф — воздушник. Остаются двое водяных — Тилия и Китон. Земляной у них — Ларик.
        Против них пятерка: Морро — огневик, Траш — воздушник, Зитак и Элиза — водяные. Земляной — Фрук. О остальных двух пятёрках расскажу позже, когда они будут поближе. Мой совет не забывайте — следите пока за одной парой. Со временем научитесь наблюдать за всеми сразу.
        Так и сделаем. Когда я оторвал взгляд от блокнота, увидел, что Пирон отчаянно машет рукой, как будто её остужает. Не понял, чего это он? Тиллия и Китон отчаянно держали щит из воды. Элаф, воздушник, держал руку на плече Китона, передавая ему свою энергию. В щит чего только не прилетало. И воздушные кулаки и булыжники размером с мою голову. Я перешел на магическое зрение. Нет, щит вот-вот рухнет. Что там с Пироном случилось? Ларик сделал какое-то непонятное движение рукой, закрыл глаза и закричал:
        — Убирайте щит! Две секунды!
        То, что он имел ввиду под последним выражением, я понял чуть позже. Возле ног Морро появился небольшой смерч из песка. С каждой секундой он становился всё больше и больше, уменьшая обзор для всей пятёрки Морро. Я увидел, как ребята убрали щит из воды и отбежали назад, за Пирона. Траш, воздушник, изо всех сил пытался воздушным потоком убрать пыль и песок, из-за которого ничего не было видно. У него это начало получаться, но было поздно! С рук Пирона сорвался огненный смерч и устремился, через пылевую завесу, к противнику.
        Двоих студентов смерч поднял над землей метра на полтора, на два и разбросал в разные стороны. Так, это уже не бойцы! Морро и Траш пытались изобразить двойной щит, но не учли преимущество противника, которым воспользовался Элаф. Он просто — напросто обошел соперников сбоку и неожиданно, из пылевого облака, полетели огромные воздушные кулаки. Не ожидавшие такого маневра, студенты попадали на песок. До того были сильные удары! Мне даже стало их жалко. Хорошо, если все обойдется синяками.
        — Стоп, стоп! Бой окончен!  — закачал магистар.  — Всё, я же сказал, что бой окончен. Морро, раньше нужно было думать головой!
        Две остальные пятёрки уже закончили бой и смотрели окончания поединка между пятёрками Пирона и Морро. Быстро они закончили. Скорее всего, силы неравные. Я посмотрел на Силицию. Увидев мой взгляд, она показала большой палец. Ясно, опять победа за ними. Это что получается, у магистра Тосселя две основные пятерки? Надо будет при случае у него о этом спросить. Нарина, как я заметил, голову опустила и о чем-то глубоко задумалась.
        — Так, мальчики и девочки все ко мне. Будем разбираться, какие ошибки кто допустил. Первое! Морро, если ты после сигнала судьи вовремя не остановишься, то бой, который вы выиграли, будет засчитан как проигрыш. Это понятно? Интересно, что ты выдумал? Разбираться с соперником после боя и бить его в спину? Это что, месть такая!? Лучше бы ты поговорил со своими водяными!
        Что лучше всего помогает от пылевой бури? Конечно же вода! Так какого Стирха ваш воздушник надувал щеки изо всех сил, а вы стояли в стороне? Я понимаю, что дождем всю пыль не прибило бы, но зато вы вовремя могли бы обнаружить кулаки, которые для вас оказались полной неожиданностью. Короче говоря, позор!
        Ребята из пятёрки Морро опустили головы. Понятно, что проиграли не думая и не предугадывая действий противника. Интересно, как бы я себя повёл на их месте?
        — Морро, забирай всю свою банду, садитесь на скамейку и проведите полный анализ своего боя, а точнее, проигрыша.
        Пирон, мало тебе досталось булыжником? Ну ничего, в следующий раз умнее будешь. Я вам устал уже повторять — держите все защитные заклинания в голове. Рука отошла? Ну, слава Богам! Смерч ты закрутил славный, только мало влил в него энергии. Чего ты боишься? Если будешь себя так осторожно вести в Султанате — удачи вам не видать. Всё, эти пятёрки отдыхают, остальные пятёрки — ко мне!
        К магистру подошли пятёрки, бой которых я не увидел. О чём они говорили, я слушал в пол уха. Чисто для себя я в блокноте набросал рисунок боя, который только что увидел. Мне, конечно понравился смерч, но вот что — то в нём было не доработано. Трудно судить о чём-то, чего сам не попробовал. Может быть прав магистр Тоссель? Если бы огневик влил больше энергии, эффект был бы в несколько раз больше? Надо попробовать. Вот интересно, а если соединить заклинание огненного смерча и молнии? Какой будет результат? Также мне в голову пришла мысль о соединении плетение огненного шара и молнии. Только как на практике это сделать? Все белые соединительные звенья вроде как, заняты. Шар имеет замкнутую систему. В какое место можно подсоединить дополнительные плетения? Стоп. А ведь смерч, который я сегодня увидел — это тоже соединение двух стихий, двух плетений — огня и воздуха. Ведь как-то они между собой соединяются?
        Пятёрки вышли в сектор и построились в привычную для них схему. Огневики — впереди, за ними двое водяных, позади них, чуть со смещением, воздушник и земляной. Я посмотрел на Нарину. Она сидела вся напряженная, как я понял, пыталась предугадать рисунок предстоящего боя. За прошедшие поединки, которые она увидела, у неё должно сложиться мнение, как о пятерках, так и о каждом из студентов.
        — В султанате у студентов такое же построение?  — спросил я у девушки.
        — Да, примерно такое. Там уделяют особое внимание обороне, поэтому впереди всегда стоят водяные, которые в случае чего, всегда выставят щиты. За ними — огневик и двое воздушников. Правилами поединков не оговорено количество студентов какой-то стихии. Хоть все пятеро будут огневиками.
        У нас редко, кто попадает с кафедры Земли на соревнования. Как я поняла из предыдущих боёв, у вас обучение магии стихии Земли поставлено на очень хороший уровень. В Султанате гномов — раз-два и обчелся. У нас нет таких гор, как у вас. Им жить негде. Если попадется гном, то он окажется обязательно кузнецом.
        — Это вы Хребет Невезения называется горами?
        — Ну да, а как его ещё назвать? Да и на севере Империи самые настоящие горы. Мне рассказывали, что ещё ни один человек не смог через них перебраться.
        На нас шикнул Аразур:
        — Да посмотрите вы за боем! Красота, а не бой! Потом поговорите, время ещё у вас будет!
        Ну даёт друид! Когда это ему поединки стали нравиться?
        Пятерка, в которой была Силиция, постоянно атаковала, не давая времени на отдых противнику. Пирон периодический огрызался, но водяные свои обязанности выполняли на все сто процентов. Защита была на уровне.
        — Силь, сделай!  — закричал Дейкап.
        Силиция прочертила ладонью правой руки наклонную линию и я, к своему изумлению, увидел, как огневик, словно по ступеням, поднимается вверх. Когда он оказался выше защитного щита своих водяных и щита другой пятёрки, он начал засыпать, в буквальном смысле этого слова, противника молниями. Я так думаю, что энергии он не пожалел. Молнии получались насыщенно красного цвета. Красиво, слово нет!
        Но, как он не старался, щит так и не сумел пробить. И тут я обратил внимание на сам щит, в исполнении пятёрки Пирона. Двое водяных держали его строго вертикально, а воздушник создал щит и держал его под углом сверху первого. Таким образом все пятерка была защищена. Это что-то новое, но надежное. Я удивился, как разошлись в атаке люди Дейкапа. Не проходило ни секунды, чтобы новые плетения не срывалась с рук студентов!
        С ума сойти! Жирную точку, если это можно так назвать, во всём поединке поставил опять земляной, Ларик. В тот самый момент, когда Дейкап собирался в очередной раз запустить в щит огнешар, у него под ногами образовалась пустота. Я заметил удивленое лицо студента, когда он уходил вниз, в песок. Ну это ладно, всякое бывает. Но заклинание, которое было у него уже готово, сорвалось с его рук и огненный шар, размером с мою голову, угодил прямо в Джетара, в район солнечного сплетения. Джетар, как на зло, тоже хотел отправить в полёт ледяную сосульку. Почему хотел? Отправил и прямо в Силь. На лице Силиции промелькнуло удивление и гримаса боли. Она согнулась попалам, её вывернуло на изнанку.
        — Остановились! Всем стоять!  — закричал магистр Тоссель.
        Надо отдать должное всем студентам, которые находились в секторе. Они встали, как вкопанные. Силиция поднялась сама, а вот Джетару помогли мы.
        Аразур осмотрел Силицию и Джетара.
        — Страшного ничего нет,  — сказал он.  — Отделаются синяками на ребрах. А вам, девушка, просто не повезло. Острым концом, сосулька вам попала прямо в нервное окончание, что и вызвало спазм желудка. И вы, молодой человек, и вы, девушка, завтра с утра, до ваших занятий, зайдите в медицинское отделение. Договорились? Ну и хорошо!
        — Силиция, тебе может быть нужна помощь? Ты передвигаться сама сможешь?  — спросил я.
        — Всё нормально, не переживай. Не впервой, переживу. Спасибо, Ан!
        — Ну что же, на сегодня занятия закончены. Вы убедились в очередной раз, что один человек может решить судьбу всего поединка. Никогда нельзя недооценивать мага Земли. Сегодня все хорошо поработали, отдыхайте.
        Аразур посмотрел на меня, я отрицательно покачал головой. Те плетения, которые я хотел сегодня испытать, теперь требовали доработки.
        Я удивился, когда и магистр пошёл вместе со студентами в сторону служебного здания. Ну, это и к лучшему. Попрощавшись со всеми, мы втроём пошли в сторону главного корпуса. Впечатления и эмоций на сегодня хватит.
        — Как вам студенты, понравились?  — спросил я Нарину.
        — Да, я под впечатлением! Видно, что с ними основательно занимаются преподаватели. Меня одно удивило — ваши студенты не придерживаются шаблонов и пробуют всякие тактические приёмы. Такого в Султанате обучения нет.

        Глава 42

        — Ваше Величество, Ваше Величество, но послушать то вы меня можете? Я вас, извиняюсь, знаю с младенческого возраста! Неужели, я вам что-то плохое хоть раз подсказал — посоветовал? Неужели, мои советы были пустыми?
        — Пикур, я не пойму, что за истерика? Это будет обычная служебная поездка, не более. Чего ты разнервничался? Себя накручиваешь и меня заодно! Неужели ты не понимаешь, что это поездка просто необходима?
        — Разве вы не видите, что это обычная ловушка? Какой идиот мог собрать вместе потенциальных противников? Только один — шейх Абу — аль — Сина! Ваш отец всегда и всем говорил, чтобы никогда не имели дел и общих секретов с Султаном. Шейх преследует свою цель и она вот она, вся на виду! Столкнуть вас, двух Императоров, лбами. При этом он будет находиться в стороне и улыбаться. Ради всего Святого, откажитесь от поездки в Султанат!
        — Спасибо за заботу, Пикур, но я принял решение, я от него не отступлюсь. Это будет выглядеть очень смешно, если человек принимает приглашение от кого-то, а потом, без видимых причин, отказывается от него. Что, тоже неубедительно?
        — Да, я вижу что мои просьбы проходят все мимо! Очень жаль! Но тогда возьмите с собой хотя бы архимага, мы будем хоть немного спокойнее.
        — Ты же сегодня сам, собственными глазами видел, как Торенс упал в обморок. Какая ему поездка?
        — Магистра Арнинга вы тоже с собой не берете?
        — Ты знаешь, сам об этом подумывал. Ведь он там точно лишним не будет!
        — Ваше Величество, хоть одно мудрое решение! Арнинг и советом может помочь, и как маг — он очень силён.
        — Люди, которых я попросил тебя собрать, где сейчас находится?
        — В Малом совещательном зале, как вы и сказали.
        — Вот и хорошо. А ты, Пикур, давай успокаивайся. И не вздумай раньше времени, что-либо говорить моей супруге. Это понятно?
        Когда Император Киллайд вышел из рабочего кабинета, его старый и верный слуга, он же секретарь, Пикур, смахнул со щеки слезинку. Эх, молодежь, молодежь! Каким же нужно быть недальновидным, чтобы..
        А ведь это хорошая идея — поговорить с супругой Императора Валенсией!
        Пикур улыбнулся, собрал в аккуратную стопочку разбросанные листы бумаги, смахнул невидимую пылинку со стола и вышел из рабочего кабинета Императора.
        Архимаг Торенс еле-еле сидел в кресле за столом переговоров Малого совещательного зала. Он обвёл взглядом такие знакомые стены этого зала, старинную мебель работы известных мастеров Империи. Скоро придётся всё это забыть, причём, навсегда. Кто знает сколько ему отпущено месяцев, дней, часов? Сегодняшний обморок доказал ему, что не так уж и много. Коварная болезнь, с которой не мог сладить даже известный всем друид, давала о себе знать все чаще и чаще. Архимаг забыл, что такое ночной отдых, его мучили постоянные головные боли. Аразур только разводил руками. Как он сказал, всему причиной была опухоль головного мозга. Операции такой сложности люди и друиды ещё не научились делать. А может быть и пора ему уйти из этой жизни? Ведь, как он надеялся, жизнь не прошла даром. Есть что вспомнить! Всё было в этой жизни, и плохое и хорошее. Хорошего, естественно, больше.
        За столом сидели и тихо переговаривались магистр Арнинг и начальник Тайной полиции Пиккаро. Архимаг вздохнул. Как хорошо быть молодым и здоровым!
        Открылась дверь, в зал зашёл Император. По его виду и не скажешь, что этот человек провёл почти двенадцать часов на заседании Большого совета. Киллайд бросил быстрый взгляд на присутствующих здесь людей и сказал:
        — Извините, господа! И вы и я сегодня очень устали, но поверьте, что вопрос, который я хочу обсудить с вами, требует незамедлительного принятия решения. Как вы догадались этот вопрос о поездке в Султанат. Я только что выслушал целую лекцию по поводу этой поездки от Пикура.
        У него чуть ли не истерика произошла. Говорит, что это ловушка и любым способом нужно отказаться от этой поездки.
        — Ваш старый, верный слуга очень мудрый человек и всегда говорит только мудрые слова.  — произнес архимаг Торенс.  — Я всецело его поддерживаю. Поездка будет сопряжена с невероятным риском. Этот риск заключается в том, что вы можете просто-напросто не вернуться живым оттуда. Это очевидно для меня и, я думаю, для присутствующих здесь людей. Даже если мы соберем лучших боевых магов, в просто невероятном количестве, то и они не сумеют всего предусмотреть и спасти вашу драгоценную жизнь. Это моё мнение! Вы меня прекрасно знаете, человек я прямой. Что думаю, то и говорю!
        Император внимательно выслушал архимага, посмотрел на магистра Арнинга. Магистр на какой-то время задумался, словно что-то взвешивая и прикидывая.
        — Господин Император, господин архимаг, конечно, прав. Спорить с ним никто не собирается. Не хотелось бы вам давать каких-то специальных советов, потому что никто не знает, будут ли они правильными. На прошлом Совете поднимался неоднократно вопрос о том, что ваша встреча с шейхом Султаната просто необходима. Без вашего личного участия, я уверен в этом, ни один вопрос не может быть решённым. Слишком тяжелая ситуацию, слишком!
        — Я прекрасно понимаю господина архимага, риск очень велик. Но есть еще один фактор, которым пренебрегать никак нельзя. Если вы откажетесь от этой поездки, то сами дадите понять нашему основному врагу, Императору Вам-Го, что чего-то испугались. Это моё личное мнение. Это только ускорит войну. Если руководитель государства слаб духом, значит и весь народ и армия похожи на него. Ну, и последнее, что я хотел бы сказать — если откажетесь от поездки, то будет запятнана вся честь рода Киллайдов. Безопасность — да, обеспечить будет очень и очень трудно. Но мы постараемся это сделать. Решать вам, я всё сказал.
        — Спасибо, господин магистр. Если честно, я не ожидал от вас такого выступления и того, что вы так думаете о сложившейся ситуации. Моё мнение полностью совпадает с вашим. В наше время показать себя слабым, это значит убить себя, убить своих близких, убить всю Империю. Теперь остались только вы, господин Пиккаро. Хотелось бы выслушать вашу точку зрения.
        — Господин Император, как только я узнал о том, что шейх Султаната предложил провести встречу на территории Султаната, я активизировал всех своих агентов. Пока достоверной информации о положении дел в Султанате, относительно этой встречи, у меня нет, но то, что задумал шейх Абу-аль-Сина, это очень коварный план с его стороны. Здесь вырисовывается три варианта событий. Вас постараются убить, не дай Боги, конечно, но могут постараться убить и Вам-Го. Этот вариант, естественно, для нас очень-очень приемлем.
        — Я даже задумался, честное слово, приложить к этому руку.  — продолжил Пиккаро.  — Ведь такого случая больше не будет. Ну, и третий вариант — убрать вас обоих. На это вряд ли кто-то пойдет, потому что во всём мире восцарит хаос. Если от вас требуют срочного ответа, соглашайтесь. Отказаться никогда не поздно. Завтра, ближе к обеду, я буду иметь полную картину того, что происходит в Султанате и как происходит подготовка к вашему визиту. Я буду держать вас в курсе всех событий. Завтра, я думаю, мы с господином магистром утром встретимся и обсудим все варианты возможных событий и меры по обеспечению безопасности.
        — Как все удачно складывается. Именно на завтра, на девять утра, я собираю небольшую совет по поводу поездки в Султанат. Я пригласил магистра Тосселя, магистра Дрома, магистра Дайлера и ещё несколько человек, которые будут принимать участие в э. э…э…
        — В краже ценного артефакта.  — засмеялся Император.  — Хотел бы я увидеть того человека, который согласится на такую авантюру.
        — Это тот молодой человек, о котором я вам докладывал. Его зовут Анней. Вспомнили?
        — Да уж, забудешь о нём. Дочь вчера весь вечер ходила с улыбкой, а весь ужин мы с супругой выслушивали о нём рассказы. Неужели он, без должного образования, сумеет решить проблему с охранной системой артефактов? Он, я надеюсь, понимает на какой шаг идет?
        — Да, конечно! Я с ним разговаривал насчёт этого и предупредил о возможных последствиях.  — ответил Арнинг.  — Но у него человеческая натура такая — доводить все до логического конца. Даже не знаю, хорошо это или нет. Время покажет!
        — Ладно, господа, уже очень поздно, давайте расходиться. Держите меня в курсе всех событий. До свидания!

        Глава 43

        В голове очень настойчиво звучали молоточки.
        Тук-тук, тук-тук.
        Этот звук раздражал и выводил меня из терпения.
        Тук-тук, тук-тук.
        Во рту сушь, как будто я не пил воды уже несколько дней.
        Тук-тук, тук-тук.
        Тут вступил в действие огромный молот кузнеца.
        Бум-бум!
        Я подскочил на кровати и схватился за голову. За окном ещё темно, ночь — полноправная хозяйка за окном. Что со мной, что произошло? Память услужливо предоставила мне информацию о прошедшем вечере. Стирхов карлик с его гостеприимством! Налив в стакан воды из графина, я сделал огромный глоток. Это же счастье какое-то! Приглушив свет лампы, я лёг на кровать и попытался восстановить всю цепь событий вчерашнего вечера и ночи.
        Вчера за ужином я напомнил Аразуру о его обещании рассказать все, что он знает о карликах.
        — Да собственно говоря, у меня немного информации о этом народе. Лично я, ни с кем из них не общался, поэтому что-то конкретное, я тебе не смогу рассказать. Так, одни слухи. Пойдём в кабинет, здесь много лишних ушей. Друид показал глазами на ужинающих, за соседним столиком, Нарину и Кайму.
        Уже в кабинете, Аразур продолжил свой рассказ.
        — Не знаю, правда это, или нет, но карлики появились на нашем материке ещё задолго до появления тацинов и аануров. Жили они под землёй, в своих огромных и сказочно богатых, красивых городах. Убранство современных дворцов ничто, по сравнению с роскошью их зданий. Подземные реки забраны в каменные желоба, дома в высоту доходили до десяти этажей. Карлики не боялись возводить столь огромные сооружения, потому что знали все секреты строительных материалов, камней и так далее. Золото и драгоценные камни для них не представляли особой ценности, так как все это было у них в достатке. Это даже мягко сказано. Из золота они изготавливали посуду, брезгуя даже серебром. Весь интерьер жилых помещений у них был украшен драгоценными камнями, позолотой. Одним словом — сказочный мир очень маленького народа. Я о их росте говорю.
        Самый большой и главный город у карликов назывался Карли — Клеон. Отсюда и пошло, если ты догадался, название народа — карлики. А может — и наоборот! Все здания этого города были из особого, прочного камня, который называется такун.
        Но примечательно то, что этот камень карлики обрабатывали очень и очень легко. Говорят, что у них был секрет изготовления особой жидкости, которая очень сильно размягчала любой камень. В этом городе все колонны были сделаны из цельного, заметь, куска такуна. Колонны достигали таких размеров, что в настоящее время о изготовлении таких колоссов можно только мечтать.
        Так вот, карлики жили не тужили, но всему хорошему приходит конец. Король подземного народа стал замечать, что появилось очень много недовольных этой роскошный жизнью. Непонятно, что народу нужно? А ответ, как оказалось, лежал на поверхности. Карлики начали вымирать и деградировать, потому, что их развитие остановилось. Куда идти, к чему стремиться, если всего в достатке? Подземные реки снабжали рыбой, на поверхности всегда можно было добыть мясо, зерна для выпечки хлеба. И потихонечку, целыми семьями, карлики потянулись к поверхности земли.
        Да, это очень трудолюбивый народ! У них в наличии были машины и агрегаты, которые значительно облегчали их труд. Руды — полно, сталь они производили первоклассную. Как я и сказал, у них в достатке всевозможные драгоценные камни и золото. Несмотря на это, карлики начали оставлять свои жилища и обустраиваться в горах, поближе к поверхности. Им нужна была другая обстановка, другой уклад жизни.
        Прошло какое-то время и народ карликов познакомился с аанурами, которым для строительства своих городов, было необходимо огромное количество стали, камня и остального материала. Аануры нанимали этих маленьких человечков для строительства своих городов. Делали карлики свою работу быстро и с очень хорошим качеством. Здания получались монолитными и крепкими. Между собой плиты соединялись без особого раствора, с помощью специальных жидкостей. Камень размягчался, поэтому, даже после небольшого усилия, соединение камней имело высокую прочность. В общем, это был расцвет жизни карликов. Торговля с народом тацинов и аануров дало мощный толчок в их развитии. Такая жизнь продолжалась не одно столетие, но надо было такому случиться, тацины и аануры привели в этот мир другой народ — гномов.
        Вот тут и наступила черная полоса в жизни карликов. Гномы сначала вели себя очень достойно, перенимали опыт в обработке камней, переработке руды и всего остального. Когда гномы стали основательно на ноги, они начали притеснять карликов, отжимая у них территорию в подгорном мире. Как следствие — началась Великая война. Достоверно неизвестно, сколько погибло народа с обеих сторон, но то, что карликов осталось всего несколько тысяч, это правда. Гномы задавили их своей численностью, применением своей, особой магии. Нет, карлики отвечали им достойно, потому что тоже владели тайной управления энергии. Но, что произошло, то произошло!
        К тому времени, на поверхности земли, в больших и малых поселениях уже вовсю хозяйничали люди. Они многому научились у тацинов. Строились новые города, развивалась наука, люди осваивали магию. Куда деваться карликам? Конечно же, они потянулись к людям! О этом времени нет ни одного исторического документа. Как произошло то, что карликам разрешили селиться в людских поселениях — загадка. Естественно, за это разрешение, подземному народу пришлось заплатить определённую цену. Это цена — те знания карликов, которые они накопили не за одну сотню лет. Я слышал и такое, что тацины им запретили передавать всю информацию людям. Это и понятно! Люди должны достигнуть прогресса самостоятельно!
        Вот, в принципе, всё, что я знаю о них. Живут они тайно, редко кто их может увидеть. Живут в своем мирке. Довольно безобидные люди, очень грамотные в техническом плане, в плане строительства, в медицине. Наша Академия также построена ими, карликами. Здание очень основательное, если ты заметил. Попробуй, найди хоть один стык в любом строении на территории Академии. Я пробовал это, всё без толку. Вот такие вот дела.
        Теперь ты можешь представить моё удивление, когда ты спокойным голосом сказал мне, что познакомился с одним из представителей этого великого народа? Я даже тебе завидую! За всю жизнь, я так и не смог ни с одним из них пообщаться. На твоём месте, я долго не раздумывал, а сходил бы к ним в гости. Чем ты намерен заниматься весь вечер?
        Я пожал плечами. Заняться своими плетениями — я всегда успею. Может быть и правда, послушать друида и сходить в гости к карликам?
        — Я бы с удовольствием сходил, но с пустыми руками как — то неудобно.
        — Знаю я одну вещицу, с которой тебя встретят карлики с распростертыми руками. Вчера, когда приходил магистр, он принёс с собой бутылку «огненного вала». Так сказать, для медицинских целей. Так уж и быть — я тебе её отдам. Иди, общайся. Нельзя упускать такую возможность.
        Друид открыл дверцу шкафа и протянул мне бутылку.
        Я присел на край кровати, разминая виски. Очень сильно болела голова. Я не знал, чем унять эту боль. Хоть иди к друиду и проси какое — нибудь лекарство. Нет, стыдно! Как я вернулся обратно, в главный корпус, хоть убей — я не мог вспомнить. Нет, такая выпивка не для меня. Никогда не злоупотреблял этим, а теперь, забуду о ней навсегда. Я прислушался к состоянию своего организма. Он бунтовал и требовал от меня каких-то действий. Я скользнул внутренним «я» во внутрь своего организма. Бедненький, досталось тебе!
        Увеличив объём энергии ко всем всем частям тела, буквально через несколько минут почувствовал, что мне становится все легче и легче. Слава Богам! Почувствовал себя, наконец-то, человеком. Я сходил в ванную комнату и привёл себя в порядок. Спать не хотелось, но я опять лёг на кровать, вспоминая мой визит к карликам.
        Когда я подошёл к зданию, на которое раньше указал Кирк, я остановился в замешательстве. Интересно, я постучу, а дальше то что?
        Но ситуация разрешилась сама собою. Дверь в здание приоткрылась и выглянул мой знакомый карлик.
        — Право — мило, вовремя вы пришли. Я как раз собирался уйти по своим делам. Но они, право — мило, подождут. Проходите, молодой человек!
        Здание изнутри оказалось намного больше, чем казалось снаружи. То ли обман зрения, то ли это работа магии? Длинный коридор, справа и слева — двери. Внутри очень чисто, витал запах домашнего уюта. Я обратил внимание на стены коридора, а точнее на камень, из которого стены были выложены. Камни светло — бежевого цвета подогнаны друг к другу с невероятной точностью. Зазоры еле просматривались. Я сразу вспомнил слова друида о мастерстве карликов. Такой красивой кладки я ещё не встречал.
        — Право — мило, проходите молодой человек, чего вы остановились?
        Карлик приоткрыл одну из дверей, пропуская меня вперед.
        — Мильда, у нас гости! Встречай!
        Когда я увидел жену Кирка, я оцепенел. Очень красивая и милая девочка. Даже девушкой я её не мог назвать. Стройная фигурка, правильные черты лица, огромные голубые глаза. Волосы — да, меня удивили! Они оказались ярко — синими. Непривычно, но смотрятся великолепно. В общем, лапочка! И это прелестное создание может дать в глаз мужчине!? Да ну, такого быть не может!
        — Здравствуйте, молодой человек! Вас зовут Анней? Это с вами мой бестолковый муж познакомился?
        — Право — мило, милая, ты чего меня, право — мило, перед гостем позоришь? Не обращайте на неё внимания, молодой человек. У женщин такое часто бывает!
        — Кирк, посмотри мне в глаза! Быстро! Что ты в них увидел?  — спросила у мужа Мильда.
        — Скрытую угрозу, право — мило, что же ещё?  — улыбнулся Кирк.  — Ладно, право — мило, поругаемся мы позже. Давай, право — мило, радушно встретим человека.
        — Да какие вопросы? Конечно, мы гостям всегда рады. Особенно, если эти гости приходят с подарками!
        Я даже опешил. Вот это прием! Мильда заметила моё смущение.
        — Не обращайте на эту перепалку никакого внимания, молодой человек. Это мы шутим так, хоть какое — то развлечение в нашей жизни! Проходите, присаживайтесь на этот славный диванчик. Сейчас мы вас будем кормить, поить, даже можем уложить потом спать. Если вы решитесь на такой шаг, конечно!
        Мильда засмеялась, я непроизвольно тоже улыбнулся.
        — Спасибо, но я расчитываю всё-таки вернуться сегодня в главный корпус.
        — Да на кой вам сдался этот корпус? У нас всегда весело, мы можем для вас даже невесту подобрать. У меня есть на примете одна. Правда, она очень молодая, ей всего триста пятьдесят лет. Но ничего, молодость это дело времени. Лет этак через двести, она поумнеет и станет примерной хозяйкой.
        Мильда разошлась не на шутку.
        — Да проходите же вы, чего вы растерялись? Я же сказала, что мы любим шутки. Да, мой муженек?
        — Ох, милая, право — мило, ты кого хочешь заставишь смутиться, право — мило. А вы, юноша, снимайте курточку и проходите в комнату.
        Я достал из внутреннего кармана своей куртки бутылку с «огненным валом» и потянул её Мильде.
        — Неужели это то, о чём я подумала? Это «огненный вал»? О, да вы не просто гость, а желанный гость! А можно я вас буду каждую неделю в гости приглашать?
        Мильда так заразительно засмеялась, что я тоже не выдержал и рассмеялся. Ну надо же какая весёлая у Кирка жена. Даже не ожидал такого. Думал все они серьёзные люди, а тут на тебе!
        Я присел на диван и осмотрелся. Комната, как комната. Где-то четыре на пять метров, два окна, занавески светло — коричневого цвета с подбором. Огромный диван темно коричневого цвета, два кресла. Напротив дивана, на резных ножках, приличных размеров невысокий столик из какого-то чёрного дерева. Эта комната оказалась проходной, из неё можно попасть на кухню, где сейчас находились супруги-карлики и в спальную комнату. Дверь туда была приоткрыта, я увидел громадную кровать с балдахином. Стены зала, где я сейчас находился, обтянуты материалом светло коричневого цвета, который менял свой оттенок в зависимости от места, где ты находишься. Всё простенько, но со вкусом.
        Кирк принёс несколько тарелок с едой, которые поставил на столик.
        — Давайте я вам тоже помогать буду,  — предложил я.
        — Право — мило, какая может быть помощь? Мы же не камни таскаем, право — мило!
        Сидите, отдыхаете.
        Минут через десять не хитрая сервировка стола была закончена. Кирк оставил сидеть меня на диване, пододвинув кресла поближе к столу.
        — Право — мило, мы очень рады, что вы пришли к нам в гости!
        — Да ещё с таким подарком!  — вставила Мильда.  — Когда мы о нём расскажем соседям, они нам будут завидовать. Вы кушайте, молодой человек кушайте, а то вы такой худенький, страшно на вас смотреть!
        — Ну какой же я худенький? Я довольно упитанный.
        — Но невоспитанный, да?  — опять пошутила Мильда.
        — Право — мило, дай человеку покушать. Везде успеваешь вставить своё слово, право — мило.  — сделал замечание Кирк, разливая «огненный вал» по рюмкам.  — Давайте выпьем за знакомство и за дружбу между людьми и нами, карликами, право — мило.
        Огненная жидкость скользнула по пищеводу, попала в желудок. Создалось такое впечатление, что я не могу вздохнуть. Мильда подала мне стакан с водой, чтобы я запил. Да уж, действительно «огненный вал», абсолютно точное название.
        — Вы первый раз пьёте эту жидкость?  — спросила Мильда.
        — Конечно, а что, заметно?
        — Ещё бы, молодой человек! Смотрите на Кирка, выпил и даже не поморщился. Не забывайте о еде!
        — Право — мило, какая-то она слабая. Вот раньше делали «огненный вал», это, право — мило, был настоящий огонь.
        Ого! Слабая, как же! У меня сразу же в голове зашумело. Тело стало непривычно легким, из головы вылетели все вопросы, которые я хотел задать карликам. Потом был ещё тост, ещё тост.
        Кирк расспрашивал у меня о моей жизни, не переставая цокать языком. Мильда гнула свою линию и интересовалась моими невестами, какие девочки мне нравятся. В общем, задавала чисто женские вопросы.
        А потом, странным образом, стали пропадать фрагменты из нашего вечера. Вот, мы остались с карликом один на один, потом появилась целая толпа таких же маленьких созданий.
        Вдруг, я оказался наедине с Мильдой, которая жаловалась на свою судьбу. Одним словом, веселье шло полным ходом. Но один момент нашей пьянки мне врезался в голову очень четко.
        Скорее всего, я рассказал карликам о том, что всему человечеству грозит опасность, откуда она исходит и как её можно остановить. Лица Мильды и Кирка стали очень серьезными, они переглянулись между собой и женщина кивнула своему мужу, словно с чем-то соглашаясь.
        Кирк принес какое-то приспособление, очень похожее на циркуль и начал учить меня им пользоваться.
        — Право — мило, это очень ценное приспособление. Но, право — мило, без вот этого карандаша, оно бесполезно. Смотрите, не перепутайте! Красный конец карандаша камень размягчает, право — мило, синий — камень склеивает. Причём, право — мило, намертво. Вы даже щели не сможете обнаружить. Мы, право — мило, никогда бы не отдали и приспособление и карандаш людям, право — мило, но больно уж вы нам понравились. Мы вам, право — мило, верим и надеемся, что вы справитесь с той задачей, которую на вас возложила сама судьба, право — мило. Если люди будут жить в мире, право — мило, тогда будет всем спокойнее, в том числе и нам.
        А дальше был длинный путь домой. Меня штормило, меня бросало из стороны в сторону. Я чувствовал, что меня с двух сторон поддерживают карлики. Кое — как, добравшись да фонтана, я в изнеможении присел на скамейку. Потом помню, Кирк пытался изобразить какой-то цирковой номер. На руках он хотел пройти по краю фонтана, но упал в воду. Самого Кирка я не видел, но услышал всплеск воды и ругань Мильды. Всё, на этом воспоминаниям пришёл конец. Как я попал в палату и раздевался, я не помню.
        Я подскочил на кровати. А где сейчас приспособление и карандаш, которые мне торжественно вручили карлики? Я подбежал к шкафу, открыл дверцы. Нет, похоже я сам раздевался. Мои вещи бесформенной кучей лежали внизу шкафа. Куртка, штаны, рубашка, сапоги свалены вместе.
        Но самое удивительное, что я нашел циркуль и карандаш. Мне даже полегчало. Я в задумчивости почесал голову, не совсем понимая, как это всё мне поможет в похищении артефакта из дворца шейха Султаната.
        Но ничего, со временем я с этим разберусь. Захватив с собой мыло и полотенце, я отправился в ванную комнату принимать душ. День обещал быть тяжёлым и насыщенным.

        Глава 44

        Принимая душ, я чередовал горячую и холодную воду. Настроение с каждой минутой становилось все лучше и лучше. Дурман, практически, сошел на нет, я опять подумал, что жизнь прекрасна!
        Выходя из ванной комнаты, я столкнулся нос к носу с друидом. Он мягко меня остановил, упершись рукой мне в грудь.
        — Живой?
        — Живее не бывает! А что, есть повод для беспокойства?
        — Ну ты даёшь! Такой грохот стоял на этаже, мы с Лирой думали, что ты девочек разбудишь.
        Я промолчал.
        — Ты сейчас на тренировку?  — спросил Аразур.
        — Да, попробую что-нибудь изобразить этакое.
        — Ладно, беги. За завтраком, надеюсь, расскажешь а своих похождениях.
        Выйдя из здания Академии, увидел, проходящего мимо фонтана, магистра Арнинга.
        — Ты куда это с мечами?
        — На охоту, куда же? Хотя, на охоту с мечами не ходят. Я буду первым и оригинальным охотником с мечами! Остаётся найти того, на кого начать эту охоту.
        — Шутник, однако! Если хочешь, можешь посещать нашу секцию мечников. Там найдутся достойные люди, которые сумеют надрать тебе задницу!
        Магистр, как всегда, был в хорошем настроении.
        — Тогда я в вашу секцию не ходок. У меня задница одна, её нужно беречь!
        Посмеявшись, мы разошлись по своим делам. Арнинг зашел в здание Академии, я побежал по аллее в сторону теплиц.
        Миновав общежития студентов и хозяйственные постройки, поровнялся со зданием, где живут карлики. Я вспомнил ночное купание Кирка и невольно усмехнулся. Хоть бы не заболел, бедолага. С их уровнем медицины это будет, конечно, сделать проблематично, но от супруги Кирку достанется. Вчера я точно убедился в том, что такая, как Мильда, любому мужику «может дать в глаз». Да, карлик во всём оказался прав. Действительно, его супруга не иначе, как «огонь баба».
        Пробежав мимо теплиц метров десять, я остановился. Солнышко ещё не появилось из-за горизонта и была серая предрассветная мгла. Интересно, где же та поляна, о которой мне говорил карлик в нашу первую встречу. Видимость была сильно ограничена, мне пришлось идти вперед «на ощупь».
        Через некоторое время первые лучи солнца, наконец-то, осветили землю. Я остановился и в восхищении стал смотреть на поляну, которая находилась от меня в нескольких метрах. Незабываемое зрелище! И почему я не родился с даром художника? Я бы сейчас же вернулся домой и обязательно нарисовал то, что сейчас увидел. Вся поляна представляла собой один драгоценный, огромных размеров, камень. Этот камень состоял из множества маленьких камешков всевозможных цветов и размеров. Палитра была до того богатой, что я с трудом удерживал взгляд на одном месте. Хотелось смотреть на эту красоту ещё и ещё. Словно по команде, в воздух взмыли мириады маленьких бабочек. Поднявшись на высоту нескольких метров, они закружились в одном огромном, красивом хороводе. Выполнив последние па своего красивого танца, бабочки врассыпную кинулись в разные стороны. Я стоял ошеломлённый! Да, только природа может создать такой шедевр, который человек никогда не повторит!
        Несколько бабочек пролетели очень близко от меня и я готов поклясться чем угодно, что услышал их смех. Я помотал головой. Ладно, спишем все на похмелье.
        Поляна находилась в окружении небольшого леса, буквально в несколько десятков деревьев. Место для моих будущих тренировок просто идеальное. Во-первых, очень далеко от жилых помещений, во-вторых, деревья поглощают звук, а это мне то, что нужно.
        Я разделся по пояс, куртку и рубашку повесил на ближайшее дерево. Взяв в руки мечи, вышел на середину поляны. Разминку начал, как всегда с упражнений на разогрев мышц. Дальше пришла очередь упражнений на растяжку мышц и упражнений, имитирующих работу с мечами. Минут через двадцать я почувствовал, что готов к повышенным нагрузкам.
        Взяв в руки мечи, сделал ими несколько круговых движений. Встав в привычную для меня стойку, я начал упражнения в небольшом темпе, постепенно увеличивая амплитуду и раскачивая своё тело. Мои мечи радостно запели в руках. Постепенно увеличивая скорость, я на мгновение прикрыл глаза и вошёл в состояние боевого транса. Мир привычно замер, звуки, которые я сейчас слышал, были очень низкого тона.
        Удовольствие, которое ты испытываешь, находясь в этом состоянии, может понять и оценить только тот, кто сам владеет этим искусством. Простому человеку невозможно объяснить это пьянящее чувство свободы. Мечи становятся продолжением твоих рук и тела. Они — твои защитники, они — твои друзья и соратники, они никогда тебя не предадут.
        Я ослабил контроль за своим телом и сейчас наблюдал за собой, как бы, со стороны. Нет, нормальный человек такой ритм и такую скорость выдержать не в состоянии. Как я понял, расход энергии был сумасшедший. Моей жизненной энергии уже не хватало и организм стал подпитывать себя из моего стихиального источника. Испугался ли я чего-то в этот момент? Да нет, не испугался. Но сделал вывод, что к таким экспериментам с моей энергией, я ещё не готов.
        Мои братья, правый и левый, вытворяли такое, что я невольно залюбовался их танцем смерти. Новые, незнакомые для меня движения, перетекали из одного в другое. В скором времени, сами мечи я перестал видеть. Было просто серебряное свечение, которое коконом окутало меня. Всё, на сегодня хватит! Я постепенно начал снижать темп, замедляя движения до тех пор, пока совсем не остановился. Первое, на что я обратил внимание, это моё ровное дыхание. Пульс, если его замерить, в пределах шестидесяти — семидесяти ударов. Но самое главное — я не испытал сегодня того страха, который у меня был во время тренировки у дома мастера Лорнса.
        Я посмотрел на солнышко, определяя сколько времени у меня ушло на тренировку. Да часа полтора, не меньше. Сейчас уже около восьми, надо поспешить «домой». В подтверждении моих догадок, я услышал звук часов Ратушной площади. Один длинный и три коротких удара. Точно, уже восемь.
        Когда я проходил мимо дома карликов, то вздрогнул, услышав знакомый голос.
        — Что же вы, молодой человек, сами не спите и другим не даете?  — спросила Мильда.
        — И вам доброе утро! Как ваше драгоценное здоровье, как здоровье уважаемого Кирка? Извините, как я мог вам помешать спать?
        — Давайте я отвечу по порядку. Наше с ним здоровье могло быть и лучше. Но ничего, медицина творит чудеса. Отвечу на второй вопрос. Раздавался такой свист со стороны поляны, что только глухой не мог бы его услышать. Чем это вы там занимались?
        — Да ничем особенным, я проводил тренировку с мечами. Сильный свист был?
        — Нет, конечно! Я же опять пошутила. В доме его не слышно, слышно только на улице. Да и то, если очень — очень напрячь слух. Так что, молодой человек, свистите себе на здоровье!
        Мы рассмеялись. Всё — таки забавное это создание, Мильда. Что ни слово, то шутка.
        Я уже собрался уходить, как вспомнил о бабочках.
        — Мильда, а что это за бабочки, которых я увидел на поляне. Их было просто несчетное количество. Они кружили в сказочном хороводе, а потом резко разлетелись в разные стороны.
        — Да это же обычные дриады. Что вас в них удивило?
        — Вы, наверное, опять шутите? Дриады живут только в сказках, это же вымышленные существа, лесные духи.
        — Молодой человек, карлики для вас были тоже вымышленными существами до некоторого времени. Как видите, мы такие же живые, как и все люди. Точно такая же история и с дриадами. То, что вы их увидели, означает только одно. У вас очень чистое и благородное сердце. Свой танец плохим людям они не показывают. Вот так! Вы только начинаете свою жизнь и таких открытий, я уверена, будет очень — очень много. Откройте свое сердце и разум для этого мира. Вы сумеете увидеть то, чего вы не понимаете и раньше не замечали.
        — Спасибо за объяснение, Мильда! Извините, мне нужно бежать. Передавайте привет Кирку.
        — Передам конечно, спасибо. Удачи вам, юноша!
        Когда я зашел в столовую, то увидел одну Нарину. Девушка вяло ковырялась в тарелке, погруженная в свои мысли.
        Поздоровавшись, я поставил на поднос еду и подсел к ней за столик.
        — Опять мысли невеселые?  — спросил я.
        Она неопределённо повела плечами.
        — Да, хорошего в моей жизни осталось мало! Во-первых, меня моё безделье угнетает, во-вторых, я постоянно думаю о своей сестре! Но самое главное — что со мной будет в дальнейшем? Не буду же я вечно прятаться и жить в Академии? Я постоянно думаю, как забрать свою сестру из Султаната! Кое-какие мысли у меня насчет этого есть, но так, ничего определённого. Вы не знаете, зачем всех нас вызывают в кабинет магистра?
        — Первый раз слышу! А во сколько нам нужно там быть?
        — Вроде как, к девяти часам.
        — А где, собственно говоря, друиды? Ни Лиры, ни Аразура не наблюдаю.
        — Кайма устроила им истерику с утра, требует её выписать. Вот они и пошли к ней, на смотр. Если всё будет нормально, то девушка нас сегодня покинет.
        — Если просится сама на волю, значит с ней всё нормально. Она же привыкла постоянно находиться среди своих друзей, подруг, а тут на тебе — лежи и в потолок плюй.
        — Да! Это очень сильно угнетает. Кстати, забыла спросить, а что это за шум ночью был? Я проснулась около часа ночи, не пойму, что происходит?! Пока оделась и выглянула в коридор, все уже затихло.
        Я почувствовал, как медленно краснею.
        — Нет — нет, я спал, как убитый! Ничего не слышал!
        От дальнейших расспросов меня спас друид. Он заглянул в столовую и спросил у меня:
        — Зайдешь?
        — Конечно, я уже скоро!  — ответил я, допивая чай.
        — Нарина, меньше нужно думать о плохом. Есть же такая поговорка — всё, что делается, делается к лучшему. Вам нужно поговорить один на один с магистром Арнингом. Он очень хороший человек. От его мнения будет зависеть очень многое.
        — Спасибо за совет! Если получится, я с ним обязательно поговорю.
        Аразур сидел за столом, который, как всегда, был завален бумагами.
        — Вот ты мне скажи, почему вся наша работа состоит из одних бумаг? Такое впечатление, что от них зависит судьба всего человечества! И самое интересное то, что чем больше бумаг, тем больше путаницы в делах! Ладно, это всё лирика!
        Ты хоть расскажи, как вчера сходил? Подтвердился мой рассказ о карликах?
        Я вкратце пересказал ему, что произошло в доме Кирка и Мильды. В конце своего рассказа, добавил:
        — Одного люди не знают, что подземные города карликов до сих пор не разграблены гномами. Они делали множество попыток попасть в город Карли — Клеон, но всё без толку. Как мне сказали, на главных воротах города карлики установили Великую печать. Что это такое, если честно, я не понял. Но происхождение этой печати явно магическое.
        — Вон оно как! Я считал, что внизу города лежат в развалинах. Что я думаю, Анней, пусть это будет нашей очередной тайной. Если люди узнают о городах, гномы будут бедные. Их просто люди истребят! Ты представляешь, сколько любителей легкой наживой появится? Да туда пол Империи отправится за драгоценными камнями и золотом!
        — Я никому говорить ни о чём не собирался, только вам сказал, потому что вам я доверяю.
        — Спасибо, у меня от тебя тоже нет секретов!  — сказал довольный Аразур.
        — А что это за совещание у магистра будет?
        — Ой, да там много вопросов будет. В первую очередь будут обсуждать безопасность поездки Императора в Султанат, а потом нас пригласят. Догадайся по какому делу.
        — Уже догадался!  — смеясь, ответил я.
        — Неужели шейх какую-то гадость задумал?  — спросил я.
        — Ты ещё в этом сомневаешься? Этот хитрец так всё может обстряпать, что комар носа не подточит. Все вокруг будут виноваты, кроме уважаемого шейха Султаната. Если, не дай Боги, с первыми лицами государств что-то произойдет, развяжется самая кровопролитная война в истории человечества. Ну, да ладно, не будем о грустном. Ты пока побудь где-нибудь поблизости, как только поступит вызов от магистра, я тебя и Нарину найду.
        — Хорошо, я на несколько минут выйду на улицу. Мне кое-что найти нужно до совещания.
        Мы уже почти полчаса сидели и изнывали от тоски в приемной Арнинга. Зарина, наша старая знакомая, ковырялась в каких — то бумагах, периодически чихая.
        — Вы, милая, случайно не заболели?  — поинтересовался друид.
        — Да нет, это я от пыли чихаю. Нашему магистру срочно понадобились строительные чертежи здания Академии Султаната. Ума не приложу, зачем ему они нужны? Есть относительно новые чертежи, но они ему чем-то не понравились. Пришлось целый час в архиве искать это старье.
        Мы с друидом переглянулись. Понятно, магистр собирается основательно подготовиться к поездке.
        — А вы, Зариночка, не знаете, когда нас пригласят в кабинет?
        — Знаю, конечно! Как только я переведу основные термины на этих чертежах.
        — А вы что, хорошо разбираетесь в языке, на котором говорят и пишут в Султанате?
        — Совершенно не разбираюсь! Пытаюсь догадаться по смыслу значение этих слов. Пока ничего не получается!
        Надо было видеть друида в момент, когда девушка произнесла эти слова. Пауза затянулась на несколько минут. Аразур покраснел, посинел и наконец, заорал:
        — Так какого вы… нас здесь маринуете? Неужели так трудно сказать магистру, что вы ни бельмеса в этих чертежах, а точнее, в обозначениях не можете разобраться? А ну-ка, быстро доложите о нас ректору!
        Девушка от его крика побледнела. Из кабинета выбежал Арнинг.
        — Аразур, ты чего здесь скандалишь!? Тебя слышно на всех этажах Академии! Что случилось?
        Аразур, уже немного успокоившись, всё объяснил.
        — Понятно, берите чертежи и заходите в кабинет. Я же вам обещал, девушка, вечное дежурство? Разрешите вас поздравить с этой новой должностью!
        Зарина опустила голову и обречённо кивнула головой.
        Друид подхватил чертежи, я забрал со стула свой пакет и мы, втроём, зашли в кабинет.

        Глава 45

        Первой в кабинет зашла Нарина. Я сделал шаг в кабинет и остановился, как вкопанный. Среди людей, которые находились в кабинете Арнинга, я заметил того человека, с которым беседовал в ночь ограбления дома герцога Витторо. Сзади я получил весомый пинок для ускорения от Аразура.
        — Чего ты встал, как статуя?  — прошипел он.
        А действительно, ну увидел я начальника Тайной полиции, ну и что? Пиккаро, встретившись со мною взглядом, мне подмигнул. Ну вот, так-то лучше!
        — Проходите, присаживайтесь господа хорошие!  — сказал Арнинг.  — Аразур, прикройте, пожалуйста, дверь поплотнее.
        Я осмотрел кабинет и присвистнул. Начальник Тайной полиции, четыре магистра и какой-то очень пожилой мужчина в мантии тёмно красного цвета. У меня промелькнула догадка в голове. Да это же архимаг Торенс! Вот это да, серьезная команда собралась!
        Арнинг сидел в кресле на своём месте, все остальные мужчины расположились по одну сторону стола. Мы как шли, в такой же последовательности сели за стол.
        — Так, ну что же, можно начинать наше совещание. Основным докладчиком, вы меня уж извините, буду я. Для вновь прибывших скажу, что некоторые моменты соблюдения безопасности во время пребывания в Султанате, мы уже обсудили. Эти правила будут касаться всех, без исключения. Сегодня утром пришло уведомление из Академии Искусств Султаната, о небольших изменениях в численности студентов, которые будут принимать участие в соревнованиях.
        Как оказалось, студенты, которые проходят обучение в Султанате и являются жителями Империи Хунак, также готовы выступить в соревнованиях. Как отдельные единицы, я имею в виду. Это существенно никак не отразится на всём плане соревнований, но какие-то неожиданности и сюрпризы присутствовать всё равно будут.
        Присутствующие здесь магистры Тоссель, Дром и Дайлер, проведите дополнительный инструктаж со всеми членами делегации. Если магистр Тоссель будет всегда рядом с нашими студентами, остальным придется находиться рядом с нашим Императором. Я тоже буду принимать участие в обеспечении его безопасности. Да, забыл сказать, время пребывания всей делегации в Султанате, будет в районе пяти дней. Это зависит от соревнований, а точнее, попадут ли наши бойцы в финал. Всего будет две пятёрки, три человека должны быть в резерве.
        Аразур и Анней, вы должны постоянно находиться с нашими студентами. Врачи в Султанате неплохие, но на вас, Аразур, будет возложена особая обязанность. Как медицинский работник, вы будете контролировать работу всего медицинского персонала нашей делегации. С Императором отправятся его личные медики. Они вам будут подчиняться. Таков регламент международных поездок первых лиц государства. В принципе, коротко о поездке, я рассказал, у кого какие мнения и пожелания?
        — Разрешите мне сказать, господин ректор?  — слово попросил Тоссель.  — Я не совсем понимаю, как студенты, которые проходят вместе обучение в одном заведении, будут выступать друг против друга? Я имею в виду студентов из Хунак. Они же всего лишь студенты второго курса, насколько точно я осведомлён. Как такое вообще возможно? До соревнований осталось меньше трёх декад и собрать хотя бы одну пятёрку, это просто невозможно.
        Я так думаю, что вместе с императором Вам-Го, прибудут и студенты из Академии Магии. Я понимаю, что безопасность первого лица государства это вопрос номер один, но и о безопасности наших студентов нельзя забывать.
        Вот кто из присутствующих здесь скажет мне, чему студентов обучают там, за Хребтом Невезения? Какими стихиями они управляют в совершенстве, а будет ли присутствовать магия, которая у нас под запретом? Я хорошо знаю правила проведения соревнований. Но там нет, хоть вы меня убейте, запрета на применение каких-либо плетений, которые мы не используем.
        Ведь никто, как я понимаю, не обговаривал все эти вопросы с администрацией Султаната? Это что же получается, что студенты, которые прибыли на помощь своим сородичам в Султанат, начнут бить плетениями Чёрной магии? Да это же верная смерть для наших студентов! Если хотите знать моё мнение, то перед тем, как ехать туда, все эти вопросы необходимо обговорить и как можно быстрее!
        — А ведь он прав, Арнинг, тысячу раз прав!  — произнес архимаг.  — Стирх с ними, с этими соревнованиями! Мы не должны рисковать жизнью людей. Вот что я вам предлагаю — соберитесь сегодня вечером и набросайте дополнение к существующим правилам поединков. Завтра с утра, это дополнение должно быть в Султанате. Я не думаю, что там будут долго совещаться и долго принимать какое-то решение. Через день, максимум через два, мы получим ответ. Вот тогда-то и примем решение. Отказ от этих соревнований намного упростит сам процесс обеспечения безопасности Киллайда. Пошатнётся репутация нашей Академии? Да и Стирх с нею! Будем жить и дальше и без этой репутации, как-нибудь.
        — Ну что же, мы так и поступим.  — произнес Арнинг.  — Через три — четыре дня мы будем точно знать, по какому графику пройдёт встреча руководителей государств, тогда нам нужно будет еще раз собраться и всё конкретно обсудить. Придется буквально по часам, расписывать передвижение нашего Императора и соответственно, всей охраны, включая и нас вместе взятых.
        Магистрам Дрому и Дайлер всё понятно? Ну и хорошо! Тогда вы и вы, магистр Тоссель, можете заниматься своими делами. Если вы понадобитесь нам, мы вас найдем и позовем. Господа, я предлагаю нам собраться здесь, в районе восьми часов вечера. Я надеюсь, к этому времени тренировки студентов закончатся?
        Тоссель утвердительно кивнул головой.
        Когда три магистра покинули кабинет Арнинга, тот достал из стола знакомый мне куб и активировал его.
        — Ну что же, давайте поговорим о очень важной миссии в Султанате. Здесь главным лицом будешь ты, Анней. Тебе и карты в руки, как говорится! Я больше чем уверен, что у тебя уже в голове находится хотя бы приблизительный план. Я не ошибся?
        Я пришёл в небольшое замешательство. Не каждый день приходится выступать перед архимагом и начальником Тайной полиции. Хотя, переживать не стоит. Они такие же люди, как и я.
        — Да, кое что в голове у меня уже есть готовое. Если и не план, то наметки, это точно. Как вы все понимаете, какими талантами не будет обладал человек, ему всегда нужна будет помощь. Такую помощь там, в Султанате, мне сможет оказать только Нарина. Вот как хотите, но она должна попасть к себе домой, под любой личиной.
        Я почувствовал, как сидящая рядом со мной девушка напряглась. От неё я даже уловил волну удивления, страха, надежды. В кабинете воцарилась тишина.
        Первым пришел в себя, как ни странно, Пиккаро. Он внимательно посмотрел на меня, на Нарину, словно что-то взвешивая. Потом я на его лице увидел улыбку. Значит мой план он одобрил.
        — Ну что же, я понял вашу задумку, молодой человек. Идея, в принципе, неплохая. Мысль остаться в Султанате, я думаю, девушке в голову даже не придёт. Там Нарину ждёт очень быстрая расправа. Поэтому, на вас двоих, и будет основная нагрузка по реализации плана похищения артефакта. Кто лучше знает расположение комнат во дворце шейха среди присутствующих? Нарина! Кто сможет вытащить Аннея из Султаната в случае провал операции? Нарина! Я уже молчу о том, что она прекрасно знает территорию и здания Академии Искусств.
        Даже если операция будет удачная, это артефакт придётся вывозить из страны тайными тропами. Да, я не скрою, что у нас есть огромная агентурная сеть в этом государстве. Да, они нам будут помогать, чем только смогут. Но всегда нужно полагаться на свои знания и на свои силы. Молодой человек, у вас неплохо соображает голова. Я также понял и вторую цель поездки Нарины домой. Хотя, домом Султанат для девушки называть уже нельзя. Вы, Анней, хотите дать шанс старшей сестре забрать младшую, чтобы они продолжали жить вместе у нас, в Империи. Я всё правильно сказал?
        Я находился сейчас в шоке. Этот человек с разноцветными глазами, казалось, видел меня насквозь. Да, я решил совместить эти два дела в нашей поездки.
        — Вы правильно меня поняли, господин Пиккаро.  — ответил я.  — Любой человек достоин того, чтобы получить шанс на жизнь. Я о Далии, младшей сестре Нарины. В Султанате ей жизни не будет. Сестры, я больше чем уверен, потом отблагодарят и вас, и всю Империю. Нарина, я прав?
        Девушка сидела с низко опущенной головой. Как я понимаю, она еле сдерживала слезы. Нарина кивнула головой.
        — Ну вот и хорошо, с одним вопросом разобрались. Теперь, что касается артефакта. Нарина сейчас попытается обрисовать более детально место, где хранятся артефакты и охранную систему. Пожалуйста, девушка, мы вас внимательно слушаем.
        Я отдал должное самообладанию Нарины. Она начала свой рассказ совершенно ровным голосом.
        — Не знаю как сейчас, раньше артефакты были доступны для желающих увидеть их красоту, два раза в неделю во дворце шейха и два раза в неделю — в Академии. Таких редких артефактов в коллекции пятнадцать предметов. В зависимости от их размеров, изготовлены специальные подставки. Обычные, деревянные, но очень красивые. Световые лучи охранной системы образуют цилиндры, если можно их так назвать. Начало этих лучей на полу комнаты, заканчивается они на потолке. Там — то и находится кристалл, который определяет — исправная система охраны, или нет. Другими словами, все артефакты находится внутри этого светового цилиндра.
        Диаметры этих цилиндров тоже разные, в зависимости от размеров артефактов. Для артефакта — игла, это цилиндр около метра в диаметре. Может быть, чуть-чуть больше. Сами комнаты располагается на первом этаже в двух зданиях. Это всё, что я знаю.
        — Вы хотите сказать, что добраться до артефакта очень проблематично? Я правильно вас понял?  — спросил Арнинг.
        — Да, это так! Во дворце и в Академии так уверены в системе безопасности этих артефактов, что даже нет охраны из людей. Нет никаких часовых. Я даже знаю, что нанимали лучших специалистов — воров, за очень большие деньги, чтобы те попробовали украсть хотя бы один экспонат. Ни разу это не получилось сделать. Если даже случайно задеть световой цилиндр, срабатывает сигнализация и дверь в комнату закроется. Человек оказывается, как в мышеловке. Солдатам остается дождаться, когда архимаг разблокирует дверь и арестовать вора.
        — Вот же Стирх, хоть бы одно окно было в этой комнате, так нет же, выбрали глухую, с одной дверью. Анней, что скажешь?  — магистр посмотрел на меня внимательным взглядом.
        — Давайте чертежи здания посмотрим. Может быть какую-то лазейку и найдем?
        — Я вам всё о хранении артефактов могу рассказать по памяти.  — произнес архимаг Торенс.  — Я в свое время, очень часто бывал в Султанате. Таре — аль — Фаррух, архимаг Султаната, мой старинный друг. Он меня провел практически по всему зданию Академии, рассказал о самом строительстве. Интересно то, что его строили не люди, а приглашённые со стороны карлики. Да — да, именно карлики. Я сам раньше не верил в их существование, пока лично не встретился с одним из них. Так вот, при строительстве зданий на территории Академии, и при строительстве главного дворца шейха Султаната использовался камень такун. Это самый твердый строительный материал, который существует у нас на материке.
        Перекрытия этих зданий по толщине около десяти сантиметров. С таким прочным камнем такун, это сделано даже с большим запасом прочности. Теперь мы подошли к самому главному секрету хранения артефактов. Нарина уже сказала, что во дворце определенные дни отводится для показа артефактов, и она рассказала, что два дня в неделю эти же артефакты выставляются напоказ в здании Академии Искусств. Для перевозки артефактов из одного здания в другое, существуют целые бутафорские подразделения охраны и специальные повозки. Все думают, что специально выделенная комната в Академии остается пустой, после того как артефакты переезжают во дворец шейха. Как бы не так! Настоящие артефакты всегда находились и находятся в здании Академии Искусств. Во дворце шейха — всего лишь подделки. Это и понятно, самое неприступное здание в любом государстве это магическая Академия. Вот такие вот дела!
        — Что-то я совсем запутался,  — сказал Арнинг.  — Зачем их выставлять на обозрение то там, то там. Ну и показывали бы их четыре дня в неделю, но в одном месте. Что за цирк?
        — Арнинг, этой традиции уже больше сотни лет. Именно два раза в неделю, во дворце шейха Султаната, проходят очень важные совещания и собрания. Что они там так часто обсуждают, какие проблемы — самим Богам неизвестно. Это у них уже перешло в своеобразный ритуал. Чужое государство, другие законы и правила.  — ответил магистру Торенс.  — Вроде, как шейх показывает народу, что не прячет ценности ни на один день. Сам Стирх их не разберёт!
        — Теперь понятно. Как хорошо, что вы нашли силы, господин архимаг, сегодня поприсутствовать здесь, с нами. Давайте всё-таки посмотрим чертежи Академии Искусств. Я как чувствовал, что они нам пригодятся.  — произнёс Арнинг.
        Аразур расправил чертежи, Арнинг вышел из-за своего стола и присоединился к нам.
        — Нарина, сумеете показать ту комнату, где хранятся артефакты?
        — Она напротив главного входа в Академию, если идти по коридору, то упрешься прямо в неё.
        Магистр взял карандаши в руки, нашел комнату на чертеже и обвел её.
        — Мда, картина нехорошая. Коридор просматривается от и до, любой человек, который надолго остановится у закрытой двери вызовет подозрение у дежурных студентов. В голову что — то путное сразу и не приходит.  — магистр, похоже, разговаривал сам с собою.
        Я пододвинул к себе другой чертеж этого же здания, более детальный. На нем были даже отмечены все туалетные комнаты. А вот это уже интересно! Молодцы архитекторы, использовали подземную речушку для нужд Академии. Другими словами — для удаления нечистот. Небольшая речка начиналась далеко за пределами Аль-Баруха, под землёй она проходила в аккурат, под всеми зданиями. И жилыми и административными. То-то я и заметил, что здания на отдельном чертеже обозначены как-то интересно, не по прямой линии, а по какой — то зигзагообразной. Ясно, зацепка уже есть.
        — Нарина, а что это за река здесь обозначена, как она называется?  — спросил я.
        — Да никак. Она просто течёт на глубине, под землей. Откуда начинается и где заканчивается, никто не знает. Любимое занятие студентов — ночные вылазки в подземные гроты и пещеры в поисках «драгоценностей». К ним можно попасть только по этой речушке. Она неглубокая, где-то по колено. Да и, насколько я помню, сравнительно спокойная.
        — Это что получается, если опуститься под землю из самого дальнего здания на территории Академии, то по речке можно попасть под административное здание. Так?
        — Да конечно! Это очередная забава студентов. Не знаю почему, но особым шиком считается устроить банкет в ночное время в преподавательской. Причём, обязательно нужно оставить следы своего пребывания. Мы в свое время долго изучали лазейки, чтобы проникнуть в здание. Естественно, преподавателем это всё не нравится и они оставили несколько служебных помещений, откуда можно попасть под землю. Всё равно туда нужно опускаться специалистам. Проверять систему сброса нечистот и мусора, состояние фундаментов, да мало ли для чего!
        — Если мы с вами попадем под здание главного корпуса Академии, мы сможем определить, под какой из комнат мы находимся?
        — Конечно, я ещё ничего не забыла. Только зачем всё это? Ладно, я допускаю, что мы окажемся внутри здания, дальше-то что?
        — А нам наверх не нужно будет подниматься. Мы достанем артефакт и так.
        Пиккаро почесал щёку и спросил.
        — Даже я не могу понять ход ваших мыслей, молодой человек! Как вы доберетесь до артефактов снаружи?
        Я достал свой пакет, который лежал все это время у меня на коленях. Развернув бумагу, показал присутствующим циркуль и карандаш, которые мне подарили карлики. В этом же пакете находились три камня. Самые обыкновенные камни, которые я нашел на улице.
        Взяв в руки карандаш, я провёл красной стороной по камню. Линия, оставленная карандашом, стала малинового цвета, послышался еле различимый треск. Камень разделился на две половинки. Затем я взял два камня и нанёс на них жирные линии синим концом карандаша. Не прошло и двух минут, как поверхность камней слегка задымилась. Эти камни я сложил вместе и слегка сдавил.
        В кабинете стояла мёртвая тишина, все очень внимательно следили за мной. Мне и самому было интересно, что из всего этого получится. Прошло минуты три, не больше. Взяв в руки камни, я попробовал отделить один от другого. Бесполезно! Они склеились намертво! Толщина двух склеенных камней была чуть меньше десяти сантиметров. Я опять взял карандаш и провёл красным концом по середине камня. Спустя некоторое время, эта линия также окрасилась в малиновый цвет и на столе оказались две половинки склеенных камней.
        — Вот это да! Я даже не решусь спросить, откуда у тебя такое чудо!  — в восхищении произнес Арнинг.  — Это мечта любого вора. А ты уверен, что карандаш подействует на такун?
        — Ещё как подействует! Станет мягким, как масло.  — ответил я.  — Карандаш хорошо, плотно устанавливается в это гнездо, которое можно закрепить под любым углом. С помощью этого циркуля, можно будет сделать отверстие больше метра в диаметре. Если мы будем знать точное место установки нашего артефакта, то вырезав перекрытие, мы опустим вниз часть плиты и подставку с артефактом, не потревожив охранную систему. Но для этого нужно изготовить точную копию иглы. Положив её на подставку, мы поднимем всю эту конструкцию на место и плиту склеим. Следов видно не будет, так мне, по крайней мере, обещали. Никто не заметит подмену. Как поднять эту многокилограммовую конструкцию мне и Нарине, я не представляю. Нужен будет ещё один мужчина.
        — Я думаю, проблем с помощником у вас не будет. Эрон Фаррон отправился сегодня в Султанат, так сказать, с дружеским визитом. Он там пробудет до тех пор, пока не встретит нас. Ничто ему не помешает задержаться в Султанате на два — три дня. Он, как — никак, является сотрудником нашей Академии.  — сказал Арнинг.  — Изготовление копии артефакта я возьму на себя, тем более рисунок иглы в натуральную величину, у меня есть. Помните, я рисунок раньше показывал?
        Только у меня к тебе один вопрос, как и чем ты собираешься резать камень?
        — Вместо карандаша можно установить обычное лезвие. Самое главное, чтобы оно по размеру соответствовало карандашу и свободно устанавливалось в это гнездо. А игла у циркуля — подпружиненая. Сейчас она выступает на двести миллиметров, но если на неё надавить, она полностью уйдет вовнутрь.
        — Да, если бы вы не смогли каким-то чудом достать этот карандаш, то все наши попытки украсть артефакт, могли сойти на нет. Теперь хоть какой-то шанс появился. Вы обсудите вдвоём хорошо все детали этой операции.  — сказал Пиккаро.  — Ну что, можем расходиться? Известия и Султаната появятся дня через три, не раньше. Вот тогда мы соберёмся ещё раз вместе, примем решение окончательно. Сейчас что-то планировать бесполезно.
        Я оставил циркуль магистру, который должен заказать вместе с иглой и лезвие для резки камня. Попрощавшись с Арнингом, мы вышли из его кабинета. Чертежи я взял с собой.

        Глава 46

        — Папа, а что это за рыбы такие выскакивают из воды?
        — О, это самое умные создания, которые живут в море, сынок. Если человек окажется далеко от берега и попадёт в беду, они обязательно придут к нему на помощь.
        — А почему у меня губы соленые?
        Отец засмеялся, откинув назад голову. Я залюбовался им: высокий, сильный, умный. Не зря его все люди считают главным.
        — Море, сынок, очень соленое. Когда оно хорошо нагреется, мы ещё раз сюда прилетим и обязательно искупаемся. Ты попробуешь водичку, она будет соленая. Солнышко нагревает воду и она превращается в в… как бы тебе это объяснить, в воздух. Мы им дышим, поэтому и кажется, что губы соленые. Когда ты вырастешь, ты всё поймёшь!
        — А что это за планеты такие? На них тоже люди живут?
        — Нет, на них нет жизни, потому, что там нет водички. А называются эти планеты Тайра и Эрия. Когда-нибудь, через много — много лет, возможно, люди принесут жизнь и на эти планеты.
        — А когда я вырасту, стану таким же сильным, как ты? Я также сумею передвигаться от одной планеты к другой?
        — Ну что ты, сынок! Ты станешь гораздо сильнее меня, умнее! А перемещаться от одной планеты к другой ты научишься тогда, когда станешь большим. Тогда у тебя будет вот такое же кольцо, как у меня. Когда я стану совсем стареньким, я тебе отдам кольцо и ты будешь главным у нас в народе!
        — Я стану тогда Королём?
        — Обязательно! А теперь, Анней, нам пора домой, мама будет волноваться, куда это мы пропали!?
        Папа резко повернулся назад, рука ещё сильнее сжала мою руку. Когда я обернулся, то увидел, что какие-то вооружённые люди бегут к нам, о чём-то кричат.
        — А кто это, папа?
        — Это очень плохие люди. Они не хотят, чтобы мы жили на их планете. Нам нужно срочно отсюда уходить.
        Папа поднял меня на руки и крепко — крепко к себе прижал. Он повернул кольцо на своём пальце и мир вокруг нас закружился, как в большом хороводе.
        Я подскочил на кровати. Опять сон из моего детства. Наконец — то появился звук и я услышал голос своего отца. Жалко, что сон прервался на самом интересном месте. Куда мы отправились после бегства с той планеты, где живут огромные и умные рыбы? Одни загадки. Ничего, мы долго ждали, когда сон из отдельных отрывочных моментов превратиться в один, в настоящий и дождались. Когда-нибудь я вспомню всё!
        Надо же, заснул после обеда! Я даже не помню, когда в последний раз днём ложился отдыхать. Когда больной, это понятно — нужен отдых. Но сейчас то почему? Сколько я проспал? По всей видимости — недолго. Если бы нужно было идти на полигон, друид обязательно разбудил бы меня. Сев за стол, я стал рассматривать чертежи, которые забрал из кабинета Арнинга. В принципе, план похищения артефакта должен сработать. Прав Пиккаро, одно дело его украсть, другое — как доставить его в Империю. Это вопрос!
        В двери тихонечко постучали. Так осторожно стучит только Нарина. Я подошёл к двери, открыл её и остолбенел. В коридоре стояла Силиция. По — видимому у меня был очень глупый вид, потому что девушка рассмеялась.
        — Привет! Так и будешь меня в дверях держать?
        — Нет — нет, конечно проходи! Не обращай внимания на беспорядок, я только встал с кровати.
        — Так я тебя разбудила? Извини!
        — Да ну, я задремал — то на несколько минут. Скорее всего, переел на обеде, вот и разморило.
        — О каком беспорядке ты говорил? Разве здесь можно его устроить? Я понимаю, беспорядок получается там, где много мебели, вещей. У тебя в комнате это сделать просто невозможно! Я почему зашла? Магистр Тоссель попросил передать Аразуру, что через час у нас тренировка. Только друида я нигде не могу найти.
        — А что, его в кабинете нет?
        — Нет, я заглянула — никого.
        — Посиди несколько минуточек, я к его супруге схожу, узнаю где он.
        В столовой Лира перебирала какую — то зелень. На мой вопрос о друиде, она пожала плечами.
        — Я слышала, что он с кем — то разговаривал по шару — артефакту. Потом хлопнула дверь и он куда — то ушёл. А что случилось?
        — Через час тренировки у студентов, надо бы предупредить.
        — Ничего, он скоро появится. Не переживай!
        Когда я вернулся к себе в комнату, Силиция рассматривала чертежи.
        — Ты куда это собрался? Я немного знаю язык Султаната, это подробный план их Академии. Рассказывай!
        Я некоторое время молчал, не зная, что ей сказать.
        — Понимаешь, это…
        В дверь опять кто — то тихо постучал. Вот теперь точно это Нарина. Я угадал. Девушка стояла в коридоре в домашнем халате. На мой приглашающий жест войти в комнату, отрицательно покачала головой.
        — Анней, я неважно себя чувствую. Хочу дома остаться, надо отлежаться.
        — Так, значит так. Не вздумай болеть!
        Силиция вопросительно посмотрела на меня.
        — А тебе здесь не скучно, как я посмотрю. Красивая девушка. Кто это, интересно?
        — Она жила в Султанате, теперь собирается остаться жить в Империи. Временно её поселили здесь. Только не спрашивай, кто и зачем, я не знаю.
        — Хорошо. Не хочешь говорить, не надо! Кстати, я пыталась подобрать книгу для тебя, но так ничего и не получилось. Было бы очень хорошо, если бы ты сам посмотрел на библиотеку и отобрал для себя что — нибудь.
        Я опять застыл, как истукан.
        — Силь, ты меня приглашаешь к себе домой?
        — Ну да, а что здесь такого?
        Я рассмеялся, представив картину, как я появлюсь во дворце самого Императора.
        — Силиция, да кто же меня туда пропустит? Я кто, член вашей семьи или родственник?
        — Не говори глупости! Ты же со мной пойдёшь, какие могут быть проблемы?
        Я задумался. А почему бы и нет? Надо использовать шанс, который выпадает не всем.
        — Хорошо, я согласен. Вот только наряд у меня того… не для дворца. Это как, ничего?
        Теперь очередь смеяться была у Силиции.
        — У тебя есть время, чтобы сходить к портному и заказать себе дорогущий костюм. Иначе тебя с позором вытолкают за двери. Ты такой интересный, Ан! Да приходи в любом наряде, слово тебе никто не скажет плохого и замечания не сделает.
        — Отлично. И когда мы к тебе пойдём домой?
        — Да хоть сегодня! Какие вопросы?
        У меня в голове что — то щелкнуло и я предложил девушке перенести моё появление во дворце на завтра.
        — Эх, трусишка! Ладно, завтра так завтра. Всё, я побежала. А ты ищи Аразура. Пока!
        Когда дверь закрылась, я тихо выругался про себя.
        Открыв платяной шкаф, я начал рассматривать свои вещи. Нет, в этом идти во дворец, только людей смешить. Надо завтра выбраться в город, найти подходящую лавку. Давно хотел обновить себе гардероб, за последний год я заметно вырос.
        — Искал меня?  — в дверях маячила голова друида.
        — Да, приходила Силиция с посланием от магистра Тосселя. Через полчаса нужно выдвигаться в сторону полигона.
        — Понятно. Я буду в кабинете, зайдёте туда и позовёте, хорошо?
        — Я буду один, Нарина что — то приболела.
        — Неудивительно. Это скорее всего стресс после совещания у Арнинга. Скажу Лире, чтобы за ней присмотрела.
        Сегодня на полигоне находилось всего три пятёрки студентов. Как, интересно, студенты отнеслись к тому, что не поедут в Султанат? Представляю, как они расстроились. Магистр Тоссель сегодня был не один. Рядом с ним стоял магистр Дайлер и что — то втолковывал студентам. Как я понял, разминка у них уже закончилась.
        Когда мы подошли поближе, я с удивлением заметил Кайму, которая стояла вместе со своей пятёркой в секторе. Не рано ей бегать — прыгать? Я удивлённо посмотрел на Аразура. Но нет, у того лицо спокойное. Значит всё нормально! Тоссель отправил резервную пятёрку на скамейки, в секторе осталась пятёрка Пирона и Дейкапа. Я сразу же обратил внимание на построение пятёрок. Если раньше огневики стояли впереди, то сегодня я увидел совершенно другую картину.
        Дейкап отошёл за линию, которую выстроили двое водяных — Кайма и Джетар. Силиция стояла между ними, но на пару шагов сзади. Штак, их земляной, почему — то оказался далеко позади всех, в метрах десяти. Что они задумали? Тоссель даже развёл руки в сторону от удивления.
        Пятёрка Пирона тоже нас удивила. Огневик встал за Лариком. Непонятно, на что они рассчитывают? Не будет надёжного защитного щита и Ларик испытает на собственной шкуре все прелести атакующих заклинаний. Элаф, Китон и Тилия выстроились трёхугольником. И эти с сюрпризом. Здорово, бой будет интересный!
        Магист Тоссель дал отмашку и сражение началось. Кайма и Джетар сразу же подняли защитный экран. Понимая, что Ларик не просто так попал в первую линию, они, как я понял, решили подстраховаться. И не зря!
        Ларик сложил щепоткой пальцы правой руки и резко выбросил руку вперёд. По защитному экрану пятерки Дейкапа начал бить дождь из мелких камней, не давая возможности что — либо сделать в наступлении Дейкапу и Силь. Этот дождь всё шёл и шёл! Тилия и Китон не спеша, в развалочку, подошли к Пирону и Ларику. Водяные одновременно вытянули руки в сторону противника.
        — Сейчас будет водяной купол!  — повернувшись к нам, сказал Тоссель.  — Если у них все пойдёт, как они задумывают, то пятёрке Дейкапа не позавидуешь! После ледяного душа, на них обрушится водопад из молний Пирона. Потрясёт их знатн! Зря они отдали инициативу Ларику, ох как зря!
        — Не спеши, мой друг, не спеши.  — сказал молчавший до этого магистр Дайлер.  — У Дейкапа будет время ещё отыграться.
        Я прислушался к мнению обоих магистров. Но всё-таки, я больше был склонен верить Дайлеру, зная мастерство пятёрки Дейкапа.
        — Силь, пора!  — закричал огневик.
        Силиция подошла к своим водяными и начала делать незамысловатые па руками. Я перешёл на истинное зрение и от увиденного приоткрыл рот. Прямо на глазах щит из воды начал менять свою структуру. Между звеньями темно — голубого цвета, стали вплетаться звенья стихии Воздуха. Через мгновенье, щит вспыхнул на Солнце так, что на него было больно смотреть даже нам, сидящим на приличном расстоянии.
        Ларик вскрикнул и закрыл глаза руками. Дождь из камней моментально прекратился. Щит тем временем стал похожим на огромное зеркало. Вся пятерка Пикаро стояла и закрывала рукой глаза. Штак, обежав экран, приблизился к сбившейся в кучу пятерке Пикаро. Вокруг них закружился самый настоящий смерч из песка и пыли. Когда он полностью скрыл за собой студентов, в бой вступил Дейкап. С его рук слетали одна за другой молнии ярко — красного цвета. Попадая в смерч, они распадались на сотни молний, но гораздо меньшего размера. Смерч стал похож на кокон из сплошного огня. Откуда — то оттуда, из центра смерча, донеслись крики.
        — Стоп, остановились!  — закричал Тоссель.  — Дейкап, уймись! С них достаточно! Штак, это и тебя касается!
        Когда смерч утих, мы привстали со своих мест. Картина была ужасная, конечно! На Элафе и Пироне остались жалкие лохмотья от защитной мантии. Китон тряс головой, Тилия плакала, потирая тыльную сторону ладоней. К ней первой подбежал Аразур и осмотрел руки. Он покачал головой.
        — Ожогов нет, слава Богам!
        Пирон очнувшись от шока, набросился на Дейкапа.
        — Да ты с ума сошел, что ли? Сколько ты вбухал энергии? Да ты нас чуть заживо не поджарил! Идиот!
        — Тихо, тихо, мальчики!  — успокоил Пирона магистр.  — То, что сейчас произошло, это не вина Дейкапа. Пыль отлично проводит энергию молний, в чем мы сейчас и убедились. Пирон, Дейкап дозировал свою энергию грамотно. Не надо его ни в чем винить. Ваша задумка с Лариком — замечательная, если бы не новый щит — зеркало, то неизвестно, чем бы ещё все закончилось! Ты бы, Пикар, точно не пожалел ребят после водяного купола и поджарил бы их молниями. Чего молчишь? Вот то — то! Ладно, все целые и невредимые, слава Богам! Обе пятёрки нас сегодня удивили, молодцы! Никто в стороне не остался! Такую работу нужно продемонстрировать и в Султанате.
        К магистру Тосселю подошёл студент в красной мантии. На ней знак огня и цифра «2».
        — Господин магистр, вас и магистра Дайлера срочно вызывает ректор.
        — Вот Стирх, придётся сегодня закончить тренировку.  — он повернулся к резервной пятёрке.  — Морро, ребята, завтра я обещаю, что вы первые выйдете в сектор. Все, на сегодня закончили. Всем можно отдыхать.
        Тоссель вопросительно посмотрел на меня.
        — Останешься?
        — Конечно, но хотел, что бы вы были рядом.
        — Ну, что поделаешь, завтра мы с тобой поэкспериментируем. Сегодня — сам как нибудь.
        Когда оба магистра и студенты вышли из секторов и потянулись дружно к выходу, ко мне обратился друид.
        — Ты все плетения запомнил? Сумеешь повторить?
        — Да. Только мне до сих пор никак не понятны плетения из стихии Земли. Как — то там всё по особенному происходит. Сначала появляется подобие шара из энергии, а потом — само плетение. Не пойму! Без объяснения Дрома не обойтись.
        — Сегодня чем ты меня удивишь? Только не делай таких ужасных огненных шаров. У меня до сих пор перед глазами та картина, где защитные плиты стали вишневого цвета.
        — Хорошо. Одного эксперимента хватило. Я сегодня хочу попробовать к стандартному шару присоединить четыре длинных звена из стихии Огня. Правда, не знаю, что получится.
        Я вышел на середину сектора с песком, на несколько секунд задумался. Потом вошёл одновременно и в состояние медитации и в замедленное время.
        Так, поехали! Секции из пяти звеньев появились мгновенно. Теперь, собрав конструкцию шара, к белым звеньям, которые имеют дополнительные выступы, я присоединил ещё восемь коротких звеньев из той же стихии, что и сам шар. Открыв глаза, я любовался своим произведением. Шар медленно поворачивался вокруг своей оси, а из его средней части выросли восемь отростков, которые находились в постоянном движении. Щупальца, один в один! Жутковатое зрелище! Я добавил в шар чуть — чуть энергии. Что за дела? Шар стал малинового цвета, а щупальца так и оставались обычного, красного цвета. А нет, спустя мгновение, они тоже изменили свой цвет. Почему такая задержка? Скорее всего, из — за дополнительных звеньев. Добавив ещё энергии в шар, я оттолкнул его от себя в сторону защитных плит.
        Жалко Тосселя здесь нет! Красота! Шар вращался по часовой стрелке, щупальца жадно искали свою жертву. Я представил себе, что произойдёт с людьми, которые окажутся на пути шара. Будет фарш, другого определения у меня не нашлось.
        Шар, долетев до ближайшей плиты, взорвался. Через долю секунды послышались ещё восемь разрывов. Ничего себе! Я такого не ожидал!
        Ко мне подошёл Аразур, в восхищении цокая языком.
        — Я бы назвал твою конструкцию мясорубкой. Даже не представляю, чтобы сейчас было, вбухай ты туда больше энергии. Впечатлен я, Ан, очень! И что следующее в твоей программе?
        — Родилась идея совместить шар и молнии. Задумка интересная. Отойдите подальше, пожалуйста. Мало ли что!
        Дважды повторять это друиду не пришлось. Он уже был почти у скамеек.
        Приступим! Шар готов, я сплел четыре «косички» по такому же принципу, как делал это Арнинг. Подсоединив их к белым звеньям шара, я стал осматривать своё произведение. Вроде неплохо! Ну что же, вперёд!
        Влив энергии в шар — молнию чуть больше, чем в предыдущее плетение, я его оттолкнул от себя, направив высоко в небо.
        Что за Стирх! Шар из малинового превратился в ярко оранжевый! Это он что, сам накачал себя энергией из пространства? Сейчас что — то случится!
        Что я сотворил!? Монстра!
        Шар тем временем остановился на месте, словно не собираясь опускаться вниз. Святые Небеса, да на него же невозможно смотреть! Шар уже стал ярко-белого цвета и ещё «подрос». Из места, где он находился раздался звук, похожий на тот, когда разрывают ткань, затем оглушительное «Гда — дах — дах»!
        Уши моментально заложило, в сознании билась одна мысль: бежать!
        Из ослепительно белого шара вырвались белые, с желтоватым оттенком, молнии. Они словно выбирая себе жертву, застыли на месте и потом устремились к земле. Я прикрыл глаза, чтобы хоть как — то их защитить и уберечь от ярких вспышек света. Разрывы и звук грома слышался постоянно, молнии сверкали одна за другой без перерыва.
        «Доигрался!» — подумал я.
        Я почувствовал, что меня кто — то схватил за руку, вытаскивая из сектора. Аразур, кто же еще! Надо же, какой отчаянный! Я открыл глаза и через силу стал смотреть, что происходит.
        Светопредставление!
        Раскаты грома раздавались теперь не только из того места, где висел мой шар. Они шли отовсюду. Казалось этому не будет конца и края! Мы с Аразуром сидели на земле возле скамеек, одновременно вздрагивая от раскатов грома. Чувствовалось, как земля дрожала и стонала!
        Молнии с секторов переключились на защитные плиты. Те, жадно впитывали энергию, как будто до этого были голодными. Почти все плиты, которые окружали полигон превратились в раскалённые камни. Сколько времени прошло? Час, два?
        Раскаты грома стали стихать. Слава Богам! Тут до меня дошло, что на улице стало темно, как ночью. Налетел порывистый ветер и после этого на полигон обрушился ливень. Раздалось шипение испаряющейся воды, которая попадала на плиты. Все заволокло на какое — то время паром. Стало душно, как в бане! Затем опять подул, уже умеренный, ветерок, небо стало светлеть.
        — Тихий ужас!  — произнес Аразур.  — Думал, что это последний день в моей жизни. Как представил свою Лиру вдовой, так мурашки по коже пошли. Всё, на испытаниях я больше не присутствую, ты уж извини, Анней. Я такого страха ещё не испытывал! Ты — то как сам?
        — Думал штаны намочу!  — ответил я.
        Мы забились с друидом в припадке истерического хохота.
        — Ты посмотри, что с секторами произошло!  — сказал Аразур.
        Я ахнул! Не было больше ни земляного, ни травяного секторов. Сектора с песком тоже отсутствовали. Куда хватало глаз — простиралось ровное поле из стекла.
        — Ты теперь точно попадёшь в историю Академии, как злостный разрушитель. С ума сойти! Ты на ступеньки посмотри!
        Я оглянулся и присвистнул. Все ступени были забиты студентами, преподавателями, охранниками.
        — Теперь твоей легенде, как ученика друида пришел конец.
        — Это я уже понял. Нас сильно ругать будут?
        — Нет, не сильно, а очень сильно! Хотя, кто его знает. Вон идут Арнинг и Торенс, скоро узнаем. Не казнят же нас, правильно?
        — Да нет, не должны… но теперь меня точно на опыты пустят.
        Я вздохнул, сам поднялся с земли, помог подняться Аразуру и мы пошли навстречу людям.

        Глава 47

        Архимаг Торенс уже более часа находился в Астрале. Только здесь он мог чувствовать себя здоровым и полным сил человеком. Точнее — астральной сущностью. Его больное тело находилось где — то там, далеко внизу.
        Архимаг по привычке, первым делом проверил целостность тончайшей плёнки Астрала, нет ли повреждений, трещин. Если такие находились, то он и его друг, архимаг Таре-аль-Фарух, приступали к устранению проблемных мест. Оба архимага представляли, к чему может привести любой, даже незначительный, разрыв тонкой оболочки Астрала. Страшно подумать, что в брешь могут устримиться чудовищные создания из Тонкого мира — демоны и всякая нечисть.
        Вот и сегодня, Архимаг проверил Астрал и гримаса брезгливости исказила его лицо. Что происходило сейчас в Империи Хунак, Торенс не мог видеть. Но то, что именно оттуда расползалась по Астралу всякая гадость, он мог лицезреть лично. По тонкой оболочке расходились волны возмущения, грозя нарушить целостность Мироздания.
        Архимаг почувствовал, что рядом с ним сейчас кто-то находится. Через пару минут он увидел изображение своего старого друга из Султаната.
        — Приветствую тебя, Флар!  — обратился к Торенсу архимаг Таре-аль-Фаррух.
        — И тебе крепкого здоровья, Катар! Ты также, как и я сюда в дозор вышел, или со мной пообщаться?
        — Больше из-за второго, мой друг. Грядут великие перемены в обществе, да и во всем мире. Нам нужно многое обсудить перед поездкой вашего Императора и студентов к нам. Как тебе вся эта ситуация?
        — Ситуация очень дурно пахнет, Катар! Зачем твой шейх все это затеял? Он совсем с ума сошёл? Разве можно сводить вместе двух императоров? Хотелось бы твоё мнение услышать.
        Архимаг Султаната немного помолчал, словно к чем-то прислушиваясь.
        — Эти выкидыши Тарзука так и играют в свои чёрные игрушки? Я о чернокнижниках, Флар! Там, в этой проклятой Империи Хунак, в отличии от наших государств, полно архимагов. Неужели они не могут переубедить Вам-Го изменить политику в отношении чёрной магии?
        — А зачем им рисковать своей головой, друг? Я наслышан о характере их правителя. Ведь это его идея возродить былую мощь Чёрного Ордена! Орден уже набрал такую силу, что страшно подумать. Мне говорили, что там ежедневно отправляют на алтарь жертвоприношений порядка пятисот человек! Только подумаю о этом и становится омерзительно и пусто на душе. Бедные люди! И ради чего эти жертвы? Ради обретения могущества над всеми живущим! Но мы отклонились от моего вопроса, Катар!
        Таре-аль-Фаррух вздохнул.
        — Ты характер нашего Абу-аль-Сины не знаешь. Советуется со мной, но делает все по-своему. Хитер, как лиса, но труслив, как заяц. Я с ним уже дважды беседовал о его планах, но он отводит глаза. Мальчишка! Страшно представить, что может произойти.
        — Катар, я хочу, чтобы ты знал, что охрана у Киллайда будет самая сильная, за всё время его путешествий. Арнинг, если ты забыл, чуть-чуть уступает мне по мощи. С ним будут не менее сильные маги. Сам понимаешь, что если что-то случится плохое — они камня на камне ничего не оставят от дворца шейха.
        Что касается присутствия студентов из Хунак и применения ими заклинаний, которые у нас запрещены! Именно сейчас магистр и преподаватели составляют дополнения к существующим правилам поединков. Завтра они будут у вас.
        — Отлично! Мы уже подготовили аналогичное письмо в Академию Хунак по той же теме. Новые требования и ваши и наши мы объединим. Ты не против?
        — Ну что ты, Катар! Это будет…
        Договорить Торенс не сумел. Буквально под ногами, у него образовалась небольшая воронка в теле Астрала. Физически архимаг стал ощущать, как просто невероятное количество энергии стало уходить в эту воронку. Святые небеса! Это кто же пытается открыть дорогу из Тонкого мира в мир живущих на планете?
        — Катар, помогай! Мы должны остановить всё это!  — закричал — Торенс.
        Повторять дважды Таре-аль-Фарруху не было смысла. Он уже прикрыл глаза и начал аккумулировать всю свою энергию. Оба архимага, объединив усилия, начали притормаживать вращение воронки, противодействуя её расширению.
        Они прилагали к этому всё больше и больше усилий и энергии. Воронка нехотя, но постепенно начала замедлять вращение и, примерно через час, поверхность Астрала была восстановлена.
        — Есть какое-то объяснение этому, Флар? Источник, который тянул в себя эту прорву энергии где-то в районе Аллейда.
        — Не могу сказать определённо, Катар. Определить точное место из Астрала невозможно! Мертвая степь ещё не закрыта, может старатели там активировали какой-то артефакт? Надо разбираться во всем. Прощай, Катар! Нужно возвращаться в грешное тело, друг.
        — До встречи, Флар!
        «Неужели это тот мальчишка? Но как ему такое удалось? Только Ушедшие оперировали таким объёмом энергии. Почему Арнинг все это пустил на самотёк? Нам ещё демонов не хватало на материке!» — подумал Торенс, открыв глаза.
        Он встал с кушетки и подошёл к рабочему столу. Сделав вызов Арнингу и не получив ответ, архимаг понял, что его догадки были верны. Что-то случилось в Академии и ему туда нужно поспешить.

* * *

        Великий город собирался активировать свой основной защитный купол, который накроет всю территорию, прилегающую к пяти городам тацинов и аануров. Процесс стандартный, все давно отработано за века. Артефакты-машины закончили свою работу. Город опять выглядит, как и много веков тому назад ухоженным и готовым принять хозяев.
        Люди почти все закончили свои раскопки и отодвинули свой лагерь подальше от Великого города. Они прекрасно понимали, что когда защитный купол начнёт своё движение, он всё равно не оставит ничего живого на защищаемой территории. Город видел, как люди разожгли костры и готовили себе еду для прощального ужина. Завтра все они вернутся к себе домой, чтобы дождаться время, когда опять смогут придти в степь на свой промысел.
        Архимаг Аннор просматривал отчёт Кристалла о проделанной работе. Энергии закачали достаточно в гигантских накопители. Именно для этой процедуры и снимался основной защитный купол, который поглощал просто уйму энергии.
        Отсутствие этого купола всегда ставило под угрозу безопасность всех городов. Как людям за столько лет не пришло в голову попытаться отыскать подземные галереи, ведущие от Великого города к городам — спутникам — в голове у Аннора не укладывалось. А ведь ещё был и подземный ход в сторону Хребта Невезения, по которому когда-то карлики доставляли строительные материалы к Великому городу. Ну, дай Боги, чтобы они, эти ходы ещё долгое время были неизведанными. Так спокойней!
        Ну что же, отчёт кристалла архимагу понравился, его можно было передавать тацинам.
        Аннор решил в последний раз окинуть «взглядом» близ лежащую территорию. Он увидел один большой костёр и человек десять, сидящих вокруг него. Ясно, люди праздновали удачное завершение старательского сезона. Ну ничего, в этом году появилось много неисправных приборов бытового назначение. Все они через год окажутся разбросанными по территории степи на радость людям. А вот ещё один костёр поменьше, который горел отдельно. У него сидело два человека. О, да это же его старые знакомые! Аннор увидел в ауре совершенно лысого человека свой маркер. Надо же, какие неугомонные! Неужели им денег, вырученных за чашу Гирсминда не хватает? Ладно, это их жизнь!
        Пора закрывать степь куполом. Архимаг отдал мысленный приказ Кристаллу отправить отчёт его сородичам и после этого — активировать защитный купол. Аннор понимал, что за год его «спячки» ничего интересного у людей не произойдёт. Но на всякий случай, он напомнил системе безопасности города о экстренном его оповещения в случаи обнаружения чего-то из ряда вон выходящего.
        А через секунду архимаг почувствовал какое-то беспокойство, затем сработала система оповещения о аварийной ситуации — резко увеличился расход энергии. Отследив, куда она в таком количестве уходит, Аннор по настоящему испугался. Ещё час-два и города потратят около тридцати процентов всей энергии, которая нужна для поддержания защитного купола в течении всего года. Выхода никакого не было, как отсечь систему пяти городов от окружающего пространства.
        Кристалл выполнил команду архимага мгновенно — с оглушительным хлопком вся степь оказалась накрыта куполом. Энергосистема пришла в стабильное состояние, повода для беспокойств не было.
        Что за чудовищный эксперимент устроили люди — непонятно! Аннор даже проявил беспокойство о старателях. Но нет, те стояли у костра и тревожно смотрели на неожиданно возникший барьер. Да, такое его поведение нетипично, но что поделаешь! Энергетическая буря в районе города людей продолжала бушевать. Архимаг посмотрел в сторону костра, который горел отдельно, в стороне и обомлел — костер разметало упругой стеной барьера, людей на поверхности не было видно. Скорее всего, их далеко отбросило в сторону. Старатели — люди живучие, как это заметил архимаг. Это поможет им выжить. На это Аннор и расчитывал.

* * *

        Арнинг стоял на самой верхней ступени лестницы, ведущей вниз, к секторам полигона. Он в бессилии сжимал кулаки, не зная, чем помочь двум существам, которые находились внизу.
        Анней и Аразур сидели спиной к спине прямо на земле. Арнинг на мгновенье представил себя на их месте. Да уж, и врагу не пожелаешь! Что же изобрёл такое страшное этот неугомонный мальчишка? Пока остаётся только догадываться.
        Молнии сверкали без перерыва. Разряды, которые били по секторам, переключились на защитные плиты. Уже легче!
        Картина происходящего выглядела, как что-то нереальное! Тёмно — багровые тучи, из которых раздавались раскаты грома, имели четко очерченую форму круга и постоянно вращались вокруг невидимой оси. Там, где эти тучи заканчивались — светило заходящее солнце, небо имело контрастный с тучами ярко-голубой цвет. Сюжет прям для художников! Арнинг усмехнулся. Придет же такое в голову!
        Магистр посмотрел по сторонам. Понятно! Весь коллектив Академии в сборе, кто же пропустит такое грандиозное, нет, одиозное событие? Эх-хе-хех! Как ещё энергии хватило в кристаллах — накопителях для поддержания системы безопасности Академии? Смешно было бы, оказаться взаперти, внутри здания.
        Арнинг вспомнил рассказ Торенса о том, как погрузились в пучину океана в своё время два острова. Чёрные маги, будь они неладны, использовали для призыва демонов восьми лучевые нарисованные заклинания. Демонов они так и не вызвали, но раскачали энергетику планеты очень сильно. Торенс говорил, что что — то подобное и похожее на сегодняшнее действие, происходило и тогда. Трём архимагам, тогда ещё отдельных Королевств, пришлось пожертвовать своими жизнями, чтобы привести в порядок энергетику планеты.
        Стихия постепенно стала сходить на нет, раскаты грома стали затихать, пока не стало совсем тихо. Подул ветерок и пошел дождь. Слава Богам! Кто-то положил руку на его плечо. Архимаг! Ну и виду него! И тут только до Арнинга дошло, что усмирить такую стихию мог только он и архимаг из Султаната.
        — Господин архимаг, вам бы присесть не помешало.
        Торенс отмахнулся.
        — Там Анней? Кто ещё?
        — Аразур, кто же ещё! Это вы совладали со стихией?
        — Да, пришлось попотеть с Таре-аль-Фаррух! Силен наш талантливый мальчик! Ситар, никто не пострадал?
        — Нет. Студенты уже закончили свою тренировку, на полигоне оставались только Анней и Аразур. Но и с ними, я вижу, всё нормально. Они уже с земли поднялись.
        — Ну и хорошо! Не вздумай мальчишку ругать!
        — Да, конечно. Вина полностью на мне, господин архимаг.
        — Тогда давай вниз опускаться. Надо же оценить обстановку.
        — Согласен! Нашим земляным теперь настоящая работа предстоит. Дром обрадуется. Да и кафедре Природы нужно будет потрудиться.
        — Все бы тебе шутить, Ситар! Когда ты уже повзрослеешь?

* * *

        А где-то очень далеко от места событий, в одном из монастырей Чёрного ордена, у мага с бесцветными, водянистыми глазами, в первый раз за последний год — дрогнула рука, с занесенным над очередной жертвой ножом.
        «Что за дьявольские шутки?» — подумал монах.
        Камни Силы, которые впитывали в себя эманации страха людей, их боль, неожиданно сменили свой ярко — красный цвет, на черный. Другими словами — из них ушла вся накопленная энергия человеческих эмоций. Таких камней только в комнате жертвоприношений было около двух сотен. Если учесть, что для зарядки одного камня нужно было убить около пятидесяти человек, то вывод напрашивался сам собою.
        К монаху подошёл его собрат, который дежурил в это время и отслеживал малейшие всплески и выбросы магической энергии по всему материку.
        — Что, это случилось за Хребтом, в Академии Империи? Я угадал?
        Монах молча склонил голову.
        — Вот мы и доигрались! А ведь я лично предупредил Вам — Го о том, что в Империи Киллайда что-то произошло необычное. Он только пришёл в ярость и выставил нас за дверь. Теперь, после доклада архимага Академии о произошедшем, он наконец-то начнёт прислушиваться к моим словам. Сколько сегодня испорчено Камней Силы? Тысяча, две? Вот что, Го-Ор, нужно посылать через перевал Хребта Невезения наших Невидимок. За тем человеком, который обладает такой мощью, пора открывать охоту. Иначе нам не выжить!

        Глава 48

        Хорошие дороги в Империи! Киллайд вменил в обязанность мэрам городов, через который проходил имперский тракт, содержать его в порядке, вовремя избавляться от поросли и мусора вдоль дороги. Я даже слышал, что для нерадивых хозяйственников, в Указе Императора предусмотрены санкции.
        Первые несколько часов нашего путешествия на комфортабельном дилижансе, доставляли мне удовольствие. Я постоянно смотрел в окно, отмечая красоту весенней природы.
        Деревья в том году зацвели дружно, примерно, в одно время. Белые цветки, розовые. Деревья стояли, словно невесты. Красиво! Нарина, свернувшись калачиком, дремала на диванчике. Комфортная и удобная мебель внутри салона к этому располагала. Нарину, но не меня! Чем дальше удалялся дилижанс от Аллейда, тем однообразней становился вид из окна. Поля — лес. Лес — поля.
        Я заскучал! Чем бы заняться?
        Выйдя из нашего купе в узкий коридор — тамбур, возле самой крыши увидел перекладину лестницы. Я осторожно потянул за неё и лестница опустилась вниз. Интересная конструкция. Вся на шарнирах. В разложенном состоянии — жесткая конструкция. Чуть её приподнимаешь вверх — начинает складываться. Чего только не придумают люди! C лестницы я приоткрыл люк и оказался на крыше дилижанса. Здесь я увидел ряд деревянных сидений и высокую отбортовку, которая шла по всему периметру крыши дилижанса.
        — Чего тебе, паря, не сидится на мягких сидениях?  — это ко мне обратился кучер.  — Али заскучал? В компании с такой — то девицей — грех скучать!
        — Да ну! Это моя хозяйка. Я по найму работаю.
        — Охраняешь, значит? Я обратил внимание на твое оружие. Грозно смотришься! Мне так даже и спокойнее, честное слово!
        — А что, неспокойно на дорогах?
        Я подсел поближе к кучеру.
        — Да всякое бывает, особенно вблизи с границей Султаната. Люди озверели в последнее время, совсем с ума посходили! Я, почитай, уже двадцать лет езжу по этой дороге, всякого насмотрелся. А вы надолго в Аль-Барух?
        — Не знаю, как хозяйка решит, так и будет. За два дня доберемся до столицы?
        — Экий ты скорый, паря! Ну ладно, мы коней будем менять в каждом городе, но и нам, людям, отдых нужен!
        — Это — да, отец. Ты прав!
        Кучер повернулся ко мне лицом, внимательно посмотрел и рассмеялся.
        — Отец? Ну ты даёшь! Да я же тебя лет на двадцать только старше. Сбрею усы и бороду — за старшего брата тебе сойду. Я просто рано поседел — порода такая. Слушай, а у тебя кто — то из родителей из восточной страны? Больно уж у тебя глазки узенькие. Да и волосы чёрного цвета!
        Я еле удержался от смеха, вспомнив, как я сейчас выгляжу. Аразур, Стирх его задери, опять перестарался, или что — то перепутал! Через три дня после приёма таблеток, лица и у меня и у Нарины изменились. Если у девушки глаза стали чуть больше и более выразительные, то со мною произошло все с точностью наоборот! Глаза превратились в узкие щелочки, как будто меня покусали пчёлы. Волосы у Нарины стали темно-каштановые, у меня — смоляного, черного цвета. Даже Пиккаро не удержался от смеха, увидев меня. Чего уж говорить о Ариинге? Потешались все, как могли!
        — Скорее всего — да. Я не помню своих родителей.
        — Это плохо, извини! Да я и сам такой. Все моё детство в Нижнем городе прошло. Там сам знаешь, какие порядки! Родили дитя — бросили! Меня Талком зовут.
        — Меня Аном зовут. Талк, а как же вы до сих пор не пострадали, если бывают нападения?
        — Ближе к границе Султаната, в Сартлейде, к нам отряд наемников присоединится. Мы из того города в едином караване с торгашами пойдём до самого Аль-Баруха. Сейчас, когда мы едем по территории Империи, бояться нечего. Но, не смотря на это, сейчас, в соседнем с вашим купе, едут двое сопровождающих.
        Неплохие мечники, кстати! Они сейчас отсыпаются, весь вечер и ночь нас охранять будут.
        — Это где, в трактире, что ли?
        — Ты думаешь, Ан, там всё всегда гладко? Везде нужен глаз, да глаз. Ты, видать, недавно охранником стал? То — то!
        Часа два мы ехали в непрерывной беседе. Талк, казалось, знал все. И о жизни в городе, о жизни в деревнях, о планах на урожай, о ценах на продукты. Я заметил, что его начало что — то беспокоить. Талк периодически стал оглядывался назад, что — то бурчал себе под нос. На мой вопрос о его беспокойстве, кучер ответил неопределенно:
        — Даже и не знаю, но все время кажется, что за нами кто — то следит. Поворачиваюсь назад — вижу, что за нами человек пять — шесть на лошадях едут. Чуть позже оглянусь — нет никого. Сейчас уже и не прячутся! Как привязанные — я снижаю скорость, они снижают. Ты здесь побудь, я остановку сделаю, что — то вроде осмотра колёс изображу. Ты назад посмотришь, хорошо?
        Остановив дилижанс на обочине дороги, Талк спрыгнул вниз. Я, спустя некоторое время, оглянулся назад. Так и есть! Шестеро всадников тоже остановились и спешились. У страха глаза велики, как говорится, но…
        — Ну что, так и есть?  — крикнул мне с земли Талк.  — Они тоже остановку сделали?
        — Да. Только сейчас трое остались на месте, трое к нам двигаются.
        — Стирх! Надо Тара будить. Через пару километров дорога пойдет с изгибом и в аккурат по лесу. Место для засады лучше не придумаешь!
        Дверь дилижанса открылась и на землю спрыгнул мой друг — Тар. Так вот чем он подрабатывает! Парень скользнул по мне взглядом, на лице у него мелькнула тень удивления. Но нет, всё нормально, кажется он меня не узнал.
        — Талк, почему стоим?
        Между ними произошел какой — то разговор. Тар грязно выругался.
        — Пойду будить Свилка. А вам, нужно спуститься в своё купе!  — обратился ко мне Тар.
        — Парень тоже мечник, может пригодиться, если что!
        Тар неопределенно пожал плечами, мол, смотрите сами.
        Я спрыгнул на землю и подошёл к Талку.
        — Ну что, дело плохо?
        — Стирх его знает! Если бы шестерка не разделилась, я бы был спокойным. Ты пока мечи не трогай, пусть думают, что с нами только двое охранников.
        Из дилижанса вышел высокорослый напарник Тара. Нет, мне он точно не знаком.
        Минут через пять с нами поравнялись трое всадников, внимательно нас осмотрев. Все рослые, в каких — то странных накидках с капюшонами. У меня прошёл мороз по коже — до того в глазах читалась ненависть к нам! Странно! В новом обличье нас с Нариной вряд ли кто — нибудь сумеет узнать. Что — то здесь не так!
        — Так и будешь притворяться, Ан? Хорош дурака валять!  — улыбнулся Тар.  — Думаешь за десять лет я тебя не изучил?
        Я понял, что чем — то себя выдал. Я поздоровался за руку с охранниками и этот вопрос задал Тару.
        — Эх, ты, горе конспиратор! Когда эти трое проезжали мимо, ты в свою любимую боевую стойку встал! В особую, которую я видел сотни раз! Создалось такое впечатление, что у тебя за спиной мечи. Только одного не пойму — зачем этот маскарад?
        — Узнаешь всю правду и я тебя вынужден буду убить!  — попытался пошутить я.  — Да и всех остальных!
        Тар улыбнулся.
        — Ладно, давайте думать, что делать дальше будем. Вариантов не много. Первый — ехать дальше и делать вид, что всё нормально и попытаться вступить в бой, или пойти по второму варианту — через два часа сюда прибудет такой же дилижанс.
        — Тар, расчитывать на тот дилижанс нет смысла — в дороге может всякое произойти. Вас сейчас — трое мечников, у меня есть неплохой арбалет. Я так думаю, прорвёмся! Свилк, ты как думаешь?
        — Талк, мне их одежда не понравилась. Сдаётся мне, что это маги. Ни у кого нет такого же мнения?
        — Я с тобой, Свилк, согласен!  — сказал я.  — Если это маги, то и второй и третий дилижансы нам не помогут. Одного не пойму, чего они выжидают?
        — Вот это и странно!  — согласился со мною Тарк.  — Может быть они до сих пор не уверены в ваших с девушкой личностях? Ведь не даром ты себе лицо изменил, Ан? Я не хочу ничего лишнего знать, поэтому давайте делать вид, что мы спокойны, ничего и никого не заметили.
        — Это чёрные монахи, мальчики!  — услышали мы голос Нарины.
        Мы посмотрели наверх. Девушка последовала моему примеру и поднялась по лестнице на крышу дилижанса.
        — Я в окно их рассмотрела. У одного из всадников мантия выглядывала из — под накидки.
        — Ты хочешь сказать, что за нами охота ведётся?
        — 3а тобой, Ан, за тобой. Меня о такой возможности Пиккаро предупредил.
        Тарк присвистнул. Явно он знал, как зовут начальника Тайной полиции.
        — Ты для меня всегда был загадкой, дружочек! Но теперь, даже не знаю, что и думать. Нам, я уверен, следует обо всем помалкивать. Талк, Свилк, вам всё понятно? Кстати, Ан, Свилк мой двоюродный брат. Можешь ему доверять, как мне.
        — К тем, трём всадникам, которые сзади остались, мчатся десятка два вооруженных людей на лошадях.  — произнесла Нарина.  — Только не понятно, кто они такие!
        Бой, который мы наблюдали, был скоротечен. С руки одного из монахов, сорвалось какое — то заклинание ярко — зелёного цвета. На шар это плетение совсем не было похожим. Вытянутая сфера — самое точное название. Прозвучал оглушительный хлопок и двадцати воинов не стало, как и их лошадей. Остался прах, другого слова не подберёшь.
        — Талк, садись на место, давайте двигать вперёд. Трое — не шестеро, хоть какой — то шанс есть. Девушка, прячтесь в купе.  — быстро произнёс Тар.
        — Тар, она маг и неплохой,  — сказал я, залезая на крышу дилижанса.
        Лошади резко взяли с места.
        — Есть какие — то мысли, Нарина?  — спросил я.
        — Думаю, что со своим щитом из огня и огненными шарами, я буду смотреться очень жалко. Ан, ты помнишь пробовал плетение «огненный невод»? У тебя он неплохо получается. Если нас и будет та тройка магов ждать — то только у въезда в лес. Они услышали отголосок боя, в этом я уверена, и прятаться не будут. Ну, думай быстрее, через пять минут поздно будет. Решайся, Ан, иначе мы все будем трупами!
        Я посмотрел дальше по дороге, в сторону леса. Из него, на встречу нам, пригнувшись к гривам лошадей, мчались монахи. Медлить больше нельзя!
        — Талк, останови дилижанс!  — сказал я.  — Ребята, и ты Нарина, отбегите от дороги подальше. На всякий случай!
        Я сосредоточился и стал плести «огненный невод», который недавно мне показал архимаг Торенс. Немного измененное мною заклинание, стало ещё сложнее, поэтому в голове его держать было невозможно.
        Отдельно появились три заклинания из стихии огня, воздуха и хаоса. Теперь соединяем их через два белых звена. Готово! До монахов триста метров. Пора! В небо взмыл шар красного цвета. На высоте около ста метров он с громким хлопком взорвался и на землю стала опускаться сеть из стихии огня, воздуха с вплетенными в неё звеньям заклинаний сферы хаоса. Именно они находили все живое и управляли всей этой конструкцией.
        От увиденного мне стало дурно! Вместо монахов и их лошадей, на большой площади оказались разбросанными куски тел, которые дымились. Ужасный запах! Нити из стихии огня сделали своё дело. Это называется — поймалась рыбка в сети. Ох, хоть бы не стошнило!
        — Ан, сзади!  — прокричал Тар.
        Стирх, совсем забыл! Ещё же трое осталось! Я как стоял на крыше дилижанса, так и остался. Обзор все же лучше, чем с земли. Повернулся назад. «Невод» отпадает — не успею. А вот моё самое первое и любимое плетение — огнешар с щупальцами из звеньев молний, появился мгновенно. Монахи начали останавливать лошадей. Скорее всего, на ходу им заниматься своими плетениями не с руки, или что — то заподозрили. Ну что же, получайте, суки! Один за другим в сторону всадников ушли три моих шара. Фу… это зрелище ещё хуже, чем изрезанные тела.
        Первый шар, точнее щупальце, срезало как лезвием голову первому, самому ближнему от меня монаху. Второй шар, не знаю почему, «отработал» в вертикальной плоскости. Он развалил и лошадь и монаха пополам. Третий шар поступил самым «гуманным» способом — он просто взорвался в метре от головы последнего всадника. Нет, такое я, а точнее мой организм, уже не смог выдержать. Меня согнуло пополам и вывернуло наизнанку. В голове пронеслось — эти первые, которых я убил. Кое — как, я спустился с дилижанса на землю. Тар протянул мне флягу с водой. Я посмотрел на ребят — все лица белые, но ни в одном я не увидел осуждения. Испуг — да, но не осуждение. Эти твари могли оставить и от нас только прах, который развеял бы со временем ветер.
        Месть — дело скверное, но я думаю, сполна отплатил Чёрному ордену за смерть погибших воинов Империи.
        А потом опять была дорога. Только всё время я молчал. На душе было пусто. Ветер ласково гладил меня по голове, успокаивая. Я вспомнил слова Торенса, который усиленно меня «натаскивал» на изучение и создание сложных заклинаний:
        «Запомни, Анней! Человек, который убил другого человека и не испытывает угрызение совести — он уже не человек, а зверь! Маг, который переступает опасную черту вседозволенности, убивая людей ради забавы — хуже любого зверя! Не позволяй своей душе смириться с мыслью, что убить человека это просто акт уничтожения человеческого тела. У всех есть душа! Продумай тысячу вариантов, чтобы сохранить жизнь человеку. И только не найдя подходящий вариант и аргумент для сохранения жизни — применяй магию.»

        Глава 49

        Лысач приоткрыл глаза. Где он и что вообще произошло? Память нехотя, но начала возвращаться. Молодой человек вспомнил, что они с Ржачом готовили ужин. Дров было явно мало и друзья отправились на поиски сушняка. Потом последовал резкий хлопок и последнее, что вспомнил Лысач — это падение в какую-то яму.
        Лысач попробовал пошевелить ногами, руками — всё нормально функционировало. На лбу парень нащупал огромную шишку. Хорошо, что этим отделался!
        — Ржач!  — позвал Лысач.
        Его голос сейчас прозвучал, как голос тяжело больного человека — очень тихо и жалобно. Ответа нет.
        Лысач помнил прекрасно, что они вдвоём начали падать в какую-то яму.
        Глаза потихонечку привыкали к полумраку. Свет, хоть и слабый, шёл откуда-то сверху, из круглого отверстия. Лысач попробовал встать и это у него получилось с первой попытки. Ну, хоть так!
        — Лысач,  — услышал он голос друга.  — Где мы, дружбан? Хоть убей меня, не могу ничего вспомнить.
        — Судя по твоему голосу, ты где — то рядом со мной. Свет сверху видишь?
        — Вижу, мы что, в какую — то трубу упали?
        — А Стирх его знает! Ты где, не вижу!
        — Если ты сделаешь шаг влево, то наступишь на мою ногу. Смотри, осторожно!
        Лысач всмотрелся в полумрак и наконец-то различил смутное очертание человеческого тела.
        — Ржач, ты встать можешь?
        — Попробую!
        Раздалось кряхтение и перед Лысачом появился силуэт фигуры Ржача.
        — Руки — ноги целые? С головой у тебя всегда были проблемы, о ней я спрашивать не буду.
        Ржач попытался засмеяться, но сильно закашлялся.
        — Кажется, я грудью обо что — то ударился.  — пожаловался он.  — И что теперь делать будем?
        — Выход искать, что же ещё? Как ты думаешь, Ржач, для чего эта труба нужна? Знаю, что ответа не дождусь. Скорее всего это система подачи воздуха. Но вот куда? Если воздух поступает по этой, как ты назвал, трубе, то он куда-то должен уходить.  — Давай искать. До верха мы всё равно не доберемся, нет ничего, никаких приспособлений. Даже веревки и той нет. Ну и ситуация! Кстати, Ржач, здесь где — то должен валяться мой фонарик. Я его всегда на пояс цепляю.
        — Нашел.  — сказал Ржач.  — Только рабочий он, или нет?
        — Потряси его хорошенько, он должен зажечься.
        Через несколько секунд фонарик вспыхнул ослепительным светом.
        — Ржач, да не свети ты мне в глаза! Давай его сюда.
        Лысач обшарил лучом света помещение, где они сейчас находились. Действительно, похоже на какую — то трубу. Стенки этой трубы выложены из светлого камня. Никаких подтеков, грязи. Просто удивительно! То, что это очень древнее сооружение, у Лысача не было сомнений. На высоте примерно полуметра от дна колодца, Лысач увидел прямоугольный проем. Присев на корточки, он посветил во внутрь этого проёма. В длину он оказался метра три, не больше. Шириной проём был около метра, высотой — около полуметра. То есть, взрослый человек свободно мог через него проползти. Приложив руку к проему, Лысач почувствовал движение воздуха.
        — Ну что, дружбан, надо ползти туда. Дай Боги, куда — нибудь, да попадём!
        — Только ты первый, Лысач. Мне что — то не по себе!
        — Ясное дело, я первый, как всегда. Держи фонарик, будешь мне подсвечивать.
        Лысач осторожно просунул голову в проем, затем туловище. Скоро исчезли его ноги.
        — Ржач, двигай сюда. Не бойся, здесь безопасно.
        Друзья оказались в каком-то огромном тоннели. Его ширина была около шести метров, в высоту — около десяти. Может больше. Через равные промежутки, примерно в пятьдесят метров, в тоннель поступал слабый свет. Стены тоннеля были абсолютно гладкие, пол друзей удивил. По всей длине подземного сооружения проходили две колеи, очень похожие на следы от телеги, которая проехала по мокрой глине. Глубина этой колеи была примерно сто миллиметров, ширина — около пятидесяти.
        Лысач выключил фонарь и убедился, что без него можно свободно ориентироваться.
        — Хотелось бы мне знать, зачем этот подземный ход и куда он ведёт. Ты не знаешь, Ржач?
        — В большой город, куда же ещё? Только другой вопрос — откуда! Но самый главный вопрос, Лысач, куда и в каком направлении нам идти. Где сейчас находится большой город? Слева от нас или справа?
        — Да, вопрос конечно интересный. Это я хотел бы знать тоже. Придётся идти наобум, ориентиров вообще никаких нет. А хотя постой! Смотри, на стенах выбиты какие-то знаки.
        Лысач включил фонарик и подошёл вплотную к стене.
        — Стирх, какие — то домики нарисованы, кружочки, стрелочки. Не поймёшь ничего. А на противоположной стене интересно, что нарисовано? О, здесь явно изображены какие — то горы. Теперь понятно. Если мы пойдём налево, то доберемся до города. Если повернем на право, то попадём куда — то под Хребет Невезения. К городу примерно пять километров, к Хребту — порядка тридцати. Давай решать вместе, куда нам идти.
        — Ясное дело — к городу. У нас нет еды, нет воды. В городе, может быть что — то и найдём, Лысач.
        — В том — то и дело, Ржач, что «может быть» и «что — то». Я не думаю, что нас так легко пропустят в город. Больше чем уверен, что тоннель около города перегорожен таким же барьером, как и сверху. Если хочешь знать моё мнение, то нужно двигать в сторону Хребта. До города — пять километров, обратно столько же. Итого — десять. Это почти одна треть расстояния до Хребта.
        — Командуй, Лысач, ты у нас умный. Не зря же у тебя все волосы повыпадали.
        — Да, конечно! Первый раз от тебя слышу такое признание в своей тупости. Ладно, терять время не будем, давай шевелить ногами. Я вот только одного не пойму откуда сюда, на большую глубину поступает свет?
        — А ты не заметил, Лысач, что свет идёт от больших камней, которые находятся вверху?
        — Да, ты прав. Как-то не обратил внимание. Ну что, двинули?
        Через пятнадцать минут, Ржачу захотелось пить.
        — Тебе, может быть, ещё чайку сварганить? Ты друг только попроси, я это мигом организую.
        — Правда, Лысач, никогда так пить не хотел. Прямо язык к нёбу прилипает.
        — Ну чего же ты, когда собирался падать, нужно было флягу с водой прихватить.
        — Тебе бы всё издеваться надо мной, Лысач. Ещё друг называется! Подожди, а что это за шум? Не слышишь?
        — Слышу! Это шум воды. Боги нас услышали!
        Друзья прошли около двухсот метров и увидели небольшую нишу в стене, которая была заполненная водой.
        — Повезло тебе, Ржач! Только не спеши пить эту воду, вдруг она отравлена?
        Лысач явно издевался над другом. На его слова Ржач не обратил никакого внимания. Он ладонями начал зачерпывать воду и жадно пить.
        — Ну вот, придётся пять минут ждать.
        — Чего ждать, Лысач?
        — Нужно выждать время и посмотреть, останешься ли ты живой после этой воды, или нет!
        Лысач засмеялся, увидев лицо своего друга.
        — Да не бойся ты так, Ржач. Подумаешь — умрёшь. Делов то!
        Вода поступала в выемку тонкой струйкой и была обжигающе холодной. Излишки воды уходили в специальное отверстие в выемке, которое располагалось чуть выше дна. Лысач тоже вволю напился и путь продолжился.
        А ещё через двадцать минут неспешной ходьбы, друзья увидели странную конструкцию с четырьмя колесами, которая лежала на боку, возле стены.
        Лысач прикинул расстояние между колесами и ширину колеи.
        — Ржач, тебе не кажется, что на этой повозке мы сможем ехать очень быстро?
        — Да — да, если будем толкать её по очереди. Один едет, другой толкает.
        — Я так не думаю, Ржач. Видишь, какой — то рычаг. Не зря же его сюда присобачили? Давай для начала поставим эту повозку на колёса, чтобы они попали в колею.
        — Ишь, как хитро задумано.  — восхитился Ржач.  — Если повозка и поедет, то никуда свернуть или перевернуться не сумеет. Умные же были Ушедшие!
        Ржач и Лысач поднатужились, и через десять минут, повозка стояла на колёсах, колёса — в колее.
        — Ну что, Ржач, пробуем?
        — Конечно, не зря же мы корячились?
        Первым нажал на рычаг Лысач. Повозка нехотя, со скрипом, но начала двигаться. Возникла одна проблема — она двигалась в противоположную сторону.
        — Вот незадача!  — почесал голову Ржач.  — Это что, нам придётся опять заваливать повозку набок и переворачивать?
        — Да не думаю я, чтобы Ушедшие до этого не додумались. Вот смотри, на полу повозки два небольших рычага. Сейчас я вот этот, самый маленький отодвину в сторону, а ты нажмешь на основной рычаг.
        Как не пыжился Ржач, повозка не сдвинулась ни на сантиметр. Лысач вернул рычаг на место и странная конструкция тронулась с места. Отжав другой рычаг, старатели, к своей радости увидели, что повозка начала двигаться в нужном направлении.
        Повозка набирала всё большую и большую скорость. Камни, которые испускали свет, начали мелькать над головами людей. Ржач, как маленький ребёнок, захлебывался от счастья. Прошло некоторое время и друзья перестали чувствовать хоть какое — то усилие, которое они прилагали, надавливая на рычаг.
        Сколько эта поездка продолжалась, Лысач не знал. Может час, может больше, но он, находясь лицом в сторону движения повозки, увидел в далеке яркий свет.
        — Ржач, больше не дави на рычаг. Скоро будем останавливаться.
        Через десять минут повозка замедлила ход и старатели ступили на пол тоннеля.
        — А ты помнишь, Ржач, как ты мне плакался по пьяни, что мечтаешь побывать в какой — нибудь сказке?
        — Помню, Лысач!
        — Я тебя поздравляю, дружбан! Твоя мечта осуществилась!
        Пройдя по тоннелю ещё несколько десятков метров, друзья остановились перед огромными, на всю высоту тоннеля, металлическими воротами.
        — Ну, и как мы туда попадём, вовнутрь? У меня такое впечатление, что эти ворота открываются каким — то механизмом. Слишком они массивные. Тебе так не кажется, Лысач?
        — Да кто его знает? Нам в любом случаи, нужно попасть во внутрь. Не зря же мы проделали такой путь. Нам с тобой нужно найти что — то наподобие рычага, Ржач.
        — Опять рычаг? У Ушедших что, механизмы на одних рычагах? Вот, смотри, друг. Это не то, о чем ты говорил?
        — Похоже, очень даже! Ну, чего ты остановился, Ржач? Попробуй надавить на этот выступ. Может и повезёт!
        Ржач со всей силы надавил на небольшой выступ в форме гриба — переростка и громадные ворота, без малейшего скрипа, начали медленно открываться.
        — Да, Лысач, ты прав! Это настоящая сказка! Нет, это даже лучше, чем сказка! Но я, почему то, в эту сказку боюсь попасть!
        Лысач усмехнулся, зачем — то одёрнул свою куртку и первым сделал шаг вовнутрь гигантского здания.

        Глава 50

        Монастырь Чёрного ордена, провинция Дан — Ко.
        Империя Хунак.
        Монахи старались не попадать на глаза настоятелю монастыря. Все прекрасно были осведомлены о той трагедии, которая произошла с шестёркой самых лучших и самых верных братьев там, в Империи за Хребтом Невезения.
        Как могло такое произойти, что отменные бойцы так бесславно погибли в один день и в течении получаса? Монахи собирались в небольшие кучки и обсуждали события последних дней.
        Странного было много, взять хотя бы то, что камни силы, просто — напросто, остались без какого — то намека на энергию. Нет, отследить всю исчезнувшую энергию этих камней у монахов получилось. Но опять же, загадка! Сначала вся энергия собралась в один громадный, бесформенный клубок. Он какое — то время находился над монастырём, словно раздумывая, куда направиться. Затем потянулся куда — то вверх. Что потом произошло и кто стал управлять сгустком энергии — неизвестно, но он резко изменил направление своего движения и потянулся в сторону островов, расположенных в океане. Как всю чудовищную, по своей мощи, энергию вобрал в себя небольшой остров О — Ра?! Доподлинно было известно, что там проживают общины друидов. Но они — то какое к этому всему имеют отношение?
        Один из братьев, пожилой, убеленный сединой монах Ош — Го, нашёл старинный манускрипт. Как выяснилось из этого документа, на этом острове Ушедшие оставили очень мощный артефакт, который регулировал весь энергетический баланс близлежащих территорий. Именно туда отправилась высвобожденная энергия, которую монахи собирали из своих жертв на протяжении двух лет. Вернуть её не представлялось возможным, так как ни одному кораблю в прошлом, не удавалось пристать к берегу этого острова. Сплошные рифы, которые окружали остров О — Ра, сводили любую попытку людей приблизиться к нему на нет.
        А буквально вчера, стало известно, что медальоны — артефакты всей шестерки монахов, которые отправились на поиски человека со способностями Ушедших, внезапно перестали посылать сигналы о том, что с их владельцами все в порядке. Это могло означать лишь одно — братьев в живых больше нет. Об этом настоятелю монастыря доложил дежурный брат — монах. Артефакт, который отслеживал жизни всех братьев Чёрного ордена, внезапно поменял свой цвет с оранжевого на ярко — красный. Настоятель был в бешенстве, так как он потерял не только своих лучших воинов, но и двух родных братьев.
        Как понимали монахи, настоятель монастыря будет готовить новую миссию в Империю Киллайда. Отомстить за смерть своих братьев — стало делом чести для любого монаха из Чёрного ордена. Знать бы ещё, кому мстить! Прозвучал звук колокола, означающий общий сбор монахов. Люди удивлённо переглянулись и направились в сторону зала, где проводились собрания членов Чёрного ордена.
        Император Вам — Го проводил в своём кабинете совещание с начальником Тайной полиции Империи и начальником службы Внешней разведки. Сегодня очень крепко досталось и тому и другому. В голове у Императора не укладывалось то, что начальник Тайной полиции Империи Киллайда, сумел инкогнито попасть на территорию его Империи!
        — Ваше Величество, это получилось сделать Пиккаро только посредством личного телепорта. Почему это перемещение не отследили в Академии Магии, для меня непонятно.
        — Только не надо сваливать с больной головы на здоровую, уважаемый. У вас такая должность, что вы должны знать всё. С архимагом и ректором Академии я, естественно, разберусь. Вы хотя бы узнали цель визита этого господина?
        — К сожалению — нет. Мы также не сумели определить время его отбытия назад.
        — Что, он опять воспользовался телепортом?
        — Да, Ваше Величество!
        — Ну и наглость! Смотрите, уважаемый, я вам доверил очень высокий пост и все соки с вас выжму, пока вы не наладите бесперебойную работу вашей службы. Это и вас касается тоже, господин То — Ка! Как могло произойти, что Чёрный орден вовсю орудует там, за Хребтом Невезения, а мы с вами ничего не знаем об этом? И второй вопрос меня интересует не меньше первого! Куда подевалась ваша разведывательная группа, которая пыталась разузнать тайну подземного хода, который связывает две империи?
        — Контрольные сроки для связи с этой группой вышли. Связь резко оборвалась и неизвестно, смогли мои люди подкупить гнома, или нет. Моя разведка в Империи Киллайда пытается что-то разузнать, но на это нужно время. Не хочется верить, что вся группа загремела в застенки Тайной полиции.
        — Этого только нам не хватало! У меня создается впечатление, что как только я уезжаю в какую-то командировку, происходит неизвестно что!
        В кабинет Вам — Го зашёл его личный секретарь. Император удивлённо посмотрел на него — он ещё не помнил ни одного случая, когда секретарь заходил без вызова.
        — Что-то срочное?  — спросил Вам — Го.
        — Да, мой государь! В приёмной дожидаются встречи с вами архимаг Сань — Чо и ректор академии магии Мон — Го. С ними также находится настоятель монастыря Чёрного ордена. Они к вам прибыли по неотлагательному делу и просят срочной аудиенции.
        — Вот и хорошо! Они прибыли вовремя! Зови их немедленно!
        После разговора с новыми посетителями, Император задумался. Он примерно знал уровень подготовки, так называемых, Невидимок. Если верить словам этого безликого монаха, то вся шестёрка великолепных бойцов погибла за очень короткий промежуток времени. Да, теперь придётся брать во внимание тот факт, что у Киллайда появился козырь в рукаве.
        — То, что вы самовольно, без согласования со мной отправили своих воинов в Империю Киллайда, я вам могу простить. На первый раз! Повторную попытку найти и обезвредить человека с выдающимися способностями, я вам запрещаю делать.
        Монах опустил голову соглашаясь.
        — Да, господин Император, больше рисковать людьми я не буду. У нас есть другой, не менее действенный способ лишить жизни этого человека. Это секрет чёрной магии, извините, эту тайну я открыть для вас не могу. Но заверяю вас, это будет сделано отсюда, а точнее, с территории нашего монастыря. Ещё одна очень плохая новость, господин Император. Все камни Силы, которые нам удалось зарядить за два года, уничтожены. Если от вас поступит команда принять участие в боевых действиях, боюсь, что мы вам помочь не сумеем. Все заклинания Черной магии, в основном, основаны на применении этих камней.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к