Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.



Сохранить .
Норман. Шаг во тьму Владимир Михайлович Белобородов

        Норман #2
        Среди темной магии, между эльфийских лесов, моря и охваченной религиозной войной Исварией, раскинулись под светом двух лун Темные земли. Остров мрака, где можно увидеть вампира и поговорить с личем, земля, в которой царят темная мана и необычные звери.
        И вот в этот не совсем приветливый мир предстоит идти Норману, простому восемнадцатилетнему одаренному. Ему придется вспомнить, кем он был. Ему придется решить, кем он станет. Он старается. Он ошибается. Он любит.
        Норман пережил многое: потерю близких, погоню убийц, забвение любимой. А придется пережить еще большее. Останется ли он собой  - веселым неунывающим парнем, который рад помочь любому? Сможет ли он разобраться, кто друг, а кто враг? Сможет ли выжить?

        Владимир Белобородов
        Норман. Шаг во тьму

        Пролог

        Меч просвистел над головой. Я воспользовался тем, что враг открылся, и попытался нанести колющий удар в грудь. Эта зеленая громадина с легкостью балерины увернулась от клинка. Орк разошелся не на шутку  - уже второй раз я, отпрыгнув, ощутил ветерок от меча. Близко, слишком близко. Внутренне приготовился перейти на повышенное восприятие, в смысле, ускориться.
        - Только попробуй,  - пророкотал грудной бас зеленомордого.
        - А почему нет?
        - Потому что,  - очень обоснованно ответил он.
        Орк раскрылся второй раз, я вновь воспользовался шансом и пошел в атаку. Хрр  - меч, обернутый кожей, издал довольно забавный звук. Мгновение  - и вот я уже лежу на траве поляны, растирая голень. Нет, я, конечно, понимаю, что он не со всей силы, но больно!
        - Что, повелся?  - Храм последнее время стал впитывать мой лексикон.
        - Можно подумать, ты специально?
        - Конечно.
        С края поляны послышалось одинокое хлопанье в ладоши.
        - А ты не льсти,  - осек Малика Храм.  - Выходи в круг.
        Тот, вздохнув, поднялся и побрел к орку.
        - Удачи!  - Я, прихрамывая, пошел на его место.
        - Ага. Спасибо.
        Сев у дерева, навалился на него спиной и задрал штанину  - синяк будет огромный. Взял баночку орочьей мази, стал втирать мерзко пахнущую субстанцию в место удара.
        Тренировались мы именно на лесной поляне не зря. Здесь, в отличие от «Проклятого дома», была земля, а не скалы, и падать оказалось значительно мягче. В «Проклятый дом» въехали недавно, поскитавшись до этого по Исварскому королевству. Несмотря на название, это довольно уютная крепость, вмещающая всю нашу разношерстную толпу и готовая приютить еще десяток таких компаний. Одно плохо: рядом Темные земли, из которых Серый  - наш пока единственный оборотень  - каждый день ждет нашествия магически измененных зверей. Пока еще единственный  - потому как ожидается возможная инициация его детей, Карна и Марны.
        Малик, описав в воздухе дугу, глухо шмякнулся на землю.
        - Ну вот, десять  - один,  - довольно проурчал Храм.  - Собираемся и идем, а то вы к деду на магические опоздаете.
        Блин. Еще ведь к Савлентию… Маг из меня никудышний, скорее даже не маг, а так, одаренный, поэтому я не особо люблю занятия у деда. Дед он, кстати, не мой родной, просто ввиду его возраста все его так зовут.
        Хасаны  - большие, нет, огромные волки встали из травы. Так уж получилось, что я им вроде отца, потому как, подобрал когда-то в лесу этих волчат и выкармливал, как мог. Касса только приподняла голову. Вот кошку, раза в два превосходящую ростом моих волков, в полной мере питомцем назвать нельзя  - она скорее вольный зверь, который по каким-то причинам прибился к Савлентию. Но волей случая сейша стала приемной матерью моим волчатам, так что эта троица, а с учетом котенка сейши  - четверница, всегда где-то рядом.


        Ворота крепости открылись при нашем приближении.
        - Нор,  - практически сразу прозвучал голос Софьи,  - помоги с травами.
        Вот чего я не люблю, так помогать жене. То есть почти жене… Мы не женились, но живем… Ну не все у меня, как у других, вернее, все не как у всех. Началось все как шутка, но она просто чудо, а не девушка. Такая кого хочешь околдует (кстати, мысли о реальном привороте зельницы у меня проскакивали, но, поскольку я был совсем не против, разбираться не стал)  - умна, красива, чувственна, и все бы хорошо, если бы я не умудрился признаться Софье в любви к другой… Нейла. Девушка, которая меня отвергла… В общем, тут все не так просто… В особенности если знать, что Нейла живет в «Проклятом» и имеет от меня психологическую зависимость, ну или болезнь. Периодически ей становится плохо, и она не узнает никого, кроме меня. Это, конечно, болезнь, но, учитывая, что она получила ее, находясь в плену у Светлого братства…
        - Норман, ты ничего не чувствуешь?
        - Что именно?
        - Не знаю. Тоску. Страх. Что-то плохое?  - Серый, по документам числившийся Серелоном, был взбудоражен.
        - Нет… Разве что синяки после Храма болят.
        - Я не шучу.
        - Да я тоже. Есть какое-то чувство, но после того как пять раз полетал в воздухе, не касаясь земли… Все так серьезно?
        - Не знаю.
        Во время магических занятий появилось чувство тревоги, дыхание немного сбилось, закололо виски. Услышал, как лошади заржали в конюшне. Оглянувшись, понял, что не один испытываю это. У всех был растерянный вид.
        Мер через пятнадцать собрались в столовой, неодаренные ничего не ощущали, тем не менее тревога внутри росла.
        - Я же говорил, нашествие,  - произнес Серый, успокаивая хнычущих детей,  - так каждый раз бывает, завтра пойдут.



        Глава 1
        Нашествие

        Проснулся в суматохе, если это можно так назвать. В дверном проеме мельтешили разумные. Попытался встать, но вялость и легкие судороги не позволяли даже сесть.
        - Чего это вы?  - с трудом разомкнув губы, хрипло спросил у тараканящего здоровенный куль орка.
        - О, очнулся. Долго объяснять. Если коротко, то ждем нашествия зверья из Темных земель. Отойдешь  - найди деда, он озадачит.
        По коридору, словно в сюрреалистическом сне, прошли лошади, погоняемые эльфом.
        «Отойти» оказалось сложно, я только через часть времени смог встать. Кроме меня, можно сказать, все были при деле. Нейла лежала отдельно, на соломенных тюфяках в углу комнаты, при этом она явно не страдала. По лицу то и дело пробегала блаженная улыбка. Хоть и в забытьи, но она разве что не стонала в сладкой истоме. Я попытался ее растормошить.
        - Не надо, пусть спит,  - послышался из-за спины голос деда.
        - Что с ней?
        - Хотелось бы самому знать.
        - Вы это,  - заглянул Серый,  - перенесли бы в закрытую комнату. Ровный за хуторянами поехал, ни к чему им ее видеть, не поймут.
        - Чего не поймут?  - Я не мог сообразить, что происходит.
        - Потом объясню,  - устало произнес Савлентий.
        - Вы чего сговорились все  - потом, потом?
        - Ты ляг, полежи, помощи от тебя пока не будет, но и отрываться от дел ради твоего любопытства никто не собирается. Запремся  - все объясним.
        - В смысле  - запремся?
        - Сядь,  - усадил меня дед на кровать.  - Все потом. Храм! Иди сюда. Возьмешь Нейлу, перенесешь в нашу комнату и припрешь чем-нибудь дверь, чтобы никто не заходил. Где ушастый?
        - На поле побежал, овощей набрать.
        - Да он что, с ума сошел! Один?
        - Нет, Новера взял.
        - Сын Некроса…
        Дед выбежал из комнаты, за ним ушел орк с Нейлой на руках. Мимо дверного проема проковылял гоблин с охапкой сена, завернутого в простыню. Понимая, что помощи от меня в таком состоянии действительно не дождешься, я решил исправить положение, подкачав себя маной. Найдя меч, взялся за рукоять, она даже не успела потеплеть, когда круги перед глазами и тошнота оповестили, что я теряю сознание…


        Мир вокруг проявлялся постепенно. Сначала я стал слышать.
        - Храм! В комнате Серого лезут… Я к дверям, кто-то здоровый скребется, Палт, Ворон, пошли со мной…
        Ударов пять сердца были слышны только топот сапог и непонятная возня вокруг.
        Волосы кто-то погладил рукой.
        - Пить,  - прошептал я.
        - Сейфас, плинесу,  - прозвучал детский голосок Марны.
        Через меру по моим губам потекла струйка жидкости и стекла по щеке на подушку.
        - Не так. Надо голову сначала поднять.  - Слабые руки Карна неумело приподняли мою голову.
        С трудом разлепив ссохшиеся губы, смог сделать три маленьких глотка.
        - Мофет, кушать?
        - Ему нельзя. Тетя Софья говорила. Сейчас схлынут, и позовем ее.
        Через полчасти появилось зрение. Веки были тяжелыми, как свинец. Осыпавшаяся с потолка штукатурка образовала брешь, по форме похожую на лошадиную голову, и открыла взору находящийся под ней массив досок. «Никогда раньше не обращал внимания на древность «Проклятого дома»,  - мелькнула мысль.
        - Ляля Номан, а вы не фпите?  - склонилось надо мной личико Марны.
        - Нет,  - ответил я, удивившись хрипоте своего голоса.
        - А вы тофе фелей булете бить?
        Произнести длинный ответ, да еще и на непонятный вопрос ребенка, просто не было сил.
        - Что, очнулся?  - В дверях появилась Софья. Она устало села на край кровати.  - Как себя чувствуешь?
        - Хреново. Что происходит?
        - Нашествие,  - ответил она.  - Темные твари как с ума сошли. Кидаться  - не кидаются, Серый говорит, охотники, бывало, переживали это дело, просто стоя на месте  - звери пробегали мимо. Но наш дом они рассматривают как убежище и лезут во все щели. Пока отбиваемся.
        - Со мной что было?
        - Когда началось, половина одаренных потеряли сознание. На ногах остались дед, Эль да Яля с Серым. Ты провалялся дольше всех. Но после того как пришел в себя, снова умудрился потерять сознание.
        - Очнулся?  - В дверях стоял Савлентий.  - Пока затихли, за водой сходим. Потом подойду. Позови Нейлу, пусть она посмотрит его.
        Дед исчез так же внезапно, как и появился. В проеме прошли отец, эльф, какой-то мужик и Храм. Все в полном боевом облачении, отец даже в шлеме. Храм, проходя мимо, подмигнул мне.
        - Куда это они?
        - За водой. Когда собирались, все взяли: овощи, крупы, лошадей, даже сено лошадям и инструменты в дом успели занести. А про воду забыли. Что было, лошади выпили. Вот уже второй раз за сутки к колодцу пробиваются. В прошлый раз Локку чуть руку не откусили.
        Память услужливо подсказала, что Локк  - один из хуторян, строящихся рядом. Вернее всего, мужик, шедший с отцом и остальными, тоже из них.
        - Пойду за Нейлой схожу,  - со вздохом произнесла Софья.
        - С ней все нормально?
        - Да как сказать, со здоровьем да, а остальное… тебе лучше дед расскажет.
        Софья вышла. Где-то за изголовьем послышались какая-то возня и сопение. Судя по приближающемуся цокоту когтей, хасаны. Через меру два мокрых языка, обдавая не самым приятным амбре, вылизывали мне лицо.
        - Я тоже рад вам.  - На душе почему-то стало тепло.
        - Ого, босоногий к нам вернулся.  - В дверь вошел Серый. Единственный из всех, увиденных мной с момента восстановления зрения, в приподнятом настроении.  - Малышня, можете к матери идти, она вас покормит.
        Марна и Карн спрыгнули с кровати и, дробно перестукивая каблуками, убежали.
        - Вроде здоровый, а как тебя разморило-то, вторые сутки лежишь.
        - Да сам не знаю…
        - Ничего. Сейчас подлечат. Ладно, я пошел, завал на второй этаж нужно подновить.
        В дверях Серый столкнулся с отцом. Боком разминувшись с оборотнем, отец зашел в комнату:
        - Ну ты и напугал нас. Что случилось?
        - Да если бы я знал.
        - Как себя чувствуешь?
        - Как будто хасаны пожевали, кстати, где они? Только что были.
        - На подхвате, за водой пошли. И я пойду. Надо комнаты обойти, вдруг твари полезут.
        Через три меры бодрым шагом вошла Нейла. За ее спиной маячила Софья.
        - Лупоглазик, ты вроде здоровый, а раскис как девчонка,  - звенящим голоском произнесла она, присев рядом.  - Давай посмотрим, что с тобой.
        Нейла закрыла глаза, переходя на магическое зрение, спустя двадцать ударов сердца, подняв веки, стала осматривать меня пустым взглядом. Что-то в ней было не так, но я никак не мог уловить что.
        - Ну вот, все хорошо, сила заструилась. Софья тебя напоит зельем, а потом дед маны подкачает, и снова можешь глаза таращить.
        - Что у тебя с глазами?  - понял я наконец, в чем несоответствие.
        Глаза Нейлы из зеленых превратились в темно-изумрудные.
        - Да так, устала.  - Нейла оглянулась на Софью.
        - Расскажи. Лучше сама,  - равнодушно произнесла та.  - Я пока отвар для зелья приготовлю.
        - Ну…  - начала Нейла, когда Софья удалилась.  - В общем, я могу собирать темную ману.
        - Что значит  - темную?
        - Сама плохо знаю. Я слышала раньше, что темные могут владеть какой-то другой силой. Но в академии такие вопросы строго пресекались, вплоть до карцера. Я считала, что это выдумка студентов. А теперь, когда всем плохо, меня, наоборот, переполняют силы. Дед говорит, вокруг нас огромное количество темной маны, которую могут впитывать только темные. Поэтому теперь все считают меня темной. Получается, что я настоящая ведьма.
        Голос Нейлы слегка дрожал. Одно дело играть на словах в темную магию, а другое  - столкнуться с ней наяву.
        - Ну что, все хорошо?  - Лицо деда, вошедшего в комнату, слегка осунулось. Он, кажется, даже стал слегка меньше ростом.  - Расскажи-ка мне, чего второй раз вырубился? А то мы уже гадать устали. Вроде эманаций силы в это время не наблюдалось, наоборот, должен был подняться.
        - Каких эманаций?
        - Потом расскажу, сначала о тебе. Лечить надо, а я побаиваюсь тебе силу качать.
        - Ну, когда все ушли, я решил силы из меча взять. Дальше не помню.
        Дед поднял стоящий у изголовья меч. Сдернул оплетку навершия  - камень имел насыщенный красно-черный цвет. Никогда раньше он не приобретал такого оттенка.
        - Тогда все ясно. Подвинься, дочка, сейчас поднимем молодца,  - согнал он сидящую на краю кровати Нейлу.
        После вливания дедом силы мое состояние стало резко улучшаться, по коже прошла бодрящая прохладная волна. Стук в висках прекратился. Я напился из протянутой Нейлой кружки. Вода, словно в пустой бочке, заурчав, ударила по желудку. Чувство голода волком взвыло в животе. Вместе с ним проснулось обоняние  - воняло в доме хуже, чем в уборной.
        - Сейчас Софья с Фалной приготовят тебе бульон,  - ответил на мою просьбу дед.
        - Может, расскажешь, что все-таки происходит?
        - Не-эт. Устал. Вон Сайл расскажет,  - кивнул он на проходящего мимо дверей парня.  - Сайл, иди сюда. Он недавно спал, заодно силы тебе даст, но не раньше чем через полчасти,  - пригрозил пальцем дед.  - А я пойду отдохну. И вот эту игрушку,  - потряс он моим мечом,  - пока с собой заберу, нельзя тебе еще его трогать. Нейла, ты тоже  - марш отдыхать, сутки на ногах.
        - Но я не хочу.
        - Я сказал, марш отдыхать! Развели тут детство, хочу  - не хочу. Сутки на ногах, а когда это кончится, еще неизвестно.
        - Привет, Норман!
        - Привет, Сайл,  - приветствовал я мальчугана.  - Расскажешь, а то я ничего не понимаю!
        - Конечно, только за водой схожу, пить ужасно хочется, говорят, старшие четыре ведра принесли.
        Вернулся он мер через пять, неся Софьин ароматический амулет:
        - А то пахнет у тебя.
        - Чего это, правда, такой запах?
        - Ты уже два дня лежишь, а воды нет…
        До меня начал доходить смысл сказанных Сайлом слов. Стыдно было жутко.
        - После того как ты ушел с Нейлой, мы стали готовиться к нашествию. Серый объявил, что через день, максимум через два, звери побегут из Темных земель. И лучше всего закрыться на это время в доме. До полной темноты успели только часть продуктов перенести, потом вообще плохо стало. Тошнота, голова трещала. Тебя разбудить не смогли, удивились немного, и все. А утром из одаренных смогли встать только эльф, дед, Яля и Серый, ну и кто без искры. Я тоже спал, так что дальше мне Храм рассказывал. Простым разумным тоже было плохо, но не до такой степени, как нам. Те, кто смог проснуться, продолжили готовиться к нашествию. Когда дед поделился с нами силой, мы тоже начали просыпаться, голова болела-а-а ужас как. Потом дед напоил нас чем-то, стало немного полегче. Ты тоже очнулся, но потом опять вырубился. Таскали мы так до вечера кто дрова, кто сено, кто бревна, чтобы ход на второй этаж перекрыть. Храм с Кейном окна забили. Потом оказалось, не очень-то забили, там крепить не к чему, поэтому они просто расперли доски в проемах. Теперь зверье их выбивает, а мы тех, кто лезет,  - убиваем. Ладно, окна узкие,
никто большой не протиснется. Я водяную крысу убил, только тело на улицу упало, ничего взять не успел,  - вздохнул Сайл и продолжил:  - Ну вот, всем плохо, а Нейле и Серому хорошо. Дед говорит, темную силу принимают. То есть настоящие темные. Я у Серого спрашивал, он ничего мне не сказал, Нейла тоже… Серый странный какой-то. Раз одаренный, да еще и темный, кинул бы «огонек», как Нейла, а он топором машет. А в магическом зрении нитей силы в нем много, раза в два больше, чем у нас, наверное, одна сеть каналов темная, а другая  - светлая. А искра у него маленькая, как у тебя. Я сбегаю еще за водой? А то полночи без воды, пить хочется. Лошадей жалко, мучаются.
        Я кивнул. Пока Сайл бегал, попытался разобраться в услышанном. Возникало больше вопросов, чем ответов. Я попробовал встать. Можно сказать, почти получилось, но тут же закружилась голова, и я прикроватился обратно. Еле дотянулся потом до упавшего с меня одеяла. Оказалось, одет я очень оригинально, вернее, раздет. Но тазобедренная часть обмотана. Дожил  - в пеленке…
        - Ты чего, давай силы подкачаю,  - забежал Сайл.  - Ложись, мне так удобней, а то сожгу каналы.
        Сайл двумя ладонями прикоснулся к моей груди и замер. Судя по застывшим глазам, перешел на магическое зрение и начал вливать силу. Вновь вернулось, хоть и не так ярко, ощущение прохладной волны. Я не заметил, как провалился в сон.
        Разбудила меня Софья, прошептав на ушко:
        - Просыпайся, соня, тебе покушать надо.
        На удар показалось, что все, как прежде, но тут же память подкинула картинку нашего настоящего положения.
        - Давай, давай, вставай. Поешь, потом дальше спи.
        Проспал я, видимо, недолго, но Сайла уже не было. Софья покормила меня с ложечки, так как у меня тряслись руки. Пока кормила, я ее рассматривал. Похоже, несладко пришлось в эти два дня  - уставшие глаза говорили об отсутствии сна, а впалые щеки о переизбыточном использовании магии, так как продукты, я так понял, имелись, то вряд ли это от голода. В общем, вид у нее, несмотря на улыбку, был уставший.
        - Приляг со мной,  - попросил я, когда кормежка была закончена.
        Она уснула практически моментально. Осторожно, чтобы не разбудить Софью, сел и, размотав простыню, начал надевать штаны. Вышло это у меня с третьего захода  - пришлось делать передышки.
        - Дед, жезлы заряжены!  - раздался крик Сайла в коридоре.  - Может, еще раз до колодца? Лошадей напоим.
        - Ну давай, собирай всех!
        - А то мы вас не слышим,  - крикнул Храм.  - Сейчас подойдем.
        По коридору пробежала Яля.
        - Привет, неженка!  - поздоровалась она, увидев меня.


        Как и в прошлый раз, прошла процессия вооруженных мужиков. Последними следовали эльф и Храм в полном облачении, с ножами, примотанными к концам палок. На голове Эля красовался шлем отца. Я поковылял следом. У входа меня остановил Малик:
        - Привет! Туда пока нельзя. Сейчас воду понесут, мешать в коридоре будешь. Если хочешь посмотреть, вон в комнате окно, доску отодвинь, она для вида стоит, крыса выбила. Девчонки, ну вы где?
        - Да идем, идем.  - В коридор вышли Лоя с Софьей, сзади хмуро следовала Нейла.
        - Привет, Ровный,  - поздоровалась Лоя.
        - Привет.
        - Как себя чувствуешь?
        - Все на месте?  - зычно прозвучал голос деда.
        - Да,  - крикнул Малик.
        - Все, начинаем!
        Я подошел к окну и отодвинул доску. У входа в дом чем-то загремели, наверное, разбаррикадировали дверь. Через какое-то время по крыльцу в полной тишине стали сбегать разумные. Первыми вышли хасаны и сейша, следом дед, отбежал шагов пять от дома и встал с большим жезлом, направив его на конюшню. За краем обзора, на крыльце, замельтешил «огоньковый» жезл  - вернее всего, Яля.
        Храм с Элем пристроились по бокам чуть сзади Савлентия, опустив свои импровизированные копья. Кейн встал сзади них. Четверо мужиков, судя по всему, хуторян, побежали к колодцу. Каждый держал в одной руке ведро, а во второй  - меч. Один из них, комплекцией под стать Кейну, несся с мечом Храма.
        Первый, добежав до колодца, бросил меч на его борт, одновременно второй рукой подхватил лежащее рядом ведро с веревкой. Забросил его внутрь туннеля, вырубленного в скале до русла подземной реки. Через два удара сердца стал с неимоверной скоростью вытягивать его обратно. Деревянное колесо для подъема, установленное над колодцем, в скорости вращения раза в два уступало скорости мельтешения рук мужика. Наполнив ведро, каждый из водоносов тут же бежал обратно и уже на крыльце передавал его ведьмам. Те уносили воду в разные места дома, наверное, по заранее расписанному сценарию.
        Все происходило в невероятной тишине, стук сапог водоносов гулко отдавался по скалистому покрытию двора. Происходящее вызывало ощущение нереальности и одновременно восторга  - от немой слаженности.
        Где-то мер через пятнадцать у меня начало ломить виски.
        - Некрос,  - прошипел Малик,  - «волна».
        Водоносы успели пробежать раз десять каждый, когда раздался крик деда:
        - Домой! Собаки!
        Из конюшни, которая была прекрасно видна, вышли три пса, другое сравнение не подходило. Поджарые животные с рыжеватой, абсолютно гладкой шерстью и длинной остроносой пастью пристально смотрели на разумных. Их размер лишь немного уступал хасанам. Вдруг один из псов, выбив клубы пыли из-под лап, развил невероятную скорость и, прижимая голову к земле, устремился к дому. За ним, повинуясь инстинкту стаи, сорвались с места два соплеменника. Из помещений подсобной постройки выбежали еще шесть псов и, не раздумывая, метнулись за первыми подобно снарядам катапульт. Водоносы бежали к дому, причем один из них с полным ведром. Сзади раздался крик Малика:
        - Приготовились.
        Девчонки с двумя успевшими забежать в дом водоносами взяли в руки по небольшому бревну.
        Собаки почти достигли не дрогнувших ни на удар сердца наших. Когда псам оставалось сделать два прыжка, перед ними выросла серия «огоньков», сорвавшихся с жезла Яли. Две собаки, поймав огненные шары, забились в агонии на камне двора. Третий пес в прыжке каким-то неимоверным усилием пробил «щит» жезла деда, но тут же напоролся на копья Храма и эльфа. Следующая группа лишилась только одного пса, погибшего от «огонька» из жезла Яли. Двое зверей не скажу что свободно, но, слегка замедлив полет, смогли пройти защиту жезла.
        В глаза бросилось какое-то несоответствие в крепостной стене. Один из ее участков стал оживать. По нему прошли рябь и шевеление  - стена была почти полностью покрыта живыми тварями, которых я сразу не заметил.
        Ведущего псов второй группы встретил Храм и насадил на копье. Пошатнувшись от удара, зверь тем не менее смог устоять. Тут же к нему кинулись два бывших водоноса с мечами. Судьба пса была предрешена. Второго попытался проткнуть Эль, но его копье переломилось от неимоверного удара. Эльф упал на спину, пропустив над собой летящего зверя. Пока тварь пролетала над ним, он поднял руку и прикоснулся к ее груди. Мне показалось, что на удар сердца между ними вспыхнула звезда. Зверь упал и покатился по гладкому камню двора безжизненным мешком. Остальных приняли хасаны и Касса. Хасанов собаки умудрились сбить с лап. А вот сейша, приподнявшись на задние лапы, грациозно ушла с линии прыжка пса и перехватила его, одновременно впившись пастью в холку. В следующий миг сейша упала на бок, не отпуская жертву, и задними лапами распластала животное.
        - Хорлы!  - крикнула Яля.
        Она, беспорядочно выпуская из жезла «огоньки» по надвигающейся со стен туче полукрыс, кричала:
        - Назад!
        Разумные боялись подходить к огромным клубкам рычащих собакообразных, преграждающих дорогу к дому. Из клубков то и дело вылетали клочья шерсти. Сейша, покончив со своим противником, прыжком переместилась к соседней паре дерущихся и одним ударом лапы прекратила свару, а с нею и жизнь рыжей собаки. Новер справился сам.
        Последним из двуногих по крыльцу пробежал эльф, за которым пятилась Яля, охранявшая дверь. После них вихрем заскочили в дверь питомцы.
        - Ты че?!  - раздался сзади меня крик Малика.  - Закрой окно! Хорлы!
        С этого момента стало казаться, что вокруг раскинулось царство Некроса. Разумные метались по коридору, приходя на помощь друг другу в особо тяжелых ситуациях. Реальность растворилась в хаосе и какофонии, писке крыс и криках разумных. Где-то в доме послышался тоскливый вой Ручи.
        Я прижался к стене, чтобы не мешать Малику и Серому, отбивающим атаку крыс. Голову ломило все сильнее. Малик, упершись двумя ногами в пол, длинной палкой держал доску, прикрывающую окно. Серый с невероятной скоростью бил топором по протискивающимся сквозь щель мордам хорлов.
        Головная боль превратилась в жуткую тоску, потом в страх, потом в необъяснимый ужас. Хотелось бежать без оглядки не важно куда. Лишь какая-то маленькая искорка разума удерживала меня на месте.
        - Помогите!  - закричал Малик.
        Серый явно не справлялся, одна из крыс протиснулась почти наполовину, но в нее из дверного проема прилетел «огонек».
        - Отходи!  - раздался голос деда.
        Малик бросил палку и отпрыгнул к боковой стене, Серый  - к другой. Доска упала, освободив путь равнодушно ползущим тварям. По окну пролетел «воздушный удар» невероятной силы. Успевших перевеситься в комнату крыс раздавило по стене, не успевших  - выбросило наружу. Следом за «ударом» в проем ушел даже не «огонек», а поток огня, оставив после себя пляшущие языки пламени на стенах проема.
        - Закрывай!  - раздалось из коридора одновременно с удаляющимися шагами.
        Серый схватил доску и прижал ее к окну. Малик вновь попытался держать ее палкой. Хорлы только мер через пять возобновили свои упрямые, равнодушно жуткие попытки прорваться.
        Закончилась атака через полчасти. Все устало расселись по углам комнат лицом к окнам. В доме стоял запах свежей крови, отдающийся на языке кислинкой.
        - Серый,  - спросил Малик, сидевший на полу у стены,  - а в поселке так же?
        - Нет, там отпугивающие амулеты на стенах, поэтому проще. Да и тварей туда меньше доходит. За день нашествия, может, сотню убивают. Причем по очереди. Там успевают сохранить добычу.
        - Малик,  - спросил я,  - во время нашествия… мне стало…
        - Страшно?
        - Да.
        - Я первый раз чуть в штаны не наделал. Это «волна», она их и гонит. Дед говорит, эманации силы, отзвук, что ли…
        - Вот поэтому одаренные и не селятся в Темных землях,  - философски резюмировал Серый.
        Я устало встал и, пошатываясь, пошел искать Савлентия. Волна ужаса во время нашествия вымотала слабый организм почти полностью.
        Деда нашел в его комнате устало лежащим на кровати.
        - Что, плохо?  - спросил он.
        Я кивнул.
        - Терпи, сейчас силы ни у кого нет, если в течение части не пойдут, помогу. Меч не трогай.
        - Почему?
        - Он силы набрал. Тебя темной маной опять приложит.
        - Какой темной маной?
        Дед, помолчав ударов тридцать, ответил:
        - Сил очень много, мы не видим и половины. У растений свои  - ближе к эльфийским, у камней и земли свои  - их гномы видят, у людей свои, есть и темная. Может, и еще какие есть, недоступные нам.
        - Но нам же не становится плохо от других сил?
        - Ну это как если сравнить лошадь и хасана. Лошадь ест траву. Хасан, бывает, тоже ест растения, вон Новер все огурцы стрескал. Но лошадь не может есть мясо. Если накормишь  - ей станет плохо. А хасан может. Так и темные силы, как мясо. Ты пока лошадь, а Нейла  - хасан.
        - Как это возможно, я имею в виду Нейлу?
        - Хороший вопрос. Не знаю. Но точно знаю, что ни один одаренный не может просто так принимать темную ману, так как это сила смерти и противоречит естеству разумного. Если целенаправленно тренировать организм, вбирать ее в себя, станешь темным.
        - Я думал, темные  - это те, кто жертвы приносит.
        - Это сейчас так рассказывают молодым. Вон Сайл принес в жертву крысу  - и ничего, ему так же плохо, как и всем. А вот если бы он вбирал в себя силу во время ритуала, чуть-чуть приучил бы организм. Вот тебе в следующий раз станет легче. А если потренируешься, будешь как Нейла или Серый удовольствие получать. Серый вон аж трясется, если в Темные земли не сходит.
        - Но я же не вбирал.
        - Вбирал, вбирал. Когда пошли первые эманации, темная мана прямо потоком лилась и наполнила твой меч. Все-таки правы гномы, твой меч  - клинок темного мага. А ты из своего меча втянул силу, да, видимо, немало, поэтому и приложило.
        - Получается, Нейла…
        - Да. При этом сама. Насильно тут не заставишь.
        - А почему не всем одаренным было плохо?
        - Разные организмы. Есть одаренные, которые вообще не могут принимать темную силу,  - их коробит, а есть те, кто может. Ладно, иди спать. И поешь чего-нибудь, пусть даже через силу.
        Еще два дня мы, вернее, мои близкие, так как я был не в состоянии что-либо делать, отбивали атаки тварей. Нападали они по пять-шесть раз в сутки, все время после «волны». И лишь раз группа водяных крыс попыталась напасть без подстегивания темной силы. Так как одаренных не сжимал ужас «волны», нападение отбили просто. Хасаны и сейши во время атак были полностью деактивированы и забивались в угол. Никогда не забуду затравленный взгляд всегда, казалось бы, уверенной в своих силах Кассары.


        ЛОНГ. СТОЛИЦА СТАРКСКОГО КОРОЛЕВСТВА
        - Заходи, Римик.  - Аргеен эль Камен, Верховный магистр Ордена светлых, ждал прихода исварского магистра. «Братья в услужении» доложили ему еще четверть части назад о предстоящем визите эль Римика.
        - Пусть светлые боги озарят ваш путь,  - появился из-за двери магистр.
        - И тебе, Римик, светлая сила в помощь.
        - Разреши доложить, Верховный.  - Эль Римик поклонился. Дверь за ним закрылась.
        - Прекрати паясничать, Римик, я ведь однажды могу и рассердиться.  - Аргеен встал из-за стола и подошел к магистру. Тот с прищуром посмотрел на Верховного.
        - Ну, здравствуй,  - тепло произнес Аргеен, обнимая друга.
        - А вдруг твои холуи подслушивают?  - спросил исварец после приветствия.  - Не боишься потерять маску карающего?
        - Знаешь же, что этот зал не прослушать. И не называй их холуями, верные ребята.
        - Конечно, верные, то-то на каждом пояс смерти.
        - Ну, кто наточил меч, того и боги берегут в битве. Что будешь? Наше старкское или гномью бурду?
        - После того как твой отец подсадил нас на эту, как ты называешь, «бурду», глупо спрашивать.
        Магистры залпом выпили по рашке, налитой Верховным.
        - Ох, жжет выдумка Некроса,  - прошипел Римик,  - ни за что не поверю, что у гномов покупаешь. Они на моей территории живут, даже у самых лучших нет такой.
        - Да какой секрет, баловство это. Будут ерепениться, снижу их доходы, ведь больше половины перекинулось с металла на эту дрянь. Мастеров не осталось… Но, думаю, ты не за секретом настойки пришел. Давно мы не виделись. Кругов десять, наверное.
        - В сердцевину смотришь. Покаяться приехал и совета попросить. Нашел я нашу потерю. Обе в Темных землях сидят. С ними и освободители. Они запрос о родителях старшей через гномов сделали.
        - Чего не берешь, сил не хватает?
        - Да нет… Дело в том, что с ними твой старик. Мои по незнанию спугнули его с заимки. Вот пришел за советом.
        Верховный задумался.
        - И бумаги, похоже, там же. Мага мои убили, но Ровный точно там,  - дополнил Римик.
        - О твоих «совах» слышать не желаю, чтобы провалить такое задание, надо быть даже не лошадью, а ослом.
        Верховный вновь замолчал, потом так же молча наполнил рашки:
        - Как умудрились задеть старого?
        - Новый брат, довольно исполнительный, шел за Ровным и наткнулся на заимку. Проинструктировать я его не успел, не ожидал, что он окажется в тех местах.
        - Пока не трогайте их, подумаю. Им ведь до инициации круг?
        - Да. Твоей, может, больше.
        - Введи к ним своего человека или разумного, а в остальном, как обычно, ищи уязвимые места.
        - Может, просто возьмем? Уж больно удобно, и бумаги, и посвященные в одном месте, да и наказать надо освободителей…
        - Слово-то какое подобрал  - «посвященные»…  - Эль Камен на время ушел в себя.
        Римик не прерывал его раздумий, понимая, что решение Верховный принимает непростое.
        - Ты не знаешь старого,  - поднял взгляд эль Камен,  - пока пусть все останется как есть. Позже отправлю тебе птицу.
        - Хорошо. Тогда об остальном. Отряды довели население до ненависти, не слишком ли резво берем?
        - Мне необходим твой конфликт с королем. А он пока не реагирует.  - Аргеен налил еще по одной.  - Будем давить. Народ  - овцы, нужна реакция барана.
        - За светлых богов!
        - Оставь помпезность, лучше за братство.
        Магистры чокнулись и выпили.
        - Знать дает воинов?  - Эль Камен оторвал виноградину от грозди, лежащей на блюде.
        - Да, пришлось парочку укротить, вроде поняли.
        - Начинай перекладывать на них черную работу.
        - Хорошо, попытаюсь.
        - Не нравится мне твоя неуверенность. Давай без «попытаюсь». Да, насчет бумаг, подключишь «сов» или еще кого, оригиналы надо изъять, они, конечно, уже не важны.… Будет тебе наказание, столько дел провалил. Но старого не трогайте. Хотя я готов на костер пойти  - они у него. Как Боевая академия?  - Верховный сменил тему разговора.
        - Нормально, ректор передает списки наиболее успешных и отправляет их на отработку к нам. Мои люди проверяли  - не обманывает.
        - Королевские маги?
        - Многие стали понимать, к чему клонится, и отходят от двора.


        Когда эль Римик добрался до Исварии, его уже ждало письмо от Верховного. Не раздеваясь, он раскрыл нежный листочек, вынутый из кольца птицы, и провел над ним своим амулетом. На листке проявилась вязь текста.
        Спустя пять мер, подумав, магистр вслух одобрил распоряжения эль Камена:
        - Что ж, неглупо.



        Глава 2
        Очистка

        На третий день наступило затишье. Два похода за водой прошли без эксцессов.
        - Как-то быстро на этот раз,  - пережевывая кусок мяса, невнятно произнес Серый,  - обычно дней десять длится.
        - Думаешь, все?  - спросил дед.
        - Если до завтрашнего утра не пойдут, то да. Дня через два возвращаться будут. После нашествия их манит обратно.
        - А те, что во двор набились?
        - Либо ждать два дня, либо выбивать. На втором этаже тоже сидит какая-то тварь, ночью скреблась.
        - И я слышал,  - поддакнул Сайл.
        - А ты доедай и Малика у окна смени, сидишь уже часть, жуешь, он тоже голодный,  - Савлентий сурово глянул на юного артефактора.
        - Ладно тебе, дед, пусть ест,  - вступился за парня,  - я схожу, посмотреть-то могу.
        Не желал бы я себе такого детства, как у него. Несмотря на то, что прожил всего девять кругов, Сайл уже успел побывать в руках Светлого братства, да и жизнь в «Проклятом доме» не сахар. А с учетом того, что он еще и не хочет знать своих родителей…


        Малик, являющийся по совместительству братом моей подруги, сидел в обычной позе на полу и хмуро смотрел на доску, закрывающую окно.
        - Чего раскис, родственник, иди поешь, я посмотрю,  - присел я рядом.
        - Сейчас пойду. Решетки бы поставить,  - немного помолчав, равнодушным тоном произнес он.
        - Поставим. Теперь поставим. Что-то случилось?
        - Нет, просто устал.  - Он встал, отряхнул ставшие серо-грязными штаны и молча вышел.
        Я остался один и достал меч. Дед вчера разрешил его забрать, предупредив, чтобы я никоим образом не качал из него ману. Лезвие меча в лучах солнца, пробивающегося через щель окна, на удар показалось полупрозрачным. Сконцентрировавшись, перешел на магическое зрение. Ничего необычного, те же плетения.
        - Любуешься,  - раздался голос Нейлы.
        Я перевел взгляд на нее. Ее аура увеличилась и слегка отдавала красным. Вокруг искры была легкая пелена, скрывающая обычно яркий свет.
        - Да так, показалось что-то.
        - Не показалось, в нем есть еще плетения. Но другие, они соприкасаются с теми, которые ты видишь.  - Она присела рядом.
        - Как ощущаешь себя?
        - Решил посмеяться?
        - Нет. Серьезно.
        - Как ты ко мне относишься?
        - Нейла…
        - Я не об этом, это я и так знаю и понимаю тебя. Как ты относишься ко мне после изменений? Не как к девушке, как к человеку?
        Я на время замолчал, обдумывая ее вопрос.
        - Так же, разве что-то изменилось?
        - Я чувствую, что изменилось отношение ко мне. Всех.
        - Ты себя накручиваешь,  - ответил, вспоминая рассказ Сайла и понимая, что вру,  - мне кажется, все так же.
        Нейла молча попыталась встать. Я перехватил ее, поймал за руку:
        - Сядь.
        Собравшись с мыслями, решил ответить честно:
        - Наверное, ты права. Отношение изменилось. Что тебе посоветовать, не знаю, для меня ты все та же. А если кто-то думает по-другому, то, может, это его проблемы? Сайл вон чуть не в рот тебе заглядывает. Да и кому среди нас смотреть на тебя косо? Софья с Маликом сами готовы стать темными, лишь бы светлым насолить. Серый вообще оборотень. Старшие, по-моему, хоть и участвовали в Темной войне на стороне светлых, к темным относятся гораздо лучше. Так кому? Яле и Лое. Или, может, Элю. Все просто, сейчас никто не знает, чего от тебя ждать. От тебя несет силой. Ты сама изменилась, изменилось и отношение разумных.
        Некоторое время Нейла обдумывала мои слова.
        - Спасибо.  - Она встала, отряхнула юбку и пошла к дверям. В проеме остановилась:  - Яля тоже темная, не спрашивай, откуда я знаю. Знаю, и все. А ты светлый.


        После того как она ушла, я долго прокручивал наш разговор. Не знаю, зачем я это сделал. Просто сделал. Потянулся к рукояти меча и слегка потянул силу. Руку обожгло. Я отдернул ее. По телу разошлось тепло.
        Еще части две я сидел, пялясь на доску окна. Я изучил уже каждый сучок этого куска дерева. Занятие было настолько нудным, что под конец я почти желал нападения зверья. Сменил меня Локк:
        - Все, дальше моя очередь.
        - Ну наконец-то, я чуть дырку в дереве не прожег.
        Локк улыбнулся.
        - Я дожгу.
        - Слушай, Локк,  - спросил я его, разминая затекшие ноги,  - а где ваши семьи?
        - Так мы же только строиться приехали, семьи пока в поселке, некуда везти.
        - Но в этот круг семьи привезете?
        - Да, к холодам, видимо, успеем. Поле вон уже вспахали, даже посадили. Эль семена помагичил, говорит, быстро взойдут, может, даже уже взошли. И урожай будет, как у вас.
        - Ну ладно, пойду отвара выпью.
        - Мне кружку не принесешь?
        - Конечно.


        На следующее утро решили не дожидаться ухода тварей, а выгнать их самостоятельно. Завтракать не стали  - злее будем. Во двор вышли все, за исключением Фалны, детей, Сайла и Яли с Маликом, прикрывающих вход и лестницу на второй этаж.
        Во дворе стояла неимоверная вонь от десятков разлагающихся трупов тварей, валявшихся в основном под окнами. Впереди встали дед с жезлом и прикрывающие его Храм и Эль с копьями. Сзади шли отец и Кейн с оголенными клинками. Ведьмы, то бишь женская часть дома, способная к магии, я и Серый вместе с хуторянами составляли арьергард, огневой поддержкой выступали Лоя с жезлом и Нейла с приготовленным «огоньком». Сейши (Касса разрешила идти Пушистику) и хасаны держались слегка в стороне, готовясь в любой момент перехватить противника. Даже Торка, прижавшись к Нейле, вышел с неизвестно откуда взявшейся заостренной палкой.
        Сначала обошли свободные от построек стены, проверив их на наличие хорлов. Дойдя до ворот, открыли их в надежде на то, что твари испугаются нашего воинственного вида и сбегут из крепости, ну или, если что,  - наоборот. Чтобы осуществить наш план, пришлось вернуться к дому и начать с крайней комнаты подсобного помещения. Первые три комнаты прошли спокойно, не считая одинокого хорла, выскочившего на нас и получившего сразу два заряда от «огневого прикрытия».
        В четвертой комнате возникла заминка. Шерсть сейш вздыбилась, хасаны утробно зарычали. Дед, как и в предыдущих комнатах, кинул «огонек» внутрь. Там кто-то засопел. Судя по звуку, зверь был очень большим. Все напряглись. Из темноты помещения, слегка разгоняемой догорающим «огоньком», стала появляться громадная фигура твари.
        - Некрос, это же дорк,  - вскрикнул Серый,  - да одна шкура, если не испортим, за пятьсот золотых уйдет!
        Из дверей появился зверь: черная бархатистая шерсть, под которой бугрились литые мышцы. Выше меня локтя на полтора, и это на четырех лапах! Голова напоминала голову сейши, увеличенную раза в два. Из верхней челюсти с каждой стороны торчало по три клыка огромного размера, хотя на фоне самой пасти они смотрелись очень даже к месту. Зверь зарычал. Мне показалось, что колебания воздуха от его рыка ударили в грудь.
        - Чего от него ждать?  - спросил дед, направив на зверя жезл.
        Сейши и хасаны рассыпались в цепочку, постепенно окружая тварь.
        - Очень медлителен, но, если зацепит, смерть. Если не от удара, то от когтей, никто не знает, в чем дело, но их лучше не касаться, даже после смерти дорка. Сила такая, что лошадь разрывает напополам одной лапой,  - скороговоркой затараторил Серый,  - шкуру не попортим, можно с него получить тысячу.
        - Касса, уводи своих!  - рыкнул дед.  - Не ваша добыча, убьет.
        Сейша слегка попятилась назад. Хасаны остались на месте.
        - Назад!  - крикнул я.
        Нехотя, прижавшись к земле для прыжка, хасаны и Пушистик стали пятиться.
        - Огнем пока не бить,  - скомандовал дед.
        Никогда бы не подумал, что в нем проснется охотник.
        Дорк встал на задние лапы и утробно зарычал, видимо, чувствовал свое превосходство. И тут же ему в грудь ударило «воздушное лезвие» из руки деда, следом полетел «удар» из жезла. Еще, и еще, и еще. Дед долбил ударами, сменял руку на жезл. Зверь стал заваливаться на спину, раскинув лапы. Серый с дикой скоростью, явно на повышенном восприятии, подскочил к еще падающему дорку и вогнал меч под пасть. После чего кувырком ушел от замедленного удара лапой и растянулся на камне двора. Зверь, заваливаясь назад, рухнул с глухим звуком.
        Все замерли в ожидании. В наступившей тишине был слышен шорох обдувающего крепость ветра.
        - Вроде мертв,  - первым очнулся отец.
        - Ага, проверять пойдешь?  - ответил Эль на легко угадываемый в словах отца вопрос.
        Храм, держа перед собой копье, приблизился к туше и осторожно ткнул ее в заднюю лапу.
        - Как девочка его? Давай сильнее.  - Серый поднялся и, оставшись без оружия, начал осторожными шагами отходить от зверя к нам.
        Орк резко ткнул копьем, на четверть вогнав лезвие ножа в лапу:
        - Мертв.
        Серый сменил направление, осторожно подошел к дорку и медленно потянулся к рукояти своего меча. Аккуратно, так, чтобы не пошевелить, обхватил рукоять ладонью, затем резко выдернул и отпрыгнул к нам. Голова зверя слегка дернулась.
        - Все, мертв!
        - Ты поори еще,  - шикнул на него дед,  - может, в соседней комнате другой сидит.
        Угроза не оправдалась, соседние помещения были пусты.
        - Как же он залез-то сюда,  - вслух размышлял отец, стоя рядом с тушей,  - ворота вроде закрыты.
        - Они когда убежище ищут, еще не такие фортеля выкидывают.  - Серый уже распластывал тушу по надрезу, оставленному «лезвием» деда.  - Ровный, попроси, пожалуйста, Малика топор принести, и у Софьи  - пусть зелья хранящего возьмет, надо внутренности сохранить, через часть испортятся.
        - А вы чего встали?  - крикнул дед уже на полпути к дому,  - пора второй этаж освобождать! Там точно кто-то есть.
        - Так Серый боится дорка испортить!  - ответил отец.
        - Пошлешь к нему парней, и сейш оставим, вдруг оттуда,  - дед махнул в сторону дома жезлом,  - кто-то выпрыгнет. Кошки все равно в коридорах неповоротливы, а сами пройдем.
        Завал, преграждающий путь наверх, разбирали мер пятнадцать. Расчистив основательно вход, начали подниматься наверх. Ведьм оставили на первом этаже, прикрывать отход, так как в не очень широком коридоре мы только мешали бы друг другу. Первыми, прижавшись к стенам лестничного пролета, шли Храм и отец, следом за ними  - дед, держа «воздушный щит» впереди воинов. Дальше попарно двигались остальные. На второй этаж зашли без происшествий. Дальше дорога растраивалась. Нужно было идти в разные стороны коридора, плюс существовал выход на третий этаж.
        Решили проверять постепенно. На распутье оставили эльфа с огневым жезлом, меня и хуторян с мечами. Наша передовая тройка двинулась дальше, чуть сзади шел Кейн с копьем Эля. Первое крыло было чистым, из-за отсутствия дверей осмотр проходил быстро. Во втором в комнатах попадались обглоданные кости хорлов. Все напряглись, ожидая нападения, но ничего необычного не происходило. Дед резко входил, прижавшись к противоположной дверному проему стене, осматривал комнату. Потом туда по очереди ныряли отец и орк. Так шло до предпоследнего помещения. Дед резко встал напротив проема и, смотря внутрь, не показал никакого сигнала. Отец помаячил ему.
        - Гоблины,  - шепотом сказал дед.
        Отец, прижавшись к стене, медленно подошел к Савлентию, заглянул внутрь. В комнате, окружив входной проем, стоял десяток решительно настроенных гоблинов, за ними мельтешило трое мелких гоблинят. В руках полуразумные держали увесистые дубины и заостренные палки. Судя по манере хвата, пользоваться они ими умели. Самцов оказалось всего четверо. Выделялся среди них один более крупный, на его плечи была накинута шкура явно с какого-то серьезного зверя.
        - Что делать будем?  - негромко произнес отец.
        - Да кто его знает.
        - Может, поговорим? Эй, зеленые, это наш дом!
        Гоблины молчали.
        - Норман, Торку позови, они, похоже, нас не понимают.
        Гоблин прибежал через меру.
        - Слушай, Торка,  - инструктировал я его,  - там твои соплеменники, тоже гоблины, нам бы их из дома выгнать. Поговори с ними.
        У гоблина расширились и без того казавшиеся огромными глаза. Я подтолкнул его к комнате. Он побрел, еле волоча ноги. Дойдя до проема, заглянул внутрь, посмотрел какое-то время, подошел к деду, прижался спиной к его ногам.
        - Умные хорошие,  - начал он.  - Это наш дом, надо уйти.
        В комнате раздались какие-то гортанные звуки, гоблины явно переговаривались между собой.
        - Надо уйти.
        В ответ послышался гортанный вопль, который мог означать как согласие, так и отказ.
        - Ладно, Торка, ты иди…  - Дед толкнул гоблина к выходу,  - Кейн, Эль, Храм, медленно пройдите за моей спиной и проверьте последнюю комнату. Ведьмы, на охрану лестницы третьего этажа. Остальные  - приготовились!
        - Не надо,  - завизжал Торка и перекрыл проем своим телом,  - они не убивать, они уйти, я объяснять.
        Гоблин, повернувшись к соплеменникам, начал жестикулировать и быстро, так, что не понять, говорить.
        - Подожди, Торка, не тараторь,  - попытался я остановить его,  - давай я попробую.
        Гоблин еще сильнее замахал руками.
        Я взял зеленого за плечо и повернул к себе:
        - Дай я.
        Он понуро отошел в сторону.
        - Новер, Руча, пойдем со мной.
        Хасаны, взбежав по лестнице, пристроились сзади. Я встал чуть впереди деда, но так, чтобы не заслонять обзор.
        Хасаны прошли перед проемом дальше по коридору, произведя на зеленых необходимое впечатление. Я обвел руками все вокруг и ткнул себя в грудь, давая понять, что все это мое. Потом указал на самого большого гоблина, догадываясь, что вернее всего это вождь зеленокожих,  - и показал ему на выход. Гоблины задумчиво, по крайней мере, мне показалось так, смотрели на меня. Я вынул нож и положил его на пол, потом ткнул в вождя и показал, чтобы он сделал то же. После части времени и демонстрации нашего дружественного настроя в виде пары «огоньков» в сторону гостей (при этом Торку держал Храм, так как он готов был кинуться под магические плетения), удалось уговорить гоблинов сложить оружие. Контролируя каждый шаг, мы вывели зеленых цепочкой во двор, следом за нами Торка тащил их оружие.
        Во дворе гоблины скучковались вместе, злобно оглядываясь на нас, но при этом умудряясь боязливо смотреть на сейш, прохаживающихся вокруг них.
        - Торка, унеси оружие за ворота.
        Гоблин поволок груду палок ко все еще открытым воротам, постоянно роняя то одну, то другую. Малик не выдержал и помог ему. Когда они вернулись, я махнул гоблинам в сторону ворот. Они, недоверчиво глядя на меня, стали мелкими шагами уходить, один почти побежал, но вождь рыкнул на него, и он сбавил шаг. Проходя мимо, одна из гоблинок, как мне показалось, заинтересованно посмотрела на Торку. Они уже почти скрылись, когда я заметил в глазах нашего гоблина тоску.
        - Хочешь с ними?
        Гоблин кивнул.
        - Эй!  - крикнул я здоровому.
        Тот повернулся. Я ткнул пальцем в Торку, потом в вождя. Тот задумчиво осмотрел гоблина и кивнул.
        - Ну все, Торка, иди.
        Гоблин медленно пошел, постоянно озираясь на меня.
        - Подожди.  - Я догнал нашего зеленого, одновременно снимая с пояса кинжал с ножнами, протянул их гоблину.
        - Спасибо. Нор был хороший хозяин. Торка теперь гоблин.
        Осмотр третьего этажа и чердака выявил еще трех хорлов, после чего, пройдя тройками все закоулки, мы закрыли ворота. Предстояла огромная, а самое главное, грязная и тяжелая работа по очистке территории крепости. Двор был завален начавшими разлагаться трупами, а дом  - конским навозом. И то и другое источало жуткий аромат. То и дело у разумных начинались рвотные позывы.
        Хуторяне честно помогли нам за два дня разгрести останки, на третий день поехали к себе, а Локк в поселок  - узнать о судьбе родных.


        - Чего задумался, Ровный?  - Савлентий хлопнул меня по плечу так, что едва отвар не выплеснулся из кружки.
        - Нет, просто любуюсь.
        Багровый закат окрасил стены крепости в желто-оранжевый цвет, выделив при этом тенями выступающие камни.
        - На чешую похоже, правда?  - спросил я деда.
        - О-о-о, да ты романтик. Твой отец тоже в молодости любил закат.
        Мы помолчали некоторое время. Дед взял у меня из рук кружку и отхлебнул. Вернул ее обратно.
        - Чем конкретно отличается темная сила от светлой?
        - Скорее, не отличается. Как бы тебе объяснить, она дополняет. Хотя не так, темная мана… силой ее называть не совсем верно, это как бы следующий этап развития колдуна. Темной можно залить светлые плетения, а вот наоборот  - нет. Светлая сила в ритуалах очень слаба, темная же в небольшом количестве может совершать великие дела. Существует даже теория, что темная мана  - суть светлая, но сжатая в десятки раз. То есть как настойка: разбавленная из трактира  - светлая сила, купленная у гномов  - темная. Сильные колдуны даже без плетения, просто потоком темной маны, убивали разумных.
        - Если темные так сильны, почему войну проиграли?
        - Количество. Темных было мало. Только половина одаренных может принять темную ману, из них только половина соглашается на это. Ну а куча гоблинов и орка завалит.
        Дед еще раз отпил из моей кружки.
        - Чтобы стать темным, нужны опыт и ум.
        - А Нейла как же?
        - Ты даже не представляешь, что она может натворить, если станет сейчас использовать темную силу. В лучшем случае просто сгорит. Темный маг по сравнению со светлым  - это как ювелир по сравнению с кузнецом, только ошибки отдаются гораздо жестче. И ты тоже потягиваешь силу из меча, а сам элементарные плетения не выучил.
        - Откуда знаешь?
        Дед зажег в руке черный шарик величиной с ранет. По шарику ползли светлые полоски, они извивались, утончались, расплывались, снова появлялись.
        - Красиво?
        - Завораживает,  - согласился я.
        Дед метнул шарик в полено. Не было звука, не было огня, просто половина полена рассыпалась в прах.
        Я пристально посмотрел на деда:
        - Но аура у тебя светлая.
        - Поживешь с мое, не такому научишься. Завтра сядешь учить свою книгу плетений, толку от тебя в хозяйстве все равно как с Торки. Сколько рул прошел?
        - Пять.
        - Вот возьмешь пять оставшихся досочек для тренировки, и будешь развивать кисти. Чтобы за другим занятием я тебя не видел. И вообще не видел нигде, кроме как за обеденным столом и занятиями. Нашлись тут колдун с ведьмой. Да, завтра пошлешь ее ко мне, только так, чтобы никто не знал, есть у меня одна книжица…
        - Дашь посмотреть?
        - Распишешь все рулы, покажешь все плетения из своей книги, тогда дам. И прекращай с мечом баловаться. Слаб ты еще. Да и глуп…
        Дед забрал у меня кружку и пошел проверять чистоту двора.



        Глава 3
        Гномы

        На следующий день, как я и обещал, то есть, как дед заставил, начал заниматься рулами. Насчет пятой доски соврал, я мог пройти ее всего двумя пальцами. Поверьте, очень нудное занятие  - сидеть над доской, на которой выведены кренделя для пяти пальцев, и пытаться вливать в них силу, стараясь при этом не задеть поверхности. В общем, пятую рулу я закончил только к обеду.
        На шестую меня до вечера не хватило бы. Но Савлентий, на удивление, направил меня к Яле за плетением памяти.
        - Но у меня же есть амулет, да и ты всегда говорил, что память с магическим усилением не вырабатывает плетение, которое самопроизвольно сплеталось бы при желании!
        - Плетение Яли сильнее амулета, я сам попробовал. А насчет памяти мага…
        Дед замолчал, видимо формулируя мысль, потом присел рядом.
        - Моя прапрабабка была предсказательницей. Не такой, как шарлатанки на базаре или сказители легенд. Но она могла сказать, будет в этом году урожай или нет, родится мальчик или девочка…
        - Так это на ауру глянуть…
        Подзатыльник оборвал мою версию.
        - Будешь перебивать, сядешь за рулы.
        Я предпочел молчание.
        - Так вот, у селян нет денег на магов, а прапрабабка была селянкой. Все шли к ней. Отец говорил, что частичка ее дара есть и во мне. Я сначала смеялся. Ну что такого, если, напроказничав, ты умудряешься самопроизвольно не появляться к отцу, когда он в плохом настроении, а когда оно у него хорошее, ты тут как тут. Но с возрастом стал понимать: это действительно так, если не послушаю себя, начинаются неприятности.
        - Задом чувствуешь?
        Второй подзатыльник убавил мое красноречие.
        - Ты барон, а не нищий с базара. Маг, колдун, это всегда пример для подражания. А ты  - задом… Хотя в этом что-то есть. Пусть задом. Но сейчас внутри прямо горны трубят. Что-то будет.
        - Так, может, уйти?
        - Ты видел, сколько нас? Это не впятером по лесам болтаться. Да и куда идти, вы везде натоптали. Идти просто некуда, и причина глупа,  - дед вздохнул,  - так что лети, или, как ты говоришь, дуй к Яльке.
        Яля только плечами пожала, мол, надо так надо.
        - Завтра с утра подойдешь.
        Ночью попал в сладкую истому женской ласки. Я так соскучился по прекрасному телу Софьи, словами не передать. Бархат кожи… Сладкий привкус губ… Но появилось и что-то особенное, как будто какое-то сопротивление между нами, преодолевать которое хотелось еще и еще. В итоге утром нас еле добудились. Реальный мир ворвался в сладкие сны громким стуком в дверь.
        - Это, молодожены, не пора ли вставать?  - разбудил голос отца.
        - Почему молодожены? И чего так рано?
        - На первый вопрос сам ответишь. На второй ответит дед.
        Не скажу, чтобы мы сразу соскочили с кровати… Так и так получать разгоняй, причем мне. Но горячее после сна тело Софьи мер на пятнадцать оставило меня в сказке.


        - Ты меня не понял, Ровный. Шутить думаешь? Храм, на часть загрузи его по полной, только так, чтобы ложку до рта даже в обед не смог донести. И с применением чудо-палочки, пожалуйста.
        - Так это, дед, он же не совсем отошел.
        - Перечишь?
        Только теперь я осознал, насколько сильная натура у деда. Когда хотел, он становился жестким… Нет, не так. Особо жестким диктатором. И дело не в отношении ко мне, Савлентий преобразился по отношению ко всем. Я когда-то предлагал провести опрос, кто что может или умеет делать. Не надо опроса, дед знал все обо всех.
        Малик с Софьей получили доступ в комнату с аппаратом, но я так понимал, что никакого отношения к нему они не имели. Их хитрые рож… лица выдавали с потрохами. Нейла, которую я по науськиванию деда отослал к нему, пропала в мужской комнате. Причем комната была закрыта на запор с этой, и, я так понимал, с той стороны. Я за три дня под зорким оком деда освоил две рулы. Отец и Храм по одному разу выезжали куда-то в лес, говорили, что за травами. Но, во-первых, травы, которые они привозили, оказались элементарными, их даже в ста локтях от «Проклятого дома» можно нарвать. А во-вторых, эти травы не были нужны моей супруге. Софья варила зелья бешеными темпами, причем я-то знал, что о некоторых из них она раньше даже представления не имела. Сайл не отходил от деда, как Торка в свое время от меня, это были его глаза и уши. Эль, которого дед вдруг поставил тренировать женскую часть нашей общины (кстати, он тренировал гораздо лучше, потому как стиль орка и Кейна основывался на силе и изначально не подходил девчонкам), кроме всего прочего, он производил какие-то манипуляции с деревянными вещами, воротами,
перекрытиями этажей, даже с рукоятями лопат и топоров. Оказывается, эльф мог укреплять дерево если не до состояния твердости металла, то до почти приближающегося к нему. При этом все, кроме меня и Нейлы (она даже обедала в мужской комнате), выполняли повседневные обязанности.
        На четвертый день к нам заявились неожиданные гости. Тревогу поднял Эль. К «Проклятому дому» со стороны поселка подъезжали двое всадников. Как оказалась, тревогу подняли зря, но тем не менее всадники нас удивили. К нам в гости заявились старые знакомые  - Кальд и Шивак!


        - Чего это вас сюда занесло?  - Отец обнялся с Кальдом, потом с Шиваком.
        - Если руда не поднимается к гному, то он берет кирку,  - ответил Кальд, обнимая меня.  - Возмужал!
        - Так я вроде не был мелким.
        - Нет, как-то внутренне возмужал. А вот и мой спаситель,  - гном перенес свои крепкие объятия с меня на Храма,  - я тебе подарок привез, потом покажу.
        Казалось бы, недолгое время, проведенное в компании гномов, сблизило нас, как родных.
        - А где Лекам, Солд?
        Орк опустил глаза.
        - Не знал, простите,  - понял его Кальд.
        - Привет, Звонкий!  - раздался голос деда.
        - Дарре, Савлентий!  - без особого восторга, но с удивлением произнес бородатый гном.
        Оказалось, дед и Кальд тоже были знакомы. И, судя по приветствию, очень хорошо, но не очень дружески.
        - Проездом или опять память предков ищешь?
        Кальд грустно посмотрел на меня.
        - Не удивлен твоему присутствию, старый. И почему в этом везет именно вашей семье, может, амулет какой поисковый есть?
        - Может, и есть, только ты об этом не узнаешь.
        - Надеюсь, без крова не оставишь?
        - Ну зачем сразу оскорблять, не только гномы славятся гостеприимством.
        - Ну да, ну да…
        - Проезжайте, располагайтесь, надеюсь, проездом?
        - Не зарывайся, мы не к тебе.
        - Ну, значит, ты будешь удивлен. Это мой дом! Проходите!
        Гном и вправду был обескуражен, но быстро взял себя в руки:
        - Прими дар, хозяин.
        Он стянул с седла увесистый тюк, кряхтя, развернул его на земле, отогнав попытавшегося было помочь Шивака. Я не особо понимал, но отец рядом охнул. В руках гнома появился доспех. Темного оттенка сталь покрывал светлый узор рисунка. Пластины доспеха напоминали чешую дракона, какого я видел в одной из книг. Дополнял доспех шлем в виде оскалившейся головы волка, выкованный с таким изяществом, что, казалось, видна шерсть на морде.
        - Хороший подарок,  - произнес дед,  - но принять не могу, не в обиду дарящим. Не мне везли, понимаю. Но тот, кому предназначается, мне как внук и имеет полное право оставить вас настолько, насколько ему заблагорассудится.
        Все посмотрели на меня. Мне стало не совсем удобно под таким количеством взглядов разумных.
        - Да не стоит…
        - Только попробуй не взять без причины,  - прошипел отец.
        - Спасибо, Кальд, но ты ведь понимаешь, что я не смогу отблагодарить за такой дорогой подарок.
        - Сможешь. Разреши нам погостить у тебя.
        - Конечно, могли бы и не спрашивать, живите, сколько хотите!
        Кальд улыбнулся. Дед тихо застонал.
        Я искренне радовался приезду гномов. Во-первых, просто был рад их видеть, во-вторых, на некоторое время освободился от магических тренировок. Приезд, разумеется, перерос в фуршет с неизменным употреблением великого напитка гномов.
        Проходя мимо хасанов и сейш, Кальд внимательно осмотрел их.
        - Только напейся!  - предупредила меня Софья, практически слово в слово повторив речь деда.
        Но если слова Софьи я мог и проигнорировать, то утренний урок Храма с науськиванием деда еще был свеж в памяти.
        За столом мы познакомили гномов с остальными членами нашей семьи.
        - Завидую тебе. Красавица,  - прошептал Шивак, когда отец представил Софью как мою жену.
        - Как узнали, где живем?  - спросил отец после второй рашки.
        - Так ты деньги в местном банке снимал, потом спустя какое-то время орк в том же банке запрос о семье Лоренсов делал. Ну а мы сделали запрос на вас, банк и сообщил, где живете.
        Отец с дедом переглянулись.
        - И что, так просто узнать?
        - Ну да.
        - А как вы так быстро передаете сообщения?  - спросил я Кальда, чтобы развеять наступившую тишину.
        Старшие ухмыльнулись, видимо, знали ответ.
        - Камень помогает,  - ответил Кальд.
        - Это как?
        - Говоришь камню, а он говорит другому, а тот третьему, так и доходит до гнома в другом месте.  - Кальд с хитринкой посмотрел на меня.  - Это одна из тайн родов, Норман, раскрыть ее  - подобно смерти, тогда не скроешься, все равно найдут.
        Разговор плавно перетек в другое русло. Гномы поведали о своем путешествии после того, как мы расстались. Мы  - о своем. Кальд, узнав, что светлые сожгли Солда, преподнес Аллойе, как его дочери, серебряный медальон.
        - Разумные должны чтить подвиги предков.
        К вечеру гномы набрались знатно. Храм, хоть и не гном, вообще еле стоял, но при этом не расставался с гномьим подарком. Дар представлял из себя необычный меч. Лезвие двуручного меча к концу слегка расширялось, превращая клинок, центр тяжести которого был смещен, в подобие сплошного топора. По размерам меч казался великоватым даже для орка, он достигал ему почти до груди. Но характеристики были великолепными! Храм смог ударом с замаха разрубить нашу трубку от экспериментального аппарата, при этом на мече не осталось даже царапины.
        - Харра, да теперь ко мне на восемь локтей не подойти!
        Кейн тоже опробовал меч  - одобрил:
        - На арене с таким можно до семидесяти кругов дожить.
        Я тоже попробовал, но даже замах делать не стал, меч оказался тяжеловат для меня, да и, судя по махам Кейна, для него тоже.
        Я хоть и не был пьян, но легкое веселье в голове присутствовало. Вечером дед влил в меня какое-то зелье и качнул силы, хмель выветрился мер за десять.
        - А теперь послушай, решать тебе,  - сказал Савлентий, когда мы оказались вдвоем в комнате,  - гномы не просто так приехали, им нужна память предков…
        После рассказа деда я некоторое время помолчал. Память предков  - собственно, спонтанные воспоминания о жившем среди чудовищных машин и огромных домов человеке, не была таким уж секретом, но сам факт использования меня…
        - И когда ты хотел мне об этом сказать?  - спросил я по окончании рассказа.
        - Да вообще не собирался говорить, что бы это изменило, тебе сейчас о своем развитии нужно думать.
        - А я думал, они из-за легенды…
        - Это что-то меняет?
        - Да нет.
        - Теперь вот что. Гномы свято берегут тайну настойки, я всех уже предупредил, чтобы не говорили им ничего. Узнают, могут и серьезные меры принять, чтобы тайна не расползлась дальше.
        - И что они сделают? Аппарат украдут?
        - Ну могут и убить.
        - Да не-эт, не верю.
        - Представляешь, какие деньги гномы зарабатывают на этом? Они до настойки в своих горах так себе жили. Ну да, великие кузнецы, но сколько разумных могут купить их оружие? Ну рудокопы знатные, и что, заработок зависит, опять же, от продажи оружия. А теперь часть из них занялась настойкой, остальные добывают руду и камни, куют железо. Деньги рекой текут. Они даже землю обрабатывать перестали. И тут угроза для спокойной жизни кланов. Кальд просто обязан будет сообщить старейшинам. А тем плевать на ваши взаимоотношения со Звонким и Шиваком, примут решение, и все. Ты бы что на их месте сделал?
        Я угрюмо молчал, переваривая слова деда.
        - А откуда ты знаешь Кальда?
        - Он записи моего деда искал, ко мне раз десять в свое время приезжал. Надоел до невозможности, только выпьем, он про записи, так однажды и разругались.


        На следующее утро поблажки мне уже не было. Сразу после завтрака я ушел на второй этаж и сел за треклятые доски.
        - Ну как, получается?  - где-то через часть, хрустя яблоком, заглянула Нейла.
        - Не очень. Ты опять жуешь. Растолстеешь.
        - Не надейся.
        - У тебя как дела? Что за книга?
        - Ага, так я тебе прямо и сказала. Сначала рулы выведи, сопляк.
        Я замахнулся на нее доской, она спряталась за угол и запустила в меня огрызком.
        - Ладно, давай помогу, покажи, как выводишь.
        Нейла встала за спиной и пару мер наблюдала за моими мучениями.
        - Ну почти правильно, только пальцы слегка согни.  - Она из-за спины поправила положение моей руки.
        Ее щека была почти прижата к моей, запах волос приятно щекотал ноздри. Повернулись мы друг к другу одновременно. На миг я ощутил дыхание Нейлы на губах. Глаза встретились…
        - Кхм,  - она слегка кашлянула, выпрямилась,  - что-то с яблоком попало, я пойду, наверное.
        Я смотрел на удаляющуюся фигурку девушки, пытаясь одновременно разобраться в себе.
        Ближе к обеду заявился Шивак:
        - Ты видел, какие орчанки приехали к Храму?!
        - Нет. Откуда, я здесь с утра. Но, возможно, я видел их в поселке.
        - Огонь девчонки.  - Шивак изобразил прелести орчанок.
        - На себе не показывай, а то вырастут.
        - Что?  - не понял гном.
        - Да ничего,  - махнул я рукой,  - примета такая есть  - на себе не показывать. А ты чего теряешься, познакомился бы?  - спросил оглядывающего себя в районе груди гостя.
        - Не-эт, как-то неудобно. Они там с Храмом стоят, а тут я подойду  - здрасьте, я Шивак!
        - Ну пойдем вместе.
        Гном аж подпрыгнул от радости.
        Храм с орчанками стояли у ворот. Контроль за гостями, ввиду знакомства с ними орка, был слабый. Локтях в восьми пристроился Кейн, опершись на воротину, да Эль сидел на лестнице стены.
        - Знакомьтесь, Норман,  - представил меня Храм, когда мы подошли.
        - Да мы уже знаем. Славно ты тогда Крота уложил, ну а уж про ребят Горка и говорить нечего. Зора,  - представилась ближняя к Храму орчанка.
        Если мне не изменяет память, именно с ней в Веселых Травах нежно прощался Храм.
        - Лейка,  - неожиданно приятным голосом сказала вторая.
        - А это Шивак,  - представил гнома Храм,  - он тоже неплохо бьется.
        Мне показалось, что в гнома палку вставили, настолько он выпрямился и расправил плечи. Но как бы ни тянулся, ростом недотягивал даже до плеч орчанок. Лейка улыбнулась, видимо, тоже заметила его потуги.
        - А чего гостей у ворот держишь, хоть отваром угости, а то, может, и на обед останутся.
        - Нет, спасибо, нас ребята за воротами ждут,  - отвергла приглашение Зора,  - мы на охоту, сейчас зелья дождемся и поедем.
        - Время вроде к обеду.
        - Мы в пригорье заночуем, чтобы с утра сразу в Темные земли войти.
        - А-а-а, понятно.
        Тут к нам подошла Софья, гневно зыркнула на меня.
        - Вот хранящее и заживляющее, а вот в этом горшочке для снятия запаха,  - протянула она орчанкам зелья.
        - Ну мы поедем.  - Зора чмокнула Храма в щечку и пошла к воротам.
        - Рада была познакомиться,  - улыбнулась Лейка перед тем как последовать за подругой.
        - Я смотрю, ты, не выходя из крепости, подруг себе находишь,  - произнесла Софья, как только ворота закрылись.
        Ответить я не успел.
        - Вы видели, видели,  - восторженно заголосил гном,  - как она на меня посмотрела!
        - Мы все слышим,  - раздался из-за ворот голос Зоры, в интонации которой явно проскальзывал еле сдерживаемый смех.
        Мы сдержать смеха не смогли. Шивак стал пунцовым. Через некоторое время за воротами послышался смех удаляющихся орчанок.
        - Да, Шивак, думаю, внимание ты на себя обратил,  - смахивая слезы, выступившие от смеха, поддел я гнома.  - А Кальд где? Ему будет интересно услышать о твоих подвигах.
        - В подвале,  - опустив голову, ответил Шивак.
        - В каком подвале?  - еще не до конца успокоившись, переспросил я.
        - В вашем, каком еще.
        - У нас нет подвала.
        Гном посмотрел на меня удивленно, и на его лице тихо стала проступать улыбка.
        - То есть вы живете в доме и не знаете, что у вас есть подвал?
        - Ну-у-у,  - уже не так уверенно произнес я.
        Улыбка становилась все шире. Под конец гном уже хохотал над нами:
        - Пойдемте, покажу!
        - Вот это да-а-а. Во время нашествия бы сюда!  - произнес Сайл, выразив общие мысли.
        Все разумные «Проклятого дома», даже Малик, смывшийся со стражи, собрались здесь. Под домом во весь его периметр, в каменной плите, на которой он стоял, был вырублен подвал. Вход в него маскировала деревянная перегородка в одной из нежилых комнат.
        - Ух!  - Храм проверил эхо, отлетавшее от стен.
        Каменная кладка разделяла подвал на четыре помещения. Последнее, судя по оковам, висящим на стене, являлось узницкой. В одном из помещений в породе был пробит колодец наподобие дворового.
        - А вот здесь,  - показал Кальд на одну из кладок,  - должен идти лаз за стену. Только его проверять надо, обрушиться мог, да и камень, похоже, заклинило.
        В подвале было полно оружия, часть которого пришла в негодность. Я даже заметил невосстанавливаемые остатки деревянной катапульты. Только богам известно, на кой она здесь.
        - Удивил ты меня, Звонкий,  - произнес дед,  - с меня настойка.
        - О настойке потом поговорим,  - сузив глаза, ответил гном.


        Обедали молча, все были под впечатлением. Десятиной бы раньше узнать о подвале! Наверняка и эманации силы здесь менее чувствительны.
        - Мне бы в поселок,  - нарушил тишину гном,  - с телегой. Я тут кузню узрел, хорошо бы восстановить.
        - Да нам тоже надо добычу после нашествия сдать,  - ответил дед,  - сколько денег потребуется?
        - А-а-а, ну так-то вообще хорошо,  - быстро сориентировался гном,  - а то я на свои хотел. Золотых пятьдесят хватит.
        - Не много?
        - Добавлять придется, я же не людской инструмент брать буду!
        - Ну, добре. Завтра поедем.
        - Давай послезавтра, мы с Шиваком хотели гору посмотреть.
        - Ой, я тоже хочу!  - вклинилась Лоя.
        - И я,  - подхватила Яля.
        Через пять мер все, сидевшие за столом, собрались завтра ехать в горы.
        - Так, а я тут один с эльфом и Ровным останусь?  - прекратил общий галдеж дед.
        На отца гора, по-видимому, не произвела впечатления. А эльф состоял в противогномьей коалиции с дедом. Я даже не подозревал, что гномы и эльфы относятся друг к другу с прохладцей.
        - В общем, так!  - начал распоряжаться дед.  - Все не пойдут, это точно. Молодежь, кроме младшего, может сходить. Остальные… тебя, клыкатый, это тоже касается, останутся в крепости. Как дети прямо.
        - А младший чего ж?  - заступился за меня гном, уже узнавший о моем прозвище.
        - Младший, пока рулы не выведет, под арестом. Может, тебя в узницкую?  - елейно спросил Савлентий.
        - Нет, нет. Мне и на втором этаже хорошо,  - поспешил я с ответом, а то, судя по его инициативности, может и приковать.
        Весь вечер и весь следующий день до обеда я рулал. Меня трясло от одного вида этих досточек. Пальцы сводило от постоянного скрючивания. Можете представить мою радость, когда я без запинки провел ими по всем доскам? Я танцевал от радости, я даже крикнул так, что сорвал Храма со стражи.
        - Ты чего?
        - Я закончил! Я их все вывел!
        - Ровный, тебе бы Нейле показаться, а лучше Яле.
        Дед похвалил меня, и… после обеда заставил изучать плетения из моей книги. Но это было уже не настолько нудно. А еще грела мысль о менее тотальном контроле со стороны деда, так как завтра он собирался ехать в поселок.
        Вечером вернулись экскурсанты. Уставшие, но довольные. Они наперебой рассказывали о прелестях гор. Хотя, я так понял, в гору они толком и не поднимались. Кальд сообщил, что это действительно горы, а не гора. Просто за горой находится горный хребет, которого нам не видно.
        - Разработку старую нашли, похоже, камни когда-то добывали. Уголь есть. Не скажу, что богатые места, но и не бедные,  - увлеченно делился открытиями старый гном.
        - Ты вроде кузнец, а не рудокоп?  - поддел его дед.
        - А то ты не знаешь, что любой гном разбирается в камне, не как у вас, людей, если пахарь  - то шить уже ни-ни,  - слабо парировал Кальд.
        На следующий день собрались в поселок. Ехали Храм, дед, я, Кальд и Серый. В довесок со мной шли хасаны, ну и, понятно, Нейла. Хотя после нашествия у нее не было ни одного приступа, решили не рисковать. Меня дед изначально брать не собирался, но, поймав нас с Шиваком за травлей баек, решил, что куда быстрее в дороге научит, чем я самостоятельно в крепости обучусь. К тому же хасаны лишними не будут, а Кассы уже два дня нет  - ушла на охоту. Так что моим мечтам о послаблении не суждено было сбыться.
        - Как-то тяжело тебя в этот раз отпускать.  - Софья обвила меня ногами. Перед отъездом мы решили традиционно попрощаться.
        - Ровный,  - раздался стук в дверь,  - твой отец велел тебе передать, что, если сейчас не выйдешь, он пешком тебя заставит остальных догонять!
        - Хорошо, Сайл, скажи, что иду! Ладно, сладкая,  - я чмокнул Софью в ее милый носик,  - мне пора.
        Знать бы тогда, как оно повернется…



        Глава 4
        Светлые

        Дорога в Веселые Травы с телегой растянулась на три дня, за которые дед вбил в меня три плетения. Получались они плохо, но получались, ну или почти получались. Работали с воздушными, как более легкими и одними из самых эффективных. «Кулак», «лезвие» и «щит» вошли в мой арсенал. Если поначалу было трудно, то после «кулака» учеба стала приносить наслаждение. Ну и пускай через «щит» дед проходил, почти не напрягаясь  - сил у меня было мало, но он получался! Искра, кстати, тоже стала увеличиваться, я это заметил еще по рулам. В процессе учебы дед объяснял строения плетений, и я уже с легкостью выделял основные части воздушных.
        Когда дед решил меня поучить воздушным составным, я впал в ступор. Оказалось, что применяемое в амулете-ароматизаторе плетение  - довольно сложная штука. Надо собрать частью «кулака» воздух, а потом размельчить его и создать ароматическую структуру, которая при этом должна выделяться постепенно.
        - Слушай, дед, а кто придумал все эти плетения?
        - Природа, а человек перенял и перестроил под себя.
        - Загадками говоришь?
        - Нет. Какие загадки? Ветер  - это есть воздействие огромного «воздушного кулака».
        - Смеешься. Ветер происходит из-за того, что теплый воздух поднимается вверх.
        - Да какой смех, вот почаще магическим зрением будешь смотреть, и увидишь, что поднимающийся вверх воздух  - это есть не что иное, как простейший «воздушный кулак» в исполнении нитей сил природы.
        - Но ведь солнце нагревает землю…
        - Ты зачем мне это объясняешь? Чем, по-твоему, солнце нагревает землю?
        - Светом.
        - А свет  - это и есть проявление нитей силы! Почему у тебя искра светится? Правильно, потому что в ней сила. Свет всего лишь сопутствует передаче силы. Кстати, именно поэтому природную силу и назвали светлой.
        Мы уже подъезжали к воротам поселка, поэтому разговор пришлось прервать.
        - Да-а-а, лупоглазый,  - не упустила возможности подковырнуть меня Нейла, внимательно слушавшая наш разговор,  - тебе не плетения учить, а книжки для малышей читать!
        На этот раз в поселке обошлось без происшествий. Мы за девятьсот золотых сдали наши трофеи. Львиную долю выручили за шкуру и внутренности дорка.
        - Вот это да!  - Храм уже радовался удачной продаже, он до конца не верил Серому, сообщившему о стоимости шкуры.  - У нас по приезде сюда ненамного больше было.
        Часть денег мы положили в банк, а на часть чего только не набрали  - от одежды до сладостей. Особенно много лакомств купил Серый, оно и понятно, двое детишек.
        Кальд нагрузил телегу по полной: кувалды, молотки, щипцы, новые меха все перечислять долго. Где он только смог это найти! Если бы знали, сколько всего необходимо кузнецу,  - взяли бы две телеги. Потратился он, я так понял, тоже знатно, так как дважды после того, как отец дал ему денег, бегал в банк.
        Купцы, как и сказали орчанки, зелья брать отказались, хотя по их виду было понятно, что очень хотели бы. Ничего, рано или поздно сломаются. В банке нам сообщили о родственниках Нейлы, мол, живы, здоровы, все хорошо. У Нейлы, имевшей младшего брата Мариса, родилась еще сестренка Кайла. Так что она была счастлива до безобразия и, забывшись, даже чмокнула меня в губы.
        После всех дел заночевали в знакомом трактире, где нас явно узнали  - как трактирщик, так и охотники за столами. Но никто даже слова не сказал, хотя косились. Серого охотники, правда, пару раз отзывали в сторонку и о чем-то шептались.
        - Что там?  - спросил я его после одного из секретных разговоров.
        - Спрашивают, как я к вам попал и нельзя ли им в «Проклятый дом».
        - А ты что?
        - Что я им скажу? Сказал, что вы меня сами позвали, мол, охотник крайне нужен был, а я понравился.
        Я хмыкнул.
        - Ну а что сказать  - что сам напросился? Так завтра толпа у ворот будет.
        - Все правильно сделал, Серый,  - одобрил Савлентий,  - и мыслишь верно.
        Договорить деду не дали  - к нашему столу подошел гном и слегка кивнул.
        - Извините, я чуть позже подойду, надо со знакомым переговорить,  - встал Кальд.
        Вернулся он через пятнадцать мер:
        - Да вы и тут успели наследить!
        - Ты о чем?  - спросил дед.
        - Гильдия пришла к управляющему банком и повысила арендную плату.
        - А мы тут при чем?
        - Сказали, что оставят прежнюю, если банк не будет принимать от жителей «Проклятого дома» деньги.
        - Оригинально, и что?
        - Разберусь, не переживайте.


        Утром выехали из поселка в приподнятом настроении. Я съездил к заветному дереву, куда должны были наведываться хасаны. Наудачу они как раз тоже подошли к нему.
        Мы ехали уже полдня, когда дед стал нервничать. Он подгонял нас, как мог. Обедали мы на ходу, спать ложились, когда уже ни зги не было видно. Мои занятия забылись, Савлентий ушел в себя. Но мы все равно опоздали…


        На третий день, к обеду, мы проезжали мимо хутора. Нас окликнул Локк:
        - Ровный, у вас там что-то не так.
        - Почему ты так решил?
        - Да мои к Элю посоветоваться ездили, у нас свеклу и морковь какая-то зараза ест. Их послали подальше, и голос, говорят, незнакомый.
        Мы с дедом переглянулись.
        - Спасибо за новости, можно у тебя телегу оставить?  - спросил Савлентий.
        - Да конечно, оставляйте, места не жалко.
        Пока Серый распрягал лошадь и седлал ее для Кальда (седло выпросили у Локка), я спросил деда:
        - Что думаешь?
        - Чего думать, посылай хасанов, пусть пройдут вокруг, а там посмотрим. Пока не узнаем, в чем дело, соваться не стоит.
        Я объяснил хасанам задачу и назначил место встречи недалеко от «Проклятого дома». Когда добрались до места, молча перебирая в голове варианты, нас уже ждали Новер и Пушистик. Причем последнего было не узнать. Бок кота оказался опален, ухо почти полностью отсутствовало, в глазах светилась ярость, но при этом сам он еле стоял.
        Мне показалось, что Савлентий не выпрыгнул, а вылетел из седла. Он обнял Пушистика, потом, нервничая, обежал вокруг него, осматривая. Пока дед суетился, Нейла подошла к сейшу, взяла его голову руками и заглянула в глаза. Кот замер. Стояли они так меры три. Мы уже начали волноваться и за животное, и за Нейлу, когда она отпустила его голову. Пушистик просто стек к ее ногам, по-другому не скажешь, и мешком завалился на бок. О том, что он жив, говорила лишь равномерно поднимающаяся грудь.
        - Он просто перенервничал.  - Нейлу пошатнуло.
        Теперь уже я стал похож на деда, прыгающего вокруг кота, только вместо Пушистика была Нейла.
        - Сейчас отойду, подождите меру, все расскажу.
        Новер переживал не меньше меня, метался с очумелыми глазами от кота к Нейле, пытаясь при этом лизнуть то одного, то другую. Пока Нейла отходила, появилась Руча. Она сразу скинула мне картинку со щитом светлых и красной тряпкой на воротах крепости.
        - В крепости светлые,  - обреченно сказал я,  - просят переговоров.
        - Касса мертва,  - произнесла Нейла,  - твой отец и Кейн…
        - Что?!
        - Не знаю. Если и живы, то, вероятнее всего, в крайне тяжелом состоянии. Их снесло «воздушным кулаком». Прости. Об остальных не знаю, Пушистик не видел. Его уже сутки отгоняют от крепости «огоньками», поэтому он такой вымотанный. Дед, подкачни ему немного силы. В крепости как минимум два десятка воинов, почти все светлые. Но есть и в легкой кожаной броне, бородатые.
        - Егеря!  - выдохнул Серый.
        - Твари!  - Больше слов не было, от бессилия меня стало трясти.
        Я не заметил, как дед прикоснулся к моей голове…
        Очнулся я, видимо, всего через пару мер, поскольку все находились на тех же местах, единственное  - сменили стоячее положение на сидячее. Рядом лежала Руча. Новер прижался к Пушистику.
        - Ого, шустро же ты, я думал, хоть часть проспишь. А-а-а, Руча…
        Волчица, как нашкодивший щенок, спряталась за меня. Ну как спряталась… попыталась.
        - Зачем?
        - Чтобы остыл, сгоряча ничего нельзя делать. Можно и самому пропасть.
        - Как Пушистик?
        - Нормально, судя по ауре. Новер вон тоже, похоже, старается. Новер! Прекрати! Ему поспать надо, хотя бы немного.
        - Ну что, идем?
        - Куда?
        - На переговоры, куда еще.
        - Я с вами,  - произнес Кальд.
        - Я тоже,  - пробурчал орк.
        - Да я еще с младшим не решил,  - попытался осадить их дед.
        - Ну, между собой вы сами разбирайтесь. А у меня там сын главы совета, который поехал со мной. Если с ним что-то случилось, мне проще самому под молот лечь.
        - Ладно, понял. А ты…  - Дед, похоже, хотел меня оставить.
        - А у меня там отец и жена.
        - Некрос с вами. Едем я, Ровный и Кальд, все остальные остаются здесь, троих разговорчивых хватит. И только попробуй сказать что-то против!  - посмотрев на орка, заявил дед.
        - У меня там жена и дети!  - Серый, скорее, прорычал, чем проговорил.
        - Я сказал  - здесь!
        - Да щас! Вы  - уйдете! А мы тут  - гадай! Не дождетесь! Новер, поднимай Пушистика, все пойдем! Еще не ясно, где безопасней, с вами или тут.
        - Ну хорошо,  - неожиданно сдался Савлентий.  - Норман, оставь с Пушистиком Ручу, кого я меньше всего хотел бы видеть там, так это его. И скажи, чтобы не будила. Храм и Нейла останутся здесь. Здесь!  - глядя на собравшегося возразить орка, прикрикнул дед.
        Новера оставили на опушке в качестве охраны тыла. К замку подъезжали гурьбой, остановились в ста локтях. Дед, казалось, был спокоен, но я видел, как побелели костяшки на кулаке, сжимавшем жезл.
        Какое-то время ничего не происходило. Но меры через три над стеной взвилась красная тряпка, привязанная к палке. Ворота медленно открылись, и из них навстречу нам выехали четыре всадника. Трое из них в пурпурных плащах ехали на полкорпуса сзади. Задавал тон, видимо, всадник на вороном жеребце. Плащ его был серым, с черной широкой каймой. Он остановился в двадцати локтях от нас, красноплащие сразу слегка разъехались в стороны. Видимо, чтобы рассредоточить наше внимание и не перекрыть возможный сектор нападения. В том, что это маги, причем маги-боевики, я почему-то не сомневался.
        - Ну здравствуй, Салий эр Камен,  - поздоровался он с дедом.
        - Не думал, Римик, что когда-нибудь вот так встретимся. Так и хочется тебе всыпать.
        - Не сомневаюсь. Поэтому…  - Маг достал из-под плаща какой-то шар.  - Узнаешь?
        - Конечно. Странно видеть его в твоих руках.
        - Ну, зная твой характер да учитывая, как ты наказал моих ребят на заимке, пришлось подстраховаться.
        - В крепости все живы?
        - Все. Только ваш раб погиб. Не знаю, чем ты его привязал, но это похвальная верность. Да у Ровного с десяток переломов, но я структуры поправил, будет жить.
        Я выдохнул с облегчением. Как бы хорошо ни относился к Кейну, отец дороже.
        - Сейша?
        - Извини, не смогли остановить, она двоих моих положила, пришлось убить.
        У деда ни один мускул на лице не дрогнул.
        - Думаю, магистр Ордена светлых Исварии, карающий ордена, приехал не за моей душой?
        - Оскорбляешь, Савлентий, души - это твоя прерогатива.
        - Для тебя  - эр Камен, тебе ведь не привыкать произносить наше имя, а когда решишь отдать душу, только позови  - я приму.
        - Не надо, Савлентий, ты же все понимаешь…
        - Ладно, зачем приперся, ушастый.
        - Не надо, прошу…
        - Эр Камен,  - подсказал ему дед.
        - Эр Камен,  - послушно произнес маг.
        - Зачем?
        - У меня есть предложение для твоих спутников.
        - Говори.
        - Мне надо, чтобы они съездили в императорский дворец и привезли одну вещь.
        - Всего лишь?  - Дед улыбнулся.
        - Я не буду водить лошадь вокруг водопоя, послушайте меня, а потом примете решение. У меня отец Нормана, так вроде бы зовут молодого человека, который находится рядом с тобой. Вообще-то надеялся на обратную ситуацию, что сын будет у меня, но уж как получилось. А вышло, кстати, даже лучше  - темный маг в дороге ох как пригодится. У меня девушка Нормана. У меня семья охотника, Серелона, кажется. У меня семья вашей ведьмы, извините, что называю вещи своими именами. Я ментально проверил некоторых из ваших друзей. Так что знаю, о чем говорю, хотя и раньше это не было секретом. Я отпущу эльфа, мне с Лесом проблемы ни к чему, но его девушку оставлю, возможно, он согласится идти с вами. Точно знаю, что Храм пойдет  - ради Ровного.
        Маг на пару ударов замолчал.
        - Итого, вас четверо, а с эльфом  - пятеро. Я дам вам пятьсот золотых, хотя понимаю, деньги у вас есть, но на организацию похода выделю. Вот здесь карта и свитки с необходимым описанием того, что вы должны принести, и свитки с описанием возможных опасностей первого и частично второго круга.  - Маг потряс сумкой.  - В третьем никто никогда не был, но он существует, поверьте мне. Выполните мою просьбу  - ваши близкие вернутся к вам, обещаю. Нет  - сами понимаете.
        - Аргеен придумал?  - Невозмутимое лицо деда дрогнуло.
        - Да.
        - Остальных детей отпустишь?
        - Зависит от тебя, Савлентий…
        - Эр Камен!
        - Хватит играть, старый!  - Маг взорвался.  - Сила сейчас на моей стороне. Ты знаешь, что через купол защиты,  - маг потряс шаром,  - твои плетения не пройдут, будь они трижды темными. Чего ерепенишься? Отдашь свитки Аргеена, получишь мальчишек и гнома. Твою внучку, извини, велено доставить в Старкское королевство.
        - Внучку?
        Маг разразился смехом.
        - Ты даже не знал, что под твоей крышей живет твоя внучка?
        - Почему сами в Темные земли не идете, раз это так важно?
        - Обычному человеку не дойти, только одаренному и только темному. А с темными, сам понимаешь, у нас проблемы. Мы пробовали, светлые во втором круге теряют волю и убегают. Для простых людей там слишком резвые животные. Пробовали посылать егерей, но их плетения восприятия в лучшем случае сгорают от переизбытка темной маны, а в худшем  - выгорает мозг. Ну а тут вы появились, вот и возникла идея, почему бы не попробовать? Как понимаешь, братство ничего не теряет, а вы только выиграете. Принесете, можете жить спокойно, все обвинения с твоих спутников снимутся.
        - Не верю я тебе, Римик, давно тебя знаю.
        - А ты мне и не нужен, мне нужны твои спутники. Тебя Аргеен приглашает в гости.
        - Я как старейшина совета,  - спокойно произнес Кальд,  - в исключительном случае могу объявить войну от имени гномов. У вас мой соплеменник и его друзья, освободите их.
        - Ого, а коротышка-то у нас, похоже, птица важная. Шивак… Шивак… А уж не сын ли это Верховного гнома Совета старейшин. Ого…
        - Я Кальд Звонкий…
        - Ладно, ладно. Сейчас мне война с вами ни к чему. Придет время, разомнусь, но не сейчас. Как только эти господа примут решение, не важно, какое, я отпущу гнома. Сейчас дать вам лишнего бойца не могу. Тем более что боец он неплохой.  - Маг вдруг сменил тон на пафосный:  - Официально заявляю, что Шивак, сын Аророна Рыжего, является моим гостем. Так пойдет, Кальд Звонкий? К сожалению, о его спутниках не могу сказать того же.
        - Да.  - Гном потупил взгляд и обратился уже к нам:  - Теперь не могу объявить войну, старейшины не поймут.
        - Нормально, Звонкий,  - довольно благодушно ответил дед, а магу крикнул:  - А если я откажусь ехать к Аргеену?
        - Тебя никто неволить не станет, не имеем права. Но твоим друзьям будет выгоднее, если ты поедешь с нами. Кто присмотрит за пленными?
        - Аргеен, похоже, не хочет засовывать меня в императорский дворец.
        - И это тоже. Я же от вас не скрываю, что там опасно.
        - Нам надо подумать.
        - Хорошо, даю вам время до утра. И сейша своего угомоните, я на него очень зол.
        - А если не дадим ответа до утра?
        - Савлентий, ты-то не малолетка и меня знаешь. У твоих спутников нет выбора. У тебя есть. Да, и еще.  - Маг снял с пояса какую-то цепь и показал нам.  - Чтобы у тебя не возникло иллюзий, если поедешь со мной, это необходимо будет надеть. Извини, моя жизнь дороже.
        Маг развернулся и пошел обратно. Его спутники отступали, не теряя нас из вида.
        - Отпусти хотя бы детей!  - крикнул Серый.
        Маг обернулся:
        - Я высказал свое предложение. Жену ты и другую найдешь, а дети есть дети,  - и, не дожидаясь ответа, продолжил путь.


        Когда вернулись, разговаривать ни капли не хотелось.
        - Ну что? Рассказывайте,  - почти хором произнесли Храм и Нейла.
        Все молчали, подразумевая, что, видимо, все расскажу я.
        - Спасибо за помощь!  - нарочито громко произнес я.  - Тут, Нейла, не все так просто…
        - Давай, лупоглазик,  - она уже поняла, что хороших новостей лучше не ждать,  - рассказывай.
        - Понимаешь… мой отец… и твоя семья тоже… в руках светлых…
        Нейла молчала. Не дождавшись реакции, я продолжил:
        - И они требуют от нас, чтобы мы сходили в центр Темных земель.
        Я был уверен, что начнется приступ, честно, даже приготовился подхватить ее.
        - Дальше.  - Нейла серьезно смотрела на меня.
        - Собственно, все, дальше не знаю.
        Нейла молчала около меры, никто не решился нарушить ее раздумий.
        - Когда идем?
        - Пока не знаю, не согласились еще на поставленные условия.
        - В чем сложность?
        Я мер пять пересказывал наш с магом разговор, а вернее, разговор деда с магом.
        - Ну и что думаешь, дед?  - Хорошо, что вопрос адресовался не мне.
        - Пока ничего не скажу, поехали к хуторянам, завтра утром дам ответ. Храм, съезди к тайнику, который я просил тебя сделать, привези письма Аргеена.
        - Хорошо.
        - А что в письмах?  - Мне было интересно, зачем они магу.
        - Предложение норанскому императору ввести войска в Старкскую империю. Видимо, поэтому темные и блокировали центральный портал в столице.
        - Если мы доберемся до Элискона, сможем активировать портал?
        - Кто бы знал. Столько времени прошло. К тому же надо уметь с ним обращаться, поэтому вряд ли.
        - А где остальные порталы?
        - Все, за исключением гномьего и эльфийского, в резиденциях светлых. Они боялись, что из них пойдут темные. Есть еще в Милойском герцогстве, они тоже не пустили на свою территорию светлых.
        Я внимательно посмотрел на деда.
        - Возможно, ты и прав,  - словно прочитал он мои мысли,  - но как узнать, куда их привезут? Да и сможем ли запустить портал, вполне вероятно, что он вообще разрушен.


        К хутору мы подъехали, когда стемнело. Встретил нас Палт, один из хуторян, знакомых по нашествию.
        - Пустишь?  - спросил дед.
        - Пущу,  - так же кратко ответил он.  - Расскажете, что нам делать?
        - Пока нет. Завтра объясним, но вам точно бояться нечего.
        - Ага, за исключением того, что вы уедете и гильдия вконец обнаглеет.
        На данное опасение мы ничего не смогли ответить.
        Ночь была беспокойной. И дело не в том, что мы спали в недостроенной конюшне. Дед, я точно знал, так как спал урывками, вообще глаз не сомкнул. Перед ним стоял серьезный выбор. Утром проснулись разбитыми.
        Молча умылись и позавтракали. Солнце  - словно сговорилось со светлыми  - не выглядывало из-за туч. Хуторяне накормили нас, словно баронов, чего только не было!
        - Давайте каждый выскажет свое мнение, а потом решим.  - Дед сидел на одном из чурбанов, но их не хватало на всех  - до кучи дров было далеко бежать.
        - Я пойду, выхода нет,  - первым произнес Серый.
        - Я тоже,  - поддержал его Храм.
        Следующим должен был отвечать я.
        - Они сдержат свое слово?
        - Вряд ли,  - прямолинейно ответил дед.
        - Тогда я за то, чтобы отбить пленников.
        - Они наверняка надели на них пояса смерти,  - возразил дед.  - Это то же, что необходимо будет надеть мне в случае, если поеду с ними. Если умирает тот, к кому привязан пояс, ты тоже умираешь. Захочет владелец пояса убить, просто подумает об этом, и ты умрешь. Очень дорогая и сложная игрушка. Кроме того, мы ведь не знаем их силы. Ну, магов я сдержу. Только думаю, у них не меньше двух десятков светлых, если они и уступают егерям, судя по вашим рассказам о вложенном плетении восприятия, то ненамного, плюс собственно егеря. Ну и последнее, у Римика артефакт, уничтожающий любое влияние магии извне. То есть это «щит», который нельзя пробить магией, при этом сам он может ею воспользоваться. Древняя штука.
        - Тогда зачем голосовать?
        - Что делать?
        - Ну, голосовать… ведь мы высказываем каждый свое мнение.
        - Интересное выражение.  - Дед задумчиво посмотрел на меня.  - Я думаю, идти придется. Другого выбора нет.
        - А я думаю, тебе надо принять предложение сына и поехать в гости.
        - Зачем?
        - Узнаешь, куда наших увезли, птицу в «Проклятый дом» направишь. Да и присмотришь за ними. Все шанс. Мы пойдем потихоньку по вашим следам, а там видно будет…
        - Я бы на твоем месте не недооценивал противника, это не кролик, он просчитывает каждый шаг,  - возразил дед,  - думаю, не все так просто. Вас заставят идти в Темные земли.
        - В любом случае ты рядом им нужнее. Не хотелось бы вернуться и узнать, что их уже нет. Да и вдруг чем-то поможешь.
        Дед задумался. Пока он думал, Нейла полюбопытствовала:
        - А при чем здесь твой сын?
        - Аргеен эль Камен,  - равнодушно произнес Савлентий.
        Серый присвистнул, Кальд проигнорировал, видимо, знал, и только Нейла отреагировала словесно, причем в неожиданной форме:
        - Некроса отродье, а я думаю, чего это вы Камена теребите, так, дед, заставь его…
        - Мы не виделись со времен Темной войны,  - перебил ее Савлентий,  - тогда погиб мой внук  - темный. Ты хочешь, чтобы я заставил его? Я даже не уверен, что мы поймем друг друга. Может, конечно, и уговорю, но я очень сомневаюсь в этом.
        Нейла замолчала.
        - Ну, раз отказаться невозможно, то пойдемте, а там посмотрим.  - Как-то сразу стало легче на душе, безысходность если не отступила, то стала казаться не такой беспроглядной.
        Светлый выехал мер через десять в сопровождении все тех же боевиков. Подъехав, как и прошлый раз, на двадцать локтей, Римик начал говорить первым:
        - Не подумайте, что издеваюсь,  - маг кинул нам сумку,  - ответ ваш я уже знаю. Там книга о втором круге, карта Темных земель и план Элискона, столицы империи. На плане отмечен дворец. Плана дворца не сохранилось, но в книге даны подробные описания дороги к читальне, в которой вы и найдете искомый предмет. То, что вы должны принести,  - книга, наименование указано, оно на норанском, но разберетесь. Ваше оружие не тронуто, жезлы тоже оставляю, но по возвращении, если, конечно, вернетесь, отдадите. Все-таки это собственность нашего братства. Деньги возьмете в гномьем банке, лежат на счете Нормана эн Ровена. В сумке амулеты слежения, наденьте. Я смогу узнать, в каком направлении вы движетесь и жив ли обладатель амулета,  - это необходимое условие. Я должен быть уверен, что вы идете к цели. Амулеты прошу надеть при мне, чтобы аура завязалась. Умирать не рекомендую, амулеты дорогие, а после вашей смерти уже не восстановятся.  - Видимо, Римик считал данную фразу смешной.  - Теперь рад выслушать ваши предложения, вопросы и просьбы.
        - Почему мы должны быть уверены, что вы выполните свое обещание?  - скупо произнесла Нейла, поехавшая в этот раз с нами.
        - Мое слово. Больших гарантий дать не могу. Если достанете искомую книгу, она и будет выкупом. Поверь, нам эта книга нужна гораздо больше, чем ваши родственники. К тому же, надеюсь, что Савлентий примет приглашение, он и присмотрит за пленниками. Если вернетесь, пошлете мне птицу, я приеду. Клетка с птицей в доме. По времени вас не ограничиваю, но учитывайте, что скоро мокрый сезон. Тебе, Норман, нужно будет стать темным. В сумке накопитель с темной силой, он поможет. К тому же я вижу по твоей ауре, что ты уже вступил на этот путь. А сейчас наденьте амулеты, их, правда, всего три, и отъезжайте на четыре части пути во избежание глупых действий с вашей стороны. Когда вернетесь, нас уже не будет.
        - Ты обещал отпустить мальчишек.  - Дед кинул свитки магу.
        - Ты принимаешь приглашение?  - Маг нагнулся, подбирая бумаги.
        - Да, но только находиться буду рядом с плененными. Я должен знать, что они живы.
        - Думаю, это выполнимо. Пояс?  - Маг протянул цепь.
        - Обойдешься. За свою жизнь пока не волнуйся, пленные ведь наверняка в поясах и завязаны на тебя.
        - Конечно. Тогда прошу в мой, вернее, в твой дом. А ваших мальчишек и нелюдей сейчас выпустят.
        Дед осмотрел амулеты, кивнул:
        - Сигнальные, привязываются к ауре. Берут небольшое количество силы разумного.
        - Расстояние до нас смогут определить.
        - Нет, но по силе сигнала можно субъективно определить, приближаешься ты или нет.
        Амулеты, представляющие из себя потертые медные треугольники с маленьким камешком в центре, надели я, Нейла и Храм. Никаких визуальных либо тактильных эффектов не было. Маг посмотрел на свою руку. Три перстня вспыхнули синим цветом и погасли. Он поводил рукой в разные стороны, перстни светились, если направлялись на нас.
        - Хорошо. Господин эр Камен, прошу вас…


        - Ну ладно, давай,  - протянул я Савлентию руку.
        Мы сухо попрощались, видимо, сказалось присутствие посторонних. Когда уже собрались разъехаться, я спросил деда:
        - А почему он называет тебя «эром»?
        - Я же не оканчивал академий.
        - Нет, это я понял, почему не «эн», а «эр»?
        - Формально я имею землю, но она на территории темных…  - Дед на некоторое время замер, потом перешел на шепот и скороговоркой продолжил:  - Наш родовой замок в двух днях пути от столицы, я пришлю туда птицу. Найдете по карте. И, Храм, отдашь вещь из второго тайника Нейле. Малик знает, как она работает.


        Сайл, Малик, Эль и Шивак выехали из ворот спустя двадцать мер и галопом поскакали к нам. Из груди Кальда вырвался вздох, даже визуально было видно, что с его плеч словно груз упал.
        - Норман, Храм, как мы рады видеть вас!  - чуть ли не закричал Сайл, при этом голос его срывался.  - Они… Они…
        У Сайла из глаз потекли слезы. Храм снял его с седла и прижал к себе.
        - Они Кейна… и Кассу…  - сквозь всхлипывания говорил паренек.
        - Мы знаем, Сайл, мы знаем,  - успокаивал его орк.
        Шивак и Малик вели себя более сдержанно. Лица парней осунулись.
        - Поехали,  - проговорил я, хотя у самого комок в горле стоял.
        Почти доехав до хуторян, приостановил всех:
        - Дальше поедем я и Храм с Нейлой, остальным не обязательно.
        - Я с вами,  - заявил Сайл,  - фиг вы от меня отвяжетесь.
        - Во-первых, не груби, во-вторых, тебе отдохнуть надо. А нас и троих хватит, Кальд объяснит все, через восемь частей увидимся, таковы условия.
        - А если они снова…
        - Сайл, будь мужиком, держи себя в руках.
        Наши спутники повернули к маячившим вдалеке домикам хуторян, а мы втроем поехали дальше.
        - Ловко он нас,  - произнес Храм, когда мы отъехали.
        - Да, согласен, хоть и урод, но не тупой.
        Сзади послышался топот копыт. Обернувшись, мы увидели эльфа.
        - Я с вами прокачусь.
        Я пожал плечами:
        - Ну поехали.
        Первую меру ехали молча, потом Эль спросил:
        - А где питомцы?
        - Пушистик! Эль, дорогой, мы оставили их в лесу. Хасаны, понятно, послушаются, а вот за кота я не уверен. Он пойдет мстить за мать. Ни одного разумного довода я не смог ему привести, ну, кроме того, что он не справится один. Сгоняй туда. Мы далеко не поедем, через версту остановимся.
        - А как же Римик?  - Храм вопросительно посмотрел на меня.
        - Да пошел он, расстояние все равно не может определить, да и нужны мы ему,  - немного помолчав, добавил:  - пока. Так что, Эль, встретимся на поляне, где корни с Торкой собирали…
        - Конечно, только не уверен, что смогу уговорить Пушистика не делать глупостей.
        - Там дед у светлых, может, остановит его, если ты не сможешь.
        Через полчасти мы завернули на лесную поляну. На разговоры никого не тянуло. Я лежал на траве и наблюдал за божьей коровкой, ползущей по стеблю ярко-желтого цветочка. Точно такие же мы собирали с Софьей в Скользком.
        - Эх, еды не взяли…  - пророкотал орк.
        - Возьми у меня в седельной сумке, там кусок зельеного мяса лежит,  - ответил я ему,  - и флягу захвати.
        - А что в ней?
        - То, что ты любишь.
        - Надо о деле думать, а не пить,  - стараясь говорить сурово, отчитала нас Нейла.
        - Обязательно подумаем, а пока нас, как сопляков, сделали, дай отойти.
        Несмотря на ворчание, Нейла тоже глотнула из фляги и сморщилась при этом, словно водяная крыса.
        - И как вы ее только пьете,  - судорожно вдохнув, прокомментировала она.
        Через две части на поляну вышли хасаны, эльф и Пушистик. Мои опасения были напрасны. Кот подошел ко мне и заглянул в глаза.
        Это нельзя было назвать разговором. Это другое. Это выливание души. Кот плакал. Нет, слез не было, была безмерная тоска… Я обнял голову Пушистика, ткнувшуюся мне в грудь.



        Глава 5
        Подготовка

        Приехали мы, как и договорились, спустя восемь частей, по дороге забрали всех с хутора. Ворота крепости были распахнуты настежь. Ветер, в безмолвии поднимающий легкие клубы пыли с каменной площадки двора, и ярко-красный закат лишь усугубляли ощущение пустоты в «Проклятом доме». Посередине двора лежала куча пепла с обгоревшими костями человека и животного. Сейш подошел к костровищу и стал тоскливо смотреть на него.
        После светлых обстановка в доме была гнетущей. Во всех комнатах наши вещи вывалили на пол. Оружие вперемешку с одеждой, обувью и предметами обихода лежало в одной куче. Видимо, искали письма. На кухне чистой посуды не оказалось. Запах, нет, вонь стояла почище чем после нашествия.
        Серый поднял платьице Марны, валявшееся в коридоре, отряхнул его и аккуратно свернул.
        - Серый,  - спросил я оборотня,  - что нам надо, чтобы отправиться в Темные земли?
        - Да основное почти все есть. Эликсиры и мази надо проверить в зельницкой. У Софьи их много было. Поскольку идем не на охоту, то все нам и не нужны, так, запах отбить. Нейлу надо одеть, броньку какую-то подобрать… В поселок надо ехать, думаю, за день, не считая дороги, подготовимся.
        - Эль, ты с нами?
        - Конечно.
        - Кальд, Шивак, вы уж простите, что так получилось. Если хотите, живите здесь. Так я ваши расходы на кузню покрою. Только не выжить вам вдвоем тут, а мы, чувствую, вряд ли сможем сюда вернуться.
        - Ты не кипятись, Ровный. Молод ты еще и горяч. Подожди пару дней, там и мысли улягутся. Книгу, которую светлый дал, почитай. Может, что дельное написано. За дом не волнуйся, если дашь добро, я, кроме нас, поищу жильцов за умеренную плату. Хуторяне, возможно, согласятся, так и так платят за землю. Сможете вернуться  - будет вам обжитой угол, не сможете  - разумным добро сделаете. Так что за нас не переживай. О деле думай, но не так, как сейчас. Не на ярмарку едете.
        - Правильно Кальд говорит,  - поддержала гнома Нейла,  - тебе еще темным надо стать.
        Я потянул силу из меча, по телу пробежало тепло.
        - Давайте приберемся,  - орк потеснил меня, прошел на кухню,  - поужинаем, завтра Кейна с Кассой похороним, а там видно будет.


        Я монотонно перебирал вещи в нашей с Софьей комнате, аккуратно сворачивая их и одновременно слушая рассказ Малика.
        - Они появились внезапно, видимо, под амулетами отвода глаз шли. Мы заметили их, когда трое уже начали открывать ворота. Касса с твоим отцом и Кейном бросились к ним. Но в ворота вошел Римик и послал из жезла «воздушный кулак». Кейна с Рамосом сразу отбросило назад, удар был очень сильным, а подбежать они успели почти вплотную. Кейн разбился насмерть, а у твоего отца куча переломов. Сейшу тоже откинуло, она села, но тут же бросилась на светлых. Тут боевики уже вчетвером ударили в нее сначала «огоньками», а потом еще чем-то припечатали. Я не успел понять, чем, меня Эль в дом затащил.  - Малик начал поднимать упавший шкаф.
        Я помог поставить его на место.
        - Ну а дальше,  - продолжил он,  - мы пытались достать их из окон, но они под «щитом» каким-то шли, все наши «огоньки» просто растекались по нему, а вот их маги пару раз хорошо попали. Софье руку обожгло, Аллойя от воздушного удара сознание потеряла. Только стрелы Эля пролетали через «щит», но при этом теряли скорость. Поэтому их егеря просто отбивали руками. В общем, зажали нас в одной из комнат, как мы тогда гоблинов. А потом Римик ментально так ударил, что мы все чуть сознание не потеряли. Дальше ворвались егеря, причем не с мечами, а с палками, окованными железом, и взяли нас. Да и кого брать-то… из нормальных бойцов Эль да Шивак. Эль одного успел приложить искрой, жаль, что не насмерть, а двое других дали ему палками по голове и в живот. А вот Шивака долго не могли взять. Он два меча раскрутил  - как щит получилось. Маги решили жезлом его припечатать. Но Римик не дал. Он взял Софью за волосы и нож к горлу приставил. Говорит, если не сдашься  - убью ее, прекратишь сопротивляться  - все останутся живы. Шивак и опустил мечи. Так потом и ждали, пока вы приедете. Всех, кроме гнома и Эля, ментально
проверил Римик, после того как письма какие-то не смогли найти. Мы думали, они и вас захватят, переживали.
        - А Яля?
        Малик замолчал.
        - Что молчишь?
        - Не знаю, где она была во время нападения. А потом со светлыми… Пыталась раз поговорить со мной, я отказался. А Аллойя разговаривала с ней, говорит, она не виновата.
        - Понятно, ты сильно на нее не дуйся. Возможно, так и есть.
        - Тогда почему со светлыми?!
        - Она дочь Аргеена эль Камена.
        Малик промолчал пару ударов сердца.
        - Так, значит, она внучка деда?
        - Да.
        - Шесть лошадей увели, тех, что получше, в том числе и Барса, одну пустили на мясо,  - сообщил заглянувший в комнату Эль.  - Храм говорит, оружие не тронули.
        - Это хорошо, сдержали, значит, слово,  - прокомментировал я равнодушно.
        Когда стемнело, собрались за столом. Изысков не было, каша, салат и вареные яйца. Куриц Серого трогать не стали, их количество и так ополовинили светлые. Несмотря на усталость, есть особо не хотелось. Я разлил остатки настойки по кружкам. Молча выпили, потом, вяло работая ложками, поели. Аппетит только у орка был здоровым. Остатки недоеденной светлыми лошади поделили между хасанами и сейшем.
        После того как все разбрелись по комнатам, я вышел на крыльцо с кружкой отвара и сел на каменные ступени. Ночь была тихой. Сестры на небосклоне залили двор серебром. Кузнечики стрекотали в ветвях зеленого навеса.
        Сзади раздался стук каблуков Нейлы, она оперлась руками о мои плечи.
        - Все будет хорошо, лупоглазик. Мы их заберем обратно.
        - Очень надеюсь.
        - Иди спать.  - Она поцеловала меня в макушку и ушла.
        Допив отвар, я отправился в комнату. Мою кровать заняла Нейла:
        - Ты с Маликом спишь,  - махнула она рукой на пол, где раздавалось сопение артефактора,  - я одна спать в комнате не буду.
        Поскольку заявление прозвучало безапелляционно, я, сделав пометку об установке еще двух кроватей, потеснил пробурчавшего что-то Малика.


        Кавалькада светлых выехала из «Проклятого дома» через две части после отъезда Нормана со спутниками. Почти сразу свернули в сторону. Во главе ехали егеря, ведя сквозь лес цепочку лошадей только по им одним известным ориентирам. Руки Лои и Софьи заковали в кандалы, судя по эманациям, ощущаемым Савлентием, и накопителю на цепи, кандалы были магическими и высасывали силу из одаренных. Поэтому выглядели девушки бледно. Ровного везли верхом. Именно везли, так как лошадь шла на поводу, а сам воин находился на грани небытия. Римик изредка подъезжал ко всем по очереди, у одних выкачивал силу из накопителя кандалов, а другим подкачивал ее. В иных обстоятельствах этот симбиоз показался бы смешным. Фална ехала самостоятельно под присмотром одного из светлых, а ее детей везли, посадив перед собой, воины.
        - Ровного хотя бы в телегу положите…  - подъехал Савлентий к Римику.
        - Будет телега, даже карета будет, вот только до кордона егерей доберемся, а пока пусть терпит, нечего было на нас кидаться.
        Дед отъехал от мага. Светлый, приставленный к нему, дышал чуть ли не в спину.
        - Ну что? Давай еще раз знакомиться, внучка,  - подъехал к опустившей голову Яле Савлентий.
        С Софьей и Лоей он успел переговорить еще в крепости, а вот с Ялей как-то не удалось. Девчонка посмотрела на него исподлобья.
        - Давай. Ялийя эр Сонет.
        - Салий эр Камен,  - так же официально произнес дед.  - А чего Арг пожалел тебе свою фамилию?
        - Они с мамой не были женаты. Да и я не хотела лишнего внимания, так проще. А почему тебя все Савлентием зовут, если бы Салий, я бы догадалась, отец о тебе рассказывал.
        - Это прадед меня так звал, а мне нравилось, он хороший был, вот и называюсь так.
        - Дед, ты-то мне веришь, что это не я… ну…
        - Сдала светлым?
        - Да.
        - Верю.
        - А Малик с Лоей не поверили…
        - Главное, что ты это знаешь. А значит, рано или поздно и другие поверят.
        - Дед, а можно я к тебе?  - попросился Карн.
        - И я тофе!  - раздался голосок Марны.
        - Сейчас узнаю.  - Савлентий проехал вперед.


        Похоронить Кассу и Кейна решили на поляне, у дороги в крепость. Второй раз в жизни я копал могилу. В этот раз могилы были маленькими, для костей много места не надо. На надгробия поставили камни, притащили их волоком по круглым поленьям.
        После похорон собрались на совет.
        - Начну с главного,  - сказал на правах хозяина дома,  - едут в Темные Храм, Эль, Нэйла и я. Хасаны и сейш отправятся с нами, Пушистика я уже спросил.
        - А мы?  - задал вопрос Малик, подразумевая себя и Сайла.
        - А вы не идете. Что делать с вами, подумаем отдельно, в зависимости от решения гномов. Либо здесь останетесь, либо в поселке снимем для вас дом ну или комнату.
        - Зачем снимать,  - удивился оборотень,  - у меня дом в поселке. Жильцов выселим, да и все.
        - Почему Нейла идет, а я нет?  - снова влез Малик.
        - Ты светлый, туда светлым нельзя.
        - Ты тоже. Насколько я понял из слов Храма, вы идете к одному из самых совершенных артефактов, при этом артефактора оставляете дома. Это все равно что идти к замку без ключа.
        - Малик, еще раз говорю, светлым туда нельзя. Я для того, чтобы пойти туда, стану темным.
        - Так и я могу из твоего меча силу брать, я пробовал, не умер.
        - Я не понял, у тебя что, инструкция имеется  - как стать темным? Откуда знаешь?
        - Сайл рассказал.
        Я посмотрел на Сайла.
        - Ну-у… вы как-то с дедом говорили…
        - Понятно, подслушал.
        Сайл потупил взгляд.
        - К этому вопросу вернемся потом. А сейчас другой вопрос  - вы не передумали?  - спросил я у Кальда.
        - Нет, останемся здесь. Я съезжу с вами в поселок, пара гномов с семьями, думаю, приедут сюда, а дальше посмотрим.
        - Зачем тебе этот дом, только честно?
        Гном замялся. Я продолжал смотреть на него.
        - Потом скажу.
        - А я тоже с вами поеду,  - заявил Шивак.
        - О, еще один. Сайл, а ты чего молчишь, тоже ехать собрался?
        - Я бы поехал, если бы оружие хотя бы как Нейла держал, а так стану обузой.
        - Вот учитесь, у младшего мозгов больше, чем у остальных. Там опасно, Шивак, я буду рад твоей компании, лишний воин нам не помешает. Но подумай еще раз, вон Кальд зло на тебя смотрит, с ним переговори. Он, между прочим, чуть войну из-за тебя не объявил. Вечером скажешь о своем решении. А я сегодня переговорю с хуторянами, чтобы они сюда переехали.
        - Не надо, я сам поговорю,  - возразил Кальд,  - я ничего не имею против твоей способности договариваться, но отцовской хватки у тебя пока нет, так что лучше я.
        - Ну хорошо. Серый, готовь список необходимого, думаю, завтра опять съездим в поселок.
        - Послезавтра,  - возразил Кальд.
        Я вздохнул:
        - Почему?
        - Сегодня хуторяне обдумают, завтра согласятся и переедут сюда, кто-то из них, возможно, с нами отправится за семьями. А здесь будет кому за домом присматривать, а так  - кого оставим? Сайла с Маликом?
        - Шивак, Эль, Храм.
        - Замечательно. Трое взрослых и двое детей на всю крепость. Послезавтра поедем, пока не горит, темным давай становись.
        - Ладно,  - на сердце из-за такого развития событий скребли кошки, но кое в чем гном был прав.  - Ну тогда, думаю, все. Остальное мы с Нейлой и Храмом обсудим.
        Все начали расходиться, Кальд сразу утащил Шивака, видимо, промывать горячую голову. Остались я, Храм, Нейла, Серый, Эль и Малик.
        - А ты тут зачем, дел нет?  - спросил я у последнего.
        - Ты сказал  - потом поговорим, вот я и остался…
        - Не сейчас, Малик, я твои доводы услышал, зерно истины в них есть, но становиться темным  - значит, всю жизнь прятаться, а это непростой выбор. Сейчас ты думаешь так, потом пожалеешь. Давай все взвесим  - и ты, и мы. Время пока есть.
        - Хорошо, я все равно вас послушаю, можно? Вы ведь и о темном жезле будете говорить, а мы с Лоей его изучали.
        - Некрос! Жезл!  - воскликнул Храм.  - Вы пока совещайтесь, я за жезлом сбегаю. Возьму Новера?
        - Конечно.


        Совещание было коротким, решили, что, пока Серый и эльф составляют список необходимого, в том числе и бытовых предметов, Нейла и я прочтем книгу Римика. Малика отправили готовить обед, чтобы неповадно было перечить старшим.
        - Давай начнем не с книги, а с тебя. Ты попробуешь взять из меча побольше темной маны, а я буду страховать. Как почувствуешь, что плохо, кивни. А я тебе светлой дам, у меня темной силы почти не осталось.  - Предложила Нейла.
        - А куда она делась?
        - Организм забрал, наверное, сейчас вокруг светлая сила, и во мне тоже светлая.
        - Подожди.  - Я сосредоточился и перешел на магическое зрение.
        Потоки Нейлы были почти такими же, как и раньше. И только если внимательно присмотреться, различались сгустки, пульсирующие темно-алым.
        - Это что выходит, чтобы получались темные плетения, надо где-то темную силу добывать?
        - Вот так и становятся некромантами. Ладно, давай тяни из накопителя.
        Нейла не успела подстраховать. Очнулся я в четвертой четверти дня с головной болью. Ладно хоть встать смог. В области искры неимоверно болела грудь.
        На кухне, куда я зашел, перекусывал эльф. Он усмехнулся:
        - Слушай, девица, а в Темных землях ты тоже по половине дня отдыхать будешь? Мы так никогда до столицы не дойдем.
        - А если ты продолжишь так же жрать, мы с голоду умрем. Сейчас метну в тебя «прах Некроса», будешь знать.
        Эльф засмеялся:
        - Ну не все так плохо, как показалось с первого взгляда,  - шутишь, это уже хорошо. Садись поешь, картошка уже остыла. А плетения такого нет, есть просто «прах». Ничего, подожди, скоро тебя за уши не оттащишь от темной силы. Аж потряхивать начнет, когда почувствуешь.
        - Ты-то откуда знаешь?
        - Видел, как на войне темных пытали. Наполнят светлой силой по самое не хочу, и накопитель с темной маной рядом положат, самые стойкие по три десятины держались, потом так выворачивать начинало, что ментальные блоки спадали, тут их менталисты и потрошили.
        Я молча смотрел на него.
        - Чего смотришь? Думаешь, война это игры?
        - Да нет, Эль, я все понимаю, просто никак не могу привыкнуть, что тебе за восемьдесят.
        Эльф улыбнулся.
        - А где все?
        - Кальд хуторян с хозяйством знакомит. Он, по-моему, тот еще жук. Хуторские в два раза больше платить согласились, когда он им подвал показал. Да, кстати, Шивака гном отговорил ехать.
        - И то хорошо, плохо, конечно, но хорошо.
        - Нейла книгу изучает, я к ней заходил  - довольно интересная, сейчас снова к ней пойду.
        - Кто интересный  - книга или Нейла?
        - Да если бы не Лоя, я бы за Нейлой приударил, она, конечно, мелкая, но симпатичная.
        - Так приударь,  - довольно резко сказал я, боль в груди не проходила, что порядком нервировало.
        - Не бей по больному, Ровный, тебе не идет. К тому же она в тебя втрескалась по уши. Да и ты, смотрю…
        - Все всё знают, кроме меня. А остальные что?
        - Храм и Серый перетрясают охотничье снаряжение, оказывается, столько всякого барахла надо брать с собой… Одни только сетки от змей чего стоят! Мелкая такая ячея, потом увидишь. Ладно, ешь. Я пошел.
        Только эльф вышел, я согнулся в три погибели, боль в груди была дикой. Через силу удалось впихнуть в себя немного картошки. После еды вроде полегчало, уже прогресс. Надо поаккуратней с темной маной, лучше вечером тянуть. Налив отвара, вышел во двор. Около крыльца стояли Кальд и хуторяне.
        - Привет, Ровный!  - крикнул Палт.
        Я спустился и поздоровался с мужиками.
        - Может, отвара, покормить не предлагаю, еще не готовили.
        - Да не-э-эт. Мы пойдем вещи собирать. Завтра переедем к вам. Дома, правда, жалко, почти достроили.
        - Чего жалеть, предложите кому-нибудь снять или продайте.
        - Дельно говоришь, подумаем.
        Допив отвар и посидев мер десять на крыльце, пошел искать Нейлу и эльфа. Найти их удалось в комнате деда. Поскольку окна в доме были узкими, а на улице вечерело, они под «светляком» изучали не очень толстую книженцию.
        - Что пишут?
        - Отошел, надо нам как-то поаккуратней.  - Нейла даже не оторвалась от книги.
        - Ты не представляешь, насколько я с тобой согласен.
        - Что, плохо? Ну иди сюда, помогу.
        Она не глядя, одной рукой ливанула в меня силы.
        После светлой прохлады полегчало.
        - И чего, даже не посмотришь на меня?
        - Зачем, когда ты без сознания был, осмотрела, нормально все, искра начала изменяться. Ты, кстати, чего, Малика решил взять?
        - Почему так думаешь? Еще не знаю.
        Нейла оторвалась от книги.
        - Он только что приходил, состояние чуть лучше, чем у тебя. И темной силой от него волочет за версту.
        - Некрос!.. Уши оборву! До меча добрался! Ведь всего на пару мер оставил,  - воскликул я, осознав, что клинка на поясе нет.
        - Вам скоро Темную академию открывать придется,  - эльфа явно веселила ситуация,  - первый курс уже набран.
        Я поковылял за мечом, ну и за Маликом. Надо было что-то решать.
        - Малик, ты понимаешь, во что ввязываешься.  - Артефактора я поймал в соседней комнате, он внимательно вглядывался в предмет на столе.
        - Конечно. Участвовал в убийстве светлых. Трижды. Собственно, у себя дома, при моем освобождении и в Скользком. Объявлен колдуном. Если сейчас мы сможем спасти Софью, меня объявят святым страдальцем за светлое дело! Даже я понимаю, что нас не оставят в живых, поскольку мы много знаем. Название книги, за которой мы…  - тут артефактор сделал паузу,  - идем, «Трактат о переносящих артефактах». Порталы, им нужны порталы. И я хочу приготовиться к тому моменту, когда мы в следующий раз встретим светлых! А не выглядеть мальчишкой, которого отпинали, как последнего щенка.
        - Месть за родителей?
        - И это тоже!
        - Будь по-твоему. Силу брать только под присмотром Нейлы.
        Малик был прав. Прав во всем.
        - Иди сюда лучше. Смотри…
        У Малика в руках поблескивал жезл черного цвета. Рукоять испещряли изображения черепов и зверей. Набалдашник размером с мой кулак был не абсолютно гладким, как жезл светлых, а рифленым, из-за чего казался матовым и отличался от рукояти. В навершии  - четыре камня.
        - Дед еще до прихода светлых давал его нам с Лоей, чтобы разобрались. Но светлая сила в нем не действовала. Открывала плетение «кулака», и все. Я сейчас накачал его темной силой вперемешку со своей. Он весь в паутине каналов! Я даже не могу представить, что он может!
        - Вообще-то дед сказал отдать его Нейле, у тебя-то он как оказался?
        - Храм попросил ей передать.
        - Ну и как ты будешь с ним разбираться, если темных плетений не знаешь?
        - Дед Нейле древнюю книгу дал, там разные плетения. Она ее тебе еще не показывала?
        - Нет.
        - Странно. Собиралась. Пойдем к ней.  - И Малик направился к выходу.
        - Вы чего, с жезлом прямо так бегаете?
        - Да, а что?
        - Так у нас хуторяне были, я не уверен, что они уже ушли.
        Малик стянул с кровати покрывало и завернул жезл.
        - А, ну да, вон она лежит,  - Нейла с Элем все еще сидели над книгой Римика,  - дед сказал тебе дать, когда силой овладеешь. Но, думаю, времени нет, так что бери, читай, хотя толку от тебя мало, не учишься ничему. Тебя бы в академию, там за ночь перед экзаменом не такое изучали.
        Мы с Маликом вышли из комнаты и тут же напоролись на Шивака.
        - Тут, понимаешь…  - начал он.
        - То, что не идешь с нами в Темные земли, уже знаю, не переживай, в отсутствии смелости или решительности тебя никто не обвинит. Это разумно, нечего рисковать просто так.
        - Ну так ведь друзья…
        - Дружба не в том, чтобы топить своих друзей. Дружба  - это когда можешь понять друга, так что не заморачивайся, я тебя понимаю. А сейчас прости, правда некогда, вон мегера на меня ворчит.
        - Ровный!  - раздалось из комнаты.  - Я тебе сейчас подпалю кое-что!
        - Ладно, я пошел.


        Книга оказалась толще, чем моя, раза так в три. Но Малик не дал мне ее читать, углубившись в поиски плетений жезла. Я же занялся изучением своей. После первых выученных с дедом плетений дело пошло полегче, я уже стал понимать принципы их построения.
        Через пару частей вошел Храм:
        - Не дом, а читальня! Куда ни зайдешь, все в учебе. А бедный орк должен всех обслуживать. Пойдемте есть.
        - Ну, что вычитали?  - спросил я у Нейлы и эльфа, когда мы закончили стучать ложками.
        - Темные земли довольно субъективно делятся на три круга. Уберите тарелки.  - Нейла достала карту и разложила на столе.  - Первый круг понятен. Самое опасное  - это зверье. Мы в его описание не стали углубляться, думаю, лучше Серый почитает и все нам объяснит. Второй круг уже интереснее. В нем существует воздействие на разумных. Обычным разумным просто неуютно, светлых  - так вообще гонит из него необъяснимый страх. Звери из первого круга туда заходят, но неохотно. Основные отличия от первого круга  - наличие темной маны в воздухе. Об обитателях сказано, что там очень любят селиться вампиры. Описана пара зверей, которые не заходят в первый круг, пока нет нашествия. Один из них голдин  - внешне и умом похож на гоблина, но размером с орка и может ударить ментально. Рекомендуется надевать металлические шлемы, чтобы смягчить воздействие. Второй зверь  - здоровая змея, которая притягивает к себе, опять же ментально, а потом душит и съедает. Предположительно могут встречаться здоровые пауки, опять же, предположительно  - с ментальным воздействием.
        - Откуда они знают?
        - Вот этого в книге не сказано. Реакция зверей второго круга увеличена до уровня одаренного. Третий круг  - полная загадка. Но возможно появление тварей без души, живущих на темной мане. И воздействие этой самой маны там огромно. Поскольку того, за счет чего существуют эти твари, там много, это крайне живучие создания.
        - Прямо книга предсказаний.
        - Можешь догнать Римика и сказать ему это лично,  - прервала меня Нейла и тут же продолжила:  - Указано несколько мест в первом круге и одно во втором, где относительно безопасно можно переночевать. Не рекомендуется приближаться к воде, там тоже есть живность. Названа общими словами  - рыбьи твари. Представляют из себя водоплавающих с лапами. Пасти огромные, прокусывают днище корабля. Во втором круге встречаются ядовитые растения, которые, если прикоснуться, выбрасывают колючки. Яд не смертельный, но может парализовать на пару суток. Животные в Темных землях особенно активны ночью. Употреблять в пищу почти ничего и никого нельзя или не рекомендуется. Исключение составляют водяная крыса, хорлы и еще пара зверей первого круга. Хорлы, кстати, единственные, кто живет и в первом, и во втором кругах.
        - Ну кто бы сомневался, явно родственники крыс,  - прокомментировал Храм.
        - Врут они,  - вставил свое слово Серый,  - в первом круге с десяток, если не больше, животных, которых можно есть. И травы съедобные растут.
        - Поверим тебе,  - усмехнулся орк,  - будешь пробовать, а мы через часть, если не умрешь,  - есть.
        Серый пожал плечами.
        - Ну, собственно, все. Указана дорога, по которой лучше идти, но она далеко, до нее точно десятину добираться. Рассказано, как найти читальню и как из простого светлого наименее безболезненно и быстро сделать темного. Ах да, первый круг можно по прямой пройти за семь дней, второй  - за пять и третий  - предположительно за три. Но данные не точны, поскольку четкой границы между кругами нет, да и не ходил туда никто.
        - Понятно, маршрут завтра по дороге в поселок обдумаем. Что там надо, чтобы потемнеть?
        - Порошок эльфийского корня и вливать силу  - не чистую темную, а вперемешку со светлой. И вливать надо в обессиленного, чтобы организм сразу сглатывал.
        - Сколько раз надо влить?
        - Написано  - для каждого индивидуально, от одного раза до десяти.
        - Малика тоже придется темным сделать.
        - На двоих может темной маны не хватить, у Римика там не накопитель, а баловство.
        - Не хватит, в темных закончим процесс перехода. Малик, а ты смотрел амулеты, которые на нас нацепил Римик?
        - Да. Мне не снять. Вернее, снять можно, но тогда он сигнал подаст. И если аура затухать начнет, тоже просигналит.
        - Может, как-то подделать ауру…
        Нейла с Маликом посмотрели на меня как на дурака.
        - Ну нет так нет, чего вы? А сигнальные устройства, охотничьи амулеты, чтобы действовали на более дальнее расстояние, можно сделать? Ведь от этого сигнал далеко идет.
        - Надо посмотреть, не думал.
        - И потом, Серый, хорошо бы систему букв проработать, охотничьи амулеты мы завтра еще купим.
        - Какую систему?
        - Ну, например,  - я стукнул раз по столу, потом быстро еще два раза,  - это будет буква «Е», просто два раза «Б», ну и так далее. Проработаешь, на листочке нарисуешь, амулет памяти есть, будем хоть переговариваться, если перестанем видеть друг друга. Да и беззвучно, опять же.
        - Ладно,  - задумался оборотень.
        - А ты как обессиливать себя будешь?  - спросила Нейла.
        - Да есть у меня один способ…  - Я покосился на Храма.
        Тот оскалил клыки, заметив взгляд.
        - Сейчас, только за порошком корня схожу, я его в свое время мешок натер для Софьи. Никому ничего зарядить не надо? Ведь силу, я так понимаю, тоже придется сбрасывать?
        Нейла кивнула.
        - Сейчас принесу,  - оживился Кальд.
        Пока я ходил за порошком, Кальд принес с десяток амулетов. И откуда только он их взял в таком количестве? И разжигающие, и осветительные, и от комаров, даже один для ароматизирования. Зарядив ворох металлических побрякушек (при этом в голове пронеслось: «А искра-то подросла!»), я оказался пуст. Малик в это время заряжал амулеты, найденные в доме. Остаток слил в меч Лекама, хотел присвоить его, да Нейла отобрала.
        Храм старался. Оказалось, истощить организм не так-то просто. Мы бегали, прыгали, отжимались. При этом все делали непрерывно. Я потерял счет времени, уже была глубокая ночь, когда Малик упал. Нейла тут же подбежала к нему и сунула в руки мой меч. Сама непрерывно подкачивала в парня силу. Потом еле забрала меч из сжавшихся рук артефактора.
        Со мной оказалось сложнее.
        - Знаешь,  - приговаривал Храм,  - я сейчас жалею, что когда-то натренировал тебя.
        Когда небо начало алеть, я в очередной раз споткнулся и упал. Встать сил не было.
        - Нейла!  - крикнул орк спящей ведьме.
        - Что?  - раздался заспанный голос.
        - Готов!
        Нейла, шаркая ногами, подошла ко мне:
        - Ну ты даешь, лупоглазик, я тебя вместо коня использовать буду. Держи, только медленно тяни, не торопись.  - Она перевернула меня на спину.
        Я, не вставая, взял рукоять меча. Вот как объяснить… Когда долго-долго сдерживаешь дыхание и находишься уже на грани своих возможностей, тебе говорят: «Ты потихоньку воздух вдыхай». Ага, сейчас. Но я честно пытался.
        - Храм, забери у него меч, он не отдает, опять уйдет…
        Храм нажал на кисть руки так, что меч выпал сам. Я смог удержать сознание, а это уже достижение. Уснул, конечно, тут же, но уснул  - а не провалился в небытие.
        Разбудили меня через две части. Тело ныло, как будто я всю ночь мешки с песком таскал, но грудь не болела. Голова тоже не гудела колоколом. Я, еле передвигая ноги, добрел до кухни. Малик уже был там. При этом спал, сидя за столом, подложив под голову руки вместо подушки.
        - Не спать,  - толкнул я его.
        - Ровный, иди…
        Пришлось отвесить смачный подзатыльник.
        - Давай поедим. А тебя чего подняли? Ты же не едешь с нами.
        - Сначала надавал заданий,  - Малик протер глаза,  - а потом спрашиваешь. Пойду дальность охотничьих амулетов увеличивать, попросил эльфа разбудить. А он меня с рассветом поднял. Я только на кухне понял, что рано. Ну и снова уснул.
        - Как себя чувствуешь?
        - Как осел, выигравший скачки.
        Я улыбнулся:
        - Выглядишь так же.
        - Да чтоб тебя…  - Малик остановился на полуслове, увидев занесенную для подзатыльника руку.
        - Легенды мне тут не рассказывай, над дальностью амулетов он собрался поработать. Сейчас выедем за ворота, и сразу уткнешься в жезл. В доме хоть не возись с ним, в пристройку иди. Разнесешь творенье гномьих рук  - Кальд тебе кирку кое-куда вставит.
        - Ла-а-адно.


        - О, темные маги уже на ногах!  - В кухню забежала Нейла, потрепала мимоходом волосы Малику.  - Чего такие кислые?
        - А ты чего такая бодрая? Вроде тоже полночи не спала.
        Нейла усмехнулась, подошла ко мне вплотную и ливанула в меня силы. Тело словно молниями пронзило, но так приятно-приятно.
        - Ты опять меч оставил, я не удержалась.
        - Вы это… хоть бы меня постеснялись, сестру светлые захватили, а они уже милуются.
        Я посмотрел на Нейлу  - ситуация действительно складывалась двойственная. Она стояла почти вплотную, положив руки мне на грудь. А я, видимо, когда получал силу, схватил ее за плечи.
        - Дай ему тоже, а то не в ту сторону думает.
        Нейла подошла к Малику со спины, положила руки на грудь и выпустила силу. Видимо, Малику было не так приятно, как мне, так как он закричал. Когда отошел, заговорил скороговоркой:
        - Предупреждать надо, больно же.  - Он потер рукой грудь.
        - Ну, видимо, ты еще не темный,  - сказала Нейла, схватила со стола яблоко и выбежала из кухни.
        - А тебе  - не больно?
        - Нет, приятно. Давай поедим?


        Выехали мы спустя часть, при этом Кальд ворчал, что приедем поздно и ничего не успеем. Хуторян с собой звать не стали, Кальд сказал, что они на подводах поедут, а это долго. Кроме наших лошадей взяли двух вьючных. По дороге Нейла продолжала учить меня плетениям.
        - Сделай «огонек»,  - с хитринкой произнесла она.
        Я меры три, остановив Аравина, под ее заливистый смех крутил пальцами, прежде чем структура плетения была закончена. Наполнил силой. Над рукой сиял темный шарик. Почти один в один как у деда.
        - Это что?  - шепотом произнес я.
        - «Прах»,  - хохоча, ответила Нейла.
        - Но я же делал «огонек»?
        - Выбрось, а лучше втяни силу обратно, я объясню.
        Я втянул большую часть силы, плетение распалось.
        - Я тоже в первый раз не поняла, дед сказал, что светлые плетения темной маной можно напитывать, но от некоторых из них эффект будет другой. Как, например, от «огонька». Хотя он еще сказал, что это тоже огонь, но немного другой, концентрированный.
        - А как же дед делал и то, и другое, ведь получается, если наполнен темной маной, «светляк» не будет светить?
        - Ага, я тоже спросила. Сказал, что, когда научимся пользоваться обеими силами, он расскажет, как держать в себе обе, и при этом прятать одну под другой. Но я тебя не за этим просила «огонек» сделать. Смотри.
        Она в течение двух ударов сердца создала темного «светляка».
        - Быстро, я «огонек» не могу так быстро сотворить, а составное плетение, как это, тем более.
        - Вопрос не в том. Плетение, если его представить над рукой, как бы само появляется. Это на втором курсе объясняют. Но представить нужно так, словно ты его пальцами сплел, только в голове. А для этого требуется несколько тысяч раз повторить его пальцами, чтобы запомнить последовательность. Даже магистры не могут избежать этого при изучении новых плетений. Все плетения не запомнишь, но те, которыми часто пользуешься или нужно сплетать быстро, например, боевые, необходимо запоминать.
        - А чего мне Лекам об этом раньше не говорил? Да и дед тоже?
        - Потому что тебе еще рано, ты плетешь-то порой с ошибками, а надо безошибочно. Вот смотри, медленнее покажу.
        Я сконцентрировался и через пять мер смотрел магическим зрением. Линии силы из пальцев Нейлы сами собой поворачивались и свивались, она лишь слегка подталкивала их.
        - Но ты все равно пальцами толкаешь.
        - Конечно, в действительности пальцы запоминают, и уже не надо доводить движение до конца, получается быстрее.
        - Мышечная память?
        - Ну хотя и странное выражение, как у мышц может быть память, но пусть будет так.
        - Давай наших догоним.
        Серый и Кальд уже превратились в маленькие фигурки. Мы пустили лошадей галопом, пытаясь обогнать друг друга. Руча, отправившаяся в этот раз с нами, тоже решила поучаствовать в скачках и сделала нас корпусов на пять, при этом было понятно, что она не очень-то напряжена и может быстрее.
        В поселок прибыли, когда уже закрывались ворота. Заплатив положенные поборы, проехали в трактир. Сняв комнаты, которых осталось всего две (оказалось, тут наплыв купцов после нашествия), спустились в зал на ужин. Зал из-за позднего времени был полон. Разумные собрались пятьдесят на пятьдесят  - половина охотников, обмывающих хорошую продажу добычи, половина купцов, соответственно обмывающих хорошие сделки.
        Стол для нас освободил все тот же трактирщик, причем на этот раз он был особенно вежлив. Мы заказали по порции свинины в соусе с овощным гарниром (крупа надоела). Ну, конечно, по паре кружек пива, причем сгоряча посчитали Нейлу в этом плане полноценным разумным, то есть на нее тоже заказали две кружки.
        Причина лояльности трактирщика выяснилась к середине ужина. В трактир явился управляющий гильдией и подошел к нашему столу.
        - Разрешите присесть, господин Звонкий.  - Управляющий явно игнорировал наше присутствие.
        - По отношению к гному обращение звучит нелепо,  - ответил Кальд.
        - Извините, уважаемый.
        - Присаживайтесь, господин Ноуран. Я правильно сказал?
        - Да, конечно. В прошлый раз произошли некоторые недоразумения, мне бы хотелось их исправить.
        - Слушаю вас,  - довольно надменно ответил Кальд.
        - Дело в том, что ваш банк не принимает деньги от охотников.
        - А я тут при чем?
        - Мы прекрасно понимаем, о чем идет речь.
        - О чем? Вы запретили помещать мои деньги в банк!
        - Я не знал, что вы живете в «Проклятом».
        - Ваши предложения?
        - Я готов забыть о недоразумении.
        - Давайте расстанемся друзьями, господин Ноуран, новое место для банка подготовлено, в «Проклятом доме» прекрасно поместятся все служащие.
        - Уважаемый Звонкий, давайте не будем играть в игры. И я, и вы прекрасно знаем, что это принесет убытки и вам, и нам.
        - Ваши предложения?  - Кальд был разгневан.  - Вот владелец «Проклятого»…  - Гном ткнул в меня пальцем.  - Он готов отдать свои земли под новый поселок, часть людей уже переехала туда, я скупил земли вокруг. Мне это выгодно. Последний раз спрашиваю, ваши предложения?
        - На десять лет отсутствие ренты для банка,  - потупившись, ответил управляющий.
        - Пожизненно! Или банк съезжает!
        - Согласен.
        - Хорошо, с завтрашнего дня охотники могут вкладывать свои деньги, но только после подписания нового контракта. С утра я предупрежу руководство банка.
        - Спасибо.
        - До свидания.


        - Ни хрена себе,  - только и смог произнести я, отхлебнув пива, после того как ушел управляющий.
        - Ты уж извини, Ровный, что воспользовался тобой ненароком, но не люблю тех, кто не понимает выгоды. Я в прошлый раз под свою ответственность дал управляющему банка распоряжение не принимать деньги от охотников. Убытков это принесло массу, но сейчас все окупится.
        - Ты хотел перенести банк к нам?
        - Да, конечно! И кто бы там вкладывал деньги? Вы? Никогда нельзя давать слабину, даже в ущерб себе. Согласился бы, завтра еще чего-нибудь потребовали бы.
        - А как насчет земель?
        Кальд улыбнулся:
        - Все земли на двадцать верст вокруг вашей границы принадлежат мне. Мы действительно нашли хорошую шахту, поэтому в прошлый раз, когда ходили в банк, дал добро на скупку. Одномоментно, ведь могла подняться цена. А сейчас земли проданы за бесценок. Вскоре приедет первая партия гномов для глубокой разведки.
        - Как-то ты мог нам об этом сказать?
        - Ну не было момента, извините. Шахта находится частично на вашей земле, поэтому вам тоже пойдет прибыль.
        - А зачем хуторян в дом пустил?
        - Давно известно, что к большей прибыли для сотрудничества тянутся несколько разумных рас. Одни одно делают, другие другое. Тем более что гномы приедут в дом только для разведки, это круг-два. Потом постараемся поставить свою крепость поближе к руднику. Сегодня вы хозяева, завтра  - другие. Вы только выигрываете. Дом восстановим. Мы рядом будем, даже если сильно припрут светлые, отдадите нам его в аренду кругов на сто, разумеется, бесплатно, и никакие светлые не смогут зайти на его территорию. Но клянусь, хозяевами будете вы. Так что это лучший для вас выход.
        - А гномы, которых ты собираешься позвать?
        - Тут без выгоды, есть здесь пара семей, которые уже готовы ехать в гномьи горы, так как нет заработка, а цены здесь дикие. Причем у них есть хорошие рудокопы. Может, и они с разведкой справятся. Тогда не придется издалека народ гнать.
        - Кальд, а есть что-нибудь, что ты делаешь без выгоды?
        - К вам приехал, я же не знал, что у вас здесь есть шахты!
        - Ради памяти предков приехал или ради легенды?
        - Ну это тоже, но в основном из-за того, что не могу дома сидеть. Жена пилит, дети разбежались или погибли. А тут такой повод подвернулся! Подозрение родилось в твоей причастности и к памяти, и к легенде, вот и поехал. Не усложняй, Ровный, я с дедом по молодости из-за этого разругался. Ведь я тебе ни одного вопроса не задал.
        - Ладно, извини, Кальд, за подозрения, как-то не подумал.
        - Да ладно, твой отец просто под честное слово молодежи деньги дал на мой выкуп. Храм от смерти спас. Я тоже вам должен, только Шивака с собой не берите.
        - Он вроде не собирается.
        - Ага, сегодня нет, а завтра  - да, я ли молодежь не знаю.
        - Кальд, если он решит пойти с нами, я не откажусь. Но специально тянуть не буду, обещаю.
        - Ну, значит, так.


        На ночь мы разошлись довольно любопытно. Кальд и Серый по привычке зашли в одну комнату, оставив нам с Нейлой вторую, но Малика здесь не было.
        - Я пойду, поменяюсь с кем-нибудь, тебе с кем удобней?  - спросил у Нейлы.
        - Ну, лучше, если будет шатен с голубыми глазами чуть выше меня. Да, обязательно нежный и чувственный.
        - Нейла, я серьезно.
        - Ну а сам как думаешь?  - Она зашла в комнату.  - С гномом мне удобней, которого я знаю несколько дней, или с оборотнем, которого знаю немногим больше? Не тупи, лупоглазик. Если бы тут были твой отец или дед, другое дело, а так тебе придется терпеть симпатичную девушку.
        Она упала спиной на кровать:
        - Может, конечно, оборотень и превращается ночью в ласкового зверя, но я проверять не буду. Или ты хочешь отдать меня малознакомым мужикам? Заходи. Я тебя не укушу. Или укушу, я подумаю… И раздевайся, пожалуйста, помедленней и полностью, я посмотрю.
        До меня стало доходить  - Нейла слегка пьяна.
        - Ты чего, «оздоровление» убрала?
        - А зачем пить, если не пьянеть? Ну ты, лупоглазик, и лупоглазик же!.. Лучше сходи за вином для дамы, сделай милость.
        - Ага, щас.  - Я зашел в комнату и закрыл дверь, доводы слегка пьяной девушки показались убедительными, в смысле насчет комнаты.
        Нейла соскочила с кровати и подошла ко мне почти вплотную, демонстративно покачивая бедрами. Положила руки на грудь и начала спускаться ниже, в районе пояса я перехватил ладони. Она томным голосом произнесла:
        - Ну и не ходи, мой герой,  - тут же выскользнула и подбежала к двери.  - Я сама схожу!
        В руках у нее был мой кошелек.
        - Вот заноза!  - произнес я, когда она ушла.
        Весь вечер мы под бутылочку вина проговорили о магии. Разок, услышав смех Нейлы, заглянул гном. Когда бутылка опустела, решили лечь спать. Нейла погасила магический светильник и бессовестно наблюдала, как я раздеваюсь. Когда я улегся, она заставила меня укрыться с головой. Я повиновался и наблюдал за ней в «случайно» оставшуюся щель. Сдается, она знала об этом. Потому как раздевалась в самом освещенном месте комнаты  - у окна. А, раздевшись, причем полностью, направилась далеко не к своей кровати.
        - Нейла, может, не надо,  - прошептал я, когда она скользнула ко мне под одеяло.
        - Тебя поуговаривать?  - ответила она вопросом, и ее губы накрыли мои.
        В свете лун тело ведьмы, сидевшей на мне, казалось божественным, мои ладони скользили по ее бедрам и груди, не зная, где остановиться. Внутри все ликовало: «Она моя!»


        - Как-то неудобно получается.  - Моя рука все еще касалась груди Нейлы.
        - Ты еще поплачь, радоваться должен, что к тебе девчонки сами в постель прыгают.  - Она перевернула меня на спину и положила голову на грудь.
        - Тук-тук, тук-тук, как громко бьется.
        - Я не об этом, Софья вроде в беде…
        - Как-нибудь разберешься, мужик ты или нет. Ты в постели ей обо мне тоже говорил?
        - Нет.
        - Значит, это ты только надо мной издеваешься?  - Она обхватила меня бедрами…
        Утром видение не исчезло, Нейла, раскинув руки и закинув на меня ногу, безмятежно сопела. Я поцеловал ее в носик.
        - Мм, я не умыта и изо рта пахнет. Иди за завтраком, я пока умоюсь,  - упершись руками, она попыталась столкнуть меня.  - Иди давай.
        Пришлось идти. Вернулся с двумя горшочками похлебки. Нейла уже умылась и связала волосы в хвостик, правда, одеться не успела и ходила по комнате, завернувшись в одеяло.
        - Поставь на стол.
        Я поставил похлебку.
        - Ой!  - С Нейлы упало одеяло, она театрально сложила руки.
        …Похлебку мы ели остывшую…
        Когда спустились в зал, Кальд и Серый сидели за столом.
        - Завтракать будете?  - спросил Кальд.
        - Да мы уже.
        - Ага,  - ухмыльнулся Серый,  - мы слышали. И ужин, и завтрак…
        - Ладно, я пойду лошадей оседлаю.
        - Я тоже,  - увязалась за мной Нейла, видимо, ей было стыдно.
        - Знаешь, Кальд,  - раздалось за спиной,  - если мы их вдвоем отпустим седлать лошадей, то только к обеду выедем.
        - Согласен, пойдем, поможем.


        Кальд уехал разговаривать с гномами. А мы с Серым заскочили сначала в банк, а потом в лавки за покупками. Поплутать по поселку пришлось прилично. Сначала в одни лавки за амулетами  - амулеты нам нужны были сигнальные охотничьи и для ночного зрения. Конечно, можно было бы заставить Малика сделать, но у нас ни накопителей, ни времени не было.
        Амулеты ночного зрения меня очень заинтересовали. Два медных кольца на веревочках, в каждом вставлен маленький камешек.
        - Как действуют?  - спросил я у продавца, повертев в руках и примерив на глаза.
        - Нити силы из колец устремляются в глаза и чего-то там обостряют так, что начинаешь чутко видеть. Но долго носить нельзя, глаза заболят.
        Потом мы проехали за одеждой и охотничьими принадлежностями. Серый накупил кучу очень плотной ткани.
        - Зачем?  - спросил я у него.
        - Лошадям ноги обматывать, от змей.
        Потом отправились на базар за продуктами. Серый прикупил целый мешок какой-то дурнопахнущей крупы.
        - Я это есть не буду,  - поморщив носик, произнесла Нейла.
        - Посмотрим,  - ухмыльнулся охотник.
        Дальше отправились к сапожнику, где купили на всех сапоги с мягкой подошвой, причем по две пары. Наконец вернулись в трактир дожидаться Кальда, так как разумно решили, что за броней и оружием лучше идти с ним.
        Пока сидели в зале, захотели есть, видимо, с этой же целью в трактир зашли Зора и Лейка.
        - Привет, Серый, Норман!  - поздоровались орчанки,  - можно мы с вами перекусим?
        - Конечно, садитесь,  - пригласил Серый,  - знакомьтесь, это Нейла.
        Девушки представились друг другу и сели, дожидаясь заказа.
        - Вы крупно закупаетесь, как я слышала?  - начала издалека Зора.
        - Есть такое, в Темные земли собрались.
        - Много вас идет?  - продолжила разговор Лейка, похоже, работали они в паре.
        - Шестеро.
        - Мм…
        - А говорят еще, что вы жильцов в дом приглашаете?
        - Это к Норману, хотя даже не к нему, а к Кальду, он сейчас придет.
        - Это тот гном, который облапошил гильдию?
        - Ага.
        - Ну что ж, подождем,  - сказала Зора, принимая горшочек из рук разносчицы.  - А вы далеко собрались?
        - А вот это к Норману, захочет рассказать  - расскажет.
        - Далеко, только не за трофеями, дело есть одно в Темных.
        Орчанки засмеялись:
        - А ты шутник.
        Но, увидев мою серьезность, стихли.
        - Расскажешь?
        - Даже не знаю…
        - Ровный, скажи как есть,  - перебила Нейла,  - не видишь, девчонки в попутчицы набиваются, нам не помешают.
        - Хорошо. Надо сходить до одного города в Темных замлях, до какого и зачем, пока не скажу. Идем не за трофеями, но то, что не помешает передвижению, можно брать. Если вдруг по дороге захотите вернуться, держать не будем, но пойдете одни. Отправляемся надолго, может, на четыре-пять десятин, не исключено, что не вернемся.
        Орчанки задумались.
        - Город богатый?  - спросила Лейка.
        - Очень.
        - Если пойдем, двоих детей к себе в «Проклятый» возьмете? Мне не с кем оставить.
        - У тебя есть дети?
        Лейка кивнула.
        - Организуем.
        - Мы подумаем.
        - Если поедете, обязательно купите шлемы, а все остальное  - сами знаете.
        Тут вернулся Кальд и сообщил, что три семьи гномов приедут в «Проклятый» дней через семь, с учетом дороги.
        - Девчонки вон тоже просятся,  - кивнул я на орчанок.
        - Я не против, нам бойцы нужны, но проживание платное, дом надо содержать. Чем рассчитываться, работой или деньгами, не важно. Это обговорим. Стоимость жилища в три раза меньше, чем здесь, но будут дежурства на страже, сами понимаете  - охраны у нас нет. Если есть дома, можете здесь сдавать, а жить у нас. На время нашествия имеется безопасный подвал. Думайте.
        - Да мы уже подумали, за детей сколько возьмете?  - спросила Лейка.
        - Беру за комнату, а там хоть вдесятером, только на продукты в кухню скидываться будете за всех ну или сами готовить  - ваше право. Присмотра за детьми не гарантирую, только их безопасность в пределах крепости. Если решите в общем котле питаться  - дежурства по кухне. Если лошади есть, с фуражом сами разбирайтесь, но в следующем круге, думаю, и этот вопрос решим.
        - Можем сегодня с вами поехать?
        - Да кто ж откажется от таких попутчиц?  - Гном подмигнул.
        Орчанки заулыбались.
        - Только не сегодня, завтра утром,  - серьезно сказал Кальд.
        - Почему?  - спросил Серый.
        - Сегодня не успеем, я договорился, что гномы перегонят к нам два десятка коров. Вечером поеду товар смотреть.
        - Зачем тебе столько?  - поинтересовался я.
        - Ты видел здесь цены на масло и молоко? Не видел, то-то. Да и чем я такую ораву кормить буду? Лошадей-то все равно пасти… Четыре десятка кур приобрести надо.
        «Если бы у нас раньше был такой управляющий,  - промелькнула мысль,  - фиг бы светлые просто так нас взяли. Он все три этажа заполнит».
        - Кальд, это вроде как девушка Храма,  - кивнул я на Зору.
        - А-а-а, ну тогда с орком и переговорим. Может, по минимуму брать буду, но буду  - сам собой дом не отремонтируется.
        После разговора мы поехали к оружейникам. Кальд сказал, что поест потом. В четвертой лавке гном одобрил оружие. Авторитет Кальда здесь не имел значения, он с ожесточением торговался за каждую мелочь. Купили четыре шлема, у меня остался отцовский и был подаренный гномами, один кому-нибудь отдам. При этом продавец, гном-оружейник, удивился:
        - Чего это сегодня? Круг лежали, никому не нужны были, а нынче за часть все распродал.
        - А кто еще брал?  - спросил я его.
        - Да Зоре с Лейкой для чего-то понадобились.
        У этого же гнома взяли три копья с лепестковыми наконечниками  - вспомнили, как удобно ими от зверья отбиваться. Три комплекта брони. У меня была подаренная гномами, да и старая пойдет на эльфа, а брони размера Храма не оказалось. Ну и по мелочи отоварились  - ножи для метания, болты для арбалета.
        После оружейников Кальд отвел нас к неприметному домику, там мы приобрели два десятка бутылок настойки.
        - А где котел?  - спросил он, когда шли в трактир.
        - Какой котел?  - переспросил я его.
        - Настоечный.
        - Не пойму, о чем ты.
        Гном хмуро посмотрел на меня:
        - Ты еще скажи, что вы ту гадость, бродящую в кадках, так пили. Да и запах в дедовой комнате характерный. Чего ты мне уши медом мажешь? Рассказывай.
        - Да не знаю я, дед дел куда-то. У нас вроде и прятать негде, а он смог. Что, настойку делать собрался?
        - Нет. Сломать хотел. Сейчас куча народа в доме жить будет. Нельзя секрет раскрывать.
        - А то, что мы знаем…
        Гном усмехнулся:
        - Думаете, вы одни? Да за то время, которое существует настойка, столько знающих по миру развелось! Лошадь за кустом не спрячешь. Пока просто везет нам, что никто не рассказывает, все для себя берегут да боятся еще, что гномы отомстят.
        - А вы мстите?
        - Раньше было дело. Даже команды специальные имелись. А потом поняли  - бессмысленно. Слишком много народа знает. Но слухи о мести ходят. Думаю, не более десяти кругов сможем в тайне секрет приготовления продержать, а потом выплывет.
        Мы въехали во двор трактира, разговор как-то иссяк.
        Около части натирали хранящим зельем мясо, приобретенное по дикой цене.
        - В «Проклятый» приедем, закоптим. А сейчас так пойдет,  - прокомментировал наши действия Серый,  - жалко только зелья, но, пока доедем до коптильни,  - мясо испортится.
        Вместе с мясом натерли десять кругов колбасы, но эту уже основательно.
        Мне выпала еще одна ночь счастья. Где-то глубоко внутри грызла совесть. Я даже считал себя подлецом, но счастливым подлецом.


        Выехали рано, по дороге заехали к орчанкам, не хотелось уезжать без девушек, а оборотень знал, где они живут.
        - Откуда знаешь, Серый?  - пока ехали, спросил его.
        - Не знать, где живут две самые разбитные девчонки поселка? Да ты шутишь! У их ворот охотники разве что стены на амулеты любви не разобрали!
        - А что, есть такие?
        - Да,  - вместо него ответила Нейла,  - я вот один испытала  - действует.
        Кальд с Серым засмеялись.
        Орчанки как раз выезжали из ворот с двумя вьючными лошадьми, на каждой из которых среди немногочисленных баулов сидел орчонок. Вернее, на одной орчонок кругов шести, а на другой  - орчонка (ну не знаю я, как называть девочку-орка!) кругов четырех. Оба в седле держались уверенно.
        - Немного же у вас вещей,  - сказал я, когда подъехали.
        - Так мы же степные,  - ответила Зора,  - в любой момент уехать можем, нельзя много. Ты у Храма много вещей видел?
        Как-то никогда не задумывался над этим вопросом раньше. Но, вспомнив сейчас, понял: у Храма попросту не было вещей, за исключением двух комплектов сменной одежды!
        - Ну что, раз готовы, поехали!
        Поездка прошла весело, орчанки оказались неугомонными на развлечения. Мы и в скачках поучаствовали, и загадки поразгадывали, и легенды порассказывали. Я даже, к неудовольствию Нейлы (она начала ревновать), удостоился чмока в губы от Зары, «за победу в мечном бою». Но всю дорогу я не забывал подкачнуть маны из меча, который уже почти опустел.
        Части через четыре встретили трех неспешно едущих на подводах в сторону поселка хуторян. По их словам, дома все было хорошо. Мы попрощались и тронулись дальше.
        Подъезжая к крепости, встретили еще одну подводу, ведомую стариком, мы разъехались с ним буквально в воротах поселка, когда въезжали, а он наоборот  - выезжал. Подвода была наполовину завалена сеном.
        - Что же, дед, привело тебя в проклятые земли, ведь не ради охоты ты приехал?  - спросил Серый.
        - Правду говоришь, охотник. Внук у меня под копыто попал. Голову разбило, но жив еще. В Веселых Травах лекари лечить отказались, говорят, мага надо. А в «Проклятом доме»,  - дальше он говорил шепотом,  - говорят, колдун малолетний живет, он охотника, которого дорк ранил, от смерти спас. Вот еду. Может, и поможет. Денег нет, но работать рад. Как думаешь? Сказывают, суровые люди там, могут и душу запросить.
        Нейла спрыгнула с лошади:
        - Останови-ка, дед, дай на внука глянуть.
        Мер пять она смотрела парня. Потом чуть не закричала:
        - Гони, дед, гони свою клячу. Немного времени парню осталось. Резать и кости править надо, тут не смогу. Мы вперед поедем, там тебя встретят.
        Когда пошли галопом, Серый успокоил деда:
        - За душу не беспокойся, не тронут…
        В крепость мы влетели.
        - Са-а-а-йл!  - заорала Нейла.
        - Чего?  - ответил с чердака лекарь, видимо, был на страже.
        - Там мальчишку с травмой черепа везут, давай свой инструмент, настойку и мази, резать будем!
        - В комнате около купальни, там стол стоит! Эль, смени!
        - Иду!  - крикнул эльф, стоящий рядом с нами.
        - Чего это вы?  - спросил хуторянин, открывавший нам ворота.
        - Больного везут,  - ответил Кальд,  - как подъедет дед на телеге, запускайте.
        - Хорошо.


        Суматоха с больным улеглась только через часть. Сайл, Нейла и Малик оперировали мальчишку лет восьми, у которого, когда заносили в дом, визуально была видна вмятина на голове.
        Я по обыкновению сидел с кружкой на крыльце. Из дома доносились приближающиеся голоса орчанок.
        - Он такой миленький и маленький, так и хочется потискать,  - тараторила Лейка.
        - Ты лучше грудью его покорми, ему понравится,  - отвечала ей Зора.
        Они в голос засмеялись.
        - Ровный, тебя чего, с кухни выгнали?  - Орчанки вышли на крыльцо.
        - Да нет, мне здесь больше нравится.
        - Расскажешь, куда идем?
        - В Элискон.
        - Ого!  - Девчонки затихли.
        - Что, передумали?  - Я отхлебнул из кружки.
        - Шутишь? Конечно, пойдем,  - за двоих ответила Зора.
        - А вы кого там грудью собрались кормить?
        - А что, тоже хочешь?  - Орчанки оскалили в улыбке клыки.
        - Да нет, как бы накормлен.
        - Ага, мы заметили. А жена где?
        - Садитесь, расскажу.
        Они присели с боков.


        - Ну вот, как-то так,  - закончил я рассказ.
        - Ты веришь светлому?  - спросила Лейка.
        - Нет. То, что книгу получить чужими трудами хотят, понятно, а вот что в живых после этого оставят  - сомневаюсь.
        - Зачем едешь?
        - Пока выбора нет, а там видно будет. Может, за книгу поторгуемся, может, еще что придумаем.
        - Опасные купцы  - трудно торговаться с ними.
        - Да понимаю.
        - А ты, значит, пока жены рядом нет, под юбку к другой,  - сменила тему Лейка.
        - Тут уж, девчонки, подождите  - давайте я сам разберусь.
        - Да ладно, все вы, мужики, кобели.
        - Можно с вами посидеть?  - Шивак с Храмом подошли после разгрузки лошадей.
        Зора за моей спиной ткнула Лейку рукой, по-видимому, гном и был объектом «кормления грудью».
        - Да тут уже места нет, пойдемте на кухню,  - предложил я,  - заодно поужинаем.
        - А ты чего лечить не помогаешь?  - спросил орк, когда сели за стол.
        - Моей силой сейчас только калечить, а не лечить.
        - А-а-а, забыл.
        - Зора с Лейкой уже сказали, что с нами едут?
        - Угу.  - Зора прижалась к плечу Храма, тот обнял ее.
        - Я тоже поеду,  - вдруг заявил Шивак.
        Я пожал плечами, мол, как хочешь. Ответить словами не мог, боялся засмеяться. У орков уголки губ потихоньку поползли вверх.
        - А я вот думаю, может, остаться,  - опустив глаза в тарелку, произнесла Лейка.
        Гном заерзал на месте. Мы все-таки засмеялись.
        - Да ну вас.  - Шивак встал и вышел с кухни.
        Зора легонько толкнула Лейку, кивнув в сторону уходящего гнома.
        - Ой, что-то на свежий воздух захотелось,  - наигранно произнесла та и пошла за гномом.
        - Платочки у меня в сумке возьми,  - крикнула вслед ей Зора.
        - Зачем?
        - Ротик вытереть, когда покормишь.
        - Чего это они?  - зашел на кухню Эль.
        - Да любовь,  - поделился я.
        Эльф ухмыльнулся.
        - Эль, представляешь,  - вдруг оживился Храм,  - Серый мешок хайлы купил.
        Эльфа заметно перекосило:
        - Я думал, ее после войны запретили. Я этого есть не буду.
        - А что это такое?  - заинтересовался я.
        - Крупа,  - ответил орк,  - вонючая до Некроса, а когда сваришь, еще хуже. Но одной горстью можно целый день воина кормить. И сыт будет.
        Я вспомнил мешок, который приобрел на базаре оборотень. Почему-то поверил орку.


        Лечение парня завершили, когда уже было темно.
        - Ну что?  - спросил я, увидев лекарей, вышедших из дома на свежий воздух.
        - Да нормально все, жить будет, еле выправили кости.  - Нейла положила голову мне на грудь.
        Малик покосился на нас, но промолчал.
        - Пойду деду скажу, а то он места себе не находит.
        - Ага, скажи, дней пять здесь придется пожить.
        - Ладно.
        Спали мы в комнате по-прежнему втроем, Нейла сначала хотела уйти к орчанкам, но усталость внесла в ее планы коррективы  - она просто уснула. Малик тоже устало дотянул до кровати. А вот мне не спалось. Мысли витали вокруг сложившейся ситуации.
        Безрезультатно поборовшись с бессонницей, я пошел на кухню, где поставил чайник на плиту и сел за стол, развернув карту. Темные земли были почти круглыми, круг этот срезали две линии. Одна из них  - морское побережье, а вторая  - наши горы. За хребтом Темные земли граничили с эльфийским Лесом. И почему-то именно это мне не нравилось. Найдя на карте баронство Камен, прикинул, что оно совсем не по пути. Придется уходить немного в сторону.
        Налив себе отвара, забросил карту обратно в сумку. Перешел на магическое зрение и просмотрел амулет. Из него тянулось к груди несколько ниточек силы. Плетение очень походило на вложенное в охотничий амулет, но было даже проще. Стараясь не шуметь, сходил в нашу комнату и принес охотничий. Сравнил. Ну да, может быть, слегка искаженное, но такое же. В охотничьем имелось дополнение. Видимо, для приема сигнала. Для того чтобы запустить охотничий, надо было прикоснуться к центру амулета. Я тронул пальцем, плетение немного изменилось, подалось ко мне, и из амулета вспышкой выплеснулось немного силы. Попробовал отодвинуть от себя ложкой амулет Римика, на расстоянии ничего не было видно, а когда я пытался рассмотреть, нити силы перекидывались на голову.
        - Ты чего?  - зашел заспанный оборотень.
        - Да так, не спится чего-то.
        - А трезвонишь-то зачем?
        - В смысле?
        Он ткнул пальцем в амулет на столе:
        - Разбудил всех.
        До меня дошло: пока экспериментировал  - послал сигнал на все амулеты, а охотники их не снимали.
        - Да я нечаянно.
        - Ладно, пойду успокою орчанок, и ты шел бы спать.
        Утром за завтраком решили не тянуть и выйти в поход если не сегодня, так как ночь для некоторых была бессонной, то следующим утром. Малик, конечно, не был готов, но до второго круга еще идти и идти.
        - Сайл, сам справишься с пареньком?  - спросила Нейла.
        - А что там, нити силы поправляй да подкачивай.
        - Ну тогда я уже готова.
        - Малик, а ты смотрел амулеты?  - спросил я.
        - Смотрел,  - насупившись, ответил артефактор,  - не могут они далеко сигнал подавать, надо гораздо больше силы.
        - А если у принимающего амулета большой накопитель?
        - Тогда можно увеличить расстояние, принимающий будет ловить даже слабый отголосок вспышки.
        - А как тогда амулеты светлых передают сигналы на перстни?
        - Не знаю,  - грубо ответил Малик,  - мне кажется, не сработают они.
        - Уверен?
        - Нет.
        - Ладно, а если возьмем амулет с большим накопителем и будем на него сигнал передавать, а он на другие?
        - Попробовать можно,  - задумчиво произнес Малик.
        - Попробуй.
        - Некогда мне, надо к завтрашнему дню готовиться.
        - Что случилось? Чего ершишься?
        - Ты бы хоть постель после Софьи остудил!  - Малик встал и вышел из кухни.
        За столом повисла тишина.
        - Кто сказал?  - посмотрел я на Серого.
        - Не смотри так, я не говорил.
        - Да это мы разговаривали…  - виновато призналась Лейка,  - а он рядом был.
        Нейла встала и вышла вслед за Маликом.
        - Ладно, разберемся, может, оно и к лучшему  - быстро все вопросы решить. А ты насчет детей договорилась?
        - Я с Сайлом договорилась,  - ответила орчанка.
        - А помладше никого не было?
        - Норман,  - вступился за орка Сайл,  - постарше все заняты, к тому же это не бесплатно, а я еще и у хуторян детей возьму. Все толк будет.
        - Детский сад.
        - Что?
        - Детский сад называется.
        - Пусть будет сад или огород, мне до Некроса.
        В течение дня все прошли обучение сигналам азбуки для амулета, разработанной Серым. Я хотел было немного подправить ее, так как четыре коротких удара казались вроде как перебором, можно попроще, но потом плюнул на это дело.
        В обед Храм гонял Малика, доводя до истощения сил. Я пристроился рядом с бегущим парнем.
        - Малик, ты, конечно, прав, но мы взрослые люди…
        - Да иди ты.
        - Стой.
        Малик остановился:
        - Ну, слушаю!
        - Мне жаль, что так вышло с Софьей, но оправдываться перед тобой не буду. Не твое это дело. Завтра идем в Темные земли  - не на ярмарку, поэтому либо ты умеришь свой гнев, либо ты мне вообще там не нужен. Лучше без тебя, но слаженной командой, истерики и выяснения отношений мне ни к чему.  - Я повернулся и ушел.
        Малик молча продолжил бег.
        Темную ману Малик принимал уже гораздо лучше, но неприятные ощущения у него все еще оставались. На ночь решили еще раз напоить его темной силой.



        Глава 6
        Первый круг

        Выйти прямо с утра не получилось. Пока то, пока се, пока позавтракали. Пока Кальд в сотый раз уговаривал Шивака остаться. Пока хасаны искали сейша  - я забыл его предупредить с вечера, а он, как назло, смылся по одному только ему известным делам. Всегда удивляло это в кошках. Потом оказалось, что Нейле не понравились охотничьи сапоги, и она решила поехать в своих. Серый отправил ее переобуваться. Потом Шивак, набравший кучу вещей, перегружал свою лошадь. Но выехали все равно не поздно, ну как выехали  - вышли. Серый сказал, что пешком пойдем, чтобы можно было взять побольше вещей.
        - Так давай вьючных возьмем,  - предложил я.
        - По Темным землям все равно на лошади не поедешь, любой зверь напугает ее так, что понести может. Если с вещами убежит, то боги с ней. А вот если ты верхом на понесшей лошади окажешься, то тебе не до обороны будет, так и сожрут. Двоих лошадей в поводу вести  - тоже чревато. Да и в крепости, если мы каждый по вьючной возьмем  - всего две лошади останутся.
        Аргументы железные. Мы, разобравшись с подготовкой, наконец вышли за ворота. До условной границы Темных земель было всего полдня пути.
        Отошли не очень далеко, когда Нейла ткнула в подножие горы:
        - Вон там Кальд шахту нашел.
        - А что,  - спросил я у Шивака,  - правда богатая?
        - Да, по первичным признакам. Мы отвал рядом помыли, и то камешек нашли. Кальд вниз спустился, говорит, жила идет. Но для точной оценки надо разведку делать.
        - А ты что? Не умеешь?
        - Не-э, я только азы знаю. Я же в воины записался, когда вернулся в прошлый раз. Кальд с отцом сначала против этого выступали, особенно Кальд, а потом им не до меня стало. Кальда в Совет старейшин выбрали. Он четыре десятины индюком ходил. А потом тускнуть стал. Ему бы делать чего, а приходилось по советам и сборам мотаться. Вот он и вспомнил про тебя. Чего только не наплел совету, лишь бы уехать.
        Шивак бросил пару взглядов назад, на орчанок. И, как-то ловко свернув разговор, стал отставать.
        - Эль,  - позвал я эльфа,  - а вот почему ваши все еще не добрались до Элискона, раз на вас наша магия не действует? Ведь тот, кто овладеет порталами, явно рано или поздно подомнет все государства.
        - Ну, во-первых, далеко не факт, что не действует. Я не слышал, чтобы эльфы ходили далеко в глубь Темных земель. А во-вторых, кто сказал, что не добрались? Может, приедем, а они там.
        Я погрузился в раздумья.
        - Ты это…
        Вздрогнул, задумавшись, и не заметил, как подошел Малик.
        Мы со вчерашнего дня так с ним и не разговаривали.
        - Ты прав, нужно идти слаженной командой. Больше истерик не будет. Но когда вернемся, договор не действует.
        - Хорошо,  - согласился я.
        - Вот,  - Малик достал какую-то штуковину из седельной сумки, с виду она была похожа на медную тарелку с вставленным амулетом Римика в центре,  - этот амулет должен помочь дальше подавать сигнал. Как ты и сказал, должно получиться. Опробовать некогда было. Но придется у всех амулетов слегка сдвинуть плетение принятия сигнала. Иначе передаваемый и принимаемый будут… в общем, придется сдвинуть.
        - Сколько требуется времени?
        - Мер пятнадцать на амулет.
        - Во время стоянок сделаем, хорошо? Один попробуем, а там видно будет.
        - Ладно.
        - Эль,  - окликнул я еще раз эльфа,  - а вот скажи, когда светлые напали, твои стрелы, говорят, их магический «щит» пробивали?
        - Да как пробивали, скорее, проскакивали, но веса не хватало, так что просто в руки им падали.
        - А если бы вес был большим, то убили бы?
        - Да. У них же «щит» в основном на магию, ну и немного от предметов, вот стрелы и пролетали.
        Я вновь ушел в размышления.


        На кордоне егерей действительно ждала карета. Ровный уже еле держался в седле. В себя практически не приходил, ел мало. Щеки впали, он осунулся. Римик получил с птицей письмо, и что-то в его поведении изменилось, он стал менее надменным, что ли.
        - Дед, а зачем здесь вообще егеря?  - Яля освоилась с новым статусом Савлентия довольно быстро.
        - Чтобы из Темных земель ничего не просочилось в королевство.
        - А как же мы незамеченными прошли в Темные?
        - Ну так то в Темные, да и вела вас Касса. А она за версту людей чует… чуяла.
        - Как думаешь, отец сдержит слово?
        - Тебе видней, я его, почитай, четыре десятка кругов не видел. Но если даже ты сомневаешься…
        Подлечив Рамоса и слегка передохнув, уже без егерей отправились дальше.
        - А чего твои зверствовать вдруг стали?  - Дед ехал рядом с Римиком, отдавшим свою карету Ровному и его охране.
        - Да какие они мои? Почти все бойцы вывелись, а это так, балаган. Шушеру понабрали, плетений поставили, чтобы на бойцов походили…
        - А чего ж так?
        - Война будет. Аргеен не хочет ввязываться.
        - Да ну? Это секрет, видимо, что старкский правитель под его песни засыпает?
        - Ну, тогда тем более все понимаешь.
        - А зачем вам столько одаренных?
        - Ну, Салий,  - усмехнулся маг,  - так я тебе все и расскажу.
        - Хотя бы про Ялю и Нейлу расскажи. Зачем вы их так? Неужели Аргеену не жалко?
        - Нейла была подопытной, причем, заметь, не нашей. Все ведь забыли, как сделать из светлого темного. Вот и попробовали. Мы в свое время переусердствовали с уничтожением книг. Ну а насчет внучки у сына спросишь, захочет  - расскажет.
        - Так я тебе и поверил  - не ваши опыты. Сначала убиваете темных, потом делаете. А зачем норанов звали?
        - Тогда выхода не было. Своих сил не хватало. Император не хотел увеличения армии. Вот и выбрали меньшую боль.
        - Сдать империю норанам  - меньшая боль?
        - Не все так просто, Салий, не все так просто.  - Маг погрустнел.  - У каждого своя правда, как говорил твой отец.
        - Ну так расскажи свою, может, пойму.  - Савлентий даже не ожидал, что Римик откликнется.
        - Началось все с герцога Элезиуса. Мы в одной компании были, гуляки еще те. Да ты нас помнишь. И Элезиуса ты видел, такой низкорослый брюнетик. Его еще Элизой обзывали.
        Савлентий кивнул, он действительно помнил худощавого паренька.
        - Как-то он проговорился в подпитии, что хотел бы стать личем и жить вечно,  - продолжил маг,  - но не просто личем, а личем на своей земле, и править ею тоже, соответственно, вечно. И есть для этого будто бы ритуал, при котором можно обычную землю превратить в темную, где личу не нужны будут жертвы для того, чтобы жить. Темная мана начнет сама рождаться. Мы тогда посмеялись и забыли. Это сейчас существуют Темные земли, а тогда все казалось легендой, выдумкой. А через круга два вспомнили  - мы тогда уже при дворе императора крутились. Сначала в герцогстве Элезиуса пятно в лесу появилось, где темная мана сама лилась из камня. Туда прямо паломничество началось. Потом темные, что послабее, потянулись к нему в герцогство, а он их привечал. В конце концов объявился у нас один из темных и рассказал, что герцог хочет сделать таким весь материк. Императору, конечно, доложили. Он отнесся скептически, как и мы в первый раз. Но проверку направил. А Элезиус проверяющим сказал, что школу магов открыл, вот и собирает их к себе. Ну а камень для эксперимента сделал, секрет рассказать не может. Поскольку он
приходился какой-то там родней императору  - ему поверили. Проверка закончилась ничем, разве что императору понравилась идея со школой, тогда-то и родились первые магические академии.
        Римик выпустил вверх «светляка». Тот взлетел на высоту, раза в два превышающую высоту деревьев, и погас. Светлый продолжил:
        - Ну так вот, мы пытались, но придворные стали на нас косо смотреть. А тут вдруг племянница императора погибла от темного ритуала, а следом и еще пара родственников. Тайная служба, чтобы не оказаться лопухами, вспомнила нашу историю и кивнула в сторону Элезиуса…
        - Можно подумать, вы к этому меч не приложили, какое-то интересное совпадение.
        Из глубины леса с двух сторон взлетело по два «огонька».
        - Думай, как хочешь, дела-то минувшие. Вот император и озлобился, только не на Элезиуса, а на всех темных. Тут и Аргеен постарался, дал, кому надо, на лапу. Так и стал Верховным нового ордена.  - Маг замолчал.
        - А что, самого Элезиуса никак не наказали?
        - Как ты возьмешь зверя в его логове, да еще и с кучей адептов? К тому же он тоже не сидел на месте. Каждую нашу ошибку поворачивал против нас. Народ тогда уже не привечал наши отряды.
        Сначала с одной, а через меру с другой стороны стали выезжать всадники светлых.
        - Ничего себе у тебя охрана!  - удивился дед.
        - Мы в Исварии уже объявлены преступниками  - конфликт с королем. Так что прорываться в Старкское королевство, возможно, придется с боем.
        Савлентий насчитал около восьмидесяти конных воинов с белой волчьей головой на одежде.
        - А как же мои?
        - Дай самому отойти от этой новости, придумаем что-нибудь.


        Когда солнце достигло зенита, Серый остановил команду:
        - Все обедаем, обматываем ноги лошадей, готовим оружие и натираем одежду и лошадей мазью от запахов. Дальше опасно  - могут напасть.
        После скудного обеда оборотень велел провести мимо него лошадей и каждому подпрыгнуть. Этой процедуры избежали только орчанки. После этого он указал, кому и что надо подвязать.
        Граница Темных земель ощущалась. Я не могу сказать, как, но внутри возникла какая-то тревога, хотя, может, субъективно ожидал чего-нибудь такого, поэтому и казалось.
        Части две мы шли спокойно. Орочья составляющая отряда была вооружена копьями, потому как физически орчанки казались даже сильнее меня и шли сразу за хасанами, которым строго-настрого приказали не геройствовать. Шивак шагал с взведенным арбалетом. Малик и Нейла держали жезлы. Темный жезл, пока не разобрались с ним полностью, лежал в сумке Малика. Я и Эль были готовы в любой момент либо начать стрельбу из луков, либо вынуть клинки, ну а пока вели в поводу всех лошадей. Замыкал сейш.
        Первой напала змея. Она выскочила из-под ног Новера и попыталась его укусить. Хасан слегка подпрыгнул от неожиданности, но смог совладать с собой и прижал ее лапой.
        Я подбежал к нему, осмотрел.
        - Обычная змея,  - прокомментировал Серый,  - были бы темные, уже тебя покусали бы. Они по одной не ползают. Больше без команды не суйся.
        Еще через часть Серый поднял руку, хасаны насторожились, Пушистик хлопнул по боку хвостом.
        Постояв так мер десять, пошли дальше.
        - Что это было?  - прошептал я.
        Серый повернулся и провел рукой по шее, потом ткнул в меня пальцем.
        «Заткнуться»,  - расшифровал я его жест.
        Еще через полчасти опять встали. На этот раз простояли мер пять.
        Лес незаметно стал меняться. Трава приобрела более темный и насыщенный цвет. Деревья вроде оставались такими же, но взгляд то и дело улавливал какие-то новшества. То листья более тонкие, то на стволе видны какие-то наросты. На один из них Серый указал и отрицательно покачал пальцем. Понятно, трогать нельзя.
        К ночи выехали к заброшенному поселку. В центре него Серый и орчанки спешились и пошли к огромному дому. Осмотрев его, махнули нам.
        - Лошадей в ограде оставляем,  - прошептал Серый,  - хасаны смогут присмотреть?
        Я кивнул и послал картинку хасанам.
        - Так, сейчас покажется поле,  - начал инструктаж Серый,  - по полю первым пойду я, потому что хорошо в темноте вижу, хасанов поставишь по бокам.
        - Пушистик тоже в темноте видит,  - проинформировал я оборотня.
        - Он пусть тыл прикрывает, а то пока сообщит, пока ответ получит, что делать,  - уже может быть поздно. Смотрите внимательно на траву. Могут встретиться хорлы или водяные крысы. Если что-то зашевелится, стучите два раза по амулету. Приготовьте ночные амулеты, как совсем стемнеет, одевайте.
        - Может, поужинаем?  - внес предложение орк,  - да и переночевать здесь можно. Темно ведь уже.
        - Ага, от нас тогда за версту будет запах пищи идти, только в качестве оной начнут рассматривать нас, ни одно зелье не поможет, вы станете выдыхать запах. Части через три будет большой дом, в нем и отдохнем.
        Через три части мы действительно подошли к большому двухэтажному дому. Окна частично закрывали решетки. Серый с орчанками вновь проверили дом на предмет зверья. Потом охотник выглянул и махнул рукой. Я стал спутывать лошадь. Вдруг вздрогнул от укола в грудь.
        «…ошадей с собой»,  - просигналил на груди амулет, первую букву, видимо, я пропустил, когда дернулся. Уколы были довольно чувствительными, надо обязательно сказать Малику, чтобы уменьшил количество маны.
        Серый уверенно провел нас в одну из комнат.
        - Ну все, можете располагаться, трактир «У охотника», рад видеть своих гостей,  - произнес оборотень, закрыв за сейшем дверь.
        - А чего, побольше апартаментов у вас нет?  - спросил я.  - Как-то тесновато. Да и лошадей бы отдельно.
        - Есть побольше, но заведение не гарантирует сохранности ваших жизней. Тут всего две комнаты с целыми решетками осталось. Вторая еще меньше, и решетка в ней уже болтается. Да и разделяться не советую. Если вдруг кто-то решит прогуляться по дому, то предупреждаю, мы проверили только часть первого этажа. Кроме нас тут еще «жильцы» могут быть.
        Ужинали горьким «зельеным» мясом, хасанам и сейшу тоже перепало. Не вволю, конечно, но прилично. Воротивший раньше нос от «зельеного» мяса Пушистик на этот раз пусть и с неохотой, но съел свою долю. Понимал, что с едой засада.
        - А что, Серый, охотники всегда вот так пешком ходят?  - спросил эльф, пока мы с аппетитом уничтожали свою долю.
        - Ну да, лошади пугливы. Мы ведь далеко не заходим. Я вот от этого дома только на четыре части вглубь уходил, дальше не был.
        - А мы вообще дальше дома не ходили,  - подтвердила Лейка.
        - И что, много таких домов?
        - Нет, здесь в округе всего четыре надежных места.  - Серый аккуратно упаковал остатки мяса,  - самое безопасное левее на полдня пути. Там подвал от дома остался, стены обрушились внутрь, и получился хороший потолок.
        - А ты говорил, что просто так ночуете в Темных.
        - Бывает, в нашем случае можно. Половина спит, вторая караулит. Но зачем, если есть условия, чтобы с комфортом выспаться. Зверье обычно обходит большие команды, поэтому и охотники собираются в группы по четыре-пять разумных. Меньше  - опасно, больше  - звери настораживаются.
        - А как здесь насчет удобств?  - поинтересовался Храм.
        Нейла при этом с видимым облегчением вздохнула, видимо, ее тоже интересовал этот вопрос.
        - Это в комнате напротив  - сейчас организуем. Всех касается, идем сейчас, иначе до утра придется терпеть.
        Процесс справления нужды оказался довольно постыдным. Делать все приходилось если не на глазах, то на слуху у охраняющих твой покой. Двое из нас стояли у единственного окна, а остальные караулили проход между комнатами. Не добавлял веселья и запах, витавший в воздухе.
        Закончив с, мягко говоря, неловкой процедурой, стали готовиться к ночлегу. Ночевку нельзя было назвать приятной, как, впрочем, и вообще весь этот поход. В значительной мере сделать ночевку менее комфортной помогали лошади. Животные постоянно переступали с копыта на копыто, фырчали и, что самое отвратительное, делали то, что мы сделали в соседней комнате. Амбре от теплого конского навоза, причем именно теплого, стояло невыносимое и тошнотворное. Отсутствующее в окне стекло в какой-то мере помогало, но именно в какой-то. Немного улучшил положение гном. Он достал из седельной сумки ароматический амулет, чем сразу привлек женскую часть населения к себе. Лейка к тому же использовала его плечо как подушку, чем ввела Шивака в состояние блаженства, отразившегося на его лице. Неясно было, от чего в комнате светлее  - от пробивающегося в окно света лун или от довольной физиономии гнома.
        Утро оказалось мерзким. Как из-за мрачной погоды, так и из-за настроения. Я так давно не спал на тонком одеяле, что впору было считать это каторгой. Дужка седла, используемого в качестве подушки, отпечаталась на щеке. А вместе с ароматом и отсутствием возможности полноценно умыться утро из каторги превращалось в извращенную пытку. Завтрак и утренний туалет только увеличили раздражение.
        Обтерев одежду и лошадей зельем и дождавшись, пока орчанки и Серый проверят выход на предмет темных обитателей, тронулись в путь.
        - Ты куда? Нам ведь в другую сторону,  - прошептал я Серому.
        - Ты пил?  - спросил он меня.
        Я, не понимая сути вопроса, кивнул.
        - А они нет,  - мотнул оборотень в сторону лошадей и питомцев,  - идем к реке.
        - Так нельзя же близко к воде.
        - И что? Пусть сдохнут?
        Дальнейший путь к водопою прошел в тишине. У берега небольшой вялотекущей реки с заросшими камышом берегами выискали свободный от зарослей участок. Серый расставил нас на стражу у водопоя. Я, орк, эльф и гном, вооружившись луками и арбалетом, вслушивались в шум камышей и плески воды. Нейла и Малик, взяв в руки жезлы, держали под наблюдением тылы, а второй рукой при этом удерживали поводья. Хасаны и сейш, частично зайдя в воду, осторожно лакали, не забывая озираться по сторонам. Орчанки держали копья, направив наконечники на водную гладь. После того как питомцы напились, настало время возбужденно фыркающих лошадей. Серый подводил их по одной к водопою и отводил напившихся обратно. Напившиеся с наслаждением щипали траву.
        «Этак, если по половине дня на животных тратить, мы до холодов не вернемся».  - Мысли в голове кружились нерадостные. Спустя двадцать мер отошли от берега. Обошлось без эксцессов.
        К обеду гнетущая молчаливость спутников, унылый пейзаж и пасмурная погода, навевающая тоску, еще больше испортили настроение. К тому же голод и осознание того, что утолить его удастся только вечером, давали о себе знать. Тоску развеяла картинка Пушистика, скинутая в головы всем одновременно. Сзади к нам приближалась группа темных точек, довольно шустро увеличивающихся в размерах и оставляющих за собой легкую дымку пыли. Вскоре уже можно было различить десяток рыжих псов.
        Впереди встали Нейла и Малик с жезлами. Орки прикрывали подход к ним копьями. Мы с Элем приготовили луки, а Шивак взвел арбалет. Собаки разделились на две группы и стали обходить нас с двух сторон. Первым, не выдержав, ударил Малик. «Огонек» его жезла пролетел, казалось бы, мимо цели, но зверь, бегущий следом за выцеливаемым артефактором псом на всей своей неимоверной скорости, нарвался на плетение грудью. Нейла тут же ударила «воздушным кулаком», а мы выстрелили. Из стрел, посланных в собак, достигла цели только эльфийская, выпущенная, видимо, с упреждением, но и та смертельного урона не нанесла. «Воздушный кулак» сбил в полете двух собак, которые тут же подскочили и оскалились на нас. Оркам пришлось рассредоточиться, так как теперь собаки взяли нас в круг, беспрестанно при этом двигаясь. Лошади начали возбужденно переступать. Эль метнул в них какое-то плетение, и даже мне, попавшему всего лишь под край невидимой волны, стало спокойней. Нейла и Малик били без перерыва. Эльф успел выпустить еще около трех стрел. Я даже не пытался поспеть за ним, вынул клинок и, успокоенный эльфийским воздействием,
хладнокровно ждал нападения.
        Псы потеряли еще двоих, прежде чем поняли, что добыча им не по зубам, и с завидной скоростью рванули от нас. Плохо было то, что побежали они прямо по нашему маршруту. Оставалось только надеяться, что они не додумаются устроить нам ловушку. Пушистик и хасаны даже не успели вступить в бой, настолько быстро все произошло.
        После нападения пару мер мы приходили в себя. Пушистик в это время, подойдя к одной из четырех убитых собак, прижал ее лапой и стал рвать зубами шкуру.
        - Они съедобны?  - спросил я у Серого.
        Тот пожал плечами:
        - Раз ест, значит, съедобны.
        - Съедобны,  - сказала Зора,  - я слышала, что их едят.
        Хасаны покрутились вокруг сейша и, принюхавшись, тоже начали кровавое пиршество на соседней туше, утробно при этом порыкивая.
        - Ну хоть кто-то пообедает,  - произнес Храм.
        - Да теперь и мы можем,  - ответил ему Серый,  - все равно от них кровью за версту будет пахнуть. Пока не смоешь кровь, зельем запах бесполезно сбивать.
        Перекусив на небольшом холмике, с которого более или менее просматривалась округа, пошли дальше. Лошади хоть немного, но тоже пожевали травы. Через пару частей вошли в сосновый лес. Деревья ровными стволами тянулись к хмурящемуся небу. Чем-то они напоминали лес Скользкого баронства, но тот был гораздо фундаментальней. Дорога оказалась довольно скучна, и я по совету Нейлы тренировал «огонек» до самопроизвольного воспроизведения плетения, выводил, так сказать, на уровень рефлексов. Одновременно обдумывал странности, происходящие с моей памятью. Ночью мне снился нереальный сон. Вернее, сон как раз очень реальный, до такой степени, что я, проснувшись, мог поклясться, что все это было. А вот вещи во сне привиделись нереальные. Металлическая повозка, вмещавшая множество странно одетых людей, с огромной скоростью несла меня по городу, которого не могло быть. Десятки этажей абсолютно ровных зданий тянулись вверх и проносились мимо меня. Я знал, что повозка называется «автобус»…
        …Зверь упал сверху неожиданно. Время начало растягиваться, он летел, распрямив лапы, прямо на Нейлу, идущую впереди. Темно-светлый «огонек», который я как раз закончил плести, сорвался с руки и сбил зверя в полете. Он еще не успел упасть, а челюсти Новера уже сомкнулись на его холке. Ни одного рыка, ни одного писка, идущие впереди даже не сразу поняли, что что-то произошло.
        - Душу Некросу!  - расширив глаза, произнесла Лейка.  - Видун.
        Все обступили зверя. Некрупная кошка со слегка зеленоватой шерстью, подпаленной в районе задних лап моим зарядом, выглядела скорее мило, чем опасно. Хотя, конечно, сложно назвать мертвое животное милым.
        - Повезло тебе, Нейла,  - тихим голосом произнес Серый,  - редко кто из его жертв остается в живых.
        - Мелковат он для серьезного хищника,  - с сомнением сказал я.
        Зора аккуратно приподняла переднюю лапу зверя и нажала на подушечку. На показавшихся из пальцев когтях была вязкая зеленая субстанция.
        - Яд?  - спросил я.
        - Можно и так сказать. Если ее прилично разбавить и выпить, такие чудеса начинаешь видеть… А если прямо с когтей в кровь, то любой разумный через десяток ударов сердца звереет и начинает убивать всех вокруг.  - Зора достала из седельной сумки перчатки, маленький дешевый ножик и бутылек.  - Видун в это время успевает скрыться и наблюдает за всем со стороны. Либо зараженная жертва убьет нас, после чего умрет, либо мы прикончим ее. В любом случае через какое-то время здесь осталась бы пища для видуна.  - Зора ножом собирала с когтей слизь и складывала ее в бутылек.
        После очистки когтя она подставляла бутылек под палец, из которого рос коготь, и выжимала еще приличное количество уже больше походившей на жидкость зелени.
        - Убить его сложно,  - продолжила она,  - очень уж прячется хорошо, отродье Некроса. Обычно в листве крон. Я уж не знаю, Ровный, как ты его рассмотрел, и как хасан умудрился не задеть коготь… Но Серый прав  - повезло.
        - Я не видел. Он прыгнул  - я метнул.
        - Давайте отдохнем, пока Зора соберет жидкость. Вес небольшой, а цена о-го-го,  - предложил оборотень,  - даже в Веселых Травах любителей видуньего зелья, что хорлов в нашествие. Так что боги не простят, если не выжмем.
        - Лейка, Малик, Шивак  - на стражу,  - проурчал Храм,  - остальные  - отдыхать.
        - А он один ходит?  - запоздало спросил я, озираясь по сторонам.
        - Один,  - ответил Серый,  - самка рядом может быть, но у нее на когтях ничего нет, поэтому она не нападает.
        Мы сели у деревьев. Нейла примостилась рядом.
        - Ноги гудят,  - шепотом сообщила она мне.
        Я обнял ее и погладил по голове.
        Похоже, путь до Элискона легким нам не покажется, даже у меня, благодаря стараниям Храма привыкшего к нагрузкам, ноги немного устали, а ведь прошли всего ничего. К нам подсел Серый, развернул карту.
        - Видишь точку?  - спросил он меня.
        Я кивнул.
        - Предлагаю идти к ней, это или городок, или баронское имение. И река вдоль всего пути недалеко, и в замке, возможно, отдохнем. Небольшой крюк, конечно, где-то в половину дня, но без воды нам с лошадьми не дойти.
        - Согласен.
        Ночевать встали на небольшой полянке неподалеку от реки, это давало возможность как напоить, так и накормить лошадей.
        - Я жалею, что мы не взяли верховых,  - пожаловался шепотом Лейке, присевшей рядом.
        - Сколько народа уже погибло из-за такой жалости,  - так же тихо ответила мне она.
        Вообще, за очень короткое время путешествия я привык говорить как минимум вполголоса.
        - Расскажи о Шиваке,  - попросила вдруг Лейка.
        - Ну, хороший гном,  - изумленно проговорил я.  - Из-за оскорбления гномов дрался на дуэли, там и познакомились. Молод и горяч, но меч держит хладнокровно. Скоро по их законам достигнет совершеннолетия…
        - Так он не только мелкий, он еще и несовершеннолетний?
        - Ну не считая того, что он старше меня на восемь кругов, да. А где отец твоих детей?
        - На охоте погиб в прошлом круге.
        Мы замолчали.
        - Выглядите вы рядом, конечно, комично,  - нарушил я тишину,  - но разумный он хороший. Правда хороший.
        - Ну спасибо,  - оскалила в улыбке клыки орчанка.
        Я пожал плечами.
        Дежурили в две смены. Причем поделились ровно пополам, поэтому не выспались. Ладно одаренные, нас в какой-то мере спасала от усталости искра, но могу представить, как плохо было оркам и гному. Хотя гному, не отходившему от Лейки, точно было хорошо. Ничего предосудительного они ночью не смогли бы сделать, но что-то явно произошло, так как он шел со счастливым лицом.


        Точки на карте, казавшейся близкой, мы достигли через два дня. За это время отбили пару атак. Раз  - собак, другой раз  - хорлов. Ни то, ни другое особо не напрягло  - звери разбегались, только почувствовав наше превосходство. Лишь Пушистик и хасаны были довольны. Они при атаке крыс успели поймать по твари и, соответственно, поесть свежатинки.
        Точкой на карте оказался замок. Не крепость, а именно замок, стоявший посередине огромного луга. Видимо, в этих местах раньше не боялись нападений. Рядом с замком заметили то ли болото, то ли озерцо, берега которого затянули водросли.
        Прежде чем обследовать предполагаемое место отдыха, решили напоить лошадей. Обыденно встали в положенные места и начали однообразную процедуру поения. За последние дни уже не раз приходилось поить. Поскольку ничего страшного не происходило, мы, видимо, расслабились, а зря…
        Пила уже третья лошадь, хасаны и сейш тоже утолили жажду. Вдруг локтей за шесть от берега водная гладь пошла рябью, и спустя удар сердца из озера выпрыгнуло серое извилистое тело длинной локтя в четыре. Орчанки попытались принять его на копья, но оно в полете умудрилось извернуться, и листовидный наконечник копья Лейки лишь слегка прошелся по боку. Лошадь заметила опасность слишком поздно. Ее голова резко вздернулась вверх, но тут же была поймана раскрывшимися челюстями чудовища. Падая, кобыла зацепила Зору, откинула ее в воду. Нейла, оттолкнув Лейку, нанесла из жезла удар «кулаком». Озерную тварь отбросило вместе с лошадью на локоть, но челюсти не разжались.
        - Харра!  - Храм влетел в воду с гномьим чудо-мечом и с замаха саданул по голове твари.
        На части распалась даже голова лошади в пасти земноводной.
        Мы, огорошенные нападением, не сразу заметили буруны, приближающиеся от центра озера. Первым ударил по ним Малик. «Огоньки» улетали в толщу воды, окрашивая ее кругами в бледно-красный цвет. Храм рывком выдернул из воды Зору и грациозно, словно беременный бегемот, выпрыгнул сам. Серый схватил уже переставшую биться в конвульсиях лошадь за ногу и попытался вытащить ее на берег.
        - Зачем?  - крикнул я ему.
        - Да хрен им в пасть, а не добыча!
        Храм схватил лошадь за вторую ногу. Когда подключились орчанки и гном, они смогли вытащить и даже оттащить на несколько локтей от воды лошадиную тушу.
        Монстры не выпрыгивали. Они медленно выходили из воды. Приплюснутая голова напоминала две тарелки, положенные друг на друга, на верхней располагались широко расставленные глаза. Лапы не очень длинные и довольно массивные, здоровенный бобровый хвост тонул в воде. Серая кожа отливала на солнце матовым блеском. Несколько ударов Нейлы, подкрепленных «огоньками» Малика, вразумили тварей, и они довольно шустро для таких туш, попавших на мелководье, ретировались.
        - Харра!  - взревел орк, легко помахивая при этом своим мечом, словно это обычный клинок.
        - Храм,  - я уселся на землю,  - а на кой ты вообще взял с собой эту оглоблю, тяжелая же!
        - Сам ты оглобля,  - сердито ответил вместо орка Шивак.  - Это прекрасный меч для настоящего воина.
        - Да я не спорю, он красивый, да и эффективный, вон как ту хреновину перерубил. Но ведь он для боя в тяжелых латах, а мы вроде как только со зверьем сражаться собираемся.
        - Да ты сам не знаешь, что там,  - гулко ответил орк, присаживаясь рядом.
        - Я смотрю, расслабились,  - вклинился Серый,  - а лошади-то ведь не напоены, да и кроме этих болотных шушундр здесь другие твари могут быть, чего орете?
        - А что, их так зовут?  - спросил Малик.
        - Не знаю я, как их зовут, сам первый раз вижу.
        Дальше водопой пошел без эксцессов. Вещи Шивака, а это была его кобыла, перегрузили на других лошадей и направились к замку.
        Хоть Серый и говорил, что дальше предыдущего дома охотники не ходят, все комнаты в замке оказались разграблены. Все более-менее ценное вынесли. Мебель под воздействием времени потемнела и утратила былое великолепие, но она была.
        Мы расположились в подвале замка. Самое безопасное место. Лошадям, видимо, придется сегодня поголодать, поскольку их мы тоже затолкали вниз. Подвал оказался шикарным. Куда до него нашему в «Проклятом доме»! Отдельными комнатами можно было обеспечить каждого члена нашей группы вместе с лошадьми. Дверь в подвал закрывалась на засов. Сзади у замка обнаружили колодец, ну и пару хорлов в надворных постройках, видимо, бог судьбы оставил, чтобы мы не расслаблялись и в то же время могли покормить сейша и хасанов, которые после конины как-то отвернули морды от крыс.
        - Предлагаю передохнуть день,  - присаживаясь на скамью, произнес Серый.
        - Согласен,  - поддержал я.  - Малику еще надо амулет связи перестроить и темный жезл посмотреть.
        - То есть все отдыхать, а я работать?  - возмутился артефактор.
        - Судьба несправедлива,  - философски заметил эльф.  - Смотри на это с оптимизмом, получается, что тебе отдыхать не надо.
        - Очень смешно!
        Отдых действительно был необходим, хотя в таких условиях отдых  - только слово, но все лучше, чем ничего. Свежего мяса с погибшей лошади  - море, хоть это и не было решающим фактором, но, посовещавшись, решили на сутки остаться в замке.
        - Как думаешь, скоро второй круг?  - Нейла прижалась к моему плечу.
        - Не знаю, еще бы суметь определить его,  - прищурившись, ответил я.
        Едкий дым мебельного лома не спешил уходить из ближайшей к выходу комнаты, в которой я жарил мясо. Нет, не по-нормански, таких изысков мы были лишены. Из спиртного имелась только настойка для дезинфекции в случае ранений. А жарить на улице не решились из-за возможного нападения клыкастых недругов.
        - Ты бы шла к остальным, здесь дымно.
        - Да везде дымно, Серый уже готовит стражу  - дверь открыть.
        - Должна же быть здесь хоть какая-то вытяжка для воздуха?
        - Да есть она, но не для костров, потому и не вытягивает. Сейчас дверь откроют, и я все потоком вытяну.
        - Не получится, чтобы вытянуть, нужен приток воздуха, так что не трать сил.


        Эксперимент  - отец знания. Кто бы сомневался, что Нейла не послушается. А вот плетение, которое она использовала, было интересным. Тот же «кулак», но растянутый во времени. Я выделил часть, отвечающую за время.
        Все плохое рано или поздно проходит, вот и мое мытарство с жаркой конины подошло к концу. Мы собрались в одной из комнат. Ужин казался царским.
        - Зельеное мясо заканчивается,  - пока насыщались жареной кониной, произнес Серый,  - так что одним мясом питаемся в последний раз. Дальше придется варить каши.
        - Лишь бы не из хайлы,  - высказался эльф.
        - Судя по тому, с какой скоростью мы идем, через пару десятин и ее будете глотать как мед.
        Спать легли по привычке в одной комнате. Лошадей загнали в соседние помещения. Засыпалось сладко. Отсутствие фыркающих лошадей и состояние защищенности, возникшее на фоне ночевок в лесу, сделали свое дело. Мягкая шерсть хасана с одной стороны и объятия Нейлы с другой умиротворяли. Не знаю, как все, но я был бы счастлив, если бы не мысли об отце и Софье. Понимаю, что эгоистично, но они меня волновали больше, чем остальные.
        Поскольку в подвале отсутствовали окна, о наступлении утра я узнал чисто интуитивно: «Ну должно наступить!» Просыпались постепенно. Некоторые, типа гнома и Лейки, обнявшихся в углу, просыпались и снова засыпали. Вымотались за последние дни знатно, даже не столько из-за недосыпания, сколько из-за постоянного ожидания нападения. Я пошевелился, пытаясь избавиться от холодка камня, проступающего сквозь одеяло, но этим разбудил Нейлу. Она, потянувшись, обняла меня. Даже в полной темноте я словно бы видел манящие изгибы ее тела.


        День начался с забот о лошадях, они почему-то отказывались есть себе подобных, пришлось хасанам и Пушистику после того как мы полным составом сводили копытных к водопою, взять на себя роль пастухов.
        Позавтракали вчерашним мясом. Ели холодным, решили не задымлять помещение.
        После завтрака мы с Нейлой и Маликом занялись амулетами. Артефактор показал, как надо менять плетение охотничьих амулетов, и мы попробовали помочь. Из восьми амулетов к обеду я смог изменить один, Нейла  - два, а Малик  - остальные. Дальше принялись за темный жезл. Но обломались, сила во всех была уже светлая. Поскольку «воздушный кулак» работал и на ней, я временно забрал жезл себе.
        Пока мы возились с артефактами, в остальных проснулись авантюристы. Они направились обследовать замок. Не знаю, кто приходил сюда раньше, но среди них явно не было гнома. Он смог найти три тайника! Ничего особо ценного там, правда, не оказалось, за исключением серебряного колье, в котором сейчас щеголяла Лейка. Но тем не менее подъем настроения находка обеспечила. Кроме колье нашли десяток золотых и свитки с расписками.
        - Интересно, а почему бумага не сгнила.  - Я держал в руках один из свитков.
        - Плетение крепления наложено,  - пояснил Малик.
        Я, перейдя на магическое зрение, посмотрел вязь нитей силы на бумаге.
        - А как оно не развеялось без подпитки? Столько времени прошло.
        - Сундучок, в котором лежали, с накопителем, я накопитель уже выковырял. Эльфийский! Представляешь, в нем все еще сила сохранилась, умеют же эльфы делать! Эль, раскрой секрет!
        - А секрет долголетия тебе не выдать?
        - Я бы не отказался.
        - Поменьше вопросов о секретах задавать будешь  - дольше проживешь.
        К вечеру зарядил дождь. Сидя в подвале, мы радовались, что непогода не застала нас в пути. Эльф пообещал, что к утру дождь пройдет.
        - Как определяешь?  - спросил Храм.
        - Не объяснить, просто чувствую, да и то не всегда.
        Утром дождя действительно не было. Зато нас поджидала стая псов, возможно, та же самая. Разогнав их жезлами, повели лошадей на водопой. День, видимо, был не наш. На водопое шушундры снова попытались полакомиться кониной. Получив несколько ударов уже из трех жезлов, озерные обитатели успокоились.



        Глава 7
        Второй круг

        Еще через два дня мы достигли границы второго круга. Оказалось, что определять границу круга не надо, она ощущалась. Она  - это темная мана. Магический фон начал меняться. Вокруг словно были развешаны крупинки темной магии. У Нейлы и Серого улучшилось настроение. А вот у меня и эльфа, наоборот, появились головные боли. Остальные пока еще не почувствовали изменений. Двигались мы к городку под названием «Зароб». По субъективным ощущениям, идти до него оставалось еще день.
        На первой ночевке нашим с эльфом состоянием озаботилась Нейла.
        - Дайте-ка я вас осмотрю,  - шепотом произнесла она.
        Вообще за время, проведенное в Темных землях, мы научились говорить очень тихо и привыкли к амулетам, уже никто не воспринимал укол в грудь как что-то необычное.
        - Некросов блин, да у тебя плетение памяти прямо горит,  - громким шепотом оповестила лекарка.  - Нужна остановка.
        Плетение памяти, вернее, его остатки Нейла как-то смогла снять.
        - Хорошо, что оно почти развеялось, так бы я не справилась. Эль Варух умеет привязывать.
        - Дед говорил, там еще какое-то блокирующее стоит.
        - Глубоко очень и с нитями тела сильно переплетено. Боюсь мозг задеть. Пока давай не будем трогать, если станет хуже, попытаюсь снять.
        - Ладно.
        С Элем дела обстояли хуже.
        - Слушай, Эль,  - произнесла Нейла после осмотра,  - я не знаю, у тебя все нормально, но нити силы по организму раскрыты и принимают ману. Темную ману  - понимаешь?
        - Темные эльфы  - сказка,  - уверенно произнес Эль.  - Может, просто нездоровится.
        - Ага, одаренному  - нездоровится,  - поддержал я Нейлу, поскольку тоже видел, как в эльфа текут струи маны.  - Мы вообще много что сказкой считали  - вампиров, например. Вот превратишься в клыкастого, будешь знать.
        - Что предлагаешь? Мне здесь остаться или, может, обратно с тобой пойдем?
        Как ни крути, а Эль был прав. Поскольку уже темнело, решили разбить стоянку прямо на этом месте. Местность попалась по виду мрачная, но в то же время чем-то успокаивала. Лошадей мы смогли напоить меньше части назад, причем без опасности  - наткнулись на родник, в котором пополнили и запасы воды во флягах разумных. Это стало довольно значимым событием, так как раньше мы были вынуждены набирать воду в довольно сомнительных водоемах, после чего доводили ее до кипения магией  - убивали «грязь». Довольно затратное в плане магических сил действо.
        Голова по-прежнему болела, но не так сильно.
        - Ты бы шлем надел,  - посоветовала Нейла,  - может, легче будет.
        Я прислушался к лекарке и достал гротескную шлем-маску, подаренную гномами. Сейш, посмотрев на волчий оскал шлема, скинул мне картинку  - мы с Ручей лежим в обнимку. У Пушистика, кажется, стало проявляться чувство юмора, как у матери. Шлем частично помог.
        Моя стража выпала на вторую часть ночи, вместе с орчанками и Шиваком. Я осторожно постарался выползти из объятий Нейлы, но тем не менее разбудил ее. Что-то сердито пробурчав спросонья, она оттолкнула меня. Только потом я себя спросил  - а почему она не была на страже? Прошла примерно часть времени, прежде чем я понял, что что-то не так. Все спали! И, на удивление, я тоже не сразу понял это, может, если бы не мысли о дальнейших планах (а я не был уверен в правильности наших действий), я бы тоже заснул. Почудилось что-то знакомое… Да и Пушистик почему-то приподнял голову. Я, встав, надел амулет ночного зрения, яснее от этого не стало, вокруг простиралось сонное царство. Но тревога внутри грызла.
        - Харра!  - вырвалось интуитивно.
        Проснулись только хасаны, сейш и гном, остальные даже не шелохнулись.
        - Ты чего?  - Шивак стоял с оголенным клинком.
        - Не знаю, Шива, что-то не так, все спят.
        Питомцы оскалились и посмотрели в одну сторону. Сейш попятился к хасанам и стал глядеть туда же. Вот уж от кого, а от него не ожидал…
        - Шивак, с моей стороны какая-то хрень,  - прошептал я.
        «Не дергайся, сзади,  - отколол амулет.  - Поворачивайся на счет «три».
        На третий укол я резко повернулся:
        - Твою задницу!.. Броненосец Потемкин!
        Зверь, стоявший в пяти локтях от меня, был, мягко говоря, большим и бронированным. Первым удар нанес Шивак: из нижней стойки клинок гнома шаркнул по подбородку «броненосца» мощным ударом, заставив того приподнять голову. Я тут же оказался рядом и нанес рубящий удар по шее, заставив массивную голову зверя вздрогнуть, но и только  - ни мой, ни гномий удары не принесли каких-либо повреждений. Не знаю, чем бы закончилось, будь мы одни, но хасаны с сейшем пришли в себя быстро и, мелькнув черными тенями с боков, кинулись на зверя. Либо он там был менее защищен, либо испугался. Но «броненосец» нервно и невероятно резво развернулся и убежал в темноту. Даже при помощи амулета зрения через десять ударов сердца я не смог его увидеть. Питомцы также растворились в темноте леса. Вскоре в глубине тьмы послышались звуки боя. Ничего не оставалось делать, как броситься на помощь, но к тому времени, как я смог добежать, «броненосец» был повержен. Я не стал разбираться, как они смогли это сделать, и кинулся обратно.
        Шивак безуспешно пытался разбудить наших спутников. Я тоже попробовал, Нейле даже пощечину влепил  - никакого эффекта. Все беспробудно спали.
        - Чего это с ними?  - Гном тряс Храма.
        - Может, эта зверюга усыпила?
        - А мы тогда чего не спим?
        Я посмотрел на гнома. Он, как и я, был в шлеме. Постучав по своему шлему пальцем, спросил:
        - А ты чего в шлеме спал?
        - Я в детстве долго не разговаривал, и меня тоже маги лечили. Вот решил подстраховаться, вдруг плетение осталось?
        - А чего Нейлу не попросил посмотреть?
        - Она Лейке расскажет.
        Я недоуменно покачал головой.
        - Видимо, нас железяки спасли.
        Гном хмыкнул:
        - За каждую из этих, как ты говоришь, железяк  - пару-тройку лошадей выменять можно. Что делать будем?
        - Ждать. Когда-нибудь проснутся.
        Из леса, напугав нас, по одному вышли питомцы.
        - Норман, а ты чего не в ту сторону смотрел?  - спросил гном.
        - Да там тоже что-то было, и Пушистик с хасанами почувствовали.
        - А зверя, значит, нет?
        - Может, он на нас как-то воздействовал?
        - Может… А на меня, выходит, не смог?
        Я пожал плечами.
        Первым проснулся Малик, когда уже совсем рассвело.
        - О-о-о. Как плохо. Ровный,  - сфокусировав взгляд на мне, прохрипел артефактор.  - Попроси Нейлу посмотреть меня. Голова болит.
        - Я думаю, она сейчас у всех будет болеть. Нейла тоже в отключке.
        Пока рассказывали Малику о событиях, очнулась Нейла. Пришлось рассказывать заново. На Лейке, проснувшейся четвертой, после Серого, у меня уже язык отказал, поэтому я махнул рукой и, взяв с собой Новера, пошел смотреть на зверя.
        По пути к месту ночной схватки на нас напала довольно большая змея, Новер ее отвлек, а я, войдя в ускорение, располовинил тварь.
        Осмотрев тушу ночного зверя, выяснил причину победы питомцев. В темноте только показалось, что наши мечи не причинили вреда. Из резаной раны на шее, не прикрытой костяными наростами, натекла бурая лужа. Зверь размером был слегка больше сейша. Броня на его теле внешне напоминала пластины моего доспеха, только значительно укрупненные. Я ударил по одной из пластин поверженного животного мечом. На ней появилась небольшая царапина, и только. Размахнулся повторно, но уже в ускорении. Еле потом вытащил меч из почти перерубленного костяного нароста. «Да, наверное, эта тварь чувствует здесь себя вольготно»,  - промелькнула мысль. Срезав одну из пластин, вернулся обратно к месту стоянки. К этому моменту все были уже на ногах, но лагерь сворачивать не спешили.
        - Что, сегодня никуда не идем?
        - Да как идти, Зора вон встать не может.  - Храм, по своему обыкновению, протирал меч.
        Обычно так он скрывал свое волнение. Как же, «настоящий орк никогда не туманит свой разум».
        - Чего это у тебя?  - Шивак заинтересовался окровавленной пластиной.
        - Да с ночного гостя срезал,  - протянул ему трофей.
        Гном молча взял пластину и отошел, разглядывая ее. Поскольку сумбур ночи, видимо, не схлынул полностью, я не решился торопиться и собираться в дорогу. Внутри что-то глодало, безумно знакомое и опасное, как будто кто-то наблюдал за нами.
        Сдвинуться с места мы так и не решились. Состояние почти у всех было не ахти.
        - Серый,  - мы с оборотнем сидели в отдалении, но тем не менее этот вопрос я произнес тише шепота,  - а почему ты не ходишь по Темным в своем втором виде, ведь, наверное, так удобнее?
        - Да непривычно как-то, я ведь не часто оборачиваюсь, так, когда совсем уж невтерпеж. Ну а если ты про сейчас, то не забывай, что Лейка с Зорой не знают.
        - Ну да, как-то забыл.  - Я уже, наверное, в двадцатый раз вертел в магическом зрении плетения следящего амулета темных.
        - Что, думаешь, обманул?
        - Да кто его знает, всплесков не вижу. Структура не совсем ясна. Мог и обмануть. Может, вообще просто погремушка. Опять же, если рискнуть и проверить, есть шанс, что окажется правдой. И что он после этого сделает, не знаю. Но в любом случае до имения деда дойти надо, может, он туда птицу пришлет. А пока полная неизвестность.


        Рамос через день очнулся, переломы еще не срослись, но воспаление пошло на убыль. Римик дал добро Савлентию на лечение Ровного.
        Пару дней деду никак не удавалось продолжить начатый разговор с Римиком. Тот пребывал в суетных делах. Только один день выслушивал доклады подчиненных и перебирал на ходу какие-то бумаги. Но ищущий  - найдет, а ждущий  - дождется. Вот и Савлентий смог поймать момент, когда магистр был свободен.
        - Ну так как с моими? Решил?
        - А? Ты об этом. Доберемся до Старкского королевства, отправлю птицу своим осведомителям в Веселых Травах, они твоих предупредят и мне весть передадут. Видимо, придется твоей команде в Старкское прорываться, ну или, вернее всего, Старкское прорвется к ним.
        - Это как?
        - Война. Старкские войска уже вошли в Исварию.
        - И ты так уверен в Аргеене?
        - Ну, обе стороны готовились. Но сильных магов в Исварии почти не осталось. Если кто и не перешел на нашу сторону, то одно старичье. Не обижайся, Салий, но из вас вояки не очень. Есть и еще пара мыслей, позволяющих думать, что Исварское скоро будет захвачено.
        - Втянете светлых в войну?
        - Нет больше светлых, Салий. Уничтожат их в ближайшее время всех, по крайней мере  - народ будет думать так.
        - А как же…
        Римик усмехнулся.
        - Я думаю, уже можно рассказать, все равно скоро два и два сложишь. Сейчас угрозы от темных нет. Мы долго ждали нападения из Темных земель. Ведь никто не знает, что пожертвовавшие тогда собой погибли. Мы все же предполагали, что они обратились в личей. Но по прошествии времени данная теория стала отпадать. Ни одной попытки мести, выхода через портал или еще чего-то, а это навевает мысли о смерти темных. К тому же подросло новое поколение, которое не помнит ужасов войны, не помнит смерти наших противников. Да что говорить, ты сам под крылом собрал кучу потенциальных темных. Милойское герцогство, несмотря на свои размеры, вообще восстановило мощнейшую школу темной магии.
        - Что, не по зубам они вам?
        - Пока да, но не в этом суть. Темная магия возвращается. Это естественно, какой маг не хочет быть сильнее? Среди знати многие тайно обучаются темному искусству, есть даже пара культов, их адепты прячутся в горах. Императора нет, единственная сила, сдерживающая этот процесс,  - Светлое братство. Но даже в его рядах с приходом молодежи стала забываться первоначальная цель. Мы многим наступили на ногу, пора уйти…
        - И что, вы вот так все сдадите?
        - Зачем? Не можешь предотвратить  - возглавь. И лучше, если ты будешь в этот момент впереди.
        Савлентий на некоторое время задумался.
        - Так вот зачем вам Яля! Хотите во главу…
        - Ну-у, не во главу, молода еще. Но планы на нее у Аргеена есть.
        - А как же светлый фанатизм?
        - Да какой фанатизм, ты же понимаешь, что шли к нам не из-за идей. Первое время император посылал. А потом  - власть светлых стала приманивать. Фанатики, конечно, есть, но без жертв никак не обойдется. Вот они и погибнут за Светлое братство.
        - Тогда зачем было моих в Темные земли запихивать? Если у вас уже есть готовые темные?
        - Кто сказал, что есть? Нет, пока только учимся. Ну а насчет «твоих»  - у Аргеена спросишь, тут его воля.


        Спать легли в шлемах, с амулетами зрения наготове. Моя стража была первой, вместе со мной бдели Храм, Лейка и Шивак. Где-то к середине ночи начало расти беспокойство:
        - Храм, что-то не так.
        Храм огляделся, мне показалось, даже принюхался:
        - Да нет, кажется тебе.
        Вот тут-то меня и посетило чувство дежавю:
        - Харра! Вампиры!
        Из тьмы начали приближаться тени. Все-таки амулеты ночного зрения  - это вещь! Первую волну приняли мы с Шиваком. Ускоренное восприятие буквально захлестнуло меня. Нет, правда, это было как наваждение. Сила лилась в тело, сила лилась в меч  - безграничная свобода… Но это пока они не использовали все возможности.
        - Харра!
        Я пригнулся, уклоняясь от летящего меча Храма, битва уже шла меры три. Немного. Это если ты не в состоянии восприятия. Даже крик орка тянулся в ускорении песней. Эффект у этого оружия был  - вампиры отвлекались и пропускали удары. Колющий, следом  - размашистый по ногам. Полуторный меч орка в это время повторно заставлял пригнуться противников, впрочем, не всех. Они бросались навстречу струе крови, летящей от его меча и уколом поражающей следующую тень. Вампиры быстры, очень быстры! Крутнуться по оси, оценивая обстановку. Метнуться к Лейке, отбивающейся от двоих. С левой руки сорвался темный «огонек», унося нежизнь существа.
        Не знаю, как и почему, но в какой-то момент я стал спокоен. Совершенно спокоен. Расчетливые скупые движения, полное отчуждение от эмоций. Я танцевал! Чувство силы, мягкие выпады, переходящие при необходимости в рывок. Шарк! Меч чиркнул по руке вампира, оставляя темный след вытягиваемой из противника силы. Раз! И я перенес инерцию меча в нижний удар! Раз! И моя нога снесла точку опоры следующего вампира. Раз! И мой меч срубил пальцы темного создания с эфеса. Я  - меч. Я  - справедливость. Я  - палач!
        Шшах! Молния эльфа выбила из состояния равновесия очередного вампира, мой меч вспорол ему брюхо, вывалив наружу внутренности с их сладким запахом.
        Вот две тени понеслись мне навстречу, одна не успела уклониться от лапы сейша, и ее практически отбросило с распластанной грудью. Вторую встретил я. Отбил удар, но не успел отбить кинжал в левой руке, насколько мог, ушел, вбив одновременно клинок в грудь. По руке чиркнул металл, оставив вспышку боли. Некогда задумываться. Вот еще пару вампиров снес воздушным ударом жезла Нейлы. Немного слепили «огоньки» Малика справа…


        Пять мер. Мы бились всего пять мер. А показалось, пять кругов. Сестры с небосклона освещали побоище. Шесть вампиров остались на месте битвы. Примерно десять ушли, большинство с серьезными ранами. Все-таки вампира трудно убить. У нас серьезно пострадала Зора. У меня, Шивака и Храма обнаружились незначительные порезы. Две лошади сорвались с привязи и унеслись в ночь, благо с них все было снято.
        - В следующий раз я убью тебя, Линзи!  - крикнул я в темноту.
        В ответ раздался далекий визг вампирши, подтверждающий, что она меня услышала.
        - Откуда ты знаешь?  - Храм помогал Нейле перевязывать Зору.
        - Видел эту сучку. Никого не укусили?
        - Меня…
        Наступила глухая тишина, все смотрели на орчанку.
        - Кто-нибудь слышал об орке-вампире?  - первым нарушил тишину Малик.  - Точно знаю, лошадей и других животных вампирами не сделать.
        - Спасибо за сравнение,  - ухмыльнулась Зора.
        Остальные не разделяли ее мнения, да хоть с крысой пусть сравнит, призрачный шанс был.
        - Откуда такие знания?  - поинтересовался Эль.
        - Ну если бы такое случалось, то хотя бы в легендах упоминалось.
        - Ладно, будем придерживаться этой теории.  - Я вообще ничего не знал о данном вопросе, но заявление Малика показалось логичным. Все-таки орки разительно отличались от людей.
        Послал вопрос хасанам и сейшу об их состоянии. Получил удовлетворительный ответ.
        - Один живой!  - Лейка с любопытством осматривала лежащего под острием ее меча вампира.
        - Вот у него, когда отойдет, и спросим, кто становится вампиром, а кто  - нет,  - пророкотал Храм с нескрываемой злобой.
        Он молча вытащил веревку из сложенных вещей. Подошел к пошевелившемуся вампиру, перевернул его на живот и тщательно спеленал, не забыв перекинуть пару нитей через рот существа.
        - Может, остальным головы снимем, на всякий случай,  - предложил Эль.
        Храм молча поддержал его, отрубив голову у ближайшего к нему тела.


        Утром мы повнимательней рассмотрели пленного. Довольно молодое лицо, не отражавшее эмоций, хотя с веревкой, пропущенной на манер узды, сложно, наверное, что-либо изобразить мимикой. Темные волосы завязаны в хвост. Веревка во рту оголяла два клыка  - иголки. Если бы не они, отличить от человека вампира было бы сложно. Слегка расширенные плечи и проступавшие через одежду холмы мышц выдавали сильное тело. Одет он оказался не ахти как. Камзол не первой свежести, но ухожен, виднелись следы штопки и, наверное, если бы не ночная свара, был бы чистым. Самым необычным в нем показались глаза. На первый взгляд такие же, как у человека, но, если приглядеться, обнаруживалось, что они прозрачные. Не стеклянные  - сквозь них нельзя что-либо разглядеть, но и не обычные. Не такие яркие, не такие сосредоточенные… Может, из-за них и появлялась у вампиров способность видеть силу.
        - Ну что ж, начнем.  - Храм подошел к пленному и срезал веревки со рта.  - Как тебя зовут?
        Тот равнодушно осмотрел нас:
        - Кладий.
        - Как ваша гадость действует на орков?
        Вампир ухмыльнулся:
        - Не знаю.
        Кулак орка снял ухмылку с физиономии существа и уложил того на бок. Храм поднял тело и вновь посадил спиной к дереву. Орк хотел повторить процедуру…
        - Подожди, Храм,  - остановил я его,  - мы ничего толком не знаем о них, может, он не чувствует боли. Но предполагаю, что для того, кто может существовать вечно, жизнь  - самое дорогое. Рассмотри вот этот меч, ты ведь видишь силу.  - Я вынул свой клинок.  - Он тянет темную ману. Я сейчас надрежу твою ногу, и ты убедишься в этом. Сила будет уходить из тебя маленькой струйкой, и если ты вовремя не одумаешься…
        - Не надо, одаренный!  - раздался знакомый голос из чащи.  - Поговорим.
        Из кустов вышла Линзи с поднятыми руками. Эль моментально натянул тетиву. Нейла и Малик приготовили жезлы. Мой тоже висел под левой рукой. Хасаны и сейш, лежавшие в центре лагеря, встали и рассредоточились.
        - Как видишь, наши кулинарные пристрастия поменялись,  - я с усмешкой смотрел на вампиршу,  - теперь мне нравится пить твоих подданных.
        - Не надо, одаренный, ты не такой. Хотя когда-нибудь станешь таким.
        - Хочешь забрать его?  - Я кивнул на пленного.
        - Да.
        - Что предложишь? Мне невыгодно отпускать врага.
        - Знания. Я здесь подольше вас. К тому же у вас, так я понимаю, некая проблема.  - Она посмотрела на Зору.
        - Я это узнаю и у него.
        Связанный заерзал.
        - Он мало понимает, молод еще.
        Я глянул на уверенное лицо плененного вампира.
        - Ты лжешь, Линзи. Не скажу почему, но я уверен, что он много может мне рассказать. Что предложишь?
        - Чего хочешь?
        Я задумался, ничего дельного не приходило на ум.
        - Да вроде мне ничего не надо. Предлагаю тебе сейчас ответить на вопрос о ее судьбе, а потом я подумаю, и мы встретимся еще раз.
        - Не зарывайся, одаренный, можешь пострадать.
        Я поднял темный жезл и направил воздушный удар по дереву, стоящему слева от нас. Из веток выпали два тела вампиров, которые тут же стали отползать.
        - Посмотрим…
        - Ладно, я согласна. Орки не становятся вампирами, но она может умереть от яда. Эликсиров у нас нет, как-то никогда не были нужны. Так что, чем вам помочь, не знаю. Когда встретимся?
        - Во время зенита.
        - Я могу идти?
        - Да.
        - Откуда узнал про сидящих на дереве?  - когда удалилась Линзи, спросил эльф.  - Я их не слышал.
        - Сейш,  - почти беззвучно прошептал я.  - С другой стороны еще один сидит.
        - Уберем?
        - Не-эт. Лучше знать о наблюдателе, чем гадать, где он.
        И уже нормальным голосом продолжил:
        - Зора, ты все слышала. Не знаю, хорошо это или плохо…
        - Мне нужна та гадость, что они впрыснули в нее,  - произнесла Нейла.
        - Да только попроси!  - Храм подошел к вампиру.  - Лейка, дай скляночку, такую, как вы использовали для сбора яда видуна.
        После того как орчанка подала бутылек, орк присел на корточки перед вампиром.
        - Моя бабка обладала даром предвидения. И мне немного по наследству досталось. Ну, расскажу тебе будущее… Есть добровольный способ, а есть с выбиванием клыка и надрезанием челюсти, чтобы, значит, найти, откуда у вас бежит эта гадость.
        - Наши старшие договорились…
        - Да иди ты с договорами к Некросу. Моя любимая умирает, и я сделаю все, чтобы помочь ей. И Ровный не посмеет мне отказать. Да, Норман?
        - Ты в своем праве.  - Спорить с орком было не о чем, да и незачем, раз это могло помочь.
        - Ну!
        - Надо подставить бутыль под клык и нажать на десну.
        - Вот и умничка.
        Орк проделал процедуру. Вампиры все-таки чувствовали боль, судя по гримасе недовольной нежити.
        - Держи, Нейла.  - Орк протянул лекарке склянку с бурой жидкостью.
        Нейла взяла и, достав свою лекарскую сумку, попросила у Храма крови.
        - Их яд смешан с кровью Зоры, попытаюсь найти то, что не свернет кровь, и в то же время обезвредит яд. Точно обещать не могу, но все лучше, чем просто смотреть.
        Пока Нейла с Маликом, вызвавшимся помогать, разбирались с ядом вампира, я решил опытным путем проверить темный жезл. Я осознавал опасность, но такие сюрпризы, как этой ночью, нам точно не были нужны. А мы, имея, возможно, мощнейшее оружие, махали железяками.
        Я, взяв Новера и Пушистика, отошел от лагеря локтей на сто. Дальше не решился. Не хватало еще стать заложником вампиров.
        Так как действие через указательный палец было известно, решил пробовать по порядку. Подача через средний и безымянный пальцы не произвела эффекта. Я не отчаивался. Руки не оторвало, и ладно. Возможно, это «щит», так как на среднем пальце ощущался отток воздуха. Подача на мизинец заставила Новера и Пушистика попятиться. Мне тоже сделалось неуютно, но, опять же, видимого эффекта  - ноль. Я осмотрел округу и вспомнил про соглядатая вампиров. Передислоцировавшись на противоположный край лагеря, нацелил жезл на дерево и направил по мизинцу небольшой поток. Вампир спрыгнул с дерева и с визгом побежал от лагеря. Уж не знаю, что подействовало, подопытных, у которых можно было узнать, как-то не наблюдалось. Вернее, единственный, и тот убежал. Но эффект не самый плохой.
        Оставался последний, большой палец, жезл был рассчитан на пять плетений. А вот тут я произвел фурор. Выжженная мер за десять площадка диаметром локтей семь-восемь положила конец нашему спокойствию.
        - Вот это да!  - прошептал рядом Малик.
        И ведь я не хотел. Я только чуть-чуть подал силы, а остановить уже не мог. Пока жезл не опустел, темный огонь бушевал. Я не стремился водить жезлом, собственно говоря  - испугался и поэтому держал, направив в одно место. А если бы водил им, может, конечно, не всю округу, но нехилую поляну превратил бы в выжженную пустыню. В пятне не осталось ничего, лишь пепел, который поднимал ветер.
        - Ровный, ты вообще придурок. Я же тебе говорил, опасно.  - Малик наконец опомнился.
        - Зато как действенно!
        - А остальные?
        - Средний  - вернее всего, «щит», безымянный  - не понял, мизинец  - сеет панику.
        - Шикарная штука!
        - Согласен. Что там с ядом?
        - Пока не разобрались, но наметки есть  - точно не узнать, только опытным путем. Вот если Зоре станет совсем плохо…
        Стало. Буквально через часть. К тому времени только-только обговорили, чего хотим от вампиров. Нейла влила в полыхающую жаром орчанку эликсир. Плохо было то, что подкачать силы не могли. Даже Малик, что говорить о Малике  - Эль был наполнен темной маной, лечение с помощью которой могло привести лишь к погребальной яме.
        К зениту появилась Линзи.
        - Решили, чего хотите?
        - Да. Рассказа обо всем, что знаешь, и сопровождения по Темным землям.
        - Чего-то такого я и ожидала. Не слишком нескромно?
        - Нет. В рассказе ты и наврать можешь. Ну а кроме сопровождения, больше желать от тебя нечего.
        - Понятно. Кладия отпустите?
        - Ну-у-у, Линзи. Вроде ты неглупая…
        - Хорошо. Когда идем?
        - Через часть. Прошу всех твоих держаться впереди. Тыл мы как-нибудь без вас прикроем.
        - Зачем они нам?  - с плохо скрываемой ненавистью спросил Храм.
        «Держать в видимости,  - отстучал я ему по амулету.  - Они нападут».
        - Просто это вопрос времени,  - произнес вслух, так как стучать надоело.
        «Расскажут, может быть, что-то»,  - добавил стуком.
        Выдвинулись через часть. Храм сопротивлялся, боялся за Зору.
        - Храм, на месте стоять тоже нельзя. Придем в город, отдохнем. Во-первых, к цели не приближаемся, во-вторых, вампиры рядом, надо хотя бы выйти из леса, в-третьих, Эль вылил всю воду лошадям, и им все равно не хватает, как теперь уже и нам.
        Орк, скрипнув клыками, согласился. Вампиры пригнали нам одну из сорвавшихся лошадей, вторую, видимо, съели  - либо вампиры, либо зверье.
        - Линзи, к ближайшей воде!  - пафосно произнес я, насколько позволял артистизм, когда мы разместили вещи и Зору на лошадях.
        - Как скажешь,  - не скрывая злобы, съерничала она.
        Как мы ни старались, часть вещей пришлось взвалить на плечи. Серый предлагал нагрузить хасанов и сейша, но я воспротивился, мы можем сбросить сумки в любой момент в случае опасности, а питомцы  - нет.
        Через часть вышли к реке. Напоили лошадей. За время ходьбы я успел перекачать часть маны из меча в жезл. Пока лошади пили, назвал Линзи дальнейшую цель  - Зароб. Когда отъехали от водопоя, начал разговор с идущей в десяти локтях впереди меня в соответствии с договоренностью вампиршей:
        - Рассказывай.
        - Я не верю тебе, одаренный.
        - А я тебе, кровососка.
        - Оскорбляешь?
        - Нет. Сообщаю о действительности, так же, как и ты.
        - Спрашивай.
        - Сколько здесь вампиров?
        - Не глупи, задавай вопросы, на которые услышишь правдивые ответы.
        - Расскажи про третий круг.
        - Про третий  - что?
        - Ну, земли делятся на три зоны…
        - Все поняла. Просто мы делим их по-другому. На предземелье, земли и центр. Ты идешь в центр?
        - Да.  - Глупо было отпираться после того, как рассекретился.
        - Хм…  - многозначительно произнесла вампирша.  - Лучше бы вам сдохнуть от наших клыков, может, кого-то и подняли бы. Они не станут этого делать. Сразу скажу  - в центр я вас не поведу, не знала, что вы такие безумцы.
        - Ну, вообще, ты обещала.
        - Смерть одного вампира не стоит смерти всех. А там мы умрем.
        - Кто они такие?
        - Маги, но не люди. Я с ними не встречалась, глава соседнего гнезда рассказал. Быстры, сильны, видят и слышат лучше нас, владеют магией и не любят, чтобы кто-нибудь заходил на их землю. Я с удовольствием провожу тебя к ним.
        - Зачем вы напали на нас? Ведь ты понимала, что мы не просто жертвы?
        - Сила. Тебе не понять. Чтобы жить, нам и так хватает силы в этих землях. Но сила, льющаяся из разумного, это другое, это удовольствие. Думаешь, почему мы выходим из Темных? Ну а тебя я бы вообще выпила с тройной радостью!
        - Понимаю,  - показал я ей оголенный клинок,  - очень даже. Твои соплеменники тоже вкусны. Когда тянешь из них силу, внутри словно радость разливается, мысли становятся ясными и хочется еще.
        - Не знала бы, подумала бы, что вампир говорит,  - усмехнулась Линзи.  - Пойдем к нам, мы с тобой кругов пятнадцать, пока не надоедим друг другу, покувыркаемся, разумеется, когда разума наберешься.
        - А вы правда не помните себя?
        - Сначала да, потом память частично возвращается.
        - Ты была владелицей Скользкого?
        - Да.
        - А что произошло?
        - Это личное, на это договора не было. Ну так как, пойдешь к нам?
        - А как же душа?  - Мне начал нравиться разговор.
        - Душа… Тоскливо, обманывать не буду. Самое интересное, что ни вы, ни мы не знаем, что это такое. Просто образуется пустота. Так не объяснишь. Но есть и преимущества. Ты не задумываешься о каких-то привязанностях и любви, живешь вечно.
        - А как же Милофий?
        - Просто попытка.
        - Нет, Линзи. Я пока не хочу. Что ты знаешь о тех, в центре?
        - Я не была там. Так что не расскажу. То, что знала, сказала.
        Вскоре встали на ночь. Линзи я попросил отвести своих, но чувствовал, да и знал от питомцев, что все не ушли и за нами ведется наблюдение. Лошадей удалось еще раз напоить. Вскипятив магией воду, сварили кашу с последним «зельеным» мясом. Зоре лучше не становилось, но и ухудшений не наблюдалось. Иногда она приходила в себя. В один из таких моментов мы ее накормили.
        - Напрягают кровососы,  - эльф присел рядом со мной, держа котелок в руках,  - и шлем этот тоже, ничего не слышно.
        - Терпи пока, Эль,  - надо.
        До утра время прошло в тревоге, соседство вампиров не давало покоя. Я не спал всю ночь. Не знаю, почему, но чувствовал их только я. Пришлось перейти на силу и станцевать с мечом.
        Утром двинулись дальше. Зора оставалась в полусознательном состоянии. Вскоре выехали на открытое пространство луга. Линзи заволновалась, но, переборов себя, продолжила путь. Вместе с ней вышли всего пять вампиров.
        - А остальные где?  - спросил ее.
        - Не твое дело. Я обещала вести, я веду,  - нервно ответила вампирша.
        Я промолчал. Через часть где-то вдали появилась полоса деревьев.
        - Далеко от Зароба до центра?  - продолжил я разговор.
        - Два дня.  - У нее явно улучшилось настроение.
        Я молча поднял жезл и нанес «воздушный удар».
        Сейш и хасаны, предупрежденные заранее, молча бросились на вампиров. Нейла и Малик ударили жезлами. В полмеры все было решено.
        - Как-то мерзко,  - произнес Храм, когда все закончилось.
        - Ну, знаешь,  - раздраженно ответил я,  - мне Зоры достаточно.
        К вечеру мы были в Заробе. Вампиры сновали вокруг, когда мы въехали в лес. Но пара пугающих воздействий темного жезла уничтожила чувство постоянного взгляда.



        Глава 8
        Зароб

        Город представлял собой унылое зрелище. С виду все было бы как обычно, если бы не деревья, растущие где попало. Своими извилистыми и не совсем естественными формами они только усугубляли угнетающее впечатление. Остановились мы в ближайшем доме, показавшемся более или менее защищенным. Поскольку решеток на окнах в округе не увидели, выбрали двухэтажное строение, которое, судя по высоко расположенным окнам, имело подвал.
        Тут, наверное, впервые за все путешествие по Темным землям, мы поняли масштаб произошедшей когда-то трагедии. Скелеты. Их было немного, но их нетронутость и застывшие позы навевали мысли о безысходности возникшей тогда ситуации. Лейка аккуратно сняла серебряную цепочку с шеи маленького скелета. На медальоне, висевшем на нейе, было изображение Милионайлы  - богини жизни. Насмешка судьбы.
        Состояние Зоры не улучшалось. Храм все чаще кидал взгляды в сторону плененного вампира. Тот осознавал свое положение и уже не так уверенно смотрел на нас. Единственное, что, наверное, удерживало орка от расправы над пленным  - возможная необходимость его яда для изучения.
        Во дворе дома обнаружился заброшенный колодец. Но, к сожалению, воды в нем не было. Храм, Шивак и Пушистик отправились на поиски оной. Нейла и Малик возились с Зорой. Остальные занялись бытом: готовили на остатке воды кашу и распрягали лошадей, спущенных в подвал. Несмотря на не очень жаркую погоду, под шлемом все чесалось. Все-таки, чтобы его носить, нужна привычка, хотя… привыкнуть к нагретой кастрюле на голове…
        - Вода есть,  - сообщил Храм, вернувшийся через часть вместе с гномом и сейшем.  - Но для лошадей замучаемся носить, там река проходит через город и мост. Мы ведра нашли, рассохшиеся, но какое-то время воду держат. Можно с моста набирать и поить лошадей.
        - Хорошо, все нужны?
        - Нет. Малика, Серого и тебя хватит. Ну и питомцев. Остальные пусть в подвале посидят.
        - Пошли.
        Мост оказался всего в десяти мерах ходьбы, вернее, скачки. Мы решили не заморачиваться пешей прогулкой и рискнуть  - улицы все-таки не лес и, несмотря на наличие растительности, получше проглядывались. Полчасти поили лошадей, очередь которых пришла после питомцев.
        - Мы по дороге зашли в пару домов побогаче,  - поведал орк, пока ненасытные водяные мешки сосали жидкость,  - там уже кто-то побывал. Разумный. Взято только ценное.
        - Может, те же вампиры?
        - Может. Надо нашего поспрашивать. Вдруг какое-то гнездо рядом?
        - Да, богам на радость. Только не переусердствуй, может пригодиться.
        - Ладно.


        Обратно ехали шагом, прислушиваясь к местности, вернее, не мешая прислушиваться питомцам. Вдруг эльф резко остановил своего коня. Привязанные лошади слегка подтолкнули жеребца Эля, но он не отвел взгляда с одному ему видимой точки.
        - Ты чего, Эль?  - спросил я его.
        - Там эльф.
        Я натренированным движением вынул лук.
        Эль усмехнулся:
        - Против эльфов  - с луком? Ну-ну… Не живой  - скелет.  - Он грациозно выпрыгнул из седла.
        Надо будет поучиться у него этому трюку. Может, и бесполезно, но как эффектно! Эльф подошел к только сейчас замеченному нами скелету, сидящему, если так можно сказать, опершись спиной о дом. Мы подъехали за ним. Скелет явно был свежий, в смысле, свежее, чем найденные нами в доме. Ну а в остальном  - обычный скелет. Правда, я видел скелет второй раз в жизни, не считая тех, в доме, в котором мы сегодня побывали, так что, может, моя точка зрения и неверна. Одет скелет был в остатки кожаного костюма.
        - Девушка,  - присел на корточки эльф.
        - Почему так решил?  - полюбопытствовал я.
        - Костюм женский, эльф никогда не наденет кожаные штаны.
        - Ну и зря,  - пробурчал орк.  - Я хотел себе такие купить, только дорогие они, денег жалко.
        Возникла молчаливая пауза.
        - Я смотрю, тебе она понравилась?  - нарушил тишину орк.  - Так бери с собой, Норман вон не теряется…
        Орк замолчал под нашими красноречивыми взглядами. Я успел покоситься на Малика, он вроде отреагировал адекватно. Эль протянул палец к черепу:
        - Дело не в том, что это эльфийка, дело в том, что у нее клыки.
        Мы молчали, переваривая сказанное. Первым понял Малик:
        - Ты же говорил, что темных эльфов не бывает!
        - Не кричи,  - шикнул на него Храм, хотя его голос при этом казался более громким.
        - Чего стоим-то, ужинать хотим…  - Я не успел договорить, меня сбило воздушной волной удара.
        Храм тоже выпал из седла. Эль тряс головой, ему досталось больше всех. Я, опомнившись, подхватил свой жезл и направил на артефактора:
        - Ты чего?
        Он не отреагировал на меня  - безотрывно смотрел немного вверх. Я проследил за его взглядом. Из окна второго этажа торчало обвисшее тело огромной змеи. Мы просто оказались поблизости от удара.
        - Спасибо,  - опустил я жезл.
        - Как ты говоришь, должен будешь,  - оглядывая здание, ответил Малик.
        - Давайте-ка отсюда,  - опомнился Храм.  - Эль, можешь взять свою любовь с собой.
        - Иду уже, иду.  - Эльф обыскивал скелет и поспешно заталкивал что-то в сумку.
        На подходе к облюбованному под временное жилье дому сначала сейш, а следом и хасаны заволновались.
        - Что-то не так.  - Храм подстегнул лошадь, мы втроем последовали его примеру, но, поскольку были полегче, довольно быстро обогнали его.
        Около дома спешились и медленно подошли к входу. Хасаны послали мутное пятно  - в доме на первом этаже. Я поднял руку, развернул ее ладонью назад. Все молча попятились.
        - «В доме кто-то есть»,  - отстучал я по амулету.
        - «Нечто похожее на разумного. Держимся в подвале, выбивать дверь перестала,  - отдалось по амулету уколами.  - Все живы».
        Судя по всему, попали в зону принятия амулетов наших. Мы отошли подальше.
        - «Что будем делать?»  - отстучал кто-то.
        - «Не зна,  - ответил я.  - Дом  - кто?»
        - «Тварь разм орк зелен»,  - приняв мою манеру сокращения, отстучали из дома.
        Мы просидели часть, тварь в доме, видимо, тоже была терпеливой. Приближалась ночь. Вместе с лошадьми, которых боялись увести далеко, мы являлись лакомой добычей для местных обитателей.
        Я нацепил амулет ночного видения и отстучал:
        - «Иду дом мной  - никто, я  - амул отвл вниман. Настан ноч  - смерт».
        - «Да»,  - пришло в ответ.


        Обойдя по кругу зону видимости из окон, я прижался к стене и приблизился к входу. Под шлемом лился пот. Вообще, я последнее время готов был на что угодно, лишь бы иметь возможность снять эту железку. Ничего толком не слышишь, давит даже с поднятым «волчьим» забралом, но Нейла бдела. Сейчас можно было и снять, но я подумал, вдруг это какая-нибудь тварь, бьющая ментально. Дойдя до угла, решил, что произвожу много шума шаркающими друг о друга пластинами гномьего доспеха. Аккуратно снял броню, снял и ставший ненавистным шлем  - предпочел защите нормальный слух. Буду надеяться на реакцию и ускорение. Меч ввиду его длины и узости коридоров дома вынимать не стал, вернее, вернул его в ножны и отстегнул вместе с поясом. Достал кинжал Храма, подаренный мне еще в детстве. Несмотря на свою неказистость (теперь-то я понимал толк в оружии), он мне нравился. Локоть длиной, в настоящих обстоятельствах он оказался идеальным оружием для стесненного пространства. Я повернул ободок кольца…
        Пригнувшись, подошел к центральной двери дома, сжимая в правой темный жезл, в левой  - кинжал. Я предполагал, что есть боковая дверь  - для обслуги, но там я не был и предпочел знакомый вход. Когда почти нырнул в черный зев проема, получил картинку: за мной сейш и хасаны. Противиться не стал.
        Страх раздирал. Но Хасаны и Пушистик породили какое-то чувство необходимости, иначе бы, наверное, струсил. А сейчас стало стыдно, как ни крути, я считал их полуразумными, а теперь вдруг почувствовал  - мы одно. Шел на полуватных ногах. После второго поворота что-то переключилось. Я стал другим. Азарт, гордость за себя, прошедшего эти шаги  - не знаю что. Я почувствовал себя если не богом, то неуязвимым героем. Я  - вихрь. Я порву любого. Нет врага, который смог бы противостоять мне… Питомцев, хотя каких питомцев  - соратников, братьев, себя  - я чувствовал. Я видел то, что видят они. Нам не нужны были амулеты связи. Мы  - стая!
        Он не смог появиться внезапно, мы его чувствовали. Единение! Мой удар жезлом продолжился прыжком сейша. Хасаны, хотя какие, к Некросу, хасаны  - братья!  - в неимоверно быстром прыжке смогли раскрыть его грудь. Я  - нет!  - мы нанесли удар «темным огнем» жезла. Он просто выжег чудовище, братья своевременно ушли.
        Нейла путано рассказывала о событиях, все охали и ахали. Эль обратил внимание на мое состояние:
        - Что случилось?
        - Все хорошо.
        И только я знал ощущение стаи… И знал, мы теперь  - одно! Отойдя от эйфории единства с питомцами, осмотрел хасанов магическим взглядом. Все верно, они тоже изменились. Не знаю, Темные земли подействовали или просто взросление питомцев, но я был уверен  - это их магия. Вспомнил слова деда о возможностях хасанов «смутить жертву, заблудить в лесу, отвести глаза», если свести все воедино  - магия разума. Савлентий, как же его не хватало! Надо дойти до его имения, может, уже и птицу прислал. Я присел рядом с лежащим Новером, бросил ему картинку  - нас вместе во время боя  - и вопросительно посмотрел на него. Сказать, что получил оформленный речью ответ, не могу, но это уже была и не картинка, может быть, понимание мыслей. Если пересказать его ответ словами: «Мы  - стая, ты  - вожак». Причем, я так понял, сейш в эту категорию тоже попадал.
        - …орман. Норман!  - привел меня в чувство Храм.  - Ты чего?
        - Что  - чего?
        - Ты уже меру в одну точку смотришь.
        - Да так. Задумался что-то.
        - Зоре хуже стало!
        Я посмотрел на орчанку магическим  - реально стало хуже, нити жизни пылали.
        - Эликсир давали?
        - Да!
        Мой взгляд переместился на эльфа. Все одаренные в нашей пестрой компании светились темной маной, а эльф  - смесью. Светлыми его нити было не назвать, но и темными они не были.
        - Эль, а ты точно не можешь подкачать человека?
        - Нет. Разные мы, я не могу передавать.
        - Малик, помоги!  - Я положил перед собой меч и полупустой жезл.
        - Чем помочь?
        - Надо опустошить эльфийский накопитель меча, давай в жезл вместе перекачаем.
        Артефактор посмотрел на меня, потом на эльфа. Медленно, но до него стала доходить моя идея.
        - На амулете, усиливающем связь, тоже эльфийский стоит, он почти полностью пуст.
        - Это потому мы не услышали наших у водопоя?
        Малик потупил взор. Следить за наполненностью связного амулета было его обязанностью.
        - Ладно, потом разберемся. Тащи. Нейла, слей всю свою ману в темный жезл. Сейчас Эль наполнит амулет силой, а ты заберешь.
        Нейла осмотрела эльфа:
        - Может получиться.
        - А я без силы останусь?  - возмутился было Эль, но столкнулся со взглядом Храма.
        - Не переживай,  - успокоил я его.  - В тебя темная наберется. Храм, а ты бы поспрашивал о городе нашего «друга», все равно ничего не делаешь. Только умоляю, аккуратно.
        Орк ухмыльнулся:
        - С превеликим удовольствием.
        Вампир съежился. Я прямо ощутил мурашки, пробежавшие по его коже.
        После того как Нейла приняла ману эльфа из амулета, наступил решающий момент. Все замерли. Одаренные перешли на магическое. Нейла по капельке стала пускать в Зору силу. Мягкий серый туман начал проникать в нити орчанки. Через какое-то время Нейла остановилась.
        - Чего?  - нетерпеливо спросил орк.
        - Надо подождать, вдруг хуже станет.
        - Расскажи лучше,  - отвлек я Храма,  - как подопечный.
        Приглушенные крики вампира из дальнего помещения подвала слышали все.
        - Здесь гнезда нет, но есть эльфы. Это их территория. Вампиры сюда не заходят. Где они живут и сколько их, он не знает, но не в городе. Эльфы есть, как обычные, так и темные. Живут вместе.
        Эль впитывал каждое слово.
        - О столице он тоже толком ничего не знает. Но они боятся тех, кто там живет.
        Орк замолчал.
        - И это все?
        - Да.
        - А чего так долго?
        - Убедиться надо было, что не врет.
        - Он жив?
        - Нет. Но шевелиться может,  - усмехнулся клыкатый.
        - Шутник, блин,  - проворчал я.
        Нейла повторно положила руки на орчанку. Через меру оторвалась:
        - Нормально, практически сразу пошли улучшения. Выйдите в другую комнату, раздеть надо, через одежду плохо идет. Лейка, поможешь?
        - Конечно.
        Мужская половина компании покинула импровизированную лекарскую.
        - Ровный,  - донесся вслед голос Нейлы,  - шлем надень.
        Со вздохом я вернулся за шлемом, головная боль и вправду усилилась, я только сейчас обратил на это внимание. В последние дни я уже стал привыкать к легкому дискомфорту от боли и к ненавистному шлему.
        - Что делать будем, мужики?  - Серый присел на пол.
        - Не сиди на камне, детей не будет,  - произнес эльф.
        - Да мне новые и не нужны.
        - Надо в имение деда попасть,  - вернул я начатый Серым разговор в прежнее русло.
        Серый развернул карту. Эль создал «светляка», разогнал полумглу. Данное нехитрое плетение с эффектом света теперь получалось только у него. Наши «светляки»  - не светили.
        - До имения пара дней, до столицы тоже. Мы сейчас в треугольнике. Так, может, все-таки в Элискон?
        - Нет,  - твердо ответил я,  - сначала в имение. Вдруг в столицу и не надо.
        - Ты Лейке и Зоре об этом не скажи,  - вступил в разговор Шивак.  - Они только и бредят богатствами Элискона.
        - Ну, допустим, одна уже не бредит… Извини, Храм. Но в сложившихся обстоятельствах честно скажу, меня туда не манит. Не нравятся мне неизвестные жители.
        Все замолчали.
        - Давайте готовить есть. Утро светлее ночи, там и посмотрим.
        - Да ты философ, Шивак,  - подначил гнома Храм.
        В этот раз воду грел я. Когда каша уже доваривалась, подумал, что по силе я, наверное, уже развился до уровня мага  - вон сколько воды вскипятил, да еще и поддерживал в горячем состоянии. Искра росла не по дням, а по часам. А вот умений у меня, наверное, на первокурсника академии не хватало. Я сплел «светляка». Три удара сердца. «Огонек» получался за два. Ну, в принципе, и здесь совершенствуюсь.
        Когда каша, на этот раз без мяса, была почти готова, пришли девчонки. Нейла сразу подсела ко мне, не забыв щелкнуть по шлему, а Лейка присела к гному, который тут же обнял ее. Смотрелись они все равно комично.
        - Ну, как она?  - Нетерпение орка было понятно.
        - Нормально. Жар спал. Думаю, через часть очнется. Ты бы посидел рядом, пока мы поедим. Если что  - позовешь.
        Орк уже выходил, когда Нейла остановила его:
        - Подожди, там темно. Я со «светляком» была. Возьми у Шивака светильник.
        Через часть Зора очнулась, Нейла подкачнула ей еще сил и накормила жидкой кашей. Легли мы уже заполночь. На первую стражу поставили Малика, хоть дверь в подвал и заблокировали  - лишним не будет, да и за пленным надо приглядывать. Нейла в отсутствие блюстителя нашей нравственности утащила меня в другую комнату. Ну как утащила, я в общем-то, и не сопротивлялся  - собрав по-быстрому наши одеяла и тюки с мягкими вещами, еще вперед нее побежал.
        Сладость поцелуев и нежность разгоряченного девичьего тела унесли меня в рай.
        Проснулся ночью от дикой головной боли. «Шлем!»  - пронеслась мысль. Разумеется, любовью я занимался без него. Без него и уснул. Пока шарил рукой в поисках железной защиты, разбудил Нейлу. «Некрос…»  - успел подумать, прежде чем сознание покинуло меня.



        Глава 9
        Вожак

        Сознание возвращалось постепенно. «Варух! Ведь чувствовал, что какую-то гадость делает. Тварь магическая!». На голове было что-то надето, и это что-то ужасно давило затылок. Открыв глаза, не увидел ожидаемой картинки. Испугаться не успел, зрение выхватило смутный силуэт дверного проема. «Я просто в темноте,  - успокоился тут же. Пошевелил рукой. Ладно, хоть не связан.  - Так, Норман, не паникуем. Стоп, какой Нор… Ах да, я же здесь не Сергей. Я хасан. Какой, к черту, хасан?» Пошевелив второй рукой, понял, что ее кто-то держит, и этот кто-то активизировался после того, как почувствовал, что я очнулся. Глаза резанул загоревшийся свет.
        - Нор, ты как?
        Зрение еще не привыкло к свету, и я не видел владелицу голоса. Но память начала обваливать в мое сознание поток информации, большинство из которой было, наверное, выдержками из моего сна. Владелицу голоса к тому времени, когда глаза привыкли к свету, я вспомнил. Она показалась красивой в мягких лучах «светляка». Взволнованный взгляд, слегка растрепанные волосы  - юная и прекрасная дева. Во сне мы с ней… Не замечал за собой склонности к педофилии, хотя с современными акселератками… Сон! Или не сон? Мы в подвале!
        - Норман, ты меня слышишь?
        Журчащий голосок. Надо ответить. С трудом разлепив губы, охрипшим голосом смог сказать:
        - Да.
        - Как себя чувствуешь? Голова болит?
        - Есть немного жжение в затылке.
        - Что, очнулся?  - пророкотал басовитый голос из-за спины девушки.
        Нейла повернулась на голос и взмахом руки подняла под потолок «светляка». В дверном проеме стоял… орк! «Так, так,  - мысли заметались сумбурным вихрем в моей из без того, похоже, солидно поврежденной черепной коробке.  - Вероятно, не сон! Но так не бывает! Тихо, тихо, Сергей. Или не Сергей? Да чтоб вас! Где я?» Паника захлестнула разум.
        - Присесть сможешь?
        Я попытался кивнуть. Получилось слабо, но девушка меня поняла. Я, слегка завалившись на бок, попытался встать. Нейла помогала. Тут крепкие руки орка чуть ли не со сверхсветовой скоростью посадили меня. В глазах замельтешило. Когда смог сфокусировать взгляд, обратил внимание на руку Храма. «Вот это пальцы, если в кулак сожмет  - кувалда будет. Да что за ерунда в голову лезет?»
        Девушка поднесла к моим губам глиняную кружку. Пить действительно хотелось жутко. Сделав несколько глотков, я попытался остановить процесс, приподняв голову, поскольку она не сразу поняла это, часть воды стекла по подбородку, пробежав освежающей струйкой на грудь. «Мать моя, да я голый. Ладно хоть одеяло прикрывает нижнюю часть тела. А если то, что мы делали с Нейлой, не сон, то… действительность мне начинает нравиться. Память! Опять эта память предков! Я схожу с ума, как прадед деда! Норман, бери себя в руки».
        - Смотри на меня.
        Я посмотрел на Нейлу. Она поводила «светляком», то светя в глаза, то убирая. «Проверяет реакцию зрачков».
        - Голова болит?
        - Легкое жжение в затылке.
        Девушка сняла с меня шлем. Несколько минут смотрела сверху.
        - Плетения нет! Оно исчезло! Ты как себя вообще чувствуешь? Тошнит? Боли есть?
        - Да нет.
        Нейла сосредоточенно поводила руками по груди и животу, несмотря на скверное состояние, прикосновения девушки вызывали неоднозначные мысли. По телу пробежала приятная прохлада.
        - Вроде все нормально, силу принимаешь. Встать можешь?
        - Попробую.  - Я, опершись на подставленную руку орка, встал.
        Слегка качнуло.
        - Ну как?  - Девушка с волнением смотрела мне в глаза.
        «Как же она красива!»
        - Нормально, только одеться бы…
        - Садись, сейчас поесть принесу и помогу одеться.
        Когда Нейла ушла, Храм грузно присел рядом:
        - Что случилось?
        - Не знаю, просто плохо стало.
        - Проклятые земли. Зоре тоже плохо.
        В углу помещения в слабом свете «светляка» шевельнулась какая-то туша. Я резко повернул голову.
        - Ты чего? Это Руча,  - усмехнулся Храм.  - Нервничаешь? Все как под давлением.
        Ко мне подошло огромное животное. Первоначальный испуг стал меняться на необычайно теплое чувство. Стая. Стая рядом, и я в ответе за нее. Мы вместе. Я обнял мягкую голову и прижался к носу волчицы. В голове моментально прояснилось. Все переживания ушли. Какая разница, как меня зовут. Я это я. Хасан, человек, Сергей, Норман, но это мелочи. Я  - вожак. От меня зависит судьба стаи. За стеной чувствовались еще две теплых души. Они, видимо, тоже почуяли меня и стали передвигаться в мою сторону. Вскоре вошли Новер с Пушистиком и заняли почти все пространство небольшой комнаты. «Пушистик»  - слишком нежное имя для такого красавца, переливающегося буграми мышц. «Будешь Пуш». Кот прижался с другой стороны, оттеснив Храма.
        - Какие у вас тут нежности,  - пробурчал Храм, вставая.
        Тут вошла Нейла, неся горшочек со вкусно пахнущей кашей, мне так сильно захотелось, чтобы она тоже была в стае. Ее качнуло, если бы не орк, оттесненный волками, то она, наверное, упала бы. Но он успел подхватить девушку.
        - Что случилось?  - взволнованно, хотя в его голосе сложно было уловить интонацию, спросил он.
        - Нет, так, что-то покачнуло.  - Она удивленно оглядывала меня и братьев с сестрой.
        - Не нравится мне все это.  - Орк расстроенно вышел.
        Я накинулся на кашу, проснулся зверский аппетит.
        - Что-то произошло.  - Нейла задумчиво смотрела на меня.
        - «Ты в стае»,  - прошла мысль Новера.
        Нейла удивленно посмотрела на него.
        - Может, объяснишь?  - повернулась ко мне.
        Я пожал плечами:
        - Хасаны выросли, настала пора сбиваться в стаю. Так получилось, что я и сейш  - самые близкие для них разумные. Мы вошли первыми. А сейчас я захотел, чтобы и ты…
        Нейла прижалась к плечу.
        - С тобой хоть мышью.
        Через полчасти я смог более или менее нормально передвигаться. Провалялся уже почти сутки, за это время дух коллектива стал падать. Зоре было плохо, она не выходила из состояния беспамятства. Вливание силы помогало, но незначительно. Храм ходил чернее ночи. Общий негативный настрой чувствовался. Требовалось чем-то занять разумных, но так как на улице была ночь…
        Нейла в очередной раз осматривала Зору, я тоже перешел на магическое зрение. Нити жизни орчанки полыхали.
        - Надо в Элискон.  - Нейла устало опустила руки, прекратив очередное вливание.
        - Зачем?
        - Там должны быть хорошие лекарские амулеты. Как в академии, может, и лучше. Алессон говорил, что раньше там находилась лучшая лекарская школа в империи. И руки выращивали, и ноги, да и читальня там есть, должно найтись что-то о вампирах.
        - Значит, утром идем.
        Все оживились. Нет, не внешне. Я чувствовал их. Как будто волна пронеслась. Особенно ярко  - от Храма.
        Ночь прошла спокойно. Мы с Нейлой спали вместе. Именно спали, Нейла после лечения меня и Зоры осталась без сил. А вот ко мне сон не шел. Я потихоньку вышел из комнаты и нашел в вещах траву для отвара. Засыпал в кружку, залил водой и вскипятил магией, присел в одной из пустых комнат. Мысли о памяти предков оставил на потом. В соседней комнате кто-то зашевелился, мой слух после слияния со стаей обострился, как и нюх. Я слышал оборотня, который шел ко мне, около дверей он замер.
        - Входи, Серый,  - прошептал тихо.
        Он вошел и молча сел рядом со мной на пол. Я протянул ему свою кружку. Он отхлебнул и вернул.
        - Не спится?  - спросил его.
        - Да, как-то…
        - Обращайся в зверя.
        Оборотень молчал.
        - Завтра поедем на лошадях, хватит плестись. Ты нужен в другом облике. Проблем и так море, плевать на чье-то мнение, мы тебя поддержим. Тем более что неизвестно, кто в столице.
        - Ты изменился. От твоего запаха веет опасностью и силой, как…
        - Как от хасана,  - помог я ему, отхлебнув из кружки.
        - Да.  - Он удивленно посмотрел на меня.
        В комнате был кромешный мрак, но я видел его лицо.
        - Пойдешь в комнату рядом с нашей. Я поставлю Пуша, он присмотрит, чтобы никто не трогал тебя, пока не обернешься.
        Оборотень молча встал и вышел из комнаты. Я попросил кота присмотреть за ним. Теперь нам не нужны были картинки или слова, стая понимала друг друга.
        Память предков рисовала причудливые узоры другого мира. Мира, который казался родным и близким, хотя я в нем никогда не был. В дальней комнате заворочалась Нейла, когда-нибудь мы обязательно заведем щен… тьфу, детей.



        Глава 10
        Эльфы

        Утро началось сумбурно. Нет, для меня прекрасно. Я впервые или в сотый раз… Я не знаю, я стал другим, в общем, я впервые коснулся губ Нейлы. Можно придумать кучу эпитетов: феерично, сказочно, бесподобно… Я не могу передать это. Сердце участило свой бег, ее губы нежно касались моих, я хотел ее безумно, душу переполнял щенячий восторг, но… реальность в виде появившегося из-за угла эльфа принесла в сказку суровую правду жизни.
        Ворчавший на меня Эль вдруг замер в свете «светляка» и посмотрел на меня так, как будто видел впервые. На меня он тоже произвел впечатление. Я впервые видел эльфа. Я не могу объяснить, я помнил его, знал его, но увидел впервые. Мое сумасшествие меня, конечно, волновало, но и рассказывать про него я не стремился, в памяти всплывало повествование о прадеде Савлентия  - не хотелось такого же отношения. Однако я понимал: я  - ненормальный.
        - Вставать пора,  - как-то скромно произнес эльф.
        - Да мы уже встали. Как Зора?
        - Так же,  - ответил из темноты голос Храма.
        Я молча отправился к лестнице, хасаны вышли за мной. Постояв пару мер на свежем воздухе, пока Новер с Ручей обходили окрестности, я вдыхал запахи, вроде все было хорошо.
        - Эль, Малик, с вас завтрак. Храм и… Подождите. Шивак, Малик, Лейка, выходите на улицу.
        Когда перечисленные мной вышли, я, попросив подождать, спустился за Серым. Сначала вышел на улицу я, за мной  - Пуш, следом  - оборотень. Лейка отреагировала первой, выхватила клинок.
        - Спокойно! Меч убрать!  - беспрекословно приказал я.  - Сказал, убрать оружие!
        Я сам не узнал свой голос  - это был рык. Даже Храм, стоявший рядом с испытуемыми, отшатнулся. Рядом со мной ощерился кот, сзади стояли хасаны. Лейка, оглянувшись, вложила в ножны клинок.
        - Шутки кончились. Зора умирает, думаю, все это понимают. Это Серый,  - ткнул я в несуразное, тем не менее не потерявшее опасности создание.  - Теперь он будет выглядеть так, пока это необходимо. Если у кого-то есть претензии к его внешнему виду, прошу адресовать их мне! Мы сейчас одна команда. Повернуть назад практически невозможно.  - Я знал, что за спиной меня слушают остальные.  - Сейчас едем в Элискон, там есть какая-то надежда на лечение. Едем верхом, времени нет. Поэтому, если кто может как-то помочь положению  - прошу вперед!
        - Мог бы и не так объяснить,  - очухался первым Малик.
        - Долго по-другому. Выводим лошадей и поехали. Все лишнее оставляем здесь, лошадей не хватает.
        На шесть оставшихся лошадей было семь наездников, не считая Серого, который в своей второй ипостаси мог бежать сам.
        - Что с вампиром?  - спросил Храм.
        Я посмотрел орку в глаза.
        - Понял,  - ответил он мне и собрался идти в подвал.
        - Подожди,  - остановил его.  - Я сам.
        Неживой уже знал, зачем я пришел. Он гордо смотрел на меня.
        - Наступило время?
        - Кто находится в Элисконе?
        - Я уже все рассказал орку.
        - Все рано или поздно должны умереть. Мне жаль, что твоя смерть будет мучительной, но мне необходимо знать в подробностях, кто там.  - Я ткнул острие меча в ногу вампиру.
        Сила тоненькой струйкой побежала в клинок. Вампир даже не дрогнул:
        - Зачем мне рассказывать. И так и так я умру, а не скажу, может, вас порвут маги.
        Он был терпелив, молча смотрел мне в глаза и умирал. Лишь в самом конце издал оглушающий крик. Настоящий воин. На всякий случай я отрубил ему голову. Внутри появилось какое-то мерзкое ощущение.
        - Так надо,  - тихо сказал я себе.


        Зароб оказался не очень большим городом, и мы вскоре выехали в хвойный лес. Хасаны бежали по бокам в небольшом отдалении, Пуш прикрывал сзади, впереди трусил Серый, следом за ним ехала Нейла. Мы с орком ввиду нехватки одной лошади попеременно бежали пешком, иногда нас сменял Малик. Скорость была не ахти, но значительно выше, чем шагом.
        Дорога не предрасполагала к раздумьям, все-таки проклятые земли, я сосредоточился на округе. Для улучшения слуха снял надоевший шлем. А для снижения веса  - меч, повесил его на луку Аравина. К обеду выбрались на ровную полосу довольно широкой дороги. Она достаточно чужеродно смотрелась в сосновом лесу. Что-то было в ней непривычное глазу, что  - я понял, только когда остановились.
        - Интересно,  - успокаивая дыхание после бега, выдохнул я,  - а почему дорога не заросла? В Заробе даже каменные мостовые выворочены ростками деревьев.
        - Имперские дороги, скоро столица,  - ответил Малик.  - Посмотри магическим на саму дорогу.
        Я пригляделся, внутри земли под дорогой располагалась сеть тонюсеньких нитей силы.
        - Что это?
        - Дорожные амулеты, стягивают землю в плотный слой и удерживают ее. И дожди не размывают, и дорога плотнее, и растения не растут.
        - За столько лет должны были рассеяться.
        - Они питаются от накопителя Элискона, а он сам подзаряжается.
        - Разве так можно?
        - Почему нет, твой меч тоже собирает темную ману. Вообще сложно. Я в Исварии только в столичной академии такой амулет видел, он полдвора занимает, а двор там о-го-го. А здесь вообще грандиозные сооружения. Магистры рассказывали, что накопитель императорского дворца  - это стены, окружающие его. В итоге он собирает всю ману в округе, и внутри дворца магических сил, пронизывающих воздух, вообще нет. Так как всех магов перед входом заставляли сливать силу, то к императору попадали одаренные, не способные пользоваться магией. И накопитель полон, и император защищен от нападения.
        - Разумно.
        - Очень хочу посмотреть дворец, там амулет на амулете. Есть очень искусные.
        - Посмотришь,  - произнес я, оглядываясь.
        - Что-то случилось?  - спросил Храм, снял Зору с лошади и усадил, прислонив спиной к дереву.
        - Кто-то за нами наблюдает. Новер чувствует да и я тоже.
        - В глубине леса справа,  - подтвердил мои догадки Серый.  - Вернее всего, несколько. Очень грамотно прячутся, я несколько раз мельком осматривал, но увидеть не могу, а вот чувствовать  - тоже чувствую.
        - Зверье?
        - Не знаю, сложно определить. Когда дальше поедем, видно будет по их действиям.
        Отдыхать под чужими взглядами было не очень уютно, и, видимо, не только мне.
        - Поедем уже, напрягает,  - произнес молчавший всю дорогу Шивак.
        - Я согласна,  - поддержала его Лейка.  - Отстанут, потом отдохнем.
        Я мысленно попросил Новера незаметно отделиться от нас и обойти соглядатаев со спины.
        - Нет, отдыхаем еще немного, Новер смотрит.
        Минуты, то есть меры, тянулись очень долго, нет ничего хуже… Наконец я получил весть. Картинка показывала наблюдателей сзади, но по острым ушам и заплетенным оригинальным образом косам можно было догадаться, что это два эльфенка, вернее, очень молоденькие эльфийки, сидевшие на дереве.
        - Эль, пойдем со мной.
        Эльф молча встал и расчехлил лук.
        - Мне кажется, что не понадобится, но кто его знает.
        Мы направились в сторону наблюдателей.
        - Что там?  - когда мы немного отошли от стоянки, спросил Эль.
        - Двое детей. Твои сородичи.
        Эля словно подменили. Куда делись его равнодушие и легкое высокомерие, он превратился в загнанного щенка.
        - Я не пойду.
        - Почему?  - удивился я.
        - Ты не понимаешь наших обычаев. Я не могу.  - Он остановился.
        - Эль, вот совсем не та ситуация, чтобы ерепениться.  - Мне тоже пришлось остановиться.  - У меня в лесу за ними хасан. Позволь напомнить, может, вы и считаете его пушистым комком, но это зверь, и зверь со своим мнением и характером. Ваши дети сейчас с луками, если ему угрожает опасность… Больше у нас эльфов нет. Ты более предрасположишь их к доверию, чем человек.
        - Они не нападут на хасана, думаю, что он тоже. А мне нельзя.
        - Эль, изъяснись точнее!
        - Я изгнанный. Это у вас, людей, какое-либо слово или… не знаю, звание может быть просто звуком. У эльфов изгнанный  - это… отребье, отброс, тварь, в которую может плюнуть даже ребенок.
        - Откуда они узнают?
        - У меня аура изменена,  - хмуро произнес ушастый.
        - Слушай, плевал я на ваши законы, надо будет, выдеру зверенышей, а сейчас пойдем.  - Я молча развернулся и зашагал, прислушиваясь к шагам сзади.
        На душе стало легко  - Эль шагал следом.
        Дети замерли. Я вел эльфа не прямо на них, а слегка в сторону. Поравнявшись с деревом, на котором они сидели, остановился примерно в ста локтях от него и активировал «щит» жезла, поскольку получил сигнал от Новера, что в нас целятся.
        - Мы знаем, что вы на дереве!
        Сказал я, видимо, не особо подумав, поскольку две стрелы тут же попытались пробить «щит», причем в точности стрелкам нельзя было отказать, я даже рефлекторно дернул головой в сторону. Стрела упала, немного не долетев до меня.
        - Не надо больше, мы не причиним вам вреда.
        Мы кубарем слетели вниз и рванули в разные стороны. «Разумно»,  - успел подумать я. Один из них замер перед мордой оскалившегося хасана.
        - Положи лук.
        Эльфийка бросила лук, прижалась к дереву и выхватила короткий меч, скорее даже, длинный кинжал. Слегка темноватое лицо ребенка лет девяти было довольно миловидным. Эль что-то певуче стал говорить ей. Спустя какое-то время она ответила. Во время ее недолгой речи взгляд невольно зацепился за слегка удлинненные клыки.
        - Просит отпустить его, если мы не хотим причинить зла,  - перевел мне Эль.
        - Это он?
        - Да.
        У напряженного зверька гневно сверкнули глаза.
        - Я так понимаю, что ты знаешь исварский?
        Он что-то ответил. Эль хотел перевести, но я остановил его рукой.
        - Он понимает. И если не говорит со мной по-исварски, значит либо что-то скрывает, либо презирает меня. Я делаю выводы.
        - Я понимаю тебя, маг,  - ответил по-исварски эльфенок.
        - Я не хочу причинять тебе вреда. И не собираюсь. Но пойми меня правильно, ты и он или она,  - я ткнул в стоящее неподалеку дерево, где спрятался второй незаметно вернувшийся эльфенок,  - следили за нами. А это само по себе подозрительно.
        - Вы на нашей земле!
        - Понятно. Я не знаю ваших законов, Эль. Что посоветуешь?
        - Дети.
        - Я понимаю, они нам не враги?
        Эльф пожал плечами:
        - Это дети.
        - Чего заладил  - дети, дети. А если враги? Мы их отпустим, а они сообщат взрослым! Вы зачем здесь вообще?
        - Это наше дело, и не тебе, человек, спрашивать меня!
        Эль перешел на эльфийский. После певучей перепалки между ним и сородичем обратился ко мне:
        - Охотятся. Ровный, давай отпустим их. Вдруг они не враги, а если задержим, поверь, станем ими.
        - А что он, объяснить не может?
        - Да откуда? Ребенок. Он впервые видит кого-то не из их племени.
        - Смотри, как бы хуже не стало.  - Я развернулся и пошел, Новер побежал следом. Эль еще на некоторое время задержался.


        - Ну что там?  - спросил Шивак, когда я вернулся.
        - Эльфийские дети, отпустили. Не знаю, насколько правильно поступили.
        - А хво хы с хими фелаешь, уфешь?
        - Серый, ты амулетом, что ли, стучи, может, понятней будет. Прав, конечно, убивать их не убьем, а вот задержать можно было бы.
        - Ну и нажили бы врагов  - Дом эльфов,  - высказал свою мысль Храм.  - Они щепетильны насчет детей.
        - Я смотрю, они насчет всего щепетильны. Мне сейчас их мелочь заявила, мол, не мне им вопросы задавать. Как только Эль нормальным стал?
        - Эль войну прошел, а это другое.
        Вскоре вернулся задумчивый эльф.
        - Узнал что-нибудь?
        - Нет. Даже Дом не назвали.
        - Чего тогда хмурый?
        - Клыки видел?
        - Да.
        - Странно это. А когда спросил про столицу, вообще как на дурака посмотрели. «Не ходите»,  - говорят. Больше ничего выпытать не удалось.
        - Может, поедем? Зоре плохо.  - Лейка вытирала тряпочкой пот со лба орчанки.
        - Да, конечно. Я не знал, Эль, что ты находка для шпиона.
        - В смысле?
        - Ну а на кой ты им сказал, что мы в Элискон едем?
        - Да как-то…


        Серый бежал впереди. Мы, довольно прилично увеличив скорость, двигались за ним. Была какая-то вероятность, что к ночи можем увидеть стены Элискона. Надежда подстегивала наши с орком силы, как ни крути, а бежать одетым в броню  - то еще занятие. Дорога была довольно ровной, но изредка попадались небольшие холмы, слегка снижавшие нашу скорость. На одном из таких холмов Серый встал как истукан. Остановив наш отрядик, вместе с Пушем побежал вперед. Добежав до Серого, уподобился ему: локтях в шестистах от нас прямо посередине дороги стоял здоровенный паук. Просто стоял. Было непонятно, то ли он жив, то ли нет. Через какое-то время передняя лапа паука шевельнулась.
        - Отходим,  - предложил я Серому.
        Но только мы начали пятиться, как паук сделал ленивый шаг навстречу, ну или шаги, учитывая количество его конечностей, и тем самым заставил нас замереть в ожидании.
        - «Что там?»  - отколол амулет.
        - «Паук,  - отстучал я.  - Не ходить».
        Мы попробовали еще раз отойти. Ситуация с приближением паука повторилась. Он явно не хотел, чтобы мы отходили. Хасаны за время нашего с пауком перетаптывания обошли его с боков.
        Мысли в голове лихорадочно мелькали, я искал выход: «Бежать… я не знаю его ТТХ, как-то не хотелось бы удара в спину. Да, в конце-то концов, маг я или нет!» Я поднял жезл и ударил по арахниду темным огнем. Вот зря я это сделал. Плетение полностью разрядило жезл, не долетело до паука и разбилось о «щит». Паук  - маг! Но зато моя неудачная попытка перевела его из спокойного режима ожидания в режим нападения. Мы с Серым рванули обратно, обернувшись, я понял, что такой финт не пройдет  - паук быстрее нас. Я, сменив траекторию бега, попытался зайти сбоку махины, летевшей на нас, вдруг у него там нет «щита»! Паук резко повернулся ко мне, и тут сознание поплыло, по голове словно молотом огрели.
        Очнулся я в доме. Деревянный потолок, бревенчатые стены, окно, сквозь которое виднелись сестры небосклона. Голова болела, но не сильно. Я попытался сесть. Медленно, но мне это удалось. В свете лун различил Зору, лежавшую на топчане у другой стены. У ее изголовья сидя спал Храм. Опустив ноги с кровати, чуть не наступил на Новера, перемотанного какой-то белой тряпкой. В углу зажглись два зеленых блюдца глаз сейша.
        - Где это мы?  - спросил шепотом, чтобы не разбудить орка.
        В голове промелькнули картинки с эльфами.
        - А паук?
        Картинка с убегающим в лес восьмилапым.
        - А где Нейла?
        Вопрос был проигнорирован. Значит, не знает. У питомцев своя психология, и я уже к этому привык.
        - Храм,  - шепотом позвал я.  - Хра-ам.
        Орк приоткрыл глаза, не двинувшись с места, однако мышцы напряглись.
        - Иди на мое место, ложись. Где Нейла?
        - Мы в гостях у эльфов. Она в женском доме. У них здесь разделение, если не женаты.
        - Ничего не понял. В гостях, в смысле…
        - В смысле  - в гостях.
        - А мы почему вместе с Зорой?
        - Это лекарская, тут можно. Ты тише говори, за стенкой ле…
        Договорить он не смог, в дверь вошла ведьма. Ну как еще назвать седую как лунь старуху со «светляком» на ладошке, одетую в белый саван, ну или не саван, но белый и до пят.
        - Чего расшумелись? Ты, здоровый, чего все еще здесь? Быстро отсюда.
        «Светляк» в руке старухи полыхнул жаром, переходя в «огонек».
        Храм предпочел ретироваться.
        - А ты, ударенный, в постель и спать.
        - Да как спать? Я не знаю, где нахожусь! Что с моими спутниками? Друг перевязан,  - указал я на Новера.
        - Друг, говоришь. Ложись обратно, сейчас эликсир принесу, а потом побеседуем.
        Ведьма вернулась минут через пять и уселась рядом на кровати. Норман никогда не встречал старых людей, вернее, не был близко с ними знаком, но сознание Сергея удивил приятный запах трав, исходивший от старухи. В голове плотно укрепилось мнение, что старость должна пахнуть старостью.
        - Слушай,  - сказала она, напоив меня из чаши, которая явно была сплетена из каких-то листьев,  - друга твоего паук ударил перед тем, как убежал. Ничего серьезного, порез небольшой. Где находишься, ты уже знаешь, хотя твой кот плохо умеет направленно сбрасывать мысли, учиться еще надо.
        При этом глаза сейша вспыхнули с новой силой и превратились из прищуренных в блюдцеобразные.
        - Тебя паук мыслью ударил, тоже надо учиться защищать свой разум. Вон, животины твои и то прикрываются. Друзья твои все живы и здоровы, окромя ее.  - При этом ведьма ткнула пальцем в Зору. Ей надо в Светлые земли, иначе умрет. Я ее отпоила, пока не страшно, но яд мертвых и темная мана не дадут ей здесь выжить, еще луну проживет и умрет. А теперь спать ложись.  - Ведьма провела рукой по моей голове, и меня со страшной силой потянуло в сон.
        Проснулся я от лучей солнца, сумрачно проглядывающих сквозь окно. В комнате, кроме меня и Зоры, никого не было. Впрочем, недолго, дверь скрипнула, и кто-то вошел, я не сразу понял, кто, так как закрыл глаза. Через пару секунд повеяло теплом. Нейла! Я открыл глаза.
        - Чего прячешься, лупоглазый? Я теперь тебя чувствую. Уже часть сижу под дверью, жду.
        - Я скучал.  - Запах Нейлы был таким родным.
        - Не подлизывайся. Зачем бросился на него?  - Она припала к моей груди.  - Я испугалась.
        - Сколько я уже тут?
        - Дня не прошло.
        - Наши как? Как мы к эльфам попали? Да и с пауком как дело кончилось, а то Пуш хороший собеседник, но немногословный.
        - Да паук почти сразу убежал, после того как тебя ударил. Мы быстро перевязали Новера и поехали оттуда. Только отъехали, эльф на дороге стоит, ну я его чуть не приложила, ладно еще меч вовремя у ног заметила, вроде как с миром. Руча и Новер округу проверили, эльф был один. Ну мы и поговорили с ним. Оказалось, глава Потерянного Дома  - они так себя называют. Их всего около тридцати, включая детей, может, чуть больше. Пригласил в гости. Поблагодарил за то, что детей не тронули. Они с Элем постоянно вместе, явно тебя ждут. Чего-то им надо. Ну а дальше Раза подлечила Новера, тебя, а самое главное, Зору, она уже не так горит.
        - Раза это такая ведьма в белом?
        - Она самая,  - раздался певучий голос у дверей.  - Значит, ночью к девушке приставал с расспросами, а теперь ведьма.
        Ночная гостья выглядела совсем не такой старой, как показалось в прошлый раз. Белые волосы, заплетенные в косу, зеленое платье до пола, а самое главное  - живые и веселые глаза.
        - Да я не хотел…
        - Ладно, сейчас наложу сонное, частей на восемь…
        - Не надо!
        - Как чувствуешь себя?
        - Хорошо. Голова слегка тяжелая, а так нормально.
        - Ну все, выметайся из моего дома.
        - Спасибо.
        Раза улыбнулась, потом ее лицо стало серьезным.
        - Ты, малец, когда будешь решения принимать, не о себе думай, о них,  - ткнула она пальцем в Нейлу.  - Взвалил на себя, так вези, не отлынивай.
        После этих слов ночная ведьма вышла.
        - Ну что, пойдем?  - спросил я Нейлу.
        - Не-а,  - потянулась она ко мне поцелуем.
        Нет, ничем предосудительным мы не занимались (хотя очень хотелось), но минут пять потеряли.
        Поднявшись на крыльцо, так как оно было выше, чем пол в помещении, я с удивлением осмотрел поселок. Десяток низеньких, вросших в землю домиков терялись среди лиственных деревьев, которые напоминали бы дубы, если бы не искореженные стволы и почти ровные листья. Примерно с середины поселка ко мне спешил Эль. Я не узнал его. Он светился изнутри. Не в прямом смысле, но таким я его не видел еще ни разу.
        - Ровный! Как я рад тебе! Ты бы знал!
        - Эль, ты меня пугаешь, может, стихами заговоришь?
        - В смысле?
        - Так я о своем…
        Эль, не понимающий сарказма, невольно помог мне внутренне собраться.
        - Норман, представляешь, они меня не считают изгнанным,  - почти шепотом произнес он.
        Я немного расслабился, вспомнив паранойю эльфа при встрече с детьми, но все равно внимательно отслеживал его поведение.
        - Эль, а не бывает наркотиков для эльфов?
        - Что такое наркотики?
        - Ну грибы там, порошочки, мазь из когтей видуна, чтобы весело стало.
        - А-а, ты о лунной траве.
        - А ты ее не употреблял?
        - Не больше тебя, когда ты в одиночку на паука бросился.  - До эльфа дошло, что я ерничаю, хотя мне было не до шуток.  - Не смотри так на меня.  - Взгляд Эля стал нормальным.  - Тебе не понять ситуации, когда ты десятки лет считаешь себя вторым сортом, а тут вдруг к тебе относятся как к нормальному.
        - Ладно, ладно. Вижу, что все хорошо. Просто и ты меня пойми. Подходит такой счастливый идиот и несет со счастливым видом околесицу. Просто проверил.
        - Ладно,  - расслабился Эль.  - Тут вот Энурлен, глава Дома, хотел бы с тобой познакомиться.
        Я искоса оглядел статного эльфа явно не первой свежести, глазевшего на нас издалека.
        - О чем пойдет речь?
        - Просто познакомиться.
        - Эль, не доводи меня. Что ему надо? Я, по-твоему, совсем тупой? Они вон тебя окучили по полной. Остынь. Скажи, о чем разговор будет?
        Сзади меня возникла Нейла.
        - Есть один серьезный разговор, но об этом я потом, когда уйдем, поговорю с тобой, если вы нормально познакомитесь.
        - То есть если я понравлюсь?
        - Ну да. Правда, Ровный, поверь, все серьезно. А сейчас просто знакомство.
        - Хорошо, знакомь. А где Лейка и Шивак?
        - Они оружие чистят вон в том доме.
        - Серый?
        - Обернулся и теперь не высовывается, его не все однозначно приняли.
        - Понятно. Новер?
        - Заставил повязку снять и пошел рану зализывать.  - Нейла прижалась ко мне сзади,  - Руча с ним. По-моему, у них любовь.
        - Они же брат с сестрой.
        - Ты не измеряй жизнь хасанов человеческой меркой,  - встал на сторону Нейлы Эль.  - Ну что, идем?
        - Пошли,  - я мысленно дал команду Пушу следовать невдалеке.
        Глава Дома был серьезным мужиком. Не здоровым, и не говорящим всякие пафосные глупости, а именно серьезным.
        - День добрый, Норман.
        - Добрый день, Энурлен. Спасибо, что приютили.
        - Вы тоже наших «охотников» не стали терзать. Я не знаю, как бы поступил.
        Я так понял, что во взаимных расшаркиваниях заключалась прелюдия.
        - Скоро завтрак, не хочешь пока прогуляться?
        - С хорошим собеседником  - почему бы нет?


        Мы прошлись по деревеньке и вышли в лес. Идти без доспеха было легко, но как-то непривычно. Оба молчали, искоса поглядывая друг на друга, наконец Энурлен не выдержал, хотя, может, специально тянул паузу.
        - Вам не стоит ходить в Элискон, но уже придется.
        Я промолчал, понимая, что это не окончание его речи.
        - Сейчас я расскажу часть нашей истории, возможно, мы еще встретимся, а может, и нет. Большая часть Дома состоит из тех, кто пришел в Элискон в надежде активировать портал. Каждого из нас послали наши Дома за тем же, что и вас. Не надо ругать Эллалия, я прочитал это между его слов. Когда мы пришли, встретились с ними. Они  - это личи. Они уже пригласили вас, поэтому скрываться смысла нет. Предвижу твой вопрос, почему я считаю, что пригласили? Вам продемонстрировали силу паука и при этом не убили. Вас ждут. Особо вы им не нужны, личи есть личи, но им требуются знания о внешнем мире, новости. Им скучно, можно так сказать.
        Мы остановились перед пожухшим лугом.
        - Если вы сейчас уйдете, вас настигнет свора пауков и убьет. После встречи с личами есть только один исход  - смерть. Хотя нет, два, можно жить, как мы. Но люди, даже если они темные, живут здесь не больше круга, темная мана действует, как ни старайся, это ведь сила смерти. Эльфы живут дольше, примерно половину своей жизни, поэтому нас держат тут как собак. Смотри.  - Он указал пальцем на опушку леса, видневшуюся в полукилометре от нас.
        Я окинул ее взглядом. Ничего примечательного, опушка как опушка, цвет деревьев немного отдавал синевой, но это норма для темных земель.
        - Видишь большое скопление кустов?
        - Да.
        - С правой стороны этих кустов, сразу за ними.
        - Некрос в душу! Паук.
        - Считай, что это ваш конвоир. Таких вокруг с десяток. Я запретил выход с территории Дома.
        - На вас не нападают?
        - В основном нет, но бывает. Особенно если подходим к границе дозволенной территории. Эль говорил, что вы скелет в Заробе видели, это моя дочь пыталась сбежать.
        - Соболезную. А почему у некоторых эльфов зубы…
        - Хотел сказать, клыки?  - усмехнулся Энурлен.
        - Ну да. И кожа темнее?  - вспомнив скелет и не заметив клыков у главы, спросил я.
        - Меняемся. Темная мана. Те, кто пришел из леса, без поддержки мэллорнов и под воздействием темной силы просто быстрее стареют, а вот те, кто родился здесь, выглядят иначе. Их уже никогда не примет ни один Дом. Поэтому я и основал новый. Хотя по нашим законам… Ладно, сейчас не об этом, пошли пока обратно. Теперь я хотел бы кое-что спросить. Давно ты с хасанами?
        Я покосился на эльфа. Похоже, опять речь пойдет о легенде.
        - С самого их рождения, больше го… круга.
        - А вожаком?
        - Откуда знаешь?
        - Кто из нас эльф? Вопросом на вопрос по канонам принято отвечать мне,  - улыбнулся Энурлен.  - Давно живу, много вижу. Вижу связь вашу, да и от тебя несет силой хасана. Даже дети, встретившиеся вам, охарактеризовали тебя как полузверя. Эльфы чувствительный народ. Так давно?
        - Меньше десятины.
        Глава дома потускнел:
        - Я так понимаю, это вся стая, хасаны и ты.
        - Нет, сейш,  - кивнул я на идущего теперь уже впереди кота,  - и еще Нейла.
        - Ты смог расширить стаю сейшем?  - Лицо эльфа стало меняться.
        - Ну, я думаю, не я, а мы. Да, сейш в стае. Может, просветишь меня насчет стаи? А то я как-то…
        - Ну да, конечно,  - голос эльфа зазвучал веселее,  - хасаны сами выбирают вожака, и обычно молодой вожак не может никого принимать в стаю, пока не окрепнет его связь с существующими членами.
        - Меня связал с ними еще их отец.
        Мне показалось, что эльф припрыгивает от счастья.
        - Вероятно, он сразу и передал тебе связь стаи. Так вот, когда вожак окрепнет, он может чувствовать каждого члена, возможно, даже видеть и слышать их глазами. Стая становится единым организмом. По легенде когда-то эльфы и хасаны жили бок о бок, пока одному из претендентов на престол Леса не пришла идея стать вожаком хасанов и тем самым укрепить свои позиции. Сделал он это против воли небольшой стаи, убив ее вожака. Хасанам даже говорить не надо было, кто совершил злодеяние, они почувствовали. Тот Дом был растерзан, как и еще пара Домов. Хасаны ушли. С тех пор эльфы лелеют надежду на воссоединение.
        Мы вошли в деревню, навстречу поднялись лежавшие в теньке Руча и Новер. Я осмотрел бок Новера. Ярко-розовая рана в густой шерсти почти затянулась. Сейш тяжело упал в тень.
        - «Вы ели?»  - спросил я питомцев.
        От хасанов пришла волна удовлетворения, а сейш скинул картинку ночной охоты.
        - Пойдем и мы поедим,  - предложил Энурлен, видимо уловивший мой вопрос.
        Я решил проверить теорию и мысленно спросил его:
        - «Ты тоже слышишь?»
        - «Да».
        Завтракали в доме главы. Обстановка была просто шикарной. Массивные витые держатели магических светильников, огромные картины и богатая мебель заставили раскрыть рот от изумления.
        - Нравится?  - улыбнулся Энурлен.
        - Хорошо живете,  - произнес Храм.
        - Рядом много имений, хозяев уже давно нет, у нас почти в каждом доме так.
        - А у Разы не так.
        - Она старой закалки, к природе тяготеет, ей уже за девятьсот кругов.
        - Ого. Я думал, эльфы вообще на деревьях живут ну или выращивают дома.
        - Когда-то очень давно так и было, тогда и развилась в нас магия растений. Я удивлен, что ты это знаешь. Даже не все эльфы об этом помнят.
        За столом кроме главы Дома, причем главы во всех смыслах, сидели его жена Дайала и сын Улайак. Дайала была обычной эльфийкой, а вот Улайак  - темным эльфом. Клыки, в чем основное отличие, не выпирали наружу, как у орка, но их наличие угадывалось. Я пристально его разглядывал, пока он не посмотрел мне в глаза. Я сразу сделал вид, что с увлечением ем горьковатое и пресное пюре непонятного происхождения. В довесок к этой слегка зеленоватой субстанции подавался приличный кусок мяса. Спросить, чье это мясо, я постеснялся, явно не свинина. Завтрак прошел в молчании, я хотел затеять разговор, но только открыл рот, как Эль пнул меня под столом ногой  - наверное, не принято.
        Когда закончили трапезу, хозяйка пошла за отваром.
        - Спасибо, Энурлен,  - поблагодарил Эль за всех нас,  - прекрасный завтрак.
        - И вам спасибо за то, что не отказались зайти в гости.
        - Давно не ел грибной каши, соскучился по ней.
        - Оставайся у нас, через круг воротить будет. Здесь только грибы и растут. Ну и что лес даст. Можно было бы злаки сеять, они тоже неплохо выдерживают темную ману, но пахать не на чем. Изначально были лошади, но они здесь бесплодны, поэтому, когда закололи последнюю, не дожидаясь, пока издохнет, меню стало гораздо скуднее. Ладно хоть некоторых темных зверей можно есть.
        - Расскажи о пауках,  - попросил я,  - вы с ними не бились?
        - Я здесь уже тридцать кругов. За это время раз десять приходилось отбиваться от них. Всегда были потери. Шлемы слегка защищают от ментальных ударов, но не полностью, на близком расстоянии пробивает. Магией сложно взять, у них на нее «щит». Стрелы практически не задерживает, а вот плетения… Но стрелами их не взять  - панцирь. Наверное, хорошо бы было метательной машиной их прибить, но у меня всего сорок шесть эльфов, включая детей и Разу, поэтому… Стараемся избегать встреч с ними. Ну а если уж не повезло, нападаем со всех сторон  - они «щит» только впереди могут держать  - и рубим лапы, сочленения хорошо рассекаются. Когда лап остается три, можно добивать.
        - А почему вас личи не трогают?
        - Зачем мы им? Хотя иногда охотники исчезают бесследно, возможно, личи забирают.
        - А с ними не бились?
        - Каждая группа, которая приходит сюда, в первую очередь пробует с ними сразиться. Мы же считаем себя самыми сильными. Пока никого из них не убили. Они просто выжигают все вокруг себя, причем огнем это не назовешь, но все сгорает. Даже не думай. Здесь находятся остатки трех групп  - по сто эльфов каждая. Вот и считай.
        После завтрака вышли в деревню.
        - Я так понимаю, что мы не первые из разумных добрались сюда,  - продолжил я разговор с главой, одновременно наблюдая, как два сорванца, встретившиеся нам по дороге, поглаживают наших лошадей.
        - Четвертые.  - В голосе Энурлена прозвучала какая-то безысходность.  - Две группы гномов ушли и не вернулись, одна группа людей. Ну а одну мы сами расстреляли из луков. Они на нас пытались напасть.
        Мимо прошли две молоденькие темные эльфийки. Я получил легкий толчок кулаком в спину от Нейлы, так как, задумавшись, засмотрелся на их фигурки.
        - Значит, говоришь, билет в один конец?
        - Не понимаю.
        - Не возвращается никто.
        - Да. Вы можете, конечно, попытаться пробиться обратно, но не знаю…
        - Нам в Элисконе кое-что надо.
        - Смело,  - усмехнулся Энурлен.
        К главе подбежала девчушка, по человеческим меркам кругов четырнадцати. Поскольку формочки у нее уже стали появляться, я четко смог определить пол. Вглядываясь в миловидные личики парней, играющих с лошадьми, я не был твердо уверен в их принадлежности к мальчишечьей гильдии. Девчушка, отведя главу в сторону, что-то певуче стала ему рассказывать.
        - Пауки,  - перевел Эль.



        Глава 11
        Элискон

        Глава, косясь на меня, выслушал девчушку. Когда эльфийка отбежала, он повернулся к нам:
        - Похоже, вас приглашают. Пауки стали медленно приближаться.
        - Ну что ж, пора  - значит, пора. Энурлен, есть одна просьба. Хочу оставить у вас Зору и Малика.
        Эльф задумался.
        - Понимаешь, мне кажется, им известна ваша численность, и если вы не выйдете все…
        - Ладно, нет так нет.
        - Я действительно не могу.
        - Я понимаю, Энурлен, никаких обид.
        - Может, оставите пару лошадей?
        - Я понимаю вас, Энурлен, но сам знаешь, они могут спасти нам жизнь.
        Эльф грустно кивнул. Видимо, он не особо верил в наше возвращение от личей.
        - Храм, Нейла, готовьте Зору. Эль, Шивак, седлайте коней. Лишнего не берите.
        - Да мы и так все лишнее в Заробе оставили.
        - Ну да. Энурлен, а нет у тебя в хозяйстве металлической или бронзовой трубы, чтобы вошел мой жезл?
        - Нет. Зачем тебе?
        - Да так, идея одна. А можешь подарить бронзовую вазу, я видел у тебя дома?
        - Да бери, не жалко.
        - Шивак! Пойдем со мной. Лейка, помоги Элю с лошадьми.
        Мы с гномом и главой отправились за вазой.
        - Надо в дне вазы пробить отверстие диаметром с рукоять жезла,  - проинструктировал я Шивака, когда бронзовая штукенция оказалась у нас.
        - Инструмент бы…
        - У нас есть.  - Глава посмотрел на меня как-то задумчиво.
        - Энурлен, какое плетение прикрывает голову от ментальных ударов?
        - У эльфов это не плетение, а чистая сила. Просто как туманом обволакиваешь. А у вас, по-моему, мелкая сетка из нитей. Но ваше плетение, если честно, так себе. Они пробьют.
        - Понятно. Они что, в деревню войдут?
        - Если успеете выехать  - нет. Обойдут и будут вас сопровождать на расстоянии.
        - Тоже неплохо.
        Выехали мы через полчасти, когда пауки почти вплотную подошли к деревне. Но как только мы пересекли невидимую черту, они пристроились по бокам и побежали, то и дело мелькая между деревьями. Стаю это ужасно нервировало. Вскоре их стало больше, видимо, догнали отставшие. Серый мчался в своем человеческом обличье.
        - Эль, ты что-то хотел рассказать?
        - Пока не время. Потом.
        - Не нравятся мне ваши эльфийские секреты.
        Через два часа выбрались на ту же дорогу. Я подобрал с обочины камень и примерил его к вазе.
        - Хитро,  - прокомментировал Шивак.  - Думаешь, пробьет?
        - Должно получиться. Надо только еще камней насобирать.
        Я положил камень в седельную сумку Аравина и опустил жезл внутрь вазы, так, чтобы ручка вышла в отверстие, проделанное гномом. Повертел получившуюся конструкцию, вынул жезл. Нести вазу было довольно тяжело, поэтому она отправилась вслед за камнем.
        - Я насчитал двенадцать пауков,  - хмуро проговорил орк.  - Прорываться будем?
        - Не знаю, Храм. Лошадей не хватает, Зора еле держится, скорость низкая. Серый еще, как назло, обернулся.
        - Ты не видел, как меня встретили,  - гневно произнес оборотень.
        - Не рыкай, давай еще разругаемся. Обернулся и обернулся. Я думаю, придется идти. Эльфов же они не убили, может, и нас помилуют, а там видно будет. Да и не видели мы их. Вы послушайте, что скажу, понимаю, вам не понравится, но это разумно. Те, кто сейчас на лошадях, если прикажу уходить  - уходите. Зору, меня и Храма оставьте.
        Тут мне прилетела картинка от Пуша: я верхом на сейше. Как-то я промахнулся. Совсем забыл, что кот, да и хасаны, в аварийном варианте могут служить транспортом. Слишком очеловечил их.
        - Стоп, вводная меняется. Если что, Зору скидывайте хасанам, они дотащат, а сами уходите на лошадях, я на Пуше догоню.
        Лица у всех посветлели. Вот что значит психология: сначала заведи козла дома  - а потом выгони.
        - Нам и так и так надо в город, столько прошли, может, оно и к лучшему, что под охраной и с ведома хозяев.


        Десяток дней, прячась по лесам, маленькая армия продвигалась в сторону Старкского королевства. За это время Ровному сделалось значительно лучше. Дней пять назад он пришел в себя. Савлентий, осмотрев, сообщил, что кости уже частично срослись, несмотря на тяготы дороги. Остальные, казалось, смирились со своим положением. Все, кроме Яли. Ее все больше бесило нежелание пленных с ней общаться. То, что дед понимал ее положение, уже не приносило спокойствия. Злость Яли выплескивалась на воинов, априори не могущих причинить ей вреда.
        - Чего ты за мной таскаешься?
        - У меня приказ,  - спокойно ответил седовласый воин.
        - И что? В кусты тоже со мной пойдешь?
        - Нет. Но охрану организую.
        - А может, ты подглядывать за мной будешь?
        - Яля, чего бесишься?  - Римик придержал своего жеребца.  - Чего он тебе плохого сделал? Отъедешь в сторону, а там засада. Думаешь, кто-то из противников станет разбираться, ребенок ты или нет? Выпустят болт и даже не задумаются.
        Яля гордо молчала, игнорируя замечание магистра.
        - Чего это она?  - Рамос выглянул из окна кареты.
        - Так, детские взбрыки, наши с ней до сих пор не разговаривают.  - Дед ехал рядом с каретой.
        - Как думаешь, дойдут?
        - Сложно сказать, никто толком не знает, что там. Должны.
        - Ну да.
        - А чего ты хотел? Чтобы я сказал, что они не смогут пробраться? Я уже вообще не уверен, что разумно было идти туда. Норман правильно предлагал следовать за нами.
        - Магистр просил вас не разговаривать на темы, не имеющие отношения к здоровью,  - раздался из кареты густой бас воина.
        - Да ладно, ты же понимаешь, что ни о чем серьезном мы не говорим,  - обратился к нему Ровный.
        - Какая разница, у меня приказ, а говорите вы не о здоровье.
        - Ладно, Савлентий, потом.
        Дед подал вперед, догнал Римика, выровнял лошадь, потеснив охранника. Маг читал миниатюрный листок, снятый с только что прилетевшей птицы.
        - Похоже, наш маршрут строго обозначен,  - начал Савлентий разговор.
        - Почему так решил?
        - Да птицы по три раза на дню прилетают. Что ни деревня, то птица. А их к месту привязывают. Поэтому можно сделать выводы.
        - Да. Похоже, это опрометчиво.
        - Что, птиц выследили?
        - Да нет, кажется, среди нас птица едет. Щебечет вовсю. Ждут нас где-то впереди.
        Дальше какое-то время ехали молча.
        - Что думаешь?
        - Послал своих вперед, пока нет вестей. Хотя уже должны были вернуться.


        Элискон показался издалека. Зрелище было немного сюрреалистическое. Дома города затянул начавший желтеть вьюн, поэтому нам он предстал в зеленом с желтым оттенком цвете. Над городом возвышались шпили, по всей видимости, дворец. Но было сразу понятно, что там никто не живет. Не могу объяснить, почему, но это чувствовалось. По мере приближения к стоящему на огромном холме городу становились видны детали. Дома были частично разрушены  - воздействие прогремевшей когда-то войны. Не верилось, что время постаралось так сильно. Окна в неповрежденных зданиях, в отличие от Зароба, оставались целыми, но за прошедшие круги они настолько запылились, что цветом почти не отличались от стен.
        С момента, как показались шпили, до того, как мы достигли первых домов, прошло две части времени. В город входили почти вечером.
        Четыре паука нырнули перед нами и растворились в серых безжизненных переулках, остальные, даю голову на отсечение,  - построились и сопровождали сзади. Грамотно работают, вернее всего, чувствуют друг друга, как я и стая. Я вынул свою пневмопушку и положил в нее камень. Минут через двадцать из-за крыш домов показалось гигантское кольцо.
        - Центральный портал,  - завороженно проговорил Малик.
        - Я думал, он во дворце.
        - Ага, по нему шли грузы от норанов. Кто допустит их во дворец? Нам в академии рассказывали, в этой части города даже строить запрещалось, чтобы предотвратить масштабное вторжение. А те дома, что вокруг, говорят, специально построены так, чтобы удобней было сдерживать атаку.
        - Понятно. Огромное сооружение.  - В памяти предков всплыла ассоциация с «чертовым колесом», только оно было раза в три поменьше.  - А чего его тогда стеной не отгородили?
        - Стена дальше.
        И правда, через полчасти мы достигли крепостной стены. Может, она и не была достаточно высокой, но все дома с этой стороны оказались ниже, а за ней, наоборот, выше. Я так понял, что сделали специально, может, для лучников или катапульт. Ворота в крепостной стене стояли открытыми.
        - Внутренний город,  - проговорил Эль.  - Вон там есть, вернее, был неплохой трактирчик. Я в нем отдыхал разок.
        Он указал на правую сторону, при этом его пальцы как-то странно и быстро помельтешили. Я боковым зрением осмотрел, насколько мог, округу  - ничего. А вот нос Ручи выявил отличный от окружающих запах. Эль не ошибался.
        - И с другой стороны я тоже отдыхал.
        Ему бы в Штирлицы со своей шифровкой, я ясно представил человека в непонятной форме. Вот иногда эта память предков просыпается совсем некстати.
        - Стоять!  - крикнул всем, как только получил картинку от Пуша.
        Впереди, прямо посредине широкой дороги, стоял разумный, в темном плаще, скрывающем его фигуру. «Нет, ну появление, конечно, эффектное»,  - явно с усмешкой отреагировал мой разум. «Черный плащ» развернулся к нам спиной и пошел, приглашая следовать за ним. Позер!
        Шли мы явно к дворцу, который с каждой мерой увеличивался в размерах. Дома, мимо которых проходили, были великолепны… когда-то. Вблизи дворец оказался довольно гротескным строением, окруженным еще одной стеной. Миновав открытые ворота, которые могли бы позволить пройти даже великану, попали во двор, утопающий в зелени. Наверное, раньше это был великолепный сад, но сейчас искореженные темной силой растения только подчеркивали пустынность двора. «Черный плащ» провел нас сквозь хитросплетения тропинок и вошел в небольшую дверцу, которая просто не могла быть центральным входом. Руки уже устали держать на весу тяжеленную вазу, и я, положив ее на локоть и направив вперед, смело шагнул в дверной проем:
        - Лошадей с собой.
        Что-то мне говорило, что пауки, идущие сзади, совсем не травоядные.
        - Идем как на убой,  - пророкотал орк.
        - Если бы хотели, пауками бы затравили. Мне кажется, атаку десятка этих тварей мы не выдержим. Потому рассматривай это как приглашение в гости.
        - Ага, в качестве ужина.
        Пройдя по довольно широким коридорам, вошли в небольшой зал.
        - Животных оставьте здесь.  - Голос у «Плаща» был довольно молодым и приятным.
        Я кивнул своим и послал сейшу и хасанам мысль остаться. Получил в ответ волну несогласия. Пришлось объяснить, что нам, возможно, понадобится подмога, а если пойдем все и вдруг окажемся в ловушке, помочь будет некому. Стая пусть и недовольно, но согласилась с доводом. Цель, если честно, была иной  - спасти их в случае безысходного положения, но им знать об этом незачем.


        Зал, где остались лошади, по сравнению с тем, в который мы вошли, походил на предбанник. Великолепие и роскошь, фрески и росписи стен, позолота и вычурная мебель по краям. Зал освещало множество амулетов. Но все это было замечено периферийным зрением. В центре зала на стульях сидели пять человек, наш сопровождающий подошел к свободному стулу и тоже сел на него. Для нас напротив установили три диванчика. На балконах зала находились еще разумные, и в руках у них были далеко не волшебные палочки фей. Немного в отдалении по бокам стояли четыре паука.
        - Изобретательно,  - произнес один из сидевших в центре.  - Можешь опустить, наверное, тяжело держать такую красоту, да и удар у тебя получится только один. Возможно, камень и долетит до кого-нибудь, но ты не успеешь этого увидеть. Присаживайтесь.
        Говоривший имел проницательный взгляд умудренного опытом человека, хотя внешне он был старше меня, может, всего кругов на пять. Серые глаза буквально впились в мои. Я опустил вазу и, вынув камень, достал жезл. Он прав. Тем паче что с этой бандурой я терял поворотливость. Орк положил Зору на диван. Я махнул рукой, и мы расселись напротив хозяев. Сидевшие перед нами были в легкой броне явно гномьей работы, но без шлемов. Я свой снимать не стал.
        - Что с ней?
        - Вампир укусил.
        - Ну ладно, давайте познакомимся. Я понимаю, что вы с дороги и, наверное, устали, и мы как гостеприимные хозяева должны вас сначала накормить, но вы не совсем званые гости, так что обойдемся без этого.
        - Да я бы не сказал, что незваные, вон даже праздничный эскорт прислали.
        - Не самая остроумная шутка, но то, что вас не покинуло самообладание, уже хорошо. Итак, мы хозяева данных земель, кто такие вы?
        - А мы гости.
        В зале повисло молчание. Сероглазый изучал меня.
        - Изначально ты мне показался более разумным. Надеюсь, вы понимаете, в каком вы положении.
        - Пока нет. Вроде как в гостях, но в то же время чувствуется какая-то неприязнь со стороны хозяев.
        Сероглазый улыбнулся.
        - Наглец. Но забавный наглец. Ты просто не понимаешь, насколько смешно смотрятся твои потуги представить себя сильнее, чем ты есть. Но пусть будет по-твоему. Герцог Рэйкон.
        - Норман эн Ровен.
        - Кем ты приходишься Рамосу?  - спросил сидевший рядом с сероглазым.
        - Сын. Признаюсь, вы удивили меня.
        - Не больше, чем ты меня, когда представился. Откуда у тебя этот жезл?
        - Савлентий дал.
        - Он жив?
        - Должен быть жив, если ничего не произошло.
        - Саймол?!  - воскликнул Храм.
        - Храм?  - без эмоций спросил мужчина.
        Орк попытался встать, но был остановлен жестом герцога Рэйкона.
        - Ладно, Храм, потом поговорим,  - произнес Саймол.  - А сейчас расскажите, почему вы здесь.
        - Забавно,  - произнес в конце моего рассказа герцог,  - через столько лет вновь услышать про Римика. Как был сволочью, так и остался. Нам надо обсудить ваш рассказ. Что с вами будет, пока не могу сказать. Вы не первые гости у нас, но впервые принесли интересные новости. Сейчас вы отправитесь в комнаты. Саймол вас проводит. Из крыла не выходите, не советую. О животных позаботимся, только сейша и хасанов предупредите, чтобы вели себя благоразумно. А завтра встретимся вновь.
        - Мы слышали, что в Элисконе есть лекарская школа, а в ней соответствующие амулеты для лечения. Нам бы Зору туда.
        - Сейчас уже стемнело, и ходить по городу не очень удобно. Я могу посмотреть зараженную?
        - Да, конечно.
        Герцог подошел к диванчику с орчанкой и осмотрел ее.
        - Она не в критическом состоянии, до утра не умрет. А завтра обязательно сходите. Саймол, Гарнок, проводите гостей.


        Гостевые комнаты, раз уж мы гости и нас в них привели, то, видимо, нужно называть их так, располагались на пару этажей выше. Стаю я предупредил, чтобы вели себя адекватно, но при возможном нападении уходили. В ответ получил довольно гневные эмоции, если передавать словами, то примерно: «Да-да, сейчас, за кого ты нас принимаешь?» Саймол сухо сообщил, что придет завтра, чем явно расстроил орка.
        Расквартировали нас, надо сказать, по-царски. Огромное крыло с единственным выходом оказалось полностью в нашем распоряжении. Самое главное, здесь имелась кухня, куда тут же направились Малик и Нейла. Во всех комнатах были магические светильники. Убранство? Ну я ни как Норман, ни как Сергей не помнил такой роскоши. Вторым радующим открытием для нас оказались купальни. Если ты не мылся две недели… Купальни имелись в каждой комнате, при этом в каждой можно было набрать воду и нагреть ее магией. Как всем этим пользоваться, объяснил Малик. «Вот тебе и средневековье!»  - завопил во мне Сергей. В каждой комнате стояли шкафчики с набором вин, которые, я так понимаю, отличались значительным сроком выдержки. Первым не выдержал орк, хотя я всех попросил сохранять благоразумие.
        - Иметь возможность попробовать имперского вина и не воспользоваться этим?  - возразил Храм.
        В чем-то он был прав, поэтому все попробовали.
        - Ну, я не скажу, что уж прям божественно. Обычное вино,  - вынес вердикт эльф.  - И, похоже, уже передержанное.
        С ним молча согласились все дегустаторы. Вот чего не было в комнатах, так это тумана темной маны, как, собственно, и потоков светлой, в связи с этим чувствовался определенный дискомфорт.
        - Хорошо-то как.  - Эльф, не стесняясь женского общества, заявился на кухню, обмотавшись простыней.
        - Ты чего это?  - поинтересовался Малик.
        - Я все выстирал, там сушильный шкаф есть.
        - Доваривай,  - сунула мне в руку ложку Нейла и, прихватив Лейку, убежала.
        Варили на обычной плите, поэтому жара на кухне стояла приличная.
        - Можно было бы и проветривание сделать,  - проворчал я, подходя к котлу с кашей, на которую ушла последняя наша крупа, осталась только ненавистная орку и эльфу хайла.
        - Зачем? Здесь знати не бывает,  - ответил на мое ворчание Малик.
        - Ты веришь им?  - спросил Эль.
        На кухне повисла тишина.
        - Нет, поэтому на ночь поставим стражу.
        - А может, уйдем?
        - Предполагаешь, они настолько тупы, чтобы оставить нас без охраны?
        - На Саймола надеешься?
        - Не знаю,  - честно ответил я.  - Нами играют, это понятно. Подождем  - увидим. Ты не созрел для разговора?
        - Завтра.
        Ужинали молча. У всех в голове крутилось одно: на кой ляд мы вообще сюда приперлись?
        Утром я проснулся с легкой головной болью и каким-то чувством тревоги. Потихоньку высвободил руку из-под головы Нейлы. Выйдя в коридор, обнаружил Эля, спящего у дверей, ведущих в наше крыло.
        - Ты чего?  - растолкал я его.  - Как так? И почему тебя не сменили? То есть…
        - Успокойся, Норман. Нормально все. Ночью нас просто усыпили, чтобы проверить нашу память. Так они со всеми делают. Поэтому, кто бы ни стоял на страже, произошло бы то же самое. Вот теперь можно и поговорить, только давай подальше от входных дверей.
        Мы перешли на кухню. Эльф присел у плиты, начал закладывать дрова.
        - Меня глава об этом еще в Доме предупредил. Но поскольку память эльфов тяжело прочитать, а вашу легко, я не стал подставлять Энурлена. Теперь можно и рассказать о его просьбе. Положение эльфов ты знаешь, они тоже хотят отсюда выбраться. Поэтому глава просит принять весь Дом в стаю.
        - Как это взаимосвязано?
        - Я уверен, ты уже знаешь преимущества стаи. Ты ведь с хасанами одно целое. Но вас пока мало. Станет больше, можно будет попробовать дать отпор личам. По крайней мере, с пауками есть шанс справиться. Единство в битве многого стоит. Ты можешь уйти от удара, которого сам не видишь, твой напарник стреляет именно в тот момент, когда ты уходишь с его пути. Стая  - это огромная сила.
        - Допустим, я тебя понимаю. Но стая  - это еще и семья. Это те, кто никогда не ударит в спину.
        - Сейчас вопрос о выживании.
        - Я подумаю. Как он хочет это сделать?
        - Нам нужно еще раз прийти к ним.
        - Какой-то слабоватый план, не находишь?
        - Другого нет. Глава сказал, нас сразу не убьют. Десятину-две будут держать в качестве игрушек. Ну а потом в лучшем случае оставят жить в Темных землях, ну а в худшем…
        - Понятно, пойду всех будить.
        Головная боль одолела не только меня, похоже, эльф прав, наши мозги ночью потрошили. Пока готовили завтрак из действительно отвратительной хайлы, пока пили отвар, пришел Саймол:
        - Ну привет, клыкатый!
        Лича словно подменили. Вчера он был сух и равнодушен, а сегодня…
        - Привет, Саймол!
        Храм и лич обнялись.
        - Ты изменился,  - проговорил Саймол, когда орк отпустил его.
        - Ну так столько времени прошло! Ты тоже.
        - Да, холоднее стал. Как там дед?
        - Нормально, бодр и весел. Первое время сильно переживал. Мы ведь тебя похоронили. Я, правда, не часто к нему заезжал, но когда виделись, то ощущалось. Ну а теперь с Ровными завязался, некогда скучать. То одно, то другое.
        - Ну да, Рамос умеет.
        - Младший такой же.
        - Ну ладно, об этом успеем еще поговорить. Слушайте внимательно. Из центра Темных земель живым еще никто не уходил. Пока мнения насчет вас разошлись. Одни хотят вас так же, как и предыдущих визитеров, убить, другие предлагают передать через вас книгу. В этом есть свой интерес. Я постараюсь, чтобы вас выпустили живыми, но в таком случае вам подотрут память о нас. Так что не паникуйте.
        - Замечательно, лучшая перспектива  - остаться без части памяти, худшая  - умереть. Нам бы до имения Каменов добраться,  - решил я поинтересоваться возможностью выхода из столицы.
        - Зачем вам в мое имение?
        - Извини, как-то пока не сопоставляю вас с дедом. Савлентий должен птицу туда прислать, написать, что с отцом и остальными.
        - Я подумаю. Если что, вместе отправимся. Вы просились в лекарскую школу? Можем сейчас съездить. Я с удовольствием сопровожу. Лошадь, надеюсь, дадите? Кругов десять на лошади не катался. Всем ехать не обязательно.
        - Да мы как-то привыкли вместе.
        - Не доверяете? Ну что ж, вместе так вместе. За дверью паук, как соберетесь, он вас выведет во двор, там подождете меня.
        - Такое впечатление, что к дальним родственникам в гости приехали, а не в самое опасное место Исварии,  - задумчиво произнес Малик, когда Саймол вышел.
        - Металл тоже перед тем, как ударить, на огне греют,  - ответил ему Шивак,  - так что не расслабляйся.
        - Да ладно вам, Саймол хороший парень,  - заступился за него орк.
        - Да никто и не сомневается, просто как-то расслабились сегодня,  - поддержал беседу Серый.
        - Ладно вам, давайте собираться.  - Нейла стояла в проеме с кружкой отвара.  - Мне еще Зору лечить.
        Дорога до школы не представляла бы ничего интересного, если бы не транспорт. Саймол и еще один лич  - Дайлон  - ехали на наших лошадях, а нам дали взамен четырех пауков. Еще несколько этих чудовищ бежали по параллельным улицам. Мы же менялись транспортом. Как оказалось, всем кроме Храма было интересно прокатиться на необычных лошадях.
        - Дай мне теперь.  - Малик уже минут пять выпрашивал у Нейлы паука.
        - Вон до того угла доедем, а потом ты.
        - Бери моего,  - предложил я Малику.
        - Давай!
        Я похлопал паука ладонью. Он остановился и, согнув лапы, опустил свое туловище к дороге. Поменявшись с Маликом, я пересел на его лошадь и поравнялся с Храмом и Серым. На четвертой лошади полулежала Зора.
        - Прям парк аттракционов.
        - Парк чего?  - переспросил Серый.
        - Парк, где разные развлечения.
        - Ярмарка?
        - Ну да.
        - Как думаешь, выпустят?
        - Думаю, нет. Хотя слова Саймола о передаче книги вселяют надежду. Да и мы вроде как враги врагов. К тому же Храм и Саймол знают друг друга.
        - Зачем им отдавать книгу?
        - Чтобы портал сюда открыли.
        Храм и Серый переваривали сказанное.
        - Думаешь, хотят выйти?
        - А ты бы не хотел на их месте отомстить?  - Я наклонился и потрепал холку Ручи, жавшейся к моей лошади сбоку и тем самым пугавшей животное.
        Стае не очень нравилось, скорее, даже совсем не нравилось, когда рядом находились пауки, но ни один из них даже виду не подал.
        Лекарской школы достигли за полторы части. Представляла она собой длинное трехэтажное здание.
        - Ну и как искать то, что нам нужно?  - спросил Серый.
        - Я когда-то учился здесь,  - оповестил Дайлон.  - Так понимаю, нужна восстановительная лаборатория. Она на втором этаже. Только лучше поаккуратней, там змеи могут быть.
        - Ну вот, наконец-то реальность,  - пробубнил я, снимая жезл с пояса.
        - Хороший жезл. Он мне долго служил. Видимо, вы близки с дедом, если он отдал его тебе.
        Я пожал плечами.
        - Могу посмотреть?
        В душе заскребли кошки, но я протянул жезл Саймолу. Нейла и Малик напряглись и потянулись за своими. Хасаны потихоньку стали обходить Саймола, а сейш  - второго лича. Саймол отстегнул ручку от шара.
        - Тут бумаги были.
        - Письма твоего отца? Их Римик у деда выпросил, ну как выпросил, потребовал за освобождение Эля, Малика и еще одного паренька.
        Саймол собрал жезл и протянул его мне.
        - Я только не со всеми плетениями разобрался,  - решив воспользоваться ситуацией, задал вопрос.  - Не знаю, что под средним и безымянным.
        - «Щит» и «рассеивание внимания». Ладно, пойдемте. Мы с Дайлоном впереди. Оглядывайтесь. Если что, не бойтесь в нас бить, мы под круговыми «щитами».
        Он махнул рукой, и два паука нырнули в проем двери. Мы уже почти дошли до нужного места, когда Малик вдруг повел себя как-то неадекватно. Он, ничего не говоря, повернул в сторону одной из попавшихся на пути лестниц и начал подниматься на третий этаж.
        - Серый, держи его,  - крикнул я ближайшему к Малику нашему.
        Оборотень недолго думая сбил в прыжке уходящего Малика и прижал его к лестнице. Над ними промелькнула тень. Лич еще в прыжке из обеих рук выпустил два потока темного огня по верхнему этажу. По голове словно кувалдой ударили.
        - Все, готова,  - глухо донесся голос Саймола.
        Слух потихоньку начал возвращаться.
        - Кто слышит меня, руку поднимите,  - попросил Дайлон.
        Руки подняли все, кроме Зоры, разумеется.
        - Ну и нормально.
        - Что это было?  - спросил Храм, хлопая по уху ладошкой.
        - Ну мы же говорили  - змеи могут быть.
        - Можно посмотреть?  - спросил я.
        - Посмотри. Но там, по-моему, только хвост остался.
        Со мной отправились Храм и Серый. На пощадке лежал обрубок хвоста в пару локтей длиной и толщиной около ладони, остальное походило на размазанное желе. «Не боятся наших ударов, скорость явно выше, а мощь их магии вообще без комментариев. А я еще подумывал, если что, вступить с ними в бой!» Мысли, конечно, после такой демонстрации силы приходили неутешительные.
        - А ты чего туда поперся?  - спросила Малика Лейка.
        - Да они ментально тянут,  - пояснил Дайлон, осматривая Зору.
        - А в конце что было? Это что за плетение ты применил?  - поинтересовалась Нейла.
        - Это не я. Это у змей защитная реакция. Они когда чувствуют опасность, глушат всех вокруг. Хорошо, что на разных этажах оказались, так бы не все выжили. Да и сейчас я не уверен в исходе. Зоре очень плохо. Давайте быстрее.
        Искомую комнату с амулетом нашли через десять мер. Амулет представлял собой каменную глыбу с ровной поверхностью, на которую и уложили орчанку.
        - Он сейчас темной маной заряжен, только хуже сделаете,  - предупредил Дайлон.
        - Эль, готовься наполнять. Нейла, помогай.  - Я стал выкачивать из накопителя ману и одновременно создал «огонек», чтобы из меня выходила сила.
        - Чего это вы делаете?  - с любопытством спросил Саймол.
        - Накопитель от темной маны освобождаем, потом Эль наполнит,  - разъяснил Малик.  - У него хоть и не светлая, но и не темная.
        Личи подошли к накопителю и за полмеры высосали его досуха.
        - Ничего себе,  - озвучил наше удивление Малик.
        - Эль, давай.  - Нейла стояла над Зорой, вглядываясь в нити силы.
        Эльф стал наполнять накопитель амулета. Вначале вроде все шло хорошо, но в какой-то момент Нейла подбежала к окну и зажгла за ним два темных «огонька», которые с каждым ударом сердца увеличивались в размерах.
        - Ты чего?  - спросил я у нее.
        - Не могу маной амулета управлять, моя темная сила глушит ее.
        Нейлы хватило на пятнадцать мер, в течение которых она несколько раз сбрасывала «огоньки» во двор школы.
        - Все, пуста,  - наконец произнесла она и стала откачивать из лекарского амулета серую силу.
        Борьба за жизнь орчанки шла уже две части. И Эль, и Нейла выдыхались. Но, по словам Дайлона, Зоре было уже лучше, чем в момент, когда мы ее привезли.
        - Норман,  - обратился вдруг потихоньку Саймол,  - а вот та орчанка и гном, они что, вместе?
        - Да.
        Лица личей надо было видеть. Они чуть ли не расплылись в улыбках.
        - Просто интересно,  - объяснил Саймол.
        - Все, больше не могу,  - вдруг произнесла Нейла.  - Да и Зоре уже нельзя. Завтра надо повторить. Уверена, она очнется.
        - Мне тоже так кажется,  - подтвердил ее слова Дайлон.
        - Может, мы здесь тогда до завтра останемся?  - предложил Эль.
        - Можете и здесь, но на нее темная мана всю ночь будет действовать. А во дворце ее нет. Так что решайте.
        - Поехали,  - проурчал орк.
        Обратно доехали к вечеру. С великим удовольствием посетили купальни. Орк и Серый взялись варить ненавистную кашу. Утром, кстати, ее никто есть не стал. Но поскольку сейчас у всех желудки выводили рулады, должна была пойти на ура.
        К ужину в крыло пришел Саймол:
        - Вы чего, хайлу едите?
        - Больше нечего,  - ответил Храм.
        - Пауков пошлю, притащат дичь какую-нибудь.
        - Местная дичь от хайлы недалеко ушла,  - произнес Эль.
        - Ну как хотите. Эльфы хвалят кое-что. Да и сейш с хасанами вроде довольны.
        - Нет, нет, он пошутил,  - затораторила Лейка.  - Конечно, надо.
        - Завтра принесут. Вы как поужинаете, спуститесь в зал. Надо еще кое-что уточнить.
        - Вроде ночью должны были все узнать?  - спросил я Саймола.
        - Как понял?
        - Головы у всех болели. Эль на посту уснул, такого никогда не было. Да и пару меток ставил. Ну а дальше сопоставить несложно. Ведь не в вещах рыться приходили.
        - Понятно, будем считать, что поверил. Только одно дело  - знания из головы почерпнуть, тем более в спешке, а другое  - мысли ваши о происходящем услышать. Да и цель ночью была другая  - убедиться, что вы не специально против нас посланы.
        - Ну и как?
        - Проверку вы прошли.
        - Хорошо, придем. Как обычно, следовать за пауком?
        - Да.


        Спустились мы все в тот же зал. Состав хозяев оказался тем же. Каждого из нас расспросили о жизни. Герцог на этот раз говорил с легким оттенком неприязни. Особенно с Храмом и Элем. Возможно, сказывалось их участие в войне на стороне светлых. В основном вопросы крутились вокруг Светлого братства и негативного отношения к нему народа. Через пару частей нас отпустили.
        После допроса, а ощущения у всех были именно такие, к нам вновь зашел Саймол:
        - Завтра едем с тобой и Храмом в мое имение. Надо прочитать, что дед прислал. Может быть важным.
        - А остальные?
        - А остальные зачем? Пусть пока орчанку лечат, сил набираются.
        - Да как-то привыкли мы вместе.
        - Не тронет их никто, пока мы ездим, слово даю. Да и нужны вы пока.
        - А когда не нужны станем?  - спросил орк.
        - Не надо о грустном. Живите, пока живется.
        - А ты изменился, Саймол.
        - Ты даже не представляешь, насколько, Храм. Давай об этом позже.
        После допроса и разговора с Саймолом настроение у всех было, прямо скажем, если не ниже плинтуса, то ненамного. И даже мясо, принесенное незнакомым личем, не подняло духа. Храм вообще ходил чернее ночи. На ужин он явился с двумя открытыми бутылками вина.
        - Кто-нибудь знает плетения от прослушивания?  - задал я вопрос, когда все насытились и тоскливо теребили в руках фужеры.
        - Думаешь, подслушивают?  - спросил гном.
        - Ну не исключаю.
        - Я не знаю,  - откликнулся Малик.
        - Я тоже,  - поддержала артефактора Нейла.
        Я перевел взгляд на эльфа. Тот отрицательно помотал головой.
        - Ладно, может, кто-то круговой «щит» умеет делать? Через него вроде плохо слышно.
        - Я могу,  - отозвался Эль.  - Только такой толпой под ним через полчасти дышать нечем будет.
        - Делай.
        Когда эльф накрыл нас «щитом», я поспешил провести импровизированный совет:
        - У кого какие мысли?
        Все молчали.
        - Так не пойдет. Давайте по очереди. Начну я. Думаю, что нас, вернее всего, выпустят, но память подотрут конкретно. А могут и не всех выпустить. Так понимаю, что и подсадить нам искусственные воспоминания им ничего не стоит. Скажем, вселят в мозг картинку, что Храм погиб в битве с пауком. А его запрут где-нибудь.
        - Зачем им это?  - спросил Серый.
        - Ну а зачем им эльфы? Вот блин, часть страны погубили, а тут у них гуманизм проснется!
        - Гумма… что?  - переспросил гном.
        - Эльфолюбие.
        - Саймол предупредил бы,  - неуверенно возразил орк.
        - Не знаю, не знаю. Лекам об Алехаре тоже так думал.
        - А по-твоему, зачем им эльфы?  - спросил Эль.
        - Скорее всего, это ферма.
        Вокруг повисло молчание, усугубляемое глухотой купола «щита».
        - Это, конечно, догадки, но иначе зачем им напрягаться, держать пауков на границе? Рисковать быть рассекреченными. Эльфы пришли не с миром. Личи в своем праве перебить их. Значит, они им нужны. А для чего? Эльфы ведь им ничего не дают. Не работают на них. Вывод один  - ферма. Вот так и нас могут… частично…
        - Что предлагаешь?  - спросила Лейка.
        - Ну, во-первых, надо стражу организовать так, чтобы к нам больше, как к детям малым, пожелать сна не заходили. Вот хоть меч острием к подбородку прижимать. Захотел спать  - заодно побрился.
        - У меня зелье есть, частей пять после него спать не хочется,  - сообщил Серый.
        - Много?
        - Пять бутыльков. Я же зелий по комплекту на всех покупал. А тогда Зора, Лейка и Шивак идти не собирались.
        - Негусто. Будешь оставлять по одному на стражу. Употреблять только в случае, когда чувствуете, что от сна не удержаться. И мне один дашь.
        - У нас с Зорой тоже есть два.
        - Пусть останутся про запас. Далее, надо вести записи о происходящем. Ну если вдруг сотрут память, может, что и проясним. А в остальном подумать всем хорошо придется. Может, кто-то что-то более путное придумает. Это что касается нашего положения в будущем. А теперь обсудим завтрашний день. Завтра мне придется ехать в имение Каменов. Разделяться не хочется. Но и вместе не получится  - Зору лечить надо. У кого какие предложения? Нейла, Малик и Эль точно остаются здесь, поскольку нужны для лечения.
        - А я-то зачем?  - возмутился Малик.
        - А если с лечебным амулетом что-то случится? Да и дело у меня к тебе есть.
        - Я думаю, втроем идти надо, произнес Храм.  - Я, ты и Серый в звериной шкуре.
        - Поясни.
        - Птицы на неодаренных не вяжутся, поэтому нужен ты. Дед, вернее всего, на тебя посланницу завязал. Можно, конечно, сбить птицу, но какую именно, мы не знаем. Я все-таки хочу с Саймолом поговорить, может, что скажет. Ну а Серый, если что, сможет убежать и наших предупредить.
        - Нет, Серый пусть остается. Пуша возьмем.  - Я допил вино и протянул фужер Храму.
        - А винцо-то вы зря пьете,  - вдруг высказался Серый,  - вдруг через него нас и усыпили в прошлый раз?
        Я отставил наполненный Храмом фужер в сторону.
        - Стоит еще подумать, как с пауками справляться, может, кто-то что-то предложит, ну на всякий случай.
        - Разогнать, как Сайл крыс из амбара.
        - М-да. Думаю, больше ничего хорошего никто не предложит. Давайте спать. А, чуть не забыл. Так кто записывать-то будет?
        - Я могу,  - отозвался Шивак. У меня те расписки из замка есть, они с другой стороны чистые, ну а чем писать, найду.
        - Хорошо.
        Эль снял «щит». Дышать сразу стало легче.
        - Малик, пойдем поговорим,  - позвал я артефактора, когда все стали расходиться.  - Эль, прикроешь нас.
        Мы зашли втроем в пустую комнату. Эль поднял вверх руку, и нас вновь охватила мягкая глухота.
        - Первое, у тебя амулет отвода глаз с собой?
        - Да.  - Он вытащил из кармана перстень.
        - Пусть пока у меня побудет. Второе. Можешь до утра нарисовать тот рисунок, что Сайл на доске от мышей делал?
        - Нет, я не помню, а ты что, правда думал…
        - Почему бы и не попробовать. Тогда третье, мне нужен твой амулет охотника.
        - Ты чего, меня в чем-то подозреваешь?
        - С чего это?
        - Ну, разоружаешь потихоньку?
        - Для дела надо. Если бы разоружал, то в первую очередь жезл забрал бы.
        Малик молча снял амулет.
        - Подумай насчет амулета, чтобы вокруг головы сетку силы создавал. От ударов пауков защититься.
        - А что, плетение лень делать?
        - Да пока я его сплету, уже нечем соображать будет. Да и не все у нас одаренные.
        - Ладно.
        После разговора с Маликом я нашел орков и выпросил у них жидкость видуна. Лейка явно с неохотой рассталась с бутыльком.



        Глава 12
        Саймол

        Мерный топот множества лошадей успокаивал и предрасполагал к раздумьям. Савлентий кутался в плащ, промозглый ветер мокрого сезона навевал тоску во время и без того неприятного путешествия. Слава богам, переломы Рамоса срослись, но теперь он был пересажен на верховую и ехал под охраной одного из воинов несколько впереди.
        - Вас вызывает эль Римик.  - Юный светлый изо всех сил старался держаться достойно, произнося эти слова, но от ветра, дующего ему в лицо, захлебывался, и короткая речь была произнесена не так, как рассчитывал гонец.
        Дед пустил жеребца рысью.
        - Садись,  - пригласил Римик из окна кареты.
        - Чего это ты вдруг снизошел?  - ехидно произнес Савлентий, усаживаясь напротив магистра.
        Тот молча протянул ему свернутый в маленькую трубочку листок. Дед взял его, но даже разворачивать не стал.
        - И что?
        - Я же тебе говорил, что у меня кто-то старательно и регулярно доносит о наших передвижениях. И я не знаю кто. Но понятно, что ведется наблюдение за всеми, ну и уж тем более за тобой  - единственным нелояльным и не закованным в пояс колдуном. Глупо пытаться отправить птицу и надеяться, что она улетит. Тем более глупо, что в письме-то ничего плохого не сказано. Голая правда. Если они выйдут из Темных земель, то так и так узнают о войне и о гонениях на наше братство. Все ваши живы и здоровы, мне так же выгодно, чтобы они об этом знали. Сказал бы сразу, что вы договорились о месте, куда прилетит птица, я бы и не препятствовал. Мне действительно хочется получить эту книгу. Кстати, куда договорились послать птицу? Ведь за нами они не пошли. Я даже знаю, что они зашли в Темные земли.
        - В имение Каменов.
        - Значит, веришь в них. Это хорошо,  - задумчиво произнес магистр.
        - Давай начистоту, Римик. И ты, и я знаем, что книга только предлог. Аргеен послал тебя за Ялей и по возможности за мной. Я, конечно, давно не бывал в вашей своре. Но и не настолько глуп, чтобы не понять этого. Отпусти их.
        - Ну раз уж начистоту, то и ты, и я знаем твоего сына. Он может прощать ошибки, а может и не прощать. Мне моя жизнь дорога. Да и давай представим на меру, что они достали книгу, а у них есть на это шансы, пусть и небольшие. Я ведь действительно дал им всю информацию, да и ты, смотрю, допускаешь возможность успеха. И вот книга попадает в другие руки. Как думаешь, что будет со мной? Поэтому вот тебе лист, вот перо, можешь написать им новое письмо. Расскажи все то же самое, но добавь, что мы будем ждать в Озерной крепости. Это на границе королевств. Еще напиши, что кольцо, прилагаемое к письму, является пропуском по Старкским землям, но предъявлять его необходимо как минимум тысячнику, сотники о таком не осведомляются. Сейчас принесут новую птицу, я прочту твое письмо, и ты сможешь вновь ее отправить. И момент о том, что амулеты, надетые на них, блеф, опусти, пожалуйста. Давно догадался?
        - Не очень.
        - Могу поинтересоваться как?
        - Плетения в перстнях увидел, когда ты Рамоса в последний раз осматривал.
        - Глупо, конечно. Надеюсь, больше без моего ведома ты таких попыток делать не будешь. Я имею в виду письмо. И еще. Вдруг все-таки они достанут книгу? Я не уверен, что их не попытаются перехватить хотя бы те же гномы, думаю, они уже ждут их на выходе. Пусть будут осторожнее и не наделают глупостей. Я свое слово насчет пленных сдержу. Ну а если не будет книги… Сам понимаешь.
        - Что же ты не оставил своих людей?
        - Оставил. Поэтому и говорю насчет гномов. Слишком уж они активно взялись за ваш «Проклятый дом».


        Утром я еле смог разомкнуть глаза. Нейла как с цепи сорвалась. Нет, я, конечно, не был против. Безумно смущала меня только память предков. Я так и не мог разобраться в себе. С одной стороны, я понимал, что я Норман, с другой  - Сергей. Хотели Нейлу оба. Слава богам. Но вот знания Сергея оказались в этом вопросе на порядок выше, чем у Нормана. Я блаженно улыбался, вспоминая стол, подоконник, купальню. Приподняв одеяло, не смог удержаться и погладил упругую грудь Нейлы. Она выгнулась, потягиваясь под моей рукой, я бессознательно провел ниже.
        - Мм. Нор. Ты опять за свое?  - Она повернулась ко мне спиной.
        Ну кто же так отказывает…
        Разумеется, когда мы вышли, все уже давно встали. Мало того, к нам в гости пришел Саймол. Вот перед ним было как-то неудобно. На гневные взгляды Малика я уже перестал обращать внимание.
        - Завтракать будете?  - спросила с ухмылкой Лейка.
        - Будем. А чего не разбудили?
        - А вы спали?  - поддел эльф.  - Давайте ешьте. Нам уже в школу надо, полчасти ждем. Храм Зору собрал.
        - Главное, учебники и тетрадки не забудь…
        Орк, проходя мимо, попытался отвесить мне подзатыльник. Я увернулся.
        - За что?
        - За то, что ждем.
        Быстренько позавтракав, часть нашего отряда, идущая в лекарскую школу, последовала за пауком. Саймол сказал, что их проводит Дайлон. Мы же собрали дорожные сумки, выпили отвара и только после этого вышли во двор.
        - Предлагаю выдвинуться на наших животных,  - предложил Саймол.  - Они и повыносливей будут, и зверье на них почти не реагирует.
        - Мы не против,  - ответил я за нас с Храмом.
        - Сейчас Нирт подойдет, он с нами хочет прокатиться.
        Я пожал плечами  - хочет, так хочет.
        Храм угрюмо молчал.
        Нирт появился через пятнадцать мер. Довольно молчаливый тип. На наше приветствие он только кивнул головой, скрытой под капюшоном плаща. Следом за ним шли шесть пауков.
        - Зачем так много?
        - Для охраны.
        - А я-то думал, вы тут ничего не боитесь,  - поддел Саймола.
        - Бояться не боимся.  - Он снизил голос до заговорщицкого и с явной издевкой сказал:  - Открою тебе секрет. Личи не умеют бояться.
        - Зачем тогда пауки?
        - Страх и благоразумие  - не одно и то же.
        Мы расселись по паукам, на четырех из которых были прикреплены подобия седел, и тронулись в путь. На выезде из ворот замка стоял еще один лич. Они с Саймолом поздоровались кивками. На миг из-под капюшона показалось лицо эльфа.
        Когда поехали второй квартал, нас догнал Пуш.
        - А сейш зачем?  - несколько настороженно спросил Саймол.
        - Он вольный зверь. Я ему не хозяин, мы просто друзья. Иногда бывает своенравен. Решил с нами пойти, значит, пойдет.
        Саймол усмехнулся натянутому объяснению, но против ничего не сказал.
        Дорога была нудной. То ли зверья в данной округе было мало, то ли пауки настолько затерроризировали округу, но солнце катилось к закату, а мы не встретили ни одной твари. Как же это радовало! Нет, конечно, напряжение все равно присутствовало и округу мы исправно осматривали, но тварей не было! Разговаривать в дороге уже отвыкли, поэтому я, стараясь не отвлекаться от обзора местности, тренировал «лезвие». Ну как тренировал, вырисовывал плетение под определенным углом, а потом развеивал. Не рубить же деревья в округе! Саймол несколько раз с интересом понаблюдал за мной.
        На ночь остановились в заброшенном замке, благо в округе их было изобилие. Лич выбрал довольно большую комнату с тремя витражными окнами невероятных размеров. Мы бы никогда не расположились в такой, но, с учетом пауков, которые, как оказалось, не спят, выбор был нормальным. Твари встали у окон и дверей, перекрыв тем самым доступ к нашим бренным телам. Храм начал ломать часть уцелевшей мебели на растопку камина, в котором намеривались готовить ужин.
        - Ты знаешь, сколько стоит эта мебель?  - опершись о резной столб, стоявший рядом, спросил Саймол.
        - Нет. Хотя могу предположить,  - ответил Храм.  - Только ведь все равно сгниет.
        - А чей это замок?  - Надо было как-то налаживать отношения с личем.
        - Это охотничий домик императора.
        - Ничего себе домик. Звери, наверное, за версту обходили.
        - Императору их отлавливали. В целях безопасности его величества лес перед охотой прочесывали и только потом выпускали зверей.
        - Незавидная жизнь.
        - Ну не знаю. Завистников как раз хватало.
        Возникла пауза. Храм надел на палку несколько кусков мяса и подвесил на крюки над огнем.
        - А почему вы сами не воспользуетесь порталом?
        - А зачем? Мы живем здесь долгие круги. У нас есть все, что необходимо. А надо нам немного. Если бы мы хотели, то, владея императорской сокровищницей, да и не только ею, скупили бы всю Исварию. Только зачем? Когда ты мертв, цели меняются.
        - А зачем тогда хотите отдать книгу светлым? Разве не для того, чтобы они открыли портал?
        - Для этого. Разумные стали слишком настырны и все чаще доходят до Элискона. Еще кругов десять, и они все равно узнают о нас. Тогда придут более подготовленными. Надо показать свою силу. Но так, чтобы желания соваться сюда больше не возникало. Ну и последователей, так сказать, пригласить. А то нас маловато становится.
        - А вы смертны?  - удивленно спросил я.
        - Нет. Но если лич захочет уйти, он уходит.
        - Вы мертвы так же, как вампиры? Или об этом нельзя спрашивать?
        - Ну почему нельзя, можно. Собираешь информацию о врагах?
        - А вы враги?
        - Нет. Но и до друзей нам еще далеко.
        После недолгого молчания Саймол продолжил:
        - Нет, вампиры не мертвые, они магически измененные звери. У них просто нет души. А личи действительно мертвы. Наши тела безжизненны. Магия заставляет сокращаться сердце, темная мана течет вместо крови. По сути, мы бессмертны, и нам не нужны для этого силы или души живых, по крайней мере, здесь.
        - Вампирам, я так понимаю, здесь тоже маны хватает.
        - Это они так думают. Они не могут без светлой силы, их тело здесь хоть и не нуждается в пище, но умирает. Есть у нас один такой, уже десяток лет на привязи сидит, тело начинает стареть.
        - А зачем вы его держите?
        - Хотим посмотреть, что получится.
        Я переварил информацию.
        - Каково это  - быть личем?
        - Все-таки ты собираешь знания о нас,  - усмехнулся Саймол.  - Хочешь стать личем?
        - Нет, но всякое бывает.
        - А почему не хочешь? Бессмертие, богатство, земли. Все прилагается.
        - Мне кажется, не так это просто. Я привык к тому, что если ты что-то получаешь, то что-то теряешь. Бесплатный сыр только в мышеловке.
        - Хорошие слова,  - задумчиво произнес Саймол.  - Личем быть хорошо, и в то же время плохо. Тебе еще рано, радуйся жизни, пока она есть.
        - Почему?
        - Как бы тебе объяснить правильно… Это другое состояние, это не смерть, но и не жизнь в вашем понимании. Так просто не рассказать, это надо почувствовать. Ты словно становишься свободным от мелочей. Чувств нет, привязанностей нет, остаются голый разум и сила, управляемая этим разумом.
        - И что в этом плохого?
        - С одной стороны, ничего. Старцы, которые стояли на пороге смерти, счастливы. Они засели за книги, получили лучшие лаборатории и теперь проживают вторую молодость, разумеется, в плане разума. Они снова могут творить. А вот те, кто был молодым, помнят радости любви и ненависти, помнят ветер в лицо во время атаки. Это не назвать тоской, но этого не хватает. Вот мы прокатились на лошадях. Удовольствие, если честно, сомнительное  - отбивать заднее место о седло. А память хоть на миг, но возвращает те ощущения. Или вот вы сегодня с Нейлой. Мой разум воспринимает это двояко. Какое удовольствие в тисканье вспотевшего тела? Я не буду говорить об остальных аспектах. Но где-то глубоко ты помнишь, что любовь  - это приятно.
        В зале опять повисло молчание.
        - А где сейш?  - довольно низким голосом спросил Нирт.
        Я пожал плечами.
        - Не знаю. Он не любит помещения, предпочитает открытый воздух.
        Саймол внимательно посмотрел на меня. Я прямо чувствовал, что он смотрит, и силой удерживал себя от того, чтобы не повернуться.
        - Зря ты пытаешься сопротивляться,  - вдруг произнес Саймол.  - Погубишь и себя, и их.
        - Да вроде мы ничего не делали.
        - Но собираешься. Зря.
        Храм снял мясо с огня.
        - Не совсем прожарилось, конечно, но я уже не могу терпеть.
        Я полностью был согласен с орком, слюни уже приходилось сглатывать, да и желудок начал песню голода. Храм снял один кусок мне, следующий протянул Саймолу. Тот отрицательно покачал головой.
        - Нам не нужна пища.
        - А как же… Ну… Тело. Ему ведь надо.
        - Пища  - это всего лишь вид энергии, а нам хватает темной маны.
        - Удобно,  - проурчал орк, впившись в мясо.  - Но неинтересно.
        Насытившись, мы расстелили одеяла. Личи, похоже, не собирались ложиться.
        - Ну что, я первым на стражу, как-то спать не хочется,  - предложил всем.
        - Можешь ложиться, нам сон без надобности, да и пауки не спят.
        - Вот везет же.  - Орк свернулся под одеялом калачиком.
        - Ну я тогда пока с вами посижу, отвар заварю,  - позволить еще раз покопаться в моих мозгах я не мог.
        Я не видел лица Саймола в этот момент, но готов поклясться, он усмехнулся.
        Через полчасти котелок с водой закипел. Я, порывшись в сумке, достал траву и бросил ее в кипяток. Мед уже десятину как кончился, поэтому придется без него. Подождав несколько мер, начал наливать отвар.
        - Ну и мне налей,  - произнес Саймол.  - Нирт, будешь?
        Лич отрицательно помотал головой.
        - Вам же не надо?
        - Не надо  - не значит, что нельзя.
        Я налил Саймолу в кружку Храма. Мы допили отвар. Разговор как-то не клеился. Отчасти оттого, что Саймол отвечал на вопросы кратко  - да, нет. Отчасти оттого, что в моей голове начался сумбур. Организм хотел сна. Я постарался перестроить нити силы, увеличив поток маны к голове.
        Память предков вдруг активизировалась, и я вновь стал ощущать себя Сергеем.
        «Я опять схожу с ума. Так кто я? Норман, который сдвинулся, или Сергей, который тоже не совсем в своей тарелке?»  - Мысли скакали от одной личности к другой.
        Ладно, успокоимся. Не важно, кто я. Ситуация, прямо сказать, аховая. Из такой мы оба можем выйти вперед ногами. Личи, за ногу их… Пулемет бы на них или снайперку, посмотрел бы я, как бы они сохранили разум с раскиданными мозгами. Да и пауки тоже. Идея с камнем хороша, но не опробована. Сомнения берут, что одним камнем можно прибить таких громадин. Вот личей  - может быть, если в голову попасть. Так, что еще. Яд. Эльфы должны уметь делать яд. Намазали стрелы, и как индейцы… Интересно, как мертвяки на яд реагируют? Думаю, никак. Ладно, что еще. Столько знаний, и ни одного рецепта против лича. Книга. Да к Некросу эта книга. Понятно же, что развод. Может, на сейше смыться одному, да и все? А остальные? А кто они мне? Стоять, Сергей… Или Норман?.. Куда-то не туда твои мысли идут. Чем там у нас древние воевали? Катапульты. Потом эти… ну, как их… да по барабану, как называются,  - здоровые самострелы с бревнами вместо стрел. Не то. Да и я толком конструкцию не знаю, и эльфам не собрать. Эльфы. Что у нас умеют эльфы? Садовники, блин. Садовники! Так. Садовники…
        Через часть метаний до меня дошло, что надо снизить поток силы, направленной в голову. Тут же стал одолевать сон. Я выпил эликсир Серого. «Нам бы ночь простоять да день продержаться,  - возникло почему-то в голове,  - а там и Пуш вернется». Эликсир подействовал практически моментально. Раздвоение личности осталось, но не до такой степени. Сергея я вновь стал воспринимать как память предков. Надо поосторожней силу в голову направлять. Так и до сумасшествия недалеко. Саймол на меня косился. Ну да, уже вон сколько не сплю. Пока действует эликсир, лучше хоть вид сделать. Я демонстративно зевнул.
        - Пойду вздремну.
        - Давай, а то мне уже стало казаться, что ты в лича превращаешься.
        Нирт, сидя у стены, блеснул в полумраке улыбкой.
        Через часть после того, как лег, надо мной нависла тень. Я резко открыл глаза. Во взгляде Нирта, освещаемого лунами через витражи, прочел недоумение.
        - Что? Уже пора вставать?
        - Нет. Я так…  - Лич явно был растерян.
        - А-а-а, ну ладно.  - Я снова закрыл глаза, чтобы не накалять обстановку.
        Лич отошел. До утра попыток подойти ко мне не было.
        Утром я дождался, пока встанет орк и разбудит меня. После чего, потягиваясь, встал.
        Откат от эликсира настиг в дороге. Я пару раз чуть не упал с паука. В какой-то момент нашел удобную позу и сладко заснул, полулежа на животе. В тот момент мне были абсолютно побоку и зверье, и Темные земли, и личи, и даже мое сумасшествие.
        Очнулся от крика орка:
        - Харра!
        Он с отчаянием пытался помочь своему пауку справиться с другим. Личи впереди бились с тремя такими же. Моя рука самопроизвольно выбросила темный «огонек» в глаза противнику орка. «Огонек» растекся по «щиту», но арахнид отвлекся на нового неприятеля, чем тут же воспользовался паук под орком, ударив врага передними лапами. Мой «конь» тоже ринулся в бой. Вдвоем они быстро одолели соперника. Личи на своих «скакунах» подъехали, когда паука добивали хелицеровые лапы.


        - Ваши?  - спросил Храм, у которого слегка сбилось дыхание  - видимо, адреналин.
        - Нет,  - ответил Нирт.  - Дикие. Скорее всего, новое гнездо, придется идти в рейд.
        - Что, прямо сейчас?
        - Нет, Храм,  - ответил Саймол.  - Мы потом сходим. Бывает такое, когда самка сбегает.
        - Откуда сбегает?  - поинтересовался я.
        - Мы их разводим, а пока молодые, можно сказать, обучаем. Но, бывает, они сбегают. Если самец, то больших проблем это не приносит, забьется куда-нибудь и живет в свое удовольствие. Нас не трогает  - боится. А вот если самка, то гнездо образуется. А где гнездо, там и территория. Поскольку твари они неглупые, то защищают свои владения коллективно. Если не уничтожить, расплодятся так, что наглеть начинают. Вон двоих сопровождающих пауков убили. А ты чего спишь? Расслабился, смотрю? Так и сожрут.  - Саймол развернул паука и направился дальше.
        У меня весь сон смыло адреналином, дальше я ехал с оглядкой.
        Через пару частей почувствовал Пуша. Настроение поднялось, прямо груз с плеч свалился, следующую ночь без питомца было бы продержаться проблемно. К вечеру достигли имения Каменов.
        Имение представляло собой небольшую крепость наподобие «Проклятого дома», но по архитектуре и богатству украшений стоящую на ступень выше. Было понятно, что Камены не бедствовали.
        - Саймол, а почему дед уехал отсюда? Я ведь так понимаю, он покинул имение задолго до войны?
        - У нас, видимо, наследственное  - с родителями не в ладах жить. Точно не знаю, но, говорят, прадед был против брака деда и бабушки. Сам дед не рассказывал, да и отец не особо распространялся. Вон ворон на шпиле сидит. Похоже, нас ждет. Зови.
        - Как звать?
        Саймол посмотрел на меня удивленно.
        - Что значит, как звать? Что, птицей ни разу не пользовался?
        - Нет.
        - Тебя что, дед в лесу нашел? Ты в академии учился?
        - Не учился он нигде. Его от слабоумия два круга назад излечили,  - вступился за меня орк.
        Хотя с такими словами лучше бы не высовывался.
        - Мне кажется, не до конца,  - съязвил Саймол.  - Да и ты, похоже, подхватил от него. Додуматься же, в Элискон пойти  - за книгой!
        - А то у нас выбор был!
        - Выбор всегда есть. Другой разговор, что иногда неприятный. Картинки хасанам отправлял?
        - Да,  - хмуро ответил я.
        - Вот отправляй ворону картинку деда. Он примет, сопоставит с отправившим, осмотрит тебя, сопоставит с заданным разумным. И если все нормально, сам прилетит.
        - Бывает ненормально?
        - У них мозг крошечный, а Темные земли все плетения, напитанные светлой силой, выжигают. Зови давай.
        Спустившись с паука, я скинул картинку с портретом деда птице. С меру ничего не происходило. Уже собрался повторить, когда ворон взмахнул крыльями и стал снижаться. Я позволил птице сесть на руку. Прищурился из-за хлопанья крыльев. Ворон осмотрел меня бусинками глаз и замер, нахохлившись. На лапе, кроме листочка, нашел привязанный перстень. Веревочка была завязана довольно туго, одной рукой развязать не получалось. Саймол, подойдя, попытался помочь, но ворон его клюнул.
        - Точно от деда, он всегда умел птиц с характером находить. Я раз за дятлом полдня бегал, прежде чем письмо забрал. На руку садится, а только пытаешься письмо снять, улетает.
        Наконец веревка поддалась, и я, махнув рукой, чтобы стряхнуть ворона, осмотрел перстень.
        - Кольцо вестового Светлого братства,  - произнес Саймол.  - Очень интересно становится, что в письме. Не тривиальный привет, это точно.
        Я развернул небольшой листочек и меру читал. Потом протянул его Саймолу. Саймол прочел с задумчивым видом и спросил:
        - Могу Нирту дать прочесть?
        - Да, и Храму тоже.
        Нирт, прочитав, передал орку и философски изрек:
        - Забавны пути судьбы.
        - Интересно, чего дед не смог написать?  - Саймол осматривал крыши замка.
        - Почему не смог?
        - Перстень. Раз он передан, значит, Римик знал о письме. Понятно, что в лучшем случае дед выложил не все свои мысли.
        - А в худшем?
        - Может и кое-что из этого быть неправдой. Все не может, иначе бы дед просто отправил птицу куда-нибудь в другое место. А раз долетела, значит, он хотел, чтобы письмо попало к тебе. Но полностью верить нельзя.
        - Чего ищешь?
        - Еще одну птицу. С разъяснениями.
        Птицу мы так и не нашли. Расположились в центральном зале замка. Храм тут же начал ломать мебель, но Саймол остановил:
        - Там полные подсобные помещения дров. Причем они не совсем сгнили  - лежат под крышей.
        Орку в сопровождении выделенного паука пришлось идти во двор.
        - А я пойду, прогуляюсь.
        - Можно с тобой?  - попросил я Саймола.
        - Пойдем.
        Поскольку солнце уже клонилось к закату, Саймол достал магический светильник.
        - Никак не могу привыкнуть к светильникам,  - пожаловался лич,  - все хочется зажечь «светляка».
        Мы шли по довольно широкому коридору.
        - А личи могут пользоваться светлой силой?
        - Говори конкретней: ты можешь пользоваться? Лич это не обидно, это гордо. Да, могу. Слегка неприятно, но приносит телу определенную пользу. Только где же ее взять, светлую? Это мой прадед,  - остановился он перед потрескавшимся портретом, на котором смутно угадывались очертания человека.
        - Следующий портрет деда, только он еще хуже сохранился.
        - А чего не забрал?
        - Зачем?
        Я предпочел промолчать.
        - А вот отец,  - остановился он перед вполне хорошо сохранившейся живописной работой, с которой смотрел мужчина в камзоле. Его лицо выдавало сильную личность.
        - Ты часто бывал здесь в детстве?
        - Нет. Всего раз десять. Прадед не очень любил детвору.
        - А у тебя есть сестра.
        - Сестра?  - удивленно посмотрел на меня Саймол.
        - Да. Ялийя.
        - Ты ее знаешь?
        Я усмехнулся:
        - Ее сложно знать. Такая, извини за выражение, рыжая стервочка. Ей четырнадцать лет.
        - Лет?
        - В смысле кругов.
        Саймол пристально посмотрел на меня.
        - Она сейчас тоже с нашими,  - поспешил я перевести тему.
        - Римик осмелился поднять руку?
        - Нет. Я так понял, что он ее по распоряжению твоего отца забрал.
        Саймол на некоторое время замолчал, переходя к следующим портретам.
        - Что думаешь о письме?  - спросил он.
        - Война  - это плохо. Кто-то затеял, а людям страдать.
        - Я не об этом, я о твоих планах.
        - Тоже ничего хорошего. У нас нет документов. По статусу в Исварии мы преступники. Пойдем лесами.
        - Ты так уверен, что выйдешь отсюда?
        - Постараюсь,  - пожал я плечами.  - Я знаю, что родные живы, знаю, где искать. Это лучше, чем полная неизвестность.
        - Что натворили в Исварии?
        - Да так, по мелочам. В основном светлым хвост прижали. Но было дело  - и на дуэли кое-кого убили. Твою сестру и еще троих из-под стражи увели.
        - Расскажи.
        Я мер пятнадцать пересказывал наши с Лекамом похождения. Саймол внимательно слушал. После моего рассказа он некоторое время молчал.
        - А вот это я,  - остановился он перед портретом мальчугана в коротких штанишках, опирающегося на меч.
        - А почему портреты отца и твой сохранились, а деда и прадеда нет?
        - Их писали на специальной, магически обработанной ткани… Значит, Лекам погиб, спасая Нейлу, его племянницу…
        - Не совсем, но думали, что ее.
        - Ладно. Пойдем обратно, ты, наверное, есть хочешь.
        - Неплохо было бы.
        Когда мы вернулись в зал, там кроме Храма и Нирта был Пуш, развалившийся вдоль камина и мешавший орку.
        - О, и твой посланец вернулся,  - съязвил Саймол.
        - Да какой посланец? К кому здесь посылать, даже интересно. К эльфам, которые вас боятся как огня? Или, может, к дикому гнезду пауков?  - Я даже сам поверил себе после сыгранной сцены.
        - Ну не знаю,  - неожиданно стушевался Саймол.
        Первая половина ночи под присмотром сейша прошла в сладкой дреме. Личность Сергея затерялась в дебрях мозговых извилин, и паника отступила. Во вторую половину ночи пришлось бодрствовать, поскольку Пуш тоже был невыспавшимся. Понятно, что личи смотрели на наше дежурство с усмешкой, но никаких препятствий не чинили. Думаю, сканирование головы было назначено на более поздний период.
        Обратно выдвинулись ранним утром, предварительно еще раз осмотрев замок на предмет наличия еще одного письма. Дорога в этот раз прошла без эксцессов, разве что мне вторую ночь пришлось отстукивать сообщения по амулету связи, предварительно отправленному с Пушем. Не знаю, может, личи что-то и ощущали, но вида при этом не подали, поэтому во второй раз я заезжал в Элискон в приподнятом настроении, разгоняющем дрему.



        Глава 13
        Побег

        Во дворец мы въезжали уже вечером. Со своими встретились, как будто месяц, в смысле три десятины не виделись. Зора, хотя и выглядела ужасно, была живее живых, могла ходить, мыслить и разговаривать. Зато от Нейлы и Эля остались только тени. У Храма от вида любимой разве что слезы не полились из глаз, вот никогда бы не подумал, что этот здоровенный буйвол может быть сентиментальным. Они с Зорой слились в поцелуе. Мне в этот момент, несмотря на наличие Нейлы под мышкой, в голову лезли всякие глупости, типа не мешают ли оркам клыки при поцелуе, а если они ими друг о друга ударятся? У меня даже передние зубы свело от такой мысли.
        - Ты осунулась,  - поцеловал я Нейлу в макушку.
        - Еле подняли Зору. Теперь из дворца ни-ни. Только выходит  - ей плохо становится.
        - Как личи?
        - Нормально. Помогают во всем, о чем попросим.
        Особо приветствовали нас Новер и Руча, на этот раз они, как и Пуш, удостоились визита в наши покои. Мое лицо можно было не умывать десятину, заодно и не брить, так меня вылизали. Правда, и запах хасанов тоже неделю держаться будет.
        Саймол и Нирт практически сразу исчезли. Встречу отпраздновали ужином  - для нас приготовили мясное жаркое. Мы рассказали, вернее, зачитали письмо. Я в это время краем глаза следил за Шиваком. Ему явно не понравилось дополнение про гномов, но он ничего не сказал. Остававшиеся поведали, как поднимали Зору. В общем, добрая такая безалкогольная вечеринка. Малик показал изготовленный им амулет, который, если разумный начинал засыпать, бил разрядами в грудь. Я сразу потер саднившую кожу  - за два дня перестуков там уже, наверное, приличные ранки. Благо что одаренный и заживает все как на собаке.
        Когда собрались ложиться спать, ко мне подошел Эль.
        - Не надумал?
        - Нет, Эль. Стая  - это не просто так, это семья, даже больше. В стаю может войти только тот, в ком полностью уверен. Например, ты и Храм, возможно, Серый. Нас сейчас единит одна цель. Но тут тоже не все так просто. Я не могу объяснить, но из стаи можно выйти, только умерев. Это не содружество, не братство. Это навсегда. Понимаешь? Поэтому войти в ее ряды  - это… Я не могу объяснить все словами.
        - Да понял я.  - Эльф явно был разочарован.
        - Не переживай, ушастый, возможно, не все так плохо,  - хлопнул я его по плечу.  - Может, и вытащим твоих соплеменников.
        - Ну смотри, ты обещал.
        - Э-э-э, нет, не обещал. Я сказал «может». Я, если честно, не уверен, что сами выйдем. Только об этом никому.
        - Как скажешь.
        - Ты как сам, ушастый, готов войти в стаю? О последствиях я тебе рассказал.
        - Мог бы не спрашивать, короткоухий.
        Храма я спрашивать не стал, просто уведомил о скором переходе в новый статус, а вот с Серым провел беседу с разъяснениями. Посредине разговора он меня перебил:
        - Ты спрашиваешь изгоя, который существовал всю жизнь, скрываясь, хочет ли он обрести семью, которая будет готова отдать за него и его детей жизни?


        В действе участвовали я, Храм, Эль, Серый, ну и, соответственно, остальные четвероногие члены стаи. Кандидатуры сомнений не вызвали, лишь Пуш, обладающий характером матери, предложил нам передвигаться на четырех конечностях. Может, я неправильно его понял, но если перевести на исварский, то настолько нелепой стаи даже в памяти предыдущих поколений не существовало. Вот этот момент, насчет памяти поколений, я решил разъяснить поподробней и попозже. Но самое главное не сама процедура принятия, хотя очень важно было то, что я почувствовал во время нее. Нас стало больше не на троих, а на шестерых. Тупил я недолго. Магического взгляда на подопечных хватило, чтобы понять  - Руча беременна. Три сгустка энергии бились под ее сердцем. Всем рассказывать об этом я не стал, но мысль о быстрейшем выходе из Темных земель прямо молотком забилась в моей голове, впрочем, как оказалось, мысли могут быть материальными.
        Только мы улеглись спать, к нам ворвался, иначе и не скажешь, Саймол:
        - Собирайтесь. Вам надо уходить.
        Я быстро поднял народ. Благо для этого требовалось просто послать мысль стае.
        - Расскажешь, как уйти?
        - Нирт и я выведем вас. Дальше сами. Преследование начнется утром. Раньше ваше исчезновение не заметят. Пойдет за вами в худшем случае десяток личей и два десятка пауков. Больше вряд ли, но меньше  - тоже сомнительно, больно нагло уходите.
        - Что произошло?
        - Совет принял решение дождаться конца войны. В связи с этим вы больше не нужны.
        - А ты говорил, что нет чувств.
        - Их и нет,  - улыбнулся Саймол,  - у меня свой интерес, ну или интересик. Можешь считать, просто надоело бездействие.
        - Понятно. Книги, я так понимаю, не будет.
        - Выживете, будет вам книга. Ну или подобие. Нет  - ваши проблемы, я себя подставлять не могу. Постарайтесь выжить. Для вас это главное.
        Через двадцать мер мы были готовы. Благо что собирать было особо нечего.
        - Пойдете пешком. Лошадей взять не получится.
        Я кивнул, хотя душу наполнила безмерная тоска по Аравину. Все-таки я привык к нему.
        Отсутствие сестер на небе немного сковывало передвижение, но несколько ушей со звериным слухом и пара глаз, видящих в ночи, давали четкую информацию об окружающем мире. На воротах, ведущих во дворец, стоял Дайлон, я кивнул ему в знак признательности, он явно улыбнулся в ответ.
        Достигнув пригорода Элискона и поняв, что пауков, сквозь которых нас вели личи, уже нет, Пуш по команде рванул вперед, у него своя миссия.
        - Дальше сами,  - произнес Саймол.
        - Спасибо.
        Саймол улыбнулся:
        - Давно я этого не слышал.
        Я вел наш отряд. По бокам шли хасаны. Мироощущение с принятием новых членов стаи изменилось не то чтобы координально, но красок добавилось. Оглянувшись, понял, что нас сильно тормозит Зора. Новер тут же остановился и подставил спину орчанке. Я почувствовал, как тяжесть легла на мои плечи. Только теперь вдруг понял, насколько важен в стае. Я чувствую их. Я в ответе!
        Спустя часть вышла на небосклон младшая из сестер, и дорога пошла повеселей.
        - Вырвемся?  - спросил, поравнявшись со мной, запыхавшийся гном.
        - Обязательно, ну или умрем.
        - Ты прямо радуешь.
        - Настраиваю на бой.
        - А он будет?
        - Будет. Наша скорость по сравнению с пауками… Лучше скажи, что думаешь насчет письма?
        - Не знаю. Но я не за этим ехал.
        - Да догадываюсь, за чем ты ехал. Не хотелось бы в Кальде разочаровываться. Как думаешь?
        Шивак некоторое время молчал, потом изрек:
        - Знаешь, мне кажется, он не может предать. Но если выйдет так, я встану за тебя.
        - Спасибо за прямолинейность. Тоже надеюсь. Обидно будет, если что.
        К рассвету объявил привал.
        - За нами однозначно пойдут по этой дороге, может, свернуть?  - подошел Эль.
        - Не могу, твои соплеменники должны объявиться к вечеру, там и встретим личей.
        - Ты что? Решил дать им бой?
        - Блин, да вы достали, давай всем объявлю.
        Я встал и достаточно громко, но без рвения, начал речь:
        - Личи уже вышли. Сбежать просто так не получится, будем биться. Думаю, к вечеру они нас настигнут. В половине дня пути нас ждут эльфы, они тоже хотят уйти. Шанс выжить есть, как и шанс умереть, поэтому подъем  - и вперед.
        К зениту нас встретила эльфийка-подросток с тонкими клыками, гордо сидевшая на Пуше.
        - Ну как?  - спросил я ее.
        - Не успеваем,  - ответила девчушка.
        - Плохо. Веди. Только сейша освободи для раненой.
        Зора, хоть и хорохорилась, выглядела хуже, чем в момент, когда мы выехали. Новер и в особенности беременная Руча устали нести увесистую орчанку. Эльфийка явно с сожалением соскользнула с сейша. Ничего, перебьется.
        - Пошли.
        Эльфийка мер через пять повернула в изувеченный лес. Орк попытался замести следы.
        - Храм,  - окликнул я его,  - они должны увидеть, куда мы ушли.
        Орк кивнул.
        Через часть мы достигли заброшенного городка, в котором повсюду сновали эльфы. Внимание к себе мы, конечно, привлекли, но никто не бросил дела. Навстречу вышел Энурлен.
        - Приветствую.
        - Привет! Моих распределишь?
        - Да, конечно. Егоза,  - обратился он к девчушке, приведшей нас,  - раненую отведешь к детям, но сначала размести остальных, пусть отдохнут с полчасти.
        - Да вроде… какой отдых,  - попытался возразить я.
        - Пока еще не идут. Минимум за три части узнаем. Так что пусть отдохнут.
        - У тебя здесь все воины?
        - Нет. Молодежь и стариков как раз отправляем к реке. С ними пойдут двое. Трое дорогу к реке от пауков расчищают, потом там останутся  - плоты готовить.
        - Далеко до реки?
        - Частей пятнадцать пешим ходом.
        - Прилично.
        - Зато там ни брода, ни мостов нет. Догонять потом сложно будет. Жаль, лошадей вы оставили, имущество не на чем вывозить.
        - Какое имущество, Энурлен?
        - Не очень тяжелое. Думаешь, у нас за эти годы мало ценностей скопилось?
        - Да тут самим бы уйти.
        - Ничего. Через реку переправим, а там закопаем, что тяжело нести.
        - Зря ты, ну да ладно, тебе решать. Пауки?
        - Стреляем из трубок стрелками с той мазью, которую ты дал. Через меру они сходят с ума и убегают. Хороший зверь, оказывается, видун, жаль, здесь не водится.
        - Не жалей, его еще убить надо.
        - Главное, на глаза паукам в это время не попадаться. Самое интересное, если их двое или трое. Они начинают друг друга бить. Выжившего добиваем без особых трудностей, он к тому времени без сил. А вот, кстати, и трубка, смотри.  - Энурлен взял у проходившего мимо эльфа деревянную трубку с приделанным к ней раструбом.
        Я повертел ее в руках.
        - И как? Далеко бьет?
        - Дай стрелку без яда,  - попросил Энурлен эльфа.
        Тот вынул из коробочки стрелу длиной в полторы ладони. На ней с небольшим смещением от центра к острию была надета деревяшка, на другом конце торчало скудное оперение. Энурлен вложил стрелу в раструб и положил трубку на плечо. Прицелился. Потом щелкнул языком. Эльф, стоявший сзади него, послал в донельзя суженный раструб «воздушный кулак», трубка дернулась вперед. Стрелка с чмокающим звуком вылетела из трубки и превратилась в мелкую точку на небосклоне.
        - Больше чем на тысячу локтей уходит. Но точность никудышняя, было бы время доработать…
        - Согласен, амулет бы вместо раструба.
        - Но мы бьем ими с близкого расстояния. «Щит» паука пробивает. Ну а с боков простым луком достаем, даже издалека.
        - На диких пауках тренировались?
        - До сегодняшнего дня  - да. Сегодня, поскольку дорогу к реке чистят от пауков, уже пятерых прирученных убили. А вот кровь паука для присланного плетения не смогли добыть.
        - Ну и ладно. Как общаетесь?
        - Переняли вашу манеру  - по буквам. Удобно. А амулеты связи у нас получше ваших будут. На три части пути действуют. Просто раньше мы их использовали так же, как охотники.
        Тут из кармана главы раздался глухой стук. Он вынул забавную конструкцию, она явно долбила местной морзянкой: «Первый схрон. Идут. Восемь личей. Два десятка пауков. П.»
        Глава отстучал пальцем: «Нет».
        - Что значит «П»?  - спросил я у эльфа, разглядывая забавный амулет в его руках.
        - Спрашивает, нужен ли повтор.
        - Забавная штука,  - кивнул я на амулет.
        - В схронах, так же, как и у вас, известия передают уколами силы, а это так, баловство. Ну что, идут. Части через две-три будут.
        - Давай моим все разъясним, места покажем.
        - Только я сначала эльфов предупрежу и все проверю.
        - Хорошо.
        Я пошел к нашим, расположившимся у одного из зданий.
        - И когда вы успели спеться?  - спросил Эль.
        Видимо, этот вопрос волновал всех, так как пять пар глаз уставились на меня в ожидании ответа.
        - По дороге из имения.
        - Ты же не отлучался,  - подверг мои слова сомнению Храм.
        - Через охотничьи амулеты разговаривали. Но сейчас не об этом речь. Личи идут. С пауками справимся. Эльфы проверили действие яда видуна на диких пауках. Звереют, как и положено. Остальное сейчас глава расскажет. Они должны несколько ловушек для личей подготовить. Заманивать, видимо, придется нам.
        Тут как раз подошел Энурлен с сыном. Мы с Улайаком кивнули друг другу.
        - Нам бы помощь Шивака не помешала, стену дома обвалить.
        - Да, конечно,  - отозвался гном.
        - Улай проводит. А вам лучше все покажу, пойдемте.
        Мы вышли на площадь городка.
        - Главное действо развернется у выхода с площади. Там дома ближе стоят…
        После инструктажа я отправил Серого менять свою ипостась.


        Личи шли пешком, в центре. Десяток пауков слегка под углом прикрывал их с боков. Наверняка все твари со «щитами». Второй десяток двигался пятерками с двух сторон площади, обтекая выпирающие здания.
        - Спецназовцы, блин,  - прошептал я, глядя на их в данном случае неудобное для нас построение.
        Надежда была на то, что личи будут верхом на пауках. Мы вчетвером с эльфом, Серым и Нейлой спрятались в одном из домов, стоящем почти у площади. В нашу задачу входило завести личей в один из проулков, где эльфы между домами выкопали яму и, присыпав, вырастили сверху траву. Трава, конечно, отличалась по цвету, как-никак мокрый сезон, и ярко-зеленый цвет редкость, но была надежда на запал во время боя. Вообще, изначально мы с Энурленом планировали сделать такие ямы в каждом проулке, но жизнь внесла коррективы, срезав сроки исхода из Темных земель.
        - А как мы убьем личей, если они уже мертвы?  - спросил шепотом Эль.
        - Тело есть тело, не будет целых костей, не на чем будет ходить. А лучше руки обломать или обрубить, чтобы плетений не могли выпустить,  - так же шепотом ответил я ему.
        Началось все, когда они почти дошли до нас. С двух сторон из домов стали раздаваться хлопки трубок. Удары стрел были, видимо, внушительными, поскольку тела пауков дергались. Пауки тут же построились кругом. Личи из центра круга стали наносить удары жезлами по окнам зданий. Плетения вылетали  - от «огоньков» и «кулаков» до непонятных смазанных образований. Кто-то из эльфов вскрикнул. Первые жертвы.
        Вообще, мы должны были выждать меру, пока пауки начнут сходить с ума. Но такого организованного отпора личи не ожидали.
        - Давай, Нейла,  - прошептал я.
        Нейла со своей пневмопушкой стреляла с колена, чтобы не мешать мне, и при этом не отходила от угла здания. Я стрелял стоя. Два камня почти бесшумно ушли в центр построения личей. Попали мы или нет, рассмотреть не успели. Мы заложили еще по камню, но тут в угол дома, за которым прятались, прилетело непонятное плетение и, выбив кусок здания, осыпало нас каменной крошкой.
        Я, пока не осело облако пыли, успел выпустить наугад еще один камень.
        - Уходим в дом.
        Ждать, пока осядет пыль, было не только долго, но и опасно.
        Из окна дома картина сражения полностью видна не была. Но по беспорядочному движению пауков стало понятно, что план сработал.
        - Давай,  - шепнул я Нейле.
        Она выстрелила первой, я высунулся и, убедившись, что личам не до нас, ударил прицельно. Одну из фигур в плаще снесло летящим камнем. Личи довольно быстро расправлялись с обезумевшими пауками. Судя по всему, их осталось меньше, ненамного, но меньше.
        - Нейла, бросай пушку!
        Мы выпрыгнули из окна прямо на улицу. Я произвел еще один выстрел и стал освобождать жезл от вазы. Личи нас, понятно, заметили, несколько плетений растеклись по «щиту», удерживаемому жезлом Нейлы. Но одно из этих самых смазанных завихрений прошло сквозь «щит» и ударило в плечо эльфа. Его даже слегка оторвало от земли. Личи на площади бросились врассыпную. И по какой причине мы вдруг решили, что они пойдут строем, насвистывая марши Третьего рейха? Но двое в нашу сторону все-таки побежали. Побежали? Я ошибся  - полетели, настолько дикой была их скорость.
        - Уходим!  - Я, наверное, первым показал пример, подхватив за руку эльфа.
        Серый схватил зубами Эля за вторую руку, вырвав у меня, просто закинул его на спину и скрылся за углом. Если бы делали ставки на бегах, возможно, я бы поставил на него, а не на приближающихся «черных плащей». Яму мы проскочить успели, но останавливаться не стали. Сзади раздался легкий стук. Мы тут же остановились.
        - Шивак!
        На втором этаже здания раздались два удара. Стена пошатнулась и медленно пошла вниз. Личи чуть не выпрыгнули из ямы, но тут же получили два «кулака» из жезлов, которые остановили их прямо под камнепадом.
        Я бешено замолотил по амулету:
        - «Уходим, все уходим, уходим».
        Место было определено заранее  - задний двор одного из бывших трактиров. Часть эльфов, вернее, трое, считая Энурлена, были уже там. Еще четверо подтянулись в течение меры после нас, последней оказалась Егоза, которая с криком: «Личи!»  - бросилась за наши спины.
        Следующая за ней пара неживых столкнулась практически со стеной разнообразных плетений, но упрямо шла вперед. Пока не поравнялась с телегой. Из-под нее уже внутри их «щитов» выскочили хасаны. Экзекуция заняла удар сердца. Мы чуть не снесли плетениями самих волков, когда исчезли «щиты».
        - Осталось четверо,  - произнес Энурлен.
        - Ты уверен?  - переспросил его я.
        - Не больше.
        - Может, отходим?
        - Вдруг еще кто-то придет?
        Я его понимал. Из двадцати одного эльфа вернулось восемь. По амулету отстучал третий пост: «Двое  - вам». Я вздохнул с облегчением. Храм жив. Неодаренных мы оставили в качестве наблюдателей на самых высоких точках вокруг площади, все равно против личей их не выпустишь.
        - Эль, может, конечно, уже поздно спрашивать,  - обратился я к раненому эльфу,  - но как ты тогда, в Скользком, прошел сквозь «щит» Малика?
        - Когда подходишь вплотную к «щиту» и выпускаешь «лезвие», оно на миг разрывает плетение «щита». Только обязательно вплотную, иначе растечется.
        - Если бы я «лезвие» быстро выпускал,  - пробурчал себе под нос.  - Новер, Руча, обратно. Пуш, не вылезать.
        Опять появились уколы в грудь  - второй пост: «Двое  - вам».
        Второй вроде Лейка, первый  - точно Шивак, надеюсь, он после обвала лежит под какой-нибудь кроватью.
        - Ну что,  - вздохнул Энурлен,  - а теперь по-честному.
        - Пуш еще, да и к телеге могут подойти.
        - Ты глянь, какое там месиво. Они же не идиоты.
        - Это да, может, приберемся?
        - Лучше хасанов убери  - догадаются.
        Хасаны все поняли без слов и тут же поменяли позицию, спрятавшись за полуразвалившимися бочками. Хотя с их природным даром отвлечения внимания они могли бы спрятаться и на ровном месте. Фигуры хасанов почти расплылись. Если бы не знал, что они там, ни за что бы не догадался. «Рассеивание»! Я, выпустив силу в жезл по безымянному пальцу, отошел к стене конюшни, с одной стороны ограждавшей двор.
        - А где Малик?
        Энурлен пожал плечами.
        Они вышли вчетвером, в черных плащах со скинутыми капюшонами. Двое из них были эльфами. Значит, я не ошибся тогда. Лишь бы «рассеивание внимания» сработало. Не вовремя проснулась память предков. Меня начала бить мелкая дрожь.
        Личи были без мечей, но у каждого в руке  - жезл. После ворот они сразу разошлись в стороны. Видимо, чтобы не подставляться всем под один удар. Но это было хорошо. Один точно введет меня в круг своего «щита», а второй  - впустит хасанов, притаившихся с противоположной стороны. Третий попадет под атаку Пуша. Эльфы и Нейла держали «щиты». Ни та, ни другая сторона не наносила ударов. Личи молча, синхронно пошли вперед. «Как в кино»,  - пролетела глупая мысль. Дрожь в ногах усилилась. «Мама родная, уйди»,  - попытался я загнать память Сергея вглубь. Когда они прошли треть не такого уж большого двора и оставалось еще немного, чтобы я попал в круг «щита» ближайшего ко мне лича, из окна дома вылетел камень.
        «Некрос…» Камень снес одного из личей, но оставшиеся ударили по окну. Оттуда раздался крик Малика, который для меня стал растягиваться. Ускоренное восприятие погасило все мысли, страхи, я вновь был вожаком стаи. Пуш, взорвав под ногами лича клубы пыли, вырвался по моей команде из своей подземной засады и вцепился в глотку противника. Новер, также успевший попасть в круг «щита», с яростью, словно куклу, трепал за руку второго. Я, сплетя «лезвие» и почти уткнувшись в «щит», выпустил плетение на волю и провалился сквозь мягкую стену в круг «щита» к третьему личу. Он уже поворачивался на меня. Мы ударили одновременно. Я «темным огнем» жезла, чем ударил он, заметить не успел, поскольку пытался уйти с траектории его руки. Мгла охватила разум. Я, выхватив клинок, отсек падающему личу руку. Вторую отсек уже лежащему. Резкая вспышка в голове известила о боли Новера. Я рычал, пробивая густоту воздуха, пытался добраться до обидчика сына, брата, волка. Пуш и Руча успели быстрее.


        От Новера меня практически оттащили. Один бок хасана, можно сказать, отсутствовал. Но самым страшным оказалось не это. Его тело было изогнуто неестественным образом, я подозревал, позвоночник…
        Погибших хоронить не стали. Того, кто не был завален камнями, я лично сжег огнем жезла. К телам личей Энурлен подходить запретил, объяснив это тем, что они и без рук умеют делать пакости.
        Переломанного Малика нес Пуш. Лейка и Храм шли по бокам от кота, поправляя истерзанное тело артефактора, когда оно сползало. Эль шагал рядом с уложенной на перевязь рукой. Эльфы несли на руках волка. Сквозь разорванный бок были видны ребра и слегка вздымающиеся при очень частом дыхании органы. Спину без Разы трогать не решились. Спасло то, что эльфы могли передавать ему силу. Собственно, он сейчас находился под капельницей, которую заменял непрерывный поток серой маны, вливаемой в него то одним, то другим остроухим.
        - Стой,  - попросила меня Нейла.  - Я хотя бы немного сниму боль, раз уж каналы не даешь поправить.
        Я остановился, боль действительно была дикая. Половина лица выгорела от удара лича. Все-таки я не смог полностью уклониться.
        Шивак шел немного впереди, рядом с понурившимся главой. Понять печаль эльфа было несложно. Тринадцать погибших, считая его сына.
        Через несколько частей сделали привал.
        - Я сожалею,  - присев рядом с Энурленом, попытался хоть как-то разделить его скорбь.
        - Не надо. Надо жить. Нельзя грустить по умершим. Этим мы держим их души здесь,  - ответил глава неожиданно возвышенно.
        Нейла присела рядом.
        - Они знали, что бой будет нелегким,  - продолжил глава,  - это первое выигранное нами сражение. Ты вон даже беременной жене позволил сражаться. Я бы не смог.
        Я посмотрел на Нейлу.
        - Я не знаю, как так получилось,  - тихим голосом, опустив глаза, произнесла она.  - Не должно было…
        - Ты не знал?  - ухмыльнулся Энурлен.  - Мало внимания уделяешь девушке. А идти против природы в Темных землях не получается. Видели, сколько у нас детей, а ведь обычно у эльфов рождается в лучшем случае трое за всю жизнь. Я не знаю, в чем секрет, но подозреваю, что в связи с быстрым старением в Темных землях и постоянным воздействием силы смерти природа бросает все силы на продолжение рода. Только бы как с нашими детьми не получилось. Кстати, у тебя двойня, поздравляю.
        - Спасибо,  - промямлил я, огорошенный новостью.
        - Ну ладно, я, наверное, пойду. Судя по всему, вам поговорить не мешает.  - Глава поднялся с земли и, отряхнув штаны от прилипших соринок, пошел в сторону отдыхающих эльфов.
        - Малика надо лечить,  - произнесла Нейла, направляя силу из ладони на мой ожог.  - Так получилось.
        - Нейла, да как бы ничьей вины нет, оба старались.
        - Дурак.
        - Умничка.
        - Ты рад?
        - Не знаю. В смысле рад, конечно,  - попытался я исправить ошибку.
        - Так не знаешь или рад?
        - Я еще не понял.
        - Представляешь, у нас будет двое детей. Может, даже мальчик и девочка.
        - Пока не представляю, но, надеюсь, характером они пойдут не в тебя.  - Я перехватил руку Нейлы и поцеловал.
        - Чем тебе не нравится мой характер?
        - Язвительностью.
        - А-а-а, ну да, ты-то у нас прямо душка.
        Мы некоторое время помолчали.
        - Я люблю тебя,  - прошептала Нейла, прижавшись к моей груди.
        - А я не знаю.
        Нейла довольно чувствительно ударила в живот кулачком.
        - Не смешно.
        Я поцеловал ее в макушку.
        - Встаем,  - раздался голос главы.


        Берега реки мы достигли глубокой ночью. Собственно, до берега-то нужно было еще добираться, но ночевать рядом с рекой, а тем более переправляться в темноте через нее, казалось безумием. Встретил нас эльфенок из «охотников», пойманных нами в первый раз. Не знаю, как они это успели сделать, но попали мы в полублагоустроенный лагерь с шалашами и выложенным из камней костровищем, около которого стоял ряд нехилых котлов.
        - Вы пока спать идите,  - встретила нас в лагере Раза, выделявшаяся своей белой косой в ночи,  - а я раненых посмотрю.
        - Я помогу.  - Нейла пошла с ней.
        Храм аккуратно снял Малика и понес вслед за ними.
        - Пойдемте, покажу свободный шалаш,  - потрепала меня за руку девчушка.
        - Вам же вроде нельзя с нами говорить?  - узнал я вторую «охотницу».
        - Не нельзя, а недостойно, когда рядом старший эльф,  - гордо ответила она мне.
        - Спасибо, я схожу Новера посмотрю, а потом у костра посижу.
        - У костра нельзя. Можно только тому, кто готовит или дрова подкидывает. А может, накормить? Вы ведь голодные.
        - Да не откажемся,  - подошел к нам орк.
        - А почему к костру нельзя?  - спросил я.
        - Самой первой целью будете,  - словно ребенку, объяснил мне ребенок.
        В тишине леса наш разговор казался каким-то нереально спокойным.
        Я все же сходил узнать, как дела у Новера. Близко подойти не удалось. Волк был просто облеплен эльфами, которые мазали его вязкой субстанцией и вливали силу. Раза ставила какие-то сетки из силы, я так понял, укрепляла переломанные ребра и позвоночник. Руча лежала рядом и вылизывала Новеру морду.
        Ели в темноте. Рядом, на бревне, немного отнесенном от костра, сидели Шивак и Лейка, напротив, на таком же, Храм. Серый, стесняющийся своего обличия, ушел куда-то в темноту.
        - Поедите,  - инструктировала «охотница»,  - ложитесь вот в те два шалаша.
        - Да мы как бы и здесь можем,  - попытался возразить ей, ночь была довольно теплой, а шалаши не выглядели способными вместить всех.
        - Через часть дождь будет, баба Раза сказала, да и схрону вы мешаете наблюдать за лагерем.
        Когда уже собирались разойтись, подошел Эль.
        - Ну как?  - спросил Храм.
        - Ты о котором?
        - Об обоих.
        - Малик жить будет. Пять переломов и сильный удар по голове. Видели бы вы, как его замотали. Хоть вместо чучела ставь. Новер  - пока неизвестно. Ни лучше ни хуже. Я за тобой, Нор. Нейла сказала, если не пойдешь, попросить Храма, чтобы притащил. Кстати, поздравляю.
        - С чем?  - заинтересовался Храм.
        - Нейла решила взять пример с Ручи, лупоглазик будет отцом.
        - О-о-о!  - Храм привстал и так хлопнул по плечу, что впечатал меня в гнома.
        Все поддержали его.
        - Вы что,  - раздался детский голос из темноты,  - на отдых! Все спят. Расходитесь.
        - Зора тоже нормально,  - почти шепотом добавил эльф.  - Сейчас уснула.


        Лечить мое лицо закончили, когда уже светало, хотя по причине проливного дождя особенно это заметно не было. Красавцем я не стал, но Раза пообещала, что круга через два кожа разгладится. Боль слегка отступила. В выделенный шалаш мы с Нейлой добирались бегом. Только прикоснулись головами к тряпичной имитации подушек, как нас разбудил мокрый сейш, звавший на переправу.
        Дождь безумствовал. Косые струи, усиливаемые порывами ветра, хлестали так, что одежда практически сразу намокала. Мы с Энурленом и Храмом стояли на берегу совсем не маленькой реки. Противоположный берег был почти не виден из-за ливня.
        - Может, переждать?  - почти крикнул я главе.
        - Раза сказала, непогода дня на два,  - ответил он.
        Четверо эльфов подтаскивали к берегу плот. Мы подключились к этому процессу. Через две части десяток плотов лежал на берегу. Эль с парой темных эльфов связывал плоты вместе. Переправляться сейчас было безумием, оставаться  - еще большим. Ладно хоть у хасана было стабильное состояние, его погрузили последним, тщательно привязав лапы к плоту.


        Косой ливень со шквалистым ветром пытались сбить с плота. Погода злорадствовала. Оставалось надеяться, что преследователям не легче. Меня как одаренного посадили на первый плот. Весло, ну как весло, рогатина с намотанными на нее листьями, укрепленными эльфийской магией, норовила выскользнуть из рук. Не зря Дайлокон, рулевой нашего водного обоза, заставил нас привязать рогатины к рукам. Плот, несмотря на явно немалый вес, подпрыгивал на волнах. Руча и сейш, в особенности последний, почти паниковали. Волны страха, исходившие от них, нервировали и меня, несмотря на то что они плыли на задних плотах. Энурлен предлагал привязать их, как Новера, но опасение, что плот перевернется, свело эту идею на нет. Если так хреново мне, кстати, привязанному  - тот же Дайлокон приказал всем, кто сидит на краю, хорошенько привязаться,  - то каково детям и старикам? Стариками называли всего троих эльфов, причем Раза, как я понял, была в корне не согласна с этим определением, потому как рвалась к веслу. А вот детей в возрасте до пятнадцати кругов набралось около двух десятков, из них трое  - почти грудные.
        Нас окатил очередной порыв ветра, обдал, вдобавок к дождю, брызгами из реки. Одно хорошо  - сомнительно, что обитатели полноводной осмелятся подняться на поверхность. Плоты, плывущие сзади, почти не были видны. Стаю я чувствовал, отчасти (если не брать в расчет страх питомцев), это успокаивало. Нейлу усадили на второй плот. Всего связка состояла из семи плотов, три  - еще на берегу сожгли магией. Когда строили, надеялись, что удастся избежать потерь в битве.
        После части гребли мышцы, несмотря на тренированность, стали деревянными. Спасительный берег уже мерещился сквозь дождь.
        - «Перев шесть».  - Уколы на груди оповестили о несчастье.
        Я глянул на Дайлокона. Он отрицательно покачал мне головой. Я молча отвязал весло и передал эльфу, сидящему в запасе.
        Вода казалась теплой после промозглого ливня. Около перевернутого плота я оказался через три меры. Сквозь шум дождя и волн Храм, сидящий на одном из соседних плотов, пытался высказать, что думает о моем поступке. Зора, плывшая на перевернувшемся плоту, уже лежала на бревнах, как и пара эльфят. А вот Пуш булькал под водой и бил лапами. Я послал ему мысль о спокойствии и одновременно махнул рукой сидящим на соседнем плоту, чтобы сдвинулись на другую часть, так как кричать было почти бессмысленно.
        - Что хочешь?  - крикнул мне в ухо, стоя на четвереньках, орк.
        - Лапы на плот положить!  - крикнул я в ответ.
        Он кивнул и начал пересаживать всех вперед.
        Еще через полчасти мы с Пушем почувствовали дно под ногами и стали заворачивать плот к берегу.
        - «Мелковод»,  - отстучал я по амулету.
        Практически сразу все, способные сопротивляться стихии, спрыгнули в воду и стали подтягивать плоты к берегу. Среди них я заметил и Нейлу с Разой. Неугомонная ведьма. Или ведьмы.


        Затаскивать на берег плоты не стали. Эльфы небольшими топориками срубали привязанные грузы и относили их на берег. Среди этого бедлама я заметил Лейку, чуть ли не силой тянущую на берег гнома. Даже сквозь струи дождя было видно, что глаза у Шивака по блюдцу. Потерь удалось избежать. Даже груз с перевернутого плота спасли  - не зря привязывали.
        Срезав свою броню и оружие, оттащил подальше от воды. Жезл тут же нацепил на пояс. Возвращаясь обратно, подмигнул Энурлену, несущему какой-то тюк. Он улыбнулся в ответ  - выбрались!
        Руча крутилась рядом, помогая ну или мешая переносить Новера, а вот Пуша не было видно, расчувствовался, парень, наверняка сидит где-нибудь под деревом.
        Энурлен дал полчасти на отдых, причем сам в это время с парой эльфов распределял груз. Четверо, я точно это видел, потащили несколько свертков в лес. Судя по небольшому размеру кулей и приличным усилиям тащивших, вернее всего, золото.
        - Все хорошо?  - спросил у Нейлы, спрятавшейся под деревом.
        - Пусть дождь перестанет.
        Видя мой недоуменный взгляд, она пояснила:
        - Ну беременная я? Или нет? Могу загадывать невыполнимые желания?
        - Поосторожней,  - рядом с ней сидела Раза.  - А то уйдет выполнять, потом не найдешь.
        - Вот, учись у мудрой женщины,  - поддержал я ведьму.  - А то к ней уйду.
        Из-под дерева пришлось убегать.



        Глава 14
        Выход

        Дождь не прекращался. До вечера мы с небольшими привалами двигались вглубь леса. Дождь скрывал внешнюю угрюмость Темных земель, сосредотачивал на себе внимание и отвлекал от иных опасностей.
        Стая хорлов буквально хлынула на нас. Я, одной рукой бросая темные «огоньки», испепелявшие вездесущих крыс, а другой с остервенением выпуская плетения из жезла, сбивал многочисленную орду тварей, стараясь не подпустить их близко. Одна из крыс кинулась к Нейле. Я в ярости бросил в нее жезл, боясь ударить в ту сторону плетением, и с рыком рванул следом. Нейла изящно увернулась от крысы, почувствовав мою тревогу, и, сбив тварь «кулаком», стала методично истреблять хорлов. Я же, оставшись без жезла, выхватил клинок. Мер за пять отбились.
        Укушенных оказалось пятеро. Одним из них был Шивак, которому слегка прокусили ногу. Раза и Нейла тут же принялись за самого сложного больного  - подростку почти оторвали руку. Лейка, распластав штанину гному, перевязывала его своей рубахой, которую без стеснения сняла при всех, оголив на меру свою грудь. Стриптиз, не успев начаться, был прекращен надетой на голое тело поддоспешной накидкой. Броня уверенно легла на свое место. Наверное, в другое время это вызвало бы косые взгляды мужской половины общества. Но сейчас такое казалось нормальным. Да и не до посторонних мыслей после переправы, целого дня ходьбы и приличного количества раненых вокруг.
        Мое внимание захватил Энурлен. Я только теперь понял, насколько слаженный коллектив  - эльфы. Глава почти не говорил. Показав три пальца одному из своих, он провел круг рукой. Тут же трое эльфов, не распределяясь, разошлись в стороны. «Шалаши»,  - бросил он небрежно одному из подростков, и стайка эльфят кинулась срубать ветки и молодые деревца. Остальные, похоже, уже все знали, так как эльфийки начали вытаскивать из-под деревьев более-менее сухие ветки для костра. Другая часть женщин доставала разную утварь.
        - Может, мы чем-то поможем?  - подошел я к главе.
        - У вас без ран Храм да Лейка. Хотите помочь  - ставьте шалаши. Дождь пройдет в лучшем случае к утру. Ты хоть понял, что сегодня натворил?
        Прокрутив в голове события после переправы, я не нашел ничего предосудительного.
        - Что?
        - Твое дело в первую очередь следить за стаей. Они должны стать единым целым. А ты, как молокосос, жезлами швыряешься. Тебе в бой вступать надо в самом крайнем случае. Ты вожак.
        - А как же авторитет?
        - Вот я и говорю, молокосос  - сам думай.


        Срубая ветки с деревьев, я крутил в голове слова главы. То, что он высказал это в такой форме, злило, но еще больше злило понимание того, что он прав. Я вспомнил первую битву стаи, мы были единым организмом. А сегодня?
        В шалаше суше не стало, так как все вокруг промокло, но хотя бы косой душ перестал доставать. Руча, зайдя, смачно встряхнулась, видимо, чтобы я не расслаблялся, и улеглась рядом. Перейдя на магическое зрение, осмотрел ее. Три еле видимых сгустка маны в районе живота словно шевелились, меняя нити силы. Я почесал хасана за ухом. Она перевернулась на спину. Пришлось еще и живот погладить. Вскоре сквозь низкий проходик вползла Нейла.
        Понежив некоторое время беременных (Нейле почему-то не понравилось почесывание за ухом), я пошел искать главу. Нашел его сидящим с одним из стариков в самом большом шалаше. Старика, насколько я помнил, звали Паэлан. У обоих в руках были кружки.
        - Заходи,  - пригласил Энурлен.  - Отвар будешь?
        - Не откажусь.
        - Егулона!  - крикнул он.  - Принеси еще отвара.
        Через пару мер в шалаш заглянула та самая Егоза и подала мне деревянную кружку.
        - Так зашел или поговорить?
        - Ума набраться.
        - Благое желание,  - проговорил старый эльф, глядя на меня.  - Что так вдруг?
        Я попытался собраться с мыслями, чтобы правильно ответить. Но объяснить свой визит толком не мог.
        - Странные вы, короткоухие. Ты скажи, чего добиться хочешь?
        - Хочу стать единым целым со стаей. Вы сталкивались с хасанами, а я нет.
        Эльфы молча отхлебнули из своих кружек.
        - Ты ошибаешься,  - ответил вместо Паэлана глава,  - эльфы давно потеряли связь с хасанами. Все, что мы знаем, навеяно легендами и сказками. А в них точно нет знаний, как достичь единения с волками, а уж тем более с такой… необычной стаей, как у тебя.
        Мы некоторое время помолчали.
        - Ты сильный вожак, раз смог связать их вместе,  - продолжил старый эльф.  - Как ты пытался стать одним целым с ними?
        Я рассказал о первом бое, рассказал, как общаюсь с питомцами, и о сегодняшних происшествиях.
        - Попробуй давать, а не брать,  - посоветовал Паэлан.
        Прождав еще мер пять с пустой кружкой в руках и поняв, что больше мне ничего не скажут, я решил уйти.
        - Мудрецы, ливень вам за шкирку,  - бубнил я себе под нос, пока добирался до своего шалаша.  - По-исварски объяснить не можете?
        В шалаше кроме Нейлы и Ручи был Пуш, поэтому располагаться ввиду стесненности убежища пришлось, используя кота вместо подушки, что, в принципе, было совсем неплохо. Руча втиснулась между нами с Нейлой. Сон навалился почти мгновенно.
        Проснулся я оттого, что Пуш соизволил встать и выйти на улицу. Нейла во сне переместилась и положила голову на Ручу. У меня же сон как рукой сняло. Помаявшись несколько мер, вышел за Пушем. Дождя на улице уже не было. Утренняя прохлада мокрого сезона бодрила. Лагерь спал. Поглазев на слегка посветлевшее небо, вспомнил отца. Вспомнил танец меча, когда проиграл Алехару. Подышав некоторое время свежим воздухом, сходил за клинком.
        Эльфийский танец сначала не пошел, но через меру стараний стал захватывать. Сила в Темных землях не лилась нитями, это был туман. Я разгонял его, выхватывая мечом клочки. Он замысловато стелился вокруг, создавая узоры. Я, увеличивая темп, пытался привести клубы силы хоть в какой-нибудь порядок. Двигался все быстрее, воздух стал тягучим, разум с каждым кругом клинка отступал в сторону и уступал место свободе. Узоры лезвия вспыхнули бордовыми нитями. Наконец, я переступил какую то черту, и сопротивление воздуха исчезло. Клинок вбирал в себя ману и тут же выдавал ее в виде нитей, все больше окутывающих меня с каждым махом меча.
        Остановился, почувствовав чей-то взгляд. Напротив стояла Раза. Она махнула мне рукой, приглашая за собой. Шли мы недолго. Эльфийка привела меня к искореженному дубу.
        - Смотри,  - ткнула она пальцем.
        Я понимал, что смотреть надо магическим взглядом, но ничего не видел.
        - Сядь,  - нервно произнесла ведьма.
        Я сел на землю. Она обхватила мою голову руками.
        - Смотри.
        Меру я ничего не понимал, но потом перед глазами стали появляться красные нити силы, повторяющие странные изгибы ствола, бордовый туман кроны, толстые жгуты переплетающихся корней, наполненные маной.
        - Он берет и отдает. Нельзя только брать. Таковы законы природы. Если ты только берешь, ты умираешь. Отдай ему свою силу. Отдай разум. Стань им.
        Очнулся я от созерцания дерева, когда наступил рассвет. Зары рядом не было. Я огляделся. Все изменилось. Все деревья вокруг казались теперь живыми.
        Лагерь, когда я вернулся, почти свернули.
        - Ну что, нашел?  - спросила Нейла.
        - Что нашел?
        - Себя. Раза сказала, что ты пошел себя искать.  - Нейла явно заготовила колкости по этому поводу.
        - Короткоухие не могут найти себя,  - сделала замечание пробегающая мимо Егоза.
        - А длинноухим уши надо укоротить,  - парировал я,  - а то слушают то, что для них не предназначено.
        - Ну так что?  - с ехидцей смотрела на меня Нейла.
        - Знаешь,  - абсолютно серьезным голосом произнес в ответ,  - да, нашел. Я  - это ты. А ты  - это я. Наше место в этом лесу.
        Нейла некоторое время с легкой оторопью смотрела на меня, оценивая мое душевное состояние. Потом, видимо, она уловила смешинку в моих глазах и запустила в меня моим же шлемом.
        - Осторожней. Шивак мне голову оторвет, если испортим.
        - Не наговаривай на гнома,  - прихрамывая и опираясь на Зору, подошел только что упомянутый.
        - А, ну да. Ты забыл добавить «старого».
        - Молчал бы, слышал я о твоих приключениях после академии.
        - Там я был…
        - Нор,  - позвал Эль.
        - О, еще один инвалид,  - поддел я эльфа.
        - Энурлен зовет.
        Глава, Паэлан и Серый разглядывали нашу карту.
        - Предлагаю идти вдоль реки,  - вещал оборотень,  - возможно, на мост наткнемся.
        - Что думаешь?  - спросил Энурлен.
        - Правильно говорит. Только немного позже, давайте излучину срежем. Нам сейчас на «Проклятый дом» выходить нельзя.
        - Почему?  - удивился оборотень.
        - Если наши следы затеряются, нас будут встречать по пути к нему.
        - А в самом доме?
        - Не думаю. Там, во-первых, народ обосновался, а во-вторых, все-таки пусть маленькая, но крепость. Гномы не отдадут ее без боя. Предлагаю выйти к Веселым Травам, а потом домой. В поселке оставим раненых, эльфов, узнаем новости, может, лошадей у Кальда выпросим.
        - Ладно, пусть будет так,  - согласился Энурлен.  - А не просветишь, чего ты такой взъерошенный и бодрый?
        - Себя искал.
        Все молча смотрели на меня.
        - Не обращайте внимания.
        После совета я заглянул к полуживому Новеру. Близко меня, правда, не подпустили. Хасан был обмотан нитями силы, ветками и тряпками. При этом я заметил, что наряды некоторых эльфов заметно укоротились. Я издалека попытался достучаться до Новера. Отсутствие какой-либо реакции настораживало и угнетало. После посещения второй палаты «лазарета», где все обстояло немногим лучше, я наконец добрался до своего временного жилища. В шалаше застал Ручу и Нейлу, собирающую вещи, ну как собирающую, вытаскивающую наружу мой шлем и доспехи. Я обнял большую голову хасана и, еще не успев успокоиться после посещения Новера, прошептал:
        - Я всегда буду рядом. Если вдруг что… я заменю отца.
        Тут же вокруг головы заструился легкий туман. В прошлый раз я не совсем ощутил это. Но теперь знал  - я вновь «крестный отец». И вернее всего, со всеми вытекающими в виде ограничения расстояния от подопечных. Руча лизнула меня языком и едва не сорвала только-только начавшую нарастать на лице кожу.
        - Забавно,  - раздалось сзади,  - значит, чужих опять успел усыновить? А своих?
        Нейла явно почувствовала, что произошлю во время хасаньего ритуала.
        - А свои и так мои.  - Я, повалив Нейлу на хвойные лапы, устилающие дно шалаша, задрал рубашку и легонько укусил ее животик.
        Лапы хасана прижали мои ноги, а Нейла, извернувшись, оказалась сверху. Похоже, будущие мамаши спелись.


        Дорога из-за отсутствия дождя и выглянувшего солнца пошла веселее. По пути, пользуясь относительной безопасностью, тренировался ощущать стаю. Местоположение и настроение распознавал сразу, но единения не чувствовал, вернее, чувствовал, но не так, как в бою.
        - Шивак,  - поравнявшись с гномом, решил узнать про вторую мою сущность, едва не лишившую жизни в битве с личами,  - расскажи про память предков.
        - Да что рассказывать? Я сам толком ничего не знаю.
        - Расскажи, что знаешь. Не поверю, что сын настолько знатного гнома несведущ в данном вопросе.
        - Что ты хочешь знать?
        - Все, Шивак, все.
        - Не знаю я.
        - Шивак! Не выводи меня. Просто расскажи. Я сам обладаю этой памятью.
        - Потом.
        Судя по тому, что рядом с нами находилась только Лейка, гном действительно не мог рассказать всего. Хотя взгляд последней в связи с этим фактом не предвещал ему ничего хорошего.
        Дорога по Темным землям с эльфами походила, скорее, на прогулку, если сравнивать с нашим путешествием в сторону Элискона. Пользуясь этим, я пытался совершенствоваться в магии. Плетения хоть и выходили корявыми, но запоминались. Потеряв плетение памяти, я понял, чего лишился, но теперь уже до выхода из Темных его не накинешь.
        На следующую ночь мы остановились в заброшенной крепости. Если бы не Темные земли, я бы хотел жить в такой. Крепость всем своим видом внушала уверенность, что защитит тех, кто внутри нее. Стены были выложены из поистине огромных блоков, при этом щелей между ними не имелось. Крепостной ров создавал, скорее, впечатление озера вокруг стен. Берега рва соединял каменный мост, над которым, венчая стену, возвышались две башни. Когда проезжали под ними, казалось, что на тебя сейчас выльют раскаленное масло.
        - Гномы строили,  - с плохо скрываемой гордостью произнес Шивак.
        Последний пролет моста когда-то был подъемным, а сейчас покоился в опущенном состоянии. Закрытые решетчатые ворота преградили нам путь. Боковая калитка, окованная металлом, выдержала около тридцати ударов «воздушного кулака», прежде чем слетела с петель. За ней была полуопущенная решетка.
        Разглядывать убранства двора не стали, быстрым шагом дошли до дверей в замок, которые тоже пришлось выламывать. Перешагивая через иссохшие скелеты, произвели проверку части комнат. Ночевать решили в малом обеденном зале. Причем руководствовались не только соображениями безопасности, но и отсутствием в этом помещении костей прежних владельцев.
        Храм, Шивак, Лейка, Эль и еще один молодой эльф, по-моему, его звали Сеулон, растворились в помещениях замка. Руку даю на отсечение  - пошли искать сокровищницу.
        Эльфы, закрыв двери для прислуги и выставив охрану у парадных дверей и зарешеченных окон, деловито занялись бытом. Огромный камин почти сразу запылал, разгоняя отблесками огня сумрак зала и бросая на стены ожившие тени.
        - Немножко мрачновато,  - произнесла Нейла, разглядывая барельеф с изваяниями фигур воинов, схлестнувшихся в яростной схватке.
        - Ты о картине или о замке?  - спросил Малик.
        - Да и о том, и о том.
        - После темного леса здесь прямо южное баронство.
        - Разве что.
        Я, видя, что мои силы и помощь эльфам не нужны, сел на каменную скамью в одной из боковых ниш зала и начал отрабатывать плетения.
        - Слушай, их уже часть нет,  - подошла сзади Нейла.
        Я, вздрогнув от неожиданности, выпустил только что законченное «лезвие». Плетение разнесло остов старинного кресла и оставило след на стене, выбив каменную крошку.
        - Кого нет?
        - Ты чего такой нервный, так и без ног кого-нибудь оставишь. Кладоискателей наших нет.
        Я определил местонахождение эльфа и Храма, находились они под нами. Никаких тревожных чувств от них не исходило.
        - В подвал забрались. Точно сокровищницу ищут.
        - Думаешь, найдут?
        - Если гном не найдет, значит, ее здесь нет. Ну или раньше кто-то нашел.
        От орка и эльфа в этот момент повеяло радостью.
        - Думаю, уже нашли.
        Мер через пять в зал забежал эльф, ушедший с кладоискателями, и восторженно крикнул:
        - Нашли!
        Глава шикнул на него, и эльф умерил голос:
        - Нашли. Целый сундук.
        Понятно, что мы сорвались было посмотреть, но Энурлен остановил.
        - Сюда поднимут.
        - Так поможем,  - возразила Нейла.  - У Эля плечо ранено.
        - Хочется посмотреть?  - ухмыльнулся Энурлен.
        Нейла кивнула.
        - Ларриен, Сойса, сопроводите. А ты,  - глава повернулся к принесшему весть Сеулону,  - в схронах до выхода из Темных будешь. Что, думаете, уже свобода? По одному носитесь. Так мы еще не вышли…
        Дослушивать, как отчитывают эльфа, мы не стали, но уже на выходе из зала сообразили, что не знаем, куда идти.
        - Энурлен, позволь Сеулону проводить нас,  - прервал я гневную триаду эльфа.
        - Иди.
        - Что, здорово попадет?  - спросил у эльфа, когда мы покинули зал.
        - Нет. Он для острастки. Мы и сами понимаем, что нельзя ходить по одному. Тут просто нападать негде, мы подвал проверили, а что не проверили, заперли. А Энурлен завтра отойдет, да и не он распределяет схроны.
        - А кто?
        - Я,  - ответила Сойса.
        Я покосился на эльфийку. Она мило улыбнулась, оголив клыки, и, обогнав нас, зашагала вперед по узкому коридору. Я за то, что проводил ее взглядом, получил локтем в бок. Нет, ну действительно симпатичная, даже красивая девушка и одета неплохо. В смысле не фривольно: закрытая шея и длинные рукава, скорее, навевали мысль о пуританском воспитании, но широкие брюки были явно ушиты, где надо. Нейла, чтобы я не пялился на спину эльфийки, обогнала меня.
        - Вы, наверное, часто по таким замкам за сокровищами ходили?  - спросил у эльфов.
        - Ходили-то часто,  - ответил Ларриен,  - только почти никогда ничего не находили. Старшие давно все, что можно было найти, нашли. Так, мелочь обычно. Там большая сокровищница?
        Последний вопрос адресовался Сеулону, шедшему впереди по круговой лестнице.
        - Огромная. И ларь тяжеленный.
        Сокровищница находилась в небольшой оружейной комнате. Я, если честно, представлял ее немного по-другому. Это было небольшое, локтя два на полтора, углубление в каменной стене, замаскированное стойкой для мечей. Из него уже выволокли деревянный сундучок небольшого размера, окованный полосками металла. Его габариты не внушали уверенности в богатой добыче.
        - Чего он такой маленький?
        - А ты здесь ожидал найти комнату, набитую золотом?  - по-эльфийски вопросом на вопрос ответил Эль.
        - Ну да.
        Все рассмеялись.
        - Чего смешного?
        - А гномьи банки для чего? Никто и никогда не хранит больших ценностей у себя. В основном вот такие сундучки на всякий случай прячут, обычно с украшениями и камнями, составляющими ценность скорее как изделия,  - объяснил мне Шивак.
        - Ну что, поднимайте, понесли,  - скомандовала эльфийка.
        Сундучок был увесистым, а с учетом габаритов еще и неудобным. Несли мы его втроем. Орк впереди и мы с довольно широкоплечим для эльфа Ларриеном сзади.
        Когда сундучище дотащили до зала (а к тому времени как мы поднялись, его захотелось благодаря весу называть именно так), все столпились вокруг. Право первого осмотра принадлежало Малику как артефактору  - на предмет пакостей, оставленных давно почившими хозяевами.
        - Чистый. Укреплен только, а так ничего не должно быть,  - вынес вердикт перевязанный везде, где только можно, парень.
        Зора и Храм отнесли его от сундука. Шивак, прихвативший из оружейной топор с витиеватым узором на лезвии, размахнулся и ударил по ларю. С третьего удара старое дерево сдалось. Эль здоровой рукой отодвинул щепки, повисшие на лентах металла. Все поспешили заглянуть внутрь, создав небольшое столпотворение. Сундук на две трети был наполнен украшениями. Какими, не особенно понятно, так как золото сливалось в одну массу и при тусклом свете невозможно было разглядеть. Кто-то из эльфов зажег «светляка».
        - М-да,  - произнес Энурлен.  - Норман, ты, кажется, предлагал оставить все ценное? Ну как, оставим?
        - Ага, щас,  - ответила за меня Лейка.  - Я его одна, если что, донесу, а вы можете идти.
        - А как делить?  - спросил Шивак.
        - Предлагаю половину  - нашедшим, вторую половину  - на всех,  - сказал Энурлен, но, увидев физиономию гнома, поправился:  - Но это на усмотрение нашедших. Если они захотят, могут все оставить себе.
        Шивак поступил мудро:
        - Мы посовещаемся.
        Впрочем, пока все под магическим светильником, принесенным Энурленом, перебирали различные брошки, колье, браслеты и перстни, Шивак успел переглянуться с Храмом, пошептаться с Лейкой, Сеулоном и Элем, после чего обнародовал решение кладоискателей:
        - Мы думаем, глава прав. Хоть нашли сокровища мы, но шли-то сюда вместе, поэтому делить будем, как он предложил.
        Сказать, что его слова встретили радостно, не сказать ничего. Под общий одобрительный гул (кто-то даже, несмотря на запрет говорить громко, крикнул: «Харра!») каждый захотел похлопать гнома по плечу. Как будто это только он принял решение. Я сказал о данном наблюдении Энурлену.
        - Пусть так. Молодежь, конечно, лишена большей части предрассудков,  - ответил он мне,  - но лишнее доказательство того, что другие разумные  - нормальные, не помешает. Я, кстати, хотел поговорить об этом. Мы ведь идем в никуда. Ни жилья, ни Дома, ни Леса. Эльфы наших детей не примут, а мы от них не отречемся. Там война, а у нас нет документов. Некие сбережения, конечно, есть, но пока сможем устроиться… Ты говорил, у вас свое имение. И, помнится даже, предлагал оставить там детей. Кому оно принадлежит?
        - Официально, через подставные документы, деду, не моему, но он нормальный мужик. Ну а по чести  - моему отцу, Храму, мне и, наверное, как наследнице  - Нейле. Но мы как-то не делимся. Правда, мы уже пустили туда кучу жильцов.
        - Но первое время мы можем рассчитывать на помощь и кров? Или хотя бы поселиться рядом?
        - Если Кальд в наше отсутствие не заселил весь дом, конечно. А если даже и заселил, то наши комнаты свободны, пока в них поживете, мы все равно почти сразу пойдем дальше, а там видно будет. Так что не переживай.
        - Спасибо.
        Немного помолчали, наблюдая за кутерьмой вокруг сокровищ.
        - А ты ничего не попросишь взамен?
        - Нет. Ничего сложного или обременительного я не сделал, с вас там гном и так за еду сдерет.
        - Ты понимаешь, что мы не стеснены в средствах?
        - Догадываюсь.
        - И даже воинов не попросишь?
        - Нет. Дело-то у меня семейное, и что-то мне говорит, что, возможно смертельно опасное.
        Энурлен, помолчав некоторое время, встал.
        - Пойду разгоню счастливчиков, а то не выспятся.
        Глава быстро раздал поручения подчиненным, а так бы мы поужинали только утром. Пару эльфов он оставил распределять содержимое ларя по разнообразного вида узелкам и сумкам. Храм старался тщательно помогать в этом. Уверен, он пересчитал и запомнил каждое украшение. Все правильно, доверяй, как говорится… Я занялся тренировкой  - пытался научиться видеть глазами стаи. Объектом изучения взял орка. Получалось, если честно, слабо, ну, то есть, вообще никак.
        - Прям император за думами о судьбе страны,  - подошла Нейла.  - Не пугай народ, а то твое обожженное лицо, скорее, навевает сравнение с некромантом из легенд. Кого на этот раз убивать будешь?
        - С тебя начну. Сначала от твоей… хм… прекрасной части кусочек откушу.
        - Смотри не отравись.
        - Это ты в точку. Чего там Лейка с Шиваком шепчутся?
        - Думают, куда деньги потратить.
        - И как?
        - Лейка предлагает свой дом в имении построить. Шивак  - лавку открыть.
        - Мне кажется, Кальд будет не очень рад их союзу. Вот интересно, если бы у них могли быть дети, на кого бы они походили? Представляешь гнома ростом с орка?
        - Ладно если так. А если орк размером с гнома?
        Посмеявшись, Нейла прижалась к моему плечу.
        - А у нас на кого будут похожи дети?
        - На Ручу. Мы же хасаны.
        - Я серьезно.
        - Ну если серьезно, то лишь бы не на Эля или Хра…
        Толчок локтя не дал мне закончить фразу.


        Утром я проснулся раньше обычного. Нейла спала рядом, уткнувшись мне в плечо. Я убрал ее черный локон, упавший на глаза. Нежность, возникшая от понимания  - она рядом,  - наполнила грудь. И тут я почувствовал всех. Почувствовал, как я их люблю, как они мне дороги. Все. Руча приоткрыла глаза, ощутив мое внимание. Встала. Лениво потянулась и подошла. Я чувствовал запахи, которые чувствовала она. Я чувствовал неспокойный сон Пуша. Я знал теперь  - как. Не надо пытаться быть ими, надо пытаться быть вместе. Волчица лизнула мое лицо. Я провел по ее жесткой шерсти, почесал за ухом. Послал вопрос о здоровье. Получил в ответ ощущение легкого голода. Может, мне показалось, но я даже почувствовал Новера…
        Вскоре эльфы с постов стали легонько тормошить спящих. Выйти нужно было пораньше. Я поцеловал Нейлу в щечку. Едва открыв глаза, она сорвалась и помчалась на противоположную половину зала.
        - Ты куда?
        - Больных надо осмотреть перед выходом.
        Вышли затемно, пообедав холодной грибной кашей. Впереди бежал Пуш. Я с того момента, как почувствовал стаю, старался не упускать это ощущение. Я не мог видеть их глазами, не мог слышать ушами, все это было вторично. Но я знал, что вот за тем деревом находится огромный камень, который видит впереди идущий Храм, а в трехстах локтях справа притаилась водяная крыса, которую унюхала Руча. Я знал, что плечо Эля болит сильнее, чем он старается показать, а у Ручи стало ухудшаться настроение в связи с беременностью и теперь она нервничала.
        - Шивак,  - догнал я гнома, когда Лейка отошла от него помочь Зоре, идущей, кстати, самостоятельно.  - Ты мне обещал рассказать про память предков.
        - Давай чуть отстанем.
        Когда мы оказались в хвосте нашей колонны, Шивак начал:
        - Я не могу тебе рассказать все, что знаю, это будет предательство рода. Память гномов, по-вашему  - предков  - известна давно, и ты далеко не первый, кто получает ее. Никто не знает, откуда она берется, но уж точно не от предков. Мы считаем, что где-то есть мир богов, которые изредка направляют нам знания.
        - Почему именно вам?
        - Потому что ни разу не попадался человек, который обладал бы этой памятью и знал что-то о магах. А мы единственные разумные без магии. Мы ведь, пока не встретили первую память, были не лучше орков в степях. Прятались в горах ото всех. Потому как каждая раса, ну, наверное, кроме эльфов, пыталась взять нас в рабство, а в горах гномов не так-то просто захватить. Я читал книги, гномы в те круги даже поесть вволю…
        - Я не хочу тебя обидеть, Шивак,  - поняв, что могу выслушать всю историю гномьего рода, перебил его.  - Правда не хочу, но сейчас придет Лейка, и ты снова не сможешь рассказывать. А мне это важно.
        Гном насупился, но продолжил:
        - Ну так вот. Мы получили очень много знаний от памяти гномов. Что-то используется только у нас и хранится под строжайшим секретом, о чем-то старейшины даже остальным гномам не рассказывают. Что-то наподобие настойки известно всем. Вот о трубках, выпускающих камни, например, мы тоже знаем, но камень или что-то подобное подталкивается не магией.
        - Понятно, порохом.
        Лицо гнома изменило цвет.
        - Ты знаешь, как сделать порох?
        Сказать, что Шивак произнес это шепотом, значит, ничего не сказать, я прочитал вопрос, скорее, по губам. Он прижался ко мне и, глядя в глаза, с такой силой сжал плечо, что сумка, которую я нес, чуть не выпала.
        - Потише, Шивак. Не знаю я, как делать порох, не знаю. А если ты меня сейчас не отпустишь, то в лучшем случае Лейка приревнует, а в худшем нас неправильно поймут.
        - Извини.  - Гном отпустил мою руку и огляделся вокруг.  - Просто мы уже столько кругов пытаемся его сделать…
        - Понимаю. Вещь нужная. Не выходит?
        - Нет. Взрывается, но не так, как рассказывают обладающие.
        - Обладающие  - это я?
        - Да. Появляется эта память только в людях, и обычно старейшины всеми путями стараются пригласить такого человека жить к себе. У нас он получает свой дом, правда, по условиям безопасности, только на территории Черных гор. Получает серьезные деньги, при этом работать этому разумному не надо. Если он хочет, приглашают и его родственников. Мы обещаем полную защиту…
        - Шивак, ты сейчас не уговаривай, знаешь мое положение. Вот выручим родственников, тогда поговорим. Тем более что предложение заманчивое. Ты сейчас об обладающих расскажи.
        - Да я так,  - смутился гном.  - Обычно, до твоего случая, люди, получившие эту память, сходили с ума. То есть не помнили себя прежних, говорили на другом языке, называли себя другим именем. Поэтому их проще было найти. С тобой все иначе. Возможно, потому, что ты еще и одаренный. Раньше обладающие не имели дара магии. У нас старейшины сейчас сами с ума сходят от этого факта. Если бы мы не напились тогда в лесу, ну когда в футбол играли, я бы и не определил в тебе память. Вообще, я сначала подумал, что ты просто встречался с обладающим. Это уже потом Кальд понял, что у тебя память есть.
        - Как он определил?
        - Наверняка он в разговоре слова употребил какие-нибудь из тех, что знают только обладающие. А ты их понял и не отреагировал как на странные.
        - А с ума сходят сразу или постепенно?
        Гном пожал плечами:
        - Сразу. А что, есть признаки?
        - Да не то чтобы, но именем другим пару раз себя называл.
        - Мне будет обидно, если вдруг ты…
        - Спасибо, друг. А уж мне-то как обидно будет… Я не забуду тебя. Когда сойду с ума, буду рассказывать все только тебе,  - с серьезным видом произнес я.
        - Скорей бы,  - парировал гном.
        - Больше ничего такого, не разглашая тайны, не расскажешь?
        - Да больше и нечего. Живут обладающие столько же, сколько и обычные люди. Ну, опять же, ты одаренный, должен жить дольше.
        - Я так понимаю, как банки организовать и как вести разговор на расстоянии, это все из памяти?
        - Да. А про разговор откуда знаешь?
        - Догадался. Уж больно вы быстро знания передаете. Да и банки в разных городах наверняка между собой связать надо. Не птицами же, в самом деле.
        - Ты это, Нор, не говори никому про разговор на расстоянии. Да и вообще про нашу беседу. Я серьезно. И я никому не скажу, что ты знаешь. У нас, понимаешь, как бы объяснить…
        - Убить могут,  - подсказал я ему.
        - Ну да. За настойку нет, а за связь  - да.
        - Чего тогда раньше не убили? Ведь предполагали же.
        - Не знаю. Возможно, потому, что старейшины не поверили Кальду полностью. Ты же не сошел с ума и себя прежнего помнишь.
        - Ладно. Что-то впереди  - Серый насторожился, пойду я. Про разговор никому не расскажу, обещаю. И про связь тоже.
        Отойдя пару шагов вперед, я остановился и повернулся к Шиваку:
        - Я рад, что ты мой друг. Приготовься к беседе с Кальдом, он ваши отношения с Лейкой не очень одобрит.
        - Знаю.
        Тревога была напрасной. Зверь, который прятался в кустах, поспешил ретироваться при нашествии такого количества разумных.
        - Ну вот, Серый,  - похлопал я по спине обернувшегося ночью в звериный облик охотника,  - а ты говорил, что большое количество разумных привлекает внимание зверья. Да они от нас разбегаются.
        - Ты фы ефе с афмией пфифел. Мафичесфой.
        - Согласен. Одаренных среди нас уйма. Ничего. Вон деревья не такие искореженные стали, скоро выйдем. А ты чего в зверя обернулся?
        - Нфафифся. И эфы бофяфся.
        - Злодей,  - ухмыльнулся я.
        - Хфр-р-р.
        Наверное, это означало ухмылку. Мутные они  - оборотни. На душе как-то посветлело. Видимо, действительно выход из Темных земель рядом.


        На пятый день эльфийский дозорный обнаружил мост. Каменный. Почти целый. Последний пролет был разрушен буйством природы, хотя кто его знает, может, и войны. К переправе готовились день. И вопрос заключался даже не в том, что надо срубить несколько деревьев и перебросить их через разрушенный участок, хотя это тоже оказалось непросто из-за искореженности стволов. Основной проблемой, задержавшей нас, был страх. Страх нападения личей. Вторую битву, да еще неподготовленную, нам не выдержать. Поэтому половину дня потратили на наблюдение за противоположным берегом. В это время выискивали подходящие деревья. И когда настал час икс, в смысле, фиг его знает, что там, «лезвия» эльфов свалили три дерева, которые мы с невероятной быстротой обтесали и потащили к мосту.
        Переправа получилась так себе. В первую очередь из-за того, что переходить надо было по кривому стволу, при этом на каждом, включая детей семи кругов, висели какие-то тюки. Первой пошла наша стая без раненого Эля, Ручи, плохо ходящей по деревьям, и Нейлы, которую я не пустил. Энурлен усилил нас тройкой уже знакомых по походу в подвал эльфов.
        Пуш скачками ушел в лес. Я махнул рукой, ничего страшного не воспринималось. После того как перебралась наша команда, эльфы растворились среди деревьев. Поступил сигнал  - все хорошо.
        За нами шли дети. Если честно, то мы перешли хуже, чем они. Чувствовалось  - жители леса. Более старшие тут же сбросили сумки и натянули луки, осматривая лиственную опушку. Младшие сгрудились за сумками старших, прижавшись к земле. Один из тянувших тетиву явно был не больше восьми кругов, при этом он настолько сильно пытался ее натянуть, что рука дрожала. Я раньше как-то не задумывался о соотношении взрослых эльфов и детей в Потерянном Доме. Девятнадцать. Девятнадцать детей, трое стариков и одиннадцать взрослых эльфов. И это учитывая, что дети  - до пятнадцати кругов, той же Сойсе не больше девятнадцати. А ведь у нормальных эльфов, наверное, взрослыми начинают считаться позже.
        Сложность возникла при переходе хасанов, вернее, Ручи  - Новера перенесли. Ее паника прямо впилась мне в мозг. Пришлось нам с Нейлой идти по боковым стволам, придерживая волчицу. Руча настолько неуклюже перебирала лапами, что казалось, она готовится обхватить ими ствол дерева. Поддержка хасана осложнялась оставленными в качестве перил ветками. Но все проходит, и Руча последние три метра преодолела прыжком и практически сразу же ушла в лес.
        Когда все перешли, Энурлен при помощи молодежи скинул стволы в реку и попал, судя по глухому удару, по какой-то живности.
        - В лес,  - скомандовал он, и эльфы, похватав свои узлы и котомки, двинулись вперед.
        Мы старались не отставать. Я забрал у Егозы одну из сумок, а то ее прямо перекособочило. Еще часть углублялись в дебри, пока глава не объявил привал.
        - Хорошее у тебя воинство растет,  - присел я рядом с ним.
        - Да знаешь, лучше бы они деревья выращивали или еще чем занимались.
        Я замолчал, понимая его.
        - Па, держи,  - принесла Егоза кружку отвара.
        Судя по скорости и отсутствию дыма  - нагрела магией.
        - Егоз… В смысле Егулона  - твоя дочь?  - когда она отбежала, спросил я.
        - Да, но не Дайалы, поэтому не надо особо привлекать к этому внимание.
        Лезть в душу к эльфу я не хотел, поэтому, приняв от него кружку с отваром, замолчал. Но Энурлен решил прояснить:
        - Когда мы поняли, что рождаемость в Темных высокая, а смертность еще выше, было принято решение разрешить мужчинам жить с двумя и более женщинами. Во-первых, чтобы продлить род, во-вторых, чтобы прекратить истерики большинства женщин, оставшихся без мужей. Мужчин в то время в Доме почти не осталось. У меня была Паэллия. Потом женщинам пришлось взять мечи наравне с мужчинами, и соотношение выравнялось.
        Глава замолчал. Расспрашивать о судьбе второй жены я не стал, и так понятно, что не сбежала.


        Каждый вечер по настоянию Разы я садился медитировать напротив разных деревьев. Ума мне это не добавляло, точно знаю, но я все больше начинал понимать жизнь. Не в плане опыта или еще чего-то, а в ее сути  - борьбе за себя, пусть иногда нелепой и заведомо проигрышной, но упорной и святой.



        Глава 15
        Дом

        Долгожданный исход из Темных земель произошел дней через шесть. За это время убили пару тварей и нашли несколько заначек в домах деревень, где мы останавливались, золотых по десять каждая. Есть хотелось жутко, последние три дня мы, то есть взрослые, разве что кору с деревьев не грызли. Пуш и Руча, конечно, охотились, но на всех добычи не хватало. Нейла пыталась делиться со мной своей пайкой, положенной ей наравне с кормящей эльфийкой и детьми как беременной, но понятно, что я отказался. У нас даже легкий скандал вышел по этому поводу. Очень помогал моральный дух эльфов, даже, скорее, эльфят, судя по всему, это для них было совсем не новое чувство  - чувство голода,  - так как вели они себя вполне обычно.
        Вышли в пяти днях пути от Веселых Трав. Несмотря на то что дорога еще не подошла к концу, на душе было светло. До «Проклятого дома» оставалось не меньше девяти дней по прямой, вернее, по дуге, огибающей темное приграничье, поэтому решили идти в Веселые Травы. Пусть и крюк, но голод просто выкручивал живот и разум.
        Через два дня столкнулись с охотниками. Серый, плохо знавший данную территорию, быстро навел справки у бородатых мужиков, хмуро смотревших на нашу команду. Оказалось, в половине дня пути находилось мелкое поселение, где нам с удовольствием могли продать продукты.
        Деревенька, вернее, хуторок представлял собой четыре огороженных частоколом дома. Это селение, затерявшееся в приграничье, в корне изменило наши планы, так как жители продали нам немного круп и даже пару лошадей. Цена на то и на другое превышала стоимость в Веселых, не говоря уже об общепринятой, раза в полтора. Зато это позволило сменить направление и двигаться в нашу крепость.
        Стебли маны жизни вводили в эйфорию. Действительно, пока не потеряешь, не познаешь ценность потерянного. Забытая легкость переполняла каналы. Нейла и Раза выматывались больше, чем обычно, зато все раненые, даже переломанный Малик и так и не пришедший в себя Новер, пошли на поправку. Рейд по приграничью по сравнению с Темными землями показался легкой прогулкой.


        Эльфята и лошади. Не знаю, можно написать эпопею об их взаимоотношениях. Дело в том, что, когда мы пришли в эльфийскую деревню, наши лошади воспринимались как слоны на ярмарке, а тут им сообщили, что эти два полудохлых животных  - их лошади! Мне кажется, даже мелкие котята, которых тискают, не испытывали то, что испытали две клячи, проданные нам. Они были в прострации. Их мутные голубые глаза вообще не воспринимали информации без морковки. При этом морковка у нас практически отсутствовала. Нельзя было без умиления смотреть на Егозу. За время выхода из Темных я уже привык воспринимать ее почти как взрослую, по крайней мере, способную адекватно мыслить. Не-э-эт. Это даже не подросток  - это ребенок. Она не отходила от клячи по кличке Полька. Ладно бы одна она. Похоже, лошади нам были нужны в качестве моральной поддержки, ну и в качестве аттракциона, потому как даже эльфята пяти кругов пытались разгрузить полуживых кобыл. На них усадили лишь Малика и Зору, Новера продолжали по очереди нести на носилках. Энурлен внимание детей к животным воспринимал как адаптацию. Мудрый мужик. Он даже, оказывается,
для контактов с нами допускал только, с его точки зрения, подготовленных эльфов. То-то я удивлялся, что при таком количестве молодежи мы не востребованы в качестве игрушек.


        Дом. Мы здесь прожили всего сезон, но это был дом. Уже ставшие родными деревья. Хутор не забросили, но жили в нем явно другие селяне. Мы не стали останавливаться. Ну, во-первых, мы их не знаем, а во-вторых, Лейка разве что не пинками нас поторапливала  - соскучилась по детям.
        Похоже, за наше недолгое отсутствие Кальдоррам действительно неплохо развернулся, так как даже от хутора был слышен стук топоров и звон молота о наковальню. Уже у крепости нас обогнали два гнома, скачущих рысью. Проехав еще немного, один из них развернул лошадь, второй тут же последовал его примеру.
        - Норман? Зора? Серый?
        - Гаттур!  - крикнула Лейка.
        Гном спрыгнул с лошади и обнялся со мной и охотниками. Я еле вспомнил  - оружейник из Веселых Трав. Оружейник, окинув нас взглядом, все понял без слов. Что-то крикнул на гномьем напарнику, который тут же погнал свою лошадь галопом по направлению к «Проклятому». Гаттур же быстро закинул пару эльфят на своего высоченного жеребца и забрал у Разы ее узлы. Эльфята боялись пошевелиться. Сжались, как котята на ветке. Я взял лошадь под уздцы.
        - Чего сами не едут?  - спросил гном.
        - Не умеют,  - ответил Серый.
        - О как бывает! Так они вроде эльфы, только странные?
        - Бывает, Гаттур, и такое.
        Гном что-то пробурчал под нос, типа  - чего только не встретишь в жизни.
        Когда мы увидели ворота крепости, из них вылетели четверо всадников, первым явно скакал Сайл. Мелкое тело лекаря даже из-за головы лошади было еле видно. Остальными оказались хуторяне.
        - Норма-а-ан!  - Сайл скатился с лошади, едва не снеся меня.
        У меня навернулись слезы на глаза, когда я обнимал прижавшегося к броне мальца.
        - А мы вас оттуда ждем!
        - Тише, раздавишь.
        - Сошью, если что. Никто не погиб?
        - Нет, но Новер и Малик сильно ранены. Зору вампир укусил, тоже требуется лечение. У остальных почти у всех легкие раны.
        - Стол готовить?  - вопрос адресовался уже к Нейле.
        Нейла обняла Сайла и поцеловала в макушку:
        - Да. Новера править надо.
        - Я смотрю, Норман тоже,  - кивнул он на мое лицо, и его голос дрогнул.
        И тут у него из глаз потекли слезы.
        - Тшш,  - прошептала Нейла, прижав голову парня к себе и вытирая слезу.
        Хуторяне в это время деловито закидывали наши сумки и узлы на лошадей.


        Кальд встречал нас как хозяин, но мудрый хозяин. Гномы, сновавшие, казалось, повсюду, тут же перехватили носилки с хасаном и забрали почти все наши вещи, за исключением, конечно, тех, которые не отдали эльфы. Я так понял  - казна. Руча и Пуш слегка распугали народ, который их не видел раньше.
        - Норман!  - Старый гном обнял меня.  - Мы переживали.
        - Верю, Кальд. Твоего питомца доставил целым, хотя и потрепанным.
        - Отдельное спасибо.
        - Это кто пито…  - Шивак оборвал свою речь на полуслове после какого-то неуловимого жеста старейшины.
        Все-таки мало я знаю об этом народе.
        - Кальд, у нас много раненых, да и поизмотались мы.
        - Вижу. Тортом! Организуй уважаемым эльфам комнаты на третьем этаже, только под крышей. Ралако-о-ок!
        - Хом, Гарде,  - раздалось сверху.
        - Снимай гномов на стены.
        - Так крыша?
        - Что?
        - Хорошо.
        Кальд безошибочно выделил главу эльфов.
        - Чтобы вам шумно не было. Располагайтесь. Вы не против, если гномы покажут комнаты?
        - Спасибо, уважаемый. Будем только рады.
        При этих словах Кальд удивленно впился глазами в Энурлена.
        - Шивак!  - остановил я гнома, когда главы ушли вместе.  - Не понял. Что сейчас было?
        - А-а-а… Кальд ударился о наковальню. Если говорить по-твоему  - в осадок выпал. Он привык к высокомерию эльфов и хотел его продемонстрировать. Старший эльф никогда не будет говорить с гномом сам, а уж тем более называть уважаемым. Получается, Энурлен его смял  - как молот плохую заготовку. Ты только Кальду не говори.
        - Ладно.  - Похоже, я недооценил взаимные «симпатии» гномов и эльфов.


        Я дома. Несмотря на некоторое несоответствие личностей в моей голове  - я чувствовал себя дома. Наконец-то можно скинуть броню. Остро вспомнились отец и Софья. В душе заскребла тоска по ним. Я помотал головой.
        - Эр Ровен,  - обратился ко мне Палт.
        - Завязывай эту фигню. Настойка есть?
        - Только если с позволения Кальда. Но у меня… Только не гномья.
        - Тащи. Посидим.  - Я развалился на крыльце.
        - Тебя спрашивали позавчера,  - произнес хуторянин.
        - Кто?
        - Не знаю. В плащах, трое.
        Эти слова меня взбодрили круче любой настойки.
        - Чего хотели?
        - Не сказали. Велели, когда приедешь, вывесить красный флаг. У них есть то, что тебе нужно.
        - Пока точно не вывешивай. И с настойкой погорячился.  - Я побежал к Энурлену.
        По пути столкнулся с Кальдом.
        - Пойдем,  - коротко позвал его с собой.
        Гном невозмутимо двинулся следом.
        - Энурлен!  - крикнул я, поднявшись на третий этаж.
        - Сейчас позову,  - бросила Егоза, пробегавшая мимо, и упорхнула в коридор.
        - Что случилось?
        Эльф выглядел уже по-домашнему  - без брони, шлема и меча, в подобии халата, перепоясанного алым поясом.
        - Пойдем, поговорить надо.
        Я затащил старейшин на чердак.
        - Палт сказал,  - обратился я к Кальду,  - что меня спрашивали трое в плащах?
        - Были такие. Не успел сказать. Просили вывесить флаг переговоров.
        Энурлен вновь превратился в главу Дома:
        - Думаешь, они?
        - Нет, конечно. Калики перехожие.
        - Кто?  - спросил Кальд.
        Пришлось вкратце рассказать о личах.
        - …маги довольно сильные,  - закончил я.
        - Да встречался я с ними,  - удивил Кальд.  - Маги как маги. Сейчас усиленную стражу выставлю. Сегодня отдыхайте. Завтра флаг вывесим  - узнаем, что им надо. Не создалось впечатления, что они пришли с плохими намерениями.


        Несмотря на слова гнома, Энурлен выставил свою охрану на этаже и даже попытался нас всех переманить к себе. Я не отказался, но и добро не дал. Договорились встретиться в кабинете Кальда, чтобы обсудить все через часть. Всем надо было подумать. Я пошел искать Нейлу. Покрутившись около лекарской, организованной рядом с купальней, убедился, что ее сейчас и мятным пряником не выманишь. Они с Сайлом и Разой возились с Маликом. Новера в это время трое эльфов готовили к операции в купальне, то есть, мыли и частично, очень маленькими плетениями «лезвий»  - брили.
        Лейка и Шивак играли с детьми орчанки. Единственным незанятым оказался Серый, так как Эль присматривал за эльфятами в конюшне. Оборотень сидел на лестнице у стены, наблюдая за почти семьей оркогномов.
        - Чего это ты?  - спросил я его, присаживаясь рядом.
        - Да так,  - ответил он,  - Пуш на охоту улизнул.
        - Вернется?
        - Скинул, что на рассвете.
        - Личи, похоже, приперлись.
        - Должны были, наверное,  - равнодушно произнес Серый.  - Больно шумно мы ушли, да еще и эльфов прихватили.
        - Скучаешь?
        - Ну, вот свои родятся  - узнаешь,  - протянул он мне кувшин.
        Я нюхнул  - вино, но отказываться не стал, знатно приложился к горлышку.
        - Тебе больше нельзя,  - произнес оборотень.  - Да и мне тоже.  - И заткнул кувшин пробкой.  - Оборачиваться?  - спросил он.
        - Не надо. Целая армия здесь. Я даже катапульту восстановленную у кузни видел.
        - Это хорошо. Может, завтра пойдем за нашими? Лошадей только мало.
        - Пойдем пешком, там купим,  - успокоил я его, прикладываясь к кувшину.  - Но завтра ли, не знаю  - как еще с личами повернется.
        - Ну это так.
        Мы некоторое время молчали.
        - Спасибо,  - вдруг произнес Серый.
        - За что?
        - Что в стаю взял. Тебе не понять, что значит жить одному. А так семья. Вот своих вытянем из беды, и я буду полностью счастлив.
        - Ну ладно, я пойду, старейшины совет собирают. Ты поосторожней,  - кивнул на кувшин.
        - Конечно, что я, малец, что ли, все понимаю.
        Пока шел до кабинета Кальда, столкнулся с Сайлом.
        - Норман, дай тебя посмотрю?
        - Давай потом.
        - Да я быстро,  - потащил он меня в столовую.
        - Кто это тебя так?  - спросил он, пока рассматривал остекленевшим взглядом мое лицо.
        - Личи.
        - Зато теперь за тобой девчонки не будут толпами бегать.
        - Да мне как-то еще не надоело.
        - Ну-у. В связи с грядущим пополнением тебе уже никак.
        Я чувствовал, что Сайл тянет время. По крайней мере, его взгляд был нормальным, и он только делал вид, что осматривает.
        - Говори, что надо?
        - Нор, узнай у эльфов, они могут людей учить?
        - Чего это вдруг?
        - Там сейчас Раза лечила Малика. Ну очень хочется так же.
        - У них вроде своя магия?
        - В том-то и дело. Она, не соприкасаясь своей силой с нитями жизни, сумела излечить его. Нити ее слушаются. И так быстро сами начинают выправляться. Вдруг я тоже так смогу?
        - Ладно, узнаю.
        - А когда расскажешь, как сходили?
        - Спроси у Храма, он вроде у Зоры сидит. Думаю, сегодня задержусь,  - спихнул я почетную миссию на орка.
        Не то чтобы я собирался долго засиживаться, но подустал для рассказов  - хотелось отдохнуть.


        Старейшина и глава мило беседовали, развалившись в креслах. И когда только Кальд успел? Шикарная мебель. Кроме них в кабинете был Паэлан.
        - Проходи, Норман,  - указал на стул Кальд.
        Кресел было всего два.
        - Будешь?  - кивнул он на бутылку.
        - Не откажусь.
        Кальд разлил всем настойки.
        - Столько кругов не ощущал этот нелепый вкус,  - произнес Паэлан, беря рашку.  - Не в обиду хозяину сказано.
        - Да какие обиды, ладно хоть не сравнил с чем-нибудь, я вот про себя, бывает, и не такое о ней высказываю.
        Эльфы улыбнулись.
        - А мне до сих пор не верится,  - продолжил гном,  - что с главой Дома эльфов можно так просто сидеть за столом. Мир сошел с ума. Светлые не в силе, темные по землям бродят. Ладно темные  - личи!
        - Расскажи про войну,  - попросил я.
        - Да тут, если честно, не поймешь. Сначала в стране начались гонения на светлых. Исварские войска брали в осаду их крепости. Ну и когда армия рассредоточилась по стране, границу, словно этого ждали, перешли старкские войска. Сейчас Исвария проигрывает битву за битвой, пытаясь стянуть в кучу свои полки, от которых, я так понимаю, уже мало что осталось. Эльфы в войну ввязываться отказались. Наши старейшины пока ответа не дали, но, судя по ситуации, вряд ли совет решится. Думаю, сейчас они пытаются узнать, каковы планы старков насчет Черных гор и гномов. Собственно, пока все. До нас немного вестей докатывается. В Веселых Травах цены на продукты и жилье взлетели, зато на товары из Темных земель упали  - спроса нет. Охотники с ума сходят от безденежья, большая часть из них запасов не делала. Тут еще пропали сразу три группы.
        - Как это  - пропали?
        - Ушли в Темные земли и не вернулись. Ну хватит о нашем. Давайте о вас. Комнатами довольны?
        - Я еще не был.
        - Мы хорошо разместились  - места много. Хотелось бы быть уверенным, что надолго.
        - Ну я так понимаю,  - Кальд налил еще по одной,  - что Норман вам дал добро. Поскольку место у нас еще есть, то я не могу быть против. Тем более что нам нужны разумные. Понятно, что кормить бесплатно и ухаживать за вами не сможем, но, судя по тому, что я видел, вы не привыкли к безделью. На первое время могу выделить небольшую сумму для устройства  - на одежду, вещи. Без процентов, конечно, но с отдачей.
        Я ухмыльнулся.
        - Спасибо, уважаемый Кальд,  - ответил глава.  - Приятно, что вы вошли в наше положение. Не ожидал такого теплого отклика, но у нас есть некоторые сбережения. Более того, мы готовы выделить небольшую сумму для обустройства «Проклятого дома». Сложность в другом. Пятеро эльфов приняли решение уйти в свои Дома. Все они уже взрослые. У остальных есть причины не возвращаться. В связи с этим эльфов старше пятнадцати остается всего девять, остальные девятнадцать  - дети. Но и это еще не все, трое из нас собрались идти с Норманом. Поэтому на некоторое время, с учетом того, что кому-то необходимо следить за детьми и учить их, мы можем выделить на работы не более четырех-пяти эльфов. Зато готовы компенсировать стоимость проживания деньгами или камнями. Еще хотелось бы выяснить, насколько долго мы сможем оставаться здесь. Сейчас мы, к сожалению, по понятным причинам не сумеем построить свой поселок, но, если наше пребывание краткосрочное, начнем искать другие варианты.
        За столом повисло молчание. Кальд, видимо, ждал моего решения.
        - Я не против, живите, сколько посчитаете нужным,  - начал я.  - Бытовые вопросы решите с Кальдом, думаю, вы договоритесь. Подрастут дети, там сами решите, как и что. Для уверенности в завтрашнем дне можете прикупить здесь часть земли, она недорогая. Я буду рад таким соседям. Хотя, учитывая войну, сильно далеко сложно заглядывать. Как думаешь, Кальд?
        - Согласен. Тем более что ваши разумные идут помогать спасать хозяев этого дома, а они люди благодарные. Даже интересно, что из этого получится. Гномы, эльфы и люди под одной крышей. Давайте поживем круг, потом посмотрим. И с войной станет более понятно, и то, как уживаться будем, да и твои старшие придут, Норман. А там, может, уважаемым эльфам что-то не понравится, а может, наоборот, сработаемся так, что вместе окажется удобнее. Круг, даже при возможных проблемах между нами  - точно проживем.
        - Мудрое решение,  - подключился Паэлан.  - Круг  - это очень хороший срок.
        - Ну, за решение.  - Кальд налил еще по одной.
        - Можно теперь поподробней про уходящих в Дома и идущих со мной?  - спросил я Энурлена, когда настойка перестала воздействовать на дыхание.
        - Не все эльфы имеют детей. Темных детей. Вот те, что не имеют, и собрались уходить. Они считают своим долгом сообщить Домам об экспедиции и о нас. О наших детях,  - поправился глава,  - и еще о личах.
        - Понятно. А чего так быстро? Даже не отдохнули?
        - Во-первых, слух о личах, приходивших сюда, разошелся быстрее, чем ты можешь себе представить. Они не хотят с ними встречаться.
        - А во-вторых?  - видя замешательство эльфа, спросил я.
        - Им не очень… как бы сказать…
        - Не нравятся гномы,  - подсказал Кальд.  - Я даже могу указать кому.
        - Да,  - грустно выдохнул Энурлен.
        - А про тех, что собрались со мной?
        - Трое молодых захотели посмотреть мир и помочь тебе.
        - Вот так? Сами? Добровольно?
        - Они родились в замкнутом мире, Норман. Они знают, что значит честь. Для них это не пустой звук, так как в Темных землях зачастую от этого зависит жизнь. Я не хочу ломать их представления и рассказывать, что в реальном мире обычно выгода идет впереди. Они считают, что разумный, с которым они бились плечом к плечу,  - брат. А брату в трудную меру нужно помогать. И тебя я очень попрошу не переубеждать их в этом. Ну и еще они действительно хотят увидеть большой мир. Вообще просились пятеро, в том числе и Егоза, но двоим я запретил  - молоды еще. Остальным препятствий чинить не могу. Таковы законы нашего Дома.
        - Ну что ж,  - ответил я на тираду эльфа, слегка подумав,  - такие союзники мне нужны, отказываться точно не буду.
        - Когда собираешься?  - спросил Кальд.
        - Думал завтра, после того как решим с личами… или не личами.
        - Я почти так и предполагал, но надеялся, что хоть пару дней отдохнешь. Вернее, дня четыре, а потом нагонишь. Я отправил в бывший лагерь егерей своих гномов  - купить лошадей. Всех егерей сняли на войну, там сейчас живут беженцы, у них неплохой табун, цены, конечно, бешеные… Вот они вернутся, и поедете дальше. Норман, надеюсь, ты не будешь делать глупостей и подождешь, пока пригонят лошадей? Так получится быстрее, поверь мне. Сейчас я тебя не смогу обеспечить конями. Да и те клячи, что у нас есть, годны только телеги таскать. Далеко не уедете.
        - Насчет лошадей,  - вклинился Энурлен,  - эльфы, что уезжают в свои кланы, просят посодействовать и продать им скакунов.
        - Не получится. У нас все впритык. Да и драть с тебя за наковальню как за слиток серебра не хочу.
        - Они сами рассчитаются. Им выделяется доля. Несмотря на то что они сбегают  - назову деревья по их листам!  - я прошу за них. Слишком долго мы жили вместе.
        - Если глава просит! Я приложу максимум усилий, но пока обещать не могу. Правда, не могу. Сразу скажу, будет дорого. Я отдам своих, если буду уверен в возможности приобретения новых, но выкупать мне их придется по тройной цене. Это не в целях наживы, Энурлен.
        - Верю, Кальд. Но они согласны.
        - Отдай по четверной цене, Кальд, раз уж разумные просят. Ты же наверняка с запасом лошадей у беженцев покупаешь,  - обратился я к гному.  - Нам крысы на тонущем корабле не нужны.
        - Хорошие слова. По пятерной,  - поддержал меня Паэлан под гневным взглядом главы.  - Мы тоже им не полную долю отдадим  - обещаю. Не надо, Энурлен, должны же они быть наказаны за… пусть будет  - благоразумие.
        - С такими эльфами мы точно уживемся,  - произнес Кальд, наливая по очередной.
        Я стал перестраивать нити на очищение от алкоголя. Гнома просто так не перепить, а у эльфов, похоже, тоже есть секрет.
        - Имеется у меня еще одна просьба,  - после выпитой рашки продолжил Энурлен разговор,  - наши дети очень многого не видели.
        - Это уж точно,  - крякнул Кальд,  - заметил я, как они от кур шарахались.
        - Вот, как раз об этом. Мне надо как-то ввести их в мир.
        - Не переживай,  - ответил гном.  - Нормальные дети. У нас несколько гномят, пара орчат, я уж не говорю о людских детях. Пока уживались. Уверен, завтра, не успеешь проснуться, они уже будут вместе. И какие бы ты планы по обучению ни строил, Белолобику  - есть у нас такой бык  - я не завидую.
        Дальнейшая беседа протекала в основном между эльфами и гномом, поэтому я в какой-то момент смог ретироваться. Поймав ближайшего гномата (оказывается, так правильно) кругов десяти, попросил показать наши комнаты. Ребенок, видимо, знал, кто я, и, похоже, мое «я» имело ранг хозяина. Он быстро и уважительно провел меня на второй этаж и ткнул в великолепную, обитую железом дверь.
        - Это ваша.
        - Тебя как звать?
        - Ларгр.
        - Дарре, Гарде Ларгр.  - Я слегка склонил голову.
        - Дарре, Норман.  - Гномат развернулся и важно пошел к выходу.
        Я толкнул дверь. В комнате сидели Раза и Нейла. В углу лежала Руча.
        - Ох, пойду я,  - засобиралась эльфийка.
        - Сидите, сидите. Сейчас отвара принесу, есть у меня разговор,  - вспомнил я про Сайла.
        На первом этаже, проходя мимо столовой, увидел эльфов в полном составе. Девушки кормили их ужином, среди них имелась пара гномок. Эльфы помоложе были явно скованы от такого внимания  - не привыкли к ухаживаниям.
        - Девушка,  - остановил я пробегающее мимо создание кругов пятнадцати,  - мне бы три кружки отвара.
        - Там,  - видимо, девчушка не знала о моем статусе, да и слава богам,  - на плите чайник. Разберешься.
        Я заварил три кружки и поднялся в свою комнату. Обставлена она была поскромнее кабинета Кальда. Ну оно и правильно. Хотите роскоши  - платите сами.
        - Выпейте,  - поставил кружки на стол.
        Некоторое время прихлебывали из кружек. Раза первой разговор не заводила.
        - Как Новер?
        - Как собака. Живучий. Ты бы не выжил. Только… Ребра надо будет выращивать, я не смогу.
        - А спину?
        - Тоже пока не знаю, кости срастутся, а нити жизни, думаю, сможем поправить.
        - Это уже хорошо.
        Понимая, что эльфы приложат все усилия, чтобы излечить хасана, я перевел тему:
        - Малик?
        - Тот нормально. Десятины через три встанет.
        - Уважаемая Раза,  - не зная, как это положено у эльфов, решил я перейти к делу.
        - Давай лучше, как ты раньше говорил,  - белая ведьма.
        - Я не хотел обидеть.
        - Не мудри, я знаю. Говори, что хотел.
        Я выложил просьбу Сайла.
        - Ничего не обещай,  - ответила эльфийка.  - Парень способный, сама разберусь.
        - Так он же спрашивал!
        - Думай. Выкрутишься,  - ухмыльнулась лекарка.
        Когда Раза ушла, я пересел на кровать. Нейла опустилась рядом. Я обнял ее.
        - Не подлизывайся. Иди лучше в купальню сходи. Хотя подожди, пойдем, покажу что-то.  - Нейла вскочила и с заговорщицким видом потащила меня за руку.
        У одной из комнат нашего этажа она остановилась и, прижав палец к губам, приоткрыла дверь. В щель была видна кровать, на которой лежал Малик, а рядом с ним, сжав его ладонь в руках, сидела Егоза. Они о чем-то шептались.
        - Видел?  - прошептала Нейла, прикрыв дверь.
        При этом она светилась так, будто раскрыла мировой заговор.
        - Эх, женщины,  - ответил я ей,  - все бы вам в чужие тайны влезать. Да желательно про любовь.
        - Иди мойся. Черствый мужлан. А я к Лейке, они с Шиваком и Храмом сокровища делят.
        - О, нашу долю забери.
        - Обойдешься. Вот вернемся, я все на платья потрачу.
        Пока я спускался к купальне, прокручивал в голове наиболее безболезненные варианты  - как не взять с собой Нейлу. Нечего беременной на лошадях скакать и мечом размахивать. Самым безопасным и обеспечивающим хоть какую-то уверенность мне казался способ с заковыванием ее в кандалы и размещением в подвале под охраной Ручи. Последнюю, кстати, тоже оставлю.
        Нейлы я не дождался. Родные стены и начавшее охватывать чувство безопасности вкупе с воздействием алкоголя и купальни сморили напрочь.


        Утром проснулся от детского визга во дворе. Нейлы уже не было. Выглянув в окно, понаблюдал за салками разнорасовой толпы детишек. Кальд был прав  - эльфята быстро осваивались. Около конюшни толклись эльфы и Кальд с хуторянами. Либо лошадей выбирали, либо крысиная часть эльфов уже уезжала. Непорядок  - без меня все решили. Да и…. я вновь блаженно упал на кровать.
        - Эн Ровен!  - Только голова коснулась подушки, в дверь вошла Нейла с двумя кружками.  - Извольте встать и прикрыться перед дамой.
        - А где круассаны, миледи?
        - Не знаю, что такое круассаны и кто такая миледи. Но мне кажется, либо сейчас кто-то мне объяснит, кто она такая, либо я сама решу, что такое круассаны, и оторву их.
        - Я так тебя люблю.
        - Вот он, оказывается, какой  - секрет любви! А если еще ножницами пощелкать, то ты, наверное, вообще страстью воспылаешь? Хотя с твоим теперешним лицом, Ровный, тебе особо поклонниц-то не насобирать. Давай-ка его, кстати, посмотрим.
        На все мои попытки проявить нежность я получал по рукам.
        - Нормально. Ходи пока такой,  - вынесла вердикт лекарша.  - Надоест  - подправлю. Нечего всем любоваться.
        - Ты ревнуешь к кому-то?
        - Нет. Но… лучше подстраховаться.
        - А у тебя как?
        - Что  - как?
        - Беременность. Нормально?
        - Раза говорит, да. Все как у всех.
        - У всех, кто зачал в Темных? Или у всех нормальных?
        - Я знаю их отца. У него нормально ничего не получается. Вставай, пей отвар. Куча дел, а он как девица разлегся.
        Она удалилась из комнаты, припевая:
        - «У Нормана, у Нормана, нет ничего нормального. У Нормана, у Нормана…»
        - Стрекоза!  - я встал и начал одеваться.


        Утро мокрого сезона бодрило. Солнце, конечно, грело, но приближение холодов все равно ощущалось в свежести воздуха. Сборище эльфов действительно представляло собой уезжающих и делегацию провожающих.
        - Наглецы,  - пожаловался Кальд,  - пытались лучших лошадей забрать.
        - Как выкрутился?
        - Сказал, что гномы на других не будут ездить, поэтому не могу отдать. Обиделись, наверное, но мне, что гному до воды  - все равно.
        - Пусть обижаются, если не понимают нашего положения.
        Переговорив с Кальдом, я подошел к эльфам.
        - Может, вы, Норман, посодействуете?  - обратился ко мне отъезжающий старец длинноухих.  - Тот гном продал нам даже не кляч, а недоразумение.
        - Рад бы, да не могу. Во-первых, лошади не мои. Во-вторых, мне самому у него вскоре просить, и я не хочу получить худших. Ну а в-третьих, извините, но чего вы ожидали? Доедете до нормального селения  - новых купите. Кстати, я отдал распоряжение вывесить флаг переговоров, вскоре приедут ваши страхи.
        После напутственной речи я повернулся и пошел от них. Успел заметить, как Паэлан подмигнул мне, значит, все правильно сказал.
        - Короткоухий,  - крикнул мне вслед один из отъезжающих.
        - Слушаю, зайцеподобный,  - повернулся к нему.
        - Ты оскорбляешь эльфа!
        - Ты оскорбил первый. Короткоухий, если не ошибаюсь, у вас считается оскорблением? Так меня может назвать Эль, Энурлен, Паэлан, ну или любой, оставшийся здесь, не сбегающий от опасности…
        - Ты  - враг.
        - Хочешь сейчас выяснить отношения?
        Эльф молча запрыгнул на клячу.
        - Ты только что приобрел врагом Дом эльфов,  - оповестил меня Паэлан, когда они выехали.
        - Даже как-то приятно  - целый Дом во врагах.
        - Не смешно, могут мстить. Он сделал серьезное заявление.
        - Пусть сначала доедет.  - Я направился обратно к дому.
        Краем глаза заметил исчезающие в конюшне арбалеты. Кальд подготовился к проводам. Я приветственно махнул рукой гномам.
        По дороге послужил прикрытием для гноматки, играющей в прятки. Водил Алак  - сын Лейки.


        - Показательно, но незачем,  - вошел на кухню, где я заваривал отвар, Энурлен.
        - Я просто сказал правду. Насчет лошадей. А ссору он начал первым.
        - Ты должен быть умнее.
        - Умнее эльфов?  - спросил я главу, протягивая кружку отвара.
        - Если бы ум зависел от расы…
        - Флаг вывешиваем?
        - Конечно, посмотрим на гостей.
        Пока допивали отвар, вбежал Локк, один из бывших хуторян.
        - Норман, там два гоблина, Палт сказал, что могут оказаться твоими.
        - Хорошо, сейчас подойду.
        - Личные гоблины?  - усмехнулся Энурлен.
        - Да была тут история.
        - Почему-то я не удивлен.


        С поста над воротами, который был оборудован по всем законам военного времени, по крайней мере, там имелись «щит» и приставленный к стене арбалет, действительно наблюдались два приближающихся гоблина. В одном из них не составляло труда узнать знакомую фигурку. Я дождался, пока гоблины приблизятся к воротам. За это время ко мне присоединились Храм и Нейла. Второй гоблин, вернее, гоблинка остановилась недалеко от ворот. Та ли это, что строила глазки Торке, я определить не мог. Как-то не очень их морды различимы для человека, ну кроме Торки для нас. Пока он шел, я выстроил целую цепочку аргументов, чтобы вернуть гоблина назад. Ну кто они для нас? Так. Забавные зверюшки.
        - Норман возьмет Торку обратно?  - вместо приветствия спросил гоблин, задирая голову.
        Чего-то такого я ждал.
        - Ты же был в своей, то есть в своем… не знаю, что там у вас… в клане? Почему обратно просишься?!
        - Чего это ты?  - спросила Нейла.
        - Думаю, ему лучше среди своих. Понятно, что сразу прижиться не смог, пройдет время, и все нормально будет. Да и зачем нам два гоблина?
        - Не приживется,  - ответил снизу Торка.
        Забыл о его слухе.
        - Торка теперь семья. Торка дети будут. А вождь говорит, нельзя дети. Дети есть много. Дети убивать. Торка идти хозяин.
        - Да какой я хозяин…
        - Ты чего?  - возмутилась Нейла.  - Детей убивать?
        - О-о-о.  - Я понял, что запланированная битва по возвращению гоблина в естественную среду обитания проиграна, даже не начавшись, поэтому просто стал спускаться со стены.
        - Открывай,  - крикнула Нейла гному внизу.
        Тот посмотрел на меня. Я кивнул.


        Самка гоблина. Именно самка, Торка так ее сам называл, имела совершенно непроизносимое имя, что-то типа Ширхракла. Нейла быстро перекроила в Ширклу. По-исварски, соответственно, ни бум-бум. Имела она довольно испуганный вид, причем испуг граничил с агрессивным настроем, если ее кто-то попытается обидеть. Может, внешне их сложно разделить, но взгляд зажатой в угол кошки ни с чем не спутаешь.
        - К детям не подпускать,  - сразу постарался я избежать неприятностей.
        - Иди отсюда, изверг!  - получил ответ от Нейлы.
        Моей любви гневным взглядом помогала Лейка.
        - Я серьезно. Будет конфликт, выкину. И платье ей какое-нибудь, висюльки прикры…
        Пришлось увернуться от камня, причем перейдя на повышенное восприятие.
        - Нейла!
        - Только подойди!
        Я отошел от греха подальше. Тут же рядом возник Торка.
        - Норман не ругаться. Торка виноват.
        - Эх, зеленый.  - Я потрепал гоблина по голове.  - А где кинжал?
        - Вождь забрал,  - опустил тот голову.  - А где Кейн и Пуш?
        - Пуш сейчас на охоте. Кейн и Касса  - погибли. Остальные в плену.
        Торка смотрел на меня немигающим взглядом. Одним богам известно, что сейчас творилось в этой зеленой голове. Простояв с десяток секунд, гоблин молча развернулся и пошел по направлению к своей самке.
        В дверях дома столкнулся с Серым.
        - Ну что, когда?
        - Пока не знаю. Кальд просит подождать четыре дня, пока нам не пригонят лошадей.
        - Долго,  - мрачно произнес оборотень.
        - Согласен, поэтому сегодня ждем гостей, а там видно будет. В крайнем случае думаю выйти навстречу гномам. С Пушем мимо табуна не пройдем, а егерский лагерь, я так понимаю, по пути. Ты, Серый, переговори потихоньку с Лейкой, по-своему, по-охотничьи, как она настроена? Тут заработка не предвидится, а я от лишнего меча не отказался бы. Но если она не горит желанием, то не надо. Сам понимаешь, вернемся ли?
        - Шивак, я так понимаю, тоже отсеется?
        - Поговорю с ним. С нами точно пойдут Храм и Эль, несмотря на ранение. Еще трое темных эльфов. Пуша возьмем. Малик и Зора не смогут. Ручу и Нейлу оставлю.
        - Ага,  - ухмыльнулся Серый.
        - Попытаюсь оставить.
        - Негусто, но трое эльфов  - это сила. Хорошо бьются. Ладно. Пойду я, вон твоя идет.
        - Давай,  - поспешил я ретироваться в дом.
        Дойдя до своего этажа с мыслями о том, как же хорошо ходить без доспехов, встретил спускающуюся с третьего этажа Разу.
        - Найдется в твоей обители укромное место для беседы со старой ведьмой?  - неожиданно спросила она.
        - Чердак, если что, наблюдающих выгоним.
        - Веди,  - беспрекословно произнесла она.
        На чердаке прохаживался Ворон.
        - Мы за округой посмотрим.
        - Ладно, я внизу, на третьем,  - покосившись на эльфийку, произнес хуторянин.
        - Давненько меня молодые мужики не затаскивали в такие места.  - Раза оглядывала стропила, держащие новую крышу.
        - Что-то мне говорит, что не мужики затаскивали.
        Почему-то мне было легко с этой женщиной. Старухой ее назвать язык не поворачивался. Несмотря на, мягко говоря, древний вид, была в ней какая-то сила.
        - Сядь, короткоухий,  - ласково произнесла она, указав на чурку.
        «Хоть мебель осталась та же»,  - почему-то пришло в голову, пока я пристраивался на уже вытертом мягкими местами стражей деревянном срезе.
        Раза пристально посмотрела на меня.
        - Ты щенок,  - начала спокойным голосом старая эльфийка,  - и станешь ты хасаном не скоро. Но так уж переплелись дороги жизни, что от тебя сейчас зависит многое. «Хасан» в переводе с древнеэльфийского  - «вождь». Да, раньше эти волки служили нам, пока мы не измельчали в мыслях и не сравнялись с вами. Тогда их и назвали хасанами, за их стремление к справедливости. Не надо меня судить за эти слова. Эльфы древнее вас, но, к сожалению, сейчас стали глупее, нахватавшись ваших желаний. Когда-то мы жили для того, чтобы жить, а сейчас хотим власти и золота. Не смотри на меня так, я не сошла с ума. Жизнь  - это другое. У меня нет времени, чтобы воспитать тебя, ты будешь расти сам. Смотри на волчицу, учись у нее. Она животное, но она выше нас. Береги ее.
        Эльфийка раскраснелась.
        - Я не успею все передать тебе. У тебя есть эльфы, которые не ведали предательства. Гномы, которым надоели стремления быть выше всех. Люди, которые просто устали от неразумных отношений. Они готовы идти за тобой. А кто ты? Ты  - всего лишь щенок, который еще не знает жизни. Щенок, забитый в угол. Мамки не будет, пойми. Используй веру, но не во вред верующим. Я знаю, что ты не сможешь все сделать правильно, этого никто не сможет. Держи,  - Раза сунула мне в руки семечку размером с ладонь,  - ее никогда не держал человек. Если узнает Энурлен, он убьет меня и тебя. Ты уже понял, что это. Но ты должен стараться!  - Старуха с растрепанными волосами и безумным взглядом схватила меня за подбородок и заглянула в глаза.
        И вдруг в меня хлынула волна уверенности и понимания происходящего. Я знал, чего от меня хотят.
        Я разглядывал в своей комнате подарок Разы. Семечко чем-то напоминало желудь, только без привычной шапочки. Ничего особенного, конечно, кроме размера. Я понимал, что это семя мэллорна, но даже в магическом зрении не находил ничего примечательного.
        - Ох ты!  - вошла Нейла.  - Это что у тебя?
        Я попытался спрятать семечко, но было поздно.
        - Покажи!
        Нейла вертела его в руках уже пару мер:
        - Что это?
        - Не говори только никому, это семечко меллорна. Раза мне голову оторвет, если что.
        - Ниче себе! Как оно полыхает силой!
        - Где полыхает-то? Обычное растение.  - Я протянул желудь Нейле.
        - Ты чего, не видишь? Да тут нити посерьезней твоего меча.  - Она положила семя на стол и стала водить руками вокруг.
        Я перешел на магическое. Нет, ну, может, я идиот! Нормальное семечко. И тут заметил тонкие всполохи в низу живота Нейлы. Я подошел к столу. В голове крутилась мысль оттянуть ее подальше от «этого». Вдруг внутренности пронзил восторг. Не знаю, по-другому не охарактеризовать. Щенячий восторг оттого, что я рядом с ней, с семечком, с ними  - детьми. Я ощутил себя не отцом, нет. Я ощутил себя их радостью! Мы были вместе. Семечко, Нейла, я и они  - наши дети!
        - Пойдем посадим!  - прошептала Нейла.
        Я согласился с ее порывом, но в дверь раздался робкий стук.



        Глава 16
        Желудь

        - Там идут,  - сообщил Вильк.
        Кто «идут», я спрашивать не стал, и так понятно.
        - Будь здесь!  - сказал Нейле, пристегивая ножны.
        - Ага. Сейчас, вот только фартук…
        - Только попробуй выйти!  - прорычал я.
        Видимо, мой тон был, мягко говоря, убедительным, поскольку Нейла кивнула головой. Еще не хватало втягивать ее в возможные неприятности!
        Со стены действительно были видны фигуры трех приближающихся всадников.
        - Это они,  - произнес расположившийся рядом гном с арбалетом.
        Если честно, я не видел в них ничего особенного. Всадники как всадники. Лишь от их плащей подсознание выло об опасности.
        Они подъехали через полмеры.
        - Рад, что ты жив, Норман,  - произнес Саймол, задрав голову вверх.
        - Спасибо, и за помощь тоже,  - отозвался я со стены.
        - Как-то не очень гостеприимно,  - лич обвел рукой стену.
        Я боковым зрением увидел, как, отреагировав на движение, в его сторону колыхнулись стволы воздушных ружей.
        - Да мы тут с твоими коллегами встречались, все еще под впечатлением.
        - Поговорим?
        - Может, здесь?
        - Нет, Норман.  - Саймол достал из седельной сумки книгу.  - Поскольку тебе нужна она, то давай уж глаза в глаза.
        - Хорошо, подожди пять мер.


        Ворота открывали с легким чувством опасения. А если серьезно, то три воздушных ружья, пяток гномов с топорами и два жезла, это не считая луков и Храма с Лейкой, гарантировали мой абсолютно безопасный выход за пределы крепости. Правда, только выход. С собой я никого не звал, так как дальше безопасности не было. Собирался пойти Энурлен, но Раза шикнула на него так, что он, постаравшись сделать это достойно, отказался от своей затеи. Вот и пойми, кто из них глава. В последний момент со мной решил пойти Храм.
        - Привет, Нор, Храм.
        - Привет.
        Я поприветствовал спрыгнувшего с жеребца Саймола. За его спиной виднелись Нирт и Дайлон. Они не слезли с лошадей, но кивнули в знак приветствия. Руки были скрыты под плащами.
        - Неожиданный визит.
        - Да ладно. Я и смотрю, сколько на меня оружия направлено!
        - Ты же не представился в прошлый визит.
        - Если бы сказал, кто, меньше бы было?
        - Не знаю, может, и наоборот.
        - Странно, я вроде вам помог.
        - Ну так поэтому мы и разговариваем.
        - Будем считать, что любезностями обменялись. Книга нужна?
        - Что взамен?
        - О, как ты… по-купечески.
        - Жизнь научила.
        - Ничего не надо. Хотя нет. Мы пойдем с тобой, чтобы ты ее не потерял. Ну и в гости хотим.
        - Какие нежности. К чему бы это?
        - Решил с твоей семьей познакомиться. А ты неблагодарен.
        - Отнюдь. Я очень благодарен тебе.
        - Чего же в гости не приглашаешь?
        - Есть опасения.  - Я не знал, что ответить личу.
        С одной стороны, он спас нас, с другой  - он лич, очень опасная сущность.
        - Странно. Вроде ничего плохого вам не делали.
        - Я не хочу оскорблять тебя. Но ведь твои спутники тоже не игрушки под плащами держат. Тебе точно нужно гостеприимство этого дома?
        - Да. Знаешь ли, надоели ночи в лесу. Вы чего так долго?
        - Делегация по проводам из Темных земель слегка изменила наши планы.
        - Наслышан. Хорошо потрепали.
        - Я так понимаю, пропавшие охотники  - это новые тела для личей?
        - Давно догадался?
        - Практически сразу. Другого повода держать эльфов рядом со столицей не нашел. Да и не может быть у эльфов темных магов. А у вас личи в эльфийских телах. Часто тела менять приходится?
        - Кому как. Мы еще не меняли. После ваших проводов поменяли семеро. Одному тело уже не понадобилось. Интересно, чем вы его?
        - Там много кого чем.
        - Того, которому руки отсекли?
        - Да того чем только не били.
        Саймол улыбнулся:
        - В гости примешь?
        - Подумать дашь?
        - Конечно. Подумать или приготовиться?
        - И то, и другое. Если не пустим, книгу не дашь?
        - Нет,  - явно стебался лич.  - Сам понесу.
        - Через часть встретимся?
        - Давай.


        - Что делать будем?
        Энурлен, Паэлан и Кальдоррам стояли с противоположной стороны ворот и все слышали.
        - Оглоблю им…  - неожиданно резко высказался Паэлан.
        - Присоединяюсь,  - поддержал Энурлен.
        - Тебе решать,  - грамотно ушел от ответа Кальд.
        - А я бы пустил,  - высказал свое мнение Храм.  - То, что мы бились с нежитью, совсем не значит, что все такие. Орды орков исстари осаждали и людей, и гномов, вы же с нами общаетесь.
        - Думай,  - произнес гном.
        - Ловкая позиция,  - ответил я ему.  - Думаю, книгу они и так нам отдадут. Для чего-то им это надо.
        - Понятно, для чего, светлым отомстить хотят,  - произнес Паэлан.
        - Согласен. В этом желании я с ними солидарен. Я так понимаю, большинство против их визита.
        - Они идут нам навстречу,  - вступился Храм за личей, отстаивая друга.
        - Я против,  - настойчиво повторил Паэлан.
        На некоторое время я завис. Мысли и мотивы всех были понятны. Но, похоже, нам придется сотрудничать с нежитью, и не хотелось бы начинать это сотрудничество с оскорбления. Конечно, я и так проявил неуважение к личам, не пустив их сразу, но, думаю, они не глупцы и все поймут. Вернее, уже поняли.
        - Эльфы уходят на свой этаж. Не обижайтесь. Придется потерпеть. Всем остальным  - военное положение внутри крепости. Не надо пока накалять отношения с нежитью. Кальд, мы идем вечером, в лучшем случае утром. Подготовь письмо для своих, чтобы отдали нам лошадей. Рассчитаемся.
        - Не задумывайся,  - ответил мне гном.
        - Храм, ни на шаг не отходишь от них. Трое личей  - не десять. Если что, справимся. Полагаю, если бы они захотели, уже были бы внутри. Это ведь даже не светлые.
        Спустя полчасти я вышел за ворота, которые за мной не закрылись. Личи далеко не отъезжали, ожидали ответа. Поэтому наша встреча произошла ранее запланированного времени.
        - Смотрю, осмелились?  - беззлобно улыбнулся Саймол.
        - Не хотим обидеть.
        - Я бы не пустил,  - откровенно высказался Нирт.
        - Ну мы тоже не без условий,  - ответил я ему,  - мечи и жезлы придется сдать. Ну а в остальном надеюсь на ваше благоразумие. На ночь не могу оставить, поэтому вечером отправимся в дорогу, если вы, конечно, не передумаете ехать с нами.
        - Жезлы отдать не можем,  - ответил Саймол.
        - Вы гости. В любом случае, не ради себя, не могу допустить. Хотите  - спрячьте в лесу. Полагаю, вам ничего не стоит повесить пару отводящих амулетов, чтобы никто не нашел до вечера.
        - Разумно.  - Нирт и Саймол безмолвно передали свои жезлы Дайлону.
        Похоже, они общались мысленно. Дайлон направился в лес. Оставшиеся личи спешились.
        - Если ты намерен так быстро выехать из-за нас, то мы можем и подождать,  - произнес Саймол, пока мы входили в ворота.
        - Честно  - собирался утром. Но на ночь вас оставить в крепости не могу. Даже не из-за страха. Вас могут и убить, или что там у вас вместо смерти? Да и вообще, не хватало мне заклятых врагов под собственной крышей. Я еще даже не знаю, как решать вопрос с совместным походом против светлых.
        - Что, эльфы тоже идут?
        - Часть.
        - Мы будем хорошими.
        - Очень смешно.
        - А я не смеюсь. Нам на них обижаться не стоит.
        - Зато им…
        - Мы постараемся помочь тебе.
        - Спасибо. Учту.
        Вопреки плану Кальд не стал убирать детей со двора, но все взрослые гномы были увешаны оружием.
        - Доставляем неудобства?  - спросил Нирт.
        - Считайте обучением на случай нападения.
        - М-да,  - произнес Саймол, оглядывая стоявших почти на каждом углу воинов.  - Ты уж извини, но мы лучше в лесу переночуем. А завтра с утра выедем.
        - Чего так?
        - Мы личи, а не звери. Хотелось побывать в нормальном обществе. Где дети бегают, люди ходят. А тут… Погорячились мы с гостями.
        - В Веселых Травах было интересней,  - поддержал Саймола Нирт.
        - Тут уж извините. Мы не так давно очень хорошо провели время с вашими. Впечатления, да и раны,  - указал я на свое лицо,  - еще свежи.
        - Да мы не в обиде. Понимаю. Просто хотелось по-человечески.
        Наверное, личи расстроились, но мне, если честно, хотелось, чтобы они ушли как можно быстрее.
        - Не распрягай!  - крикнул Нирт гному, распускающему подпругу его лошади.  - Ты не обижайся, Нор, но мы уж как-нибудь сами до завтра перебьемся. Нам, конечно, все равно, но ощущать себя под прицелом не очень приятно.
        Когда нежить ушла, все вздохнули с облегчением.
        Уж не знаю, обиделись они или нет, но с плеч словно гора свалилась. Еще одна спокойная ночь, а там посмотрим.
        - Не очень благоразумное решение,  - подошел Кальд.
        - Что-то ты раньше об этом не говорил. Нормально все. Личи вышли. Обиделись, но не сильно. Как вот с ними идти вместе? И хочется, и колется.
        - Хорошо сказал. У нас говорят: «И камни в шахте блестят, и подпорки тонки». Надо усиливать отряд.
        - Ты тоже неплохо сказал. Как насчет того, чтобы к следующему утру сделать нормальные воздушные ружья?
        - Ружья  - знаю, как понять  - воздушные?  - осторожно спросил гном.
        - Ларри!  - крикнул я вверх эльфу с трубой.  - Спустись вместе с трубкой.
        - Иду!
        После того как я объяснил принцип действия ружья гному, тот, забрав трубку, задумавшись, ушел, так ничего и не ответив.


        Пока поднимался на свой этаж, чуть не снесла толпа эльфят, возглавляемая Егозой. «А ведь Нейле ненамного больше»,  - почему-то закралась мысль. Только вспомнил о ней, и сразу же столкнулся с любимой.
        - Идем,  - схватила она меня за руку и потащила обратно.
        - Куда?
        - Садить,  - прозвучал недоуменный ответ.
        Возражать было бессмысленно. Всю безумность затеи я понял, когда спустились во двор. Он каменный! Нейла тащила меня к воротам.
        - Ты чего? Нельзя!
        - Это с каких пор лупоглазик стал таким трусом! Уж не с тех ли, когда сделался криворыликом?
        - Нейла!
        - Чего? Пойдем, тебя выпустят.  - Она, резко остановившись, прижалась ко мне и нежно поцеловала в губы.  - У нас получится.
        Никогда не считал себя подкаблучником, но в данном случае через нити стаи я чувствовал, что порыву любимой бессмысленно противостоять.
        Неизвестный гном и Локк безропотно открыли ворота. Может, конечно, у нас и полувоенное положение, но система охраны желала лучшего. Мы выскользнули, не замеченные высшим руководством! Сделал заметку высказать все Кальду.
        Нейла тащила к лесу. По мере продвижения меня стал охватывать ее азарт. Остановились неподалеку от могил Кассы и Кейна.
        - Здесь!
        Взгляд любимой слегка пугал. Я взял ее за голову и повернул к себе. Не знаю. Полумагические глаза  - глаза ведьмы.
        - Нейла, все хорошо?
        - Смотри.  - Она протянула мне семечко.
        Руки чуть не обожгло. Нити силы тянулись ко мне, к Нейле, к низу живота любимой. Последнее заставило откинуть семечко.
        - Ты чего?
        - Оно тянется к детям.
        - Глупый. Оно не забирает силу, оно разговаривает с ними.
        - Как это?
        Нейла сбегала за семечком.
        - Смотри.
        Перейдя на магическое, я увидел, как нити силы протянулись ко мне и Нейле. Боли или выкачивания маны я не ощущал, но меня интересовали именно нити, тянувшиеся к моим детям. Видимого перехода силы в какую-либо сторону не заметил, но это не было показателем безопасности.
        - Давай посадим,  - прошептала любимая.
        - Ну давай,  - согласился я.
        Мы закопали его руками. Нити оборвались. Где-то в почве они растекались в туман.
        - Что это вы?  - раздался за спиной голос.
        Я вздрогнул, автоматически послал сигнал стае. На руке Нейлы уже красовался полуготовый «огонек».
        - Да так,  - встал и повернулся к Саймолу.
        - У эльфов стырили?
        - Сами отдали.
        - О-о-о! Такого я еще не слышал. Что, вроде как зовет силу, но не растет?
        - Да не знаем.
        - Я вам говорю, не растет. Я пытался в Темных нормальные деревья вырастить. Когда саженец приживается, от него не туман идет, а тянутся небольшие жгуты.
        - И что делать?  - спросила Нейла.
        - Могу помочь, но не обещаю, что вырастет нормальное дерево.
        - Давай попробуем?
        - В вас светлая сейчас?
        Мы помотали головами.
        - Кто-нибудь, выпустите из себя темную силу и наберите светлой. Я буду жечь темной, а вы подпитывать светлой. Семечко и сейчас-то активно, потому что почувствовало светлую ману после многих кругов в темной.  - Саймол говорил увлеченно, ощущалось, что он сам загорелся идеей.
        - Жизнь хочет жить, должно получиться. Я два желудя мэллорна пробовал посадить. Но такого активного еще не видел.
        Нейла уже начала скидывать ману, но я ее остановил:
        - Я быстрее, ты до утра потом собирать будешь.
        Скинув куртку и вынув меч, начал эльфийский танец. Я понимал, что почти полностью отключусь от мира, но знал, что из-за деревьев за нами наблюдают Руча, Пуш и Эль. Остальные члены стаи были на подходе.
        Как давно я не впитывал ее  - светлую ману! Как давно я не видел ее в таком свете. Ш-ш-ш-у.  - Меч рассекал воздух почти со свистом. Сила струилась в меня, но полного отчуждения от мира не было  - я следил за личем. Непреднамеренно, но следил. Саймол отошел от Нейлы, вынул клинок из-под плаща. Зачем личу клинок? Он медленно и осторожно начал его раскручивать.
        Танец. Танец-битва. Мы оба пронесли лезвия в пальце от меча противника. Он резко поменял направление, я  - ушел, чтобы сделать свой выпад. Цель  - не убить, цель  - станцевать. Если бы он хотел, провел бы мечом правее.
        - Р-р-р.  - Утробный рык Ручи остановил нас.
        - Все, все.  - Лич аккуратно положил меч на землю, глядя на волчицу.  - Ну как? Набрался?
        - Не скажу, что полностью светлая, но есть.
        - Ты не можешь разделять?
        - Нет.
        - Ладно, давай попробуем, там видно будет.
        Нейла в это время в позе лотоса сидела у семечка. Осмотрев ее магическим зрением, я понял, что она гораздо быстрее сменила темную ману. Сбоку от нее виднелся выжженный круг. Это ж как я увлекся, раз она смогла выкинуть такой объем силы?
        - Давайте, я тоже готова.
        Мы втроем присели у желудя. Я и Нейла стали подавать туман. Вернее, Нейла стала подавать, а я, поняв, что не получается, начал вливать в нее свою серую магическую субстанцию. Ничего не происходило.
        - Подождите,  - Саймол протянул руки к желудю,  - пока ничего не делайте.
        Он, когда мы убрали потоки, построил вокруг желудя сетчатый купол и стал наполнять его темной маной. Желудь не реагировал. Тогда лич начал сжимать купол. Когда я хотел уже остановить Саймола криком (все-таки желудь был дан мне!), семечко вдруг вспыхнуло на удар сердца.
        - Ого!  - Лич резко погасил свои плетения.  - Больно. Давайте быстрее!
        Мы с Нейлой чуть не выжгли зародыш растения силой после его вскрика. Насытив светлой маной, повторили процедуру со сжимающимся куполом Саймола.


        Остановились только под утро. К этому времени вокруг нас собрались оставшиеся личи и все сословие эльфов, включая мелочь. Круг, в котором мы сидели, охраняли пятеро гномов, Пуш, Храм и Руча.
        - А кто в крепости?  - хриплым голосом спросил я Энурлена, стоящего за спиной.
        Во время последней подачи силы пришлось, оттолкнув Нейлу, вложить часть жизненной. Она в азарте тоже была готова выплеснуть, но я побоялся за здоровье детей.
        - Есть кому,  - ответил Энурлен, не отрываясь от впившегося в почву нитями желудя.  - Он живет!
        - Конечно,  - ответил вместо меня Саймол.  - Тут три таких садовника.
        Почему-то я считал, что из лича нельзя выпить всю силу. Можно. Пошатывающийся Саймол был тому примером. Вставая, я тоже покачнулся. Тут же почувствовал чьи-то руки под локтем. Повернув голову, встретился с глазами Сойсы. Дожил, девушка встать помогает.
        - Но люди не могут…  - Энурлен разглядывал желудь.
        - А что, кто-то уже пробовал?  - возразил Саймол.  - Насколько я знаю, у вас желуди меллорна можно забрать только после смерти. Да и не все из нас люди.
        - Ты видишь силу растений?  - спросил меня Энурлен.
        - Вижу.
        Тут я задумался. А ведь действительно, я вижу нити силы растений! И Нейла видит! Нет, конечно, раньше я тоже мог рассмотреть нити в виде формы дерева, а сейчас я видел, как по ним струится сила, я мог ими управлять. И там, в Темных, я тоже видел. Стая. Хасаны. Они были связаны с эльфами. Другого объяснения я найти не мог.
        Понятно, что после ночного бдения о выезде не могло быть и речи. Через часть, позавтракав, мы с Нейлой лежали на кровати в своей комнате. До того как мы ушли, эльфы выставили охрану у мэллорна. Дрема сладко окутывала голову.
        - Ты чувствуешь его?  - вдруг спросила Нейла.
        - Кого?
        - Дерево.
        Я прислушался к себе:
        - Нет.
        - А я чувствую.
        - Слушай, а вот ты когда стала видеть силу деревьев?
        - Да почти сразу после того, как в стаю влилась. А ты что, не замечал?
        Я пожал плечами:
        - Как-то некогда было.
        - Завтра идем?
        - Тут понимаешь…
        - Ты беременна и нечего тебе там делать,  - закончила за меня фразу любимая.
        - Ну не так категорично, хотя, в общем, мысль верна.
        - Все понятно. Спи давай.
        Ну вот и еще одна проблема решилась сама собой.


        Проснулись мы перед обедом. Нейла упорхнула к дереву, а я пошел на кухню, где мне приготовила отвар белая ведьма эльфов.
        - Не думала, что так быстро поймешь.
        - Да я все еще ничего не понял,  - ответил ей.
        - Разумом, может, и не понял, а душой смог. Иначе меллорн не дался бы тебе.
        - Не Саймол, так…
        - Да видела я, но ты лучше его сейчас не приплетай. Пройдет время  - все забудется, тогда возможно. А сейчас не стоит. Да и не будут они долго с вами. Им что-то нужно. Не просто так они здесь, ой не просто.
        Я тоже понимал лживость ситуации с нежитью…
        Выйдя на крыльцо, кожей ощутил на себе взгляды эльфов. Дети только делали вид, что играют, а сами украдкой поглядывали на меня.
        - Подержите,  - раздался мелодичный голос эльфийки сзади.
        Я повернулся, кажется, ее звали Коэринелла. Она была постарше меня кругов на пять. Я поставил кружку на перила и взял у нее два ворочающихся серых свертка, которые мы чудом смогли вынести из Темных земель. Клыков у темных эльфят не было, да и зубов, наверное, тоже. Но смуглость кожи говорила о месте их рождения. Да и клыки мамы не оставляли вариантов.
        - Вот это  - эльфийка, а вот это  - эльф,  - зачем-то разъяснила она мне.  - Как думаешь, как их зовут?
        - Не знаю.
        Эльфийка молча смотрела на меня большими серыми глазами, вынуждая ответить ей по-другому:
        - Ну вот она, наверное, Галадриэль, а он  - Леголас,  - угадывать я в принципе не пытался, так, сказал, что первое в голову пришло.
        - Красивые имена. А что они значат?
        Я пожал плечами.
        - Спасибо, Гэлоне.  - Она аккуратно забрала у меня детей и пошла в дом.
        Разминувшись с ней, на крыльцо вышел Энурлен.
        - Ну вот, одной заботой меньше,  - сощурив глаза, улыбался он.  - Только я бы на твоем месте эльфийский немного подучил.
        - Не понял.
        - Раньше ко мне приносили детей называть, а теперь к тебе будут.
        - Это, значит, я их сейчас… Некрос…. Подскажи пару ваших нормальных имен, я переназову.
        Глава рассмеялся:
        - Уже поздно. Вот если бы ты отказался или она что-то сказала после просьбы, тогда да.
        - Но я сначала отказался!
        - Тсс, никому не говори, обидишь. Она хорошая эльфийка, только без мужа осталась. Не вникай пока в наши обычаи. Найдет что-нибудь созвучное с древнеэльфийским, да и имена красивые. Сам придумал?
        - Нет. История одна есть про эльфов.
        - Расскажешь?
        - Не сегодня, длинная очень. Готовиться к выходу надо.
        - Можешь не переживать, тебя сейчас половина эльфов готовит. Вторая у мэллорна бдит.
        Похоже, мысли о полубоге начали воплощаться в жизнь.
        - Это из-за легенды?
        - Ну и это тоже. Хотя в основном из-за меллорна. Большая часть из наших эльфов не видела его ни разу, а тут ты.
        - Я же не один.
        - Ну да, поэтому вторая половина и ушла за Нейлой.
        Не то чтобы было неприятно, где-то внутри грыз червячок тщеславия, но в то же время довольно неудобное положение.
        - А что значит «Гэлоне»?
        - Растящий.
        Мимо нас прошли четыре гнома с сумками и при полной амуниции, каждый чуть ли не поклонился. Они и раньше относились ко мне с уважением, но не так.
        - Чего это они?  - спросил я, когда крепыши отошли подальше.
        - А вот это уже легенда.
        - В смысле?
        - Кальд послал на разведку гор.
        - Все равно не понял.
        - Наши легенды плотно переплетаются, вот гном и решил, что раз ты смог вырастить новый Лес, то и место для нового жилья гномов где-то рядом.
        - Ну так понятно, вон горы, вот крепость, живи себе.
        - Там у них тоже не все так просто. Кроме руды и остального, им еще нужно единение с горами. А таких гор почти нет. Если найдут, поверь, начнется массовое переселение. Тем более что сейчас война, и до скалистого куска земель никому нет дела. Ты не заметил, что вас в лесу гномы охраняли? Мы чуть за мечи не взялись. Даже купол над вами ставить пришлось, чтобы не отвлекать.
        - Не то слово  - массовое,  - раздался сзади голос Кальда, он вышел с двумя кружками, одну протянул Энурлену.
        Видимо, все острые вопросы решили еще ночью.
        - Если легенда сбудется, сюда тысячи гномов придут, только бы найти.
        - Что искать-то?
        - Силу Торна. Вам не понять.
        Углубляться в религиозные дебри гномов я не стал, тем более что ко мне подскочили два эльфенка кругов десяти и, спросив разрешения у Энурлена, поинтересовались качеством стрел в их руках. Я похвалил, повертев одну, тем более что, на мой взгляд, она была идеальна. Парни оставили мне стрелы и со счастливыми лицами убежали к гномату их возраста, поджидающему в отдалении. Что-то ему проговорили, он важно кивнул и направился в сторону кузни.
        - Кривоваты, конечно,  - произнес глава,  - но молодец, что не обидел. Они старались.
        - Согласен, наконечник тоже не очень, мы потом тебе другие дадим.  - прибавил Кальд.
        - С моей способностью стрелять из лука я уж лучше эти возьму, может, они счастливее будут.
        Поняв, что фраза двусмысленная, поправился:
        - И дети, и стрелы.
        - Жикатака рока рыыняка.
        Я не сразу понял, чью речь, звучавшую, как абракадабренная скороговорка, услышал сзади. Но через пять ударов сердца мимо меня пролетел Торка, а за ним его самка.
        - С самого утра как с ума сошли,  - пояснил происходящее Энурлен.  - Пытался узнать у него, за что гоняет,  - ничего толком не понял. «Ширкла,  - говорит,  - ругаться. Торка  - месть».
        У меня стали закрадываться смутные подозрения по поводу причины гнева самки Торки, но я отбросил их как сумасбродные.
        - Слушай, Кальд, а у вас нет металла, чтобы не ржавел?
        Гном мрачно посмотрел на меня, похоже, я затронул какой-то секрет.
        - Зачем?
        - Тут, понимаешь, Новера у меня знатно потрепали, а в одном месте узнал…  - тут я сделал паузу,  - что, если вместо ребер поставить такие же металлические, они могут прижиться.
        Гном выдохнул:
        - Лучше деревянные после укрепления эльфами. Завяжут плетения на искру, и они еще Новера переживут.
        Напившись со старейшинами отвара, рванул искать Разу. Нашел у Новера, где они с Нейлой и темным эльфом зависли над хасаном.
        - Раза,  - почему-то шепотом позвал ее.
        - Что? Да ты заходи.
        - Раза, а что, если вместо ребер укрепленное дерево поставить?
        - Сам догадался?  - удивленно спросила эльфийка.
        - Не совсем.  - Тут я заметил, что у Нейлы растягиваются губы в улыбке.
        - Ух,  - произнесла Раза,  - ну, тебе надо в лекари.
        Тут ее лицо изменилось.
        - А мы, по-твоему, что делаем?
        Я запоздало заметил дугообразное изделие в руках у эльфа. Хотя… если бы раньше заметил, не понял бы.
        - У-шш,  - прошипела Раза.
        Наверняка значит «брысь», что, собственно, я и сделал. Нейла через меру догнала меня:
        - А я не знала, что ты окончил первый курс лекарского факультета.
        - Могли бы и вчера сказать, что можно вставить ребра из дерева.
        - Если честно, то это вчера и подразумевалось.
        Увидев, что я не настроен на шутки, то есть надут, Нейла сменила тон:
        - Ну извини, я забыла, что ты у меня дурачок, в смысле криворожик…
        Нейле пришлось бежать.
        Пока все были заняты, мы решили сходить к желудю. Из ворот одним выйти не удалось  - примкнули Ларриен из эльфов и суровый гном с топором и в кольчуге. Отвязаться от охраны не получилось, они молча шли за нами. Ворота охраняли хуторяне. Оглянувшись, я понял, что все работы по восстановлению крыши остановлены. Похоже, стало не до этого. Я протянул руку гному:
        - Норман, можно Нор.
        - Хаар, можно Хар,  - представился гном.
        Уже у выхода нас догнал Серый. Оборотень был хмур.
        - Извини,  - понимая причину его настроения, произнес я,  - завтра утром выйдем.
        - Да ничего, пятерка гномов будет только кстати.
        - Какая пятерка?
        - Кальд распорядился.
        - Чего тогда надутый?
        - Долго выезжаем.
        - Согласен.
        Около места посадки желудя оказалось людно, в смысле разумно, в смысле много разумных. Саймол, Нирт, Эль и Паэлан склонились около поднявшегося бугорка земли. В некотором отдалении лежала Руча. Рядом с ней гордо стояли Егоза и еще двое эльфийских подростков, гневно поглядывая на личей. Эльфята гордо застыли, опершись о расчехленные луки, но так, чтобы при этом максимально быстро привести их в боевое положение. Не пускают пока стрелы, и то ладно. В ветвях деревьев обоняние хасана улавливало как минимум еще трех эльфов. «Садоводы» продолжали мучить зародыш мэллорна, хотя, когда Нирт снимал купол темной маны, нити светлой силы вокруг начинали изгибаться в сторону желудя.
        - Чего вы его насилуете?
        - Не насилуем, а помогаем,  - ответил Саймол.
        - Странно это слышать от лича. Оно что, угасать начало?
        - Нет, наоборот.
        - Оставьте его в покое, а то вырастет кривое, как в Темных.
        Паэлан даже вздрогнул после этих слов.
        - Наверное, действительно хватит,  - не совсем смело остановил он Нирта.
        - Нет так нет.
        - А Дайлон где?  - спросил я Саймола.
        - Где-то по окрестностям катается, ему никогда не нравилось возиться с растениями.
        Отмазка была так себе. Напоминало мои слова, когда я прикрывал от личей миссию Пуша. Высказывать вслух свои соображения не стал.
        - Нейла, ты бы пошла лучше отдохнула и Разе показалась.  - Мне, если честно, не очень нравилось соседство любимой и пока еще непонятных союзников.
        - Что-то ночью тебя это не волновало?
        - Я осознал свою ошибку, теперь исправляюсь.
        Нейла с прищуром посмотрела на меня:
        - Как скажешь, Нор.
        Ох, не к добру это ее послушание. Нейла встала и пошла в сторону крепости. Егоза и еще один подросток тут же перехватили луки. Проходя мимо меня, любимая шепнула на ушко:
        - Не заигрывайся, любимый.
        Сначала хотел поиграть в мужика и независимо подождать, пока Нейла вернется в крепость, но вовремя спохватился, нагнал ее.
        - Что это ты у меня ласковая и послушная последнее время?
        - Ну так любовь же.  - Она прижалась к моему плечу.
        Я ее обнял. В голове роилось множество различных мыслей, начиная от сборов в дальнейший поход, кончая странным появлением личей, но в этот момент я отбросил их и просто шел, наслаждаясь. Нейла почувствовала мое состояние и прижалась сильнее. Наша охрана вежливо следовала в отдалении.
        - Ощущаю себя принцем,  - прошептал я.
        - Я согласна. Принцесса Нейла эль Ровен. Звучит.
        Я старался уходить от темы женитьбы, поэтому на шутку не ответил. Нейла, конечно, замечала, что я не называл ее женой, в отличие от Софьи, но по каким-то своим мотивам не поднимала эту тему. Я не боялся женитьбы, а вот называть ее так пока не хотел. Не знаю почему. Пытался заняться самокопанием, но так и не нашел истины. Может, конечно, из-за Софьи, но для себя я сформулировал замечательную теорию: я не хочу называть Нейлу женой не потому, что называл уже так другую, а потому, что стал относиться к этому серьезно после беременности Нейлы. Нейле я данную теорию, понятно, не озвучивал, потому как из нее вытекал соответствующий вопрос  - когда? А спешить с этим до выяснения, вернее, объяснения с Софьей, я не хотел. В общем, сам запутался.
        В беседке мы застали Зору, Малика и Храма.
        - О-о-о, герой легенд!  - встретил нас орк.
        - Еще один. У орков точно ничего насчет меня нет? А то, может, имеется какая-нибудь легенда, где я особо говорливому орку укорачиваю язык?
        - Хо-хо-хо, насмешил. Но я твои слова запомню,  - сменив в конце фразы веселый тон на серьезный, ответил Храм.
        Блин, ну вот чего сегодня со мной? День свободного языка? Дернуло же.
        - Ну как ты?  - спросил я Малика, так как по Зоре было видно, что она чувствует себя хорошо.
        - Нормально,  - ответил за артефактора Храм.  - На лошадь пытался залезть.
        - Зачем?
        - С нами собрался.
        - А-а-а,  - посмотрел я на насупившегося парня.  - Нет, ты лучше за Егулоной присмотри.
        - Все равно поеду, вы мне не указ.
        - Пошли, избитый красавец, к Разе,  - потянула меня Нейла.
        - Почему избитый?
        - Ну а каким ты будешь, когда Храм вспомнит твои слова про легенду? Ну а если не пойдешь, то еще и просто избитым останешься, без красавца.


        Мы отошли от беседки под смех орков. На лестнице нас чуть не сбили орчата Лейки.
        - А где мама?  - спросил я их.
        - С дядь Шивой книжки осталась читать,  - ответил Алак на ходу.
        Мы с Нейлой, переглянувшись, ухмыльнулись.


        День пролетел быстро. Пока Сайл с Разой осматривали Нейлу, пока втроем лечили меня, подошло время ужина. Ужинали в три захода: во-первых, много разумных в столовую не помещалось, а во-вторых, нормальной посуды не хватало, а котелками и горшками женское кухонное сообщество в столовой пользоваться запретило.
        Пока ужинали, вернулись гномы, посланные за лошадьми. На нашу радость они пригнали не два десятка, а три, что позволяло без всяких сложностей отправиться с нами дополнительной пятерке гномов.
        После ужина провели совет, посвященный отбытию. Перво-наперво определились с количеством разумных, отправлявшихся к старкской границе. Эльфов, включая нашего Эля, было четверо, гномов  - пятеро, орков  - двое, так как в состав гномов, едущих с нами, попал и Шивак, Лейка изъявила желание ехать. Оборотней и людей, поскольку Нейла и Малик оставались дома, оказалось поровну  - по одному. Получалось какое-то несчастливое число. Но я не суеверен, а остальные не догадывались, что у моих предков тринадцать  - к беде. Правда, учитывая личей, вообще все уравновешивалось.
        Финансами, оружием и походными вещами каждое сообщество оснащало своих самостоятельно. Лошадей под вьючных решили взять семь. Меньше, учитывая шатры, продукты и оружие, не получалось, больше  - оголим основную тягловую силу крепости. Да и такое количество вьючных гарантировало минимум барахла, то есть походного инвентаря, взятого с собой.
        Из питомцев решил взять только Пуша, Ручу оставил на попечение Нейлы.
        Когда совет разошелся, я наконец-то отправился к любимой.
        - Сходи помойся,  - раздалось с порога комнаты.  - Там вода горячая. А я пока отвар приготовлю.
        Решив, что данное удовольствие, в смысле помывка, будет доступно мне не скоро, ответил:
        - Как скажешь, любимая. Вот видишь, я тоже послушный.
        - Иди давай.  - Нейла протянула мне чистое белье и простыню  - вытереться.
        - Там еще где-то бритва Лекама?
        Нейла нашла в сундуке бритву. Перед тем как отдать ее мне, осмотрела.
        - Не знала, что это дядина.
        Ну вот, день словесных ляпов, честное слово.
        Пока мылся, обдумывал, как вернусь в комнату. Я уже неплохо знал Нейлу, и, если она послала мыться, быть любви. А вот оной-то мне как раз не хотелось. Вернее, хотелось, но не хотелось, и на то были причины.
        - Садись,  - усадила она меня за стол, поставив кружки, остужавшиеся у окна.  - Значит, не возьмешь меня.
        Нейла встала передо мной, опершись прекрасным местом о спинку стула. Это было, конечно, не то, чего я боялся, но тоже не очень приятное начало.
        Я молча отхлебнул из кружки.
        - Да не переживай так,  - хитро посмотрев на меня, прокомментировала она мое молчание.  - Напрашиваться не буду. А вот просто так не отпущу.
        Нейла обошла меня и обняла сзади. Ан нет, то…
        - Тут понимаешь, Нейл…
        - Пока ничего не понимаю.  - Ее губы коснулись моего уха.
        - Да как бы…  - Я не знал, как объяснить.  - У тебя там дети,  - выпалил, решившись.
        - И что?  - Она заглянула мне в лицо.
        - Ну а вдруг… И неудобно как-то…
        Я не знал, как сформулировать свой страх.
        - Не о том думаешь.  - Она села мне на колени и впилась в губы.
        - Нейла,  - просительно произнес я после поцелуя.
        - Еще слово, и я тебя свяжу. Кто говорил, что он послушный,  - прошептала тихо.  - А насчет остального  - не переживай, Раза сказала, все можно.
        - Ты разговаривала, она…
        Ее ладонь не дала мне договорить…
        Нейла, Нейлочка, Нейлонька! Я лежал, обняв ее. Только сейчас вдруг понял, что уезжаю не на час и не на день. И что буду безумно скучать. И что очень люблю эту взбалмошную девчонку.



        Глава 17
        Исвария

        Дни были однообразными. Воины явно знали вкус битвы и старательно объезжали все, даже мельчайшие, скопления исварских войск. Дня три назад обезглавили пойманного шпиона. Парня явно промыли перед этим ментальной магией, так как смерть он встречал с глупой улыбкой. Жутко было не от головы, покатившейся перед строем, в котором были и пленные, а именно от этой улыбки молодого парня. Сразу после казни сменили направление движения отряда.
        Савлентий урывками мог подъезжать к своим. Все уже знали, что надо делать. Как только охранник отвернулся, Софья, слегка приподняв руки, замерла. Дед тщательно рассмотрел пояс магическим зрением:
        - Все хорошо?
        - Да. Правый бок как-то колет.
        Дед перекинул взгляд на правую сторону пояса смерти.
        - Ну да, есть помутнение,  - сказал он, разглядывая узор, в который ткнула пальцем Софья.
        Охранник повернулся, и Савлентий перевел взгляд.
        - Ладно, поеду Ровного гляну. Больше ничего не болит?
        - Ну, не учитывая мозоли от седла, ничего.
        После осмотра пленных Савлентий поехал к Римику. Дело близилось к вечеру, а в последнее время они как-то приняли за правило беседовать на ходу.
        - Как, нашел ключ?  - спросил магистр, когда Савлентий поравнялся с ним.
        - Какой ключ?
        - Ну узелок, плетение. Называй как хочешь.
        - Не понимаю.
        - Да ладно тебе. А то мои воины тупы как пробки. Ты под предлогом осмотра пытаешься пояса смерти снять. Не получится, завязка хорошая.
        Некоторое время ехали молча.
        - Хочешь без боя проскочить?  - желая сменить тему, спросил Савлентий.
        - Хотелось бы, но не выйдет. Сотню прятать даже сейчас сложно, а скоро выедем на безлесье. Да и местные, я уж не знаю, как, только быстрее, чем птицами, сообщения передают.
        - Это да, простой народ быстро языком работает. То-то ты гербы с одежд воинов велел спороть и плащами укутал.
        - Сейчас герб светлых  - как палка для собаки, только злит.
        - О чем шепчетесь?  - рысью подъехала Яля.
        - Как тебя выпороть, советуемся,  - ответил Римик.  - Прекращай выводить из себя охрану. На стражу к тебе как на каторгу идут  - за наказание принимают. Ты когда поймешь, что ты не пленница, а они не карцерная стража? Они за твою безопасность отвечают.
        - Скучно.
        - Розог бы тебе. Может, хоть ты, Савлентий, на нее повлияешь?
        - С чего бы это? Я-то точно пленный.  - Дед подмигнул Яле.
        - Да какой пленный…
        - Самый что ни на есть настоящий. Туда не пойди, с этим не говори.
        - Если бы ты просто разговаривал, а то я за тобой только и успеваю плетения подправлять, то на кандалах, то на поясах. Не трогай хотя бы пояса, ведь выпустишь плетение  - убьешь кого-нибудь.
        - Да я и не трогаю.
        - Ну да, внучка твоя тоже так говорит. Теперь-то я точно знаю, в кого она такая беспокойная.
        Последние слова Римик говорил, вглядываясь в скачущего навстречу всадника.
        - Магистр,  - осадил воин коня,  - там около двух сотен, половина конная. Есть маги. В боевой порядок встали и флаг переговоров выкинули.


        Утро началось еще до восхода. Умывшись, сели за стол завтракать. Ели молча. В воздухе повисло какое-то напряжение. Я через силу проглотил яичницу и вышел на крыльцо.
        Во дворе уже вовсю кипела жизнь. Наши вещи лежали у конюшни. Эльфята с помощью хуторян седлали для нас лошадей.
        - Личи у ворот,  - доложил гном.
        - Впустите.
        - Боевое положение?
        - Нет. Так впустите.
        - Я не могу без доклада Кальду.
        - Конечно.
        Через меру после того как гном скрылся в доме, он вышел из него обратно и размеренно направился к воротам. Почти сразу следом за ним появился Кальд:
        - Чего это ты вдруг?
        - Нам с ними ехать, постоянно под прицелом держать не сможем. Надо как-то учиться доверять.
        - Ты смотри, Ровный.
        - Да понимаю я, Кальдоррам, понимаю.
        - Волнуешься?  - вышел Паэлан.
        Эльфы, идущие следом за ним, вежливо обогнули нашу троицу.
        - Есть что-то. Вроде не в первый раз выезжаю, а как-то неспокойно.
        - Это нормально, просто впервые оставляешь кого-то,  - хлопнул меня по плечу Кальд.
        - Ровный,  - вылетела Нейла,  - пойдем Листика посмотрим.
        - Кого?
        - Дерево наше.
        - Да нам собираться надо.
        - Ровный! Не беси. Пойдем.
        Поздоровавшись с обоими личами (Дайлона так и не было), запрыгнули на лошадей. Личи, узнав, куда мы поехали, напросились с нами, ну и куда без эльфийско-гномьей охраны. В общем, отъезд мы скомкали и немного задержали.
        Дерево уже дало небольшой росток. В магическом зрении было видно, как росток притянул к себе несколько нитей маны, и теперь светлая сила струилась по каналам. Нейла присела рядом с ростком. Тут же кучка тончайших ниточек силы прошлась по ней и, ощупав, сосредоточилась внизу ее живота. Я присел рядом и выставил ладонь на их пути. Нити тут же перекинулись на меня и пробежались по телу, словно электрические разряды. Часть нитей вернулась обратно, а несколько сосредоточились на моей голове, я попытался стряхнуть их, но не тут-то было. В мыслях появилось какое-то спокойствие и уверенность в том, что росток не делает ничего плохого. Подумав, что дерево гипнотизирует, я чуть ли не оттащил от него Нейлу.
        - Дурачок ты, лупоглазик, ой дурачок,  - ответила любимая на мои опасения и наказ не подходить к мэллорну.  - Ладно, поехали.
        Во дворе уже все были готовы к выезду. Даже не так, все, да еще с хвостиком. Хвостик в виде гоблина, одетого в подогнанный костюм охотника, воинственно стоял в сторонке. Гоблинша держалась за него двумя руками, в ее огромных глазах читалось великое горе.
        - Торка, а ты куда собрался?  - сделал я недоуменное лицо, хотя уже предполагал ответ.
        - Торка друг Кейна, Торка друг Кассы. Торка война.  - Гоблин поправил выцыганенный у кого-то кинжал на поясе.
        Выглядело это комично, но ни у кого не проскользнуло даже улыбки. Было что-то в его писклявом голосе серьезное, не позволявшее шутить.
        - Кальд, дашь еще одну лошадь?
        - Уже оседлали.
        Неорганизованно попрощавшись с провожающими, мы выехали из ворот. Я выезжал последним  - задержался с Нейлой.
        - Я быстро, туда и обратно.
        - Ну да,  - усмехнулась она.  - Езжай давай, спаситель девиц.
        - Нейла, я это… Ничего плохого не будет,  - как-то растерявшись, ответил ей.
        - Ну для тебя-то точно ничего, даже приятно. Хотя с твоим нынешним видом… Все, скачи, мой воин.  - Нейла чуть ли не смеялась.
        Это очень настораживало.


        - Чего это у тебя?  - Саймол указал на клетку, притороченную к седлу.
        - Птица. Хотел с тобой посоветоваться. Ее Аргеен оставил для связи. Мы должны были ему сообщение отправить, когда вернемся из Темных. Он обещал сам к нам подъехать. Но после письма Савлентия договоренность как-то потеряла актуальность.
        - Актуальность,  - задумчиво произнес Саймол.  - Ты интересный разумный, Норман. А птицу правильно взял. Подумаем.


        В принципе мы могли бы попрощаться с Нейлой и по дороге, у того самого непонятного ростка, который так тянулся к моим детям, поскольку единственная нормальная дорога из приграничья проходила мимо него. В глубине души я понимал, что глупо ожидать чего-нибудь плохого от дерева, но, если честно, нити ростка мне не очень нравились, вернее, совсем не нравились  - все неизвестное, если это касается твоих близких, пугает. Я еще раз свернул с дороги к ростку, эльфов и гномов, ринувшихся за мной, остановил жестом. Пока ехал, обдумал просыпающиеся в моем поведении нотки вышестоящего, решил пресечь в себе это на корню. Опустившись на колени перед росточком, прикоснулся к нему. Ниточки силы привычно прошлись по мне и остановились на голове.
        - Что ж ты такое?  - произнес я вслух.
        Огляделся, пытаясь найти в листве эльфов, но определить их местоположение не смог.
        - Надеюсь, ты не принесешь вреда.
        Нити силы дарили какое-то спокойствие.
        - Как думаешь, получится?
        Росток, разумеется, не ответил. Представители ушастого народа, наверное, принимали меня за сумасшедшего. Или за сверхмага, способного говорить с деревьями. Что за чушь в голову лезет! Отбросив ненужные мысли, я вскочил на жеребца и развернулся к отряду. «Словно благословения попросил»,  - пронеслось в голове.
        Через часть мы свернули на неприметную тропу. Эльфы хотели по обыкновению Темных земель затеряться в чаще, но я остановил их:
        - Не надо, здесь на нас вряд ли кто-то нападет. Шивак, организуй трех ваших, пошли вперед, на вас такая броня, что топором не пробить.
        Гномы действительно выглядели как танки, у каждого из них даже щит был.
        - Едем, как в Скользком: рысь  - шаг,  - продолжил я.  - Не дуйся, Сойса,  - заметив движение дернувшейся эльфийки, поспешил успокоить ее,  - так будет быстрее.
        Энурлен послал с нами, видимо, самую отчаянную троицу эльфов, тех самых, из подвала. Пуша остановить я не успел, и он словно тень растворился среди елей, но он все-таки зверь, и даже среди деревьев передвигался быстрее. Где-то через полчасти вошли в ритм. Лошадь гоблина пришлось привязать к седлу Лейки. Как-то не учли его нулевые способности к верховой езде. Впрочем, он, помаявшись, спрыгнул с лошади и, отцепив кинжал, скрылся в лесу. Дисциплина, конечно, у нас… Через часть я увидел его на пригорке впереди. Он, подождав, пока мы приблизимся, снова побежал вперед. Эльфы, за исключением Эля, держались поодаль от личей. Саймол и Нирт, понимая их «теплые» чувства, ехали сзади колонны.
        К вечеру мы прошли довольно большое расстояние, не встретив ни одной живой души. Лагерь разбивали уже в темноте.
        - Зря гонишь,  - присел рядом со мной Храм.  - Мог бы и пораньше встать на ночевку. Выиграешь в лучшем случае день, а разумных вымотаешь.
        - Согласен,  - расположился рядом Саймол,  - дней через пять и лошади, и разумные, несмотря на ночной отдых, будут вымотаны.
        - Что раньше не сказали?
        - А то ты в первый раз,  - ответил орк.  - А авторитет вождя ронять нельзя.
        - Может, и не в первый, но раньше так и делали. А насчет вождя не переигрывайте. Я такой же вождь, как и вы.
        - Вождь должен быть один, так что смирись, отца рядом нет. Можешь поставить ответственных за что-либо, за охрану, например, или за кухню, проще будет. А насчет скорости, так раньше бежали, а теперь нагоняем, причем, как ни скачи, нагоним только в Озерной.
        - Учту, спасибо.  - Слова орка меня не особенно обрадовали.
        Эльфы встали на стражу. Втроем. Пришлось вмешаться и назначить Храма руководить охраной лагеря на все время пути, переложив со своих плеч проблему.
        - Быстро учишься,  - проворчал орк и пошел назначать время для парных смен.
        - Так, где Дайлон?  - спросил я Саймола.
        - Сам переживаю. Сказал, по своим делам поехал.
        - Расскажешь, что вам надо? Только не говори о сестре и семье. Сам рассказывал, что чувств у вас нет. Да и вообще, мутно как-то все получилось.
        - Хочешь откровенного разговора?
        - Да.
        - Не проблема. Но давай так: я все рассказываю, а ты в ответ поведаешь о том, что я спрошу. Только по-честному. Подумай хорошо, я не заставляю.
        - Мне скрывать нечего, давай.
        - Ну смотри. Задавай вопрос первым.
        - Что вам во всей этой ситуации надо? Вам, то есть, личам?
        - Хороший вопрос, но не лучший. Если бы хорошо подумал, сам бы догадался. Началась война со светлыми. Война на территории, которая последние годы находилась под их властью, пусть и не явной. Мы были спокойны, пока до нас пытались добраться единицы, обычно эльфы. Само появление темных, да еще в таком количестве, как это ни странно звучит, угроза для нас. Поэтому и пришлось выйти.
        Лич на некоторое время замолчал, я не торопил, понимая, что ответ дан не полностью.
        - В связи с этим было принято решение преподать урок светлым, впустив их к нам, ну и, собственно, показать пример остальным. Пусть светлые войдут в земли, где у них нет силы, попробуют поражение на вкус.
        Лич замолчал.
        - Зачем ты нам помог?
        - Это уже второй вопрос. Теперь моя очередь, расскажи про память предков в тебе.
        - Откуда ты знаешь?
        - Это третий вопрос.
        - Хоть поясни, что ты хочешь знать. Расскажи  - это не вопрос,  - вывернулся я.
        Саймол задумался:
        - Как ты появился здесь?
        - Где здесь? В Темных землях?
        - Нет. В нашем мире.
        - Даже не знаю, что тебе ответить.  - Я просто оторопел от вопроса лича.  - Родился.
        - Так не пойдет,  - лич стал серьезным,  - договорились же честно.
        - Извини, конечно, Саймол, но, может, я не понимаю чего-то? Как еще можно появиться на свет?
        - Играешь? Ты хоть отдаешь себе отчет, насколько плохо? Разве не замечаешь, что тебя иногда не понимают?
        Сзади как бы невзначай с утробным звуком зевнул Пуш. До меня потихоньку стал доходить интерес лича.
        - Ты же о памяти предков? А при чем тут «появился»? Так бы и сказал, что хочешь узнать, когда появилась память!
        Саймол буравил меня взглядом.
        - Хочешь сказать, что память к тебе просто пришла?
        - Я, конечно, расскажу тебе, хотя не до конца понимаю твой вопрос, только догадываюсь. Но это твой второй вопрос. Поэтому давай сначала мой: зачем ты идешь с нами?
        - Я не могу доверить тебе книгу. Не могу даже показать, что в ней. Незачем кому бы то ни было открывать ворота к нам.
        - Это все?
        - Да. Рассказывай ты.
        - Я помню себя только последние два круга, до этого, как ты уже знаешь, был болен. Странности всегда замечались, но саму память я ощутил в полной мере только в Темных землях, когда выгорело лечебное плетение, наложенное мне в Академии жизни.
        Лич задумался.
        - Теперь мой вопрос,  - продолжил я.  - Никак не могу понять. Если решили дать книгу, зачем пытались убить? Если хотели убить, почему сейчас не убиваете?
        К этому моменту Эль уже с противоположной стороны стоянки из темноты выцеливал Нирта, сидящего около костра, а Серый готов был вступить в схватку, если стрела эльфа не причинит вреда личу. Пуш тоже приготовился кинуться на спину Саймолу. Храм присел с нами рядом.
        - А ты бы хотел?
        - Нет, но неопределенность напрягает, несмотря на твою помощь, все непонятно. Сначала пытаетесь убить, потом появляешься ты с книгой. Мыслей, конечно, по этому поводу много, но хотелось бы все увязать в единое целое.
        - Сначала вас действительно хотели убить и продолжить наше скрытое существование. Но многим уже надоело такое положение вещей. Скучно жить, по сути, взаперти. Ну и поэтому некоторые из нас решили выпустить вас из Темных земель, чтобы вы все рассказали. Так сказать, раскрыть тайну нашей жизни. Соответственно, и делалось это втайне. Ну а дальше ты знаешь. А поскольку вы и так, и так уже вышли, то есть пресекать рассказы о Элисконе поздно, нас послали подсунуть книгу светлым.
        - У нас ведь не было шансов.
        - Были. Если бы вы не свернули с дороги, Нирт помог бы вам скрыться. Но вы умудрились выдать такой фортель, что наша помощь не понадобилась. Собственно, так даже лучше.
        В памяти промелькнуло горящее тело Новера. Этого всего, оказывается, можно было избежать. Хотя я бы все равно не поверил личам.
        - А книга, ты ведь сказал, что дашь ее нам? А теперь сам идешь.
        - Не ищи подвоха, я бы дал тебе другую, с переплетом от этой. Этого хватило бы, чтобы выручить твоего отца. А теперь ты получишь настоящую. Но дальше  - мой вопрос. Как вы убили лича?
        Засвечивать меч не хотелось, отчасти оттого, что чувствовалась какая-то недоговоренность в словах Саймола. Я ждал этого повторного вопроса, но так и не смог придумать более-менее правдоподобной теории. Если бы на нем были укусы кого-либо из питомцев, конечно, списал бы на них. Но, прокручивая в голове битву, точно помнил, что лича убил именно я и именно мечом. А они наверняка рассматривали тело. Вот и выплыло истинное предназначение клинка  - личи.
        - Я не знаю как. Даже точно не отвечу, кто именно с ним бился.
        - Жаль,  - искренне произнес Саймол.  - Думаю, на сегодня хватит вопросов.
        Стало как-то неудобно перед Саймолом. Он, руку даю на отсечение, понял, что я лгу.
        Я долго не мог уснуть, ворочался в шатре и размышлял о правильности своего решения не говорить личу о мече. В конце концов, решил, что так меня повели боги. То есть тупо: что сделано  - то сделано. А лишний козырь против личей далеко не лишний.
        Ночь прошла спокойно. Утро встретило сюрпризом  - появился пропавший Дайлон.
        - Привет,  - протянул я ему руку.
        - Привет,  - пожал он ее.
        - Могу спросить, куда ездил?
        - Спросить можешь,  - улыбнулся лич.  - А вот я ответить не смогу. Не выдаю дам, с которыми провожу время.
        - Мм, видимо, жаркая девушка, раз так задержался?
        - Не то слово, я чуть не вернулся к жизни.
        Саймол и Нирт, слушавшие наш разговор, заулыбались.
        Собрались мы довольно-таки быстро. К вечеру показался бывший егерский кордон.
        - Ты чего озираешься?  - подъехал ко мне Серый.
        - Что-то не так,  - ответил я ему.
        - А я все жду, когда наш вожак почувствует.
        - Что почувствует?
        - Да ты успокойся. Охвати стаю.
        - Не могу понять.
        - Справа от нас. Уже с полчасти чувствую.
        - Стоять! Пуш, покатай-ка меня, пожалуйста. За мной никому не надо ехать.
        Спина кота приятно пружинила после седла. Нет, ну мог ведь догадаться. Спокойная такая, послушная. Мер через пятнадцать они стали отдаляться. Э нет. Нейла, может, и не послушается, а вот Руча обязана. Так и есть, остановились.
        - О, Ровный,  - раздался невинный голосок, когда я на Пуше выскочил на поляну.  - А ты как здесь?
        Вот… С одной стороны, хотелось выпороть, а с другой, глядя на ее смеющийся взгляд, можно было все простить.
        - Ну и как это понимать?
        - Не смогла без тебя и дня прожить,  - похлопала она ресницами.  - Да ладно тебе, не дуйся, тебе не идет.  - Нейла спрыгнула с Ручи.  - Или не рад меня видеть?
        Я тоже спустился с кота. Питомцы, обнюхав друг друга (волчица даже лизнула кота), улеглись рядом.
        - В общем-то большого восторга не испытываю. И не надо извращать мои слова.
        - Ровный. Ты прямо как ребенок. Неужели ты думал уехать без меня?
        - В твоем положении нельзя ездить верхом, ни на лошади, ни на хасане, да и Руче, пока ездим, настанет пора щениться.
        - Ну вот ее и отправим назад.
        - Конечно. Только вместе с тобой.
        - Я на голодный желудок не собираюсь это обсуждать.
        Вот как? Как вообще можно с ней о чем-то договариваться?
        - Выпорю.
        - Мм. По попе?
        - Поехали,  - сдался я.
        - Ну вот, так бы сразу.  - Нейла, подпрыгнув, чмокнула меня в нос.  - А про Ручу я, правда, как-то не подумала.
        - Ну так и про себя тоже. А «поехали»  - не относится к дальнейшей дороге. Поешь, поспишь, и в «Проклятый».
        - Лекарка я или нет? Разберусь как-нибудь со своим положением.
        - Я уже слышал эти слова.
        - Поехали. Правда есть хочу.
        «Ну, вот какая из нее мама,  - ехал следом за Нейлой и думал я.  - Ей самой мама нужна». К тому времени как мы подъехали к отряду, на поляне уже были разбиты шатры.
        - Там, кстати, Новер очнулся.
        Я даже приостановился:
        - И как?
        - Нормально все, Раза его обратно в сон отправила, чтобы боли не ощущал.
        В нашем походном лагере Нейлу встретили молчаливым восторгом. Он прямо струился из каждого, кто с ней здоровался. Героиня, блин… Вернее, будущая мать-героиня. После того как королева вечера скромно поужинала, умяв пару порций, я увел ее в шатер. Подальше от лишних глаз. Попытался поставить над нами купол, но чуть не выломал им центральный шест. Нейла услужливо сделала это вместо меня.
        - Нейла, ну какой поход в твоем положении?  - начал я.  - Ты пойми, я ведь не о себе забочусь…
        Я минут пять распинался о тяготах жизни без крова, возможных дождях и холодах в мокрый сезон, о нежелательности передвигаться верхом и собственно о самом интересном положении возлюбленной. В конце концов заметил, что ее внимательный взгляд во время моего монолога слишком внимателен, что говорило только об одном  - Нейла меня слушала, но не слышала.
        - Ну хотя бы о Руче подумай! Ей щениться через пару месяцев.
        - Нор,  - начала она ласково, когда я исчерпал все аргументы,  - ты уж извини, но я поеду с вами. Там ведь не только твой отец, дед и остальные, там мои родители, брат, сестра. А за Ручу не переживай. Я специально спросила у Эля, лошади, например, чуть ли не круг вынашивают, так что вряд ли она через пару месяцев щениться будет. Ну а если мы задержимся на такой срок, подождем немного и обратно пойдем.
        - Нейла, вокруг война, понимаешь? Война!
        Она неожиданно прижалась ко мне, распустив плетение «щита».
        - Выгонишь, сама пойду.
        Я еще пытался уговорить ее. Но через часть сдался. Ее аргументы были насколько детскими, настолько же непробиваемыми: там мои родные, я все равно пойду, и еще я люблю тебя. Выйдя из шатра, увидел дремлющих около деревьев гномов. Как-то забыл, что место выяснения наших отношений является еще и спальней для части спутников. Нейла выпорхнула следом и, показав мне язык, убежала к машущей ей орчанке. Ночевала она вместе с ней во втором шатре.


        Утром, перераспределив поклажу, дабы освободить внезапной спутнице лошадь, я в сопровождении Эля, Шивака и Сеулона сходил к бывшему кордону, где за не очень большую сумму приобрел двуколку, имеющую подобие рессор из кожаных ремней.
        Разобравшись с упряжью, тронулись в путь. На двуколке ехала женская половина нашего отряда. Изредка на место для багажа запрыгивал Торка.
        Еще через пару дней начали появляться признаки более обжитой местности. Дорога стала более заметна, нет-нет и попадались копны сена. За это время мы повстречали пару небольших обозов, груженных скарбом. Ехавшие на телегах люди испуганно смотрели на нас и сухо отвечали на вопросы о положении в Исварии и имеющихся впереди войсках. А положение-то оказалось не очень: старки теснили армию Исварии довольно быстрыми темпами.
        - Что будем говорить, если разъезд какой встретим?  - поравнялся со мной Саймол.
        - Да кто его знает. Документы у нас, конечно, частично есть, кроме эльфов и вас, но говорят, что сейчас для свободного передвижения подорожные нужны. Кроме того, может, конечно, и забылось, но мы с Храмом находимся в розыске. Ну и, если учесть, что мы вооружены отнюдь не для охоты, будем избегать нежелательных встреч. А если уж столкнемся…
        - Да ты прямо всей стране готов войну объявить,  - усмехнулся лич.
        - Почему одной  - двум,  - спокойно ответил ему.  - Пройдем. Питомцы предупредят. Кто-то из них всегда впереди.
        - Гоблина тоже к ним относишь?
        Я неопределенно пожал плечами. Некоторое время мы ехали молча. Вскоре перешли на рысь по команде Сайсы, назначенной ответственной за режим перемещения. Она старательно отсчитывала шестьсот ударов сердца, после чего переводила отряд на рысь, еще через шестьсот  - обратно на шаг. Можно было бы ехать и побыстрее, сократив время шага, но лошади гномов и так уставали, неся не самых легких всадников, да еще и в полном вооружении, да и единственная лошадь, тянущая повозку, тоже не была в восторге от длительной рыси.


        Еще через пять дней выехали к реке. По виду она была ?же той, на которой меня ранили. Слегка смущало то, что по имперской карте личей реки здесь не было. Но достигли мы ее уж очень быстро, а место, где переправлялись в прошлый раз, никто показать не мог. Проехав части четыре вдоль русла, наткнулись на мост. Радовало то, что мост не охранялся, при этом находился в довольно исправном состоянии. Смущал сарай для стражи на противоположном берегу. Понаблюдав с полчасти, решили, что можно ехать. Мост пересекли без происшествий. Первыми отправились личи с жезлами наготове. Вообще, есть положительные стороны в том, чтобы иметь в команде таких сильных воинов. Тем более как бы мерзко это ни звучало, но я не особо дорожил их жизнями, вернее, нежизнями. За короткое время нашего путешествия я успел обдумать многое, в том числе и этот вопрос: как отличить нежизнь от жизни? И там и там есть движение. И там и там есть мысли. Я даже задал этот вопрос личам.
        - Это сложный вопрос,  - ответил тогда Нирт.  - И рассматривать его можно с разных сторон. С вашей  - у нас нет души. Ты ведь наверняка рассматривал нити силы нашего тела.
        Я кивнул.
        - Нашел что-нибудь? Душу? Искру?
        - Нет.
        - Ну вот, можешь считать, что мы мертвы.
        - А с вашей?
        - А с нашей, вы просто не достигли, а может, что вернее всего, и не достигнете единения души, искры и жизни. И понять это, как и объяснить до того, как станешь личем, невозможно.
        - Саймол говорил,  - я покосился на внука Савлентия,  - что вы скучаете по жизни.
        - А ты скучаешь по своему детству? По играм со сверстниками? По тому мироощущению, когда более яркие, чем сейчас, лучи солнца будили тебя и ты выходил в мир более красочный, с более сильными запахами и каждый день тебя удивлял?
        - Наверное, да.
        Мы некоторое время ехали молча.
        - Не задумывайся об этом,  - вступил в разговор Дайлон,  - считай, что живые  - это те, кто может подарить новую жизнь, а нежить  - кто не может размножаться.
        - А правда, откуда у вас сила, если нет искры?  - слегка замешкавшись, спросил я.
        - Пусть это останется загадкой,  - усмехнулся Дайлон.
        Топот копыт моего жеребца резко стал глухим, мы спустились с моста. Из рощи вышли два воина в скромной кожаной броне. Мы молча проехали мимо них. У мужиков, судя по их взглядам, даже не возникло мысли взять с нас за проезд или проверить документы.
        - Уважаемый,  - остановил лошадь напротив них Храм,  - а что у вас так тихо на дороге?
        - Так тракт верстах в тридцати ниже по течению, там обычно все едут. А нам бы,  - воин обернулся на напарника,  - подорожную, ну и…
        - Держи.  - Храм вынул из кошелька монету.  - Подорожные доставать не будем. Посла к Гарду Первому не хочется задерживать, серьезный мужик.
        Я не видел, но орк явно кивнул в мою сторону. В гномьей броне, пусть и со снятым шлемом, я действительно выглядел важно.
        - Конечно.  - Мужики больше ничего не стали спрашивать.
        - Чего это ты?  - поинтересовался я у Храма, когда отъехали подальше.
        - У каждого воина есть десятник. Вот представь, они сегодня смену сдавать будут и расскажут, если, конечно, ума не хватит промолчать, как через мост проезжал посол со стороны Темных земель. В охране у него были орк, гномы, эльфы и маги. Личей-то они наверняка не смогут отличить. А в свите орчанка, человеческая девушка и гоблин. Ну а если еще добавить сейша и хасана…
        Под конец его рассказа даже не до конца понимающие абсурдность ситуации эльфы еле сдерживали смех.
        - Вот меч поставлю на то, что получат выговор за пьянку на посту,  - закончил Храм.
        - Ну и без твоей речи так получилось бы,  - смеясь, ответил я.
        - Нет. Они бы не так красочно рассказали. Могли бы и поверить. А вот посол к королю, да еще со стороны Темных земель, где самое крупное поселение  - это Веселые Травы… Нет,  - после некоторого раздумья раздосованно произнес орк,  - надо было сказать, что посол от властелина Темных земель.
        Хохотали даже личи.
        - Ну зачем так  - посол, надо было скромнее, владыка Элискона,  - усилил новую волну гогота Нирт.
        - Смех смехом,  - сказал я, когда смог,  - но на ночь лучше отдалиться от дороги.
        - Какой замок захватить для ночевки, ваше владычество?  - донесся с двуколки голос Лейки.
        Понятно, что новый взрыв хохота был обеспечен. Но на ночь все же встали в глубине ельника. Случай у моста запомнился, и шутки, пусть на другую тему, сыпались со всех сторон, помалкивали только молодые эльфы. Но и те потихоньку раскрепощались. Я даже узрел, как Сайса села на место, которое ей галантно уступил Дайлон. Его шутка о даме казалась не такой уж далекой от истины. По крайней мере, судя по его повадкам, он при жизни точно был любимцем девушек.
        Пуш ночью ушел на охоту, вместе с ним исчезли из поля зрения и два моих ушастых телохранителя, в смысле эльфа. Хотя, возможно, я перебарщиваю со своей важностью.



        Глава 18
        Трактир

        Две недели мы ехали окольными путями. Половину из этого времени под промозглым моросящим дождем, открывающим не календарное, а фактическое начало мокрого сезона. Благодаря разведгруппе хасан  - сейш  - гоблин умудрялись обходить практически всех встречных. Вопреки советам Саймола и Храма я, раз уж выпендрился и стал начальником, принял волевое решение  - скорость. Мотивировал это моим советчикам отсутствием фуража и приближающимися морозами. Траектория движения была выбрана слегка дугообразная, может, оно и дольше получится, но зато в обход крупных городов, гарантирующих скопление исварских войск.


        - Норман,  - подъехал лич ко мне во время небольшого перерыва в подаче воды из небесного душа,  - как ты себе представляешь вызволение своих от светлых?
        - Слишком много неизвестности. Пока даже не планировал.
        - Может, я раскрою тебе секреты?
        Не похоже было, что Саймол шутил.
        - Давай.
        - Прошло более сорока кругов после моего последнего общения с ними, но не думаю, что ошибусь. Тебя пригласят в какое-то место, заранее подстрахуются и предложат передать книгу. Ты, понятно, не согласишься на их условия и захочешь справедливого обмена. В ответ тебе пришлют часть тела, вернее всего, руку кого-то из твоих близких. Ты в порыве благородства поскачешь, куда нужно. Дальше рассказывать?
        - Не надо. И так все ясно.
        Лич изуверски молчал.
        - Что предлагаешь?  - поняв, что от меня ждут вопроса, пошел я на поводу у нежити.
        - Есть пара идей. Но мне нужна твоя откровенность. Ты же уже успел привыкнуть к принципу обмена этого мира?
        - Задолбал ты, Саймол. Я тебе в третий раз говорю, я родился здесь. Понимаешь? Родился. Хочешь подробностей про то, как появилась память? Обратись к эль Варуху, может, он что-то расскажет о плетении, которое у меня было.
        За время путешествия Саймол, Дайлон и Нирт уже раз пять пытались вынудить меня тем или иным путем к откровенности. Интересовало их два вопроса: первый  - появление памяти и второй  - смерть лича. Предполагаю, что и на тот, и на другой они знали ответы, но им нужна была стопятидесятипроцентная гарантия. Нежить мне стала напоминать следователей из сериалов: мнят себя прям наикрутейшими, а по факту даже гоблин им уже готов был всадить нож в спину и просто ждал взмаха моей руки. Слабостью в логике личей было самомнение  - они тупо считали меня тупым. Мелькало ежедневное желание убрать их, но внутреннее чутье говорило, что не все так просто, и я старался использовать их подкаты в своих целях. Но старался  - не значит получалось. Наши взаимоотношения походили на шахматы  - они пытались выведать у меня уже известное им, я  - то, что не мог понять. И при таком раскладе партия складывалась отнюдь не в мою пользу.
        - Так и будешь играть в молчанку?  - начал я в очередной раз давить лича.  - Ты вроде говорил, что мы вместе? Да и я понимаю, что мы тебе нужны.
        - Ты точно хочешь услышать ответ?
        - Конечно. Если для тебя это непонятная игра, то для меня  - жизнь родных.
        - Ты проиграешь.
        - Но вы-то нет.
        - Мы  - нет.
        - Знаешь, Саймол, а ты изменился с того времени, как вышел из Темных.
        - Ты не прав, это твое мнение изменилось, а не я. И в этих изменениях ты можешь корить только свой разум, и никого более.
        - Я не знаю, что еще придумать,  - подъехал я к Элю и Серому.
        - Были бы живые, предложил бы напоить,  - ответил Серый.
        - Попытаться можно, тело ведь все равно завязано с разумом.
        - Не знаю,  - ответил эльф.  - С ними не уверен, да и не станут.
        - Там большое село,  - подъехал к нам Храм.  - Может, переночуем нормально? Наверняка трактир есть.
        Сначала я хотел отвергнуть идею орка, к тому же это предложение звучало у каждого более-менее большого села. Но задумка если не напоить, то расслабить нежить будоражила.
        - Хорошо. Сейчас съезжу, узнаю, есть ли трактир и свободные комнаты.
        Моя фраза явно произвела впечатление на спутников, поскольку обычно я отвечал: «Ага, только потом вырежем всю обслугу, чтобы не разболтали о постояльцах».


        Село было средненьким и по размеру, и по состоянию трактира. Трактирщик лениво посмотрел на меня, и тут же его взгляд оживился. Конечно, промокший путник в доспехе от лучших кутюрье гномов.
        - Чего изволите?
        Я был далеко не первый раз в подобных заведениях, но раньше не слышал такого подобострастия.
        - А сколько у вас комнат?
        - Семь. Все двухместные.
        - Дополнительные кровати в комнатах поставить можно?
        - Извините, господин, но нет.
        Тут в местную таверну ввалились Эль и Шивак. У корчмаря глаза резко полезли на лоб.
        - Ну как?  - Эльф бросил короткий взгляд на пару местных выпивох, занявших дальний столик.
        - Не очень,  - ответил я.  - Мест всего четырнадцать, не хватает.
        - Может, уважаемый владелец досточтимого заведения найдет еще одно место, а Торку на сеновале поместим?
        - Он тоже живой, и, если не организует еще два места, поедем дальше. И цену за комнаты не снизит на четверть.  - Я многозначительно глянул на корчмаря.
        - Как соизволят господа, а тюфяки вместо кроватей подойдут?  - произнес владелец трактира, явно подсчитывая барыши.
        - Ну тогда пошлю Сойсу, чтобы наши заворачивали?  - спросил Эль.
        Я кивнул. Эльф, открыв тяжелую дверь заведения, нырнул в возобновивший свою тоскливую мелодию дождь. Через меру мы вчетвером, включая ввалившегося в трактир в прямом смысле этого слова орка, уже сидели за столом.
        - Гномьей настойки всем за нашим столом и свинины на вертеле,  - зычно прорычал Храм.
        Корчмарь молча исчез в проеме кухни.
        - Ох ты,  - выдохнул орк,  - сотню кругов не чувствовал себя в нормальной обстановке.
        - Вот уж никогда бы не подумал, что соглашусь с зеленомордым,  - поддержал орка вернувшийся Эль.
        Храм рассмеялся на слова, в другой компании считавшиеся бы оскорблением. После второй кружки настойки  - наливали, понятно, понемножку  - по озябшему телу стало растекаться тепло. После третьей в дверях появилась неприятность, ну не могут Ровные без приключений.
        Исварский десятник ввалился в двери досточтимого заведения с парой воинов и что-то начал тихо говорить хозяину. Тот, косясь на нас, по всей видимости, отказывал, но десятник достал из своего тубуса листок и помахал им перед лицом корчмаря.
        - Сволочь, на наши места метит,  - озвучил мои мысли орк.
        - Что делать будем?  - более здраво расценил настрой десятника Эль.  - Может, развернуть наших, пока не поздно?
        Но было уже поздно. Нейла скользнула сквозь щель в дверях, стараясь (при этом без эффекта) не привлекать внимания воинов.
        - Там их около полутора десятков,  - скороговоркой произнесла она.  - Наши уложили нескольких и остальных держат под прицелом.
        Десятник в это время уже направлялся к нам.
        - Насмерть?  - спросил я Нейлу.
        - Нет пока…
        - Что, кроме тебя, некого было послать?
        - Личей? Или темных…
        - Сядь,  - видя приближение воина, прервал я ее.
        О том, что произошло снаружи, оставалось только догадываться.
        - Тут у нас возникло некоторое недоразумение,  - начал молодой, чуть старше меня, десятник с явными признаками одаренного,  - вы не могли бы слегка потесниться в комнатах и предоставить место исвидам?
        - Присаживайтесь,  - елейным голосом произнес Эль,  - нам, похоже, есть что обсудить.
        Десятник без малейшего подозрения присел на свободный стул.
        - Сидеть,  - рыкнул Храм на попытавшихся покинуть заведение местных.
        - Можно поинтересоваться, кто такие исвиды?  - стараясь смягчить разговор и успокоить напрягшегося после рыка орка десятника, спросил я.
        Пара исварских воинов при этом уже разошлась в стороны и взялась за рукояти мечей. Десятник одобрительно кивнул подчиненным.
        - Исвиды  - это специальные войска Исварского королевства,  - разъяснил он.  - Могу я поинтересоваться вашим именем?
        - Нориман эль Фаулен,  - представился я.
        Скрывать от исварца искру не было смысла  - он еще в дверях окинул нас магическим взглядом, так как его глаза на некоторое время остекленели. А вот представляться истинным именем не стоило, так как стычка, похоже, была неизбежна.
        - Так как насчет предложения?  - Десятник изучал мое лицо уверенным взглядом более сильного.  - И могу я взглянуть на ваши документы?
        - Э-э-э…
        - Ролт эль Маа,  - понял мое затруднение исварец.
        Дверь трактира открылась, и в зал вошел Саймол. Лич, подойдя к стойке, заказал пиво и, облокотившись, наблюдал за нами.
        - Многоуважаемый эль Маа, дело в том, что мы послы объединенных эльфийско-гномьих войск и спешим на встречу с представителями Гарда Первого. С нами также послы орочьих степей. Но поскольку едем мы инкогнито, то, соответственно, документы предоставить не можем.  - Я нес явную ахинею и тянул время. Мозг лихорадочно выискивал возможность бескровно разойтись с исварцами.
        Сказать, что у десятника отпала челюсть, значит, ничего не сказать. Он на некоторое время был выведен из состояния здравомыслия.
        - Уважаемый эль Фаулен, могу я пригласить представителя края гоблинов на ночлег,  - решил, похоже, окончательно свести десятника с ума Храм.  - Стражи,  - кивнул он головой на Нейлу,  - докладывают о гневе вождя кланов.
        - Конечно,  - ответил я явно издевающемуся орку.
        - Подождите,  - остановил исварец Храма, похоже, до него начало доходить, что над ним смеются.  - Какие послы? Документы должны быть. В противном случае я вынужден буду задержать вас.
        Десятник зыркнул на своего воина, тот тут же направился к двери. Поскольку лич даже не шелохнулся, я сделал вывод, что за дверью  - комитет по встрече.
        - Владыка, он досаждает вам?  - пафосно произнес Саймол за спиной десятника.
        Глаза у лича даже не смеялись, в них плескался хохот.
        Десятник вскочил и, судя по жесту руки, попытался воспользоваться магией, но по какой-то причине у него ничего не вышло. Его воин тут же оказался рядом. Храм и Эль, вскочив, выхватили клинки. Шиваку даже выхватывать ничего не пришлось, его топор стоял у стола. Нейла направила на мага жезл, по стечению обстоятельств жезл в ее руках оказался темным. Я попытался поставить «щит», но, как и у исварца, у меня ничего не вышло. Саймол подмигнул мне, держа в руках шар черного цвета. Я просто не представляю, что творилось в этот момент в голове десятника, так как даже на меня отсутствие магии подействовало несколько, мягко говоря, обескураживающе. А у него еще и мысли о послах-владыках наверняка вертелись в голове.
        - Уберите меч и сядьте обратно,  - первым нарушил молчаливую паузу Эль.
        - Да кто вы такие?  - Десятник косился на дверь.
        - Ваши воины пока не могут войти,  - угадав мысли исварца, сообщил лич.  - Присядьте. Поговорите с владыкой. Он ждет. Скажу вам по секрету,  - заговорщицки прошептал Саймол,  - оголившему против него клинок, руки в прошлый раз пришлось выращивать.
        Лич лениво откинул плащ за спину и медленно вынул свой клинок.
        - А может, сразимся  - ты и я,  - подмигнул он исварцу.  - Я давно не развлекался с живыми. Не вмешивайтесь.
        Последняя фраза была брошена нам. Саймол обошел стол, находящийся между ним и исварцем. Десятник слегка отступил в сторону, чтобы не оставлять нас за спиной. Первым начал лич. Он не бился на мечах и не фехтовал, он  - танцевал. Кончик клинка, казалось бы только что неподвижный, сделав несколько маятниковых движений, резко обрушивал колющий удар на соперника. И когда до столкновения стали оставались считаные доли удара сердца, меч лича менял траекторию и успевал ударить по мечу исварца совсем не с той стороны, заставляя последнего продолжить свой отбивающий удар несколько дальше, что раскрывало его то с той, то с другой стороны. Тому, как работал мечом лич, надо, наверное, очень, очень долго учиться. Но ладно  - учиться, надо было иметь силу, не меньшую, чем у Храма. Движения ускорялись. Оба перешли на повышенное восприятие. Чтобы следить за схваткой, мне тоже пришлось войти в состояние одаренного. Бились они не больше пары мер, в течение которых десятнику не давалось на отдых даже удара сердца.
        - Саймол, не убей,  - произнес я тихо, чтобы не сбить концентрацию нежити.
        Как ни крути, а он ведь на нашей стороне.
        - Хорошо,  - послышался спокойный голос лича.
        Во время одного из отбитых в сторону выпадов десятника Саймол сделал шаг вперед, и гарда его меча, имеющая защитный щиток в форме трех извивающихся змей, промелькнула мимо лица исварца, заставив слегка отклониться назад. И тут же кулак лича с размаху врезался в ухо десятнику.
        - Хватит,  - острие клинка Саймола прижалось к шее исварца,  - брось.
        Десятник разжал пальцы, и меч глухо упал на пол.
        - Ты тоже.
        Несмотря на то что Саймол даже не повернул головы, воин, как и мы наблюдавший за боем, аккуратно опустил меч на пол.
        - Вынимай кинжал и садись за стол.  - В голосе лича прозвучал металл.
        Резкий, привыкший повелевать голос сильного. Воина Саймол заставил сесть за стол к местным, а сам устроился за нашим столом. Мы, опомнившись, но не убрав оружие, расселись по местам. Правда, Храму пришлось придвинуть еще один стул.
        - Я, к сожалению, прослушал ваше имя, эль Маа,  - обратился Саймол к десятнику.
        - Ролт.
        - Так вот, Ролт. Там у тебя полтора десятка воинов мокнут. Нас немного больше  - как по численности, так и по качеству. Я понимаю, что у тебя трое одаренных и несколько воинов с егерскими плетениями. Но дело в том, что, если не брать во внимание трех наших магов, сидящих здесь, за дверью еще два очень, повторюсь, очень сильных боевых мага. Кроме того, в отряде эльфы и гномы. Мы сомнем твоих мер за пять. У меня есть предложение. Сейчас твои воины сложат оружие и пройдут в подвал данного заведения, а завтра вы продолжите свой путь. Ты прекрасно посидишь с нами за столом, и все будут счастливы.
        - Это недостойно воинов.
        - Ты молод. Расскажу тебе, что выйдет, если ты не согласишься. Сейчас умрешь ты, потом  - тот храбрый воин. Мы допьем напитки, выйдем на улицу и перебьем оставшихся. Если ты надеешься на сейшу, то у нас и тут есть противовес, даже два. Мне стоило значительных трудов не допустить бойни.
        - Я должен убедиться в правдивости твоих слов.
        - Конечно. Но перед выходом реши, что будешь делать, если я сказал правду. Храм, останься здесь, если начнется…
        - Понял.  - Орк встал, подошел к столу местных, за которым сидел исварский воин.
        - Норман, поддержишь наших в случае чего? Я с этим и один справлюсь.
        Я молча встал и пошел к двери, сменив по дороге меч на жезл. Потом вспомнил, что магия не работает, и вернул все обратно. Нейла, Эль и Шивак молча шли за мной.
        При выходе нас чуть не приложил плетением Дайлон. На улице моросил дождь, превращавший сумерки практически в ночь. Во дворе, освещаемом светом, льющимся из окон первого этажа трактира, построившись в оборонное кольцо, ждали исварские воины. Вокруг них стояли наши. Около ворот лежала пара исварцев, к головам которых один из гномов и  - кто бы мог подумать  - Торка приставили клинки. Гоблин держал кинжал, но суть не в этом.
        Около выхода лежал выбежавший из трактира воин.
        - Жив?  - кивнув на него, спросил у Дайлона.
        - Да.
        За кругом воинов виднелись наши питомцы и незнакомая сейша, застывшие напротив друг друга. Мне было плохо видно, но, по-моему, животные не особо напрягались. Пуш послал мне волну умиротворения. По-другому и не знаю, как охарактеризовать. Но я его прекрасно понял, все под контролем. Я мысленно охватил стаю, стараясь, чтобы они почувствовали меня. Ощутив потоки магии, левой рукой вынул жезл.
        Мы тут же разошлись в стороны, укрепив наши ряды. В углу двора сгрудились испуганные лошади исварцев.
        Через меру дверь трактира открылась, и оттуда вышли десятник и Саймол.
        - Воины!  - Голос лича, несмотря на шелест дождя, звучал зычно.  - Мы ценим вашу храбрость, но сегодня сила на нашей стороне. Мы понимаем, что кровопролития в случае битвы не избежать и нам. Предлагаем сложить оружие на эту ночь. Утром заберете его.
        - Может, мы просто уйдем?  - робко прозвучал голос из круга.
        - И вернетесь с подкреплением?
        На некоторое время повисло молчание.
        - Решайся,  - подтолкнул Саймол десятника.
        - Какова гарантия ваших слов?
        - Ты все еще жив.
        - Сложить оружие,  - немного помедлив, произнес исварец.
        - Дай команду кошке, а то они так и простоят всю ночь.
        - Лемария!  - Крик исварца наверняка был подкреплен мысленной командой, о содержании которой оставалось только догадываться.


        Исварцев, кроме мага, как и предполагалось, поместили в подвале трактира. Поскольку там находились бочки с вином, Дайлон в качестве компенсации щедро сыпанул трактирщику золота, разрешив исварцам пить напитки. Хотя, мне кажется, они и так воспользовались бы запасами. Я ненароком оказался рядом, когда Дайлон возмещал испуганному трактирщику расходы. И все бы ничего, но взгляд зацепился за браслет, украшенный камнями, и связку женских колец, выпавших из кошелька-мешочка нежити. Не так уж много я видел украшений в последнее время, чтобы не узнать драгоценности из клада, найденного нами в Темных землях.
        - Красивый браслетик.
        - Согласен.  - Дайлон скользнул по мне взглядом.
        - Где продают такие?
        - Подарок,  - сухо ответил лич.
        - Мм.
        Развивать тему я не стал. Дайлон отошел от стойки трактирщика.
        Наши веселились. Нормальная еда, над которой трактирщик и повариха со служанкой трудились не покладая рук, теплое и светлое помещение, купальня (их в номерах оказалось четыре), ну и, конечно, гномья настойка и вино. Двери в трактир закрыли. Хозяин в ультимативной форме был уведомлен, что заведение сегодня работает только на нас. Возражать он не стал. Побоялся. Даже наш Торка гордо восседал за отдельным столом, пытаясь воспользоваться вилкой.
        Я сел за стол с Серым, Нейлой, Храмом и Элем. Шивак с Лейкой устроились за столом гномов.
        - Чего хмурый?  - Храм грыз свиное ребрышко.
        Хотя нет  - ребрище.
        - Да так. Ты вот мне скажи, вы же с Шиваком присутствовали при том, как делили сокровища?
        - Ухм,  - утвердительно кивнул орк, не отрываясь от своего занятия.
        - А помнишь, такой браслетик был с красными камнями?
        - Да.  - Орк отпил из пивной кружки.  - Его Шивак хотел для Лейки забрать, но, когда гномы оценили, предпочел другие украшения. Дорогая вещь.
        - А кому досталась?
        - Кому-то из уехавших эльфов, по-моему, как раз твоему кровнику. Так что не получится у тебя браслет достать. Для Нейлы хотел?
        - Нет.
        - А что, я не достойна?  - Нейла по-детски выгребала на край тарелки зелень из рагу.
        - Не перебивай старших.
        - А ложкой?
        - Не перебивай, говорю. Я только что видел этот браслет у Дайлона.
        На некоторое время повисло молчание.
        - Ну,  - Эль выковыривал палочкой мясо из зубов,  - считай, одной проблемой у тебя меньше  - врагом Дома тебе пока стать не светит.
        - Интересно  - зачем?  - проурчал Храм.
        - Вот и мне интересно.  - Я пододвинул свой горшок с бульоном поближе, а то, похоже, ребрышко у клыкатого в руках как раз оттуда.
        - А может, эльфы так рассчитались за твое убийство?  - выдвинула теорию Нейла.
        - Ну да, нежить, имеющая все богатства Элискона, решила поработать убийцами,  - с сарказмом произнес Эль.
        - Сам тупой. Я просто предположила. Давайте у них спросим.
        - Можно и спросить.  - Храм оглянулся, ища взглядом личей.
        - Ладно, не горит.  - Я, взяв ложку и выпив налитой в небольшую кружку настойки, принялся за наваристый бульон.
        - А нежить-то пленного окучивает.  - Храм, отыскав личей взглядом, наполнил из кувшина свою кружку.
        - Вот и сходил бы, послушал. Ты же уже наелся.
        Храм грузно встал, направился к дальнему столу, не забыв прихватить кружку.
        - Я, пожалуй, тоже послушаю,  - поднимаясь, уведомил нас Эль.
        К нашему столу подошла Лейка и что-то прошептала на ухо Нейле.
        - Больше двух  - говорят вслух,  - с серьезным видом укорил я орчанку.
        Женское сообщество нашего разношерстного отряда не давало расслабляться. Мало того что Лейка, хоть и отпиралась, была в курсе желания Нейлы последовать за нами (на ее вьючной неведомым образом отыскалось часть вещей моей любимой), но и по пути они постоянно что-то отчебучивали. То на охоту с питомцами смоются, то на какой-нибудь «красивый холм» решат съездить вдвоем. А начиналось все обычно вот так, с шепотка на ушко.
        - Тебе неинтересно.
        - Вы мне еще про сугубо женское расскажите. Мне очень даже интересно.
        - Да в купальню зову.
        - Ну-ну, вдвоем пойдете?
        - Почему вдвоем? Тебя с собой позовем. Ты только с Шиваком договорись.
        - Что с пленными будем делать?  - спросил Серый, когда девчонки убежали.
        - Сам устал думать. Может, перед отъездом запереть их вместе с трактирщиком в подвале, а трактир закрыть? Все же какое-то время выиграем.
        - Часть, в лучшем случае две.
        - Значит, вынести из подвала все, чем могут выбить дверь.
        - Ага. Полночи сейчас грузчиками работать будем. Может, в заложники кого-то взять?
        - Да тоже не выход. Когда сообщат основным войскам, за нами точно охота начнется. Пойду послушаю. Может, что-то дельное в голову придет. Хотя бы узнать, где войска.


        - Присаживайся, Норман,  - отодвинул для меня один из стульев Саймол.
        - С тобой только секреты хранить. Я же другим именем ему представился,  - кивнул на десятника.
        - Да ладно. Хороший парень.
        Судя по взгляду исварца, он о нас думал почти так же.
        - О чем беседуем?
        - Пытались секреты расположения войск выведать. А Ролт, как истинный воин, нам рассказал. Правда, в его словах чувствуется некая недоговоренность, а порой даже обман. Так что просто беседуем ни о чем.
        - Я бы на его месте так же поступил. Может, хотя бы об общей ситуации расскажешь? Кто кого?
        - А то вы не знаете?
        - Да знаем, бывает, кто-то из селян или беженцев попадается. Но как-то их точка зрения мрачновата. Да они селяне, что с них взять.
        - Старки нас теснят. Часть светлых после того, как орден в Исварии признали незаконным, перешла на их сторону. На прошлой десятине поползли слухи о подготовке орочьих кланов к войне. Если это так, Исварии больше нет.
        - А если орки не выступят, тогда как?
        Исварец замолчал.
        - Если уж в армии нет веры, плохи дела,  - правильно расценил его молчание Нирт.
        - Еще налить?  - спросил исварца Дайлон.
        - Спаиваете, чтобы потом прирезать? Сами не пьете.
        - Как не пьем,  - оторвавшись от кружки, прорычал орк.  - Или с нами пить честь не позволяет?
        - Да с чего ты решил?  - проигнорировав слова орка, ответил десятнику Саймол.  - Обещаю, вы будете живы и свободны завтра утром. Ну а мы не пьем, потому как личи не пьянеют.
        Новость о неживой сущности собеседника не удивила десятника, следовательно, он уже знал об этом, ну или догадывался. Но его губы перекосило полуулыбкой, мол, не рассказывайте мне легенды.
        - Откуда такое недоверие?  - правильно понял мимику исварца Саймол.
        - Вы рассказываете о себе слишком много для того, чтобы оставить меня в живых. Я жалею о том, что поддался уговорам и не вступил с вами в бой.
        - Раз ты нам не веришь, почему бы не выпить?  - Дайлон взял кружу десятника и налил в нее вина.  - Поверь, убить мы тебя и так убьем, если, конечно, захотим.
        Исварец отхлебнул из кружки.
        - Кто вы такие?
        - Мы темная рать, идущая наказать одного, а может, и многих…
        - Саймол,  - прервал я разоткровенничавшегося лича,  - может, действительно хватит?
        - А это наш предводитель Норман эль Ровен.
        - Саймол!
        - Ладно. Все, все.
        - Знавал я одного Ровена,  - как-то вяло стал говорить исварец,  - вместе служили. Того, правда, Алехаром… как-то плохо мне…
        Голова десятника стала медленно клониться вниз. Он неловким взмахом руки смел все стоявшее на столе и через пять ударов сердца заснул.
        - Хорошая штука,  - первым опомнился Храм.  - Плеснешь мне?  - задал он вопрос Дайлону.
        - Надеюсь, не придется.
        - Что с ним?  - спросил я у личей.
        - Вроде спит,  - ответил Нирт.
        - Я серьезно.
        - Без усыпления сложно подтирать память. Или ты хотел их… того?..
        Я не ответил, но к лицу прихлынула кровь.
        - Да парень-то растет,  - засмеялся Саймол.  - И что, ты был готов на это?
        - Проскользнула мысль.
        - Ладно, поможешь его в комнату отнести?  - спросил Нирт у Храма.
        - Конечно.  - Орк взвалил тело десятника на плечо.
        - Я бы на твоем месте,  - обратился ко мне Нирт,  - озадачился их сейшей, как бы она к утру армию не привела.
        - Уже,  - ответил я ему.  - Пуш и Руча работают.
        - Убьют?  - усмехнулся лич.
        - Нет, мне сообщат,  - ответил я,  - хотя в аварийном варианте дал добро и на это. Дайлон,  - я решил выяснить сразу все вопросы,  - а что случилось с эльфами, уехавшими от нас?
        - Ты точно хочешь знать?
        - Зачем ты их?  - слегка замявшись, сформулировал я вопрос точнее.
        - Дома эльфов общаются со светлыми,  - ответил Саймол.  - Могло выйти так, что Аргеен узнал бы о нас гораздо быстрее, чем мы добрались бы до него. А это значит провалить как ваши, так и наши планы.
        - А вот так же  - память подтереть?
        - Я тебя не понимаю. То ты дружественные войска хочешь под меч пустить, то врагов жалеешь. Да и как ты себе это представляешь  - стереть память о десятках кругов в Темных землях? Или с того момента, как они вышли из Темных земель? Заснул разумный в одном месте, а проснулся в другом?
        - А где исварец?  - подбежала к нам Нейла.
        - Спать пошел,  - ответил ей Эль.
        - А зачем он тебе?  - спросил я.
        - Понравился,  - пожала она плечами и, круто развернувшись, лавируя между столами, направилась в сторону лестницы.
        - Задумали что-то,  - равнодушно произнес эльф.
        - Да вижу,  - ответил ему.  - Саймол, а что с силой?
        - Забыл.  - Лич отстегнул от пояса шар и повернул окаймляющую верхушку серебряную вязь.  - Амулет из дворца,  - пояснил он.
        До этого не ощущал, но теперь словно из-под одеяла на свежий воздух вылез. Я перешел на магическое, обычных ниточек силы не было видно.
        - Мер через пять появятся,  - успокоил меня Саймол.
        - Это на всю силу так действует?
        - Нет. Ману не может перекрыть, во дворце для этого другие амулеты. Ладно, пойдем, Дайлон, поможем с исварцами. Ты усыпил тех, в подвале?
        - Угу.
        - Саймол!  - окликнул я уходящего лича.
        - Что?  - обернулся он.
        - Там у десятника об Алехаре, если сможешь, ну это…
        - Родственник?
        - Брат.
        - Постараюсь.
        - Интересно, а нам они ничего не подтирали?  - Эль отхлебнул из кружки Храма.
        - Двояко звучит. Даже не знаю теперь. Уж больно просто у них все. Вот сижу, соображаю, нет ли провалов в памяти.
        - И я тоже. Пойду в уборную схожу, заодно второй вариант двоякости проверю.
        Я кивнул.


        Нейла к моему возвращению уже спала, будить не стал. Обошел Лейку, посапывающую на полу. Улегся рядом с любимой, не раздеваясь, обдумывая события вечера. Никогда бы не подумал, что стану тосковать по тому времени, когда бегал от светлых. Там все казалось понятным: за спиной они  - надо бежать. Тогда отец был рядом. А теперь? Иду вместе то ли с друзьями, то ли с врагами. И иду  - тоже не очень понятно куда. Команда, конечно, сильная, но несработавшаяся. Ладно хоть гномы с эльфами нормально общаются. Как там, интересно, наши? Как отец, дед, Софья? Рано, конечно, задумываться, но разговора с Софьей я боялся. Знал, что она все поймет, но все равно боялся. Я не заметил, как за раздумьями меня одолел сон.
        Проснулся от поцелуя в нос:
        - Вставай, соня.
        - Уже пора?
        - Нет. Но тебе бы вымыться не мешало,  - прошептала Нейла.  - Я воду с вечера попросила наносить. Сейчас уже холодная, но от тебя запа-а-ах. Будто ты пару недель с лошади не слезал. Амулет ароматический заведи, что ли.
        - Обязательно заведу.  - Я сел на кровати.  - А где купальня?
        - Вон дверь.
        В купальне было темно, и я зажег «светляка». Вода действительно оказалась холодной и резко согнала остатки сна. Только залез в кадку, в щель двери просунулся ножик и поддел вверх крючок. Я на всякий случай приготовился выпрыгнуть. Дверь приоткрылась, и в купальню проскользнула Нейла.
        - Там же Шивак и Лейка за дверью!
        - Когда это тебя останавливало, лупоглазик? Расслабься, я не за этим, ты еще грязный. Хотя обидно. Очень. Я тебе отомщу. Мне поговорить с тобой надо.
        - Ну давай.
        - Пушу нравится та сейша.  - Нейла многозначительно замолчала.
        - И?
        - Давай заберем.
        - Это как?
        - Я вчера порасспрашивала. Самым знающим оказался Нирт. Говорит, маги управляют сейшами ментально, но без амулета-ошейника не могут. Сейши в основном убегают, если снять ошейник.
        - Утром они проснутся и не найдут ее? Да?
        - Нирт то же самое сказал и отказался дать мне амулет, которым усыпили исварцев в подвале.  - Нейла туманом силы колдовала над моим лицом, вернее, над его опаленной частью.
        - А зачем он тебе?
        - Она так к себе не подпустит.
        - Замечательно. Освободить животное, которое к себе не подпускает. Зачем?
        - А дальше пусть Пуш разбирается.
        - Как-то глупо. Рисковать нашими жизнями ради неопределенной цели.
        - А при чем тут жизни?
        - Ну исварцы же искать начнут. Следы смотреть. А за нашей командой видела, какая забавная полоса идет? Тут тебе и лошади, и коляска, и хасан, и сейш, да еще и гоблин босиком носится. Вмиг заинтересуются. Я уж не говорю про запахи.
        - Ну так я и предлагаю тебе сделать это не сегодня, а следующей ночью.  - Нейла намылила чем-то тряпичную мочалку и начала меня мыть. По телу растеклась волна блаженства.
        - Что в воде?  - спросил я.
        - Так, эликсирчик один. Расслабляет, правда?
        - Забавно. Ты помнишь, куда мы идем?
        - Конечно. Поэтому мы останемся и проследим за воинами. А основной отряд пойдет дальше.
        - Обычно ты меня о таких вещах не спрашивала. Что изменилось?
        - Надо становиться семьей, а то чего это я все одна решаю!
        Я усмехнулся, за что тут же получил щелчок по носу.
        - Ну чего ты как старый дед? Давай повеселимся.
        - А теперь выкладывай настоящую причину.
        - Что я, не вижу, что за мной круглосуточно следят? И ведь не соглашаются ни на что! Да и сонный амулет тебе проще выпросить.
        Я действительно дней пять назад назначил наблюдающих за Нейлой и Лейкой.
        - Не знаю, Нейла. Глупость какая-то.
        - Ну. Я и говорю, старец. Нам с тобой кругов-то? Самое то глупости делать. Вылезай, а то разомлеешь.
        Когда я вытер голову, Нейла уже стояла раздетая. Свет «светляка» падал на ее идеальную фигурку сбоку, тени несколько загадочно прикрывали сокровенную часть тела, при этом из полумрака выступала небольшая правильная грудь с розовыми навершиями.
        - Здесь же негде.  - Не знаю, почему, я стал отнекиваться, хотя знал, что, даже если она сейчас попытается отказаться, у нее уже не получится.
        - Ничего, ты вон какой здоровый, подержишь.  - Нейла обхватила мою шею руками.



        Глава 19
        Сейша

        - Магистр,  - осадил воин коня,  - там около двух сотен, половина  - конные. Маги есть. Встали боевым порядком и флаг переговоров выкинули.
        - Разведку в стороны посылай.  - Римик из доброго дядюшки, треплющегося по мелочам, вмиг превратился в жесткого военачальника.  - Разворачиваемся в лес. Сальвен, забери вещи из кареты. Рыжий, возьми троих на хороших лошадях и выезжай как бы на переговоры. Поймешь, что ловушка  - уходи. Твоя задача  - протянуть время. Потом уйдешь влево. Встретимся у Безлесой, не будет нас  - сами доберетесь до Озерной.
        - Соглядатаи,  - рысью выехал воин из леса.
        - Разворачиваемся назад.
        - Взял бы да в бой вступил.  - Савлентий, спешившись, жевал травинку.
        Маг гневно глянул на деда, но ничего не сказал. Колонна, развернувшись, начала двигаться назад.
        - Чего стоишь? Садись, поехали.
        - Отпусти нас. Мы ведь обуза для тебя. Ты же сейчас не убегаешь, а место для боя ищешь.
        - Умру я  - умрут они.
        - Узнаю ушастого.
        - Савлентий!
        - А что ты мне сделаешь? Тоже убьешь? Вот останусь здесь и помогу исварцам. Они еще войска подтянут, когда узнают, кто здесь.
        Римик проверил амулет, завязанный на пояса пленных.
        - Только попробуй, ты их ненадолго переживешь.  - Дед, прищурившись, смотрел на Римика.
        - Я не тот юнец, которого ты…
        - Поехали,  - вскочил в седло Савлентий, не дослушав магистра,  - юнец недоученный…
        Воины первых десятков, растянувшись, перешли на галоп, а конец отряда только-только начинал двигаться шагом. Пленных поставили в центр колонны.


        Собирались затемно, чтобы местные жители нас не разглядели. Напиться из наших почти никто не напился. Почти  - это Храм. Того разбудили утром в общем зале. Понятно, Шивак не дал пропасть другу и выделил из своих запасов антипохмельного мха. Хотя зря он его расходовал. Мер через пять у орка глаза уж очень характерно заблестели. Собирались быстро, но пришлось немного задержаться, перетащить сонных исварцев из подвала в зал  - для достоверности. А то, очнувшись в подземелье, могут заподозрить неладное. При выходе со двора трактира столкнулись с объектом освобождения от гнусных исварских войск. Сейша оскалилась. Белые зубы на черной морде в полумраке забрезжившего рассвета смотрелись эффектно. Пуш и Руча, разделившись, стали обходить кошку по бокам. На сейшу смотрело сразу три жезла. Животное находилось в шаге от гибели. Но на то оно и разумное, чтобы понять, на чьей стороне перевес сил. Лениво, не уронив гордости, она отошла в сторону. Мы уже почти выехали из села, когда Нейла вдруг развернула лошадь и помчалась обратно. Понятно, за ней развернулся и я. Судя по топоту копыт, еще с десяток наших
неслись сзади.
        Чуть ли не свечкой взвив лошадь около трактира, моя любимая спрыгнула и забежала в ворота. Я так красиво не смог бы. Когда вынул ногу, застрявшую в стремени, и вбежал почти одновременно с Храмом во двор, увидел довольно странную картину. Нейла держала за подбородок кошку и смотрела ей в глаза. У меня возникло чувство дежавю. Это уже потом память нарисовала первую встречу Нейлы и Кассары. Да что же с тобой делали эти твари в академии?
        Сейша, словно дрессированная собачка, села. Когда я хотел подойти, Нейла махнула рукой останавливая. Говорить, а уж тем более кричать я боялся  - вдруг кошка начнет нервничать? Если бы не Нейла, заслоняющая ее, я бы снес сейше голову. Уверен, смог бы. Меня переполняли страх за любимую и настолько же сильная ненависть к угрожающему ей зверю.
        - Кто-нибудь разбирается в плетении ошейников?  - взявшись за широченную кожаную полосу на шее сейши, спросила она.
        - Могу посмотреть,  - раздался сзади голос Нирта.
        - Иди, только плавно.
        Лич возился мер десять, после чего в его руках осталась снятая лента ошейника, увешанная десятком медных пластин и несколькими камнями.
        - Только у нее на голове тоже плетение,  - сказал Нирт,  - быстро не разберусь.
        - Снимай.
        - Мер через пятнадцать начнут просыпаться исварцы. Не успею.  - Лич повернулся к нам, ища поддержки, и, не мигая, уставился на меня.  - Ты это, Нейла, давай уговаривай ее пойти в лес, там посмотрим,  - не отводя от меня взгляда, произнес он.  - И с Норманом поговорила бы.
        - Попробую.  - Нейла повернула голову к личу, увидела меня и вдруг, отпустив кошку, стала приближаться.  - Все хорошо, Нор, она меня не тронет.
        Нейла медленно шла ко мне, успокаивающе подняв руки.
        - Убери «огонек».  - Интонация у нее при этом была, словно она разговаривала с полоумным или ребенком.
        Я посмотрел на свою руку, чтобы понять, о каком «огоньке» идет речь. Над ладонью светился огненный шар с полметра в диаметре.
        - Сними плетение.
        - Не получится,  - раздался голос Дайлона сзади,  - он уже не сможет. Выкинь куда-нибудь.
        Я посмотрел на все еще сидевшую сейшу. Нейла проследила за моим взглядом и заслонила собой кошку:
        - Не надо, Нор. Она не виновата. Я больше так не буду.
        Руки были словно свинцовые, когда я бросал «огонек». Сознание практически сразу стало меркнуть.
        - Бегом отсюда,  - услышал я голос Храма.
        Очнулся где-то в лесу. Волосы кто-то теребил.
        - Вот ведь маги,  - ворчал орк,  - такую броню сжег!
        - Я не хотела, Храм,  - послышалось откуда-то из-за моей головы.
        - Головой думать надо. Не муж, так хоть я, может, в тебя это вобью. Будешь у меня учиться мечному бою. Он как ничто другое приучает к выдержке.
        - А чего ты о броне переживаешь, тем более кожаной,  - послышался откуда-то певучий голос Эля,  - бок не жалко?
        - Бок заживет. Вон когда-то даже руку вырастили.
        - У тебя что, руки не было?  - спросил Саймол.  - Расскажи…
        Нос безумно чесался. Я попытался потереть его рукой, но, ткнув в лицо ладонь, понял, что пальцы ничего не чувствуют. Немного отодвинув от глаз ладонь, с удивлением увидел повязку, очень напоминающую варежку.
        - Очнулся!  - вскрикнула Нейла и тут же нависла надо мной.
        - Еще бы не очнулся, столько силы влили.  - Из-за головы Нейлы показалась фигура эльфа.  - Давайте в коляску, и дальше.
        - Дай хоть осмотреть.
        - Эль прав,  - возразил Саймол.  - Вон гоблин скачет, наверняка они уже близко.
        С неба на лицо упали первые мелкие капельки. Судя по размеру нависших туч, дождь будет затяжной и нудный.


        Двуколка, раскачиваясь на кочках еле различимой дороги, слегка поскрипывала. Руча бежала рядом. Вымокшая, она имела весьма жалкий вид, хотя, судя по ее веселому бегу и попыткам поймать пастью капельки, дождь не приносил ей никаких неудобств.
        - …Ну и после того как ты кинул свой «огонек» прямо в конюшню,  - журчал виноватый голос Нейлы, рассказывая о том, что я успел пропустить,  - половины ее практически не стало. А там лошади…
        Осознав, что в их гибели, в принципе, виновата она, Нейла проскочила этот момент.
        - Тут Храм закричал, чтобы мы садились на лошадей, а сам взял тебя на руки и, перекинув через седло, поскакал. Когда я повернулась, сейши уже не было. В лесу остановились, чтобы осмотреть тебя. У тебя руки обожжены, и каналы на ладони немного перегорели.
        - Немного  - это как?  - Внутри зазвенел колокольчик тревоги.
        - Ну-у… через десятины три-четыре, наверное, восстановятся… это на ладонях… На пальцах  - дольше.
        - Но восстановятся?
        - Не знаю…. Чего ты так волновался?  - перевела она разговор.
        Похоже, все серьезно. И как я теперь? Без магии?
        - То есть виноват-то я? За нами гонятся исварцы?
        - Да. Но их всего человек семь. Больше, наверное, лошадей не было.
        Сзади коляски послышался шлепок, сопровождаемый легким раскачиванием транспорта.
        - Торка,  - отмахнулась Нейла.
        - А чего это вообще со мной было?
        - Саймол говорит, что переволновался и все силы выпустил на «огонек», а когда искры стало не хватать, добавил жизненных.
        - Понятно. Есть вероятность, что я стану как Лекам?
        - Нет. С искрой ничего не произошло,  - успокоила меня Нейла,  - и все основные каналы целы, только на руках перегорели, слишком резко большой объем силы пропустил. В восприятие сможешь входить, как только наберешь маны. Да и должны каналы восстановиться со временем. Конечно, потом их расширять придется…
        - Что, плохо?  - с издевкой спросил обгоняющий повозку Нирт.
        - Есть немного.
        - Хочешь, лучше станет?
        - Конечно.
        Нирт наклонился и прямо на ходу умудрился влить в меня чуток силы. Сердце бешено застучало. В голове сразу прояснилось. По телу прошло приятное тепло.
        - Что ты сделал?  - спросила с удивлением Нейла, увидев мою реакцию.
        - Он темный, а вы его только светлой силой накачиваете,  - ухмыльнулся лич.  - Да и тебе неплохо было бы темной маны поднабрать, но я не дам  - самому мало.
        Лич пришпорил лошадь.
        - А где мой меч?
        - Вот.  - Нейла достала откуда-то из-за спины клинок в ножнах.
        - Там накопитель, полный темной маны.
        - Не такой уж полный,  - виновато произнесла она.  - Я сама брала и Серому подливала.
        - А где оборотень?
        - Сзади едет.
        - А что там Храм о броне и о боке говорил?
        - Ну, ты когда «огонек» сплел, напитал его настолько быстро, что и его немного подпалил.
        - Сильно?
        - Броня в уголь и руку обжег.
        - Пальцы чешутся.
        - Значит, заживают. Это хорошо.
        - Нирт!  - послышался крик Саймола.  - Пойдем преследователей слегка пугнем. А то что-то они возомнили о себе  - уже нагоняют.
        Мимо коляски в обратную сторону проехал Нирт и подмигнул нам.
        - Не убьют?  - спросила Нейла.
        Я пожал плечами.
        - Пойду попрошу…
        - Сиди, миротворец. Они взрослые люди.
        - Личи.
        - Главное слово было  - взрослые. Разберутся. Сказали же  - пуганут.
        Нейла хотела насупиться, но, наверное, вспомнила о том, кто виновен в создавшемся положении.
        - А как ты сейшу заставила слушаться?
        - Поняла, что сумею,  - сухо ответила она.
        - У нас тайны?
        - Нет. Просто не знаю. Иногда накатывает, и не могу себя контролировать. Тоскливо так становится. Похоже на то состояние… ну… когда я боялась. Вот и тут… Не могу объяснить. Просто знала.


        Остановились ближе к вечеру в лесной чаще, подальше от дороги. Хотя личи встретили преследователей и отбили у них желание идти по нашим следам, мы, пока ехали, несколько раз сменили направление. Под моросящим дождем расставили шатры. Гномы, эльфы, люди копошились, занятые делами, лишь мы с Торкой бездельничали, сидя под козырьком двуколки. Торка временами дрожал от холода, принесенного осенним дождем, что жутко нервировало, так как вместе с ним ходила ходуном и повозка. Руча спряталась под разлапистой елью. Единственный, кого не было в поле зрения,  - Пуш. Я охватил ощущением стаю, сейша не чувствовалось. Не составило большого труда представить, где он,  - вырос парень.
        - Давно сейша нет?  - спросил проходящего мимо повозки Сеулона.
        - Через часть после того как из села выехали, исчез.
        - Понятно.
        После того как поставили шатры, Храм хотел меня перенести.
        - Ага, сейчас. Я уж как-нибудь сам.
        - Сам так сам. Держи, чтобы не простудиться.  - Орк протянул мне бутыль.
        - Временами кажется, что ты меч можешь оставить, но настойку возьмешь,  - перехваченным от крепости спиртного голосом прокомментировал я наличие у него напитка.
        - Не преувеличивай. Меч я никогда не забуду. У меня, кроме него и нее,  - Храм приподнял бутыль,  - ничего и нет.
        - А как же Зора?
        - Зора не вещь, а из вещей только это. Слезай давай.
        Я аккуратно слез с покачивающейся двуколки. Встав на ноги, отпустил бортик. Проанализировав свою способность передвигаться, оценил ее на неудовлетворительно, но с плюсом. То есть идти можно, но очень осторожно.
        В шатер вошел сам, хотя Храм для подстраховки и следовал сзади. Взоры отдыхающих сразу перекрестились на мне. Повисло молчание, хотя до этого явно слышались разговоры.
        - Чего замолчали, как будто я с того света вернулся?
        - Да почти,  - ответил Эль,  - откачали несколько частей назад. Сердечко никак не хотело стучать, а к вечеру ты уже на ногах.
        Я посмотрел на опустившую взгляд Нейлу.
        - Сейчас-то жив,  - вздохнув, проковылял к любимой.
        В шатер заглянула Лейка:
        - Нейла, неси крупу и мясо.
        - Лейка, позови Саймола, пожалуйста,  - попросил орчанку.  - если он не занят.
        Нейла, выходя из шатра с мешочком крупы и здоровым куском копченого мяса, который мы на халяву прихватили в трактире, чуть не столкнулась с личем.
        - Звал, ваше владычество?
        - Завязывай стебаться. Ты про Алехара узнавал?
        - Они поверхностно знакомы, но братец твой имеет репутацию того еще гуляки. Ничего конкретного, кроме этого, ну и бабник он знатный. Это все, зачем звал?
        - Я же не знал, что ты в одно предложение уложишься!
        Когда лич подошел к выходу из шатра, полог колыхнулся.
        - Нейла!  - донесся издали крик Лейки.  - Ну где ты?
        В душе кольнуло. Но я отогнал подозрения. В конце концов, она не знала, о чем я хочу поговорить с Саймолом  - вернее всего, подслушивала из любопытства.


        Утром перевязку делала Нейла. Ткань с прилипшей к ней спекшейся кровью пришлось отмачивать, и все равно в нескольких местах кровь пошла снова.
        - Жженый,  - улыбнулся Эль,  - твой меч в коляску положить или ты сегодня верхом?
        Нейла гневно глянула на него.
        - Нет, ну а что? Мордочка подпалена, лапки тоже…
        Нейла взяла в руки палку, лежавшую рядом.
        - Ладно, ладно, ухожу. Так что с мечом?
        - На верховой поеду.
        - Тебе лошадь с подпалинами выбирать?
        Палка все-таки отправилась в полет, но Эль ловко ее перехватил.
        - Эль!  - окликнул я уходящего эльфа.  - Пуш не появлялся?
        - У Торки спроси. Он вроде как их обоих то ли услышал, то ли унюхал. Рядом где-то.
        - В той стороне,  - отвлекся на удар сердца от сворачивания шатра Серый и махнул рукой.  - Я тоже их запах чувствую.
        Нейла не отреагировала, но повязку на второй руке уже так долго не отмачивала, явно торопилась.
        - Все,  - намазав мазью и перевязав мои руки, облегченно произнесла она, но уходить не спешила.
        - У тебя красивые глаза.
        Нейла уже меру сидела напротив с грустно-просящим взглядом.
        - Нет,  - решил я больше не мучить ее.  - Поговори с Ниртом, пусть он сходит. А тебя я к этой кошке больше не подпущу.
        - А она его не подпустит. У нее плетение на голове, если не снять, что-то плохое будет.
        - Объяснить, и подпустит, она же не глупая.
        - То есть человека  - жалко, а лича  - нет.  - Поскольку наш разговор проходил в центре сворачиваемого лагеря, Нирт, седлавший своего жеребца метрах в семи от нас, прекрасно все слышал.  - А вдруг и правда не подпустит меня?
        - Тогда так. Идем вместе. Если подпускает, Нирт сам справится, если нет, посмотрим,  - уступил я любимой, но про себя чертыхнулся, поклявшись больше так не делать.


        С собой взяли всех эльфов, Саймола и Ручу. Сейши, почувствовав нас, стали удаляться. Пришлось крикнуть Пушу, что ничего плохого не будет. Путем переговоров удалось убедить кошек в необходимости встречи.
        Сейша была красива. Размером она слегка уступала Пушу. До этого мы видели ее только в сумерках, в дневном же свете ее лоснящаяся шерсть переливалась, подчеркивая мягкую уверенную поступь. Мордочка с более тонкими чертами и меньший, чем у нашего кота, черный нос. В общем, даже без разглядывания первичных половых признаков было понятно, что перед нами дама.
        На наше предложение поколдовать над ее головой кошка не ответила. Она вообще отказалась с нами разговаривать. Пришлось все разъяснять Пушу. А он в свою очередь попытался объяснить ей. Мер через двадцать удалось уговорить даму и подойти ее посмотреть.
        - Не пойму. Завязано на ошейник. Плетение явно начало развеиваться. А вот что будет, когда развеется, не знаю. Может, это просто управляющие нити.
        - Нор, ну пожалуйста.  - Нейла смотрела на меня грустным взглядом.  - Ты же видишь, она не опасна.
        - Я подстрахую,  - встал на сторону Нейлы Саймол.
        - Хорошо.
        Давать любимому человеку добро на опасную авантюру, зная при этом, что ты толком не сможешь помочь, если что-то случится, тяжело. Но и становиться злым колдуном, запирающим прекрасную принцессу в башне,  - не лучше. Хотя колдуном стать хотел и принцессу  - тоже…
        Загадка плетения никак не желала решаться. Мер через пятнадцать к Нейле и Нирту присоединился Саймол. Он легонько толкнул Нирта.
        - Ох!  - Нейла почему-то дернулась к Нирту, который сделал какой-то пасс рукой.
        Саймол подхватил Нейлу и, несмотря на яростное сопротивление, чуть ли не прыжком ушел от сейши и Нирта в сторону. Эльфы, застывшие и опершиеся на луки (дабы не нервировать кошку), через половину удара сердца были готовы всадить стрелы в животное или личей. Сейша дернулась, Нирт на ускорении ушел от нее. Я приготовился к бою. Руча прикрыла Нейлу и Саймола.
        - Все,  - выдохнул Нирт, оказавшись метрах в пяти от кошки.
        Саймол, Нейла и Нирт смотрели на сейшу, которая, как и я, ничего не могла понять. Пуш, застывший с другой стороны, тоже был растерян.
        - Уходим.  - Саймол отпустил Нейлу и потихоньку подтолкнул ее ко мне.
        Нейла медленно пошла в мою сторону, озираясь на кошку, которая оголила свои жемчужные клыки.
        - Все нормально,  - спокойным голосом сказал Саймол, он отступал последним.  - Пуш, объясни своей девушке, что плетение снято. Мы больше не приблизимся.
        Сейша, хлопнув хвостом по боку, стремительно развернулась и унеслась от нас в глубину леса.
        Пуш растерянно смотрел на нас.
        - Чего стоишь?  - спросила его Нейла.  - Беги, успокаивай.
        - Может, кто-нибудь объяснит, что произошло?  - спросил Эль, опуская лук.
        - Мне тоже интересно!  - Нейла зло смотрела на Нирта.
        - Ну получилось же?  - спокойно ответил лич.
        - А если бы она погибла?
        - Что все-таки произошло?  - вклинился я в перепалку.
        - Он, не зная, что за плетение, просто развеял его!  - гневно ответила Нейла.
        - Зато быстро,  - вступился за Нирта Саймол.  - Как говорит мой дед, победителей не судят. Сейша жива и здорова, и, самое главное, свободна. Мы, кстати, тоже. Поэтому предлагаю продолжить путь. Не надо недооценивать исварцев. Возможно, сейчас нас уже окружают.
        Я взял Нейлу за руку, но она, выдернув ее, отвернулась, словно обиженный ребенок, и пошла к лагерю широкими шагами. Мы на некотором расстоянии последовали за ней. Я протянул руку Саймолу, он с улыбкой пожал ее. Дабы не быть уличенным в заговоре (тем более что я в нем не участвовал), поспешил догнать любимую.


        Нейла демонстративно дулась еще пару дней, отворачивалась, когда к ней приближались Саймол или Нирт, но, видя, что личи не особо из-за этого расстраиваются, просто перестала с ними разговаривать.
        Пуш появился на следующий день буквально на полчасти, уведомив, что он не один, но пойдут они лесом  - сейша не хотела к нам приближаться. Больше кот на связь не выходил, хотя я регулярно ощущал его присутствие где-то рядом.



        Глава 20
        Глухая деревня

        Через неделю увидели первые признаки войны. Выехав из-за очередного поворота, которыми изобиловала лесная дорога, наткнулись на разграбленный обоз беженцев. Что их подвигло забраться в столь глухой угол, сейчас приходилось только гадать. Разбойники, судя по трупам, напали не ранее как вчера. Убили всех, включая десяток детей. Одна из телег со сломанным колесом так и осталась здесь, две или три, не больше, увели. По дороге были разбросаны вещи, видимо, распетрушивали баулы. В основном  - детские и женские предметы одежды. Мужской, да подобротнее, не побрезговали. С двух тел стянули сапоги.
        - Твари,  - прорычал орк, проезжая мимо тельца девчушки кругов двух-трех от роду.
        Ему никто не ответил. Через пару верст, которые проехали молча, Торка вдруг произнес:
        - Туда пошли,  - и ткнул пальцем в казалось бы непримятую траву.
        Храм проехал метров двадцать в указанную сторону:
        - Есть следы!  - крикнул нам, вопросительно глядя на меня.
        Я пожал плечами.
        - Харра,  - зарычала Лейка.
        - Я бы не поехал,  - высказал свое мнение Саймол, но его никто, кроме меня и эльфа, не услышал.
        - Почему?  - спросил Эль.
        - Время теряем. А нагоним или нет  - неизвестно.
        - Согласен,  - подъехал к нам Дайлон.  - Может, это и прозвучит мерзко для живых, но одним человеком больше, одним меньше…
        - Ну,  - ответил я ему,  - в любом случае прения разворачивать поздно.
        Почти весь отряд уже свернул на боковую дорожку.
        - Неужели вам даже детей не жалко?  - направив жеребца на травянистую обочину, спросил я едущего сзади лича.
        - Понимаешь, Норман,  - ответил Саймол,  - мы все умираем. Постоянно. Ты когда-то был ребенком, у которого имелись свои мысли, желания, привязанности. Прошло время, и все изменилось. Теперь у тебя другие ценности, другие взгляды на жизнь. Тебя прежнего уже нет и никогда не будет. Ты тот  - умер, но есть новый ты.
        - Они уже не станут другими.
        - Кто знает, ты ведь не умирал. А жизнь после смерти есть, пусть и не такая, и мы  - самое яркое тому подтверждение. Да и что толку в вашей мести? Вы вернете им жизни? Нет. Вы сами едете отнимать жизни. А жалко, не жалко… Это лишь слова.
        Некоторое время я ехал, обдумывая слова нежити, но в итоге убедил себя, что мы не мстим, а предотвращаем дальнейшие убийства. Хотя возможно… Возможно, если бы мы сейчас не выехали на тропу войны, я бы внял совету личей. Нам надо торопиться спасать своих, а не играть в робин гудов. Так ведь можно и год ехать.


        Коляску спрятали в роняющем листву лесу, выдвинулись верхом. Ехали довольно быстро и вскоре попали на небольшую проселочную дорогу. Храм безошибочно указал направление движения убийц. Да и трудно было ошибиться, они не скрывали следов.
        К вечеру начал накрапывать дождь, помогая бандитам скрыться от нас. Сколько могли, шли аллюром, но темнота вскоре лишила шансов рассмотреть и без того размытые дождем следы. Вскоре даже Руча закрутилась на дороге, потеряв запах.
        - Некросова погода,  - рыкнул орк.
        - Не надо, Некрос  - нормальный лич был,  - возразил Дайлон.  - Подозреваю, ему тоже дождь не нравился.
        В темноте не было видно лицо Храма, но явно он не улыбался.
        - Там дым пахнет,  - произнес Торка.
        - Где?  - Нейла зажгла «светляка» и осветила гоблина.
        - Там.  - Торка показал на еле заметную дорогу справа от нас.
        - А не показалось?
        - Если он сказал, что чувствует, значит, чувствует,  - вступился я за зеленого.
        - Ну, поехали,  - рыкнул Храм.
        Мы под усиливающимся дождем тронулись в указанную сторону. Можно сказать, почти въехали в деревеньку или даже, скорее, хутор и только потом заметили ее. Десяток невысоких домиков растянулся в два ряда на берегу речки. Последняя угадывалась лишь из-за моросившего по ее поверхности дождя.
        Мы молча ехали по единственной улице. Замыкал процессию Пуш. Его подруга всего раза два показалась нам, по всей видимости, не доверяла. Вот и сейчас ее не было рядом. В окнах пары домов различался свет лучин.
        - И как узнать, проехали они сквозь деревню или это сами жители?  - озвучил повисший в воздухе вопрос Сеулон.
        - Там,  - раздался голос Торки.
        Нейла на удар сверкнула «светляком», чтобы посмотреть, куда указывает гоблин.
        - Больше так не делай,  - послышался голос Эля.
        Мало того что мы ослепли на полмеры, так еще и себя осветили.
        - Пошли посмотрим?  - предложил Храм эльфу.
        Тот спешился. Эльфийско-орочья разведка двинулась к сараю, на который указал Торка. Вернулись мер через пять.
        - Три телеги и пяток лошадей,  - доложился Эль.  - Больше ничего нет.
        - Интересно, зачем селянину три телеги?  - многозначительно произнес Шивак.
        - У тебя тоже несколько мечей,  - поддел его Храм.  - Но ты прав  - интересно. Зайдем в гости?
        - Может, рассвета подождем?  - предложил Эль.
        - Ага, мокнуть будем.
        Орк уже подошел к двери, когда она распахнулась и из нее кто-то вышел. Понятно, что этот кто-то через меру, удерживаемый орком, стоял перед нами. Одной рукой Храм заломил за спину руку незнакомца, а второй заткнул ему рот.
        - В сарай,  - предложил Эль.
        Кроме нашего «языка» в сарай вошли я, Храм и эльф. Темноту помещения Эль разогнал маленьким «светляком». Мужик был в годах, наверное, постарше моего отца. Точный возраст не давала определить борода.
        - Откуда телеги?  - грозно спросил Храм.
        - Купил.  - Мужик, похоже, повидал жизнь, так как не растерялся.
        - У кого?
        - Да проезжали тут недавно похожие на вас.
        - Долгий разговор будет,  - констатировал упертость мужика остроухий.
        - Ладно. Ждите.  - Я, открыв скрипнувшую дверь, вышел под проливной дождь.
        - Нирт,  - попросил лича,  - помоги. Он не очень разговорчив. Память бы прочитать.
        Даже в темноте была видна ухмылка Нирта. Он спешился и пошел за мной. Зайдя в сарай, скупо произнес:
        - Ну ладно, Нор, но вы-то вроде оба воевали. Храм, закрой ему рот и держи.
        Только орк выполнил распоряжение лича, Нирт резко пнул в колено мужику. Может, и не сломал, но мне послышался хруст. Мужик изогнулся от боли и попытался закричать. Широкая орочья ладонь сильнее зажала рот.
        - Отпусти ладонь,  - произнес лич, когда мужик перестал извиваться.
        - Я буду ломать тебе по одному суставу, если ты не расскажешь мне, что я хочу,  - голос Нирта звучал абсолютно спокойно.  - Сколько вас было?
        Не дождавшись ответа, лич через удар сердца обратился к Храму:
        - Закрой рот.
        - Двенадцать,  - затараторил мужик.  - Нас было двенадцать. Но я не убивал. Честно, не убивал.
        - Ну что делать, чтобы он говорил, вы знаете  - дальше сами.  - Лич сел на телегу.
        - Называй имена, в каком доме живут,  - перехватил инициативу Эль.
        Через две меры мы знали почти всех участников. Точнее, одиннадцать разбойников вместе с языком.
        - Еще кто?
        - Я ошибся. Считаю плохо. Одиннадцать нас было.
        - Врет.  - Храм закрыл мужику рот.
        Тот как-то обреченно приготовился к экзекуции. Эль встал перед ним.
        - Не надо,  - раздался голос Нирта.  - Сын его или племянник. Вернее всего, в доме.
        Мужик начал извиваться, пытаясь преодолеть хватку орка и что-то прокричать. Храм резко дернул рукой и аккуратно опустил на земляной пол сарая обмякшее тело.
        - Пошли.
        В дом вошли потихоньку.
        - Не держи дверь открытой,  - послышался женский голос из глубины.
        Мы, если честно, оторопели. Как-то о таком развитии событий не подумали, по крайней мере, я. Эль, шедший последним, прикрыл дверь. Стараясь не шуметь, вошли в комнату. Эльф зажег «светляка». Справа от нас на широкой скамье кто-то спал, слева из-под одеяла выглядывали детские глаза.
        - Ты чего там, дети же спят!  - послышался вновь тот же голос.
        - Бать, ну ты чего, в самом деле?  - лежащий справа и начал поворачиваться к нам лицом.
        - Тсс,  - прижал я палец к губам, когда расширяющиеся глаза парня уперлись в нас.
        Храм указал ему левой рукой на выход, многозначительно приподняв при этом меч. Я бы, наверное, на месте паренька очень-очень сильно испугался, увидев в полумраке три фигуры, одна из которых  - огромный орк с соответствующим его росту мечом. Парень глянул на противоположный лежак с ребенком. Спокойно сел. Стараясь не производить лишних звуков, натянул сапоги и встал. Я уступил ему дорогу. Он безропотно направился к двери.
        Как только мы вышли во двор, в доме раздался женский крик. Орк взял стоявший рядом с входом кол и подпер дверь.
        - Пошли,  - подтолкнул парня Эль.
        - Куда?
        - К дому напротив. Там, кажется, Нокар живет?
        Парень кивнул.
        - Вызовешь его на улицу.
        Паренек, хлюпая по лужам, провел нас. По дороге искоса глянул на наш кавалерийский отряд.
        - Помочь?  - спросил Шивак, когда мы проходили мимо.
        Я помотал головой.
        Приблизившись к соседнему дому, парень кулаком постучал в дверь. Эль и Храм встали по бокам, прижавшись к стене. Я остался стоять за спиной пленника. Через три меры за дверью послышались шаги, и она открылась.
        - Рыск, ты чего полуночничаешь, да еще и брякаешь как ополоумевший, открыто же! Или случилось чего?
        - Дядь Нокар, выйди.
        - Да ты сам заходи. Кто там с тобой? В темноте не узнаю.
        Нокар шагнул под навес крыльца и тут же был брошен в грязь могучей рукой орка.
        - Да вы…  - зарычал мужик, но договорить не смог, получив сапогом эльфа по лицу.
        Мужик попытался еще раз встать, но Храм тут же прижал его к земле ногой.
        - Грабил беженцев?  - спокойно спросил орк.
        Мужик сопел, но не отвечал.
        - Что, тварь, как детей резать, так смелый!
        - Так не резал я,  - с натугой произнес разбойник.  - Грабить  - грабил, но не резал.
        - То Лукан с Рыжим, не мы,  - раздался голос парня, прижавшегося к стене дома.  - С Лукана платок сдернули, он и сказал, что всех убить надо, раз его лицо видели.
        - А вы, значит, не убивали?  - ехидно спросил Эль.
        - Да что мы, изверги? Побили немного да связали мужиков. Чем хотите поклянусь.
        Эль махнул рукой орку. Тот убрал с мужика ногу.
        - Вставай.
        Мужик не успел выпрямиться, как эльф, перекинул меч в левую и ударом кулака отправил мужика как минимум в нокаут. Во дворе повисло молчание. Появилось ощущение, будто мы, а не они не правы. Выдергиваем посреди ночи добропорядочных селян из их семей и калечим просто так. Думаю, у Эля и Храма мысли были похожие.
        - Что дальше?  - озвучил витающий в воздухе вопрос Храм.
        - Не знаю, чувствую себя палачом,  - ответил Эль.
        - Аналогично,  - согласился я с эльфом.  - Но и этим верить нельзя. Они нам сейчас такого наплетут. Где, говоришь, Рыжий и Лукан живут?  - обратился я уже к парню.
        - Так они, наверное, у Лукана таперича. Они там…  - Парень вдруг замолчал.
        - Что там?
        - Ну, девку одну с обоза взяли,  - тихо произнес он.
        - Веди,  - скомандовал орк.  - У нее и спросим.
        - Ну да,  - согласился я,  - если жива.
        - А с этим что?  - Эль ткнул носком сапога мужика.
        - Пусть лежит,  - пророкотал орк.  - Если что, вернемся.


        Дом Лукана стоял на краю деревеньки. Подехали мы туда всем отрядом. В дом кроме нас троих решил пойти Сеулон. Мы уже почти подошли к крыльцу, когда наш провожатый метнулся к забору, отделявшему двор от огорода, и, с завидным проворством перемахнув через него, почти сразу потерялся в темноте.
        - Пусть бежит,  - остановил Сеулона Эль.  - Он еще не знает, что отца придется долго на ноги поднимать. Да и расскажет, если всех не перережем, что грабить обозы  - это плохо.
        - Конечно,  - подковырнул эльфа Храм,  - а то до этого им никто не объяснил.
        - Видимо, не объясняли. По крайней мере, так, как мы.  - Эль потянул на себя ручку двери.
        Дверь бесшумно приоткрылась. Похоже, в селе не принято закрываться. В образовавшуюся щель падал тусклый свет, судя по оттенку  - магический светильник. Я сжал клинок укутанной в «варежку» повязок рукой. Ладонь вспыхнула огнем растревоженной раны. В принципе, на ладонях уже наросла тоненькая кожица и можно было не носить повязки, но, проходив день без них, я умудрился ободрать руки, поэтому пришлось перевязать вновь. Сейчас повязки намокли и не столько помогали, сколько вредили.
        Первым в дом скользнул Эль. За ним, пригнувшись в дверном проеме, вошел Храм. В комнату за коротким коридорчиком Эль с Храмом шагнули без опаски, как к себе домой. Хотя я и считал глупым вести себя настолько беспечно, но поступил так же, как они, смело ступив на освещенное пространство. Тут до меня дошло, почему эльф так смел  - в его руках поблескивал жезл.
        В комнате было мало мебели. Пара широких деревянных скамей вдоль левой стены, между ними темный проем дверей, ведущих в еще одну комнату. Шторка, отделявшая какой-то закуток около печи и еще пара скамей вдоль массивного стола, расположенного с правой стороны комнаты.
        За столом сидели трое мужиков. Двое  - подальше от нас, один, повернувшийся к нам вполоборота,  - ближе. Один из дальних, судя по огненной шевелюре, и был искомым Рыжим. Стол украшала пара бутылей и нехитрая снедь.
        - Вы кто такие?  - спросил ближний.
        - Хозяева,  - ответил ему орк.
        - Какие хозяева?! Это мой дом!  - Ближний попытался встать.
        Орк нанес ему мощный удар ногой в грудь. Мужика отбросило на стол, с которого он тут же со стоном сполз.
        - Хозяева ваших жизней. Где девчонка?
        - Так вот она, за шторкой.  - Рыжий угодливо подскочил к шторке, отдернув ее, схватил за руку девчушку, прикрывающуюся не то покрывалом, не то одеялом, и приставил к ее шее кинжал.
        Наверное, он хотел сказать еще что-то, но метательный нож Сеулона, воткнувшийся ему в глаз, изменил планы. Мужик, вскрикнув, упал на колени, зажав руками глаз. Сквозь пальцы сочились ручейки крови. Девчушка прижалась к стене, испуганно смотря на нас и пытаясь прикрыть замызганным тряпьем грудь.
        Эль шагнул к ней и протянул руку.
        - Иди сюда, не бойся.
        Испуганный взгляд кричал, что она еще как боится, но руку девчушка все же протянула. Эль потянул ее на себя, заставил сделать пару шагов, потом подхватил под мышки и переставил за наши спины, от чего карие глаза пленницы, и так-то немаленькие, от ужаса, плескавшегося в них, превратились в блюдца.
        - Присядь вон там пока. В той комнате кто-то есть?
        Девчонка замотала головой.
        - Нет  - или не знаешь?
        - Нет никого,  - дрожащим голосом произнесла она.
        - Тогда иди туда и поищи себе одежду. Хотя не надо. Сеулон, позови Нейлу и Лейку, пусть одежду какую-нибудь захватят.
        Третий мужик, вжавшийся в стену, явно решил посоревноваться в размере глаз с девчонкой. Храм упер острие своего меча в шею хозяина дома, лежавшего на полу.
        - Да прекрати ты завывать.  - Эль присел на скамью рядом с Рыжим, подальше откинув выпавший из его рук нож, и, подняв неразбившийся кувшин, отхлебнул из него.
        - Дрянная настойка.  - Эльф протянул кувшин Храму.
        - Деньги где прячешь?  - Орк прижал клинок посильнее и потянулся за кувшином, по шее хозяина потекла струйка крови.
        - Не думаю, что он богат.  - Я жестом показал третьему мужику лечь на пол.
        - Богат, не богат, а девчонке на что-то жить надо. Где?!
        - В той комнате сундук,  - прозвучал хриплый голос.
        - Нор, глянь.
        - За этим присмотришь?  - Я во избежание недоразумений заканчивал обыск третьего мужика.  - Чист.
        - Я присмотрю.  - Эль встал со скамьи и кивнул на притихшего Рыжего.  - Этот  - все.
        Войдя в комнату, глазами отыскал сундук, стоявший рядом с кроватью, на которой сидела девчонка. Русые волосы, зареванное лицо, очень красивая фигурка. На вид не больше пятнадцати кругов.
        - Тебя как зовут?  - шагнул я к сундуку.
        Девчонка дернулась.
        - Ты не бойся. Никто тебя не тронет. Так как зовут-то?  - Я открыл крышку сундука и отодвинулся в сторону, чтобы свет из дверного проема хоть немного падал на него.
        - Катла.
        - Ох ты!!! Нор!  - раздался сзади гневный голос Нейлы, увидевшей неоднозначную картину  - меня рядом с полураздетой, хотя нет  - раздетой девушкой.
        - Ты чего? Выйди отсюда!
        Кроме Нейлы в комнату ввалились Сойса и Лейка.
        - Сейчас выйду.  - Я начал выкидывать из сундука вещи, ища «богатств».
        - Что ищешь?  - Лейка подняла простыню и накинула на плечи девчонки.
        - Деньги должны быть.
        Орчанка хмыкнула.
        - Сам знаю. Но, во-первых, ей пригодятся,  - кивнул я на притихшую Катлу,  - а во-вторых, всякое бывает.
        - Ладно, иди, сами поищем.
        В гостиной или столовой, не знаю, как назвать комнату, в которой пьянствовали до нашего прихода мужики, кроме вернувшегося Сеулона, был еще и Шивак.
        - Там местные приходили,  - сообщил он.
        - Много?
        - Человек семь. Саймол со своими их раскидал. Мы даже из сарая не успели выйти. Двоих покалечили здорово, еще и Руча, судя по рыку, кого-то как следует потрепала.
        Мне показалось, в голосе гнома проскользнула жалость.
        - Да ладно тебе. Они все здесь, похоже, повязаны. А что в сарае делали?
        - Так ливень ведь начался!


        Денег оказалось немного, очень немного. Храм высказал сомнение в честности хозяина, выразилось оно в переломе ребер и разбитом лице последнего. По итогам разговора выяснилось наличие заначки в погребе.
        Сеулон мер десять вынимал оттуда свертки и кули. В основном разнообразная бытовая утварь.
        - Давненько промышляют разбоем,  - сделал вывод Эль, разглядывая плохонький меч.
        Пока разрешали имущественные вопросы, наши девчонки привели в порядок Катлу. Одежда Нейлы была ей чуть-чуть великовата. К нам вышла довольно миленькая, если бы не испуганное лицо и красные от слез глаза, девушка. Слезы катились и сейчас.
        - Чего плачешь?  - спросил Храм.
        - Думала, до утра не доживу, а тут вы…  - Слезы хлынули рекой.
        - Ничего, ничего.  - Лейка прижала девчонку к груди.  - Мы пойдем, пока вы тут разбираетесь?
        - Да нам бы узнать, кто беженцев убивал?  - Я открыл кожаный мешочек, наполненный различными амулетами.
        Вопросительные взгляды скрестились на бывшей узнице. Она вытерла рукавом слезы.
        - Эти двое,  - указала она на Рыжего и хозяина.  - Остальные уехали после того, как нас ограбили.
        - А этот?  - Эль ткнул носком сапога третьего.
        - Они там все в повязках были. Но  - по разговору  - его там не было. Только он это… он тут…
        - Понятно,  - окончания фразы не требовалось.  - Лошадь ей найдите, а лучше двух, вьючную еще,  - попросил я Шивака.  - И пришлите кого-нрибудь за вещами.
        - Да у них три лошади в конюшне.
        - Ну, тогда захвати что-нибудь сразу,  - показал я на свертки.


        - Кончаем с ними да поехали.  - Когда Шивак и женская часть отряда вышли, Эль протянул мне кувшин.
        - А что так грустно? Жалко, что ли?
        - Да нет. Там мокро, а здесь вон какое гостеприимство.
        - Понятно.  - Я взял меч и направился к сидевшему на полу у печи хозяину дома.
        - Не надо. У меня еще деньги есть.  - Он засучил ногами.  - Я все отдам.
        - Где?  - рокотнул Храм.
        - На печи в горшке. Только не убивайте.
        Я, дотянувшись, поднял по очереди три горшка, стоявших там, один был увесистым. Орк кивнул, поймав мой одобрительный взгляд:
        - Может, еще что есть?
        - Больше нет. Честное слово. Могу показать, куда коров и лошадей угнали. Расскажу, у кого еще что-то есть…
        Острие клинка, противно чвакнуло, входя в тело. Я, даже не переходя на магическое, почувствовал, как по лезвию проскочил поток темной маны. Меч, словно вампир, высасывал жизненную силу в накопитель.


        Возвращаться за двуколкой не стали, решили купить при первой возможности другую, это позволило быстрее направиться к нашей основной цели. Ближе к рассвету дождь прекратился, и лес окутала предутренняя тишина.
        - Слушай, Нор,  - догнали меня Саймол и Нирт,  - мы как-то медленно едем.
        - Предлагаешь поднять темп?
        - Нет. Предлагаю не отвлекаться. А то прямо освободительный отряд какой-то. Мы действительно опаздываем.
        - Понимаю, постараюсь. А куда опаздываем?
        Саймол вопросительно посмотрел на меня.
        - Я помню, куда едем. Спрошу по-другому: почему опаздываем? В смысле, для чего вам надо быстрее?
        - Нам, Норман, нам. Старкские войска действительно продвигаются шустро. Я там одного селянина поспрашивал.
        - И что?
        - Так, пока будем ехать, Исвария проиграет войну.
        - Не понял. При чем тут мы?
        - Давай так. Я тебе сейчас все рассказываю, а потом блокирую твою память от магического чтения.
        - Э-э-э, нет,  - ухмыльнулся я.  - Я вас на полет стрелы к своей голове не подпущу.
        - Подпустишь, подпустишь. Просто мы еще условия не обговаривали. Вот к Озерной подъедем, и подпустишь.
        - Откуда такая уверенность?
        - А как ты книгу отдавать пойдешь? Со знанием, что тебе ее нежить дала? И себя, и свою семью погубишь. Ты правда думаешь, что Римик не проверит твою голову? Да и условия у нас хорошие.
        - Это какие?
        - Усыпить вас всех и стереть память.
        - Не слишком ли вы самоуверенны?
        - Шучу. Хотя тоже вариант. Я бы так и сделал. Только вы ведь потом не догадаетесь, откуда книга. А условия такие. Мы разоружимся. Твои возьмут нас на прицел, а мы наложим плетение блокировки памяти. После того как очнешься, расскажешь своим о том, что помнишь. Без этого неразумно соваться к светлым.
        - Какое-то зерно истины в твоих словах есть. Доедем до Озерной  - видно будет. Так что там с войной?
        - Расскажу, как только согласишься на блокировку. А то ведь тебя придется убить.
        - Не зарывайся.
        Лич зажег темный «огонек».
        - Раз, и мы в стороны. Ровный, начинай думать. Мы и без того как няньки с вами. Честное слово. Учись доверять. Иногда даже тому, кому не можешь. И давай прекращай играть в освободителя девиц.  - Лич уже подался было вперед.
        - Спасибо, Саймол.
        - За что именно?
        - Да вы у нас как ангелы-хранители  - и в трактире, и с сейшей, и в селе этом…
        - А кто такие ангелы?  - заинтересовался Нирт.
        - Есть легенда одна,  - вместо меня ответил Саймол,  - почти как мы, только наоборот  - светлые.
        Личи поехали вперед.



        Глава 21
        Блокировка

        От исварцев уходили три дня. Первая группа, приглашавшая на переговоры, оказалась не единственной. Всего разведка насчитала около трех сотен врагов. Эль Римик хмуро ехал в середине колонны, оглядывая уставших воинов. Обладающие искрой еще более-менее держались, а вот простые воины засыпали на ходу. Им явно не хватало двух-трех часов отдыха в сутки. Исварцы гнали грамотно. Гнали к реке. Римик понимал это. Очень уж подозрительной была численность преследовавшего отряда и их дислокация. Хотя какого отряда  - армии!
        «Надо было отпустить мамашу с выводком»,  - когда обгонял пленных, у которых на руках спали дети, пришла запоздалая мысль. Но в то же время Римик понимал, что в нормальных условиях он вряд ли отпустил бы их  - слишком велико было желание изучить этих нелюдей. Ну а дети  - вообще кладезь знаний о них. «Еще и дочь Верховного,  - раздражение посещало последние сутки часто,  - без нее лучше не возвращаться  - Аргеен убьет, даже задумываться не станет». На опушке леса от начала колонны к Римику бодрой рысью направился Сог  - десятник головного разъезда. Похоже, приехали.
        - Магистр, впереди река,  - подтвердил его опасения воин.
        - Остановимся на холме справа. Отдохнем. Лагерь не разбивать. И десятников собери.
        Сог хмуро развернул кобылу. Тоже все понимает.


        - Ну что? Докладывайте.  - Римик сидел на камне, обнаруженном рядом с местом стоянки.
        - Вверх по реке, верстах в двух,  - начал Руст, наверное, самый старый из десятников, тем не менее сохранивший стать и мощь,  - заслон, человек с полста, насчет магов неизвестно, но по повадкам не зеленые юнцы. Можем пробиться. Только надо прямо сейчас выходить.
        - Не завязнем?
        Руст вздохнул:
        - Ну если без обузы, то точно пройдем…
        - Исварцы,  - подбежал молодой воин,  - с той стороны, откуда приехали. Десятка четыре  - точно.


        Исварцы не нападали, кружили по равнине на лошадях за пределом полета стрелы.
        - Как вы их проморгали?
        - Вернее всего, разъезд наш вырезали. Магистр, может, атакуем?
        - Конными?
        - Так пешими  - время потеряем.
        - Нет, Сог. У них должно быть как минимум три мага. «Лезвиями» ноги лошадей порежут и отойдут. Они не будут ввязываться, они основные силы ждут.


        - Что, отряд повязки?  - подъехал Савлентий.
        Вопрос был задан без отрыва от вырезания узоров на деревянной палочке.
        Сзади него хвостиком подтянулась внучка.
        - Да. Все налегке, и лошади добротные. Похоже, они.
        - Скармливать будешь?
        - Не знаю пока.
        - Отпустил бы нас. Легче уйти.
        Магистр не ответил.
        - Ну, как знаешь,  - развернул лошадь Савлентий.


        - А что значит  - отряд повязки?  - когда отъехали, спросила Яля.
        - Когда крупный отряд надо задержать, посылают таких вот ребят на резвых лошадях. В бой они постараются не вступать, но будут тащиться сзади хвостиком и кусать, замедляя продвижение. Попробуешь галопом уйти  - лошадей загонишь. Начнешь на них конными нападать, они уйдут и постараются навредить. Пешими начнешь гнать  - станут медленно отходить.
        - А что значит  - скормить?
        - Чтобы уйти основному отряду, надо напасть на них малым числом, они уведут людей подальше и, вернее всего, потом перебьют. Есть у них ряд уловок. Или мага где-то на обочине с жезлом оставят, или развернутся резко и ударят под прикрытием «щита». Вот и называется  - скормить.
        - Можно же не гоняться за ними, а просто оставить отряд сзади?
        - Можно и так. Только обойти могут. Да и все равно  - оставшиеся погибнут.


        Мысли магистра текли размеренно, не привык он паниковать в сложных ситуациях, но спокойствие и хладнокровие не очень-то помогали в сложившейся ситуации. Множества вариантов не предусматривалось.
        - Сог!
        - Слушаю.
        - Давай полсотни на них, но пусть сильно не торопятся, медленно отгонят немного в лес, а потом за нами, насколько смогут быстро. Пусть ведут вдоль реки.
        - Засаду?
        - Попробуем применить их же способы.


        Исварцы вопреки ожиданию не стали бить по лошадям, а сначала медленно, но по мере приближения отряда все быстрее стали двигаться в обратную сторону.
        - Уходим,  - скомандовал магистр, когда преследователи почти достигли леса.
        Основной отряд уже начал спуск с холма, когда Римик напоследок повернулся к отвлекающим. Исварцы не поехали в лес, они резко повернули около него и, проскакав около пятисот шагов, сгрудились. «Под «щит» прячутся»,  - промелькнула мысль у магистра.
        - Руст! Обратно!
        Но старый воин уже и так все понял и разворачивал десятки в сторону холма. Из леса в тыл его отряда вылетели три всадника и, вскинув жезлы, ударили. Было видно, как пара лошадей, споткнувшись, полетела кубарем, ломая кости не успевшим соскочить седокам. Магистр развернул жеребца и, сжав его бока ногами, погнал в хвост отряда.


        - Вправо. Жезловым  - спешиться,  - нетерпеливо крикнул Римик, когда проехали с треть версты вдоль опушки елового леса.  - Остальные  - на двадцать шагов вглубь. Сог, выдели охрану пленным, пусть уведут подальше.
        Собственно, за пленных магистр особо не волновался, а вот за юную Камен…


        Двое светлых сзади и один впереди сопровождали вереницу лошадей в лес.
        - Все, хватит,  - через полверсты произнес старший.
        Пара воинов неторопливо подъехала к нему.
        - Не спешиваться,  - увидев, как Савлентий спрыгнул с жеребца,  - скомандовал десятник.  - И постарайтесь не шу…
        «Воздушный кулак» выбил его из седла. Лошади взбрыкнули. Тех ударов сердца, в течение которых светлые пытались усмирить животных, деду хватило, чтобы сбить обоих седоков с лошадей. Пока Савлентий возился с поясом Софьи, Лоя, выдернув клинок из ножен одного из воинов, срезала веревки с завязанных рук Ровного.
        - Дед, а они живы?  - Яля растерянно смотрела на лежащие тела.
        - Живы, конечно,  - не отрываясь от пояса, ответил Савлентий.  - Ты лучше попробуй кандалы с Софьи снять.  - Дед откинул цепь пояса в сторону.
        Возня с поясами заняла около пятнадцати мер, за это время шум битвы на опушке стал стихать.
        - Ну как у тебя?  - откинув пояс Фалны, оказавшийся последним, спросил дед.
        - Не могу, они всю силу в себя забирают.
        - Все правильно, перед тем как снять, надо накопитель наполнить или просто цепь перерубить. Ладно, потом снимем. Давайте-ка уходить отсель.
        - Дело говоришь.  - Рамос заканчивал привязывать к луке седла снятое с воинов оружие.
        - Давай, Ровный, веди всех, я тут чуток задержусь.  - Дед достал из сумки испещренную резьбой палочку.  - А ты чего стоишь?
        Яля прижалась к своей кобыле.
        - Так там же дядя Римик.
        - И что? Быстро догоняй всех. Этот пентюх и себя погубит, и тебя не сбережет. Доверю я внучку этому ушастому! Бегом!
        Когда лошадь Яли почти исчезла из видимости, дед подошел к одному из тел и присел рядом. Положил руку на лоб.
        - Эк, как неловко-то я,  - вздохнул он, положив на грудь воину недорезанную палочку.


        - Как так вышло, что с ними оказались простые одаренные?  - Римик стоял над телом мертвого воина.
        - Так… всем, кто с жезлами, дали команду встречать исварцев.  - Десятник виновато опустил голову.  - А у нас сильные маги  - с жезлами. Разворачиваемся сюда?
        - Нет.  - Магистр наклонился и поднял испещренный узорами деревянный предмет.  - Мы тут дня два кругами бродить будем, возвращаясь на это же место. Едем дальше.
        Лицо эль Римика передернулось, когда он представил гнев Аргеена. Посмотрел на сидящих у стволов деревьев воинов. Возникло желание снести им головы, даже несмотря на то, что таких человек десять надо, чтобы с Савлентием справиться. Да и то сомнительно. «Нет, вдруг произойдет чудо и эль Камен сбросит первый пар на вояк?» Магистр отогнал мысли о неминуемом наказании.


        На следующей стоянке все, кто не стоял на страже и не участвовал в приготовлении обеда, практически сразу уснули. Собственно, на охране остались я, Сеулон и никогда не спящая троица нежити, а обед готовили… ну как готовили  - нарезали остатки позавчерашнего мяса  - Нейла и Катла, не отходящая от моей возлюбленной ни на шаг.
        - Слушай, Ровный,  - присел рядом со мной Дайлон, держа в руках карту,  - я когда-то раньше бывал в этих местах. Вот здесь,  - он ткнул пальцем,  - должна быть старая крепость. Развалины, конечно, но вам, как и лошадям, передохнуть надо. Места довольно глухие.
        Я посмотрел на точку, указанную личем.
        - Тут же излучина реки, случись что, и уйти некуда, да и в стороне от нашего пути.
        - Нет, не в стороне. Нам все равно на тот берег надо, а ближайший мост в половине дня езды, за крепостью. Ну а уйти… Да сколько можно бегать? Дай хоть раз мужикам возможность оплеух кому-то надавать для поднятия боевого духа,  - улыбнулся Нирт.  - Да и вряд ли кто-то здесь бывает.
        - Можно. Почему нет? Пусть с часть вздремнут, а там и выдвинемся.
        - Что с девчонкой делать думаешь?  - Дайлон аккуратно свернул карту и спрятал в кожаный тубус.
        - Оставим в каком-нибудь селе.
        - Ага. Ей парни местные рады будут. Миленькая.
        - Ну это уже ее проблемы. Ты-то что переживаешь? Понравилась?
        - Ну да, неплохая была бы жертва,  - пошутил в ответ лич.
        А может, и не пошутил.
        - Фу, Дайлон. Такую-то красоту? Спроси, может, она тоже личем стать хочет? Кстати, а бывают женщины личи?
        - Говорят, бывают, только я точно не встречал. Чтобы стать личем, нужна сильная искра. Очень сильная. Во время обряда необходимо выпустить много темной и светлой маны. А у женщин искра редко бывает настолько большой.
        - Как-то раньше я не задумывался насчет гендерных различий в магии. Значит, женщины, говоришь, слабее?
        - Не совсем так. Они… как бы сказать… одинаковые. Если женщина одарена, она обычно не бывает особо сильным или особо слабым магом  - средний маг. А вот в мужской части магического сословия встречаются одаренные, которые вообще магию не видят. Но, опять же, и очень сильные попадаются чаще.
        - Слушай, а вот мне Лекам, дядя Нейлы, рассказывал, что в личей превращались преимущественно слабые маги, чтобы стать сильнее.
        - Это общее заблуждение. Раз все личи очень сильные по причине того, что слабые не могут ими стать, народ думает: вот стану личем и силы будет немерено.
        - Понятно, не следствие, а причина.
        - Вы с Саймолом не у одного мага учились? Больно речи похожи!
        - У одного. У его деда.
        - А, ну да, забыл.
        Я потер слипающиеся глаза.
        - Ты бы тоже вздремнул,  - ухмыльнулся Дайлон, вставая.
        - Не-эт. Потерплю.


        Через часть, даже немного меньше, перекусив чем бог послал, выдвинулись в сторону крепости. Недолгий сон немного взбодрил путников, в особенности одаренных. Гномы же умудрялись спать на ходу, благо погода наладилась, выглянуло солнце, пусть и не летнее, но согревающее. Впереди меня ехали Нейла и Катла. Полностью я их разговор не слышал, но понимал, что возлюбленная по какой-то только ей ведомой причине рассказывала, кто есть кто.
        - Нейла, можно тебя на меру?
        Нейла придержала жеребца:
        - Что?
        - Давай помедленней.
        Мы пропустили эльфов и Храма вперед и пристроились в хвосте.
        - Ты зачем ей все рассказываешь?
        - Ты что меня  - за дурочку принимаешь? Ничего важного я ей не говорю, только как кого зовут, ну и там остальное  - наше женское.
        - Мм, ну извини. А то, что эльфы из Темных земель, я так понимаю, тоже к женскому относится?
        - Ну-у-у… А что такого-то?
        - Да ничего. Просто попрошу Нирта подчистить ей память.
        - Больше не буду.
        - Как здоровье?
        - Нормально. Чего это ты?
        - Да я не о твоем, я о здоровье детей. Тебя-то ничем не возьмешь. Зараза к заразе не липнет.  - При этом пришлось немного пришпорить лошадь, дабы выйти из радиуса удара Нейлы.
        - Слушай, Нор,  - успокоилась она,  - сейчас, конечно, не лучшее время для разговора, но раз уж мы одни…
        - Говори.
        - Я все ждала, пока ты начнешь, но ты часто по голове получаешь, поэтому подтупливаешь постоянно. Придется начать мне.
        - Интригующе.
        - Ты когда собираешься меня в жены брать?
        - О как! Может, хотя бы вернемся в «Проклятый»?
        - А еще лучше родим. Да!
        - Чего ты из меня зверя делаешь? Вернемся и нормально отпразднуем свадьбу.
        - А родителям я что скажу? Нет, ну вот освободим их, и они поймут, что я в положении. И что?
        - Некогда было. Занимались их спасением.
        - А-а-а, ну да. А параллельно детей делали?
        - Да, я думаю, поймут.
        - Чем ты думаешь? Вот этим?  - Она постучала по шлему, висящему на луке седла.  - В общем, если ты не хочешь остаться без сладкого  - думай.
        - Слушай! А Катла-то ничего такая…  - В этот раз жеребцу пришлось немного напрячься.
        - Малолетки!  - окликнул нас Храм, когда мы обогнали тянущуюся цепочку.  - Нам туда.
        Орк ткнул рукой в сторону неприметной тропинки, на которую уже повернули Руча и личи, а я, отвлекшись, еле успел увернуться от оплеухи.


        К крепости подъехали засветло. Ну как к крепости, скорее, к остаткам крепостной стены с практически осыпавшимся и заросшим рвом и зияющим проемом вместо ворот. В общем  - квадрат каменных стен, разорванный в одном месте. На гребне одного из развалов сидел сокол. Вообще, само по себе интересно увидеть эту, хоть и не очень редкую, птицу на довольно близком расстоянии, а вдвойне удивительной оказалась ее лапа. Эль толкнул меня, обгоняя. Я кивнул. На лапе птицы было что-то привязано.
        У въезда нас ожидал сюрприз в виде примятой телегой травы. Следы вели в сторону облюбованного нами места ночлега. Руча заскочила первой, по стайным ощущениям я понимал, что опасности там нет. Да и Торка, поводив носом, преспокойно остался сидеть на лошади. Но на всякий случай Эль и Сойса с жезлами заглянули из-за камней внутрь.
        - Телега с селянами,  - вернулись они к ожидавшему результатов разведки отряду.
        Мы степенно въехали внутрь и завернули в противоположную от разместившихся селян сторону. Благо места внутри крепостных стен хватало. Руча лежала шагах в двадцати от мужика, который с хмурым видом стоял перед телегой с топором в руках. В телеге среди разнообразных тюков и мешков торчали три вихрастые головы. А за телегой стояла дородная баба, явно постарше мужика, с двузубыми вилами.
        Я спешился и развязал завязки брони.
        - Храм,  - остановил проходящего мимо с упакованным шатром орка,  - помоги снять.
        Храм вытряхнул меня из железа. Я повел плечами, привыкая к легкости своего тела.
        - Вечер добрый,  - направился к мужику, по дороге мысленно попросив Ручу отойти.
        - И вам добра желаем,  - ответил тот.
        - Нор,  - протянул ему руку.
        - Хабар,  - ответил он, положив топор на телегу.
        - Мы тут расположимся рядом? Вы не против?
        - Да тут, скорее, мы должны спрашивать.
        - Вы же первыми приехали,  - улыбнулся я.
        - Да по нынешним временам кто сильнее  - тот и прав.
        - Суровое время, согласен. Расположимся, приходите  - поговорим.
        - Коль пригласите, конечно, приду.  - Мужик смотрел недоверчиво.
        Да оно и понятно. Приехала тут такая ватага разношерстных, а самое главное, вооруженных разумных.
        - Ладно. Рад знакомству.  - Я развернулся.
        - Нор,  - окликнул меня мужик.
        - Да.  - Я остановился.
        - Да я, это… ладно, так…
        - Спрашивай, раз уж остановил.
        - Ты уж не серчай за вопрос, но вы не разбойничаете?
        - А что, похожи?  - Я оглянулся на наших.
        Ну да, невыспавшиеся разумные, хмуро копошащиеся и обустраивающие лагерь, выглядели не очень приветливо.
        - Нет, Хабар. Не бойтесь, не тронем.
        - Ровный,  - окликнул меня Храм,  - есть нечего, даже каша кончилась.
        - Ага, ясно.
        Понятно, что продуктами нас обеспечивали четырехлапые, но в связи с тем, что кот был очень занят своими амурными делами, добыча провианта упала на хрупкую спину беременной Ручи, хотя Пуш, я точно знал по ощущениям, крутился где-то рядом. Хасанше же в одиночку охота была совсем даже не в радость.
        - Руча, пойдем оболтуса поищем,  - кликнул я волчицу.
        Хоршо еще, моего жеребца не успели расседлать. Или наоборот, плохо. Совсем не заботятся о мозговом центре. Пусть и тупом, но центре!
        - Сеулон, Ларриен,  - раздался голос Эля.
        Эльфам долго объяснять не надо было, и они принялись седлать своих лошадей.
        - Да возьмите мою и Храма,  - направил их мысли в нужное русло Эль.
        - Я лучше у Нейлы возьму,  - глянул Сеулон на массивную тушу жеребца орка,  - этого пока разгонишь.
        - Поосторожней там,  - рыкнул орк в защиту своей собственности.
        У орка жеребец был, конечно, здоровый. Выехав через брешь в стене, прокатились до ближайшего леска. Сейш мы нашли, вернее, нашли, но не увидели. Пуш ограничился дистанционным принятием просьбы.
        На обратном пути эльфы несколько раз переглянулись между собой. Я краем глаза заметил, что Сеулон за моей спиной даже что-то прожестикулировал Ларриену. Но спросить они решились уже чуть ли не при въезде.
        - Нор,  - поравнялся со мной Ларриен.
        - Мм?
        - А как у вас относятся к…. как бы сказать… отношениям между мужчиной и женщиной?
        - У кого  - у нас?  - решил я немного потрепать эльфам нервы.
        - У людей.
        - А-а-а. Ну как и у всех. Нормально относятся.
        Эльф замолчал, переваривая услышанное. До самой крепости он так и не решился больше ни о чем спросить. Вот уж не думал, что эльфы стеснительны.
        - Катла понравилась?  - Я остановился и развернул лошадь перед крепостью.
        - Ну не мне…  - стушевался эльф, не ожидавший продолжения разговора.  - Другу одному…
        - Да.  - Сеулон оказался смелее.
        - Не понял. Что, обоим?
        Эльфы подозрительно промолчали.
        - Тут, парни, даже мне интересно. А ведь у кого-то из вас отношения с Сойсой?
        - С чего ты так решил? Не-э-эт. Сойса, она как сестра.
        - Ну не знаю, не знаю… Вы бы на всякий случай выяснили сначала отношения с «сестрой». А то как бы она кому-нибудь из вас или Катле чего-нибудь не оторвала. Ну а с женщинами… Вас вообще что интересует? Постель или любовь, серьезные отношения…
        - Все интересно.
        - Нет, тогда позже. Это надолго. Но краткий инструктаж проведу. Первое, не забывайте, откуда мы ее вытащили.  - И тут мне в голову пришла прекрасная идея снять с себя почетную обязанность просвещения парней.  - Второе, у Эля подруга, в смысле возлюбленная,  - на всякий случай уточнил я,  - человек.
        Эльфы переглянулись.
        - А еще…  - Когда я уже собрался прервать разговор, въехав в крепость, меня остановил Ларри.  - Как вот на твой взгляд, ничего, что у нас клыки?
        - Нет, ну я бы с вами целоваться не стал. А вот с Сойсой…
        Уже въехав сквозь проем, понял, что зря затеял этот разговор. Повернув голову, увидел смеющийся взгляд Сойсы. Она прижала ладонь к своим губам, чтобы я не выдал ее, и спряталась за сравнительно небольшим валуном.


        За кружкой отвара в лучах приближающегося к горизонту солнца сидели селянин  - сосед по ночевке  - и почти вся наша команда, включая гномов и личей. На коленях Нейлы, Катлы и, что немного удивило, одного из самых неразговорчивых гномов (хотя они все не очень-то болтливы) устроились дети соседа.
        - … ну, мужик говорит, мол, там на тракте бандиты орудуют и нам лучше на эту дорогу свернуть.
        - Нам так же говорили,  - подала голос Катла.  - А в итоге на бандитов напоролись.
        «Блин, а у нее еще и голосок приятный!»  - пронеслась крамольная мысль.
        - А далеко бои идут?  - спросил Саймол.
        - Да какие бои, старки давят, а наши не могут толком войско собрать. Наверное, завтра уже мост захватят.
        Все эльфы вдруг резко повернулись в сторону выезда из крепости.
        - Сойса сигналит,  - тихо произнес Эль.
        Я встал и направился к проему, за мной пошли Шивак, Эль, Храм и Саймол. Ну, в принципе, если не половина, то, с учетом двух стражей, почти четверть разумных.
        По некошеной траве ехали восемь воинов, судя по одинаковой броне  - из регулярных войск. И направлялись они прямо к нам.
        - Глухое место, говорите?
        - Ты это кому?  - поинтересовался Храм.
        Я повернулся к невозмутимому Саймолу.
        Лич сделал вид, что не заметил моего взгляда.
        - Эль, ставь парней с жезлами за камни. Сойса, оставайся на месте.
        - А я?  - раздался голос гоблина из-за камня с противоположной стороны.
        - Ты, Торка, тоже. Остальные назад.
        Погладив горячую голову волчицы, подошедшей сзади и поднырнувшей под руку так, что рука оказалась выше моей головы, я послал ей мысль затаиться рядом с гоблином.
        - Садимся у костра.
        - Мы же будем отличными мишенями,  - возразил Гарт, тот самый молчаливый гном.
        - Не думаю, что они решатся напасть. А если попробуют, то тут и останутся.
        - Мы, наверное, пойдем?  - робко произнес Хабар.
        Я кивнул. Беженцам дважды объяснять не пришлось.
        - А если они развернутся и уедут?  - с издевкой спросил Нирт.
        - Значит, мы снова не выспимся.
        Лич пожал плечами, мол, глупо.
        - Можно резать всех встречных. Делов-то,  - ответил я на его пантомиму.


        Воины, заметив костер, заволновались. Нет, я не видел этого, но ощутил «картинку» Серого, ушедшего с эльфами. Именно ощутил.
        Солдаты, помявшись у проема, решили въехать, но двоих оставили снаружи. Мы никак на них не отреагировали. Солнце уже зашло, и лишь последний свет заката освещал округу.
        - Добрый вечер!  - нарочито громко поздоровался первый воин, остановив свою лошадь шагах в двадцати от нас.
        - И вам того же,  - пророкотал орк.
        Гномы, наскоро накинувшие броню, сидели спиной к воинам. Топоры в их руках поблескивали то ли от костра, то ли от бордового отблеска заката.
        - Присаживайся,  - пригласил я воина.  - Поговорим.
        - Могу узнать, с кем имею честь?
        - Присаживайся. Сейчас познакомимся. Имена пока ни к чему.
        Видимо, я повел разговор не в то русло, поскольку воин напрягся и не ответил.
        - Не будете угрожать, и мы не… достанем мечи.  - Я не сразу подобрал слово, не наносящее обиды.
        Воин спустился с лошади и, подойдя, сел на свободный камень. Лицо, не прикрытое забралом из-за отсутствия оного на шлеме, было спокойно.
        - Вы, я так понимаю, переночевать?  - спросил его.
        - Вроде того.
        Врал. Прямо все нутро ощущало, что он врал.
        - Пусть так. Располагайтесь.
        Мужик, именно мужик с волевым лицом и полным отсутствием страха, но явным присутствием усталости в глазах, снял шлем:
        - Да не привыкли мы рядом с незнакомыми.
        - Нор,  - скупо представился я.
        - Дикт,  - ответил мужик,  - десятник баронства Ортен.
        - Рад. Теперь мы знакомы.
        Беседа была сюрреалистической по причине того, что все остальные разумные вокруг молчали. Может, я бы и продолжил дальше, безумно интересно стало, насколько бы подло это ни было, как будет проходить разговор с этим умудренным опытом мужиком, оказавшимся в роли более слабого, но я ощутил приближение Пуша. На посланную мысль об остановке я не получил ответа от кота  - далеко, зато получил информацию от Серого  - воины десятника увидели сейш.
        - Дикт, я сейчас попрошу тебя об услуге. Не подумай плохо, но твои ребята на страже могут пострадать от наших сейш. Было бы лучше, если бы они отъехали в сторону и пропустили их, а еще лучше, если бы въехали сюда. Мы не хотим конфликта.
        Ситуация складывалась неоднозначная. Я, если честно, нервничал гораздо больше, чем этот воин, хотя пытался казаться спокойным.
        - Прошу,  - без грубости, действительно просящим тоном произнес я.
        - Позови,  - повернувшись к своим, сказал Дикт.
        Всадник, к которому обратился десятник, поднес к губам свисток и дунул в него. Звук был мягким и тихим. Вскоре въехали остававшиеся снаружи воины.
        - Эль, встреть, пожалуйста, Пуша, он не один.
        Эльф молча встал и, обойдя гостей, растворился в темноте. Только я собрался продолжить разговор, из темноты вынырнула тень сейша, который, неторопливо подойдя ко мне, прилег рядом. Эффект от появления огромного кота в безразличных глазах десятника однозначно отразился, да еще увеличился, когда в отдалении появилась тень подруги Пуша. Кошка прилегла в еще не примятых зарослях травы.
        - Мы не хотим ронять вашего достоинства, как и причинять вам вред,  - начал я говорить, предвидя тупиковую ситуацию.  - Так что давай начистоту, Дикт. У тебя есть вопросы, знаю. На все из них, вернее, почти на все мы не сможем ответить. Крови я тоже не хочу. Это не угроза. Располагайтесь рядом, только вон там,  - я указал рукой в сгустившуюся темноту,  - беженцы, не трогайте их. Заметь, я не спрашиваю, откуда вы и кто такие. Надеюсь, это взаимно. Когда расположитесь, приходи.
        - Мы ищем разбойников, грабящих обозы беженцев,  - натянуто произнес десятник.
        Я подспудно ощутил вопрос  - а не мы ли это? Глупо, но бесстрашно со стороны Дикта. Воин был достоин уважения.
        - Мы точно не подходим на эту роль, хотя бы по составу,  - провел я рукой по уху Пуша.  - Но поможем, хорошее дело делаете. Катла,  - многозначительно я посмотрел на бывшую узницу разбойной деревни, чтобы она поняла, что не надо называть имен,  - поговоришь?
        Катла кивнула.
        - Ну и беженцев поспрашивайте, интересно выходит.
        Десятник махнул рукой. Когда его воины, слышавшие разговор, растворились в ночи, он приступил к делу:
        - Можно сразу поспрашивать?
        - Конечно. Могу шатер предоставить.
        - Зачем?
        Как-то я себя неуютно почувствовал  - ну действительно, зачем им шатер? Однако в голове отложилось, что полиция ищет укромные уголки для допросов.


        Десятник спрашивал Катлу грамотно, в принципе, скрывать ее имя не было смысла, поскольку он узнал о ней все остальное. Я не вмешивался. Катла на вопрос о собственном избавлении ответила по-простому:
        - Не могу рассказать.
        Рядом со мной сидел Нирт.
        - Господин Дикт,  - окликнул он десятника.
        Нет, ну, может, я тупой, но не настолько, чтобы не заметить резко изменившегося лица воина.
        - Я вас слушаю.
        - Вы в процессе оформления документов упустите нас, пожалуйста.
        Десятник неуверенно кивнул, глядя при этом не в глаза, а на руки лича. Я, понятно, тоже покосился  - на его пальце светился массивный перстень с вычурной гравировкой.
        После расспросов Катлы Дикт собрался уходить.
        - Может, поужинаешь с нами?  - предложил я ему.
        - Нет, но… спасибо.
        - Тогда просто посиди,  - поддержал мое начинание Саймол.  - Поговорим.
        Дикт правильно расценил предложение, вернее, навязчивую просьбу и присел на камень у костра. Жарившаяся козлятина способствовала процессу слюноотделения. Я усилием воли поборол желание вцепиться в мясо и отказался от предложенного Нейлой куска  - как-то не очень хотелось говорить с незнакомым человеком и одновременно жевать.
        - Я так понимаю, ее вы спасли?  - неожиданно спросил он.
        - Да. Только мы там посвоевольничали немного,  - ответил я ему.
        - Скажи, Дикт,  - подключился к разговору Саймол,  - война ведь вокруг, а вы за разбойниками бегаете?
        - Нам барон за год жалованье выплатил, а сам уехал. Соблюдаем договор.
        - А если старки?
        - Дня через три ждем.
        - Уже так близко?
        - Да кто их знает, позавчера соседнее баронство захватили, пока там отдыхают.
        - Что делать будете?
        - Уходить.
        - А сейчас-то чего ждете?  - включился в разговор Нирт.
        - Договор. Да и хочется этих тварей прижать. Мы две десятины назад родных отправили в эту сторону. А через день первый разграбленный обоз нашли. Не знаем теперь, то ли уехали наши, то ли…
        - Ты же из тайной полиции?
        Десятник промолчал.
        - Я просто слушал, как ты вопросы девчонке задавал  - явно тайная служба, сам раньше тайником был.
        - Служил когда-то.
        - А чего ушел?
        - Это личное.
        - Пусть так. Много старков в том боронстве?
        - Две сотни.
        Десятник как-то уж очень охотно отвечал на вопросы.
        - Спасибо. У меня больше вопросов нет,  - в конце разговора произнес Нирт.  - Ты с беженцем переговори. Очень интересно будет.
        Десятник послушно встал и ушел. Понятно, что не я вел разговор, но как-то неудобно стало за такую манеру общения с делающим хорошее дело мужиком:
        - Чего ты так резко?
        Нирт пожал плечами.


        Проснулся я оттого, что кто-то теребил меня за плечо. В слепящем свете «светляка» различил фигуру Саймола:
        - Вставай, пошли.
        Ничего не понимая, я встал и пошел за личем. У выхода из крепости меня стало одолевать беспокойство  - стражи не было видно. Похоже, допрыгался. Мы, повернув вдоль крепостной стены, шагов через сто встретились с Ниртом и Дайлоном. Чувство опасности прямо выло, но ничего сделать я уже не мог, даже меч не взял. Дайлон взмахнул рукой, и вокруг нас стал подниматься вихрь, постепенно окутавший круглую площадку метров пяти в диаметре плотной стеной пыли, летящей с ураганной скоростью и скрывающей нас от света лун. Шум урагана затих, когда Саймол поставил вокруг нас «щит». Дышать из-за недостатка воздуха стало немного тяжелее.
        - Зажги «светляка»,  - попросил Нирт.
        - Не могу.
        - Забыл.  - Лич осветил купол, под которым мы оказались, при этом его лицо слегка исказилось, видимо, использование светлой силы действительно не очень желательно для нежити.
        - Ну а теперь, Ровный,  - Саймол присел на землю,  - давай поговорим серьезно.
        - Давай.  - Я присел напротив, повинуясь жесту лича.
        - Сейчас мы поставим тебе блокировку памяти от чтения. Это действительно необходимо. Ничего подтирать не будем  - не бойся. Только блокируем возможность чтения.
        - А то у меня есть выбор,  - усмехнулся я.
        - Сам виноват, выбор был раньше, а теперь есть необходимость.
        - Объяснишь?
        - Конечно. Хотя уже пытался. Мы не можем пустить тебя к старкам со знанием о Темных землях и о нас.
        - Неправдоподобно. О вас знают все.
        - Им тоже нужно поставить блокировку. Всем. Но начнем с тебя. А ты потом поможешь нам с остальными.
        - С какой стати?
        - Как думаешь, если победят старки, ваш «Проклятый дом» да и вы окажетесь в безопасности?
        - Не знаю. Возможно.
        - Не строй иллюзий. Старкское королевство полностью пляшет под дудку моего отца.
        - И при чем тут это?
        - Мы можем помочь исварцам победить.
        Прочитав немой вопрос в моих глазах, Саймол продолжил:
        - Ты доставишь книгу. Светлые откроют один из порталов, стоящий, кстати, в Озерной крепости, и через него хлынут исварские войска. Ну а дальше, имея действующую сеть порталов в королевстве, исварцы быстро восстановят свои границы.
        - А король Исварии знает о ваших планах?
        - Да. Одновременно с нашей экспедицией к нему направили делегацию. Он даже свой амулет прислал, дающий право помощи любыми официальными лицами.
        Нирт показал перстень, на который глазел десятник.
        - Чего же вы раньше им не воспользовались? Прячемся, как последнее ворье.
        - Светлые тоже не дураки, и у них хватает здесь соглядатаев. А уж такая команда, как наша, явно привлечет внимание. Да и получили мы перстень только сегодня.
        - Сокол?
        Саймол кивнул.
        - А почему сейчас так не сделать? В смысле без портала старков. Перекидывать куда нужно войска на исварской территории, да и все.
        - Не так много мест, где есть порталы, это во-первых. Отсутствуют точные данные об их исправности, это во-вторых. Сейчас знаем, что только столичный портал не поврежден. Проверяют другие. А светлые воспользуются явно рабочим. Портал, дающий возможность войти в тыл врага… сам понимаешь, он важен. Ну и хотелось все-таки урезонить братство.
        - Да и урезать тоже,  - добавил Нирт.
        - То есть ваша выгода в мести? И это мне говорят личи, у которых  - по их природе  - нет чувств? Звучит сомнительно.
        - Понимаешь, если старки выиграют войну, вокруг Темных земель будет практически единое сильное государство, которое начнет вторжение к нам. Это просто вопрос времени. Уж очень им нужен центральный портал. Ну а с учетом разрешенной темной магии… А так мы, запустив порталы, поставим в зависимость и то, и другое королевство, а заодно и гномов с эльфийскими Домами. Хотя что я тебе рассказываю, ты сам говорил: кто владеет порталами, тот владеет миром.
        - Разделяй и властвуй… Сунулись к вам, вы отключаете сунувшемуся порталы…
        - Ну да.
        - Умно. Это все, что я должен знать?
        - Нет. Необходим правдивый рассказ о смерти лича в Темных землях. Иначе мы вынуждены будем прочесть твою память. Но лучше сам, так быстрее.
        - Боитесь повторения. И что, на слово поверите?
        «Существуют способы распознать ложь»,  - прозвучал голос Нирта в голове.
        - Меч.
        - Что  - меч?
        - Меч забирает всю темную силу.
        Личи переглянулись. Нирт кивнул Саймолу.
        - Ты понимаешь, что расстанешься с ним?
        Я кивнул.
        - Ну, раз ты так откровенно… Можно, конечно, не говорить тебе этого, но хочется доверия, а не вражды, поэтому считаю, что ты должен знать. В послании сообщили, что Римик уже десятину назад вернулся в Озерную, но без ваших. Так что если и идет речь о спасении, то только родных Нейлы. Они  - там. А об остальных ничего не известно.
        - Откуда такие сведения?
        - Не знаю. Вернее всего, соглядатаи Гарда Первого.
        - Как-то ты мне легко все рассказываешь. Так уверен в блокировке?
        - Да. Если попытаются снять  - ты умрешь.
        - Как-то не очень оптимистично звучит.
        - Выхода у тебя нет. Ты нужен нам, мы  - тебе.
        - Да я так понимаю, что я-то не очень. Вы ведь можете вселиться в мое тело?
        - Лича даже неодаренный может определить, просто прикоснувшись и почувствовав холод тела. Так что ты нам нужен.
        Мысли вертелись с безумной скоростью. Личи вроде все разумно говорили. Около ураганно-щитового купола, под которым мы сидели, я ощущал Пуша.
        - Можете снять «щит», дышать уже тяжело.
        - Гаси свет.
        Когда пыль завесы упала, личи увидели сейш, готовых к прыжку.
        - Хитро. Ты уверен…
        - Не собираюсь с вами биться. Просто дай подумать.  - Я послал успокаивающую мысль сейшу.
        Свет сестер освещал окрестности крепости, я размышлял уже мер пятнадцать, не находя в словах личей хоть какого-нибудь подвоха, кроме, собственно, плетения.
        - Ровный,  - Саймол присел рядом,  - если бы мы захотели, ничего бы не сказали тебе и поставили блокировку всем вам во сне. Ты же понимаешь, что лагерь не просто так уснул?
        - Догадываюсь. Я согласен, но на предыдущих условиях. Когда ты предлагал проверить память.
        - То есть нам встать под жезлы?
        - Да.
        Лич некоторое время помолчал.
        - Хорошо.
        - И не сегодня.
        - Почему?
        - Дай разумным отдохнуть. Сделаем на следующей ночевке.
        - Нет, Нор, следующая ночевка может быть на территории старков. Если хочешь дать всем выспаться, днем задержимся. После этого нам надо будет разойтись.
        - Расходиться-то зачем?
        - То есть ты хочешь прийти к светлым в компании личей, которых помнит в лицо половина их верхушки? Да нам даже показываться на старкской территории нельзя.
        - Ну да, глупо. То есть вы дальше не пойдете?
        - Пойдем, но тайно, подальше от вас. У тебя есть пропускное кольцо Римика, так что дальше сами.
        Я молчал.
        - От этого зависит исход войны, очень волнующий меня, и спасение родных Нейлы, волнующее тебя,  - понял мои сомнения Саймол.  - Нельзя рисковать, а шанс, что вам могут залезть в головы, очень велик. Не будет блокировки  - не будет книги. Я не собираюсь помогать светлым.


        Блокировку ставили в лесу, после раннего подъема и быстрого выезда. Память соседям стирать не стали, хотя личи порывались. Но определенной опасности не предвиделось, а дело воины делали благое.
        Нирт склонялся над головой очередного разумного и погружал его в сон, потом очень аккуратно (я наблюдал) накидывал вязь плетения и наполнял его светлой силой, которую изредка просил ему влить. Сразу после наполнения силой вокруг головы, если смотреть магическим зрением, начинал светиться ореол, из-за которого нити плетения становились невидимыми.
        - Само развеется?  - спросил я Саймола.
        - Десятин через пять. Ты это… Выслушай сейчас меня внимательно. К старкам все не суйтесь. Иди с парой разумных, а лучше, если темных эльфов вообще показывать не будешь. Остальные пусть ждут где-нибудь подальше  - округу могут прошерстить. Сотник наверняка пошлет птицу Римику, так что дня три-четыре, и будете у них  - не волнуйтесь. Когда придет ответ, тот, кто у них главный, выделит тебе охрану. Полагаю, не более десятка, но могут и больше. Договоритесь, чтобы не растеряться со своими, когда выедете, и книгу лучше у них оставьте  - старкам скажете, что спрятали в лесу. После того как отъедете вглубь примерно на день, ваши могут присоединиться. Охрана, конечно, будет не в восторге, но решишь сам. Главное, не давай им отправить птиц. Со старками спокойно дойдешь до Озерной, без них вам так же, как сейчас, придется туго. Вот книга.  - Лич поставил рядом со мной сумку, которой, клянусь, до этого у них не было.  - Остальное уже как получится. Но надеюсь, мы вас там встретим. Все вместе в крепость тоже не суйтесь  - не вернетесь. Иди один. Отдашь книгу кому-то из своих, а лучше спрячь где-нибудь
поблизости от крепости. Память вашу все равно не прочитать. Там обговоришь с Римиком или с моим отцом порядок передачи книги в обмен на семью Нейлы. Про то, что у них нет твоих, ты как бы не должен знать, по этому поводу поскандаль.
        Лич на некоторое время умолк.
        - Может, тебе все записать?
        - Ты сейчас как курица над цыпленком.
        Саймол посмотрел на меня:
        - Да, по сути, так и есть. Ты еще желтеньким пушком покрыт и не знаешь, насколько опасна кошка.
        - Мне будет комфортней без старков, пусть и затянется все дольше.
        - А вот тут к тебе моя просьба: лучше, если со старками.
        - Почему?
        - Хотелось бы, чтобы они подготовились к такому знаменательному событию. Собрали всю свою знать. Проверили портал. Чтобы время не тянули. А то ты выплывешь у крепости, а они только раскачиваться начнут, а то, чего доброго, вообще к другому порталу увезут книгу.
        - А почему сразу всем нельзя к старкам? В смысле к тем, которые нас будут сопровождать?
        - Вам такую армию выделят… И сотню ради вас снимут.
        - Старки могут по дороге еще кого взять себе в помощь.
        - Ровный! Решишь сам.


        Пока проводили блокировку, свободные от этого процесса завтракали. Последним из разумных, которому установили плетение, был… Торка. Саймол убедил меня, что надо и ему поставить плетение, ладно хоть сейш и Ручу не тронул. Закончилось это действо ближе к зениту не особо радующего в этот день солнца.
        - Ну, как говорили в нашей сотне, «легких вам ран или быстрой смерти»,  - оригинально попрощался Саймол.
        - И тебе не умирать,  - ухмыльнулся я.
        - Хорошая шутка.  - Саймол отстегнул с пояса ножны своего слегка изогнутого меча, даже, скорее, сабли, немного вытянул из них лезвие и двумя руками подал мне.  - Это очень хороший клинок, клинок конного воина, когда-то его носил сам император. О цене говорить не буду  - его только из-за прежнего владельца можно поменять на небольшой замок, ну а если найти настоящего ценителя… Плетения укрепления и облегчения. Чистить, если не покрыл кровью, не надо  - гномья сталь. На вычурность рукояти не смотри  - удобна. Камни и золото прикрыл кожей  - слишком броские. На нем только накопителей  - три. Когда совсем плохо, может разово послать «воздушный кулак» и три меры держать «щит»  - почти жезл. Держи.
        - Спасибо, конечно, это неожиданно.
        Лич улыбнулся.
        - Ты не понял  - это обмен. Мне нужен твой.
        Я промолчал. Саймол, видя мои колебания, продолжил:
        - Ты обещал. Это слишком опасная вещь, чтобы оставлять ее в руках разумных. Ты просто не представляешь, насколько шокировал нашу тихую империю. Мы ведь считали, что нас невозможно убить без определенного ритуала. Сама фраза «убить мертвого», знаешь ли…
        Как бы ни было жалко, я отстегнул привычный меч. Даже не из-за просьбы лича, просто в благодарность.
        - Знаешь,  - уже сидя на лошади, задумчиво произнес Саймол,  - возможно, если бы не этот меч, все повернулось бы иначе и мы бы так и не вышли к разумным. Там в сумке немного денег и драгоценностей, особо не шикуйте  - не надо привлекать внимание. Будь жив, лупоглазый.
        - И тебе не встретить такого меча,  - ответил я ему.
        Саймол не совсем хорошо улыбнулся:
        - Ты не представляешь, насколько мне помог. Возникнут просьбы  - обращайся, конечно, не в ущерб моему разуму.
        Я поднял руку в прощальном жесте. Так понимаю  - не все просто у нежити…



        Глава 22
        Фална

        Моста достигли уже к вечеру. На этом берегу, прикрывшись пожелтевшей листвой леса, располагался довольно обширный лагерь. По количеству шатров не менее сотни воинов. Заметив нас еще издали, к нам выехали двое всадников.
        - Десятник эр Лоинорок,  - представился один из них.  - Нам приказали проводить вас через мост.
        - Кто приказал?
        - Сотник,  - скупо ответил тот.
        Ночевать на этой стороне мы не стали  - как-то отвыкли от чьего-либо соседства, а уж тем более от кучи вооруженных людей.
        Воин три раза махнул белым флагом. С того берега махнули два.
        - Можете ехать,  - вежливо произнес десятник стражи, оглядывая нашу пеструю компанию.
        - Подождем меру,  - ответил я ему, послав зов Пушу.  - Может, Катлу оставить на этом берегу?  - заранее зная ответ, спросил Нейлу.
        - Лупоглазенький…
        - Ты на кухне, у плиты?  - перебил я ее, глядя в глаза.
        У Нейлы гневный взгляд сменился на растерянный, а потом на смиренный.
        - Оставь Катлу с нами, пожалуйста. Сам понимаешь, здесь не лучшее место для красивой девушки.
        - А то у нас лучшее.
        - Нор,  - просительно посмотрела на меня любимая.
        - Думай, куда ее деть. С нами она погибнет в первой же схватке.
        После появления питомцев (хотя сейшу я бы так не назвал) интерес исварцев к нам, который и без того присутствовал, приобрел прямо-таки ураганный характер. Нас провожали взглядами однозначно все воины лагеря.
        Пропустив вперед сейш, я обратился к подруге Пуша, которая даже внешне сильно нервничала:
        - Лемария, с той стороны тоже воины, их не надо трогать. Если произойдет что-то плохое  - пусти нас вперед.
        В ответ прилетела картинка, в которой мы прятались за спиной сейши.
        - Ты очень похожа на мать Пуша.
        То, что произошло дальше, оказалось слегка неожиданным.
        «Ее убили люди?»
        - Да.
        Меня немного выбил из колеи, во-первых, сам факт контакта с кошкой, а во-вторых  - голос, звучавший в голове, наивный, но в то же время без картинки.
        Через мост мы прошли без приключений. Несмотря на изначальную уверенность, когда миновали десяток исварцев, охраняющих мост с этой стороны, у меня как-то от сердца отлегло.
        Заночевали в лесу, не ставя шатры,  - долгой стоянки не предвиделось. Поужинали нажаренным накануне мясом. Все было, как обычно, за исключением отсутствия в наших рядах нежити. Никогда бы не подумал, что буду скучать по ним.


        - Ларри,  - окликнула темная эльфийка своего собрата, когда они с другом направились в сторону Нейлы и ее подопечной,  - не поможешь мне, лук не посмотришь?
        - Да, конечно,  - обескураженно произнес парень.
        Я бы на его месте тоже вспотел. Лук, я так понимал, в нашем положении, скорее, дань традиции, поскольку почти у всех одаренных имелись жезлы. Так что… Хотя, может, у эльфов принято как-то по особому относиться к этому виду оружия.
        Сеулон с довольной рожей отправился дальше. Зря я так отрешенно наблюдал за всем, поскольку моя возлюбленная, как только к ним подсел эльф, вдруг подскочила и направилась ко мне:
        - О чем мечтаешь?
        Я несколько напрягся, уловив в голосе некоторое ехидство.
        - Просто отдыхаю.
        - А-а-а. Как тебе Сойса? Красивая, правда? Особенно сзади,  - елейно пропела фурия.
        - Ты-то лучше,  - попытался я отвести от себя молнии, понимая, что наш с эльфами разговор стал достоянием общественности.
        - Да не-эт, она правда красивая. Только это… Я не…  - Нейла на некоторое время замялась, но быстро взяла себя в руки.  - Я тебя просто сожгу, если что.
        - Остынь. Ничего серьезного не было. Просто донимал парней.
        - Я так и поняла, просто на всякий случай. А теперь покажи свои руки.
        Осматривая мои руки, которые заживали с неимоверной скоростью (даже я уже видел каналы на ладонях), Нейла вдруг очень добрым и нежным голосом произнесла:
        - Спасибо.
        В этот момент я вдруг вспомнил Еканул и наши ночные беседы. Во мне вспыхнула такая нежность, что я обнял любимую и прижался к ее губам, ощутив юношеский трепет.
        - За что?  - спросил ее после поцелуя.
        - За то, что ты есть. Сейчас ведь ты идешь не ради отца, а только ради моих родных.
        - Ну еще месть и просьба личей.
        Нейла впилась в меня своими зелеными топями глаз. «Насколько же они у нее яркие»,  - прошила молния мысли разум.
        - Ты бы не пошел ради этого.
        - С одной стороны, ты права,  - натянуто ответил я.  - С другой, мне нужно знать, где мой отец, дед и остальные. Парням тоже это нужно. Серый вон осунулся за день.
        - Вот, Ровный, умеешь же ты все испортить.
        Я нежно прижал ее к себе:
        - Ладно тебе. Понимаешь же, что я бы все равно пошел.
        - Ты очень похож на дядю Лекама.
        - Такой же выжженный?
        Кулачок беззлобно ударил меня в грудь.
        - Нет, Нейла, до твоего дяди мне еще расти и расти.
        - Он был хорошим.  - Любимая зарылась носиком в мою грудь.
        - Нейла, расскажи мне о свадьбе.
        Через некоторое время она отозвалась:
        - Что именно?
        - Я не знаю, как все происходит. Честно. Что для этого надо? Документы… или так расписывают?
        - Что значит  - расписывают?
        - Женятся.
        - Ну, вообще, по правилам надо иметь троих свидетелей на свадьбе, с ними потом пойти в канцелярию, где ты должен подписать обязательство, что мы не будем голодать и бедствовать.
        - Как-то просто все.
        - Да там куча всего. У нас все равно документов нет. Есть древний ритуал, я, правда, его только по рассказам знаю, но после него одаренным можно без всяких условий быть друг другом.
        - В смысле  - друг другом?
        - Ну… это когда частичка души вселяется в душу любимого. Но там все очень серьезно.
        - Что-то смутно знакомое. Уже слышал где-то про серьезность. Это не о том, как ты меня спасла?
        - Очень похоже, только ты должен сам отдать частичку себя.
        - А что было тогда?
        Нейла вдруг замолчала.
        - Нейла?
        - Ну, собственно, то же самое. Если вдруг ты умрешь, я, вернее всего, ненадолго тебя переживу. Нет, шанс есть, но… точно никто не знает.
        - То есть ты тогда…
        - Это не считается.  - Нейла попыталась встать.
        Я обнял ее.
        - Нет уж, объясни.
        - Не знаю, я плохо помню. Ты умирал, я была не в себе…
        - А сейчас?
        - Сейчас бы то же самое сделала, потому что люблю, но был момент…
        - То есть частичка тебя сейчас принадлежит мне?
        - Можно и так сказать.
        - И ты думаешь, что я не захочу отдать частичку себя тебе?
        - Ты дурак, Ровный,  - вдруг вспыхнула Нейла.  - Это не за что-то! Это…
        Я заглушил ее гнев поцелуем.


        Таинство провели ночью, поставив по моему распоряжению шатер. Особо скрывать, для чего это, я не стал. Поэтому нас, находящихся немного не в себе после свадебной ночи, встречали разве что не овациями. Сойса точно плакала. В принципе, ничего сложного. Когда сила Нейлы охватила меня, я просто растворился в ней…


        - Мне кажется, мы не совсем в ту сторону едем?  - Рамос сидел рядом с дедом на поваленном дереве.
        - Да нет, как раз в ту,  - ответил Савлентий.  - Твой сын однозначно отправится выручать нас.
        - Думаешь, смог?
        Дед пожал плечами:
        - Должен.
        - Как найдем?
        - Есть пара мыслей, но только у самой Озерной опасно будет.
        - Фална с детьми?
        Дед кивнул:
        - Я бы вообще всех оставил, но ведь упрутся. А дети сейчас голодают, а когда прятаться начнем на старкской территории…
        - У меня знакомых в этой местности нет. Вернее, были, но кругов двадцать назад.
        - Давай твоих искать. У меня если были, то во времена Темной войны, с тех пор я вообще не выезжал. Да и взгляды моих знакомых могли очень измениться.
        - Война, все однозначно съехали с мест.
        - Ну хоть попробуем  - время есть.


        На следующий день мы выехали к селению, вернее, городку, обнесенному частоколом. Знамен над зданиями не было, но каким-то внутренним чутьем я понимал  - захвачено старками. Да, собственно, знал  - воины у моста сразу объяснили, что исварские войска отошли на ту сторону реки.
        - Что, мы пойдем с тобой и Элем?  - произнес Храм.
        - Уверен, что старки здесь?
        - Да вон пара дымов поднимается, явно не от печей. А в деревянном городке не до конца потушены пожары…
        Только теперь я обратил внимание на слабые дымки.
        - Поехали  - узнаем. Но ты останешься здесь. Со мной поедут Шивак и Эль.
        - Ну конечно, размечтался. Эль останется!
        - Можно и так,  - поразмыслив, согласился я,  - эльф внушал больше доверия как командир отряда.  - Пойду клинком с кем-нибудь махнусь.
        - Понравилась, смотрю, меняться?
        - Нет. Просто, возможно, мы отсюда не выйдем или выйдем, но со связанными руками  - не хочется дорогую вещь дарить.
        Орк промолчал, соглашаясь со мной.
        В итоге отправились втроем. Шагов за тридцать до ворот крепости нам что-то крикнули с башни. Я не понял, но Храм, очень удивив меня, ответил на старкском.
        - Откуда знаешь старкский?  - пока мы ждали ответа стражи, спросил я орка.
        - Старкский больше приближен к имперскому, почти один в один, исварцы уж потом возродили свой. Тут вообще древняя вражда.
        Я кивнул  - понятно…
        - А ты что же, старкский не знаешь?  - удивился Шивак.
        Блин, тут, похоже, все образованные, кроме меня.
        - Нет.
        Гном вежливо промолчал.
        После недолгого ожидания с башни что-то крикнули.
        - Дай перстень,  - попросил Храм.
        Я, сняв украшение, протянул ему.
        - Стойте здесь.  - И орк направился к воротам.
        - Что ему сказали?
        - Потребовали подтвердить право переговоров с сотником.
        Мер через пятнадцать нас окружили воины. Книгу я по совету личей благоразумно оставил у своих, договорившись, что Руча будет ждать нас на первой развилке и передаст, когда я пошлю ей мысль. Нас привели к огромному дому, вернее всего, бывшего барона, где развели по разным комнатам. Я чувствовал Храма, но не мог узнать, где находится Шивак.
        «Надо было принять в стаю и его»,  - пришла запоздалая мысль.


        - День добрый,  - на нормальном исварском поздоровался мужик, от добродушия которого прямо веяло опасностью.
        - Пока не очень добрый,  - ответил ему.
        - Что ж так? Плохо обращаются?
        - Нет. Еще не успел понять.
        - Почему же тогда плохой? Отвар будете?
        - Не откажусь. Чего же доброго, если чувствуешь себя узником?


        Два дня мы провели на положении полузаключенных. Как объяснил эль Дуанан, тот самый «добродушный», что беседовал с нами в первый день, по причине невозможности подтверждения наших слов. Правда, нужно отметить, обходились с нами почтительно и даже жили мы в одной комнате, вернее, в двух, но смежных. Апартаменты, так сказать.
        - Зачем-то народ собирают,  - стоя у решетчатого окна, произнес Шивак.
        Поскольку с развлечениями у нас было не ахти, мы с Храмом, покинув удобные кровати, подошли к зарешеченному окну, на подоконнике которого сидел гном. На небольшую площадь перед фасадом здания действительно сгоняли испуганных жителей городка, в основной массе  - женщин и детей.
        Храм, отойдя от окна, постучал в дверь.
        - Что вам?  - раздался голос стража.
        - А что это там, на улице, происходит?
        - А-а-а, так то к штурму моста готовятся.
        Орк некоторое время переваривал ответ:
        - А что, сегодня собираются?
        - Да. К вечеру.
        - По нашему делу что?
        - Не знаю.
        Храм вернулся обратно.
        - А при чем тут штурм?  - спросил я орка.
        - «Щитом» погонят. Сами магией прикроются  - и следом.
        - Их же перебьют всех,  - возмутился гном.
        - Ну не всех, но треть точно. Вернее всего, исварцы разрешат прогнать основную массу, а старки, воспользовавшись этим, на их пятках выйдут на тот берег.
        - А если не разрешат?
        - Бывает и такое…
        - Фална!  - воскликнул гном.  - Нет, точно, Фална с детьми!
        Мы уставились туда, куда указывал Шивак.
        - Вон, видите, мужик высокий, а правее, через женщину…
        - Точно она.  - Я увидел наконец, куда указывал гном.
        - Серый нас убьет, если ничего не сделаем.  - И орк направился к двери.
        Только он замахнулся своей кувалдой, чтобы ударить, как снаружи послышался шум открываемого замка. Дверь открылась, и в комнату шагнул Дуанан:
        - Прошу извинить за задержку. Пришел ответ. От самого эль Камена,  - уточнил он, подняв палец.  - Там подтвердили ваши полномочия. Вы будете сопровождены в Озерную. Охрану я вам обеспечу, мало того, поедем вместе.
        - А может, без охраны, просто документ выдадите?  - одернул я орка, решившего, похоже, с ходу решить вопрос с Фалной.
        - Нет. Ответ содержит однозначные указания. Еще задается вопрос по книге.
        - Книга спрятана в лесу. Это очень ценная вещь, чтобы ввозить ее в неизвестно кем занятый город. По пути в крепость заберем с собой. А когда выезжаем?
        - К обеду выедем, думаю, дней через десять будем там. Сейчас распоряжусь, чтобы вам принесли поесть. Еще пожелания имеются?
        - Оружие нам вернут?
        - Пока, к сожалению, нет.
        - Тогда, может, воды принесете помыться?
        - Ладно.  - Маг скривил губы, видимо, не предполагал какой-либо задержки.


        - Чего это ты?  - Орк вопросительно посмотрел на меня.
        - Если Фална жива,  - ответил вместо меня Шивак,  - значит, они, возможно, все сбежали, соответственно, их ищут. Сами же в результате на них укажем.
        - Разумно,  - одобрил я мысли гнома,  - а еще мы сами под стражей и в нашем положении указывать на кого-нибудь, дружественного нам  - значит, приглашать его в соседнюю камеру.
        - Можно и так сказать,  - спокойно ответил гном.
        - Лучше уж в камеру, чем на растерзание,  - возразил орк.
        - Не кипятись, Храм, давай думать. Времени хоть и немного, но есть.
        Пока мылись и ели, толкового ничего не придумали, лишь утвердились в том, что рассказывать о Фалне не стоит.
        - О, смотри, уводят,  - сообщил гном.
        Мы проводили взглядом колонну пленных где-то из ста разумных, охраняемую двумя десятками воинов под руководством двух одаренных на лошадях.
        - Книгу нам так и так забирать, так что сообщим нашим  - пусть действуют,  - вынес я вердикт.  - Там у нас магов, как собак нерезаных,  - отобьют.
        - А при чем тут собаки?  - спросил Шивак.
        - Поговорка такая.
        Гном, немного помолчав, резюмировал:
        - Глупая поговорка.
        Я пожал плечами, не желая вступать с ним в полемику, тем более что сам, задумавшись, согласился с выводом Шивака.
        - Может, того… охрану уберем по дороге, а потом Фалну отобьем?  - предложил Храм.
        - Неизвестно, сколько у нас будет охраны, возможно, сами не справимся, а если наших привлекать, пока нас освободят, можно и Фалну упустить.
        - Давайте записку напишем и с Ручей передадим, предложил Шивак.  - А там уж сообразят  - по обстоятельствам.
        - Хорошая идея. А то я устану все хасану объяснять. Ты не переживай, Храм,  - заметив сомнения орка, успокоил его,  - четверо эльфов с луками и Руча с Пушем, не считая его подруги, это с ходу минус шесть-семь противников, а там останется-то…
        Храм уныло кивнул.


        Выехали после обеда. Еще немного пришлось задержаться и потребовать, во-первых, чтобы наших лошадей привязали к карете, в которую нас посадили, а во-вторых, погрузили всю нашу амуницию, включая доспехи и оружие. Эль Дуанан сначала попытался переубедить нас, но, увидев наше упорство и раздражение  - нам нужно было быстрее,  - нехотя согласился. Мы же за время этого короткого спора только уверились в том, что находимся на положении арестантов, так как возникло подозрение, что наши вещи никто нам и не собирался отдавать.


        Выезжали в шестиместной карете в сопровождении пятнадцати воинов, из которых еще один, кроме Дуанана, был магом. Только окинув его магическим взглядом, понял, что он  - не чета Дуанану. Красная лента на мече говорила об окончании Боевой академии, а сам меч  - о том, что он служит не для украшения, как и жезл. В общем  - опасный тип.
        - Могу поинтересоваться,  - как только покинули городок, спросил меня Дуанан, ехавший в нашей карете,  - что с каналами на руках?
        - Выжег.
        - Чем?
        - Неудачно «огонек» пустил, я же не маг, а обычный одаренный.
        Может, я, конечно, и придумал, но показалось, что маг как-то расслабился после моих слов.


        На первой же развилке остановились.
        - Куда дальше?  - спросил маг.
        - Да все, приехали,  - ответил ему.  - Пойду схожу за книгой.  - Близость стаи ощущалась внеутренним теплом.
        Вот вроде недавно расстались, а я соскучился.
        - Одному нельзя  - вдруг что случится.
        - Ладно,  - пожал я плечами,  - только пусть шагах в пятнадцати от меня держатся.  - Я открыл дверь кареты и выпрыгнул, пока любопытный маг не начал задавать глупые вопросы.
        Пройдя метров семьдесят вглубь леса, послал мысль Руче. Не один я соскучился. Волчица прыгала, обнимала меня передними лапами, перетаптывалась с дикой скоростью и снова прыгала. С учетом ее размера  - феерическое зрелище. Наконец я смог поймать ее и прижать голову к груди. Забрав сумку с книгой, с усилием почесал за ухом, прижавшись к морде, засунул записку под пряжку ошейника и предупредил об этом волчицу. С трудом оправившись от нахлынувших эмоций, я развернулся и, вытирая слюни Ручи со щеки, направился обратно. Уже подойдя к карете, обернулся. Волчица все еще стояла на месте, тоскливо глядя вслед. Я послал ей картинку с Элем. Она, резко прыгнув в сторону, растворилась в лесу.
        - Интересные у тебя животные,  - протянул маг.
        - Вы про собачку? Так это вы еще моих белочек не видели.
        - Каких белочек?
        - Да шучу я.
        - А куда он убежал?
        - Это же волк,  - недоуменно произнес я.  - Откуда я знаю?
        - Книгу можно посмотреть?
        - Можно,  - приоткрыл я сумку,  - но в руки дать не могу. Ни Аргеен, ни Римик этого не одобрили бы.
        Поняв, что от меня он больше ничего не добьется, Дуанан замолчал, хотя в его глазах я читал любопытство, смешанное с легкой злобой.
        На ночь встали в небольшой деревушке. Староста услужливо освободил свой дом, ну и соседний предложил тоже, правда, тот освобождать не пришлось  - жильцы уехали подальше от войны.
        Во дворе мы заметили купальню и, спросив разрешения у старосты и мага, хорошо натопив печь, воспользовались ею. Храм, вытянув откуда-то из штанины монету, заказал еще и вина. Воины, стоявшие на страже, смотрели на нас с завистью. Им-то при наличии руководства вино не светило. А вот в купальню они после нас сходили все, за исключением магов, конечно. Храм умудрился прикупить еще две бутылки вина, одну из которых унес в купальню втайне от начальства  - для налаживания отношений.
        Наших почувствовал на следующий день к обеду. От Пуша прилетела картинка: Серый в обнимку с детьми и Фалной. Я улыбнулся и подмигнул сидящим напротив гному и орку. Следом прилетела картинка  - вопрос Ручи  - она рвет светлых. Послал отказ. Попросил присоединяться к нам. Станет плохо  - будем драться. А прелести поднадзорного путешествия мы уже вкусили.
        Появление нашего отряда было эффектным. Началось все, когда карета, на которой мы ехали, остановилась.
        - Что там?  - спросил эль Дуанан.
        - Две сейши,  - ответил удивленно маг-боевик, ехавший рядом с каретой.  - Без ошейников. На дороге лежат.  - И он потянулся за жезлом.
        - Не надо,  - остановил я его,  - белочки пришли.
        Я своевольно открыл дверцу и вышел. Сейши встали и спокойной грациозной походкой двинулись ко мне. Старки, стоявшие впереди кареты, послушно уступили им дорогу, разъехавшись в стороны. Еще бы не разъехаться, когда две абсолютно черные кошки, лениво бьющие хвостами, нет-нет да оголяли здоровенные клыки. Я потрепал ткнувшегося мне в грудь лбом Пуша, Лемария не дала до себя дотронуться, но встала рядом.
        - Послушайте внимательно!  - громко сказал я, обращаясь к старкам.  - Сейчас выедут мои друзья, вы не беспокойтесь, они просто поедут с нами. Не делайте резких движений.
        Тут до меня дошло, что не все понимают по-исварски.
        - Вы можете повторить мои слова?  - обратился я к стоящему неподалеку боевому магу.
        - С чего бы это?
        - Тогда уберите хотя бы руку с жезла.
        - Так нагло меня еще…
        Четыре горящих кошачьих глаза и уже прилегшая сбоку от воинов Руча, воспользовавшаяся умением отводить глаза и появившаяся внезапно, остановили собравшегося надерзить боевика.
        - Молодой человек, а вы не забыли, что со мной ваши друзья?  - послышалось из кареты.
        - Да-да, мы здесь,  - раздался оттуда же голос Эля.
        Я заглянул внутрь. Пока внимание всех было приковано к этой стороне, Эль, воспользовавшись амулетом отвода глаз, открыл дверцу, и теперь держал у груди мага жезл.
        - Храм, переведи.
        Орк звучно произнес короткую фразу по-тилимилитрянски, по крайней мере, для меня она звучала так.
        - Что-то ты коротко.
        Орк добавил еще что-то.
        Воины были обескуражены. Вроде никто не нападал, однако в воздухе повисло напряжение. Из глубины леса показались лошади.
        - Щенок, ты возомнил, что можешь так просто взять…
        Речь боевика была прервана во второй раз просвистевшей мимо его головы стрелой, воткнувшейся в карету.
        - Спокойней, пожалуйста,  - послышался из кареты голос Эля,  - никто на вас не нападает. Мы просто будем попутчиками.
        К этому времени на обочину уже выехали четыре гномотанка, прикрываемых жезлом Нейлы. За их спинами виднелась орчанка. Из-за дерева, поигрывая жезлом, вышла Сойса.
        - Ребята, если сейчас сцепимся, пострадаем все,  - попытался я образумить старков.  - Мы ведь едем не в качестве узников, уважаемый эль Дуанан?
        - Нет,  - сухо ответил маг, которому не светило установить защиту от жезла на таком коротком расстоянии.
        - Храм, Шивак, оружие сзади кареты…
        Когда орк с гномом закончили надевать броню и взяли в руки оружие, подкинув мне мой вычурный клинок, силы стали численно равны, если учитывать хасана и сейш, но качественно, несмотря на мага-боевика, мы явно превосходили противника.
        - Эль, а где остальные?  - поинтересовался у эльфа.
        - Серый сказал, что будет страховать нас вместе с твоими питомцами, он преобразился,  - мельком глянув на магов, ответил Эль.  - А женскую часть мы пока в лесу оставили.
        - Ты бы поосторожней,  - бархатным голоском произнесла орчанка.
        - Женскую часть, не способную держать оружие,  - поправился эльф.
        - Никто не пострадал?
        - Нет, потом расскажу.
        - Уважаемый эль Дуанан,  - обратился я к магу, чувствуя, что ситуацию надо как-то разруливать  - старкское руководство медлило и не принимало никакого решения  - вы не могли бы освободить карету для дам и детей?
        Дуанан, либо чтобы отодвинуться подальше от жезла, либо из-за нашей наглости, повиновался. Эль вышел следом.
        - Зови.
        - Может, сначала выясним все?
        Я, придав своему голосу оттенок детской искренности, спросил:
        - Вы не против, если мои друзья поедут с нами?
        Оба мага молчали.
        - Эль Дуанан, я так понимаю, основной задачей, поставленной вам, является доставка меня и книги в Озерную?
        - Да,  - сухо ответил он.
        - У нас есть два варианта: или мы едем все вместе, или я еду сам со своими друзьями. Без вас,  - на всякий случай уточнил я.  - Вам выбирать.
        Маг, немного помолчав, оценил перспективы и твердо (куда делся только что неуверенный пожилой мужчина!) ответил:
        - Давайте с нами.
        - Руч, приведи остальных.
        Кроме Фалны, Катлы и детей через десять мер на дороге появился еще и табун вьючных лошадей. Я вежливо раскрыл дверцу кареты перед уязвимой частью нашего отряда. Улыбнулся Фалне, пока она подсаживала детей.
        - Спасибо,  - прошептала женщина.
        Старкские воины с интересом смотрели на эту картину. Полагаю, их в большей мере интересовала Катла, вернее, ее филейная часть. Взлетев на на скакуна, уведомил магов:
        - Мы готовы.
        Торка, спрыгнув с лошади, пробежал мимо меня, улыбнувшись, как он, наверное, полагал, самой очаровательной улыбкой из своего арсенала. Но смотрелось это… Тем не менее я улыбнулся в ответ и, наклонившись, пожал протянутую мне руку.
        Боевик молча тронулся вперед, эль Дуанан, пришпорив коня, последовал за ним.
        - Жди пакости,  - прошептал Эль.  - Может, зря мы…
        - Так быстрее.
        Нейла выехала ко мне из-за спин гномов. Я ощутил на губах ее нежный поцелуй.
        - Я волновалась.
        - Я тебя люблю.  - Уж не знаю, не то магический свадебный обряд действовал, не то я расчувствовался от встречи, но на душе стало легко-легко.
        - Ого,  - изумленно произнес Эль.
        - Что? Завидно?  - ответила ему Нейла.
        - Ты магическим посмотри, да и чувствую я вас.
        Я вместе с Нейлой перешел на магическое  - и я, и она сияли. Наши искры были похожи на сестер небосклона  - такие же яркие и мягкие.
        - Я не знаю, что вы там увидели,  - вернул нас на землю Храм, но нас ждут.
        Старки стояли в отдалении. Возница, поняв, что власть сменилась, ожидающе смотрел на меня. Я кивнул, и мы, не торопясь, тронулись в путь.
        - …ну и они решили подождать нас у Озерной, а Фалну с детьми оставили у знакомого твоего отца,  - закончил рассказ Эль.
        - А как мы их найдем?  - на автомате спросил я, так как душа ликовала от осознания того, что отцу и родным уже не грозит опасность.
        - Фална точно не знает, но слышала о тряпочках с запахом вдоль дорог.
        Я кивнул, вспомнив старый трюк деда с поисками Кассары.
        - С Фалной все, насколько понимаю, хорошо?
        - Ну да.  - Эль ответил как-то подозрительно скупо.
        - Рассказывай.
        - Что рассказывать…  - покосился он на едущую с другой стороны, Нейлу.
        Та гневно глянула на него.
        - Не надо так,  - обратился он к ней.  - Я обещал рассказать. Начали так же, как с вами,  - сейши легли на дороге. Старки остановили передвижение и попытались отогнать их. Мер через пять толпа этих придурков собралась в кучу. Мои убрали оставшихся сзади… И тут твоя благоверная отчебучила. Влетела в кучу старков  - и давай их жезлом долбить.
        - Я думала, это и был сигнал.
        - Вот сейши поняли, а ты думала. Говорил же, что, пока не свистну,  - не начинать.
        - Так ваши стрелы свистели…
        - Ладно, потом разберемся,  - прекратил я перепалку.
        - Может, увеличим скорость?  - предложил Храм.
        По причине нашей болтовни мы ехали уже шагом.
        - Ну так не мы же темп задаем,  - кивнул Эль на следующих впереди магов.
        Я, пришпорив жеребца, догнал их. Эль Дуанан и…
        - Эль Борк,  - хмуро ответил боевик.
        - Эль Борк. Вы не обижайтесь на нас.  - В свете нашего силового превосходства надо было как-то налаживать отношения, не блещущие дружелюбием.  - Нашим передвижением все еще руководите вы, поэтому можете задавать более удобный темп. Только у меня одна просьба: давайте не будем посещать крупные города и крепости, а то мои друзья привлекают слишком много внимания.
        Дуанан задумчиво кивнул. Он, вернее всего, надеялся как раз на это.
        - Тот зверь тоже твой?  - спросил Борк, кивнув в сторону мелькнувшего среди осенних деревьев, начавших ронять листву, оборотня.
        - Н-у-у, он вообще свой собственный… но с нами. Не обращайте внимания.
        Боевик ухмыльнулся.
        - И кстати…  - Я достал из сумки книгу, вернее, фолиант в кожаном переплете.
        По краям переплета находилось четыре маленьких накопителя. Я не очень разбирался в артефакторском деле, но интуитивно понимал, что это для сохранности гроссбуха от воздействия времени и всего остального.
        Маги с интересом смотрели.
        - Так вот. Я передам эту книгу тому зверю. Так что, если с нами что-то случится, вы ее не получите. Давайте начистоту. Вам не очень приятна компания моих друзей, понимаю, но обещаю не доставлять хлопот по пути в Озерную. Мне нужно туда так же, как и вам, так что…
        - Это, конечно, не мое дело, но зачем тебе туда?  - Борк ехал с равнодушным видом, однако оба мага замерли в ожидании ответа.
        - В заложниках дорогие мне люди.
        - И что, хочешь…  - Борк кивнул головой назад.  - Взять крепость?
        - Нет, конечно, я не самоубийца. Получу родных в обмен на книгу.
        - Зачем тогда все это?
        - Подозреваю, что выехать от старков без сопровождения не получится. К тому же семьи моих друзей тоже в Озерной. К чему я все это рассказываю? Я не доставлю вам хлопот и в саму крепость въеду один или с орком и гномом  - я пока не решил, а вы не будете пытаться захватить моих друзей.
        - Вас захватишь!
        - Да ладно. Вы же сейчас только и думаете о том, как бы вызвать подмогу. Ну, допустим, схлестнемся. Крови точно много прольется. Вернее всего, мы сможем уйти, а даже если нет  - книгу вы точно не получите. А так и вы приказ выполните, и нам хорошо.
        - Красиво говоришь,  - в разговор вступил Дуанан,  - только у нас приказ доставить вас троих, да и не уверен я, что вы не перебьете нас по дороге.
        - Раз троих  - значит, троих, а если бы хотели, убили бы вас сразу.
        - Сейчас мы вам нужны. А потом, чтобы скрыть своих друзей…
        - Хорошая идея.  - Я задумался.  - Только если я приеду без вас, тоже ведь поймут, что я не один. Выходит, убивать как бы незачем. В общем, чего я вас уговариваю? Решайте сами, перспективы я вам обрисовал.
        Отъехав к своим, так, чтобы не видели маги, вызвал Пуша. Когда тот вальяжно вышел из елового леса, я прикрепил к нему седельные сумки, в одной из которых была книга. Вторую тоже пришлось наполнить какими-то вещами  - чтобы перевязь не съезжала. Пусть маги думают, что книга у оборотня,  - целее будет.
        - Никому, Пушик, никому не отдавай.



        Глава 23
        Воссоединение и разъединение

        За день встретили старкский разъезд и посыльного, оба раза я и Храм подъезжали поближе к магам, дабы слышать разговор. Хотя мое присутствие ввиду отсутствия лингвистических знаний вообще ни на что не влияло.
        К вечеру выехали к небольшому селу. Маги остановились на пригорке и, переговорив между собой, направили лошадей в сторону.
        - Чего это вы?  - догнал я их.  - Ночевать будем в поле?
        - Да, мы решили, что твои слова разумны,  - ответил Борк.  - А там наши войска размещены.
        - Откуда знаете?
        - А вон шест с гербом торчит.
        Я долго приглядывался, но не нашел взглядом того, на что указывали.
        - Так что если не в поле, то в лесу,  - ответил на мой первый вопрос эль Дуанан.


        Вечером все вместе сидели у костра. Гномы травили байки, несмотря на усталость, расходиться по шатрам никто не спешил. Карн и Марна устроились на коленях «доброго дедушки гнома» Оникона, хотя «доброму дедушке», оказывается, было чуть больше, чем моему отцу. Старки, знающие исварский, вполголоса переводили. Под конец даже Борк выдал историю своей молодости, когда он, спасаясь от мужа одной дамы, убегал по городу в прожженных «огоньком» штанах. История, рассказанная с энтузиазмом, вызвала смех даже у женской части отряда. Идиллия, а не два враждующих лагеря.


        В следующие пять дней мы со старками стали чуть ли не побратимами. Даже в трактире позволили себе выпить, правда, и та, и другая сторона сильно не расслаблялась и на ночь селились отдельно, выставляя свою стражу. Из-за этой стражи пара старков даже выговор получила  - Храм напоил. Единственный, кто не позволял себе расслабиться,  - это Серый, находившийся в облике зверя и остававшийся в лесу. Сколько бы я ни пытался увидеть подвох, маги не позволили усомниться в их благоразумии. В итоге оказалось, что я просто был невнимательным.


        По словам Борка, мы находились буквально в трех днях от крепости, когда ко мне подбежала Руча с тряпкой в зубах и скинула картинку с дедом. Сердце бешено заколотилось.
        - Ищи, Рученька, ищи,  - прошептал я ей.
        Догнав магов, предложил остановиться на обед. Время тянул, сколько мог. Руча так и не появилась. Пришлось садиться в седло, а то старки как-то подозрительно стали на меня посматривать.
        До самого вечера я маялся, оглядывал округу в надежде увидеть волчицу, но… так и не дождался. Пришлось еще засветло потребовать остановки на ночлег. Маги, которые обычно лояльно относились к остановкам, вдруг уперлись. И до деревни недалеко, и давайте хоть еще через пару верст. Пришлось применить известный прием: вы как хотите, а мы здесь. Мои, конечно, тоже на меня косились: мол, чего уперся, верста туда, верста сюда, но молчали.
        Лагерь на этот раз разбили в лесу, и только стали раскладывать шатры, как волчица наконец появилась, радостно повиливая хвостом. На этот раз я получил картинку отца и деда. Руча крутилась вокруг, как бы невзначай подталкивая меня к лесу. Поняв, что дело-то секретное и нечего старкам знать о еще одной команде наших, я бочком, бочком попытался скрыться среди еловых лап, но был перехвачен заметившей мои манипуляции Нейлой. Я прижал ладонь к своим губам  - в знак молчания  - и улизнул. Нейла догнала меня через меру.
        - Ты куда?
        - В туалет,  - съязвил я.
        - А чего светишься?
        Губы еще больше расползлись в улыбке.
        - Пойдем покажу.
        Нейла взвизгнула раньше, чем я заметил своих. «Блин, надо было предупредить!  - испугался я реакции супруги,  - в лагере могли услышать. По крайней мере, Торка точно».
        - Ох-хо,  - встретил меня объятиями Савлентий.
        Я так соскучился по голосам отца и деда! Обнимал, и у меня прямо душа пела. Внутри все сжалось, и я готов был прыгать вместе с Ручей от восторга. Отец выглядел неплохо  - подлечили. Видимо, старый колдун постарался.
        - Остальные как?  - когда радость улеглась, спросил я.
        - Да все живы-здоровы,  - ответил дед.  - За супружницу переживаешь? Тоже ждет тебя.
        А вот тут мы с Нейлой опустили глаза.
        - О как.  - Дед сразу смекнул, в чем тут дело.  - Что, дочка,  - обнял он Нейлу,  - отвоевала?
        Нейла мрачно кивнула.
        - Ровный,  - Савлентий отошел от Нейлы на шаг и оглядел ее,  - да не ты, старший,  - отмахнулся он от меня.  - Отвык я уже, что вас двое.
        - Что?
        - А ведь ты дед, коли не ошибаюсь. Поздравляю. Никак двойня?
        - Да,  - ответил я.
        - Неловкая ситуация. Ну ладно, об этом потом. У вас-то как?
        - Все живы. Есть раненые после Темных земель, но они в «Проклятом», сейчас уже ничего серьезного. Фалну с детьми тут подобрали.
        - Зачем?
        - Их вели в качестве живого щита.
        - Гляди-кась, как мы промахнулись,  - после небольшой заминки произнес дед.  - Ну хорошо хоть так все обошлось. Что там за отряд с тобой?
        - Старки ведут к Озерной. Саймол посоветовал. Ох ты, я же совсем забыл. Внук твой нашелся.
        - Лич?
        Я кивнул. Не было заметно, чтобы дед сильно обрадовался.
        - М-да. Вас в лагере не потеряют?
        - Могут.
        - Не потеряют,  - оповестила за нас Нейла.  - Когда мы уходили, Шивак и Лейка видели. Они все по-своему поймут, так что часть у нас есть.
        - И то ладно. Тогда давайте по делу. Смотрю, много старков с вами, как отпускают вас далеко? Иль чего-то не понимаю?
        - Полтора десятка, остальные наши. А ты откуда знаешь?
        - Да мы за вами полдня наблюдаем,  - ответил вместо деда отец, обняв Нейлу.  - Только гоблин твой что-то и заподозрил.
        - Да ладно, а сейши где?  - Я не ощущал рядом Пуша.
        - Ну и сейши еще.
        - Чуть не подпалили шкурку твоей новенькой,  - сообщил дед.  - Ладно, Пуша вовремя заметил. Где взял?
        - Нейла у мага увела.
        - Я смотрю, вы, как обычно, по-отцовски все, с приключениями на собственное мягкое место.  - Дед взял мою ладонь, стал разглядывать ее.
        Теперь уже я, кивнув, потупил взор.
        - Значит, их, говоришь, полтора десятка, а ваших?
        - Пятеро гномов, четверо эльфов, два орка, гоблин и мы с Нейлой. А-а-а, чуть не забыл. Фална с детьми и еще девчушка одна  - по дороге спасли.
        - Хорошая армия. Ушастые только странные, но об этом потом. Сейчас времени нет. Расскажи, как со старками связался.
        Я стал объяснять деду план Саймола и, соответственно, методы его воплощения в жизнь.
        - …Ну вот, теперь надо как-то книгу обменять.
        Мер через пятнадцать после того, как я все рассказал, дед задумчиво произнес:
        - М-да. Опять дрязги темных и светлых. Да еще и тебя втянули. Говоришь, значит, старки к крепости тебя ведут?
        - Ну да.
        - А армия в половине дня пути не тебе ловушку готовит?
        Я вопросительно посмотрел на деда:
        - Какая армия?
        - Да там около сотни воинов вдруг вчерась появилось. Хорошие ребята. Явно светлая выучка. Половина в плащах магов, даже не скрывают этого. Мы еле уйти успели.
        Я молчал, осознавая, что промахнулся, доверившись старкам. Похоже, все-таки сообщили.
        - Ладно. Не тужи. Давай так. Сейчас дуйте к себе, мы подумаем, а ночью я кого-нибудь из хвостатых к тебе пришлю.
        - Хорошо.
        - Ну все, тогда давайте.
        Я отошел уже шагов на десять, когда меня окликнул дед:
        - Младший. А в амурных делах сам разбираться будешь.
        Обратно мы с Нейлой шли молча. Прощальные слова деда не давали покоя.
        - Я поговорю с ней.  - Нейла нервно пинала хвойный ковер под ногами.
        Лагерь уже виднелся сквозь ели.
        - А я буду выглядеть как спрятавшийся за твою спину? Нет, Нейла, тут я сам должен.
        - Ты же меня любишь?
        - Конечно, дуреха.  - Я обнял ее.
        - Кто бы говорил про дуреху. Я помню, как тебя с ложечки кормила и на качелях качала.
        - Может, это план такой был? Повлиять на твои материнские чувства.
        - Ага. А штаны когда тебе помогала переодевать, надо думать, план  - на женские чувства повлиять?
        - Ну да. А что? Получилось же.
        Я тут же схлопотал локтем в бок. Только Нейла не учла надетую на меня броню, поэтому пришлось этот самый локоток растирать.
        - За нами следят,  - вдруг прошептала она.
        - Ага. Уже меру,  - ответил так же тихо.
        Мы, сделав вид, что ведем шуточную перепалку, вошли в лагерь.
        - Где это вы были?  - ехидно спросила Лейка.
        - Тебе расскажи, тоже захочешь,  - ответил я ей.
        - Учись,  - толкнула она под общий смех Шивака, который тут же зарделся. Хотя в свете костра это было не особо заметно.
        Старки вели себя как обычно, кроме магов, которые хоть и хотели показаться беззаботными, но играли слабо.
        - Не нравятся мне они,  - шепнул я прижавшейся к броне любимой.
        Я постарался поймать взгляд Эля и щелкнул по броне пальцами. Эльф через несколько ударов сердца показал какую-то распальцовку. Сойса и Ларриен, поцеловавшись (наконец-то решились), отправились в шатер. Неразговорчивый обычно гном Оникон, подхватив детей Фалны, направился туда же.
        - Что случилось?  - шепотом, не переставая при этом смеяться над шутками гномов, спросил Храм, присев рядом.
        - За нами следят, не очень далеко сотня светлых  - дед сказал.
        Храм даже не переспросил про деда.
        - Пойду отвар отолью,  - на весь лагерь рыкнул он.  - Вот настойка так не просится назад.
        Шутка была не очень, но и Храм, судя по бегающему взгляду, думал не о том.
        Оникон, уложив спать семью оборотня, вышел с топорами.
        - Ржете как лошади. Давно топоры чистили,  - выложил он оружие перед коротышками, искоса глянув на меня.


        За спинами старков появился Пуш. В голове промелькнули картинки скачущего деда и едущих в ночи светлых. Почему светлых, я не знал, но точно знал, что это они.
        - Харра!  - Мой крик не отличался по тембру от орочьего.
        Стая уже была готова, остальные хотя и ожидали неприятностей, но… еще не собрались. Пуш перекусил горло боевика, его подруга ринулась в гущу ничего не подозревающих старкских воинов. Стрелы Сойсы и Ларри пробили голову Дуанана. С остальными расправа пошла быстро. Пятерка хоть и не закованных в броню, но увесистых гномов и Эль  - это страшная сила.
        - Быстро уходим. Вещи оставляем. Седла…
        Договорить я не успел. В плечо Эля впился арбалетный болт.
        - Без седел!  - крикнул я, одновременно послав мысль Пушу и его подруге подхватить детей Серого. Две черные кошки, словно молнии, схватив зубами за шкирку детей, исчезли в лесу. Уходили кто с чем может, я следил за всеми. Храм ускакал, держа в руках три седла,  - молодец. На Нейлу пришлось кивнуть Лейке, та закинула мою любимую на лошадь и ударила кобылу по крупу. Эль с болтом в плече запрыгнул на коня как мешок, но выправился на ходу. Мимо проскакали лошади эльфов. Даже Фалны уже не было. Мы почти ушли…
        Светлые посыпались сразу, я, несмотря на тяжесть неснятой брони, попытался вскочить на жеребца, но «воздушный кулак», задев меня краем, перекинул через спину коня. Выхватив меч, успел приготовиться к бою и даже на ускорении смог уйти от удара клинка всадника. Но тут воинов, скачущих на меня, раскидало в стороны, словно кегли. Резкий отток кислорода сообщил, что надо мной купол «щита». Обернувшись, увидел рядом Савлентия. Может, это и эгоистично, но в голове пронеслось: «Не один». Соскочившие с лошадей светлые пытались рывком пройти через купол, но дед просто срезал их «прахом». Атака прекратилась. Мы оказались в плотном круге воинов. Звуки внешнего мира стали появляться постепенно, видимо, по мере снятия «щита» Савлентием.
        - Ну вот мы и снова вместе,  - прозвучал голос, который я не смог бы забыть никогда,  - голос Римика.
        - А ты, вислоухий, не радуйся,  - ответил дед.
        - Тебя, может, и не трону, а вот твоего… Даже не знаю, как назвать… выродка. Могу и на паре лошадей по земле прокатить. Книгу!  - Последний окрик явно предназначался мне.
        - Ее сейчас у меня нет.


        К магистру подошел уцелевший воин из нашего бывшего сопровожденияи и что-то прошептал. Глаза Римика разъяренно вспыхнули, уставившись на меня. Я улыбнулся, но издевка, которую я попытался вложить в улыбку, не очень получилась. Римик достал из-под плаща брата-близнеца антимагического амулета личей.
        - В кандалы их.  - Его голос звучал сухо и зловеще, не предвещая ничего хорошего.
        - Не перегибаешь палку?  - спокойно спросил Савлентий.
        - После того как ты увел Ялю? Нет.
        Тут со стороны, куда скрылись наши, выскочил десяток всадников.
        - Там была засада,  - подъехал один из них к магистру.  - Маги с жезлами. Человек пять, да еще и сейши.
        - Сколько ваших?
        Воин оглянулся:
        - Человек девять-двенадцать положили. Точнее не скажу, надо всех собрать.
        - Обыскать лагерь!
        На наших руках к этому времени сомкнулись кольца кандалов. Римик тут же отключил свой амулет, и стоящий рядом маг вплавил заклепки сначала на дедовские, а потом на мои кандалы. Далось это ему нелегко, так как кандалы сразу начали вбирать в себя магию. Накалившись, они обожгли запястья. Как-то мне везет последнее время на игры с огнем. Римик спрыгнул с лошади и резко, без замаха, нанес мне удар в челюсть:
        - Где книга?
        От неожиданности устоять на ногах я не смог. Сплюнул, лежа на боку, начавшую наполнять рот кровь. «Как в кино»,  - пронеслась в голове мысль. Мана из искры утекала со страшной силой. Я остатками силы заглушил боль, направив ее на заживление. Почему-то стало смешно.
        - Ничего ты не узнаешь, тварь.
        Он разъяренно начал пинать меня. Прикрыл ничем не защищенную голову, остальное в броне  - не так страшно. Я не успел понять, что случилось, когда прекратились удары.
        - «Щиты»,  - заорал один из светлых.
        Когда я убрал руки от лица, на нем вновь стала расплываться улыбка. Как минимум трое светлых лежали со стрелами в головах. Сам Римик утирал распластанную щеку.
        - Магистр, выбьем их?
        - Нет. Бейте «огоньками»  - надо лес поджечь. Потом отходим.
        - Может все-таки…
        - Нет, я сказал!  - Лицо Римика исказилось от ярости.  - За эльфами и сейшами по ночному лесу решил побегать?
        Магистр вновь впился в меня взглядом, увидев, что я поднялся.
        - Играешь в героя?  - Он прямо на глазах стал обретать спокойствие.  - Знал бы ты, сколько я таких видел.
        Вылетевший со свистом из леса камень, пробив магический «щит», ударил в одного из воинов, усадил его на землю и солидно смял металл на груди. Интересно, кто из эльфов умудрился прихватить воздушное ружье?
        - Отходим, все под «щит»,  - скомандовал магистр.
        Камни еще дважды вылетали из темноты, собирая свой кровавый урожай. Питомцев не было видно, но они кружились рядом. Я всеми фибрами души ощущал волну ужаса, нагоняемую Ручей. Даже не знал, что она так может. Светлые, не понимая, что на них воздействуют, инстинктивно жались в центр и раскидывали «огоньки» в разные стороны. Противостояние продолжалось, пока небо не стало светлеть. За это время светлые два раза попытались атаковать, но их попытки провалились с треском, поскольку, как только они выходили из освещенной зоны, им уже не помогали магические «щиты». Как только маг терял концентрацию от прилетевшего из леса камня, в бой рвались питомцы и эльфы с луками, унося жизни светлых.



        Глава 24
        Озерная крепость

        Светлые умели пытать. Я умирал уже раз пять. Боль! Она пронзала каждую клеточку. Плетения, накладываемые палачом, выкручивали нервные окончания во всем теле. Держаться помогала магия, я черпал ее из жизненных сил для того, чтобы заглушить боль. Когда сил не хватало, вырубался по причине их отсутствия, чтобы через часть меня снова подняли маги. Сколько времени прошло? Я не знал. Очнувшись, старался вновь использовать все силы, чтобы потерять сознание. Мне никто не мешал. Больше того, мне подкачивали ману… И снова боль. Я бы признался во всех смертных грехах  - от убийства Кеннеди до организации темного анклава пять десятков лет назад. Признался бы и все рассказал, если бы… меня спрашивали.


        - Ну, как тебе наше гостеприимство?
        Я в привязанном, чтобы не упал, состоянии пытался рассмотреть магистра через мутную пелену в глазах. Отвечать не было ни сил, ни желания.
        - Он в сознании?  - спросил моего палача Римик.
        - Да. Я пытался снять плетение. Не выходит, у него сразу «огонек» начинает в голове активизироваться. Готовлю пока.
        - Разум не потерял?
        - Не должен. Плетение на голове не дает разобраться.
        - Кто тебе поставил плетение?
        Тут вдруг я понял, что рассказывать-то мне есть что. По какой-то причине я решил, что из меня будут выбивать информацию по книге, но, даже если я все расскажу, это вряд ли поможет светлым. Я начал усиленно вытягивать жизненную силу, чтобы потерять сознание.
        - Куда?  - Палач резво подскочил и качнул в меня силы, нисколько не заботясь о принимающих каналах, которые явно сжигал. Я дернулся от боли.
        - Хо-хо. Прямо герой,  - усмехнулся магистр.  - Надо узнать, кто поставил плетение,  - интересный маг. Созреет, поспрашивай про Элискон, и в особенности про его обитателей. Постарайся побыстрее, через три части он будет нужен. И потом, он слишком бодро выглядит. Сломай ему руку, что ли, а лучше челюсть и нос, после того как все расскажет.


        Когда Аргеен подошел к кабинету, воин услужливо распахнул дверь. Дед, не обращая на него внимания, растирал запястья, жутко зудевшие после магических кандалов.
        - Ну здравствуй, отец.  - Статный мужчина, одетый в простой халат синего цвета, стоял посередине комнаты. В его волосах слегка пробивалась седина, гармонировавшая с небольшой серебряной полоской на воротнике и придававшая ему умудренный вид. Умные глаза без тени каких-либо эмоций разглядывали Савлентия.
        Магистр молча сел в кресло.
        - Что ж, даже не поздороваешься?
        - Ну отчего же. Привет, Аргеен. Слов мне никогда не было жалко, только разве это что-то изменит?
        Магистр подошел к столу и, взяв кувшин, наполнил кубки. С одним из них молча подошел к деду.
        - Или, может, настойки?
        - Не стоит. Не легенды рассказывать будем.
        Аргеен сел в кресло напротив.
        - Жаль. А я бы послушал.
        - Да ты вроде вырос уже. Сам в десятке легенд главным героем фигурируешь.
        - Всегда хочется вернуться в детство.
        - Верховный магистр…
        - Не надо, отец.
        На некоторое время повисло молчание.
        - Зачем приглашал?  - Дед пригубил вина.
        - Соскучился. Да и война, не хотел, чтобы ты пострадал.
        - М-да. Странная манера звать в гости в кандалах. Странное желание защитить от войны, засунув в ее пекло. Как, впрочем, и все, что ты делаешь. Я в гостях или, судя по страже у дверей, в плену?
        - Два десятка. Вы убили двадцать человек. Лично ты убил нескольких. И ты думаешь, что я могу тебе позволить свободно разгуливать по крепости? Меня никто не поймет.
        - Когда это ты боялся чужого мнения?
        - Дело не во мнении, дело в тебе. Я не уверен, что не появятся новые жертвы.
        - Если ты думаешь что так удержишь меня, то ошибаешься. Я не останусь у тебя и не помогу тебе создавать темных.
        Молчание вновь окутало пеленой комнату.
        - Помоги хотя бы с Ялей.
        - Ну, сейчас она у меня, поэтому, конечно, помогу.
        - Сегодня или завтра она вернется.
        - Какая уверенность…
        - Здесь безопасней.
        Дед, отпив из кубка, поставил его на резной столик:
        - Ты хочешь воспитать еще одного лича?
        Помолчав некоторое время, Аргеен потухшим голосом ответил:
        - Сам себя корю, но это был его выбор.
        - И это мне говоришь ты?! Тот, кто играет людьми, словно пешками?
        - А вот им не смог,  - резко ответил магистр.  - И он дошел до конца доски…
        - Его выбор?  - не слыша сына, продолжал Савлентий.  - Никто не делает такого выбора в юном возрасте самостоятельно. Хочешь знать, почему он ушел в темные? Потому что ему было стыдно за бесчинства его отца. Стыдно, что даже старые друзья при нем боялись о чем-то говорить.
        - Не надо во всем обвинять меня,  - повысив голос, тоном, не терпящим возражений, произнес магистр.  - И ты, и я знаем, что такое не делается по какой-то причине. Для этого много чего нужно. И твое воспитание не в последнюю очередь сыграло тут свою роль. Вырастил любителя справедливости. Ты-то где ее видел? В легендах? Или, может, в империи?! Темные, светлые, королевская кровь, весь мир всегда делился на сильных и слабых. И ты это знаешь! Сам-то сколько душ погубил, когда был магистром тайной? Скольких довел до сумасшествия? Или, думаешь, архивы империи исчезли вместе с ней? А я их читал! Считаешь, заперся в своем лесу, так все забылось? Все искупили праведная жизнь и разговоры о справедливости?!
        Дед вскочил, но тут же, сузив глаза, сел и спокойно произнес:
        - А знаешь, справедливость все-таки есть. Но ты, в отличие от меня, узнаешь об этом слишком поздно. А сейчас давай о деле. Отпусти парня и тех людей.
        - Каких людей?
        - Тех, про которых говорил твой пес. Семейную пару и двоих детей.
        Магистр поморщился:
        - Отпущу. Только книгу и дочь получу обратно  - и все верну.
        - С чего ты решил, что Яля вернется к тебе?
        - Вернется.


        В эту ночь каждый сделал все, что мог. Сильно пострадали эльфы и ведьмы. У обеих сейш в нескольких местах была опалена шерсть, Руча умудрилась выйти без повреждений. Софья рвалась в самое пекло. Рамос несколько раз выдергивал ее из-под огненных шаров. Яля и Лоя вытащили ее из-под упавшей лошади. Серый был ранен, но передвигаться мог. Деда и Нормана отбить не удалось…
        Только небо стало менять свой цвет, Ровный дал приказ отходить. Правда, Элю пришлось его продублировать, отдав приказ эльфам. Гномы, участвовавшие в преследовании, не понесли потерь, так как до прямого столкновения не дошло, а редкие подходы для залпа из арбалетов коротышки мудро делали под прикрытием щитов.
        - Эль, давайте с гномами в лагерь, соберите, что осталось,  - раздавал Ровный команды.  - Мы пока Фалну и детей проведаем. Шивак, Храм, за вами разбежавшиеся лошади. Надо поймать хотя бы трех  - Фалне, девчонке и гному, который их охраняет. Встречаемся у Фалны.
        - Там еще гоблин,  - кивнул орк.
        - Торка не там,  - раздался с другой стороны противный голосок.
        - Чего ноги трешь, заскакивай к Нейле.
        Гоблин, разбежавшись, догнал придержавшую лошадь Нейлу и, совершив довольно высокий для его роста прыжок, виртуозно запрыгнул ногами на круп.


        - Нейла!  - Лоя и Софья повисли на подруге.
        Лейка вежливо отошла к Катле и Фалне. Яля как-то растерянно смотрела на них, не покидая седла.
        - Чего-то ты какая-то неродная?  - когда закончились возгласы и объятия, спросила Лоя.
        - Да есть тут дело… потом расскажу. Ну а ты чего?  - Нейла посмотрела на Ялю и протянула ей руки.
        У Яли потекли слезы, когда они обнялись.
        - Ну не надо,  - успокаивала ее Нейла.
        - Вот и снова ведьмы в сборе,  - радостно констатировала Лоя.
        - А ты… А ты…  - шмыгая носом, пыталась что-то спросить Яля.  - Ты беременна?
        Женский радостный визг прокатился эхом по туманному лесу.
        - Тише вы!  - раздался голос Рамоса.  - Не на ярмарке.
        Когда повторные обнимашки закончились, Лоя задала законный вопрос:
        - Кто папа?
        Нейла, глянув на Софью, опустила голову. На поляне повисло неловкое молчание.


        Голоса были где-то далеко. Я понимал, хотя и не видел, что они всего в двух шагах от меня, но казалось  - далеко.
        - Ну что?
        - Только начинаю спрашивать, теряет сознание, хотя точно знаю, силы у него еще есть. Плетение сразу выдергивает из них все и отправляет в беспамятство, как только начинаю задавать вопросы об Элисконе. Когда он приходил в себя, я пытался рассмотреть, довольно хитрая вязь. Кто-то знал, что его будут пытать. Если его спрашивать с наполненной искрой, ману станет брать оттуда.
        - Если он не будет пуст, ничего не расскажет, если не захочет.
        - Вот именно. А если наполнен, то не сможет. Но интересно не это. Кто бы ни ставил плетение, ему было наплевать на его жизнь.
        - Почему так решил?
        - Такой объем маны, переведенной в силу, если долго спрашивать, просто выжжет мозг. Да и так, мне кажется, когда плетение начнет развеиваться, убьет его. Но точно не уверен. В любом случае я бы не стал ставить плетение на эти точки мозга, если бы мне было не все равно, выживет он или нет.
        - А вот это уже интересно. Это уже ответ…  - Магистр задумался.  - Никому не говори пока. Продолжай. Поспрашивай о Темных землях и личах, может, что-то получится. Потом ко мне.
        - Вы же говорили, он нужен будет?
        - Пока откладывается. Его друзья не торопятся. Если ничего не узнаешь, готовь пару.
        - Кого наживкой?
        - Возьмем брата его девки.
        «Значит, личи там,  - Римик, размышляя, медленно вышагивал по своему кабинету.  - Больше никто такое поставить не мог. А может, дед?! Зачем? Что ему скрывать в Темных землях? Да и не станет он убивать щенка. А может… Нет. Плетение реагирует на вопрос об Элисконе. Что же ты там видел, сволочь?»
        Размышления прервал стук в дверь.
        - Войдите.
        - Господин эль Римик, вас приглашает Верховный.
        Римик устало кивнул гонцу.


        Палач приподнял мою голову за подбородок и приоткрыл пальцами веко:
        - Ну, чего ж ты не говоришь, что уже очнулся? Расскажешь про личей?
        Тошнота подкатила к горлу, и мир начал уходить в небытие.
        В следующий раз я очнулся от резкого прилива сил. Темных сил. Приятных.
        - Давай, давай,  - раздался теплый и знакомый голос.  - Ну. Молодец. Теперь открой глаза. Давай.
        - Нирт.  - Я сам не узнал своего голоса.
        - Молчи. У тебя сил мало. Погляди мне в глаза. Мне надо знать, что спрашивали.
        На некоторое время лич впился в меня своим взглядом. Его глаза не выражали ничего, хотя, возможно, мне это показалось, так как я знал об их подлом плетении.
        - Ну ладно, тебе надо отдохнуть.
        В глазах и так не было ясности, а тут вообще все стало кружиться. К горлу подкатила тошнота, благо в желудке давно было пусто.


        - Смотреть едущему впереди прямо в спину. Никуда не сворачивать,  - инструктировал Ровный,  - иначе сразу заблудитесь  - дед тут немного перестарался.
        Нейла ехала за Софьей. Мысли наплывали двоякие. С одной стороны, Нор был с ней раньше, с другой…
        - Соф, ты прости меня.
        - Давай сейчас не будем, Нейла. Я еще не все поняла. И не называй меня Софой, пожалуйста.
        Некоторое время ехали молча, но мер через пять Софья сама продолжила разговор:
        - Я догадывалась, что так произойдет, но надеялась на другое. Я не смогу простить ни тебя, ни его. И давай больше к этой теме не возвращаться.
        - Хорошо. Спасибо.
        - За что?
        - За ответ.


        Подумав еще пару мер над тем, что скажет Верховному, Римик налил себе воды, но пить не стал. Твердой походкой, что-то решив для себя, он направился к двери. Вокруг было пусто. Магистр с удивлением оглянулся, осматривая коридор. Темная тень, материализовавшись за спиной, захватом приподняла ему подбородок и резанула кинжалом горло.


        В крепости стоял переполох. Обыскивали все комнаты.
        - Эр Камен, разрешите осмотреть вашу комнату.  - Маг вошел к деду вежливо, но возражений не предусматривалось.
        Тройка воинов тут же рассыпалась по помещению.
        - А то я запретить могу…
        Маг не отреагировал на его слова.
        - Что-то случилось?
        - Убили Римика и его помощника.
        - А, есть боги, есть…  - Савлентий не смог сдержать улыбки.
        Маг, которого чем-то привлек угол за шкафом, оторвался от осмотра и с омерзением поглядел на деда.
        - Никого,  - отрапортовал один из воинов.
        Маг молча развернулся и вышел, воины проследовали за ним. Только дверь закрылась, Савлентий поставил «щит». Штора у дальнего окна за шкафом колыхнулась.
        - Ну, здравствуй, дед. Спасибо, что не выдал.
        - Здравствуй, здравствуй, внучек. Извини, обняться не могу.
        - Что так? Или не родные?
        - Ты прекращай. Я повидал в своей жизни не только личей. Говори, как привык.
        - Не понимаю.
        - Я тебе говорю, прекращай. А то я не знаю, что воспоминания для тебя  - картинка, а родня  - муравьи. Ты сейчас словно волк в курятнике.
        - Жаль, что у тебя такое мнение обо мне. А я стараюсь, помогаю.
        - Римик  - твоя работа?
        - Не совсем моя  - он слишком много знал.
        - Ко мне пришел убивать?
        - Скажем так, подстраховаться. Ты единственный…
        - … кто без плетения памяти и все знает,  - помог ему дед.
        - Ну да.
        - Я молчу, ты снимаешь плетения со всех.
        - Так все просто?
        - Крушение ваших планов  - достаточная причина?
        - Да прекрати, дед.
        - Говори нормально.
        - А я как говорю?
        - Поверь мне, я знаю, как вы говорите. Я сейчас иду и все рассказываю Аргеену. Вас здесь немного. Если уж я вас чувствую, то найдется еще человека два-три, которые тоже сумеют почуять. Уверен, он не поскупится на жертвы и найдет вас.
        - Я тебя раздавлю.
        - Ну вот, теперь чувствуется лич. Хотя можно и без артистизма. Моя угроза  - это разве не предложение?
        - Слабое заявление, ты почти умер.
        - А умения хватит? Или ты думаешь, что вы действительно бессмертны и всесильны?
        - Тебе, как и нам, не нужен проигрыш Исварии.
        - Смотря какой ценой. Отдать власть вам и потерять всех родных? Не-эт. Плевал я на Исварию и Старкское королевство, пусть хоть любятся они, хоть грызутся.
        - Ты не находишь, что мы говорим ни о чем?
        - Нахожу. Вы меня не сможете одолеть, а Аргеен меня послушается. Вторжение личей провалится.
        - Ты много о себе мнишь.  - Лич достал амулет, повернул его и практически сразу вынул клинок.
        Нити силы в помещении стали растворяться. Когда магический фон полностью исчез, Саймол с удивлением увидел деда в шаге от себя. Удар в кадык откинул лича к стене, во время короткого полета Саймол успел понять, что клинок из руки бесцеремонно вырвали.
        - А я думал, ты за эти годы хоть чему-то научился.  - Савлентий, прижав к шее лича лезвие, ногой откинул выпавший из руки внука антимагический амулет.  - Кто же в глаза врагу смотрит?
        Затем, сделав пару шагов назад, перешел на ускорение и, отключив амулет, вернулся в обычное состояние.
        - Забавная игрушка.  - Дед кинул амулет на кровать.
        - А ведь боишься…
        - Не боятся мертвые вроде тебя, а мне есть что терять. Теперь давай говорить. Мне нужна жизнь всех, кому поставили плетение, тебе  - открытие портала. Мне плевать на ваши дрязги.
        - Дед…
        - Прекрати. И я, и ты знаем, что ты уже другое существо. Ты был моим внуком, но принял свое собственное решение. Не вмешивай сюда семью!
        - Ну, раз уж такой разговор…. Твои гарантии молчания…  - Голос лича стал сухим.


        Лагерь был небольшим, но, с точки зрения неприхотливого разумного, уютным. Шалаши стояли почти вплотную. Мужская часть принялась за постройку новых  - в связи с расширением состава, женская  - незримо разделилась на два лагеря: Софьи и Нейлы. И хотя представительницы обеих группировок общались друг с другом, напряжение чувствовалось. Единственной, кто умудрялся общаться со всеми, на удивление, оказалась Яля.
        Питомцы вскоре притащили пару косуль и известия о прочесывании леса.
        - Это нормально,  - резюмировал Рамос,  - нас здесь постоянно ищут. Амулеты уберегут, но на всякий случай говорить будем шепотом и выставим стражу. Дым костра разгонят одаренные, а за водой… Даже не знаю… Табун выводить нельзя  - следы останутся.
        - Наносим,  - уверенно сказала Сойса.
        - Да не уверен,  - ответил Рамос.  - Ни посуды, ни желания оставлять следы. Мы раньше родником тут недалеко пользовались, и то не хватало.
        - Торка может мало воды  - сделать много,  - вдруг подал голос гоблин.
        - Это как?  - заинтересовался Эль.
        - Шаман учил.
        - Пойдем,  - пожал плечами Ровный.
        У малюсенького родника, который, стекая к реке, терялся в буйной, несмотря на мокрый сезон, хотя уже и пожухшей траве, кроме гоблина собрались Шивак, Эль, Рамос и Яля. Гоблин поклонился роднику начал нелепый танец.
        - Чушь,  - произнес эльф, но вдруг из-под земли ударил чуть ли не фонтан.
        - А наоборот можешь?  - спросил Шивак.  - Уменьшить?
        - Торка  - не пробовал, шаман  - показывал.
        - Я тебе сам броню скую, если в горах сможешь остановить воду.  - Гном без отрыва смотрел на источник.  - Ведь даже нити земли не изменились, или я  - Торин.
        - Торка может, Торка не будет  - Торка войн, Торка не шаман.
        - Я тоже воин, но броню скую.
        - Шивак не говорит  - Торка зеленый?  - с хитрецой спросил гоблин.
        - Шивак говорит, когда Торка остановит воду,  - уточнил гном.
        Яля подошла и, взяв голову гоблина в руки, чмокнула его в лоб. Гоблин чуть не отпрыгнул.
        - Торка есть Ширхлакла, Торка есть дети, Торка не надо два самка, Торка так вода…
        Смех, несмотря на запрет говорить громко, стоял дикий.
        - Что, будем приглашать?  - Ровный сидел на бревне, протирая свой клинок.
        - А то у нас варианты есть!  - ответил Храм.  - Книга у Пуша, он, кстати, ее не отдает, по крайней мере, мне.
        - Кто пойдет?  - Эль чистил пучком травы свои сапоги.
        - Торка  - воин, Торка  - храбрый,  - раздался голос, наверное, самого внимательного участника этого совета.
        - А что, это идея,  - отвлекся Храм.
        - Ты понимаешь, что тебя могут убить или взять в плен?  - спросил Ровный.
        - Торка не человек. Торка не поймать.
        Эль с места прыгнул к гоблину. Тот отпрыгнул в сторону.
        - Ну-у, я не против,  - отряхиваясь от листвы, произнес эльф.
        - Я не твоего ответа ждал.  - Рамос смотрел на гоблина.
        - Торка воин, Торка любит Нормана.
        - Пусть так и будет.


        Аргеен задумчиво стоял у окна, наблюдая за стихающей к вечеру суматохой двора. Если у хозяйственных построек движение затихало, то у портала только увеличивалось. Маги вливали силу в накопители и просматривали плетения кольца, которые могли запустить. В дверь робко постучали.
        - Войди.
        - Магистр, стража усилена. Крепость осмотрели. Никого не нашли. Прибыли сотня войск и члены совета.
        - Совет через часть. Сотня пусть располагается снаружи  - завтра впустим.
        - Еще…
        - Говори.
        - К воротам доставили записку. Принес гоблин. Адресована вам. Поймать не сумели, зеленый смог затеряться среди прибывшей сотни.
        - Давай.  - Магистр протянул руку.
        - Я могу идти?
        - Да. Хотя….  - Аргеен читал корявые строки, написанные на тряпочке.  - Знаком с содержимым?
        - Да, магистр.
        - Как пленные?
        - Не готов ответить.  - Воин склонил голову.
        - Приведите их к утру в порядок. Приготовьте патрульные десятки, и чтобы птица в небо не взвилась.
        «Римик высказал бы свои опасения.  - Верховный оглянулся, когда воин вышел.  - Нельзя ослаблять гарнизон перед открытием портала. А ведь у магистра даже семьи не было. Кажется, он как-то говорил про сына. Римик, Римик. Кто же это? Я расчищу эту клоаку…» Магистр подошел к дверям и приоткрыл их.
        - Пригласите ко мне эр Камена.
        Воин удивленно смотрел на Аргеена.
        - Салия эр Камена,  - раздраженно повторил магистр.  - И сотнику передайте, что десятки отправлять не надо.
        Дед вошел в кабинет равнодушно, ну или имитируя равнодушие.
        - Будешь?  - Аргеен налил в рашки огненную жидкость.
        - Не очень хочу, но раз налил…
        - Твои встречу назначают…
        - Ну так соглашайся.
        - В обмен тебя просят и остальных.
        - Ну и отдай, ничего ведь не теряешь.
        - Не ерничай.  - Аргеен наблюдал, как дед опрокинул в себя настойку.
        - Ты проиграешь. Не открывай портал,  - сипло произнес Савлентий.
        Магистр выпил свою рашку.
        - Ты никогда не говоришь напрасно. Что там? Личи? Их немного, и я готов к этому.
        - Наверное.  - Дед покосился на колыхнувшуюся занавеску.  - Оставь Ялю. Ей с ними будет лучше, прошу.
        - Лучше  - в нищете? Даже если я запрещу трогать их «Проклятый дом»… Только одно название чего стоит. Разбой, захлествувший сейчас Исварию, хлынет туда. Да и сами Темные земли… Нет. Пусть ненавидит, но рядом, в безопасности. Я уже отпустил одного, когда он захотел.
        - Пока не отпустишь Нормана, тебе никто книгу не отдаст,  - сменил тему дед.
        - Потому и позвал тебя. Я готов отдать тех, что у меня есть, за книгу, а Нормана  - в обмен на Ялю.
        - Советую наоборот.
        - Думаешь?.. А если она не захочет?
        - Ты плохо знаешь свою дочь.
        Аргеен задумчиво глянул на деда.
        - Сделаю так  - под твою ответственность.
        - Как ты привык всегда кого-то винить,  - усмехнулся дед.  - Ты уж определись, что тебе важнее: дочь или власть.
        Утро было свежим. Трава на поляне покрылась инеем. Ровный, сбивая его ногами, как в детстве, прошелся вдоль шалашей. Лошади сбились в кучу и грелись.
        - Дядя Рамос,  - раздался шепот,  - отвар будешь?
        - Не откажусь.
        Голова Нейлы нырнула обратно в еловые ветки шалаша. Через две меры она вылезла с парящей кружкой.
        - Магией грела?  - еле слышно спросил Ровный.
        Нейла кивнула. Рамос, приподняв край одеяла, в которое кутался, как в плащ, пока стоял на страже, прижал ее к себе.
        - Что не спишь?
        - Не могу. Ему там плохо. У меня все кости выламывает. Особенно ребра.
        Нейла подняла голову и прочитала немой вопрос в глазах воина.
        - Мы магически поженились, теперь чувствуем друг друга. А еще в Темных землях он стал вожаком, если стая вместе, мы ощущаем ее. А сейчас словно пустота. Руча, вон, тоже всю ночь маялась.
        Волчица вылезла из-под ели и, потянувшись, направилась в их сторону.
        - Пуш не прибегал?  - Нейла посильнее прижалась к Ровному.
        Сейш на всякий случай дежурил на опушке, откуда открывался прекрасный вид на стоящую вдалеке крепость.
        - Ночью их не выпустят, не переживай.
        - А если совсем…
        - Не думай о плохом, не надо. Самое плохое  - это когда ты ни на что повлиять не можешь.


        Всю ночь я не спал. Первую половину находился в полудреме из-за поднявшейся температуры, во вторую температура спала, а кости начало выворачивать. На удивление, утром пришли несколько магов, которые старательно стали меня лечить.


        - Завтрак, господин эр Камен.
        Дед открыл дверь. Мужичок в зеленом камзоле, еле протиснув огромный поднос, прошел в комнату и, пролавировав между кроватью и дедом, поставил яства на стол.
        - Эр Камен, после завтрака вам пора. Эль Камен приказал седлать лошадей. Магистр будет вас ждать во дворе через часть.
        - Хорошо.
        - Еще что-нибудь?
        - Нет. Больше ничего,  - скупо ответил дед.


        Морозный воздух перехватывал дыхание. Я выходил из подземелья сам, но с поддержкой. Только теперь, на свежем воздухе, я понял, какое от меня исходило амбре. В центре крепостного двора шла оживленная возня около полукольца портала.
        Недалеко от центральных ворот, рядом с дедом и каким-то незнакомым знатным, нет, не так  - судя по одежде, очень знатным,  - стояла семейная пара. Паренек кругов десяти жался к отцу. На руках у женщины  - еще один ребенок. Я попытался вспомнить имена родителей Нейлы, но безрезультатно. Ладно хоть вспомнил имя сестренки  - Кайла. Брата звали вроде бы Марис, но точно не уверен. Я улыбнулся им, когда проводили мимо. Родители Нейлы не отреагировали никак, а вот Марис пристально на меня посмотрел.
        Новый наряд Савлентия непривычно резал глаза. Я уж не знаю, у кого он экспроприировал одежду, которая была на нем, но человек это был явно не бедный. За дедом стоял тот самый дворянин.
        - Рад тебя видеть,  - обнял меня старый маг.
        - «Ждите нас с восхода»,  - прозвучал в тот же миг в голове голос Савлентия.
        Закончив меня обнимать, дед сказал:
        - Береги себя. К сожалению, без Яли родных Нейлы не отпустят. Ялю уговори идти. Нирту не доверяй. Мутный он, как и его друзья. Потребуй, чтобы все вернули, как было,  - они обещали, до этого книгу не отдавай. Думай. Вот твой меч, держи.  - Дед протянул мне клинок.  - Об исполнении обещаний моего сына не волнуйся, если пообещал  - выполнит. В этом они с Римиком похожи.
        Собственно, ситуация прорисовывалась, но одновременно становилась более запутанной. Подошел стоявший рядом с дедом дворянин:
        - Позвольте представиться, меня зовут Аргеен.
        Если честно, то одно это имя уже вызывало отвращение. Отвращение, связанное со всем, что я испытал в Исварии и этих застенках. Возможно, Аргеен был приятным человеком, но время, проведенное в его крепости…
        - Я отпускаю вас, но не могу отпустить ваших родственников, думаю, что я правильно понимаю ваши отношения с их дочерью.
        Родители Нейлы, слышавшие наш разговор, стали внимательно меня разглядывать. Как-то я не очень презентабельно выглядел. Нет, одежду сменили, причем на довольно добротную, даже побриться дали, хотя сделал я это тяп-ляп  - руки дрожали. Но мой явно бледный вид и синяки…
        - Дело в том, что мне очень важно, чтобы вернулась моя дочь,  - продолжал говорить глава светлых,  - я так понимаю, вы с ней знакомы. Могу дать слово магистра, что, как только она переступит ворота этой крепости, я отправлю их,  - он махнул рукой на семью Нейлы,  - к вам.
        Честно, хотелось плюнуть ему в лицо и напомнить, что я уже получил обещание одного магистра. Но покорный вид деда намекал на иной ответ.
        - Я рад знакомству со столь знаменитой личностью,  - переборов омерзение, шокировав собеседника и тем самым взяв тайм-аут для раздумий, начал я.  - Очень много слышал о вас. Мне действительно приятно пожать руку…
        Пока я нес всякую пургу очумевшему магистру, увидел еле заметное покачивание головы Савлентия.
        - …я приложу максимум усилий, чтобы ваша дочь смогла увидеться с вами, но надеюсь, что и я сумею обнять своих родных,  - закончил говорить.
        Магистр явно впал в прострацию от моего словесного поноса, но не подал вида.


        - Что за Нирт?  - спросил Аргеен, когда ворота за отъезжающими закрылись.
        - Связались они там с одним. Отребье.
        - Я так понимаю, что сравнение с Римиком было не самым лестным.
        Дед промолчал.
        - И чего теперь от него ждать?
        - Сделай все по совести, и получишь ты свою книгу.


        Выехал я верхом, хотя на лошадь меня в прямом смысле слова затаскивали. В окружении светлых проехал сквозь ворота и обширный армейский лагерь около крепостной стены. Далее воины, видимо повинуясь привычке, выстроились за мной и молодым магом, прилипшим сбоку, словно пиявка.
        Мысли, когда мы проезжали через воинский лагерь, витали разные. Слова деда я крутил и так и сяк. Но вот в чем я был уверен на все сто, так это в отсутствии честности у отпустившего меня магистра. Поэтому, несмотря на поташнивание, вызванное ездой на лошади, я заставлял свой мозг придумать наиболее безопасный план вызволения родных Нейлы, на коих мне позволили посмотреть.
        Ехали мы уже больше части. Последние несколько верст тянулся хвойный лес.
        - Долго еще?  - спросил у сопровождавшего мага.
        Он удивленно уставился на меня.
        - А я откуда знаю?
        Теперь уже удивлен был я. Потянув повод, остановил кобылу.
        - Зашибись. Приехали.  - Постаяв меру, я тронул лошадь.  - Торка!!! Тор…  - Я закашлялся.  - Слушайте, можете попросить кого-нибудь из своих покричать?
        - Что кричать?
        - Пусть раз в меру кричит: «Торка!»
        - Хорошо.
        Долго кричать не пришлось. Через меру я уже чувствовал Пуша и Ручу. Еще через десять дорогу преградила лениво лежащая Лемария.
        - Вот разорались, написано же было  - просто ехать,  - раздался голос из леса.
        - Эль.  - Я подал лошадь к нему.
        - Подождите,  - спохватился маг.  - Книга.
        - Будет вам книга. Мы ее сами без Нормана забрать не можем.
        - Сначала книгу.
        - Что ж ты глупишь-то? Все бросили оружие.
        Лемария подошла ко мне с противоположной от мага стороны. В голове промелькнула картинка: я на сейше. Перекинув ногу, мешком свалился ей на спину и еле успел ухватиться. Несколько раз хлестнули ветки. Я прижал голову. Шагов через тридцать свалился на землю, но это произошло уже за незримой границей. Воины не рискнули сунуться в лес.
        - Чего разлегся?  - подошел отец.
        Я попытался встать. Он, увидев мое состояние, поднял меня.
        - Вот сволочи. А где остальные?
        - Требуют в обмен Ялю.
        - Отойдем пока немного подальше.
        Совещались практически на виду у воинов. Совет состоял из шести разумных: отца, Храма, Эля, Яли, меня и Нейлы, которая присутствовала, скорее, как мой личный лекарь.
        - А что ты сам думаешь?  - спросил Храм, когда я все выложил.
        - Думаю, оглоблю им в дышло, а не книга, пока всех не отпустят. А Яля пусть сама решает.
        - Да мне как-то с вами уютней.
        - Так не пойдет,  - послышался из глубины леса голос Нирта.
        Понятно, что жезлы Эля и Нейлы стали шарить по округе.
        - А вот и наш добродетель,  - спокойно произнес я.  - Эти ребята наставили нам плетений, которые нас и так и так убьют. Снимать пришел?
        - Да.
        - Ну что ж, можешь приступать.
        - Отдайте светлым книгу.
        - Ну да, а затем ты исчезнешь.
        - Я не сниму плетения, пока не отдадите.
        - А мы не отдадим, пока не снимешь. И появись наконец.
        Лич вышел из-за ели шагах в десяти от нас.
        - Отдайте книгу.  - Лич подошел к нам, одновременно откинув назад свой жезл, который тут же подобрал появившийся из-за другого дерева Дайлон.
        - А где третий?  - спросил Храм.
        - И четвертый?  - добавил Эль.
        - Может, их вообще куча?  - предположила Нейла.
        Нирт тем временем подошел практически вплотную. Жезлы Нейлы и Эля смотрели ему прямо в грудь. Понятно было, что он в любом случае не успеет поставить «щит». Но самоуверенность в таких делах ни к чему, и я, вынув клинок, упер его в шею нежити.
        - Отдайте книгу.
        - Отдай ему книгу, Нор. Я поеду, пусть выпустят семью Нейлы. Отцу я нужна.
        - Да тут, Яля, не в этом дело. Как только отдадим книгу, такое начнется…
        - Выхода у вас нет. Убьешь сейчас меня  - и сами умрете, и своих погубите. Не отдашь книгу, я снимать плетения не буду.
        Я мысленно позвал Пуша. Когда сейш подошел, я, не убирая клинка от горла Нирта, одной рукой расстегнул пряжку сумки и протянул книгу отцу. Ничего говорить не надо было.
        - Я послушаю ваш разговор?  - попросил Дайлон отца.  - Очень не хотелось бы, чтобы в крепости заблаговременно узнали о нашем сюрпризе.



        Глава 25
        Спасение

        Плетения Нирт снимал уже в лагере, под мечом. Можно сказать, в прямом смысле слова. Эль, которому я передал свой клинок, стоя за спиной лича, одной рукой взялся за рукоять, а второй, придерживая лезвие, прижал клинок к шее нежити. Нирт на это реагировал болезненно, но продолжал выполнять обещанное. На каждого из нашей компании у него уходило около пяти мер.
        - Не дави.
        - И так почти не касаюсь.
        - Ты своим «не касаюсь» мне всю шею исполосовал. Между прочим, шрамы от этого меча плохо заживают.
        - Тебе все равно на свидания не ходить.
        Я одним глазом наблюдал за процедурой, а другим поглядывал на Софью. Если честно, мне было бы легче, если бы она кричала на меня, истерила, ну а лучше (хотя я понимал, это из области фантастики) простила бы меня. Но она не отреагировала никак. Ну появился и появился. Будто это не я, а случайный прохожий. В конце концов я не вытерпел и направился к ней:
        - Привет.
        - Здравствуй.
        Софья вместе с Катлой и Фалной, сидя на коленях, натирали мясо зельем. Занятие необходимое, поэтому просить помощниц Софьи отойти я не мог.
        - Может, поговорим?
        - Вернуться хочешь?
        Я покачал головой.
        - Тогда о чем говорить? Долгих вам лет.
        - Понимаешь…
        - Ровный, не роняй себя в моих глазах, а самое главное  - в своих собственных.
        Постояв около них, вернулся обратно. Лич уже завершал процедуру снятия плетения с гоблина, следующим за ним и, собственно, последним шел я. Пять мер, легкое головокружение  - и я освобожден. Контроль за процедурой проводила Нейла.
        - Все снято.
        - Его можно отпускать?  - спросил Эль.  - Руки уже затекли.
        Дайлон, стоявший в отдалении под прицелом жезлов эльфов, напрягся.
        - Да, конечно. Давай меч.
        Эль, освободив лича, протянул мне рукоять клинка. Я взял его и без замаха снизу вверх рубанул по Нирту. Все-таки у личей нечеловеческая реакция. Надо было сначала ускориться, а я понадеялся на внезапность. Нирт кувырком назад ушел от удара, а через два удара сердца уже находился под «щитом» Дайлона.
        - Зря ты так,  - прочитал я по губам нежити.
        «Щит» не давал возможности услышать. Личи стали осторожно пятиться. Пуш прислал картинку нападающего на них кота, Руча тоже ощерилась. Я успокоил питомцев, еще не хватало потерять кого-нибудь на ровном месте.


        - Ну что, к крепости?  - после того как личи растворились в лесу, спросил отец.
        Я кивнул. Лагерь уже свернули. Буквально через двадцать мер мы цепочкой двинулись вслед за отцом.
        - Интересно, как нежить прошла через плутающие амулеты деда?  - спросил едущий сзади меня Эль.
        - Меня бы больше устроило, если бы они не вышли отсюда.


        - … ну вот, значится, так они и вырвались из академии,  - заканчивал историю про Нейлу и Нормана дед.  - А теперь ждут двойню. Так что вы скоро станете бабушкой и дедушкой.
        Аргеен по просьбе Савлентия любезно разрешил родителям Нейлы въехать на сегодняшний день в апартаменты деда.
        - А мы ведь ее уже давно не видели. Она тогда, наверное, как Марис была. А он сестру и вообще не помнит,  - произнесла шепотом Лайна, мать Нейлы, укачивая младшую дочь.
        - Ничего, увидите еще.  - Дед внимательно наблюдал за происходящим во дворе.
        Перед кольцом портала в спешном порядке возводились укрепительные сооружения. «Хоть до этого додумались».  - Савлентий отвлекся на открывающиеся центральные ворота. В ворота въехала отбывшая утром процессия. Маг, спрыгнувший с жеребца, держал в руках сумку. Поскольку Аргеен находился во дворе, доклад о поездке происходил там же. Магистр достал книгу из протянутой магом сумки и осмотрел ее, затем позвал одного из магов, крутившихся около портала, и протянул ему фолиант. Поговорив пару мер, они направились к замку.


        Наша маленькая армия, проехав сквозь лес в противоположную от основной дороги сторону, вывернула на усыпанную желтой листвой просеку лиственного леса. Поскольку нам надо было к воротам, глядящим на восход, предстояло сделать небольшой крюк  - на свободное от деревьев пространство перед крепостью выезжать не хотелось. Двигаться старались быстро. Все понимали: когда начнется вторжение исварцев (если исварцев, конечно, а не пауков и нежити), мы должны быть около Озерной.
        - Может, все-таки попробуем обменять меня?  - подъехала сбоку Яля.
        - Не знаю. Давай выедем к крепости, а там посмотрим. Если успеем до того, как откроют портал, поменяем.
        - Нор, я тут, пока ехала, все обдумала. Как выедем из леса, я одна поеду в крепость. А там попрошу отца.
        - Чего ито?  - пародируя деда, спросил я.
        - Я должна предупредить.
        - Если честно, Яля, после того как я отведал его гостеприимства…
        - Это мой отец. Я понимаю тебя, но и ты пойми меня. Плохой он или хороший, но, кроме него и деда, у меня никого нет. Я не знаю, почему дед не рассказал…
        - Я не уверен, но мне показалось, что Савлентий там далеко не на свободном положении. Да и везли его туда в кандалах.
        - Не думаю, что дед способен так отомстить.
        - Согласен. На него не похоже. Ладно, гадать не будем. Но если успеем, я тебя одну не отпущу. Да и обмен будем проводить на нейтральной территории. Извини, конечно, но я не совсем верю твоему отцу.
        Не знаю, что она подумала обо мне, но отъехала от меня мрачной.
        Только мы выехали на пригорок, Яля дала с места в карьер.
        - Эльфы, за ней! Остальным  - остаться здесь.  - Я пришпорил жеребца.
        - Ма…ит!  - прокричал что-то Эль.
        - Что?!
        - Коня магией гонит!  - подъехал эльф ближе.
        - Ты можешь остановить?
        Эль не ответил, но дробный перестук копыт его жеребца заметно увеличил темп. Обгоняя нас с эльфами, мимо пролетели сейши. Руча, поравнявшаяся со мной, держала скорость наших с эльфами лошадей.


        - Я так понимаю, вещей у вас нет?  - шепотом, так как спал ребенок, спросил дед, не отрывая взгляда от происходящего во дворе.
        - Нет, нас, как мы были, так и забрали.
        - Тогда дочку аккуратненько укутывайте  - сейчас уходить будем.
        - Куда?
        - Ну для начала  - отсюда. Парня от себя не отпускайте. Чуть что, прячьтесь за меня. На рожон не лезьте. Если что случится со мной…  - Дед задумался.  - Просто ложитесь на землю.
        - Я в молодости служил. Мечом неплохо владею. Только меча нет.
        - Ну, Лиином, полагаю, меч-то мы тебе найдем.


        Во дворе крепости шли последние приготовления. Маги с жезлами прятались за укрытиями напротив площадки портала. Остальные войска, прикрывшись «щитами», стали боевым построением сбоку от площадки. Магистр находился за ними под охраной четырех боевиков.
        Артефактор подошел к полукольцу и начал вливать силу в управляющее плетение. Некоторое время ничего не происходило. Потом воздух внутри полукольца стал мутнеть. Еще через меру мутная пелена охватила всю плоскость внутри портала. Раздался громкий хлопок, и дымчатая пелена превратилась в серую плоскость.
        Ударов десять во дворе стояла гробовая тишина. Затем редкие восторженные крики, словно брошенный в воду камень, подняли волну восторга воинов. Крики еще не утихли, когда сквозь пелену со стороны запускающего портал артефактора выпрыгнула какая-то фигура. Через миг голова мага отделилась от тела, а из портала, словно выпущенные камнеметательной машиной, вылетели четыре шара.
        Удары жезлов по убившему артефактора существу не достигли цели и растеклись по «щиту». Шары, выпустив лапы и превратившись в гигантских пауков, набросились на воинов. Пауков усмирили быстро и почти бескровно, но этого времени хватило, чтобы полтора десятка неизвестных в темных плащах встали вокруг портала и образовали огромный полукупол «щита».
        - Личи,  - прошептал Аргеен.  - Срелометами по ним! Метательной  - по кольцу!
        Стоящий рядом маг махнул рукой. Из двух башен вылетело по три огромных стрелы. Камнеметная, стоящая позади воинов, запустила в воздух каменную глыбу. Из стрел пробить купол «щита» смогли только две, остальные рассыпались в прах, столкнувшись с выпущенными им на встречу плетениями. И только одна из двух огромных стрел смогла достичь цели. Траектория же камня была изменена мощнейшими «воздушными кулаками», и он, дважды пройдя сквозь «щит», разнес часть стены замка. В это время послышался еще один хлопок портала. И через три удара сердца сквозь него хлынули войска.


        Дед, досмотрев кровавое представление до момента установки «щита» личами, прошел через комнату и постучал в дверь.
        - Что вам, господин эр Камен?  - раздалось из коридора.
        - Там во дворе ваших убивают.
        Некоторое время никто не отвечал, потом уже второй голос спросил:
        - Казнят кого-то, что ли?
        - На крепость напали!  - Поняв, что разговор со стражей может затянуться, Савлентий вынес плетением дверь.
        На него уставился испуганный светлый. Страж робко потянул клинок из ножен, второй попытался отойти от двери. Савлентий зажег «огонек». Тот, который хотел вынуть клинок, отпустил рукоять и поднял руку вверх, отскочивший от двери  - замер. Дед подошел к ближайшему стражу и левой рукой вынул его меч.
        - Держи,  - не глядя, протянул клинок назад.
        Отец Нейлы поспешно принял его.
        - Последуете за нами  - умрете,  - заявил Савлентий стражам.  - Ты,  - повернулся он к Лииному,  - пойдешь последним. Смотри назад.
        Дед уверенно вел за собой семью Нейлы по коридорам. Несколько раз пришлось прятаться в комнатах от воинов. Раз не успели, но бегущие к выходу светлые не обратили на них никакого внимания. Из замка выходили через черный ход в торце здания. Сложность возникла при подходе к воротам крепости  - там кипел бой.


        Ялийя не смогла доскакать до крепости всего шагов двести. Конь под ней споткнулся и упал. Вылетевшая из седла девушка кубарем прокатилась по земле. Эль на ходу соскочил с лошади и подбежал к ней.
        - Жива? Ничего не сломала?
        Яля помотала головой.
        Из крепости донесся хлопок.
        - Что это у них?  - не обращаясь ни к кому конкретно, спросил я.
        - Портал открылся,  - ответил Эль.
        Послышались крики.
        - Как-то не похоже, что на них нападают.
        - Согласен. Что, возвращаемся назад?
        - Отпустите меня!  - У Яли текли слезы.
        - Куда же тебя отпускать? Ты на ногах не стоишь.  - Эль поднял ее.  - Наверное, из жизненных сил магию тянула?
        Яля не ответила. Эль резко повернулся в сторону крепости.
        - Катапульта.
        Тут же раздался еще один хлопок, и через десяток ударов сердца послышались звон металла и крики людей, которые ни с чем нельзя перепутать.
        - А вот теперь похоже.  - Эль махнул обеими руками нашим, часть которых во весь опор неслась к крепостной стене.
        Жеребец эльфа захрипел и припал на подогнувшиеся передние ноги. Спустя удар сердца лошадь завалилась на бок.
        - Хороший был конь.  - У Сойсы слезы на глазах выступили.
        Я в это время пытался залезть на коня, но мышцы рук предательски дрожали. Словно мешок, взгромоздился в седло, после чего смог нормально сесть.
        - Ты себя нормально чувствуешь?  - забеспокоился Эль, хотя, готов искру поставить, даже не смотрел на меня.
        - Да.
        - Отпусти меня,  - задергалась Яля в руках эльфа.  - Я пойду с вами.
        - Ага, щас! Только вот карету для вашего величества вызовем, а то, чувствую, ты пешком-то уже идти не можешь.
        Ялийя сделала шаг ко мне. Эль попытался поддержать ее, но она ткнула в его лицо указательным пальцем.
        - Только прикоснись, ушастый.
        Эль поднял руки. Яля подошла ко мне и жестом попросила наклониться. Я выполнил просьбу.
        - Обещай спасти его.
        - Деда?
        - Отца.
        - Не могу.
        Яля некоторое время помолчала.
        - Пообещай, что спасешь, если сможешь.
        Понятно, что нужно было просто отказать находящейся не в себе взбалмошной девчонке, но я кивнул. Через пару мер подскочили наши.
        - Там весело,  - прокомментировал Храм звон мечей, доносившийся из крепости.
        - Сейчас и мы повеселимся,  - остановил рядом с ним кобылу Шивак.
        - Отдайте кто-нибудь Яле лошадь,  - попросил я.  - Нейла, Лейка, проводите ее?
        - Ага, сей…
        - Надо, Нейла.
        - Там мои родители…
        - А там Фална и Катла остались без защиты. И я не собираюсь вместо того, чтобы найти наших родных, нянчиться с беременной супругой.
        - Так, может, и ты…  - начал было Эль, но увидел мои глаза.
        - Нам правда так будет спокойней,  - поддержал меня отец.
        Глаза Нейлы гневно сверкнули.
        - Нейла, во-первых, им действительно нужна охрана, и желательно  - мага. Вдруг объявится какой-то блуждающий отряд светлых? Во-вторых, когда мы будем уходить, возможна погоня, и им было бы очень полезно неожиданно встретиться с парой хороших плетений.
        Нейла некоторое время помолчала, но, видимо, приняла доводы и согласилась.
        - Тогда идите! Чего ждете?


        Когда в портал хлынули войска, Аргеен еще надеялся остановить их, но через пятнадцать мер гарнизон, усиленный прибывшей сотней, стал медленно отступать, а поток воинов, выходивших из портала, не думал прекращаться  - и магистра посетили панические мысли.
        - Почему стрелометы не бьют?
        - Сейчас узнаю.  - Один из магов дернулся было к башне, но тут же завалился на бок.
        Аргеен удивленно повернулся. Воин в черном плаще выдернул клинок из мага и на ускорении кинулся к его охране. Боевики в охране были отборные, но, озабоченные поддержкой «щитов» перед магистром, они не сразу поняли, что их убивают. Магистр метнул «огонек» и выставил «щит». Но неизвестный, уйдя от плетения, легко преодолел защиту.
        - Саймол?  - Магистр от неожиданности развеял плетение «воздушного кулака».
        Клинок лича молниеносно вошел в шею Аргеена.
        - Извини, отец, но мне не нужно сейчас слаженное сопротивление.
        Удивление в глазах магистра застыло навсегда.


        Проехав по небольшому мосту, уперлись в ворота. Разумеется, нам их никто не открыл, но и камни на голову не бросали. Стражи, судя по звукам внутри крепости, были очень заняты.
        - Отойдите.  - Эль достал жезл.
        После пары выпущенных «кулаков» пришлось признать, что магическая защита калитки на высоте. Как только Эль подавал силу в жезл, вокруг двери начинал образовываться «щит».
        - Дайте мне десяток камней размером с кулак.  - Ларриен снимал притороченное к седлу воздушное ружье.
        - Не надо.  - Оникон спрыгнул с лошади и подошел к стене между калиткой и воротами.  - Дарре!
        Гномы, словно ждали команды, оказались рядом с ним, в том числе и Шивак. Оникон ткнул пальцами в четыре точки. Его соотечественники встали рядом.
        - Ха. Ра. Кале!
        Гномы синхронно, по-другому не скажешь, подняли топоры.
        - Ха…  - Гномы встали в исходную.  - Ра!  - Топоры взлетели вверх.  - Кале!  - Удар был одновременным.  - Ха, ра, кале!..
        После десятка, ну, может, чуть больше «кале» из стены рядом с калиткой сразу выпала половина одного из составляющих ее камней.
        - В сторону!  - Храм, воткнув в расщелину свой гигантский меч, выворотил часть камня.
        - Топоры жалко,  - тихо произнес один из гномов.
        Клянусь, если бы гном не увернулся, его голова оторвалась бы. Не знаю, почему, но я чувствовал силу, которую вложил в замах Оникон.
        - Зуконо ралаке рале,  - произнес гном.
        Я толкнул Шивака локтем.
        - «Топор дешевле жизни»,  - перевел Шивак.  - Древняя поговорка.
        Расшатав еще пару камней, мы смогли засунуть в дыру Торку, удивительно, но в нужное время гоблин всегда оказывался рядом. Он смог открыть засов калитки.
        - Может, все-таки ты останешься здесь?  - остановил меня перед входом Храм.
        - Нет. Не могу объяснить. Я должен идти. Лемария, на тебе охрана лошадей. Эль, верни мне жезл.
        Сейша послушно начала сгонять скакунов с моста, на котором мы стояли.
        - Ты вроде не можешь?  - протянул мне рукоять жезла эльф.
        - Плетение не поставлю, а вот силу подать уже могу.


        Первым шел Храм, это уже потом пришла мысль, что надо было послать кого-нибудь с жезлом. Пройдя коридор, похожий, скорее, на туннель, орк толкнул дверь, ведущую во двор, и практически сразу оказался в гуще боя. Оттолкнув стоящего к нему спиной воина, отбил предназначенный ему удар и начал, размахивая своим полуторником, расчищать пространство у стены. За ним, прикрываясь щитом, шел Шивак. Храм смог отойти буквально на шаг, когда увидел направленный на него жезл. Увернуться он успел, а вот Шивак, еще стоявший в проеме, получил на щит мощнейший «кулак». Даже вес гнома не смог удержать плетения. Рухнув на спину, он придавил собой Оникона. Эль выставил магический «щит» и, согнувшись, чтобы не зацепить шлемом свод, побежал прямо по гномам.
        С большим трудом нам удалось отвоевать небольшую площадку. Храм к этому времени весь был в крови. Причем не совсем понятно, то ли это его кровь, то ли врагов. Светлые и исварцы, до этого с яростью крошившие друг друга, словно забыли друг о друге и сосредоточились на нас, изредка делая выпады в сторону бывших врагов.
        Стая. Все чувства обострились. Я  - вожак. Они  - стая. Я в ответе за их жизни. Каждая клеточка воспринимала поток информации. Я видел их глазами, я чувствовал их чувствами. Каждый действовал самостоятельно, но, принимая от меня сигнал, выполнял приказ. Вот Серый, не успевая отбиваться от двух врагов, схватил одного пастью за руку и по моей команде упал вместе с ним на землю, над ним пронеслась громада орка, вминая шлем второго противника. Вот Эль не успел выпустить плетение в мага-боевика, подпрыгнул по сигналу, и под ним пронеслась серая тень Ручи в ускорении, резко взмыла вверх и разорвала горло врагу. Вот сзади стены гномов, словно бульдозер, двигающей массу воинов впереди себя, зашел мечник, на поднятой руке которого схлопнулись челюсти Пуша.
        Софья с Лоей, стоя за спинами гномов, действовали в паре  - одна прикрывала подругу, по команде снимая «щит», вторая в этот момент выпускала плетение, собирающее противников в одну кучу. Сойса не успела прикрыться «щитом» жезла, и в ее плечо вошел арбалетный болт. Сеулон подхватил ее, вырывая из-под удара меча, а второй рукой выпустил «огонек» прямо в шлем врага. Отец… Мозг работал на пределе. Время словно застыло. Не знаю, как я это смог сделать, но в доли удара сердца ощутил двух новых членов стаи. Отец по сигналу упал на землю, а Ларри прыгнул к нему и поставил над ними обоими купол «щита». Поток огня тут же охватил то место, где только что стоял отец. Времени удивляться не было. Захваченный стаей разум Торки, находящегося ближе всех к магу-огнеметчику, заставил гоблина метнуться стелющейся стрелой к ногам мага и резануть по сухожилию ноги. Тут же пришлось вытаскивать гоблина  - Пуш снес ударом лапы мага, вознамерившегося наказать зеленого и повернувшегося спиной к коту.
        Вот упал гном, я заставил его протянуть в сторону Ручи топор, а та, схватившись за него зубами и резко мотнув всем телом, выдернула гнома из-под опускающегося меча. Я тут же нанес «кулаком» удар по воину.
        Меры тянулись, словно годы. Я принимал в стаю все новых и новых членов ради спасения кого-либо из нашей команды.
        Мы были уже в почти замкнувшемся кольце некончающихся врагов, когда воинов перед гномами раскидало в стороны. Савлентий, прикрывая куполом семью Нейлы, бежал к нам. Гномы по сигналу расступились. Как только они оказались рядом со мной, я послал стае общую команду отступать. Краем глаза успел заметить удивленный взгляд деда. Отступать получалось не очень, мало того что враги активизировались после того, как исварцы устранили светлых, так еще и на горизонте замаячили плащи личей. Я поднял жезл, опустошил его, выжигая все позади себя «темным огнем»:
        - Бегом отсюда!


        С количеством лошадей из-за выходки Яли и собственной недальновидности мы несколько пролетели. Мало того что погибли лошади самой Яли и Эля, так ведь еще и спасенным надо было ехать. В итоге верховыми оказались и обе сейши, и Руча. Уходили в очень-очень большой спешке, создав приличную свалку в туннеле входа.
        Нейла встретила нас на середине поля перед крепостью, гоня впереди себя пятерку оседланных лошадей.



        Эпилог

        Раны зализывали в лагере. Ранения были почти у всех, кроме, наверное, меня, но я истощил свои силы настолько, что рухнул с лошади, когда нас встретила Нейла, и теперь мог только шептать и лежать.
        - А он стоит посередине и, словно кукольник на ярмарке, руками машет  - то на одного покажет, то на другого.  - Эль с задором рассказывал Яле и Нейле, как происходила спасательная операция.  - Я сначала думал, тронулся. Ведь даже меча не вынул. И тут он ткнул в меня рукой. Я, не задумываясь, прыгнул вверх, подо мной проскочила волчица и порвала мага….
        Нервное напряжение боя у всех выходило смехом, так как Эля слушали не только девчонки. Мне тоже хотелось смеяться. Мы смогли! Мы снова все вместе! Мы свободны!


        Потом была долгая и нудная дорога домой. Достигли «Проклятого» с первыми белыми мухами. Была радость. Было знакомство с родителями. Но это уже не так ярко, как тот момент, когда я лежал и наслаждался тем, что мы снова вместе…
        Софья… Она так и не смогла простить меня, и через круг, когда между Исварией и Старкским королевством было достигнуто перемирие, они с Маликом поехали возвращать свое баронство. Компанию им решили составить Храм и Зора, Сойса и Ларриен. Ах да, еще трое молодых гномов, отправившихся посмотреть мир. Гномов, кстати, к нашему возвращению в «Проклятом доме» было уже больше семидесяти, а к отъезду Софьи  - более ста.
        Мэллорн весной из маленького росточка начал превращаться в молодое дерево, около которого мы часто гуляли с Кириллом и Ошиком  - братьями-близнецами, ну и по совместительству моими сыновьями. В отличие от наших детей щенки Новера и котенок Пуша передвигались вполне самостоятельно и довольно часто увязывались за нами, несмотря на запреты своих родителей.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к