Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / Шек Павел: " Новый Мир " - читать онлайн

   Сохранить как
Помощь
 ШРИФТ 
Новый мир Павел Шек


        Попав в мир компьютерной игры, не спеши радоваться, ведь гордое звание «герой» тебе придется делить не с одной сотней таких же счастливчиков. Кто-то сразу хватается за меч и бежит охотиться на драконов. Кто-то медленно сходит с ума, ведь из этой игры нельзя ни выйти, ни передохнуть. И только друзья помогут тебе остаться человеком, а не превратиться в маленький винтик огромной системы под названием «Новый мир».

        Павел Шек
        НОВЫЙ МИР

        Пролог

        — Как думаешь, сколько сегодня упекут в «дурку»?
        — Не больше трех. Уверен.
        — Смотри, в прошлый раз оказался прав я.
        — Сегодня точно отыграюсь! Ставлю сто золотых!
        — Ух ты. Так много. Ну что ж. По рукам!
        Два рослых орка хлопнули рука об руку в знак того, что сделка заключена.
        — А ну марш вперед! И хватит тут попусту болтать!  — Сзади к ним медленно подходил человек. Ему уже давно перевалило за пятьдесят, но он был все еще в прекрасной форме. Это было заметно по его движениям, по тому, как твердо он ступает. Меч на поясе ему ничуть не мешал.  — Если вы не будете держать свои языки за зубами, я их вам вырву.
        — Да ладно, ладно,  — пожал плечами первый орк.  — Мы что, будем молчать в тряпочку? Но все же смешно наблюдать за новичками в их первый день. Вот умора!
        — Себя вспомни,  — недовольно сказал мужчина.  — Смешно?
        Орк прорычал что-то нечленораздельное и побежал вперед к массивной двери, обитой металлическими полосками.
        — Идут! Идут!  — радостно прокричал молодой парень, выбегая из комнаты, куда только что зашел орк.
        — Стража на месте?  — спросил воин.  — А представители «Дома неприятия»?
        — Все здесь,  — быстро закивал парень. По нему было видно, что он в предвкушении предстоящего события.
        — Первый раз?
        — Ага.
        — Не стой на дороге.  — Орк, проходя мимо, сбил парня на пол.  — Знай свое место!
        Комната, в которую приходили новички, не менялась вот уже десяток лет. Мебели в ней не было, зато была небольшая платформа, занимающая треть помещения, в центре которой стояла трибуна. Вдоль стен уже выстроились стражники. Все — в сверкающих доспехах, с обнаженным оружием в руках. Если бы не их лица, можно было подумать, что почетная стража встречает высокопоставленных гостей.
        В центре комнаты, в метре от пола, появилось небольшое свечение. Ожидание длилось несколько секунд, после чего последовала вспышка, и на пол, прямо из свечения, выпал мужчина в изодранных лохмотьях. Двое стражников тут же взяли его под руки и отнесли в дальнюю часть комнаты. Новое свечение возникло там же, как только освободилось достаточно места. Последовала вспышка — и на пол упала молоденькая девчонка лет пятнадцати. По строю стражников прошел ропот. Двое счастливчиков тут же подхватили ее под руки и понесли к появившемуся первым. Мужчина постепенно приходил в себя, мотая головой, пытаясь сбросить оцепенение.
        На тринадцатой вспышке что-то пошло не так. Свечение исчезло, а на его месте появилось искрящееся темное пятно. Оно то увеличивалось, то уменьшалось, рассыпая синие искры. Потянуло неприятным запахом жженого.
        — Кто-нибудь, принесите тряпки и песка,  — сказал пожилой воин, спокойно глядя на происходящее. Для него это была привычная и, можно сказать, обыденная картина. Он встречал людей в этой комнате уже шесть лет.  — Отверните новичков.  — Он бросил на стражу суровый взгляд.  — Не хватало, чтобы они еще насмотрелись подобного в первый же день.
        Да уж, картина была не из приятных. Происходило это редко, но даже в хорошо отлаженной программе случались сбои. Если человек не появлялся после вспышки, то программа уничтожала его, разрывая на части. Несчастного потом приходилось отскребать от пола и засыпать это место песком, чтобы не осталось пятен крови.
        Молодой парень подбежал к порталу с деревянным ведром, наполненным мелким грязным песком. Другой рукой он сжимал кипу тряпок. Он нервно сглотнул, стараясь не смотреть на искрящийся портал.
        Внезапно портал лопнул и на пол рухнул парень лет двадцати. Стража удивленно уставилась на него, но, уловив взгляд начальника, подхватила под руки и понесла к остальным.
        В этот день в Другой мир прибыли двадцать четыре новичка. Парни, девушки, мужчины, женщины — они удивленно и испуганно озирались по сторонам. Стража свое дело знала. Подопечных они держали крепко, не позволяя тем подняться с колен.
        — Приветствую вас в Другом мире,  — грубым голосом начал старый воин.



        Глава 1

        Я больно ударился коленками о каменный пол и завалился на бок, потирая их. В голове стоял неприятный гул, мешающий сосредоточиться. Кто-то подхватил меня под руки и грубо отволок в сторону. Я затряс головой, пытаясь сосредоточить взгляд на окружающем. Чья-то рука с силой усадила меня, удерживая за плечо. Оглянувшись, заметил хмурый взгляд невысокого черноволосого парня. Рядом с ним был еще один. Оба смотрели как-то недружелюбно. Я пытался понять, что мне в них кажется странным.
        — А!  — воскликнул я и получил короткий удар в бок.
        — Молчать!  — коротко сказал черноволосый парень.
        Справа кто-то вскрикнул, и последовала такая же команда. Я огляделся и впал в ступор. Я находился в большой комнате. Стены, пол, потолок были выложены из темного, серого камня. Рядом со мной, так же — на коленях, стояли люди, а над ними возвышались вооруженные мечами рыцари. Хотя по их лицам я бы назвал их скорее бандитами. То, во что были одеты стоявшие на коленях, трудно назвать одеждой. Рваные лохмотья, не иначе. Похоже, шок от происходящего испытал не только я. Все сидевшие на полу удивленно озирались по сторонам. В центре комнаты что-то сверкнуло, и два бандита приволокли к нам еще одного парня. Что больше всего меня поразило — парень возник прямо из воздуха. За ним последовала женщина, за ней еще одна, моложе. Потом — мужчина с аккуратной бородой. На вид ему было лет пятьдесят, может, старше. Как и остальных, его силой оттащили к стене, невзирая ни на возраст, ни на беспомощность. Я недовольно прищурился, но, уловив злой взгляд своих стражников, решил сдержаться.
        — Приветствую вас в Другом мире,  — сказал человек в латах с трибуны.  — Прошу слушать внимательно и запоминать, что я скажу. Место, куда вы попали, называется Другой мир. Нет, это не Земля, нет, это не Россия, не Америка и даже не Амстердам. Считайте это место параллельным миром, живущим по своим собственным правилам и законам.  — Он обвел нас взглядом.  — Никто из вас или из тех, кто живет в этом мире, не может вернуться домой. Это главное правило. Правило номер два: забудьте ваши настоящие имена. Никто, кроме вас, не должен их знать. За нарушения этого правила — пожизненная каторга. Вместо своего имени вы должны придумать себе псевдоним. Правило номер три: те, кто не принимают этот мир, отправляются в замок для душевнобольных, где доживают свой век в тишине и покое. Последнее правило: соблюдайте законы и устои этого мира, и вы сможете жить в нем, как и все мы. Это все. Дальнейшее вам объяснят в других комнатах замка. Да,  — он хотел было уйти, но что-то вспомнил,  — есть ли среди вас психологи по образованию или по сфере деятельности? Поднимите руки.  — Какая-то молодая женщина
робко подняла руку. Главный смотрел на нее несколько секунд, затем хмыкнул.  — Есть ли среди вас врачи? Что, никого нет? Есть ли среди вас те, кто играл в компьютерные игры? Сетевые ролевые игры или им подобные. Нет, не поднимайте руки. Это не столь важно. Просто те, кто играл в эти игры, обычно имеют куда больше шансов прижиться в этом мире, чем другие. Чуть позже вы поймете почему. И последнее: советую вам хорошенько подумать, прежде чем выбрать себе псевдоним. В этом мире слишком много Леголасов, Иванушек-дурачков, Василис, Гамлетов, Терминаторов и тому подобного сброда с вялой фантазией. Индивидуальность — вот что приветствуется в этом мире. У вас десять минут на раздумья. После этого подходите к выходу, регистрируйтесь, и вас пропустят в следующие комнаты. Стража, отпустите их. Буйных, как всегда, в смирительные рубашки — и в «Дом неприятия».
        Хватка на моем плече ослабла, и два моих стражника направились к стене, где стояли их собратья.
        — Что происходит?!  — сказал мужчина, вставая и выходя немного вперед.  — Мой брат работает в ФСБ старшим следователем. Вы даже не представляете себе последствия того, что незаконно удерживаете меня здесь.
        — Милсдарь,  — сказал главный,  — никто вас тут не удерживает. Проходите стандартную регистрацию — и валите на все четыре стороны. А будете гоношиться, мой помощник проткнет вас своим мечом в воспитательных целях. Трактор, иди сюда.
        Из-за помоста вышел двухметровый зеленый монстр. От удивления я потерял дар речи. Орк громко заревел, выхватывая внушительных размеров кривой меч. Возмущавшегося мужчину моментально сдуло к остальным.
        — И прошу: выбирая себе имена, руководствуйтесь здравым смыслом, а то вас ждет участь Трактора и Сломанного Клыка.
        К орку Трактору присоединился еще один. Теперь два орка весело глядели на нас, изумленных. В том, что они самые настоящие, сомневаться не приходилось.
        — Молодой человек, молодой человек,  — меня кто-то потянул за рукав.
        — А?  — Я оглянулся и увидел пожилого мужчину.  — Да?
        — Скажите, а вы играете в эти современные компьютерные игры, про которые говорил тот человек?  — Он прищурился, с интересом глядя на меня.  — Извините, просто вы подходите по возрасту к поколению, живущему в виртуальном мире.
        — Я?  — Мне пришлось озадаченно почесать в затылке.  — Я знаком с компьютерными играми. Не сказать, что я заядлый геймер, но в подобные игры играл.
        — Замечательно.  — Он улыбнулся.  — Просто я в этом совершенно не разбираюсь. Если вам будет не трудно, составьте мне компанию, пока мы не выберемся отсюда.
        — А почему именно я?  — Я обвел взглядом собравшихся рядом.  — А, понятно. Нет, я не против. Буду даже рад. Только не надо называть меня на «вы». Меня это немного нервирует.
        — Надеюсь, ты не думаешь, что это все — сон, помутнение рассудка или что-либо в этом роде?  — Он сел на пол, скрестив по-турецки ноги.
        — Признаюсь, такая мысль меня посещала.  — Я кивнул.  — Но что-то тут не так, это факт. По крайней мере, эти урукхаи настоящие.
        — О, ты читал Толкиена?  — воскликнул он.
        — Читал,  — улыбнулся я.  — Но орки, как и эльфы, гномы, гоблины и им подобные, давно перешли в разряд узнаваемых личностей. Как было сказано, компьютерные игры очень помогли в этом.
        — Да.  — Он задумался.  — Понятно. Понятно. Вот что он имел в виду.
        — А? Что?  — не понял я.
        — Нет, нет. Я так, кое о чем думаю.
        — И все-таки это очень странно.
        — Странно,  — согласился он.
        — Время вышло,  — сказал главный, вновь поднимаясь к трибуне.  — Подходите по одному, регистрируйтесь и проходите дальше.
        — Простите,  — мой собеседник встал, поднимая руку,  — могу я узнать, можно ли нам объединяться в команды?
        — По двое — можете,  — дал свое согласие главный.
        — Спасибо.  — Он повернулся ко мне.  — Пойдем, не стоит тут задерживаться.
        Я пожал плечами и пошел следом за странным и на удивление спокойным стариком. Хотя стариком-то его называть было рановато.
        — Нет, нет! Пустите меня!  — крикнула какая-то женщина, вскакивая и направляясь к двери.  — Это все фарс. Немедленно отпустите меня! Отпусти!
        Двое стражников тут же схватили ее и поволокли к двери. Женщина яростно сопротивлялась, кричала, чтобы ее отпустили, что у нее дети. Ее примеру больше никто не последовал. Все с опаской косились на стражу.
        — Возраст, ник… то есть псевдоним?  — сказал молодой парень с журналом в руке. Он единственный не был одет как солдат. На нем была обычная старомодная, средневековая одежда. Куртка из грубого, давно не стиранного материала и такие же штаны. Рубашка — не в пример свежее, да и ткань у нее не такая жесткая.
        — Пишите — Чиафредо,  — сказал мой спутник.  — Возраст — пятьдесят шесть лет.
        — Следующий.  — Парень чиркал на бумаге пером, периодически макая его в небольшую чернильницу, приклеенную на планшет.
        — Митр. Двадцать два.
        — Было же сказано — имена нельзя!  — рявкнул главный. Он стоял рядом, прислонившись к деревянному косяку подиума.
        — Так это и не имя,  — пожал плечами я.
        — Настоящее имя — Дмитрий?
        — Нет.
        — Митя?
        — Да нет же, даже близко не такое.
        — А какое?  — прищурился он.
        — А вам зачем?  — Я ответил ему таким же взглядом.
        — Некультурно отвечать вопросом на вопрос,  — сказал главный.
        — Простите, не знал,  — извинился я, добавляя как можно больше раскаяния в свои слова.
        — Хорошо, проходите.  — Он махнул рукой.  — Следующие.
        За дверями нас ждала молодая девушка в странных кожаных доспехах. На поясе у нее висел угрожающего вида кинжал.
        — Вы должны пройти в каждую дверь по очереди вдоль этого коридора.  — Она махнула рукой в сторону длинного коридора, освещенного коптящими факелами.
        — А электричество тут есть?  — поинтересовался Чиафредо.
        — Нету.  — Девушка замотала головой.
        — И что, никто не придумал, как его сделать?  — удивился он.
        — Вопросы будете задавать там.  — Она кивнула на первую дверь.  — Не задерживайте.
        За нами уже шла вторая пара. Двое мужчин с интересом разглядывали девушку. Похоже, они не находили ничего пугающего в происходящем.
        — Простите,  — улыбнулся я девушке и потянул за рукав своего напарника. Как только мы дошли до двери, я оглянулся на него.  — А что за странное имя Чиафф… Как там?
        — Чиафредо?  — удивился он.  — Одно из итальянских имен. Довольно распространенное. Друга у меня так звали.
        — Сложное.
        — Можешь звать меня просто Чи. Мы так его и звали. Похоже на имя для канарейки, правда?  — он рассмеялся.  — А ты точно не Дима? Твое имя никак не согласуется с «Митр»?
        — Нет,  — отмахнулся я.  — Так просто. Ник из детства. Ну когда я еще в компьютерные игры играл. Как ни странно, но довольно простой и запоминающийся ник, к тому же не так много людей выбирают его в играх.
        За первой дверью нас ждала самая обыкновенная комната, напоминающая рабочий кабинет какого-нибудь партийного деятеля. За столом, под портретом человека в короне, сидел невысокий лысый мужчина. Количество всевозможных бумаг на столе превышало все разумные пределы.
        — Проходите, садитесь.  — Он указал на стулья перед столом.  — Значит, так. Этот мир — чертова компьютерная игра, придуманная непонятно кем и непонятно зачем. В игры играете?
        — Да, я в этом разбираюсь,  — кивнул я.
        — ММО, подземелья и драконы?
        — Без проблем.
        — Очень хорошо.  — Он что-то записал на бумажке, лежащей перед ним.  — Чиафредо, Митр. Правильно?
        — Да,  — кивнул Чи и удивленно посмотрел на него.  — А как вы…
        — Узнал имя?  — Он коротко рассмеялся.  — Я же говорю, все это — идиотская компьютерная игра, чтоб ее. Короче. Я старший интендант в Изумрудном городе. Зовут меня Ленин. По всем вопросам обращайтесь в мою канцелярию. Все, что касается обеспечения новоприбывших, находится в ведении моего кабинета. На первых порах выдам вам стандартное снаряжение. И вот, копия местных законов.  — Он протянул нам две маленькие книжечки.  — Форма правления у нас — монархия. Есть лорды, графы, бароны и прочие благородные сословия. Порядок в стране поддерживается стражей из местных и добровольной дружиной из наших. При должном рвении любой игрок может стать благородным дворянином и землевладельцем. Вы можете стать главой любой гильдии. Даже королем,  — Ленин перешел на шепот,  — законом это не запрещено. Вот только король это не одобряет, сами понимаете.  — Он выпрямился и продолжил: — В городе можете делать все, что вам заблагорассудится, если это не противоречащее законам. Нарушающим закон — одна дорога: на рудники или в Вольное братство. Это местная шайка террористов и убийц. Но ничего, мы их
ловим и периодически убиваем. Не волнуйтесь, в городе у нас спокойно. Рейды также проходят мирно. Так, по моей части — все. Вопросы есть?
        — А как тут с электричеством?  — задал я вопрос, который поднимал Чи.
        — Забудьте,  — скривился Ленин.  — Все, что работало в нашем мире, весь наш научный прогресс тут не работает. Мы даже таблетку от головной боли сделать не можем. Не помогает. Электричество просто не работает. Химические смеси не смешиваются, порох не горит. Примите это как факт.
        — А как же статическое электричество и другие физические законы?  — не удержался я.
        — Если можете запустить электростанцию трением расчески о свои волосы, мы вам только спасибо скажем,  — съязвил Ленин.  — Тут что-то работает, что-то не работает. Такой вот мир. Все, идите дальше. Там вас удивят так, что мало не покажется. Оттуда в «дурку» столько народу отправляют, что аж страшно становится. Смотреть на это больно.
        — «Дурка» — это местный аналог сумасшедшего дома?  — с интересом спросил Чи.
        — Он самый,  — кивнул Ленин, указывая нам рукой в сторону внутренней двери.  — Дверь в следующее помещение — в том конце кабинета.
        — А что такое «подземелья и драконы»?  — шепотом спросил у меня Чи.
        — Это такая игровая система. Объяснять очень долго и сложно. Это как бы правила для игры. Распределение у игроков основных характеристик, умений и тому подобного. Я вам потом все объясню, как время выпадет.
        — Спасибо,  — искренне поблагодарил он.
        Следующее помещение сильно отличалось от предыдущего. Темное, без окон, с небольшим светящимся огоньком, который освещал комнату, плавая под потолком. Столик, маленький и круглый, как в кабинете у гадалки. Вместо стульев — мягкие кресла. Напротив нас сидел мужчина лет тридцати.
        — Садитесь, дорогие, садитесь.  — Он кивнул на кресла.  — Я Эйландер, эльф, маг восемьдесят пятого уровня.
        — Эльф?  — удивился я.
        — Маг?  — удивился Чи.
        — Да, да. Эльф,  — он продемонстрировал нам свои длинные ушки и ровные одинаковые зубы,  — к тому же маг.
        Эйландер что-то произнес, и на его ладони появился огонь. Эффектно вспыхнув, огонь погас, рассыпаясь снопом разноцветных искр.
        — В нашем мире герой может стать кем угодно. Магом, воином, друидом, жрецом, следопытом, варваром. Классов очень много. К тому же каждый герой может стать эльфом, гномом, орком, гоблином. Самые распространенные — это эльфы. Кровавые, темные, лесные, солнечные. Орков тоже несколько видов…
        — А человеком остаться можно?  — спросил Чи. Судя по его виду, и его эта информация прошибла.
        — Конечно, и человеком можно. Только есть одна проблема,  — он развел руками,  — выбора вам никто не даст. Система выбирает все сама.
        — То есть как — сама?  — не понял Чи.
        — А кто ее знает, как,  — просто ответил Эйландер.  — При появлении в нашем мире вы уже приобретаете характеристики, присущие только вам. Орков на приеме видели?  — Мы дружно закивали.  — Скверный народец. Странно, но почему-то все самые несдержанные, грубые, неотесанные болваны становятся орками.
        — А все утонченные, благородные и так далее — эльфами?  — вставил я.
        — Совершенно верно,  — закивал он.
        — Что-то не хочу я ходить в зеленой шкуре постоянно,  — недовольно сказал Чи.  — Не прельщает что-то.
        — Не беспокойтесь. Второй облик можно снять. Пребывание в нем ограничивается минимум восемью часами в сутки. Кроме Дня расы. У нас тут бывают дни эльфов, дни орков. В течение одного, а иногда и нескольких дней все орки не могут снять свой второй облик.
        — То есть эти двое были людьми?  — поразился я.
        — Конечно. Здесь только люди. Настоящих орков и представителей других рас много, но герои, то есть игроки,  — только люди. В течение двух дней ваша личина полностью проявится. Превращаться вас научат в вашей первой гильдии. Или вы можете пройти свободный курс в здании комендатуры. Как только вы выйдете из замка, будете предоставлены самим себе. Одиночкам в нашем мире сложно, поэтому игроки объединяются в гильдии, кланы, благородные дома и тому подобное. В основном там состоят люди со схожими интересами. Там вам предоставят жилье и питание. Со своим кланом вы можете ходить в походы и добывать деньги и славу. Второй этап — найти свою гильдию. Если вы маг, вам лучше отправиться в гильдию магов, где вас научат обращаться с тонкой материей и использовать самые сильные заклинания этого мира. Если вы воин, вам дорога в гильдию воинов, где вас научат обращаться с оружием и носить доспехи. Если вы жрец и лекарь, тогда — в храм, где вас научат лечить раны священной магией и накладывать благие заклинания.
        — Храм?  — переспросил Чи.  — А как тут лечат болезни и раны, о которых вы говорили?
        — А,  — Эйландер улыбнулся,  — вот тут самое интересное. Каждый игрок, получая славу, поднимает свой уровень. С каждым уровнем ваша сила становится все больше. Например, маг первого уровня может вызывать только мелкие заклинания: огненный шар или ледяную стрелу. А вот маг пятидесятого уровня может поражать врагов огненным дождем, сотрясением земли. То же самое — со жрецами. Жрец первого уровня может залечить небольшое кровотечение своей молитвой. А вот жрец высокого уровня может срастить сломанные кости, оторванные конечности, даже поднять павшего в бою товарища.
        — Простите, срастить конечности — это как?  — От удивления глаза у Чи округлились.
        — Как?  — не понял эльф.  — Очень просто. Например, дракон оторвал у вас руку; что вы будете делать? Ходить без руки довольно неудобно, не так ли? Если рука будет при вас, жрец сможет срастить ее с телом. А если ее съел дракон, нужно будет покупать очень дорогое заклинание или просить верховных жрецов, чтобы отрастили вам новую.
        — Бред, бред, нелепица!  — вспылил Чи.  — Отрастить руку?
        — Так же как и бросить огненный шар; так же как и превратиться в орка,  — сказал я, усаживая его обратно в кресло.  — Спокойнее, Чи. Спокойнее.
        — Я спокоен,  — сказал он гневно. Я так и не понял, что вывело его из себя.  — Просто хочу посмотреть на эту так называемую жреческую магию, поднимающую мертвых и выращивающую недостающую конечность у человека.
        — Еще увидите,  — усмехнулся эльф.  — И даже попробуете на себе. Кстати, как вы относитесь к смерти?
        — А как к ней еще можно относиться?  — все еще в гневе сказал Чи.  — Как к неизбежному.
        — Тогда вас очень удивит, но в этом мире игрок умереть не может.  — Эльф продолжал мерзко улыбаться. Что-то он мне категорически перестал нравиться.  — То есть убить вас могут, но вот умереть вы не сможете. Каждый раз после смерти вы воскреснете в ближайшем храме или на ближайшей освященной земле. А вот жители этого мира умереть очень даже могут. Советую вам уяснить это. Убивать местное население категорически запрещено. Если ваша репутация упадет ниже определенного уровня, вы потеряете свое бессмертие, и вас убьет стража. После такого никто еще не возрождался. Читайте это в сборнике законов, который дал вам гражданин Ленин. У вас есть ко мне вопросы? Я отвечу на все. Такая уж у меня работа.
        — Несколько вопросов есть,  — сказал я.  — Значит, у вас тут система «подземелий и драконов», так?
        — Абсолютно точно,  — кивнул эльф.  — Точнее, не совсем так. Система отличается. Можно даже сказать, сильно отличается, но общее сходство есть.
        — А где достать правила на вашу систему?
        — Основные правила вам дадут в гильдии, куда вы вступите.
        — Хорошо.  — Я потер руки.  — То есть нам, героям, придется ходить по подземельям, убивать монстров, зарабатывать опыт, получать деньги и уровни, так?
        — Да.
        — А можно ли тут жить без этого? Или это обязательно?
        — Нет, почему же,  — пожал плечами эльф,  — многие герои живут простой жизнью. Вот в вашей сегодняшней компании были пожилые люди, кроме Чиафф… Чиафредо?
        — Вроде да,  — припомнил я.
        — Как вы себе представляете женщину лет пятидесяти, махающую мечом или дерущуюся с драконом? Довольно странно, не так ли? Для этого у нас в городе много профессий, которые могут заинтересовать героев. Один мой знакомый заработал немного денег и купил пекарню. Теперь он печет вкусный хлеб и тем зарабатывает себе на жизнь. Видите ли, люди из нашего мира непривычны к той жизни, которую тут ведут простые жители. Вот вы пошли бы добывать уголь на шахту? А помощником кузнеца? А фермером? Хотя для вас все эти специальности открыты. Ограничений нет.
        — Тут дело в другом,  — сказал Чи, выходя из своих размышлений.  — Поправьте, если я не прав. Раз герои бессмертны, значит, бояться им нечего. А убивать монстров, повышая свой так называемый уровень,  — самое простое и прибыльное занятие, так?
        — Да,  — улыбнулся эльф.  — Чем выше уровень, тем больше вы зарабатываете. Тем больше вы можете себе позволить.
        — История вашего знакомого очень поучительна. Спасибо,  — сказал Чи.
        — Пожалуйста,  — кивнул эльф.
        — Как много героев в этом мире?  — спросил Чи.
        — Много. Очень много. Наш город — не единственный на континенте. Изумрудный город — это вотчина русскоговорящих игроков. Далеко на севере есть город Бруклин. Странно, правда. Несколько лет назад американские и европейские игроки отвоевали его у Орды и переименовали в Бруклин. Кстати, у них там демократия и всеобщие выборы. Тьфу.  — Эльф некультурно сплюнул на пол.
        — Они и на нас могут пойти войной?  — спросил я.
        — Пусть только попробуют. Мы быстро спустим их на первый уровень.  — Эйландер демонстративно сжал кулак.  — Кстати, я не говорил, что за смерть вы теряете часть славы и уровня? Максимальный уровень, известный нам,  — сто пятидесятый. Чтобы поднять один уровень, герою пришлось трудиться не покладая рук около года. А вот если его убьют, он потеряет сразу пять уровней и ему понадобится еще несколько лет, чтобы восстановить его. Поэтому средний уровень всех удачливых героев в игре — около девяностого. Те же, кто перешагнул сто двадцатый рубеж, на людях появляются редко. Боятся, что их убьют из зависти. Например, глава магов Изумрудного уровня, магистр Троша, имеет сто тридцать девятый уровень.
        — Уверен, убить его не так просто,  — ухмыльнулся я.
        — Конечно же,  — кивнул маг,  — иначе он не продержался бы на своем посту пять лет.
        Мы помолчали. Чи, скорее всего, переваривал свалившуюся информацию. Я же не знал, что спросить. Точнее, спросить хотелось слишком много.
        — Да вы не волнуйтесь так,  — повторил Эйландер,  — опытные игроки и ваши будущие соклановцы с радостью поделятся с вами любой информацией. Добавлю лишь то, что жениться в этом мире можно, а вот детей герои иметь не могут. К сожалению.
        — Как долго вы тут?  — спросил Чи.
        — Почти четыре года,  — спокойно сказал эльф.
        — А самый долгожитель из героев?
        — Увы, ответить на этот вопрос я не могу. Таковы правила,  — он снова указал на книжку,  — прочтите их. Об этом мире можно знать лишь то, что нам хотят показать. Все остальное — тайна. Те, кто пытается узнать ее, теряют свое бессмертие и исчезают так же внезапно, как и появляются в этом мире. Не буду задерживать вас. Кстати, вы единственные, кто так долго расспрашивал об этом мире. Остальные уже освободились и спускаются вниз. Удачи вам. Переодеться вы можете в соседней комнате.
        За дверью нас ждал узкий коридор и еще одно помещение. Чи молчал, я тоже не спешил поделиться своими впечатлениями о новом мире. Я немного беспокоился за него, как он воспримет этот мир-игру. Мне-то что — я почти не переживал по этому поводу.
        В новой комнате нас встретили две женщины. Им было уже за сорок. Одна окинула нас изучающим взглядом и выложила на стол два комплекта вещей. Простые коричневые штаны из плотной ткани, мягкая бежевая рубашка, коричневая накидка вместо куртки и пара неприятного вида ботинок с портянками вместо носков. Женщина молча кивнула на отгороженный занавесками угол.
        — А кем вы работали там, у нас?  — спросил я, решив развеять молчание, когда мы спускались по широкой лестнице вниз к выходу из замка. Каменная архитектура была скучной и по большей части однообразной.
        — Я — хирург,  — сказал Чи,  — работал главврачом в областной больнице.
        — А я — столяр,  — улыбнулся я.  — А почему вы им не сказали, что врач?
        — А зачем?  — Он кинул на меня короткий взгляд.  — Не думаю, что это дало бы мне больше того, что я имею сейчас. К тому же я тогда не знал намерения людей, держащих нас. Да и учитывая, что рассказал нам Эйландер, моя профессия тут никому не понадобится. Уж если тут откусанные руки людям приделывают, зачем им тут врачи? Да и вообще, как может человек, ничего не смыслящий в медицине, заниматься врачеванием? Бред.
        — Вон выход.  — Я указал на светлый проем, к которому мы подходили. Впереди толпились новички. Стража у дверей смотрела на нас как-то странно.  — Сейчас узнаем, правда ли все это или какой-то злой эксперимент наших ученых.
        Когда мы подошли ближе, поняли, почему новички столпились у выхода и не шли дальше. На широкой доске, висевшей у выхода, красовалось огромное число цветных и черно-белых объявлений и зазывающих плакатов.
        — «Клан „Свобода“. Вступайте в наши ряды. Высокоуровневые игроки помогут вам освоиться в Новом мире. Помощь новичкам. Жилье, питание и обучение ремеслу — за счет клана. Построим свое СВОБОДНОЕ будущее»,  — прочитал я первое объявление.  — «Обращаться к представителям гильдии или по адресу: Зеленая площадь, пересечение с проспектом Рыбака».
        — Там, в играх, надо выбрать себе клан?  — спросил Чи.
        — Да.  — Я кивнул.  — Но тут нельзя торопиться. Надо все взвесить и продать наше вступление максимально дорого, если это возможно. К тому же вступление в сильный клан — хороший ход. Помощь других игроков, но никаких перспектив. Вступление в новый или развивающийся клан сулит большой карьерный рост и перспективы, зато дает меньше прибыли вначале. Если судить по играм, начало бывает или очень тяжелым, или, наоборот, легким. Вот от этого и надо плясать.
        — «Клан „Семь звезд“. У нас более тысячи героев. Вливайся, пусть и твоя звезда сияет над Изумрудным городом»,  — прочел Чи из другого объявления.  — «Клан „Северный ветер“ приглашает в свои ряды людей и эльфов для совместных походов и завоевания мира. Защита и помощь новичкам».
        — О, тут даже клан «Свирепые орки» есть,  — удивился я.
        Кто-то уже пошел к выходу, откуда слышались завывающие крики: «Присоединяйтесь к „Северному ветру“! Клан „Удача“ ждет только вас! Любая помощь новичкам, защита и благословение от клана „Семь звезд“! Клан „Девушки свободы“: девчонки, не дадим мужланам издеваться над нами! Защита и поддержка для девушек!»
        — Интересно, тут берут всех, независимо от их потенциала?  — спросил Чи.  — Не думаю, что из меня получится хороший охотник на драконов. Годы уже не те.
        — Уверен, из вас получится замечательный целитель или жрец!  — серьезно сказал я.  — Не унывайте!  — и подошел к ближайшему стражнику.  — Скажите, а из клана можно будет выйти?
        — Можно,  — сказал тот,  — только у нас тут правило — если герой покидает клан, он становится персональным врагом клана, и его будут бить везде, где только встретят. Если уж менять клан, то только на более сильный или на тех, с кем клан воюет.
        — Весело,  — погрустнел я.  — А как к пожилым относятся в кланах?
        — Берут,  — стражник скорчил кислую мину,  — но толку от стариков мало. В поход с ними не походишь, надо на пешие заклинания тратиться. А это накладно. Так что по большей части стариков отправляют на какую-нибудь работу, с глаз долой. А вот у тебя есть все шансы попасть в «Семь звезд» или в «Северный ветер». Два самых крупных клана у нас. Можно сказать, они держат город в своих руках.
        — Спасибо за разъяснения.  — Я кивнул стражнику и вернулся к Чи.
        — За меня не волнуйся,  — он ободряюще улыбнулся,  — здесь я уж точно не пропаду. Ты иди, вступай в любой клан…
        — Стоп, стоп,  — перебил я его.  — Решили же, что пойдем вместе. Есть у меня одна задумка. Идти в крупный клан — хорошая идея, но скучная. Помните — там, наверху, нам сказали, что это — игра. Так давайте решим все, как в игре. Сделаем интереснее и выберем развивающийся клан, который будет нуждаться в нас так же, как и мы в нем. Пошли искать. Уверен, на доске найдется подходящее объявление.
        — Раз уж мы в игре, так давай и ты называй меня просто Чи. Никаких «вы». Идет?
        — Без проблем.



        Глава 2



        «Наглый кот».

        — Вот, нашел!  — воскликнул я, стуча по небольшому белому листочку, пришпиленному поверх какого-то другого объявления.
        Большая часть новичков уже разошлась. В комнате остались лишь несколько мужчин и женщин в возрасте. Они нерешительно топтались у доски с объявлениями.
        — «Клану „Наглый кот“ требуются жрец и темный рыцарь. Жду вас у выхода». Подпись: «Наглый кот»,  — прочитал Чиафредо.  — Ты думаешь, это хороший выбор?
        — Посмотрим.  — Я сорвал объявление и уверенно зашагал к выходу.  — Пойдем узнаем, что за «Наглый кот» нас ждет.
        Как только мы вышли из замка, толпа встречающих разразилась новыми призывными возгласами. Прямо на широкой каменной лестнице слева и справа выстроились люди в сверкающих доспехах всевозможных видов. Тут были и латы средневековых рыцарей, и кольчуги, похожие на те, что носили на Руси, и кожаные доспехи, и роскошные наряды дворян. Попался даже один воин в черных полированных латах с таким же черным мечом. Больше всего меня, как, скорее всего, и других парней, привлекали красивые девушки-эльфийки в соблазнительных кожаных доспехах.
        — Детский сад,  — подытожил Чи, разглядывая толпу.
        — Великий герой, не хочешь ли присоединиться к самой сильной гильдии в Изумрудном городе, «Северному ветру»?  — К нам подскочила одна из эльфиек и под недовольные взгляды окружающих схватила меня за руку.  — У нас самые лучшие условия для новичков. Помощь, советы. Мы даже платим нашим людям зарплату, чтобы у них был стимул поднимать уровень.
        — Я с ним,  — я кивнул в сторону Чи,  — он мой боевой товарищ.
        — И его возьмем,  — закивала девушка.  — Наша гильдия заботится обо всех своих членах. Спокойная и хорошо оплачиваемая работа на благо гильдии…
        — Скажите, а клан «Наглый кот» вам знаком?  — уточнил я.
        — Как?  — переспросила она.  — Никогда не слышала о таком. Скорее всего, это слишком маленький клан, или он только появился. На них не стоит тратить свое время, идем лучше к нам. Мы — лучшие.
        — Кто это тут лучший?  — ехидно заметила еще одна девушка в похожих доспехах, открывающих соблазнительные формы.  — «Северный ветер»? Чушь! «Семь звезд» — вот лучший клан. У нас больше тысячи членов. И новичков у нас принимают куда радушнее, чем у вас. Не слушайте эту старуху, парни,  — девушка мило улыбнулась,  — присоединяйтесь к нам.
        — Я подумаю.  — Я отцепился от девушек и быстрым шагом пошел дальше, ловя их выразительные взгляды.
        Оказывается, половина группы зазывающих состояла из представителей этих двух крупных кланов. И вели они себя слишком уж нагло. Другие на их фоне смотрелись не так ярко. Некоторые откровенно побаивались перебивать у них новичков.
        — Уверен, все молодые новички попадут именно в эти кланы,  — прочел мои мысли Чи.
        — За исключением некоторых перепуганных девушек, которые попадут в сугубо женские кланы, например, в «Девушек свободы» или что-то в этом роде.  — Я кивнул в сторону группы воительниц, окруживших трех молодых девушек и пару женщин. Они что-то им яростно доказывали, указывая в сторону рыцарей-мужчин.  — «Наглый кот»!  — крикнул я.  — Кто тут из «Наглого кота»?!
        На меня начали коситься как на придурка.
        — «Наглый кот»!  — крикнул я в толпу.  — Чи…  — Я оглянулся и столкнулся взглядом с высоким черноволосым мужчиной лет тридцати, с тоненькой ниточкой черных усов.  — Здрасте…
        — Новички?  — Он положил нам с Чи руки на плечи.
        — Ага,  — кивнул я.  — А вы из «Наглого кота»?
        — Да.  — Он улыбнулся.  — Я Нямкас.
        — Кто?!  — воскликнул я удивленно.  — Нямкас?
        — Нямкас.  — Он уловил мой взгляд и поскучнел.  — Нет, я не анимешник и аниме не смотрю.
        — О чем он?  — спросил Чи.
        — Дело в том, что имя Нямкас дают японцы своим котам.  — Я рассмеялся.  — А аниме — это японские анимационные фильмы.
        — Знал бы я, что это значит, когда выбирал ник, может, и придумал что другое…  — развел руками Нямкас.  — Давайте о деле. Я глава клана «Наглый кот». Хотите вступить? Хочешь стать жрецом?  — Он вопросительно посмотрел на меня.
        — Не,  — я покачал головой.  — Скорее уж черным рыцарем. Жреческая магия — это к Чиафредо. Кстати, я Митр.
        — Очень приятно.  — Он коротко поклонился.  — Пойдемте. Отведу вас в здание нашего клана. Чи, значит.  — Он оглянулся на Чиафредо.  — Нам как раз жреца в команду не хватает.
        — А сколько людей в клане?  — уточнил я.
        — Четыре. С вами — шесть.
        — Негусто.
        — Самое то,  — улыбнулся Нямкас.
        — А цель у вашего клана какая?  — спросил Чи.
        — Стать правителями Изумрудного города, конечно,  — не задумываясь, ответил он.
        До здания клана идти пришлось далеко. Я изумленно вертел головой, разглядывая город. Действительно, странное место. Огромный каменный город с тесно стоящими друг к другу домами — или кирпичными, или каменными, с черепичной крышей. Чаще всего попадались двух- или трехэтажные дома, но встречались и более высокие. Почти в каждом здании, прилегающем к главным улицам, были открыты разнообразные лавки, в которых продавали практически все: от хлеба и овощей до оружия и ездовых драконов.
        — Где ездовые драконы?  — Я завертел головой.
        — Я это так, образно говорю,  — быстро поправился Нямкас.  — Тут их, конечно, не продают, но заказать такого можно, если денег хватит. Цена у них такая же, как и у вон того дома.
        Нямкас устроил нам небольшую экскурсию, рассказывая о достопримечательностях. Людей в городе было много, как и орков, гномов, эльфов и похожего сброда. Кстати, детей всех этих рас в городе также было немало. Они весело и шумно носились по улицам, не обращая на нас внимания.
        — Вот мы и пришли.  — Нямкас остановился у небольшого трехэтажного дома, зажатого с двух сторон крупными зданиями. Над дверью красовалась деревянная вывеска с изображением сидящего черного кота.  — Клан «Наглый кот». Прошу. Теперь это и ваш дом.
        — Извините за вторжение.  — Я первым вошел в небольшую гостиную.
        — О, мальчик знает правила приличия,  — раздался женский голос надо мной.
        Слева от входа находилась лестница на верхние этажи. Прямо на этой лестнице стояла красивая женщина с волосами цвета меди, в простом светлом платье. Она с интересом разглядывала меня, облокотившись о перила.
        — Здравствуйте.  — Я кивнул ей и прошел дальше.
        — Здравствуйте,  — Чиафредо вошел следом, здороваясь с женщиной.
        — Бака-Неко,  — бросил с порога Нямкас,  — разве так встречают гостей?
        — Прости, прости, дорогой.  — Она мгновенно оказалась перед нами, мило улыбаясь.  — Добро пожаловать. Чувствуйте себя как дома. Не думала, что этот кот приведет сразу двух новичков в нашу гильдию. Садитесь за стол. Это дело надо отметить.
        — Спасибо.  — Чи прошел к столу и облегченно сел на стул, вытягивая ноги. Долгая пешая прогулка оказалась для него слишком тяжелой.
        — Маруся!  — крикнул Нямкас в сторону кухни.  — Накрывай на стол!
        Вход в кухню находился прямо в гостиной, немного ниже уровня пола. А сама кухня располагалась в полуподвальной части здания.
        — Несу, несу,  — раздался женский голос, и из-за занавески вышла бабушка лет шестидесяти с подносом в руках.  — Как знала, что Нямкас сегодня постарается. Вот и приготовила угощение. Прошу, отведайте блинчиков со сметаной и вареньем.
        Она поставила на стол поднос, на котором стояла высокая стопка приятно пахнущих блинов. А рядом две тарелочки с темно-красным вареньем и одна со сметаной.
        — Это Маруся, наш шеф-повар,  — представил ее Нямкас.  — Она изумительно готовит. А это моя жена и наша магическая поддержка Неко.
        — Очень приятно. Митр,  — представился я.
        — Чиафредо,  — кивнул Чи.
        — А вот и последний член нашего клана — Васька,  — сказала Маруся, вынося из кухни еще одну тарелку с блинами.
        — Сколько раз говорить, я не Васька!  — С улицы зашел молодой парень, мой ровесник. Невысокий, худощавый, с длинными русыми волосами.  — Я Вельзевул!
        — Больно страшное у тебя имя,  — недовольно заохала Маруся.  — Бесовское, не христианское. Так что Васька, и не спорь.
        — Это вот они коты, а я…  — Продолжая бурчать себе под нос, он поставил у входа складной стол и прошел к нам.  — Радуйтесь, сегодня я много продал, так что будут вам деньги.
        Он прошел к столу, плюхнулся на стул и схватил несколько блинов с тарелки.
        — Простите его манеры,  — Маруся села рядом, раскладывая нам блины по тарелочкам,  — он добрый мальчик.
        — Я не мальчик!  — возмутился Вельзевул, продолжая уплетать блины.
        — Он у нас великий алхимик,  — улыбнулась Неко, гладя его по голове,  — наш главный кормилец.
        — Кстати, Неко, вы анимешница?  — спросил я.
        — Немного.  — Она рассмеялась.  — Училась на переводчика, а для практики смотрела мультфильмы. Вот и все.
        — Неко с японского переводится как «кошка»,  — шепнул я Чи.
        — А сам?  — Она пристально посмотрела на меня и, видя мое замешательство, рассмеялась.
        — Встречал вас кто?  — спросил Нямкас.  — Ну в смысле — рассказывал об этом мире, об игре?
        — Ленин и Эйландер,  — сказал Чи.
        — Ленин — хороший мужик,  — кивнул Нямкас,  — да и этот эльфиешка свою работу знает. Значит, по большей части ситуацию вы представляете?
        — Более-менее,  — кивнул Чи.  — Есть конечно же много вопросов, но разберемся с ними по ходу. Вы тут давно?
        — Чуть больше четырех лет,  — сказал Нямкас.  — Да, чуть не забыл. Вы пока ешьте, а я подготовлю пару вещей, без которых вам придется туго.
        — У нас тут небольшое правило,  — сказала Маруся с оттенком горечи в голосе, когда Нямкас удалился.  — Мы не вспоминаем ничего, что связано с нашей прошлой жизнью. У нас всех там остались семьи: дети, внуки, родители. У Нямкаса остался двухгодовалый сын, и он сильно переживает по этому поводу. Он четыре года его не видел, но никогда не забывал.
        — Да, да,  — сказал Чиафредо,  — тут у многих людей подобная травма. Спасибо, будем иметь в виду.
        — Ничего.  — Она понимающе кивнула.  — Нямкас тут дольше всех. Неко — три года, ну а мы с Васькой — всего два.
        Мы немного посидели молча.
        — Как поедите, поднимайтесь наверх,  — крикнул нам со второго этажа Нямкас.
        — Да мы уже поели.  — Чи встал, глядя на Марусю.
        На втором этаже дома располагались два рабочих кабинета и алхимическая лаборатория Вельзевула. Нямкаса мы нашли в одном из кабинетов, где на большом столе лежала карта города и прилегающих окрестностей.
        Нямкас раскладывал на столе какие-то бумаги и непонятные вещи.
        — Отлично,  — он усадил нас за стол, положив перед каждым рукописный листок,  — это стандартный договор на вступление в гильдию. Никаких дополнительных условий я не ставил, так что можете смело подписывать. Просто вписывайте свой ник внизу под текстом.
        Я бегло прочел текст. Обычный договор о том, что новый член клана «Наглый кот» обязуется работать на благо клана, выполнять работу, предоставленную кланом, и отдавать часть добычи и прибыли в казну клана на его развитие. Клан же обязуется защищать своего члена, выделить ему жилье, питание и оказывать всю необходимую помощь. Запрещалось только выступать в любых битвах и рейдах других кланов без согласия главы.
        — Теперь — об особенностях нашего игрового мира.  — Нямкас забрал договоры и убрал их в ящик стола.  — Наверняка вы еще не представляете себе всю систему и устройство этого мира. Например, самая необходимая для всех игроков вещь — это личная сумка. Без нее «играть» нельзя. В сумку можно складывать добычу и носить личные вещи. Для начала дам вам сумки, которые мы носили с Неко, когда только создавали этот клан. Они не такие вместительные, как хотелось бы, но для новичков этого будет больше чем достаточно.  — Он протянул нам два ремня, на которых крепились маленькие сумочки, напоминающие кошельки.  — Эти вещи принадлежат к категории свободных клановых вещей. То есть использовать их может только член клана. Для всех других они будут бесполезны. Есть также вещи свободные, которые может использовать любой, поэтому такие носить с собой небезопасно. Если вещь действительно хорошая, ее может отобрать высокоуровневый игрок с отрицательной кармой или любой бандит из Вольного братства. Еще есть личные вещи. Например, мой меч.  — Одним движением Нямкас вынул из такого же маленького «кошелька» на
поясе длинный полуторный меч.  — Видите эти руны в центре? Это не простой, а зачарованный меч, использовать его могу только я, поэтому никто из других игроков не сможет отнять его. Что?
        Мы с Чиафредо изумленно смотрели на меч Нямкаса.
        — Как он поместился в моей сумке?  — прочел наши мысли Нямкас. Он рассмеялся: — Я же говорю, это «игра». В личной сумке можно носить очень много вещей. В моей сейчас находятся полный комплект брони, несколько мечей и артефактов, которые я еще не продал, пара десятков зелий и еще всякий хлам, который жалко выбросить. В ваши сумки я положил по двадцать целительных и магический зелий низкого уровня и по три зелья высокого уровня. Сейчас я вас научу ею пользоваться. Сначала наденьте сумку на пояс. Так. А теперь придумайте слово, при помощи которого будет открываться доступ в сумку, коснитесь ее и скажите про себя это слово. Обычно используют слова «инвентарь», просто «сумка» и тому подобные.
        Я дотронулся до небольшого замшевого кошелька и произнес про себя: «Сумка». Передо мной тут же возник огромный полупрозрачный деревянный шкаф. На верхней полке шкафа, в ряд, стояли небольшие пузатые колбы, заполненные синей и красной жидкостью.
        — Открылось?  — спросил Нямкас.
        — Поразительно,  — шокировано произнес Чи.
        — А то,  — ухмыльнулся Нямкас.  — А теперь скажите «торг» — это для того, чтобы я видел ваши сумки. Переложите по одной синей и красной колбе на нижнюю полку. Ага, теперь я вижу их. Но взять их не могу. Только если заплачу нужную стоимость, обговоренную с вами. Так, а теперь просто выньте зелья из сумки.
        Я потянул склянки из шкафа, и они оказались у меня в руках. Шкаф тут же закрылся.
        — Вот это да!  — воскликнул я.  — Супер!
        — Пользоваться сумкой вы научились.  — Он улыбнулся, откидываясь на спинку кресла.  — Теперь — немного неприятная наука. Герои в этом мире испытывают примерно пятьдесят процентов боли. Это может сыграть с вами плохую шутку, если не будете прислушиваться к себе. Например, тупая ноющая боль в ноге может оказаться серьезным переломом, и ногу придется восстанавливать сильным заклинанием, или же ее придется отрубить, чтобы спасти жизнь игроку. То же самое с порезами и открытыми ранами. Самое неприятное — это смертельные раны. Ты еще не умер, а вот боль все усиливается, и придется ее терпеть до тех пор, пока тебе не помогут друзья или пока ты не умрешь. Красная склянка — это целительное зелье. Его изготавливает Василий. Оно снимает боль, останавливает кровотечение, заживляет небольшие раны. На вкус оно, конечно, неприятное, но со временем вы привыкнете к этому незабываемому вкусу. Синяя склянка восполняет ваши силы. Используя магию, герой быстро устает. Магическое зелье позволяет снять или уменьшить усталость на некоторое время.
        Нямкас убрал меч в сумку и извлек из нее длинный боевой нож. Коротким движением он порезал себе предплечье. Довольно глубоко. Кровь сильным потоком хлынула из раны. Нямкас скривился и отпил немного из красной склянки. Порез на глазах затянулся, а Нямкас блаженно вздохнул.
        — Вот так вот.
        — Разрешите.  — Чиафредо взял кинжал и таким же движением порезал себе руку.  — Да, боль действительно тупая. Неприятно, конечно, но терпимо. А как с потерей крови?
        Кровь из пореза лилась в небольшую медную тарелку, предусмотрительно поставленную Нямкасом на стол, чтобы не запачкать ковры в кабинете.
        — Восстанавливается,  — кивнул Нямкас.  — Тут все зависит от силы зелья. Можете уже пить.
        Чи одним глотком выпил всю склянку.
        — Только прошу, не экспериментируйте с этим,  — предупредил Нямкас.
        — Были случаи?  — Чи вопросительно приподнял бровь.
        — Были. Некоторых это доводило до «дурки», так что осторожнее.
        — А жреческая магия? Действует так же?  — уточнил Чи.
        — Результат гораздо эффективнее. И спектр заклинаний шире. Жрец может лечить любые болезни. От расстройства желудка до сибирской язвы, если она тут водится. Да и не только лечебная магия. Жрецы могут накладывать благословенную магию, усиливающую соратников. В жреческой магии несколько направлений. Можно выбрать любое. Подробнее вам объяснят в храме. Кстати, вы, случаем, не врач?  — прищурился Нямкас.
        — Хирург. Главврач районной больницы.
        — Никому об этом не говорите,  — серьезно сказал Нямкас.  — Дело в том, что профессиональных жрецов очень мало, и они высоко ценятся. Это вам не дилетант-жрец, который не может отличить внутреннее кровотечение от перелома. Медиков, врачей обычно забирают к королю и пристраивают там на работу. Пакостное место, хочу вам сказать. Если будут спрашивать, говорите, что медбратом работали или санитаром. Таких не трогают.
        — Спасибо, что предупредили,  — кивнул Чи.  — Скажите, я могу стать жрецом? Эльф в замке говорил, что наша будущая профессия уже определена при появлении в этом Мире.
        — Сможете,  — уверенно кивнул Нямкас.  — С вероятностью девяносто восемь процентов. Я еще не встречал ни одного врача, который махал бы мечом. Распределение при появлении как-то связано с нашим подсознанием. Если вы долгое время работали хирургом и оперировали людей, то, вероятнее всего, станете именно жрецом. Я работал математиком. У меня все мышление построено на логике и оценке. Вот я и стал танком. Маг из меня бы не получился.
        — Танком?  — переспросил Чи.
        — Танк, персонаж-воин, сдерживающий врагов, пока отряд убивает их издалека,  — пояснил я.  — Обычно у мага очень мало жизней и он не носит броню, так что в ближнем бою его легко убить. Как и жрецы, лучники, убийцы и тому подобные небронированные классы. Тут и нужен танк, чтобы отвлекать дракона, пока маги и лучники того убивают. Жрец же нужен, чтобы танк не умер. Жрец должен вовремя лечить воина. Это самая лучшая группа. Один отвлекает монстра, второй его лечит, и еще несколько игроков убивают монстра.
        — Неприятная работа,  — недовольно сказал Чи.
        — Что поделать,  — развел руками Нямкас,  — Василий делает неплохие обезболивающие зелья. С ними я почти не чувствую боли. Даже если мне отрубят руку. А еще Василий делает замечательные пешие зелья. Они позволяют делать долгие переходы пешком, не уставая. Думаю, для вас они будут наверняка полезны. Пока у вас первый уровень, мы не сможем отправиться в серьезное путешествие, так что я помогу вам на первых порах. Как только вы приблизитесь к тридцатому уровню, мы будем охотиться на более крупную добычу.
        — А какие уровни у вас?  — спросил я.
        — У меня пятьдесят четвертый. У Неко сорок девятый. У Василия двадцать второй. Но он с нами почти не ходит, поэтому в уровне не поднимается. У Маруси тридцать восьмой. Она с нами также не ходит, я не позволяю. Пусть лучше за домом смотрит.
        — То есть за столько лет вы смогли поднять только пятьдесят уровней?  — поразился я.  — Сколько же времени мне потребуется, чтобы достичь сотни?
        — Ну с вашим появлением рост пойдет куда быстрее. Как у нас, так и у вас.  — Он улыбнулся.  — Да и не в уровне дело. Понимаете, это ведь игра. Тут есть герои и есть местные жители. Бессмертие и жажда новых уровней гонит людей, заставляя желать все больше и больше. Это как наркотик. Со временем люди перестают быть таковыми и становятся просто механизмами этой системы. Теряют свою человечность. Вот поэтому я и не гонюсь за уровнем. И вам не советую. В этом мире сложнее всего остаться человеком. Это гораздо труднее, чем поднять сотый уровень. Хорошо, а теперь карта. Я дам вам по одной копии. Поместите ее в свою сумку. Использовать ее нужно так же…


        На следующее утро я встал поздно. Сказывался стресс и половина ночи без сна. Как сказал Нямкас, первый день нам с Чи надо будет посидеть дома. Наша раса все еще не определилась, а без этого идти в храм или другие гильдии, получать профессию, было слишком опрометчиво.
        Как выяснилось, Маруся была гномом, точнее, гномой, Вельзевул эльфом, Неко была кровавым эльфом, а Нямкас — человеком.
        Неко была очень соблазнительна в своем эльфийском виде и невероятна красива. Вот только взгляд у нее был холодным. Кровавых эльфов от обычных тут отличал более вспыльчивый и язвительный характер.
        Маруся предпочитала быть гномой первые восемь часов после сна, а вставала она рано, так что я видел ее в этом виде всего минут двадцать, а потом она стала прежней. Увидев ее утром у плиты, я чуть заикой не стал. Представьте себе бабушку, стоящую на стульчике и готовящую завтрак. Причем ростом она едва доставала мне до пояса.
        Завтракал я один, так как остальные либо уже позавтракали, либо еще не просыпались. А так как Неко вставала еще позже меня, Маруся всегда готовила завтрак с учетом режима каждого постояльца. Позавтракав и поблагодарив Марусю, я направился в лабораторию Вельзевула. Не знаю почему, но Маруся сразу просила называть себя именно так. Другие варианты вроде Мария или Маша ей категорически не нравились.
        Неко я встретил на лестнице. Она только спускалась завтракать. Я решил, что после Маруси удивляться не буду, но, увидев Неко, впал в ступор, пораженно глядя на нее. Как я уже говорил, в форме кровавого эльфа она выглядела сногсшибательно.
        — Д…доброго утра,  — пролепетал я.
        — Доброго.  — Она зевнула, прикрыв рот ладошкой, и прошла мимо меня.
        — Вот это и называется «холодная красота»,  — тихо сказал я, провожая ее взглядом.
        Чиафредо уже был в лаборатории, наблюдая за манипуляциями Вельзевула, или Василия, как называли его все за глаза. Василий растирал в порошок какую-то траву в каменной ступке.
        — А, Митр, заходи.  — Чи подтянул меня ближе к себе. Говорил он тихо, чтобы не мешать Василию.  — Поразительное дело эта алхимия. Вон в той штуке Василий перетирает травы,  — мы проигнорировали его автоматическое «Я Вельзевул»,  — а в той варит зелья, добавляя какую-то непонятную химию. Причем, если этот процесс проделываю я, получается какое-то грязное месиво, которое еле склеивает порезы. А если то же самое делает он, получается первоклассное лечебное зелье. В чем причина — я понять не могу.
        — Я же говорил,  — отозвался Василий.  — Тут важен уровень прокачки алхимии. У меня уже восемьдесят второй уровень. Значит, зелья низких уровней у меня получаются эпическими. У Чи, после того как он сварил их три, только второй уровень. Ему еще как минимум сто, сто пятьдесят зелий сварить надо, чтобы их можно было хотя бы пить.
        — Ага,  — закивал Чи, явно слушая это уже не в первый раз.  — Дальше — еще интереснее. В гильдии алхимиков с каждым новым уровнем алхимии дают дополнительные рецепты зелий. Причем некоторые из них требуют слишком странных реагентов. Например, кровь зеленой жабы, крылья дикой мухи, шерсть бобра.
        Я не выдержал и расхохотался.
        — Шерсть бобра?  — Я утер проступившие слезы.  — А почему кровь зеленой жабы? А много этих самых ингредиентов вообще?
        — А!  — вспылил Василий.  — Достали! Вот смотрите и не мешайте мне работать! Мне еще продавать эти зелья полдня, а я и половины не сварил.
        Он что-то сделал, и небольшой сундучок на его столе засиял ровным синим светом. Перед нами открылся стеллаж от стены до стены, полностью заставленный всевозможными ингредиентами. Тут были чьи-то зубы, чешуя, кости, цветы, трава, даже глаза в литровой банке. За первым стеллажом находился еще один, а за ним третий, заполненный только на четверть. Стеллаж сверкнул и пропал. Василий взял оттуда какие-то засушенные цветы и принялся усердно их растирать в ступке.
        — Я могу помочь их продавать,  — предложил я.  — Все равно сегодня нечем будет заняться.
        — Без вас справлюсь!  — проворчал он, затем тихо добавил: — Вы и торговаться толком не умеете.
        — Это я-то не умею?  — удивился я.  — Да я у гоблинов их оружие куплю и им же продам, но уже дороже. Короче, давай вари. Как закончишь, скажи, вместе пойдем. Я как раз достопримечательности осмотрю.


        Торговая площадь в Изумрудном городе представляла собой большую открытую площадку, напоминавшую восточный базар. Василий поставил свой лоток в ряду алхимиков и принялся расставлять на нем склянки с разноцветной жидкостью. Пока он готовился, я пробежался по базару, разглядывая выложенное на прилавках. Продавали тут в основном товары для игроков. Всевозможные ингредиенты для мастеров, травы для алхимиков, чернила для магов и тому подобное. Как рассказал Василий, многие герои учат какую-нибудь профессию, чтобы иметь дополнительный заработок. К тому же те, кто не может охотиться на монстров, не остаются без дела.
        Меня привлек лоток с оружием. Продавал его мужчина-кавказец, с пышными усами и добродушным взглядом.
        — Что заинтересовало молодого воина?  — спросил он с явным кавказским акцентом.  — Все сам делал. Сам кузнечил. Бери, не пожалеешь. Дед мой кузнецом был, отец кузнецом был, и я в кузнецы пошел. Оружие непростое, уникальное. Хочешь — с гравировкой, хочешь — острое как бритва…
        — Нет, я пока просто осматриваюсь тут. Спасибо, но у меня пока денег нет.  — Я развел руками.
        — Как разбогатеешь, приходи обязательно.  — Он кивнул в сторону выхода с площади.  — У меня кузня неподалеку. Приходи, меч тебе сделаю.
        — Буду иметь в виду.  — Я помахал ему и побежал обратно к Василию. У его лотка выстроилась небольшая очередь. Видно, его тут хорошо знали.
        — Вот, два средних, одно высокоуровневое лечебное зелье. Зелье путешественников, три штуки. Одна склянка дикого яда. Это все?
        — Да.  — Покупатель, высокий эльф, отсчитал нужное количество монет, переложил склянки в свою сумку и уступил место следующему.
        — Удачный день?  — спросил я, подходя сзади.
        — Можно сказать.  — Он протянул мне небольшой листок с ценами.  — Целебные зелья — по десять серебром. Высокоуровневые — по восемьдесят. Магические зелья — на десять серебряных дороже. И смотри, чтобы не обсчитали. Особенно орки или эльфы. Установи торг через сумку, тогда не обманут.  — Он уже встречал следующего покупателя.  — Что вам?
        Чтобы не мешать его торговле, я пошел на противоположную сторону рынка.
        — Зелья! Лучшие лечебные и магические зелья, которые можно купить за деньги! Только для вас работа архимага восемьдесят девятого уровня! Эпические зелья!  — со стороны входа на базар заходила какая-то делегация. Все почтительно расступались, освобождая дорогу.  — Что там?  — спросил я у ближайшего торговца, который спешил убрать свой лоток с дороги.
        — Один из владык «Семи звезд»,  — сказал торговец.
        — Тоже за покупками?
        — Ты что, дурак?  — удивился торговец.  — У них люди во всех гильдиях. Ему все подносят на блюдечке. Любые товары.
        — Тогда что он тут забыл?  — удивился я.
        — А кто его знает?
        — Зелья! Целебные и магические зелья!  — Я пожал плечами и продолжал кричать.
        — Почем зелья?  — остановил меня какой-то воин в блестящих доспехах.
        — Целебные — тридцать и восемьдесят. Магические — на десять дороже.
        — Дорого.  — Он скривился.  — Давай на двадцать дешевле, все сразу заберу.
        — Да ты что?!  — поразился я.  — На десять дороже — могу, а дешевле не продам. Ты хоть знаешь, кто их делал? Нет? Вот и не проси. Их делал великий магистр восемьдесят девятого уровня. Это же эпические зелья!
        — А ну покажь?
        Я извлек из сумки и продемонстрировал красный пузырек.
        — Мертвого поднимет!
        — Сколько у тебя?
        — Двадцать мелких и пять больших.
        — Хорошо, доставай все.
        — Э, нет.  — Я убрал зелье в сумку.  — Торг!
        — Вот ведь…  — он недовольно посмотрел на меня.  — Давай так. На меч менять будешь? Да ты не смотри. Самый дешевый клинок тут стоит пять золотых. Все твои склянки — чуть больше восьми. А я тебе, как ты говоришь, эпический меч дам. Драконий клинок. Смотри.  — Он извлек из сумки длинный меч, очень напоминающий прямую японскую катану. Рукоять обмотана тонкими полосками жесткой синей ткани. Сам клинок — серебристого цвета, с длинной гравировкой вдоль клинка.  — На, смотри.  — Он протянул мне меч.
        Рукоять удобно легла мне в руку. Меч был тяжелым, но обладал какой-то приятной аурой.
        — Подозрительно,  — я прищурился,  — такой меч за такую цену…
        — Да не парься,  — он махнул рукой,  — мы только что из рейда. Полудраконов били. Вот мечик с них и упал. Мне он не нужен. Хотел на запчасти продать, но зельями поиздержался. Решайся, обмен хороший.
        — Минуту, я подумаю.
        Нямкас дал мне и Чи по десять золотых монет: говорил, что на них надо будет купить доспехи и оружие, когда определится класс.
        — Ножны есть?  — спросил я.
        — Есть,  — заулыбался воин,  — держи.
        Он протянул мне черные деревянные ножны. На них имелась глубокая трещина у основания, но они все еще были в хорошем состоянии.
        Я убрал меч в сумку и выудил оттуда все склянки. Воин ничуть не боялся, что я его обману, и легко расстался с мечом, терпеливо ожидая, пока я передам ему все зелья. Получив меч, я радостно побежал обратно к Василию.
        — Хороший сегодня день. Удачный.  — Он уже сворачивал лавку.  — Свои продал?
        — Не совсем,  — я протянул ему десять золотых монет,  — но деньги я тебе отдам.
        — Не понял.  — Он вопросительно посмотрел на меня.  — Если не продал, так и скажи. Боишься ударить в грязь лицом?  — Он довольно улыбнулся.
        — Не.  — Я отрицательно покачал головой.  — Поменял зелья на меч.
        — На меч?  — Из вопросительного его взгляд стал недоверчивым.  — Ладно, твое дело.
        Василий забрал мои деньги и пошел в сторону выхода, что-то бурча под нос. Странная у него была привычка. Я весело улыбнулся, глядя на него.


        Ближе к вечеру вернулся Нямкас. Как всегда, полный сил и энтузиазма, он проверил, как дела у всех. И, удостоверившись, что все в порядке, перешел к главному.
        — Ну как с превращением? Ни в кого еще не превращались?
        — Я — нет,  — сказал Чи,  — и хорошо бы ни в кого не превращаться.
        — Я тоже.  — Я замотал головой.
        — Лады.  — Он утвердительно кивнул.  — В общем, так: если к утру ни в кого не обратитесь, значит, люди. В этом тоже свои плюсы есть. Я в основные гильдии запросы уже подал, чтобы завтра вас протестировали. Накладно, конечно, но учиться надо. Тяжелее всего с магами. Они дерут по сотне монет в месяц. Жмоты! Я надеюсь, вы в маги не собираетесь?
        — Я — нет,  — сказал я на всякий случай.
        — Вот и хорошо. Завтра, после определения с гильдиями, пойдем вам покупать снаряжение. Нужны доспехи, соответствующее оружие.
        — А я меч уже купил,  — зачем-то сказал я.
        — А?  — На меня вопросительно посмотрели все сидевшие в комнате.
        — Сказал, что поменял на мои зелья,  — вставил Василий.  — Десять золотых.
        — Что?!  — взорвалась Неко, а по совместительству — финансовый руководитель клана.  — Убью! Десять золотых! Да я за эти деньги броню, коня и отряд добровольцев куплю! А ну покажи меч!
        — Не знаю,  — обиделся я,  — тот воин сказал, что выбил его с полудраконов. Сказал, что только с рейда вернулся. Вот, драконий меч.
        Я достал из сумки меч и положил на стол.
        — Держите меня, я его убью!  — Маруся ловко схватила Неко, легко удерживая ее за плечи.  — Нет, теперь пусти меня, я его отправлю к точке возрождения быстрее, чем…
        — Вот ведь,  — сказал Нямкас, вытаскивая из сумки еще три таких же меча.  — Драконьи мечи. Действительно, падают с полудраконов. Только это не меч. Это лут. Понимаешь? Лут. И цена ему — десять серебряных монет.
        — А?  — Я вопросительно посмотрел на три таких же меча, как и у меня.  — Обманули-таки…


        Один из верховных владык «Семи звезд» сидел в небольшом кафе, медленно потягивая терпкий чай. В зале он был один, так как охрана не впускала внутрь ни одного постороннего.
        — Владыка Магнум,  — к нему подошел щуплый маг с лакейской улыбкой на лице,  — командир отряда здесь.
        — Пусть войдет.  — Магнум отставил чашку и вытер руки чистым полотенцем.
        — Приветствую тебя, владыка.  — Вошедший встал на одно колено, низко поклонился и подошел ближе.
        — Как ваша миссия?
        — Успешна, как вы и говорили. Мы перебили тысяч десять этих уродливых созданий, но добились своего. Наши новички подняли по тридцать уровней. Это огромная победа «Семи звезд».
        — Ближе к делу,  — недовольно сказал Магнум,  — меня не интересуют начинающие игроки. Клинок. Где клинок?
        — А вот он,  — командир группы вынул из потайной сумки черные ножны.  — Специально вез его отдельно от остальных.
        Магнум сжал несколько раз пальцы в кулак и затем вынул меч из ножен. Его лицо медленно, очень медленно сменило выражение от недовольного к гневному.
        — Что это?  — он швырнул меч обратно.
        — Как что?  — не понял глава отряда, подбирая меч.  — Это… Что? Как?
        Он быстро открыл вторую сумку и принялся копаться в ней, вынимая оттуда черные мечи. Один за другим он вынимал их из ножен и отбрасывал в угол. Лицо его было испуганным.
        — Как? Не может быть. Я ведь точно нес его отдельно. Но как?  — он остановился, отбрасывая последний меч в сторону.  — Пацан! Найти его! Он продавал зелья на базаре.
        — Он вынимал его из ножен?  — спросил Магнум, резко вставая.
        — Нет,  — быстро сказал воин.  — То есть да. Нет! Нет, этот меч был без ножен. Я и подумал, что это драконий клинок. Поэтому поменял на зелья. Много зелий, в сто раз дороже…
        — Что?!  — Магнум медленно вынул свой меч.  — Ты хоть представляешь, каков шанс выпадения этого клинка? Нет? Две десятитысячные одного процента. До десяти тысяч считать умеешь?


        — Лут?  — удивленно переспросил я.  — Десять серебряных?
        — Можно считать это неплохим уроком жизни в этом мире,  — сказал Чи.  — Не расстраивайся.
        — Пошли,  — Нямкас встал и потянул меня с собой.  — Все пойдемте. В подвал.
        Подвал, располагавшийся под кухней, использовался как полигон для испытания простых заклинаний и тренировочная комната. Тут стоял манекен, несколько мишеней для стрельбы из лука и огромное бревно, покоящееся на подставке. Бревно была зазубрено в нескольких местах.
        — Неко, свет!  — сурово сказал Нямкас.
        «Уж не наказать ли меня решил?  — предположил я.  — Не такие уж и большие деньги».
        — Любое оружие в этом мире делится по силе на несколько уровней,  — начал Нямкас, вынимая из сумки несколько разнообразных мечей,  — от самых бесполезных, для новичков, до великолепных, стоящих целое состояние. Уровень силы меча — это как острота заточки. Вот.
        Он взял в руки здоровенный двуручный меч и со всей силы ударил им по бревну. Лезвие вошло в дерево примерно на пять сантиметров. Затем он взял второй меч, одноручный, и ударил рядом. Второй клинок ушел глубже, хотя и был намного легче. Третий меч, полуторный, который он нам уже показывал, застрял в бревне, разрубив его сантиметров на пятнадцать.
        — Видишь разницу?  — Он ткнул пальцем в бревно.  — А теперь — этот лут.
        Он взял черный меч, вытащил его из ножен и со всего маху ударил по бревну. Меч отскочил от дерева, едва оцарапав его.
        — Понятно.  — Я опустил взгляд в пол.  — Я же не знал. Мне меч очень понравился. Такой красивый и в руке приятно лежал. Хороший меч. Я же не знал…
        — Ладно уж.  — Он махнул рукой, вытаскивая мечи из бревна.
        — Деньги отдашь!  — крикнула Неко, стоявшая у двери. Огонек светильника в ее руках, освещающий помещение, как бы отражая ее чувства, вспыхнул ярче.
        — Отдам,  — буркнул я, вынимая меч из ножен.  — Лут…
        А мне лично он понравился. С такой красивой гравировкой вдоль клинка. Серебристый. Удобный. Я замахнулся и со всего маху стукнул по бревну. Со звуком «ш-шух» меч рассек бревно, не встретив особого сопротивления. Бревно завалилось, опрокидывая подставку. По инерции я крутанулся на месте и чуть было не упал.
        После грохота бревна наступила тишина.
        — Я не специально!  — сразу признался я.
        Неко тут же оказалась возле меня, отнимая меч. Она внимательно осмотрела его от самой рукояти до кончика клинка.
        — Что за меч?  — спросил сзади Нямкас.
        — Без понятия.  — Она сотворила какое-то заклинание и скривилась.  — Личный и уже использованный. Черт! Продать бы его.
        — Хороший меч?  — оживился я.
        — Я пойду узнаю что-нибудь у скупщиков,  — сказала Неко, возвращая мне меч.
        — Эх,  — вздохнул Нямкас,  — опять бревно сюда тащить…


        Храм жрецов находился в самом центре города. Одно из самых высоких строений — не считая дворца, конечно. Архитектурный стиль здания — своеобразный. Нечто среднее между католическим храмом и средневековым замком. Во дворе храма было многолюдно. Сюда шли люди со всего города, чтобы вылечить свои хвори и залечить раны, полученные в битвах.
        Всех страждущих жрецы принимали в небольшой пристройке у храма. Сами же они жили и учились в нескольких прилегающих к нему зданиях.
        — Одна из богатейших гильдий Изумрудного города,  — рассказывал Нямкас.  — Довольно прибыльное дело — лечить раненых в мире, где так много бессмертных, но настолько ранимых людей. Я вчера договорился, так что нас уже ждут.
        Мы направились прямиком в храм, возле которого дежурили стража и несколько жрецов.
        — Чего вам?  — бросил нам жрец, которого мы остановили.
        — Мы к магистру,  — коротко поклонился Нямкас.  — Я вчера договаривался, что приведу новичка.
        — Взносы уже оплатили?  — Он внимательно осматривал нас.
        — Конечно,  — ответил Нямкас,  — и взносы, и пошлину, и за испытание. Все оплачено.
        — Тогда проходите.  — Он кивнул стражникам, чтобы пропустили нас.  — Магистр — в своем кабинете.
        Изнутри храм, как и положено таким зданиям, был огромен. Стены и потолки изрисованы картинами: битвы с демонами и исцеление жрецами павших воинов.
        Несколько девушек в длинных белых одеждах убирались в помещении. Кто-то молился у алтаря.
        — А что тут за религия?  — спросил Чи шепотом.
        — По большей части было христианство. Но в последнее время многие все больше и больше уходят в язычество, поклоняясь местным богам. Работают эти боги куда усерднее, чем…
        — Понятно,  — кивнул Чи.  — Что и следовало ожидать.
        Кабинет магистра, заместителя главы жрецов, располагался в дальней части храма, за каменным алтарем.
        — Может, мне тут подождать?  — спросил я.
        — Мало ли,  — сказал Нямкас.  — А вдруг и ты должен стать жрецом? Тут надо быть уверенным на сто процентов.
        В кабинете нас встретил высокий черноволосый мужчина в сером балахоне.
        — Здравствуйте, меня зовут Прокл. Прошу, проходите, садитесь. Я так понимаю, вы совсем недавно прибыли в Новый мир?  — Он указал нам на небольшие деревянные табуреты у его стола.  — Ничего страшного. Сейчас люди относятся куда спокойнее к появлению в этом мире, чем пять или шесть лет назад. Вы даже не представляете, как трудно было объяснить новичку, что простое наложение рук может излечить практически любые раны.  — Он спохватился.  — Но ближе к делу. Мое время, как и ваше, слишком дорогое, чтобы тратить его на пустые разговоры. Вот, берите.  — Он протянул нам по одному листу, на котором была написана небольшая молитва.  — Не буду спрашивать, верите ли вы в бога, для нашей профессии это необязательно, но вот в покровительницу целителей, великую Меллители, вы должны уверовать всей душой. Именно она дарует нам силу, способную лечить раны и болезни. А теперь произнесите молитву богине. Если она отметила вас своим благословением, мы примем вас на обучение в храм.
        — Кхм,  — откашлялся Чи,  — надо прочесть вслух?
        — Нет, необязательно,  — улыбнулся Прокл,  — все молитвы работают, даже если их читать мысленно. Но вся их сила просыпается только тогда, когда вы читаете громко, с чувством.
        Я пробежал текст глазами. Ничего такого сверхъестественного. Обычная просьба Меллители, чтобы она даровала нам свое благословение. Лично я ничего не почувствовал, но вот Чиафредо осветился легким светло-голубым светом.
        — А? Так и должно быть?  — спросил он, удивленно глядя на свечение.
        — Да, да. Все так и есть,  — закивал Прокл.  — Добро пожаловать в ряды целителей Меллители. Жаль, что вашему другу предназначено стать кем-то другим. Сейчас мы обсудим стоимость вашего обучения, сумму членских взносов и все необходимые платежи, после чего я покажу вам храм.
        — С вашего разрешения, мы тогда пойдем,  — встал Нямкас,  — нам надо успеть обойти все гильдии.
        — Да, я понимаю.  — Прокл пожал нам руки.  — Желаю удачи.
        Утром Нямкас доходчиво объяснил Чиафредо, чего стоит ожидать от целителей. Насчет денег и оплаты за обучение он просил не волноваться. Обычно новички очень медленно продвигаются в обучении, пока не скопят достаточно денег, чтобы оплатить учебу. Но если оплатить все сразу, задержки быть не должно. Целители свое дело знали.
        Следующим нашим пунктом была гильдия магов. Находилась она недалеко от храма и занимала почти такое же большое здание, выполненное в каком-то средневековом архитектурном стиле. Там нас встречали куда дружелюбнее, чем в храме, и проводили сразу к общему знакомому эльфу. Эйландер принимал нас почти в таком же помещении, как и в первую встречу. Темная комната больше подходила какой-нибудь гадалке или магу-шарлатану, обещающему приворожить любимого, снять порчу или, того хуже, навести ее на соперника.
        С магией у меня получилось немного лучше, чем с целительством. Где-то с пятой попытки мне удалось правильно выговорить простое заклинание и зажечь на ладони небольшой огонек. Но Эйландер сказал, что мои способности к магии гораздо ниже среднего и что из меня получится только посредственный маг. Нямкас с этим был согласен, сказав, что лучше быть хорошим воином, чем плохим магом.
        Следующей на очереди была гильдия воинов. Располагалась она в казармах при замке местного правителя. Что меня больше всего поразило, так это то, что в гильдию входили и мужчины и женщины. Довольно странное зрелище — женщина лет тридцати в доспехах и с двуручным мечом, отрабатывающая удары на деревянном манекене. К главе гильдии мы так и не пошли. В принципе воином в этом мире мог стать любой герой. Обычно сюда шли все, кто не попадал ни в какую другую гильдию. Единственное, что требовалось от воина,  — постоянные тренировки с оружием и физические упражнения, развивающие силу и выносливость. Именно поэтому все воины имели крепкое телосложение.
        — Ну уж нет,  — категорически сказал я,  — не хочу идти в воины. Не люблю я тяжелый однообразный труд.
        — Ну нет так нет,  — пожал плечами Нямкас,  — если не найдем что-нибудь подходящее, сюда всегда можно будет вернуться.
        Я только поморщился от такой перспективы.
        — Учиться владеть оружием не так уж и плохо. Без этого ты будешь только мальчиком для битья.
        Сколько всего было гильдий в городе, я не знал, но наша экскурсия затянулась на целый день. Мы побывали в гильдии убийц, мошенников, монахов и даже бардов. Но ни в одной из них меня так и не приняли. Не знаю, как они отбирали подходящих кандидатов, но их ответ был один: из меня выходил только посредственный убийца, монах или охотник.
        Последним мы посетили гильдию паладинов. Нямкас надеялся, что я могу стать именно паладином, так как небольшие магические способности у меня имелись, а для этого класса они были очень полезны. К моему же разочарованию, паладины почти ничем не отличались от воинов. Те же изнурительные занятия с оружием, физические упражнения. Единственное, что их выделяло,  — это священная магия. Паладины могли лечить легкие раны, имели частичный иммунитет к магии и с легкостью разбирались со всякой нечистой силой, водившейся на просторах этого мира.
        — Паладины — это хорошо,  — кивал Нямкас.  — Хороший и очень сбалансированный класс. Можешь быть и танком, и урон неплохой в рейде. Можно даже сделать упор на святую магию, но это мало кого прельщает.
        Я еще с детства не любил пафосные речи и чрезмерную гордыню, а у местных паладинов этого было в излишке. Только от одних речей настоятеля ордена я начинал чесаться.
        — Не бойся, малыш!  — говорил настоятель со странным именем Пастер. Вид у него был своеобразный. Кудрявая черная борода, усы, взлохмаченные волосы. По мне, так он больше походил на древнерусского витязя, чем на паладина.  — Мы научим тебя драться на мечах и правильно носить тяжелые латы. Наши ученики изучают почти все необходимые для жизни в этих опасных землях профессии.
        — Хорошо, уговорили.  — Я только вздохнул. Если бы мы не обошли все гильдии, я бы обязательно отказался.  — И где же у вас казармы? Где тренируетесь?
        Забыл сказать. Настоятель принимал нас в небольшом доме на окраине города. Насколько я понял, тут была их контора. Гильдия паладинов не обладала такой властью, как гильдия воинов, поэтому не могла позволить себе собственное здание в центре. Да и денег им постоянно не хватало, потому что учеников в свои ряды они брали абсолютно бесплатно.
        — Казармы?  — рассмеялся Пастер.  — Казарм у нас нет. Все наши ученики, у кого нет своего собственного дома, живут в общежитии у храма святого Пантелеймона.
        — А?  — Я от удивления открыл рот.  — У нас тут и православные храмы есть?
        — А как же,  — сурово сказал Пастер.  — Без храма нам, воинам, никак нельзя. У нас и службы проводятся, и даже настоятель есть. И храм, и общежитие, и здания для тренировок — все построено своими руками.
        Вот теперь я заинтересовался. Одно дело — идти в гильдию каких-то паладинов, тамплиеров и тому подобные. Другое дело, если за этим нерусским названием скрывается наше, родное…
        — Я согласен,  — уже твердо кивнул я.  — Записывайте меня.
        — Ха-ха,  — рассмеялся Пастер,  — молодец!
        На том и порешили. Нямкас обещал завтра показать, где находится храм Пантелеймона. Можно было найти его и по карте, но мне хотелось, чтобы Нямкас составил мне компанию.
        Дома нас ждали ужин и друзья. Чиафредо, так же как и я, решил жить непосредственно в здании клана, а днем ходить к целителям на учебу.
        — Что ж, поздравляю вас со вступлением в гильдии.  — Больше всего моему поступлению в паладины радовалась Неко. Еще бы, ведь за мое обучение платить ей не придется.  — Предлагаю отпраздновать это!



        Глава 3

        Много рассказывать о гильдии паладинов не буду. Это заняло бы кучу времени. Даже в первый день в гильдии было столько всего интересного… Но обо всем по порядку.
        Как и обещал Нямкас, он проводил меня в гильдию и, хлопнув по плечу, пожелал удачи.
        — Постарайся поменьше помирать в свой первый день,  — сказал он и ушел по своим делам, оставив меня долго смотреть ему вслед и осмысливать это пожелание.
        День в гильдии начинался с построения. Меня, как новичка, поставили в самый конец строя. На фоне остальных я смотрелся просто оборванцем. Все, кроме меня, были облачены в разные доспехи, от кольчуг до латной брони. Оружие у всех тоже было разное. Кто-то ходил с топором, кто-то с мечом или копьем. Единственное, что их объединяло,  — щит. Он был почти у всех в строю. Исключением была одна из двух девушек, державшая в руке книгу.
        Пастер провел быструю перекличку, представив меня остальным, и отправил всех на утреннюю молитву.
        Храм, про который он говорил, действительно был сделан как самый обыкновенный православный. Высокие расписные потолки, иконы. Кроме паладинов на службе присутствовало еще целая куча народу. Тут были и местные, и люди из других гильдий.
        После службы пришло время тренировок. Меня пристроили одному из старших рыцарей. Звали его Никон.
        — Так, молодой,  — он устроился на небольшом пеньке, на заднем дворе храма, с интересом глядя на меня,  — скажу сразу: мышцы качать тут не надо. С уровнем сила будет расти сама. Как и выносливость. Можно сказать, с этим нам повезло. Единственное, что необходимо,  — это научиться пользоваться оружием, чтобы тебя не прирезал самый задохлый гоблин в восточном лесу. Вот этому я и буду тебя учить. Тренировочный меч взял?
        — А, да.  — Я вынул из сумки простой меч, который мне дал Нямкас. Он строго-настрого запретил мне пользоваться драконьим мечом на тренировках.
        — Хороший меч,  — кивнул Никон.  — Щит можешь взять вон там. Нет, пока его надевать на руку не надо. Просто поставь его поближе. Нормально. А теперь — о владении мечом. Хоть мне и много чего говорили, когда я только учился, это все муть. Главное тут — практика. Ну давай, что ли, покажу, как его правильно держать надо…
        После трехчасовой тренировки я был выжат как лимон. И это учитывая, что я был без доспеха и почти не использовал щит. Делать мечом утомительные однообразные взмахи по сто-двести раз было труднее, чем я думал.
        — А у вас тут нет зелья от усталости?  — тяжело дыша, спросил я.
        — Есть, но они только на самый крайний случай. Если в бою или походе устанешь, тогда да. Зелье ведь только усталость снимает. Натруженным мышцам силу не возвращает. Есть одно хорошее заклинание у жрецов, но дерут они за него очень дорого. Лучше уж с усталостью бороться. Устал — значит, дошел до своего предела. Значит, хорошо потрудился. Ладно. Пошли к Елизавете. Она у нас заведует священной магией. Проверим твои способности.
        Елизавета была красивой девушкой лет двадцати с неестественно желтыми волосами. Она даже на блондинку не была похожа. Я ее уже видел на утреннем построении, с книгой в руке. В отличие от остальных паладинов она занималась в небольшой комнате, построенной как класс для занятия письмом. Невысокие парты, длинные скамейки. На каждом столе стояла маленькая склянка с чернилами и несколькими чистыми перьями.
        — Добрый день,  — поздоровался я, входя в класс. Никон со мной не пошел, сказав что-то про важное дело. При этом он все же заглянул в класс и, глупо засмеявшись, ушел к другим ребятам.
        — Проходи,  — кивнула она, не отвлекаясь от заплетания косы.  — Черт!  — выругалась она. С косой у нее явно не получалось.  — Как там тебя зовут?
        — Митр,  — сказал я.  — Может, тебе помочь?
        — Помочь?
        — Ну косу заплести. Ты не смотри, я в этом деле собаку съел. У мамы волосы длинные, постоянно приходилось косу плести.
        — О! Правда? Давай.  — Она распустила волосы, протягивая мне гребешок.  — Я хотела Земляничку попросить, но она уже сбежала в рейд со своим кланом.
        — Земляничка — это та, с двуручным мечом?
        — Да ты не смотри так, она фору любому воину или варвару даст. Даже на десять уровней выше себя.
        — Да я ничего такого вообще не думал. Просто странно это. Девушка — и вдруг с двуручным мечом… Тебе косу как — три пряди в колосок или какую-нибудь экстравагантную?  — Волосы у нее были мягкие и приятно пахли травой.
        — Давай самую обычную, чтобы я ее могла под кольчугу спрятать. Желательно потуже.
        — Не вопрос. Слушай, а что они у тебя такого странного цвета? Не, не обращай внимания, я это просто так спросил.
        — Да ладно, все равно наши проболтаются.  — Она махнула рукой.  — Покрасить я их хотела. Понимаешь? А где тут краску взять? Но, как говорится, было бы желание… Нашла одного местного алхимика, который мне за круглую сумму согласился зелье сварить. И спрашивает, гад: «Какой эффект от зелья нужен?» Ну я ему и отвечаю: мол, надо, чтобы они желтые были, как у блондинок.
        Я рассмеялся, чуть не выронив гребешок.
        — Прости, прости. Просто первый раз вижу, чтобы заказ был исполнен так точно.  — Я почти закончил косу, вплетая и завязывая в нее небольшую ленточку.  — А вернуть обратно нельзя?
        — Можно,  — вздохнула она,  — только для нового зелья ему черноглазка нужна. Ягода такая. Только шибко редкая она. Я уже всех алхимиков перетрясла. Ни у кого не осталось. Из нее черный порошок для каких-то зелий делают. Мне всего пять ягод и надо. Я в «Семи звездах» заказ хотела оставить, но они цену ломят такую, что хоть на панель иди. Восемь сотен золотом — представляешь! Хотя откуда тебе…  — Она горестно вздохнула.  — Буду копить, что делать. Может, за год и насобираю.
        — Так! Как меня там Нямкас учил? Журнал заданий.  — Я вынул из своего шкафа большую амбарную книгу. В ней уже было тестовое задание от Нямкаса на убийство каких-то слизней в ближайшем болоте.  — Задание, приоритет высокий. Найти пять ягод черноглазки. Заказчик — Елизавета. Сроки — не определены.  — Я вписал на первую страницу задание, позаимствовав перо и чернильницу с ближайшей парты.  — Все. Теперь, если я их случайно найду, обязательно принесу.
        — Да ты мог и не записывать. Хотя спасибо.  — Она немного смутилась.  — Такие вещи входят в перечень редких и эпических. Их обычно собирают и продают на местном аукционе. Я туда каждый день заглядываю. Ты себе книгу по редкостям уже купил?
        — Не, еще не успел.
        — Тогда обязательно купи. Местные барыги с аукциона на новичках неплохо зарабатывают. Подожди.  — Она вынула из своей сумки увесистую книгу и протянула мне.  — Смотри. Подарить не могу, самой нужна, но посмотреть можешь. Я ее почти полгода собирала. Хотела на аукцион пойти работать — прибыльное дело.
        Я наугад раскрыл книгу. На странице от руки были нарисованы какие-то цветы, рядом описание и цена.
        — Красные колокольчики. Редкий алхимический ингредиент. Тридцать золотых за десять цветков. Корень лесной плод-травы. Сорок золотых за один корень.  — Я пролистал дальше.  — Когти синего беса — лут, перепродаваемый гоблинам. Идут по пять золотых за десять штук.
        — Книга такого качества стоит примерно двести золотых,  — гордо сказала она.  — Те, что продают в книжном магазине, можно купить по пять золотых, но ты их не бери. Ширпотреб для нубов. Лучше копи деньги на более полезную книгу. А на первое время возьми у кого-нибудь в клане.
        — Спасибо за науку.  — Я вернул ей книгу.  — Полезная штука. Все готово. Ну как получилось?
        — Ух ты, здорово!  — Она радостно осмотрела косу и убрала ее за спину под плащ.  — Тебе спасибо, что помог. Так, а теперь давай поговорим о священной магии. Магия, которую могут использовать паладины, делится на два типа: боевая и поддержки. В боевую магию входят всевозможные заклинания, изгоняющие нечисть: скелетов, ходячих мертвяков, бестелесных духов и тому подобный набор из фильмов ужасов. Против других представителей местной флоры и фауны, увы, бесполезны. Магия поддержки состоит в основном из целительных заклинаний средней силы и заклинаний благословения. Мы, конечно, не жрецы, но в бою можем помочь раненому товарищу. Благословения, как и боевая магия, направлены на защиту от нежити, усиление доспехов и еще целую кучу бесполезных навыков. Самые простые заклинания можно учить с пятого уровня. Пока что продемонстрирую тебе несколько из них. К примеру, Усиление доспеха.  — Она встала и вынула меч из сумки. Меч у нее странный, сделанный не из железа, а из какого-то тускло-синего стекла.  — Камень, твердь земная, оковы нерушимые…
        При каждом слове она взмахивала мечом, занимая им определенную позицию. На последнем слове меч вспыхнул, и по ее кольчуге и латным сапогам пробежали желтые искорки. На месте каждой искорки появлялась тонкая каменная пластинка. Смотрелось все это, на мой взгляд, как-то не очень эффектно. Я бы даже сказал, блекло. Я уж ожидал какой-то великой магии…
        — Разочарован?  — прочла она мои мысли.  — Ну магия десятого уровня.
        Особым движением она развеяла чары и убрала меч в сумку.
        — Радуйся, что такое есть. Вон в гильдии воинов — там вообще магии никакой нету. Машут оружием, как придурки, да орут. Запомни: у воина в дуэли против паладина шансов очень мало. Зато к магии они устойчивы больше, чем мы. Да и их система навыков усиления брони гораздо эффективнее, чем наши заклинания. Бери книгу, садись, записывай основы. И чтобы за неделю все выучил наизусть.
        После занятий по магии и небольшого отдыха мы снова вернулись к фехтованию. Никон вконец решил меня загонять, поэтому домой я вернулся без сил и сразу рухнул на кровать. Даже на ужин не стал спускаться, проспав до следующего утра.


        — Доброе утро!  — радостно приветствовал нас Нямкас.  — Как вам первый день в гильдиях?
        — Тяжело,  — сказал я, с удовольствием кушая завтрак, который приготовила Маруся. Как ни странно, после крепкого сна я чувствовал себя просто замечательно. Мышцы не болели, да и усталости я не чувствовал. Как говорил Нямкас, сон в этом мире снимал любую усталость.  — «В чем сила русского богатыря?  — спросил я сам у себя.  — Правильно: в богатырском сне».
        — Ну а у вас как?  — спросил Нямкас у Чиафредо.
        — Я человек глубоко верующий,  — сказал Чи.  — И мне тяжело привыкнуть к тому, что молитвы местным богам могут не только исцелять любые болезни, но и возвращать к жизни павших в бою товарищей. Главная сложность — в зубрении молитв. Ошибся в слове — заклинание получилось не таким сильным, как требуется. Пропустил строчку — вообще может не сработать.
        — Считайте это особенностью мира,  — сказал Нямкас.  — Так проще свыкнуться. Ладно, сегодня у нас по плану — поднятие вашего уровня хотя бы до пятого. Это довольно просто, да и познавательно. Задание на слизней, которым я с вами поделился, выдал один из местных фермеров. В последнее время слизней слишком много расплодилось в затопленном лесу, рядом с полями. Вот они и прут к фермам.
        — И часто они так плодятся?  — спросил я.  — Квесты же должны быть возобновляемые, чтобы любой новичок смог их взять?
        — Не, тут все немного не так. Напастей у фермеров хватает, и они всегда разные. То слизни из леса ползут, то гоблины к посевам рвутся, то кабаны. За этот год со слизнями всего два раза проблема была. Платят фермеры немного, но для новичков это лучший способ подработать и набраться опыта.
        — На слизней идете?  — К столу спустился Василий.  — Травы не забудьте мне собрать. Если чего со слизней останется, тоже соберите.
        — Ну ты и соня,  — сказал Нямкас.  — Может, с нами? Сам выберешь, чего тебе надо.
        — Не, что я, нуб, что ли, на слизней ходить? Я лучше в рейд напрошусь. Устал я дома сидеть. Варишь, варишь вам зелья…
        — Я тебе сколько раз говорила: не бурчи,  — сказала Маруся. Она сейчас была в облике гномы и грозно так на него смотрела снизу вверх,  — а то дам тебе ложкой по лбу. Говори прямо: мол, так и так — устал, хочу в поход. Ты бы себе девчонку какую нашел — что вечно один да один?..
        — Они не грибы, в лесу не попадаются,  — съязвил он.  — Найду еще. Когда разбогатею.
        — Эх, Васька.  — Маруся только махнула на него рукой.  — За посуду не беспокойтесь, я со стола уберу. Вы идите уже, пока ваших слизняков другие молодцы не порубали.
        — Список не забудьте.  — Василий протянул Нямкасу список нужных алхимических реагентов.
        — Кстати, а Неко где?  — спросил я.  — Спит?
        — Не. Ушла в рейд с «Серебряным авангардом». Говорят, они в шахты кобольдов идут. Если удачно лут разделят — возможно, и заработает чего.
        — Знаем мы эти шахты,  — сказала Маруся.  — Там лута — кот наплакал. А пошло небось человек двадцать. Делить-то как будет? Стороннему магу ловить там нечего.
        — Не знаю,  — вздохнул Нямкас.  — Неко говорила — дележ честный будет.


        Фермы, страдающие от слизней, располагались совсем рядом с городом. Место там было на редкость живописное. Зеленые луга, желтые поля пшеницы. Красота. Василий снабдил нас походными зельями, поэтому идти было легко. Чиафредо не переставал поражаться, как так можно — пройти десяток километров пешком в быстром темпе и совсем не запыхаться. Даже ноги и те не болели от такой прогулки. Нямкас только смеялся. С зельями, которые варил Василий, можно было не только идти, но и бежать. Но так как мы особо не спешили, то шли пешком. Тем более при беге зелье выветривалось намного быстрее.
        До края Мокрого леса, в который упиралось пшеничное поле, мы дошли часа за три. На опушке устроили небольшой привал. Нямкас переоделся в латный костюм, мы же просто подготовили оружие. В гильдии жрецов Чиафредо выдали стандартный резной посох из какой-то светлой древесины.
        — Так,  — Нямкас построил нас, критическим взглядом осматривая наше снаряжение.  — Митр, щит у тебя слабоват. Надо бы заменить. Для слизней пойдет, а так — первый же гоблин его расколет. Что касается Мокрого леса. Монстры там неагрессивные и на людей сами не бросаются, поэтому бить их не рекомендую. Тут есть монстры и десятого, и пятнадцатого уровня. Ну с ними я вам помогу, если вы по неосторожности на них нападете. Когда найдем слизней, бейте их сами. Достаточно будет отрубить им голову, и они умирают.  — Он рассмеялся.  — На всякий случай: голова у них там, где усики. По телу лучше не бить, бесполезно. Я в бой ввязываться не буду, иначе вы опыта не получите.
        — Понятно,  — кивнул я.  — Монстров не бить, слизням рубить только головы.
        — Кто лут будет нести, решайте сами. Со слизней остается много всякого ржавого барахла. В основном оно все бесполезное, поэтому сумку сразу не забивайте. Постарайтесь отсортировать то, что выглядит посолиднее.
        — Ух!  — У меня по спине побежали мурашки.  — Страшно.
        — Первый раз всем страшно. Вперед.


        Почему Мокрый лес назывался так, я понял, как только мы туда вошли. Сразу за первым рядом деревьев под ногами захлюпало, а уже в пятидесяти метрах в глубь леса воды было чуть ли не по колено. Монстров я никаких не видел. Была пара странного вида оленей с ветвистыми рогами, которые смотрели на нас с таким наглым видом, что мне очень захотелось вдарить им промеж рогов. Попалась пара кабанов и каких-то мелких собак.
        — Слушай,  — сказал Чиафредо,  — что они тут делают? Это же нелогично. Ну не живут в затопленном лесу олени и собаки.
        — Они тут плавать учатся,  — рассмеялся я.  — Нелогично — не то слово. Надо бы у авторов спросить, кто этот лес делал, вместе со всем этим миром. Смотри, этот олень наглый как танк. Настоящий бы давно убежал или бросился на нас, а этот стоит смотрит.
        Впереди нас что-то зашевелилось, медленно поднимаясь из воды. Огромный, с крупную собаку размером, слизень медленно полз в сторону, откуда мы пришли.
        — Ага, вот и первый. Сколько там по заданию бить их?  — спросил я.
        — Восемь штук.
        Я аккуратно подошел к слизню сбоку и со всего маху врезал ему мечом по загривку. Меч вошел в слизня как в густое желе и с неприятным звуком отсек тому голову, обдав меня фонтаном дурно пахнущей жидкости.
        — Фу! Мать его!  — выругался я.  — Что он жрал, чтобы так вонять?
        — Теперь надо усики срезать и лут проверить,  — наставительно сказал Чи, при этом даже не собираясь приближаться к слизню.
        — Да, да,  — вздохнул я.  — Сейчас я его разделаю.
        Отрезав усики небольшим кинжалом, который нам дал Нямкас, я убрал их в специальный мешочек. Затем перевернул тело слизня, распарывая ему брюхо. С чмокающим звуком из него вывалились ржавый щит, какой-то мятый нагрудник и небольшая поясная сумочка фиолетового цвета. Стараясь не касаться вонючей жижи, я подобрал сумочку и ополоснул ее в воде. Благо воды вокруг было много.
        Сумочка была почти такая же, как и у меня, только с интересным рисунком на застежке. Да и темно-фиолетовый цвет выглядел на удивление приятно.
        — Сумка, открыть,  — скомандовал я.
        Передо мной в воздухе появился привычный пустой шкаф. Как и в личной сумке Нямкаса, которую он нам показывал, справа и слева от шкафа были дополнительные перегородки. Я потянул за одну из них. Шкаф сдвинулся, показывая соседний, такой же пустой, как и первый.
        — Двойной инвентарь. Ух ты!  — Я продемонстрировал находку Чи.  — Прикольная сумка. Всяко лучше моей.
        Я закрепил ее у себя на поясе, любовно погладив по застежке.
        — Ладно, больше ничего интересного,  — и махнул рукой,  — пошли дальше.
        Пока мы шастали по колено в воде и били слизней, Нямкасу пришлось собирать ингредиенты, которые требовал Василий.
        Слизней в лесу было много. Всех восьмерых требуемых по заданию монстров мы нашли и обезвредили где-то за час. По большому счету, работал только я. Так как мой меч бил их практически с одного удара, особых проблем они не доставили. Что же касается лута, то как я ни искал вторую сумку для Чи, ничего стоящего так и не появилось. Хотя в одном из монстров попались простые кожаные штаны, обитые металлическими пластинами, но брать я их не стал, так как пахли они слишком отвратительно. Не уверен, что и после стирки можно было избавиться от этого аромата.
        Выходя из леса, я сорвал пять каких-то черных ягод с низенького куста, который рос недалеко от опушки. Не уверен, что это были те самые черноглазки, про которые говорила Елизавета, но на всякий случай я их положил в свою новую сумку. На пути к опушке нам навстречу попалась тройка новых игроков, которые пришли в этот мир вместе с нами. Я их хорошо запомнил. Они расспросили, где слизней искать, как их бить, что падает. Таить нам было нечего, поэтому мы поделились информацией, в том числе и о том, откуда я приобрел стойкий аромат плесени и гниения. Радости им это не прибавило, но они все же пошли. Нам оставалось только пожелать им удачи.
        — Как успехи?  — спросил Нямкас, демонстрируя нам мешочек с травами и кореньями.  — Это самые распространенные лечебные травы. Стоят они копейки, так как собирают их в основном новички, но Неко категорически не хочет их покупать. Говорит, легче в походе пару раз наклониться и собрать, чем платить ее золотом.  — Он рассмеялся.
        — А у нас тоже неплохо,  — сказал я.  — Слизни сопротивления не оказали, поэтому мы даже не запыхались. Одна проблема: пропах я. Что теперь делать-то?
        — А что делать? Стираться,  — еще громче рассмеялся Нямкас.  — Мыло я захватил, поэтому пойдем на речку. Можно было бы использовать и чистящее заклинание магов, но оно дорогое. Проще самому отстираться. Усики собрали?
        — Да.  — Я показал ему вонючий мешочек.  — Еще сумку нашел. Смотри.
        Я продемонстрировал свою новую сумку.
        — Интересная. Я таких еще не видел. Сколько ячеек?
        — А как определить?
        — Ты в нее что-то уже клал?
        — Ягоды.
        — Ну так прокрути ее и посчитай, сколько раз сменится ячейка, пока ягоды не появятся вновь.
        — Сейчас.  — Я открыл сумку и принялся считать вслух.  — Один, два, три, четыре… двадцать три, двадцать четыре, двадца… А, нет, двадцать четыре ровно. Что?
        — Сколько?  — переспросил Нямкас.
        — Двадцать четыре.
        — Сколько?
        — Не понял?  — Теперь уже я смотрел на него вопросительным взглядом.  — Много, мало?
        — Ваши сумки, которые я вам дал,  — по одной ячейке, так?  — Мы кивнули.  — Моя сумка — три ячейки. Сумка Неко, так как она маг,  — четыре ячейки. Сундучок Василия, куда можно положить только травы и алхимические реагенты,  — шесть стеллажей, то есть двенадцать ячеек. Мой сейф в клане — шестнадцать ячеек! И это считается много. А у тебя в сумке на поясе — двадцать четыре!
        — Однако.  — Я призадумался.  — Повезло, что могу сказать.  — Я глупо рассмеялся.
        — Какого черта ты в нее свои ягоды положил?  — Нямкас схватил меня за ворот и притянул поближе.  — Такие вещи вообще трогать и открывать нельзя. Это же эпик. Эпические и крайне редкие вещи. Если бы мы эту сумку продали, могли бы полквартала скупить.
        — Я же не знал, что с этих вонючих тварей падает такая штука!  — вспылил я.
        — Представь себе, я тоже не знал. И никто в городе у нас не знает. Может быть, только в большой библиотеке, где весь лут с мобов описан. На эту сумку шанс выпадения еще меньше, чем на твой драконий клинок. Да их сто тысяч, наверное, перебить надо, чтобы такая выпала, и то не факт.
        — Да понял я уже, понял,  — опустил я взгляд,  — что теперь говорить-то…
        — Ладно.  — Он похлопал меня по плечу.  — Прости, что накричал. Так, из зависти только. Зато теперь у нас в гильдии определился носильщик. Так что лут с монстров — теперь на твоей совести.
        — Тоже мне,  — недовольно сказал я,  — лишний геморрой.
        — Хорошо, пошли сдавать задание. Нам за это один золотой обещали.  — Он покосился на мою сумку и минут пять смеялся, не в силах сдержаться.
        Чтобы сдать задание, пришлось идти к фермеру. Тот, хоть и был из этого мира, вел себя вполне адекватно и на неигрового персонажа, проще — НПС, вообще не походил.
        Как только золотой перешел к Чи, мы получили второй уровень. Давать деньги мне отказались наотрез, как и подходить ближе чем на пару метров. Обидно, но я терпел, грустно вздыхая.


        На базу мы вернулись ближе к вечеру. Пришлось пару часов провести на речке, пока я отмылся и почистил одежду. Первым делом заглянул к Василию. Он уже успел вернуться из какого-то рейда и раскладывал на столе привезенные алхимические реагенты.
        — Как поход?  — спросил я, косясь на странного вида крылья и лапки каких-то мух. Судя по размерам, мухи должны быть с кулак размером.
        — Нормально.  — Он демонстративно обвел добычу рукой.  — А вы как сходили?
        — Да тоже неплохо. Слушай, я что хотел спросить: у тебя черноглазки нет, случаем? Я еще вчера хотел спросить, но как-то запамятовал.
        — Тебе зачем?
        — Да знакомая из гильдии попросила найти.
        — Нету, была одна, так я ее выменял на красный мох.  — Он вынул из сумки книгу и протянул мне.  — Вот, смотри.
        Целую страницу в книге занимало описание ягод. Глядя на них, я понял, почему их называли черноглазками. Когда они высыхали, то сильно походили на чьи-то глаза. Я присмотрелся к картинке куста, на котором они росли, и удивленно приподнял брови.  — А, спасибо.  — Я откланялся.  — Ну я побегу, у меня еще дела в гильдии.
        Я пулей вылетел из его лаборатории. Скажи ему, так он сразу заберет все, что я нашел в Мокром лесу. Я вспомнил удрученный взгляд Елизаветы и утвердительно кивнул. Лучше уж отдам их ей. И пусть меня за это ругает Нямкас, но помочь девушке для меня было важнее, чем лишняя пара сотен монет, которые могли пойти в казну клана.
        Неко еще не вернулась, а Нямкас был занят, вписывая что-то в свой журнал, поэтому я не стал ничего говорить, а помчался на другой конец города. Бежал я, словно приобрел крылья. Радостная новость так распирала, что я буквально влетел на территорию гильдии. Ближе к вечеру тут было совсем тихо. К храму неспешно тянулись местные жители и герои. Скорее всего, скоро должна начаться вечерняя служба.
        Я приметил Пастера и направился прямо к нему.
        — Пастер, скажите, а где я могу найти Елизавету? Она еще здесь или вернулась домой?
        — Здесь она живет,  — низким голосом ответил он.  — Мы ей в этом году дом справили. Вон он, с новенькой крышей, видишь?
        — А, да. Спасибо.  — Я кивнул ему и поспешил туда.
        Дом Елизаветы выглядел как старорусская деревянная избушка. Не знаю, кто у них работал плотником, но смотрелось все это на редкость ненадежным. Я пару раз постучал в дверь.
        — Иду!  — крикнула Елизавета.  — Митя?
        — Еще раз привет,  — расплылся я в улыбке.  — Можно войти?
        Она критическим взором осмотрела меня и прищурилась. Елизавета была на несколько лет старше, но очень привлекательная без своих доспехов.
        — А!  — вдруг понял я, о чем она подумала, и смутился.  — Я это, не просто так. Я черноглазку нашел.
        — Нашел?  — недоверчиво переспросила она.
        — Ну да. В лесу с куста сорвал. Я в книге смотрел, очень похоже.
        — Проходи.  — Она все еще недоверчиво смотрела на меня, пропуская в дом.
        Изнутри он был такой же простецкий, как и снаружи. Но было заметно, как Елизавета старательно обставила его. Занавески на окнах и в прихожей добавляли немного домашнего уюта. Мягкий ковер в единственной комнате, высокая кровать, рабочий стол, несколько цветов в горшках на подоконнике завершали общую картину.
        Сейчас Елизавета была в простом, я бы даже сказал — скромном сарафане и тапочках. Я недовольно посмотрел на свои ботинки и скинул их, оставшись босиком.
        Чтобы не тянуть время, быстро залез в сумку и выложил на стол пять крупных черных ягод. Елизавета достала свою книгу и быстро нашла нужную страницу.
        — Похожи,  — удивилась она.  — А куст — ты его запомнил?
        — Да,  — я кивнул.  — Точно так и выглядел.
        — И что, сразу пять ягод на кусте было?
        — Эти пять сверху росли. Я особо не искал. Мокрый лес все-таки. Туда же новички ходят в основном. Поэтому я даже не думал, что найду такой редкий ингредиент.
        — Сколько просишь?  — деловито спросила она, жадно глядя на ягоды.  — Много золота у меня все равно нет. Могу в кредит, если уступишь.
        — Да ладно.  — Я махнул рукой.  — Бери так. Легко достались, легко с ними расстаюсь. Главное, чтобы помогли.
        — Ты чего?  — странно сказала она.  — Больной, что ли? Знаешь, сколько они стоят?
        — Я тебя не пойму,  — улыбнулся я.  — Чем ты недовольна? Бери, пока даю.
        — Смотри, передумаешь — поздно будет.  — Она спрятала ягоды в свою сумку.  — Спасибо.
        — Да не за что.
        — Может, чаю?
        — Давай,  — кивнул я,  — я к местной траве еще не привык, но с удовольствием выпью.
        — Минуту.
        Она прошла к сундуку и извлекла из него небольшой чайник и плитку. Такие я уже видел у Маруси на кухне. В роли источника огня выступал небольшой магический камень. Горел он хорошо, но время от времени его надо было заряжать у магов. К железному чайнику она добавила еще один небольшой глиняный.
        — Я тут меду раздобыла, так что угощайся.
        — А ты давно здесь? Ну я имею в виду этот мир.
        — Почти три года. Совсем недолго. Время в этом мире пролетает совершено незаметно. Вот увидишь: не успеешь оглянуться, а пройдет год. Потом еще один.
        — Скажи,  — я взял горячую чашку,  — а что ты в этом доме живешь? Почему не в клане? Можно же комнату в городе снять…
        — Да так, обстоятельства,  — вздохнула она.  — Неудачно из клана вышла. Теперь проходу не дают. Сволочи,  — совсем тихо добавила она.
        — Нехорошо… А помириться с ними?
        — Ха, помириться… Ни за что! Я ведь, когда только из клана вышла, была почти пятидесятого уровня, а теперь — тридцать седьмого. Спасибо Пастеру, а то была бы уже десятого.  — Она уловила мой вопросительный взгляд.  — Ниже не опускается.
        — А что за клан-то?
        — «Северный ветер».
        — Один из двух самых крупных кланов? А в «Семь звезд» вступить? Они бы тебя защитили.
        — Не,  — она отмахнулась,  — уж больно они мне не нравятся. Да и глава у них — сволочь. Я лучше тут останусь. Кстати, давай свою книгу заданий.
        Я достал книгу и положил на стол. Первая запись о слизнях уже была вычеркнута. Елизавета поставила свое имя напротив моего задания и зачеркнула его.
        — Поздравляю еще с тремя уровнями,  — улыбнулась она.
        — Слушайте, как вы это узнаете? Я что-то не совсем понимаю, как смотреть уровень другого героя.
        — Да тут все просто. У нас запрещены дуэли персонажей с разницей в уровне больше чем на десять. Это официально. Вне города можно напасть на любого игрока. Чтобы не нарушать это правило, приходится следить за уровнем других героев. Самое простое заклинание. Точно так же, как и с сумкой, просто скажи: «Указать силу героя».
        Я повторил эти слова, и прямо над головой Елизаветы вспыхнули красные цифры «37» и тут же погасли.
        — То же самое — с именем героя. «Указать имя героя». Довольно удобно. На шестидесятом уровне жрецы получают специальное заклинание, позволяющее им определять не только уровень героя, но также его навыки и основные характеристики. Это полезно в массовых боях.
        Мы еще минут двадцать просто болтали. Я делился своими впечатлениями о новом мире, а Елизавета только смеялась надо мной. Ну а после она сказала, что должна идти к своему алхимику, и мы распрощались.
        Домой я шел медленно, довольный тем, что смог помочь Елизавете. Все-таки ее «спасибо» для меня звучало ободряюще. В нашем мире помогать людям удается не так часто. Точнее, мне пока не удавалось никому помочь.
        Вернулся я в самое подходящее время. Неко разбирала свой рейд с Нямкасом. Остальные только слушали.
        — Ничего хорошего так и не упало,  — недовольно сказала она.  — Невезуха. Сорок золотых на двадцать человек. Даже делить — и то не хотелось.
        Зная ее, я был уверен, что свои два золотых она получила.
        — А Митр у нас опять отличился,  — улыбнулся Нямкас, кивая на меня.  — Сумку на двадцать четыре слота нашел. Со слизняка первого уровня выбил. Представляешь?
        — Врешь!  — воскликнула она.  — А ну покажи!
        Я протянул ей сумку.
        — Личная,  — скривилась она,  — на кой черт ты ее открывал-то?
        — Да ладно, я уже объяснил,  — успокаивающе сказал Нямкас.  — Повезло парню, что сказать.
        — Надо было с вами идти,  — недовольно сказала она.  — Я бы всех слизней в радиусе десяти километров поджарила. Хотя интересная идея…
        — Стоп!  — остановил ее Нямкас.  — Сколько таких сумок выбили новички за все время? А сколько слизней побили? Вот то-то же.
        — Зато я еще три уровня получил,  — довольно сказал я.
        — Видим,  — кивнул Нямкас.  — Задание какое выполнил?
        — Да помог Елизавете в нашей гильдии.
        — Что за задание?
        — Да так, ерунда.
        В это время к нам спустился Василий. Судя по ехидному выражению его лица, он уже был в курсе, что Неко ничего в рейде не заработала.
        — Митр,  — он сел рядом за стол,  — я со своими говорил в отделении алхимиков. Они сказали, что могут достать пару ягод, если твоей подруге еще надо. По семьдесят золотых. Меньше не отдают.
        — По семьдесят?  — уловила цену Неко.  — Что за ягоды такие?
        — Нет, спасибо, не…  — я не договорил: Нямкас и Неко посмотрели на меня как-то странно.
        — А ну покажи журнальчик,  — ласково сказала Неко.
        — Какой?  — притворился я деревом.
        — С заданиями. Раз уж уровень получил, значит, в журнал записывал. А ну живо достал и положил на стол!
        — Нате.  — Я недовольно выложил его на стол.
        — «Приоритет — высокий. Пять ягод черноглазки для Елизаветы. Успешно выполнено»,  — прочла она.  — По сколько там ягода шла? По семьдесят. Итого — три сотни пятьдесят монет. Гони деньги!
        — Я ей так отдал,  — угрюмо сказал я, опуская глаза в пол,  — с друзьями я не торгуюсь.
        — Невероятно! Уму непостижимо!  — схватилась за голову Неко.  — Идиот. Нам в клан достался самый большой идиот во всем Новом мире.
        — Пока Неко впала в отчаяние — скажи, ты их где нашел?  — наклонился ко мне Нямкас.
        — В Мокром лесу, когда мы слизней били. Прямо на кусте росли.
        — Однако…  — задумался Нямкас.  — Ладно, ругать тебя не будем. В уставе клана четко сказано, что все сторонние задания ты решаешь так, как сочтешь нужным. Обычно берется пятнадцать процентов от выручки, но раз денег нет, значит, и брать с тебя нечего.
        — А ну,  — Василий расстелил на столе карту леса,  — точно указать можешь, где куст нашел?
        — Вот тут мы заходили,  — уточнил Нямкас.
        — Да, недалеко от того места, где мы вошли.
        — Я убежал!  — Василий собрал карту и пулей вылетел из дома.
        Неко весь оставшийся вечер сверлила меня сердитым взглядом. Хорошо хоть после разговора с Нямкасом ничего не говорила. Василий вернулся быстро. Он успел сбегать туда и обратно всего за три часа. Солнце уже село за горизонт, и мы планировали лечь спать.
        — Вот, Маруся, принес вам мяса.  — Василий вывалил на пол тушу кабана.
        — Ну?  — К нему сразу же подбежала Неко.  — Нашел?
        — Нашел,  — недовольно сказал он, указывая на кабана.  — Вот эта сволочь сожрала все ягоды до того, как я успел!


        На следующее утро я проснулся поздно. Хотел еще немного поваляться в кровати, но все же встал. Хорошо тут. Свободный график. Никаких обязательств и нервотрепки. Никакой работы с утра пораньше. Захотел — пошел в гильдию учиться, захотел — пошел охотиться на монстров. Рай.
        Спустившись вниз, я с удивлением отметил, что все, кроме меня и Маруси, ушли по делам. Чи — в свою гильдию, Василий — в очередной рейд. Нямкас и Неко исчезли еще до рассвета. Ну раз все работали, я тоже решил не отлынивать и пойти в гильдию.
        — Митр, встал?  — раздался голос Нямкаса со стороны двери. За ним следом вошла недовольная Неко.
        — Проснулся. Вот, решил в гильдию заскочить. А вы чем планируете заняться?
        — Да мы тут утром сходили в храм, купили одно заклинание.
        — Пять золотых!  — недовольно сказала Неко.  — Если зря, я лично заставлю тебя их отработать.
        — Все путем,  — улыбнулся Нямкас.  — Так, Митр, пошли, поднимемся в кабинет. Есть разговор.
        — Без проблем.  — Под пристальным взглядом Неко мне становилось неуютно.
        Нямкас освободил стол от ненужной бумаги и положил на него небольшой свиток, испещренный мелкими каракулями.
        — Заклинание для отображения основных характеристик героя,  — сказал он.  — Хотел проверить твои показатели. Обычно все параметры распределяются в зависимости от класса и расы.
        — Что-то типа силы, ловкости, интеллекта и тому подобного?
        — Да, оно самое.
        — А это важно? Смысл тратить аж пять золотом?
        — Смысл есть. Просто мне вчера пришла интересная мысль. Понимаешь, ты за такой короткий промежуток времени нашел столько всего интересного и необычного, и это очень странно. Это можно назвать одним словом: везение. А за везение в этом мире отвечает определенная характеристика — удача. Вот я и решил проверить показатель твоей удачи.
        — Понятно. Мне что-то и самому стало интересно.
        Нямкас протянул свиток Неко, и та прочла первые две строчки, активируя заклинание.
        — Так,  — она внимательно посмотрела на меня, изучая что-то, что находилось сверху справа.  — Сила — выше среднего, ловкость — норма, интеллект — ниже среднего, харизма — ужасный параметр, мудрость — норма, удача — параметр не определен. Дальше. Способности. Классовые способности. Меч, щит, кольчуга, дробящее оружие. Ну тут все, как и положено. Расовые особенности. Драконье золото. Это еще что за способность такая?
        Свиток в ее руках истлел, превращаясь в горстку пепла.
        — Значит, насчет удачи я был прав,  — задумался Нямкас.  — Непонятно только, почему он не определен. Может, мощности заклинания не хватило?
        — Лучше скажи, что за способность «драконье золото»? Это что такое?
        — Не слышал раньше. Надо бы в библиотеку зайти.
        — А еще надо этому остолопу книгу купить, чтобы он не смел трогать руками найденные вещи.
        — Вредная ты,  — обиделся я.
        — Надо его с собой в рейд взять на мобов посолиднее. Может быть, в городскую канализацию? Или в гоблинские пещеры?
        — Пещеры не потянем.  — Нямкас постукивал пальцем по столу.  — Канализация? Надо бы попробовать, но шанс воспользоваться удачей слишком мал. Все-таки Митр должен сам бить монстров.
        — Все равно, проверить надо,  — настаивала Неко.  — Ладно, я пока — в нашу гильдейскую библиотеку. В городской ничего толкового не найти.
        — Ну а я тогда пойду, посмотрю, что нынче из заданий в канализацию дают. Чтобы зря не ходить.
        — Это надолго? Может, я тогда в гильдию загляну?
        — Иди,  — кивнул Нямкас,  — тебе давно пора поднять несколько навыков. Раз уж на три уровня вырос, потрать свободные очки умений на что-нибудь полезное.
        — Кстати, я тут вспомнил. Вы Елизавету из моей гильдии знаете?
        — Знаем.  — Нямкас пригладил свои усы.  — И про ее отношение с «Северным ветром». Догадываюсь, о чем попросить хочешь. Увы, в клан я ее приглашал, она отказалась. Сам понимаешь — не хочет подставлять нас под удар.
        — Ну а если согласится, возьмете?
        — Возьму.
        — Не торопись,  — вставила Неко.  — Сам же сказал: потом проблем не оберемся.
        — Проблемы — дело наживное. Одной больше, одной меньше… Сколько она уже там сидит?
        — Ну и пусть сидит,  — недовольно сказала Неко.
        — Иди уже,  — замахал на меня Нямкас.  — Уговоришь Елизавету — обязательно приму ее в гильдию.



        Глава 4

        — Нет. Не пойду,  — упорствовала Елизавета.  — Ты даже не представляешь, сколько из-за меня проблем будет.
        Мы сидели у нее в домике, мирно попивая чай с медом. Это она сама меня пригласила, когда я только вошел на территорию гильдии. Сказала — в благодарность за черноглазку.
        — Ну и пусть, мы тебя в обиду не дадим.
        — Митр, лучше не продолжай, а то я обижусь,  — строго сказала она.
        — Хорошо. Больше просить не буду, но тогда скажи, что заставит тебя изменить свое мнение. Дай мне задание,  — серьезно сказал я.  — Если я его выполню, тогда ты присоединишься к нам.
        — Задание, говоришь? Хорошо. Как только достигнешь сотого уровня, я подумаю над твоим предложением.
        — Обещаешь?  — сразу же выпалил я.
        — Обещаю,  — даже удивилась она моей прыти.
        — Запишем.  — Я вызвал журнал и вписал в него новое задание.  — «Пригласить в гильдию Елизавету. Приоритет — средний»… Нет, не так. «Приоритет — высокий. Условие выполнения задания: достигнуть сотого уровня». Вот. Годится?
        — Годится,  — рассмеялась она.  — Давай я подпишу, чтобы задание стало активным.
        Она поставила свое имя ниже задания, пометив строчку «Заказчик».
        — У меня сейчас шестой уровень, значит, надо получить еще девяносто четыре. Я справлюсь.
        — Дерзай. Только учти, на это понадобится не меньше трех-четырех лет, каждодневных походов в рейд и сотни тысяч убитых демонов.
        — Не беспокойся. Кстати, брюнеткой ты смотришься гораздо привлекательнее,  — сменил я тему. Я не лукавил. Черные волосы ей шли куда лучше, чем желтые.
        — Спасибо,  — улыбнулась она.
        — Ну я тогда побегу. Надо навыки выучить…
        — А, забыла тебе сказать.  — Она остановила меня, положив руку на плечо.  — Пастера сейчас нет, поэтому с навыками лучше подождать. Я могу тебе навык благословения света дать. На низких уровнях он очень полезен. Можно использовать его в лечении или для того, чтобы нежить отгонять. Согласен принять?
        — Да, конечно, давай.
        — Держи, это свиток с заклинанием, выучишь его, один раз применишь, и он навсегда закрепится за тобой.  — Она вынула из сумки небольшой листок, исписанный ровным, аккуратным почерком.  — Еще три уровня получишь — я тебе заклинание благословения покажу. Для воина оно очень даже полезно, жаль, пренебрегают им. Ну а у Пастера тебе надо взять основные навыки боя на мечах и тренировки со щитом. Слушай,  — она вдруг расплылась в улыбке,  — я тут хотела сходить к рынку, надо кое-что на аукцион сбросить. Ты же вроде еще там не был, составишь мне компанию?
        — С удовольствием,  — обрадовался я.
        — Подожди минуту, я только переоденусь…
        Аукцион Изумрудного города располагался недалеко от центрального рынка. Елизавета говорила, что здесь можно приобрести вещи даже из других городов мира. Выглядело это очень интересно. Начну по порядку.
        Сам аукционный дом представлял собой огромное трехэтажное здание, располагавшееся полукругом вокруг базарной площади. Попасть туда можно было только через один главный вход, который являлся и регистратурой, и справочным бюро. Работали тут в основном местные жители, но попадались и герои.
        Первым делом на аукционе надо было определиться, какую вещь ты ищешь, и в справочной узнать, в какой комнате она находится. Елизавета сказала, что хочет закинуть на торги одну из магических сережек, поэтому в справочной нас отправили на второй этаж, в комнату среднего качества редких вещей и аксессуаров.
        Теперь отдельно про комнаты. Больше всего они походили на картотеку в библиотечном зале. На нескольких столах стояли пухлые фолианты с названием вещей, выложенных на торги, и указанием, где искать нужные карточки. К примеру, Елизавета показала мне небольшое кольцо, прибавляющее пять или шесть единиц силы. В книге мы нашли нужное колечко и ссылку на стеллаж под буквой «К». Заявка на продаваемое кольцо была небольшим желтым квадратиком бумаги с кратким описанием на немецком языке.
        — Из города Бавария,  — пояснила она.  — А вот здесь пишется стоимость. Кольцо выставлено на аукцион на неделю. Минимальная ставка — шесть золотых. Неплохо. Несколько голосов сместили стоимость на тридцать три золотых монеты. Поверь мне, не стоит оно того. Это уже явно перебор. Считай, хозяин колечка неплохо наварится на нем.
        На свою сережку Елизавета составила почти такую же заявку. Внесла название сережки, заполнила описание и начальную стоимость в сорок золотых.
        — Поставлю на две недели с правом выкупа за двести золотых сразу. Прошлая неделя пропала даром. Никто так и не откликнулся.
        — А что сережка делает?
        — Да ничего особенного. Вызывает мелкого прислужника в виде большой мохнатой бабочки. Мне она никогда не нравилась. Тупая и страшная. Брр. Вот решила продать: может, кому приглянется.
        — Я смотрю, просишь ты за нее немало. Двести золотых — это же сколько всего купить можно!
        — Такие вещи, как мелкий прислужник, всегда в цене. Высокоуровневые персонажи часто посещают с ними праздники и всевозможные мероприятия. Это что-то вроде домашних животных и повод выделиться среди других.
        — Прикольно у вас тут.
        — Не «у вас», а «у нас».  — Она хлопнула меня по плечу.  — Для тебя теперь — «у нас»…
        — Насколько я знаю, в играх можно неплохо зарабатывать на аукционе. А как здесь?
        — В смысле заработка? Можно. Я бы даже сказала — нужно, но слишком многое надо знать. Цену вещей, стоимость их на рынке. Если, к примеру, большой рейд вернулся из горной гряды, значит, цена на волчьи шкуры резко упадет. А если из подземного города, значит, руда и драгоценности подешевеют.
        — А тут можно найти книги, вроде твоей? Чтобы в ней монстры записаны были и какой лут с них падает.
        — Можно, но шибко дорогие они. Я же тебе говорила. В книжном магазине по пять золотых ширпотреб продается. Понимаешь, такие книги люди пишут очень долго. Можешь и сам этим заняться. Нашел монстра — зарисовал и записал, что с него упало. Можешь в большую библиотеку зайти и выписать все о монстрах в землях, куда направляешься. Вариантов много. Пойдем глянем, что тут можно достать.
        Чтобы найти нужные книги, пришлось идти в другое крыло торгового дома. Единственное, чем отличались друг от друга комнаты, так это обстановкой. Иногда по тому, как обставлена комната, можно было узнать, что в ней предлагают.
        — В этой комнате продают почти все, что касается книг. Магические, исторические, любовные романы, справочники и прочую ерунду.
        — А посмотреть товар перед покупкой можно?
        — Можно. Для этого обращайся вон к тому человеку у стойки. Обычно за просмотр или примерку вещей берут деньги, но для новичков до десятого уровня сделано исключение. Их ведь легко обмануть. Да и о вещах они знают слишком мало. Вот, смотри: прекрасный образец справочника о монстрах вплоть до сорокового уровня. Эти книги пишут в небольшом клане «Ночные медведы».
        — Как? «Медведы»? Ха-ха-ха.  — Я громко рассмеялся.  — Это же надо было постараться — придумать такое название!
        — Тут много мелких гильдий со странными названиями. Идиотов, конечно, наказывают за слишком глупые или ругательные названия. Взять хотя бы вас. Ну что за название у клана — «Наглый кот»?
        — А что? Вполне нормальное название.
        Мы прошли к мужчине, который заведовал этой комнатой, и протянули ему карточку справочника. Он посмотрел на нас крайне недовольным взглядом, но все же вынес из небольшого склада за стойкой увесистую книгу в красивом переплете.
        Первая же страница буквально притягивала к себе взгляд. На ней был изображен дракон. Надпись под ним гласила:


        «Красный дракон девяносто шестого уровня. Элита. Предпочтительный размер рейда — от двадцати пяти человек. Дроп: Драконий составной лук, эпический, „Красная костяная игла“, шанс выпадения — один к пятистам тридцати шести. Нагрудник, латы, эпические, „Хаурбек кочегара“, шанс выпадения — один к двумстам сорока трем».

        Описание лута занимало почти три страницы. Тут были мечи, шлемы и кольчуги, амулеты, кольца, сумки на десять и пятнадцать ячеек…
        — Слушай, а откуда они с такой точностью знают шанс выпадения лута?  — спросил я.
        — Так ведь из великой библиотеки,  — улыбнулась Елизавета.  — Списали целиком страничку, вот и все. На этого дракона редко кто отваживается охотиться. Слишком сильный он. Листай дальше, там интереснее.
        Я перевернул страницу и довольно покачал головой. На странице был изображен гоблин с кривой сабелькой и в смешных кожаных доспехах. Причем нарисован он был просто замечательно. Лично я любил фантастическую живопись настолько, что это переросло в небольшое хобби. Дома на компьютере я держал несколько сот тысяч рисунков фантастов со всего мира. Так вот этот гоблин был нарисован на десять балов из десяти.
        Я быстро полистал дальше и решил, что обязательно куплю красивую, а главное — полезную книгу. С художником, рисующим иллюстрации, я уже хотел встретиться и пожать ему руку. Некоторые работы были выполнены чернилами и тонким пером, другие — простым карандашом или гуашью.
        — И сколько они просят за сие произведение искусства?  — все же спросил я.
        — Без торга, по сто пятьдесят золотом за книгу.
        — Сколько?  — округлил я глаза.  — Откуда у новичков столько денег?
        — Эти книги в основном закупают крупные гильдии и дают во временное пользование своим новичкам. Замануха такая. Многие клюют на это. Я специально показала, какие вещи тут можно найти. Были бы деньги. Кстати, гоблина видел? Я рисовала.
        — Правда?  — Я так уставился на нее, что она смутилась.
        — Ну было дело, подрабатывала. Просто придумала его — и все. Теперь они его сами перерисовывают. Там еще гномы и василиски из моих работ.
        — А что тогда у тебя в собственной книжке такие каракули нарисованы?
        — Так я же ее покупала. Какой-то алхимик или собиратель зарисовывал. Я из той книги почти ничего в глаза не видела. Как бы я это нарисовала?
        — Понятно… А подешевле книг тут нет?
        — Есть. От сорока золотом. Не такая познавательная, как эта, но для новичка сойдет.
        — Дорого. Меня Неко за такие деньги в рабство продаст.  — Я пролистал каталог предложений и наткнулся на справочник ценой в два золотых.  — А этот?
        — Сейчас, я карточку найду.  — Елизавета пробежалась по картотеке, легко найдя нужную бумагу.  — Ха, понятно. Написано: «Старинный справочник. Расовый». Значит, подходит только для определенной расы. К примеру, гоблинам или оркам. Скорее всего, написан на их языке. Выложен на месяц на аукцион. Срок истек еще год назад. Раз покупателя не нашлось, значит, можно купить по первоначальной цене. Даже смотреть смысла нет.
        — И все же.  — Я пошел, сдал дорогущий справочник и попросил новый. За ним кладовщик пошел более охотно.
        Расовый справочник оказался книгой в пятнадцать сантиметров толщиной, в потрепанном кожаном переплете. Видно было, что он поменял не один десяток хозяев. Я открыл его где-то в середине и принялся рассматривать нечто похожее на летучую мышь. Нарисовано было от руки, серым карандашом. Надпись снизу гласила:


        «Мантикора полосатая. Особой ценности не представляет. Из лута падает пара кинжалов, сапоги и брошь сопротивления отравлению. Редкие ингредиенты — когти и жало с хвоста. Выпали только с тридцатой особи. Бесполезная трата времени…»

        — Это что — мантикора?  — Я еще раз ткнул пальцем в кривой рисунок.
        — Похоже на летучую мышь.
        — Написано «мантикора полосатая».  — Я быстро пролистал дальше. Везде одно и то же. Кривые рисунки и странные записи. Такое ощущение, что автор книги описывал свои личные впечатления от встречи с каждой тварью. На одной из страниц я даже заметил приписку под описанием монстра: «Лакомый кусочек. Надо заглянуть через год, когда подрастет новое поколение».
        — Ты понимаешь, что тут написано?  — удивилась Елизавета.
        — Да. Почерк, конечно, неразборчивый, но вполне понятный. А вот за иллюстрации — убил бы. Ну кто так рисует?
        — У тебя какая раса?
        — Человек вроде…
        — Вот я — человек. И я ничего в этих палочках и черточках разобрать не могу.
        — Что, правда?
        — Книга, я смотрю, здоровая. Видать, автор старался. Бери.
        — Даже не знаю.  — Я покосился на нее.  — Картинки тут стремные. Да и золота у меня столько нет.
        — На,  — она протянула мне две золотые монеты с гравировкой Изумрудного города,  — покупай. Расплатиться можно прямо здесь же. Ты пока посиди тут, а я сейчас вернусь. Дождись меня.
        — Без проблем.
        Пока Елизавета убежала по своим делам, я уселся за ближайший столик и открыл теперь уже свою книгу на первой странице. Предисловие гласило, что за долгие странствия автор так и не успел посетить все уголки мира и переписать всех монстров. Автор просил нового владельца книги приложить максимум усилий и продолжить заполнять книгу. Для упрощения пользования справочником было предложено заклинание, повышающее уровень навыка «драконье золото» и привязывающее к навыку новый справочник. Было также заклинание, которое позволяло забыть предыдущий справочник. Эту часть я не понял, но заклинание прочел. Для привязки требовалось порезать указательный палец и приложить его к внутренней части переплета — там, где уже стоял первый отпечаток. Выходит, я был вторым, кто читал эту книжку.
        Я достал из сумки кинжал и, порезав палец, приложил его к нужному месту. Боль от пореза была тупая и неприятная тем, что она ощущалась как-то отстраненно. Не знаю, сработало ли заклинание, но я ничего не почувствовал. Мой кровавый отпечаток сразу же впитался в грубую бумагу.
        — А вот и я.  — Елизавета неожиданно хлопнула меня по плечу.  — Испугался?  — Она рассмеялась.  — Пошли домой, Пастер должен был уже вернуться.
        День давно перевалил за обеденное время, а в эти часы в городе было жарко. В обед я обычно предпочитал полежать где-нибудь в тенечке. Если мне в легкой куртке было жарко, представляю, как жарко приходилось Елизавете. Чтобы ее не узнали, она надела плащ с низким капюшоном, почти полностью скрывающим лицо. В таком виде она напоминала разбойника, а не паладина.
        Не знаю, что говорили о моей удаче Нямкас и Неко, но сегодня она меня подвела. Выходя из здания аукциона, мы столкнулись с группой героев из бывшего клана Елизаветы. Точнее, это они столкнулись с нами. Восемь человек в самых разномастных доспехах. Главным у них был низкорослый, толстый мужчина в латной броне. Выглядел он, мягко говоря, неприятно.
        — Ха-ха. Вот это удача. Смотрите, ребята, кто нам попался!  — громко сказал толстый.  — Это же Елизавета!
        Четверо парней, явно новичков в клане, зашептались, не совсем понимая, кто она такая.
        — Жмурик, веселись, сегодня твоя очередь,  — рассмеялся толстый.
        — Лапоть,  — презрительно сказала Елизавета.  — Все еще работаешь нянькой для новичков.
        — Молчи!  — Толстый неприятно выругался.  — Забыла, как потеряла последние три уровня? А я так надеялся, что ты успеешь восстановиться к нашей следующей встрече.
        Я быстро проверил их уровни. Толстый был пятьдесят первого. Тот, кого он назвал Жмуриком,  — сорок шестого. Елизавета вроде бы говорила, что дуэли разрешены, если разница в уровнях не превышает десяти…
        — Ничего, сегодня не отвертишься. Пять раз ты уже отказалась от дуэли, так что повесели нас сегодня.
        — Митр, возле восточных ворот есть небольшой храм. Если что, жди меня там. Нет, стой. Сбегай в гильдию, предупреди Пастера, чтобы встретил меня у храма.  — Она стянула с себя плащ и убрала его в сумку, доставая из нее набор доспехов и короткий меч.
        Хоть она и говорила «если что», в голосе совсем не слышалось уверенности, что она победит. Разница в девять уровней — слишком много для дуэли. Даже я это понимал. Одно дело — дуэли в компьютерных играх. Совсем другое — в этом мире. Я уже видел одну такую на улице города. Это было ужасно. Тогда бились два героя тридцатых уровней. Один из них оказался немного ловчее, и умудрился отрубить противнику руку по локоть. Меня тогда чуть не стошнило, а для всех остальных это было в порядке вещей. Все кричали, улюлюкали, радовались такому кровавому зрелищу.
        Вот и сейчас, в ожидании представления, с рыночной площади подтягивались зеваки.
        — Я буду драться вместо тебя,  — тихо сказал я ей, вынимая из сумки легкую кольчугу, щит и свой драконий клинок.
        — Не смеши. Твоя храбрость напоминает больше глупость, а я терпеть не могу глупцов.  — Она принялась надевать латный нагрудник прямо поверх платья.  — У тебя нет ни единого шанса. Без оружия, доспехов, навыков ты умрешь от одного удара. Все, не мешай: если мне повезет, возможно, я и выиграю этот бой.
        — Ну и что, если я погибну? Мы все тут бессмертные, смертью больше, смертью меньше…
        Я не договорил: она развернулась и врезала мне в челюсть кулаком в латной перчатке. Все поплыло перед глазами. На миг брусчатка резко прыгнула к моему лицу. В ту же секунду я очнулся. Голова гудела, а пошевелить челюстью было невыносимо больно. Учитывая, что боль тут занижена, досталось мне неплохо.
        Сзади вскрикнула Елизавета. Через силу я поднялся и развернулся. Ее противник умудрился проткнуть ей бедро узкой шпагой и ловко отскочил, разбивая небольшим щитом молнию. Для Елизаветы это было уже второе ранение. Первое пришлось в левую руку, лишив ее возможности держать магическую книгу.
        — Не спеши,  — сказал Лапоть,  — пусть пьет зелье. Убить ее быстро — значит разочаровать главу.
        Елизавета действительно вынула склянку с красной жидкостью и одним глотком осушила ее. Скорее всего, боль была очень сильной, потому что после зелья она смогла облегченно вздохнуть.
        Вот тут у меня что-то переклинило. Забыв про свою кольчугу, я медленно поднялся и, перехватив драконий клинок, пошел прямо к сражающимся. Посреди улицы уже образовался плотный строй из зевак. Было тут и несколько стражников, которые следили за порядком при проведении дуэли.
        Растолкав зрителей, я прошел к центру площадки, направляя на Жмурика меч.
        — Еще шаг в эту сторону — и потеряешь уровень!  — как можно более грозно сказал я.
        Зрители одобрительно загудели. Не знаю, разрешалось ли тут вмешиваться в дуэли, но, раз стражники бездействовали, я был спокоен.
        — Отвали, придурок,  — бросил Жмурик.  — Хочешь отправиться с ней к точке возрождения?
        — Я тебя предупредил,  — сказал я, чувствуя, что меня мутит. Скорее всего, от удара в челюсть.
        Жмурик, ни слова не говоря, бросился вперед, взмахивая шпагой. Удар был совсем простецкий, снизу вверх. Я несколько секунд следил за ним, не понимая, почему он хочет поразить меня этим странным приемом. Наши мечи встретились внизу, высекая сноп искр, и отскочили друг от друга. Жмурик что-то сделал и исчез из моего поля зрения. Было слишком ярко, и я жмурился от солнца, пытаясь найти его.
        «Сзади!» — пришла мысль. Резко развернувшись, я едва успел разглядеть его меч, нацеленный мне в голову. И опять наши мечи встретились. На этот раз меня отбросило сильнее, чем его, и я едва удержался на ногах. Скорее всего, он смог ударить меня в спину, потому что она страшно болела. Времени лезть в сумку и искать зелье не было. На меня обрушился целый град выпадов. Медленные, но очень неудобные. Отбить их разом не получилось, и он смог задеть меня. Ногу и бок обожгло очередной порцией боли.
        Странно, но сейчас я совсем не слышал крика толпы. Только собственное дыхание и звук рассекаемого мечами воздуха. Ярость, переполнявшая меня, рвалась наружу. Мне ужасно хотелось воткнуть меч в его ухмыляющуюся рожу.
        Бросив в него щит, я прыгнул вперед, взмахивая… крыльями. Рывок был такой стремительный, что я оказался рядом с ним за долю секунды. Мой удар он заметил, но решил принять его доспехами, контратакуя. Его удар вспорол мне плечо, оставив на нем глубокую борозду. Мой же удар, в который я вложил все силы, прошел насквозь. По инерции я крутанулся вокруг оси и рухнул на пол, больно ударившись крылом о брусчатку. В лопатке отдало резкой болью. В этот момент я не думал, откуда у меня крылья: я думал о том, задел ли его мой удар. Жмурик, стоя как ни в чем не бывало, как-то странно смотрел на меня. Нижняя часть кольчуги, в которую пришелся мой удар, валялась на земле. Он закатил глаза и растворился в воздухе.
        — Ах ты, сволочь!  — Я услышал голос Лаптя откуда-то сзади.
        Резко перекатившись через голову, едва не переломав собственные крылья, я вскочил, отпрыгивая назад и уклоняясь от его булавы. Внезапно меня окатил какой-то синий свет, от которого по телу пробежали мурашки, унося с собой боль от ран. От облегчения на глазах проступили слезы. Следом за исчезнувшей болью пришло воодушевление. Теперь мне хотелось ринуться в бой с утроенной силой. Я оглянулся на Елизавету. Она стояла позади, читая вслух какие-то слова. Звучали они до ужаса пафосно. Что-то вроде: «Да снизойдет на него великий доспех, да засияет его оружие, именем великого воина Георгия дарую ему благословение рыцаря». Она продолжала накладывать на меня одно благословение за другим, читая их прямо из книги, которую держала вместо меча.
        Лапоть ринулся в мою сторону, взмахивая дубиной, которая начала слабо светиться. Не добежав до меня двух метров, вдруг остановился и отпрыгнул назад, переходя в защитную стойку. Я не сразу понял его намерений, а когда до меня дошло, я просто рассмеялся, не в силах сдержаться.
        Я стоял прямо между ним и Елизаветой, широко расправив крылья и скалясь, обнажив острые клыки. Переведя взгляд на собственную руку, я зарычал. От рыка даже мне стало неприятно.
        В следующие несколько секунд все произошло очень быстро. Я неумело прыгнул на противника, просто выставив меч перед собой. Глупость этого выпада я понял слишком поздно. Лапоть легко ушел в сторону, ударяя по мне сверху вниз. Единственное, что пришло мне на ум,  — это закрыться крылом. Послышался хруст, и левая рука отнялась от нестерпимой боли. Резко крутанувшись на месте, я, вытянув руку, рубанул что есть силы. С противным скрежещущим звуком разрезаемой стали меч застрял в нагруднике Лаптя. Тот, округлив глаза, перевел взгляд на мой меч, после чего скривился от боли и растворился в воздухе.
        Я обессиленно опустился на землю, неуклюже пытаясь сложить сломанное крыло. Елизавета уже применяла лечащее заклинание, но оно помогало мало. Как только бой закончился, меня буквально накрыл оглушающий звук толпы. Она кричала и бесновалась.
        — Ты как?  — спросила Елизавета.
        — Жарко,  — протянул я, пытаясь накрыться здоровым крылом. Со стороны, наверное, это выглядело очень забавно.
        — Сейчас, подожди,  — сказала она, и на меня сверху опустился ее широкий плащ, скрывший меня полностью.
        Стража уже наводила порядок, разгоняя зевак с места драки. Через пару минут вокруг нас уже никого не осталось.
        — Долго ты собираешься лежать?  — спросила Елизавета.
        — Двигаться больно,  — сказал я. Говорить было неудобно. Глухие звуки давались плохо.  — Плечо болит.
        — Не надо было подставлять его,  — серьезно сказала она.  — Тебе надо к хорошему лекарю. Пойдем, отведу тебя в храм.
        — Веди в клан. Чи мне обязательно поможет. Он лекарь…


        — Бог ты мой, это что еще за демон?
        Это были первые слова, которые я услышал, попав домой. Маруся, встретившая нас, едва за боевой молот не схватилась, чтобы дать отпор демону в моем лице. Елизавете кое-как удалось убедить ее, что это я, то есть Митр. Просто я неожиданно превратился в дракона, вот она и привела меня домой.
        — Дракон?  — заохала та.  — Бог ты мой, сколько тут живу, первый раз такую диковину вижу. А чего это с ним?
        — Крыло сломал,  — сказал я, морщась от боли.
        — Маруся, что там?  — С верхнего этажа в столовую спускались Нямкас и Неко.
        — Митр крыло сломал,  — лаконично сказала она.
        — Что сломал?..  — Нямкас встал как вкопанный, когда увидел меня.  — Неко, позови Чи, он вроде с Василием в лаборатории.
        — Одни проблемы с ним,  — вздохнула она, убегая наверх.
        Попав в прохладу дома, я постепенно начал связно мыслить. Видать, жара на драконов действует усыпляюще. Еще раз посмотрев на свои черные руки, покрытые чешуей так же, как ноги и грудь, я горестно вздохнул. Вы никогда не слышали вздох дракона? Очень похоже на тихий рык. Я и дышал-то с хрипом, не то что вздыхал. Причем собравшиеся подумали, что мне больно, и еще тревожнее смотрели на меня.
        Буквально через минуту в помещение спустился Чиафредо. Надо отдать ему должное: держался он хорошо.
        — Так, голубчик, ну-ка, повернись,  — велел он, закатывая рукава. Я послушно повиновался.  — Крыло, говорите, сломано? Ничего, к нам сегодня бригада орков попала, все с переломами и раздробленными костями. Уж и не знаю, на кого они ходили охотиться, но чтобы сразу столько орков наломать в щепки, это какой же монстр должен быть?
        — Ауч!  — вскрикнул я, вздрагивая.
        — Да, тут без анестезии не обойдешься. Увы, не мой уровень. Перелом я срастить смогу, а вот обезболить — нет.
        — Васька, неси сюда обезболивающее. Должно помочь,  — велел Нямкас.
        — А чего нести-то,  — сказал он,  — у меня с собой есть.
        Мне протянули склянку с противной желтой жидкостью. Пришлось шире разевать пасть, чтобы проглотить ее. Я едва не подавился и закашлялся.
        — Что за гадость! Як,  — отплевывался я.
        — Теперь подождем пару минут,  — спокойно сказал Нямкас.  — Ну Лиза, говори: что произошло-то?
        — А, ничего не произошло,  — отмахнулась она.
        — Правда?  — прищурился Нямкас.
        — Да ладно, ладно — не смотри так,  — сдалась она.  — Опять «Северный ветер» меня достает.
        — Ну-ка, ну-ка, отсюда — поподробнее.  — Это была уже Неко.
        Елизавета вкратце рассказала о нашем приключении на рыночной площади. Во время рассказа все стояли с такими округлившимися глазами, что я и сам сделал удивленный вид. Так, на всякий случай.
        Чи в это время колдовал с моим крылом. Боли я действительно почти не чувствовал, только головокружение и необычайную легкость в теле.
        — Я чего-то не понимаю или он действительно завалил двух героев пятидесятого уровня?  — спросила Неко, глядя на меня.
        — Повезло,  — сказала Елизавета.  — Они были так шокированы, что не сразу сообразили, что к чему, за что и поплатились.
        — Это чего он, черный дракон, что ли?  — все еще в шоке от моего вида, спросила Маруся.
        — Дракон, дракон,  — кивнул Нямкас.
        — Не, я вот не понимаю,  — сказал я обиженным голосом.  — Все в эльфов, гномов, орков там превращаются, а я чего в дракона-то? Несправедливо как-то.
        — Нямкас. Нямкас,  — тихо сказал ему Василий, но я услышал.  — Обезболивающее-то как называется, помнишь? «Драконий самогон». У меня же в инструкции написано: не давать драконам. Только что вспомнил. Такой прикольный факт. Я его запомнил, когда зелье в первый раз варил.  — Он хохотнул.  — Представляешь, в инструкции написано, что драконы от него пьянеют.
        — Ну вот и все,  — сказал сзади Чи.  — Будет как новое. Наверное.
        Я потянулся, взмахивая крыльями. Действительно, боль прошла.
        — Тихо ты. Размахался тут. Посуду побьешь,  — сердито сказала Маруся.
        Я бросил взгляд на зеркало. В виде дракона я выглядел довольно странно. Прямоходящий дракон, с драконьей мордой, чешуей, крыльями и хвостом.
        — Мамочки!  — охнул я.  — У меня еще и хвост есть?
        — Есть,  — на всякий случай подтвердила Маруся.
        — Интересно, а чем я питаюсь?  — Я рассмеялся собственной шутке, глядя на остальных, не понимая, чего они не смеются.  — Наверное, овец по ночам на фермах краду и пшеницу жгу. А-ха-ха.
        — А ну, девушка, покажите раны.  — Чи, не обращая на меня внимания, приблизился к Елизавете.
        — Я в порядке…
        — Поднимемся наверх,  — указал он на лестницу.
        — Неко, ты за меня волнуешься, я так тронут,  — сказал я, глядя на обеспокоенное лицо магини. Я едва не заплакал от этого.
        — Так, этого уложить проспаться,  — приказал Нямкас.
        — В подвал. Там прохладно,  — вставил я.


        Как же хорошо было спать в прохладном месте! Дыхание замедляется, сердце стучит редко-редко. И сны. Сны снятся такие замечательные. Снятся голубые небеса, облака, зеленые луга где-то далеко внизу. Ветер. И кто-то ходит…
        Стоп! Кто ходит? Я заворочался и зарычал. От этого рыка сам и проснулся. В подвале было темно, но я все видел довольно отчетливо. Вот Василий тихо спускается по лестнице, смешно так шаря в воздухе руками и натыкаясь на предметы.
        — Василий, ты чего это меня будишь-то?  — вздохнул я.
        — Так это… утро уже,  — сказал он, ориентируясь на мой голос.  — Нямкас просил тебя разбудить.
        — Встаю,  — согласился я. Спать не особо хотелось, просто состояние было сонное. Стряхнув оцепенение и зевнув во всю пасть, я сел на груде одеял, которые подмял под себя во время сна.
        Значит, после сна мой новый облик еще не изменился. Удрученный этим фактом, я зашагал к лестнице. Сапоги, которые были надеты на мне до превращения в дракона, порвались, так как лапы у меня оказались не в пример больше, чем размер сапог. С рубашкой было почти то же самое. Единственное, что уцелело,  — это куртка, в которой остались отверстия под крылья, и штаны, также испорченные хвостом.
        — Доброе утро,  — сказал я, выходя из кухни. Весь мой клан в полном составе сидел за столом, завтракая. Я окинул глазом гостиную, подобрал себе табурет и уселся рядом.
        — Завтракать чем будешь?  — спросила Маруся.
        — Мне все равно, я всеяден,  — рассмеялся я.  — Что там у нас на завтрак? Каша? Неси кашу. Буду сегодня драконом-вегетарианцем. Нямкас, ну сколько я еще останусь в этом виде?
        — Обычно после превращения в новом облике проводят день или два,  — сказал он.  — Но ты что-то сильно задержался с этим превращением, так что трудно сказать.
        — И на улице тебе в таком виде показываться нельзя,  — сказала Елизавета.  — «Северный ветер» сейчас нас с тобой ищет. Да и многие другие — теперь тоже. Это же надо — новичок, не достигший седьмого уровня, разгромил…
        — Это… Елизавета, а ты чего здесь-то? Решила у нас переждать?  — спросил я.
        — Не совсем,  — она смутилась,  — решила в ваш клан вступить.
        — О как?  — Я не договорил: Маруся принесла целую тарелку каши, и мы прервались на завтрак.
        Единственным, кто без умолку болтал за столом, был Василий. Вчера вечером он ходил на базар, узнавал последние сплетни. Итогом стала небольшая газета. Местную газету я еще не видел. В ней было всего два или три разворота, но зато выходила она каждый день, а иногда и несколько раз в день, если происходило что-то интересное. В этот раз интересная новость была всего одна. Бой новичка шестого уровня против двух бойцов из «Северного ветра». О том, что мне помогала Елизавета, почти не упоминалось. Место фотографии в газете занимали наброски, выполненные неплохим художником. На первой странице газеты я был изображен в образе огромного черного дракона с мечом в руках, разрубающего Жмурика на две половинки. В реальности он просто растаял в воздухе, а в газете это выглядело кровавым зрелищем. Написано же было, что некий смельчак бросил вызов великому клану, творившему беспредел в Изумрудном. Судя по статье, они часто промышляли дуэлями в городе. Причем выбирали противников на десять уровней ниже себя. Кроме как отморозками, назвать я их никак не мог.
        — Повезло, что тебя во время превращения никто не видел,  — сказал Нямкас,  — в круг ты вбежал уже с драконьей головой.
        — Да, да,  — закивала Елизавета.  — Я тогда подумала: чего это ты маску нацепил? А ты вон в дракона превратился…
        — Пока жители города и «Северный ветер» не узнают, кем был дракон на самом деле, проблем не должно быть. Но для этого тебе придется некоторое время скрывать свою вторую сущность.
        — Если я вообще обратно превратиться смогу,  — пробурчал я.
        — Поверь мне, все так думают,  — усмехнулся Нямкас.  — Кто в орка обращается, чувствует себя не лучше. А может, и хуже. Сам посуди, кем лучше быть — орком или благородным драконом?
        — Это твое «благородный дракон» звучит хорошо,  — согласился я.
        — Одна проблема,  — развел руками Нямкас,  — гильдии драконов на континенте нет. Ни в одном из городов. Уникальная раса — драконы. Поэтому и учить тебя будет некому.
        — Ой, не смотри ты так,  — вздохнула Елизавета.  — Ладно уж, давай свой журнал.
        — Так, что тут? Ага, достигнуть сотого уровня,  — прочитала через ее плечо Неко.  — Хорошо придумано. Пока Митяй не достигнет сотого уровня, поживешь еще у паладинов.  — Мое «Митр», как и ожидалось, она проигнорировала.
        — Поправочка.  — Елизавета извлекла из сумки чернильницу и красивой скобочкой вставила прямо между слов пометку: — «Или пока не победит сразу двух игроков, выше себя по уровню в семь раз». О, как круто получилось. В семь раз — это звучит.
        — Не примут же поправку,  — рассмеялась Неко, но, глядя на меня, удивленно добавила: — Или примут?..
        — Еще десять уровней. Вот это я называю «быстрая прокачка»,  — рассмеялся Нямкас.
        — Не понял?  — Я вопросительно обвел взглядом собравшихся за столом.
        — Я же тебе объяснял,  — сказал Нямкас наставительно.  — Журнал заданий — очень полезная вещь. Чем сложнее задание, тем выше награда. В данном случае — слава и опыт. Если, конечно, задание будет соответствовать некоторым критериям. Это не должно быть жульничеством, подлогом или присвоением чужих заслуг. То есть если я напишу задание найти очень редкий доспех в расчете, что мне его уже кто-то обещал подарить, то ни опыта, ни славы я не получу. Что же касается поправок в задание, это спорный момент. Иногда они проходят, иногда нет.
        — Только ты не спеши придумывать что-то такое неординарное, что вообще нельзя выполнить,  — вставила Елизавета,  — повиснет мертвым грузом в журнале, придется вычеркивать его как проваленное задание. Тогда ты потеряешь славу.
        — Ну что, друзья, теперь у нас полная команда, чтобы пойти в любой рейд,  — сказал Нямкас.  — Осталось только одеть ее соответствующе, поднять немного в уровне, и…
        — …деньги потекут к нам рекой,  — закончила за него Неко, в предвкушении потирая руки.
        — Даже с хорошей командой не все так просто,  — хмыкнула Елизавета, пытаясь подколоть ее,  — так что не будь столь оптимистичной.
        — Ха!  — гордо выпрямилась Неко, медленно превращаясь в кровавого эльфа.  — С Митяем мы в два счета разбогатеем. Так что радуйся и пади ниц от того, что столь перспективный клан возьмет тебя в долю.
        Всю ее речь я пропустил мимо ушей, наблюдая только за тем, как она меняется. Превращаясь в эльфа, она стала немного выше и стройнее. К рыжему оттенку волос прибавился кровавый блеск. Ушки немного удлинились и заострились, а в глазах загорелся опасный огонек.
        — У нее всегда так,  — тихо сказала Маруся, уловив мой взгляд,  — когда речь заходит о больших деньгах, она всегда меняется.
        — Васька, свари ему какое-нибудь зелье, чтобы быстрее вернулся в нормальный облик,  — повелевающим тоном сказала Неко.
        — Нет такого зелья,  — спокойно ответил он,  — придется ждать.
        — Ждать…  — недовольно повторила Неко.  — Ладно уж, подождем. Тогда пойду в гильдию, еще раз пересмотрю справочник лута на низкоуровневых монстров. В канализации я ничего толкового не нашла.
        — А справочник Елизаветы не сгодится? Вроде бы она долго его собирала,  — вспомнил я.
        — Мой?  — Елизавета извлекла из сумки три справочника. Один из них, по редким ингредиентам, я уже видел. Василий с интересом принялся его листать, что-то сверяя со своим справочником. Два других представляли собой описание и стоимость того или иного товара или лута, проходящего через аукцион.  — Увы, по монстрам у меня ничего толкового нет.
        — В этом деле и я не помощник,  — развел руками Нямкас.
        — Можно, конечно, и в моем посмотреть, но он как-то странно написан,  — сказал я, выгружая на стол толстенный справочник.  — Ни порядка в нем, ни оглавления. Вот, к примеру, слизни первого уровня, которых мы на болоте били.  — Я открыл книгу в середине, сразу на нужной странице: — «Слизень, первого уровня. Какая дрянь с него только не падает! Из-за стойкого запаха гнили носить это невозможно. Особо интересен из-за выпадения редкой сумки. Очень полезно для начала похода. Шанс выпадения — исключительно редкий». Ага, тут еще снизу написано: «Жадная тварь! После недели жизни в болоте начинаю ненавидеть лес и всех нубов, которые ходят бить моих слизней! Долгожданная сумка выпала на десятый день. Ноги моей больше в этом лесу не будет!» Автор жжет,  — рассмеялся я.
        — А что за редкая сумка?  — заинтересовалась Елизавета.  — Никогда не слышала, чтобы там что-то такое выбивали.
        — На двадцать четыре слота.  — Я продемонстрировал ей темно-фиолетовую сумку.  — С первого же слизня выпала.
        — Три с половиной тысячи золотых монет,  — моментально оценила ее Елизавета. Глаза у нее загорелись.
        — Остынь, подруга.  — Теперь над ней смеялась Неко.  — Шанс выпадения этой сумки настолько мал, что ты ее и за десять лет не выбьешь.
        — Понимаю не хуже тебя,  — фыркнула Елизавета.  — Ну ты везунчик!
        — А еще он прямо там нашел пять ягод черноглазки,  — напомнил Василий.
        — А за день до этого — эпический меч полудраконов.  — Это был уже Нямкас.
        Я только подпер голову руками, поставив локти на стол, и перевернул несколько страниц.
        — А смотрите: с этих полудраконов падает не только меч, но и какой-то браслет «Озорного ящера». Это еще что за штука? Автор пишет, что брать его не стал.
        — Первый раз слышу,  — развела руками Елизавета.
        — А про редких монстров в твоей книжке что-нибудь есть?  — заинтересовался Василий.  — Ну про Однокрылого Веспера, например.
        — Сейчас посмотрим.  — Я открыл книгу почти в конце и пролистал еще пару страниц. На нужной была изображена летающая змея с одним нормальным крылом и еще одним поломанным.  — Есть. Вот: «Веспер Неудачник, или Однокрылый Веспер. Встречается на холмах близ замка Хьервита. Агрессивен. Ядовит. Чтобы он появился, надо оставить приманку из нескольких листов горного мирта. Через сутки он появится. Из вещей ничего ценного не оставляет. Интересен только в целях добычи сломанного крыла, являющегося редким алхимическим реагентом». Тут тоже приписка есть: «Данные из великой библиотеки — полное вранье и нелепица. К горному мирту эта зараза абсолютно равнодушна. Как и любому другому. Зато на запах крепкого алкоголя выползает сразу же».
        — А, черт, мы его неделю ждали,  — обиженно сказал Василий.  — Весь холм этим чертовым миртом усыпали.
        — Подождите, подождите,  — вмешалась Неко,  — а ну-ка, найди мне пятнистого волка.
        — Пятнистые…  — Я послушно открыл книгу ближе к началу: «Волк пятнистый. Живут стаями по пять, десять особей. Найдены мною в пещерах у горной гряды гномов. Из вещей выпала эпическая магическая палочка „Громовой раскат“».  — Я сразу перешел к приписке: «Выменял в гильдии магов на яйцо ездового дракона».
        — Митя, ты ничего странного не заметил?
        — Я?  — Я еще раз перечитал страницу.  — Вроде ничего. Нарисовано только, как всегда, криво. На котят в яблоках похожи.
        — Скажи, как ты так быстро находишь нужную страницу с монстром?  — спросила она в лоб.
        — Не знаю.  — Я задумался.  — Вроде бы просто знаю, где они в книге расположены. А! Возможно, это заклинание, о котором говорится в начале книги. Что-то вроде привязки справочника к моему навыку «драконьего золота».
        — Интересно, кто эту книгу писал?  — задал вопрос Нямкас.  — Скорее всего, еще один дракон.
        — Очень даже вероятно,  — согласилась Неко.
        — А вот мне интересно, что с ним стало.  — Я убрал книгу в сумку и задумался.
        — Он такой смешной, когда думает,  — захихикала Елизавета.
        Жаль, я себя со стороны не видел. Когда же опомнился, все, кроме Елизаветы, разошлись. Неко вроде говорила о поиске нужного маршрута для предстоящего похода. Чи отправился в храм. Вельзевул пошел наверх переписывать справочник Елизаветы. Маруся готовила что-то ароматное на кухне.
        Странно, но в виде дракона я мог очень долго сидеть неподвижно, думая о чем-нибудь. В таком положении можно было даже спать.
        — Дракон-паладин,  — захихикала Елизавета.  — Смешно звучит.
        — А выглядит-то как…  — Улыбнуться пастью, в которой столько острых как бритва зубов, у меня не получилось. Думаю, по виду это больше походило на оскал, а не на улыбку.  — Ты к нам уже окончательно переехала?
        — Ага. Нямкас утром сходил к Пастеру, объяснил, что я пока у вас поживу. Сундук с моими вещами еще принес.  — Она немного наклонила голову.  — И все-таки я не могу понять, как ты умудрился победить этих отморозков.
        — Вот, я их тоже отморозками вчера назвал. Я ведь, как в старой шутке, «драться не умею, но очень люблю». Да и не такие уж они и великие воины. Так себе. Кстати, много они потеряли за смерть?
        — Как минимум по два уровня.  — Теперь она улыбалась злорадно.  — Сила любого клана оценивается тем, сколько в его составе игроков определенных уровней. А теперь они потеряли одного с пятидесятым. Зная их лидера, вряд ли после такого позорного поражения они будут поднимать его в уровне. В лучшем случае позволят прокачивать себя самостоятельно. В худшем — вообще из клана выгонят.
        — Лиза, у меня тут пара вещей старых, помоги оценить.  — На втором этаже показался Нямкас, демонстрируя в руке два странных предмета.  — Хотел на аукцион выставить, чтобы склад почистить.
        — Сейчас,  — крикнула она и, подмигнув мне, убежала наверх.
        Я опустил голову на стол и задремал.


        Странное дело — драконьи сны. В этот раз мне снилась полуразрушенная башня, стоявшая на невысоком холме, заросшем ярко-зеленой травой. На вершине башни, как на пеньке гнилого зуба, спал дракон. Огромный черный монстр, свернувшийся калачиком и укрывшийся крылом как одеялом. Когда я приблизился к его морде, он неожиданно открыл один глаз и внимательно посмотрел на меня. От его взгляда меня пробрала дрожь, и я проснулся.
        Солнце едва пробивалось сквозь занавески в мою комнату. Рассвело, но было еще слишком рано. Я перевернулся на другой бок, запуская руки под подушку, и тут неожиданно понял, что вернулся в свой обычный облик. Сон с меня слетел в одно мгновение. Я вскочил, роняя одеяло на пол, и подбежал к зеркалу. Так и есть. На всякий случай я повернулся и попытался заглянуть себе за спину. Хвоста и крыльев не было, но возле лопаток виднелись длинные, еще не зажившие вертикальные раны.
        — Тоже мне — ангел,  — хмыкнул я, оглядываясь в поисках одежды.
        — Митяй, встал?  — В комнату заглянула Неко.
        — Стучаться надо.  — Я потянулся к рубашке и надел ее через голову.
        — Собирайся быстрее. У нас сегодня насыщенный день, так что время зря тратить не будем.
        На первом этаже уже все собрались, что-то бурно обсуждая. Я, зевая во весь рот, медленно спустился и занял свободное место.
        — Ерунда эти твои леса!  — спорил с Неко Василий.  — Ну чего вообще падает с этих гоблинов? Зазубренные мечи и бусы. Да там весь лут в лучшем случае — ширпотреб. Давайте лучше к болотам поближе подберемся. Мне глава гильдии говорил, что, если повезет, можно светлячков наловить. А из них я такие эликсиры сварю — для любого похода полезно будет. А если жабу большую встретим, с нее вообще много эпических вещей можно набрать.
        — На жабу надо рейд собирать в двадцать рыл,  — отмахнулась Неко.  — А светлячков по болотам сам лови. Чтобы эпик продать, время нужно. Да и слишком много ненужного внимания к нам. Лучше уж мелочи набрать, но такой, чтобы сразу разошлась. Шанс ведь там большой. С каждого гоблина по комплекту брони — и мы разбогатеем.
        — Можно еще в шахты за редким металлом сходить,  — вставил Нямкас.
        — Вы что, гильдия ремесленников, что ли?  — возмутилась Неко.  — Какой металл?
        — Митя, доброе утро.  — К столу подошла Маруся и поставила на стол тарелку с завтраком.  — Кушай, пока горячее.
        — Да я с утра пораньше как-то…
        — Кушай,  — тоном, не терпящим возражений, сказала она и отвесила подзатыльник Василию, который не доел свою порцию.  — Потом спорить будете. Завтракайте.
        — Слушайте, а в этом мире черные драконы водятся? Я имею в виду, монстры? В книге своей я такого не нашел.
        — Водятся,  — сказала Неко,  — только их пока ни одного не убили. Пробовали пару раз и бросили.
        — Ага, я помню,  — кивнул Нямкас.  — В прошлый раз рейд из ста человек шел. Такое столпотворение было, а он их всех за десять минут пожег.
        — Тут не в количестве дело, а в качестве,  — согласилась Неко.  — Ешь быстрее, нам еще в леса топать.
        — А телепортов у вас тут нет? Неужто только пешком ходят?
        — Телепортов?  — оживился Чи. Он оторвался от чтения книги и посмотрел на нас.
        — Есть, но слишком дорого. Смысл ходить за лутом, если потом все отдать за порталы? Не беспокойтесь, тут недалеко, так что часа за три доберемся. Я уже экипаж заказала.  — Она вздохнула, глядя на наши вопросительные лица.  — Конный экипаж. Доставит нас до поселения перед лесами гоблинов. Оттуда и выдвинемся. Там же гостиницу на ночь снимем. А вот утром уже вернемся. Если лут будет.  — Она посмотрела на меня требовательным взглядом.
        — А что я,  — я пожал плечами,  — я тут вообще неделю. Повезет — может, и выпадет что…
        — В любом случае поднимем уровень новичкам. И задания надо поспрашивать в Велсе. Так город называется, про который Неко говорила.


        Специальная гильдия перевозчиков, состоящая в основном из местных, располагалась за западными воротами города. К слову, Изумрудный по всему периметру был обнесен высокой каменной стеной с зубцами, башнями и прочей атрибутикой. У каждых ворот была своя стража, проверяющая всех, кто входил или выходил. Так как на ночь ворота запирали, то все, кто не успел войти, ночевали в большой гостинице у стен. Хозяин гостиницы и предоставлял услуги по перевозке. В его распоряжении было около десяти повозок и даже пара карет для тех, кто мог оплатить подобную роскошь. Среди лошадей тоже было большое разнообразие. Были тут и самые обыкновенные лошадки, и ездовые дракончики всех видов и мастей.
        Пока мы с интересом рассматривали двуногих ящериц в стойлах, именуемых ездовыми драконами, Неко сходила к хозяину, и через минуту во двор подогнали открытую фермерскую повозку. Колеса у повозки были деревянные, как и невысокие лавочки, закрепленные в кузове. Так как лошади тут были в большей цене, нежели ящеры, то и запрягали в повозку двух некрупных рептилий, болотно-зеленого цвета. Кучер, явно местный, спросил, куда мы держим путь, получил от Неко пару золотых и, довольный, устроился на месте возницы.
        — Ну что, будем надеяться, наше предприятие принесет нам огромную прибыль и море удовольствия.  — Неко первая забралась в повозку, постелив на лавочку пару одеял из своей сумки. Мы последовали ее примеру. Ящеры, громко заверещав, сорвались с места.
        В общем, эту поездку можно было считать самой обыкновенной сельской прогулкой. Пейзаж за городом был по большей части именно сельским. Поля пшеницы, одинокие крестьянские домики с мельницей на пригорке. Минут через тридцать пейзаж сменился на более пустынный. Пару раз нам встречались группы героев, идущих либо в сторону города, либо, наоборот, на поиски приключений.
        На повозке мы ехали не три часа, как говорила Неко, а все пять. Время уже давно перевалило за обеденное, когда на горизонте появилось небольшое поселение. Дома тут были кирпичными с черепичной крышей. Встречались даже двухэтажные постройки с высокой крышей. Я много повидал сел и городков в глубинке, но тут все было совсем по-другому. Главное отличие было в количестве людей и открытых лавок на улицах.
        — Велс, один из торговых городов на основном тракте,  — рассказывал Нямкас.  — Здесь можно встретить даже иностранные группы, которые забираются в наши леса за особыми монстрами или в поисках сокровищ. Местные их не особо любят, так как считают, что они забирают наши богатства, но это ерунда. Первым делом надо найти гостиный двор, а потом — сразу в лес. До ночи будет время немного поохотиться.
        — Я по лавкам пока пробегусь,  — сказал Василий.  — Может, продам пару зелий. Ну и посмотрю, что из ингредиентов продают.
        — Только быстро. Встречаемся у восточной дороги.
        — Большой лес,  — протянул я, глядя на стену деревьев, закрывающих половину горизонта.
        — Не такой, как кажется на первый взгляд,  — улыбнулся Нямкас.  — Но заблудиться там легко. Если что, пользуйтесь картой, которую я вам дал.
        Почти все встречаемые мной прохожие были героями. Средний уровень у них был в районе тридцати, и на Нямкаса с Неко они смотрели немного странно. Слышались такие слова, как «паровоз» и «вагоны». На вопрос Чи я пояснил, что паровозами называют высокоуровневых игроков, которые помогают прокачиваться более слабым (вагонам). У него сейчас был только восьмой уровень, а у меня — уже шестнадцатый.
        Пришлось обойти несколько гостиниц, пока Неко нашла ту, которая ее устроила. В одной ей не понравилась группа орков, которые остановились на ночлег и готовились в общей зале для похода в лес. В другой не приглянулись комнаты. В итоге она так и осталась недовольной, но терять время мы не могли, поэтому согласились на две комнаты на чердаке, на не самом дешевом постоялом дворе. Даже Василий и тот успел пройтись по лавкам и найти нас.
        — Вот,  — он протянул нам по склянке с мутной жидкостью, состоящей из желтых и белых слоев,  — улучшенное походное зелье. Специально для таких походов. Я его называю «Прочь усталость на восемь часов».
        Дальше мы зашли в здание городского совета и взяли пару свободных заданий для дополнительного опыта и денег. Задания тут были самыми разными, в основном на добычу каких-либо ингредиентов. К примеру, местным скорнякам требовались шкуры волков, кабанов и оленей. Мы забрали последнее незанятое задание на оленей и еще пару на убийство гоблинов. Местные власти платили по пять-шесть золотых за десяток бус гоблинов.
        Для похода Неко надела довольно красивое темно-коричневое платье с короткой юбкой, украшенное затейливой вышивкой. Из оружия у нее был небольшой кинжал самого обыкновенного вида и волшебная палочка.
        Отдельно по волшебным палочкам. В этом мире их имелось огромное множество, как по формам, так и по свойствам. Основное их назначение состояло в том, чтобы кидать во врагов однотипные заклинания, не тратя на них сил. Сейчас у Неко была палка, стреляющая сгустками темно-фиолетовой энергии, которая взрывалась при попадании во врага. Выглядела же эта палочка как здоровый, в тридцать сантиметров, палец скелета.
        Елизавета надела специальное мягкое платье, поверх которого — знакомую кирасу. Меч она доставать не стала, вооружившись только книгой. Василий как был в кожаном доспехе со множеством кармашков, так в нем и остался, вооружившись коротким луком и объемным колчаном для стрел. Нямкас одевался дольше всех. Он облачился в кольчужный доспех с рубашкой почти до колен. Дальше шел шлем с узким забралом, наплечники из полированного металла, наколенники, налокотники и щит. Все это дело должно было весить не меньше полсотни килограмм, но он даже не замечал этого веса. Из оружия он выбрал одноручный меч. Ну а у меня, как новичка, все еще была легкая кольчуга, деревянный щит и драконий клинок.
        От города до опушки леса было метров пятьсот. Перед тем как зайти туда, Елизавета наложила на нас пару защитных заклинаний и одно благословение.
        — Гоблины — существа трусливые и глупые. Охотятся обычно стаями, то есть группами по пять-шесть штук.  — Нямкас указал на тропинку.  — Пока можно идти безбоязненно, но держите ушки на макушке, и лучше, если мы первые заметим их, чем они нас.
        — А что тут еще водится?
        — Ничего интересного. Только то, на что охотятся сами гоблины. Но в любом рейде всегда надо придерживаться правила: сначала бей, потом смотри, в кого попал.
        Шли мы стандартно. Первым — Василий с луком наперевес, проверял дорогу впереди и выслеживал жертву. Затем Нямкас, Неко, Чи. Я замыкал колонну. Метров через сто нам навстречу попалась группа из четырех человек. Точнее, из двух людей, гнома и эльфа. Они несли увесистый мешок, от которого тянуло запахом мокрой шерсти и чем-то еще неприятным.
        — Привет.  — Нямкас поднял руку, здороваясь с командой.
        — И вам не хворать.  — Их лидер, человек-воин в изрядно помятых доспехах, приветливо улыбнулся. У него была густая русая борода, и сейчас он напоминал жителя Древней Руси, идущего с войны или со славной охоты. Большой топор на его плече только подчеркивал эту картину.  — Вижу, новичков решили гоблинам показать.  — Он рассмеялся собственной шутке и указал за спину: — Мы славно на кабанчиков поохотились. Задание на шкуры брали. Золотых двадцать срубили.
        — Гоблинов нынче много в лесах?
        — Да, черт бы их побрал. Мы один десяток едва осилили, как второй подоспел. Насилу ноги унесли. Да, хочу предупредить. Там в овраге вепрь крупный бродит. Гоблины его избегают, так что ловить там нечего.
        — Насколько большой?  — заинтересовалась Неко.
        — Метра четыре в холке.
        — Сколько?  — удивленно переспросил я, представляя себе подобную громадину.
        — Ладно, устали мы. Мыться — и отдыхать.  — Бородач махнул своим, и они быстрым шагом пошли в сторону города.
        — Ну что, вепря осилим?  — загадочно улыбнулась Неко.
        — Надо попробовать. С помощью Елизаветы — точно справимся,  — кивнул Нямкас.  — Митя, вам с Чи лучше пока не соваться в бой. Он копытом заденет — не откачаем потом. А мы втроем должны сдюжить. Тем более ты еще основные навыки не набрал в гильдии.
        — Я понял. На рожон лезть не буду. Может, только в бок его уколю.
        Овраг, про который говорил бородач, был настолько большим, что, заполни его водой, там мог корабль пройти. Высокие и не очень деревья теснились у краев обрыва, словно опасаясь спускаться ниже. Только одного взгляда на скользкие склоны хватило, чтобы нервно сглотнуть.
        — Вон он.  — Василий указал в сторону, где противоположный склон подкапывал огромный дикий кабан.
        — А ну посторонись.  — Нямкас довольно ловко прыгнул со склона и покатился, как заправский сноубордист. Неко не заставила себя долго ждать и последовала его примеру.
        Склон кабан рыл с таким азартом, что казалось — он решил там нору для себя сделать. Нашу команду он заметил только в самый последний момент, когда Нямкас отвесил ему сильного пинка. Выставив перед собой щит, наш лидер добавил им развернувшемуся переростку по носу. Теперь кабана от Нямкаса было не оттащить.
        Разъяренный кабан отскочил на шаг назад и протаранил Нямкаса, но, к моему и его удивлению, тот не сдвинулся ни на сантиметр. В это время Неко, сотворив какое-то заклинание, обрушила на кабана ближайшее дерево, Василий, ловко орудуя луком, принялся шпиговать его стрелами. Насколько я мог судить, ни стрелы, ни дерево серьезного ущерба кабану не принесли. Тот как ни в чем не бывало штурмовал закрытого щитом Нямкаса, в надежде опрокинуть его.
        Забыв про обещание не лезть в драку, я оббежал кабана и ничего не придумал лучше, чем со всего маху рубануть ему по задней ноге. В отличие от бревнышка ногу кабана мой меч так легко не перерубил, но даже глубокой раны хватило, чтобы огромная туша резко охромела и потеряла в ловкости. Теперь Нямкас смог отбросить щит и начать бить его по голове мечом. Отбежав подальше и поняв, что кабан не собирается меня преследовать, я таким же макаром подрубил ему вторую ногу. Участь несчастного животного была предрешена. Так как ни огонь, ни молнии его не брали, Неко выплеснула ему в лицо сгусток кислоты, и Нямкас в несколько ударов разрубил бедолаге шею.
        — Как мы его! Ага!  — К кабану уже спешил Василий, но Нямкас успел поймать его за ворот куртки и придержать.
        — Погодь.  — Он утер кровь с лица небольшой тряпочкой. Я только улыбался, глядя на заляпанного с ног до головы кровью Нямкаса.  — Рисковать не будем. Митяй, иди глянь, что у него в брюхе.
        Чтобы не спугнуть удачу, Неко не спешила приближаться к туше, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Чи в свою очередь спокойно принялся лечить ушибленную руку Нямкасу, не особо переживая за еще не определившуюся добычу.
        Я потер ладонь, обошел вокруг кабана и одним движением вспорол тому брюхо. Запах, я вам скажу, был просто непередаваемым. Со слизнями он, конечно, не шел ни в какое сравнение, но все равно неприятно. Вывалившиеся из туши кишки серой массой плюхнулись на перепаханную землю. Поковыряв в них, я нашел желудок и аккуратно вспорол его. То ли кабан ел все подряд, то ли по какой другой причине, но в желудке проблеснуло что-то золотое. Отбросив брезгливость, я запустил туда руку и вынул небольшой золотой браслет с синим камнем в центре и длинную волшебную палочку. Больше в желудке ничего не было.
        — Нормально,  — констатировал Нямкас, потянувшись за браслетом, но Неко его опередила.
        — Так, сейчас посмотрим…  — Она произнесла заклинание определения и принялась изучать находки.
        — Я бы достал книгу и посмотрел, что выпало, но руки у меня слишком грязные.  — Я продемонстрировал руки.  — И ведь ни ручья, ни лужи… Кстати, а как тут лут большего размера попадается?  — заинтересовался я.  — Металлические доспехи в желудок монстра не поместятся. Да и оружие тоже.
        — Обычно лут надо искать вблизи логова того или иного монстра, но тут…  — Мы одновременно посмотрели на яму, которую рыл кабан. Нямкас вытащил из походной сумки заранее подготовленные лопаты, и мы принялись копать.  — Василий, не стой столбом, снимай с него шкуру и пили клыки. Глаза, шерсть и прочую гадость — на свое усмотрение.
        — А чего сразу я?  — запротестовал тот.  — Он вон какой здоровый, я полдня буду шкуру срезать.  — Уловив взгляд Нямкаса, Василий вздохнул и, вооружившись ножом, принялся срезать шкуру.
        — Браслет магический, не эпик, но неплохо. Пятнадцать к силе, двадцать к выносливости и десять к здоровью. Красивая вещь. Девушки в гильдии воинов за такой кучу золота отвалят. Палочка тоже хороша. Моя, конечно, получше, но и эта сгодится. Позже решу, какую из них перепродать. Золота нет?
        — Можешь посмотреть,  — не отрываясь от работы, бросил Нямкас.
        Неко, ничуть не смутившись, пробралась к туше и запустила руку в желудок.
        — Нашел!  — Я поддел лопатой край какой-то крышки и выудил ее из-под земли.  — Щит…
        В итоге провозились мы у кабана часа два. В его желудке помимо всего прочего нашлось двадцать золотых монет. Щит, который я откопал, оказался тем самым эпиком, про который все говорили. Треугольной формы, он был сделан из дерева и обит тонкими полосками металла. На передней поверхности выгравирован знак кабана на синем фоне. Щит был куда лучше, чем у Нямкаса, но для танка он не подходил, слишком малый выдавал блок. Что Нямкас имел в виду под блоком, я не понял, но щит благополучно перекочевал в мою сумку, как и шкура кабана, занявшая целую секцию.
        Помимо щита мы нашли легкие кожаные сапоги, заполненные грязью. Их мы отдали Василию. У сапог имелась странная особенность: их владелец мог перемещаться немного быстрее остальных и меньше уставал. Неко говорила, что за них можно выручить пару сотен монет, но отбирать у Василия не стала. По ее словам, чем лучше экипирована команда, тем быстрее мы сможем отправиться за настоящим сокровищем.
        Конец дня нам испортили гоблины. Вот о ком надо рассказать отдельно. Они испугали меня куда больше, чем кабан. Представьте себе небольших худощавых уродцев, вооруженных кривыми саблями и копьями. Оружие у них было отравлено, и после короткого боя пришлось пить противное на вкус противоядие.
        Когда они выскочили к оврагу, злобно улюлюкая, мы к их приему были не готовы, но среагировали оперативно. Неко первая вынесла троих, поджарив их огненным заклинанием. Еще одного подстрелил Василий. Остальные трое пробились к нам, едва не добравшись до Чи. Я подоспел в самый последний момент, так отчаянно махая мечом, что умудрился их потеснить.
        Минут пятнадцать после этого и меня, и Чи пришлось отпаивать коньяком, так как ноги и руки у нас тряслись. Кто скажет, что гоблины не страшные,  — не верьте. Когда кривой меч прошел в миллиметре от моей шеи, я уже попрощался с жизнью, но мне повезло.
        Остальные понимающе поддерживали нас, заверяя, что, мол, все в порядке вещей, и мы обязательно привыкнем. Зато с гоблинов нам достались бусы и недорогая бижутерия. В городе и то и другое скупали, чтобы опять продать гоблинам. Такой вот странный бизнес.


        Вечером, после ужина в общей зале, девушки отправились в свою комнату, мы соответственно в свою.
        — Я вот что хотел спросить.  — Я помогал Нямкасу снять доспехи.  — Какой шанс был найти все эти вещи в обычном походе? Ну не опираясь на мою удачу?
        — Шанс всегда есть,  — философски заметил он.  — Обычно хоть одна вещь, но с подобных монстров падает. Редко когда попадается сразу четыре хорошие вещи. Щит твой и правда хорош. Как и сапоги Василия. Кстати, ты их когда чистить будешь?
        — Завтра с утра,  — пробубнил Василий. Он уже улегся на кровать, собираясь спать.
        — Дело твое.  — Нямкас собрал доспехи и сложил их в большой узел.  — А я вот оставлять до завтра не буду. Пойду чистить.  — Он немного удивленно посмотрел на меня.  — Кровать только не поломай, а то Неко нас заставит за нее платить.
        — Постараюсь.  — Я зевнул во всю пасть, проводя тонким языком по острым как бритва зубам.
        Чтобы не светить мою драконью расу, было предложено, чтобы я свои восемь часов в виде дракона проводил во сне. На самом деле я еще не освоил систему превращения. Сегодня сущность дракона проявилась сама. Нямкас говорил, что со временем я привыкну и буду менять ее по своему желанию. Чи и Василий с интересом наблюдали процесс превращения. Сначала у меня вытягивалось лицо, превращаясь в драконью морду, затем появлялись крылья, и под конец кожа приобретала черный оттенок, покрываясь чешуей.
        Бросив на пол пару одеял, я улегся на них, сворачиваясь калачиком и накрываясь крылом. В виде дракона я весил на сотню килограмм больше, чем в форме человека, да и чешуя была слишком острой, чтобы спать на кровати. На полу спать было неудобно. Мне казалось, что чего-то не хватает. То ли подстилка слишком мягкая, то ли просто непривычно, сказать я не мог.



        Глава 5

        — Митя, ну пожалуйста.  — Неко нависла надо мной с требовательным видом.  — Сделай это еще. Ведь это…  — Она задумалась, подбирая нужное слово.
        — Нямкас, спаси,  — одними губами произнес я, опасаясь, как бы она в порыве гнева не принялась меня душить.
        — Неко, остынь,  — сказал он,  — может, это умение требует перезарядки…
        — Ага,  — кивнула она, отступая от меня.  — Еще скажи, что важно правильное расположение луны или нужное время года. Все, я — в гильдию!  — Она бросила на меня недовольный взгляд и направилась к выходу.
        Что я мог сказать? Наш первый рейд, начавшийся так хорошо, закончился неважно. На третий день блужданий по лесам гоблинов удача меня окончательно покинула. С нескольких «лакомых», как высказалась Неко, монстров вообще ничего не выпало. Она уже тогда начала на меня коситься, а когда в течение дня нам удалось выбить лишь пару бус, окончательно взорвалась, требуя от меня, чтобы лута было больше.
        Нямкас в этом плане был куда мягче ее. «Не получилось, ну и ладно, будет еще шанс»,  — вот его кредо. По мне, так не совсем правильная позиция для главы клана. Единственным утешением для нас была сумма, в которую Елизавета оценила все, что выпало за первые два дня. Почти пять сотен золотых только с того, что мы решили продать. По ее словам, другому клану надо было неделю шерстить эти леса, чтобы заработать столько же.
        Выполнив несколько дополнительных заданий и окончательно убедившись, что моя удача ушла, решили возвращаться в Изумрудный. Наша группа была слегка несбалансированной, поэтому даже от убийств сильных монстров мы с Чи почти ничего не получали. Самым действенным в этом плане были походы новичков на специальных «рейдовых боссов» или долгое и монотонное истребление живности вокруг города.
        От рейдов вне клана меня сразу отговорили, так как длились они по несколько дней, а иногда и недель. Стоило Неко только подумать, что сборище нубов благодаря мне может получить кучу артефактов, и она категорически запретила мне вступать в подобные авантюры. Да и скрывать свою вторую сущность было бы сложно.
        — Хорошо, давайте я вас в гильдию провожу,  — сказал Нямкас.  — Пока страсти не утихнут, Пастер просил заботиться о вас.
        К слову о городе Изумрудном. Вернулись мы как раз к большому празднику. Все улицы города были украшены разноцветными растяжками и вывесками с рекламой гильдий. Буквально завтра маги, воины, воры, барды, паладины и другие гильдии устроят грандиозное шествие по главной улице в честь дня рождения короля, совпавшего по случайности с днем города.
        — Я вот что хотел спросить,  — сказал я Нямкасу,  — странная тут система. Почему нет ограничения по уровню, чтобы использовать то или иное оружие?
        — Почему странная?  — не понял он.  — Оружие в этом мире — как дополнение к навыкам героев. Чем оно лучше, тем больше раскрывается то или иное умение. Обычно сила удара героя не может превышать определенный порог, какой бы меч он ни взял в руки.  — Он посмотрел на Елизавету.  — К примеру, для тебя уровень экипировки вообще не важен. Если переводить силу удара в условные единицы, не важно, ударишь ли ты с силой десять единиц, имея драконий клинок, или с силой восемь единиц, используя обычный железный меч.
        — Нямкас прав,  — кивнула Елизавета.  — Разница больше чем в десять уровней считается непреодолимой, потому что сила ударов становится на порядок выше.
        — Мы не про это,  — напомнил Нямкас.  — Чем выше уровень, тем заметнее ощущается недостаток хорошей экипировки. Разница в ударе может составлять не двадцать, а все двести, триста процентов. Именно поэтому новичкам нет смысла брать себе хорошее оружие и броню, а все высокоуровневые персонажи из кожи вон лезут, чтобы достать какой-нибудь эпик, способный сделать их сильнее в два или три раза.
        — Все равно непонятно.  — Я задумался, глядя, как здоровенный орк пытается закрепить растяжку, свесившись с крыши одного из зданий. Толстыми пальцами он безуспешно пытался продеть веревку в небольшое кольцо.  — Как я тогда победил двух… язык не поворачивается назвать их героями?
        — А кто его знает.  — Он пожал плечами, хмуря брови.  — Я порасспрашивал старожилов, подобных фактов пока не зафиксировано. Был случай, когда пять человек из Вольного братства убили героя почти на двадцать уровней выше себя, но там все обстояло иначе. Пока не забивай себе голову.
        Даже на окраине города подготовка к празднику шла полным ходом. Паладины из нашей гильдии постарались на славу и нарисовали несколько красивых плакатов с изображением Землянички. В кольчуге с декольте она смотрелась обворожительно.
        У ворот гильдии нас встретил сам Пастер. Он лично руководил работами по уборке территории и установке растяжек. Едва Елизавета попала ему на глаза, он моментально взял ее в оборот, поручив срочно раскрасить несколько десятков плакатов. Я вспомнил, какого красивого вепря она нарисовала в моем справочнике, и удрученно вздохнул. Вряд ли она согласится перерисовать гоблинов после сегодняшних плакатов.
        — Митя,  — низкий голос Пастера вернул меня к реальности,  — быстро растешь в уровне. Молодец. Дуй к Никону, он научит тебя нескольким приемам и обращению с булавой. В ближайшие дни мы будем заняты, так что не упусти возможность.
        — Да я особо не тороплюсь… Хорошо, уже бегу.
        Никону, как заму Пастера по воспитательной работе, скучать не приходилось. А так как он возился только с новичками, по-другому его работу назвать было сложно. Несмотря на всеобщую занятость подготовкой к празднику, на тренировочной площадке собрались трое новичков, с которыми он и занимался. На взгляд Никону было лет тридцать пять. Как и многие в гильдии, он носил короткую бороду, добавлявшую ему солидности.
        — А вот еще один молодой.  — Он увидел меня и довольно улыбнулся.  — Опаздываешь. Ладно, присоединяйся.
        С одним из трех новеньких я был знаком, звали его Леший. Угрюмого вида мужчина, лет за сорок. В неказистых кожаных доспехах и тяжелой кольчуге он выглядел как натуральный бандит с большой дороги, которому явно не везло с деньгами. Уровень у него был шестнадцатый, и в гильдии паладинов он состоял вот уже три месяца. Других я раньше не видел. Юноша, блондин, лет четырнадцати, прибыл явно из богатого клана, так как одет не в пример лучше остальных. Второй, мой ровесник, оказался гномом, с длинной, черной как смола бородой, заплетенной в две толстые косички.
        — Всем привет.  — Я дружелюбно улыбнулся.  — Митр, будем знакомы.
        — Привет,  — бросил блондин, смерив меня надменным взглядом.
        — Уголек,  — кивнул гном,  — будем знакомы.
        — Так, новички,  — Никон подошел к деревянному манекену и повесил на него щит,  — провожу ликбез по умениям. Напоминаю, что основные характеристики растут сами по себе, а так как на использование умений требуется определенное количество силы, ловкости и выносливости, то использовать их можно, только достигнув определенного уровня. Митр, возьми вон ту дубину и вдарь по щиту. Со всей силы.
        После набора уровней учебная булава уже не казалась такой тяжелой, как в прошлый раз. Размахнувшись, я ударил в щит и едва не выронил ее, так как рукоять больно ударила мне в ладонь.
        — Нормально.  — Никон кивнул и подошел ближе.  — Чтобы использовать то или иное умение, вы должны точно представлять себе, что хотите сделать. Вот вам первое боевое умение. Смотрите и запоминайте.  — Никон взял учебную булаву и встал напротив манекена.  — Представьте, что в руках у вас дубина весом в несколько сот килограмм. Когда она начнет светиться, просто бейте по щиту.
        Булава вспыхнула бледно-зеленым светом, и он почти без замаха ударил в щит, расколов его на несколько частей.
        — И все?  — с недоверием спросил я.
        — И все,  — кивнул он.  — Это самое простое активное умение, увеличивающее силу вашего удара раза в полтора. Для освоения можете взять запас щитов со склада. Не забудьте потом прибраться и сходить в оружейную лавку за новыми.
        Говорить о том, что это довольно странное умение, я не стал. Наслушавшись рассказов Чиафредо о храме целителей и исцеляющей магии, склеивающей отрубленные части тела, проще было принять все как есть. Тем более что это было не так уж и сложно.
        К нашему стыду, даже общими усилиями мы смогли разбить только один щит из десятка принесенных со склада. Умение хоть и было простым, но уже через полчаса мы окончательно выбились из сил. Чтобы решить, кому идти за новым щитом, пришлось бросать жребий. Выпало мне.
        — Пойдем, мне все равно по пути.  — Леший убрал осколки в свою сумку и направился к выходу из гильдии.
        — Подрабатываешь в оружейной?  — спросил я, догнав его.
        — Что-то вроде,  — неохотно ответил он и проворчал: — Снова идти в лес за древесиной.
        — Это ты Мокрый лес имеешь в виду?  — Я рассмеялся.  — Тогда я тебя понимаю. Что там за шум?
        Прямо за воротами уже собралась приличная толпа зевак, которые кричали, махали руками и бесновались, всем своим видом показывая, что там вот-вот разразится кровавая бойня. Вездесущая стража уже наводила порядок, образовав вокруг Никона и какого-то незнакомого мужчины свободную площадку.
        Подоспели мы как раз вовремя. Мужчина в расшитом красном балахоне что-то кричал Никону, размахивая коротким хрустальным жезлом. Вне круга не было слышно, но наверняка что-то обидное. Никон уже успел надеть кольчугу и достать большой круглый щит с рисунком птицы.
        — Что случилось, что они не поделили?  — спросил я у стоявшей поблизости девушки.
        — Вон.  — Она кивнула в сторону улицы, ведущей к центру города. Одна из растяжек, которую совсем недавно закрепили, медленно догорала.
        Мое «Вот сволочь!» потонуло в крике толпы. Мужчина в балахоне атаковал первым. Приняв, по его мнению, величественную позу, он взмахнул рукой, запуская в Никона внушительного размера огненный шар. Первый раз я видел подобную магию, и она вызвала бурю эмоций. Толпа, стоявшая за спиной Никона, инстинктивно подалась назад.
        Сгусток огня почти полностью скрыл Никона, но уже через секунду, прикрываясь щитом, тот выскочил из него. Волосы у Никона дымились, а щит совсем немного покрылся копотью. Одним прыжком преодолев расстояние в добрых пять метров, он оказался рядом с магом. Я едва уследил за косым ударом его боевого топора. Мне показалось, что он способен разрубить мага, как это сделал я, но топор ударился о невидимую защиту, отбрасывая мага на несколько шагов.
        — Проклятые маги!  — крикнула девушка, стоявшая рядом.
        Упав, маг умудрился кинуть сгусток кислоты. В этот раз щит оказался не так эффективен, и часть мутной жидкости попала Никону на руку с оружием. Но боль только придала ему ярости.
        Глядя на этот бой, я почувствовал, как мурашки побежали по телу. Даже имея бессмертие, противники дрались с таким отчаянием и злостью, что становилось не по себе. Удары Никона с каждым разом все больше и больше проникали сквозь защиту мага. Вот очередным ударом он сломал тому руку.
        То ли арсенал заклинаний мага был совсем скудным, то ли по какой другой причине, в ход шли в основном однотипные огненные шары и короткие электрические разряды из посоха.
        Защита мага пала неожиданно для обоих участников дуэли. Не встретив сопротивления, топор Никона глубоко вошел в бок противника. Короткая гримаса боли — и маг растаял в воздухе.
        Стража тщетно попыталась оттеснить толпу, большая часть которой состояла из паладинов. Сразу все ринулись на помощь своему собрату, образовав вокруг него небольшой круг. Кто-то уже начал применять целительную магию. Я только краем глаза взглянул на Никона и поспешил к Елизавете, мелькнувшей в толпе.


        — Рад видеть вас в добром здравии и… все с тем же уровнем.  — Невысокий лысоватый мужчина широко улыбнулся, приглашая гостей за стол.
        — Вы, как всегда, язвительно добры,  — криво ухмыльнулся Магнум, переводя взгляд на пожилого мужчину, сидевшего рядом с королем.  — Ха, Троша, один и без охраны?
        — Свою-то далеко потерял?  — поддел его Кулак Северной звезды, основатель и самый молодой владыка клана «Северный ветер».  — Ваше величество, Троша.
        — Ага, и индеец тут,  — протянул Магнум.  — Хао тебе, великий вождь племени апачей. Царь, неси огненной воды!
        — Магнум!  — Король Изумрудного города укоризненно покачал головой.  — Садитесь.
        Последним в помещение вошел Ленин и молча занял свое место. Магнум встретил его одобрительным кивком.
        — С кого начать?  — Король сразу стал серьезен.  — Магнум,  — он специально растянул его имя,  — что за возня на рынке? Я же ясно дал понять: ремесленные гильдии не трогать. За погром в гильдии алхимиков лично извинишься перед Кощеем. И выплатишь за ущерб ровно столько, сколько они потребуют.
        — Хорошо,  — буркнул Магнум. С Кощеем он этот вопрос уже решил, но не думал, что дело дойдет до короля.
        — Что касается вас, «владыка»,  — это слово король произнес с явной насмешкой,  — то вы снова отличились. Недовольство «Северным ветром» в городе заметно увеличилось. Более мелкие кланы подали уже два десятка жалоб. Мало того что твои подчиненные напали на стражу и убили моего человека, так они еще и устроили настоящий спектакль у здания аукциона.  — Король подтолкнул газету с описанием злополучной разборки.  — Все, довольно. Теперь за город будут отвечать «Семь звезд».
        — Но, ваше величество, в преддверии праздника…
        — Никаких «но»! С сегодняшнего дня ваш клан будет заниматься детским садом. Устройте несколько рейдов, проведите ликбез, раздайте, наконец, нубам приличные вещи.
        — Неужто ждем гостей?  — прищурился Магнум.
        — Неприятные слухи с севера,  — недовольно ответил король.  — На ближайший месяц запрещаю любые дуэли в черте города. А для ваших кланов — и за его пределами.


        — Как хорошо, что вы вернулись!  — На пороге дома нас встретила встревоженная Маруся.  — Скорее! Похоже, Неко сошла с ума.
        — Это как?  — не понял Нямкас.  — Что случилось?
        — Она уже два часа сидит в подвале, раскидав по полу золото. Ой, не к добру это…  — Она пропустила нас к лестнице, с тревогой последовав за нами.
        — Это у нее, наверное, на фоне жадности,  — усмехнулся я, но заработал строгий взгляд от Нямкаса.
        В подвале нас ждала довольно странная картина. Неко сидела напротив дальней стены перед небольшой кучкой золотых монет и, склонив голову набок, о чем-то думала. Над потолком, описывая восьмерку, плавали несколько святящихся огоньков.
        — Нямкас, Митяй!  — Заметив нас, Неко обрадовалась и воодушевленно подбежала, хватая меня за руку.  — Как раз вовремя. Вот.  — Она подвела меня к куче монет.  — Будешь спать здесь.
        — Золото ваше, что ли, охранять?
        — За золото головой отвечаешь,  — сурово сказала она, вынимая из сумки толстенную книгу.  — Вот, нашла описание навыка «драконье золото».
        — Ну-ка.  — Нямкас взял книгу.
        — А сколько тут?  — Елизавета присела на корточки рядом с золотом. Глазки у нее заблестели.
        — Тысяча семьсот тридцать две монеты,  — не оборачиваясь, ответила Неко. Она указала нужную страницу.  — Вот тут. Ага. Говорится, что навык «драконье золото» при благоприятных обстоятельствах существенно повышает удачу на короткое время. Перезарядка навыка происходит, когда дракон спит на груде золота.
        — Что-то маловата груда,  — хохотнул я.  — На нее даже сесть не получится.
        — Тысяч пятьдесят — сто надо…  — навскидку оценила Елизавета.  — Тут и за пару лет всем кланом не собрать…
        — Завтра браслет и палочку продам, еще монет четыреста добавим.
        — Не опасно вот так вот оставлять кучу денег?  — спросил я.  — Не дай бог, ограбят еще.
        — Не каркай,  — бросила Неко.  — Завтра оформим подвал как склад гильдии, и, кроме нас, никто не войдет. Но на всякий случай Маруся будет на страже.
        — Как у нас с ужином?  — Нямкас отложил книгу.
        — Ах…  — Маруся поспешила к лестнице.  — Все уже готово. Не передержать бы в печи…
        Разговаривать во время еды Маруся никому не разрешала, поэтому самый главный вопрос, как быстро разбогатеть, пришлось ненадолго отложить. Василий и Чи немного задержались, но успели как раз к ужину.
        — А я сразу говорил, что на мелочь зря идем,  — высказался Вельзевул, скрестив руки на груди, всем своим видом показывая: «Я был прав, а вы — нет».
        — Остается только один способ быстро разбогатеть,  — сказала Елизавета.  — Выбить что-то очень дорогое. Но только то, что можно продать сразу.
        — А выбить-то получится?  — спросила Маруся, и все взоры устремились на меня.
        — Попробовать всегда можно,  — встал на мою защиту Нямкас.  — Давайте решим, на кого охотиться будем. Учитывая размер и силу нашей группы.
        — Хм. На аукционе заказы только на оружие,  — сказала Елизавета.  — Вот драконий клинок тысяч за двадцать можно было бы продать. Но подобные вещи только с боссов падают, а кого мы осилим?
        — А может, по цепочке квестов пойти?  — спросила Маруся.  — Если взять посложнее да подлиннее, авось что и упадет.
        — Точно!  — воскликнула Неко.  — А ведь это вариант. Который час?
        — Закрыто уже,  — сказал Нямкас.  — А завтра праздник. Выходной у них.
        — А что за «цепочка квестов» такая?  — спросил Чиафредо.
        — Цепочка заданий, которая приводит к сокровищу,  — пояснил Нямкас.  — Разнообразие лута там куда больше, чем у любого рейд-босса, но вот шанс на выпадение очень мал. Цепочки проходить довольно нудно и не прибыльно, но шанс найти хороший артефакт есть. В крупных кланах, таких как «Семь звезд», существуют специальные группы, которые только этим и занимаются.
        На том и порешили. Так как завтра с утра пораньше все, и я в том числе, должны быть в своих гильдиях, засиживаться допоздна никто не стал. Я же, прихватив из своей комнаты одеяло, поплелся в подвал. Тяжелее всего, превращаясь в дракона, справиться с хвостом. Эта непослушная зараза все время норовила что-нибудь сломать в доме. Да и к крыльям привыкнуть было сложно в плане того, что они были метра четыре в размахе.
        Забирать золотые монеты Неко не стала, аккуратно сложив их небольшой кучкой. Наверняка ей стоило неимоверных усилий воли оставить их тут без присмотра. Я даже улыбнулся, представляя выражение ее лица. Свернувшись калачиком вокруг монет, я моментально уснул.
        Нет, этот мир определенно негативно действует на мою психику. Насмотревшись на кровь, убийства, дуэли, я стал видеть во сне кошмары. На этот раз на меня устроили настоящую охоту. Человек десять, разодетые в разномастные доспехи, со сноровкой настоящих охотников загоняли меня в угол. Чем больше я хотел убежать, тем тяжелее становилось двигаться. Вот сверкнул серебряный меч… Удар в сердце… Боль… Мой рык…
        Приоткрыв один глаз, я внимательно посмотрел на крадущуюся Неко. Точнее, она пыталась подкрасться, но я зарычал, почувствовав ее присутствие.
        — Сделали из меня сторожевую собаку,  — проворчал я, потягиваясь.
        — Утро уже. Елизавета ждет тебя.  — Она зажгла магический огонек, оглядываясь вокруг: не разбросал ли я во сне золото по всему помещению?  — Ну как, чувствуешь, что удача к тебе вернулась?
        — А это разве можно почувствовать?  — После сна, перед превращением тела в обычное, надо было обязательно делать зарядку, иначе боли в суставах и пояснице на целый день гарантированы. К тому же это позволяло лучше привыкнуть к необычному телу.  — Хотел спросить… Это золото…
        — Все, что осталось от покупки здания,  — ответила она, точно угадав, что я хотел спросить.  — У многих кланов и того нет. Им приходится ютиться у себя в гильдиях, снимать несколько комнат в городе или же строить свои дома, как это делает гильдия паладинов.
        — Понятно.  — Я расправил одно крыло, затем другое. Хотелось взмахнуть ими и прыгнуть…
        — Тише, размахался тут.  — Она быстро собрала все золото, ловко увернувшись от моего крыла.  — Иди уже. День города проводится раз в году, и новичку его стоит увидеть.
        Елизавете пришлось подождать еще минут двадцать, пока я переоденусь и позавтракаю. Остальные уже отбыли. Даже Маруся, дождавшись, пока я поем, убежала к гномам, сказав, что давно не видела подружек.
        С самого утра город шумел, как разворошенный улей. От людей, а также орков, гномов и прочих мифических существ было просто не протолкнуться. К слову, в день города все должны были находиться в своих вторых личинах.
        Пастер вчера говорил, что гильдия паладинов в этом году будет занимать одно из почетных мест в начале парадного шествия по городу. Специально для этого все высокоуровневые игроки должны надеть свои лучшие доспехи. Меня в шествие брать не хотели, чтобы не портить впечатление о гильдии, но, увидев щит с изображением кабана, Никон сказал, чтобы я был обязательно.
        Впереди, возвышаясь над толпой, двигались несколько всадников на ездовых ящерах. Не знаю, почему их называли драконами, так как с оными у них почти не было сходства. У них и друг с другом-то сходства было не много. Две рептилии из четырех выглядели как обыкновенные ящерицы. Толстые, с короткими ножками, они казались неуклюжими. Завидев их, прохожие старались как можно быстрее уйти с их пути. Еще бы: судя по зубастой пасти, они могли проглотить меня целиком. Одного зазевавшегося эльфа едва не постигла эта участь. Ящер щелкнул зубами в каких-то сантиметрах от его головы.
        Два других ящера были двуногими, с почти атрофированными передними лапами и небольшими крылышками на спине. Я их сразу окрестил ощипанными страусами. Как и у первых, зубки у этих были в палец длиной.
        Напротив нас один из наездников остановился и спрыгнул на землю. Молодой парень, в доспехах цвета крови, имел сто третий уровень. Я специально проверил. Интересно, в каком возрасте он попал сюда, если максимум годам к семнадцати смог достичь таких высот?
        — Елизавета, какая встреча!  — радостно начал он, но она на его улыбку ответила презрительным выражением лица.  — Не рада меня видеть?
        — Пошел ты…  — бросила она и с трудом сдержалась, чтобы не указать адрес.
        — Уважаемый,  — я встал между ними,  — шел бы ты своей дорогой.
        Оценивающим взглядом он измерил меня с ног до головы и скривился, как будто съел что-то противное. Судя по реакции Елизаветы, эти парни были либо из «Северного ветра», либо просто отморозками.
        — Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь?  — надменным тоном спросил он.
        — А должен?  — удивился я.  — Но имя у тебя действительно запоминающееся, трехспальное аж.
        — Скажи спасибо, что я нубов не обижаю,  — прищурился он.  — Но для тебя могу сделать исключение.
        На минуту между нами повисло молчание. Он несколько раз перевел взгляд с меня на Елизавету и обратно. Трое друзей парня уже отогнали прохожих метров на десять, освобождая свободное пространство.
        — Мое предложение остается в силе,  — сказал он Елизавете, глядя через мое плечо. Не дождавшись ответа, забрался в седло и, криво ухмыльнувшись напоследок, пустил своего ящера в галоп.
        — Что за неприятный тип?  — спросил я.
        — Глава «Северного ветра».  — Она взяла меня под руку и потянула в сторону главного проспекта города.  — Когда я еще была в его клане, он захотел сделать меня своей. Не получилось.
        — Понятно.  — Я обернулся, но всадники уже скрылись из виду.  — Не думал, что глава клана будет… сопляком.
        — Говорят, что за четыре года он ни разу не умер. Ты бы видел, как он гордится этим. В Изумрудном городе по силе с ним может поспорить разве что Магнум или глава гильдии магов.  — Она серьезно посмотрела на меня.  — Только не вздумай с ним драться. И не важно, как он будет тебя провоцировать. Если он нападет первым, то на время потеряет часть репутации, а возможно, и свое бессмертие. А вот если ты ударишь первым, он легко убьет тебя.
        — Меня так просто из равновесия не вывести. Скорее уж он будет пеной плеваться, прежде чем сможет меня разозлить.
        — Ну-ну…  — улыбнулась она.
        В гильдию мы успели как раз вовремя. Пастер, оседлав низенькую лошадку, лично руководил организацией людей. Я и не предполагал, что в гильдии так много высокоуровневых героев. В кольчугах и латных доспехах, отряд человек в сто смотрелся весьма внушительно. Женщин среди них было пятеро, включая Елизавету.
        Из новичков присутствовал только парень-планета. Тот самый малолетний герой, блондин. Звали его Юпитер. Ха! Я-то думал, он назвал себя в честь римского царя всех богов, бога неба, а оказывается, парень имел в виду планету нашей Солнечной системы.
        — Привет, Ю.  — Я пожал ему руку.  — Смотрю, ты снова при параде.
        — Конечно,  — не без гордости сказал он.  — Удачно попал в клан. «Северный ветер», слышал?
        — Слышал,  — кивнул я.  — Из разряда клановых вещей?
        — Зато в рейды ходить — одно удовольствие. Меня мелкие монстры даже ранить не могут. С оружием, правда, беда.  — Он продемонстрировал неказистую булаву.  — Но наш десятник обещал подогнать мне хороший топор, когда я получу двадцатый уровень. Эх, скорее бы этот праздник закончился.  — Он удрученно вздохнул.  — Мы тут собираем большой рейд в северные земли. Уйдем на неделю. И четыре пятидесятых с нами. Говорят, можно уровень до двадцатого сразу поднять. Пойдем с нами? Я договорюсь.
        — Нет, спасибо.  — Я вынул свой щит. Нямкас показал, как закрепить два ремня, чтобы можно было носить его на спине.  — Помоги закинуть.
        — Что за щит? Не видел таких. Тяжелый…
        — Разве?  — Я попрыгал, проверяя, как сидят лямки.  — Совсем не тяжелый. С вепря выбили. Блок у него маловат, зато удобно для одной руки использовать.
        — С вепря, говоришь?  — недоверчиво переспросил он.
        — Эй, новички,  — прорычал кто-то рядом с нами. Мы с Юпитером от неожиданности даже подпрыгнули.  — Ха-ха-ха.  — Смех перешел в рык. Прямо за нами стоял здоровенный оборотень с мордой волка. Поверх густой шерсти на груди он носил металлический нагрудник.  — Молодцы, что пришли. Вставайте в конец строя.
        — Ага,  — кивнул я. Волк снова расхохотался и смешно так зашагал к Пастеру.  — Кто это?
        — Не знаю.  — Юпитер с еще большим удивлением смотрел ему вслед.
        — Никон это,  — сказал один из паладинов, стоявших рядом.  — Вервольф. Редкая раса. В Изумрудном их всего трое или четверо. Что?  — Он ухмыльнулся.  — Испугались? Вервольфы — одни из самых сильных и опасных противников. Бешеная регенерация, скорость, сила. Да никакие варвары и орки ему в подметки не годятся!
        Суть праздника заключалась в том, чтобы продемонстрировать силу всех гильдий города. Король, к слову, уроженец этого мира, лично проверял уровень всех героев и мог судить, как прошел год. Войны за территорию и сферы влияния тут проходили с завидной регулярностью. В каждой такой войне проигравшая сторона теряла не просто свои земли, а почти всех высокоуровневых игроков, и им приходилось усердно трудиться, чтобы за год-два восстановить свою независимость. Поэтому герои, перешагнувшие рубеж сотого уровня, являлись стратегическим запасом каждого города.
        Только в день города можно было увидеть ровные ряды орков, вышагивающих в ногу, словно на параде. Юпитер говорил, что их лидер — бывший военный, и с дисциплиной у них было все строго. К празднику они готовились не одну неделю, тренируясь маршировать и держать строй.
        Жители города и близлежащих ферм заполонили главную улицу города, восторженно встречая героев. Особенно радовались дети.
        — Я вот думаю, что в этот день все монстры в округе смогли вздохнуть спокойно,  — рассмеялся я. Юпитер вопросительно приподнял бровь, не забывая при этом махать руками толпе.  — Ну это единственный день в году, когда их не истребляют. А, забудь.
        Так как в колонне мы шли в самом хвосте, то можно было разглядеть гильдию рейнджеров, следующую за нами. В основном эльфы, они несли длинные луки и были одеты как соратники Робин Гуда, только что вышедшие из леса. За ними двигалась разбойники. Еще одна малочисленная гильдия. Исходя из ее названия, я даже боялся предположить, чем они занимаются вне города.
        У выхода на площадь перед дворцом колонны останавливались и перегруппировывались, чтобы не создавать давку. Зевак тут уже не было. Пока решали, кто будет проходить первым, нас оттеснили к самым домам. Непонятно, почему не решили этот вопрос заранее.
        Сидя в узком проеме между домами, я всерьез задумывался: а не сбежать ли? Время приближалось к обеду, а на небе не появилось ни одной тучки. В кольчуге я чувствовал себя как на раскаленной сковородке. Еще неизвестно, сколько придется простоять на площади, пока будет выступать король.
        То ли от жары, то ли по другим причинам, я начал отчетливо слышать детский плач.
        — Ты ничего не слышишь?  — спросил я у Юпитера.
        — Плачет кто-то,  — отозвался он, совсем не обеспокоенный этим фактом. Сейчас все его мысли были сосредоточены на площади.
        — Пойду посмотрю.  — Я устало оторвался от стены и побрел в глубь проулка. Дома здесь стояли буквально в метре друг от друга.
        Странное дело, уже за первым поворотом шум толпы совсем пропал. Что-то на самой границе слышимости. А вот детский плач и почему-то крысиный писк становились все более отчетливыми.
        Источник шума, девочку лет шести, я обнаружил возле водосточной трубы в самом узком промежутке между домами. Ревела она уже в голос, растирая слезы по лицу.
        — Привет,  — сказал я так, чтобы не испугать ее.  — Ты чего тут плачешь? Потерялась?
        Она отрицательно замотала головой, показывая куда-то вверх.
        — Куклу… отняла… ворона…  — сквозь плач выдавила она.
        На козырьке дома, прямо над нами, сидела здоровенная ворона, держа в клюве тряпичную куклу, и нагло смотрела на нас.
        — Обидно, конечно.  — Я подобрал небольшой камешек и с силой запустил в обидчицу маленьких девочек. Не попал. Ворона разгневанно зыркнула на меня и немного пересела в сторону.  — Зараза! Сейчас, подожди, мы ее достанем…
        Тряпичная кукла, сшитая из разноцветных кусочков ткани, была сделана явно детскими руками. Один глаз у нее нарисован, а вместо второго пришита большая черная пуговица, за которую ворона и держала свою добычу.
        Едва я потянулся за следующим камнем, ворона замахала крыльями и резво бросилась наутек, скрывшись за крышей. Я виновато оглянулся на девочку и развел руками. Она снова захлюпала носом, героически борясь с желанием разреветься. Судя по испачканному платью с парой заплаток и требующим мыла волосам, достатка в семье девочки не видели давно.
        — Ладно, не реви, видел я тут один магазин по пути. Пойдем.  — Я первым зашагал в сторону главной улицы, по которой мы шли к площади.  — Давай руку, а то потеряешься. Как звать-то тебя?
        — Каси.  — Она вцепилась в мою руку, немного подобрав подол платья, чтобы поспевать за моими широкими шагами.
        — Каси? Стран… красивое имя.  — Я улыбнулся.  — Держи платок, у тебя все лицо грязное. Можешь оставить себе.
        Чтобы найти магазин, о котором я говорил, пришлось подниматься на два квартала выше, почти пробиваясь сквозь встречный поток людей. Если бы жара не действовала на меня усыпляюще, я бы обязательно обратил внимание на косые взгляды в нашу сторону.
        Магазин сувениров я заметил еще по пути к площади. В его витрине помимо прочей ерунды красовалась красивая тряпичная кукла. Тогда две девочки тянули к витрине свою маму, наверняка с просьбой купить куклу, и я надеялся, что в этой прихоти им было отказано.
        — Вон она.  — Я облегченно вздохнул, заметив куклу на месте. Работа настоящего мастера. Вблизи она выглядела еще лучше, чем издалека. Глаза у Каси загорелись, она побежала вперед, прилипая к витрине, чтобы рассмотреть куклу.  — Пойдем.
        Чего только в небольшом магазине не продавали! Тут были бусы гоблинов, которые мы выбивали в их лесах, разнообразные украшения, деревянные маски, кубки, кувшины, различная посуда и даже несколько настенных часов. Вот что я не ожидал увидеть в этом мире, так это часы с кукушкой.
        Продавец, мужчина лет сорока, выглянул из подсобного помещения и через секунду подошел к стойке, вытирая руки полотенцем.
        — Чем могу помочь, земляк?  — Он улыбнулся, уловив мой взгляд.  — Если просто посмотреть зашел, гони золотой. У меня не музей.
        — Вон,  — я кивнул в сторону витрины,  — хотел купить куклу.
        — А,  — протянул он, заулыбавшись еще шире,  — хороший подарок, чтобы понравиться любой девушке.
        — Боюсь, девушке, для которой эта кукла предназначена, придется подождать еще лет десять как минимум.  — Я отступил в сторону, пропуская к прилавку Каси.
        — Пятнадцать золотых,  — бросил он, снимая с витрины куклу.  — Деньги вперед.
        — Сколько?  — удивился я.
        — Ручная работа. Эксклюзивный вариант.
        — А может, за пять договоримся?
        — Пятнадцать,  — тоном, не терпящим возражений, ответил он.
        — Ладно уж.  — Я протянул ему почти все деньги, доставшиеся мне после первого похода.
        — Спасибо за покупку.  — Он отдал куклу девочке, дважды пересчитав монеты.  — Если найдете что-нибудь бесполезное, но необычное, имеющее особый интерес, приносите. Я скупаю почти все.
        — Буду иметь в виду.
        На улице, чтобы не толкаться с прохожими, Каси завела меня в проем между домами и протянула небольшую стеклянную бусинку на суровой нитке.
        — Подарок!
        — Не стоит…
        — Подарок!  — нахмурилась она, важно протягивая мне бусинку.
        — Спасибо.  — Я спрятал ее в нагрудный карман.  — Все, беги домой и не гуляй больше по грязным переулкам.
        — Ага.  — Она кивнула, улыбнулась и резво побежала в сторону от главной улицы, сверкая крысиным хвостом из-под платья.
        Я крепко зажмурился, а когда открыл глаза, ее уже не было. Списав все на жару и «вообще», поплелся обратно к площади. Городская стража уже окружила ее, не подпуская горожан ближе. С моей позиции было трудно разобрать, что там происходит, да и не особо хотелось. Пробившись сквозь встречный поток горожан, я направился домой. В подвал — и спать. Не хватало еще посреди города обернуться драконом.



        Глава 6

        — Что пишут?
        — Так, ерунда всякая.  — Нямкас перевернул страничку газеты и удивленно приподнял бровь.  — А вот это уже интереснее. Вчера вечером кто-то умудрился обчистить хранилище у четырех крупных кланов. В том числе и у «Северного ветра».
        — Ну хоть что-то в этом городе случается хорошего,  — отозвалась Елизавета. Вооружившись тонким пером и разноцветными чернилами, она обводила шамана гоблинов в моем справочнике.
        — Может, нам не стоило обзаводиться своим?  — с тревогой в голосе спросил я.
        — Что у нас брать? Тысячу золотом? Пустяки,  — сказал Нямкас.  — Вот в клане «Ночные медведы» пропало около сорока тысяч…
        — Две тысячи сорок три монеты,  — поправила его Неко. Она внесла какие-то поправки в свою тетрадь и осталась довольна расчетами.  — Учитывая мои взносы в гильдию за полгода, обучение Чи, новую экипировку для Нямкаса и Мити, у нас еще остается триста одиннадцать монет. Хотя вы сами можете купить для себя все необходимое…
        — Мне нужна новая реторта, пара колб и еще кое-что. Вот список.  — Василий протянул ей листок.
        — Так. Ага. Хорошо. Придется немного отложить мои взносы.  — Неко вернула список и протянула кошель с монетами. Судя по объему, монет пятьдесят, не меньше. На расходы связанные с алхимией, она никогда не скупилась.  — Напишешь цену напротив каждой позиции.
        На следующий же день после праздника Неко наведалась в канцелярию к Ленину и зарегистрировала наш подвал как складское помещение особой важности. После уплаты налога ей выдали специальное заклинание, и теперь в наш подвал могли войти только члены «Наглого кота». Подобные заклинания использовали все кланы и гильдии города. Несмотря на то что все вещи хранились в специальных сундуках, похожих на мою походную сумку, заклинание защиты было необходимо. Некоторые герои, обладая особым навыком взлома, легко могли вскрывать такие сундуки. То же самое касалось и золота. Мы наверняка были единственными во всем городе, решившими складировать золото в открытом виде.
        — Если вы решили просидеть весь день в доме, спешу вас огорчить,  — сказала Неко.  — Вчера я взяла квест и успела выполнить несколько начальных заданий. Вот вам список всего, что надо сделать. Держи. И тебе, Нямкас.
        — Пойдем.  — Он хлопнул меня по плечу.  — У тебя что там?.. Поговорить в гильдии воинов с Себастьяном; ага, знаю его… Забрать посылку… Ладно, давай мне. Держи, в моем задания полегче будут.
        Квест, который взяла Неко, вел куда-то в канализацию под Изумрудным городом. Она говорила, что переться на край света ради неизвестно чего категорически не хочет. Пройти в канализацию было несложно, но, чтобы задание работало правильно, надо выполнить ряд условий. По одному из них необходимо найти правильный вход, по другому — достать ключ. Мне достался ключ.
        Задания были совсем простецкими. Сходить к какому-нибудь человеку, спросить о ключе, выполнить небольшое поручение и получить направление к следующему. Об одном индивидууме, попавшемся на моем пути, стоило сказать особо.
        Восточный выход из города. Караульное помещение. Передо мной сидит здоровенный детина в железном шлеме, напоминающем ведро, и смотрит лишенными разума глазами.
        — Я говорю: меня прислал начальник стражи,  — говорил я раздельно, чтобы было более понятно.  — Мне надо получить ключ от второго участка канализации. Вот у меня даже записка от него есть.
        Местные жители — те еще сволочи. Пользуясь тем, что мне необходимо выполнять их поручения, гоняют по городу по самым дурацким поводам. Вот начальник стражи, Микола, отправил к его жене на другой конец города, чтобы уточнить, как себя чувствуют детишки и не надо ли чего взять в лавке мясника к ужину. Они, видите ли, к нему с проверкой решили нагрянуть. Ну ничего, я к мяснику в их районе в первую очередь и зашел, предупредил. Не знаю, что за непорядки были в мясной лавке, но меня так благодарили, что я не удержался и взял в подарок увесистый сверток с мясным рулетом.
        — Ну так где я могу его найти?  — не выдержал я после минутной паузы.
        — Кого?  — Стражник поправил шлем и так сурово на меня глянул, будто я ему работать мешаю.
        — Ключ!
        — Все ключи хранятся на положенном месте, у выхода из караульного помещения…
        — Спасибо!  — Не дослушав, я оставил на столе записку начальника стражи и поспешил вниз, где видел стенд с ключами.
        Не знаю, сколько еще надо было пройти этапов, чтобы попасть в злополучную канализацию, но я не хотел больше исполнять роль мальчика на побегушках, поэтому полукилограммовый ключ банально стащил. Объяснять и доказывать что-либо очередному стражнику не было никаких моральных и физических сил. Эх, надо было у Василия попросить пешее зелье. Намотал десяток километров по городу, у меня уже ноги гудели.
        Время плавно перевалило за обед, но жара на меня почему-то не действовала. Я даже обрадовался этому факту, но внезапно острая боль пронзила грудь. Не знаю, насколько тут снижено чувство боли, но скрутило меня так, что от напряжения солнечный свет на секунду померк. В этот раз превращение в дракона было очень неприятным и болезненным. Вот теперь снова придется выслушивать от Неко нотации по поводу безвозвратно утерянной рубашки и ботинок. Сквозь боль я даже улыбнулся, представляя, как она отчитывает дракона.
        Когда зрение вернулось, я отчетливо услышал детский крик. Очень знакомый голос. Только крик этот был таким, что у меня чешуйки на спине встали дыбом. Не раздумывая, я бросился в сторону, откуда он шел. Каси! Прохожие, наблюдавшие за моим превращением, бросились врассыпную. Вроде бы я даже кого-то сшиб. Подгоняя себя крыльями, несся вдоль улицы, обнажив меч. Не помню, когда успел его достать. Несколько героев, вышедших из какой-то лавки, бросились наутек, когда я промчался мимо них. Один был недостаточно расторопен, и я сбил его крылом, даже не заметив. Я слышал их! Слышал, и их не ждет ничего хорошего, когда я доберусь до них.
        — Что же ты, ну превращайся в монстра!  — За молодым мужским голосом последовал глухой удар и крик Каси.
        — Эй, полегче, ты чего?  — Второй голос был ненамного старше.
        — Отвали. Мы вчера только из канализации вылезли. Вот этих вот тварей били. Крысиные отродья! Прикинутся человеком, а когда отвернешься, вцепятся зубами в шею. Мы троих потеряли, прежде чем выбрались. А хотели ко дню города вернуться…
        — Вы только подумайте,  — изумился кто-то третий,  — кукла-то как минимум пяток золотых стоит…
        Успел! В тупике, как в каменном мешке, окруженном домами, был предусмотрен небольшой крытый колодец, у которого, закрыв голову руками, сидела Каси. Двое парней загораживали ей выход к узкой улице, еще один стоял немного подальше, опустив на решетку ливневого стока двуручный молот. Оружие они держали так, как будто ждали от маленькой девочки превращения в ужасного демона.
        Издав душераздирающий рык, я на полном ходу заскочил из узкой улицы в тупик, сбивая загораживающую проход тележку. Первый герой даже не успел опомниться. Он удивленно оглянулся, но я уже проскочил мимо него. Мой меч вспорол его бок, оставив глубокую рану.
        Второй что-то крикнул и отскочил на шаг, пытаясь закрыться своим оружием. Наши мечи встретились, но я оказался сильнее. От удара его меч отбросило, и второй рукой я отвесил ему оплеуху, растопырив когти. Одного удара хватило.
        Последний герой судорожно пытался высвободить молот, застрявший в решетке. Оскалившись, я прошел к нему и просто проткнул мечом. Хотелось порубить их на части, но, вовремя вспомнив, что рядом ребенок, я сдержался. Каси все еще сидела, закрыв голову руками. Облегченно вздохнув, я убрал меч и, убедившись, что все тела исчезли, осторожно приблизился.
        — Каси, с тобой все в порядке?  — Я неуверенно позвал ее, опасаясь, что она не признает меня.
        Она убрала одну руку, с опаской огляделась и, вскочив, в два счета оказалась рядом, с силой вцепившись в мою руку. Вид зубастого черного дракона любого нормального ребенка перепугал бы до икоты, но в этом мире люди, выглядящие как люди, были куда страшнее.
        — Все в порядке.  — Я попытался унять дрожь в голосе. Меня все еще трясло от нахлынувших эмоций.  — Точно, твоя кукла…
        Я оглянулся в сторону решетки и замер. Прямо на ней стоял огромный оборотень крысы. Немного выше меня, но поуже в плечах. Его бурая шерсть отливала кровью, а с оскаленной пасти на землю капала слюна. Оскалившись в ответ, я прикрыл крылом Каси, совершенно забыв про оружие. В правой руке оборотень сжимал куклу, и только сейчас я вспомнил, что именно эта рука держала сквозь решетку молот третьего героя.
        — Леся, он хороший,  — выглянула из-под моего крыла Каси, но, уловив взгляд оборотня, юркнула обратно.
        — Я хороший,  — на всякий случай подтвердил я.
        — Я вижу,  — прошипела крыса. Голосок у нее был ничуть не лучше, чем у меня. Нашими голосами только страшилки по ночам рассказывать.  — Домой,  — приказным тоном сказала она, кивая на узкий лаз.  — И ты, черный, пойдешь с нами.
        — Нет уж, извините, я домой…
        — Останешься — тебя убьют.
        — Я сейчас, обратно превращусь и… и…
        Пока я пытался понять, почему не превращаюсь, Каси уже забрала у крысы куклу и, получив подзатыльник, скрылась в водостоке.
        — Ну?  — нетерпеливо бросила она.
        — Не получается что-то.  — Я кивнул в сторону узкого лаза.  — При всем желании, я туда не пролезу.
        Прошипев что-то нечленораздельное, она огляделась. Ее взгляд упал на колодец, и мне показалось, что она улыбнулась.
        — Ныряй. Там проход.
        — Я туда тоже не пролезу…
        Крыса уже оказалась рядом, хватая меня за руку, и с силой потянула к колодцу. Со стороны улицы все еще было тихо, но меня не покидало предчувствие, что надо как можно быстрее убегать. Прикинув ширину каменного кольца, я неуверенно перелез через бортик, и тут же крыса прыгнула на меня, толкая вниз. Ледяная вода разом выбила весь воздух из легких. От неожиданности я замолотил руками, пытаясь всплыть, но что-то схватило меня за крыло и, едва не оторвав его, потянуло в сторону.
        Вынырнули мы в самый последний момент. Наглотавшись воды, я долго не мог откашляться. Пролом в стене колодца выводил в небольшой водоем, откуда по наклонному желобу вода убегала в глубь туннеля. Все вокруг: и стены, и потолок, и желоб — было выложено из серых каменных кирпичиков.
        — Пойдем.  — Леся первой направилась вниз по туннелю.
        — И вообще, не понимаю, какого черта я сюда полез,  — вздохнул я.  — А ведь обещал Нямкасу больше не драться. Где тут можно выбраться поближе к Синей улице?
        В темноте туннеля я неплохо видел, но, когда Леся внезапно остановилась, едва не налетел на нее. После купания шерсть у нее стояла дыбом.
        — Ты убил трех человек, потерял славу, и, если тебя сейчас убьют, ты можешь не появиться вновь,  — спокойно сказала она.  — Подниматься в город сейчас опасно.
        — Потерял славу?  — переспросил я, но она уже шла дальше.
        Если я правильно помнил из рассказа Нямкаса, «слава», или попросту «известность», накапливается у героя вследствие тех или иных поступков. Когда она опускается ниже определенного уровня, шанс не возродиться после смерти существенно повышается. За убийство мирного жителя или за нарушение местных законов слава падает довольно сильно. У местной стражи даже есть указание убивать на месте героев, совершивших преступление. И если после этого преступник возрождался, его судили.
        Во время обычной дуэли соперники славу не теряли, но вот убийство вне дуэли сказывалось не лучшим образом. Исключением было лишь Вольное братство. Эти головорезы убивают и грабят всех подряд, кого встречают на своем пути, и от этого их слава только растет. В моем же случае убийство троих игроков без предупреждения не являлось преступлением, но давало возможность им или их клану отомстить мне.
        — А какой уровень был у тех, кого я убил?
        — Нубы.  — Она добавила еще пару нецензурных слов и гневно чиркнула когтями по каменной кладке стены, оставляя на ней три глубоких борозды.  — Я бы сама их прикончила, но боялась, что они убьют Каси, увидев меня…
        — Хорошо, что я услышал ее крик…  — Леся снова неожиданно остановилась, и я по инерции наступил ей на хвост.  — Прости, я нечаянно.
        — Неуклюжий кабан!  — Она толкнула меня.  — Постарайся не отставать от меня.
        Я утвердительно закивал. Мы как раз выходили к освещенной части туннеля. Здесь в стену были вмонтированы небольшие лампы с магическими огоньками внутри. В нос ударил мерзкий запах нечистот.
        На перекрестке чистый подземный источник вливался в небольшую дурно пахнущую реку. Тот, кто строил подземные катакомбы, заключил ее в каменный канал, к которому с разных перекрестков стекались такие вот чистые и не очень ручейки.
        Идти пришлось минут пятнадцать. Без проводника заплутать в хитросплетении подземных ходов можно было в два счета. Пару раз нам попадались крысы-переростки, размером с хорошую собаку, но, завидев нас, они решили благоразумно ретироваться. Кроме крыс отдаленные, неосвещенные закоулки канализации были заполнены летучими мышами, плотоядными жуками, огромными пиявками и даже какой-то разновидностью гоблинов.
        На очередном перекрестке Леся свернула в узкий проход, откуда бежал прозрачный ручеек. На стенах в этом туннеле рос люминесцентный мох, слабо освещающий проход. В его бледно-голубом свечении вода казалась сказочно красивой.
        Метрах в ста от главной магистрали прямо в стене туннеля была установлена деревянная, обитая железными полосками дверь. Скорее всего, здесь было предусмотрено какое-то техническое помещение. Небольшая каменная комната оказалась почти пустой. Для освещения здесь использовались все те же лампы, что и в главном проходе. В дальней части комнаты вплотную друг к другу стояли две видавшие виды деревянные кровати. Пол перед ними устилал старенький ковер, на котором лежала Каси, держа в руках книжку. Завершала обстановку широкая ширма, за которой притаились сундук и низенький табурет. Негусто для дома двух девушек.
        Выйдя из помещения и хорошенько вымыв ноги в ручье, я вернулся и аккуратно присел рядом с Каси на ковер. Воздух в помещении был прохладный, но совершенно сухой.
        — Спасибо за куклу!  — Каси продемонстрировала мне ее.
        — Так это был ты?!  — удивленно спросила Леся из-за ширмы.
        — Леся обещала поцеловать тебя,  — закивала Каси.
        — Нет уж, спасибо.  — Я представил себе эту картину и поежился.
        Леся успела сменить форму, превратившись в человека. Высокая, стройная, с красивыми рыжими волосами, едва достающими ей до плеч. В облегающих кожаных штанах и легкой куртке, она притягивала взгляд. Грациозно подошла, чмокнула меня в нос и уселась рядом с Каси, нежно обнимая ее.
        — Раз обещала, получи. Ты спас мою сестру, и я очень благодарна тебе за это.
        — Да ладно, все путем. Уверен, многие бы поступили так же.
        — Потерять бессмертие ради спасения монстра?  — Она улыбнулась.
        — Кстати, а Каси превращаться умеет? Я у тебя хвоста не вижу, вот и…
        — Нахал,  — недовольно бросила Леся, поправляя платье сестры, пряча хвост.  — Не умеет она. Обычно дети в ее годы легко перевоплощаются…
        — Странное дело.  — Я расправил крыло.  — Вроде бы привык менять форму, а тут…
        — Давно в Новом мире?
        — Не очень. Меньше месяца.
        — Испытывал сегодня головокружение, сонливость, усталость?
        — Нет,  — я задумался,  — даже наоборот. Обычно на меня жара плохо действует, а сегодня все было замечательно. Вот когда я Каси встретил, едва на улице не уснул. Странно себя чувствовал.
        — В день города?!  — Она вскочила, схватила меня за плечи и с силой затрясла.  — Ты дурак? Пропустить свой день.  — Испуганное выражение сменилось ядовитой улыбкой.  — Больно было? Перевоплощаться?
        — Больно,  — кивнул я.
        — Так тебе и надо.  — Она вернулась на место, усаживая сестру на колени.  — Будешь знать.
        — И что мне теперь, целый день так ходить?
        — Может, день, а может, и месяц.
        — Меня же искать будут.  — Я тяжело вздохнул.  — Может, им записку оставить? Или ночью домой вернуться…
        — Сиди уже до завтра. Будь нашим гостем. Если не обратишься обратно в человека, подумаем, что можно сделать. И может быть, представишься?
        — Митр. Но друзья зовут меня Митя или Митяй. Будем знакомы.
        — Вы тут посидите, а я схожу, раздобуду чего-нибудь на ужин. Каси, из дома чтобы ни ногой.
        В полупустом замкнутом помещении меня уже через десять минут начало клонить в сон. Каси, достав из сундука простой карандаш, принялась чертить им в книге, которая оказалась детским блокнотом для раскрашивания. Я же поудобнее устроился на ковре и, закрыв глаза, моментально провалился в полудрему. Сколько прошло времени, трудно сказать, но, когда вернулась Леся, Каси уже спала на кровати, забравшись под одеяло.
        Походных сумок у местных жителей предусмотрено не было, поэтому свою добычу Леся несла в большой сетке, очень похожей на авоську. Не знаю, насколько удача была благосклонна к ней сегодня, но в рацион ужина входили две буханки хлеба, вилок капусты, с десяток помидоров и задушенная неощипанная курица. Она продемонстрировала добычу и довольно улыбнулась. Выходит, удачно поохотилась у местных фермеров.
        — Каси будить?  — шепотом спросил я.
        — Нет, пусть спит. Ты есть хочешь?
        — Не очень. И вообще, я, когда дракон, легко могу неделю не есть. Наверное.
        — Я уже поела, так что…  — Она посмотрела на курицу.  — Пойду ее приготовлю. Подожди немного.
        Вернулась она минут через сорок. Пахло от нее дымом. Курицу она, судя по всему, пожарила прямо на открытом огне. Мне достались ножка и кусок хлеба. От овощей я отказался.
        — Пусть немного невежливо, но чего у вас тут так пусто? Даже стола нет.
        — Нельзя,  — проворчала она, с хрустом разгрызая хрящик,  — сразу найдут и убьют. Чем больше у тебя дорогих вещей, тем проще тебя найти.
        — Это ничего, что я куклу подарил? Дорогой все-таки подарок получился.
        — Нормально. Подарок так просто отнять нельзя.  — Она скосила на меня взгляд.  — Странный ты. Первый раз встречаю героя, который так спокойно разговаривает с нами, дарит подарки. Старейшина говорил, что в молодости встречал похожего на тебя.
        — Не тяжело вам? Жить тут, зная, что на тебя постоянно охотятся в надежде поднять уровень или получить пару золотых монет…
        — Привыкнуть можно. Мы с городскими особо не конфликтуем. Равнодушные они к нам. Да и герои по нашу душу заходят редко.  — При этих словах взгляд у нее стал угрожающим.  — Насколько надо быть алчным, чтобы убить того, кто награждает тебя за проделанную работу…  — Я, конечно, промолчал, но она поняла по моему виду.  — Отца моего четыре дня назад убили. Обычно к нам спускаются, чтобы попросить работу, но в этот раз, выполнив свою часть сделки, они остались недовольны наградой… Если отец не вернется к жизни, мы сделаем так, что они об этом пожалеют.
        — Он может воскреснуть?  — удивился я.  — Прямо как герои?
        — Такое случается, иногда… Ты поел?
        — А, да…  — Я даже не заметил, как догрыз косточку.  — Задумался. Один раз я чуть ложку не откусил. Все забываю, что у меня острые зубы…
        Я даже не представлял, что у монстров, с которыми воюют герои, есть личности. Мне почему-то казалось, что они просто винтики в системе, созданные для нас. Коренные жители Изумрудного города были вполне нормальными в этом плане, так почему же остальные обитатели Нового мира должны быть другими? Не знай этого, в составе рейда я бы с радостью бегал по канализации, убивая оборотней, а теперь не знал, правильно ли поступал, охотясь на гоблинов в их лесах. Ведь наверняка и они живут своей жизнью, радуются мелочам, скорбят по убитым…
        Водоворот мыслей так закружил меня, что половину ночи не мог уснуть, но стоило на минуту закрыть глаза, как кто-то уже пытался раскрыть мое крыло. Оказывается, Каси проснулась и от скуки пыталась посмотреть, как оно устроено.
        — Проснулся?  — Леся расстелила на ковре подобие скатерти, расставляя тарелки.  — Утро уже. Каси, отпусти его.
        — Ничего страшного, пусть играет.
        — Курочка!  — Каси радостно спрыгнула с крыла, усаживаясь рядом с сестрой.
        — Совсем забыл.  — Я вынул из сумки рулет.  — Получил его вчера в подарок… что?
        Надо было видеть хищный взгляд обеих сестер. Даже младшая смотрела на рулет, как волк на зайца.
        — Берите весь.  — Я махнул рукой, уловив взгляд Леси. Она тут же ополовинила его, разрезав оставшуюся часть на мелкие ломтики.
        — Прямо как на праздник,  — заулыбалась Каси, схватив по кусочку в каждую руку.
        — Овощи ешь, они полезные,  — вспомнил я слова Маруси. Я попробовал ломтик рулета.  — Неплохо. Лучше, чем я ожидал.
        — У Степана в лавке лучшие в городе мясные деликатесы,  — кивнула Леся, сразу определив, откуда угощение.  — Кстати, как у тебя с превращением?
        — Непонятно. Странное какое-то ощущение.
        — После завтрака идем к старейшине,  — поставила она меня перед фактом.
        — А можно, я к Саше пойду?  — Каси аккуратно уложила пару кусочков рулета на хлеб.  — Мы поиграем немного.
        — Только в город — ни ногой. Ты меня поняла?
        Как объяснила Леся, община крыс-оборотней была разбросана почти по всей канализации. Кто-то приспосабливал для себя старые служебные помещения, кто-то умудрялся рыть комнаты недалеко от источников чистой воды. Большие семьи у них встречались редко, да и собираться компаниями оборотни не любили.
        Старейшина, которого мне надо было посетить, жил почти на противоположном конце канализации. Идти по узким проходам пришлось долго. По пути нам пару раз встречались другие оборотни, но никто даже не здоровался. Мужчины-оборотни в своем крысином обличье выглядели также, как и Леся: высокие, худощавые, с длинными острыми когтями. Чтобы лишний раз не переодеваться, свой вид Леся менять не спешила. По мне, так это было к лучшему. Не привык я еще к их виду.
        Дом старейшины находился в небольшом углублении у подземного источника, не имеющего выход на поверхность. Чтобы сохранить хоть немного чистой воды, у источника построили небольшую каменную чашу.
        Пожилой оборотень, сгорбленный, с деревянной тросточкой, в накидке, напомнил мне учителя Сплинтера из известного мультфильма.
        — Слушай, а тут у вас черепахи-оборотни не водятся?  — шепотом спросил я у Леси.
        — Я таких еще не встречала,  — серьезно ответила она, проходя в комнату старейшины.  — Доброго утра, дедушка.
        — Леся?  — Он секунд десять наводил резкость, щурясь, пытаясь разглядеть ее.  — Проходи. Внучок мой убежал уже. Раньше вечера не будет его…
        — Мы к вам.  — Она подтолкнула меня вперед.  — Это Митя, мой друг.
        — Дракон?  — удивился старик. Проковыляв к нам, он с силой вцепился в мою руку, вопросительно глядя снизу вверх. Ладони у него были обжигающе горячими.  — Дракон. Ох, мне надо сесть…
        Я помог ему дойти до плетеного кресла. Скорее всего, кто-то из его родичей утащил этот элемент мебели с усадьбы местного фермера.
        — Давно это было, я плохо помню, но в прошлом ко мне уже приходил дракон. Ему нужно было кольцо. Он очень просил продать его, и я… что же было… А! Я подарил ему кольцо в обмен на услугу. Точно, точно.
        — А что за кольцо?  — заинтересовался я.
        — Красивое кольцо. Я нашел его в колодце. Ох, сколько же всего интересного тогда произошло…
        — Это сейчас не важно.  — Леся отодвинула меня в сторону.  — Митя убил трех героев, спасая Каси. Ты же можешь видеть его славу, скажи, много он потерял?
        — Слава у дракона… Да…  — Он закивал.  — Драконы — предвестники больших изменений и потрясений для мира. Но им дана лишь одна жизнь…
        — Хотелось бы знать, что он имеет в виду,  — проворчал я.
        — Это правда?  — переспросила Леся, касаясь его руки. Он перевел на нее взгляд, но не ответил.
        В итоге от дедушки ничего толкового мы не добились. Вспомнив прошлое, он ушел в глубокие раздумья и «завис». Зато я наконец перевоплотился обратно в человека. Причем без моего на то желания. Из одежды у меня оставались последняя рубашка и штаны. Надо было занять немного денег у Чи и купить новые.
        Задерживаться дольше в гостях у сестер я не стал. Леся показала мне выход из канализации как можно ближе к дому и просила некоторое время не спускаться к ним, так как это будет слишком опасно.
        Домой я вернулся удачно. В том смысле, что столкнулся на пороге с Неко. Едва я вошел, она тут же схватила меня за ворот рубашки и буквально отволокла в гостиную, усаживая на стул.
        — Нямкас!  — крикнула она.  — Наш блудный кот вернулся!
        — Митя,  — из кухни вышла Маруся, всплеснув руками,  — живой.
        — А что со мной станется?  — удивился я.
        Со второго этажа уже спускались Нямкас и Чиафредо.
        — Свиток?  — спросил Нямкас.
        — А, да.  — Неко извлекла из сумки небольшой пергамент и произнесла заклинание. Как и в прошлый раз, он слегка осветился, но почти сразу рассыпался в ее руках.
        — Ниже среднего,  — облегченно сказала она.
        — Пф-ф.  — Нямкас уселся на соседний стул.
        — Чего это вы?  — все еще пребывая в замешательстве, спросил я.
        — А чего мы?  — пожал плечами Чиафредо. Взгляд у него был укоризненным.  — Просто кто-то сорвал, как их… три ПК и едва не потерял свое бессмертие.
        — В следующий раз, когда задумаешь подобное, предупреждай. Мы волновались,  — встала на их сторону Маруся.
        — Простите.  — Я опустил взгляд.  — Я не специально.
        — Понимаем, что не специально,  — кивнул Нямкас.  — Рассказывай.
        — Вот.  — Я положил на стол увесистый ключ.  — Полдня за ним бегал. Но не в этом суть. Оказывается, в день города был день драконов. Да, я уже в курсе. Как раз сегодня в обед и перевоплотился. Думал, помру. Но и это не главное. Я тут на день города девочке одной помог немного. Милашка такая лет шести, с хвостиком. В смысле с настоящим хвостиком. Так вот, едва я в дракона обернулся, слышу, кричит она. Ну я и побежал на крик. А там три у… кхм… отморозка убить ее собрались.
        — Вот, специально приберег. На память. Надо бы в рамку поставить.  — Нямкас рассмеялся, демонстрируя газету.
        На главной странице я был изображен бегущим по улице с расправленными крыльями. Несколько прохожих, с застывшим ужасом на лицах, пытались убраться с моего пути. Автор рисунка был тот же, что рисовал меня и в прошлый раз. Надо было лично пожать ему руку. Вторая работа получилась даже лучше, чем первая.
        — Я тебе скажу, это было самое эффектное появление героя на улицах Изумрудного города со времен его основания,  — продолжил он.  — О черном драконе, пронесшемся по главной улице и убившем трех новичков, будут еще долго судачить.
        Я рассказал, как спас Каси, как познакомился с ее сестрой и погостил у них дома. Рассказал и про посещение старика «Сплинтера». Слушали меня молча, с разными выражениями на лицах. Чи — удивленно, остальные — с толикой недоверия и беспокойства.
        — Не знаю, чего так расписывают канализацию; по мне, так довольно спокойное место. Да и живности там немного. Пахнет только…
        — Спокойное?!  — удивилась Неко.  — Это когда там было спокойно? Ты там крыс видел? Из-за поворота выскочит одна такая и откусит ногу, «мама» не успеешь сказать. Мы в рейд гильдией ходили, наших половина полегла только из-за того, что мнили себя слишком крутыми. В узком пространстве, когда монстры прут на тебя живой стеной, страшно так, что хочется бросить все и бежать без оглядки. Соло туда не ходят даже герои, достигшие пятидесятого уровня.
        — Неко, не распаляйся,  — сказал Нямкас, так как она начала заводиться.  — Что там старик говорил об одной жизни?
        — Не знаю.  — Я пожал плечами.  — Может, хотел сказать, что после смерти я не появлюсь вновь.
        — Бред.  — Неко скрестила руки на груди.  — Пока у тебя положительное значение славы — воскреснешь как миленький, никуда не денешься.
        — Но лучше не проверять,  — вставил я.
        — Месяца через четыре, может пять, меня допустят к заклинанию воскрешения,  — сказал Чи.  — Прокл на днях нам его демонстрировал. Поразительное зрелище. Ускоренная регенерация всех клеток тела. У бедолаги с разбитой головой, которого доставили для примера, на наших глазах все зажило.
        — Но ведь убитые сразу исчезают?  — Я припомнил, как сразу растворялись тела убитых героев.
        — Только в городе,  — сказал Нямкас.  — Чем дальше от города, тем больше нужно времени, прежде чем твое тело исчезнет. Может и целый день пройти…
        — Может, хватит уже о смерти?  — остановила его Неко.  — Если не тупить, все будет в порядке. Давайте лучше о деле. Раз задумка с канализацией отпадает, надо решить: куда идти?
        — А что с канализацией?  — переспросил я. Мне хотелось зайти в гости к сестрам и познакомить их с друзьями.  — Почему вдруг отпадает?
        — Опасно там стало,  — немного недовольно сказал Нямкас. Видать, и ему выполнение квеста далось не так легко, чтобы бросить все на половине пути.  — Монстры словно взбесились. Погибли уже четыре группы по пять человек и две по десять. Все говорят, что оборотни лютуют. Обычно они редко нападают на рейдовые группы.
        — Точно,  — вспомнил я.  — Леся говорила, что какая-то группа убила ее отца. Он им задание выдал, но, видно, награда их не устроила.
        — В любом случае сейчас идти туда неразумно. Успокоятся они, продолжим квест. Тебе когда ключ надо вернуть?
        — Да вообще-то я его присвоил по-тихому, пока никто не видел.
        — Ладно, проблемой меньше, проблемой больше…  — Нямкас махнул рукой.  — Митяй, у тебя сколько сейчас активных навыков?
        — Вроде как два.  — Я задумался.  — Заклинание, которое мне Елизавета давала, я его почти выучил. Ну и Никон нам показывал, как удар утяжелять.
        — И все?  — Он удивленно уставился на меня.  — Так, марш в гильдию. И чтобы тренировался усерднее всех. Понятно?..


        — Понятно, понятно,  — проворчал Митр. По его виду было видно, что тренироваться — это меньшее, что ему сейчас хочется делать.
        — Я расспросил людей, которые видели, как ты превращался. Среди них был один герой-новичок, так что внимательнее. Сразу о тебе, конечно, не узнают. Но вот кое-кто заплатил немалые деньги газетчикам, чтобы они выяснили личность дракона. Со временем они докопаются до истины, поэтому ты должен тренироваться так, чтобы легко победил любого героя выше себя на десять уровней. Чтобы у тебя был опыт драк с разными классами героев, мы с Неко тебе поможем. Василий тоже.
        — В дракона чтобы не смел оборачиваться,  — предупредила Неко.
        — Да я и не собирался,  — он махнул рукой.  — Ладно, ушел я.
        Нямкас дождался, пока Митя выйдет, потом кивнул Неко, чтобы она поднялась в его кабинет.
        — Слушай…  — Неко села на край стола, с тревогой глядя на мужа.  — А может, ну его, эти квесты? Обойдемся и без них.
        — Нет. Сейчас нам нужны деньги и хорошая экипировка. Нельзя же посадить его под замок.  — Он ободряюще улыбнулся.  — Я все рассказал Никону. Он через это проходил, поэтому обещал помочь и потренировать парня.
        — Значит, данные из библиотеки были верны?
        — Ничего плохого не случится. Главное, чтобы он не спешил набирать уровни. А там, получит опыт, будет полегче…



        Глава 7

        Стоило празднику закончиться, как в гильдии снова стало тихо. Почти все разбрелись по своим кланам или умчались в новые походы. Даже новички и те подались в рейд по болотам. Видать, Юпитер уговорил.
        На тренировочной площадке, к моему удивлению, обнаружился Пастер и два героя, которым он что-то объяснял, жестикулируя шестопером. Насколько я знал, любимое оружие нашего начальника имело всего пять пластин. Шестую он сломал в битве с каким-то мифическим монстром, но не желал отдавать булаву в ремонт, нелестно высказываясь о местных мастерах. Я уже хотел было подойти послушать, но столкнулся с его серьезным взглядом и решил не мешать.
        Никона я нашел в главном здании, в одном из учебных классов. Развалившись на скамейке, он спал.
        — Митька,  — не открывая глаз, сказал он, едва я вошел в помещение.  — Привет, везунчик.
        — День добрый.  — Я сел на место учителя.
        — Чего без настроения?  — Он сел и потянулся.  — Ладно, не унывай, до конца света еще далеко. В нашем положении здоровый оптимизм и хорошее настроение — залог успеха.
        — Да я, в общем, и не унываю. Так, задумался просто.
        — Ну что, добро пожаловать в клуб «Десять с плюсом».  — Он улыбнулся.  — Будешь четвертым.
        — Что за клуб?  — приподнял я бровь.
        — Клуб для тех, кому проходу не дают герои на десять уровней выше. Ты же в курсе положения Елизаветы. Вот, она третья в нашем коллективе. Я — второй, Маркиз — первый. Да, ты с ним еще не знаком. Вследствие тех или иных причин, у окружающих появляется навязчивое желание убить нас. Елизавету — из-за ссоры с «Северным ветром», Маркиза — из-за его деятельности, ну а нас с тобой — из-за желания продемонстрировать свою силу. Ты умудрился убить двух героев пятидесятого уровня, значит, убив тебя, другой герой докажет, что еще круче и сильнее.  — Он рассмеялся.  — Нямкас мне все рассказал, так что не беспокойся, тайну твою не выдам. Кстати, из-за того прецедента куча нубов на своей шкуре узнали, что значит разница больше чем в десять уровней.  — Он встал.  — А, забыл упомянуть про награду за твою голову. Аж две сотни золотых тому, кто убьет тебя. Неплохо стартовал, поздравляю.
        — И кто платит? «Северный ветер»?
        — Не угадал. Клан «Свобода», слышал? Это те трое, кого ты убил вчера. Тот еще скотский клан. Оперативно они за тебя награду назначили. Ладно, пойдем в спортзал, до вечера у нас времени предостаточно, так что потренируемся.
        Спортзал был еще одним сооружением, построенным собственными руками и на средства гильдии. Небольшое одноэтажное здание с высоким потолком и окнами под самой крышей. Разглядеть с улицы, кто там занимается, было практически невозможно. На двери здесь постоянно висел большой амбарный замок, так что внутри я еще ни разу не был.
        — Что-то я про награду первый раз слышу. Как-то не по-людски получается.
        — В гильдии разбойников есть такой стенд, на котором крепят объявления на убийство того или иного игрока. Неплохой способ заработка, я тебе скажу. И даже знаю, кто к тебе первым заглянет. Двадцать пятый уровень, Дон Капоне. Специализируется на убийстве нубов за деньги. Да ладно тебе.  — Он хлопнул меня по плечу.  — За меня там знаешь какая награда? Чуть больше трех тысяч. Каждый проигравший, коих перевалило уже за полтинник, добавляет в эту сумму кто двадцать, кто пятьдесят монет. Глядишь, еще год-два — и переплюну лидера Вольного братства.
        — И ты еще ни разу не проиграл?
        — Я — нет.  — Мы как раз подошли к спортзалу. Никон открыл его своим ключом и любезно уступил дорогу.  — Заходи.
        — Темновато тут.
        — В самый раз. Ты в темноте как видишь?  — В полумраке глаза у Никона немного светились.  — В этом теле, я имею в виду.
        — Не очень,  — отозвался я, разглядывая грубый деревянный пол, испещренный глубокими бороздами и царапинами. Никон задвинул засов на двери и кивнул в сторону двух лавочек, единственной мебели в пустом помещении.
        — Переодевайся. Сейчас посмотрим, как ты смог одолеть Лаптя. Я сталкивался с ним пару раз. Неужто он за столько времени так и не научился держать оружие в руках?
        В образе дракона комната предстала мне в еще более плачевном состоянии, чем показалось на первый взгляд. Следы от когтей заметны не только на полу, но и на стенах. Я потянулся до хруста в суставах и блаженно выдохнул.
        — Однако,  — протянул Никон.  — Ничего так, солидно выглядишь. Чешуя удар меча выдержит?
        — Не знаю, не проверял,  — пожал я плечами.
        — Давай, пять минут разминка. Перед боем многие этим пренебрегают, теряя ловкость и подвижность.
        Как разминаться в теле дракона, я даже не представлял, но на всякий случай потянул крылья, взмахнув ими пару раз, разгоняя кровь. От прыжков на месте я отказался, так как боялся за сохранность пола.
        — Превращаться я пока не буду, поэтому надену кольчугу. Можешь не бояться, учебный меч ее даже не оцарапает. В любом случае бей в полную силу.
        — Чет мне страшно,  — сказал я, вынимая из сумки учебный меч.  — Я ведь тогда зол был…
        — Ярость — это, конечно, замечательная штука,  — наставительно сказал Никон,  — но пользоваться ею надо уметь. Пока не научишься биться с трезвой головой, про ярость лучше забудь. Нападай.
        Нас разделяло где-то пять метров. Взмахнув крыльями, я бросился вперед, точно также, как и у здания аукциона. Это движение далось на удивление легко. Мой меч разрубил воздух в том месте, где только что был Никон, и по инерции я пролетел еще метра два. Что-то сильно ударило в бок, но, прежде чем я развернулся, еще один удар пришелся промеж лопаток. В обоих случаях железный тренировочный меч отскочил от меня с металлическим лязгом.
        — Неплохо для новичка,  — без толики насмешки сказал Никон.  — Вот только терять противника из вида — фатальная ошибка. Учти, я буду повышать силу ударов, поэтому старайся их не пропускать.
        Теперь в атаку пошел Никон. Три последовательных удара сверху вниз едва не выбили оружие из моих рук. Четвертый, неожиданно для меня, пришелся снизу, прямо под ребра. На этот раз удар я почувствовал. Не больно, но неприятно. Мой встречный выпад встретил жесткий блок, после чего очередной удар пришелся мне в плечо.
        Избиение длилось минут пятнадцать. С каждым разом Никон умудрялся вкладывать в удар все больше и больше сил. И это учитывая, что он не использовал ни одного умения. Мои попытки достать его постоянно наталкивались на блок. Как бы сильно я ни бил, отбросить его руку с оружием ни разу не получилось.
        — Все в порядке? Ничего не сломал?
        — Нормально.  — Я поднялся, потирая ушибленную руку.
        — Что я могу сказать.  — Он сел на скамейку, пару раз встряхнув запястьем.  — Повезло тебе, что король запретил любые дуэли на территории города.
        — Все так плохо?  — Я сел прямо на пол.
        — Еще раз говорю, для новичка более чем хорошо. Но вот против того же Капоне — никуда не годится. Почти все игроки, вплоть до семидесятого уровня, пренебрегают тренировкой с оружием. На что похожа дуэль новичков? На махание палками, в надежде достать противника. У них из умений-то в арсенале ничего нет. Но вот с двадцатого уровня идут очень удобные активные умения, позволяющие тебе получить преимущество в бою. К примеру, воины используют серии выпадов. Три, четыре, пять ударов подряд. С одной стороны, хорошо: держись за меч покрепче да следи, чтобы противник был в поле зрения. С другой стороны, повлиять на эти удары герой не может. Ни изменить направление удара, ни прервать его на середине. То же и у паладинов. Есть один «заряженный удар», от которого нельзя уклониться, если находишься в пределах его досягаемости. Минус в чем: зайди противнику с неудобной стороны — и он вывернет себе запястье или выбьет оружие. Поэтому в любом бою нужно уметь правильно, а самое главное — вовремя применить то или иное умение. А пока выбираешь момент, ты единственный хозяин своего оружия.  — Он взвесил в
руке меч.  — Я вообще придерживаюсь принципа: как можно меньше использовать умений. Кстати, меч покажи. Драконий клинок.
        Я вынул из сумки меч и протянул Никону. Он с какой-то странной улыбкой бегло осмотрел и вернул его обратно.
        — Видел бы ты лицо Магнума, когда он узнал, что его меч достался нубу.  — Он рассмеялся.  — С ним Магнум стал бы самым сильным героем в городе. Да что там в городе — на континенте! Сколько сил и средств мы вложили, чтобы достать его, а ты купил за десяток золотых.
        — Ты сказал «мы вложили»?
        — Я разве не говорил, что состою в клане «Семь звезд»?  — удивился он. Я отрицательно покачал головой.  — Не переживай, Магнум не умеет долго таить обиду. Побуянит, покрушит все вокруг и успокоится.  — Он поставил на лавочку четыре бутылочки с лечащим зельем.  — Лимит на сегодня…
        Домой я попал только поздно вечером. Болело буквально все. Ощущения были такие, словно меня хорошенько отходили металлической арматурой. После противных на вкус зелий боль слегка отступила, но их незабываемый вкус напрочь отбивал любой аппетит, поэтому от ужина я отказался, сразу отправившись спать. Учитывая, что полдня провел в облике дракона, перевоплощаться не было ни сил, ни желания. Едва добравшись до койки, я моментально уснул.
        Какое же это удовольствие — выспаться на мягкой кровати, укрывшись мягким одеялом, положив под голову мягонькую подушку! Никон целый день с самым серьезным видом лупил меня сначала мечом, потом перешел к топору, так как от тренировочного меча толку было не больше, чем от палки. Правда, и топор не мог пробить мою броню, но зато им он умудрился пару раз распороть мне крыло. С инстинктом закрываться крыльями в момент опасности надо было срочно что-то делать.
        Финальная же часть тренировок закончилась, едва успев начаться. Никон попросил меня перевоплотиться обратно в человека и надеть кольчугу, но одного удара хватило, чтобы отправить меня в нокаут на добрых десять минут. Одно утешало: к вечеру Никон устал не меньше моего, и на том тренировку было решено закончить.
        — Митяй, вставай, завтрак проспишь.  — Голос Елизаветы вырвал меня из сна.
        «Сегодня же занесу в журнал задание установить щеколду на дверь»,  — недовольно подумал я. Привычка всех постояльцев дома заглядывать ко мне без приглашения начинала доставать. К сожалению, сон окончательно растворился, и лежать больше не было смысла.
        Переодевшись, я высыпал на кровать обрывки испорченной одежды. В кармане разодранной рубашки нашлась бусинка, подаренная Каси. Надев ее на шею, я собрал одежду в охапку и упаковал в мешок с ее собратьями по несчастью. С сегодняшнего дня Никон обещал тренировать меня только в обычном виде и почему-то запретил перевоплощаться в дракона. А для тренировок надо было купить пару комплектов новой одежды.
        До обеда оставалась уйма времени, поэтому я решил начать с неспешного завтрака. Сегодня у меня он проходил в компании с Чи и Нямкасом. Оба в ожидании сидели за столом с задумчивым видом, читая газеты. Если Нямкас старался быть в курсе событий, то для Чиафредо это представляло собой что-то вроде утреннего ритуала. Не уверен, что он запоминал и половину из прочтенного…
        — Утро доброе,  — сказал я, плюхаясь на стул.
        Стоило Елизавете узнать о запрете на дуэли в городе, так она умудрялась сбегать из дому раньше всех. Чтобы поправить свое финансовое состояние, она полдня проводила на аукционе, выискивая что-нибудь интересное в заказах. Вчера вечером я краем уха уловил их спор с Неко о какой-то бижутерии. Неко ворчала, что та зря вложила в нее кучу денег и что это не окупится, но у Елизаветы на этот счет было свое мнение.
        — Вот интересная новость.  — Нямкас постучал по газете.  — Ты говорил, что познакомился с оборотнями из канализации, и, думаю, тебе будет интересно. В связи с гибелью большого количества героев Ленин собрался кардинально решить эту проблему. На днях он планирует собрать группу высокоуровневых героев и разом вычистить канализацию от оборотней и гоблинов. Ходят неприятные слухи о войне, поэтому проблему с канализацией хотят решить в самые кратчайшие сроки. За голову каждого монстра будут платить золотом из казны города.
        — О войне?  — переспросил Чи.
        — Говорят, Европейский Союз хочет занять Изумрудный. Бруклин им не осилить, вот и…
        — Подожди,  — перебил я его.  — Это что же, они хотят перебить всех крыс-оборотней?
        — Ну да, я про это и говорил. На пару месяцев это должно решить проблему…  — Он не договорил, так как в подвале что-то взорвалось с такой силой, что на кухне зазвенела посуда, а мы едва не попадали со стульев.
        Переглянувшись, мы бросились туда. В центре подвала, окруженная огненным ореолом, стояла Неко, держа в руках волшебную палочку. Она что-то высматривала в темных углах, готовая вновь пустить в ход магию. Небольшая тумбочка, которую Нямкас перенес сюда для моих нужд, превратилась в груду мелких обломков, а золотые монеты равномерно разбросало по всему полу.
        — Что случилось?  — Нямкас осторожно спустился с лестницы, поддев носком сапога золотую монету. Неко тут же оказалась рядом, прячась за его спиной и указывая в угол.
        — Эта сволочь пыталась стащить мое золото!  — разгневанно сказала она.
        — Кто?  — не понял Нямкас.
        — Крыса! Вот такая! Я пыталась посчитать деньги, а она выбежала прямо из-под тумбы с МОЕЙ монетой в зубах. Представляешь?
        — Ты в нее попала?
        — Не знаю. Вряд ли. Она еще где-то здесь… Нам срочно нужна мышеловка. Нет, лучше капкан на крысу. А еще лучше — на лисицу…
        — Ага, на медведя,  — рассмеялся я, принявшись собирать монеты.
        — Кот! Нам нужен кот…
        — Обязательно купим,  — успокаивал ее Нямкас.  — И капкан, и кота.
        Минут пять ушло на то, чтобы собрать все монеты. Неко перевернула в подвале все, чтобы удостовериться, что ни одна не закатилась в какую-нибудь щель.
        — Мне кажется или их стало больше?  — Я присел рядом с кучкой монет, которая выросла раза в два с прошлого моего визита в подвал.
        — Ага, я тоже удивилась,  — кивнула Неко.  — Четыре тысячи восемьсот двадцать одна монета. Нямкас?
        — Сама знаешь, у меня лишних денег нет. Причем столько сразу. Может, Василий?
        — Не, он мне еще сдачу за реторту не отдал.
        — А может, Елизавета?  — предположил я.  — Продала что-нибудь на аукционе и вложила?
        — Без меня? Ночью?  — удивилась Неко.  — Где она?
        — Уже ушла.  — Нямкас еще раз оглядел помещение и, взяв под руку Неко, повел ее наверх.  — Вернется — спросим. Пойдем, завтрак уже готов. Митяй, помоги на кухне.
        Бросив удивленный взгляд на кучу золота, я последним вышел из помещения, заперев за собой дверь. Маруся уже звенела осколками посуды.
        — Давайте помогу.  — Я взял у нее веник и небольшой жестяной совок.
        — Спасибо.  — Она поспешила к духовке, от которой шел приятный запах.  — Я тут пирожков сладких испекла. Васька их очень любит.
        — Интересно, а что любят крысы?  — спросил я вслух сам у себя.
        — Всеядны они,  — отозвалась Маруся.  — Все едят, черти хвостатые. Неко их боится, чуть в обморок не падает.
        — А вы?
        — У меня дома кот черный, Кузькой кличут, по две штуки в день ловил. Охотник на них был знатный. Задушит, значит, и несет, показывает. Я в город к внуку на каникулы приезжала, последить за ним, так сноха моя учудила, купила малому крысу ручную. Совсем городские ума лишились. Говорят, кто крокодила, кто змею дома держат. А крыса та изюм очень любила.
        — А у нас на даче они провода грызли. Пластика им, что ли, в организме не хватает?
        — Тебе Неко уже говорила, что у Василия завтра день рождения?  — вспомнила Маруся.
        — Нет, я не знал. Сколько ему исполняется?
        — Третий год пойдет, как он появился в этом мире,  — кивнула она.  — Мы здесь празднуем только этот день рождения. Ты смотри, завтра никуда не пропадай. Надо собраться, отметить как следует…
        Позавтракав на скорую руку, я предупредил, что до вечера меня можно не ждать, и уже собрался уходить, но столкнулся в дверях с Никоном.
        — Митя,  — он придержал меня за плечо,  — не забыл, что я жду тебя после обеда?
        — Ага,  — я утвердительно кивнул,  — на базар только смотаюсь.
        — Лады.  — Он заглянул в гостиную.  — Хозяева, гостей принимаете?
        — Никон!  — раздался обрадованный голос Маруси.  — Проходи. Мог бы заглянуть раньше. Али забыл нас?..
        До обеда надо было успеть сделать несколько важных дел, поэтому я выскочил из дома и бодрым шагом направился в сторону рынка. Ремесленники, живущие в городе, предпочитали торговать в лавках, но, как говорил Василий, они зачастую завышали цену, пользуясь тем, что конкурентов у них мало. Поэтому при покупке чего-нибудь стоящего первым делом стоило заглянуть на базар.
        Накануне в город пришел большой караван из Великой Орды, нашего крупного восточного соседа. Интересный факт: подавляющая часть населения Орды имела китайское и корейское происхождение, но правили ими монголы. Был у них там какой-то выдающийся человек, сумевший сплотить всех под своим правлением, и объединить пять городов. Не обошлось без кровопролития, но в выигрыше остались практически все.
        Заплатив немалые деньги в казну Изумрудного города, караван занял северную площадь, разбив на ней импровизированный торговый лагерь. Трудно передать словами атмосферу, царившую на этом базаре. Он не просто отличался от тех, что устраивали местные торговцы, он был абсолютно другим. Проходы между лотками иногда были такими узкими, что трудно было пройти, не наступив на расстеленные коврики или циновки с товаром.
        Так как сами герои из Орды редко говорили на русском языке, роль переводчиков играли уроженцы их стран, разговаривающие с очень смешным акцентом.
        — Цто интерецует великого воина?  — Стоило одному из героев остановиться рядом с лотком, на котором были разложены разномастные кольчуги, низкорослый азиат, в халате и странного вида головном уборе, сразу же оказался рядом, приветливо улыбаясь.
        Интересно, что в продаже имелись только свойственные нашему региону доспехи. Сами ордынские герои предпочитали пластинчатую броню. Чаще всего небольшие пластинки или всевозможных форм звездочки нашивались на кожаный жилет, реже — на нечто напоминающее наши кольчуги.
        — Постой.  — Меня за руку поймал китаец в такой вот пластинчатой броне, опускающейся почти до самой земли. Сделана она была так, чтобы защищать ноги всадника.  — Продай амулет,  — почти без акцента сказал он.
        — Амулет?  — переспросил я.
        — Амулет,  — закивал он, указывая на бусину, выпавшую из-под рубашки.  — Сто золотых дам.
        — Не проси.  — Я миролюбиво улыбнулся.  — Не могу. Подарок.
        — Подарок, да. Тогда тысяча за подарок. Хочешь — две тысячи.
        — Нет, нет.  — Я виновато развел руками. Уровень у этого героя был семьдесят пятый. Да и вообще, на базаре не было ни одного игрока из Орды ниже пятидесятого уровня.  — Я же говорю, подарок.
        — Поменяешь? Бери товара, сколько унесешь. Любой товар. Оружие, доспехи.
        — У меня сумка на двадцать ячеек. Я туда весь ваш базар сложу, и еще место останется. Извини.  — Я убрал бусину подальше от глаз и двинулся вдоль рядов. Не представлял, что стеклянная бусина может стоить аж две тысячи золотых. Надо будет обязательно поспрашивать на ее счет у Елизаветы.
        К сожалению, того, что я искал на рынке, не нашлось. Любым оружием всегда торговали неохотно, а луками или арбалетами — и подавно. Зато у выхода попался большой прилавок, заваленный различными орешками, курагой, изюмом и совсем незнакомыми сушеными фруктами. Вообще-то я хотел купить для Каси набор разноцветных леденцов на палочке, которыми баловались местные дети, но, увидев янтарного цвета изюм, решил обязательно купить именно его.
        — Почем?  — спросил я, доставая две оставшиеся золотые монеты.
        — Десять за полкило,  — довольно потирая руки, ответил продавец.
        — Да вы что, издеваетесь?! Откуда цены такие? Я за пять золотых поросенка куплю.
        — Свинья — не сладкая, а изюм — как мед.
        — И что, за такую цену покупают?  — язвительно спросил я.
        — Мешок привез. Все, что осталось.  — Он обвел рукой небольшую емкость.
        — Ладно уж, давай на все.  — Я отдал монеты, хмуро глядя, как он ловко отмеряет нужное количество на небольших весах.
        — Зря обижащся,  — покачал он головой.  — У вас виноград кислый растет, вино кислый получается.  — Отмерив сто грамм, он зачерпнул из емкости еще столько же и досыпал сверху.  — Кислый кушать — злым быть, сладкий — добрым. Кушай на здоровье.
        — Спасибо,  — удивленный такой щедростью продавца, поблагодарил я.  — И вам удачно поторговать.
        Осталось решить, как добраться до дома сестер и предупредить их о надвигающемся рейде. В целях безопасности все входы в канализацию были перекрыты стражей, и проникнуть можно было разве что через колодец. Пугало меня не столько купание в ледяной воде, сколько блуждание по канализации. Не стоило ждать, что тамошние жители примут меня с распростертыми объятиями.
        Если я правильно ориентировался, то дом Леси располагался недалеко от площади. Где-то час ушел на то, чтобы найти в закоулках между домами небольшой прямоугольный люк водостока. Металлическая решетка, закрывающая проход, подалась на удивление легко. Из отверстия тянуло плесенью и застоявшейся водой. Недолго раздумывая, я полез внутрь, надеясь, что навстречу мне не попадется крыса-переросток. Ширина колодца не позволяла ни повернуться, ни достать оружие, а когда он перешел в горизонтальный лаз, стало совсем тесно.
        Примерно метров через десять я напоролся на что-то острое, вонзившееся мне в спину. Тихо ругаясь, в кромешной темноте, едва не угодил в открытое отверстие. Если прислушаться, можно было уловить звук журчащей воды где-то внизу. Я спустил голову в проем, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Бусина Каси снова выпала из-под рубашки и едва не улетела вниз, зацепившись ниткой за ухо.
        Оказавшись на воле, бусина вспыхнула неярким светом, вырывая из темноты часть туннеля. В ту же секунду кто-то схватил меня за шкирку и с силой рванул вниз. Резкое падение сменилось рывком в сторону, больно ударяя меня головой о каменную кладку. Я безуспешно попытался оторвать от моего воротника тонкие, но невероятно сильные руки, покрытые жесткой шерстью.
        — Я же говорила: не приходить сюда снова,  — разгневанно прошипела Леся, встряхнув меня. В свете бусины ее крысиная морда казалась еще страшнее. Для острастки она щелкнула зубами в сантиметре от моего лица.  — От тебя несет кровью на всю канализацию.
        — У вас тут так пахнет, удивительно, как ты вообще…  — Я не договорил, так как она еще раз встряхнула меня.  — Не могла бы ты поставить меня на землю? Спасибо.  — Я потер шею, проведя пальцами по глубоким царапинам от ее когтей.  — Я просто хотел предупредить, что на вас хотят устроить большую охоту. И все. А ты сразу — кусаться…
        Она как-то странно посмотрела на меня и даже вздохнула.
        — Пойдем.  — Она зашагала вверх по течению ручья.
        — Слушай, а никак по-другому с вами связаться нельзя? Письмо там оставить или передать через кого?  — спросил я, но, естественно, ответа не последовало.
        В отличие от сестры Каси моему визиту обрадовалась. Видать, ее не отпускали даже к друзьям, раз она так живо запрыгала вокруг меня.
        — Рассказывай.  — Леся села на ковер, не собираясь превращаться в человека.
        Я вкратце рассказал о слухах в городе и о готовящемся рейде в канализацию. Вот только нужного эффекта эта новость не произвела. Леся восприняла ее так, будто я сказал, что завтра ожидается дождь.
        — Я тебе говорил: зря вы нападаете на героев. Чтобы обезопасить себя, человек всегда будет уничтожать любую угрозу. Единственное, чего вы добьетесь, так это поголовное истребление. Вам оно надо?
        — Пусть только попробуют сунуться, мы разом отправим их к точке возрождения,  — зловеще пообещала Леся.  — Им не победить.
        — Дура,  — покачал я головой.  — Они бессмертны, и их куда больше. О сестре подумай. Прошу, на ближайшую неделю переберитесь куда-нибудь подальше от Изумрудного. У вас в соседних городах родственников нет?
        — Мы никуда не уйдем. И даже если найдется место, где нам будут рады,  — опередила она меня.  — Предупредил — спасибо. А теперь уходи.
        — Ну чего ты такая упертая?  — вздохнул я.  — Месть никогда и никого до добра не доводила.
        — Теряя свои уровни и золото, они быстро одумаются,  — уверенно заявила она.
        — Не понял насчет золота?
        — Золото.  — Она извлекла из-под ковра золотую монету.  — Вы цените его даже больше, чем собственные жизни, рискуя которыми пытаетесь заработать все больше и больше. Многие в городе уже потеряли его, многим это еще только предстоит.
        — Если я правильно понимаю, это вы устроили кражи в хранилищах гильдий? Вы в своем уме?!  — Я почему-то даже разозлился.  — Нет, вы определенно хотите попасть в список исчезающих видов. Не ты ли мне говорила, что приносить золото домой нельзя? Вас же найдут.
        — Пф-ф.  — Леся щелчком пальца отправила монету в угол комнаты. В ее глазах сейчас блестело что-то очень пугающее. Я не замечал этого раньше. Даже Каси спряталась за моей спиной от этого взгляда.
        — Давай хотя бы Каси у меня поживет, пока вы тут разберетесь со своей дурью?
        — Нет,  — отрезала Леся.
        — Не переживай,  — тихо сказал я Каси.  — Пусть ее. Вредная она. На вот, попробуй. Купил по случаю.
        — А что это?  — Она с недоверием взяла несколько ягодок.
        — Изюм. Сушеный виноград.  — Я демонстративно съел несколько. Не обманул китаец — изюм оказался удивительно сладким.
        Она откусила половинку ягоды, и только когда та оказалась во рту, взгляд у нее стал такой, будто она впервые в жизни попробовала что-то настолько восхитительное. Рядом тут же оказалась Леся, ловко выхватывая из ладони сестры одну ягодку, ухватив ее когтями. Каси запоздало убрала руку и недовольно посмотрела на сестру.
        — А еще?  — Леся потянула меня за плечо.  — Что-то я не распробовала…
        Не договорив, она повернула голову в сторону двери и замерла. Каси в мгновение ока юркнула под кровать и в следующую секунду, с оглушительным ударом, дверь влетела в помещение.
        Первым в комнату ворвался воин, прикрывающийся ростовым щитом. Следом за ним — какой-то коротышка с длинным кинжалом и маг, запустивший в нас огненный шар. Леся схватила меня за шкирку и бросила в сторону ширмы. Мне понадобилось секунд пятнадцать, чтобы оказаться на ногах и понять, что вообще происходит.
        Леся успела напасть на воина, безуспешно пытаясь отобрать у него щит или обойти сбоку. Коротышка, обойдя ее сзади, в свою очередь пытался уловить момент, чтобы атаковать. Маг вообще остался незамеченным для Леси и колдовал что-то явно неприятное.
        — Мага бей!  — крикнул я, очертя голову бросившись на коротышку.
        Леся, прыгнув на щит воина, оттолкнулась от него и метнулась к магу. Момент был выбран удачно. Не знаю, как называлось то, что успел сотворить щуплый мужчина, но в щит воина ударил яркий поток света, лишь краем задев Лесю. Я же не успел добраться до мелкого, так как передо мной непонятным образом возник щит, ударивший меня с такой силой, что я отлетел в сторону коек. Меня никогда не сбивал многотонный грузовик, но ощущения должны быть именно такими. Сломав своим телом койку, я на некоторое время выпал из происходящих событий…


        — Если он не появится через пять минут, пусть пеняет на себя!
        — Ну Нямкас, не надо так строго.  — Никон посмотрел на солнце, оценивая время. Обед миновал полтора часа назад, а Митяй так и не изволил появиться.  — Сами виноваты, что ничего не сказали.
        — Семен, прости, что отвлекли от дел.
        — Какие проблемы.  — Семен Гордый, болезненного вида мужчина, лет тридцати пяти, состоял в том же клане, что и Никон.  — Новичок, что с него взять. Видать, нашел что-то интереснее тренировки. Сам таким был.  — Он рассмеялся.  — Хотя интересно было бы посмотреть на вашего парня. Никон такого рассказал, что мне, чесслово, не верится. Разница в уровне ведь больше чем в три раза. Даже с тренировочным мечом, удар в полную силу должен быть… смертельным.
        — Я своим старым топором с трудом пробил его защиту,  — сказал Никон.  — Не уверен, что и с новым в один удар уложился бы. Представляю, что будет, доберись он до моего уровня. Эт рейд собирать придется. Хотя лично меня удивляет совсем другое…
        — Баг это,  — снова высказал свое мнение Нямкас.  — Ошибка в системе или еще что-нибудь в этом роде.
        — Проверим,  — спокойно сказал Никон.  — Ты, за все время, сколько ошибок встречал? Вот и я также…
        На площадку перед тренировочным залом выбежал взъерошенный Вельзевул.
        — Нямкас, слава богу. Неко сказала, что вы будете здесь. Скорее, там Митяй опять что-то натворил.
        — Что на сей раз?
        — Я точно не знаю. Он ранен. Я крик Неко услышал и из лаборатории вниз выбежал, а там огромная крыса в дверях стоит и держит на руках Митяя. А он, когда дракон, сами знаете, сколько весит. Оба в крови, перепачканы…
        — Не тараторь!  — гаркнул Нямкас.  — Семен?
        — Я с вами.  — Он вынул из сумки походную настойку и осушил одним глотком.  — Побежали.
        В городе нечасто можно было увидеть крысу, несущую на руках дракона, поэтому, когда друзья добрались до дома, у здания уже толпилось с десяток зевак из местных. Несколько стражников как бы невзначай прогуливались неподалеку, бросая на них красноречивые взгляды.
        Крови в прихожей действительно было много. Ярче всех красовался большой отпечаток ладони на стене у зеркала. Митя, все еще в теле дракона, лежал на столе. Казалось, он даже не дышал.
        — Эка его,  — протянул Семен, глядя на рану в груди.
        — Крыса где?  — шепнул Нямкас Неко.
        — Вон.  — Неко указала на девушку, закутанную в одеяло, которая сидела в углу.  — Неразговорчивая особа. Ни слова не сказала, как этого притащила.
        — А может, это она его…
        — Мечом,  — отозвался Семен.  — И еще чем-то тяжелым.
        — Вот.  — Маруся протянула обломок стрелы.  — Три штуки в спине наглухо застряли, одну из плеча я вынула.
        — Интересно, с кем он повоевать успел? И как успел? Сем, что там?  — спросил Никон.
        — Плохо дело.  — Тот закатал рукава своего балахона и что-то колдовал над глубокой раной у ключицы.  — Нужны два зелья силы и одна ведьмина настойка. Слышал, есть такая у главы алхимиков, можно попросить, если шибко надо.
        — Вот.  — Василий протянул ему два небольших пузырька с мутной синей жидкостью.  — Сейчас посмотрю насчет настойки…  — Он вынул из сумки небольшой рукописный справочник и принялся листать страницы. Добравшись до нужной, долго читал список ингредиентов.  — Через тридцать минут будет настойка,  — пробурчал он и убежал наверх.
        — Он что, может настойки такого уровня делать?  — удивился Семен.
        — Может,  — вздохнул Нямкас.  — Я за Чи сбегаю…
        — Погодь,  — остановила его Маруся.  — Послали за ним соседского мальчишку. С минуты на минуту ждем.
        Выпив одно из синих зелий, Семен принялся за глубокие порезы, заживляя их по очереди.
        — И все же, с кем он так подрался-то? И почему не переместился к точке возрождения? С такими ранами… Или славы много потерял, на тех трех из «Свободы»?
        — Что-то вроде.  — Нямкас подошел поближе к девушке. Скорее всего, именно о ней говорил Митя, когда рассказывал про оборотней в канализации.  — Не помню твоего имени…  — Он сел на корточки перед ней.  — Не расскажешь, что произошло?
        Девушка бросила на него хмурый взгляд, но не ответила. В это время в комнату вошел Чиафредо.
        — Нямкас,  — он прошел к столу, приветственно кивнув Семену,  — там, на улице, целая делегация. Требуют главу клана.
        — Пойдем, не будем мешать.  — Неко взяла под руку Никона.  — Узнаем, кто пришел по нашу душу.
        По душу Нямкаса пришли аж шесть человек. В доспехах, при оружии, они выстроились перед зданием с таким видом, как будто решали — брать его штурмом или еще немного подождать. Неко смерила их ядовитым взглядом, моментально оценив уровень и силу каждого.
        — Чем обязан?  — Нямкас вышел вперед, скрестив руки на груди.
        — Мое имя Баромир, я заместитель главы клана «Свобода». У нас претензии к вашему человеку. Мало того что он хладнокровно убил трех наших новичков, так еще и сорвал рейд в канализацию. Из-за его вмешательства погибла группа в пять человек, трем из которых понадобится не меньше трех месяцев, чтобы восстановить свой уровень. Мы требуем компенсацию, в размере двадцати тысяч золотом, и извинений.
        Толпа у здания загудела. Людей стало значительно больше, среди них появились несколько героев.
        — Не соизволите ли сначала объяснить, как новичок, не достигший двадцатого уровня, сорвал рейд аж пяти человек?  — спросил Нямкас. Со стороны толпы послышался одинокий смех какого-то героя.
        — С разрешения комендатуры мы охотились на оборотней, когда вмешался ваш человек,  — уже не так уверенно, как минутой раньше, сказал Баромир.  — Мы ворвались в комнату с оборотнями и вступили в бой, но в самый неподходящий момент этот самый нуб отвлек оборотня от нашего танка. Налицо все признаки злоумышленного вмешательства.
        — Когда вы ворвались в комнату, наш человек уже был там?  — спросила Неко.
        — Был.  — Баромир переглянулся с одним из своих людей и утвердительно кивнул.
        — Тогда это не он помешал вам, а вы помешали ему своими неумелыми действиями,  — заявила Неко.  — О какой компенсации вообще идет речь? Наш человек охотился на оборотня, устроил, можно сказать, засаду, и тут вламываетесь вы и все портите…
        — Не смешите меня. Новичок не мог охотиться на оборотней. Это чушь.
        — И все же,  — поддержал ее Нямкас,  — вы сами виноваты, поэтому и претензий быть не может. Если вам кажется этот вопрос спорным, можете обратиться за разбирательством к Ленину. Еще что-нибудь?
        — Хорошо,  — не отступал Баромир.  — Но это не отменяет тот факт, что три наших новичка были убиты. А это может перерасти в большую проблему для такого маленького клана, как ваш.
        — Хотите объявить нам войну?  — даже удивился Нямкас.  — Как вам будет угодно…
        — Можно высказаться?  — вмешался Никон.  — Спасибо. Зачем же переходить на крайности. Все это можно решить в обычном порядке. Как только в городе снимут запрет на дуэли, любой из ваших обиженных героев может потребовать честную дуэль. Так как разница уровней убитых и убийцы не превышает десяти, это должно устроить обе стороны.  — Он обвел взглядом всех представителей клана «Свобода».  — Скажу больше. Митя — мой ученик, и любой из вас может потребовать компенсации, вызвав на дуэль меня.
        Толпа поддержала эту идею одобрительными возгласами, а стража передвинулась поближе к представителям «Свободы».
        — Вы об этом еще пожалеете.  — Баромир развернулся и двинулся прямо сквозь толпу, которая неохотно расступалась перед ним.


        И все-таки я выбрал верное решение. Маг, сброшенный Лесей со счетов, оказался самым неприятным противником для нее. Разберись она с ним в первую очередь, не пришлось бы убегать. Да и с лучником я сплоховал, слишком поздно заметив его в туннеле.
        То, что нам не справиться с пятеркой героев, не побоявшихся вломиться в канализацию в такое опасное время, я понял слишком поздно. Мне удалось ранить коротышку, но воин со щитом умело отбил его, пользуясь тем, что в небольшой комнате сложно было развернуться. К тому же он умудрился ударить меня в плечо, едва не отрубив голову.
        Швырнув кровать в мага, который сбил на землю Лесю точным заклинанием, я подхватил ее, Каси и вырвался из помещения. Ковер, пострадавший от огненного шара, дымил так, что дышать в комнате стало нечем. Именно из-за дыма мой рывок оказался удачным. Едва не сбив по пути лучника, я со всей возможной скоростью помчался к главному туннелю. Надо отдать лучнику должное — пока я мчался к свету, он умудрился четыре раза попасть в меня.
        И, наконец, с пятым участником группы я познакомился именно тогда, когда подумал, что нам удастся сбежать. Он выскочил прямо из-за поворота, и я всем весом налетел на него.
        Что было дальше, помню смутно. В бою один на один у неудачно подвернувшегося воина против Леси не было шансов. Она вырвалась из моей ослабевшей хватки и успела расправиться с ним до того, как подоспел лучник. Потом она несла меня куда-то, а я из последних сил цеплялся за сознание.
        Странно, еще минуту назад боль была нестерпимая, а сейчас так легко, как будто все произошедшее — не больше чем страшный сон. Не то чтобы мне это не нравилось, просто казалось, что так быть не должно. Если ты неосторожен и уколол палец иглой, боль будет твоим наказанием и долгим напоминанием об ошибке. Если же убрать боль, мы будем постоянно наступать на одни и те же грабли, пропадет страх, а это чревато потерей…
        Проснулся я оттого, что груда монет, которую я пытался обнять во время сна, развалилась. Инстинктивно прихлопнув лапой монету, пытавшуюся укатиться, я зевнул и сел.
        — Как самочувствие?  — спросила Леся. Кресло, в котором она сидела, было явно великовато для нее. Не помню, чтобы видел его раньше.
        — Такое чувство, будто я помер.  — Я потянулся и охнул от боли в груди.  — А, нет, все нормально, живой пока еще.
        — Сильно болит?  — Она подалась вперед. В ее взгляде промелькнула тревога.
        — Наоборот… Симпатичное платье.
        — А…  — Она смутилась.  — Хозяйка сказала, чтобы я не смела перевоплощаться, пока нахожусь в доме. Она попросила Василия купить для меня что-нибудь из одежды.  — Опомнившись, Леся встала.  — Если ты в порядке, я ухожу. И не вздумай снова спускаться к нам! На этот раз я тебя прощаю…
        — Подожди минуту. Я что хотел спросить: твой отец еще не появился? Понятно… Ты не помнишь тех, кто убил его?
        — Помню,  — неохотно ответила она.  — Они приходили каждую неделю в одно и то же время. Отец радовался, что нашлись те, кому не безразличны наши беды. Он даже хотел наградить их за старание. Но я не знаю их имен.
        — Значит, каждую неделю? И ни разу не пропускали? Отлично. Вчера ты натолкнула меня на интересную мысль.  — Я нашел в груде золота, которая стала еще немного больше, пять нужных монет и убрал их в сумку. К слову, среди монет попался и один золотой обруч.  — Что, если те, кто убил твоего отца, будут наказаны, а охота на оборотней закрыта,  — удовлетворит ли это вашу жажду мести?
        — Наказаны?  — переспросила Леся, недоверчиво глядя на меня.
        — Поверь, довольно сурово наказаны. Для них это будет гораздо неприятнее, чем пара смертей от ваших рук.
        — Допустим,  — все еще с сомнением в голосе ответила она.
        — Составь мне сегодня компанию. Если все удастся, тогда лично удостоверишься в суровости наказания.
        — Митя?  — Со стороны лестницы к нам спускалась Елизавета.  — Проснулся?
        — Да. Можешь зажечь свет.
        Она сняла заслонку с магического светильника.
        — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?  — Она бросила на Лесю короткий, но не совсем приятный взгляд.
        — Нормально…
        — Пойдем, завтрак уже готов.
        В столовой нас уже ждали Нямкас, Неко и Чиафредо. Маруся заканчивала накрывать на стол, не забыв и про Лесю. Судя по суровому виду нашего казначея, стало понятно, что выговор мне обеспечен.
        Маруся поймала меня за рукав и наклонила немного к себе.
        — Подругу твою как зовут-то? Сколько ни спрашивали вчера, слова ни одного не сказала.
        — Тогда позвольте представить: Леся, оборотень, живущий в канализации Изумрудного.  — Я сделал жест, приглашая ее за стол.
        — Ну кто так друзей представляет?  — Маруся недовольно посмотрела на меня и точно бы отвесила подзатыльник, не будь я в облике дракона.  — Леся, вы что кушать будете? Есть каша молочная, сладкая. Есть яичница с салом.
        — А сырые яйца есть?
        — Конечно.  — Маруся извлекла из своей сумки небольшую плетеную корзинку.
        Не дожидаясь остальных, Леся взяла яйцо в руку, разломила пополам и, запрокинув голову, разом проглотила все содержимое. Я тихо захихикал, пораженный сноровкой, с которой это было проделано.
        — Ладно, ничего не буду говорить, сам все понимаешь,  — сказал Нямкас.  — Не ребенок уже…
        — Нет уж, дай я ему вдарю!  — Неко демонстративно сжала кулак.  — И дня не проходит, как он умудряется влипнуть в какую-нибудь историю. Ладно бы, будь он как все, так нет же, достался нам одноразовый дракон!
        — Неко, не ругайся.  — Маруся села за стол, между нами.  — Уж в чем в чем, а в этом он не виноват.
        — А нас предупредить, что в канализацию идет, он не мог?  — парировала она.  — А если он завтра в топи попрется? Может, вон ей цветочек лунный понадобится — что, опять убитого сюда тащить будет…  — На минуту она прервала свою речь, и мы все проследили, как Леся, взяв второе яйцо, движением кисти разломила его и махом проглотила. Второй рукой она взяла бутерброд с маслом и, не обращая на нас внимания, с удовольствием расправилась с ним за несколько укусов.
        — Митя, Неко права. Ты мог бы предупредить нас. В одиночку гулять по местам обитания агрессивных монстров равносильно самоубийству. Я думал, что в прошлый раз ты понял это.
        — Хорошо,  — добавив в голос как можно больше раскаяния, сказал я,  — буду предупреждать.
        — Вот,  — Неко протянула мне кошель с монетами,  — дуй в храм, купи исцеление от серьезных ран. И смотри, ни на что другое не потрать.
        Видя мой удивленный взгляд, Нямкас вкратце рассказал, что они вчера ждали моего прихода и хотели кое-что выяснить относительно моих навыков и умений. Рассказал о Семене Гордом, друге Никона, и о том, как мне крупно повезло. Что касается исцеления, то почти все смертельные ранения оставляли незаживающие раны, которые можно было убрать непосредственно в главном храме жрецов. Чи специально задержался, чтобы проводить меня.
        Наевшись, Леся отложила пару бутербродов и три яйца, прикидывая, куда их можно убрать. Увы, карманы в ее платье предусмотрены не были.
        — Давай я пока в сумку уберу. Потом отдам,  — предложил я.  — Маруся, может, я целиком корзинку заберу? Все равно там почти ничего не осталось.
        — Бери,  — кивнула она.  — Ты что, так и пойдешь?
        — Не, сейчас переоденусь. Нямкас, у тебя, случаем, рубашки лишней не найдется?


        Второе посещение храма целителей запомнилось очередью на прием к дежурному лекарю. Чем-то она напоминала очередь в поликлинике. Около двадцати посетителей, только герои, по очереди заходили в кабинет, чтобы ровно через пять минут выйти абсолютно здоровыми. И не важно, болел ли живот, сломана рука или застрял топор гоблина в спине.
        У местных жителей проблемы были немного другого характера, поэтому и принимали их отдельно. Как говорил Чиафредо, король Изумрудного полностью оплачивал лечение горожан из собственной казны, за что те готовы были носить его на руках.
        Чиафредо записал меня на прием, заплатил за лечение тридцать золотых и ушел на занятия. По пути он все расспрашивал о быте крыс-оборотней, но, так как из Леси собеседник был никакой, пришлось мне делиться собственными впечатлениями и наблюдениями. Его очень удивило то спокойствие, с которым оборотни относились к тому, что в любой момент кто-нибудь мог спуститься в канализацию и убить их ради наживы. Я попытался объяснить, что убийство оборотней — большая редкость, но он ответил, что это ничего не меняет.
        Когда очередь на прием дошла до меня, все впечатление о целителях разом испортилось. В небольшой комнате у алтаря богини на стуле сидел уставший мужчина, смотревший на меня абсолютно безразличным взглядом. Взяв направление, он велел встать на колени перед алтарем и долго читал молитву.
        На мне прием посетителей закончился. Потратив остаток сил, целитель объявил о двухчасовом перерыве и удалился. Оставшиеся в очереди даже не стали возражать. Последним к ним присоединился молодой парень с неприятной раной на ноге. Кто-то явно хотел ее откусить, но то ли не хватило сил, то ли парень оказался проворнее… Я только посочувствовал ему, вручив обезболивающее зелье Василия.
        Из храма направился прямиком в канцелярию Ленина. Надо было узнать, кто за последнее время постоянно брал задания в канализацию. Вообще, всеми заданиями заведовал особый отдел, занимающий половину второго этажа большого административного здания в центре города. Отсюда задания расходились по гильдиям и особым точкам, таким как рыночная площадь.
        В приемной, у стендов с объявлениями, толкались несколько героев, внимательно читая каждый контракт. Вот один усмотрел что-то интересное, сорвал лист и спрятал его в карман. Стоявшая рядом женщина лет тридцати пяти бросила на него презрительный взгляд и перешла к соседнему стенду.
        — Здравствуйте.  — Я подошел к девушке за стойкой администратора.  — Где я могу узнать, кто брал задания в канализацию последние раз десять?
        — Архив дальше по коридору, вторая дверь,  — не отрываясь от чтения книги, ответила она.
        Указанная комната представляла собой складское помещение библиотеки со стеллажами под потолок и характерным запахом бумаги и плесени. Архивариус, престарелый мужчина со странным именем Николаевич, явно не ожидал, что к нему может кто-то заглянуть. Он даже переспросил, не ошиблись ли мы комнатой, а когда понял, что нам нужно, усадил за свой стол и убежал куда-то в глубь архива.
        — Канализация, говорите.  — Он вернулся с увесистой амбарной книгой.  — Туда всего три возобновляемых квеста ведут. Помощь с убийством летучих мышей, «Вредные подземные гоблины» и «Спокойствие фермеров». Ничего интересного.
        — А что там с фермерами?  — Я посмотрел на Лесю.
        — Так крысы у них как минимум десять процентов урожая съедают,  — ответил Николаевич,  — вот и требуют фермеры сокращать крысиное поголовье. Двадцать золотых за десять голов платят.
        — А задания оборотней?
        — Да.  — Он открыл книгу.  — Случайные задания. По мелочи больше, да посыльные поручения. Конкретно по ним где-то здесь… Так… Десять, пятнадцать, двадцать пять, сорок, сорок четыре. Последние сорок четыре раза задания брали Кузьма и Гайвер. Упорные ребята. Это сколько терпения надо, почти год бегать на посылках у оборотней!
        — Из крупного клана?
        — «Северный ветер». А с чего интерес такой?
        — Да так, напортачили они, вот и расхлебываю. Спасибо вам.
        — Не за что. Заходите еще, всегда рад буду помочь.
        — А можно найти имя человека, если знаешь, какое он задание выполнял?  — вспомнил я.
        — Что за задание?  — заинтересовался Николаевич.
        — Случайно наткнулся на одну запись, когда про болота читал.  — Я вынул из сумки свой каталог монстров и, открыв на нужной странице, зачитал вслух: — «Большая синяя жаба. Сдается мне, зря я взялся за это задание. Третий раз прихожу на болота, и третий раз кто-то успевает раньше меня». Судя по описанию лута, жабу он убил, но про задание больше ни слова. Я бы хотел узнать имя владельца этого журнала. Единственное, что я о нем знаю, он был драконом. Редкая раса, но у кого я ни спрашивал, о нем никто не помнит.
        — Увы.  — Николаевич развел руками.  — На жабу задание берут постоянно. Имен там столько, что нужного не найти. Но я могу поискать в архиве всех драконов за последние лет десять. Загляните ко мне послезавтра.
        — Еще раз спасибо. Обязательно зайду.
        Поднявшись на этаж выше, мы заглянули в приемную Ленина. Народу тут было не в пример больше. Секретарь, солидного вида женщина, длинным пушистым пером что-то аккуратно выводила в журнале.
        — Доброго дня.  — Я подошел к столу, игнорируя недружелюбный взгляд мужчины, сидевшего ближе всего к двери в кабинет начальника снабжения города.  — Могу я попасть на прием к Ленину?
        — Встречи по личным вопросам — два раза в неделю, с девяти утра и до обеда. Могу записать вас на следующий месяц.
        — У меня важные сведения по поводу кражи золота из хранилищ гильдий в городе.
        — Вы знаете, кто это сделал?  — заинтересовалась секретарь.
        — Знаю,  — улыбнулся я.
        — Ну тогда пойдем.  — Она встала и, открыв дверь, жестом пригласила меня войти.
        Едва мы вошли, разговор в помещении смолк. С Лениным я уже успел познакомиться, а вот его гостя видел впервые. Мужчина, лет тридцати, в необычных красных кожаных доспехах. Секретарь первой прошла к столу.
        — Этот парень утверждает, что знает, кто ограбил мое хранилище,  — сказала секретарь. Я запоздало запросил имена героев. Мужчину звали Магнум, а секретаря — Орфелия.
        — А, да, простите.  — Я немного смутился.  — Меня зовут Митр. Я действительно знаю, по чьей вине произошли кражи в хранилищах гильдий.
        — Кража по чьей-то вине? Однако,  — хохотнул Магнум.  — Это что-то новенькое.
        — Недавно группа из клана «Северный ветер», проходя в очередной раз цепочку заданий в канализации, совершила крайне необдуманный поступок. После завершения задания они остались недовольны наградой и убили главного, то есть вожака крыс-оборотней. Это как раз и послужило причиной недовольства последних. Я слышал, вы собираетесь устроить рейд в канализацию, чтобы поубивать оборотней?
        — Ближе к делу,  — остановила меня Орфелия.
        — Я как раз к этому и подходил. Дело в том, что в краже золота виноваты простые крысы, коих под городом не одна сотня тысяч. Игроки этой группы из «Северного ветра», сами того не подозревая, запустили какой-то механизм, по которому оборотни мстят жителям города, похищая у них золото. Недавно в нашем клановом хранилище я поймал крысу с золотой монетой в зубах. А вот что я нашел в канализации,  — и положил на стол пять монет с характерными отпечатками крысиных зубов.
        Ленин поднял монету и внимательно осмотрел ее.
        — Перебьем оборотней — исчезнет проблема с крысами,  — высказался Магнум.
        — И кто же вернет мне мои деньги? А? Сорок тысяч. Крысы?  — Орфелия требовательно посмотрела на Ленина.
        — Подождите, я еще не закончил,  — поспешил добавить я.  — Убийство оборотней только усугубит ситуацию. Полностью выгнать их из канализации не получится. Максимум — на месяц-два. Но кто знает, не повлечет ли это еще больших краж золота по всему городу?
        — Я бы закрыл глаза и на них, и на канализацию, но король дал вполне четкие указания: обезопасить город.  — Ленин посмотрел на Орфелию.  — Даже если кражи участятся и вам придется переложить золото в сундуки.
        — Так есть выход,  — сказал я.  — Я знаю, как решить этот квест с оборотнями так, чтобы и они успокоились, и краж больше не было. Вам просто надо предъявить обвинение «Северному ветру» в том, что золото пропало по их вине. Потребуйте у них компенсацию. Этого будет вполне достаточно.
        — Доказательства есть?  — спросил Магнум.
        — Я только что из архива. Можете лично удостовериться, что некие Гайвер и Кузьма сорок четыре раза брали задание в канализацию по просьбе оборотней. В каком клане они состоят, я думаю, труда узнать не составит. А вот эта девушка может подтвердить, что именно они убили ее отца.  — Я довольно улыбнулся, представляя, что сделает с теми двумя глава клана, когда у него потребуют вернуть пропавшее золото.
        — Ты хочешь сказать, эта девушка — оборотень?  — удивился Магнум.  — И ты спустился в канализацию, нашел ее, узнал о крысах, ворующих золото, и выяснил причину всего этого?
        — Ну да,  — не понял я, к чему он клонит.
        — А в каком клане ты состоишь?  — еще более подозрительно спросил он.
        — «Наглый кот».
        — Вчера приходил лидер «Свободы»,  — тихо сказал ему Ленин.  — Жаловался, что нуб из «Наглого кота» сорвал им рейд в канализацию.
        — Это тот, что дракон?  — нахмурился Магнум.  — Так это ты получил на халяву мой меч?!
        — Не на халяву,  — обиделся я.  — Я отдал за него десять золотых.
        Ленин коротко хохотнул, хлопнув по плечу Магнума.
        — Спасибо за информацию,  — сказал он.  — Сегодня же мы все проверим.
        — Эм…  — неуверенно протянул я.  — Значит, рейда в канализацию не будет?
        — Если оборотни перестанут нападать на наши группы,  — сказал Ленин, глядя на Лесю.
        — Ты нашел только эти монеты?  — уточнила Орфелия.
        — Совершенно случайно спугнул пару крыс, которые пытались их закопать. Думаю, золото теперь разбросано по всей канализации ровным слоем…


        Из здания канцелярии я вышел в приподнятом настроении. Словно гора с плеч упала.
        — Ну что, ты все слышала сама.  — Я протянул Лесе корзинку.  — Если оборотни прекратят буянить, а крысы — воровать золото, все станет, как и должно быть. Зная репутацию «Северного ветра» и главу их клана, уверен: тем, кто убил твоего отца, придется ой как несладко в ближайшее время. Я вас обязательно навещу попозже, а сейчас мне надо сбегать к Никону и извиниться по поводу вчерашнего. Ой, чуть не забыл.  — Я вынул кулек с изюмом и хотел было положить в корзинку, но Леся остановила мою руку.
        — Оставь пока у себя. Каси будет рада, если ее угостишь ты.  — Она взяла корзинку в одну руку, мою ладонь — в другую и потянула в сторону жилых кварталов.  — Пойдем. Мне надо тебе отдать кое-что.
        Оказывается, помимо общеизвестных входов в канализацию были еще несколько скрытых, о которых не знала стража. Один из них оказался в проулке между домами и выглядел как вход в подвал. Точнее, это и был вход в подвал, откуда еще одна дверь, через узкий коридор, выводила прямо на главную подземную магистраль.
        Немного поплутав по хитросплетениям коридоров, мы вышли к очередному тупику, где нас встретил внушительных размеров оборотень. Таких крупных представителей его вида я еще не встречал. Казалось, он мог запросто откусить мне руку или ногу. Если бы Леся не тянула меня за руку, я бы ни за что не пошел в этот тупик, уж больно кровожадно он смотрел на меня.
        Настороженность оборотня стала понятна, когда мы зашли в жилую комнату. На стареньком ковре посреди комнаты во что-то только им понятное играли Каси и мальчуган, с виду на год младше ее. Наше появление было встречено бурей восторга и радости. Еще бы, ведь в первую очередь им досталось по большому яйцу и бутерброду с маслом. Кстати, одно яйцо досталось оборотню у входа, который проглотил его вместе со скорлупой.
        В отличие от дома Леси — эта квартира была трехкомнатной и гораздо больше в размерах. Правда, обстановка была почти идентичной: минимум старенькой мебели, максимум свободного пространства. Пока дети были заняты угощением, Леся провела меня в одну из спален.
        — Это дом моего отца.  — Она прошла к сундуку, стоявшему в дальней части комнаты.  — Тех, кто так долго помогал нам, отец хотел наградить. Он даже приготовил им подарки и хотел обрадовать, когда они спустятся к нам в следующий раз…  — Голос у нее стал тихий и печальный. Она провела рукой по крышке сундука и открыла его.  — Можешь взять любую вещь.
        На дне сундука обнаружились пара латных перчаток, короткий кинжал в дорогих ножнах, один сапог, обитый металлическими пластинами, и лакированная шкатулка.
        — А чего сапог-то один?  — невесело пошутил я.  — Один из них — одноногий, что ль? Да мне ничего не надо. Честное слово. Вот если бы у вас лук был, я бы взял.
        — Лук?  — переспросила она.  — Подожди… У отца был один. Сколько себя помню, он валялся у него под кроватью. Ага, вот он.  — Она выудила из-под кровати основу для лука, сделанную из двух длинных, спиральных рогов.  — Тетивы только нет.
        — Красивый.  — Я взвесил его в руке. Немного тяжелый, но с удобной рукоятью.  — Годится. Спасибо. Считай, что мы в расчете.
        — Еще нет,  — она протянула мне тонкий, длиною в ладонь, костяной свисток,  — вот теперь в расчете. Подуй в него.
        Я тихо дунул в него, но он не издал ни звука. Я дунул сильнее, результат оказался тем же.
        — Теперь он твой, не потеряй его.  — Она улыбнулась.
        — И все же, почему сапог один?
        — Иди уже.  — Она подтолкнула меня в спину, тихо рассмеявшись.
        — Митя, Митя!  — едва мы вышли из комнаты, Каси вцепилась в мою руку.  — А еще сладкие ягоды у тебя остались?
        — Изюм? Конечно. Держите.  — Я насыпал им с мальцом по горсточке в ладошки.  — И тебе, Леся. Бери, вижу ведь, как смотришь.
        — Спасибо.  — Она потянулась и чмокнула меня в щеку.
        — Да ладно.  — Я смутился, чувствуя, что краснею.  — Если тот узбек не весь изюм продал, куплю еще для вас. Золота только достану…  — Я умолк, так как Леся протянула мне знакомый кошелек. Точно помню, что Чиафредо отдавал его одному из целителей, в уплату за мое лечение.  — Стащила?  — Она довольно кивнула.  — Ну что, тогда пошли за покупками…


        Освободился я только ближе к вечеру. Из денег, не доставшихся целителям, мне перепало лишь на пару новеньких рубашек. Если подводить итог всей истории с крысами, получилось неплохое вознаграждение. Главное, сумел достать Василию хороший подарок.
        К моему возвращению дома были только Маруся, готовящая праздничный ужин, да сам виновник торжества, как всегда сидевший в своей лаборатории. Что за радость — проводить по пять-шесть часов, растирая в порошок коренья, да смотреть, как они кипят в пробирках и колбах?..
        — Привет, именинник.  — Я постучал в косяк двери, заходя в лабораторию.
        — Привет.  — На небольших весах он отмерял нужное количество синего порошка и ссыпал его в заготовленные колбы.
        — Что готовишь?
        — Заказ от гильдии магов,  — отозвался он, не отрываясь от работы.  — На неделю загрузили. А платят, как всегда, в рассрочку. На полгода. Товарами. Жмоты…
        — Ну так натрави на них Неко. Отдадут все сразу и еще доплатят,  — хохотнул я.  — Шучу, шучу. Вот, ко дню рождения хочу лук тебе подарить. Пусть не новый, но уверен, больше такого ни у кого нет.  — Я вынул лук и протянул ему.  — Тетиву только купить…
        — Спасибо,  — проворчал он, принимая лук.  — У меня тетива есть. Из жил.
        Чтобы натянуть тетиву на лук, один его конец он завел за ногу так, чтобы второй оказался под мышкой, и всем весом надавил. Лук скрипнул, как старая половица, но согнулся. Я даже зажмурился, опасаясь, как бы он не сломался.
        — Хорошая натяжка.  — Василий крякнул, изо всех сил натягивая его, но ему не хватило каких-то пяти сантиметров, чтобы растянуть его на максимум.
        — Можно попробовать?
        — Тут навык особый нужен.  — Василий рассмеялся, видя мои безуспешные потуги.  — Но раз случай выпал, придется учить. Держи.  — Он убрал лук и протянул мне склянку с темно-бордовой тягучей жидкостью.  — От нее даже матерых танков, привыкших к обезболивающим зельям, выворачивает наизнанку, а здоровые мужики рыдают как дети. «Зелье быстрой регенерации». Сделано на крови оборотня. Спасет даже от смертельных ран.
        — Рыдают, говоришь?  — Я всмотрелся в зелье.  — Проверять не буду, верю на слово…
        Специально для праздника Нямкас купил небольшой бочонок некрепкого вина, а Маруся наготовила столько угощения, что хватило бы и на десять человек. Для полноты картины не хватало только музыки. Праздновали мы до самой полуночи, рассказывая разные байки и истории. Было интересно послушать, как Вельзевул познакомился сначала с Неко, а потом вступил в клан. Как они на пару с Марусей ходили в рейды и о первой их крупной находке, которая и подтолкнула его заняться алхимией.
        Что касается подарков, то Неко с Нямкасом подарили Вельзевулу большой походный набор, включающий в себя палатку, спальный мешок, приспособление для разведения костра и небольшой котелок. Все это умещалось в специальной сумке, размером с обычный кошель. На мое «я тоже такую хочу», было сказано: ждать своей очереди.
        Маруся подарила кожаный фартук алхимика для работы с агрессивными смесями и кислотами. От Елизаветы Василию достался набор защитной бижутерии. Два кольца и браслет обещали защитить от несильной магии и огня.
        Мой подарок также не остался без внимания. Я думал, реакция будет примерно той же, что и с моим мечом, но его восприняли, как и другие подарки. Из всей компании никто так и не смог определить, что это за лук. Даже Василий сказал, что с подобным раньше не сталкивался.
        Согретый вином и веселыми байками, я тоже рассказал свои сегодняшние похождения и удачное решение проблем оборотней.
        — И ты хочешь сказать, что лучшим решением было выступить против самого сильного клана города?  — спросила Неко.
        — Так ведь они в этом и виноваты,  — пожал плечами я.
        — Поразительно,  — всплеснула она руками,  — меньше чем за неделю он умудрился поругаться сразу с двумя крупными кланами. Мало того что «Свобода» в любой момент объявит нам войну, так и «Северный ветер» теперь в числе наших врагов. Да во всем Изумрудном не найти более злопамятного человека, чем их лидер. Ты хоть иногда думаешь о последствиях своих поступков?
        — Я — спать.  — Василий зевнул и направился в свою комнату.
        — Согласен, поздно уже.  — Чи похлопал меня по плечу и удалился следом.
        — Не знаю; может быть, и не думаю, но…  — начал я после минутной паузы, когда в комнате мы остались втроем,  — здесь люди убивают друг друга ради удовольствия и наживы. Кто разделил обитателей этого мира на тех, кого можно убить безнаказанно, и тех, чье убийство отнимет твое бессмертие? Если это оборотни, живущие среди нас, мы готовы убивать их только потому, что это разрешено. Как можно так жить? Не понимаю…
        — Вот только не надо стричь всех под одну гребенку,  — сказала Неко.  — Спас оборотней — одобряю. Но вот метод был выбран неверный. Мог бы анонимку подбросить, в крайнем случае. Подставлять себя зачем? Ладно, черт с ним. Давай о важном.  — Она налила себе еще один бокал вина.  — В городе есть масса людей, думающих так же, как и ты. Одна проблема: не доживают они до своего первого дня рождения. Кто-то просто исчезает, кто-то теряет бессмертие. Не любит этот мир идеалистов. А вот убийц и прочий сброд не искоренить, сколько ни пытайся. Не надо идти этим путем. Будь умнее. Хочешь играть в «белого рыцаря» — ради бога. Но включай время от времени голову…



        Глава 8

        Вот ведь Неко — вредина. Наговорила перед сном гадостей, а ты спи как хочешь. Я в том смысле, что сон мне приснился не то чтобы кошмарный, но довольно неприятный. Снилось, что иду по улице, заполненной людьми, и все расступаются, показывая пальцами и перешептываясь. Даже собаки — и те провожали злобным лаем, почему-то боясь приблизиться.
        Чувство обиды было таким сильным, что, даже проснувшись, я никак не мог от него избавиться. Полежав немного, глядя в потолок, я сел, вспугнув крысу, не успевшую добежать до меня. Выронив золотую монету, она дала деру в темный угол и нырнула в узкую щель. Мышеловка с кусочком сыра, которую установила Маруся, так и оставалась непотревоженной.
        Неко и Елизавета опять что-то не поделили, и так усердно спорили, что их было слышно даже в подвале. Пока я переоделся и поднялся, они успокоились, но все еще сидели друг против друга с таким видом, как будто вот-вот бросятся в драку. Маруся, хлопотавшая на кухне, совершенно не обращала на них внимания. В облике гномы она раскатывала большой пласт теста, стоя на табуретке у стола.
        — Утро доброе.  — Я привычно прошел к раковине и принялся умываться.  — Что они опять не поделили?
        — Решают, где взять денег, много и сразу,  — отозвалась Маруся.  — Завтрак будет через двадцать минут, никуда не убегай.
        Девушки уже заметили, что я проснулся, и нетерпеливо сверлили взглядами.
        — Доброе утро.  — Я сел за стол и улыбнулся.  — Вы мне сейчас мультфильм про Простоквашино напомнили.
        — А ты бы веселился меньше и сделал что-нибудь для пополнения казны клана,  — сказала Неко.  — Со дня на день город в осаду возьмут, а у тебя даже брони приличной нет. Я решила сегодня же взять все наши накопления и купить вам с Василием полный комплект. Ждать больше нет смысла. Цены на хорошие доспехи уже взлетели до небес, а промедлим — вообще ничего путного не останется.
        — С чего такое паническое настроение?  — удивился я.  — Или врага уже на горизонте видно?
        — За последние два дня из города вывели почти всех нубов до двадцатого уровня,  — сказала Елизавета.  — Кого в рейд, кого на задания в дальние села. А это принесли утром Нямкасу.  — Она протянула листок с приклеенной к нему красной лентой.
        Я бегло прочитал небольшой указ, подписанный лично Лениным. В нем говорилось, что главы всех кланов и гильдий должны в срочном порядке явиться в замок, а всем героям от тридцать пятого уровня и выше запрещается покидать город, до особого распоряжения.
        — Я предлагала отправить вас с Василием вместе с каким-нибудь кланом в рейд, пока еще не все ушли,  — продолжила Елизавета.  — На неделю, максимум две.
        — Куда ему — с его репутацией?  — парировала Неко; судя по тону, об этом они уже спорили.  — Свои же убьют, едва за ворота выйдут. Город сдавать никто не собирается, так что пусть в замке сидит, ждет, пока отобьемся.
        — Если разговор о деньгах зашел, хотел показать,  — я вынул из-за пазухи стеклянную бусину и положил на стол,  — мне за нее китаец готов был пару тысяч золотых дать…  — Я еще не договорил, а бусина уже оказалась в руках у Неко.  — Подарок Каси. У нее ворона куклу украла, я же рассказывал, помните?
        — Вот, а ты говоришь, удача ушла,  — язвительно сказала Елизавета, забирая у Неко бусину.  — Разве среди городских заданий есть что-то с таким редким лутом?
        — Насколько редким?  — заинтересовалась Неко.  — Предмет не личный, значит, можно выгодно продать. А если с ходу нубу предлагали несколько тысяч, сколько же она может стоить?
        — Эта бусинка — часть большого ожерелья. У меня даже в справочнике есть. Вот.  — Она положила на стол книгу с описанием различных украшений и амулетов. На картинке от руки была нарисована ниточка бус из шести крупных бусинок.  — Ожерелье утопленницы. Если верить описанию, дает обладателю довольно большой шанс отразить любую направленную магию. По аукциону некоторое время гуляла пара бусин, но кто-то их скупил.
        — Где ты, говоришь, китайца встретил? На их барахолке?
        — Но, но!  — Я потянулся, чтобы забрать бусинку.  — Это подарок. Не продам.
        — Тебе она зачем?  — не поняла Неко.  — Толку от одной никакого, а если остальные разлетелись по миру, вместе их уже не собрать.
        — Да ну вас,  — обиделся я,  — зря только показал.
        В дверь кто-то вежливо постучал, и, пока девушки не решили отнять бусину силой, я поспешил открыть. На пороге стоял молодой парень, который протянул мне конверт и сразу убежал. Над красной печатью, изображающей книгу с закладкой, было выведено мое имя. Само письмо, в одну строку, так же как и имя, было написано неразборчивым, размашистым почерком:


        «Нашел. Загляни ко мне в архив. Николаевич».

        Махнув рукой на завтрак, я тихонько прикрыл дверь и скорым шагом направился в сторону канцелярии. Если слухи о надвигающейся войне и разошлись по городу, то их либо не заметили, либо просто проигнорировали. Горожане, как обычно, спешили по своим делам, толпились у торговых лавок, судачили на скамейках. Стража и та попадалась на глаза не чаще обычного.
        На работу канцелярии слухи также не повлияли. Разве что возле стенда с заданиями нерешительно топтался лишь один герой. Николаевича, как и ожидалось, я нашел в архиве. Книга, которую он изучал, была настолько большой, что занимала весь его стол целиком. Точнее, это была не книга, а большая подшивка газет, в твердом переплете.
        — Митя,  — он заметил меня прямо на пороге и даже встал, чтобы пожать руку,  — мы после обеда закрываемся на три выходных дня, и я боялся, что не успею с тобой поговорить.
        — Утро доброе. Что-то настолько срочное?
        — Не совсем,  — он указал мне на стул,  — просто решил поделиться интересной находкой. Не хотел ждать целых три дня.
        — Понимаю.  — Я кивнул в сторону рисунка на развороте газеты.  — А нынешний художник получше будет.
        — Это да,  — согласился Николаевич.  — Но не суть. Вот. Единственная статья, в которой упоминается некто Драко, оборотень-дракон.
        — А почему «некто»?  — не понял я.
        На картинке был изображен почти такой же дракон, как и я, только несколько хуже нарисованный. Дело, скорее всего, происходило в каком-нибудь рейде, так как дракон стоял у туши убитого монстра, поставив на нее ногу. В одной руке он сжимал отрезанный длинный раздвоенный язык, в другой — изогнутый, зазубренный, словно пила, кинжал.
        — Потому что, кроме статьи в этой газете, больше нигде упоминаний о нем я не нашел,  — сказал архивариус.  — Всю ночь провел в главном архиве. Данная статья в газете посвящена одному из самых значимых рейдов в Сухие пустоши. Участвовало больше сотни героев. Но в летописях Изумрудного про рейд — ни слова. Точнее, в том месте, где должна быть информация, отсутствуют страницы. То же самое — в других источниках. Тот, кто вырывал страницы, хорошо разбирался в библиотечной системе. По крайней мере, в самых популярных изданиях уже ничего не найти.
        — Странно. А как давно это было?
        — Что-то около десяти лет назад. Большой срок для этого мира.  — Он уловил мой огорченный взгляд и поспешил добавить: — Но не стоит огорчаться и опускать руки. Меня самого заинтересовал этот вопрос. Есть у меня пара предположений, где могли сохраниться нужные записи…  — Он опомнился и поспешил куда-то за стеллажи.  — Ты никуда не спешишь?  — спросил он оттуда.  — Я как раз чайник вскипятил…
        С Николаевичем мы просидели почти три часа. За это время к нему в архив никто даже не заглянул. По его словам, это было обычным явлением. Зато он рассказал немного о себе: как попал в этот мир почти четыре года назад и целый год скитался по кланам да по гильдиям, пока не попал на работу в канцелярию. Зарплаты служащего вполне хватало на жизнь, но сама работа в архиве, куда почти никто не заходил, порой вызывала жуткие приступы одиночества.
        Николаевич оказался интересным собеседником, который удивительно много знал о всевозможных заданиях и приключениях на просторах этого мира.
        — Интересный феномен,  — говорил он,  — архив существует довольно долго, но нам известны далеко не все задания. Не уверен, что мы подобрались даже к десятой их части. Каждый год находится что-то новое. Простой пример. Задания фермеров, живущих вокруг Изумрудного, довольно разнообразны. Сейчас им докучают крысы, слизни, дикие кабаны, лисы и тому подобное. Недавно один из героев совершенно случайно помог им с прочисткой колодцев, в которых завелась какая-то плотоядная живность. За это он получил в награду пять золотых монет. И с этого времени фермеры периодически просят помочь им с колодцами, хотя до того, первого, случая их это не беспокоило.
        — Возможно, система придумывает все больше и больше заданий, чтобы нам не было скучно.
        — Возможно, и даже вероятно. Но есть вторая категория заданий, так называемые цепочки. За примером далеко ходить не нужно,  — он улыбнулся и положил на стол журнал, заполненный где-то наполовину,  — новое задание, открытое на днях. Называется «Восстание крыс-оборотней». Начинается с убийства их вожака в канализации. А вот — сама цепочка…
        Я взял книгу и… медленно выпал в осадок. Для выполнения всей цепочки необходимо было взять любое задание у крыс-оборотней и, добившись их расположения, найти «скорбящего оборотня». Далее следовало отправиться на поиск виновных в смерти вожака крыс и убить их. Попутно можно было выполнить несколько сопутствующих заданий — от курьерских поручений до совместной охоты на разных монстров. Награда же зависела от способа выполнения задания и степени доверия крыс-оборотней.
        — Вот так вот.  — Он рассмеялся, видя мое удивление.  — Задания можно выполнять, даже не зная об их существовании. Но мне кажется, что эти задания мы создаем сами. Своими руками и поступками…
        Ближе к обеду Николаевич отлучился на двадцать минут, но просил обязательно дождаться его, а когда вернулся, выглядел очень довольным.
        — Митя, тебе еще не довелось побывать во дворце?  — спросил он.  — Я только что поговорил с Лениным, и он разрешил заглянуть в библиотеку замка. Она, конечно, не так велика, как в гильдии магов, но поиски начать лучше с нее. Да и доступ туда имеют не многие, поэтому и портить книги там вряд ли станут. Для тебя это будет познавательной экскурсией…
        Чтобы не обходить целый квартал, на улицу мы вышли через черный ход. Воодушевленный выпавшей возможностью, Николаевич бодро шагал по улице и даже что-то напевал себе под нос.
        — Скажите,  — спросил я,  — а из-за предстоящей войны нас в замок-то пустят?
        — Никакой войны не будет,  — с уверенностью заявил он.  — Все эти слухи не больше чем… слухи. Не знаю, какую цель преследует тот, кто их распускает, да и не хочу знать.
        — А как же указ короля? Я сегодня лично читал. Он просил всех глав кланов явиться к нему на прием. И нубов всех из города увели.
        — Судя по всему, один остался.  — Он рассмеялся.  — Не обижайся. Но я готов поставить свое годовое жалованье против твоих десяти монет, что Евросоюз сам не знает, что собирается напасть на нас.
        Чтобы попасть на территорию дворца, надо было миновать пропускной пункт, обязательно зарегистрироваться и получить специальный гостевой пропуск. Командир караула минут пять изучал бумаги, что выдал нам Ленин, и только после этого разрешил пройти дальше. Ну а в сам дворец мы вошли через вход для прислуги, хотя я лично видел, как два героя, одетых не так уж и богато, поднимались по широкой мраморной лестнице к главному входу.
        Николаевич во дворце уже бывал, поэтому до библиотеки мы добрались без проблем. Находилась она на втором этаже и занимала всего пару комнат, но с лихвой компенсировала недостаток места количеством стеллажей с книгами. Стояли они так плотно, что в узких проходах даже двоим сложно было разминуться.
        Заведовала библиотекой немолодая женщина, ровесница Николаевича, Валентина Георгиевна. По дороге он раз пять или шесть вспоминал ее, отзываясь очень нежно. А увидев, как он приободрился, увидев ее, я понял причину этой нежности.
        Представив нас друг другу, Николаевич принялся объяснять, что именно он хотел найти. Чтобы не мешать им, я двинулся вдоль рядов, разглядывая корешки книг. То, что это дело затянется надолго, стало понятно минут через двадцать. Не найдя ничего интересного в наугад выбранных книгах, я вышел в коридор.
        Если я правильно подметил, лестница, по которой мы поднимались, выводила на небольшой балкон двумя этажами выше. Черт меня дернул взглянуть на город с этого балкона. Вид оттуда действительно открывался завораживающий, но когда я решил спуститься, то едва не столкнулся на лестнице с Кулаком Северной звезды. Вот уж кого я тут никак не ожидал увидеть! Не уверен, что он помнил меня, но проверять почему-то не хотелось. Метнувшись обратно на балкон, я перемахнул через парапет и спрятался за колонной у стены.
        Кулак прошелся по балкону и встал, задумчиво глядя на город. Я только сильнее прижался к колоне. Вот теперь, если он увидит меня, объяснить, что я здесь делаю, будет сложнее, чем просто столкнуться на лестнице.
        Через минуту на балкон вышли те двое, которых я видел поднимающимися к парадному входу. Первым шел высокий мужчина крепкого телосложения. По сравнению с ним второй был просто тощим коротышкой. Высокого звали Карл, мелкого Холера. Причем Карл имел восемьдесят пятый уровень, а Холера — девяносто седьмой.
        Холера неприятно зацыкал, недовольно глядя по сторонам, и подошел ближе к Кулаку.
        — Тут столько шикарных комнат, можно было бы обсудить все в любой из них.  — Он не решился подойти еще ближе, с опаской поглядывая на невысокую балюстраду.
        — Не хочу, чтобы меня видели рядом с вами,  — спокойно сказал Кулак.  — Мне достаточно только узнать, готовы ли вы или вам еще нужно время?
        — Готовы, готовы,  — отмахнулся Холера.  — Как только подготовят точку возрождения и король даст отмашку. Только учти, за золото мои люди готовы на любую грязную работу, но мы не собираемся делать все в одиночку. Если я не увижу обещанного количества высокоуровневых бойцов, разбираться с Магнумом будете своими силами.
        — Насчет людей не волнуйся. Но и ты учти: если решишь меня кинуть или к тому моменту, как станет ясно, что мы объявили войну, вы не вступите в бой, тебе придется уйти так далеко, что…
        — Я понял,  — перебил его Холера,  — разошлись на комплиментах.
        Он развернулся и ушел первым. Кулак Северной звезды задержался лишь ненамного дольше. Я же просидел за колонной минут десять, прежде чем решился выйти. Неприятные люди. Что первый, что эти двое.
        Моего отсутствия в библиотеке даже не заметили. Когда я вернулся, Николаевич и Валентина сидели за ее рабочим столом, склонившись над какой-то книжкой, и мило так беседовали.
        — Я прошу прощения, Николаевич, можно вас на пару слов? Я хотел убежать по делам, а вы можете продолжать поиски…
        — Да, да, конечно.  — Он переглянулся с Валентиной и отошел со мной к стеллажам.
        — Всего пару вопросов. Вы не знаете, что такое «настроить точку возрождения»?
        — Хм.  — Он немного удивился вопросу.  — После смерти герои перемещаются в небольшой храм в городе. И не важно, где они умерли. Но во время войны с другими городами это несколько неудобно, поэтому можно сделать так, что павшие герои будут возрождаться недалеко от поля боя.
        — И я так понимаю, правило десяти уровней на войне не действует? А в клановых войнах?
        — Во время клановых войн за территорией города это правило не действует, но только если сам король подпишет соответствующий указ. Безнаказанно убивать небольшие кланы никто не позволит.
        — Понятно. А вы знаете Холеру? Он лидер какого клана?
        — Холера — довольно известная личность в Изумрудном. Он лидер Вольного братства.
        — Все, спасибо. Если найдете что-нибудь о Драко, обязательно сообщите.  — Оставив Николаевича в замешательстве, я выбежал из библиотеки.
        Получалась очень интересная ситуация, но я пока еще не до конца разобрался, что к чему. Надо было посоветоваться с Никоном. До гильдии я добрался в рекордные сроки, но ни во дворе, ни в здании его не нашел. Несколько паладинов, отдыхающих в одном из классов, сказали, что сегодня его не видели.
        Уже на выходе я столкнулся с Земляничкой. С подругой Елизаветы мы пересекались несколько раз, но толком даже не разговаривали.
        — Доброго дня.  — Я отошел в сторону, пропуская ее.
        — Привет.  — Она слегка кивнула.
        Голос у нее был приятный, и говорила она легко и непринужденно. Поклонники за ней всегда ходили толпой, но, насколько я знал, никто ее пока не заинтересовал. Многие признавались ей в любви, но она всем отказывала. Дважды ее по этому поводу уже не беспокоили. Не потому, что сразу сдавались, а опасаясь сердить Пастера и Никона. Своих подопечных девушек они в обиду никому не давали.
        Юпитер как-то сплетничал, что одному особо ретивому парню, обиженному отказом Землянички, Пастер вломил так, что того пришлось нести в храм целителей. Вроде бы этот влюбленный после неудачного признания ругался и наговорил ей гадостей, а Пастер как раз шел мимо.
        — Ты, случаем, не видела Никона?  — опомнился я.
        — Нет. Если я не ошибаюсь, сегодня почти весь клан «Семь звезд» ушел патрулем к северным фермам.
        — Это за Мокрым лесом?
        — Где-то в том районе. Постой,  — окликнула она.  — Елизавета тебя искала. Просила идти домой.
        — Я понял, спасибо,  — махнул ей рукой и зашагал к городским воротам.
        Все отдал бы за ездового варана или, на крайний случай, мотороллер. У меня была всего одна походная настойка, и не хотелось тратить ее просто так, но я уже порядком устал ходить из одного конца города в другой.
        У северных ворот меня ждал очередной сюрприз. Приказ не выпускать героев из города добрался сюда минут на тридцать раньше меня. Стража даже ворота закрыла, пропуская местных жителей по одному в небольшую калитку. Попытка убедить капитана стражи, что «мне надо», провалилась еще на подходе. При необходимости каждый стражник в городе мог переходить в автономный режим, выключая мозг и совершенно не воспринимая окружающую информацию. То ли тренинги они специальные проходят по этому делу, то ли их набирают такими, но донести до капитана мою просьбу я так и не смог. Его непрошибаемое «приказано никого не пускать» было повторено раз десять, после чего я окончательно сдался.
        Помимо меня у ворот застрял караван китайцев, покидающих город. Так как товар они возили в упакованном виде, то в караване было всего штук десять пассажирских повозок, запряженных тяжелыми буйволами, и две грузовые телеги, в которых везли лотки, прилавки и тому подобный груз. Я заметил на ближайшей телеге торговца изюмом и решил подойти поздороваться.
        — Не пускают?  — улыбнулся я.
        — Долго пропуск оформляют,  — ответил он, пожимая мне руку,  — в обед должны были ехать.
        — А чего так рано уезжаете? Ведь только приехали.
        — Торговля плохая. Совсем не берут товар.  — Он добавил что-то на своем языке.  — В другой большой город едем. Через месяц вернемся.
        — Ну тебе-то грех ругаться. Все ведь продал.
        — Не все.  — Он кивнул в повозку.  — Травы редкие, настойки, зелья. Ваша гильдия алхимиков жадная и хитрая. Сами не покупают и цены сбивают.
        К нам со стороны ворот на большом ящере подъехал один из охранников каравана и что-то сказал торговцу. Люди впереди оживились, и колонна немного сдвинулась, а стражники у ворот засуетились.
        Торговец в свою очередь что-то ответил наезднику, показывая на ниточку бус, висящую прямо поверх его брони. Четыре крупные стеклянные бусины слегка светились. Это был тот самый китаец, который подходил ко мне на рынке с просьбой продать амулет. И броня у него была та же самая, тяжелая, скрывающая ноги.
        — День добрый.  — Я кивнул ему.  — Амулет все еще желаете купить?
        — Подарок?  — насмешливо спросил он.
        — Подарок,  — вздохнул я.  — Поможете выехать из города — назову свою цену.
        — Садись.  — Торговец подвинулся, уступая место рядом с собой.


        — Да сдалось оно нам?  — Никон уселся прямо на траву рядом с Магнумом.  — Ну чего мы тут лясы точим? В кои-то веки собрались таким составом, давай на василиска хоть сходим. Все польза будет.
        — Не дави на мозоль.  — Магнум сорвал травинку и принялся грызть ее.  — Главный танк в отпуске, да и жрецов мало.
        — Да мы эту ящерицу тапками закидаем. За пять минут. А Семен полечит, он человек не гордый.
        — Я все слышал,  — отозвался Семен Гордый.  — Вот тебя точно лечить не буду. Будешь, как в прошлый раз, без руки ходить, ко мне можешь не обращаться.
        — Злой ты,  — рассмеялся Никон.
        — Король приказал сидеть тут — будем сидеть,  — угрюмо сказал Магнум.  — До заката. А потом можно и на василиска.
        — Вот это другое дело,  — кивнул Никон.  — Ну если эта тварь опять когти зажилит, я за себя не ручаюсь.
        Отряд клана «Семь звезд» расположился на опушке Мокрого леса и откровенно скучал. По указанию короля они должны были пройти трактом до самых дальних ферм и выяснить, не идут ли на Изумрудный город войска европейцев. Как ни крути, а приказ был наиглупейшим. Зная короля лично, Магнум все ломал голову, зачем тому было это нужно. На заданной позиции у ферм еще со вчерашнего дня торчал отряд «Северного ветра», который и надо было сменить. До конца дня было еще далеко, поэтому Магнум не спешил. Единственным утешением было представлять, как маются их конкуренты, ожидая смены.
        Второй заместитель Магнума встал и приложил ладонь к глазам, вглядываясь куда-то в даль по дороге. После ухода Маркиза ему досталась роль главного танка, чему он был не слишком рад, но никогда не сетовал по этому поводу. Голос у него был под стать кряжистой фигуре, низкий, с небольшой хрипотцой. Звали его Зевс.
        — Идут,  — сказал он. Вдалеке показался большой отряд, неспешно двигающийся в сторону города.  — Устали ждать, что ль?
        — Вон, смотрите,  — хохотнул кто-то из отряда, показывая в противоположную сторону.  — Как бежит-то, и коня не надо.
        — Митяй?  — почти сразу узнал его Никон.  — Он что тут забыл?
        Митр несся так, как будто за ним гналась стая волков. Расстояние от изгиба дороги до опушки он преодолел одним рывком. Влетев на стоянку отряда, поскользнулся и по инерции проехал по траве несколько метров. Отряд поддержал его дружным хохотом. Через минуту, когда стало ясно, что подниматься Митр не собирается, Никон поспешил ему на помощь.
        — Ни-и-икон,  — тяжело дыша, выдавил Митр.  — За-са-да…
        — Ну ты брат, комедиант,  — сквозь смех сказал кто-то сзади.
        — Походную настойку пил?  — спросил Никон. Митр только кивнул.  — И небось не ел еще сегодня?
        — Нубы,  — одним словом охарактеризовал Магнум.  — Везучий, но с дырой в голове. Калиныч, дай ему что-нибудь поесть, может, отпустит.
        — Засада,  — повторил Митр.  — Думал, что опоздаю…
        — Будет тебе наука на будущее,  — улыбнулся Никон.  — На голодный желудок пить подобные зелья нельзя…
        — «Северный ветер», они вам войну объявили. Вместе с Вольным братством.
        — Это он что, от упадка сил бредит?  — хохотнул кто-то из толпы, но смех в отряде быстро стих.
        — Ну-ка, ну-ка…  — Магнум опустился на корточки рядом с ним,  — что там про войну?
        — Я сегодня во дворце был,  — Митр все еще никак не мог отдышаться,  — случайно подслушал, как Кулак Северной звезды с Холерой договаривались… Говорили, как только точку возрождения поставят, нападут… А точку-то уже поставили… Я ее сам видел. И он там… Кулак этот, со своими. Человек сто, может, больше…
        — Вот, значит, как.  — Магнум улыбнулся.
        — Честное слово, я не вру…
        — Он верит,  — успокоил Митра Никон,  — это он радуется так.
        — Сколько там, на дороге?  — спросил Магнум у Зевса.
        — Много,  — отозвался тот.  — Ближе подойдут — скажу точнее.
        — Здание для точки возрождения большое выбрали?
        — Здание — громко сказано,  — Митр ухмыльнулся,  — сарай у какого-то фермера эскпр… эскпоприр… в общем, забрали. Метров пять на пять.
        — Мелковат…  — Магнум покачал головой и встал.  — Ребята, подойдите ближе, чтоб мне не кричать. Хорошо. Друзей наших, из «Северного ветра», бить будем, но виду, что мы их намерения знаем, не подавать. Первыми в бой никому не лезть. Кого убьют, чтоб из сарая ни на шаг. Зевс, если треть наших поляжет, пойдешь за ними. Кто самый быстроногий? Света…  — Он оглянулся в поисках молоденькой волшебницы.  — Прыгай в город и мобилизуй всех, кто дома остался. Запритесь в здании клана и до моего возвращения не выходите. Остальным, я думаю, объяснять ничего не надо, не новички…


        — На, поешь, парень.  — Один из воинов Магнума протянул мне небольшой глиняный кувшинчик, заполненный до краев сметаной.  — Вот ложка.
        — Вы чего, мне же от этого плохо будет.
        — Будет,  — рассмеялся воин.  — Но потом. А сейчас надо, чтобы силы вернулись.
        — Домой бы тебя отправить, да ведь далеко не убежишь.  — Никон стянул через голову кольчугу и рубашку.  — Держись ближе к Семену, целее будешь. Плохо, что у нас в отряде только три жреца. Без потерь бы вышли, а так — сказать сложно. В «Северном ветре» люди тоже не лаптем щи хлебают.
        Превращение в волка выглядело неприятно. Сначала немного вытянулось лицо, а тело начало покрываться густой шерстью. Длинные когти и хвост появились последними. Он улыбнулся, обнажая клыки, и, вынув из сумки металлический нагрудник, закрепил его ремнями.
        — Перевоплощайся,  — прорычал он.  — А то сразу убьют.
        В отряде помимо Никона было пять орков и с десяток гномов. Остальные были либо эльфами, либо оставались людьми. К слову, превращение в орка также требовало полного переодевания и выглядело ничуть не лучше, чем у Никона.
        Пока все переодевались, я принялся восстанавливать силу сметаной. Первая половина горшочка далась мне легко, но вот вторую пришлось глотать через силу. Отряд «Северного ветра», двигающийся нам навстречу, я не видел, так как со всех сторон меня обступили люди Магнума, но наслушался о них много лестного. Один лучник-эльф так бойко «хвалил» их, что вогнал нескольких девушек в краску.
        Из всего сказанного ясно было только то, что нас было раза в полтора меньше.
        — Семен, скажи,  — я стянул рубашку и сапоги, решая, стоит ли переодевать штаны или портить эти. Но вроде девушки были заняты своими делами и на меня никто не смотрел,  — а почему имя — Семен Гордый?
        — Был в нашей истории такой князь московский. С Новгородом воевал, с Литвой. И звали его Семен Гордый.
        — Неудобно мне как-то,  — сказал я.  — В смысле в дракона превращаться.
        — А чего смущаться-то?  — Он удивился.  — Тут большая часть таких же.
        Хоть Семен и говорил так, но на мое превращение смотрели все. Даже те, кто за дорогой должен был следить. Для полноты картины не хватало, чтобы еще и орки на меня смотрели с сочувствием. Но вроде обошлось.
        — Что-то я не вижу среди них людей Холеры,  — сказал Магнум.  — Гавр, может, ты посмотришь?
        — Есть они там,  — отозвался высокий эльф в темно-бордовой мантии. В руках у него была точно такая же волшебная палочка, как и у Неко, в виде длинного засушенного пальца.  — Прячут свой статус. Без магии и не определишь. А может, мне кинуть в них что-нибудь массовое? Метеорит, к примеру. Ни разу еще не применял, руки чешутся.
        — Рано.  — Магнум хлопнул по плечу Зевса, и они вышли немного вперед.
        Как и у нас, у противника были и орки, и гномы. Среди толпы я выхватил взглядом нескольких гоблинов. Раса не такая уж и малочисленная среди героев. Если орки свою вторую личину не скрывали, то гоблины старались не ходить в таком виде по городу. Не любили их горожане. Любой торговец накручивал на товар еще процентов пятьдесят сверху, если видел, что покупатель — низкорослый, зеленокожий обладатель скверного, вспыльчивого характера.
        — Не боишься?  — спросил Семен.
        — Не очень. Усталость только.
        — Усталость сейчас пройдет. Главное — поел.
        — А почему именно сметана?
        — Что съесть — не важно, главное, чтобы сытно. Калиныч просто сметану любит. Его один раз в шахте засыпало, две недели откапывали. Он теперь без запаса съестного — никуда.
        Непонятно, зачем Магнум хотел скрыть, что мы не знаем намерения врагов, если отряд уже стоял во всеоружии. Да только по взглядам можно было определить, что ничем хорошим встреча не закончится.
        Наконец они добрались до нас и встали широким фронтом шагах в двадцати. Навстречу Магнуму вышел незнакомый мне мужчина в сопровождении орка. С нашей позиции трудно было расслышать, о чем они разговаривали, но Магнум держался спокойно и даже непринужденно.
        — А ничего, что их больше?  — тихо спросил я у Семена.
        — Ерунда.  — Он положил мне руку на плечо, чтобы я не вытягивал шею.
        Что произошло между Магнумом и представителем «Северного ветра», я прозевал. Из-за спин впередистоящих я увидел только, как Магнум отпрыгнул, а мужчина, с которым он разговаривал, медленно завалился назад, растворяясь в воздухе. Зевс, моментально достав щит, встал между ним и орком, который даже не успел ничего понять.
        В следующую секунду ряды «Семи звезд» разразились дружным ревом и бросились вперед. Несколько ярких вспышек сверкнули со стороны «Северного ветра», и я едва успел выставить перед собой щит. Один из огненных зарядов разбился совсем рядом с нами, обдав раскаленным воздухом. Семен выглянул из-за моего плеча и, удостоверившись, что пострадавших вокруг нет, спрятался обратно.
        Я же встал как вкопанный, со всех сил стиснув щит, не зная, что мне делать. Соклановцы из «Семи звезд» знали друг друга в лицо, и им было проще, я же видел только одно большое столпотворение. Никогда прежде мне не приходилось принимать участие в массовых драках, и это зрелище вогнало меня в ступор.
        Справа от нас здоровенный орк с разбегу врезался в точно такого же орка, и они принялись изо всех сил лупить друг друга шипованными дубинами. Какой-то человек, пытавшийся влезть в их битву, получил всего один удар по голове такой дубиной и сразу же растворился в воздухе.
        Лучники и маги с обеих сторон уже не пытались атаковать тех, кто сошелся врукопашную, а перекидывали заклинания через их головы, целясь друг в друга. Стреляли и в нас, поэтому Семен потянул меня в сторону пары магов, которых прикрывал воин с щитом в руках. Странным, я бы сказал — неестественным образом все заклинания врага попадали только в его щит, не задевая окружающих. Со стрелами было сложнее. Одна из них угодила магу в грудь, пробив защиту и отбросив назад.
        Вот в толпе мелькнул Никон. На пару с гномом они легко вынесли сначала одного воина, затем второго, застряв лишь на третьем. Магнум в своем красном кожаном доспехе рубился вместе с Зевсом. Противников у них было сразу пятеро. Но даже с численным перевесом ни один их удар просто не достигал цели. Выглядело это еще более странно, чем с магией. Один из противников бросился сломя голову вперед, замахиваясь саблей, но разрубил он почему-то только воздух перед собой, не добравшись добрых полметра до Магнума. Выглядело это так, как будто он просто не видел свою цель или же дрался с миражом. Другой воин, пытавшийся атаковать Зевса, вел себя так же непонятно. Он сыпал ударами со всех сторон, но щит Зевса притягивал его меч как большой магнит.
        Выбив трех из пяти нападающих, Магнум сам пошел в атаку. Двое оставшихся просто не могли сдержать его. Оставив их Зевсу, он ворвался в ряды противника. Многим хватало одного удара, чтобы переместиться к точке возрождения. Кто был поумнее, бежали прочь, не заботясь о своих товарищах. Те же, кто пытался загородить ему путь, не могли продержаться и десяти секунд. Лишь дважды Магнум применил какое-то умение, отвлекая внимание врага, чтобы нанести смертельный удар. Во всех остальных случаях он полагался только на свою силу.
        Одна из женщин-воительниц, получив глубокую рубленую рану в ногу, едва смогла вырваться из боя. Пригнув голову, я бросился к ней и, подхватив на руки, вынес к Семену. Затем был лучник с противоположного края наших позиций. Одно из заклинаний до черноты обожгло ему руку и бок. Когда я вытаскивал гнома, которому едва не отрубили руку, мне достался шальной удар, разорвавший край крыла. Ощущение было такое, словно под ноготь вогнали иголку. От резкой боли на глазах выступили слезы, но свою ношу я, как мог, аккуратно доставил до целителей.
        Противники несколько раз предпринимали попытки прорваться к целителям, но, потеряв численное преимущество, максимум, чего они добились,  — сойтись врукопашную с магами. Когда я собрался за очередным раненым, прямо на меня выскочил молодой парень. Я не сразу сообразил, друг он или враг, и немного замешкался. Мой вид смутил его не меньше, поэтому несколько долгих секунд мы стояли друг против друга, не зная, что предпринять. Опомнившись первым, он бросился на меня, пытаясь проткнуть своим коротким мечом, но удар был настолько простым и откровенным, что я просто отскочил назад, позабыв и про щит, и про меч. Атаковать второй раз ему не дали. Тот воин, что защищал магов, грубо сбил его щитом и, не дав возможности опомниться, двумя ударами отправил к точке возрождения.
        Я не успел опомниться, а меня уже кто-то схватил за руку и потянул в сторону от боя. Это была та самая женщина, которую я вытащил первой. К этому моменту противник дрогнул и побежал. Их оставалось еще много, но среди них не оказалось никого, кто бы мог восстановить порядок и заставить драться до конца. Никон, прорвавшись первым в ряды целителей «Северного ветра», посеял еще больше паники.
        Спустя всего десять минут о побоище напоминала только частично обожженная земля и залитая кровью дорога. Ни тел погибших, ни раненых. Первый раз я видел, как шестьдесят с лишним героев дружно пили исцеляющие зелья. Три жреца общими усилиями поставили всех тяжелораненых на ноги и принялись за тех, кому не помогли зелья. Мне помощь досталась в первую очередь. Семен лично склеил мне крыло, подшучивая, что можно было бы просто заштопать и ждать, пока заживет само.
        Магнум, не получивший в бою ни одной царапины, уже собрал своих заместителей на совещание.
        — Я бы сам дошел,  — оправдывался кто-то позади меня,  — а он меня схватил без спросу…
        — Да мы видели, как тебя, словно дитятко малое, на руках несли,  — рассмеялся второй.
        Я обернулся и встретился взглядом с двумя гномами. Один из них пытался приладить обратно отрубленный рукав кольчуги. Второму безуспешные попытки первого явно доставляли удовольствие. Если жрецы могли исцелить практически любые раны, то испорченные доспехи и оружие приходилось отдавать в ремонт. И чем дороже они были, тем дороже обходилась их починка.
        — А ты чего без доспеха-то?  — спросил второй гном.  — Али пуленепробиваемый?
        — Да как-то не нашел еще подходящую кольчугу. А на заказ — дорого.
        — И не найдешь,  — отозвался первый.  — Если есть чего путного, приноси, переделаю. У нас кузня у западных ворот. Там их всего две, не ошибешься.
        — Спасибо, загляну в ближайшее время. У меня как раз…
        — Митяй, на минуту,  — меня окликнул Никон, подзывая к Магнуму и остальным.  — Вспомни еще раз, сколько у точки возрождения было людей «Северного ветра» и Вольного братства. Какого уровня?
        — Забыл сказать,  — вспомнил я.  — Я с торговцами из Китая… или Монголии… не важно, в общем, я с ними договорился, и они там немного пошумели. Вольное братство же вне закона, вот и пришлось властям наводить порядок. Смешно было видеть, как «Северный ветер» прогонял своих же союзников. Деваться им некуда. Там какой-то высокий чин из храма целителей был и из королевской администрации. Охрана торгового каравана обещала до самого вечера гонять бандитов по лесам, так что…
        — Ты в армии не служил?  — спросил Магнум.  — У тебя дар говорить так, что я тебя не совсем понимаю. Точнее, я суть улавливаю, а понять не могу. Помню, Ленин говорил, что сегодня торговый караван уезжает, но вроде утром. И каким боком они у точки возрождения оказались?
        — Какая-то волокита с пропуском возникла, и застряли они на выходе. А за помощь я им бусину отдал.  — Я вздохнул.  — Жаль, конечно, в подарок досталась. Но теперь-то понятно, что оно того стоило.
        На минуту вокруг повисла пауза. Зевс пару раз хохотнул и закашлялся, сдерживая смех.
        — Тогда ждать нет смысла,  — сказал Магнум, вставая.  — Пойдем, индеец нас, наверное, заждался…
        То, что люди Магнума потеряли меньше двадцати человек, в то время как перебили больше сотни, говорило о многом. Как высказался Никон, по количеству героев «Северный ветер», может, и больше «Семи звезд», но по уровню перевес был не на их стороне. Да и Вольное братство не блистало героями выше сотого уровня. Жизнь у них была куда сложнее и опаснее, чем у тех, кто жил в городе.
        — Зря они не бросили на нас сразу всех владык,  — говорил Никон.  — Сложно сказать, в чью пользу закончился бы бой.
        — Не зря,  — сказал Магнум. Так получилось, что я шел между ними и чувствовал себя немного неуютно.  — Они рассчитывали разделить нас на две части, и жертва их не была такой уж большой. У точки возрождения нас должны были встретить упомянутые тобой владыки и пара неприятных типов из Вольного братства. А там — насколько у них хватит терпения. Могут встать лагерем у сарая и убивать нас, пока не надоест.
        — Убить нас с тобой — это еще постараться надо,  — не согласился Никон.
        — А убитые из Вольного братства появятся тоже у точки возрождения?  — спросил я.
        — Если бы они могли, мы бы извели их под корень за неделю,  — улыбнулся Магнум.  — Тем же способом, которым они хотели взять нас.
        — Хотел еще спросить, а почему те пятеро, которые напали на вас, промахивались аж на полметра. Это какое-то умение или магия?
        — Как промахивались?  — не понял Магнум.
        — Ну мечом когда ударить хотели и не доставали до цели кто полметра, кто больше. Словно с иллюзией дрались.
        — Умение такое есть, чтобы враг не попал,  — пояснил он.  — Ну может, разница в уровне слишком большая, вот и полметра…
        — Магнум, можно?  — Никон взял его за локоть и немного отвел в сторонку. Колонна встала, все вопросительно глядели на лидера. Никон махнул тому самому воину в латах, который угощал меня сметаной: — Так, Калиныч, пойди. Ударь Магнума рассекающим ударом.
        — А если попаду? Я ж…
        — Давай,  — кивнул ему Магнум. Он достал свой меч и занял простую стойку, немного опустив клинок,  — со всей силы.
        Калиныч неохотно вынул свой меч, замахнулся, отводя его назад, и, получив утвердительный кивок Никона, ударил. На секунду его меч вспыхнул зеленоватым светом и пропал из виду. Удар был такой быстрый, что я смог разглядеть только размытый след, который не достал до цели добрых полметра. Магнум во время удара сместился чуть назад, хоть в этом и не было необходимости.
        — Ну чуть-чуть не достал,  — то ли недовольно, то ли облегченно сказал Калиныч.
        — Вот столько.  — Я развел руки, показывая, на сколько промахнулся удар.
        — Не,  — протянул Калиныч, показав пару сантиметров между пальцами.  — Не больше.
        — Давай «заряженным ударом»,  — вмешался Никон.
        — Заряженный — для нубов… Ладно.  — Он снова отвел меч назад и сразу же ударил. Удар получился не такой быстрый, как первый, но результат остался прежним.
        — Полметра,  — ответил я на взгляд Никона.
        — Да как полметра?!  — возмутился Калиныч. Те, кто стоял ближе, одобрительно поддержали его.  — На волосок промахнулся.
        — Ладно,  — Никон махнул рукой отряду,  — пошли дальше.


        Спустя час мы вышли к точке возрождения. К разочарованию Магнума и нескольких его людей, там нас встретили лишь пара жрецов да работники администрации Ленина, которые пытались эту самую точку снести. Проблема была в том, что засевшие там люди Магнума заняли глухую оборону и до подхода основных сил выходить отказывались. Один из чиновников попытался было пригрозить Магнуму, что будет жаловаться непосредственно Ленину, но одна лишь фраза: «Укорочу на голову» — быстро остудила его пыл.
        В город мы вернулись к закату. Никон сразу же отправил меня домой, наказав завтра до обеда обязательно зайти к нему. Дома же все было без изменений. Нямкас и Неко решали какие-то важные вопросы в рабочем кабинете, Василий заперся у себя в лаборатории, а остальные были заняты своими проблемами. Оставшись без внимания, я тихо поужинал и поговорил с Марусей о том, как прошел день и не было ли чего необычного. Странно, но о войне между двумя крупнейшими кланами никто ничего не знал. Из самых серьезных новостей были лишь повышение цен на продукты да падение спроса на магическую бижутерию. О последнем я узнал от Елизаветы, которая сидела с нами за столом и вполуха слушала о новостях, штудируя свой справочник.
        Перед сном вновь пришло то странное чувство — удовлетворения большой проделанной работой и удачным днем. От накативших ощущений даже мурашки пробежали по телу, а чешуйки на плечах и спине тихонько заскрежетали.



        Глава 9

        Вот: стоит только уснуть в хорошем настроении, и просыпаться — одно удовольствие! Так как драконом я мог проспать и до ужина, то попросил Марусю будить меня к завтраку, часам к девяти. Не слишком поздно, чтобы опоздать куда-нибудь, и не слишком рано, чтобы не выспаться.
        — Ух ты,  — удивился я, заходя в столовую,  — давненько мы не завтракали все вместе. Здорово.
        Весь клан в полном составе скучал, ожидая завтрак. Один только сонный Василий клевал носом.
        — Я поражаюсь,  — почему-то возмущенно сказала Елизавета,  — вчера утром он был с двадцать вторым, а сегодня — уже с двадцать четвертым! Чем ты вчера целый день занимался? В рейд, что ли, ходил?
        — Бегал,  — улыбнулся я.  — Много бегал. А в рейд меня сегодня приглашали. На василиска. Я хотел спросить: можно?
        — Нет,  — отрезала Неко,  — я же говорила: в рейды вне клана — не ходить… На кого в рейд?  — не сразу поняла она.
        — На василиска,  — подсказал Нямкас, не отрываясь от газеты.
        — А, ну тогда иди,  — хохотнула она.  — Вот он вас всех сожрет, будете знать.
        — На василиска, хоть он и неподалеку от города обитает, охотятся исключительно те, кто перешагнул рубеж семидесятого уровня,  — пояснила Елизавета для меня,  — а еще лучше — после восьмидесятого. На него успешных рейдов ненамного больше, чем на красного дракона.
        — А ну колись: где был и на какого монстра ходили?  — строго сказала Неко.  — Два уровня за день так просто не получают. Дележ честный был или оставили ни с чем?
        — Не был он в рейде,  — сказал Нямкас, опуская газету,  — но успел отличиться в другом деле. Правда?
        — А чего я?  — замялся я.  — Так, просто…
        — Сегодня ни свет ни заря Магнум заходил,  — продолжил Нямкас.  — Пятьдесят тысяч золотом предлагал мне за Митяя. Хочет его к себе в клан взять.
        — Сколько?  — Глаза у Неко округлились, и она даже встала.  — Он что, узнал об удаче Мити?! Не отдам!  — Она вцепилась в мое плечо.  — Ах он сволочь…
        — Нет, про удачу он ничего не знает,  — успокоил ее Нямкас, его это даже развеселило,  — тут дело в другом. Митяй вчера умудрился спасти «Семь звезд».
        — От чего?  — Неко села обратно, пытаясь переварить эту новость в голове. Остальные за этим представлением следили с интересом, но молча. Даже Василий окончательно проснулся.
        — Как минимум от потери всех высокоуровневых героев, а как максимум — от… ну тут сложно сразу оценить. Если я правильно понял, то вчера Митя, находясь во дворце, подслушал коварный план главы «Северного ветра» и Холеры по расправе над «Семью звездами». И, недолго думая, наш опрометчивый товарищ ринулся спасать их, ввязавшись в клановую войну.
        Нямкас рассказывал со слов Магнума, но почти точно описал вчерашний день. Лишь с торговцами из Китая вышла небольшая неточность, но я не стал поправлять.
        — А теперь — новость дня.  — Он развернул газету, демонстрируя нам заголовок.  — О войне между кланами официально объявили. Король отказался что-либо комментировать, сославшись на то, что герои сами решают свои проблемы, и он пока вмешиваться не собирается.
        — Я даже не знаю, стоит ли спрашивать, как Митр во дворце оказался,  — сказала Елизавета.
        — Талант. Определенно талант влипать одним местом в неприятности,  — согласилась Неко.
        — Сразу скажу: в клан Магнума не пойду,  — заявил я, предвидя очевидный вопрос.
        — Да кто тебя теперь отпустит, самородок ты наш,  — язвительно сказала Неко.  — Вот когда они в очередь за тобой выстроятся и драться начнут, тогда мы и поторгуемся. Тебе за помощь-то денег дали? Что, даже золотого не перепало? Вот ведь жмот. Пригласил в рейд и думает, рассчитался? А выпадет эпик, все их клану достанется?
        — Вот,  — Нямкас поставил на стол небольшую красную лакированную шкатулку. Она напоминала ту, что я видел у Леси в сундуке ее отца, только на крышке красовался медведь, несущий на плече котомку,  — Магнум принес. От клана «Ночные медведы». Десять процентов от возвращенного золота.
        Неко сразу прибрала к рукам шкатулку и углубилась в подсчет золотых монет. Чтобы нам было видно, она что-то сделала, и перед ней на столе появилось прозрачное изображение секций, как в личной сумке. На неглубоких полках ровными стопками стояли золотые монеты.
        — А сколько там?  — спросил я, но Нямкас только развел руками.
        — На такую сумму можно безбедно пару лет жить всем кланом,  — сказала Елизавета, бросая на золото жадные взгляды,  — но лучше вложить, и через пару месяцев их станет…
        — …в два раза меньше, чем было,  — не отрываясь, сказала Неко.  — Нет уж, коммерцией у нас занимаешься исключительно ты и исключительно на собственные средства.
        — А какой толк в пустом накоплении? Золото имеет особенность заканчиваться, и делением монеты не размножаются.
        — Хватит уже,  — остановила их Маруся.  — Митины деньги, и нечего делить.
        — Если так ставить вопрос, то я бы взял немного на карманные расходы, а остальное — на развитие клана,  — сказал я.
        Неко, не задумываясь, поставила передо мной на стол стопку в двадцать пять монет и закрыла шкатулку.
        — И не смей тратить все сразу,  — сказала она наставительно.  — Эх, сердцем чувствую, не стоит тебя отпускать в рейд на василиска. Учти, золото делится поровну на каждого участника, весь ненужный лут оценивается на месте, и лидер рейда дополнительно выплачивает его стоимость. Вещи чаще всего делят по принципу «кому нужнее». Но иногда большая часть достается тем, от кого было больше пользы. Жрецы и танки получают свою долю вне очереди. Сторонним героям вообще может ничего не перепасть. А с вагонами вообще не делятся, иногда даже золотом.
        — Опыт полезнее, чем пара золотых,  — сказал Нямкас.  — Близко к василиску не подходи. Лучше со стороны наблюдай или вместе со жрецами постой.
        — Они что, другого времени не нашли?  — раздраженно спросила Елизавета.  — Им сейчас только в рейд не хватало уйти. У них война, между прочим.
        — А может, у них такой план — держаться всем вместе,  — предположил Василий.  — Я тоже на василиска хочу. Я его даже ни разу не видел.
        — Я могу спросить насчет тебя…
        — Куда?  — остановила нас Неко.  — Если так хочется посмотреть, я тебя к нему сама свожу. Дай лучше Митяю список того, что тебе с туши этой ползучей гадины нужно. Пока шанс подвернулся. И что продать еще можно. Рога, копыта, шкуру. Сумка у Мити большая, все унесет.
        — Я поесть в дорогу соберу.  — Маруся поспешила на кухню.
        Пока мы завтракали, каждый посчитал нужным дать несколько важных советов, что делать и как вести себя в рейде. Елизавета снова высказалась по поводу того, что мне надо выучить уже второе умение, а я еще с первым не определился. Напоследок Нямкас попросил, чтобы я не задерживался, так как они с Неко уже определились по поводу нового кланового похода.
        Клан «Семь звезд», как и положено по статусу и размеру, занимал одно из самых больших зданий в городе. Чем-то оно напоминало здание аукциона, но было построено в форме квадрата и имело большую свободную площадку во внутреннем дворе. Первый раз, когда я попал в этот район, ожидал увидеть над зданием стяг или вымпел клана, но все было куда скромнее. Единственная деревянная табличка, не больше той, что красовалась над нашим домом, была прикреплена над парадным входом в здание и изображала созвездие из семи звезд.
        У входа на дежурстве стоял новичок, тот самый мужчина, у которого родственник работал в ФСБ. Хоть в мир мы пришли и в одно время, поднялся он лишь до одиннадцатого уровня. Звали его Феникс. Меня он встретил внимательным и не очень приятным взглядом.
        — Привет,  — я поздоровался первым,  — я по приглашению Магнума…
        — Да, я знаю,  — он отворил дверь и вошел впереди меня,  — наставник Никон просил проводить тебя.
        — Наставник?  — переспросил я.
        — Наставник — старший товарищ по клану,  — пояснил он.  — Это звание можно получить только за особые заслуги. Если говорить проще, это что-то вроде заместителя главы клана по определенным вопросам.
        — А, понятно. Я просто подумал, что он тренирует… новичков. Как в гильдии паладинов.
        — Нет, новичками занимается наставник Калина.
        — Калиныч? Ага, хороший дядька, добрый.
        Феникс обернулся, посмотрел на меня, но ничего не сказал.
        Внутреннее убранство главного коридора здания мне определенно понравилось. Особенно к месту смотрелись картины на стенах и удобные диванчики, стоявшие через каждые десять-пятнадцать метров.
        — Левое крыло здания отведено для новичков,  — без интонации продолжил Феникс.  — Двухместные комнаты, большая столовая, аудитории для занятий и два спортзала. В правом крыле располагаются отделения ремесленных гильдий. Почти все, кроме кузнечного дела. Клановые кузни находятся у западных ворот. Ремонт оружия, доспехов для новичков — бесплатно. То же касается услуг жрецов и алхимической лаборатории.
        — Халява — это хорошо…
        Возле большого общего зала Феникс развернулся и, не прощаясь, ушел обратно. Все-таки странное у него поведение. То ли недолюбливал он меня, то ли сам по себе был таким.
        Назначение зала, где ждали меня Никон и Магнум, я сразу не определил. Большой, метров пятьдесят в длину и занимающий два этажа, он легко мог использоваться и для собраний, и для банкетов. В пользу последнего говорили большие столы, расставленные по всему помещению.
        Вместе с главой клана за столом сидели еще человек десять, решая что-то важное.
        — Митя,  — Никон первым заметил меня,  — ты вовремя и не вовремя.  — Он показал на скамейку рядом с собой.  — Садись.
        — Здравствуйте.  — Я немного неуверенно сел.  — Случилось что?
        — Здравствуй, Митр.  — Магнум виновато развел руками.  — Увы, но наш рейд придется отложить на пару дней. Жаль упускать удачный момент, но ничего не поделать.
        — «Северный ветер»?  — спросил я.
        — Новички,  — сказал Никон.  — Сегодня ожидается новая партия.
        — Так вроде же на прошлой неделе были?  — немного не понял я.  — Они что, так часто появляются? А, это…  — Я опомнился.  — Простите за глупые вопросы. Если рейда не будет, я тогда пойду. У вас тут дел…
        — Да не переживай.  — Калиныч, сидевший справа, хлопнул меня по плечу.  — Сиди, никто не гонит.
        — Ничего секретного в этом нет,  — кивнул Никон.  — Новички приходят не регулярно, но и не слишком часто. Новый мир старается поддерживать баланс, и на смену ушедшим героям обязательно приходят новые. Загвоздка в том, что, когда последних появляется слишком много, старые начинают пропадать.
        — На прошлой неделе пришло двадцать человек,  — сказал Магнум.  — После вашего появления следующую партию мы ожидали не раньше чем через пару месяцев… Света, иди готовь девушек. Сегодня Митр, как наш гость, первым оценит вашу красоту.
        Молодая волшебница встретилась с ним взглядом и довольно улыбнулась.
        — Как закончите, найди меня,  — тихо сказал Никон.
        — Зевс,  — сказал Магнум, когда мы уже почти вышли. Тон у него стал куда серьезнее, чем минуту назад,  — возьми своих людей и сходи в канцелярию, отдай мое письмо лично в руки Ленину. Если все спокойно, возвращайся. И загляни еще раз к точке возрождения, проверь — может, они вернулись…
        — Идем,  — поторопила меня Света.
        Я вспомнил свой первый день, когда вновь прибывших встречали у выхода из замка, и невольно улыбнулся. Интересно, Нямкас снова повесит свое объявление на доске? В прошлый раз никто так и не откликнулся.
        К приему новичков (а в том, что они будут, никто не сомневался) «Семь звезд» готовились основательно. Обязательная генеральная уборка и подготовка новых комнат ложились на плечи тех, кто еще не перешагнул порог тридцатого уровня. Остальные были заняты будущей экскурсией по ремесленным гильдиям. Уверен, каждая из них устроит целое представление с фейерверком и доставанием кролика из шляпы, лишь бы новички выбрали «правильную» профессию. То же самое касалось и многих классовых гильдий. Маги, воины, охотники и даже барды определяли «своих» прямо в здании. С какой стороны ни посмотри, а вступать в крупный клан было выгодно.
        Моделей для привлечения новоявленных героев отбирали по принципу «у кого доспех краше». Но красивые девушки шли вне конкурса, и специально для них подбирались самые роскошные наряды и доспехи. Со стороны все это действо выглядело как большой балаган.
        Света оказалась неразговорчивым попутчиком, поэтому толком ничего не рассказала. Но вот указание Магнума она взялась выполнять со всей возможной ответственностью. Вместе с ней мы целый час оценивали и решали, кого стоит выпускать к новичкам, а кого нет. Вакантных мест было всего пятнадцать, а претендентов — около сорока человек. Такое рвение в список избранных было обусловлено небольшое премией каждому участнику.
        Девушки в легких доспехах и красивых платьях мне очень понравились. Выбрать было сложно, поэтому голосовал за каждую, за что едва не был побит парнями. К слову, в кастинге участвовала и одна из высокоуровневых героинь, которая была с нами вчера. В откровенном эльфийском платье я ее не сразу узнал. Глубокий вырез декольте притягивал не только мой взгляд, но и всех парней в большом помещении. Звали эту красавицу Женевьер, но она просила называть себя просто Женя. Едва все закончилось, она буквально повисла на моей руке и не желала отпускать, пока я не согласился сходить с ней на свидание.
        — Хорошо, хорошо, обещаю, обязательно загляну к вам, как только разберусь с насущными делами…
        — Не «к вам», а «к тебе»,  — промурлыкала она, прижимаясь к моему плечу грудью. Я отодвинулся, насколько это позволяла ее хватка.  — Вот вечно это ваше мужское: «Как только разберусь с делами»,  — передразнила Женя. Она была немного ниже ростом, и ей приходилось смотреть снизу вверх, отчего взгляд становился еще более смущающим.  — Скажи прямо: приду завтра в семь, а лучше — в полвосьмого вечера.
        — Я действительно не могу… сказать, что будет завтра. Тут всегда что-то да происходит. И Нямкас сказал, что мы в рейд…
        — Рейд? Надолго?
        — На неделю!  — выпалил я.
        — Замечательно,  — вздохнула она.  — Захватывающие приключения, ночевка под открытым небом… У меня есть замечательная двухместная палатка.
        — Боюсь, Неко не одобрит…
        — Неко? Эта кошка?  — удивилась она.  — Ах да, ты же в «Наглом коте»… Не волнуйся, я с ней поговорю. Она не откажет своей старшей наставнице.
        — А вы знакомы?  — теперь уже я удивился.
        — Митя!  — В дверях показался Никон.  — Женевьер, отпусти моего ученика и не вздумай тянуть к нему свои ручонки.
        Женя хмуро посмотрела на него и уже собралась ответить чем-нибудь едким, но передумала и неохотно отпустила меня.
        — Завтра в полседьмого,  — напомнила она, послав мне воздушный поцелуй.
        Никон дождался, пока я выйду в коридор, и повел в сторону лестницы.
        — Вот тебе дружеский совет,  — сказал он,  — держись подальше от этой любвеобильной персоны. Глазом не успеешь моргнуть, как окажешься у нее на коротком поводке.
        — Спасибо, что предупредил. А как у вас все закончилось? Что решили?
        — Мм?  — переспросил он.  — У нас? Нормально. Если за дело взялся Зевс, все будет хорошо… Я что хотел попросить,  — он остановился,  — в последнее время Земляничка странно себя ведет. Что-то у нее случилось, но она ничего не рассказывает.
        — Не замечал.  — Я почесал в затылке.  — Видел ее буквально вчера, все было в порядке.
        — У меня сейчас куча проблем, сам видишь. Совсем нет времени. Хочу, чтобы ты узнал, что происходит. Просто узнай, и все. Если что-то действительно серьезное, сразу сообщи мне. Хорошо?
        — Да без проблем.  — Я пожал плечами.  — Могу прямо сейчас. Завтра, боюсь, Нямкас заберет меня в очередной рейд.
        — Желтую улицу знаешь? Это по пути в гильдию паладинов, если идти отсюда.
        — Знаю,  — кивнул я.
        — Последний дом по улице, в тупике. Трехэтажное здание. На втором этаже — всего одна квартира. Если не найдешь Земляничку в гильдии, загляни туда. Можно и сразу по пути… Стой. Дай журнал. Журнал с заданиями,  — пояснил он на мой вопросительный взгляд,  — для надежности.
        Усевшись на ближайшую скамейку, Никон быстро открыл журнал на нужной странице и своим пером принялся вписывать что-то.
        — Приоритет — срочный,  — прочел я.
        — Срочный,  — подтвердил Никон.  — Помочь Земляничке. Задание неопределенное, вознаграждение…  — Он внимательно посмотрел на меня, потом перевернул несколько страниц и прочитал все заголовки.  — Свободным опытом. Держи. Времени уже много, так что давай, не тяни.


        Сложно было сказать, расстроился ли я тому, что рейд отменили, или наоборот. Сходить на василиска хотелось даже просто из любопытства. А еще — заглянуть в замок и поглазеть на вновь прибывших новичков. Можно было бы увидеть себя со стороны в свой первый день.
        Путь до гильдии паладинов был короче, чем до тупика Желтой улицы, но я решил первым делом наведаться домой к Земляничке. Что за проблемы могут быть у такой симпатичной девушки, я не догадывался, но вид у Никона был действительно встревоженный. Вряд ли она попала в наш клуб «Десять с плюсом», иначе он бы об этом сказал.
        Цветные названия в Изумрудном имели четыре улицы, и с чем это было связано, никто не знал. Желтая улица проходила почти через весь восточный район города и петляла так, что легко можно было заблудиться. В отличие от нее наша Синяя улица напоминала большой проспект, пересекающий город от одной стены до другой. Были еще Зеленая и Коричневая улицы, но ни размерами, ни удачным расположением они не отличались, поэтому на слух почти не попадались.
        Дом, про который говорил Никон, я нашел без труда. Обычно многоэтажные дома в городе строили по местным правилам, и лестница в таком доме находилась внутри, но встречались и новые постройки, многоквартирные. В них лестницы пристраивали снаружи дома и делали деревянными или, как в моем случае, закрытыми каменными, с небольшими окнами. Попытка подражать современной архитектуре и панельным домам в Изумрудном провалилась с треском, но подобные дома еще оставались. Как обычно бывает у нас, пытаешься сделать как лучше, а выходит — аж самому страшно.
        В окне второго этажа красовались знакомые занавески. И раз в такой жаркий день окна были плотно закрыты, вряд ли хозяйка была дома, но я все же решил подняться. Как выяснилось, не зря. Земляничку я обнаружил на лестничном пролете, но, едва она попала в мое поле зрения, тут же нырнул обратно. Видать, у Землянички все же был парень, который сейчас очень страстно обнимал ее. Мне стало неловко, и я попятился, стараясь не шуметь.
        — Подожди,  — это был голос Землянички.  — Не надо… Я не могу… Нет!
        — Ты чего?!  — возмущенно сказал мужчина. Его тон мне сразу не понравился. Судя по звуку, Земляничка оттолкнула его.  — Совсем страх потеряла?
        — Давай я тебе заплачу, как в прошлый раз? А?  — Голос Землянички меня насторожил и заставил остановиться.
        — Хочешь, чтобы все узнали твой маленький секрет? Нет? Тогда не ломайся…
        Мужчина ухватил ее за руку и попытался снова сгрести в объятия, но Земляничка увидела меня и легко остановила его порыв. Еще бы, она была почти шестидесятого уровня, а мужик, который к ней приставал, имел только тридцать второй. Звали его Цезарь. Совсем непритязательный мужчина, лет тридцати пяти. «Для такой рожи — слишком громкое имя»,  — подумал я. Он оглянулся и несколько секунд смотрел на меня, пытаясь понять, откуда и зачем я тут взялся. Похоже, про «рожу» я подумал все же вслух, так как взгляд у него стал еще более неприязненным.
        — Чего встал?  — бросил он.  — Иди своей дорогой. Не видишь, мы заняты.
        — Так я вроде как уже пришел. Конечная. Автобус дальше не идет.
        — Митр, ты что-то хотел?  — спросила Земляничка. Самообладания ей было не занимать.  — Тебя Пастер послал?
        — Нет,  — я пожал плечами,  — просто в гости заглянул.
        — Твой знакомый?  — раздраженно спросил Цезарь.  — Пусть проваливает,  — приказным тоном потребовал он.
        — Митя, пожалуйста, можешь…
        — …прибить этого?  — обрадовался я.  — Да! Сейчас,  — и полез в сумку за мечом.
        — Он чего, дурак?  — не понял Цезарь.  — Проваливай по-хорошему.
        — Ага,  — кивнул я. Вид моего меча его нисколько не испугал. «Зря, очень зря»,  — злорадно подумал я.
        Не знаю, что за дела у него были с Земляничкой, но он выводил меня из себя одним только видом. Я совсем легко толкнул его острием меча, но, к нашему обоюдному удивлению, меч проткнул кожаный жилет его доспеха, словно бумагу. Цезарь отскочил назад, насколько это позволяли габариты лестничной площадки.
        — Митр!  — повысила голоса Земляничка.
        — Что?!  — так же громко ответил я, не сводя глаз с Цезаря.  — Сейчас я его убью, и поговорим…
        — Совсем сдурел?  — Он выхватил короткий меч, зажимая рукой рану на груди. Она кровоточила и наверняка причиняла боль. Он в два глотка выпил лечащее зелье, отбрасывая пустой пузырек.  — Только попробуй на меня напасть — и тебе конец. Вам обоим.
        — Испугался?  — улыбнулся я.  — Хорошо. Даже не придется в дракона превращаться…
        Цезарь оскалился, бросил взгляд над моей головой и метнулся вверх по лестнице. Через секунду послышался звон бьющегося стекла. Я озадаченно повернулся к Земляничке, но ничего не успел сказать. С проворством и точностью, доступной только женщинам, она отвесила пощечину, от которой меня развернуло на месте, и я едва не улетел вниз.
        — Ауч…  — выдавил я, проверяя, двигается ли еще челюсть.
        — Кто тебя просил вмешиваться?  — Она устало опустилась на лестницу и закрыла лицо ладонями.  — Зачем? Что же мне так не везет?!
        — Я… Нет, ну ты даешь,  — возмутился я.  — Кто это вообще был? Что он от тебя хотел? То есть что он хотел, понятно, но… Ты что, плачешь? Не расстраивайся. Я его сегодня же найду и убью. А потом еще раз найду и снова убью. Только не плачь.
        Вздохнув, я уселся рядом с ней, опустив плечи. Первый раз я слышал, как кто-то плачет от безысходности. Мог поклясться, что правильно определил эмоцию. Это была не обида, не разочарование и даже не потеря чего-то важного. И я чувствовал, что сейчас надо помолчать. И я молчал. Минуты три, пока Земляничка не успокоилась.
        — Я готов, давай!  — протянул ей чистый платок.
        — Готов, что? Убить его я и без тебя могу.  — Она махнула рукой.
        — Выслушать готов,  — серьезно сказал я.  — Пока ты не расскажешь, что случилось, я не смогу тебе помочь.
        Она грустно рассмеялась и, хлопнув меня по плечу, встала.
        — Иди домой, Митр. И в следующий раз постарайся пройти мимо.
        — Нет.  — Я тоже встал.  — Не люблю… Даже не так. Ненавижу, когда кто-то шантажирует другого. Если не хочешь рассказать, я найду этого и узнаю все сам.
        — Только попробуй приблизиться к нему, и я тебя убью,  — с холодом в голосе пообещала она.
        — Как хочешь. Но жизнь у меня одна, поэтому я буду защищаться.
        — Здесь мы бессмертны,  — спокойно сказала она. Металла в ее голосе стало еще больше.  — Если бы не это, я бы давно…
        — У драконов всего одна жизнь,  — так же спокойно ответил я.  — И второго шанса мне не видать. Неко просила никому не говорить об этом, но это все ерунда. Вот,  — я протянул ей открытый журнал и ткнул пальцем в надпись.  — У меня задание…
        — Значит, Никон попросил,  — сказала она сама себе. На минуту о чем-то задумалась.  — Хорошо, пойдем. Я расскажу тебе, если пообещаешь никому не говорить. Тем более Никону. Я могу верить твоему слову?
        — Обещаю.
        Она открыла дверь в квартиру и вошла первой, приглашая меня. Обстановка в прихожей и гостиной, куда она провела меня, говорила о том, что хозяйка с любовью относится к своему жилью. Все было идеально чисто, а мебель стояла именно там, где должна быть. Наверняка на подбор интерьера ушел не один месяц.
        — Садись.  — Земляничка указала на кресло.  — Подожди, я сейчас.
        Первым делом она умылась и переоделась, сменив свой доспех на вполне нормальное платье.
        — Я надеюсь, ты поймешь меня и не станешь лезть со своей помощью.  — Она села в кресло напротив.  — Цезарь, с которым ты только что познакомился, узнал кое-что о моем прошлом. Не знаю уж как, но… Около трех лет назад я познакомилась с одним парнем. Он был сильным, красивым, умным. В то время возглавлял небольшой, но успешно развивающийся клан. Я была влюблена и не сразу поняла, когда он изменился. Им овладела какая-то навязчивая идея, и он начал убивать героев. Сначала на дуэли, потом объявил войну другим кланам и в конец концов подался в Вольное братство. Я же слепо последовала за ним, даже не задумавшись о последствиях.
        Она на минуту замолчала, глядя на мою реакцию. Я же не услышал ничего ужасного, поэтому только вопросительно приподнял бровь, требуя продолжения.
        — Полтора года я путешествовала с Вольными. Вернуться же в Изумрудный мне помог случай. Первое время было очень сложно. Приходилось скрывать свой статус, боясь, избегая магов и жрецов, ведь любой из них мог легко раскрыть меня, но все обошлось. Проведя чуть больше года в Изумрудном, я уже ничем не связана с Вольным братством. Но если стража узнает о моем прошлом, первое, что они сделают,  — убьют меня. И я готова понести любое наказание, появись я в храме внутри города. Но я боюсь, что меня перенесет далеко за леса гоблинов. Туда, где возрождаются те, на ком стоит отметка Вольного братства.
        Она повернулась спиной и немного спустила платье, оголяя лопатку. В верхней ее части красовался безобразный шрам, размером с кулак.
        — Наколку, сделанную в Вольном братстве, невозможно убрать. Можно лишь спрятать под шрамом.  — Она закрыла его и повернулась.  — Но если его срезать и залечить магией, знак проявится вновь.  — Она обняла себя за плечи, словно ей стало холодно.  — Не хочу возвращаться к той жизни…
        — Еще кто-нибудь знает, кроме Цезаря?
        — Пастер. Больше никто. Если Цезарь не проболтается после твоей выходки.
        — Скажешь ему, что я невменяемый,  — задумчиво сказал я, пытаясь собрать в кучу разбежавшиеся мысли.  — Но если он вздумает приставать к тебе, я его убью. А ты не бойся. Такие люди, как он, не спешат расстаться с секретом, пока жертва его боится. Поэтому, если он будет домогаться или просить деньги, тяни время. Сколько получится. А я пока посмотрю, что можно сделать. Что?  — не понял я ее взгляда.
        — Нет уж, разберусь без твоей помощи. Прости, но ты ни черта не смыслишь в этом мире и в том, какой ценой люди здесь выживают.
        — Зато я отлично разбираюсь в таких подонках, как Цезарь.  — Я встал. Надо было немного успокоиться.  — Сталкивался уже… Не волнуйся начет меня. Я обещал никому не говорить, и слово свое сдержу. Я что-нибудь придумаю. Обещаю.
        С трудом выдержав ее взгляд, я развернулся и вышел из квартиры. Что делать в подобных случаях, я знал, оставалось решить, как это осуществить. Для начала следовало получить как можно больше полезной информации. Первым, кто мне вспомнился, был Николаевич.
        — Вопрос, как его найти?  — спросил я сам у себя, выйдя на улицу. Насколько я помнил, канцелярия ушла в отпуск на три дня.  — Хотя стоп. Какой отпуск? Новички!
        Действительно, с учетом прибытия новых героев канцелярия работала на полную мощность. В отделе распределения заданий, как я его окрестил, было намного оживленней, чем обычно. К стойке администратора даже выстроилась очередь.
        — Слизней, мне на слизней два места оставьте,  — крикнула какая-то женщина в конце очереди.
        — Правильно,  — поддержал ее парень, стоявший немногим ближе.  — Слизней больше двух штук в руки не давать. Пусть кабанов берут или грибы.
        — Кабаны кончились,  — повысила голос администратор,  — осталось шесть мест на слизней.
        Очередь загудела и попыталась встать плотнее, но не получилось, и она отхлынула на прежнее место. Кто-то из конца очереди ринулся обратно к стендам, в поисках оставшихся листовок с заданиями для новичков.
        — А что, много новичков пришло?  — спросил я у женщины, которая только что вошла в комнату.
        — Сорок три,  — ответила она, сразу направившись к стендам.  — Оставили одну дрянь…
        С минуту поглазев на очередь, я двинулся в хранилище, но, к сожалению, дверь оказалась заперта. Работники из соседних кабинетов были не в курсе, где Николаевич и был ли он сегодня вообще. Пробиться же к начальнику отдела не получилось из-за наплыва представителей гильдий, которые бронировали задания для новичков на месяц вперед. Помогла женщина, увидевшая меня возле двери архива. По ее словам, Николаевич на работу не выходил, но виновата в этом, скорее всего, администрация, которая не сообщила ему об отмене выходных. Я сразу же согласился помочь и навестить его дома, чтобы передать эту новость. Тем более что дом его находился в десяти минутах ходьбы.
        Указанный адрес я нашел быстро. Это был небольшой двухэтажный домик, зажатый между парой особняков. Складывалось такое ощущение, что в центре города дома строили по принципу: осталось свободное место, значит, надо пристроить домик для прислуги. И пусть он будет настолько мал, что кровать поперек не поставить, зато поближе к хозяевам.
        На мой стук в парадную дверь в окне второго этажа показалась пожилая женщина. Распахнув окно, с минуту наводила на меня резкость.
        — Вам кого?  — старческим голосом спросила она.
        — Доброго дня. Скажите, а Николаевич дома?
        — Нету его.  — Она еще более пристально посмотрела на меня.  — И не будет. Съехал он.
        — А куда, вы не знаете?
        — Не знаю.  — Она уже собралась закрыть окно, но передумала.  — Зовут тебя, малец, как?
        — Митр.
        — Письмо для тебя.  — Она бросила вниз белый конверт и захлопнула окно.
        Как и в прошлый раз, Николаевич был краток. «Дракона не ищи, опасно. Все объясню при личной встрече». Ниже было приписано еще более кривым почерком: «Опасайся всех, кто стоит за королем».
        С толикой обиды посмотрев на окно, я убрал записку в карман и побрел по улице. «Тупик»,  — думал я. Близился вечер, а толку от моих поисков не было никакого. А ведь я так рассчитывал покопаться в архиве и библиотеке…
        Единственной хорошей новостью за день стало то, что наш маленький клан пополнился новичком. Не знаю как, но Нямкасу удалось завербовать молодого парня, лет двадцати пяти. При росте в метр шестьдесят максимум весил он килограмм сто двадцать минимум. В остальном же — вполне нормальный парень, с длинными русыми волосами, которые ему никак не подходили.
        Когда я вернулся домой, праздничный ужин в честь новичка был уже в самом разгаре.
        — Что, рейд ваш отменили?  — спросил Василий, двигая свой стул и освобождая мне немного места за столом.
        — Отменили.  — Я протянул руку новичку.  — Митр.
        — Здравствуйте.  — Рукопожатие было неуверенным, но сильным.  — Кратос.
        — Знакомое имя…
        — Боги войны?  — оживился Кратос.
        — Греческая мифология,  — улыбнулся я.
        — Рейд отменили или перенесли?  — спросила Неко.
        — Вроде перенесли. А вот насколько — без понятия.
        — Не стесняйся, кушай.  — Маруся поставила перед Кратосом тарелку с пирогом.
        — Свободных комнат больше нет, поэтому, Митя, придется тебе потесниться,  — виновато сказал Нямкас.  — Ты все равно в своей комнате не спишь, поэтому мы ее отдадим Кратосу. Временно.
        Я только махнул рукой. Подвал меня вполне устраивал.
        — Митя, что-то случилось?  — спросила Елизавета.  — У тебя усталый вид. Ты не заболел?
        — Мелкие неприятности…
        Поужинав на скорую руку, я сослался на усталость и ушел спать. Я был очень рад, что наш клан пополнился еще одним героем, но не хотел портить праздник своим плохим настроением.
        Уснул я с мыслью, что упускаю из виду что-то важное…



        Глава 10

        — Извините… Маруся.  — Кратос смутился от такого фамильярного обращения.  — Может быть, вам помочь? Просто Нямкас говорил — подождать пару дней, пока определится моя раса, и вообще… для акклиматизации. А сидеть без дела скучно. Был бы компьютер, а так…
        — Помочь?  — Маруся поставила локти на стол, вспоминая, что она еще сегодня не сделала.  — Ах ты ж, совсем забыла.  — Она всплеснула руками и поспешила к двери в подвал. Прямо за дверью у лестницы на гвоздике висел небольшой молоток, которым она пару раз стукнула в металлическую пластину.  — Митя, вставай!
        — Как-то неудобно получилось с комнатой…  — сказал Кратос, когда Маруся вернулась к столу.
        — Не переживай. Нямкас ремонт на чердаке сделает, сразу две комнаты появятся. Давно пора было там порядок навести.
        — А может…  — Кратос проглотил следующее слово, испуганно глядя, как из подвала выскочил черный монстр с зубастой пастью и крыльями. Кстати, именно крылья помешали ему выбраться окончательно, зацепившись за косяк.
        — Который час?  — прорычал монстр.
        — Полдень скоро,  — сказала Маруся, смерив его строгим взглядом.  — Ну чего ты ломишься, как черт из преисподней. Парня перепугал.
        Монстр удивленно приподнял брови и, дав задний ход, скрылся в подвале.
        — И совсем я не испугался, просто он так неожиданно…  — Нащупав кружку с чаем, Кратос залпом осушил ее.  — Это Митр?
        — Ага,  — улыбнулась Маруся,  — дракон.
        — А я думал, что только орки страшные…
        В проеме снова появился дракон, только в этот раз, сложив крылья, он аккуратно вышел, прикрыв за собой дверь.
        — Не превращается чего-то.  — Он виновато развел руками.
        — Раз в месяц такое бывает,  — пояснила Маруся для Кратоса.  — День расы. Но так вроде был он уже?
        — Я тоже могу в дракона превратиться?
        — Вряд ли,  — сказал Митр, усаживаясь на табурет.  — Но не исключено. Тут гоблином стать шансов больше. И выбора никто не предложит…
        Пока Маруся ушла на кухню за обедом, Кратос пытался получше рассмотреть дракона. Вблизи он выглядел еще более пугающим. Судя по острым зубам, он легко мог откусить руку или перекусить ножку у стола. Чешуйки же имели заостренную форму и очень плотно прилегали друг к другу.
        — А когти на руках не мешают?  — спросил Кратос и, поняв глупость вопроса, поспешил добавить: — Я не хотел обидеть, просто…
        — Привыкнуть можно.  — Митр расправил одно крыло.  — Вот этот трюк был посложнее. Неделю тренировался.
        — Сколько раз говорить — не маши крыльями в помещении!  — наставительно сказала Маруся из кухни.  — Хочешь полетать — иди на задний двор. Соседские мальчишки все уши прожужжали. Хотят с тобой поиграть в дракона и рыцарей.
        — Не сегодня,  — Митр вздохнул,  — много дел.
        — В рейд идете?  — заинтересовался Кратос.  — На василиска? Неко говорила, ты с большим кланом идешь?
        — Не соберутся они,  — уверенно сказала Маруся, вернувшись из кухни.  — Если сразу не решились, то шансов, что в ближайшее время пойдут, мало. Тем более у них с новичками проблем теперь невпроворот.
        — А он большой?  — Кратос даже подался вперед.  — Василиск.
        — Большой,  — кивнула Маруся.  — С трамвай размером. И бить его надо умеючи. Ты к нему, Мить, близко не подходи только. Он же целиком проглотит и не подавится. Это ведь не слизень в Мокром лесу.
        — Ага,  — смех у Митра получился больше похожим на рык,  — я тот запах на всю жизнь запомню. Тебе Нямкас еще не говорил, когда вы на них охотиться пойдете?
        — Говорил, что, как только с профессией определюсь, сразу и пойдем. Он сегодня обещал задание взять.
        — С этим будет тяжело. Я вчера там был, заданий на слизней сейчас не достать. Но если получится, ты смотри, когда их бить будешь, отбегай подальше, а то обрызгает…
        Митр неожиданно замер, глядя куда-то в стену. Кратос даже обернулся, чтобы проследить за его взглядом, но, ничего не увидев, вопросительно посмотрел на Марусю. Та только пожала плечами.
        — Маруся, что ты там говорила про василиска?  — спросил Митр, медленно повернувшись к ней.
        — Проглотит, говорю, тебя и не подавится…
        — Нет, до этого. Про «бить его надо умеючи».
        — Так и сказала. Василиска-то не шибко любят. Ядовит он со всех сторон, как…
        — И танку еще маска полагается, так?
        — То не знаю,  — призналась она.  — В маске они его бьют али без нее.
        — А Василий еще дома?
        — Дома,  — кивнула Маруся.  — Все заказ для гильдии магов варит. Кратос, ты бы позвал его. Обед уже готов. Пусть поест и варит свои зелья дальше.
        — Я сам.  — Митр встал и в три шага взлетел по лестнице. Через две минуты он сбежал обратно и, ни слова не говоря, вылетел из дома, так и оставаясь в форме дракона.
        — Точно влюбился,  — вздохнула Маруся.  — Кто ж ему так голову вскружил? Не крыска ль, часом?
        — Крыска?  — удивленно переспросил Кратос.
        — Как говорит Неко, у Мити нашего редкая болезнь бескорыстной глупости…


        Так и не поняв причину, почему тело отказывалось перевоплощаться обратно в человека, я добрался до здания клана «Семь звезд». Поход по городу в виде дракона вызвал живой интерес у местных жителей и группы новичков, которые толпились недалеко от места моего назначения. Обиднее всего было слышать вопрос: «А это и есть тот ездовой дракон?» Нет, ну совсем с фантазией у людей туго стало!
        Как и в прошлый раз, в здание меня пустили без вопросов, сразу сказав, где найти Магнума. Со своими замами он как раз обедал в небольшой столовой. Со стороны, должно быть, смотрелось очень смешно, когда здоровый дракон нерешительно заглядывает в дверь. Зевс приметил меня первым и замахал рукой, приглашая войти.
        — Всем доброго дня и приятного аппетита.  — Я все еще чувствовал себя неуютно в компании высокоуровневых героев, пусть многие из них были и ненамного старше, а некоторые — даже моложе меня.
        — Митр, проходи,  — кивнул Магнум.  — Обедал?
        — Нет, не успел.  — Я аккуратно сел, стараясь не сбить скамейку хвостом.
        — Зэн,  — Магнум обернулся к стойке, за которой стоял немолодой мужчина в белом фартуке,  — еще одну порцию.
        — Спасибо…
        — Тут Калина утром приходил,  — сказал Зевс.  — Говорил, жалоба на Митра поступила. Дескать, напал без предупреждения на одного из наших снабженцев. Едва не убил.
        — Это на кого же?  — Магнум перевел на меня взгляд.
        — На Цезаря…  — Зевс не договорил, так как что-то громко хрустнуло.
        Я тут же разжал руку, отпуская столешницу, на которой остались четыре круглых отверстия от моих когтей.
        — Я… простите.  — Я опустил глаза.  — Недоразумение… было.
        — Недоразумение?  — недоверчиво переспросил Зевс.
        — Я его честно предупредил, что убью, а он убежал…
        — Тогда вопрос снят,  — хохотнул Магнум.  — Давайте поедим, а то обед остынет. Всем приятного…
        Несколько минут все сосредоточенно обедали, думая каждый о своем. Зевс немного наклонился ко мне.
        — Ты из-за этого в драконе?  — тихо спросил он. Хотя с его голосом, это «тихо» было слышно даже за стойкой Зэна.
        — Нет,  — так же «тихо» ответил я. Шептать драконы просто не могли, так как вместо голоса выходило только низкое рычание,  — с утра не могу превратиться.
        — Бывает,  — протянул он,  — обычно быстро отпускает. Это как датчик внутреннего состояния. И эльфы, и орки этим страдают. Первые — по причине своей внеземной красоты и завышенного самолюбия, вторые — из-за чрезмерной агрессивности. Доходило даже до того, что некоторые вообще отказывались обратно в человека превращаться.
        — Не, я так не смогу,  — признался я.
        — Ты к нам по делу или так?  — спросил Магнум.  — Мы сейчас уезжаем, но ты можешь поприставать к Калинычу.
        — По делу. Очень важному делу. Мне нужно василиска убить. Я хотел спросить, рейд на него не отменяется?
        — Скорее всего, отменяется,  — сказал Магнум.  — Сегодня вернется рейд новичков из болот. Надо их организовать, назначить ответственных, подготовить к войне. А завтра король снимет запрет на дуэли. Представляешь, что будет твориться в городе? Нам банально некогда.
        — Но… Разве ничего нельзя сделать? Мне очень надо…  — По взгляду Магнума стало понятно, что в рейд он не пойдет. Мое заготовленное: «От этого зависит судьба одного человека» — прозвучало бы неуместно. Он легко парирует это тем, что от их действий в ближайшие дни будет зависеть судьба всех новичков и клана в целом.
        — Не расстраивайся,  — Зевс положил мне руку на плечо,  — сходим недельки через три.  — Он посмотрел на Магнума.  — Если вообще соберемся. Как мы в прошлый раз на каменного стража собрались, ума не приложу.
        — И еще неизвестно, что из василиска выпадет,  — сказал Магнум. Похоже, эта тема уже поднималась и без меня.  — Может, вообще ничего.
        — Выпадет!  — выпалил я.  — Обязательно выпадет. Самая редкая вещь. Гарантирую.
        — Магнум, ну что, в самом деле?  — сказал Гавр с другого конца стола. Тот самый маг, который наколдовал больше всех в схватке кланов.  — Сегодня все подготовим, завтра утром будем на месте, а к вечеру уже вернемся. Если агатовый жезл выпадет — хорошо, а если топор или когти Никону — еще лучше…
        — Делим шкуру,  — остановил его Зевс и посмотрел на Магнума.  — Решай.
        Глава клана обвел всех собравшихся взглядом и вздохнул.
        — Уговорили-таки.  — Он рассмеялся.  — Но учтите, вся ответственность за рейд ложится на вас. Зевс, на тебе тактика и ликбез для тех, кто еще не ходил на василиска. Гавр, отвечаешь за подготовку рейда. От инвентаря до походных костров. Ну а Митр у нас будет отвечать за лут. С него спрос особый.  — Сидевшие за столом поддержали мою кандидатуру дружным смехом.  — На все про все — два часа.
        — Успеем.  — Гавр встал и поспешил к выходу.  — Митр, пойдем, работы много, надо успеть.
        — Ага.  — Не веря своему счастью, я вылетел из-за стола.
        Пришлось бежать, чтобы поспеть за Гавром. В коридоре он поймал кого-то из магов и приказал срочно собрать всех его подчиненных в рабочем кабинете.
        — Так,  — он остановился, оборачиваясь ко мне.  — Знаешь, где наши кузни? Хорошо. Беги туда и скажи Храпу, чтобы срочно возвращался. И пусть маски захватит…


        Я уже рассказывал об алхимической лаборатории Василия, и главным словом, описывающим ее, было «странная». Так вот, это слово можно было добавлять к любой мастерской этого мира. Каким образом логически несовместимые ингредиенты умудрялись складываться во что-то стоящее, не мог сказать ни один старожил или местный житель.
        К примеру, для выплавки металла очень редко использовали руду. Чаще брали уже готовые слитки этого самого металла, встречающиеся прямиком в таком виде. Мне было крайне интересно, как гномы в своих шахтах находили латунные слитки или слитки высокоуглеродистой стали. Сами они ну никак не могли появиться, значит, кто-то их должен был туда положить. А для производства дорогих доспехов или оружия использовали вообще странные сплавы, названия которых я никогда не слышал. Чего стоил один только «кровавый» металл, оружие из которого никогда не тупилось. А черный металл у местных сталеваров назывался почему-то «корунд».
        Вторым вопросом было то, как этот самый металл обрабатывали. Кузнецы использовали сто и два вида различной магии. От закалки до золочения и нанесения узора, на все у них было свое колдунство. По-другому назвать это действие, увидев его воочию, я не мог.
        Но при всем при этом кузнечная работа требовала большой самоотдачи и творческого подхода. Ковать любой кузнец учился именно так, как и положено для их профессии. Придать нужную форму мечу или доспеху магия, увы, не могла. То же касается и ремонта. Чтобы запаять кирасу или заштопать кольчугу, приходилось кропотливо воссоздавать недостающий участок. Который опять же приклеивался при помощи магии и кувалды.
        Когда я заглянул в кузницу к Храпу, он как раз занимался ремонтом доспехов. Каждый экземпляр испорченной брони он надевал на манекен, оценивал степень повреждения и только после этого приступал к работе. Четыре его помощника в это время занимались подготовкой металла или плетением заплаток на кольчуги.
        — Повернись,  — попросил Грант, напарник Храпа. Он снял мерку с груди и перешел к крыльям.  — Это хорошо, что бронька длинная, иначе пришлось бы доделывать много. А так, укоротим… и должно хватить.
        — Кропотливая работа.  — К нам подошел Храп и, расстелив на столе мою броню, принялся разглядывать звездочки, из которых она была сплетена.  — Чешуйчатая броня — большая редкость. У китайцев выменял?
        — Ага,  — кивнул я.  — Взял задатком. Он мне еще шлем предлагал, но шибко неудобный он. Кстати, а почему «корунд»?  — озвучил я мучивший меня вопрос.  — Это ж минерал. Абразивные камни из него делают…
        — А мы-то не знали,  — съязвил Храп, проводя рукой по броне.  — Хороший задаток…
        Матово-черные трехгранные звездочки были так плотно подогнаны друг к другу, что образовывали сплошной панцирь.
        — За неделю переделаем,  — пообещал Грант и, глянув на заинтересованного Храпа, добавил: — А может, раньше.
        — Я закончил.  — Храп кивнул в сторону манекена с кольчугой.  — К моему приходу чтобы все заплатки были готовы.
        — Так точно, шеф!  — Грант по-военному приложил руку к голове.  — А я пока броньку разберу…
        Перед возвращением в здание клана Храп заглянул в хранилище кузницы и забрал четыре металлические маски. Две из них были сделаны очень искусно: одна — в виде человеческого лица, вторая — в виде передней части головы птицы с широким клювом. Две других напоминали маски сварщика. Во всех случаях глаза защищало толстое и не совсем прозрачное стекло.
        Описание василиска в моем журнале занимало сразу две страницы. Драко, если он был предыдущим владельцем, охотился на этого монстра дважды. Жаль, что описание самой охоты отсутствовало, но в комментариях я встретил интересную запись. Василиск, как выразилась Маруся, действительно был ядовит со всех сторон. Любое ранение, даже несерьезное, могло быть смертельным, если сразу не выпить противоядие или не использовать жреческую магию. Но самое неприятное, из-за чего охотиться на василиска не любили, было то, что яд в его клыках наносил неизлечимые раны, исцелить которые не могло даже самое сильное колдовство. Именно поэтому танкам выдавали специальные маски, чтобы брызги яда не попадали на лицо. В журнале как раз был описан случай, из-за которого нерасторопный воин ослеп на один глаз и на всю жизнь получил глубокий шрам на половину лица.
        Что касается тактики в охоте на василиска, то учиться и находить способы его убийства приходилось на собственных ошибках и провалах. Со временем охоты становились все более удачными, но все равно нечастыми. Помимо василиска были еще монстры, на которых собирались в рейд неохотно. Взять, к примеру, огромного слизня в дремучих лесах гоблинов. Большая желеобразная тварь имела иммунитет к любой магии, а разрубить ее холодным оружием было просто невозможно. Из многочисленных попыток успешной оказалась только одна, да и то, как именно убили слизня, никто не мог сказать.
        — А почему Зевс говорил, что вы с трудом собрались в рейд на какого-то стража?  — спросил я Храпа.  — Я думал, что гильдия должна постоянно охотиться на каких-нибудь монстров побольше.
        — Куда проще и выгоднее сходить поохотиться на какую-нибудь мелочь отрядом в пять-шесть человек, чем собраться толпой в тридцать-сорок. Вещи-то с крупных монстров падают не в пример лучше, чем с мелочи, но довольным после рейда останется только один, максимум два человека. Да и собрать всех сразу — задача не из простых. Те, кто не занят постоянной работой в клане, уходят в походы и на месяц, и на два. Бывает, и по полгода не возвращаются. Со жрецами и танками — сложнее всего.
        — А вы уже ходили на василиска?
        — Было дело,  — Храп сейчас был в облике человека, но по привычке попытался погладить бороду, как гном.  — С небольшим перевесом — три убитых против одного василиска — мы победили. Но это все жадность. А так — обошлись бы без потерь вовсе.
        Дальше Храп принялся перечислять всех монстров, на которых охотился, и какие вещи ему достались. Увы, несмотря на большой список, трофеев набралось всего с десяток. Как он выразился, все самое интересное и ценное он сделал своими руками, чем не переставал гордиться.
        Вернулись мы с небольшим опозданием, но отправка задержалась еще часа на два. Пока собрались все участники и пока Гавр подготавливал все необходимое, я без дела походил по зданию клана. Больше всего заинтересовала лекция, которую читал Калиныч для новичков. Мое появление едва не сорвало ее, но Калина быстро навел порядок.
        Та часть лекции, на которую я попал, была посвящена отношениям внутри клана и взаимодействию гильдий. Можно было еще раз убедиться, как удобно все построено и организовано. В зависимости от того, в каком направлении развивался новичок, его распределяли в нужную группу и давали наставника, который и отвечал за прогресс в его обучении и развитии. Конечно, самой крупной была группа искателей приключений, под руководством непосредственно Калины. Ее участники ходили в рейды, истребляли сотнями монстров и искали особые предметы. Другие группы, главной движущей силой которых были герои от пятидесяти лет и старше, занимались в основном производством. В конце лекции новичкам можно было задавать вопросы, но в это время за нами зашли, и Калина передал эту ответственность своему заму.
        В поход «Семь звезд» выступали как на парад. Впереди на ездовых ящерицах ехали Магнум, Зевс и Гавр. Чтобы одолеть василиска, нужно было всего человек тридцать, но шли почти все, достигшие семидесятого уровня. Я все не мог понять, почему Магнум согласился на этот рейд. С какой стороны ни посмотри, его клану действительно было не до этого.
        Никон догнал нас только у самых ворот, неожиданно выскочив из толпы.
        — Успел.  — Он улыбнулся и зашагал рядом. Пару минут мы шли молча.  — Ну так что удалось выяснить?
        — Все нормально,  — сказал я.  — Проблема есть, но я ее решаю. Прости, обещал Земляничке ничего не говорить. Если все получится, расскажу завтра.
        — Нормально.  — Он хлопнул меня по плечу.  — Кстати, у тебя получается тот удар, который я показывал?
        — Я еще не пробовал. Первый раз получилось, но как-то… не очень.
        — Это мы поправим. Ты не думай, «рассекающий удар» — один из лучших в своем роде. Если осилишь на двадцатом уровне, любого противника одолеешь.
        — А можно не осилить?  — удивился я.  — По мне, так не сложнее этого, «тяжелого удара».
        — «Утяжеленного»,  — поправил Никон.  — Елизавета жаловалась, что ты вспомогательной магией пренебрегаешь. И не хмурься. Вот пока идем, читай.
        — Там слова такие, стыдно вслух произнести. Да и дословно я не помню…
        — Я подскажу. Давай. Простой магический доспех.
        — Великий воин Георгий,  — начал я,  — даруй ученику своему священ… это… защитный…
        — Покров,  — подсказал он. Кто-то сзади рассмеялся.  — Внятнее произноси, не бубни, чтобы я тебя слышал.
        Представляю, как чувствовал себя в этом мире Чиафредо. Ему каждый день приходилось не только произносить похожий бред, но и заучивать его наизусть, соблюдая все акценты и интонацию. Он как-то жаловался мне, что не знает, радоваться тому, что у него есть дар жреца, или же печалиться. Но в отличие от меня он имел дар, который был одним из самых сильных среди новых жрецов. А у меня, сколько ни произносил защитные заклинания, всегда получалось что-то несуразное.
        Весь остаток дня, пока мы шли по тракту в сторону холмов, мне пришлось повторять заклинания раз за разом, но Никон так и остался недоволен результатом.
        Кстати, идти до нужного места надо было километров тридцать, преодолев их одним рывком. Чтобы поспевать за темпом ездовых ящериц, пришлось пить походную настойку. Один из алхимиков клана раздал ее только спустя полчаса, как мы вышли из города. Если у Василия эта настойка получалась яркая, с четко выраженными желтыми полосками, то тут мне досталась непонятная бурда неопределенного цвета. Да и на вкус она напоминала именно бурду. В результате вместо обещанных восьми часов зелье выветрилось меньше чем за три, оставив после себя жуткий приступ голода.
        Назвать живописным местом холмы, перед которыми мы встали на стоянку, язык не поворачивался. Земля тут была изборождена рвами и глубокими трещинами, а растительность едва находила силы, чтобы окончательно не увянуть. До захода солнца мы успели поставить десятка три палаток и развести магические костры. Спешка стала понятна, едва солнце скрылось за горизонт. Ночь в этих краях наступала за считаные минуты.
        Сперва, когда искореженная местность скрылась во тьме, стало очень жутко. Накатило какое-то тревожное и давящее чувство. Даже голоса вокруг стихли. Откуда-то со стороны расщелины между холмами послышалось надвигающееся шипение.
        — Митяй, ты чего?  — Никон потянул меня за руку, усаживая на низенький табурет.
        Я удивленно оглянулся, соображая, как я успел пропустить момент, когда вокруг нашего костра собралось столько народу. Слева, у одной из палаток, Магнум тихо разговаривал с Зевсом, справа Семен Гордый, Калина и Гавр что-то обсуждали, жестикулируя.
        Внимание всех собравшихся привлек мужчина с инструментом, отдаленно напоминающим гитару. Взяв пару аккордов, он подкрутил колки и со всей силы вдарил по струнам. Это было так неожиданно, что я даже встрепенулся. Громкие разговоры вокруг перешли на шепот.
        — Бражник, наш бард,  — шепнул Никон.  — По моему мнению, лучший в своем роде. И песни сам пишет.
        Музыкальный инструмент Бражника звучал на удивление громко. Я уловил, как от соседних костров к нам потянулись другие герои. Стоило ему ударить по струнам, как из меня разом вылетели тревога и страх. Сейчас мне начало казаться, что все вокруг собрались только ради того, чтобы посидеть у костра, поболтать и попеть песни.
        — Она на меня так плотоядно смотрит,  — сказал я Никону, тайком показывая на Женевьер. Ее палатка пристроилась недалеко от нашего костра.
        Никон глянул на меня, потом расхохотался, едва не свалившись с табуретки. Бражник как раз запел балладу о древних героях этого чудного мира, и народ дружно подхватил ее.
        Гуляние у костров длилось до глубокой ночи. Единственное, что было запрещено, так это спиртное. На вопрос о нем Магнум сразу сказал, что после рейда кто хочет, может напиться хоть до беспамятства, но не раньше.


        В любом описании сказано, что василиск — мифическое животное с головой петуха, туловищем жабы и хвостом змеи. Ага, только не в этом мире. Этот гибрид-мутант с петухом не имел ничего общего. С жабой — может быть, но вот от птицы у него определенно ничего не было. Размером не меньше трамвая из трех вагонов, он напоминал помесь ящерицы, змеи и, может быть, жабы. Огромная пасть этой ползучей гадины могла разом проглотить любого человека вместе с лошадью и телегой в придачу.
        Чем питался василиск в холмах, где не водились даже гоблины, оставалось загадкой.
        — А чем его бить?  — спросил я у Никона. Мы стояли на вершине холма, разглядывая свою будущую жертву. Утренний туман только что схлынул, открывая нам василиска и соответственно нас — ему.  — Мечом? Магией?
        — Не, меч для него не страшнее комариного укуса. Магией надо брать. Но шкуру она не пробьет. Вон, смотри, Калина гарпуны выгружает, видишь? Наша задача — забраться на него и вогнать гарпун. Чем глубже, тем лучше. Потом связываем их цепью, и маги пускают через них молнию.
        — Стратегия «оседлать и зажарить»,  — понятливо кивнул я.
        — Тяжелее всех придется Зевсу. Отвлекая такую громадину, надо следить, чтобы она тебя не задавила.
        — Или не проглотила… Моя помощь будет нужна?
        — Смеешься?  — В форме волка Никон так смешно хмурил брови…  — Будешь сидеть возле Семена — и ни шагу от него. Раненых носить будут Калина и вон тот малый в латных доспехах. Можешь помогать Семену раскладывать раненых и отравленных на травке под солнышком. Все, я пошел.
        Он побежал вниз, туда, где Магнум и еще с десяток воинов делили зазубренные колья. Василиск — «зоркий глаз» наконец заметил наш отряд и зашевелился. Зевс, надев «маску сварщика», поспешил ему навстречу.
        — А почему не ту, красивую маску с птичьим клювом?  — спросил я у Семена.
        — Потому что та маска принадлежит Маркизу,  — сказал Семен, прикладывая ладонь к глазам, щурясь против утреннего солнца.  — Маркиз — один из тех, кто поднимал наш клан вместе с Магнумом.
        — Да, я слышал это имя от Никона. Вроде бы он тоже из клуба «Десять с плюсом»?
        — У него показатель харизмы, как у тебя…  — Семен прошел немного вперед, сотворил какое-то заклинание и вернулся.  — Из-за этого все окружающие для него делятся исключительно на две категории: друзей и врагов. Безразличными оставаться могут далеко не многие.
        Зевс добрался до василиска и, стуча мечом в свой щит, побежал в сторону от нас. Василиск довольно проворно развернулся и хотел уже броситься за ним, но в воздухе перед его мордой взорвалось какое-то яркое заклинание, на секунду ослепив чудовище. Магнум с товарищами уже обходил его сбоку, держа наперевес гарпун. Как лидеру, ему предоставили первому вскарабкаться на спину монстра, вот только с первой попыткой вышла промашка. Проще всего было залезть по задней лапе, но василиск прыгнул вперед на добрых десять метров, сбив группу хвостом. Не попасть под удар смогли только трое: Магнум, незнакомый мне воин и Никон, который зацепился за хвост.
        Чтобы вогнать гарпун в спину монстру, необходимо было сначала проткнуть ее мечом. С той точки, откуда мы наблюдали, василиск казался неповоротливым, но на самом деле даже его неуклюжие броски и рывки в сторону убегающего Зевса легко сбрасывали со спины любого, кто был не слишком ловок. И все же первым оказался Магнум. Ему даже не надо было доставать меч. Он с одного удара вогнал свой гарпун почти до половины. Василиск этого даже не заметил.
        — Раненые.  — Семен указал на Калину, который мчался к нам с бессознательным телом на руках.
        За пятнадцать минут своеобразного родео вскарабкаться на спину монстру смогли только пятеро. Чем больше в спину василиска забивали кольев, тем проще становилось удерживаться на ней. Но с каждой минутой тот зверел все больше и больше, почти перестав обращать внимание на яркие вспышки магов. Если бы не точное попадание одного из лучников монстру в глаз, Зевса он бы точно проглотил или перекусил пополам. Взорвавшись, стрела ослепила монстра, и родео стало еще более сумасшедшим.
        Забивали и связывали друг с другом гарпуны до тех пор, пока это было возможным. Когда же василиск окончательно озверел, Магнум приказал отступать. Едва последний воин спрыгнул со спины монстра, маги дали дружный залп. Десяток молний слились в один большой белый поток, на секунду полностью окутавший василиска. Получив разряд, он вздрогнул, выгнулся дугой и обмяк. Добивали его долго, раз за разом пропуская молнии, пока шкура на спине не почернела и не задымилась.
        К счастью, обошлось без убитых. Раненых было много, но все отделались только переломами и ушибами. Отравленным оказался один-единственный воин из группы поддержки танка. Когда он подошел слишком близко к василиску, тот сбил его ударом передней лапы, распоров латный нагрудник, как лист картона.
        Еще с полчаса после боя все приходили в себя, восстанавливая силы. Причем маги устали больше всех. Подходить к телу монстра решились только после того, как удостоверились в отсутствии признаков жизни.
        — Чего это они?  — спросил я у Семена, когда весь отряд начал стягиваться к телу монстра.  — Лут делить будут?
        — Его еще найти надо. Иди, может, тебе повезет.
        Магнум что-то сказал своим, и его поддержали радостными возгласами. В этой схватке он отделался вывихом плеча, но от помощи жрецов отказался, позволив Зевсу вправить сустав.
        Когда я спустился вниз, все уже разбрелись по окрестности в поисках чего-нибудь интересного. Команда Калины, замотав лица платками, принялась разделывать тушу, пытаясь проверить, что эта гадина ела в последнее время. Запах вокруг стоял такой, что девушки и слабые духом парни почти сразу покинули поле боя, в надежде найти что-нибудь у логова.
        У головы монстра я нашел Зевса и Гавра. Они решали, стоит ли отрезать ее.
        — Зевс, не поможешь мне?  — Я указал на пасть и продемонстрировал большую склянку для кислоты, которую мне одолжил Василий.  — Мне бы яда набрать. Очень надо.
        — Давай.  — Он подозвал еще одного воина, и вдвоем они легко открыли пасть.
        Меня обдало таким ароматом, что я едва устоял на ногах.
        — Ну куда ты руками-то?  — Гавр подвинул меня и, забрав меч у Зевса, резким ударом сломал клык длиной в мою руку. Из полости внутри зуба начал сочиться мутный зеленый яд. Привязав склянку к мечу, он поставил ее под тоненькую струйку.  — Смотри, аккуратнее с ним.
        — Гавр, давай быстрее,  — поторопил его Зевс.  — Я не знаю, что оно жрало, но смердит, аж…
        — Вон,  — я указал на острые невысокие зубы.  — Судя по всему, героями питается. Кого-то явно не дожевал.
        Я сбегал к почерневшим гарпунам, которые скидывали в кучу неподалеку, и выбрал самый длинный. Остальные уже поняли, что я заметил. Зевс подозвал еще двоих воинов, чтобы те помогли раскрыть пасть пошире. Зацепив гарпуном кожаный ремень, я аккуратно вытащил его на свет. Как я и говорил, он оказался сильно пожеванным и прокусанным в нескольких местах, но к нему были прицеплены странные на вид когти. Что-то вроде кожаных перчаток, к которым сверху крепились по три длинных лезвия.
        — Вот так находка,  — рассмеялся Зевс.  — А Никон небось их сейчас в кишках ищет.
        — Ну план-минимум мы выполнили,  — согласился Гавр. Он плотно закрыл склянку с ядом и протянул мне.  — Держи. Но учти, часов через пять-шесть яд потеряет свои свойства.
        — Так быстро?  — испугался я.  — Тогда я убежал… А где этот… У кого я могу попросить походную настойку?
        — Да не спеши ты.  — Зевс заглянул в пасть василиску и еще раз осмотрел ее.  — Пусто, закрывай…
        — Куда тебе так срочно?  — поддержал его Гавр.  — Из этой дряни все равно зелья не сваришь. Хорошо, хорошо, дай полчаса: отдышусь и отправлю тебя в город порталом. А пока иди, найди Никона и Магнума. С первой добычи нашедшему премия полагается.
        Надо было видеть лицо, точнее, морду Никона, когда ему сообщили, что нашли когти. Перепачканный в слизи и пахнущий, как сам василиск, он едва от радости не прыгал, обняв драгоценную добычу. Увы, в желудке и других внутренностях ничего толкового не нашли, зато недалеко от логова обнаружился небольшой мешочек с золотом и новенький клевец. Когда я назвал его ледорубом, надо мной долго смеялись.
        Подобное оружие еще никогда не находили в охоте на василиска, поэтому его долго изучал Гавр, накладывая несколько определяющих заклинаний. Когда же выяснилось, что это за клевец, Магнум тут же спрятал его в своей сумке, пообещав позже разобраться с тем, кому он достанется.
        Как пояснил мне Зевс, у этого молотка-переростка было одно большое преимущество и один огромный недостаток. Своим острым концом клевец мог пробить любую защиту, броню или щит, но, к сожалению, он попадал в разряд свободного оружия. То есть его можно было спокойно украсть или отобрать у владельца.
        Найдя сразу два эпика, клан с еще большим энтузиазмом взялся за поиски, в надежде обнаружить что-нибудь менее ценное, но с большим шансом получить в личное пользование. Я же отведенные полчаса маялся и ходил по пятам за Гавром, пока это ему не надоело.
        Мгновенное перемещение — вещь очень удобная, но слишком затратная в плане сил. Брали за эту услугу маги от пятидесяти до нескольких сотен золотых, в зависимости от дальности перемещения. Как и все в этом мире, заклинание было пафосным и зрелищным. Если бы Гавру дать в руки бубен, то я точно назвал бы это заклинание шаманским танцем. Бормоча что-то под нос, он создавал разные яркие образы в воздухе перед собой, пока очередная яркая вспышка не ослепила меня. Когда же зрение вернулось, я оказался в Изумрудном, посреди специального зала в гильдии магов.


        Самым действенным способом борьбы с шантажом кроме убийства была подстава самого обвинителя или «доброжелателя». Но, главное, надо было сделать так, чтобы шантаж стал бесполезен. В любом случае, оставить без возмездия Цезаря я не мог из принципа. Хорошо было бы вылить содержимое моей склянки ему на голову, но Земляничку от проблем это бы не избавило.
        Я неуверенно постучал в дверь ее квартиры.
        — Митр, ты?  — Увидев дракона на пороге, она, мягко говоря, удивилась.
        — Ага,  — закивал я,  — нашел.
        — Что нашел?  — Она отступила в сторону, пропуская меня.
        — План, то есть способ нашел. Проблему твою решить.
        Она провела меня в зал, оценивая мои габариты и прочность кресла, не решаясь предложить сесть.
        — Я тебя слушаю,  — сказала она, судя по голосу, не ожидая ничего существенного.
        — Смотри.  — Я поставил на стол склянку с ядом.  — Твоя проблема в чем: если срезать шрам и исцелить рану — проявится наколка, правильно? А если после лечения вновь появится шрам?
        — Не появится…
        — Я только что с рейда на василиска вернулся. Ты наверняка слышала о его особенности? Яд, оставляющий неизлечимые шрамы. Ни одно заклинание не может исцелить их.
        — Яд?  — медленно спросила она, указывая на склянку.
        Я кивнул.
        — Надо все сделать, пока он не выдохся. Гавр говорил, его только в течение пяти часов можно использовать.
        — Я сейчас.  — Она вышла в соседнюю комнату и вернулась с походной сумкой.
        Поставив несколько разных зелий на стол, она, зажмурившись, через силу, выпила одно из них. Сдерживая позывы рвоты, протянула мне кинжал и повернулась спиной, спуская платье с плеч.
        — А… это чего?..  — не сразу сообразил я.
        — Надо срезать шрам.
        — Я… я не могу…
        — О боги!  — воскликнула она.  — Мне позвать еще кого-нибудь?



        Глава 11

        Месть — это блюдо, которое следует подавать холодным. Мне пришлось долго убеждать Земляничку последовать совету этой старой поговорки. Лишь когда я рассказал свой план, она согласилась какое-то время ничего не предпринимать.
        Первым делом я посоветовал ей поговорить с Пастером. Так как он знал правду, следовало все рассказать ему. Мне же предстоял разговор с Никоном и Магнумом.
        Домой я вернулся в приподнятом настроении и весь вечер в красках рассказывал друзьям об охоте на василиска, походной романтике и жуткой ночевке в холмах. Больше всего восторга мой рассказ вызвал у Кратоса. Особенно та часть, где Магнум с друзьями забирались на спину монстра. Когда рассказ дошел до сбора добычи, оживилась Неко и сразу расстроилась, когда узнала, что из вещей мне ничего не перепало. О мешочке с золотом я благополучно умолчал.
        К моему облегчению, утром форма дракона исчезла на удивление легко. Проведя целый день в таком большом теле, сразу начинаешь видеть плюсы в том, чтобы быть простым человеком. И самый главный плюс — быть как все и не выделяться из толпы. Когда ловишь на себе взгляды всех без исключения прохожих, чувствуешь себя диковинным животным в зоопарке.
        С возвращением новичков из походов город сразу преобразился. И почему мне раньше казалось, что с их уходом ничего не изменилось? Даже рыночная площадь выглядела так, словно начался сезон скидок, и покупатели рекой хлынули за крайне необходимым товаром.
        В подтверждение слов Магнума, с приходом новичков убрали запрет на дуэли. Только по пути в гильдию паладинов я насчитал три поединка среди нубов. Игроки более высокого уровня в этом плане были куда сдержаннее и не спешили лезть в драку, которая легко могла окончиться не в их пользу.
        Конечно же первым делом после возвращения из похода все новички бежали в свои гильдии, чтобы выучить несколько новых умений и заклинаний. И паладины исключением не были. К моему приходу друзья уже тренировались на нашей площадке, избивая несчастный манекен, поверх которого была надета рваная кольчуга.
        — Митр!  — Юпитер заметил меня первым.  — Привет. Как дела, как будни в городе?  — с толикой насмешки спросил он.
        — Привет.  — Я пожал ему и Лешему руки. Уголек, отрабатывающий удар, приветственно кивнул мне.  — В Багдаде все спокойно.
        — Спокойно?  — удивился Юпитер.  — Да ты чего? Стоило только выбраться за стены города, как у вас тут сразу война кланов вспыхнула. Наши вон готовятся «Семь звезд» лишить незаслуженного звания сильнейшего клана Изумрудного. То, что их за городом следить поставили, еще ни о чем не говорит.
        — Да, я понимаю.  — Я только вздохнул.  — Ну а у вас как, удачно сходили?
        — А ты сам глянь.  — Юпитер вспомнил, что хотел похвастаться, и расплылся в улыбке.  — Смотри, какую я булаву получил. Как и обещал наш десятник.
        По уровню он успел догнать и сравняться с Лешим. Теперь они оба были двадцатого, а вот Уголек — только семнадцатого. Булава, про которую говорил Юпитер, висела у него на поясе и явно мешала при ходьбе.
        — И тебе стоило пойти с нами,  — продолжал Юпитер. Я посмотрел на Лешего и, уловив его усталый взгляд, понял, что и в походе неугомонный Юпитер болтал без умолку.  — Видел бы ты, как мы толпой жабу пинали, со смеху бы помер. Жаль, доспехи с нее ушли какому-то нубу…
        — Поздравляю,  — Леший еще раз пожал мне руку.  — А вы куда ходили?
        — Вчера, на василиска. Правда, я все время простоял в сторонке.  — Я развел руками.  — Даже меч не доставал.
        — Двадцать четвертый?!  — Юпитер наконец разглядел мой уровень.  — Так нечестно! И когда успел?
        — Пришлось по заданиям побегать… А что за удар вы отрабатываете?  — попытался я сменить тему.
        — Серия из двух ударов,  — сказал Леший.  — Сложный прием. Пока приноровишься — руку вывернешь.
        — Ничего сложного,  — сказал Юпитер, снимая булаву с пояса, и продел руку в ремешок для запястья.  — Тут главное — оружие из рук вовремя выпустить, если крутить начнет.
        — На топор такую не приделать,  — сказал Леший. Не то чтобы он возражал, просто высказывал свое мнение.  — Да и с мечом неудобно.
        — А мне Никон еще не показывал серии…  — Я глянул на Уголька.
        Уголек почему-то всегда предпочитал ходить именно в облике гнома. Манекен был ему явно высоковат, но это его нисколько не смущало. Первый удар из серии выполнялся по касательной сверху вниз, второй, после разворота руки,  — прямой, подрубая колено противнику.
        — Кстати, а где Никон?
        — Сказал — придет минут через сорок.  — Леший кивнул в сторону учебного здания.
        Никона я нашел на втором этаже в небольшой аудитории. Он как раз разговаривал с Земляничкой. Она заметила меня, улыбнулась и, лукаво подмигнув Никону, вышла.
        — Привет, Митя,  — на ходу сказала она, проскочив мимо меня в коридор.
        — Я не вовремя?  — проводил ее взглядом и зашел в аудиторию.
        — Эх.  — Он только махнул рукой, опускаясь на скамейку.  — Вот ты мне скажи, какого черта ты ей журнал показывал? А?
        — Спонтанно получилось. Я только потом понял, но…
        — Ты анекдот про мужскую солидарность слышал? И эта девица хороша,  — он укоризненно посмотрел на меня,  — сказала, что вы все уладили и я, дескать, могу не беспокоиться. И молчит, как тот партизан.
        — Я как раз и хотел рассказать, что произошло. Я, по правде, не со всем смог разобраться. Тут нужна будет твоя помощь.
        — Да?  — Он оживился и даже как-то хитро улыбнулся, но через секунду стал серьезнее.  — Рассказывай, не томи.
        — Тут дело такое…  — Я сел поближе и оглянулся на дверь. Никон проследил за моим взглядом и, удостоверившись, что нас не подслушивают, кивнул.  — Шантажируют ее. У Землянички есть старый шрам на спине, на лопатке. Один нехороший человек говорит, что под подобными шрамами люди из Вольного братства прячут свои знаки. Он угрожает рассказать об этом всем. Мне удалось убедить Земляничку, что это лишь пустые угрозы, так как никакого знака под шрамом нет и быть не может.
        Мне не хотелось врать Никону, точнее, я хотел рассказать ему правду, но Земляничка настояла, чтобы он ничего не узнал.
        — Что-то не понимаю.  — Никон нахмурил брови.  — Земляничка — не нуб, уж я ее знаю. Она любому подонку руки с ногами местами поменяет за подобное.
        — И все же. Неприятно, когда тебя в подобном подозревают. Даже если это неправда — пойдут несправедливые слухи, а каждому встречному ведь не объяснишь…  — Я на минуту замолчал.  — К тому же этот человек выманил у нее уже огромную сумму золотом и настолько обнаглел, что требует близости… ну…
        — Кто?  — оборвал меня Никон.
        — Не горячись…
        — Кто?  — повторил Никон таким тоном, что мне стало не по себе.
        — Я скажу, если пообещаешь не спешить с расправой… Ну хорошо. Ты с ним уже знаком. Это Цезарь из вашего клана. Именно с ним я из-за этого поцапался, а он потом пожаловался Калинычу.
        — От…  — Он попытался сдержаться, но не получилось, и он высказался. Если переводить на обычный язык, то Никон пообещал убить этого нехорошего человека и отрезать ему все ненужное. А также заплатить жрецам, чтобы не смели исцелять его будущий недуг.
        — Никон, подожди.  — Я попытался его остановить.  — Убить ты его всегда успеешь. И не раз. Сейчас нужно совсем другое. Чтобы остановить слухи о Земляничке, надо вот что сделать…
        Меньше чем через час мы сидели в кабинете Магнума и ждали ключевую фигуру нашего собрания. Никон сразу согласился с моими доводами и так активно взялся за решение проблемы, что, соберись напасть на нас «Северный ветер», он бы в одиночку перебил их по-быстрому, чтобы не мешали.
        Конечно же я знал, что Никон поможет мне и Земляничке, и Магнум не откажет, но их реакция оказалась куда сильнее, чем ожидалось.
        — Не уследил,  — повторил Калина таким голосом, как будто это была только его вина.  — Как не уследил-то?
        — Ты все еще не решилась вступить в какой-нибудь клан?  — спросил Магнум. Как я понял, Земляничку он знал. Она только развела руками.  — Свободным героям нынче приходится тяжело. Сейчас моему клану как никогда нужны толковые люди, у которых и руки на месте, и с головой все в порядке. Никон, может быть, ты на нее повлияешь?
        — Тысячу раз уговаривал…
        — Так попроси тысячу первый,  — лукаво улыбнулась Земляничка.  — Или ты сдался?
        — Я?  — удивился Никон.  — Обижаешь…
        В это время в дверь постучали, и улыбки на лицах присутствующих моментально исчезли. Выражение лица Магнума вообще стало пугающе холодным. Он кивнул Калине, и тот открыл дверь.
        — Владыка, вызывали?  — В помещение заглянул Цезарь.
        — Вызывал.  — Магнум указал на свободный стул в центре комнаты, напротив его стола.
        Думаю, Цезарь сразу все понял, но виду не подал. Сев на стул, он обвел всех взглядом, задержавшись на мне и Земляничке.
        — Говори, вымогал деньги у девушки?  — повысив голос, спросил Калина, выходя вперед. Магнум, собиравшийся что-то сказать, недовольно посмотрел на своего зама, но промолчал.
        — Прошу меня простить,  — начал Цезарь.  — Моя вина, признаю. Надо было сразу идти к властям и сдать ее.
        — Не отрицает,  — тихо сказал Семен. Он единственный, кто не подавал виду, что разгневан поступком своего соклановца.
        — От каждого вступившего в наш клан новичка мы требуем знать и соблюдать законы Изумрудного города,  — сказал Магнум. Под его взглядом Цезарь нервно заерзал на стуле.  — Особенно ту часть, за которую отправляют на каторгу…
        — Что за бред?  — вскочил Цезарь.  — Кого вы защищаете? Она же из Вольного братства!
        — Серьезное обвинение,  — согласился Магнум.  — Но сможешь ли ты доказать это?
        — Ха,  — он ухмыльнулся,  — что тут доказывать? У нее знак на лопатке. Под шрамом. Можете сами убедиться.
        — Хорошо,  — кивнул Магнум.  — Думаю, сомнений насчет невиновности Землянички ни у кого из присутствующих нет, поэтому мы можем обойтись и без представителя власти. Семен?
        — Да, да.  — Он уже засучил рукава и подготовил небольшой нож.  — Больно не будет.
        Никон таким взглядом посмотрел на Цезаря, что я с уверенностью мог сказать: живым он из кабинета не выйдет. Я же отвернулся к окну. Неприятное зрелище. От яда василиска шрам на ее спине стал еще более безобразным. Чтобы применить яд, мне сначала потребовалось убрать предыдущий шрам, затем исцелить рану зельем и снова удалить участок кожи, но уже с наколкой в виде отрубленной головы волка.
        — Что и следовало ожидать,  — все с тем же холодом в голосе сказал Магнум.
        — Не может быть!  — воскликнул Цезарь.  — Я сам видел! Эта…
        — Никон,  — вздохнул Магнум. Я обернулся, но Цезаря в помещении уже не было.  — Семен, посмотри.
        Окровавленный платок в руках Семена вспыхнул ярким синим пламенем и исчез. Земляничка уже поправила куртку и для верности надела поверх кольчугу. Никон спрятал топор в сумку и, скрестив руки на груди, уселся на стул.
        — Я пойду к точке возрождения,  — сказал Калина.
        — Брось,  — остановил его Магнум.  — Если он не дурак, то уже дал деру из города. Уж лучше к Вольным податься, чем на каторгу. А подобная участь ему обеспечена, когда я поговорю с Лениным…


        И снова волчий вой ворвался в мой сон в самый неподходящий момент. Во сне я пытался уехать домой, ожидая автобус на остановке, но он не спешил появляться. Многочисленные торговки наперебой предлагал мне семечки, яблоки, еще что-то. И вот тут раздался одинокий вой. Близкий и очень голодный…
        Вспоминая утром этот сон, я с уверенностью мог сказать, что на кошмар он не тянул, но что-то неприятное в нем было.
        Вчера вечером Нямкас и Неко определились с новым походом, и сегодня к обеду мы должны были выступить. Так как затея собрать много дешевых вещей провалилась, новой целью стало получение очень редких предметов, спрос на которые всегда был высок. В том числе и алхимические реагенты.
        Листая журнал Драко, я обнаружил интересную деталь. Оказывается, хорошие и дорогие вещи можно было выбить практически из любых монстров. Правда, шанс их нахождения был ничтожно мал. Помимо этого, у каждого монстра был какой-нибудь уникальный предмет, найти который можно было только один раз. За ними Драко охотился особенно тщательно. К ним можно было отнести и мою походную сумку, и меч полудраконов. Выходило, что если предыдущий владелец уникального предмета исчезал или вещь терялась, то с некоторой вероятностью ее можно было получить повторно.
        Еще на лестнице, выходя из подвала, я уловил незнакомый недовольный голос. Маруся пыталась утешить его обладателя, рассказывая что-то о многообразии рас, населяющих этот мир.
        Я выглянул из кухни и замер, удивленно глядя на здоровенного зелено-синего орка, угрюмо сидевшего за столом. Маруся гладила его по руке, пытаясь успокоить.
        — Я что-то пропустил?  — спросил я, заходя в комнату.
        Орк поднял на меня грустные глаза и шумно вздохнул.
        — Раса Кратоса определилась,  — пояснила Маруся.
        — Как-то «очень» определилась.  — Я сдержал нервный смех и уселся напротив него.  — Помню, этот, как его, Эйландер, говорил, что орками становятся все несдержанные, агрессивные грубияны. Что-то тут явно не так…
        — Почему именно орк?  — грубым, свойственным всем оркам голосом спросил Кратос и добавил что-то на не совсем понятном языке.  — Почему не эльф или гном?
        — Не расстраивайся,  — как можно жизнерадостнее сказал я,  — считай, что повезло. Я видел, как высокоуровневые орки дерутся. Один удар дубиной по голове — и все, выноси противника ногами вперед.  — Я наклонился к Марусе.  — А где все?
        — Нямкас ушел договариваться насчет транспорта для вашего похода. Остальные еще не спускались.
        — Доброе утро.  — На лестнице появился Чиафредо. Орку в гостиной он ничуть не удивился. Чего нельзя сказать о Неко.
        — Бог ты мой!  — воскликнула наш казначей и пулей слетела по лестнице, опередив Чи.  — Кратос, счастливчик ты наш! Орк нам в отряде был просто необходим. Лучший выбор из всех возможных.
        Шокированный таким напором, Кратос смутился. Впервые я увидел смущенного орка. Уникальное зрелище, скажу я вам.
        — Чего это у тебя такое кислое выражение мор… лица,  — не поняла Неко и обернулась к нам.  — Он что, недоволен?
        — Я, так сказать… вообще… не очень, чтобы доволен…  — замялся Кратос, но печали в его голосе и взгляде я уже не заметил.
        — Ты хоть представляешь, как нам с тобой повезло?  — продолжила Неко.  — Орки — самый сильный класс. А подготовка в гильдии орков — самая лучшая в Изумрудном. Из тебя там воспитают настоящего искателя приключений. Организация походов для новичков,  — начала перечислять она, загибая пальцы,  — ежедневные тренировки, доспехи и оружие тебе будут доставаться бесплатно от старших братьев, а главное, ты будешь получать жалованье, пятнадцать процентов которого не забудь сдавать в казну клана. Не будем терять время. Митяй, бери нашего друга и дуй с ним в гильдию орков. Сдашь с рук на руки Полковнику — и пулей обратно. Задержишься хоть на пять минут, пеняй на себя.


        Гильдия орков располагалась на самом краю города у северных ворот. О «районе орков», как его величали в народе, стоит рассказать отдельно. Еще до того как там возникла данная гильдия, район был крайне неблагоприятным. С преступностью и воровством не могли сладить даже местные власти. Когда же орки обосновались в большом пустующем здании, обстановка стала еще плачевнее. Переломным моментом стало появление Полковника. Ровно год ему понадобился, чтобы возглавить гильдию и навести порядок не только в ней, но и во всем районе.
        Со временем район орков перешел в разряд «образцовых», но герои его по-прежнему не жаловали. Шанс, что тебя вызовут на дуэль, в этой части города был очень велик. Особенно для магов, лучников и эльфов, в полном их разнообразии.
        До административного здания гильдии орков мы добрались без происшествий. Несколько групп зеленокожих, попавшихся нам на пути, смотрели на Кратоса с нескрываемыми улыбками и каким-то оттенком сочувствия.
        — А сколько часов в день мне надо вот так вот ходить?  — спросил Кратос, когда мы уже заходили в здание.
        — Около семи часов. По идее, можно в таком виде спать, а днем оставаться человеком…
        — Стоять!  — гаркнул кто-то грубым голосом.  — Человекам вход воспрещен.
        — Я новичка привел,  — сказал я, заглядывая в дверь и пытаясь увидеть хозяина голоса,  — приказано сдать его с рук на руки лично Полковнику.
        — Новобранец?  — Из-под лестницы выскочил низкорослый орк в кольчуге до колен и с красной повязкой на рукаве.  — Новобранец — это хорошо… А человеку нельзя.
        — Митр, все нормально,  — Кратос криво улыбнулся,  — я дальше сам справлюсь. Думаю, до вашего возвращения скучать мне не придется.
        — Тогда — удачи.  — Я хлопнул его по плечу и поспешил обратно. К самостоятельности в этом мире надо было привыкать сразу. Хотя подобная мысль от новичка вроде меня звучала просто смешно.
        У выхода из квартала я столкнулся с Лесей. Точнее, она подкралась сзади и подхватила меня под руку, испугав своим внезапным появлением. А еще потом долго смеялась над этим, называя меня пугливым драконом.
        — Ты ведь обещал зайти,  — укоризненно сказала она, надув губки. Вот уж не замечал за ней подобной манеры поведения.
        — Обещал. Так ведь всего несколько дней не виделись.
        — И?  — не поняла она.  — Ты был очень занят?
        — Был,  — вздохнул я.  — Ну а ты зачем в городе?
        — Так, просто гуляю…  — Она лукаво отвела взгляд. В платье она смотрелась совсем не воинственно, а даже наоборот, очень мило. Сейчас отличить ее от обычной горожанки было невозможно. Разве что по цвету волос. Рыжих девушек в городе можно было пересчитать по пальцам. Она протянула мне втрое сложенный листок.  — Старейшина вспомнил, что у него осталось письмо от другого дракона. Я подумала, тебе будет интересно.
        — О! Спасибо.  — Я хотел было открыть его, но Леся остановила мою руку.
        — Потом прочтешь.  — Она снова улыбнулась.  — А сейчас как? У тебя нет дел?
        — Увы, но сегодня мы уходим в рейд. Как только вернемся, я к тебе обязательно загляну.
        — Надолго?  — спросила она так, как будто не видела меня полгода и я ей сообщил, что ухожу еще на столько же.
        — Не знаю. Может, на пару дней, может, на неделю.
        — На неделю?  — Она что-то прикинула в уме и утвердительно кивнула. До самого дома она не желала отпускать меня, чему я был только рад. Все-таки внимание такой очаровательной девушки было приятным.
        К моему возвращению друзья уже успели собраться и даже выступить в сторону западных ворот, оставив Елизавету дожидаться меня. И от этого вид у нее был не самый счастливый.
        — Я не пойму,  — недовольно спросила она,  — ты с нами в поход собрался или на прогулку с этой особой?
        — Да мы случайно встретились…  — попытался оправдаться я, но Леся обняла меня за шею, поцеловав в щеку, и важно направилась дальше по своим делам.
        — Случайно?  — прищурилась Елизавета.  — Вот, значит, как.
        Умеют женщины выглядеть и вести себя так, что волей-неволей приходится оправдываться. И ведь не знаешь, в чем провинился. С третьей попытки мне удалось убедить Елизавету, что я только проводил Кратоса, а Леся приглашала меня в гости.
        — В гости, в канализацию?  — хмыкнула она.  — Самое романтичное место в Изумрудном найдено. Поздравляю.
        — Вот, вечно ты все переворачиваешь с ног на голову. В гости же приглашали, а не на свидание.
        — Да, конечно,  — отмахнулась она.  — Дракон и крыса, отличная парочка.
        И вот так — всю дорогу до выхода из города…


        Как и в прошлый раз, мы наняли повозку, запряженную парой ящериц, и направились на юго-запад. Письмо, которое передала Леся, на самом деле оказалось чем-то вроде личного дневника. А точнее, парой страниц из этого дневника. И в начале, и в конце текст оборван, поэтому сложно сказать, из какой части их вырвали, но, судя по тексту, я бы сказал, что ближе к концу.


        «…только ухудшилось. Вторую неделю боюсь выходить из дома. Они преследуют меня. Мне начинает казаться, что стоит прислушаться, и можно услышать шепот, рассказывающий, где спрятаны сокровища или где бандиты держат похищенную принцессу.
        Сегодня сжег журнал. Надеюсь, хоть это принесет облегчение. Каприз обещала забрать золото, но третий день от нее нет вестей. Не стоило мне слушать ее и возвращаться в город. Уйду, как только она появится.
        День шестнадцатый. Наконец заявилась Каприз. Сказала, что я слишком много думаю, и просила подождать еще неделю. Ждать не буду. Оставил ей письмо на столе. Ухожу на юг. Слышал, там много неизведанных мест.
        День пятый моего нового путешествия. Кошмары остались в стенах города, но превращаться все так же тяжело. Назло Степану решил не брать ничего из добычи, даже золота. Буквально утром оставил комплект брони лесным духам».

        Последние несколько предложений были залиты водой, и чернила поплыли, образуя вместо слов причудливые узоры. С какой стороны ни посмотри, странный получался дневник. Интересно было бы почитать его целиком…


        Планы Нямкаса и Неко оказались куда грандиознее, чем я предполагал. Почти три недели мы путешествовали по небольшим селам и заставам, охотясь на диковинных монстров из моего справочника. В этот раз удача была на нашей стороне, и всевозможного добра мы набрали столько, что едва не забили мою сумку под завязку. И это не учитывая различных алхимических ингредиентов, которые собирал Василий.
        После первой удачной охоты Неко так завелась, что две недели не превращалась в человека даже ночью. А в облике кровавого эльфа ее жажда денег переходила в настоящую навязчивую идею. Чиафредо даже пытался поговорить с ней на эту тему. Они с Нямкасом что-то долго обсуждали, но я так и не понял, чем все закончилось.
        Южные земли были хороши тем, что там обитали монстры не выше пятидесятого уровня, но, даже несмотря на это, несколько раз мы едва смогли унести ноги, не рассчитав силы. Помимо нас в этих краях охотились и европейцы, и даже китайцы. Несколько раз мы пересекались, и каждый раз к нам относились очень вежливо и с пониманием.
        Несмотря на большой разрыв, Чиафредо и Василий быстро поднялись в уровне, добравшись до двадцать второго и двадцать шестого соответственно. Я же поднялся до тридцать второго, чем не переставал поражать остальных.
        В целом, путешествие мне очень понравилось. Разнообразие и нелепость местной фауны иногда приводили в восторг, а иногда и вводили в ступор. И чем выше был уровень монстров, на которых мы охотились, тем больнее казалась фантазия автора, сотворившего их.
        Еще одним человеком, кому все путешествие доставляло неописуемую радость, был Василий. Я-то думал, он совсем не любил походы, а он умудрялся находить в этом столько позитива, что нам оставалось ему только завидовать. Лук, который я подарил ему на день рождения, оказался весьма эффективным почти против всех, с кем мы сражались. Жаль, что из-за него он сильно поругался со своими товарищами в гильдии.
        Гильдию рейнджеров Неко называла не иначе как «гильдией Леголасов», потому что эльфов с таким именем там было четверо. Причем один из них был главой гильдии, второй — его замом, а два других занимали высокие руководящие посты. Когда Василий пришел к одному из Леголасов с просьбой определить, что за лук ему достался, того начала душить жаба, из-за чего они и поругались. Если учесть, что в этом походе мы нашли для Василия неплохой кинжал и полный комплект брони, жаба-душительница из его гильдии еще долго не уйдет.
        Лично я не понимал завистливых людей. Может, все дело в воспитании. В этом странном мире было много героев высокого уровня с такой экипировкой, какую нам не собрать и за несколько лет, но это не повод изводить себя. Тем более это ничего не изменит. Разве что язву заработаешь.
        Возвращаясь к путешествию, хочется отметить, что, как я ни искал, мне не попался ни один монстр, не занесенный в журнал Драко. Казалось, он исходил эти земли вдоль и поперек, переписав даже вполне безобидных зверюшек.
        Возвращаться в Изумрудный было решено только после того, как у Василия кончился, как казалось, неисчерпаемый запас зелий. Чтобы побыстрее попасть домой и разобраться с найденными вещами, Неко не поскупилась и сразу наняла самый быстрый экипаж из того, что могло предоставить захолустье. Уже через три дня мы добрались до окрестностей Изумрудного и встали на небольшой отдых у дальних ферм. Разговор как раз зашел о ездовых животных и почему они не могут ехать быстрее.
        — А вообще, где этих ездовых варанов берут?  — спросил я.  — Выращивают или где ловят?
        — Есть несколько типов ездовых животных,  — сказал Нямкас.  — К примеру, те ящерицы, о которых говорила Неко,  — это разновидность магической живности. Чаще всего находят специальный атрибут, который позволяет их призывать. Очень удобно в плане содержания. Призвал, когда это нужно, прокатился и развеял, как заклинание. Шанс найти подобного питомца крайне мал. Только выбить из высокоуровневого монстра, такого как василиск.
        — У Кулака и его замов такие ящерицы,  — сказала Елизавета.  — Ты их видел.
        — Да, я помню. А вот такие.  — Я кивнул в сторону двух ящериц, пасшихся на небольшом лугу рядом с нами.
        — Для героев они бесполезны. Содержать их — одна морока, да и толку никакого. Глупы, пугливы, устают быстро. Другое дело — боевые ездовые животные. Как у Пастера. Такую лошадку сложно содержать, но и в бою она тебе поможет, и убить ее нельзя. Через какое-то время воскреснет…
        — Жуть какая,  — сказал Чиафредо.
        — Может, и жуть, но ценится не меньше, чем те же ящеры.
        — А летающие животные есть?  — заинтересовался я.
        — Кто его знает,  — пожал плечами Нямкас,  — я не встречал.
        — Но ведь с лошадью неудобно,  — задумался я.  — В поход можно взять, но если она понадобится внезапно, что делать?
        — Можно призвать. Как и у магических животных, есть специальный предмет, который мгновенно телепортирует такую лошадку прямо к хозяину. У Пастера это рог. Стоит в него протрубить, и она тут же окажется рядом.
        — Вызывающие предметы бывают разными,  — сказала Елизавета. Она одновременно слушала нас и следила за тем, как Неко еще раз сверялась со списком предметов и золота, что я вез в своей сумке,  — по большей части это дудки, свистки, флейты или какие-нибудь музыкальные шкатулки.
        — Флейты?  — Я рассмеялся.  — Представляю себе орка, играющего на флейте, чтобы призвать ящерицу.
        — А ты думаешь, играя на дудке, он смотрится лучше? Им впору коней призывать игрой на балалайке…  — Василий подхватил мой смех, и на пару минут разговор был прерван нашей с ним истерикой.
        Пока мы смеялись, Елизавета показала Чиафредо изображение разных музыкальных инструментов в своем каталоге.
        — Похож на тот, что Митя носит на шнурке,  — сказал Чиафредо.  — Только тот костяной.
        — Свисток?  — переспросила Елизавета, вопросительно глянув на меня.
        — Подарок,  — сразу предупредил я.  — Леся подарила, чтобы можно было с ними связаться. Что-то вроде собачьего свистка.
        — Можно посмотреть?  — сладким голосом спросила она.  — Да не буду забирать, не буду.
        Я вынул из-за пазухи свисток и протянул ей. Неко уже была рядом с заклинанием наготове. Пару минут они на пару разглядывали его и даже пробовали свистеть.
        — И давно он у тебя?  — спросила Неко.
        — Получил вместе с луком для Василия.
        — А что сразу не сказал?  — вздохнула она. После инцидента с огненной саламандрой ей кое-как удалось уговорить меня не использовать найденные вещи сразу, а звать сначала ее или Нямкаса.
        — А чего?  — ушел я в несознанку.  — Подарок же…
        — Мы поняли.  — Она вернула мне свисток.  — Предмет магический. И, судя по тому, что я не могу понять, что это вообще такое, то весьма дорогой… то есть редкий.
        — Что-то вроде амулета утопленницы?  — Я с интересом посмотрел на него.
        — Что-то вроде,  — кивнула она.  — И уж точно не для того, чтобы крыс подзывать. Ты уже свистел? Что произошло?
        — Ничего вроде не произошло.  — Я со всех сил дунул в него.
        Где-то совсем рядом завыл волк. Ящерицы на лугу встрепенулись и бросились наутек, а в следующую секунду туда выскочил огромный, пепельного цвета волк. Пару секунд он решал, броситься ли следом за ящерицами, но передумал и направился прямо к нам.
        — Я так и знала,  — почти в один голос сказали девушки.
        Волк остановился в паре метров от нас и уселся на землю, глядя не слишком дружелюбно. Чиафредо на всякий случай поудобнее перехватил свой жезл, а Василий пересел за спину Нямкасу.
        — Ну иди,  — сказала Неко,  — поздоровайся со своим питомцем.
        — Чет мне страшно,  — признался я,  — как-то недобро он смотрит.
        — Ничего, до храма целителей недалеко,  — подбодрила меня Неко.
        Даже сидя, волк был на голову выше меня. Косой шрам, проходящий через левый глаз и рассекающий почти всю морду, придавал ему еще более устрашающий вид.
        — Привет.  — Я поднял руку. Волк оглянулся, потом снова посмотрел на меня, но промолчал.
        В это время хозяин повозки вылез из-под нее и подбежал к Неко.
        — Ваш волк перепугал моих драконов!  — гневно начал он.  — И как прикажете теперь их ловить?
        Чтобы отпустить волка, пришлось еще раз воспользоваться свистком. Волк, мне показалось, вздохнул, обвел всю нашу компанию взглядом и рысцой рванул в сторону ближайшего леса. Драконов же мы с Василием ловили минут тридцать, бегая по всем окрестным лугам. Их хозяин всю оставшуюся дорогу зло зыркал на нас, и ворчал: дескать, его дракончики еще долго будут отходить от такой душевной травмы. Неко, не собираясь доплачивать ни одной медной монетки, его ворчание даже не замечала.
        — Содержать и кормить его будешь на собственные деньги,  — предупредила она.
        — А держать его где, дома?
        — Даже не вздумай,  — сказала Елизавета.  — Хочешь, будку на заднем дворе сколоти.
        — Не слушай их.  — Нямкас подсел ближе.  — Кормить надо. Хотя бы раз в день. Накладно, но что поделать. Иначе он будет охотиться сам и на твой вызов может просто не прийти. Да и от голодного питомца толку будет мало. Для начала купи хорошее седло и ремни. Без них далеко не уедешь.
        — А это точно ездовое животное, а не охотничье?  — недоверчиво спросил я.
        — Хороший вопрос.  — Нямкас только развел руками.  — Но я слышал, что можно ездить и на тиграх, и на собаках, и даже на страусах. Чем волк хуже?
        — Ладно,  — протянул я,  — разберусь.
        — Ты лучше своего волка никому не показывай,  — сказала Елизавета.  — Популярности тебе это точно не прибавит. Даже наоборот. Не забывай, что за твою голову все еще награда полагается.
        — Интересно, что за время нашего отсутствия в городе произошло,  — вздохнул я.  — Как там с войной клановой?
        — Если король лично все не остановил, то ничего не изменилось,  — сказал Нямкас.
        За мое отсутствие дел накопилось много, и я хотел уйти сразу, как мы вошли в город, но Неко настояла, чтобы я сначала выгрузил все вещи. Маруся была так рада нашему возвращению и тому, что мы благополучно вернулись, что даже прослезилась. Обняв каждого, она пообещала приготовить шикарный праздничный ужин.
        Выгрузив все, кроме личных вещей, я оставил Неко и Елизавету разбирать их, а сам поспешил в кузню Храпа. Без кольчуги в походе мне пришлось нелегко, и хотелось как можно быстрее получить ее. А еще надо было найти Лесю и извиниться за задержку.
        В кузнях «Семи звезд» работы всегда было невпроворот, а в этот раз еще больше обычного. Хорошо, что один из подмастерьев Храпа узнал меня и пустил внутрь, а то пришлось бы ждать своей очереди. Моя кольчуга стояла на самом видном месте. Матово-черная, смотрелась она очень красиво. Грант, в облике гнома, вынырнул из рабочего помещения, откуда раздавались ритмичные удары молота, и всплеснул руками, увидев меня.
        — Митр! А мы думали, куда ты запропастился? Даже в клан ваш посыльного отправляли. Мог бы предупредить, что в поход собрался.
        — Так получилось,  — извинился я.  — Классно смотрится. Можно примерить?
        — Валяй.  — Он помог снять ее с манекена и показал, как расстегиваются скрытые застежки, чтобы можно было надеть прямиком на крылья.  — Механизм — моя разработка,  — не без гордости заявил он,  — надежен как лом. Не бойся, сам никогда не расстегнется. Пойдем, там, в подсобке, места побольше будет. Да и глаз лишних нет.
        — А как у вас в клане дела?  — В подсобке я переоделся и перевоплотился в дракона.
        — Погодь, жилет сначала. Чтобы не скользила по твоей чешуе. Что ты спрашивал? А, ерунда. Северные теперь сами не рады, что решили идти против нас. Наши вон на прошлой неделе отличились. Из дюжины боев девять выиграли. Таким темпом пойдет — «Северному ветру» и пары лет не хватит, чтобы вернуть все как было.
        — Самому сложно надевать.  — Я попытался дотянуться рукой до застежки.  — Хоть оруженосца нанимай.
        — Тут сноровка нужна, а не помощь.  — Он отошел на пару шагов, оценивая, как сидит броня.  — Коротковата все же получилась…
        — Спасибо, мне нравится. Сколько с меня за работу?
        — Брось, какие деньги.  — Грант махнул рукой.  — Видел бы ты, как над ней корпел Храп. Пока она у нас в кузне висела, мы ее едва не продали.  — Он хохотнул.  — Теперь каждый второй латник такую хочет. Заказов — на год вперед. Вот Храп штамп для звезд сделает — запустим в серию.
        Пока я снимал доспех и перевоплощался обратно в человека, Грант убежал по делам и вернулся, только когда я собирался уходить.
        — Митр, у меня к тебе просьба будет.  — Он протянул мне конверт.  — Помощник мой куда-то запропастился, а у меня работы непочатый край. Забрось письмо в канцелярию Ленина. В руки Орфелии или ее зама.
        — Не вопрос,  — я спрятал письмо в карман,  — все равно в центр сейчас иду.
        — Я слышал, анархисты вам войну объявили, смотри, осторожнее с ними. Они ведь как бешеные псы.
        — Войну? Нам?  — удивился я.
        — Еще не в курсе? «Свобода» хоть и большой клан, врагов у них много. Им осталось только «Медведам» войну объявить, для полного счастья…
        — Грант, тащи сюда свою ленивую задницу!  — раздался крик Храпа со стороны рабочих помещений.
        — Не в духе?  — улыбнулся я, кивая на дверь.
        — Как я клеймо потерял, так он и лютует,  — вздохнул Грант и сжал кулак.  — Ну ничего, той сволочи, что кошелек у меня вытащила, недолго осталось.
        — У Нямкаса тоже кошелек кто-то стащил,  — вспомнил я и улыбнулся.  — Перед самым походом.
        — Воры, будь они неладны.  — Он добавил пару неприятных слов в их адрес.  — Ленин за их поимку даже награду назначил, а поймала их главаря королевская стража. Завтра на площади будет показательный суд. Но я бы сразу ему башку отрубил. Вот теперь письма пишу.  — Он указал на мой карман.  — Если Ленин не поможет клеймо вернуть, придется идти во дворец, челом бить.
        — А новый сделать или заказать?
        — Ты чего?  — возмутился Грант.  — Новый нельзя. Вдруг наше прежнее потом попадет кому в руки? И будут они на всякой железке его ставить. Нет…
        — Грант!  — В этот раз голос Храпа прозвучал уже ближе.
        — Все, побежал.  — Он улыбнулся.  — Если что, заходи, всегда рады… Иду я, иду!
        С одной насущной проблемой я разобрался. Осталось заглянуть в канцелярию, а оттуда к крысам. Нет, лучше сначала на рынок…
        Погруженный в свои мысли, я бодро зашагал по улице, но пройти успел только один квартал. На очередном перекрестке едва не столкнулся с парой героев, которые загородили мне дорогу.
        — Ты смотри, как нам сегодня везет,  — радостно сказал один из них. Второй, раза в два моложе приятеля, тупо заржал,  — только его вспоминали, а он уже тут.
        — Не спеши.  — Молодой парень заступил мне дорогу, не дав их обойти.
        — Что-то хотели?  — все же спросил я.
        — Хотели,  — кивнул первый. Я специально не стал смотреть их имена.  — Отправить тебя к точке возрождения. Я бы сказал, ничего личного, но нет. Вот кого мне сейчас хочется прибить, так это кого-нибудь из «Наглого кота».
        — Так вы из «Свободы»?  — догадался я.  — Понятно. Только зря вы. С твоим тридцать седьмым меня не убить. А шкету и подавно.
        — Сам шкет!  — разозлился молодой и посыпал бранью.
        Я только вздохнул. От простой дуэли в городе можно было отказаться, а вот во время клановых войн эти парни легко могли прибить меня, прежде чем я успею обратиться в дракона. А перевоплощаться посреди улицы мне не хотелось.
        — Хорошо.  — Я попытался улыбнуться. Было немного страшно.  — Только давайте отойдем в сторонку. Уж больно неудобно тут. Вон тихая улочка.
        — Э, нет,  — покачал головой старший,  — без зрителей неинтересно.
        — Как хотите.  — Я со всей силы толкнул мелкого в грудь и бросился в сторону проулка.
        Как оказалось, в небольшом закутке между домами был выход на соседнюю улицу, и я с трудом поборол желание проскочить туда и сбежать. Сразу найти нужную полку в сумке не получилось. Пришлось потратить несколько секунд, чтобы отыскать меч. К этому времени оба героя из «Свободы» ворвались следом. Обнажив оружие, они попытались обойти меня с двух сторон, но из-под земли, как черт из табакерки, выпрыгнула огромная крыса. Оттолкнувшись от стены дома, она метнулась к молодому герою и одним ударом отшвырнула его в стену. Не останавливаясь, она прыгнула на второго. Десятисантиметровые когти едва не отрезали тому голову. Секунда — и оба героя растаяли без следа. Ни криков, ни шума борьбы.
        Я сглотнул и попятился, выставляя перед собой меч. Крыса-оборотень был почти на голову выше Леси и раза в два шире в плечах. Он выпрямился, стряхнул с когтей капельки крови и оскалился.
        — Друг-дракон,  — начал он и на секунду замер, повернувшись в сторону улицы, откуда прибежали герои «Свободы»,  — я вмешался.
        — Я заметил,  — сказал я, нервно хохотнув. В бою с этим монстром мой меч был явно неэффективен. Тут больше подошел бы военный огнемет.  — Ты друг Леси?
        Он кивнул.
        — Мне нужна твоя помощь.
        — Тебе? Моя?  — Я снова рассмеялся и закашлялся.  — Прости, нервное. Я готов тебя выслушать, если сейчас сюда не сбежится местная стража.
        — Ты прав.  — Он указал в сторону противоположной улицы.  — Я буду ждать тебя возле площади.
        С этими словами он подобрал выбитую решетку от сточного колодца и нырнул в люк, закрыв его за собой. Как он умудрился туда протиснуться, для меня осталось загадкой. Уверен, люк был еще меньше, чем тот, у площади, через который когда-то спускался я.
        До площади я добирался по малолюдным улицам. Было жутко интересно, зачем я понадобился оборотням. Если не ошибаюсь, то моего сегодняшнего спасителя я уже видел, когда Леся приводила меня в дом ее отца. Это был тот здоровяк, стоявший на страже.
        С моего последнего посещения площадь претерпела значительные изменения. В дальней ее части, словно на стадионе, построили высокую трибуну с ложей в центре. Еще несколько трибун, поменьше, ударными темпами достраивали с левого и правого края. Главное же действующее лицо завтрашнего праздника, высокую гильотину, уже установили в самом центре и проводили последние испытания, поднимая и опуская косое лезвие.
        Я немного зазевался, глядя на это зрелище, и не заметил, как ко мне подошел невысокий, крепкого телосложения парень. Взлохмаченные, рыжего оттенка волосы наверняка могли оставить без зубьев любой гребень. Рыжими были и брови, и недельная щетина.
        — Яков,  — представился он, протянув мне руку.
        — Митр.  — Рукопожатие у него было сильным, едва не сломавшим мне пару пальцев. Шутку про странное имя для оборотня я решил опустить, уж больно вид у него был серьезный.
        — Я пытался ее спасти, но в замок очень тяжело пробраться,  — сказал он, не сводя глаз с гильотины.
        — Кого?  — В животе у меня резко похолодело. До меня начало медленно доходить, что должно было произойти завтра.
        — Ее,  — ответил он, то ли боясь называть имя, то ли по другой причине, но я его понял.



        Глава 12

        — Нет, вот ты мне скажи, что могу сделать я?  — Непробиваемость Яши меня выводила из себя.  — К королю пойти и попросить простить эту дурочку? А он ее, что, пожурит и отпустит? Где ее держат?
        — Казематы под дворцом.
        — Попасть туда как?
        — Вход один.  — Он покачал головой и на минуту задумался.  — Под дворцом есть туннели, но я там никогда не был.
        — О боги,  — вздохнул я и без особой надежды спросил: — Ну хоть план на спасение есть? Взять казематы штурмом, дать взятку страже, подкупить судей? Что, совсем нет? Хорошо, мне надо подумать.  — Я побрел в сторону от площади.  — Ну а вам для начала надо попробовать найти вход из канализации в эти самые туннели. Уверен, он там должен быть. И еще, надо бы что-нибудь сделать с трибунами на площади. Лучше, конечно, поджечь, но, можно и поломать, чтобы восстанавливали пару дней. Если повезет, выиграем немного времени.
        Яша кивнул, убедился, что больше указаний не будет, и, ни слова не говоря, умчался в сторону самой многолюдной улицы. Нырнув в толпу, он почти сразу же пропал из моего поля зрения. Удивительная способность, учитывая его неординарную внешность.
        Умеют же некоторые испортить настроение на весь день. Нормальных слов, чтобы охарактеризовать всех крыс города Изумрудного, у меня сейчас не нашлось бы при всем желании. По пути в канцелярию я все думал, что бы сделать такого с Лесей, чтобы отучить ее от глупых поступков. Методы воспитания короля были явно действеннее, но неприемлемы. Да и что за забава у местных — публичная казнь? Средневековая дикость какая-то.
        Я представил себе ликующую толпу и Лесю, стоящую на помосте. Она презрительно смотрит поверх их голов на короля. Тот даже не улыбается, но в его взгляде можно прочесть то, что победителем всегда будет только он.
        Ускорив шаг, я выгнал из головы нехорошие мысли, пытаясь понять, зачем так заморачиваться ради одного вора? Не маньяка же поймали…
        Как назло, администрация Изумрудного работала в авральном режиме. Сегодня был один из дней, когда Ленин принимал посетителей, и любой мог задать ему вопрос, записавшись на прием за три недели. Очередь, большую часть которой составляли нубы и герои, не достигшие тридцатого уровня, начиналась аж на лестнице. Пробиться в приемную у меня не получилось ни с первого, ни со второго раза. Возмущенные такой наглостью герои обещали спустить меня с лестницы или выкинуть в окно, если я не успокоюсь. Пришлось уступить. Всеобщее возмущение стало понятно через полчаса. Пока я бегал в архив, прием посетителей окончился, и стража в два счета выгнала всех на улицу. Убедив стражника, что я — к Орфелии и Ленин мне до лампочки, я смог попасть в приемную.
        Только недавно узнал, что Орфелия является главой одного из богатейших кланов Изумрудного — «Ночные медведы». Помимо общедоступных ремесленных мастерских в ее клане было также несколько закрытых производств. К примеру, изготовление карт, справочников по монстрам и эксклюзивных товаров. Те самые часы, что я видел в сувенирной лавке, делали именно «Ночные медведы». Даже городская газета, выпускающаяся под надзором канцелярии и местных властей, по сути, принадлежала Орфелии.
        — Добрый день,  — поздоровался я, пройдя мимо хмурого на вид охранника.
        — Здравствуй, Митр.  — Орфелия бросила на меня усталый взгляд, откладывая в сторону только что написанное письмо.
        — У меня письмо от кузнецов «Семи звезд».  — Я протянул ей конверт.  — Они думают, что тот вор, которого недавно поймали, украл у них клеймо. А для них оно очень дорого.
        — Я понимаю, можешь не продолжать.  — Она бегло прочла письмо и положила в одну из стопок на своем столе.  — Завтра отправлю запрос начальнику стражи. Если клеймо у них, Храп получит его дня через три.
        — Могу помочь доставить запрос. Сегодня все равно бегаю на посылках, одним заданием больше, одним меньше…
        — Как хочешь.  — Она взяла чистый лист.  — Начальника городской стражи знаешь?
        — Ага. Я к нему уже забегал по одному заданию… А можно спросить, мм… по поводу завтрашней казни. Часто тут такое?
        — Мой тебе совет — не ходи,  — серьезно сказала она.  — Время от времени король любит устраивать подобные мероприятия, чтобы народ знал, что он защищает и любит своих подданных. Нас же, героев, это совершенно не касается. И мы в его дела не вмешиваемся.
        — Спасибо за совет,  — вздохнул я.  — А вы не знаете, куда подевался Николаевич? Из архива. Говорят, уже почти месяц, как пропал.
        — Пропал — значит, потерял бессмертие.  — Она вручила мне записку для капитана стражи.  — Хорошего дня…
        Давно уже стоило запомнить, что от местной стражи ничего толкового добиться было невозможно. Капитан и все его вменяемые помощники ушли на какое-то важное заседание, а те, которые остались, все вместе не смогли сказать хоть что-нибудь полезное. Одно я выяснил точно: при поимке крысы-оборотня, промышлявшего воровством на рынке, никакого штампа, клейма или печати обнаружено не было. Я попробовал уговорить пустить меня к задержанному и лично спросить у него, но они ответили категорическим отказом. Мол, задержанный сейчас в замке под особой охраной, а пускать туда можно лишь с личного разрешения короля. А вот к королю они меня охотно отправили и даже хотели выдать пропуск, но я благоразумно отказался.


        — Нет, ты мне скажи,  — пьяным голосом говорила Елизавета.  — Он что, надо мной специально из-з…здевается?
        — Дурак он,  — высказалась Неко, наливая в бокалы еще вина.  — Мальчишка.
        Праздничный ужин закончился пару часов назад, и за это время обе девушки сумели опустошить пару бутылок крепкого вина. Маруся запретила им напиваться в гостиной, поэтому, выгнав Нямкаса, они праздновали в комнате Неко. Причиной же неумеренного принятия алкоголя стало поведение Митра. Мало того, что он не соизволил прийти на ужин, так еще и успел отличиться в гильдии паладинов, куда Елизавета забегала вечером.
        Трехнедельное отсутствие Елизаветы для гильдии паладинов оказалось весьма ощутимым, в том плане, что, кроме нее, обучать высокоуровневых героев магии было просто некому. Те крохи, что знали Пастер и Никон, были полезны только новичкам. Именно поэтому глава гильдии очень просил Елизавету как можно скорее заглянуть к нему.
        — Пастер, обещаю, завтра с утра и до обеда я в полном вашем распоряжении,  — успокоила его Елизавета.  — Кто обещал прийти?
        — Хартман и Нэйлс. Неделю уже в городе, все уши мне прожужжали.
        — Братья-американцы вернулись?
        — Ну что за кислое выражение лица,  — укоризненно сказал Пастер.  — Ты же знаешь, как они к тебе относятся.
        — Я тут вспомнила, что у меня завтра столько дел… Ладно, я поняла. Еще кто-нибудь?
        — Если Старый еще не уехал, то он хотел насчет нежити поговорить.
        — А, да; помню, обещала. Извини, я побегу, у нас праздник намечается, не хочу опоздать.
        — Подожди, я Никона попрошу, он тебя проводит.
        — Пустяки.  — Она улыбнулась.  — У меня еще полный комплект отказов от дуэлей. Неделю как-нибудь протяну.
        — Не спорь,  — тоном, не терпящим возражений, сказал Пастер.  — Не хватало тебе только на «Свободу» нарваться. Они уже который день ходят поблизости, тебя и Митра высматривая. Я Баромира предупреждал, что если он глупости эти не бросит, то мы с парнями зайдем к нему в гости. И если он думает, что я за своих не постою, то сильно ошибается.
        — Хорошо, пойду с Никоном,  — согласилась Елизавета, понимая, что спорить с Пастером бесполезно. В прошлый раз он не побоялся в одиночку прийти в клан «Северного ветра» и поставить ультиматум Кулаку. И уж если тот испугался, «Свободе» можно было только посочувствовать. Все, кто прожил в Изумрудном достаточно времени, знали, что Пастер никогда не бросал слов на ветер.
        Пока Елизавета ждала Никона, у входа в гильдию мелькнул Митр. Вид у него был такой, как будто он потерял что-то очень важное. В это время из учебного здания вышла Земляничка и, заметив его, приветственно замахала рукой. Елизавета даже удивилась, прикидывая, когда он успел подружиться с ее приятельницей. Насколько она знала, Земляничка никогда не заводила дружеских отношений с парнями. Когда же та обняла Митра, Елизавета едва не уронила челюсть от удивления.
        Несколько минут они о чем-то разговаривали, потом Земляничка взъерошила ему волосы, кокетливо улыбнулась и, чмокнув в щеку на прощание, направилась прямиком к Елизавете. Митр же развернулся и понуро пошел в обратную сторону.
        — Привет, подруга,  — первой поздоровалась Земляничка. Сегодня она пребывала явно в приподнятом настроении.
        — Привет. Подруга,  — разделив эти два слова, отозвалась Елизавета.  — Я смотрю, у вас тут веселые дела творятся.
        — А то,  — улыбнулась Земляничка.  — Не знала, что вы сегодня возвращаетесь. Как сходили, удачно?
        — Удачно,  — проворчала она.
        — Я в плане ваших отношений с Митей. Было чего?
        — Чего вообще могло быть?  — вспыхнула Елизавета.
        — Ой, да ладно тебе,  — хитро прищурилась Земляничка и рассмеялась.  — Что, правда не было? Ты смотри, если тебе не нужен, я его уведу. Ты ведь не против?..
        Неко захихикала, расплескивая вино на покрывало. Ее эта история откровенно веселила.
        — Ты прес-с…тавляешь?  — с обидой в голосе говорила Елизавета.  — Она мне угрожала. То…же мне, грудь у нее… и что? Фсе, я больше пить не могу…
        — А больше нечего.  — Неко отбросила пустую бутылку в угол комнаты.  — Не спи! Не спи, говорю. Лиза! Ну, Лиза-а-а. Нямкас! А и черт с вами.  — Неко бухнулась рядом с Елизаветой, набрасывая на себя край покрывала.


        После третьего предложения сходить лично на прием к царю я окончательно бросил попытки получить свидание с Лесей. Все словно сговорились. Как будто он у них был последней инстанцией. Для полной уверенности не хватало услышать это от Ленина.
        Яша нашел меня сразу после захода солнца и предложил дождаться вестей в его доме. Он сказал, что канализация где-то пересекалась с катакомбами под дворцом, и был шанс проникнуть туда сегодня же ночью.
        — Митя, Митя,  — Каси потянула меня за рукав, вырывая из размышлений,  — а вы точно сможете найти Лесю? А вдруг и вы потеряетесь?
        — Мы?  — рассмеялся я.  — Нас же много будет. Это только если гулять одной… А когда нас много, как бы далеко мы ни заходили, легко сможем найти дорогу домой. Кстати, а друг твой где?
        — Спать пошел. Он еще маленький,  — сказала она таким тоном, как будто была лет на десять старше.
        — Ну и ты иди. А я Яшу дождусь, и пойдем Лесю искать.
        — Не,  — она замотала головой,  — я лучше с тобой посижу.
        Я надеялся, что она устанет и уснет минут через тридцать, но привычная к тусклому освещению Каси бодро принялась рисовать на желтом листе плотной бумаги что-то похожее на дракона. Меня посетило странное ощущение нереальности происходящего. Как будто реальность растворяется, открывая что-то неподвластное твоему пониманию. Прямо перед тем как провалиться в сон, я вспомнил, что так и не покормил волка.
        Яша вернулся только после полуночи. Короткий сон, вместо того чтобы снять усталость, только усилил ее. Чтобы хоть немного прийти в себя, пришлось умыться ледяной водой из подземного источника.
        — Хорошие новости,  — сказал Яша. В тусклом свете магических фонарей он и два его приятеля выглядели как-то уж слишком кровожадно. Будь на моем месте Неко, она уже принялась бы швырять в них что-нибудь из обширного запаса убийственных заклинаний.  — Как ты и говорил, мы нашли вход из канализации во дворец. Лет десять назад его заложили камнем.
        — А самим догадаться или проверить нельзя было?  — недовольно спросил я.  — Давно бы уже выкрали свою подругу.
        — Мы проверяли,  — сказал оборотень, стоявший справа от Яши. Я только сейчас заметил, что в нескольких местах его шерсть была заляпана кровью или чем-то сильно напоминающим ее.  — В той части, где был вход, слишком много трупоедов.
        — Старая часть канализации,  — кивнул Яша.  — Мы стараемся избегать ее. В последнее время падальщики нападают даже на нас.
        — Мы прогнали их, чтобы расчистить проход, но они скоро вернутся,  — продолжил оборотень.  — Надо торопиться.
        Сталкиваться с теми, кого избегали оборотни, мне что-то сразу расхотелось. Только перевоплотившись в дракона и надев броню, я почувствовал себя немного увереннее. Как рассказал словоохотливый друг Яши, падальщиков в народе называли гулями. Еще десять — пятнадцать лет назад о них даже не слышали в канализации, а сейчас герои собирали рейды по двадцать человек, чтобы хоть как-то снизить их популяцию. Как считали крысы-оборотни, главной причиной появления этих монстров стали сами жители города, сбрасывающие в той части канализации трупы убитых животных и даже людей. Иногда, когда пищи становилось меньше, гули выбирались на поверхность и разрывали свежие могилы на местном кладбище.
        — Что-то я не совсем понимаю,  — удивился я, когда речь зашла о трупах в канализации.  — Ты говоришь, что тела людей сбрасывают прямо у логова гулей? Вблизи дворца?
        — Так и есть,  — подтвердил он.  — Кто и зачем это делает, сказать не могу. Но пока это не прекратится, спокойной жизни в канализации не будет. Даже гоблины — и те стараются держаться ближе к нам.
        Отсюда на Изумрудный город открывался совсем другой, я бы даже сказал, зловещий вид. Если перефразировать известную поговорку, то узнать о городе что-то новое можно было, заглянув в его канализацию.
        Выводя из строя логику и любой здравый смысл, часть канализации у дворца, о которой говорили оборотни, уходила глубоко под землю. Сточные воды в этой части стекали по крутым желобам и впадали в подземную реку, расположенную так глубоко, что ее не то что увидеть — услышать было нельзя. Яша сказал, что там, внизу, живут твари пострашнее гулей и спускаться туда не стоит.
        Если я правильно понимал, то раньше это место было частью катакомб дворца, но по какой-то причине оно было отгорожено. Любой диггер душу бы продал за возможность исследовать странные туннели, комнаты, узкие и широкие лестницы и помещения. Как и, главное, зачем все это было построено, можно было отнести к величайшим загадкам этого мира. А зная этот мир, голову даю на отсечение: и сокровищ, и монстров, охраняющих их, здесь было предостаточно.
        По главной лестнице мы спустились метров на двадцать, миновав три уровня, и углубились в один из многочисленных туннелей. Здесь к нам присоединилось еще трое оборотней. В темноте катакомб и они, и я видели все достаточно четко, чтобы не провалиться в какой-нибудь люк или дыру в полу, но на всякий случай идущий впереди зажег фонарь.
        То, что в этих туннелях мы не одни, первыми почувствовали оборотни. Шерсть на их загривках и плечах встала дыбом, а движения стали более резкими. Затем и я почувствовал неприятный запах разложения. Если прислушаться, можно было уловить, как кто-то шлепает по каменному полу босыми ногами.
        Когда мы миновали узкий участок туннеля и до логова гулей оставалось метров двести, на нас напали. В темноте я не сразу понял, что произошло. Оборотень, идущий слева от меня, неожиданно прыгнул в сторону темного провала, на лету сталкиваясь с чем-то бесформенным. Вцепившись в нападающего когтями, он со всей силы оттолкнул его ногами. Послышался звук раздираемой плоти и сдавленный визг. В нос сразу ударил едкий трупный запах. И, словно получив приказ к атаке, из всех щелей полезли низкорослые, уродливые, полуголые создания. В свете магического фонаря их кожа блестела, как будто была покрыта слизью.
        Первого монстра, прыгнувшего на меня, я удачно рассек на лету, и меня окатило омерзительно пахнущей кровью. Еще двоих удалось достать на подходе. Драконий клинок легко рубил их плоть, а вот крысам-оборотням приходилось сложнее. Оружие они не использовали, полагаясь на острые когти и нечеловеческую силу.
        За три недели похода по диким лесам я на себе испытал недостаток сноровки и умения обращаться с оружием. Тех нескольких ударов, что показывал мне Никон, явно не хватало для полноценного выживания в этом мире. Хорошо хоть весь поход мы с Нямкасом каждый вечер тренировались. С мечом он обращался не так искусно, как Никон, но благодаря ему я больше не чувствовал себя неуклюжим манекеном.
        Один из гулей прыгнул мне на спину и, уцепившись за крылья, попытался вонзить в спину свои когти, но Яша одним ударом отбросил его в стену. Я только зашипел от боли, чувствуя, как мелкая тварь глубоко расцарапала крылья, сорвав несколько чешуек.
        Единственный источник света, магический фонарик, вылетел из рук оборотня и, описав крутую дугу, рухнул в какую-то яму. В наступившей темноте я едва не поранил Яшу, вынырнувшего справа. Он оттеснил меня к стене, пинком отбрасывая гуля, укусившего меня за ногу.
        Уже через пару минут пол стал скользким от крови, а вонь — настолько невыносимой, что меня начало мутить. Не уверен, что все закончилось бы в нашу пользу, если бы не подоспевшее подкрепление. Несколько оборотней ворвались в толпу гулей со стороны их логова, и те, недолго думая, бросились врассыпную.
        — Поспешим,  — сказал Яша, кивая своим.  — Чем быстрее мы закончим это дело, тем лучше. Еще час, максимум два мы сможем гонять гулей по туннелям. Потом разогнать их будет трудно. Держи.  — Он протянул мне длинный мясистый лист. Еще один такой же он положил в рот и принялся жевать.  — Иначе раны от их когтей загноятся.
        — Спасибо,  — поморщился я, пытаясь разжевать ядовито-горький лист.  — Гадость…
        Я поспешил догнать его, стараясь не наступать на тела гулей, некоторые из которых еще шевелились. Из нашей группы серьезно раненных не было, но избежать отравленных когтей или укусов никто не смог. Я заметил, с каким отвращением крысы жуют противоядие, и улыбнулся. Выходит, не одному мне оно пришлось не по вкусу.
        Логовом гулей оказалось большое куполообразное помещение с отверстием в потолке. Скорее всего, в него и сбрасывали тела. В дальней части комнаты оборотни проломили стену, разобрав каменную кладку. Сквозь пролом можно было заметить свет магических фонарей где-то далеко.
        — Неприятное место,  — сказал я, осторожно перешагивая через человеческий череп.
        Под моим весом кости, устилающие пол, с хрустом ломались. В углах комнаты они образовывали насыпи едва ли не в мой рост. На одной из таких насыпей я приметил знакомый шлем. В темноте я не мог сказать, какого он был цвета, но вот форма — точно такая же, как у одного героя из отряда Магнума. Среди большого разнообразия местных доспехов только у него я видел шлем, сделанный на римский манер, с ярко-красным плюмажем. Решив не дать пропасть такому добру, я убрал его в сумку.
        Оборотни столпились у пролома, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Заляпанные с ног до головы кровью гулей, выглядели они уже не так воинственно.
        — Все вместе пойдем?  — спросил я.  — Да нас только по одному запаху найдут.
        — Всем идти нет необходимости,  — серьезно сказал Яша, не оценив мою шутку,  — пойдем двумя группами.


        — Вы все еще думаете, что он придет?  — спросил Артур, бросив взгляд на настенные часы.
        — Обязательно,  — отозвался король, не отрываясь от чтения книги,  — потому что это единственный шанс.
        Хоть доводы короля и звучали убедительно, Артур совсем не разделял его оптимизм. Когда он был только новичком в этом мире, ему посчастливилось пересечься с драконом, и те первые впечатления оказались настолько сильными, что переубедить его сейчас было невозможно. Искать слабое место у везения и удачи — все равно что пытаться ловить сетью слизней в Мокром лесу.
        В дверь без стука заглянул помощник короля, встретился с ним взглядом и пропустил в помещение капитана дворцовой стражи.
        — Ваше величество,  — капитан склонил голову,  — я приказал закрыть дворцовые ворота. Никто в городе не осмелится просить пропустить его во дворец ночью.
        — Хорошо,  — король отложил книгу,  — завтра… точнее, уже сегодня откройте ворота за полчаса до восхода. И тотчас же докладывайте, если он появится.
        — Да, ваше величество.  — Капитан еще раз склонил голову, развернулся на месте и вышел.
        — Значит, он придет завтра утром,  — заверил сам себя король.
        — Мне перенести казнь на послеобеденное время?  — спросил Артур.
        — Нет,  — король улыбнулся,  — не будем создавать ему дополнительных возможностей. Все должно идти строго по плану, иначе результат будет не таким, как нужно нам.
        — В таком случае, спокойной ночи.  — Артур поклонился и вышел.
        «Возможности, шансы, совпадения и случайности. За рациональным подходом к этим неизвестным величинам вы упускаете очевидное»,  — сказал сам себе Артур. Возможно, стоило сказать это вслух, но после неудачной попытки переубедить короля говорить что-либо еще было бесполезно. Исходя из логики, которой руководствовался правитель Изумрудного, могло произойти все, что угодно, что сорвало бы казнь. Падение метеорита на замок, нападение блуждающей армии карликов, каменный град — на все это был свой мизерный шанс.
        Артур вспомнил забавный случай, подтверждающий его точку зрения, и улыбнулся.


        В отличие от катакомб канализации дворец свою часть подземелий держал в чистоте. Чем выше мы поднимались, тем лучше становилось освещение, а перед выходом в подвал даже дежурила стража. Полусонным стражникам повезло, что крысам нужен был не этот вход, а то отправились бы к праотцам быстрее, чем смогли бы хоть что-то понять. Видя, как ловко крысы-оборотни ориентируются в незнакомых коридорах, безошибочно находя выходы и лестницы, мне сразу вспомнился фильм про мышей, которые искали выход из лабиринта.
        В темницу мы попали уже через полчаса. Пол в одной из камер частично обвалился, и рабочие на скорую руку залатали его досками, соорудив снизу какую-то несуразную конструкцию. И без инструмента крысы в два счета разобрали ее. На наше счастье, в камере никого не оказалось, а запертую дверь помощник Яши вскрыл за десять секунд, поковырявшись в замочной скважине когтем.
        — Ее здесь нет,  — сказал Яша. Он помог мне забраться в камеру.  — Но была. Несколько дней назад.
        — Это плохо.  — Я выглянул в тускло освещенный узкий коридор.  — Никого не видно. Может, стоит поискать?
        — На этом этаже только два человека и охранник, от которого пахнет кислым пивом,  — оскалился его помощник, изображая подобие улыбки.
        — Давайте спросим у заключенных,  — может, они слышали, куда перевели Лесю,  — предложил я, открывая дверь камеры. Она предательски скрипнула, отчего у оборотней шерсть встала дыбом. Я только виновато развел руками.
        Судя по количеству камер, в казематах можно было держать человек двести, не меньше. Да и название было вполне оправдано. В двухместных камерах, размером два на три метра, из удобств имелся лишь деревянный лежак с грязным одеялом. И ведь все это — под дворцом, где жил сам король!
        Первого заключенного мы нашли за поворотом, пройдя два десятка камер в сторону выхода. Отсюда уже можно было различить стол охранника, которого на месте не оказалось. Пока он не вернулся, помощник Яши вновь продемонстрировал навык взлома замков, и мы все дружно вломились в небольшое помещение. Я слишком поздно подумал, что, увидев двух крыс и дракона, заключенный может завопить от страха.
        Я оказался прав только наполовину. Проснувшись, заключенный испугался, подался назад и больно стукнулся затылком о стену.
        — Николаевич!  — первым узнал я его.  — Не бойтесь, это мы. То есть я, Митр. Вы что тут делаете?
        — Черти, чтоб вас!  — Он выругался, потирая ушибленный затылок.  — Что я тут могу еще делать?!
        — Простите, не хотели вас пугать.
        — Ладно, все в порядке.  — Он посмотрел на Яшу и нахмурил брови.  — Опоздали вы. Перевели вашу подругу еще три дня назад. Куда-то наверх, в замок. Но это хорошо, что ты меня нашел,  — опомнился Николаевич, хватая меня за руку,  — я ведь столько всего тебе должен рассказать. Мне удалось найти в библиотеке очень важную информацию…
        — Да, да, я понимаю, но сейчас для меня важнее спасти мою подругу.
        — Ошибаешься,  — улыбнулся он.  — Раз уж нашел меня, значит, это важнее. Ведь…
        — Николаевич,  — хмуро сказал я, кивая на Яшу,  — вы вот это ему скажите.
        — Прости… наверное, слишком сильно головой о стену приложился, вот и несу что попало. Иди и обязательно спаси свою знакомую. Обо мне не беспокойтесь. Просто покажите выход, а я уж как-нибудь выберусь.
        — Откуда мы пришли — там сейчас небезопасно, так что,  — я посмотрел на Яшу и второго оборотня,  — берите нашего специалиста по замкам и бегите. А мы попытаемся найти Лесю.
        — Если хочешь подняться в замок в таком виде, то это плохая идея,  — сказал он.  — Стража тебя в лицо не знает, а вот дракон в городе один.
        — Ага, представляю, если кто-нибудь увидит в замке дракона,  — согласился я.  — Не будем мешкать…
        Довольно сложно представить, что кто-нибудь в здравом уме решится пробраться в замок. В городе, где жители если и совершают преступления, то не страшнее, чем обвес на рынке, такое вряд ли кому придет в голову. Даже крысы-оборотни и то промышляли только воровством кур у фермеров да мелкими карманными кражами. Единственными возмутителями спокойствия всегда оставались герои. Но и они не спешили идти на преступление, зная, что наказание может быть слишком суровым.
        Вот и дворцовая стража считала точно так же. Все подходы к дворцу тщательно охранялись, и пройти незамеченным было крайне трудно. Внутри же единственный пост охраны располагался в подвальном помещении, на выходе из подземелий. Четыре стражника, один из которых должен был охранять темницу, так увлеклись игрой в карты, что не заметили бы нас, реши мы просто пройти мимо. Яша в одиночку за несколько секунд расправился с ними. Убивать их смысла не было, и пусть их потом пришлось нести вниз и запирать в одной из камер — так было лучше.
        Самым сложным в нашем плане оказался выбор направления для поиска. Выходов из подвала было всего три. Тот, что выходил на кухню, мы отвергли сразу, так как работали там, как оказалось, круглые сутки. Два других выхода вели в противоположные части дворца. Выбирали наугад.
        Первый этаж из поисков мы исключили сразу, как и третий, где наверняка должны были находиться покои короля. Вряд ли он станет держать опасную пленницу так близко к себе. Чудом разминувшись с парой девушек из прислуги, мы выбрали второй этаж — и не ошиблись. Как оказалось, искать Лесю необходимости не было. У одной из комнат, недалеко от лестницы, пристроилась пара стражников с алебардами в руках.
        Я даже не успел ничего сказать, а Яша уже несся по коридору, одним рывком преодолев двадцать метров. Первый стражник заметил его слишком поздно, но успел выставить вперед оружие, намереваясь насадить противника на острое лезвие. Когда между ними оставалось несколько метров, Яша прыгнул, отталкиваясь от стены и хватаясь за рукоять алебарды. По инерции их крутануло на месте, и, воспользовавшись этим, Яша швырнул потерявшего равновесие стражника на его напарника, сбивая обоих на землю. Далее все прошло по отработанной схеме. Не дав опомниться противникам, он приложил каждого головой об пол. Несмотря на то что оба были в шлемах, одного удара им хватило с лихвой.
        Пока я бежал к комнате, Яша сорвал с двери засов и втащил туда стражников, хотя в этом уже не было необходимости. Стук железного шлема о каменный пол наверняка разбудил половину обитателей замка.
        — Дуралей!  — Я вбежал в комнату и недовольно стукнул Яшу в плечо.  — А потише никак нельзя было? Ой, ё…
        Тут я впал в легкий ступор. Небольшая комната, в которую перевели Лесю, выглядела так, словно по ней пронесся ураган, а потом сюда поселили стаю диких кошек. Как выглядели пара кресел и кровать ранее, можно было только гадать. Складывалось такое ощущение, что их пропустили через огромный шредер-измельчитель. Единственная картина, чудом оставшаяся висеть на стене, была разрезана на ровные лоскуты. И посреди этого хаоса, на расшитом цветами покрывале, почему-то уцелевшем, сидела Леся в облике крысы, с нескрываемым удивлением глядя на нас.
        — …ёлки-палки,  — закончил я предложение, едва удержавшись, чтобы не подобрать более емкое слово.  — Пока мы ее из плена вытаскиваем, она тут развлекается. Ну ничего, я тебе все скажу, как только мы отсюда выберемся.
        — Просто я устала вас ждать.  — Она улыбнулась, обнажая острые зубы.  — Но я знала, что вы придете.
        — И что, будем ждать, пока сюда сбежится вся стража?  — спросил я.  — Тикаем, пока не поздно.
        Уговаривать никого не понадобилось. Леся аккуратно сложила приглянувшееся ей покрывало и уже собралась выходить, но Яша остановил нас жестом, украдкой выглядывая в коридор. Леся потушила единственную лампу. Вот еще бы со светильниками в коридоре что-нибудь сделать, и можно уходить, не опасаясь, что нас обнаружат.
        — Уходите, я их задержу.
        — Кто там?  — Я попытался выглянуть в коридор, но Яша схватил меня за воротник рубашки и легко оттащил от двери. Единственное, что я заметил, так это коридор, заполняющийся стражниками. Одно из двух: либо они ждали, что кто-то придет спасать пленницу, либо отряд стражи быстрого реагирования был действительно быстрым.  — Засада…
        — Я останусь с тобой,  — заявила Леся.
        — Если его увидят здесь,  — Яша подтолкнул меня к ней,  — будут проблемы. Бегите.
        — Да ерунда…
        — Нет времени спорить.  — Он кивнул подруге, и та наглым образом накинула на меня покрывало и забросила на плечо, словно мешок.
        От неожиданного рывка в сторону я едва не прикусил язык. Послышались крики людей, глухие звуки ударов, потом мы помчались уже по лестнице. Я хотел спросить, знает ли Леся, куда надо бежать, но после очередного прыжка ее плечо больно врезалось мне в живот, и я сразу передумал.
        Через пару минут бешеной погони мы наконец остановились, и меня опустили на землю.
        — Ауч.  — Я коснулся ушиба на груди и скривился от боли.  — Предупреждай в следующий раз, я хоть кольчугу надену… Ты в порядке?
        — Нормально.  — Она посмотрела в пролом под камерой и направилась к спуску на нижний уровень катакомб.  — Пойдем.
        — А как же Яша?
        — Что с ним будет?  — отмахнулась она.  — Даже если полезут за ним сюда, при всем желании не поймают.
        — Подожди, я в дракона перевоплощусь, а то я в темноте ни черта не вижу.
        — Много внизу гулей?  — спросила Леся.
        — Много. Там такой смрад стоит, странно, как он сюда еще не добрался.  — Я вспомнил, что хотел отчитать ее.  — Ты вообще в курсе, что тебя завтра казнить хотели? Молчишь? Ну конечно, ты же теперь глава гильдии воров Изумрудного…
        Весь спуск в глубины катакомб мы шли молча. Точнее, я тихо возмущался, а Леся отмалчивалась, время от времени останавливаясь и глядя назад.
        — Могли бы прийти три дня назад,  — неожиданно сказала она.  — Вытащили бы меня из камеры, и не пришлось бы поднимать шум.
        — Могли бы,  — закивал я,  — если бы один крупнокалиберный олух додумался до этого раньше. Меня ждали. А если бы я на день задержался? Будет тебе урок на будущее, чтобы не шарила по чужим карманам. У друга моего, кстати, клеймо стащила. А он без него работать не может.
        — Подумаешь,  — она пожала плечами, как будто это не более чем шалость,  — украла пару кошельков…
        — Я бы посмотрел, как ты завтра это королю объяснять стала. Он, как оказалось, большой любитель рубить головы. Что?
        — Подождем его тут.  — Леся уселась на выступ стены и скрестила руки на груди.
        — И для кого я это говорю.  — Я вздохнул и уселся рядом.  — Ваши обещали гонять гулей не больше часа… А ты когтями не пробовала замок камеры вскрыть?
        Она продемонстрировала два обломанных когтя на правой руке. Видать, этот навык был доступен не всем оборотням.
        — Идет,  — облегченно вздохнула Леся.
        Где-то через минуту из-за поворота показался прихрамывающий Яша. Добежав до нас, он тяжело опустился на уступ.
        — Вы почему еще здесь?  — недовольно спросил он.
        — Сам догадаешься?  — таким же тоном ответила Леся.
        — Идите вперед, я дыхание переведу — и за вами…
        — Ох, глупый.  — Леся опустилась перед ним на корточки, осторожно убирая его руку от раны на боку.  — Все такой же неуклюжий… Кровь не останавливается,  — она вернула его руку на место,  — зажми сильнее.
        — Что-то серьезное?  — влез я с неуместным вопросом.
        — Я попытаюсь найти выход в этой части подземелий.  — Леся встала и огляделась.  — Надо будет как можно быстрее выбраться на поверхность и найти твоего друга-целителя. Иначе Яша истечет кровью.
        — Это произойдет куда быстрее, чем мы поднимемся наверх,  — сказал Яша.
        — Мы побежим быстро…
        — Над нами дворец,  — напомнил он уставшим голосом.  — Чтобы выйти, надо делать крюк через туннели падальщиков.
        — Митя, помоги мне его перевязать.  — Она одним движением оторвала от покрывала длинный лоскут.
        — А может, зелье?  — спросил я.
        — От ваших зелий будет только хуже. Нужна сильная магия.
        — А если оно будет сильным?  — Я вытащил из сумки зелье регенерации.  — Василий обещал невероятный эффект…
        Леся забрала пузырек, вытащила пробку, принюхалась и протянула своему другу. Глядя на бедного оборотня, я только поблагодарил случай, что это зелье не досталось мне. Насколько неприятным оно было на вкус, можно было судить только по тому, что у Яши шерсть встала дыбом, и он с силой зажмурился, чтобы не дать зелью вырваться обратно. По его телу пробежала крупная дрожь, и только после этого он смог судорожно втянуть в себя воздух.


        Вот чего в крысином быте, да и не только у них, мне не нравилось, так это отсутствие возможности нормально помыться. Да хотя бы смыть с себя засохшую кровь гулей — и то оказалось большой проблемой. Оборотни, ничуть не переживая по этому поводу, смывали с себя грязь ледяной водой из подземных источников. Мне хватило только коснуться этой воды, чтобы понять: не настолько я и грязный. Уж лучше немного потерпеть, но вымыться дома. Там можно было нагреть воды, да и мыло было куда эффективнее, чем странного вида трава, которой натирали себя оборотни.
        Николаевича, после освобождения, оборотни определили в чью-то пустующую «квартиру» в канализации, и, пока наш проводник принимал водные процедуры, я смог спокойно поговорить с архивариусом.
        — Спасли свою подругу?
        — Да, все было не так уж и сложно,  — устало ухмыльнулся я. От беготни по туннелям я порядком подустал.  — Ну а вы как? Кстати, за что вас туда упрятали?
        — Был недостаточно осторожен, разыскивая информацию о предыдущем драконе. И я даже понимаю, почему он пытается скрыть все, что с этим было связано. Король,  — ответил он на мой вопросительный взгляд.  — С полной уверенностью сказать не могу, но выходит, что Драко очень помог ему занять нынешнее положение. Что там произошло, сейчас доподлинно знает лишь один он. Но важно совсем не это. Я смог найти записи одного из друзей Драко. Они назывались «Проклятое драконье золото».
        Дверь скрипнула, и к нам заглянул оборотень.
        — Ночью в канализации опасно, поэтому никуда не уходите до утра. Если что — я буду там.  — Он указал в сторону источника и закрыл дверь.
        — А почему «проклятое»?  — спросил я.  — Это же он о расовой особенности драконов?
        — Совершенно верно,  — кивнул Николаевич.  — Драконье золото существенно повышает удачу героя. И если бы это ограничивалось только шансом выпадения редких вещей у монстров, то могло стать самым желанным и незаменимым качеством любого героя. Но эта удача распространяется буквально на все. Жить с ней, а точнее, уживаться невозможно. Так говорил сам Драко.
        — Вокруг дракона постоянно что-то происходит,  — продолжал Николаевич.  — Законы этого мира таковы, что чем сложнее задание или чем сильнее твой противник, тем больше ты получишь славы. А значит, удача притягивает и создает для героя все более и более сложные задачи. Пока твой уровень невысок, все начинается с какой-нибудь ерунды, ну а потом это приобретает эффект снежного кома. Могу предположить, что проблемы твоей знакомой и есть результат работы твоей же удачи.
        Когда Драко это понял, вокруг него и его друзей творилось нечто невообразимое. Именно тогда он начал уходить в долгие одиночные странствия. Охота на редких монстров, поиск сокровищ, исследование мира — на все это он тратил свою удачу. Как только она убывала, он мог ненадолго вернуться в город. Потом все повторялось. Драко начал вести дневник, и, чтобы нам с тобой разобраться, что с ним происходило и что стало, неплохо бы этот дневник найти.
        — У меня есть две страницы.  — Я протянул ему письмо старейшины оборотней.
        — Да, я тоже нашел одну страницу, но ее забрали вместе с моими вещами.  — Он вернул мне письмо.  — Дневник героя — да, он многократно усиливает эффект твоей удачи. Постарайся не записывать туда ничего сложного и тем более — невыполнимого.
        — Я впишу «поиск дневника Драко».
        — Я бы не советовал, но дело твое. А еще, прежде чем что-то сделать, хорошенько подумай над проблемой. Не позволяй удаче решать ее за тебя.
        — А вы что теперь будете делать?  — спросил я после небольшой паузы.
        — Для начала нам с тобой неплохо бы сходить в баню.  — Он рассмеялся.  — Завтра утром так и поступим. А потом… даже не знаю. Можно податься на север. Крупных городов везде хватает. Главное, подальше от Изумрудного. Сидеть в одиночной камере дворцовой темницы — не лучший вариант.



        Глава 13

        Из-за рассказа Николаевича я всю оставшуюся часть ночи не мог уснуть. В голову лезли совершенно посторонние мысли, мешая сосредоточиться на главном. Только ближе к рассвету меня сморила усталость.
        Проснулся я оттого, что кто-то коснулся моего плеча.
        — Леся?  — Если я спал в облике человека, то мог проспать все, что угодно.
        — Не хотела тебя разбудить. Спи.  — Она пыталась укрыть меня одеялом, но я уже сел, сонно протирая глаза.
        — Который час? А где Николаевич?
        — Твой друг ушел с рассветом. Час назад. Попросил, чтобы его вывели за стены города.  — Видя, что спать дальше я не собираюсь, она уселась на кровать.  — Будешь спать на полу — заболеешь.
        — Ушел?  — не сразу понял я.  — Черт, совсем не выспался. Как Яша?
        — В порядке.  — Она улыбнулась.  — Он повел твоего друга.
        — Я же говорил, что снадобье поможет, а ты: «отравил, отравил».  — Я улыбнулся.  — Василий делает потрясающие зелья.
        — Держи.  — Она бросила мне тряпичный кошелек.  — О нем ты говорил вчера?
        В кошельке оказались с десяток мелких монет и длинное заостренное клеймо.
        — Ну вот,  — довольно сказал я.  — Уже лучше. И чтобы завязывала с карманными кражами. Нужны будут деньги — просто скажи. У меня дома их целая гора. Кстати, вы сами же их и притащили.
        — Не знали, куда девать, вот и решили подарить тебе.
        — Ты представляешь, что будет, если об этом узнают? Хорошо хоть Орфелия выбила свои у «Северного ветра».
        — Хорошо, больше не буду.
        — Ты меня прости, что я так долго. Пришел бы раньше, если бы знал.
        — Странный ты,  — она улыбнулась,  — спас меня и еще прощения просишь… Но я тебя прощаю за то, что ты не пришел. А ведь обещал.
        — Не думал, что мы так надолго уедем. А что за дело было?
        — Моя помолвка.  — Она рассмеялась, видя мое удивленное выражение лица.  — Яша тебя до сих пор ревнует. Ты уж прости его.
        — Рад за вас. Нет, честное слово. Не смейся, я же серьезно…
        В город я выбрался только через час и сразу направился в баню. Одно посещение данного заведения стоило почти сорок серебряных монет, но посетителей всегда было много. Мне повезло, что сегодня ее открыли раньше обычного. Из ночного рейда вернулась группа из десяти человек, а для таких клиентов хозяин готов был работать хоть круглосуточно. Герои, особенно после посещения Мокрого леса или битв с существами, напоминающими василиска, платили всегда щедро.
        — Из канализации?  — с улыбкой на лице спросил немолодой воин, дольше всех задержавшийся в раздевалке.  — Не маловат ли уровень — спускаться туда? Ну раз ты тут один, никак убили?
        — Не.  — Я быстро скинул грязные вещи, определив для них одну из пустых ячеек в сумке.  — Да я так, по заданию только ходил. Ни на кого не охотился. Монстры там уж больно злые.
        — Верно подмечено,  — согласился он.  — Были мы там пару раз. Ничего толкового не нашли. Зря только собирались.
        — А вы где были?  — Мы зашли в душевую, где друзья воина уже усердно смывали с себя дурно пахнущую грязь.
        — Два дня пути на запад. На грязевых монстров охотились. Очень удачно, кстати. Вон Леголас, наш охотник, лук себе нашел. Наконец-то…  — Воин громко рассмеялся, и его друзья подхватили этот смех.
        — Две недели ходим на этих грязевиков,  — сказал один из них.  — Но нам еще повезло, что не два месяца.
        — Хороший лук?  — заинтересовался я.
        — Хороший,  — кивнул он.  — Из того, что можно выбить на наших уровнях.
        — Не дело, чтобы у новичка в гильдии оружие было лучше, чем у заместителя главы,  — отозвался Леголас.
        — Опять он за свое,  — вздохнул воин и, махнув на него рукой, принялся тщательно намыливаться.
        Если учесть специальное моющее средство, единственное, которое смогло убрать неприятный трупных запах, посещение бани обошлось мне в два золотых. Расплатившись, я направился в кузню Храпа. В этот раз встречал меня именно он.
        — Утро доброе.  — Я зашел в кузницу и удивленно огляделся.  — А вы сегодня не работаете?
        — Не работаем,  — хмуро отозвался Храп.  — Сегодня после обеда собираемся заглянуть к «Северному ветру». Давно пора научить их манерам.
        — Случилось что?  — Я прошел к невысокой стойке, за которой обычно принимали заказы.  — Вот. Клеймо ваше нашел. Хотел отдать.
        — Мм?  — Храп вытряхнул его из кошелька, присмотрелся к рельефной поверхности и тут же спрятал во внутренний карман куртки.  — Благодарю. Грант, жаба криворукая, разгильдяй, чтоб его! Но ничего, месяц без жалованья посидит — поумнеет. Помогло письмо Ленину?
        — Не совсем.  — Я махнул рукой.  — Ерунда. Скажите лучше, что произошло? Опять «Северный ветер» толпой на кого-то напал?
        — Напали.  — Храп выругался.  — Емелю подкараулили вчера. Всем скопом набросились, как стая бешеных собак.
        — Емеля — это целитель, помощник Семена?
        — Он самый. Не хотят они понимать по-хорошему — будем учить по-плохому.
        — Неприятно,  — согласился я.  — На меня вчера тоже двое напали. Из «Свободы». У нас с ними тоже война. Но им не повезло, что рядом мой друг был.
        — «Свобода», говоришь… Слышали. Методы у них ничуть не лучше, чем у «Северного».  — Он встал и улыбнулся.  — Хочешь, пошли с нами. Посмотришь, как мы сегодня погуляем у них в здании клана.
        — Не, я домой. Спать очень хочется. Всю ночь по канализации бегал. Да, хорошо, что вспомнил.  — Я положил на стол римский шлем.  — Нашел вчера.
        Храп поднял шлем и, сдвинув подстежку, нашел клеймо. Точно такое же, как на всех его изделиях.
        — Сорокин шлем… Где нашел?
        — Подземелья под замком. Оборотни говорят, туда кто-то тела сбрасывает, гулей кормит.
        — Сорока ведь после того боя в храме так и не появился. И еще двое. Зевс каждый день лично ходит, ждет, что вернутся… Можешь оставить себе, шлем хороший.
        — Нет, спасибо. Он это… выделяется слишком. Да и на мою драконью морду не налезет.
        — Зря,  — Храп убрал шлем под стол,  — на заказ делал. Второго такого не найдешь. Ну ладно. Сделаю тебе на «драконью морду». Из корунда. Осталось у меня немного материала. Давай, превращайся. Сейчас мерку сниму, дней через пять-шесть заберешь…


        — Митя, это ты?  — На задний двор вышла Маруся, удивленно глядя, как огромный волк расправляется с половиной туши поросенка.
        — Ага,  — отозвался я.  — Вот, знакомься, мой питомец. Кличку я ему, правда, еще не придумал.
        Волк на секунду оторвался от трапезы и бросил короткий взгляд на Марусю. Ел он довольно быстро, отрывая от туши большие куски и глотая их, даже не пережевывая.
        — Ездовой волк, Неко говорила.  — Она вытерла руки о фартук и пристроилась рядом со мной на ступеньку.  — Ты зря мясо покупаешь. Дорого ведь. Проще в Мокрый лес сбегать и кабана или там оленя поймать. Они все равно людей не боятся и прям под руку лезут.
        — В следующий раз — обязательно,  — устало вздохнул я.  — Неко не сильно ругалась, что я вчера сбежал?
        — Не сильно. Мог бы предупредить…
        Пару минут мы сидели молча. Волк закончил трапезу, развернулся и скрылся в проулке между домами, откуда и появился.
        — Ни тебе спасибо, ни до свидания,  — улыбнулся я.  — Все, я спать. Разбудите вечером к ужину.
        — Подожди минутку. Хочу тебя попросить. Сходи в гильдию орков и забери Кратоса. Василий еще утром куда-то умчался.  — Она уловила мой недовольный взгляд.  — «Свобода» его всю неделю караулит. У них штаб там недалеко. Как бы чего плохого не случилось…
        По идее, орки своего собрата в обиду не дадут, пусть даже «Свобода» всем кланом на их территорию зайдет. На своей земле даже воюющие между собой орки драк не затевали. Но только между собой. Любому не-орку они были готовы бить морду в любое время суток. А если я правильно помнил, в «Свободе» орков не было. Как и в других кланах, с которыми Полковник открыто враждовал.
        Где-то на полпути в район орков, на небольшой площади старого рынка, мое внимание привлекло небольшое столпотворение горожан, стражи и героев. Причем стражи и героев было куда больше, чем зевак. Обычно все в точности наоборот. Приметив в толпе знакомых типов из «Свободы», я уже решил обойти их стороной, но среди собравшихся выделялся один-единственный орк, которого они, собственно, и окружили.
        Свернув в небольшой закоулок между домами, я быстро сменил облик. Еще пару минут потребовалось, чтобы надеть броню. Толпа на площади гудела, но не кричала, значит, время еще было. То ли у «Свободы» не было никого с таким маленьким уровнем, то ли они решали, кто первый будет драться с Кратосом. За три недели нашего отсутствия он успел поднять всего семь уровней.
        Пока я шел сквозь толпу, расступавшуюся передо мной, было немного страшно, но стоило выйти на открытую площадку, страх сразу отступил. Даже наоборот, появилось большое желание нарваться на драку.
        Едва заметив меня, Кратос воспрянул духом. В руке он сжимал длинную палку, ощетинившуюся кривыми гвоздями. Оружие настоящего орка.
        — Привет.  — Игнорируя двух нубов десятого уровня, я прошел к нему.  — Маруся волновалась, что ты задерживаешься… Я смотрю, странное собрание вокруг тебя…
        — Привет.  — Он взглядом указал куда-то за мою спину.  — Я уже домой шел, а они все разом выскочили…
        — Чего это дуэли новичков стали такими популярными?  — громко спросил я, оглядывая собравшихся вокруг героев.
        — Быстро ты.  — К двум новичкам в центре круга добавились еще трое героев. Два моих знакомых, с которыми разобрался Яша, и еще один, шестьдесят пятого уровня. Его я раньше не встречал. Из всех присутствующих он был не самым высоким по уровню, но делал такой вид, как будто главный в этом районе города.  — А мы только послали за тобой. Или бегом бежал?  — Он коротко рассмеялся.
        — Не в курсе, о чем ты,  — сказал я.  — Но я — вот. Чего хотели?
        — Того же, что и ты сделал с нашими друзьями. Отправить к точке возрождения. И тебя, и его, и весь ваш клан.
        — Ну-ну. Дело ваше. Кто первый? Эти двое?  — Я погрозил им мечом.
        Пока городская стража была рядом, можно было не опасаться, что они нападут на нас всем скопом. Максимум, что они могли, так это выставить против нас с Кратосом двух своих воинов, выше меня на десять уровней. Славы и уважения это «Свободе» не добавит, но заморачиваться и подыскивать для нас игрока кого-нибудь соответствующего уровня они явно не будут.
        Я оказался прав. Все, кроме двух моих знакомых, отступили к толпе, и звук снаружи круга сразу стих. Воин с исковерканным русским именем Баромир пытался что-то еще сказать, но поздно понял, что мы его не слышим.
        — Отойди в самый край площадки.  — Я оглянулся на Кратоса.  — Главное — не мешай и в бой не ввязывайся.
        — Хорошо.  — Он кивнул и попятился.
        Мне вспомнился бой Елизаветы, в который я влез без спроса. Наверное, тогда она думала точно так же, как и я сейчас. Любой из наших противников мог убить Кратоса всего одним ударом. Главное, чтобы он оказался не так вспыльчив, как я.
        Взмахнув пару раз мечом, я медленно пошел навстречу более молодому герою. Хоть по уровню мы были равны, в этом мире он наверняка прожил намного дольше.
        Я еще не успел приблизиться, а он уже шагнул мне навстречу и дважды широко рубанул своим мечом, вспарывая воздух в метре от меня. Закончив атаку, он отпрыгнул, и в бой вступил его старший товарищ. Та же странная атака, и все тот же метр между нами. И вновь они поменялись. Теперь более молодой бросился на меня очертя голову. Рассекающий удар, которому меня научил Никон, получился не таким быстрым, как у Калиныча, но молодой заметил его слишком поздно и не успел среагировать. Он даже не остановил свой удар, чтобы отскочить назад. Драконий клинок без труда распорол его кольчугу, нанеся смертельную рану. Парень вскрикнул и растаял в воздухе.


        Кратос попятился, хмуро глядя, как два воина «Свободы» пытаются обойти Митра. Что самое странное, его это нисколько не беспокоило. Кратос уже успел посмотреть на поединки героев разных уровней и даже поучаствовать в одном, и он с уверенностью мог сказать: со стороны подобное наблюдать было куда интереснее и безопаснее. Даже будучи бессмертным, умирать было неприятно.
        Вот один из воинов бросился на Митра и едва не достал его двумя быстрыми атаками. Когда он отпрыгнул, в атаку бросился второй. Митр подался немного назад, и еще два удара прошли в каких-то сантиметрах от него. В тяжелой броне дракон казался неповоротливым, но Кратос поразился спокойствию, с которым тот ушел от ударов. Он слышал от Маруси, как Митр расправился с двумя героями, намного превосходящими его по уровню, и все гадал, насколько силен дракон в бою. Но он и не предполагал, что это будет так захватывающе и так пугающе одновременно.
        Молодой воин снова бросился в атаку, но едва приблизился на расстояние удара, Митр атаковал. Молниеносно. Горизонтальным ударом он почти разрубил противника пополам, затем, не останавливаясь, бросился на второго. Взмахнув крыльями, он прыгнул вперед, со звоном отбивая в сторону меч противника и косым ударом сверху вниз отправил того к точке возрождения. В круг уже забегал следующий воин, но, не успев прийти на помощь товарищу, остановился, дожидаясь подкрепления.
        На этот раз уровень героев, вышедших против Митра, был сорок пятым. Воин со щитом и карлик с парными мечами выбрали ту же тактику, что и предыдущая парочка, пытаясь обойти его с двух сторон. Воин, скорее всего танк, что-то выкрикнул, ударяя мечом по щиту и выставляя его вперед. В этот самый момент карлик прыгнул на дракона сзади и едва не нарвался на широкий замах мечом. Митр явно не рассчитал рост карлика, и тот, проскочив под замахом, ударил из не очень удобной позиции. Его меч со звоном скользнул по черной броне, не оставив на ней даже царапины. Второй удар с тем же результатом пришелся вскользь по ноге дракона. К этому времени меч Митра описал дугу и обрушился на коротышку сверху.


        Неко бежала сквозь толпу, расталкивая ее локтями, не обращая внимания на недовольные возгласы. Перед дуэльной площадкой людей было еще больше. Приметив Елизавету, Неко протиснулась к ней, с силой оттолкнув кого-то из нубов.
        — Ну?  — требовательно спросила она, прекрасно видя, что происходит.
        В центре площадки стоял Нямкас, прикрывая Митра, который тяжело дышал. Выглядел он неважно. Несколько стрел засело у него в спине, насквозь пробив крылья. Еще одна, обломанная под основание, застряла в плече. Крупных ран Неко не увидела, но, судя по пробитой в нескольких местах броне, они были. Нямкас же отделался ожогом щита да опаленными доспехами. Если маг, с которым он дрался, использовал огненные заклинания, то Неко ему уже сочувствовала. Доспехи, которые Нямкас собирал больше года, имели превосходное сопротивление любому огненному урону.
        На противоположном краю площадки для боя, что-то обсуждая, стояли заместитель главы «Свободы» и тот самый маг, чей рейд в канализацию сорвал Митр.
        — Они что, последнюю совесть продали?  — возмутилась Неко.  — А ну пусти меня, сейчас я подпалю их поганые душонки!
        — Не торопись.  — Магнум положил ей руку на плечо.
        — Как всегда, вспыльчива и нетерпелива.  — Женевьер взяла ее под руку и довольно улыбнулась, видя удивленный взгляд Неко.
        — А вы чего здесь забыли?  — Неко огляделась, прикидывая, сколько здесь героев из «Семи звезд».  — У вас свой праздник намечен, так что…
        — Тсс…  — Женевьер приложила палец к губам.  — Начинают.
        Похоже, Баромир и его напарник решили, что делать, и бросились в атаку. Маг сотворил большое сдерживающее заклинание, в то время пока Баромир обходил Нямкаса по кругу, намереваясь первым напасть на Митра.
        Обычно чем ниже уровень противника, тем эффективнее действовали на него всевозможные заклинания. И почти любое заклинание могло запросто убить Митра и доставить немало хлопот Нямкасу. К большому удивлению мага, а также большей части присутствующих, кто разбирался в магии, заклинание на дракона не подействовало.
        Баромир был представителем немногочисленного класса воинов, носящих тяжелые доспехи, при этом совсем не годящихся на роль танка. Небольшой запас ударов и финтов делали его не таким эффективным в бою, как более легкие его собратья, зато давали гораздо большее преимущество в защите.
        Без труда оббежав застрявшего Нямкаса, он напал на Митра, намереваясь сразить его стандартной для всех воинов серией ударов…


        Выносливости мне явно не хватало. После небольшой передышки, когда я уже подумал, что нас отпустят восвояси, «Свобода» выставила очередную пару, намереваясь взять меня измором. Подстроиться к каждому противнику была та еще морока. С магами и единственным лучником пришлось тяжелее всего. К слову, лучник оказался самым результативным. Уследить сразу и за ним, и за воином, наседающим на меня, было очень сложно. Больше всего мешал наконечник стрелы, засевший в ноге. Он отдавал резкой болью при каждом шаге. Да и стрела в спине сковывала движения.
        Откуда посреди боя вынырнул Нямкас, было непонятно, но он в прямом смысле спас меня. Ухватив Кратоса за ремень, он буквально вышвырнул его за круг. Пока я возился со своим воином, он в два счета расправился с лучником, и только когда отвлек моего противника, я смог достать того «рассекающим ударом».
        Не мог представить, что этот «рассекающий удар» окажется так хорош. Обычно одной точной атаки хватало, чтобы вывести из боя любого противника. Плохо было то, что удар требовал слишком много сил, и выдохся я уже после пятого.
        Хоть с появлением Нямкаса уровни наших противников резко подскочили, я был ему искренне рад. Может быть, он применил какое-то особое умение, но мне стало намного спокойнее. Сейчас мне казалось, что могу полностью положиться на него и не важно, что произойдет,  — он всегда прикроет меня в трудную минуту. Даже усталость отошла куда-то на второй план.
        Баромир наконец перестал сверлить нас взглядом и решил напасть. Он рванул по кругу, оббегая Нямкаса. Маг что-то колдовал, но я сбросил его со счетов. Любые боевые заклинания сейчас были почти неэффективны, так как летели исключительно в щит Нямкасу. Добравшись до меня, Баромир сразу же полез в атаку. Судя по всему, в арсенале у него были все те же неуклюжие удары, что и у предыдущего воина. Удар снизу, шаг вперед, замах сбоку, еще шаг вперед, замах с противоположной стороны. Мне приходилось лишь пятиться. За первой серией сразу последовала вторая, со сменой направления ударов. Дождавшись, когда его рука ушла вниз, я шагнул вперед, делая короткий выпад. Попал. Мой меч проткнул его плечо, в то время как его кинжал ударил меня справа в бок, прямо под руку. Как он умудрился атаковать, я даже не заметил. Взревев от боли, я выпустил меч и ударил его левой рукой, срывая шлем. Сзади что-то громко взорвалось, бросив меня на землю и обдав обжигающим пламенем.


        — Все, все, концерт окончен!  — громко сказал Магнум, едва защита с импровизированной арены спала. Он демонстративно зашагал к раненому Митру.  — Зевс, отгони этих! А кто будет возмущаться, с теми особо не церемоньтесь.
        Неко и Елизавета обогнали его, первыми подбегая к Митру и переворачивая его на спину. Следом подоспел Семен, применяя целебную магию. Второй целитель из его команды занялся ожогами Нямкаса.
        — Ты!  — Оставив Митра, Неко подошла к Магнуму и даже умудрилась ткнуть в него пальцем.  — А раньше вмешаться никак нельзя было?
        Между ними тут же появилась Света, грозно глядя на Неко.
        — Раньше?  — Магнум поскреб щетину на подбородке.  — Как-то не решился. Интересно было, раскидают они вдвоем всю «Свободу» или нет.
        — У!  — Неко сжала кулак, бросила на них свирепый взгляд и ушла к Нямкасу.
        Люди Магнума уже оттеснили толпу и при поддержке стражи начали выгонять ее с площади. Из толпы выскочил Никон, с широкой улыбкой на лице. Даже без слов было понятно, что он хочет сказать: «Я же говорил!» С противоположной стороны, разгоняя толпу, показался Пастер на своей низенькой лошадке. Сразу за ним образовалась давка, но Зевс уже был там, пропуская за оцепление группу паладинов.
        — Кто еще придет?  — коротко рассмеялся Магнум.
        — А кто его знает?  — Никон приветственно кивнул Нямкасу и запоздало развел руками.  — «Ночные медведы» — вряд ли, но все может быть…
        — Шумно здесь.  — Магнум указал на вывеску ближайшей забегаловки, где обычно собирались орки.  — Пастер, вы с нами?
        — С вами,  — кивнул он, передавая поводья одному из своих людей.  — Опоздал…
        — Это ты, конечно, зря,  — рассмеялся Магнум.
        Десять минут спустя все уже сидели за столом в просторном зале кабака, слушая рассказ одного из людей Магнума, который стал первым случайным свидетелем разборки кланов. Точнее, разборки «Свободы» и Митра. Неко все еще недовольно сверлила взглядом главу «Семи звезд», остальные же внимательно слушали, стараясь не перебивать рассказчика. Хозяин заведения, «орк местного разлива», как назвал его Зевс, появился лишь в самом начале. Удостоверившись, что посетителям ничего не нужно, он скрылся в подсобном помещении, откуда решил не выходить ни при каких обстоятельствах.
        — Однако,  — первым нарушил тишину Пастер, явно расстроенный, что так поздно появился.  — Кто этих анархистов еще поддерживает?
        — Да никого вроде не осталось,  — сказал Зевс.  — Всех распугали.
        — Новичков у них много,  — сказал Магнум, сразу поняв намерения Пастера.  — Попробуем переманить адекватную их часть к себе. Ну а потом можно и морду бить.
        — Вы со своими проблемами разберитесь сначала,  — сказала Неко.
        — Еще пару дней — и король вмешается,  — спокойно ответил Магнум.  — С «Северным ветром» мы всю историю — на ножах, так что ничего существенного не изменится. Что с войной, что без нее. Ну а «Наглый кот» может свободно войти в наш Альянс.
        — Заманчиво, конечно,  — сказал Нямкас.  — Будет ли толк вам от такого маленького клана?
        — Толк?  — Магнум рассмеялся.  — А того, что мы сегодня видели, разве мало? Да не сверли ты меня так взглядом,  — отмахнулся он от Неко.  — Сколько лет прошло?..
        — При чем здесь прошлое?  — возмутилась она.  — Если ты хочешь использовать Митяя в своих войнах, то можешь выкинуть эту мысль из головы раз и навсегда.
        — Что-то долго они возятся. Пойду гляну.  — Никон собрался выходить, но в помещение заглянул Семен.
        — Магнум, я на полчаса в храм отлучусь. Без меня не начинайте.
        — Что-то серьезное?  — спросил Никон.
        — Ничего такого. Странно только. Отравлен он чем-то. Причем уже день или два.
        — Быть не может,  — сказала Неко.  — Никого ядовитого мы позавчера не били. Разве что ночью…
        — Полчаса подождем,  — кивнул Магнум.  — Хрума возьми и кого-нибудь из его зеленокожих братьев.
        — Я с вами.  — Неко выбежала вслед за Семеном. Никон хотел было пойти следом, но вздохнул и вернулся за стол.


        Резко проснувшись, я сел, пытаясь осознать, что произошло. Понадобилось несколько минут, чтобы понять, что я не умер, а значит, все хорошо. Странно, почему именно эта мысль была первой. Золото подо мной начало рассыпаться, едва я попытался встать. Вот уж не думал, что его набралось столько, чтобы я не только смог спокойно уместиться на нем, но даже выспаться.
        В желудке требовательно заурчало. Выкинув все мысли по поводу того, что делать со всем этим добром, я решил сначала позавтракать или пообедать. А может, и то и другое разом.
        В гостиной за столом, держа книгу в одной руке, а ложку — в другой, задумчиво сидел Кратос. Маруся как раз накрывала на стол.
        — Доброе утро.  — Я сел за стол, сразу пододвигая к себе тарелку с молочной кашей. Вообще-то я ее не очень любил, но на пустой желудок даже она показалась удивительно вкусной.
        — Доброе,  — Маруся вручила мне ложку.  — Кушай на здоровье.
        — Кратос, привет.  — Увлекшись чтением, он даже не заметил меня.  — Как вчера все закончилось?
        — В нашу пользу.  — Он отложил книгу и немного странно посмотрел на меня.  — Нам «Семь звезд» помогли. Они сразу всех прогнали, когда тебя ранили…
        — Да? Магнум приходил? Надо будет сказать ему спасибо… Слушай, мне кажется или ты похудел?
        — А, да.  — Он смутился.  — Килограмм пятнадцать сбросил. Я и на диете сидел, и в спортзал ходил все без толку.
        — Надо было в спортзал ходить чаще, чем раз в месяц,  — язвительно сказала Неко, спускаясь со второго этажа.  — Скажи спасибо, что к оркам попал. Еще месяц, максимум два — и будешь в отличной форме.
        — Если бы я знал, что вы меня обманете, ни за что бы к ним не пошел,  — недовольно сказал Кратос.  — Вы даже не представляете, как мне там тяжело. Мало того что старшие постоянно издеваются, так еще и работать за себя заставляют.
        — А еще тренироваться,  — кивнула Неко.  — Тебя Полковник надолго отпустил? Зачем вообще надо было домой идти?
        — Он и не отпускал,  — уже тише добавил Кратос.  — Я сам сбежал. Там кормят плохо и кровати маленькие.
        — Это ты еще маленький, а не кровати,  — вздохнула Неко. Маруся вместо каши налила ей горячего чаю и положила на стол блюдце с печеньем. Молочное Неко любила еще меньше, чем я.  — Сегодня же вернешься в свою гильдию.
        — Не хочу быть орком.  — Он уловил ее взгляд и принялся за кашу.  — Хочу быть драконом, они сильные.
        — И глупые,  — закончила за него Неко и вопросительно посмотрела на меня.  — Чем сегодня планируешь заняться?
        — Пока не знаю, но уверен, скучать не придется. Нямкас дома?
        — Нету. Ушел еще затемно. Ну а ты, как поешь, дуй в свою гильдию и чтобы месяц оттуда выходить и не думал. Ты вообще тренироваться собираешься или нет?
        Я и не спорил, потому что сам решил заняться тренировками. Главное — уговорить Никона позаниматься со мной индивидуально. Тем более что ни в какие авантюры я больше влезать не собирался.
        В отличие от меня новички гильдии паладинов тренировались ежедневно. Я им даже немного завидовал. Кстати, с приходом последней партии новичков набор в паладины существенно вырос. В том смысле, что воины обычно набирали раза в три больше рекрутов, но в этот раз мы их почти догнали. Среди прочих рекрутов были даже две воинственно настроенные девушки.
        Когда я заглянул в гильдию, новички как раз собрались на тренировочной площадке, потеснив моих друзей, и под руководством наставника избивали беззащитный манекен. Уголек и Леший к этому относились спокойно, а вот Юпитер был явно недоволен.
        — Отчего такое кислое выражение лица?  — спросил я, пожимая им руки.  — Не пускают на площадку?
        — Никон обещал позаниматься сегодня с нами,  — проворчал Юпитер.  — А эти нубы с самого утра площадку заняли.
        — Ну мы сами-то недалеко от них ушли. Уголек, ты когда успел уровень потерять?
        — Убили.  — Он пожал плечами.  — В шахтах. За рудой ходили…
        Минут через десять, пока мы наблюдали за новичками, появился Никон. Сегодня он выглядел еще более жизнерадостным, чем обычно.
        — Митяй, молодец, что пришел.  — Он махнул нам рукой.  — Ну что, ребята, топайте за мной. У нас будет совместная тренировка.
        В закрытом спортзале Никона уже ждали нас Елизавета и Земляничка. В воздухе между ними витало какое-то напряжение. Юпитер сразу оживился при виде девушек.
        — Значит, так.  — Никон выгрузил из личной сумки тренировочные мечи. Если я правильно помнил с нашей прошлой тренировки, они были раза в полтора тяжелее обычных.  — Сегодня у нас будут одиночные и парные тренировочные бои. И никаких умений, специальных ударов и тому подобного. Юпитер, все понятно?
        — Ага.  — Он быстро закивал.  — А можно мне в паре с Земляничкой?
        — Для начала смени свой доспех на кольчугу. И накладки тоже снимай. Уголек, можешь оставаться гномом. А теперь разбились на пары. Юпитер, шлем оставь и — хорошо, можешь выбрать Елизавету. Митя с Земляничкой, она ближе всего тебе по уровню.
        — Не переживай,  — Земляничка коротко улыбнулась и пару раз взмахнула мечом,  — я буду осторожна.
        Самое сложное в подобной тренировке — драться в полную силу. Меч, пусть и учебный, может запросто оставить серьезную рану. Когда я дрался с Никоном, об этом можно было не переживать, так как мои удары по нему просто не попадали, а вот с другими было сложно. Но Земляничка всего за пару минут убедила меня не сдерживаться. Полуторный меч был ее излюбленным оружием, поэтому более легкий его собрат порхал в руках словно невесомый.
        Стиль боя Землянички разительно отличался от расчетливого боя Никона. Он был гораздо агрессивнее и жестче. Пару раз схлопотав по рукам, я серьезно задумался, чтобы достать из сумки щит. Мои же удары наталкивались то на жесткий блок, то на какое-то странное скольжение, после чего я оставался совершенно открытым и получал увесистый удар в корпус.
        Первым сдался Юпитер. Елизавета его совсем не жалела и лупила мечом по кольчуге, пока он не попросил пощады. Во время небольшой передышки я заметил, что она дралась очень отчаянно. Хотя учитывая, сколько раз ей пришлось погибать на дуэлях, удивительно, как она вообще согласилась на эту тренировку. Когда подошла моя очередь драться с ней, я хотел быть как можно более сдержанным, но почти весь бой мне пришлось защищаться и пятиться.
        Вот с другими новичками мне было гораздо проще. Когда есть с чем сравнивать — легко понять, что им предстоит еще многому учиться. Как и мне, впрочем.
        — Все, перерыв на обед,  — объявил Никон, видя, что сил у нас уже нет. Юпитер последние полчаса даже не вставал с пола, притворившись мертвым,  — продолжим через час.
        — Может, в душ?  — спросила Земляничка у Елизаветы, но та лишь отмахнулась.
        Юпитер, кряхтя, поднялся и, к моему удивлению, расплылся в довольной улыбке.
        — Супер потренировались.  — Он подтолкнул ногой учебный меч.  — Митр, слушай, а правда, что у драконов всего одна жизнь?
        Все в зале, не сговариваясь, удивленно посмотрели на него. Он даже опешил от такого внимания.
        — А чего такого?  — Он пожал плечами.  — У нас все про это сейчас говорят. Двадцать тысяч ведь огромные деньги. Вот я и подумал: сложно, наверное, если умирать нельзя…
        — А ну-ка, расскажи поподробнее.  — Елизавета в два шага оказалась рядом с ним, глядя как-то недобро.
        — Ну… это… что рассказывать-то?  — Юпитер немного попятился.  — У нас говорили, что вчера драка большая была, и дракон там… Говорят, его никто так и не победил, хоть награда аж в двадцать тысяч золотых. Китаец, он у нас в гильдии убийц работает, сказал, что оплатили анонимно, сразу всю сумму. За голову…
        — Все понятно,  — сказал Никон.  — Идите обедать. Через час чтобы как штык.
        Когда парни ушли, Земляничка расстелила на полу покрывало, раскладывая по тарелкам запеченную курочку. Помещение сразу наполнилось ароматом, от которого потекли слюнки.
        — Интересно, кто тебя так ценит?  — спросил Никон, устраиваясь на покрывале.  — Ладно, не переживай, садись. Елизавета, и ты.
        — Скажи лучше, кто эти слухи распускает?  — сказала Елизавета.  — «Свобода»?
        — Не исключено.  — Никон вручил мне тарелку.  — Вот черт, обидно, однако. Обставил нас с Маркизом.
        — Шутки у тебя дурацкие,  — бросила Елизавета.  — Ну а ты чего молчишь?
        — А я что?  — Я пожал плечами.  — Неприятно, не спорю. Спокойной жизни теперь не видать…
        — Я что хотел предложить,  — сказал Никон, не отрываясь от обеда,  — мы с Магнумом посоветовались и решили посодействовать скорому повышению твоего уровня. Вы в рейд куда ходили? На юг? Неплохо, но есть места и получше. Можно за месяц минимум десять уровней поднять. А если постараться, то и все пятнадцать. Когда страсти поулягутся, вернешься.
        — Ну я не против, но обещал в рейды только с кланом ходить.
        — Да не вопрос, можете все идти. Так даже лучше.
        — Вот вы где.  — В зал заглянул незнакомый мне паладин лет тридцати и, махнув кому-то рукой, зашел, голодными глазами глядя на остатки курицы.  — Приятного аппетита. А почему нет?
        — Потому что на вас я не рассчитывала.  — Земляничка быстро переложила два оставшихся куска мне и Никону.  — Вы чего здесь забыли?
        — Лиза!  — В зал вбежал еще один парень.  — Вот ты где. А мы тебя искали.
        Оба паладина выглядели как братья-близнецы. Невысокого роста, с одинаковой прической и даже в одинаковых кольчугах. Говорили они с заметным английским акцентом.
        — Мы не знакомы?  — Один из них уселся между мной и Елизаветой. Пришлось немного потесниться.  — Нэйлс. Это мой брат Хартман.
        — Митр. Очень приятно.
        — Братья — наши люди в Бруклине,  — сказал Никон.  — Несколько раз в году возвращаются, чтобы повидаться с Елизаветой.
        — Никон!  — Нэйлс недовольно посмотрел на него.  — Я же просил про Бруклин никому не рассказывать. Это секрет.
        — Да ладно вам, Митяй — наш человек.  — Никон махнул рукой.  — Братья-эмигранты раньше жили в Чикаго. А когда тут оказались, сразу отправились искать историческую родину. Кстати, вы Маркиза нашли?
        — Нашли.  — Хартман нахмурился.  — Здесь он, в городе. Уже как месяц.
        — Брось,  — удивился Никон,  — я бы точно знал, будь он в городе.
        — Тут он,  — поддержал брата Нэйлс,  — в замке. Точнее, под ним.
        — В темнице, что ли?  — удивился я.  — Когда я там был, позавчера, вроде всего два узника было. Один — Николаевич, второго я, правда, не видел.
        — Ты был в темнице?  — прищурилась Елизавета.
        Я запоздало прикрыл рот ладонью.
        — В любом случае что он там делает?  — спросил Никон.  — Магнум бы обязательно узнал об этом.
        — Ну явно не отдыхает,  — вздохнул Хартман. Они с братом постоянно говорили по очереди. Одну фразу — он, вторую — брат.  — Я кое с кем поговорил… В общем, его хотели казнить сегодня, но кто-то трибуны и эту, головотяпку, разрушил. Еще дня три восстанавливать будут.
        — Ага, мы бы не узнали, если бы не этот факт,  — закивал Нэйлс.
        — Герои же бессмертны?  — не понял я.  — Какой смысл его казнить?
        — Шанс воскреснуть после казни — всего процентов сорок,  — ответила Земляничка.  — И это если человек не виновен в том, в чем его обвиняют. Ну а раз мы о Маркизе говорим, маловероятно, что его после этого сошлют на каторгу.
        — Ты в темницу попал как?  — спросил Никон.
        — Через подземелье. Только мы там пошумели. Очень. Поэтому — не вариант. Только если с боем, сквозь дворцовую охрану…
        — Как ты сам говоришь, тоже «не вариант»,  — ответил Никон.  — Вы Магнуму говорили?
        — Ага,  — кивнул Хартман.  — Он за тобой послал. Нет, Елизавета, ты не думай, мы сперва тебя искали. А его — так, попутно…
        — Хорошо, идем. Митяй, и ты с нами.  — Никон встал.
        — Ну вот,  — я вздохнул,  — а я так рассчитывал больше ни во что не ввязываться…


        Слухи о награде за мою голову распространялись с пугающей быстротой. Я еще не успел выйти за ворота клана, а мне уже предложили две дуэли. Хорошо хоть не пришлось отказываться. В первом случае на несчастного героя тридцатого уровня наехали братья-американцы. Во втором случае Никон пообещал одному воину, караулившему меня у ворот гильдии, что лично переломает тому ноги и заставит так ползти через весь город к храму.
        — Нубу зря отказали,  — говорил Хартман.  — Прибил бы по-быстрому, и еще десять отказов от дуэлей в кармане. Вот бы и нам в ваш клуб «Десять с плюсом» попасть. Было бы весело.
        — А какая награда за Митра?  — спросил Нэйлс и, услышав сумму, едва не споткнулся.  — Не, у нас столько денег нет.
        — Эти идиоты сами за свои головы награду вносят,  — пояснил для меня Никон.  — Стабильно раз в месяц. Только на парные бои выходить против них никто желанием не горит.
        — Почему, время от времени кто-то да появляется,  — спокойно сказал Хартман.  — Вон, когда мы из Бруклина уходили, как раз одна парочка нашлась. Крепкие ребята оказались. Митр, ты не бойся, мы своих в обиду не даем.
        — Никон, я понимаю, сумма награды не маленькая, но там ведь Пастер был,  — сказал Нэйлс.  — Можно было спокойно его оставить. Потренировался бы…
        — Митр нам может помочь с Маркизом.
        — Правда?  — Оба брата вопросительно посмотрели на меня, пытаясь понять, что во мне такого, что я смогу помочь.
        — Скажите, а в Бруклине — как и в Изумрудном?  — Я решил сменить тему.
        — Такая же байда,  — сказал Нэйлс.  — Законы те же, только суд открытый, показательный. И короля нет. Все важные вопросы решаются на собрании большой тройки. В смысле — трех самых крупных кланов.
        — Скажи проще, демократия у вас, причем в самой неприятной ее форме,  — вставил Никон.
        — Я тоже считаю, что монархия лучше,  — сказал Хартман.  — Только если монарх адекватен. У вас, я смотрю, он не слишком торопится решать проблему с внутренними войнами.
        В здание клана мы попали удачно. Магнум пару минут как вернулся из канцелярии, но пребывал в скверном расположении духа. Это было заметно даже по тому, что коридор первого этажа был почти пуст, а те, кто не успел скрыться, передвигались на цыпочках.
        Перед кабинетом Магнума нерешительно топтался Калина. Заметив нас, он оживился и замахал руками.
        — Вовремя,  — шепотом сказал он, кивая на дверь.  — Зевс пытается его успокоить, но…
        Никон без стука зашел в кабинет, приглашая нас следом. Магнум, в своем красном доспехе, сидел за столом, закинув на него ноги. Зевс сидел в кресле напротив, скрестив руки на груди. Оба выглядели так, словно готовы растерзать любого, кто попадется на глаза.
        — Представляешь, этот…  — Магнум выругался,  — все знал, но ничего мне не сказал. Целый месяц делал вид, что ничего не происходит!
        — Ленин?  — все же спросил Никон.
        — И кто он после этого? Друг? Ха!
        — У нас еще два дня,  — сказал Зевс.  — Что-нибудь придумаем.
        — Ну так придумай, мы ждем. Давайте все сядем, помолчим, а то вспугнем толковую мысль нашего стратега.
        — А с королем договориться?  — спросил Нэйлс.  — Может, он войдет в наше положение?
        — Еще идеи будут?  — Магнум обвел всех взглядом, на секунду задержавшись на мне.
        — Митр говорил, через катакомбы под дворцом можно пройти в замок,  — сказал Никон.  — Можно вломиться, вытащить Маркиза, а потом как-нибудь разрулим эту ситуацию. Извинимся, штраф уплатим…
        — Вход, говоришь?  — Магнум задумался.
        — Я могу попросить крыс-оборотней, чтобы они посмотрели — усилили стражу или нет,  — предложил я.  — Все может быть. Если они не откажут. Там падальщиков много, а лишний раз сталкиваться с ними оборотни не хотят.
        — Проверяй,  — согласился Магнум.  — Все, что крысы захотят в обмен на помощь, дам.
        Больше толковых предложений не последовало. В то, что можно второй раз вломиться в темницу, я не верил. Магнум, скорее всего, тоже. Я все еще считал, что мой первый визит прошел слишком легко. И если стража в замке была не так глупа, как их городские собратья, моя выходка окажется первой и последней.
        Вопрос освобождения Маркиза медленно перешел к насущным делам клана, поэтому мы с американцами откланялись и направились на переговоры с оборотнями. Никон настоял, чтобы они пошли со мной. Как оказалось, оба брата состояли сразу в двух кланах, один из которых находился в Бруклине, второй, собственно,  — «Семь звезд».
        — Я хотел спросить, а что такого натворил Маркиз?  — спросил я, когда мы вышли из здания.
        — Одно из самых страшных преступлений, за которые наказывают каторгой не только здесь. Попытка узнать правду об этом мире,  — сказал Хартман.  — А раз дошло до публичной казни…
        — …значит, он узнал что-то такое, чего знать никому нельзя,  — закончил я за него.
        — И это плохо,  — хмуро сказал Нэйлс.  — И ведь знали же, что этим все кончится. Надеюсь, обойдется без кровопролития.
        — А что, есть повод волноваться?  — Я удивленно посмотрел на братьев.
        — Магнум ради своего друга весь город перевернет. А за Магнумом пойдет весь клан. Ну мы-то точно пойдем.
        — Даже не представляю, чем смогу помочь в данной ситуации,  — сказал я.  — Но я должник Магнума и сделаю все, что в моих силах.
        — Ну ты и наглый, новичок,  — Нэйлс рассмеялся, хлопнув меня по плечу.  — Говорить так о самом могущественном клане Изумрудного, даже не состоя в нем…
        — Прозвучало так, словно ты нас недооцениваешь.  — Хартман хлопнул меня по другому плечу.  — У Магнума есть чем надавить на короля. А раз он зол, значит, не хочет это использовать. В противном случае мы бы уже брали замок штурмом.
        — А у вас это звучит так, словно вы сами в этом не уверены. Не беспокойтесь, с моей помощью все получится.
        — Он мне определенно нравится,  — сказал Нэйлс брату.
        — Дракон с одной жизнью и наградой за голову в двадцать тысяч? Да он мой кумир!  — Братья захохотали, словно сказали что-то очень смешное.



        Глава 14

        — Надо бы целителя хорошего,  — Нэйлс потянул на себя створку решетки, закрывающей путь в канализацию,  — и мага.
        — Все нормально,  — уверенно сказал я, проходя первым.  — Сколько раз тут был, окромя гулей, ни одного страшного монстра не видел.
        — И сколько раз спускался?  — заинтересовался Хартман. Он снял со стены фонарь и протянул его мне.
        — Раз пять, может, шесть.  — Я бросил взгляд на оружие в их руках.
        — Да мы знаем,  — отмахнулся Нэйлс.  — Крыс не бить. Мы же вроде как к ним в гости собрались. В Бруклине пару раз брали у них квесты. Муторное это дело — добиваться их расположения. Они же как сороки, тащат к себе все, что блестит да плохо лежит. Есть шанс получить в награду что-нибудь уникальное…
        Я все еще плохо ориентировался в замкнутом пространстве узких туннелей, но пару ориентиров запомнил. Обычно у ответвлений в «квартиры» оборотней фонарь был всего один. И располагался он так, чтобы не светить в проход. В любом другом случае можно было нарваться на кого-нибудь менее дружелюбного.
        Минут за десять мы нашли нужную развилку, откуда до дома Леси оставалась пара поворотов. Что касается опасений братьев, то они оправдались лишь частично. То есть по пути нам попалась всего одна летучая мышь-переросток, которая сразу же скрылась, едва они обнажили оружие.
        — Не нравится мне все это,  — сказал Хартман, разглядывая что-то в темноте одного из коридоров,  — слишком тихо.
        — Тсс, идет кто-то.  — Нэйлс приложил палец к губам.
        — Митя!  — радостно крикнула Каси, выбегая прямо на перекресток. Ухватив меня за руку, она радостно заулыбалась.  — Ты к нам в гости?
        — Ага.  — Я уловил ее настороженный взгляд.  — Не бойся, это мои друзья. Мы хотели с Лесей поговорить. Или с Яшей.
        — Леси нету, она на охоте. А Яша — там.  — Она указала в сторону, откуда мы пришли.  — Я провожу.
        — А ты почему одна гуляешь?
        — Платье испачкалось.  — Она продемонстрировала свой наряд. Насколько я помнил, ее платья отличались друг от друга лишь количеством и цветом заплаток.  — Сбегала домой, переодеться.
        — Милое создание,  — одними губами сказал мне Хартман. Он вынул из кармана пару конфет и протянул ей, но Каси тут же спряталась за моей ногой.
        — А вот и ее отец,  — сказал Нэйлс, демонстративно убирая руки подальше от оружия.
        — Если быть точным, муж сестры.  — Я вышел немного вперед, подталкивая Каси к Яше. В облике крысы он, как всегда, выглядел воинственно настроенным. Вспомнив его вспыльчивый нрав, я поспешил указать на братьев: — Это мои друзья. Мы хотели попросить о помощи. Нам надо знать, можно ли еще пробраться в казематы под дворцом и усилили охрану или нет. Нужно только проверить.
        — Я посмотрю.  — Он утвердительно кивнул, не сводя взгляда с братьев.
        — Спасибо. Буду очень признателен.  — Я помахал рукой Каси.  — Ну мы тогда пойдем. Тут выход недалеко…
        Он снова кивнул, провожая нас взглядом.
        — Я таких здоровенных оборотней еще не видел,  — нервно хохотнул Нэйлс, когда мы вышли на улицу.  — У нас-то они из Китая родом. Вот такие.  — Он показал ладонью на уровни груди.  — Злющие, правда. И на английском почти не говорят.
        — Испугался?  — Хартман похлопал меня по плечу.  — Бывают монстры и пострашней.
        — Не то чтобы испугался, просто чувствую себя неуютно рядом с ним. Он меня к своей жене ревнует…


        Загруженный собственными проблемами, я совсем упустил тот момент, что «Семь звезд» все же успели побуянить в здании клана «Северный ветер». В той битве участвовало больше сотни героев, и, если бы не городская стража, несколько зданий в городе пришлось бы строить заново. Самым значимым поединком того дня стала дуэль лидеров кланов. В отличие от Кулака Северной звезды, Магнум за свою карьеру успел несколько раз проиграть, поэтому ставили на более молодого и успешного героя. Но, несмотря на все, победа осталась за Магнумом.
        Почти сразу после этого король своим указом остановил войну и на один месяц запретил дуэли между героями двух кланов.
        — Войну вести можно и неофициально,  — говорила Елизавета.  — Если «Северный ветер» не пойдет на уступки и не сможет договориться с Магнумом, участь его будет незавидная. Они же никогда не дрались, потому что боялись друг друга. А раз Магнум понял, что может победить, он не успокоится, пока Кулак не опустится на одиннадцать уровней. Точнее, уже на девять.
        Пока братья-американцы были заняты с Пастером, мы с Елизаветой устроились на лавочке во дворе гильдии. Она была чем-то расстроена и злилась на меня за то, что я вляпался в дела «Семи звезд». Но стоило увлечь ее разговором, она сразу растаяла, и даже пару раз улыбнулась.
        — Скажи, а разве странно, что Яша… а, ты его не знаешь, он оборотень-крыса. Так вот, как думаешь: странно, что он ревнует меня к Лесе? Вот Нэйлс и Хартман всю дорогу надо мной смеялись.
        — Странно?  — удивилась она.  — А сам-то как думаешь?
        — А что, Леся симпатичная и обаятельная девушка. Ну вот, ты тоже смеешься,  — с обидой в голосе сказал я.
        — Прости, прости.  — Она откашлялась, пытаясь остановить смех.  — Я хочу сказать, что это несколько странно для всех, кто незнаком с тобой или с оборотнями. Подружиться с любыми монстрами этого мира — довольно непростая задача. Вряд ли в Изумрудном городе или Бруклине кто-нибудь может похвастаться подобным. Постой.  — Она опомнилась.  — Это что, у Леси появился поклонник из «своих»?
        — Они должны скоро пожениться.
        — Ну это хорошо. Поздравь их от моего имени.  — Она сурово посмотрела на меня.  — Я надеюсь, ты не собираешься разрушить их… брак.
        — Нет.  — Я рассмеялся.  — Яша мне голову откусит. В прямом смысле этого слова.
        — Одной проблемой меньше.
        — Что?  — не понял я.
        — Ничего. Лучше скажи, что решили по поводу Маркиза?
        — Пока ничего. Ты с ним знакома? Братья говорят, что Магнум может наделать глупостей, чтобы спасти его.
        — А также Никон и еще несколько отчаянных парней из их клана. Мы с Маркизом пару раз пересекались, но друзьями не были. Даже толком не разговаривали. Когда я только попала в этот мир, его уровень перевалил уже за сотню. Хочешь узнать о нем больше — спроси у Ленина. Они втроем с Магнумом были лучшими друзьями.
        — К нему надо еще на прием умудриться попасть. Да и захочет ли он со мной разговаривать на эту тему?
        — Зачем ты в это лезешь?  — серьезно спросила она.  — Тебе больше всех надо?
        — Просто это обещает быть интересным и увлекательным,  — попытался отшутиться я.  — Ты злишься?
        — Представь себе.  — Она встала и направилась к выходу из гильдии.  — Поступай как знаешь. Но чтобы дома был к ужину!
        Я еще долго озадаченно смотрел ей вслед, пытаясь понять, почему она разозлилась.
        Получив от Пастера какое-то поручение к Орфелии, братья, даже не спросив, потянули меня в канцелярию. Как они сказали, пока оборотни не проверят замок, они будут ходить за мной. Точнее, я буду ходить за ними, так как дел у них было слишком много, чтобы возиться со мной. С одной стороны, мне это было на руку, так как братья отгоняли всех, кто намеревался вызвать меня на дуэль. С другой стороны, я бы лучше остался в гильдии и немного потренировался.
        Каково же было мое удивление, когда Орфелия, увидев меня, заявила, что я заставляю и ее и Ленина ждать. Оказывается, она еще утром послала записку в клан, чтобы я заглянул к ним на прием. И вот я стоял рядом с рабочим столом Ленина, а он сверлил меня хмурым взглядом.
        — Бери стул, садись,  — сказал он.  — Раньше в городе была всего одна большая проблема по имени Магнум, а теперь еще и ты добавляешь мне кучу проблем.
        — А что, собственно, случилось?  — не понял я, судорожно соображая, не по поводу ли проникновения в замок он меня вызывал.  — Я вроде никаких законов не нарушал.
        — То представление, что вы устроили с Магнумом на старой рыночной площади, уверен,  — его идея. Подняли столько шума, и, пока стража была там, он едва не разнес полгорода.
        — Не думаю, что он причастен к нашей проблеме со «Свободой». Они сами полезли в драку. Да и вообще, насколько я помню, большие кланы не должны объявлять войну малым. У нас всего шесть человек, из которых двое — новички. Беспредел какой-то у вас творится…
        — Все в рамках законов и правил.  — Отмахнулся он.  — Ты хоть представляешь, сколько было проблем после твоей прошлой дуэли? Нубы едва королю жалобы не пишут о несправедливости. Они, видите ли, не могут убить героя даже на десять уровней выше себя.
        — И что вы хотите: чтобы я дал себя убить другим только потому, что ниже по уровню?  — не понял я.  — Нет, спасибо, я идти на такие жертвы не согласен.
        — Я хочу, чтобы ты не ввязывался в дуэли с кем-либо, кто выше тебя больше чем на десять уровней. И никаких парных дуэлей. И даже никаких масштабных клановых битв за стенами города. С Вольным братством можешь воевать в свое удовольствие, но только с ними.
        — Если нас не будут трогать, то и я ни с кем воевать не собираюсь.
        — Это мы как-нибудь уладим.  — Он откинулся на спинку кресла.  — Баланс — вот чего мы пытаемся придерживаться в этом мире. Если он будет нарушен, никто не сможет сказать, какие будут последствия. И это касается не только дуэлей. Нельзя поднять почти сорок уровней за пару месяцев, не потратив все это время на беспрерывное истребление монстров. Я надеюсь, ты меня понял?
        — Если это будет зависеть от меня, обещаю, проблем не будет.
        — Хорошо, что мы друг друга поняли.  — Он на пару минут замолчал, раскладывая какие-то бумаги по столу.
        — Я могу идти?
        — У тебя ко мне вопросов нет?
        — Нет.  — Я даже удивился.  — В смысле есть, но… нету.
        — Вот.  — Он протянул мне конверт.  — Не знаю, о чем король думает, и знать не хочу. Он просил выдать тебе пропуск к нему на прием, но только если ты попросишь об этом.
        — О-о!  — Я вынул из конверта листок с гербом Изумрудного города.  — Но я же не просил?
        — У меня будет личная просьба. Когда попадешь во дворец, поговори с Маркизом. Он долго искал дракона, и я хотел, чтобы он… Может, он наконец успокоится, когда встретиться с тобой. Окажи мне эту услугу.
        — Хорошо.  — Я убрал пропуск в карман.  — Я с ним встречусь.
        Все складывалось просто замечательно. Появилась неплохая возможность проверить, где держат Маркиза, и предупредить его о возможности побега. Непонятно только, зачем хотел меня видеть король. Тем более приглашая таким странным способом. И главное, почему я должен хотеть с ним встретиться? Раздумывая над этим вопросом, я попросил братьев заглянуть со мной на рынок. Надо было купить ужин для волка.
        — Этот почем?  — Я указал на большой кусок мяса бледно-розового цвета.
        — Тридцать пять серебром. Вот этот — сорок. Тот, что поменьше — двадцать.
        — Ну и цены у вас,  — проворчал я.
        — Мясо ящериц — не лучший выбор.  — Над куском мяса склонился молодой парень, принюхиваясь. Я бы назвал его городским нищим, если бы его одежда не была чистой. Старой, но чистой.  — Еще и не первой свежести. Я бы в этой лавке ничего брать не стал. Пойдем, рядом на лотках продают кое-что посвежее.
        — Разбираешься в мясе?  — спросил я, когда мы вышли на улицу.
        — Еще бы.  — Он улыбнулся, глянул по сторонам и тихо добавил: — В катакомбах под замком охрану усилили. Два из трех спусков вниз сейчас закладывают камнем. Дней за пять управятся.
        — Плохо,  — протянул я, пытаясь узнать оборотня. По голосу угадать было сложно, но мне показалось, что это тот парень, который рассказывал о подземельях и ловко вскрывал замки.  — Спасибо за работу. Пойдем, я вам куплю что-нибудь. Тем более за счет Магнума.
        — А.  — Он оживился, потирая руки.
        Минут за пятнадцать мы нагрузили две большие корзины мясными деликатесами, свежими яйцами и сыром десяти сортов, так как оборотни оказались большими гурманами насчет последнего. От овощей он сразу отказался, сказав, что лучше возьмет немного сметаны и молока.
        — Вам что-нибудь еще нужно сделать?  — Оборотень взвесил в руках корзины, жалея, что у него всего две руки.  — Ну тогда я пошел. Ты заходи к нам, если что.
        Ловко маневрируя среди горожан, он скорым шагом скрылся за углом ближайшего павильона.
        — Жаль, что снизу пройти не получится.  — Хартман взвесил в руке пару монет сдачи.  — Пойдем расскажем Магнуму.
        — Еще одно дело.  — Я похлопал себя по карману куртки.  — У меня приглашение в замок. Ленин просил кое-что сделать.
        — В замок?  — Братья переглянулись.


        Посещение замка в качестве гостя почти не отличалось от визита сюда с Николаевичем. Капитан стражи у ворот долго изучал мой пропуск, записал что-то в своем журнале и разрешил войти. По его словам, рабочий кабинет короля располагался в правом крыле на третьем этаже. Чтобы я не заблудился, мне выделили одного из стражников в провожатые. Братьев же в замок не пустили. По этому поводу они особо не переживали и сказали, что при необходимости я могу найти их у Магнума или в гильдии паладинов.
        Король принял меня почти сразу же. Секретарь, пожилой мужчина, доложил о моем визите и пропустил в кабинет. Как звали короля Изумрудного города, я до сих пор не знал. И как мне казалось, никто в городе не знал. С виду он вполне мог сойти за хозяина какой-нибудь торговой лавки или же владельца трактира. Невысокий лысеющий мужчина, с цепким взглядом и сильным голосом.
        — Нечасто героям удается получить аудиенцию у меня,  — сказал король, заинтересованно глядя на меня. Он сделал ударение на слове «герой» и всем видом показывал, что удивлен моим визитом.  — Должно быть, у тебя серьезный вопрос, раз ты здесь. Что ж, подойди ближе.
        — Здравствуйте, ваше величество.  — Я слегка нерешительно приблизился к столу. От его наигранного интереса у меня аж между лопатками зачесалось от желания сказать какую-нибудь гадость или прикинуться дурачком.  — Я хотел поговорить насчет Маркиза,  — сказал я, с трудом удержав себя в руках.
        — Да, стоило догадаться.  — Он понимающе кивнул.  — Я ведь до последнего пытался не говорить о его казни. Это вызвало бы лишнее волнение среди героев.
        — Не понимаю, зачем тогда проводить казнь публично, раз вы хотите это скрыть?  — спокойно сказал я.  — Казнили бы его тихо, чтобы никто не узнал.
        — Увы, тогда это будет обыкновенное убийство.  — Он развел руками.  — И герой бы свободно воскрес в центре города.
        — Понятно… Могу я с ним повидаться?
        — Конечно,  — легко согласился он.  — Артур проводит тебя. Подожди его на первом этаже.
        На этом весь интерес короля ко мне был полностью исчерпан. Если я правильно понимал и если Ленин не обманул, выходило, что король хотел, чтобы я поговорил с Маркизом. В противном случае он был просто замечательным человеком, легко принимающим у себя героев с различными просьбами, и даже позволяя им встречаться с социально опасным преступником. А вот чего я не понимал, так это зачем им арестовывать Лесю и делать вид, что ничего не произошло, когда она с шумом сбежала из-под стражи? Зачем ее перевели из камеры в комнату дворца? И еще полста других «зачем»…
        — Митр?  — сказал кто-то совсем рядом. Я так увлекся своими мыслями, что не заметил, когда он ко мне подошел.
        — Да, я…  — Напротив меня стоял тот самый мужчина, который встречал нас с Чи, когда мы только появились в этом мире. Артур — так его звали.
        — Пойдем.  — Он развернулся и уверенно зашагал в сторону служебной лестницы, ведущей в подвал дворца.  — Первый раз здесь?
        — Второй. Был в вашей библиотеке. Искал одну книгу, но безрезультатно.
        — Любопытство?  — Он оглянулся.  — Хорошее качество для героя.
        — Почему?  — спросил я, ускоряя шаг.  — В смысле почему хорошее?
        — Потому что есть шанс прожить тут больше чем два года. Обычно герои, плывущие по течению, зарабатывающие деньги и тратящие все время, чтобы поднять уровень, дольше двух-трех лет тут не задерживаются.
        Стражи в подвале действительно стало больше. Существенно больше. У входа в казематы стояло аж пять человек, двоих из которых я помнил. Они играли в карты, когда Яша вырубил их. Артур провел меня по длинному коридору мимо пустых камер и остановился напротив нужной. Внутри сидел мужчина лет тридцати пяти с длинными черными волосами и такого же цвета густой бородой. Он поднял на нас заинтересованный взгляд и сел на койке.
        Артур кивнул на него и облокотился о противоположную стену, равнодушно глядя на заключенного.
        — Здравствуйте.  — Я подошел ближе к решетке.  — Меня зовут Митр. Ленин говорил, что вы искали дракона, и просил поговорить с вами.
        — Ленька? Да, искал.  — Он подошел ближе к решетке.  — Дракон?
        — Только можно, я не буду перевоплощаться, чтобы доказать это?
        — У тебя есть его справочник?
        — Если вы о справочнике Драко, то да, есть.  — Я вынул его из сумки.
        — Я верю.  — Маркиз бросил на журнал короткий взгляд и посмотрел на Артура.  — Что, ждете, что я скажу нечто такое, отчего этот парень окажется рядом со мной? Зря.  — Он улыбнулся и протянул мне руку через решетку.  — Всю жизнь мечтал познакомиться с драконом.
        — Мне тоже приятно познакомиться. Магнум и Никон говорили о вас много хорошего.  — Я пожал ему руку, только он вцепился в мою ладонь и не собирался отпускать.
        — За столько лет я накопил немало добра. Жаль, если оно пропадет. Как думаешь, Артур?  — Он еще крепче сжал мою руку.  — Митр, можешь пользоваться, разрешаю. Моими сумками, вещами, сундуком в моем доме и частью хранилища в клане.  — Он отпустил руку и улыбнулся.  — Если Артур выключит на десять минут режим сволочи, он отдаст тебе мою личную сумку.
        — А о чем вы хотели поговорить с драконом?
        — Уже не важно.  — Он показал взглядом на Артура.
        — Никон и Магнум беспокоятся о вас…
        — Передай им, чтобы не делали глупости. На плахе я не умру. Даже король в это не верит. Он уже подготовил шикарную карету для меня, и на каторгу я поеду со всеми удобствами. Все, иди, а то он действительно запрет тебя по соседству.
        Обратный путь мы прошли молча. Артур провел меня в свой кабинет и вручил сумку Маркиза. Чтобы ее можно было забрать, он потребовал, чтобы я показал все содержимое. Сумка была всего на четыре ячейки, почти такая же, как и у Нямкаса. Первый стеллаж был заполнен основным комплектом брони. Учитывая, что Артур был танком, броня выглядела не так солидно, как у Нямкаса. Что меня поразило, так это аккуратность, с которой она была разложена на полках. Все свободное пространство было использовано максимально эффективно. Даже громоздкий ростовой щит лежал так, чтобы не мешать вынимать доспехи по порядку их надевания.
        Вторая ячейка была отведена под второй комплект брони, более легкой и подвижной, а также под дополнительное оружие. Судя по его большому разнообразию, Маркиз умел пользоваться почти всем, чем можно было колоть, рубить или крошить черепа. В третьей ячейке на полках стояло почти с сотню различных зелий и лежала повседневная сменная одежда. В последнем отделении Маркиз хранил вещи и лут на продажу.
        Бегло осмотрев содержимое, Артур не стал меня больше задерживать, а у ворот замка меня уже ждали братья.
        — Чего это с ним,  — спросил Нэйлс у брата, толкая его плечом, когда я задумчиво прошел мимо, не заметив их.
        — Может, съел что-нибудь?  — хохотнул он.  — Эй, Митя, ты чего?
        — Слушайте,  — я остановился,  — а разве можно передавать другим свои личные вещи?
        — Обычно нельзя,  — сказал Нэйлс.  — Ни дарить, ни во временное пользование.
        — Только если все разом,  — подтвердил Хартман.  — Вот у нас с братом так. Общие вещи.
        — Мне Маркиз вещи свои отдал…  — сказал я.
        Улыбки на лицах братьев моментально исчезли.
        — Ты с ним говорил?
        — Немного. Перекинулись парой реплик, и все.  — Я все еще пребывал в замешательстве и каком-то странном состоянии, мешающем сосредоточиться.  — Там Артур был, мы не могли свободно поговорить, поэтому он вообще ничего не сказал. Передал только, чтобы за него не беспокоились. И еще, что ему карету выделили, чтобы на каторгу отвезти.
        — Пойдем. Надо поговорить с Магнумом.
        С моего утреннего визита в здании клана «Семь звезд» ничего существенно не изменилось. Все та же тишина в коридорах и все те же заседающие в кабинете Магнума. Глава клана слегка успокоился, правда, взгляд у него оставался немного кровожадным. Утаивать что-либо смысла не было, поэтому о своем коротком и малосодержательном визите в замок я рассказал все, как было.
        — Я могу договориться с Вольным братством, и они отобьют его по пути на каторгу,  — сказал Калина.  — Не зря же он упоминал это.
        — У Вольных тоже есть ограничения,  — напомнил Магнум.  — Убивать городскую стражу они не согласятся.
        — Можно не убивать.  — Калина пожал плечами.  — Главное, что стража не сможет убить никого из них.
        — Хорошо, как вариант, принимается,  — кивнул Магнум.  — Если он казнь переживет.
        — Мы можем пройти через канализацию,  — вставил Зевс.  — И плевать, что король скажет. Он нам еще за сговор с Вольным братством должен…
        На несколько минут в помещении повисла тишина. Магнум о чем-то сосредоточенно думал, разминая морщинки на лбу.
        — Я думаю…  — начал я и смутился, так как все разом посмотрели на меня,  — думаю, что Маркиз неспроста оставил мне свои вещи. Он хотел поговорить со мной, но не смог. Может быть, в его вещах была подсказка. Журнал там или дневник. В клане он не появлялся уже довольно давно, но, может, оставил что-нибудь дома.
        — Увы, вытащить его из тюрьмы это вряд ли поможет,  — сказал Магнум.  — Но если найдешь что-то интересное, сразу сообщи. У нас осталось всего полтора дня…


        Еще до «большого путешествия» Маркиз купил себе один из лучших домов в центре города. Кстати, на Синей улице, в нескольких кварталах от нашего клана. Здание было большое, двухэтажное, с красивым фасадом и мраморной лестницей у парадного входа. Так как он был единственным владельцем дома, то за все время его отсутствия туда никто не должен был заходить, но цепочка следов на пыльном полу говорила об обратном.
        — Да, прибраться бы тут не помешало.  — Нэйлс провел пальцем по столу в гостиной.
        За столом на стене висел большой портрет, изображающий незнакомого мне мужчину, сидевшего в кресле, и женщину, стоявшую рядом. Мужчина был лет на пятнадцать старше, со строгими чертами лица и черными с проседью волосами. Женщина — в легком летнем платье. В том, как она положила руку на плечо мужчине, читались ее чувства к нему.
        — Как-то не по-русски вот тут написано,  — сказал Хартман, рассматривая картину. Он указал на подпись в нижнем правом углу.  — «Моей каприз».
        — Каприз — это имя,  — сказал я.  — Мужчина, судя по всему,  — Драко…
        Чтобы ускорить поиски, мы разделились. Я сразу направился в рабочий кабинет на втором этаже, а братья начали с комнат на первом. Следы гостя, побывавшего тут до нас, вели как раз в рабочий кабинет. Если он что и искал в доме, то был очень аккуратен, так как все вещи стояли на своих местах. Глядя на частично стертую со всех предметов пыль, вниманием гость не обошел даже письменные принадлежности.
        Открыв окно, я уселся в кресло за столом, обводя помещение взглядом. Кабинет был обставлен немного не так, как у Нямкаса, но сходство было. Даже стандартная шкатулка для хранения клановых вещей расположилась на столе почти так же. Со стороны шкатулка выглядела самой обыкновенной. В ней можно было хранить письма или небольшие вещи, но если открыть ее как личную сумку, появлялось шесть или восемь стеллажей. Стоила она немалых денег, а более вместительные ее собратья — целое состояние.
        Как и в сумке Маркиза, порядок в шкатулке был идеальным. Несколько наборов доспехов, оружия и прочего хлама не шли ни в какое сравнение с тем, что использовал Маркиз в настоящий момент. Скорее всего, это были старые вещи, которые жалко выбросить и нельзя продать. В последней ячейке я наткнулся на несколько листков с рукописным текстом и стопку писем. Я сразу узнал знакомый, неразборчивый почерк.


        «Месяц — неизвестно. День недели — неизвестно. Число должно быть двадцать второе. Первая запись в дневнике. Пометка, чтобы не забыть: Каприз все-таки настояла, чтобы я вел его… Число двадцать второе, ничего интересного не произошло… Число двадцать третье, ничего интересного… Число двадцать четвертое, ничего интересного… Число двадцать шестое, получил выволочку от Каприз. Пометка, чтобы не забыть: дневник ей больше не показывать…»

        Почти вся первая страница дневника была заполнена подобным образом. Из значимых событий за две недели для Драко были лишь два скандала с Каприз и отказ помочь кому-то с организацией похода в Восточные пустоши.
        Вторая страница была написана несколько позднее, но все в той же манере. Только сухие упоминания событий, и никаких мыслей самого Драко. А вот третья страница была намного интереснее.


        «Вторая неделя нашего возвращения из круиза по городам монгольского ханства. Каприз наконец успокоилась, но требует от меня заняться делами клана. Пригрозил ей выйти из его состава, если она не отстанет. Пока выдался свободный день, продолжаю экспериментировать с личным журналом. Нашел еще один способ сорвать простое задание, без серьезных последствий для окружающих. Со сложными заданиями пришлось завязать. Не хочу заставлять Каприз провести еще месяц в седле.
        День двенадцатый. Поспорил со Степаном, что завалю любое задание, которое он сможет придумать. Решил пока ничего не говорить Каприз…»

        Последняя страница из дневника, как и та, которую дала мне Леся, была немного залита водой, и начало текста расплылось. Последние же строчки были написаны еще более неразборчиво, чем весь дневник, и заканчивались большой размашистой подписью.


        «…поздно сожалеть о содеянном. На сей раз мое вмешательство оказалось слишком сильным, и я буду наказан за это системой. Буквально только что оставил новую и, надеюсь, последнюю запись в журнале. Степан обещал позаботиться и о нем, и о дневнике. Суббота, тридцать шестой день после штурма дворца. Отправился на поиски Каприз. Драко».

        К моему разочарованию, стопка писем принадлежала Маркизу. В одном из них ему писал какой-то мужчина, говоривший, что за дополнительную плату придержит для него страницу из дневника. Выходило, что он искал их, но почему-то смог найти только эти четыре. Даже если их сложить с моими, было почти непонятно, что происходило с Драко. Что он записал в свой журнал и почему говорил, что система его накажет, оставалось загадкой. Хорошо бы прочесть ту самую книгу, о которой говорил Николаевич, или расспросить его подробнее.
        Больше ничего интересного в вещах Маркиза ни я, ни братья не нашли. Домой я попал как раз к ужину. Неко и Елизавета обсуждали какую-то удачную сделку на аукционе, а Василий что-то увлеченно рассказывал Чиафредо.
        — Всем привет.  — Я устало уселся на свое место, пытаясь разобрать, что написано на обратной стороне газеты, которую читал Нямкас.
        — Как твое увлекательное приключение?  — съязвила Елизавета.  — Попал к Ленину?
        — Попал,  — кивнул я.  — И к нему, и к королю, и с Маркизом поговорил…
        Нямкас немного опустил газету, глядя на меня поверх нее.
        — Судя по тому, что про казнь заявили официально, сходил безрезультатно?  — спросил он.
        — Я не понимаю, почему все недоговаривают и отмалчиваются?  — сказал я.  — Они от меня что-то хотят, но не могу понять, что именно. Никон ждет, что я одним махом решу все проблемы, и Маркиза отпустят. Король — вообще странный тип. Сам хотел со мной поговорить и при этом ничего не сказал. Маркиз, если и хотел что-то сказать, не имел такой возможности.
        — Не знаю, что происходит,  — сказала Неко,  — но внимание короля к твоей персоне — плохой знак. Не стоило тебе вмешиваться в дела с Маркизом. Он несколько последних лет только и делал, что искал ответы на запрещенные вопросы. Результат более чем очевиден. И он знал, что все будет именно так. Если не хочешь закончить подобным образом, выкинь это из головы…
        После ужина я заперся в подвале и, развалившись в кресле, еще раз перечитал все части дневника Драко и письма Маркиза. Знаю, нехорошо заглядывать в чужие письма, но мне надо было понять, что он искал. И кажется, я понял, что именно. Единственное, что сейчас меня удерживало от ночного визита к Магнуму,  — это то, что я не был до конца уверен в своей теории.
        Когда какая-то идея штурмом берет твою голову, все остальные мысли отступают на второй план. В том числе и мысли о собственной безопасности. Просидев полночи в раздумьях, я умудрился проспать. Опомнившись только часов в десять, пулей вылетел из дома и направился в «Семь звезд». Надо было о многом расспросить Магнума, пока он не ушел по своим делам. В противном случае надо будет искать Ленина, но к нему надо еще пробиться на прием.
        То, что я становлюсь слишком известной личностью в Изумрудном, стало понятно, когда почти от самого дома за мной выстроилась целая процессия из героев и простых жителей города. Шли они, что-то бурно обсуждая и даже делая какие-то ставки. Где-то за пару кварталов до здания клана «Семь звезд» парень, пытавшийся заговорить со мной, наконец набрался смелости и преградил мне путь.
        — Что?  — не сразу понял я его, так как все еще был занят своими мыслями. Толпа постепенно догнала нас и взяла в кольцо.
        — Дуэль,  — серьезно сказал он, демонстрируя двуручный топор для рубки дров. Парень был лет на пять меня моложе и почти на голову выше. С подобным оружием в руках он смотрелся больше комично, чем воинственно.
        — Не, не, извини, я занят. В другой раз.  — Я сдержал улыбку.
        — С дороги!  — Кто-то грубо подвинул парня и занял его место. Теперь это был варвар в свойственной им легкой одежде, которую они гордо именовали броней.  — Дуэль,  — потребовал он и широко улыбнулся, кивая назад.  — Нас тут много больше десяти, так что пусть лучше это буду я, чем эти идиоты и сосунки.
        — Вам так хочется потерять уровень?  — попытался я припугнуть его, глядя на выстраивающуюся очередь.  — Это может подождать хотя бы до обеда?
        — Двадцать пять тысяч. Ради этого стоит рискнуть.
        Со стороны очереди послышались недовольные и оскорбительные возгласы в адрес варвара. Какой-то воин в тяжелых латах крикнул, чтобы я послал этого «сорок второго» и выбрал его, так как с тридцать седьмым мне будет проще. С противоположной стороны, расталкивая толпу, появился высокий орк семидесятого уровня.
        — Митр!  — радостно пробасил он, поднимая сжатый кулак.  — Хороший день, чтобы отрубить пару голов. Бери вон того, щуплого с кислой рожей. Маг из него еще более никудышный, чем швея.  — Он расхохотался своей шутке.  — Можно и варвара, прожженный малый.
        — Я бы с радостью,  — сказал я, пытаясь припомнить орка.  — Но я спешу к Магнуму по важному делу.
        — По важному?  — Орк явно расстроился, но, что-то вспомнив, стукнул кулаком в ладонь.  — А, ну да… Ага.
        Он подошел, переводя хмурый взгляд с варвара на сильно поредевшую толпу за ним.
        — Не сегодня,  — сказал он.
        — Хорошо,  — легко согласился варвар, кивая мне,  — еще встретимся.
        Сквозь толпу орк, по имени Хрум, шел словно ледокол, не встречая никакого сопротивления. Похоже, он был явно расстроен тем, что моя дуэль сорвалась. Молча он проводил меня до дверей клана и ушел обратно в город. Магнума, вместе с Никоном и Зевсом, я нашел в малом спортзале. Заметив меня, Зевс махнул рукой, приглашая сесть на скамейку.
        — Магнум все еще не в духе?  — спросил я.
        — Все еще,  — кивнул он.  — Вчера вечером едва всех новичков не распугал.
        К моему удивлению, в тренировочном бою Магнум легко теснил Никона, при этом выглядев так, словно это сущий пустяк. Удары у него были сильными, уверенными и при необходимости легко меняющими направление. Мне казалось, что он нарочно делает широкие замахи, показывая, с какой стороны решил атаковать.
        — Не думал, что есть кто-то круче, чем Никон.
        — Знаешь, в чем разница между Магнумом и Кулаком?  — улыбнулся Зевс.  — В том, что он почти не полагается на умения во время боя. У Кулака же огромный арсенал ударов и финтов, позаимствованных почти у всех классов. И он мастерски пользуется ими. Я бы сказал, что каждый из них — гений в своем роде.
        Неожиданно Никон перешел в нападение, пытаясь достать Магнума короткой серией. На третьем ударе его меч, натолкнувшись на жесткий блок, слишком далеко ушел вправо, и бой был закончен точным ударом Магнума.
        — Митр,  — Магнум взмахнул мечом,  — переодевайся. Эти двое уже выдохлись.
        — Я считаю, что Маркиз не нарушал тех законов, по которым его обвиняют,  — быстро сказал я.
        — Вот как?  — Магнум нахмурился, пару раз взмахнул мечом, потом убрал его и подошел ближе.
        — Скажите, у Маркиза была девушка?
        — Была,  — сказал за него Зевс,  — она погибла около двух лет назад.
        — Она исчезла, но ее тело не появилось в храме?  — уточнил я.  — Если я правильно понял, то герои теряют бессмертие двумя способами. Они либо исчезают и не появляются вновь, либо не исчезают, получив смертельное ранение.
        — Хоронить героев на кладбище у местных не принято,  — сказал Зевс.  — Их тела обычно забирает храм, чтобы кремировать.
        — Не уверен на этот счет.  — Я покачал головой.  — Но не суть. Маркиз не пытался узнать правду об этом мире. Он лишь пытался разобраться в прошлом. Да, в правилах сказано, что копаться в прошлом нельзя, но за это не отправляют ни на каторгу, ни на плаху. Система может лишить тебя бессмертия — и все.
        — Не ходи вокруг да около,  — недовольно сказал Магнум.  — Говори толком, с чего ты это взял.
        — Я нашел среди личных вещей Маркиза несколько писем. Он искал информацию об одном герое-драконе, вроде меня. У короля какой-то бзик по этому поводу. Мало того что он уничтожил почти всю информацию о драконе, так еще рубит головы всем, кто пытается узнать хоть что-то. Мой друг, Николаевич, покопался в архивах замка, за что провел три недели в темнице, по соседству с Маркизом. И возможно, закончил бы так же, если бы я не спас его.
        — Зачем Маркизу этот дракон?
        — Вот,  — я протянул ему втрое сложенный листок пожелтевшей бумаги,  — за эту страничку он выложил около пяти тысяч золотых. Она из журнала заданий Драко. Это было последнее задание, которое он туда записал.
        — «Найти Каприз. Задание особой важности». Бред какой-то.
        — Каприз, возлюбленная Драко. Она исчезла после какой-то битвы у замка. Самое интересное то, что у задания стоит пометка «выполнено». Значит, он ее нашел.
        — Можно?  — Никон взял страницу.
        — Притянуто за уши,  — сказал Магнум.
        — У Маркиза наверняка есть такая же запись. Вот только его журнал я не нашел. Если это правда, можно доказать его невиновность и отменить казнь.
        — По закону, голову рубят не за то, что ты что-то узнал, а за попытку узнать правду,  — сказал Магнум.  — Ни совет, ни короля, ни даже Ленина не убедить в том, что Маркиз невиновен.
        — Если я прав, Маркиз не умрет…
        — А если нет?  — вспыхнул Магнум.  — Даже если не умрет, отправится на каторгу.
        — По крайней мере, ему там будет не скучно,  — улыбнулся Никон, опуская руку на плечо Магнуму.  — После того, что ты задумал, нам всем прямая дорога на рудники.
        — Вы что-то решили?  — спросил я.
        — Завтра во время казни Магнум хочет отбить его,  — сказал Никон.  — Представляю, сколько будет шума.
        — «Северный ветер» только и ждет, что мы вломимся на площадь,  — сказал Зевс. Судя по тону, он это уже говорил, но безрезультатно.  — И что, похороним весь клан? Вот только не говори, что выйти из него будет лучше. Сколько он без вас продержится? Год, полтора?
        — Не ворчи,  — отрезал Магнум,  — все равно я тебя не возьму. Без Гавра я не справлюсь, а кроме него и тебя, оставить главой клана некого.
        — Я вчера много думал о том, что после гильотины большой шанс умереть, даже если ты невиновен,  — сказал я,  — и если вы мне поверите, то есть один рискованный план…



        Глава 15

        Оставив Магнума спорить со своими подчиненными, я тихо покинул спортзал и направился к выходу. Свое мнение я высказал, и оставалось только ждать, какое решение примет Магнум. Отговаривать его не рисковать всем ради спасения друга я не стал. Сам был таким. И пока из двух вариантов он не выбрал свой безумный план, мне надо было кое-что предпринять.
        — Митр!  — меня окликнул радостный и до боли знакомый голос.  — Здорово, что я тебя нашел…
        — Юпитер?  — вот кого я тут не ожидал увидеть, так это его.  — Ты здесь что забыл?
        — А я тут вроде бы как шпионю.
        — Шпионишь?  — Я уставился на него, как будто первый раз увидел.
        — Вообще-то это секрет,  — он перешел на шепот и огляделся вокруг,  — но ты же мой друг, и если обещаешь никому не рассказывать… Сейчас «Семь звезд» набирают новых рекрутов из других кланов. Ну они это всегда делают, но сейчас за переход обещают золото, доспехи, кучу всевозможных благ. А раз Никон и Леший давно в «Семи звездах», мы с Угольком тоже решили вступить. Я когда своему десятнику рассказал, он так кричал, как наш физрук на старшие классы. В общем, они мне там сказали, если я шпионить для них буду, они мне ничего не сделают. И даже обратно потом примут.
        — Дурак,  — констатировал я.  — Даже слов нет.
        — Сам ты дурак,  — немного обиделся он,  — я же этому, Калимычу, сразу все рассказал. Буду теперь двойным агентом…
        — Калинычу,  — поправил я его.  — Его зовут Калина. Ягода такая…
        — Я так и сказал,  — закивал он.  — А ты тоже из «Наглого кота» к нам переходишь?
        — Лично я менять клан не собираюсь.  — Я двинулся дальше по коридору. Юпитер догнал меня и зашагал рядом. Где-то минуту мы шли молча, что было странно для столь словоохотливого парня. Голову даю на отсечение, секрет о «двойном агенте» по-дружески он рассказал уже половине всех новичков из «Семи звезд».  — Со шпионством ты погорячился, но в общем я твой выбор одобряю.
        — Жаль, доспехи пришлось сдать. И оружие. Хорошие были. Мне вот кольчугу дали и булаву, но…
        — Вещи — это дело наживное. Главное, чтобы компания была хорошая, чтобы в рейд вместе ходить и друг за друга постоять.
        — Да у нас тоже была неплохая,  — вздохнул он.
        — Уже жалеешь?  — Я повернулся к нему.  — Знаешь, как говорил Чингисхан? Боишься — не делай, делаешь — не бойся, сделал — не сожалей. Монгольская мудрость.
        — Не совсем точная цитата,  — сказал он. Со стороны лестницы на второй этаж показалась Земляничка, и Юпитер сразу сбавил ход.  — Мы его в школе проходили. Ладно, я побегу, а то химик ругать будет. Мы завтра в рейд, и надо зелий набрать побольше…
        Развернувшись на месте, он скорым шагом направился в обратном направлении.
        — Привет,  — поздоровалась Земляничка, с улыбкой глядя вслед Юпитеру.
        — Привет. Он что, тебя избегает? Поссорились?
        — Пришлось серьезно поговорить с ним, чтобы он не сплетничал обо мне.  — Она взяла меня под руку.  — Ты к нам или от нас?
        — Только что поговорил с Магнумом.  — Я попытался высвободить свою руку, но безрезультатно.  — Никон узнает, что ты ко мне пристаешь,  — ревновать будет, и мне от него достанется. Он в прошлый раз одному такому…
        — Я к тебе пристаю?  — Она рассмеялась.  — А может, я это специально, чтобы он немного поревновал?
        — Ну и зря…
        — Глупый.  — Глядя на мое серьезное выражение лица, она опять рассмеялась.  — Ты куда сейчас? Может, в гильдию? Потренируемся?
        — К магам в библиотеку надо зайти, потом к целителям в храм. Нет, лучше сначала к целителям.
        — Пойдем, я тебя провожу. Ты, случаем, Хрума не видел?
        — Если ты об орке, то он был в городе. Точнее, недалеко от вашего клана.
        — Хорошо бы его по пути найти. Сегодня он отвечает за порядок в районе. А что будет, если орка поставить следить за порядком? Правильно, будет весело. Он с утра уже пять дуэлей провел сам и штук двадцать организовал.
        — Понятно теперь, почему он так расстроился, когда моя дуэль сорвалась.
        — Это плохо. Он терпеть не может тех, кто убегает от честных поединков. Мужику за сорок лет, а ведет себя словно ребенок. Я в том смысле, что он ужасно обидчивый.
        — Надеюсь, это не из раздела «открутит голову и простит»?
        — Как раз оттуда.  — Она улыбнулась.  — Не переживай, на тебя он точно не обижен. Скорее всего, просто расстроился, что сорвалось очередное веселое зрелище. Видел бы ты, когда ему сообщили о том, что война с «Северным ветром» закончилась. Он так выглядел, словно его пятиклассник побил.


        То, что в городе творится что-то неладное, было видно хотя бы по тому, что на его улицах стало слишком много высокоуровневых героев. Раньше надо было раз пять обойти весь город, чтобы встретить пару человек выше восьмидесятого уровня. Сейчас же все было в точности наоборот. Все мало-мальски разумные лидеры кланов отправили своих новичков в долгосрочные рейды подальше от Изумрудного.
        Городская стража уже несколько дней работала в авральном режиме. Сначала они только и успевали фиксировать и наводить порядок во время дуэлей, сейчас же им приходилось следить, чтобы горячие головы из двух самых крупных кланов города не поубивали друг друга. А так как выплескивать свою энергию хоть на ком-то было нужно, то мелким кланам приходилось несладко. Хорошо хоть «Семь звезд» своим противником выбрали «Свободу» и целый день ловили ее по городу. «Северный ветер» в свою очередь успел передраться почти со всеми, включая «Ночных медведов». Не обошли они вниманием и нас. Я был очень удивлен, услышав от Землянички, что вчера кто-то вызвал на бой Неко. По ее словам, бой был короткий, но зрелищный.
        Меня мучил вопрос, знала ли система о грядущих событиях и не поэтому ли прислала две группы новичков. Земляничку этими мыслями я грузить не хотел. Мне было достаточно узнать, что за эти дни ее клан потерял уже трех человек.
        — Странно.  — Земляничка придержала меня за руку, показывая в сторону ряда магазинчиков. До храма оставалось всего два квартала, и уже можно было рассмотреть цветные витражи на окнах его главного здания.  — Почему магазины закрываются?
        — Может, на обед?  — пошутил я. Мы пришли со стороны главного проспекта, и навстречу нам спешно тянулся народ, как будто опаздывая куда-то.
        — Пойдем.  — Она поспешила вслед за толпой.


        Похоже, храмовый квартал оповестили одним из последних, так как на площади свободного места уже не осталось. Грубо проталкиваясь сквозь толпу, я пытался понять, что происходит на помосте. Земляничка потерялась, едва мы пробились на площадь. Народ гудел, стараясь пробиться ближе. Незнакомый мне мужчина, используя помост с гильотиной в роли трибуны, закончил свою речь и уступил место палачу.
        Палач, словно актер из театра, картинно вышел вперед, обвел взглядом толпу и только после этого ушел куда-то вниз. Я мог поклясться, что под красной маской и черным костюмом скрывался заместитель капитана городской стражи. Его широкоплечую фигуру и прихрамывающую походку не смог бы узнать разве что тот, кто его никогда не видел.
        Когда до помоста оставалось метров пятьдесят, я окончательно застрял. Перед рядом городской стражи выстроилась цепочка героев, не подпуская никого ближе. Причем герои были одеты так, словно собирались вести войну прямо на площади. В полном комплекте доспехов, со щитами в руках, они умело сдерживали и горожан, и героев. За их спинами, между стражниками, мелькали маги и лучники. Все так, как и должно было быть, но только завтра. То ли король опасался волнений в городе, то ли по другой причине, но казнь не только назначили на день раньше, но и начали, никого не предупредив. После погрома, учиненного оборотнями, площадь и прилегающие кварталы закрыли от посторонних, но все равно, чтобы прозевать подобное, надо было очень постараться.
        Только сейчас я смог понять, что же беспокоило меня, пока я пробирался в первые ряды. Гильотина была опущена. От неровного росчерка крови на косом лезвии мне стало не по себе. Я как завороженный смотрел на нож гильотины, не в силах опустить взгляд. Кто-то положил мне руку на плечо. Я медленно повернулся. Это был Зевс. Он смотрел поверх голов в сторону пустеющих трибун.
        — Мы не успели,  — сказал он.  — Не успели… Пойдем. Надо остановить Магнума, пока он не разнес трибуны вместе с королем в придачу.
        Толпа, словно почувствовав неладное, подалась вперед, потом отхлынула назад, едва не сбив меня с ног. Сразу в нескольких концах площади вспыхнули яркие заклинания вспомогательной магии и благословений. Чувствуя нарастающую напряженность, поток людей бросился к выходам с площади, началась давка.
        Откуда-то из толпы вылетело огненное заклинание, и помост с гильотиной вспыхнул, словно был облит маслом. Я бросил на него короткий взгляд и двинулся вслед за Зевсом. Тела Маркиза там не было, и это давало надежду, что он возродится вновь.
        Когда мы добрались до трибун, стража почти очистила площадь, выгоняя с нее горожан. Героев, пожелавших остаться, они старательно игнорировали. Магнум, судя по всему, уже все высказал Ленину и стоял, еле сдерживая себя, чтобы не пустить в ход клевец, висевший в петле на поясе. Между ними, скрестив руки на груди, стояла Орфелия, сверля Магнума сердитым взглядом.
        — Уйди с дороги,  — сказал Магнум таким тоном, что у меня мурашки по спине побежали. Орфелия же даже бровью не повела.  — Ты мне больше не друг!  — крикнул он Ленину.  — И если ты не трус, выходи, я убью тебя!
        — Пока ты не натворил глупостей, бери своих друзей и уходи,  — сказала Орфелия, заступив ему дорогу, когда он хотел обойти ее.
        — Не защищай его! Он меня не просто обманул, он предал нашу дружбу. Он убил Маркиза!
        — Не смей так говорить!  — Орфелия влепила ему звонкую пощечину.
        Зевс поспешил на помощь Магнуму, в последний момент удержав его руку, чтобы он не успел выхватить клевец.
        — Если тебе станет легче, можешь убить меня,  — невозмутимо сказал Ленин.
        — И все-таки ты трус,  — презрительно бросил Магнум.  — Не переживай, я тебя убью, едва ты выйдешь за ворота города. И передай своему царьку, пусть готовится. Следующая наша встреча станет для него последней.
        Коснувшись щеки, на которой проявился отпечаток ладони Орфелии, Магнум повернулся и направился вниз, даже не замечая недружелюбных взглядов Кулака Северной звезды и его людей. Момент, когда тот подошел к нам, я упустил из виду.
        — Митр,  — остановила меня Орфелия,  — на пару слов.  — Она со вздохом опустилась на скамейку.
        Я искоса глянул на Кулака, но задержался. На краю площади мелькнули Нямкас, в своих дуэльных доспехах, и Неко. Василий, вооружившись своим новым луком, умудрился забраться на крышу одного из домов, вместе с лучниками Магнума.
        — Не обращай на них внимания,  — устало сказала Орфелия.  — В ближайшие пару дней, пока Магнум будет ждать появления Маркиза, бойню в городе он устраивать не будет.
        — А если не дождется?  — Я кивнул на городскую стражу, выстраивающуюся ровными рядами.  — Они хотят вмешаться?
        — Они будут защищать законы Изумрудного,  — сказал Ленин.  — Поднимемся выше.
        Вдвоем с ним мы поднялись на самый верхний ряд. Орфелия осталась внизу, что-то говоря одному из своих людей. Не знаю, насколько она была уверена, что сегодня ничего не случится, но выглядело все как раз наоборот. Сверху на площадь открывался замечательный вид, если не считать черный дым догорающей гильотины.
        — Если можно, я бы хотел побыстрее закончить разговор и присоединиться к друзьям,  — сказал я.
        Ленин смерил меня суровым взглядом, но промолчал.
        — Маркиз просил передать тебе, что в его журнале осталось одно незавершенное задание. Он надеется, что ты примешь в качестве оплаты его подарок и завершишь это задание.
        — Я примерно так и подумал,  — сказал я.  — Только без самого Маркиза выполнить его будет крайне проблематично. Если вообще возможно.
        — Раз для этого ему потребовался дракон, то догадаться, чего он хочет, не сложно. Хочу, чтобы ты не брался за это задание. Магнум пошумит какое-то время и успокоится. Не дай ему убить короля.
        — Не понял? При чем тут король?
        — О каком задании мы сейчас говорим?  — прищурился Ленин.
        — А о каком вы спрашивали? Простите, я автоматически.
        — Король думает, что Маркиз искал тебя, чтобы запустить цепочку заданий, которая ведет к его убийству.
        — Нет уж, спасибо, в этом участвовать я отказываюсь. В смысле связываться с убийством короля.
        — Я верю тебе. Хочу верить. Никто в этом городе, в здравом уме, не захочет его смерти.  — Он встал и уже начал спускаться, но остановился.  — В наших с тобой интересах, чтобы этот разговор остался между нами…
        К разочарованию зрителей, собравшихся на улицах, ведущих к площади, Магнум беспорядки устраивать не стал. Дождавшись, пока мы с Лениным наговоримся, он увел своих людей.


        Ровно неделю в городе было необычно тихо. Даже самые отчаянные и горячие головы, постоянно ищущие, с кем бы подраться, старались проводить дуэли за городом, не привлекая внимания стражи. Городская газета, лишившись интересных новостей, начала походить на рекламную листовку. Я же всю неделю безвылазно просидел дома. Хотел подумать, стоит ли все рассказать друзьям. С одной стороны, надо было с кем-то поделиться своими мыслями и переживаниями, с другой — не хотелось втягивать их во все это. И чем больше я над этим думал, тем сложнее было выбрать.
        Аукционные дела у Неко и Елизаветы шли более чем удачно, поэтому они уже спланировали новый поход и все свободное время посвятили его подготовке. Учитывая прибыльность предыдущего маршрута, менять его смысла не было. Они внесли лишь несколько корректировок и исключили всю живность, не стоящую их внимания.
        — Никон тебя сегодня опять спрашивал,  — сказала Елизавета как бы между прочим.  — Ты же сам хотел тренироваться.
        — Если хочет, пусть сидит дома,  — отмахнулась Неко, она внимательно изучала карту южных земель и обводила на ней ключевые точки маршрута.  — Перед походом отмоем от плесени, почистим…
        — Я могу попросить братьев, чтобы с тобой позанимались.
        — Она имеет в виду, что устала от своих нянек, и хочет, чтобы они походили за тобой, а не за ней,  — перевела Неко.
        В дверь несколько раз постучали. Девушки, не сговариваясь, посмотрели на меня. Стук в дверь повторился.
        — Митяй, открой,  — сказала Неко.  — Слуг у нас нет… пока.
        — Никого нет дома,  — отозвался я, не собираясь вставать из-за стола.  — Если кому-нибудь срочно понадобилась моя помощь, скажите, что я занят.
        Елизавета что-то проворчала в мой адрес и ушла открывать дверь. Через минуту она вернулась и с улыбкой победителя уселась обратно за стол.
        — К тебе гость,  — сказала она.
        — Добрый день. Я не вовремя?  — В гостиную зашел невысокий китаец в знакомой пластинчатой броне.
        — Гром!  — обрадовался я, вставая.  — Проходи, садись. Как ваша торговля? Уже домой?
        — Торговля, хорошо.  — Он похлопал по броне.  — Я сниму?
        — Снимай. Тебе помочь? Как ты в ней вообще ходишь? Неудобно же.  — Я помог ему расстегнуть несколько пряжек и стянуть броню через голову. Чтобы ходить в ней, не запутавшись в подоле, нужно было обладать определенной сноровкой.  — Знакомьтесь — Гром, мой друг.
        — Лей,  — представился он, слегка склонив голову.
        — Переводится как Гром,  — добавил я, представив ему девушек.
        — Некрасиво переводить чужие имена,  — сердито сказала Неко.
        — Ничего страшного. Как раз в духе имен вашего города.  — Лей сложил броню и убрал ее в сумку.  — Мой караван немного задержится. На обратном пути мы не будем останавливаться в городе.
        — Жаль. Но ничего не поделаешь. Вот, как обещал.  — Я протянул ему стеклянную бусину на шнурке.
        Он осторожно взял бусину и, вынув из-за пазухи ожерелье, принялся развязывать его. Неко толкнула меня в бок, показывая взглядом в его сторону.
        — Лей, хозяин каравана, который останавливался тут недавно. Он мне помог с Вольным братством, и я обещал ему две бусины. Они светятся, когда оказываются рядом. Одна была у Каси, вторая — у ее сестры. Я же рассказывал…
        — Хозяин каравана?  — переспросила Неко. По одной этой фразе можно было понять, что она хочет сказать. Похоже, из всего моего рассказа она услышала только это.
        Лей уже закончил собирать амулет и смотрел на него таким взглядом, как будто держал в руках великую реликвию. Хотя так оно и было.
        — Все части собрал? Работать-то будет?
        — Будет,  — ответила за него Елизавета.  — Тысяч двадцать, может, тридцать…
        — Амулет бесценен,  — сказал Лей, надевая его на шею.  — Не нужно оценивать его в монетах. Спасибо, Митр, наш клан перед тобой в долгу.
        — Пустяки. Лично мне это ничего не стоило.
        — Подарок,  — напомнил он и улыбнулся.
        — Ага,  — вздохнул я.  — Но если он попал в хорошие руки…
        — У нас гости?  — В гостиную зашла Маруся. Обычно, чтобы сходить на базар за продуктами, ей требовалось около двух часов времени. Сегодня же она пропадала почти полдня.
        — Добрый день.  — Лей приветственно склонил голову.
        — Маруся, не стой.  — Неко взяла ее под руку и повела к кухне.  — Наш гость был долго в пути и наверняка проголодался. Готовь обед.
        — Скажите, Лей,  — глаза Елизаветы загорелись тем же светом, что и у Неко,  — а вы только продаете товар или покупаете?
        — Мы стараемся ничего не покупать. Это основа нашей политики.
        — А в полцены? Хорошие вещи, гораздо дешевле, чем на аукционе. Редкие ингредиенты, оружие, бижутерию?
        — Только ингри…едиенты и, если уникальные, вещи. Редкие вещи.
        — Отлично!  — Это была уже Неко. Она села напротив, протягивая список.  — Посмотрите, что вам будет интересно. А о цене мы обязательно договоримся.
        — Это вообще-то мой гость,  — обиделся я.
        — И что?  — Неко приподняла бровь, нагло глядя на меня.  — Мы помогаем его бизнесу, он — нашему. Все в выигрыше.
        — Гром, слушай,  — я махнул на девушек рукой,  — помнишь, ты обещал мне что-нибудь в обмен на бусину. А можно мне к вам в гости, а? Город ваш посмотреть и вообще. А эти пусть сами в свой рейд идут.
        — Можно,  — немного удивленно согласился он.
        — Выкинь эту дурь из головы,  — сказала Неко.  — В рейд…
        — Ни за что!  — отрезал я.  — Поеду в Китай… или Монголию… Я там никогда еще не был.
        — Лиза, держи его, я ему сейчас мозги вправлю!
        — В рейд можно и там сходить,  — встала на мою сторону Елизавета. Я даже удивился.  — Голосую за поездку. Дорога туда и обратно, плюс время на рейд, месяца полтора-два, не меньше.
        — И когда ваш караван будет проходить мимо?  — понимая, что спорить с нами бесполезно, сдалась Неко.
        Не знаю, почему я захотел уехать на время из Изумрудного, получилось как-то спонтанно. Прав был Драко: неприятности, в которые я постоянно влипаю, с каждым разом становятся все более масштабными. А раз у меня нет желания ввязываться в проблемы Магнума и короля, значит, система в ближайшее время сделает все, чтобы впутать меня насильно. И прежде чем это произойдет, я хочу быть как можно дальше.
        Мне повезло, что друзья восприняли эту поездку с большим энтузиазмом. Даже Неко, прикинув, сколько всего нового и востребованного мы сможем там добыть, кардинально поменяла свое мнение. Нямкасу, как обычно, было все равно: хоть в рейд, хоть в Китай, хоть к черту на кулички. Для него важен был сам процесс совместных походов. Не знаю, как у него удавались большие рейды, но в нашей тесной компании он всегда был в хорошем настроении, даже когда дела шли неважно.
        Узнав о поездке, Василий едва не прыгал по дому от радости и нетерпения. Оказывается, китайские алхимики считались лучшими в мире. Они не только самостоятельно придумывали новые зелья, но и умудрялись улучшать уже существующие. Говорить ему, что для этого они экспериментируют на людях, я не стал, чтобы не разочаровывать.
        Чиафредо, хоть и был рад не меньше Василия, эмоции свои скрывал не в пример лучше. Работа в храме ему, мягко говоря, осточертела, и поездку в другой город он воспринял с большим облегчением.
        — Митяй!  — крикнула Неко, заглядывая в подвал.  — Ты золото упаковал?
        — Упаковал! Но твоей шкатулки не хватило…
        — Ну так поднимайся! Долго ты еще копаться будешь?
        — Иду!  — Я открыл журнал с заданиями и пару раз обмакнул перо в чернильницу.
        Когда понимаешь, что все, записанное тобой в журнал, обязательно будет исполнено, становится страшно. Страшно, что для выполнения даже самого простого задания может потребоваться что-то несоразмерно большее. А еще надо постоянно бороться с искушением. Я всю неделю думал, что было бы, впиши я в журнал «спасение Маркиза».
        — Приоритет — обычный,  — сказал я вслух, выводя новую строчку.  — Оплата — свободным опытом…
        — Митяй!  — Неко спустилась на несколько ступенек, недовольно глядя на меня.  — Сколько можно тебя ждать?
        — Я уже закончил.  — Чтобы не испачкать страницы чернилами, я вложил между ними промокашку и убрал журнал в ящик тумбочки. В новом путешествии без него мне будет куда спокойнее…

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader . Для андроида Alreader, CoolReader, Moon Reader. Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к